Было холодно…

Капли дождя стремительно неслись в воздухе, а затем громко шлёпались об асфальт. Небо казалось огромным куском листового металла, по которому ползли злые чёрные тучи. Солнца я не видел уже несколько дней, хотя бы потому, что давно не вылезал со станции наружу. Дома были пустыми, в окнах даже не горел свет. Иногда казалось, что призраки здешних жителей украдкой помахивают мне из-за занавесок. Пора уже было взять отпуск. На всю жизнь.

Передо мной в бешеном потоке мелькали улицы, фонари, окна. Они перемешивались в какой-то сумасшедший танец, пытаясь сбить меня с пути. Сердце бешено стучало в груди, повторяя ритм падающих капель. Человек, постоянно стирающий свои кеды в мелкую пыль, бегая по улицам, не ощущает собственного дыхания и боли в ногах, он просто стремиться вперёд, пронизая собой пронстранство и обходя препятствия. Почему-то этим бегуном всегда оказывался я. И ловить пули из табельного оружия копов, стреляющих на ходу из машины, тоже всегда приходилось мне.

Где-то далеко я слышал гул полицейских сирен. Ремень сумки уже начал натирать плечо. Осколок стекла, который я поймал, разбив окно, теперь давал о себе знать пронзительной болью. Но это меня не останавливало. Я мчался вперёд, стуча подошвами по тротуару. В лицо стремительно нёсся поток воздуха.

И вот я попался. Сзади засветились огни. Если бы я повернулся, то, наверное бы ослеп. Отражение знакомой ненавистной надписи «Полиция Плэйнфилда» в витрине заброшенного ресторана заставила меня непроизвольно чертыхнуться вслух. В треске капель я услышал, как щёлкнул предохранитель, а машина понеслась быстрее, догоняя меня. Думать было некогда. Копы держали этот город под контролем, и поймать какого-нибудь уличного беглеца не было для них проблемой.

       Послышался визг тормозов. Я ускорил темп бега, постепенно приближаясь к станции. Но скрыться от них я бы не смог, и я понимал это. Над головой просвистела пуля, а затем с треском рассекла витрину. Они пытались остановить меня, как какого-то хищника, убегающего в чаще леса.

      Я скользнул за угол. Получилось выиграть пару секунд. Я знал, что машина уже несётся по дороге на бешеной скорости, и затормозить водитель не успеет. В голове уже сложился беспроигрышный план. Рука сама нащупала в кармане гранату. Медлить было нельзя. Я детонировал её и вслепую бросил за угол. Шанс был только один.

    Я увидел то, что должно было произойти. Граната попала прямо под днище машины, и она поднялась в воздух от мощного взрыва, крутанулась и с грохотом обрушилась на дорогу. В мою сторону полетела какая-то серая пыль, почти накрыв телефонную будку на углу. По асфальту пролетело боковое стекло от автомобиля. Оно было расчерчено десятками белых трещин.

   Подмога могла подоспеть очень скоро, и я поспешил к станции метро.

Когда я спустился к станции, сразу повеяло сыростью. Вокруг всё было серым – не то, что несколько лет назад. Когда Плэйнфилд был прекрасным местом. Когда у нас в городе была лучшая библиотека на весь штат. Когда каждый радовался зелёным пейзажам и лучами солнца. Я ведь тоже жил здесь когда-то…

Теперь всё по-другому…

Преступность захлестнула этот город. Даже власти до сих пор не могут уничтожить её. Но если ты живёшь в Плэйнфилде и ты не бандит, то долго здесь не проживёшь. Человеческие чувства вроде сострадания или жалости давно были смыты с этих улиц лужами крови. Здесь нет вежливых и добрых.  И, наверное, никогда не будет. С этим уже ничего не поделаешь.

Под ногами пробежала толстая крыса. Она быстро пересекла перрон и исчезла в дыре около телефонной будки. Трубка валялась на полу, а таксофон был разграблен на предмет четвертаков.

Я медленно прошёл через перрон. Вспомнился привычный гул народа, передвигающегося в метро, красочные вагоны и станции.

Я спокойно слез на холодные рельсы. Поезда здесь существовали только в виде заброшенных цепей вагонов, поэтому бояться было нечего. Я вытащил фонарик и посветил вперёд. Тоннели тёмные, мало ли что. Мягко ступая по старому грунту, я продвигался вперёд. В воздухе витала какая-то пыль.

Вот показалась знакомая красная дверь. Я открыл её и вошёл в узкий коридор. Крысы сюда не лезли, наверное, слишком глубоко. Я подошёл ко второй двери слева и ключом открыл её.

Я увидел привычный слабый свет. Когда я вошёл в кабинет диспетчера, Билл стоял у стола и что-то рассказывал. Я услышал только: «…тогда они просто сожрут нас, как голодный толстяк жареные куриные крылышки» Рядом возился с автоматом Саймон. Он, похоже, слушал в пол уха. Лис как всегда курил, сидя в кресле. Вообще это было его любимым занятием в минуты безделья, курение почему-то совсем не вредило ему. Увидев меня, Билл резко замолчал. Он что-то чиркнул ручкой на большой карте города и затем уставился на меня так, будто чего-то ждал. Я быстрым шагом подошёл к столу.

    - Деньги принёс? – обыкновенным хриплым голосом спросил Билл.

    Его суровое лицо не внушало желания пошутить. Брился он не часто, да и почти некогда было. Поэтому лицо его покрывала густая щетина, а у щеки виднелся красный шрам от удара лезвием. Своими мощными кулаками он наносил такие сокрушающие удары, что с тем же успехом он мог бы пробить бетонную стену. Он был коренным жителем Плэйнфилда. У него даже здесь когда-то был свой дом. Все планы в банде разрабатывал именно он.

     Я быстрым движением сорвал сумку с плеча и положил её на стол. Билл проверил её содержимое и с улыбкой на лице положил пачки банкнот в сейф под столом.

    - Отличная работа, Джон! – гордо сказал он и протянул руку ладонью вверх. Но в его голосе звучало некоторое равнодушие.

    - Стараюсь ради общего дела, - ответил я и отдал ему «пять». Хлопок получился громкий.

      Саймон тем временем, положил автомат на край стола и сел за мониторы. В нашей команде он был подрывником, поэтому он всегда был спокоен, даже в критической ситуации. Раньше он работал в Далласе, продавал фейерверки, но всё сложилось не так, как он хотел и Саймон остался без дома и без работы.

    Я немного отдышался. «Бац!» Кусок стены отвалился прямо рядом со мной. Я выстрелил вслепую. Снова выстрелы. Хорошо, что мы сражались в тёмном тоннеле, шанс попадания уменьшался. Пули летели прямо перед лицом. Я даже боялся высунуться наружу. У Билла уже закончились патроны, он палил из «Береты». Саймон вообще стрелял очередями, и каждый раз отправлял кого-нибудь на тот свет. Наконец выстрелы прекратились. Я уже высунулся, и тут меня ослепили лучи фонарей. Я ударился об стену, но пули меня не задели. Я услышал голос Саймона вдалеке:

      - Все в укрытие! Сейчас я им задам!

     Я протёр глаза. Но тут же ударило по ушам. Раздался оглушительный взрыв. В тоннеле вновь стало темно. Я осторожно вышел. На путях валялись огромные каменные глыбы. Я сразу понял, что делал Саймон позавчера. Он заложил здесь заряды, а сейчас детонировал их.

    - Все за мной, пойдём другим путём! – закричал Билл.

     Когда мы прибыли к входу, на перроне творился настоящий ад. Со всех сторон слышался свист пуль, крики, то и дело отваливались куски стен. Всё помещение заволокло густым дымом шашек атакующих. Выстрелы гремели не переставая. Я спрятался за колонной. Хотя видимость была невозможной, я на секунду высовывался, прицельно стрелял в сторону ступенек и прятался обратно. Перестрелка продолжалась уже несколько минут, а не одна сторона пока не сдавалась. Вдруг я услышал вопль сзади. Билл схватился за плечо, и повалился на пути.

- Они подстрелили Билла! – крикнул я. Меня это ужасно разозлило. Хотя я знал, что умереть от одного выстрела он не мог. Я вытянул руки и выпустил всю обойму в толпу. В колонне уже образовалась небольшая сквозная дыра. Через неё я увидел необычную картину – копы один за другим погибали от невидимой силы. И тут мне всё стало понятно. Из дыма вышел Лис,  ножом заколол последнего спецназовца и отбросил его в сторону. Перестрелка закончилась. Я скинул пустой автомат. В углу судорожно пытался взять «УЗИ» полумёртвый спецназовец. Лис не поворачивая головы, кинул в него нож. Тот отключился.

    Весь перрон был усеян мёртвыми телами. Я посмотрел на пути. Но Билла почему-то там не оказалось. Сзади раздался выстрел. Я повернулся. И сразу же получил пулю в живот. На мгновение я увидел Билла с дымящимся пистолетом, а затем я бесконтрольно полетел на пути. Последним был тяжёлый удар об рельсы.

    Я поднялся. Но почему-то оказался не на станции, а в непонятном коридоре. Стены были измазаны кровью, а навстречу мне шагали мертвецы. Они ничего не говорили, только жутко стенали и мычали. Они брели вдоль стен, задевая своими обессиленными руками друг друга. Их пустой стеклянный взгляд был направлен куда-то в сторону, словно рыская в поисках чего-то. Я побрёл вперёд, пытаясь отыскать отсюда выход. Открыв первую попавшуюся дверь, я увидел чёрное небо с белыми прожилками облаков. На меня полил дождь. Но я почему-то не почувствовал его привычного холодка, который прокатывался по всему телу. Я протянул руку и поймал пару капель. На ладони быстро собралась небольшая красноватая лужица. Это была кровь. Настоящий кровавый дождь. Я содрогнулся, растерянно взглянув перед собой. В красном тумане виднелись крыши домов. Я ничего не понимал.

    Совсем близко я услышал оглушительный выстрел. Я повернул голову. Рядом со мной лежал в луже своей собственной крови Лис. Он даже не пытался схватить жизнь за пятку, просто покорно отпускал её на небеса. Сзади него ухмылялся Билл. На его лице поселилась странная улыбка. Улыбка настоящего злодея. Он смотрел на клубы белого дыма, которые исходили от дымящегося ствола огромного револьвера. Впереди, склонённый на колени, стоял Саймон. Его очки лежали неподалёку, разбитые вдребезги, как будто их растоптали тяжёлым ботинком. Запястья были изрезаны колющими цепочками наручников. Глаза Саймона были странные, зрачков не было вовсе, а прожилки стали заметнее. Он уже был мертвецом, похожим на тех шатающихся по коридору бедняг. Билл наклонил голову набок и спустил предохранитель. Выстрел. Но Саймон не сдвинулся с места. Он стал загадочно рассыпаться в песок, который  уносил быстрый ветер. Как будто его и не было здесь, он покидал этот мир, исчезая в воздухе. Билл дунул на ствол, крутанул оружие в руке и обернулся на меня.

- Такова жизнь, Джон.

