Свежий воздух проникал через открытые окна, наполняя небольшое помещение приятным ароматом цветов. Но одинокая фигура, стоящая в этом помещении, на аромат не обращала никакого внимания. У нее были куда более важные дела. Он сидел перед большим прозрачным ящиком. В нем два небольших существа отчаянно пытались взобраться по гладкой поверхности стены. Они расправляли крылья, но улететь не могли, будучи заключены в ящике. А тот, кто смотрел на них, совсем не желал причинять им вред. Напротив, он считал себя их опекуном.

– Не бойтесь, – сказал опекун двум жукам на языке, который только они и могли понять.

Два жука сразу же прекратили движение. Маленькие антенки на их головах замотались взад-вперед.

– Сейчас я помогу вам, – сказал опекун.

Жуки расправили крылья, перебирая своими зубчатыми лапками по полу.

Опекун открыл стеклянный сосуд и запустил в него руку. Два существа быстро вскочили на нее и пробежали до плеча.

– Я ваш друг, – продолжал разговаривать опекун, – я сделаю то, что вы хотите от меня, но и вы помогите мне.

Жуки взлетели. За стенами цеха ответом стало равномерное жужжание тысяч неведомых крыльев.

Темное облако ворвалось в помещение, покрывая все живым покрывалом из ползающих существ. Под ним раздался торжествующий смех опекуна.

Шум двигателей звездного корабля был настоящей музыкой для Зака Арранды. Он сидел в машинном отделении "Савана", корабле, на котором он путешествовал вместе со своей сестрой Таш и дядей Хулом. Сейчас он был настолько близок к ним, насколько позволяла безопасность. Толстый слой жаростойкого материала отделял его от самих двигателей. Но и при этом в машинном отделении было очень жарко, он вспотел, но его ничуть это не беспокоило.

– Так, здесь мотиватор гипердрайва должен соединяться с главной частью, – сказал он сам себе, рассматривая деку с данными и тыкая пальцем в толстый кабель.

После долгого поиска, Зак все-таки нашел схемы двигателей "Савана". Они ждал, что они покажут ему, как устроены двигатели. К сожалению, предыдущий владелец корабля сделал много изменений. И эти изменения были таковыми, что Зак ими очень заинтересовался. Двенадцатилетний мальчик очень любил технику, он что-то собирал, разбирал, а звездный корабль стал для него и вовсе своеобразной конструкторской площадкой.

Зак посмотрел на еще один кабель. – Зеленый, в белую полоску, – отметил он.

– Знаешь, буду спорить, – сказал Зак сам себе, – что если соединить этот провод с дублирующим усиливающим контуром, то я мог бы…

Внезапно дверь в машинное отделение открылась. В дверном проеме стояла его сестра, держа руки в боки.

– Ты здесь! – сказала Таш Арранда, – а ты знаешь, что у нас урок с дядей Хулом?

– О, да, – вздохнул Зак. Хул был сторонником образования. Даже при том, что Зак и Таш постоянно путешествовали вместе со своим дядей и не посещали нормальную школу уже несколько месяцев, они наверное переделали больше домашних заданий, чем любые 12-14-летние подростки в галактике.

– Когда он начинается? – спросил он.

– Пять минут назад, – ответила Таш, – и ты опоздал.

– Сейчас приду, – сказал Зак.

Таш посмтрела через его плечо на спутанные провода и различные кабеля тянущиеся по стене.

– Ты уверен, что есть смысл продолжать бездельничать тут?

– Без проблем, – сказал уверенно Зак, – иди вперед. Я догоню тебя.

Таш с сомнением посмотрела на младшего брата, затем вздохнула и отвернулась.

– Только будь осторожен.

Зак лишь хмыкнул и подождал, пока дверь не закроется. Это не потому, что он не любил Таш. Она была его сестрой и лучшим другом. Они были ближе, чем большинство других братьев и сестер. Их родители погибли несколько месяцев назад, когда Империя разрушила их родной мир, Алдераан. К счастью, в тот момент, Таш и Зак не были на Алдераане. Теперь они жили вместе со своим дядей-антропологом, Хулом, вместе с ним и путешествовали по галактике. Но даже при том, что Зак и Таш были братом и сестрой, они очень отличались друг от друга. Таш не интересовали механизмы, как Зака. Она больше любила читать и учиться. Особенно ее интересовали древние знания, исчезнувшие рыцари Джедай. Зак же предпочитал что-нибудь делать своими руками.

– Уверен, что смогу увеличить мощность корабля, если только разъединю этот провод.., – сказал он, размыкая контакты у стены. Ничего не произошло. -… И соединю его здесь.

Он поместил толстый кабель к другой перемычке в стене.

– Вот тут, – сказал он и всунул кабель в разъем.

Бах!

Разряд электрического тока поразил Зака. Сзади что-то полыхнула молния и раздался треск. Зак отлетел в сторону, как будто бы его лягнула банта. Всюду сыпались искры.

Зака трясло еще несколько секунд от шока. Затем, чуть придя в себя, он посмотрел на руки. Они пострадали, но обожжены не были. Сейчас Зак чувствовал, что ему сильно повезло.

В этот момент его вновь обдало снопом искр. Зак замер. Что он сделал с двигателями? Что он сделал с кораблем? Он подождал какое-то время, вслушиваясь, но двигатели продолжали гудеть как и раньше.

Сейчас Зак чувствовал, что ему сегодня действительно очень повезло. Мальчик поспешил прочь и машинного отделения. За ним по коридору вился легкий дым и запах сгоревшей проводки. Что же все-таки случилось? Что он сделал не так? И самое главное – что он должен будет сказать дяде Хулу?

Это сейчас занимало Зака. Но после некоторого размышления, мальчик решил, что беспокоится нечего. В конце концов, двигатели продолжали работать нормально. Независимо от того, что он сделал, плохого ничего не было. А значит, и говорить об этом не стоило. Кроме того, если бы он рассказал все дяде Хулу, и Таш узнала об этом, то она сказала бы ему, что так и знала об этом и предупреждала его. А этого Зак слышать от сестры не хотел.

Он решил сохранить свою неудачу в тайне. В следующий раз, когда они приземлятся, то он более внимательно осмотрит двигатели и устранит ту небольшую неполадку, которую он причинил. Пока же этого не произошло, сказал он себе, никто об этом не узнает.

– Зак, ты опаздываешь, – сказал дядя Хул, когда Зак зашел в центральный зал "Савана". Дядя смотрел на Зака, вытянутое, серое лицо шиидо, выглядело также строго, как обычно.

– Мне жаль, дядя Хул, – ответил Зак, – я не хотел пропускать начало урока.

Хул лишь слегка кивнул.

– Боюсь, что ты пропустил нечто важное. Я только что рассказал Таш о нашем дальнейшем маршруте.

– Маршруте? – спросил Зак, – вы нашли безопасное место, где мы сможем скрыться от Империи?

Несколько месяцев назад, Таш, Зак и Хул оказались вовлеченными в один имперский план. В конце концов, они помогли повстанцам сломать планы имперского ученого, осуществляющего важный для Империи проект, но, к сожалению, оказались в поле внимание самого могучего имперского слуги – Дарта Вейдера. Теперь они были вынуждены скрываться, путешествуя через самые отдаленные части галактики, пытаясь избежать любого контакта с Империей, в то время как Хул искал безопасное место для жительства.

– Увы, думаю, что я еще не нашел достаточно хорошего убежища, – признался шиидо, – но я получил информацию, что Империя планирует установить военную базу на планете С'кррр.

Зак никогда не слышал о С'кррр, но это его не удивляло. В Империи были тысячи цивилизаций и планет.

– И что? – спросил он, – у Империи всюду есть базы.

– Но не на С'кррр, – ответила Таш, – по крайней мере, пока.

– Действительно, – согласился Хул, – и реальная трагедия в том, что если имперцы оккупируют эту планету, то, конечно же уничтожат одно из самых красивых мест в галактике – Сикадианские Сады. Этот сад – главная ценность для обитателей С'кррр Хул сделал паузу.

– А я хочу быть уверенным в том, что Империя больше не уничтожит какую-либо культуру.

Зак кивнул. Он хорошо знал печальную историю своего дяди. Много лет назад, Хул был ученым, работающим на Империю. Империя обратила один из экспериментов Хула во зло и несчастный случай уничтожил целую цивилизацию на одной из планет. С того дня, Хул поклялся защитить столько цивилизаций от имперской жестокости, сколько сможет.

Предупреждающий сигнал раздался в зале.

– Мы выходим из гиперпространства, – сказал Хул, – сейчас мы должны уже быть около планеты.

Они поспешили на мостик "Савана", как раз вовремя, чтобы увидеть как планета появилась перед ними. С'кррр был красивым, сине-зеленым миром, с облаками, которые вились над океанами и континентами.

Зак чувствовал, как сильно и взволнованно бьется его сердце, когда Хул повел корабль на снижение. Что если его поломка повредила приземляющую технику? Но корабль продолжал плавно снижаться и Хул уже говорил с центром управления полетами С'кррра.

– Область около Сикадианских Садов является запретной, сказал говоривший на другом конце сказал Хулу, – но вам разрешено приземлиться. Только вне стен сада.

Таш и Зак были удивлены.

– Не удивляйтесь, – ответил им Хул, – просто моя репутация антрополога позволяет получить доступ в некоторые закрытые места.

Через несколько минут "Саван" скользил над поверхностью планеты. На горизонте они увидели широкий, разноцветный прямоугольник, простирающийся на многие километры, словно гигантская заплатка на земле. Даже на расстоянии Сикадианские сады выглядели потрясающе.

"Саван" приземлился перед высокой стеной, покрытой зелеными лозами, наподобие виноградных. Едва они приземлились, сильный сладкий запах наполнил каюту.

– Что это такое? – спросила Таш.

– Цветы сада, – ответил Хул, – их аромат весьма приятен.

– И сильный, – добавила она, – если мы можем чувствовать его даже на корабле.

– Вероятно, он проник через воздушные шлюзы, – предположил Зак, – я открыл их, когда мы приземлились.

Зак открыл их еще и потому, чтобы помочь двигателям остыть и позволить свежему воздуху устранить запах сгоревшей проводки. Но об этом он решил ничего не говорить Таш и дяде Хулу.

Когда судно приземлилось, Зак облегченно вздохнул. Независимо от того, что он сделал, очевидно, что корабль он не повредил.

– Зак, пожалуйста, открой люк и выпусти трап, – попросил его Хул.

– Конечно, – ответил Зак. Он словно на крыльях пролетел по коридору. У входа он нажал на кнопки и открыл люк, выпуская трап. Он вышел на него, смотря на яркий, солнечный день, вдохнул благоухающий аромат сотен цветов и тут же замер на месте.

На трап взобралось гигантское насекомое, куда большее по размерам, чем Зак и с когтями, которые могли с легкостью схватить его.

– Посмотрите, – закричал он, споткнувшись и попятившись назад в корабль, столкнувшись при этом с Хулом и Таш, – здесь огромное насекомое! Закройте дверь!

Но уже было слишком поздно. Существо достигло дверного проема. Оно потерло две передние конечности, а затем протянуло одно из них вперед. Зак кинулся назад.

– Дядя Хул, на помощь!

Вместо этого, Хул протянул свою руку и коснулся конечности гигантского насекомого.

– Добро пожаловать на С'кррр, – произнесло насекомое мягким, тихим голосом, – меня зовут Вруун".

Хул кивнул головой.

– Я Хул. Это моя племянница, Таш, а это, – он наградил мальчика неодобрительным взглядом, – его зовут Зак.

– Приветствую вас, – повторило насекомое.

Зак вскоре узнал, что это насекомое называют С'кррр, точно также как и планет. Абориген был ниже ростом, чем Хул, но выше Зака и Таш. Он шел, опираясь на две ноги, и его движения были быстрыми. Вместо рук у Врууна конечности заканчивалось своеобразными лезвиями, которые сгибались и могли подбирать предметы. Все его тело было закрыто твердым панцирем. Зак пытался подобрать нужное слово. Он был уверен, что когда-то слышал о нем на уроках биологии. Экзоскелет. Тело было твердым и зеленым, кроме брюшка, которое экзоскелет не покрывал, оно было мягким и бледно-желтым.

Голова Врууна была похожа на треугольник. Два огромных черных глаза были смещены от этого. Рот Врууна открывался боком, вместо вверх вниз, как у человека. Из-за этого, Зак не мог сказать, был ли С'кррр удивлен или рассержен. По его лицу вообще невозможно было читать.

Таш усмехнулась – Зак, полагаю, что это научит тебя не пропускать уроки.

– Действительно, – парировал он, – было жаль.

– Не может быть допущено никаких нарушений, – сказал С'кррр тихим голосом. Что-то затрепетало на его спине, и впервые Зак заметил, что у насекомого есть крылья. Они были маленькие, бледные и прозрачные. Было очевидно, что они никогда не позволят Врууну взлететь. Но когда он перебирал ими, крылья издавали звук, который был еще более мягким, чем его голос. Зак услышал, как звук скрррр раздался рядом. Потом Вруун сказал:

– Но вы должны будете удалить отсюда ваш корабль.

Хул поднял бровь.

– Планетарный контроль приземления дал нам разрешение приземлиться здесь.

– Планетарный контроль приземления, – ответил Вруун, трепеща крыльями, – занимается вопросами приземления на планетах. Но у них нет никакой власти над Сикадианскими садами. Это делаю я. Я опекаю их и боюсь, что ваш корабль находится слишком близко от них. Сад – это очень чувствительная среда обитания, а шум вашего корабля может нарушить хрупкий баланс. Пожалуйста, переместите его дальше.

Хул согласился. Зак мог с уверенностью сказать, что его дядя не хотел спорить с опекуном сада. Шиидо взошел на мостик и попровал активировать репульсионные двигатели "Савана". Ничего не произошло. Зак почувствовал, как в его животе наваливается тяжесть.

– Странно, – услышал он, что говорит Хул у пульта управления. Затем он услышал, как шиидо вновь попытался запустить двигатели, и вновь ничего не произошло. Хул вышел из кабины.

– Эти двигатели работали несколько минут назад. Не могу понять, что с ними могло произойти.

Зак сглотнул. Настало время рассказать о случившемся.

– Дядя Хул. Думаю, что я знаю, что там произошло.

– Да, Зак? – спросил его Хул.

– Думаю, что они не работают из-за меня, – признался он, – я кое-что сделал с двигателями, пока мы летели.

– Я понял.

В этом был весь Хул. Шиидо имел привычку говорить немного, но в этой лаконичности он выражал очень многое. Зак сейчас хотел, чтобы он накричал на него, повысил голос. Спокойное же, но разочарованное лицо Хула заставило Зака чувствовать себя куда хуже, чем если бы он получил выговор.

Зак быстро рассказал об искрах, ударе током и том, что он сделал. С каждым его словом, взгляд Хула становился все озабоченнее.

– Так или иначе, – сказал Зак, – двигатели прекрасно работали и после этого. Поэтому я полагал, что ничего не случилось. Я думал, что как только мы приземлимся, я разберусь во всем, и не буду беспокоить вас этой проблемой.

Хул покачал головой.

– Это было ошибкой. Компьютер корабля не допустил развиться этой проблеме во время полета. Но когда мы сели, то отключили компьютеры.

Зак повел других в машинное отделение и показал Хулу, что он сделал. После беглого осмотра, Хул покачал головой: "Боюсь, что для устранения неполадки потребуется время". Крылья Врууна в страхе затрепетали.

– Вы говорите, что вы не можете переместить отсюда ваш корабль? Это недопустимо.

– Прошу прощения, – ответил Хул, – я бы переместил отсюда корабль, если бы смог. Но думаю, что это не возможно, пока не отремонтированы двигатели.

Вновь крылья быстро затрепетали, отчетливо показывая, что Вруун был сердит.

– Неуклюжие чужеземцы, – пробормотал он, – ожидаю, что вы удалите свой корабль как можно быстрее.

Сказав это, С'кррр повернулся и направился к выходу.

– Могу я быть уверен, что это не повлияет на наше привилегированное посещение в целом, – спросил Хул. Он поспешил вслед за С'кррр, выждав паузу, чтобы предупреждающе посмотреть на Зака.

– Надеюсь, что это будет тебе уроком, который ты не забудешь.

– Подождите! – позвала его Таш, догоняя Хула, – что нам теперь делать?

– Осмотрите сад, – предложил им дядя, – но будьте осторожны. Ничего не трогайте.

Поскольку корабль был обесточен, ни один из компьютеров, игр или оборудования не работало. Не было ничего, кроме как принять предложение Хула.

Зак и Таш оставили корабль и пошли к зеленой стене, окружавшей сад. Когда они приблизились, то увидели, что на самом деле стена была высокой и толстой оградой. Входом в сад служила сооруженная арка. Стена ограды выглядела очень старой, и Зак, и Таш почувствовали это, что С'кррр выращивали этот сад сотни, а может даже и тысячи лет.

Пройдя под аркой, они вступили в Сикадианские сады. Таш вздохнула от восхищения. Даже Зак, который больше интересовался механикой, чем растениями, прошептал: "Великолепно".

Сикадианские сады были самым красивым местом из тех, которые они когда-либо видели. Каменная дорожка расстилалась перед ними, петляя через поля трав и уходя в рощу, что была вдалеке. То тут, то там были обширные заплатки цветочных клумб самых различных форм и размеров. Одни были широкие и плоские подобно таблеткам, а другие длинные и узкие как лезвие виброкинжала. Где-то невдалеке шумел водопад.

Сам был вполне естественным. Таш и Зак прошли около километра прежде чем нашли что-то искусственное. Это была небольшая каменная статус, рядом с небольшим водоемом. Она уже покрылась мхом, что Зак подумал было, что это лишь скала. Но при более тщательном осмотре, он увидел, что это была каменная статуя насекомого. Изваяние было похоже на С'кррра, но оно было на шести ногах вместо двух.

– Оно выглядит довольно старым, – восхищенно заметила Таш, – но неплохо сохранилось.

– Да, – ответил Зак, – кто-то действительно любил жука, полагаю. Только интересно, что они почувствовали, если бы знали, что их искусство покроется мхом.

Он повернулся и осмотрелся вокруг.

– Что теперь?

– Давай посмотрим цветы, – предложила Таш.

– Предпочитаю смотреть на камни, – ответил ее брат, – а еще хочу найти тот водопад. Я встречу тебя здесь.

Звук журчащей воды, казалось, доносился из-за рощи деревьев. Зак пошел дальше по тропинке, пока не достиг тенистых деревьев. У многих были стволы такие же толстые, как тело банты. Листья были толстыми, а заросли плотными, что под деревьями было столь же темно, как ночью.

Но, присмотревшись, Зак увидел странный гриб, который, казалось, рос посреди корней дерева. Гриб был серым, а на его шляпке, большей по размеру, чем голова Зака, были какие-то темные пятна, которые покрывали и сам гриб. Зак понял, что привлекло его внимание. Одно из таких пятен двигалось.

Подойдя ближе, Зак увидел, что пятно было большим жуком, с его палец. Два больших прозрачных крыла были свернуты на его спине. Шесть двойных сочлененных ног шевелились под его телом, насекомое взбиралось наверх, на шляпку гриба. Два острых резака как челюсти шевелились, словно жук, пытался откусить воздух. Три коротких, острых антенки подобно рожкам были на его голове. Время от времени, жук останавливался и пытался укусить гриб своими острыми челюстями.

Очарованный существом, Зак осторожно коснулся его. К его удивлению, жук переполз к нему прямо на руку и продолжил свое путешествие по ней.

– Эй, а ты симпатичный товарищ, не так ли? – спросил жука Зак.

Пока он говорил, нечто большое спустилось с кроны дерева над его головой. С пронзительным воплем какое-то темное существо ударило в лицо Зака.

Зак не знал, что было хуже: вопли атакующего существа или удары его крыльев в лицо. Он чувствовал на его щеке уже появилась жгучая царапина и он руками закрыл лицо, защищая его.

Летящее существо сделало круг, чтобы набрать высоту. В какой-то миг, Зак смог хорошо разглядеть его. Его тело было длиной около метра, у существа были длинные черные крылья. А его шея оканчивалась небольшой головой. У существа был также небольшой хвост. Оно исчезло в тени деревьев, но спустя мгновение атаковало вновь.

Зак бросился на землю. Он лишь хмыкнул, когда существо ударило ему в спину и исчезло вновь.

– На помощь! – завопил Зак, но сейчас он лишь слышал самого себя. Никто не откликался ему.

Страх овладел Заком. Он попытался найти что-либо, что можно использовать как щит или оружие. Его пальцы зацепили что-то сухое и твердое. Палка. Секунду спустя, Зак схватил ее, и почувствовал, как тыльной стороне руки ползло что-то липкое. Он пытался избавиться от этого, но это нечто крепко держалось за его руку. Это был жук.

Летящее существо завизжало и атаковало вновь. В отчаянии Зак начал размахивать палкой, надеясь, что это отпугнет существо. Его глаза были закрыты, но он почувствовал, что оно врезалось в его палку. Вопль внезапно оборвался, а потом что-то упало на землю с глухим стуком.

Зак открыл глаза и начал осматриваться. Существа нигде не было видно. Он посмотрел вокруг себя внизу, пока его глаза не разглядели темную глыбу, лежащую и дрожащую на земле.

– Не могу поверить, – пробормотал он, пытаясь отдышаться, – какой удачный бросок.

Но он понимал, что это не была удача. Существо напало прямо на него и ему было безразлично что перед ним: палка или рука.

Зак опустился на колени и рассмотрел существо. Сначала он подумал, что это была какая-то птица, но теперь он видел, что у нее не было перьев. Вместо этого его тело покрывал слой мягкой синей шерсти. Хвост был толстым и гладким, как щупальце дианоги. Его голова была длинной и узкой, а во рту было два ряда крошечных и острых как бритва зубов. Крылья существа были распростерты, а его грудь часто-часто вздымалась. Секунду спустя дыхание прервалось. Зак наклонился ближе – существо не дышало. Оно было мертво.

– О, нет, – простонал Зак. Первая мысль, которая пришла ему на ум, что дядя Хул точно убьет его. И будет прав. Он ведь предупреждал меня не касаться ничего в этом саду. Затем его мысли переместились к неподвижному существу. Он не хотел убивать его. Он лишь пытался его отпугнуть. И сейчас он не собирался погружаться в траур по этому поводу. В конце концов, это существо само напало на него.

Зак почувствовал, что что-то щекочет его пальцы. Он поглядел вниз, увидев, как жук расправил крылья и ретировался с его руки в высокую траву ниже деревьев.

– Я не виню тебя, – сказал Зак, представляя строгое выражение лица дяди Хула, – возможно, я тоже должен искать место, чтобы спрятаться.

Зак нервно осмотрелся вокруг, глядя на кроны деревьев, думая есть ли там еще какие существа. Узнавать ответ на этот вопрос ему не хотелось, и Зак поспешил обратно той же дорогой, какой он пришел.

Он нашел Таш там, где оставил ее, восхищавшейся разноцветной поляной цветов. Но к Таш присоединился С'кррр. Сначала Зак подумал, что это был Вруун, но когда он подошел поближе, то увидел, что этот С'кррр был на несколько сантиметров выше, чем опекун, а его панцирь был более темный, отливая зеленым. Но на лицо он был очень похож на Врууна, и Зак задался вопросом, все ли С'кррр выглядят одинаково.

– Зак, – сказала Таш, – это Ш'шак.

– Очень приятно, – сказал С'кррр мягким голосом, сопровождающим тихим звуком скрррр, поскольку его небольшие крылья трепетали, – я рад нашему знакомству.

– Приветствую, – ответил Зак настолько естественно, насколько смог. Он нашел, что с С'кррр несколько неудобно говорить. В их глазах невозможно было читать реакцию, и Зак лишь видел в них свое отражение.

– Ш'шак – знаменитость здесь, на С'кррр, – сказала Таш, – он известный поэт.

– Правда? Это великолепно, – сказал Зак, не выражая ничего. Он ненавидел поэзию.

Таш, однако, любила читать, и поэтому это не удивило Зака, когда она спросила С'кррра – Вы могли бы прочесть нам одну из ваших поэм?

Темные глаза Ш'шака безучастно посмотрели на нее.

– Боюсь, что вы ничего в ней не поймете, – ответил он, – поэмы написаны в песне крыльев.

– В песне крыльев? Что это такое? – спросил Зак.

В ответ Ш'шак затрепетал крыльями. Зак уловил, как мягкий звук скрррр изменил тон и тембр. Ш'шак менял скорость трепета крыльев, то соединял их, то разъединял. Все это создавало удивительный звуковой ряд тонов и шумов. Даже Зак вынужден был признать, что это было очень красиво.

– Это и есть песня крыльев, – объяснил Ш'шак, – это традиционный язык моей расы, язык, который мы используем, чтобы говорить друг с другом. Конечно, пришельцы с других миров, не понимают его и не могут выучить, то мы, С'кррр сами выучили общегалактический язык. Но мы все еще используем песню крыльев, особенно при написании поэм.

– Вы посещаете сад, чтобы найти вдохновение для новых поэм? – спросил Зак.

– В некотором смысле да, – ответил Зак, – я прихожу сюда, чтобы успокоиться и постигнуть баланс. Сад – идеальное место для этого. Баланс здесь очень важен.

– Почему? – не понял Зак.

Ш'шак махнул, подобной палке, предплечьем указывая на все вокруг, рощу деревьев, водоемы, цветы, травы.

– Этот сад иллюстрирует хрупкий природный баланс, – объяснил С'кррр, – здесь не используется ни одна из современных технологий.

– Достаточно скучно, – подумал Зак, – я предпочитаю изучать технику, нежели растения.

А Ш'шак продолжал:

– Здесь нет никаких химикатов, чтобы сделать цветы лучше, никаких инсектицидов, чтобы убить сорняки или вредителей. Здесь все естественно.

– Ничего себе, – сказала Таш, – я помню, как-то мой папа попытался вырастить сад на заднем дворе дома. В итоге у нас было больше сорняков, чем овощей.

– И жуки были худшим из всего, – вспомнил Зак, – они были повсюду.

Ш'шак кивнул.

– Здесь, в Сикадианских садах, мы позволяем некоторым видам насекомых развиваться. Ряд из них, например, жуки дрога опыляют цветы.

– Опыляют? – переспросил Зак.

– Да, они путешествуют от цветка к цветку, перенося пыльцу. Это помогает растениям расти. Но сами насекомые размножаются очень быстро. Очень скоро бы они бы заполонили весь сад, если бы не механизм регулирования.

– Но вы ведь не используете инсектициды? – спросила Таш.

– Нет, мы этого не делаем, – ответил Ш'шак, – у жуков дрога есть естественный враг – шрива. Шривы охотятся на жуков, держа их численность под контролем. И в этом проявляется истинная красота и уникальность этого сада. Баланс между дрога и шрива чрезвычайно хрупок. Фактически, есть даже легенда о том, что если хотя бы один шрива будет убит, а не умрет естественной смертью, то баланс сада будет нарушен.

– Действительно? – увлеченно переспросила Таш, – это правда?

Ш'шак наклонил свою треугольную голову.

– Это старая история. Но кто знает?

– А как выглядят эти шривы? – спросил Зак.

– Так же, как и эти. Вон они! – ответил Ш'шак, указывая на ближайшее дерево. Там, цепляясь, за толстую ветку сидело темное, маленькое существо. Точно такое же, какое недавно убил Зак.

Во рту Зака пересохло. Он чувствовал, что в его животе что-то тяжелеет.

– Это? Это шрива? – запнулся Зак, – и они, как полагается, не должны быть убиты?

– Ни в коем случае, – ответил Ш'шак.

– А что если кто-либо из них нападет на нас или еще кого-нибудь? – спросил Зак. Чувство ужаса в его животе росло, – что будет тогда?

Ш'шак посмотрел на него.

– Это кажется маловероятным. Шривы никогда не нападают на что-либо размером с человека или С'кррра. Они охотятся лишь на дрога. Кроме того, шривы не могут нанести никакого реального вреда существам с нас ростом. Для них, куда лучше найти укрытие или скрыться вообще от нас. Кроме того, шривы защищены законом.

Таш задала другой вопрос, но Зак уже не слышал ее. Он был слишком оглушен стуком собственного сердца. Он убил шриву! Он нарушил баланс! Но никто еще не знает об этом.

Спасительная мысль тихо пришла ему на ум. Никто не знает об этом. Кроме того, это был всего лишь несчастный случай. Он хотел лишь отпугнуть шриву, но существо летело прямо на него. Это была не его ошибка.

– Зак, с тобой что-то не так? – спросила Таш, пристально глядя на Зака.

Мальчик лишь пожал плечами.

– Со мной все в порядке. Просто я…, – закончить он не успел – Зак, Таш, вы здесь? – спросил дядя Хул, спеша по дорожке вместе с Врууном. Несмотря на перепады в высоте тропинки, С'кррр проворно двигался на своих конечностях. Опекун ничуть не отставал от быстрого темпа дяди Хула.

– У меня есть отличные новости, – сказал Хул, – Вруун разрешил нашему кораблю остаться здесь, пока он не будет отремонтирован, и мы не улетим отсюда.

– Пока это все не активировано, – поправил его Вруун, – я не хочу, чтобы ваши энергетические поля вредили моему саду.

– Конечно же, нет, – сухо согласился Хул. Он посмотрел на Ш'шака, – вижу, что вы оба завели свое знакомство.

Таш представила их друг другу.

– Это Ш'шак. Ш'шак – это наш дядя Хул.

– Дядя? – С'кррр вопросительно смотрел на Таш, – вы люди, а он нет? Вы же, сэр, являетесь…

– Шиидо, – подтвердил Хул.

– Дядя Хул принял нас, – объяснил Зак, – наши родители погибли около восьми месяцев назад.

– Теперь уже девяти месяцев, – поправила его Таш.

– Девяти месяцев, – печально согласился Зак. Внезапно он понял, как быстро летит время с тех пор, как это случилось, – они были на Алдераане, когда Империя уничтожила планету.

Ш'шак замолчал и низко склонил голову. Его крылья пропели что-то низкое, грустное. Затем он твердо сказал на общегалактическом.

– Это очень печально. Грустное время, – сказал С'кррр.

Заку показалось, что он услышал гнев и возмущение в голосе Ш'шака, и посмотрел на Таш. Арранды знали, что они были не единственными людьми в галактике, пострадавшими от Империи. Зак задавался вопросом, а смог бы Ш'шак быть сочувствующим Альянсу.

– Вы действительно Ш'шак, – спросил Хул, – я слышал ваше имя не один раз, с тех пор, как принялся за изучение вашей планеты. Вы весьма известны здесь.

Ш'шак провел своей передней конечностью по голове.

– Да, я известен среди моей расы, – скромно сказал он.

– Поэзия, должно быть, очень популярна здесь, – ответил Зак, поднимая взгляд.

– О, не только поэзия сделала его настолько известным здесь. У него есть нечто большее… агрессивный талант, – сказал Вруун.

Плечи Ш'шака дернулись.

– Как я и сказал, что для меня честь, что моя раса считает меня известным. Но ведь есть куда более интересные вещи, чем говорить о С'кррре вроде меня. Вы видели сад, Хул?

Зак мог поспорить, что Ш'шак хотел специально сменить тему разговора, и теперь ему было интересно, что имел в виду Вруун, когда говорил об агрессивном таланте. Но переспросить уже не было времени, поскольку Вруун нетерпеливо вел их по дорожке сада к небольшому домику.

Дом был очень старомоден. Не было дюрастила или пластмассы, где-нибудь снаружи на покрытых мхом камнях и наклонной деревянной крыше. Вруун объяснил почему:

– Здесь использованы только естественные материалы, чтобы гарантировать, что никакая технология не столкнется с истинным проявлением характера природы.

Внутри дом был не менее старомоден. Двери не открывались автоматически, а только вручную. Деревянные столы стояли по периметру стен, на этих столах были разложены подносы с семенами, горшки для выращивания небольших цветов.

– Здесь на окнах нет никаких стекол или транспарастила, – заметил Зак, – все широко открыто.

– Конечно, конечно, – прожужжал Вруун, – шривы не могут увидеть стекло.

Вруун издал такой высокий трепещущий звук своими крыльями, который был почти похож на хихиканье.

– Глупые существа летели бы прямо в них. И конечно, мы не можем допустить этого.

Гости продолжали осматривать дом, пока Вруун показывал им различные проекты, растения. Одно из растений привлекло к себе внимание Таш. Рядом с ним располагалось какое-то научное оборудование. Несколько проводов были присоединены к широким зеленым листьям и вели к маленькому регистрирующему устройству с цифровым дисплеем.