          Меня что-то больно ударило сзади по ногам. Я свалился на пол, кто-то схватил меня за руки и нацепил стягивающие кандалы. Копы обошли меня сбоку и стали просто смотреть мне в лицо, наставляя мне в лицо лазерные прицелы. Сверху махал своим винтом вертолёт. Как странно, я не мог так просто попасться в лапы этих громил.

«Кошмар» - понял я, наконец.

    А Билл всё стоял и смотрел на меня. Я вдруг почувствовал смелость. Я легко растолкал копов, они даже не стали стрелять или хотя бы остановить меня. Я нёсся к единственной на этой ужасной крыше деревянной двери. Когда я толкнул её, она почему-то причудливо разлетелась в щепки, как будто её взорвали динамитом. Мир вокруг меня внезапно погрузился во тьму.

    Впереди забил свет, как будто там стоял одинокий маяк. Но всё равно было темно. Я ненавидил темноту, у меня была фобия на этот счёт. Поэтому я решил вернуться обратно на крышу, но сзади была всего лишь холодная серая стена. Выбора не было.

    Я последовал за светом, словно заблудший путник. Делая первые шаги, я начал понимать, что оказался в бесконечном тоннеле метро. Камешки шуршали под ногами, а иногда я слышал родной плеск капель, падающих с потолка.

    Свет вдруг озарил всё вокруг, тоннель кончился. Я оказался на нашей станции. Внезапно прямо передо мной обрушилась толстая глыба бетона, проломила пол и провалилась в темноту. Лампочки в бешенстве замигали. Вся станция начала разваливаться и исчезать вникуда. Я поспешил к лестнице, но летящие мне навстречу обломки не давали пройти. Вдруг всё замерло, разрушение остановилось. Что-то тяжёлое легло на моё плечо. Я сразу почувствовал острую боль, которая прокатилась по всему телу. Я боялся обернуться, не зная, кто стоит позади меня. Все лампы выключились, осталась только одна, висевшая прямо у меня над головой. Я поборол недоверие и медленно повернулся.

     Видимо, меня сильно ударило. Передо мной стоял человек в чёрном балахоне, с блестящей косой. Из темноты его лица я слышал какие-то жуткие слова, похожие на страшные заклинания. Незнакомец стоял, положив мне руку на плечо. Из-под его ног исходила чёрная аура, которая обесцвечивала всю станцию, все цвета пропадали. Своим присутствием он убивал всё живое вокруг. И неживое тоже. Смерть сама пришла за мной, собственной персоной.

    От сильного удара всё озарилось. Я увидел

мужчину в строгом костюме. Он пристально смотрел на меня.

    Всё тело отдавало тупой, но очень сильной  болью. Я хотел поднять руки, но они оказались сомкнуты наручниками.

- Наконец-то, вы очнулись – сказал мужчина.

    Осмотрев помещение, я узнал в нём камеру допроса. Уж очень она выдавала себя. На столе лежал диктофон. В углу виднелся красный глаз камеры. Мужчина, тем времен уже прошёл к столу и рассматривал какие-то бумаги. Наверное, моё досье.

- Мистер Вольтер, правильно? – спросил он.

    Я был очень слаб, поэтому просто кивнул головой.

- Мистер Вольтер, вы даже не представляете, сколько в этом городе преступников, которые сейчас на свободе. И все они заслуживают должного наказания. Но к счастью, все они скоро будут мертвы, и в Плэйнфилде не останется этой мерзкой заразы. Сегодня банд в этом городе станет на одну меньше, и вы меня отлично понимаете. Поднимайтесь.

    Он зашёл за меня, отстегнул наручники. Я встал и уже занёс руку для удара. Но он оказался проворнее, молниеносно свернул руку и нацепил на неё наручники.

- Никто не может избежать смерти, Мистер Вольтер.

    Затем он зацепил вторую руку и вытолкнул меня в коридор. Везде ходили полицейские, болтали, курили, читали бумаги. Но я всех их ненавидел. Я вообще теперь всех ненавидел.

    Когда вся  жизнь ломается в одну секунду, перестаёшь замечать хорошее и доброе.

И каждый встречный кажется тебе вечным врагом. Боль мешала идти, но холодный ствол, уставленный в затылок, вёл меня вперёд.

    На секунду, подняв голову, я увидел, как детектив в чёрном плаще навёл ствол на Лиса, который сидел на стуле.

    Я лишь мог ему только посочувствовать. Пройдя несколько шагов, я увидел сквозь стекло расстрел Саймона. Пули просто пригвоздили его к стене, словно мешок с мукой он упал наземь и больше не шевельнулся.  Вообще, страшно наблюдать, как погибает твой друг. Но судьба никогда не спрашивает у кого-то разрешения.

    Меня толкнули в какую-то комнату. У стены стояли трое солдат с автоматами наготове. Я оказался у стены, которая вся была изрешечена пулями и испачкана кровью. Тогда я находился на краю жизни. И я не был первым, кто стоял у этой стены.

    Я видел, как направили свои стволы солдаты. Я слышал, как закричал «Целься!» какой-то коп. Слышал, как звякнули затворы автоматов.

     Я закрыл глаза, ожидая конца.

    Но его не последовало. Я резко открыл глаза. Вокруг было темно. «Я что, уже умер?» - пронеслось в голове.

    По проводам пробежал ток. Помещение осветило несколько лампочек. Глаза немного щурились от резкой перемены освещения.

    «Палачей» уже не было в живых. Они лежали в собственной крови на полу. Ничего не понимая, я медленно прошёл по комнате, беспокойно озираясь. Идти было нелегко, с трудом удавалось переставлять ноги.

     Но вот я всё-таки споткнулся, но смог зацепиться рукой за деревянный стол. Когда я поднялся, на столе каким-то мистическим образом появилась граната. Ума не приложу, как она там оказалась. Но в избытке их никогда не бывает.

    Коп успел вытащить из кобуры пистолет, но выстрела не произошло, и теперь его зажимали обессилившие мёртвые пальцы. Я на корточках подполз к нему, разжал холодную ладонь мертвеца и проверил обойму. Полная.

    Потихоньку поднявшись, я размеренно побрёл к двери. Стояла просто таки «мёртвая» тишина. Даже скрип двери показался мне громким.

    Коридор был пуст, за исключением нескольких трупов. Одному копу не повезло, его зажало между дверьми лифта, и теперь они просто открывались и закрывались туда сюда. Другой был глубоко впечатан в пуленепробиваемое стекло, пригвожденный к нему длинной железной балкой. А третий с головой ушёл в электрический щит. Изредка он вздрагивал от ударов тока. Ещё один застыл в мёртвой позе, распластавшись на полу с пожарным топором в голове. Рядом неподвижно висел толстый коп, голова, которого по шею вошла в настенный светильник.

      Похоже, здесь кто-то хорошенько поработал. Осторожно пробираясь по коридору, я хватался за всё, что попадалось под руку, чтобы не упасть.

    И вот я увидел ещё одну интересную картину. В другом конце коридора по полу полз тот мужчина, что допрашивал меня. Сзади него тянулся густой кровавый след. Он пытался добраться до лежащей у стены аптечки. Я обошёл его и посмотрел ему в глаза. Взгляд полумёртвого, мне кажется, он знал, что не выживет.

    Я спокойно взял аптечку. Послышался хриплый вопль, но тихий, ведь сил у него не было. Я повернулся к копу. Он смотрел на меня стеклянными глазами.

    И этот взгляд подействовал на меня. Я понял, что если не помогу ему, то буду самым ужасным существом на свете.

     Я вынул из аптечки бинт. Я помог копу присесть у стены, а затем перевязал его. Я понимал, что он не сможет меня убить после такого.

    После того, как он прокашлялся и отдышался, я опустился к нему и заговорил первым.

- Что здесь произошло? – это мне было особенно интересным.

    Коп ответил не сразу. Он только указал на своё плечо. Как же я сразу не заметил, что из плеча у него торчала рукоятка ножа. Я вытащил его.

- …они…они все мертвы… - загадочно протянул коп.

    И тут он опустил голову. Я прощупал его пульс. Ничего. Значит, ранения были слишком сильные. Передо мной лежал уже мертвец.

    Я опустошил аптечку и почувствовал себя лучше. Я даже смог идти. Медленно я вышел на лестницу.

    По перилам тянулся тот же красный след. Всё это было очень странно. На ступеньках лежал коп с дробовиком, из носа у него струилась кровь.

    В холле была похожая ситуация. Коп распластался на стойке, но видимо, его пристрелили. Второй сидел в неподвижной позе на кресле и смотрел вверх.  На одной из стен виднелось красное пятно. По полу, словно змейка тянулся тот же самый след.

    С грохотом я выбил ногой двери и вышел на улицу. Дождь окреп и теперь превратился в страшную грозу. Капли со скоростью пулемёта расшибались об землю, и их брызги разлетались во все стороны.

    Но мне было вообще-то наплевать…

    Всё это было похоже на сон. Даже не на сон, а на тот кошмар, который я видел тогда. Я пытался проснуться, но когда снова открывал глаза, передо мной хлестал ливень и сверкали молнии.

    Но раз судьба сделала мне такой подарок, то я был обязан им воспользоваться.

    Билл сбежал из участка, как крыса с тонущего корабля, а Саймон и Лис, похоже, погибли. В этом городе помощи ждать было не от кого. Я остался совершенно один. И теперь друзей не было. Остались только враги.

        Я быстро спустился по ступенькам. Ливень шёл невыносимый, поэтому я тут же спрятался под навес какой-то кофейни.

    Мне нужно было найти этого гада. Он прятался где-то в этом ужасном городе, который незаметно стал для меня тюрьмой.

    Я двинулся по улице. За каждым углом чудился бандит с битой, который мог снести голову с одного удара. В ушах ещё слышался тот звон от удара о рельсы. Но его заглушал грохот стихии. Я повернул за угол и тут же юркнул обратно, под тент таксофона.

    Впереди на баскетбольной площадке я увидел двоих парней. Оба стояли и очень горячо спорили. Издалека я мог безопасно наблюдать за ними.

    Вот один толкнул собеседника плечом, да так, что тот чуть не повалился на землю. Тогда другой выхватил из внутренностей куртки блестящий нож и набросился на противника. Похоже, он этого ожидал, и ловко увернувшись, он тоже блеснул лезвием клинка. Они встали друг напротив друга, словно чего-то ждали. Глазами они впивались в свои тела, пытаясь испепелить их взглядом.

    Началось. Первый удар оказался неудачным, и за ним сразу же последовала контратака. Затем снова удар. Бедняга немного отшатнулся и на секунду бросил взгляд в лужу. Отражение его не обрадовало, так как на его лице уже были видны кровавые раны.

    Месть последовала мгновенно, и, пригнувшись, раненый боец мастерски сделал подсечку ногой, после чего противник потерял равновесие. На лету он даже успел засадить ему кулаком по лицу. Вода из лужи полетела в разные стороны, когда вояка упал в неё лицом. После того как он пришёл в себя, он резко вскочил, при его тяжёлом телосложении это выглядело немного диковинно.