Пока она изучала это, Хул и Ш'шак вступили в собственное обсуждение, Зак решил кое о чем расспросить Врууна.

– Та легенда правдива? – спросил Зак с легкостью, насколько смог, – если хотя бы одна шрива будет убита кем-либо, природный баланс в саду будет нарушен?

– Более чем правдива, – ответил Вруун. В его глазу мелькнул свет, поскольку он повернулся, чтобы рассмотреть молодого человека, – Сикадианские сады чрезвчайно хрупки. Малейшее изменение может означать катастрофу и чрезвычайное бедствие.

Зак сглотнул.

– Не могу поверить, что это место так, – он пытался найти слово, – хрупко.

Крылья Врууна раздраженно затрепетали.

– О, не можете поверить, не так ли? Тогда позвольте мне кое-что вам показать.

Врууг повел Зака к столу, стоящему поперек комнаты. На столе что-то стояло покрытое тканью. Врууг поднял ткань, чтобы показать стеклянный контейнер, который был заполнен теми же большими жуками, жуками дрога, каких Зак видел раньше. Их было много, они ползали, залезая друг на друга в контейнере, отчаянно работали ногами, пытаясь залезть по гладкой стенке. Время от времени, кто-либо из дрогов пытался взлететь, прыгал, но лишь хлопался о закрытую крышку контейнера.

Вруун склонился над контейнером.

– Разве они не прекрасны?

– Ну, конечно, полагаю, что да, – из вежливости согласился Зак. Прекрасны было далеко не тем словом, которым Зак охарактеризовал их.

– Сколько вы их насчитаете? – спросил Вруун.

Зак сделал паузу.

– Двенадцать. Нет, тринадцать.

Вруун кивнул:

– Вчера их здесь было только двое. Жуки дрога воспроизводятся очень быстро. К счастью, одна шрива есть в день в среднем до тридцати жуков. А после этого остальную часть дня просто спят, что тоже к счастью. Если бы они ели больше тридцати, то уничтожили бы жуков дрога. А в данном случае, они едят достаточно, чтобы регулировать популяцию.

– Шрива ест жуков дрога, – спросил Зак, – а что едят жуки?

– Все, – ответил Вруун, – они перемещаются от растения к растению, едят нектар, помогают распространять пыльцу. Но они также и мусорщики. Они едят грибы, мертвых животных, если у них выпадает шанс. Отчасти поэтому они и размножаются так быстро, потому что могут выжить где угодно. Представьте, что случилось бы, если бы каждые два жука дрога производили двенадцать новых насекомых в день. Мы бы были наводнены ими.

Зак почувствовал, что его сердце выпрыгнет из груди.

– Я должен сказать им, – решил он, – может быть Вруун что-то сделает.

– Извините меня, – прервала его мысли Таш, – что это такое?

Она подошла к тому растению, которое рассматривала.

Вруун отошел к ней.

– Это неудавшийся эксперимент. Я проводил исследование взаимосвязи растений. Я надеялся, что смогу найти способ поговорить хотя с частью той флоры, которая есть у нас здесь.

– Говорить с растениями? – удивленно переспросил Зак.

Большие глаза Врууна пристально и оценивающе смотрели на него.

– Конечно. Фактически растения не говорят. Но общеизвестный факт, что растения реагируют на разную музыку. Некоторые ученые даже полагают, что растения могут ощутить разницу между сердитым, злым человеком и спокойным и добрым. Этот инструмент, – он указал на цифровой дисплей, – измеряет химические реакции растения.

– Так что вы можете, в некотором смысле понять то, о чем оно думает или что чувствует? – спросила Таш.

– Точно, – ответил Вруун, – но эксперимент оказался неудачным. Оказалось, что понять результаты слишком трудно.

Таш повернулась, чтобы найти дядю Хула, который все еще о чем-то спокойно рассуждал с Ш'шаком.

– Дядя Хул, вы должны увидеть это.

Тем временем, Зак изучал небольшой инструмент, приложенный к проводам.

– Хорошо, я думаю, что часть проблемы в том, что этот провод не подключен. Мжно попытаться.

Он подвел провод назад к инструменту, в то время, как Хул и Ш'шак достигли рабочего стола. В этот же момент дисплей ожил. По экрану побежала линия, прыгая то вверх, то вниз. Таш смотрела на растения. Все выглядело спокойным, но считывающий датчик показывал, что как будто растение сильно нервничало.

– Это растение волнуется, – сказала она.

– Возможно, оно не привыкло к гостям, – сказал Вруун, – я веду достаточно затворническую и занятую жизнь, которая говорит мне, что у меня есть еще много работы, которую надо делать. Поэтому, простите меня…

Было ясно, что Вруун и так провел много времени с ними в течение одного дня. Дядя Хул пообещал опекуну, что его исследование относительно С'кррра продвигается и будет широко распространено. Он хотел удостовериться, что остальная часть галактики узнает о культуре С'кррр прежде, чем Империя попытается уничтожить ее. Они также пообещал, что его работа здесь займет день-два, а затем они покинут планету.

Остальная часть дня была не занятой. Ш'шак выразил надежду вскоре увидеть их, извинился и ушел по своим делам. Зак и Таш последовали вместе с Хулом назад к "Савану", где их ждал холодный ужин ("Благодаря Заку", – проворчала Таш). Потом они пошли спать. Для Зака же, вечер и ночь не могли пройти быстро. Комментарии Врууна дали ему идею. Следующим утром он проснулся рано и надел свой полетный костюм. Так тихо, насколько смог, он выскользнул из "Савана" и пошел в сад.

По земле стелился густой утренний туман, выделяя на своем фоне яркость цветов. Но Зак не замечал этого. Он пришел сюда не за тем, чтобы любоваться за цветами.

Мальчик прошел той же дорожке, что и раньше и вступил в рощу, начал оглядываться. Сначала он не видел ничего, но постепенно его глаза привыкли к темноте и он обнаружил двигающиеся пятна на листьях, лепестках. Жуки дрога.

Как только он стал лучше видеть, то смог быстро найти насекомых, переползающих с места на место. Зак выбрал цветущий кустарник, который был весь в жуках. Он сбил нескольких со стеблей на землю и принялся топтать их ногами.

Мне жаль, – подумал Зак. Он предположил, что нет никакой разницы для дрогов, съест ли их шрива или он затопчет их. Все, что имело значение – это сохранение природного баланса.

Зак продолжать затаптывать жуков, пока не насчитал их ровно тридцать – количество жуков дрога, сколько бы съела шрива, если бы Зак не убил ее.

Когда он это сделал, то направился назад к "Савану". По крайней мере, на один день, Зак отогнал свои страхи прочь. Он полагал, что сможет сделать это и завтра, и на послезавтра, пока они остаются на планете. А после этого, он не знал, что делать.

– Я что-нибудь придумаю, – пообещал он себе, – по крайней мере, надеюсь на это.

Утренний туман уже рассеялся и солнце начало обогревать землю. К своему удивлению, Зак нашел Ташу и Хула сидящую на траве около корабля. Пищевые контейнеры были разложены перед ними.

– Вот и ты, – сказала Таш, – поскольку энергия корабля отсутствует, а день настолько хорош, мы подумали, что неплохо бы было организовать пикник.

Зак присел рядом со своей сестрой и взял тарелку. На ней было яйцо циркарпианской змеи. Оно было холоден, но он любил их в таком виде. Закначал есть.

Он уже чувствовал себя лучше. Пока он выполнял за шриву ее работу, то никто не узнает, что он нарушил местный закон. Он зачерпнул вторую ложку из яйца, говоря про себя, что все прошло просто прекрасно. Когда он поднес ее ко рту, то почувствовал, что что-то извивалось прямо у его губ.

Опустив ложку, он посмотрел на нее. Жук дрога прокладывал себе путь в его завтраке.

Зак схватил салфетку и вытер лицо.

– Блин! – сказала Таш, также убирая жука. Насекомое устремилось в траву и исчезло в ней, – как они попали в наши продукты?

– Мы находимся совсем недалеко от сада, помнишь, – спокойно сказал Хул, – и, конечно же, неизбежно столкнемся с некоторыми неудобствами природы. Нам не о чем волноваться.

Зак вздрогнул. Он все еще как будто бы чувствовал, как лапы дрога царапали его губы.

– Вам легко говорить. Не вы же чуть не съели жука.

– Я чувствую, что это далеко не единственный вредитель в саду, – внезапно сказала Таш.

Пока она говорила, посторонний звук становился все громче. С неба к нм спускался имперский шаттл. Он пролетел над ними, а затем приземлился в саду, за оградой.

– Вруун, ничего не говорил об этом, – сказал Зак.

– Неужели, Империя нашла нас и здесь, – ответила Таш.

– Оставайся спокойной, Таш, – посоветовал ей дядя Хул, – если бы Империя знала, что мы здесь и хотела бы нас арестовать, то они бы послали бронированную канонерку со взводом штурмовиков, а не простой шаттл. Это может быть просто совпадением.

– Что же это тогда? – спросила она.

Хул лишь слегка пожал плечами.

– Кроме того, у нас нет шансов скрыться. Так или иначе, но наш корабль не функционирует.

Зак почувствовал, как его грудь сжалась. Это было его виной, что судно было приковано к земле. Это была его ошибкой, что шрива погибла. Он сожалел, что сейчас не является жуком дрога, который мог бы заползти под ближайшую скалу и укрыться там.

Это чувство усилилось, когда появились трое мужчин. Они вышли из сада под аркой и пошли непосредственно к "Савану". Зак, Таш и Хул напряглись. Даже на расстоянии Зак видел, что все трое носили форму имперских офицеров. Рядом с ним, дрожал дядя Хул. Его дрожь проходила по коже, и Зак знал, что дядя готовился применить свою сверхспособность шиидо, которая не раз спасала их прежде. Шиидо могли принимать форму любых существ в галактике.

Имперцы подошли ближе. Двое из офицеров были обычными людьми, но третий, который казался главным среди них, выглядел необычно. Он выглядел как человек, но его кожа была бледно-синей, а глаза ярко-красные, как кровь.

– Вы здесь, – сказал сине-кожий имперец. Его речь напомнила Заку, чем-то манеру выражаться дяди Хула, который также разговаривал кратко, отрывисто. Но в отличие от Хула голос имперского офицера был холоден.

– Я капитан Траун, командир Звездного Разрушителя "Мститель". Я ищу опекуна этого сада. Где он?

Зак и Таш облегченно вздохнули, и даже дядя Хул немного расслабился. В конце концов Траун разыскивал не их.

– Опекуна зовут Вруун, – ответил дядя Хул, – его лаборатория в полукилометре на запад отсюда, рядом со стеной сада.

Траун кивнул.

– Отлично. Я должен поговорить с немедленно.

– Зачем? Чтобы сообщить ему, что он остается без работы? – сказала Таш. Зак был удивлен жесткостью ее голоса. Он знал, насколько она не любила Империю, но он никогда не предполагал, что она будет столь откровенно говорить об этом перед капитаном Имперского Звездного разрушителя. Но она не останавливалась.

– Вы собираетесь уведомить Врууна, что Империя пришла сюда, чтобы захватить С'кррр?

Два офицера по младше раздраженно зарычали.

– Уолвер, Тир, отставить! – приказал Траун. Имперский офицер пристально смотрел на Таш своими ярко-красными глазами.

– Если бы Империя решила захватить С'кррр, то их бы никто не предупреждал об этом, – ответил он, – мы бы просто захватили это. Но, уверяю вас, что я такой же посетитель Сикадианских садов, как и вы. Я прибыл сюда, чтобы изучить культуру С'кррр, особенно их сад.

– Как любопытно, капитан, – сказал Хул, – я антрополог, и я здесь по той же самой причине. Думаю, что вы найдете сад самым ценным информативным источником изучения культуры С'кррр.

Траун злобно улыбнулся.

– На это я и надеюсь.

Таш скрестила руки на груди и нахмурилась.

– Никогда не думала, что имперские капитаны интересуются культурой и художественными ценностями.

Траун выглядел слегка непонимающе раздраженным тоном Таш.

– Я нахожу эту информацию весьма ценной, – сказал он, – чем лучше я понимаю культуру, тем легче мне потом…, – он несколько замялся, но быстро нашел нужные слова, – иметь с ней дело.

Траун особо выделил слово "дело" и от его тона, каким он сказал это, кровь Зака похолодела. Капитан развернулся и не говоря ни слова пошел в сад, младшие офицеры последовали за ним. Как только они были вне пределов слышимости, Таш спросила:

– Дядя Хул, вы думаете, что он говорит правду?

Хул покачал головой.

– Я не знаю, но уверен, что прибыл он не для того, чтобы арестовывать нас. Он вероятно и не знает, что мы скрываемся от Империи.

– Благодарите звезды за это, – вставил Зак, – последняя вещь, которую бы я хотел увидеть, это внутреннюю отделку имперской тюремной камеры.

– Действительно, – ответил Хул, – но тем не менее, надо быть начеку. Капитан Траун здесь по нескольким причинам, и я уверен, что это сулит неприятность каждому, кто встанет на его пути. Мы должны быть осторожны.

Хул настоял, чтобы они провели весь день около корабля. Зак был только счастлив, ведь это давало ему шанс помочь отремонтировать "Саван". Но Таш была разочарована. Она хотела посетить Ш'шака в саду. Вместо этого, она была вынуждена наблюдать, как Зак и Хул возятся с двигателями корабля в течение дня. К тому времени, когда уже начало смеркаться, ей это все очень надоело.

Хул был в "Саване" и использовал маленький генератор, чтобы приготовить ужин. Солнце садилось за горизонт, оно зашло уже наполовину, поэтому яркий оранжевый шар висел наполовину скрытый. Таш и Зак лежали на спине на входном трапе корабля, смотря в темнеющее небо. Высоко над ними кружили какие-то темные формы, то и дело ныряя вниз. Шривы вышли на охоту.

– Это не хорошо, – сказала Таш, – дядя Хул должен был разрешить мне идти к Ш'шаку. Когда еще выпадет возможность провести целый день с настоящим поэтом и философом?

– Иногда и одного шанса слишком много, – с сарказмом ответил Зак. Но его мысли были о другом. Шривы, кружась, напомнили ему, что он все еще не рассказал никому о том несчастном случае.

– Таш, я должен тебе кое-что рассказать.

– Зак, – оборвала его Таш, – я хочу попросить тебя о помощи.

Он сделал паузу.

– Ты уверена? Меня?

Она поправила локон белокурых волос за ухо.

– Я хочу пойти завтра на рассвете, проверить имперский шаттл. Ты пойдешь со мной?

– Что ты хочешь там увидеть? – спросил он.

– Я не знаю, – призналась его сестра, – только думаю, что Траун прибыл сюда для чего-то еще. Это только предчувствие.

Зак знал о предчувствиях Таш. Она ощущала Силу, таинственную энергию, которая даровала древним Джедаям их способности. За прошедшие несколько месяцев, Зак научился доверять Таш и ее чувствам.

– Хорошо, – сказал он.

– Отлично. Я разбужу тебя пораньше, – ответила она, – О, ты хотела мне что-то сказать?

– Наш ужин готов, – сказал Хул внутри корабля.

Зак вхдохнул.

– Это может подождать.

Это вечер прошел быстрее, чем прежде. Зак убедился, что пока он продолжает убивать жуков, то может препятствовать, чтобы саду нанесли вред. Это достаточно успокоило его и он хорошо уснул. Ночь пролетела быстро, и уже что-то щекотало его до восхода солнца. Он пытался отстраниться, но щекотка продолжалась. Наконец, открыв глаза, он увидел Таш, сидящую на его кровати.

– Вставай, – сказала она.

Зак моргнул. Его глаза были еще сонными, чтобы увидеть сколько сейчас время.

– Ты, должно быть, шутишь, – простонал он.

– Ты мне обещал, – сказала Таш.

Фыркнув, Зак заставил себя вылезти из кровати и одеться. Он все еще протирал от сна глаза, когда шел за Таш от "Савана" через арку сада. Небо светлело, меняя цвет от черного к светлому.

Имперский шаттл стоял недалеко. Они могли разглядеть его сквозь утренний туман, как челнок стоял подобно хищнику, готовому напасть.

Зак зевнул.

– Великолепно, это есть имперский шаттл. Теперь я могу вернуться в свою кровать?

– Нет, – тихо ответила Таш, – у меня чувство, что что-то должно случиться.

– Безусловно, – сказал Зак, – если мы простоим здесь достаточно долго, то сможем увидеть, как этот шаттл заржавеет. Таш, даже секретные имперские заговоры не осуществляются до окончания завтрака.

Он не успел закончить свое предложение. С тихим жужжанием в шаттле открылся люк. Зак чувствовал, как Таш припала к земле и уложила его также. Из шаттла вынырнула темная фигура, огляделась вокруг, желая удостовериться в отсутствии посторонних глаз, а затем умчалась в сад.

Даже в тумане рассвета дня, Таш и Зак увидели, что в его руке есть бластер.

– Я говорила тебе, – шепнула Таш, – здесь что-то происходит.

– Возможно, – ответил Зак, – но имперцы всегда носят бластеры.

– Да, но только они не постоянно таскают их так, как будто бы собираются в кого-то выстрелить, – Таш пошла за фигурой.

Зак последовал за ней.

– Даже если там что-то произойдет, что мы собираемся делать с этим?

Таш не ответила, пока Зак не догнал ее.

– Я не знаю, – сказала она, – но дядя Хул сказал, что он не намерен больше позволять Империи уничтожать цивилизации. Посмотри, что случилось с Алдерааном. Мы должны сделать нашу работу. Может быть, следуя за имперцем мы кое-что узнаем, и тогда мы сможем рассказать об этом дяде Хулу, а он уж точно знает, что надо будет делать.

План показался Заку вполне безопасным. После целого дня проведенного у "Савана", он был готов совершить прогулку в Сикадианских садах. И если их поймают, то они всегда смогут утверждать, что просто совершали утреннюю прогулку.

По влажной траве можно было легко передвигаться, поэтому они почти бежали в том направлении, куда ушла фигура. Они заметили ее один или два раза, но этого было достаточно, чтобы сохранять след. Казалось, что эта фигура не разбирала куда идти. Она двигалась быстро, но бесцельно, то шла к деревьям, то от них, кружилась вокруг большого водоема, то петляла среди цветов.

Таш и Зак следовали за ней, пока фигура не исчезла в кустах. Брат и сестра медленно прошли сквозь кустарник, но когда они преодолели его, то фигура уже исчезла из виду.

– Отлично, – сказал Зак, – и каков у нс дальнейший план?

– Огонь лазера, – сказала Таш, пнув влажный покров земли, – я надеялась, что мы не упустим шанса проследить за имперцами.

Мгновение спустя они услышали звук, похожий на тихое гудение генератора. Двое Аррандов пошли в том направлении, откуда раздавался звук, и поднялись на небольшой холм, усеянный небольшими красивыми цветами. Гул раздавался с вершины. Они медленно ползли вперед.

Теперь они слышали тихий разговор и быстрые шаги. Гул был похож на хлесткий удар виброкинжала. Было впечатление, что вверху шла борьба.

Зак и Таш ползли по земле и достигли верхушки холма. И поперхнулись, увидев, кто был наверху.

– Ш'шак, – поперхнулась Таш, смотря вдаль.

Ш'шак тут же замер. Он был один, держа в руке палку, на конце которой блеснуло зловещее вибролезвие. Он занес руку с пикой над головой и изо всей силы метнул ее в небольшое дерево, растущее на вершине холма. Молодое дерево уже имело на себе множество отметин, где оружие Ш'шака повредило его кору. Ни одно из них не было достаточно глубоким, чтобы повредить дереву, но все они были узки и точны.

Зак и Таш нашли, что тот, кого они видели, был мало похож на того мирного С'кррра, которого они видели вчера. Сейчас он выглядел сильным и воинственным, а в его черных глазах горел огонь. Но вся воинственность Ш'шака исчезла в тот момент, когда он увидел их. В плавном движении, он выдернул пику, опустил оружие и воткнул его конец в землю. Его руки опустились, а лицо приобрело безмятежный вид, какой они видели, когда встретились с ним в первый раз. Через мгновение из сурового воина он превратился в нежного поэта.

Ш'шак сделал несколько шагов от дерева.

– Таш, Зак, – тихо сказал он. Его крылья затрепетали на спине, – это приятная неожиданность встретить вас здесь.

– Точно неожиданность, – ответил Зак.

– Ш'шак, что вы делаете? – спросила Таш, указывая на оружие, которое торчало из земли.

– Ах, это, – сказал он, – всего лишь практика.

– Практика! – усмехнулся Зак, – с каких пор поэты практикуются в метании вибропик?

Крылья Ш'шака затрепетали вновь.

– У меня есть много интересных увлечений. Теперь, если вы извините меня, у меня есть дела в другом месте.

С'кррр быстро вытянул оружие из земли и также быстро ушел.

– Таш, это то, что ты ожидала найти? – спросил Зак, – это напоминает твоего друга, поэта, который владеет навыками убийцы.

Таш лишь покачала головой.

– Помнишь, как Вруун сказал, что у Ш'шака есть более агрессивный талант? Возможно это то, что он имел в виду.

– Может быть, – ответил Зак, вспоминая вчерашнюю встречу в лаборатории опекуна, – и возможно, что растение сходило с ума из-за Ш'шака. За прошедшие несколько месяцев, мы и раньше встречали немало странных личностей. Этого можно также занести в наш список.

– Потому что он владеет методами самообороны? – возразила Таш.

– Самообороны? – ответил брат, указав на ствол дерева, который был пронзен клинками Ш'шака, – скажи это дереву.

К этому времени туман уже рассеялся и солнце поднялось настолько высоко, что освещало весь сад. Таш и Зак поспешили назад, к "Савану", надеясь, что Хул сможет помочь им понять, что произошло.

Но прежде чем они достигли корабля, они встретили другую фигуру, прогуливающуюся в саду. Капитан Траун стоял на краю одного из многих цветников. В этой клумбе, цветы были устроены специальным образом. У большинства из них были белые лепестки, но некоторые с синими лепестками так, что формировали водовороты в белых областях. Траун стоял, держа руки за спиной, внимательно изучая цветы, как будто бы они содержали тайну вселенной.

– Интересно, – сказал он себе, обходя клумбу, – большинство из них уже раскрылось.

– Что он делает? – сказала Таш Заку, – похоже, он действительно интересуется цветами.

Траун услышал ее. Не смотря на Зака, синекожий имперский офицер ответил.

– Вы только ребенок, поэтому я прощу ваше наглое поведение. На этот раз.

Он сделал паузу.

– Вы не можете понять ясную вещь – культура выражается через искусство. Если вы знаете, как читать искусство, то найдете все, что вы должны знать о людях.

Таш нахмурилась.

– В том числе и то, что вы можете использовать против них.

– Когда это необходимо, – ответил Траун, все еще не смотря на них.

– Я знаю, что Империя здесь еще для чего-то, – сказала Таш.

Наконец Траун обернулся. Его красные глаза впились в Таш настолько, что сначала она покраснела, а потом побледнела от страха. Но когда он говорил, голос Трауна был спокоен.

– Я жду сообщения от одного из моих офицеров и у меня немного времени, поэтому буду краток. Я сталкиваюсь с гражданскими, похожими на вас постоянно. Вы думаете, что Империя только и делает, что составляет против вас заговоры. Но позвольте мне заметить, что вы излишне драматизируете ситуацию. Империя – это правительство. Оно руководит миллиардами существ, которых надо кормить и одевать. День за днем, год за годом, на тысячах миров, люди живут в согласии с Имперскими законами, не видя штурмовиков и не слыша криков борьбы.

Траун начал уходить, а Зак и Таш последовали за ним. Они не могли не повиноваться ему.

– Уверяю вас, что я не замышляю никакого заговора против С'кррр. Я нахожу их весьма интересной расой. И прибыл сюда, чтобы изучить их, потому что они весьма отличаются от большинства гуманоидных разновидностей. Полагаю, что вы знаете, что С'кррр произошли от насекомых?

Таш и Зак кивнули. Учитывая внешность С'кррр это было предположить достаточно легко.

– Я учился исследовать культуры, – продолжил офицер, – они используют сад как выражение их культуры и, я бы сказал, что С'кррр поклоняются красоте и насилию. Сад хорошо это демонстрирует. Также естественно и дико. Это показывает две стороны индивидуальности С'кррра.

– Но самая интересная деталь о С'кррре, – Траун продолжал, говоря больше себе, чем к Аррандам, – является то, что в обществе С'кррра много лет существовал культ, который служил насекомым. Этот культ полагал, что насекомые, которые были предками С'кррра должны уважаться и почитаться. Спустя много лет, это было поклонение стало центром их искусства. С'кррру запрещалось вредить насекомым, а те должны расти и размножаться.

– Мы нашли статую жука вчера. Она была старой, но вы можете сказать, что это – сказал Зак.

Траун кивнул.

– Этот сад был первоначально тем местом, где поклонялись насекомым.

– Но ведь С'кррр больше не поклоняется насекомым, – отметила Таш.

– Нет, не поклоняются, – согласился Траун, – культ был запрещен, когда насекомые начали угрожать заполнить всю планету. Но есть слухи, что есть еще много С'кррр, которые все еще следуют древним верованиям.

Он сделал паузу.

– Вы видите, это все информация, которую я ищу здесь. Я просто хочу знать о культуре как можно больше. И уверяю вас, что у меня нет никакого намерения тратить впустую свое время, планируя заговоры.

Таш хотела было ответить, но слова застряли в ее горле, немым криком. Около нее Зак замер и почувствовал тяжесть в животе, поскольку он увидел то, на что смотрела Таш. Перед ними на дорожке лежало тело имперского офицера. Сейчас можно было разобрать только лишь его лицо, поскольку все остальное было покрыто роящимися жуками.

Зак и Таш помчались вперед, чтобы помочь офицеру. Траун остался позади, изучая место происшествия с холодной расчетливостью. Зак и Таш оба упали на колени, пробуя устранить роящихся жуков с тела имперца. Некоторые из жуков устремились в траву, чтобы искать другое, но большинство других просто раскрыли крылья и прилетали вновь к телу.

– Помогите нам, – позвал Зак Трауна.

– Не беспокойтесь, – ответил имперский капитан, – он мертв.

Траун был прав. Тело не двигалось. Кожа офицера была уже бледной и холодной. Зак мог видеть извивающуюся выпуклость в его униформе, там, где ползали под одеждой жуки. Что-то укусило Зака.

– Ай, -вскрикнул он, – отпрыгнув назад.

Таш обернулась.

– Зак, что случилось? Ай! – он вскочила на ноги, быстро взяв палец в рот, – что-то тоже укусило меня.

– И меня, – ответил Зак, смотря на руку, где краснел крошечный укус, – полагаю, что они не хотят, чтобы мы их прогоняли с пищи.

Зак дрожал.

Позади них, капитан Траун вытянул с пояса комлинк и говорил с кем-то, вероятно со Звездным Разрушителем, который был на орбите.

– Это капитан Траун. Осуществите полный контроль Сикадианских садов. Все суда в пределах тысячи километров этого района должны быть немедленно остановлены, а затем обысканы. Кто-то убил лейтенанта Уолвера.

Траун действовал молниеносно и эффективно. Таш и Зак наблюдали, как в течение следующего часа, имперские исследователи спустились от Звездного разрушителя Трауна, чтобы исследовать область. Бригада врачей работала над телом, а имперцы ломали ветки деревьев и кустарников, используя их как щетки, чтобы отогнать роящихся жуков.

Когда они это делали, Вруун, как показалось, возник из ниоткуда. Его крылья сердито жужжали:

– Я протестую, – сказал он, – этот сад – заповедная область. Вы не можете просто так войти сюда, ломая растения и деревья И жуки! Вы не должны…

Траун оборвал его.

– Я делаю то, что считаю нужным. Один из моих людей был убит. И расследование этого куда важнее ваших жуков.

Но Вруун продолжал протестовать, пока Траун не приказал, чтобы солдаты убрали опекуна. Вруун поспешно ушел по одной из дорожек сада, жалуясь на все происходящее.

Как только жуки дрога были удалены с тела, медик обнаружил несколько больших ран.

– Что могло причинить такие раны? – спросил Траун.

– Трудно сказать, – ответил доктор, – я не уверен, были ли они сделаны до того, как жуки сделали свою работу, или насекомые попав в отверстия сделали их шире. Но я сказал бы, что они очень похожи на раны нанесенные большим ручным оружием, возможно вибропикой или кинжалом.

Зак и Таш переглянулись, вспомнив Ш'шака.

Траун говорил по комлинку.

– Траун – Звездному разрушителю "Мститель". Возьмите под контроль все планетарные передачи. Возможно, здесь действует антиимперская группа, возможно из числа С'кррр. Они, возможно, убили лейтенанта Уолвера. Держите меня в курсе всего.

Таш и Зак исчезли, пока Траун давал распоряжения насчет возвращения тела и вернулись к "Савану".

Они нашли Хула, ожидающего их с хмурым взглядом и глубокими морщинами на его лице. Интерьер "Савана" напоминал, как будто бы здесь побывали тускеновские разбойники.

– Зак, Таш, я рад, что вижу здесь. Штурмовики приходили сюда и обыскали "Саван". Они не сказали, что они ищут.

– Они искали убийцу, – ответил Зак, – мы были с капитаном Трауном и нашли одного из его офицеров. Он был мертв, а жуки дрога облепили все его тело, – добавила Таш.

– И вы не поверите тому, что мы увидели до того…, – собрался было сказать Зак, но остановился. Ш'шак появился словно из под земли.

– О, – неубедительно завершил Зак.

– Да, Зак? – переспросил Хул.

Зак сглотнул.

– Ничего. Только капитан Траун думает, что на планете действуют антиимперские агенты.

Крылья Ш'шака зажужжали.

– Это уже интересно. Если это так, то имперцы могут объявить комендантский час. Я должен закончить некоторые поручения до того, как они сделают это.

Он поклонился Хулу.

– Для меня было удовольствием поговорить с вами. Удачного дня.

Зак подождал, пока С'кррр окажется вне поля зрения.

– Он – убийца!

Хул лишь моргнул.

– Ерунда!

– Но мы видели, как он тренируется с вибропикой, – настаивал Зак, – он напоминал машину для убийства.

– Думаю, что Зак может быть прав, дядя Хул, – признала Таш, – Ш'шак сказал мне, что он был поэтом, но после того, что я видела сегодня…

Хул покачал головой.

– Зак, Таш, это то, где понимание иной культуры может помочь вам. Вы видите, С'кррр Слова Хула были прерваны имперскими солдатами. Хул посмотрел и увидел ожидающего другой лейтенант Трауна, Тира.

– Вы должны идти со мной, – сказал он Хулу.

– Но я ничего не сделал, – ответил Хул.

– Капитан Траун допрашивает каждого, – объявил Тир.

Он указал на Зака и Таш.

– Они могут остаться здесь.

Хул ушел. Заку и Таше теперь оставалось только ждать, бродя по коридорам "Савана", тыкая пальцами в обесточенные компьютерные дисплеи.

– Ты думаешь, что Ш'шак мог сделать это? – наконец спросил ее Зак, – думаешь, что он – мятежник?

– Возможно да по первому вопросу, – ответила сестра, – но я сомневаюсь насчет второго. Вспомни повстанцев, которых мы встречали в прошлом. Люк Скайуокер, принцесса Лея, Ведж Антиллес, которого мы встретили несколько месяцев назад. Они желали бороться за то, во что верили, но ни один из них не был хладнокровным убийцей.

– И я кажется тоже не в их числе, – сказал дядя Хул, внезапно входя в корабль.

– Дядя Хул! – закричали оба Арранды вместе, – все в порядке?!

– Да, – ответил Хул, – хотя это и было неприятно. В такие моменты все кажется подозрительным. Ранее, конечно я мог использовать мои верительные грамоты, как антрополог, чтобы объяснить цель своего путешествия. А теперь едва ли будет мудрым упоминать мое настоящее имя, поскольку нас все еще разыскивает Империя.

Хул объяснил, как он смог убедить имперцев, что он и двое Аррандов были в культурной поездке. Поскольку он смог доказать, что работал над двигателями "Савана" все утро, то остальная часть его истории сработала тоже.

Таш попробовала вмешаться.

– Дядя Хул, у нас есть действительно такое, что мы должны вам рассказать о Ш'шаке.

Но Хул уже шел к своей каюте.

– Боюсь, что это должно будет потерпеть до утра, Таш. Я очень устал от вопросов и считаю нужным оставить эту планету как можно скорее.