    Последовал удар. Снова удар. Ему больше не нужен был нож. Удар в лицо. В воздухе показался кровяной всплеск. Опять удар. Он бил, словно тренированный боксёр, которого месяцами не выпускали на ринг. И вот он промахнулся. Противник решил этим воспользоваться. Он отклонился немного влево и саданул ногой в ребро. Если бы не ливень, то в тишине раздался бы хруст костей.

    Видно, ранение не было серьёзным, и боксёр просто увернулся от добивающего удара локтём и врезал в грудь. Затем снова в лицо.

    От шквала ударов, боец в последний раз испустил вздох и лицом упал в глубокую лужу.

    Победитель перевернул поверженного им противника ботинком и несколько секунд вглядывался в его лицо. Затем он вытянул шею и харкнул кровью в сторону трупа. Бой был окончен.

    Я решил не терять время, и направился к площадке. Зная повадки этих ребят, я засунул в рукав куртки пистолет, чтобы при необходимости он был наготове.

Вояка ещё издали меня заметил. Он перевалился с ноги на ногу и терпеливо уставился на меня. Я подошёл поближе и поравнялся с ним.

- За что ж ты так парня, а? – серьёзно спросил я.

- А чтоб, такие как он, получили урок на всю жизнь, что с Майклом шутки плохи.

    Я узнал этого бандита. Один из банды волков. Мы уже однажды встречались с ними. Они ошиваются на соседних с нами станциях, и однажды они заметили Саймона в тоннеле. Один заговорил с ним, а другие подхватили его за руки и несколько раз плотно ударили по лицу и животу. Громко смеясь, они засеменили дальше по тоннелю. Но Саймон не стал терпеть мелких хулиганов. Он достал свой любимый «Кольт» и пару раз пальнул в сторону уходящих. Парочка завалилась на рельсы, хватаясь за грудь, так как пуля проходила насквозь. Остальные погнались вслед за стрелком и тоже стали стрелять. Слава Богу, Саймон добежал до нашей станции, там его и прижали. Он успел заскочить за колонну, и тут началась пальба, которую мы тогда и услышали. Сорвав со стен пушки, мы ринулись спасать Саймона. Его еле удалось вытащить оттуда. Он потом пару дней в себя приходил, валясь на койке и поедая куриный суп из пакетиков. А вот волки объявили нам войну, и теперь увидев нас, они скалятся сильнее прежнего. У этих ребят всегда есть козырной туз в рукаве на случай драки – это малыш Сэм. Этот двухсот килограммовый перекачанный стероидами бугай. Он способен разломить кому-нибудь череп одним ударом кулака, а потом вбить человека в асфальт, как гвоздь. Он носит чёрную хоккейную маску и байкерские одежды. Мне кажется, он специально скрывает своё лицо, у него оно, наверное, как у гориллы.

    Волки постоянно влезали в драки и нападали обычно стаями, как настоящие шакалы.

    Этот волк стоял и пялился на меня, хотя я заметил, как его рука постепенно стала тянуться к ремню, за который был, заткнут нож. Я молниеносно выхватил из куртки пистолет и нацелился ему меж глаз. Но, кажется, его это не удивило. Он даже немного улыбнулся. И также быстро вытащил свой ножик и попытался нанести удар. Но я успел нажать на курок раньше. Кровь взметнулась и осветилась в воздухе светом молнии. Волк схватился за плечо, нож выпал из руки и зазвенел по асфальту. Он скорчил бешеную гримасу и набросился на меня голыми руками. Я почему-то не успел выстрелить, и пистолет закружился в вышине и куда-то упал. Куда именно я не видел, потому что волк повалил меня на пол и стал душить. Скажу вам, не слишком приятное ощущение.

    Я резко врезал ему в грудь, он отстал. Я глубоко вдохнул и сразу же лягнул ошеломлённого противника ботинком в его наглую физиономию. Он завалился назад. Я огляделся, и, отыскав нож, я просто навис над оглушённым бойцом и всадил клинок ему в горло. Фонтан так и брызнул, я даже отшатнулся.

    Немного посмотрев на третье за эту ночь лицо мертвеца, я поднялся и медленно зашагал в сторону выхода, предусмотрительно подобрав свой пистолет. Когда я проходил через всю площадку, то заметил какой-то силуэт на трибунах. Покрепче обхватив рукоять пистолета, я стремительно поднялся по ступенькам. На предпоследнем ряду в центре сидел на окровавленном кресле мёртвый человек, в лицо был воткнут короткий топорик, а на чёрной куртке с капюшоном кровью было криво выведено:

«Палач следит за тобой»

    Я сразу узнал почерк Демонов. Они – самые страшные и садистские существа в этом кровавом городе. По слухам, которые я слышал от Лиса, они постоянно проводили какие-то жертвоприношения в честь дьявола, которого они считают божеством. Они обитают только в нескольких местах, и это, наверное, к счастью. По городу они ходят редко, чаще ведут образ жизни пауков, убивают каждого, кто случайно забрёл к ним в убежище. А их главарь – Палач. Это просто какой-то бред. Они верят, что он приёмный сын Сатаны, и если он сказал кого-то убить, у них даже мысли не должно возникнуть, чтобы противоречить. А сам Палач, похоже, обычный психопат. Он просто обожает пытать людей, а потом разрубать их своей бензопилой и раскладывать остатки на стенах, как картины.

    Когда Лис мне это рассказывал, меня чуть не вывернуло прямо в шахту лифта, в которой мы прятались. Тогда мы спасали Билла из плена этих уродцев. Всё прошло как нельзя гладко, даже слишком. Они тогда ютились в торговом центре, этажей там было штук пять, поэтому по шахте можно было добраться куда угодно. Биллу сильно досталось, конечно, но внутренние органы у него были, к счастью, все на месте. Нам всегда везло в таких делах.

    Вот и сейчас это была их работа – кровожадная и пугающая. Я решил забрать топорик с собой, вдруг пригодится. С леденящим кровь хрустом я вытащил его из лица того парня и заткнул себе за пояс. Дождь, кажется, немного ослабел, но капли всё ещё громко долбили по асфальту.

      Я спустился по ступенькам, со скрипом отодвинул решётчатую дверь и ушёл отсюда прочь, вновь оставляя за собой смерть.

    Улицы этого города с каждым часом казались мне всё более мерзкими и отвратными. Пару раз я слышал сирены копов, но где-то совсем далеко. Капли, стекающие по моему лицу, мешали мне думать, поэтому я решил просушиться и встал под полосатый подранный навес какой-то гостиницы. Я присел на корточки, облокотившись спиной о бетонную стену.

    Порой мне начинало казаться, что кто-то мне помогает. Кто-то из темноты, очень незаметно и профессионально. Иначе, кто же тогда устроил погром в полицейском участке. Мысли вертелись в голове, словно ураган, и связать их в одно целое никак не получалось. Видно, хорошенько меня обработали.

    Я поднял голову. Передо мной в луже с хлюпающим звуком лопались дождевые пузыри. И в отражении я заметил вывеску гостиницы. Она была на удивление аккуратно повешена, а краска не стекала от воды.

- «Город снов» - однажды я уже был здесь, когда только переехал в Плэйнфилд. Тогда я представлял свою дальнейшую жизнь здесь. Жаль, что ничего этого не сбылось.

    Я слыхал, эта гостиница превратилась в пристанище волков, тут же и обитал их главарь, Райан. Это был такой волосатый парень, похожий на рок музыканта. Он всегда носил с собой снайперскую винтовку с бронебойными пулями. От одного выстрела из такого носорога просто вышибало мозги.

    Я выпрямился во весь рост и поднял голову. Тучи заслоняли небо, словно занавес сцену. А луна была где-то там, вдалеке.

    Пришло время начать поиски Билла. Надо же было кому-то его прибить. Из тех, кто хотел это сделать, остался, похоже, только я один.

    Я поднялся по скользким ступеням и толкнул дверь, на ходу вытаскивая пистолет из-за пояса. Дверь распахнулись легко, даже скрипа не было слышно.

    Я сразу же вспомнил этот знакомый холл. Он почти не изменился: красные сиденья, стойка регистрации, лифты в углу. Только теперь здесь везде были развешаны по стенам пушки, в некоторых местах были написаны надписи баллончиком, а лифт работал только один. Второй замер, раскрыв свои двери, словно протяжно зевая.

    На креслах сидели два парня, вроде волки. Один из них, завидев меня, поднялся и неторопливо подошёл.

- Чего надо, парень? – неожиданно мягко произнёс он, хотя с некоторым презрением.

- Мне бы к боссу вашему, - ответил я, убрав руку с пистолетом за спину.

- Сдавай пушки и проходи, - он показал на тумбочку рядом с ним.

- Ладно, я не хочу проблем… - протянул я.

    Я молниеносно вытащил пистолет и пристрелил охранника, прижав пистолет к его груди. Второй мгновенно подскочил, но ещё одна пуля отправила его в полёт через кресло.

    В углу светился красный глаз хитрой камеры. Я решил не ослеплять её, а просто демонстративно подошёл к лифтам, нажал кнопку вызова и вошёл в кабину.

    Они знали, что я иду к ним. Они бросили все силы, на убийство жалкого бойца из банды охотников. Они думали, это будет просто аттракцион в парке развлечений…

    Двери лифта со скрежетом открылись. Пять волков вскинули стволы и прицельно начали палить в пространство лифта. Они стреляли долго, патронов хватало. Пули рикошетили, скрежетали, визжали о стенки лифта, оставляя на них глубокие чёрные следы. Двери уже не способны были закрыться, они попросту сломались от такой натуги.

    Когда кончились патроны, парни поняли, что кабина пуста. Там, похоже, никого не было. Можно было прочитать разочарование и одновременно удивление в их лицах. На полу валялись кучи гильз, а стенки лифта прогнулись, и чуть было не сворачивались вдвое.

    Опустив стволы, бойцы начали обступать лифт со всех сторон. Один из них, видимо вожак стаи, как это у них называлось, дал знак стоящим сзади и медленно стал входить в кабину.

    Он осторожно поднял ствол автомата Калашникова и начал озираться. Крышка была на месте. Как будто здесь никто и не ехал, это была всего лишь галлюцинация. По команде вожака, все дружно изрешетили потолок кабины. Но предсмертных стонов они так и не услышали.

Вожак почесал свой бритый затылок прицелом автомата, дал другим отбой, а сам уселся на обшарпанное кресло, на ходу доставая сигарету.

    Они не знали, что секундой раньше я перепрыгнул на соседний трос и зацепился за него. Заслышав пальбу, я чуть было не свалился. Потом, продолжив путь, я наткнулся на вентиляционное отверстие. Я вполз в него, словно крыса в нору. Да и внутри я чувствовал себя также.

    Тоннель был коротким, я вылез наружу в какой-то маленькой комнатушке, похожей на кладовку. На деле, оно так и оказалось. Я осмотрел барахло на предмет оружия, так как патронов у меня было чуть-чуть.

    Я отвинтил от швабры ручку, разломил на части и заточил ножиком кончик, сделав из деревяшки смертоносный шип. Прямо как осиновый кол для вампиров.