Когда он вошел в каюту, то добавил:

– Утром будет куда больше вопросов. Траун отослал множество солдат обратно на Звездный Разрушитель, но он настроен найти убийцу. Мы должны отдохнуть к тому, чтобы завтра ответить на куда больше вопросов.

Зак пошел в свою каюту, снял одежду, сложил карточки с данными и лучше уложил надежный скимборд, затем оделся в пижаму и лег на кровать, где моментально заснул. Он рано встал этим утром и очень устал за день. Их посещение С'кррр превращалось в настоящий кошмар. Теперь, даже если они отремонтируют двигатели "Савана", Траун мог бы держать их на планете достаточно долго, пока не найдет убийцу.

Убийца! Сердце Зака забилось сильнее. В этих волнениях, он забыл о шриве, которую он убил. Он забыл убить тридцать жуков. В отчаянии, он попытался вспомнить, убили ли имперцы кого-либо из жуков, когда исследовали тело. Жуки были только прогнаны или убиты? И если были убитые, то сколько?

Зак застонал.

– Ты вновь допустил просчет, Зак Арранда.

Но попытался успокоиться. Пропустил один день, так ли это плохо? В конце концов завтра можно попытаться убить шестьдесят жуков.

Он кивнул. Точно так и надо поступить. Он сделает это все завтра. Успокоенный этой мыслью, он уснул.

Зак проснулся пару часов спустя. Что-то щекотало его ухо. Он зевнул:

– Таш, оставь меня. Уходи.

Что-то щекотало его ухо вновь.

– Таш, я не собираюсь следовать за тобой, если ты собралась еще за кем угодно там шпионить. Я остаюсь в кровати.

Он открыл глаза. Таш не было рядом. Зато по щеке и в волосах копошились крошечные ноги. Зак вскочил и зажег в каюте свет. Вся его кровать была захвачена жуками дрога.

Жук вскочил на его руку и начал цепляться за рукав. Другой был почти на конце его носа, расправлял крылья.

– На помощь! – закричал Зак. Он сбросил все покрывала, ссыпая массу жуков на пол. Зак слышал, как твердые панцири жуков ударялись о пол и чувствовал царапание их когтей своей кожей. Он хлопнул себя руками по груди и ниже по рубашке.

Дверь в комнату Зака открылась. Таш и Хул стояли в дверном проеме.

– Жуки! – кричал Зак, – они всюду!

Он увидел жука, убегающего по полу, и наступил на него ногой, забыв, что он не обут. Бац! И панцирь жука был раздавлен, а затем Зак почувствовал, как его нога оказалась в чем-то вязком. Таш не знала, что ей делать: кричать в ужасе или смеяться. Извивающиеся жуки напомнили ей ужасный образ убитого офицера, но вид Зака прыгающего по своей каюте и сбивающего свою одежду, был очень забавен.

– Зак, я думала, что мы, как полагается, не будем убивать жуков дрога, – шутя сказала она.

– Скажи им это! – крикнул он, отщипывая последнего жука от внутренней части своего воротника. Он бросил его в стену. Жук ударился о нее и упал на пол каюты. Оглушенный он попытался бежать сначала в одну сторону, затем в другую. Наконец, он побежал вдаль, но Зак добил его концом скиборда.

Когда все жуки были мертвы, Зак вздохнул, чувствуя отвращение и дрожь, сел.

– Это было ужасно, – сказал он.

– Как они попали сюда? – спросила Таш, тщательно избегая мертвых тел жуков, когда она вошла в каюту.

– Что еще более важно, – добавил Хул, – зачем они вошли сюда? У этих существ не было никакой причины лезть на корабль.

Он осматривал все вокруг.

– Любопытно. Первое, что надо будет сделать завтра утром, это пойти к Врууну и рассказать ему обо всем. Может быть он разъяснит нам происходящее. Ну а поскольку, сейчас вам не угрожает никакой реальной опасности, предлагаю всем пойти отдыхать дальше.

– Никакой реальной опасности, – подумал Зак, – попробуйте сказать это себе, когда у вас под одеялом закопошатся все эти ужасные жуки.

Таш помогла Заку убрать все то, что осталось от жуков дрога, вновь застелить кровать. Но когда он вернулся к себе в каюту, сон не шел к Заку.

– Я должен был сказать это еще в первый день, – произнес он вслух, – я должен был сказать им, что нарушил баланс и убил шриву. Это был несчастный случай. Точно также как и с двигателями. Я должен был сказать им, – он почесывал затылок и делал это неистово, как будто бы чувствовал, что жуки еще ползают по его голове.

– Как же мне теперь сказать об этом теперь? Я должен был признать, что попытался скрыть это.

Наконец Зак заснул, но в его снах друг друга сменяли картинки роящихся жуков и разочарованного лица дяди Хула, как только бы он узнал о шриве. Зак не знал, что видеть хуже: первое или второе.

Он проспал до следующего дня. К тому времени, когда он вылез из кровати, потирая щеки, чтобы проснуться, Таш и Хул уже были одетыми и готовыми.

– Поспеши, пожалуйста, – настаивал дядя Хул, – я хотел бы поговорить с Врууном об этих насекомых, а затем отбыть отсюда как можно скорее.

Зак с надеждой посмотрел на него.

– Двигатели отремонтированы?

– Почти, – ответил его дядя, – час или два работы и все будет готово.

Как только Зак оделся, они оставили "Саван" и направились к лаборатории Врууна. Шаттла Трауна не было видно, имперцы временно улетели, но свидетельства их пребывания были всюду. Травы были смяты, а целые клумбы цветов растоптаны.

– Это то, чего я боялся, – сказал Хул печальным голосом, – этот сад жил сотни, а возможно тысячи лет. И в один день, Империя разрушила его часть. Представьте себе, что случилось бы, если имперцы получат полный контроль над планетой. Именно поэтому полный отчет о Сикадианских садах должен быть закончен и сохранен.

– Дядя Хул, я тут думала кое о чем, – сказала Таш, – вы думаете, что есть какая-то связь между Империей и этими жуками? Мы были здесь целый день без каких-либо проблем. Но как только тут появились имперцы, жуки начали наводнять местность. Зак нашел одного из них в продуктах, в день, когда имперцы прибыли. Имперцы провели обыск в "Саване" и жуки появились в каюте Зака. Может ли это быть имперским заговором?

– Нет, не может, – думал Зак, – это только моя вина.

Но сказать об этом вслух, он все еще не мог. Они дошли до лаборатории Врууна. Дверь была приоткрытой, и Хул тихо позвал опекуна сада. Но ответа не было.

– Привет, – позвал Хул громче, но ему по-прежнему никто не ответил.

Хул открыл дверь, а затем отпрянул, пораженный. Зак увидел, что творилось в лаборатории через руку Хула. Он увидел рабочие места и столы, увидел растение, привязанное к своему цифровому считывателю. А также увидел, что Вруун сидел на полу. Погребенный в роящейся насыпи жуков.

Тело Врууна было почти покрыто слоем жуков дрога. Жуки ползали по нему, но очень медленно. В отличие от тех, кого они нашли на мертвом имперском офицере, или тех, кто роился на кровати Зака, эти жуки не двигались беспорядочно. Они медленно бродили по телу и рядом с Врууном, подобном маленьким старцам, пробудившимся от спячки.

Зак узнал тихий звук, заполнявший лабораторию. Этот низкий, устойчивый гул. Настолько сладкий и успокаивающий, что невольно Зак начал зевать.

– Он…? – шепнула Таш.

– Нет, – тихо ответил Хул, – слушайте этот звук. Это пение крыльев. Вруун использует песню крыльев, чтобы влиять на жуков.

– Как он может там находиться, когда они все ползают по нему, – спросил Зак, – это же отвратительно.

Они наблюдали еще несколько минут, пока Вруун продолжал успокаивать жуков. Но постепенно пение крыльев начало стихать. Жуки, казалось, начали больше волноваться, двигаться все быстрее, подпрыгивая друг к другу. Тогда Вруун слегка стряхнул их. Жуки распростерли крылья, и рой поднялся от Врууна подобно облаку. Он выскочил из-под них, после того, как жуки дрога взлетели, и лишь затем заметил гостей.

– Что вы хотите?

– Это было удивительно, – отметил Хул.

Вруун взял сеть и начал вылавливать жуков, помещая их в стеклянный контейнер, который Зак видел раньше.

– Я экспериментировал с жуками дрога также, как я это делал с растениями и обнаружил, что эти изящные существа успокаиваются под звуки пения крыльев.

– Как вы могли находиться там, когда по вас все эти жуки ползали? – спросил Зак, – я имею в виду, что они же противные… – его голос затих, поскольку он понял, что он говорил только и что и кому.

Рот Врууна дернулся.

– Красоту каждый оценивает по своему.

– Вруун, у нас есть к вам вопрос, – спросил Хул, переходя к сути, – вчера вечером рой таких же жуков заполз в наш корабль.

– И захватил всю мою кровать, – вставил Зак замечание.

– Ведь вы не повредили им? – почти закричал Вруун.

– К сожалению, у нас не было другого способа устранить эту проблему, – ответил Хул.

Опекун отпрянул далеко, потирая руками свою голову, успокаивая себя и бормоча: "Нет, нет! Это ужасно! Это трагично!".

– Прошу прощения за тот вред, который мы нанесли численности жуков, – сказал Хул, – но сейчас мы видим столько жуков, что я невольно задаюсь вопросом, а не нарушился ли баланс в системе?

У Зака замерло дыхание. Это было тем, чего он боялся. Вруун обнаружит, что шрив недостаточно много, чтобы съесть жуков дрога. Они обнаружат, что одна из шрив была убита. Он чувствовал, что его сердце готово выпрыгнуть из груди. Это должно стать для него уроком. Он должен был сразу же сказать дяде Хулу.

Вместо этого Вруун ответил: "Нет никакого нарушения баланса!" Зак был удивлен. Может быть, он ошибся насчет шривы? Это было ошеломляюще. Может быть и волноваться не о чем. Или Вруун так сказал, поскольку еще не заметил нарушения баланса. Может быть требуется больше времени, чтобы численность жуков стала большей.

Зак уже не знал, какая теория была верной. Но то, что он действительно знал, так это то, что надо признаваться во всем сейчас. Разве он не хотел разделаться с этой проблемой? Разве не хотел, чтобы эта проблема исчезла? Но если не было никакого нарушения баланса в саду, то почему Зак должен говорить, что он убил шриву? Он бы только нажил лишние неприятности.

Впервые Заку пришла в голову мысль о том, что он фактически абсолютно свободен от чувства вины. Он не должен был никому ничего рассказывать. Ни дядя Хул, ни Таш не узнают, что он нарушил баланс. Зак не был уверен, что ему нравится этот путь, по которому он сейчас шел.

Вруун закончил ловить всех жуков дрога и отпустил их обратно в контейнер.

– Вы опекун этого сада и полагаю, что свое дело вы знаете отлично. Но действительно ли вы уверены, что не было несчастного случая. Возможно некоторые шривы обиделись, ведь было уже несколько инцидентов, – сказал ему Хул.

– Рой в вашем корабле легко объяснить, – резко сказал Вруун. Хотя он продолжал говорить с Хулом, Зак мог видеть, что опекун в действительности не обращал на них никакого внимания. Вруун смотрел на стеклянный контейнер, не сводя глаз с жуков.

– Жуки дрога ищут тепло, особенно когда готовятся класть яйца. Поскольку ваше судно сделано из металла, неестественного в этой области, могу добавить, он еще нагрелся на солнце, то жуки дрога были привлечены высокой температурой и поползли внутрь, чтобы сделать там гнезда.

– Они собирались отложить яйца в моей кровати? – Зак почти поперхнулся. Мысль о том, как личинки дрога ворочаются в его кровати, заставила Зака вздрогнуть.

– Более всего вероятно, – предположил Вруун, – сейчас наступает сезон для откладки яиц жуков дрога. Вероятно они ищут хорошие участки. Вряд ли стоит обращать внимание на этот инцидент.

Хул пристально посмотрел на Врууна.

– Может быть, вы и правы. Но эти жуки действительно показались мне весьма… агрессивными.

Вруун энергично закивал. Его голос становился все более возбужденным с каждым словом.

– Действительно. Они сбиваются в большие группы, особенно в период кладки яиц. В парах они послушны и едва двигаются. Но чем больше становится жуков, тем агрессивнее они становятся. Рой их мог бы даже, – он остановился, – впрочем, это не важно, что мог бы сделать их рой. В конце концов, шривы подавят их численность.

– Вы уверены в этом? – спросил новый голос.

Это был Ш'шак. Пока Вруун говорил, в лабораторию пришел другой С'кррр.

– Я шел сюда с дальнего конца сада. И на пути я заметил немало жуков. Думаю, что вам это будет интересно узнать, Вруун.

– Я все держу под контролем, – резко оборвал опекун, – я знаю свою работу. Все происходит так, как должно.

– Именно так, – проговорил еще один голос.

Капитан Траун зашел в небольшое здание, держа бластер в своей руке. Лейтенант Тир следовал за ним с мощной лазерной винтовкой.

– Что все это значит?! – спросил Вруун, – это моя лаборатория!

– Вас, Вруун, это совершенно не касается, – сказал Траун. Он прицелился из бластера в Ш'шака.

– Ш'шак, С'кррр, вы арестованы. Обвинение – убийство. Мера наказания – смерть!

Они были на борту имперского шаттла, который Траун посадил в саду. Траун и его лейтенант настояли на том, чтобы Зак, Таш и Хул сопровождали его, пока они доставят Ш'шака на корабль. Как только они пришли на запястья Ш'шака были надеты наручники.

– Именем Империи, – объявил Траун пленнику, – я имел возможность застрелить вас там, где вы стояли. Но я верю в справедливость, поэтому привел вас сюда, чтобы привести доказательства вашей виновности. А затем вынести приговор. Эти трое, – сказал Траун, махнув на Зака, Таш и Хула, – будут служить свидетелями против вас.

Траун кивнул лейтенанту, и Тир включил записывающее устройство. Траун назвал свое имя и звание, затем имя Ш'шака, а после спросил: "Вы признаетесь в совершении вчера убийства лейтенанта Уолвера?" – Нет, я невиновен, – спокойно ответил Ш'шак.

– Тогда как вы объясните это? – потребовал Траун. Он подошел к камере хранения и достал оружие, которое Зак и Таш видели раньше в руках Ш'шака.

– Для записи. Я держу вибропику, используемую С'кррр, – заявил Траун, – это пика была обнаружена спрятанной в некоторых кустарниках в саду. Мы проанализировали пику на предмет образцов кожи и волокон. Эта пика определенно принадлежит вам, – Траун наклонился вперед, – И именно это, возможно, использовалось, чтобы убить моего офицера.

– Дядя Хул, что нам теперь делать? – тихо спросила Таш.

– Ничего, – ответил дядя едва слышимым голосом.

– Я не отрицаю, что это мое оружие. Но я никого не убивал. Вы говорите, что исследовали оружие. Вы нашли на нем кровь лейтенанта?

Траун пожал плечами.

– Вероятно, вы легко очистили лезвие, чтобы устранить это доказательство. Кроме того, – добавил имперский капитан, – что так называемый поэт делает с оружием убийцы?

– На С'кррр, – ответил Ш'шак, – наиболее уважаемые творческие индивидуумы – это поэты-воины. Те, кто находит баланс между светлой и темной стороной своей личности. Мы соблюдаем баланс и пример сада, где также соблюдается баланс, помогает нам в этом. Я имею честь быть признанным своими людьми и как поэт, и как воин.

– Отличная история, – возразил Траун, – особенно для того, кто скрывает свою ложную идентичность.

Хул вмешался в разговор.

– Это правда. Вы должны посмотреть на культуру С'кррр. Я потратил немного времени за прошедшие дни, говоря с Ш'шаком и изучая верования С'кррр. Их история полна красоты и насилия. И потому нет никакого противоречия в том, что они и художники, и поэты, и воины. Они учатся битве с применением традиционного оружия, и исполняют ритуальные бои. Это часть их культуры.

Таш внезапно вспомнила свою беседу с Трауном.

– Капитан Траун, вы сказали нам то же самое, когда были в саду.

Траун задумался.

– Возможно. Но даже если это верно, и Ш'шак имеет причину носить смертоносное оружие рядом с имперским персоналом, это еще не говорит о том, что он невиновен.