    Я прихватил ещё тряпку, жидкость для мытья окон и спрей от насекомых. Звучит, конечно, глупо, но никогда не знаешь, что тебе пригодиться в битве без стрельбы. Да, я не мог рисковать, их было слишком много, даже для такого крутого парня, как я. Надо было вести тихую игру.

    Тихо хлопнув дверью, я прокрался в коридор. Я сразу же припал к стене, потому что услышал какие-то голоса за углом. Кто-то увлечённо рассказывал интересную историю. Но мне ничего не удалось разобрать, только какие-то обрывки.

    Я аккуратно высунул голову в коридор. В конце него озабоченно болтали два волка. Один нёс штурмовую винтовку, а другой дробовик. Но сейчас они им были не нужны, поэтому держали они их довольно неудобно.

- И я такой типа крутой толкаю его плечом, а он «бух» и упал! – активно жестикулируя, рассказывал волк.

- Хех, да ты гонишь! – ответил второй.

- Да нет, честно тебе говорю! А друзья его такие на меня смотрят так злобно и подступают потихоньку. Ну, я естественно так подготовился, ножик незаметно из кармана вытаскиваю, а тут один на меня как бросится! Я его сразу в штыки, рука вся в кровище! Уф.… Еле их всех забил, бандюга только жаль смотался, гад. Вот. Больше я их уже никогда не видел.

    Они подошли ко мне слишком близко. Я смочил тряпку синей жидкостью, а кол подвязал к ремню. Вот подошва чёрного ботинка показалась из-за угла. Я рванул.

    Я налетел на ближнего ко мне парня и сбил его с ног. Несколько раз я вмазал ему по лицу, а затем пригвоздил его колом к полу. Второй, видно сильно испугался, потому как выронил автомат, и сейчас наклонился за ним. Я только этого и ждал. Я мигом вскочил и натянул ему на лицо тряпку. Он стал приглушённо вопить и трясти руками, словно он тонул в море. Через пару секунд он потерял все свои силы и поник, опустив руки. Я убрал тряпку. Мертвец съехал по стене и упал, распластавшись на полу.

    Я оставил трупов за спиной и побрёл дальше. Двери, коридоры, красные ковры – все, что попадалось мне на глаза.

    И вот, впереди я услышал голоса. Но уже не такие, какие слышал сейчас. Голос был твёрдым и грозным, он отдавался в пустоте и отскакивал от стен.

    Я прыгнул к стене, но не рассчитал скорость и больно ударился о стену спиной. Но меня к счастью не заметили. В коридоре и так было без меня проблем «выше крыши».

    В том месте начинались номера люкс. Это какие-то «маленькие гостиные» просто, скажу я вам. Я однажды мельком их видел, огромная комната, вмещающая в себя кучу всякой всячины, нужной для лучшего отдыха.

    В коридоре находилось всего пять человек. Двое стояли у стен – увлечённо наблюдали за происходящим посередине. Один курил неподалёку, нервно стряхивая пепел мимо урны. А само действие разворачивалось в центре.

    Один, очень толстый волк, весь трясся, судорожно и невнятно что-то бормотал, иногда хватаясь за голову. Перед ним стоял он, нет, я точно не мог его ни с кем спутать, это был именно Райан Томпсон – главарь всей этой преступной шайки. Он, сложа руки на груди, долго и очень внимательно слушал этого толстяка. На его морщинистом лице с каждой минутой появлялось всё новое и новое недовольство. Длилось всё это зрелище минут десять, у меня даже шея затекла, когда я наблюдал за всем этим.

- … я просто за угол спрятался, а они сами начали стрелять. Ну, я и пострелял немного, а потом гранату так кинул недалеко. Я думал, до них долетит… Я ведь не знал… Я не видел.… Откуда я мог знать.… Простите меня, я не хотел…    - Толстяк беспомощно лепетал и лепетал.

    Похоже, Райану это надоело, потому что он просто вытащил из кобуры свой «Кольт Анаконда» и приставил ко лбу этого бедняги. Потом бахнуло. Очень громко и оглушительно. В мою сторону полетели кучки мозгов. Я конечно и не такое видел, но тут мне стало как-то дурно.

    Райан довольно хмыкнул, повалил остатки тела толстяка своим сапогом на пол, дал понять своим и скрылся за железной бронированной дверью с надписью «Вожак».

    Парень, который курил, выбросил сигарету в урну и ушёл, поправив ремень брюк. Остальные двое разминулись, один ушёл к лестнице, другой остался у двери, уставившись на тело бедняги.

    Я подождал ещё пару секунд. Парень не уходил. Он просто стоял и смотрел на труп. И ничего больше. Меня это даже удивило. Вдруг он всё-таки оторвал от него взгляд, подошёл к автомату с газировкой, и стал в нём копаться, словно что-то чинил.

    Я заметил немного отвалившуюся стальную нить, которая должна была поддерживать цветы. Я перерезал её ножиком, и у меня получилась неплохая удавка.

    Подкрасться к этому чудику не составляло труда, он был увлечён своим делом. Я коленом ударил его в спину, а удавку накинул сзади, сдавливая не слишком сильно. Он мне ещё был нужен.

    Я развернул его к себе и уставился в его напуганные глаза.

- Как мне попасть к вашему вожаку? – глухо, словно смерть, сказал я ему.

- Пошёл ты… - прохрипел он.

    Я сдавил удавку изо всех сил. Лицо его наполнилось синевой и выглядело как баклажан. Затем я резко отпустил железку. Волк схватился за горло, но не успел задержать воздух и просто свалился на пол, ударившись об автомат.

    Рядом с трупом я заметил пистолет-пулемёт «МР5», который мне очень пригодился. Я повернулся к двери. За ней гремели какие-то стоны и вопли, похожие на звуки допроса на электрическом стуле. Надо было спасать пленника. Не знаю, что на меня нашло, но когда ты один против всех, в друзьях нуждаешься больше, чем когда-либо.

    Я смело выпустил очередь в замок и ногой выбил дверь. Она грохнула об стену так, что звон металла прокатился по всей гостинице.

    Номер был огромен, больше нашего убежища в метро. Всё было в красных тонах, фигурные занавески, изящные деревянные кровати, двери из вишнёвого дерева. Но вот омрачало всю обстановку картина в центре комнаты.

    На табуретке стоял человек в подранной рубашке,  на его теле виднелись глубокие порезы, а губы и нос были разбиты в кровь. На его шее была затянута внушительная петля, свисающая, словно притаившаяся змея.

    Рядом стоял Райан, держа в одной руке огромный нож-мачете, а в другой свой Магнум. Нога его лежала на табуретке, как бы говоря, что может её опрокинуть в любой момент.

    Увидев меня, Райан сразу же развернулся и направил на меня револьвер. Его длинный ствол заставил меня немного отступить назад, правда, не очень далеко.

    Райан всмотрелся в моё лицо, а затем расплылся в злобной улыбке.

- Ха-ха, малыш Джонни, давненько, давненько я не видал твою наглую рожу, - своим обычным тоном начал Райан.

- Я тебя тоже, ублюдок, - ответил я.

- Тогда, какого лешего ты сюда припёрся, а, Джон? Что заставило тебя идти на верную гибель, придя сюда? Ты ведь однажды чуть не потерял здесь голову, помнишь?

    В прошлую нашу встречу, он чуть было не отрубил мне голову пожарным топором, но к счастью я успел увернуться, и вместо моей шеи лезвие раздробило бетон.

- Отпусти его, - я указал на заложника, - он тебе ничего такого не сделал…

- А ты у нас решил поиграть в героя, да? – Райан спустил предохранитель. – Запомни мой друг, герои обычно плохо заканчивают. Или их убивает такой злодея как я, или они сходят с ума. Я могу лишить тебя второй напасти.

    Не знаю, как я предвидел его движение указательного пальца, но я молниеносно прыгнул в направление ванной, раздробив собой красивую дверь.

- О, ты хочешь поиграть в салки? Чур, я вожу! – из стены передо мной вылетела пуля, за ней вторая. Я завалился в ванну, придавив занавески.

    Тут в проходе возник Райан. Он выстрелил в меня, но я успел вылезти вперёд, и выстрел раскрошил стенку ванны. Я был совсем в двух шагах от него. Он сверкнул своим мачете прямо у меня над головой, я кое-как успел увернуться.  Я мощно вмазал ему кулаком, заставив его уронить Магнум на кафель. Отшвырнув его ботинком, я пнул Райана в грудь, он вылетел в коридор. На скорости он влетел в шкаф и на него посыпались куртки. Но воспользоваться этим не получилось, он разрезал одну из курток мачете и с диким рёвом бросился на меня. Я убрал плечо в последний момент, и он влетел в стену, оставив свой нож там. Я направил на него свой ствол, одним движением достав его из кобуры. Он неожиданно отпрыгнул назад к пленнику и сделал то, чего я точно не ожидал.

    Он поставил ногу на табуретку, так же как и в первый раз, но теперь это заставило меня задуматься.

- Давай, стреляй, малыш Джонни, и твой заложничек помрёт раньше меня! – он довольно рассмеялся.

    Мысль быстро пришла на ум. Надо было отвлечь внимание.

- Хех, ладно, лучше уж две жизни, чем ни одной! – воскликнул я и выстрелил ему в плечо.

    Он, как я и думал, толкнул табуретку, а сам упал на кровать позади него.

    Ноги бедняги теперь болтались в воздухе, он пытался ими дотянуться до пола, но ничего не получалось. Я выстрелил ещё раз, теперь прицельно, попав точно в верёвку. Она разорвалась, и заложник упал на пол, громко всхлипнув. По полу потекла кровь с его лица, смешавшаяся с потом.

    Тем временем, Райан поднялся, разодрал рукой картину, снял с гвоздя «M16» и начал палить в мою сторону, поднимая в воздух пыль. Я ринулся вперёд, опрокинув стол с серебряными столовыми приборами, которые зазвякали по полу, как колокольчики. Я покатил круглый стол через всю комнату, а Райан всё палил, пока у него не опустел магазин. Я уронил стол на пол, а сам выставил руку с пистолетом и нажал на курок.

«Чик-чик» - пропищал он.

    Райан злобно захохотал. Я выбросил ненужный пистолет, выхватил с пояса нож и набросился на волка. Тот резко парировал удар, схватив и вывернув мою руку. Нож выпал и покатился по полу. Я извернулся и врезал ему другой рукой. Он выпустил мою руку.

    Он секунду лежал на кровати, потом вскочил, сделав переворот, и, оказавшись около стены, одним движением вытащил нож. Он блестел в свете люстры, словно монета на солнце.

    Я встал напротив него, вытащив из-за ремня свой забытый топорик. Я сделал несколько быстрых шагов вперёд, а потом резко нанёс режущий удар. Райан ловко парировал и его, захватив лезвие топора своим лезвием. Он крутанул в руке мачете, чуть было, не отрезав мне руку. Следом полетели несколько мощных ударов, но почти не один не достиг своей цели. Только последний я прозевал, и удар пришёлся на бедро. Я упал на одно колено, в ногу ударила тупая сильная боль.