Имперский капитан поглядел на маленькую деку.

– Мой медицинский персонал констатировал, что смерть лейтенанта Уолвера произошла приблизительно в шесть часов утра. Где вы были в это время?

Ш'шак сделал паузу: – Я был в саду.

Траун кивнул: – И что вы делали?

И вновь Ш'шак немного помолчал. Зак спрашивал себя, что Ш'шак скажет дальше. Если он скажет правду, то это может отразиться на его судьбе. И где-то на заднем плане, Зак спросил себя, а чтобы сделал он в подобной ситуации.

– Я занимался с моей вибропикой, – наконец ответил Ш'шак.

Тонкая улыбка пробежала по лицу Трауна.

– Я вижу следующее. Вы были недалеко от места убийства, с оружием, которое возможно является орудием убийства. И все же вы утверждаете, что вы невиновны.

Ш'шак кивнул: "Все правильно".

– Это правда, – вырвалось у Зака. Он хотел помочь Ш'шаку. С'кррр сказал правду, даже при том, что это могло указать на его виновность. Не было бы справедливо позволить ему одному страдать.

– Таш и я видели его. Он занимался тренировкой на молодом дереве.

Траун моргнул своими красными глазами.

– Ах да, вы же тоже были в саду тем утром, – сказал он Заку и Таш, – а что вы делали там?

Зак решил говорить и за себя, и за сестру. Он также решил следовать примеру Ш'шака и говорить только правду.

– Мы следовали за кем-то от вашего шаттла, – признался он, – это был вероятно лейтенант Уолвер, но мы не смогли разглядеть сквозь туман.

Имперский капитан повернулся прямо к Заку и Таш. Потом он посмотрел на Хула.

– Простые туристы не следят за имперскими офицерами. Ваша причастность в этом деле становится куда больше, чем это показалось на первый взгляд.

– Кажется, это случается всюду, куда мы идем, – пробормотал Зак на одном дыхании.

– И я начинаю задаваться вопросом, кто же вы такие, – закончил Траун, – как только мы закончим с этим С'кррр, то я возьму вас к себе на Звездный разрушитель для идентификации.

Зак и Таш сглотнули. Как только Траун изучит их прошлое, то узнает, что их разыскивает никто иной, как Дарт Вейдер. Но сделать сейчас что-либо они не могли, пока Траун и его помощники целились в них из бластеров.

– Тем временем, – сказал Траун, возвращаясь к Ш'шаку, – у меня нет никакого намерения убивать имперского гражданина без серьезных на то оснований. А заявление этих детей легко проверить.

Синекожий офицер пригласил всех к выходу из шаттла.

– Покажите мне, где вы занимались. Если есть свидетельства, что вы были там фактически во время убийства, то ваша жизнь может быть сохранена.

Спустя несколько мгновений они уже шли через сад. Зак и Таш следовали впереди, Хул был позади них, Ш'шак следовал за Хулом, а Траун и лейтенант Тир замыкали процессию, держа в руках бластеры.

Время от времени, Зак оглядывался назад на дядю Хула. Выражение лица шиидо было более чем каменное и более нечитабельно, чем когда-либо. Зак знал, что Хул готовился что-либо предпринять. Имперцев было только двое, даже при том, что они были вооружены, Хул со своими способностями менять формы, мог бы справиться с ними.

– Лейтенант Тир, – сказал капитан Траун, проходя дальше – в этом раскладе, как в игре сабакк есть неизвестная карта. А я не люблю неизвестность. Опекун Вруун не находится под наблюдением.

– Это действительно так, капитан, – ответил лейтенант, – но вы не предполагаете, что садовник мог иметь…?

– Я ничего не предполагаю, – оборвал его Траун, – я просто хочу застраховаться от возможных сюрпризов. Идите, найдите Врууна и приведите его ко мне.

Козырнув, лейтенант Тир пошел назад к лаборатории опекуна. Теперь, если бы случилась неприятность, шансы Хула возрастали.

Зак и Таш увидели впереди маленький холм. Они быстро достигли его. Наверху стояло небольшое молодое дерево, все еще отмеченное следами от оружия Ш'шака. Трава вокруг дерева была помята и сорвана быстрыми движениями ног С'крра.

– Вот это свидетельство, – сказала Таш, – это то место, где мы нашли Ш'шака вчера утром.

Теперь, когда Траун остался один среди гражданских, он двигался более осторожно. Он держался на безопасном расстоянии от других и бросил лишь быстрый взгляд на дерево и землю. Но этот взгляд сказал ему, что он должен был узнать.

– Кажется, что С'кррр был здесь, – согласился он.

Зак едва слышно вздохнул.

– Однако, – продолжил имперский капитан, – нет ничего, что указывает на то, как долго вы были здесь и в какое время. Кто знает, может быть вы занимались на этом дереве, затем убили лейтенанта Уолвера и оставили его жукам на съедение.

– Но это не так, – настаивал Ш'шак.

Траун пожал плечами.

– Я принимаю решение, основанное на свидетельстве, которые у меня есть. А они говорят, что убийца именно вы.

Он нацелил бластер на грудь Ш'шака.

Ааахххх!!!!

Подавленный крик раздался снизу. Секунду спустя появился лейтенант Тир. Имперский помощник стремительно поднимался на гребень холма, зажимая рот и хватаясь за горло. Его бластер упал. А глаза были вне себя от ужаса.

– Тир, объясните, – приказал Траун, – что произошло?

Лейтенант Тир открыл рот, чтобы что-то сказать, но вместо слов рой жуков дрога начал выливаться из его рта.

Лейтенант Тир упал. Его тело изгибалось, а изо рта все больше устремлялись жуки. Они были в его одежде, ползали в волосах.

Спустя секунды офицер прекратил движения. Жуки продолжали ползать по его телу. Зак был слишком напуган, чтобы пройти рядом с другим телом, покрытым жуками, но от на расстоянии это казалось, как будто насекомые разрезали кожу лейтенанта Тира. Он вспомнил, что Вруун говорил ему: жуки дрога едят что-нибудь. Нет, не что-нибудь. Они едят все подряд.

Хул и Ш'шак стали на колени около тела, пытаясь отогнать жуков, но все было бесполезно. Офицер был мертв.

– Как? Как он умер? – спросила Таш, – это было? Я имею в виду…

– Теперь это кажется весьма очевидным, – сказал Траун. Он осматривался, ища признаки опасности.

– Когда мы нашли первое тело, мы естественно полагали, что кто-то убил лейтенанта Уолвера и оставил его тело на земле, где его нашли жуки дрога.

– Но это было не так, – сказал Ш'шак.

– Нет, – согласился Хул, – это намного хуже, чем может быть. Жуки дрога убивают людей.

Утверждение Хула поразило Зака подобно выстрелу из бластера. Жуки убивают людей. Вруун сказал, что жуки стали в последнее время более агрессивными, а их численность возросла, потому что он убил шриву. В некотором смысле, он убил этих двух офицеров.

– Это все моя ошибка, – слова вырвались из него, – это все моя вина!

Он чувствовал, как горячие слезы льются из его глаз, и попытался сдержать их.

Глаза всех обратились к Заку. Хул встал от тела и обернулся к нему.

– Зак, о чем ты говоришь?

Признание, которое Зак должен был сделать пару дней назад, теперь лилось из него.

– Дядя Хул, это я действительно все испортил. В первый день, когда мы были здесь, я вышел на прогулку. Шрива напала на меня. Она вероятно только охотилась на жука дрога, который полз по моей руке, но я не знал этого. Я думал, что она напала на меня и я поразил ее палкой. Я убил ее. И когда узнал, что это стало причиной нарушения баланса, убийство шривы, я не говорил никому об этом. Я не хотел причинить неприятности.

– Я вижу, – сказал Хул.

– Я думал, что смогу установить проблему самостоятельно, – простонал Зак, – точно так же, как и с кораблем. Я должен был знать лучше, но думал, что если смогу убить столько жуков, сколько ест шрива каждый день, то сохраню природный баланс. Но когда появились имперцы, и мы нашли тело, я не следовал своим намерениям. И теперь жуки повсюду. Это все моя ошибка.

– Смешно, – бросил Траун.

– Что? – переспросил Зак. Он ожидал, что все будут сердиться, а вместо этого Траун насмехался над ним.

– Твоя теория неверна, – заявил капитан, – этот сад занимает множество километров. И уж точно является домом для тысяч шрив и десятков тысяч жуков. Идея, что потеря одной шривы может повлечь столь решительное увеличение числа жуков, просто смешна. Это невозможно.

– Нет, это возможно, – настаивал Зак, – это очень хрупкий баланс. Ш'шак, вы же тоже говорили об этом.

Крылья Ш'шака глубокомысленно затрепетали.

– Я лишь сказал, что это было легендой. Не думаю, что это правда, за такой короткий отрезок времени.

– Одна вещь мне ясна, – сказал Траун, опуская бластер, – вы не убийца, Ш'шак. Вы можете идти.

Он удалил наручники с рук Ш'шака.

– Что теперь? – спросила Таш.

– Не думаю, что нам сейчас угрожает опасность, – предположил Хул, – мы имели дело с жуками дрога и раньше. Нам надо вернуться на корабль как можно быстрее, но я думаю, что мы должны зайти в лабораторию Врууна сначала. Может быть, опекун нам объяснит внезапное увеличение их количества.

– Этот сад – его ответственность, и мне нужно его объяснение, – прорычал Траун, – двое из моих людей погибли здесь.

Они шли быстро. Угроза быть задушенными жуками заставляла спешить даже Трауна, который передвигался быстрым шагом. Они видел, как небольшие облака жуков дрога поднимались и устремлялись прочь, гудя в воздухе. Каждый следующий рой, который они видели, был больше чем предыдущий.

– Я удивлен тому, что Вруун позволил таким вещам выйти из-под контроля, – прокомментировал Ш'шак, – он заботился о саде в течение многих лет.

– Как он мог знать? – несчастно сказал Зак. Несмотря на то, что сказал Траун, он все еще чувствовал себя виноватым.

Они быстро достигли лаборатории Врууна и вошли без стука. Пораженный, Вруун оставил свою работу. Он наклонял контейнер с жуками, и Заку каким-то сверхъестественным чувством показалось, что Вруун разговаривал с ними.

– Что все это значит? – строго спросил опекун, – вы не можете вот так врываться ко мне. Я работаю.

– У нас нет времени для шуток, – прервал его Траун, – двое из моих людей погибли в вашем саду, и я думаю, что те жуки имеют к этому непосредственное отношение.

– Вруун, – сказал Хул более спокойным голосом, – как мы и говорили раньше, численность жуков растет. Мы были здесь всего несколько дней и видим это. Они скоро заполнят Сикадианские сады, если вы не найдете способа уничтожить их.

Вруун отскочил как будто бы кто-то ударил его. Он почти завопил.

– Уничтожить их?! Уничтожить их!!! Я не могу уничтожить их! Они – моя семья!

Вруун встал между ними и контейнерами с жуками в своей лаборатории.

– Разве вы не понимаете? – кричал он, – жуки дрога – это предки С'кррр. Мы произошли от них и мы не можем убивать их. Они… Они великолепны!

– О, нет, – простонал Зак, – так или иначе, но я думаю, что они назначили не того опекать сад.

– Вруун, – сказал Ш'шак, – все, что вы говорите это верно.

– У нас нет времени для этого, – резко оборвал их Траун, – все мы произошли когда-либо от кого-либо. Это основа научных знаний. Но разве вы не видите, что другие виды страдают от насекомых.

– Мы отличаемся, – настаивал Вруун. Его крылья тихо трепетали, и он указал на Ш'шака, – мы можем разговаривать с нашими предками через пение крыл. Я сделал это, Ш'шак. Я научился разговаривать с ними. И есть нечто такое, чему они могут научить нас.

Ш'шак кивнул.

– Это весьма интересно. Возможно, мы сможем рассказать об этом руководству нашей планеты. Но это не должно стать причиной, чтобы позволить жукам заполонить всю планету. Некоторые из них должны быть уничтожены. И вы должны помочь нам в этом.

– Нет! – закричал Вруун.

– Тогда вы арестованы! – объявил Траун, потянувшись к бластеру, – по обвинению в убийстве двух имперских офицеров.

– Нет! – повторил Вруун. Он быстро выскользнул в одно из открытых окон. Траун выстрелил, но С'кррр был слишком быстр. Он уже выскочил в окно и скрылся в саду.

– Мы должны догнать его, – сказал Ш'шак, устремляясь к двери.

Другие последовали за ним также быстро, насколько они могли, но никто из них не мог двигаться столь стремительно, как С'кррр. Зак теперь видел, как поэт превращается в воина. Ш'шаку потребовалось лишь мгновение, чтобы сорваться с места с очень большой скоростью.

– Нельзя потерять его из виду, – прорычал Траун. Он начал опережать других, и было видно, что капитан Звездного разрушителя держит себя в отличной физической форме, – он знает этот сад слишком хорошо и мы никогда не сможем потом отыскать его здесь!

– Это точно, – отметил Ш'шак, ничуть не замедляясь, – он единственный, кто знает как он повредил саду. И он единственный, кто знает, как его можно спасти.

Зак, Таш, Хул и Траун вскоре потеряли из виду Врууна, но они видели, как Ш'шак продолжает преследование и продолжали бежать за ним. Траун был прав. Вруун знал каждый сантиметр Сикадианских садов и предпринимал все возможное, чтобы скрыться. Он устремлялся в колючие кусты ежевики, пытался скрыться в рощах деревьев. Но Ш'шаку удавалось не отставать от него, и пока они его видели, как считали все, у них есть шанс.

Вскоре они вбежали в небольшой лес из высоких деревьев и увидели Ш'шака, стоящего посреди дорожки. Здесь дул тихий ветер, заставляя колебаться и шелестеть листья. Хотя он бежал дольше их всех, сейчас С'кррр совсем не выглядел запыхавшимся.

– Вы, вы потеряли его? – переводя дыхание, спросил Зак.

– Боюсь, что так, – ответил Ш'шак, – но я остановился не из-за этого. Боюсь, что у нас есть куда большая проблема. Предлагаю немедленно прекратить погоню за Врууном и попытаться спастись нам самим.

– Что вы имеете в виду? – строго спросил Траун.

Ш'шак указал сначала на одно дерево, потом на другое, затем на следующее. Зак посмотрел вокруг. Когда его глаза привыкли к тусклому свету, он понял, что деревья и листья в лесу шевелились вовсе не из-за ветра. Каждое дерево, ветка, лист были покрыты жуками. Тысячами, миллионами.

– Здесь что-то не так, – настаивал Ш'шак, – это не могло случиться из-за потери одной шривы. Даже размножаясь очень быстро, жуки не могли расплодиться настолько за три дня, даже если бы тысячи шрив были убиты.

– Не делайте резких движений, – спокойно сказал Хул, – мы знаем, что жуки становятся более агрессивными, когда их становится много. Маленький рой смог атаковать и убить человека. Кто знает, что могут предпринять эти жуки в таком количестве?

Таш фыркнула.

– Что это за отвратительный запах?

Зловоние распространялось откуда-то из-за деревьев. Медленно передвигаясь и стараясь не дышать через нос, они прошли к поляне, и подошли к ее центру. Там, в центре поляны была глубокая яма, которая была заполнена телами шрив. Гигантская армия жуков копошилась там, поедая их.

– Должно быть там сотни шрив, – прошептала Таш.

– Тысячи, – поправил ее Ш'шак, наклоняя голову, – кажется, Вруун отлично поработал некоторое время.

Таш нахмурилась – Вы имеете в виду, что спасти сад невозможно?

– Я сейчас больше волнуюсь уже не о саде, – сказал Ш'шак, – мы должны спешить.

Повернувшись, они пошли из леса. Если бы Зак не был так напуган насекомыми, которые копошились у его ног, взлетали вверх, то он бы чувствовал себя великолепно. Когда они вышли из леса на яркое солнце С'кррра, освещающего сад, Зак сказал себе, что шриву, которую он убил не стала причиной нарушения баланса. По крайней мере, все еще можно поправить.

Но следующее утверждение Ш'шака испарило его радость.

– Если Вруун вмешался в нарушение естественного баланса в саду в течение года, то этого времени вполне было достаточным, чтобы самки жуков дрога отложили бы сотни яиц. И каждый из тех молодых жуков принес бы еще сотни. Это значит, что перед нами не просто маленькая проблема перенаселенности. Это означает, что сад уже переполнен миллионами и миллионами жуков.