    Тут я почувствовал грязный пинок в лицо. Я бесконтрольно полетел назад, разломав по пути стенку туалета. Это было ужасно больно, я даже на какое-то время потерял сознание. Но вдруг ко мне пришло второе дыхание. Я поднялся на ноги, хоть и с трудом, но тут мне по руке прошлось холодящее кровь лезвие. Я снова собрался с силами, отвёл новый скользящий удар, схватил Райана за руку и эффектно на большой скорости впечатал его головой в дорогой фарфоровый унитаз. Всё развалилось, даже как-то жалко было.

    Райан поднялся. Его лицо пестрело кровавыми порезами, словно мозаика. Он толкнул меня обратно в комнату, по пути отправив мне тумак по лицу. Я перелетел через чайный столик, разбив сервис. Его осколки больно впились мне в руку. Я схватил уцелевший чайничек и метнул его в противника. Раздался мужественный вопль.

    С разбитым носом, Райан попытался добить меня на полу ножом, но я покатился к стене, ударившись боком о шкаф. Я быстро встал. Голова гудела, как закипевший самовар.

       Я отбил один его удар, второй, резанул ему в плечо, врезал его в стену, потом толкнул его к балкону и ударил ногой, отправив в полёт в одном направлении.

    Всё происходило, как в замедленном действии. Райана полетел к стеклянной двери балкона, разбил её своим грузным телом и уперся спиной в перила.

     Я отодвинул занавески, качающиеся на ветру, вышел на балкон и хладнокровно воткнул топор ему в лицо. Брызги полетели во все стороны. Сверху лил проливной дождь, размывая кровь по телу.

    Я вернулся в тёплую комнату. Номер больше не казался мне уютным. Везде были видны следы борьбы, всё было разрушено. Я кинул взгляд на пленника. Он лежал, не двигаясь, но всё ещё дышал.

    Я наклонился к нему, пытаясь всмотреться в лицо. Он закрыл глаза, наверное, думал, что я погиб в этой неравной схватке.

- Эй, парень, ты живой? – я помахал перед ним рукой.

- Воды…дай воды… - он обессилено бормотал, еле шевеля губами.

    Я сходил в ванную. Немного умыл лицо, освежился и налил воды в аккуратный стеклянный стаканчик, в котором обычно лежал зубные щётки. Над раковиной я увидел аптечку. Наскоро я перевязал руку, промыл все раны и помазал их йодом. Противно жгло, но я терпел.

    Я вылил воду в стакане бедняге в рот. Он торопливо зашевелил губами, как бы смакуя каждую каплю. Он открыл свои измученные глаза и стал смотреть на меня. Он будто пытался вспомнить моё уставшее и побитое лицо.

    Я перевернул его на спину. На животе у него блестела глубокая рана от мачете. Он часто задышал, несколько раз кашлянул, выплевывая кровь.

- Слушай, мужик, у меня к тебе есть дело… - глухо произнёс он, уже немного увереннее.

    Я наклонился к нему.

- Если ты отвезёшь меня домой из этой дыры, я в долгу не останусь, помогу, чем смогу, - он запрокинул голову, разминая шею.

    Ножиком я разрезал петлю и снял её с его затёкшей шеи.

- Ты где живёшь-то? – я прислонил его к стене.

- Риверсайд, тут недалеко, у меня тачка есть…

- Так уж и быть, не могу ж я тебя тут бросить…

- Спасибо, мужик, тебя как зовут-то? – он стал приходить в себя.

- Джон, - я помог ему подняться.

- А меня - Том, я тут проездом, журналист… - я заложил его руку на своё плечо, и мы заковыляли к выходу.

- Ладно, потом расскажешь, тебе ещё силы надо поберечь… - я взвалил его себе на плечо, словно уносил отсюда труп.

    Только вот этот был живым. Он кряхтел, кашлял, но вёл себя довольно спокойно. Я зашагал по коридору, одной рукой поддерживая Тома, а другой держал пистолет, который предусмотрительно стащил у Райана с тумбочки. Ему он всё равно больше не понадобится.

    Медленно и с трудом переступая ноги, я плёлся к пожарной лестнице, в коридорах появляться было слишком опасно. Но мне всё-таки пришлось немного там пройти.

    Пару шагов – и вот на меня снова смотрит черный ствол пистолета. Волк смотрел на меня сначала с презрением, а потом его лицо растеряло эмоции.

- Мужик, если пропустишь, я тебе отдам пистолет Райана, а ты не будешь стрелять мне в спину. Лады?

- Ладно… - Волк вдруг превратился в настоящего человека, которых мало осталось в этом городе. Он опустил пушку. Я протянул ему пистолет. Он взял его и неожиданно пожал мне руку. Я улыбнулся.

- Ты молодец, Райан был сволочью, он моего друга Бобби пришиб… - сказал он мне вслед, до меня его голос донёсся как эхо.

    Он долго стоял и просто смотрел, как я покидаю гостиницу с раненым на плече. Даже когда хлопнула дверь, он не ушёл. Я знал это, так как не услышал тяжёлых шагов по грязному полу. Я стал замечать, что меняю этот город. Хотя бы совсем немного, но все ведь начинали с малого.

    Дождь скатывался по железным ступеням, которые становились очень скользкими, усложняя мой путь.

    Через каждые три ступеньки, моя нога резко уходила в сторону, мне чудом удавалось сохранять равновесие. Я шёл двадцать ступенек. Я это хорошо запомнил. Когда они кончились, мне стало намного легче.

    Я вошёл в холодный переулок. Стены были изрисованы какой-то непонятной мазнёй, слабо напоминающей граффити. В центре переулка, за решёткой стоял новенький красный минивэн. Я осторожно снял раненого со своего затёкшего плеча.

- Ключи-то твои где?

    Он устало занёс руку в карман брюк и достал оттуда ключ зажигания с брелком. Я взял ключ, ловко перелез через ограду и подошёл к машине. Она была совсем новая, краска ещё блестела от капель дождя, а не покрывалась грязью, как это обычно бывает. Я открыл дверцу, сел на водительское сиденье и осмотрел салон.

    Руль был мягкий, даже слишком удобный. Сиденья были кожаные, дорогие, наверное. Приборная доска приветливо светилась разноцветными огоньками. Под стеклом заднего вида болтались на резинках пушистые кубики - никогда такого не видел. Двигатель завёлся легко, с одного оборота. Он смиренно заурчал, готовясь к движению.

    Я стал вспоминать, как же давно я водил машину. Восемь лет назад. Мне подарили автомобиль на день рождения, поддержанный конечно, денег тогда очень не хватало. В тот день отвозил отца на работу. Он тогда в первый раз видел меня за рулём. И в последний…

    Из-за наплыва грустных воспоминаний, я чуть было не забыл о Томе. Я немного посмотрел на руль и педали, а потом резко вдавил педаль газа в пол.

    Машина взревела и сорвалась с места. Своим передним бампером она выбила решётчатые ворота, и, скользя по асфальту, остановилась. Я почувствовал себя беззаботным парнем, каким был когда-то. Когда я мирно спал, не боясь быть убитым в постели.

    Я открыл соседнюю дверцу и вышел. Том уже начала приходить в себя, дождь его немного взбодрил, как холодный душ по утрам.

    Я подхватил его под руки и потащил к машине. Я аккуратно усадил его на сиденье, закрыл дверцу и вернулся на своё место за рулём.

- Уф,…кажется, я начинаю вспоминать… - довольно уверенно произнёс Том.

- Дорогу покажешь?

- Да, только подожди, мне надо окончательно очнуться, - к моему удивлению, он открыл бардачок и вытащил оттуда флягу. Он откупорил крышку и глотнул, сильно поморщившись. Затем он убрал её на место.

- Хех, так то лучше, это штука всегда помогает, - его голос окреп, он даже немного повеселел.

- Куда ехать? – задал я поднадоевший вопрос.

- Направо поворачивай, дальше я тебе буду показывать.

    Я плавно сдвинул машину с места и вывернул на дорогу, попадая в свет уличных фонарей.

- Так, ты говорил, ты – журналист? – спросил я, мирно крутя руль. И Том начал свой рассказ.

    «Я вообще не отсюда, приехал из Далласа. У меня там семья, работа. Настоящая американская мечта. Я думал, что я самый счастливый человек на этой планете.

    В один из дней, мой босс решил дать мне работёнку, очень сложную. Мне нужно было приехать сюда, и собрать всю информацию о ситуации в городе. Я, наивный дурак, согласился. Я купил дом в Риверсайде, у одного старикашки, он очень обрадовался, потом куда-то слинял, больше я его, короче, не видел. Мне всё это казалось простой забавой, наделать кучу фоток, опросить пару жителей, и всё – статья готова! Ну не тут-то было. Только я остановился неподалёку от этого отеля, как ко мне подошёл мужик в байкерской куртке.

«Эй, чувак, дай пофоткать, я тебе потом отдам», - пробасил он. Ну, я, конечно, понял всю его хитрость, и не дал. А он только ехидно рассмеялся и вытащил из-за спины здоровую бейсбольную биту.

    Очнулся я только в какой-то большой комнате. Голова ужасно болела, будто там стучали миллионы молоточков, а ноги и руки мучительно ныли. Что-то очень давило на шею, но повернуть головы я не мог, ослабел совсем. Я только увидел, что стою на красной деревянной табуретке. А передо мной лыбился здоровенный волосатый тип с мачете на плече. Он постоянно злобно хихикал и тыкал мне в живот кончиком ножа.

    Сначала задал мне несколько вопросов. Простых, я ответил на них, почти не думая. Да и нечем было, похоже, все мозги у меня тогда выбили, думал я.

    Потом он стал надо мной всячески глумиться. Он резал меня с размаху своим ножом, с которым он возился как с погремушкой. Потом он приставлял мне ко лбу ствол своей волыны, я сначала подумал, что с ней он ходит охотиться на кабанов. Позже он просто несколько раз вдарил мне по лицу, разбив мне нос и губу.

    И тут появился ты. Я сразу понял, что спасён. Ты прямо-таки всем своим видом внушал надежду.

    Ну, дальше ты всё знаешь».

- Хм, интересно. Да ты, прямо везунчик, - ехидно заметил я.

- Да, тут не поспоришь. Налево поворачивай, потом прямо.

    Я плавно завернул за угол и переключил скорость. Мы медленно въезжали в Риверсайд. Редкие раскаты молний освещали бедные домишки с покосившимися крышами. Я проехал несколько метров и тормознул около широкого деревянного телеграфного столба.

    Я отдал ключи Тому, а сам вышел из машины, хотел осмотреться. Он пробурчал что-то непонятное, но видимо, не протестовал.

    Дома выглядели убого, на некоторых вместо окон были прибиты гвоздями доски. А дом на углу вообще был цел на половину, так как другая половина сгорела, наверное, владелец задолжал кому-нибудь крупные деньги и не вернул вовремя. По обыкновенному зелёная трава иссохла и превратилась в безжизненные серые нитки. Белый почтовый ящик лежал на асфальте, с разодранным боком, рядом виднелись следы крови, которые даже дождь уже не мог смыть.

    Я, было, направился к домам, как услышал позади себя отдалённую брань. Развернувшись, я увидел опирающегося на колено Тома. Он держался рукой за грудь, а сам что-то бессвязно бормотал.