Как будто подтверждая мрак в словах Ш'шака, на солнце надвинулось облако.

– С меня хватит этого сада, – сказал Траун, – я вызову несколько канонерок, чтобы снизиться и осмотреть всю область.

Имперский офицер потянулся за комлинком, но его не было.

– Проклятье, – пробормотал он, – должно быть я потерял его во время преследования.

Небо становилось все темнее. Зак смотрел за тем, как приближались грозовые облака. Но нет. Это не было облаками. В небе тучей надвигались жуки!

Рой жуков подобно вихрю начал крутиться и спускаться к ним.

– Бежим! – крикнул Зак. Но было уже бесполезно. Рой двигался слишком быстро и бежать было уже некуда.

Вдруг Хул задрожал, его кожа начала сжиматься. Мгновение спустя перед ними появилась темнокрылая шрива.

– Император! – крикнул Траун. Затем сделал паузу и пробормотал, – Шиидо. Это становится очень интересным.

Хул в форме шривы взвился в воздух и устремился в рой. Зак услышал вопль шривы, когда она погрузилась в облако голодных жуков. Это сработало. Инстинктивно жуки пытались избежать встречи со своим естественным врагом. Облако повернуло направо, удаляясь от тех, кто находился на земле.

– Это наш шанс. Бежим, – сказал Ш'шак.

– Куда? – спросил Зак.

– На мой корабль, – сказал Траун, – там мы будет в безопасности.

– У нас нет много времени, – сказала Таш.

Она была права. Хул в форме шривы вновь погрузился в облако и ударился о толстую стену жуков. Одна шрива вряд ли могла бороться с роем. Хотя жуки отступали в тех местах, куда летела шрива, остальная часть роя по прежнему направлялась к своим жертвам на земле.

Хул почти изнемог, пытаясь отогнать жуков. Он издал еще один вопль и повернулся, чтобы лететь. Но не к Заку и Таш. Хул летел в прямо противоположном направлении.

– Куда он направляется? – спросил на бегу Зак.

– Тактическое отступление, – предположил Траун, – или это, или он трус.

– Дядя Хул никогда не был трусом, – оборвала Таш.

Траун лишь развел руками.

– В любом случае, ваш друг шиидо не сможет больше помочь нам. Теперь мы должны добраться до шаттла.

Этот бег был похож на соревнование с ветром. Зак и не знал, что его ноги могут нести его так быстро. Траун и Ш'шак были впереди. Позади мягкий звук врррр превратился в сердитое гудение, а затем гудение сменилось гневным гулом.

Рой догонял их. Солнца уже не было видно. Зак бежал в темноте, надеясь, что не споткнется о какой-нибудь камень. Рой уже почти настиг их и был сверху.

– Вон шаттл, – крикнула, задыхаясь Таш.

Зак почувствовал, что что-то ударило его в ухо. Он сбил жука, который приземлился на его плечо. Наиболее быстрые из насекомых уже догнали их. Остальные жуки пикировали вниз.

Ш'шак и Траун достигли трапа шаттла. Как только они скрылись внутри, офицер что-то нажал на стене. Трап начал закрываться.

– Эй, – крикнули Зак и Таш.

Траун собирался оставить их вне корабля.

Трап начал медленно подниматься.

– Мы не сможем сделать это, – простонал Зак.

– Должны, – отрезала Таш, – прыгай!

Вместе они прыгнули на поднимающийся трап. Зак сумел схватиться за его край пальцами. Таш держалась крепче, но ее пальцы тоже скользили.

– На помощь! – крикнула она.

Зак держась одной рукой смог достать ее за одежду и чуть подтолкнуть.

– Поднимайся наверх.

Трап уже на половину закрылся.

Таш взобралась на край, а затем быстро подняла брата. Они скатились по трапу внутрь корабля, когда он закрылся. Снаружи они услышали глухие стуки, когда сотни жуков разбивались о корпус корабля. Таш и Зак встали на ноги и пошли к мостику, где Траун сидел в кресле пилота.

– Вы хотели оставить нас там! – закричала на него Таш.

– Тактическое решение, – холодно объяснил Траун, – ожидая вас, возможно, мы позволили бы рою проникнуть в корабль. Я сделал бы то же самое, если бы вы были моими людьми.

– Хорошо, что мы не ваши люди, – ответил Зак.

Траун посмотрел на них с легким презрением.

– Радуйтесь этому. Если бы вы были ими, я бы приказал вам стоять снаружи и задерживать рой, пока я не защитил бы корабль.

Траун щелкал выключателями на пульте управления корабля.

– Что вы делаете? – спросил Ш'шак.

– Провожу эвакуацию с планеты, – объяснил Траун.

Зак и Таш крикнули вместе: "Вы не можете!" – Шиидо все еще где-то там, – заметил Ш'шак, – он спас наши жизни.

Траун лишь на секунду сделал паузу.

– И я благодарен ему за это. Но полагаю, что он сможет сейчас сам позаботиться о себе. В ином случае – это жертва войны. Но мы должны сейчас отступать, – он щелкнул выключателем, – старт!

Но ничего не произошло. Траун попытался включить резервное питание и также безуспешно. Корабль был полностью обесточен.

– Связь тоже не работает, – сказал он, проверяя центр коммуникаций, – и у меня нет никакого способа позвать на помощь.

Траун прошел мимо них и направился в машинное отделение. Другие последовали за ним. Их шаги по металлическому полу корабля звучали также, как звук разбивающихся о корабль жуков дрога.

Траун открыл технический порт, вытаскивая провода к генераторам, и отскочил в удивлении. Дюжина жуков ползала по кабелям, пыталась взлететь. Они могли видеть как множество других ползали по другим проводам, некоторые уже лишь дергали лапками, будучи изжаренными от высокой температуры и напряжения. У их тел провода искрили.

– Они повредили проводку, – сказал Зак, – электроснабжение вашего корабля погибло.

– И это делает ваш корабль таким же мертвым, как и наш, – констатировала Таш.

Траун мог заменить собой сервисную группу техников. И хотя Траун был куда более холодным и жестоким, сейчас он напомнил Заку Хула. Даже среди хаоса, под угрозой нападения роя голодных жуков, пытающихся достать их из обесточенного корабля, Траун оставался спокойным и собранным.

Имперский офицер приказал, чтобы все они собрались в небольшом зале шаттла.

– Мы не можем улететь, но по крайней мере, мы защищены, – сказал он, – в конце концов, на "Мстителе" поймут, что потеряли с нами связь и пошлют вниз подкрепление, чтобы искать меня. Тогда мы сможем убраться отсюда. Пока же мы в безопасности – Что насчет вентиляции? – спросил Зак.

– Вентиляции? – переспросил Траун.

Сердце Зака едва не выпрыгнуло из груди.

– Стандартная процедура. Откройте вентиляцию при приземлении в атмосфере, пригодной для дыхания.

– Вентиляция! – проклял все Траун.

Они увидели, как сквозь небольшие отверстия в стене зала начали просачиваться жуки.

Расползающиеся жуки дрога напоминали растекающееся темное пятно на стене. Единственный высокий человек в зале, Траун взял подушку и попытался заткнуть ею отверстие. Но это не дало результата – жуки продолжали лезть, обходя подушку.

Позади Трауна Зак, Таш и Ш'шак пытались убивать насекомых. Ш'шак молниеносно передвигался, убивая жуков прямо в воздухе. Таш нашла какую-то папку на столе и использовала ее и как щит, и как оружие, прихлопывая насекомых. Зак попытался что-то сказать, но едва открыл рот, как в него тут же влетел жук и уцепился за язык. Он быстро сплюнул его, а потом закрыл рот. Зак потянул одежду к голове, стремясь защитить от насекомых волосы и глаза, но когда он это сделал, то оголил живот и туда тут же устремились жуки.

– Айй! – крикнул он, хлопая себя. Жуки роились так плотно в небольшом зале, что можно было просто протянуть руку и прихлопнуть их около шести. Зак махал руками и топал ногами, надеясь тем самым убить жуков столько, сколько представиться возможность.

– Мы не можем оставаться здесь, – крикнул Ш'шак, – нас похоронят заживо.

– Согласен, – ответил Траун, – этот шаттл становится смертельной ловушкой.

– Как насчет вашего корабля? – спросил Ш'шак Аррандов, продолжая убивать жуков.

– Та же самая проблема, – ответил Зак, пытаясь не слишком широко открывать рот, – вентиляция открыта, к тому же там много надо ремонтировать.

Траун взял вторую подушку, пытаясь заткнуть вентиляцию.

– Остается только лаборатория Врууна.

– Плохая идея, – откликнулась Таш. Она дрожала, поскольку чувствовала, как большой жук полз по ее шее. Она сумела схватить его прежде, чем он заполз к ней за шиворот, – там нет никакого транспарастила на окнах.

– Но стены сделаны из камня, – возразил Траун, – и я думаю, что деревянная крыша продержится некоторое время. Есть рабочие места и столы, которые мы можем использовать, чтобы замуровать открытые окна.

Зак убил другого жука, но на его место тут же пришли другие.

– Это не может хуже, чем оставаться здесь.

Когда они отступили вновь к люку, то услышали, как о корабль сверху продолжают биться жуки. Рой продолжал патрулировать пространство рядом с кораблем.

Зак услышал как Ш'шак сказал Трауну, обратившись, как воин к воину.

– Вы знаете, – сказал Ш'шак, – наши шансы выжить невелики.

Траун кивнул:

– Предпочитаю умереть, пытаясь выжить. Пошли!

Поскольку электроснабжение корабля отсутствовало, Траун использовал ручной выключатель, чтобы опустить трап. Как только он это сделал, обратного пути не было. Трап невозможно было поднять вновь без электроснабжения корабля.

– Обратной дороги нет, – сказал он. И погрузился в шторм насекомых.

Следом последовал Ш'шак, а затем Зак и Таш. Они сделали глубокий вдох, чтобы закрыть рот и какое-то время вообще не дышать. Зак понесся вниз по трапу, ожидая столкнуться с кружащейся стеной жуков.

К его удивлению, ничего этого не произошло. Жуки обратили свое внимание на сам шаттл, кружась над ним, а потому трап фактически спустил людей ниже роя. Освободившись от ползающих и царапающих жуков, Зак побежал настолько быстро, что почти догнал Ш'шака и Трауна. Таш отставала всего лишь на пол шага сзади.

Но движение четырех фигур на земле привлекло к себе внимание голодного роя. Несколько сотен жуков дрога, собравшихся вместе, уже были достаточно агрессивными, чтобы напасть на человека. А здесь их было несколько миллионов готовых нападать на все, что двигается. Облако перегруппировалось и подобно копью направилось к четверым беглецам.

– Мы… не сможем… убежать, – задыхался Зак.

– Подождите, – крикнула Таш, – смотрите!

На небе появилось другое облако. Оно передвигалось куда быстрее роя. Зак уже видел достаточно много жуков, чтобы понять, что второе облако отличалось от первого. В его трепете можно было разглядеть мелькание сотен крыл, а вместо сердитого гудения, это облако вопило, двигаясь по небу. Это было скопление шрив.

Их было сотни. Они кричали и ныряли в рой жуков. Два темных облака столкнулись, и шривы подобно тарану прошили насквозь стену жуков. Рой дрога задрожал и рассыпался. Меньшие облака разворачивались, стремясь скрыться от шрив, которые поедали их.

Одна из шрив отделилась от главного скопления и понеслась к Заку и Таш. Мгновением позже, она сделала крутой вираж и опустилась на землю. Тело шривы задрожало и расползлось, пока не превратилось в фигуру дяди Хула.

Таш и Зак бросились к дяде.

– Мы так рады видеть вас, – крикнул Зак.

Траун лишь восхищенно кивнул.

– Прекрасная стратегия. Как вы догадались об этом?

Хул лишь развел руками.

– Когда мне стало понятно, что одна шрива не сможет долгое время бороться с роем, то я полетел искать других шрив. Я надеялся, что смогу побудить их выйти на охоту.

Ш'шак посмотрел на небо. Шривы нападали, летая во всех направлениях, охотясь на жуков, которые разлетелись мелкими облачками.

– Они, кажется, поедают их.

– Им это точно нравится, – сказал Хул. На его лице было видно некоторое отвращение, когда он вытер рот, – поверьте мне, я уж точно наелся.

Таш быстро рассказала, что случилось на борту шаттла, но Зак больше не обращал на это внимание. Он смотрел на него. То, что сказал Ш'шак обеспокоило его. Он едва слушал, когда Таш рассказывала, что корабль Трауну поврежден жуками, и что они направлялись к лаборатории Врууна.

– Но теперь, когда вы разбили рой, – предложил Траун, – возможно, мы сможем вернуться к моему шаттлу и отремонтировать его. Тогда мы сможем безопасно улететь отсюда.

Зак покачал головой. Что-то было не так. Шривы замедлялись.

– Они используют их в пищу, – сказал Ш'шак Зак видел, как несколько шрив уже отделились от основной группы, и лениво полетели к деревьям. Они питаются ими. Все больше шрив летели к деревьям. И вдруг Зак понял.

– Мы должны спешить! – закричал он, – у нас нет много времени.

Траун в спешке осмотрелся, пытаясь увидеть новую опасность.

– Что ты имеешь в виду?

– Шривы! – крикнул Зак, указывая вверх. Все больше темных существ отправлялось на поиски места для отдыха, – Шривы охотятся только до тех пор, пока не наедятся. Потом они идут спать, чтобы переварить съеденное.

Хул посмотрел хмурым взглядом.

– А жуки, несомненно, превосходят численностью шрив. И останутся еще сотни тысяч жуков, когда все шривы уйдут спать.

Таш задрожала.

– Которых будет более чем достаточно, чтобы найти нас.

Зак посмотрел то влево, то вправо. Один путь вел назад, на корабль Трауна, другой к лаборатории Врууна.

– Какую дорогу мы выбираем?

– На мой корабль, – приказал Траун, – теперь, когда у нас есть время, чтобы поработать, я смогу сделать ремонт.

– Нет, к лаборатории, – возразил Хул, – Вруун знает куда больше любого из живых об этих насекомых. Возможно у него дома есть оружие, или какая-нибудь информация, которую мы сможем использовать.

Траун не был в том расположении, чтобы спорить. С ним не было других имперских солдат, а потому никто не последует за ним. Они повернулись и пошли к лаборатории.

Они были в сотне метров от старого каменного дома, когда последняя из шрив улетела, оставив небо, все еще кишащее жуками. Сначала насекомые продолжали дрейфовать маленькими облачками. Но вскоре облачка начали соединяться, превращая гул их крыльев в более громкое гудение.

С тревогой Зак, Таш и другие начали бежать. Они достигли лаборатории как раз в тот момент, когда облако роя вновь закрыло собой солнце.

Беглецы нашли двери лаборатории приоткрытой.

– Может быть, Вруун вернулся, – предположил Зак, – теперь, когда его жуки дрога нападают на все, что видят, может быть мы сможем убедить его помочь нам.

Они открыли дверь.

Так, как и говорил Зак, Вруун был внутри. Но все, что осталось от него, был лишь твердый панцирь С'кррра. Глаза же и все его тело было съедено.

Жуки ползали по тому, что осталось от Врууна. Еще больше жуков летало вокруг лаборатории и в какой-то момент Заку показалось, что рой обрушился на здание. Потом он увидел стеклянный контейнер, который держал Вруун. Он упал на пол и разбился.

– Должно быть, он вернулся, чтобы забрать его, – предположил Зак.

– Вы решили найти здесь оружие, – усмехнулся Траун, – если Вруун и имел что-то, что можно было использовать против жуков, то это, очевидно, не сработало против роя.

Небольшая группа готовилась к прибытию роя насекомых. В то время, как Зак и Таш занимались уничтожением жуков в комнате, другие опрокидывали столы и стулья. Они использовали их, чтобы забаррикадировать окна, в ход шли подносы и все что попадалось под руку. Работали быстро, но добросовестно. В то время, как Траун плотно закрыл дверь, рой ударил по зданию.

Тук! Тук! Тук!

Твердые тела жуков разбивались о каменные стены лаборатории. Внутрь не удавалось проникнуть ни одному жуку, зато сотни тысяч других бились в двери и окна вновь и вновь, подобно тарану. Кое-где баррикады уже начали колебаться.

Зак осмотрелся.

– Здесь должно быть что-то, что мы можем использовать. Вруун был экспертом по этим жукам.

Траун нахмурился.

– Вруун был безумец. Он поклонялся жукам, а также просчитался, за что и был ими убит. Мы должны быть осторожны, чтобы не повторить его просчет. Наш лучший шанс выжить в том, чтобы передать сообщение моему кораблю. Они пошлют вниз достаточно силы, чтобы уничтожить десять миллионов насекомых, и тогда мы избавимся от эти вредителей раз и навсегда.

Зак, Таш и Хул переглянулись. Это для Трауна был лучший шанс выжить, а для них это было похоже на прыжок из когтей ранкора прямо в его пасть. Как только они окажутся на борту Имперского Звездного Разрушителя, то никогда не смогут выйти обратно вновь.

Поскольку стены продолжали содрогаться под ударами невыразимого числа жуков, Зак и Таш пошли обыскивать лабораторию. Может быть они что-то пропустили, оружие или химикат, то, что позволяло Врууну контролировать жуков.

Зак опустился на колени, расматривая предметы, которые были рассыпаны по полу. Он увидел в стороне растение, связанное небольшими проводами к цифровому устройству. Этим Вруун обычно измерял реакцию растений.

Он смотрел на устройство так долго и пристально, что Таш спросила его – Ты нашел что-то такое, что мы можем использовать?

– Нет, – ответил он, – но думаю, что у меня есть идея.

Он взял растение, провода и дисплей.

– Знаете, все это время мы шли по неверному пути. Это – лаборатория Врууна. Он тратил целый год, уничтожая шрив, чтобы его жуки дрога могли выжить. И здесь мы не найдем ничего, что поможет нам избавиться от них. Если бы это было здесь, то Вруун избавился от этого давным-давно.

– Правильно, – сказала Таш, осторожно беря пузырек с водой. Она надеялась, что это какой-то яд, – И что же нам делать?

– Мы должны не вредить жукам или отпугивать их, – сказал Зак, – мы попытаемся связаться с ними.

Таш покачала головой и тыкнула пальцем в растение, которое держал в урках Зак.

– Ты не сможешь говорить с жуками с помощью этого инструмента.

– Нет, с не с помощью этого, – согласился Зак, – а с помощью того.

Он указал на Ш'шака, вернее на его крылья.

Трое взрослых замерли. Ш'шак тихо затрепетал крыльями, заполняя комнату тихим звуком с'кррр.

– Простите меня?

– Мы видели, как Вруун делал это, – взволнованно сказал Зак, – Вруун сидел здесь с жуками на своем теле. И они были спокойны. Ни один из них не кусал его, не душил. Они не были агрессивными вообще.

– И напомню вам, – презрительно отозвался Траун, – того, кого вы сейчас привели в пример, был недавно съеден живьем.

В это время один из пластиковых кусков, который был закреплен на окне, отогнулся, и в комнату тут же влетело около сотни жуков, прежде чем Хул закрепил его вновь. Что-то застонало наверху.

– Крыша, – сказал Траун, – древесина слабеет под натиском жуков.

Они замолчали. Деревянная крыша скрипела. Никто не говорил, но каждый представлял, что случится, если потолок обрушится и лавина жуков хлынет на их головы.

– Ясно, мы не можем ждать здесь вечно, – сказал Хул, – я тоже видел эксперимент Врууна. В течение короткого времени, он действительно сохранял контроль над жуками. Неприятность в том, что этот эффект не длится долго. А против такого большого и агрессивного роя, подозреваю, эффект будет еще более кратковременен.

Он сделал паузу.

– Очевидно, что С'кррр произошли от жуков, мы видим это здесь. Поэтому, возможно, Вруун и смог наладить с ними контакт. Поэтому и возможно то, что Вруун общался с жуками через пение крыльев.

С неохотой Траун добавил:

– Вы можете быть правы. Когда я только начал изучать сад, то заметил несколько звуковых колебаний, звуков, различных тональностей. Сначала я думал, что это просто совпадения, а потом когда узнал больше, то понял, что звуки, которые я слышал в саду похожи на те, которые издают жуки, когда они роятся.

– Что вы имеете в виду? – спросил Зак.

– То, что жуки и С'кррр достаточно похожи и близки, – закончил Траун.

– Вы считаете, что Вруун был прав? – спросила Таш, – жуки дрога действительно предки С'кррра?

Хул кивнул в согласии.

– Да. Точно также, как какой-нибудь особый кальмар является предком каламари, а кто-то из обитателей деревьев Кашиика – предком Вуки.

Он повернулся к Ш'шаку.

– Что еще более важно в связи с этим, то, что вы можете разговаривать с ними.

– Я попробую, – согласился Ш'шак, – но сомневаюсь, что мое пение крыльев будет услышано в этом гудении роя.

– Я помогу вам, – сказал Хул. Он задрожал и преобразился в С'кррр. Его крылья затрепетали и он заговорил тихим голосом С'кррра.

– Я не знаю ваш язык, но смог копировать любой звук, который вы будете издавать.

– Что мы будем делать, как только рой успокоится? – спросил Зак.

– Все просто, – ответил Хул, – в то время пока мы будем говорить с жуками, ты и Таш быстро и спокойно отправитесь по тропинке к "Савану". Судно почти работает. Вы закончите ремонт и прилетите на корабле назад, чтобы спасти нас.

– Вы хотите, чтобы мы отправились туда? – поперхнулась Таш.

– Прогуляться через это? – эхом отозвался Зак. Он посмотрел на панцирь, который когда-то был Врууном и задался вопросом, а будут ли жуки грызть его скелет.

– Зак, Таш, – сказал Хул. Он понимающе смотрел на них.

– Я не могу. Если бы я мог сам, то не стал бы заставлять вас делать это. Но вы наш единственный шанс. Если я останусь здесь, чтобы помочь Ш'шаку, то вы единственные, кто может управлять кораблем.

Зак посмотрел на сестру, зная о чем она думала. После всех тех раз, когда Хул спасал им жизни, как они могли отказаться сейчас?

– Я думаю, что смогу закончить ремонт корабля достаточно быстро, – сказал Зак, – особенно, если капитан Траун согласится помочь.

– Не соглашусь никогда, – парировал имперский офицер, – для меня все еще это звучит глупо. Если вы будете достаточно удачливы, чтобы успокоить этот рой, то я намерен вернуться к своему кораблю и установить связь настолько быстро, насколько это возможно.

Крылья С'кррра Хула раздраженно затрепетали.

– Хорошо. Позвольте нам начать.

Ш'шак удобно устроился и глубоко вздохнул. Потом начал тихо разминать крылья. Сначала они лишь слышали только знакомый скрррр. Но постепенно, под звуки тук-тук-тук роящихся жуков снаружи, начал появляться звук пения крыльев, заполняя комнату и разносясь по саду.

Как только пение крыльев Ш'шака достигло устойчивости, Хул присоединился к нему, совершенно подражая С'кррру. Теперь звук крыльев был настолько громок, что Заку хотелось закрыть уши, но одновременно он был и настолько красив, что он хотел лишь слушать его.

Снаружи гул роя становился тише. Поскольку песня продолжалась, Хул кивнул Заку.

Надеясь, что пение крыльев сработало, Зак открыл дверь.

И тут же исчез в облаке роящихся жуков.

Зак не осмелился открыть рот, чтобы позвать на помощь. Если бы он сделал это, то вдохнул бы немало насекомых. Но облако насекомых пронеслось мимо. Ни один из жуков не укусил его и даже не остался на его одежде. Они все опускались на открытую площадку в лаборатории. Вскоре весь пол комнаты был покрыт ковром из жуков. Часть из них сидели на Ш'шаке и Хуле. Они были столь поражены этим, что почти остановили свое пение крыльев, но сумели продолжить это даже тогда, когда еще больше насекомых охватило их.

Кроме того, что жуки больше не нападали, их сердитый гул сменился на тихий нежный врррр. Они словно отвечали пению крыльев, подпевали ему. Но как долго это продлится?

– Мы должны спешить, – шепнул Зак Таш.

– Это невероятно, – подумал Зак, оставляя дядю, погребенного под грудой насекомых. Но он попытался сконцентрироваться на работе, которая предстояла ему. Осторожно, как только они могли, двое ребят вышли из лаборатории. И попали в море насекомых.

Жуки были повсюду. Миллионы из них, кружили повсюду, куда только мог видеть глаз.

– Тьфу, – сказала Таш, – это уже далеко не забавно.

Идя на цыпочках, двое Аррандов пробивали себе дорожку вниз. Они шли по тропинке, по крайней мере, по тому, что раньше было тропинкой. Сейчас дорожка была похоронена под насекомыми.

Жуки были везде, на камнях, на голой земле. Порой они наступали в ковер жуков, который достигал их лодыжек. Многих они затаптывали ногами и вскоре из ботинки были в липкой субстанции, о которой Зак не хотел думать.

Они не ушли далеко, когда услышали как Траун устремился куда-то позади них. Он не сказал ничего, поскольку пробивался быстро через поле жуков и повернувшись, быстро пошел к своему кораблю.

– Ты знаешь, что будет, если он починит свой корабль раньше нас? – шепнула Таш.

Зак кивнул.

– Он спустит вниз солдат, заберет нас и проверит наши личности. Мы должны опередить его.

Они уже прошли полпути между лабораторией и кораблем и сейчас уже видели как за аркой виднелся "Саван". Пение крыльев продолжалось, держа жуков в трансе. Но здесь они уже могли видеть, что эффект пения крыльев начинает исчезать. Жуки еще не пришли в себя, их судорожные движения заставляли их врезаться друг в друга, но постепенно их координация восстанавливалась.

Хуже того, чем дальше Зак и Таш удалялись от лаборатории, тем слабее становилась слышно пение крыльев. Когда они достигли арки сада, то увидели, что в воздух начинают подниматься маленькие облака жуков. Оцепенение проходило, и насекомые становились беспокойными. Гул роя вновь начинал приобретать зловещие оттенки.

– Мы не успеем, – в страхе прошептала Таш.

– Бежим, – сказал ей Зак.

Двое Аррандов сорвались в спринт, пробиваясь сквозь жуков, окружающих их. Они пронеслись сквозь арку. За стеной жуков было меньше и бежать стало легче.

Таш и Зак достигли корабля как раз вовремя. Позади них, жуки поднялись с земли подобно гигантскому плащу. Пение крыльев теряло власть над ними.

В "Саване" Зак и Таш запечатали дверь и побежали к машинному отделению.

– У нас скоро возникнет та же проблема, что и в имперском шаттле, – напомнил Зак сестре, – если жуки решат проникнуть сюда, то попытаются пройти сквозь вентиляцию.

Таш кивнула.

– Я попытаюсь задержать их, чтобы ты успел закончить работу.

Она встревожено покачала головой.

– Ты знаешь, Зак. Ты хотел исправить свою ошибку. Отлично. Вот это шанс. Не подведи нас!

Зак не потрудился ответить. Он уже схватил инструмент и начал проверять оборудование, которое испортил раньше. Дядя Хул уже заменил обмотку, восстановил поврежденное сцепление, двигатели были готовы к запуску. Теперь Заку надо было лишь исправить то, что он сломал.

– Поспеши, Зак, – напомнила ему Таш.

Он посмотрел в коридор. Таш стояла в зале, сжимая поднос напротив щелей вентиляции. Зак думал, что он уже видел темное пятно, которое начало расползаться у головы Таш.

Зак попытался сконцентрироваться. Он мог сделать это. Все, что нужно было сделать лишь сконцентрироваться и сделать.

– Зак! – крикнула Таш. Он слышал как она била что-то об стену, убивая насекомых.

Зак поменял несколько проводов, которые зачистил, вытащил катушку из кожуха. Потом прочистил ее и поменял контакты.

– Почти! – крикнул он. Но судно все еще не заводилось.

– Поспеши! – умоляла Таш.

У него не было времени, чтобы оглянуться назад. Он что-то забыл. Его глаза скользнули по бело-зеленому кабелю. Конечно! Это был тот самый провод, который он соединил не с тем гнездом пару дней назад. Зак зацепил его, и вновь ничего не произошло.

Что же было не так? Он забыл, откуда он вытащил это.

– Ааайййй! – завопила Таш.

– Сейчас или никогда, – пробормотал он. Он закрыл глаза и попытался вспомнить, что он делал до того, как что-то сломалось. Все встало перед его глазами. И теперь, открыв глаза, он взял одно из открытых гнезд и сунул силовой провод в него.

Огни зажглись по всему кораблю.

– Получилось! – изо всех сил закричал он.

Зак побежал по коридору. Таш была все еще там, изо всех сил пытаясь удержать поднос одной рукой у отверстия вентиляции, а другой орудовала, чтобы убрать дюжину жуков, которые ползали у нее по лицу и шее. Зак на секунду остановился, чтобы убрать двух жуков с ее волос, а затем побежал к кабине и прыгнул в кресло пилота, чтобы дотянуться до кнопки управления.

– Вентиляция закрыта, – крикнул он. Все напряженно стихло.

Потребовалось лишь несколько мгновений, чтобы помочь Таш убить оставшихся жуков. Потом они запустили двигатели. Несколько секунд спустя, "Саван" взлетел".

Тук! Тук! Тук!

Судно промчалось через стену насекомых, проделывая широкую дорогу сквозь темное облако. Они не видели ничего, поскольку окно обзора было закрыто полностью мертвыми жуками.

Поскольку Таш вела корабль, Зак использовал сканер, чтобы определить местонахождение лаборатории.

– Как мы собираемся приземлиться там и вытащить их оттуда? – спросил Зак.

Таш усмехнулась.

– Ты у нас герой. Оставь пилотирование мне.

Таш осторожно подвела "Саван" к лаборатории и опустила его почти у дверей здания. Зак побежал и открыл люк. Ему навстречу двинулись две фигуры. Они прошли сквозь облако жуков к входу в "Саван". Схватив их за руки, Зак втянул их на борт и закрыл трап.

Когда судно вновь взмыло в воздух, Зак был на ногах, сбивая жуков, которые упорно цеплялись за Хула и Ш'шака.

Подобно воину, считающему свои трофеи, Зак посчитал, скольких он растоптал. Ко времени, пока Хул и Ш'шак очистились, он усмехнулся. Он убил их ровно тридцать.

Зак только что вышел из душа на борту "Савана". Они отлетели на безопасное расстояние от роя и приземлились на ту часть планеты, где не было жуков. Зак, Таш и дядя Хул по меньшей мере трижды уже были в душе, но все равно чувство чего-то ползающего по их коже не оставляло их.

– Я использовал комлинк вашего корабля, чтобы уведомить наших руководителей, – сказал Ш'шак Хулу, – флот воздушных кораблей уже в пути.

– Они уничтожат жуков? – спросила Таш.

– Не думаю, – ответил С'кррр, – жуки будут пойманы и равномерно распределены по планете. В конце концов, как вы видели, в рамках природного баланса, жуки нужны растениям. Но с этого времени за их популяцией будет вестись более строгий контроль.

Хул кивнул.

– А теперь мы должны улететь. Траун, вероятно, уже получил функционирующий корабль. И для нас было бы неразумным быть здесь, когда прибудет его подкрепление.

Ш'шак протянул свой коготь насекомого Таше и Хулу, затем сделал паузу и протянул и Заку.

– Нам очень повезло, что вы прибыли сюда, чтобы помочь нам. Еще несколько месяцев, а может быть и несколько дней, и тогда жуков стало бы слишком много, чтобы можно было остановить их. Они бы наводнили планету.

Зак покраснел.

– Если бы я сказал о том, что произошло со шривой раньше, может быть, вы раньше бы узнали о схеме Врууна.

– Может быть, – ответил Ш'шак, – а может быть, вы просто бы сказали об этом Врууну, а он убедил вас в том, что нет никакой проблемы. В любом случае, эта проблема будет скоро решена.

Зак кивнул.

– Да, и это последний раз, когда я пытаюсь что-то исправить, не прося помощи.

Люк "Савана" закрылся.

– Пошли, – сказал Хул племяннику и племяннице, – сегодня я видел уже слишком много насекомых для одного дня.

Никто из них не заметил, как по потолку пробежали две фигурки. Два жука замерли, пока три человека не прошли внизу по коридору. Когда Хул и Арранда ушли, жуки покачивали своими антенками, ища тепло. Потом они побежали по потолку к теплому машинному отделению.

Идеальному месту, чтобы отложить свои яйца.