- Тебе повезло, мог вообще без ног остаться, - усмехнулся я, помогая ему встать.

- Чего-то мне фигово, как будто кости пополам разломало…

    Я поставил его на ноги, и повёл к домам, таща его у себя на плече.

- Который дом?

- Вон тот, с зелёной крышей…

    Я прошёл напрямик, вдавливая старый газон во влажную землю. До двери мы добрались быстро.

- Ключ, где ключ?

- В нагрудном кармане…

    Но кармана там уже не было, он был вырван с мясом.

- Чёрт... – только и смог протянуть Том.

- Не бойся, сейчас всё сделаем, - я приложил парня к стене, а сам потянулся к двери.

    Лис однажды показал мне, как взламывать замки. Это было довольно легко, но нужна была настоящая отмычка, а не какая-нибудь там заколка, как это обычно показывают в кино. Таковая у меня, к счастью имелась, я всегда её с собой в носке таскал, мало ли что могло случиться.

    Я извлёк отмычку и начал прицеливаться к замку. Он был сложный и надёжный, и, похоже, недешёвый. Но попробовать стоило.

    Я аккуратно вставил отмычку, поднял дальний штифт. Зафиксировал. Потом второй. Он также легко застыл на месте. А на третьем штифте.… На третьем штифте отмычка с хрустом обломилась, и часть её осталась в замке. Я потерпел неудачу.

    И тут я принял оригинальное решение.

    Прозвучал выстрел, замок звякнул и грохнулся в лужу, расплескав грязную воду в разные стороны. Дверь легко отворилась, исчезнув где-то в темноте дома.

- Свет только включи, - сказал Том, когда я втаскивал его внутрь.

    Я нащупывал выключатель свободной рукой, но он как назло не находился. Мне потребовалось несколько секунд. Я легко щёлкнул выключателем, и комната озарилась яркими лучами комнатных ламп.

    Я уложил Тома на красный кожаный диван и отдышался. Закрыв дверь, я стал расхаживать по комнате, осматриваясь. На потолке раскидистая люстра, у стены большой телевизор, стеклянные книжные шкафы, круглый стол у дивана, на тумбочках из чёрного дерева какие-то фотографии в аккуратных рамках. Далее по коридору была кухня, а лестница сбоку вела в спальню.

    Я слетал в ванную, принёс кое-какие медикаменты, немного подлатал Тома, дал ему обезболивающее. Он держался довольно стойко, только иногда нервно вздрагивал, когда я обрабатывал раны йодом. Мне часто приходилось быть полевым госпиталем, в нашей банде постоянно кого-нибудь сваливали пули, а маленькая белая коробочка почему-то обычно оказывалась у меня.

- Так, отойди, я встать попробую…

    Том неуклюже поднялся на руке и опустил ногу на пол. Потом вторую. Потом выпрямился во весь рост и посмотрел на меня.

- Смотри-ка, я могу стоять! – похвастался он.

    Он попробовал сделать шаг, потом ещё один. Он был похож на младенца, который только учился ходить. Лениво переставляя ноги, Том уже стал чувствовать себя увереннее, когда дошёл до середины комнаты.

- У тебя, похоже, получилось! – воскликнул он, раскинув руки и смотря на меня с улыбкой на всё лицо.

- Что именно? – спросил я, вскинув бровь.

- Ты спас мне жизнь, - он даже немного подпрыгнул.

- А, ты об этом. Это так, сущие пустяки. Обращайся, - ответил я.

- Нет, это не пустяк. Подожди здесь, я ведь должен отдать тебе долг, - он заковылял по лестнице наверх.

    Я уселся на мягкий диван и стал ждать, смотря на стрелки часов под потолком.

    Спустя несколько минут, наверху послышались прерывистые шаги. Я оглянулся и увидел Тома, спускающегося по лестнице. Он переодел рубашку и брюки, теперь он точно выглядел, как настоящий журналист. В руке он нёс какой-то чёрный кейс, с деревянной ручкой. На боку было что-то выгравировано, но я не успел прочитать.

    Том положил его передо мной на стол.

- Открой, - настаивал он.

    Я щёлкнул заклёпками, и крышка откинулась вверх.

    В свете ламп я увидел блестящий «Пустынный орёл». Такие пушки встречались раз в тысячу лет в наших местах.

- Спасибо… - не зная, что сказать, протянул я.

- Это тебе спасибо. Если бы ты тогда не появился, моя жена и дети, наверное, меня бы уже никогда не увидели… - Том опустил голову.

    Я аккуратно вытащил пистолет и пару обойм рядом.

- Он мне достался от моего военного друга, подарил мне его, когда ушёл в отставку. Теперь он твой.

    Я заткнул пистолет за пояс. Том стоял и смотрел на меня, ожидая чего-то. Я протянул руку.

- Удачи тебе, - сказал он, пожимая мою руку.

    Эти слова как будто отразились от стен и потом ещё долго звучали в моей голове.

- Они подбираются!! Пали в них, пали!! Эй, Сэм, держи правый фланг!!

    Коп высунулся и тут же получил пулю в голову. Она прошла насквозь и рассекла собой стекло машины позади. Спецназовец выпустил вслепую ещё одну очередь, перекатился к стене, обошёл угол, и изрешетил в капусту прятавшихся за столами бандитов. Из-за стойки на секунду появился какой-то храбрец с ручным пулемётом наперевес и легко раскрошил полстены, а вместе с ней и лазутчика сбоку. Затем он направил шквал пуль на переднюю часть бара, заставив этим непобедимых захватчиков нагнуть головы и спрятаться за укрытиями.

    Я уже минут пять наблюдал за этим зрелищем с крыши противоположного двухэтажного дома. Я прятался на строительных лесах, поэтому меня было не видно издалека.

    Это был бар Сантьяго – логово одной из самых многочисленных банд в Плэйнфилде. Называли они себя Тиграми, носили спортивные майки и кепки, джинсы и постоянно хранили у сердца пистолет или автомат. Они просто боготворили футбольную команду «Тайгерс», которая уже давно ушла в историю. Главарём банды был неубиваемый Рэй Винтерсон, по легенде, единственный из оставшихся в городе игроков. Остальные, либо умерли, либо свалили из этой дыры. У него было прозвище «Живой мертвец». Сколько раз его пытались убить, я уже не припомню. Ему каким-то невероятным образом удавалось обмануть смерть. В него стреляли из винтовки, обливали бензином и поджигали, втыкали в руки ножи, били электричеством, сбивали машиной, но он всегда оставался жив. Хотя, конечно же, не без последствий. От левой руки у него мало что осталось, обугленная кожа и шрамы на ней заставляли содрогнуться, а на огромный след от топора на спине вообще никто не мог смотреть. Вообще, он весь был в шрамах, но это не мешало ему быть мастером стрельбы с двух рук и великим рукопашным бойцом.

    Вот теперь Рэй и решил заглянуть на огонёк в своё логово. И благодаря счастливой случайности, копы как-то узнали об этом и никак не могли упустить такой шанс. Они собрали все силы из участка, посадили лучших спецназовцев в машины и погнали на задание, словно охотничьих собак за добычей.

    Сейчас не одна из сторон не желала сдаваться. Рэй успел спуститься вниз и стал разносить весь зал бара в щепки и мелкую пыль. Когда же патроны заканчивались, он подкидывал полные обоймы в воздух и одним движением заменял их, успевая ещё дать кому-нибудь из противников пинка в лицо.

    Где-то далеко в небе летел вертолёт, но из-за туч и дождя, который до сих пор шёл, я не мог завидеть его тёмный силуэт в ночном небе.

    Вот дробь из автоматического дробовика снесла полку с бутылками, и она с грохотом обрушилась  на одного из тигров. Он мгновенно вырубился, опрокинув по пути стол. Со второго этажа начал палить парень из снайперской винтовки, спустя несколько мгновений его заметили, и метким выстрелом отправили в недолгий полёт.

    Вдруг неожиданно, наверное, не только для меня, боковая стена бара разлетелась на куски от мощного взрыва, который оглушил некоторых бойцов спецназа. В проём выпрыгнул Рэй. Он перекатился по дороге, выпустил пару прощальных очередей, выбил дверь парикмахерской через дорогу и скрылся где-то внутри. За ним последовало несколько переполошившихся спецназовцев. Остальные остались штурмовать бар.

    Я уже собрался уходить, как вдруг нежданный свет с неба ослепил меня, я споткнулся о ведро и упал на мокрый пол. Продрав глаза, я различил в силуэте полицейский вертолёт. Его прожектора светили прямо мне в лицо. Я был похож на загнанную в угол мышь, которую гнали по всей квартире с веником.

    Я решил бежать, пока эти ребята не начали разносить крышу в труху.

    Заслонив вертолёт рукой, я шаркнул подошвами и понёсся во всю прыть к другому концу крыши. Сзади послышались какие-то приказы, но мне не хотелось попасться уже во второй раз за эту ночь.

    Всё размывалось, словно в тумане. Я не видел ничего, кроме края крыши, за которым была пугающая пустота. Мне осталось несколько метров до красивого прыжка, как вдруг сзади послышались оглушительные выстрелы из многоствольного пулемёта. Пули неровной дорожкой побежали передо мной и чудом не доставали до меня.

    И вот, я оттолкнулся от карниза, и, взмахнув руками, полетел на другую крышу. Ощущения были странные. Сверху хлестал ливень, сзади чуть-чуть не попадал по мне дождь из пуль, впереди быстро приближался рекламный щит с улыбающейся девочкой и зубной пастой. Казалось, на мгновение время остановилось, но это произошло так быстро, что я не заметил, как ударился ногами о решётчатый пол. Еле устояв на ногах, я рванул вправо, полируя рукой изображение на щите. Пули следовали за мной, пытаясь догнать.

    Я прыгнул вперёд, кувыркнулся и пролетел между перилами строительных лесов, оказавшись на другой стороне крыши. Туча кирпичного дыма пронеслась передо мной, заставив меня кинуться на пол.

    Поднявшись, я помчался дальше. Пулеметчик, похоже, решил сделать перерыв, и вертолёт скрылся за многоэтажным жилым домом. Я нащупал у себя на поясе оружие и осторожно высунул голову из-за угла.

    Где-то отдалённо слышались отрывистые выстрелы. Я глядел на улицу, держась рукой за кирпичную стену. Дождь шёл уже довольно долго, и на дороге образовались лужи, похожие на грязные мутные озёра. Из-за угла вылетела с визгом серый автомобиль. Он устремился вниз по улице. Следом по скользкой дороге пронеслась полицейская машина, из её окна вылез на мгновение коп и выпустил пару пуль из своего пистолета в убегающих. В ответ из преследуемой машины вылез парень со штурмовой винтовкой. Он вскинул ствол и изрешетил капот патрульной машины. Потеряв управление, автомобиль пролетел по луже, подняв брызги в разные стороны, и со всего маху врезались в стеклянную витрину какого-то магазина одежды. Из-под капота пошёл густой дым. Довольный стрелок злобно усмехнулся и залез обратно в машину.

    Я на секунду посмотрел на небо. И тут, словно в каком-то фильме, из-за здания вылетел вертолёт, слепя меня своими прожекторами. Я немедленно спрятался за стену. Но, похоже, они всё-таки успели меня заметить.

    Не теряя времени, я метнулся к двери напротив. Я с разбегу ударился об неё плечом, но она даже не пошатнулась. Теперь плечо ужасно болело.

    А «птичка» была уже близко. Шум винта нарастал и превратился в настоящий гул.

    Я ринулся направо, сметая с верёвок мокрое бельё, которое кто-то неосмотрительно оставил на крыше в проливной дождь.

    Вот снова край крыши. Я привычно, как будто прыгал по крышам каждый день, оторвался от земли и полетел. В этот раз расстояние было намного больше, и я не рассчитал свои силы. В последний момент я успел схватиться за карниз и повис на руках. Медлить было нельзя, поэтому, перебирая ногами, я взобрался наверх.

- Эй, Генри, смотри, он уже очнулся!

    Демон пнул меня ботинком в живот. Я чуть было не завалился на пол вместе со стулом от боли.

- Так, Джонни, Палач хочет тебя увидеть. А, как известно, его лучше не заставлять ждать. Давай, поднимай свой зад.

    Демон треснул меня прикладом по затылку.

- Фрэнк, ты бы его сначала отвязал…

- А, точно!

    Острая верёвка ослабла и перестала резать мне руки. Затем снова удар. Я поднялся и уставился в лица своих мучителей. Правда, их вид заставил меня содрогнуться. На то они и демоны.

    Я очнулся в кровавой комнатушке с металлическим стулом посередине. Кроме дохлой лампочки никого света больше не было. Я чувствовал себя измотанным, не более, демоны никогда не убивали кого-то быстро.

    Эти два накаченных парня схватили меня под руки и потащили по тёмным коридорам. Я притворялся ужасно побитым и измученным, чтобы усыпить их внимание. По пути в подвал, я придумывал план побега. Поэтому не замечал ничего вокруг. Да и смотреть там было не на что. Обычный разрушенный госпиталь, повсюду скалящиеся уроды с изрисованными лицами.

    Передо мной открылась дверь, и что-то сильно толкнуло меня в проём. Я споткнулся о ступеньку и перекатился пару раз по лестнице. Больно ударившись коленом, я медленно встал и осмотрелся.

    Темнота. И ничего кроме неё. Сзади светлый дверной силуэт. Но тут послышался скрип, а затем грохот, и в комнате наступила полная темнота.

- Джонни, ты ведь не случайно попал сюда…

    Я стал озираться.

- Это судьба, парень, тебе предназначалось умереть в этот день…

    Я на всякий случай потрогал спрятанный за спиной пистолет.

- Боишься?

- Покажись, урод, я хочу знать своего врага в лицо!

    Вспыхнул свет. Передо мной лежали трупы, оторванные ноги, руки, ошмётки мяса. На стенах гвоздями были прибиты тела и головы несчастных жертв. Это заставило меня содрогнуться.

    В углу на кресле качалке сидел Он. Одетый в чёрный длинный балахон, Палач качался из стороны в сторону, держа на коленях огромную красную бензопилу.

- Я давно хотел тебя кое с кем познакомить…

    Он поднял голову, и я увидел его лицо.

    Толпы мурашек побежали у меня по спине. Я даже побледнел, а руки похолодели.

    Палач был похож на смерть. Его белое, как мел лицо, было изрезано морщинами и многочисленными красными шрамами, а глаза были налиты кровью. Он, как привидение, встал на ноги и погладил лезвие бензопилы.

- Её зовут Сьюзи…

    Он дёрнул за шнур и завёл двигатель. Бензопила заревела и заклокотала, а лезвие бешено закрутилось.

- Обещаю, я повешу тебя в центре кровавого зала.

    Он двинулся на меня. Лезвие блестело в лучах ламп. С каждым его шагом я слышал звук, похожий на хруст костей.

    Руки у меня дрожали, но я смог нащупать рукоять пистолета.

    Я ждал момента.

- Прощай, малыш Джонни.

    Он занёс лезвие бензопилы и направил его в мою сторону. Я быстро нагнул голову и отклонился влево. Лезвие пронеслось где-то сзади, разрезав собой воздух. Я вытащил со спины пистолет и пальнул Палачу в плечо.

- Ах ты!

    Палач выронил бензопилу, она громко грохнулась на пол.

- Глупец, ты не сможешь обмануть смерть…

- Это ты так думаешь.

    Я вдарил ему по лицу, затем ногой под дых. Он отшатнулся назад. Помотав головой, он неожиданно рванул вперёд, держа что-то блестящее в руке. Он налетел на меня, и я почувствовал холод металла, который разнёсся по всему телу. Палач толкнул меня рукой в чёрной перчатке.

    Я смог удержать равновесие, но боль в груди заставила меня прислониться к стене. Из раны струилась ручьями кровь. Но я мог терпеть.

- Я передумал, твоя смерть будет долгой и мучительной, - пробасил Палач.

    В руке он держал блестящие ножницы с заточенными лезвиями.

    Я оттолкнулся от стены и попытался сбить Палача с ног. Но ничего не вышло. Он подпрыгнул и ещё раз резанул меня лезвием по плечу. Потом он треснул меня своим костлявым кулаком по лицу.

    Я вслепую выстрелил. Палач вскрикнул и упал на одно колено. Я ухватился рукой за край чёрного стола, пытаясь не упасть.

- Тебе придётся зарядить серебряные пули, Джон.

- Они не понадобятся… - я кое-как поднялся.

    Палач, держась рукой за ногу, выпрямился и уставился на меня.

    Мы смотрели друг на друга, злобно сжимая кулаки. Я вглядывался в его кровожадные глаза, пытаясь найти в Палаче что-нибудь человеческое. Он неподвижно стоял, опустив лезвие вниз.

    Бесшумно из второго рукава выпали такие же ножницы и легли прямо в ладонь Палача. На его лице промелькнули тени удовольствия, причём садистского удовольствия. Я одним движением вытащил залежавшийся за поясом нож, оставшийся после битвы на баскетбольной площадке. Я несколько раз крутанул им в воздухе, а затем перехватил поудобнее.

- Хм, дуэль, это мне нравится… - прохрипел Палач, скалясь на меня.

    Я перебросил нож из руки в руку и двинулся на своего врага. Палач расправил ножницы, отведя лезвия в разные стороны. Я решил напасть первым.

    Я резко попытался нанести удар по плечу Палача, но лезвие остановили хитрые ножницы, принявшие удар на себя. Мы стояли, словно два рыцаря на поле битвы, которые пытаются перебороть друг друга. Я держался за нож одной рукой, но он был довольно внушительный, поэтому вторая рука болталась в воздухе. Мельком я заметил железную балку, лежащую прямо около меня у стены. Я, недолго думая, схватил её и треснул Палача по голове. По всему подвалу разнёсся звон металла. Палач в ошеломлении, отлетел назад, держась рукой за голову. Я подбросил в руке балку, примерив её. Она была довольно увесистой, её можно было бы расшибить арбуз одним махом. Странно было, почему Палач не вырубился.

    Он, тем временем как-то справился со звоном в голове, и сейчас пытался прийти в себя. Я метнулся вперёд и ткнул его балкой в грудь. Но он внезапно отпрыгнул в сторону и взмахнул рукой в мою сторону. С правого плеча протянулась тонкая полоска крови. Я попытался отбиться железякой, ударив противника по ногам. Он ловко подпрыгнул и саданул мне в лицо ногой. Я на секунду отвернулся, собираясь с силами. Надо было думать, я был близок к поражению. Пораскинув мозгами, которые пока ещё были у меня в голове, я выбросил балку на пол и одновременно направил резак в сторону Палача. Лезвие глубоко вошло ему в живот, он громко всхлипнул. Я молниеносно вытащил нож и нанёс второй удар в плечо. Затем ударил по печени. Вонзил бритву в грудь, но потом атаки закончились. Палач, под приступом слепой ярости, стал размахивать ножницами во все стороны, некоторые достигли своей цели. Лезвия больно жгли кожу, а их холодное пламя проходило через всё тело. Утирая кровь с рассечённой щеки, я перевернул в руке нож, расположив его лезвием вниз. Палач часто дышал, кровь струилась отовсюду, а раны были глубокими. Он злобно посмотрел на меня. В его глазах я видел отчаяние. Он с криком первобытного охотника кинулся на меня, раскинув свои клинки. Я поднырнул под него, уйдя в подкат, и героически вонзил нож в грудь Палача где-то около сердца. Он взревел, как поражённый стрелой лев и повалился назад. Он упирался в серую кирпичную стену, выронив из ослабших рук ножницы. Он не смотрел на меня, мне кажется, он понимал что погибает. Когда он поднял голову, то увидел перед собой лишь ствол «Орла».

- Ты не сможешь… - измученно прохрипел он.

    Я щёлкнул предохранителем.

- Спокойной ночи, Палач.

    Я спустил курок. Прогремел выстрел. На стене появилось огромное бурое пятно. Палач вздохнул и съехал вниз по стене, оставляя за собой кровавую полосу. Я опустил дымящийся пистолет. И снова я приношу людям смерть. Хотя, эта пуля явно была не лишней. Я повернулся к железной двери с повешенным на неё огромным замком. Одним выстрелом я сбил его и отворил дверь. Напоследок я обернулся на лежащего в углу мёртвого Палача.

- Всего лишь человек…

- Эй, Джейсон, ты вообще откуда приехал

- Из Нью-Йорка. Надоело мне в большом городе, там каждый день полицейских убивают, я сюда перебрался, а тут… - Джейсон стряхнул пепел с сигареты.

- …тут ещё хуже… - логично завершил Брайан, копаясь на книжной полке. Он пытался найти что-нибудь интересное, вроде романа или повести, но, к сожалению, попадались лишь скучные книги по истории Америки и сборники стихов. Время от времени он доставал книгу, зевал и ставил её обратно.

    В центральном зале городской библиотеки находилось ещё несколько копов. Один пытался закрыть форточку, тыкая в неё кончиком швабры. У бедняги так ничего и не вышло. Два других играли в покер на монетки, расположившись на журнальном столике. А ещё один пытался настроить антенну телевизора, чтобы посмотреть, интересный боевик, который оборвался из-за грозы. Потом он, громко ругнувшись, встал с кресла и поплёлся к деревянной двери в дальнем конце зала.

    Я, конечно же, ничего этого не видел. Я лез по лестнице, превозмогая сильный поток воды, хлещущий в лицо. Взбираясь, я постоянно соскальзывал с хлипких железных палок, которые так и норовили отвалиться.

    На крыше было уютнее, с недавних пор она была прикрыта специальным навесом. Ведь снайперу, прикрывающему своих при штурме здания, тоже нужен был комфорт. Я подтянулся и влез на крышу. Как я и предполагал, снайперская винтовка висела на гвоздике у двери. Я подёргал ручку двери, и, убедившись, что она заперта, принялся искать другой вход.

    Библиотека считалась в Плэйнфилде самым главным зданием. Она была даже важнее мэрии, так как у нас была построена крупнейшая во всём штате библиотека, вмещающая около миллиона томов. В ней пять читальных залов и есть подземное хранилище. А в центре главного зала находиться круглая стеклянная крыша, на которой изображены картины из мира фэнтези.

    После серьёзных изменений в жизни граждан Плэйнфилда, библиотека стала главным убежищем мэра. Но серьёзная охрана не помогла, мэр был застрелен из снайперской винтовки, когда тот подошёл к окну, чтобы посмотреть на ночные звёзды. С тех пор здесь ютятся копы, а в хранилище есть закрытая комната, на стенах которой навешано огромное количество разного смертоносного вооружения.

    В замке заскрипел ключ, и я метнулся за угол. На крышу вышел грустный коп, молодой паренёк. Он сразу стал смотреть по сторонам, пытаясь найти антенну. Я смекнул, что его лучше оставить в живых, патроны надо было экономить. А лишние трупы мне были не нужны. И я просто захлопнул дверь, после чего сломал замок своим победным ножом. Крыша теперь была отрезана от внешнего мира, разве что можно было сигануть с четвёртого этажа вниз…

    Я осторожно спустился по винтовой лестнице, держа в руках пистолет. Лампы горели через один. Я то неожиданно появлялся из темноты, то снова скрывался в ней. Боясь нашуметь, я мягко ступал на ступеньки.

Через три пролёта я увидел белую металлическую дверь. Она была чуть-чуть приоткрыта, качаясь из стороны в сторону от сквозняка.

    Я аккуратно протиснулся за дверь, но хитрый свет фонаря заставил меня броситься в тень. Противное шуршание раздалось с моей стороны и рассеялось по всей комнате.

- Эй, Джим, слышишь? – шёпотом прошептал кто-то.

- Ага, какой-то гад забрался…

- Ну, сейчас мы его, - послышался щелчок кобуры.

    Я аккуратно перекатился к стене и приник к приваленной к стене передвижной тумбе на колёсиках. Затаив дыхание, я стал прислушиваться.

    Ботинки копов хрустели под ворохом разбросанных бумажек, где-то далеко гудел ветер. Постоянно раздавался неслышимый мне шёпот, а иногда я слышал приглушенную ругань. Лучи фонарей проникали везде, бегали по стенам в поисках жертвы, то есть меня.

    Я осторожно взялся рукой за поручень и попытался катнуть тележку. Она неожиданно тихо заскользила по полу, и я спрятался за ней. Беззвучно я двигался к входной двери. Но хвостов за собой оставлять было нельзя. Я это понял, когда услышал шум в другом зале за стеной.

    Я остановил тумбу. Я боялся попасться, поэтому очень аккуратно вытянул голову из-за стенки тележки и оценил ситуацию. Копы до сих пор увлечённо занимались поисками, надеясь найти что-нибудь невероятное. На корточках, я подполз к шкафу и рукой прикрыл дверь, чтобы парни в другой комнате не услышали криков своих товарищей. Потом бесшумно перешёл к массивному книжному шкафу и стащил со стола красную пластмассовую отвёртку, которую кто-то ненароком оставил тут. Приглядевшись, я увидел на полу петли, держащие шкафы. Я шагнул к ним и стал их откручивать, стараясь не шуметь. Они противно скрипели, но довольно негромко, по крайней мере, нерасторопные патрульные их не слышали. Сбив петлю, я сделал тоже самое со второй. Шкаф теперь держался, как говорится «на соплях» и теперь лёгкое нажатие могло привести к его падению кому-нибудь на голову. Оставалось только заманить к нему охотников. Ну, тут думать мне особо не пришлось, я просто скинул на пол книгу с полки. Она грохнулась, раскрыв в разные стороны свои древние на вид страницы.

- О, слышал!? – один из парней резко обернулся на звук, светя фонарём.

- Да…. Пошли, глянем что там…

    Поправив фуражки, искатели приключений побрели к заготовленной ловушке. Мне повезло, они шли вместе и как раз попали под зону поражения моего импровизированного капкана.

- Хм, и где оно теперь... – удивился коп, почёсывая затылок.

    Я толкнул ладонью стенку шкафа. Он покачнулся, издал противный визг и, словно ураган, обрушился на головы беспечных зевак. Под тяжестью деревянных полок и книг на них, они были просто придавлены знаниями. Причём насмерть.

    Я, налюбовавшись результатом моей работы, мельком взглянул на дверь. Она была заперта, а шагов за ней, к моему счастью не раздавалось. Я поднялся на ноги, переступил через валявшиеся книжные полки и направился в соседний зал. Украдкой приоткрыв дверь, я всмотрелся в помещение через светлую щель.

    Обычный читальный зал. На потолке дорогая роскошная люстра, куча стульев и столов из чёрного дерева, картины на стенах, изображающие какие-то моменты из сказок и мифов. В этой комнате сидел всего один человек. Он мирно возился с какой-то большой пушкой, расположившись на мягком диване и разложив обоймы на столе. Я подкрался сзади, вытащил пистолет и направил его парню в затылок. Тот испуганно поднял руки и попытался повернуть голову, но не решился.

- Сколько копов в центральном зале? – задал я навязчивый вопрос.

- Где-то семь человек, пушки только у пятерых… - его голос звучал на удивление твёрдо.

- Это хорошо. Сколько патронов в этой штуке? - я повернул его голову на пулемёт, лежащий у него на коленях.

- Двести. Я его немного модернизировал, он теперь не перегревается…

- А у тебя золотые руки, парень. Ладно, миру ты ещё пригодишься, - я с размаху треснул его рукояткой по голове. Он отключился и завалился набок.

    Я обошёл его и поднял пулемёт у него с колен. Он был довольно увесистый и тяжёлый, связка патронов изящно свешивалась со ствола, который обернут какой-то тканью. Я прицелился и сделал пробный выстрел в подушку дивана, чтобы не грохнуло на всю библиотеку. Пуля вышла насквозь, даже полумёртвый коп немного дёрнулся. Я улыбнулся во весь рот, обхватил пулемёт и двинулся к роскошным дверям центрального зала.

    Пора было выходить из темноты и сражаться лицом к лицу с врагом.

    Я пнул дверь ногой, выставив вперёд ствол пулемёта. Двери беспомощно разлетелись в стороны, напугав своим грохотом мирных жителей этой комнаты. Полицейский, который играл в покер, вскочил, схватился за дробовик и кинулся куда-то в сторону. Коп со шваброй упал с табуретки и в полёте врезался в противоположное окно и со звоном стекла вылетел на улицу. Остальные торопливо похватали пушки и стали палить в меня.

    Я смело нажал на спусковой курок. Раскидистые лапы огня окружили дребезжащий ствол пулемёта, который со скоростью ливня выпускал на волю пули. Они крошили штукатурку, книги на полках, сами полки, столы, телевизор, стеклянные бутылки в мелкую пыль и клочья. Кто успел спрятаться, отсиживались в укрытиях, а кто не успел, тот танцевал предсмертный танец, с ужасом истекая кровью. Сквозь пальбу я слышал крики и вопли, выстрелы из пистолетов, которые почему-то не долетали до меня.

    Я истратил где-то сотню патронов. Центральный зал библиотеки был похож на разрушенную бомбёжкой комнату без мебели. Копы почувствовали свободу и стали по одному высовываться из укрытий и стрелять в мою сторону. Удерживая оружие у груди, я прыгнул за стойку библиотекаря, надеясь скрыться от хитрых полицейских пуль.

    Отдышавшись, я поднялся, упёр пулемёт сошками в стойку и стал прицельно убивать противников, одного за другим. Они отлетали назад, выкидывая пистолеты в воздух. А перед ними в воздухе взлетали кровавые фонтаны. Конечно, это было не самое приятное зрелище, но то же самое они бы сделали со мной, если бы им попал в руки этот монстр.

    Застрелив последнего полицейского, я убрал руки от рукоятки, вытащил пистолет и осмотрел помещение. Ни души, в воздухе чувствовался запах смерти, а полки опустели, как деревья осенью. Проверяя шкаф за шкафом, я видел лишь пустой взгляд в глазах мертвецов.

    Внезапно сзади раздался грохот. Я резко повернул ствол на источник звука. Дорогие резные двери центрального входа разлетелись в стороны, и в помещение вошёл человек в чёрной куртке с бронежилетом поверх неё. Я вгляделся в его лицо.

- Джон, а я думал ты сдох…

    Это был Билл.

- Хех, а ты, значит, оставил меня помирать, а сам сбежал…

    Билл поднял на меня два ствола блестящих «Берет».

- Почему ты до сих пор жив?

- Если хочешь жить, выживешь в любой ситуации…

    Я сделал шаг вперёд.

- Ты прекрасно понимаешь, что из этого зала выйдет только один… - Билл прошёл мне навстречу.

- Ну, если ты просто всадишь мне пулю в лоб, это будет как-то несерьёзно…

- А что, в Саймона же смог выстрелить, значит и в тебя смогу…

    Я представил эту картину. Саймон валяется в луже крови, а рядом ухмыляется Билл с дымящимся пистолетом.

- Лис тоже сгинул, я ему топор в плечо всадил, ещё там, в участке. Он мне в спину дробь впечатал, удивительно, что я выжил…

- Я это исправлю.

    Я ступил на керамический пол в центре зала. Над моей головой за стеклянной крышей стучал дождь. Билл стоял напротив, всего в пяти шагах. Мы смотрели друг на друга поверх стволов.

- Они все мертвы, Джон и ты уже ничего не изменишь…

- Когда будешь там, передай им привет.

    Я спустил предохранитель. Билл тоже щёлкнул двумя курками. Наступило молчание.

    Вдруг на небе показался вертолёт. Он осветил своим прожектором библиотеку, и свет распространился по всему залу. Билл на секунду поднял голову, но этого мгновения мне было достаточно. Я прыгнул в сторону большого книжного шкафа. Билл вслепую выпустил пару пуль, и, конечно же, не попал.

- Может, ты и убежал от смерти, но я тебя не упущу… - прохрипел он.

- Ха-ха, Палач тоже так говорил… - Я выстрелил, не глядя.

    Пуля попала прямо Биллу в грудь. Он отшатнулся назад, по пути выстрелив в стороны. Ранения не последовало, и Билл покачал головой и снова стал прицеливаться.

- Ты уже мертвец, Джон, этот город рано или поздно убьёт тебя…

- А, знаешь, ты в чём-то прав.

    Я вылез из укрытия и прицельно пальнул.

    Кровь взлетела в воздух и упала каплями на белый керамический пол. Билл схватился за плечо и выронил пистолет. Он скромно звякнул, его звук разлетелся по всему помещению.

- Ах ты, сволочь!

    Он поднялся и стал выпускать пули, уже разумно и каждая попадала рядом со мной. Я дернулся с места и переместился за колонну. Рядом взлетело в воздух облако мраморной пыли.

- Глупец, ведь они всё равно тебя достанут...

    Билл выстрелил снова, и теперь попал мне в плечо, но пуля только скользнула по коже, оставив неглубокий порез.

    Я вышел из-за колонны и два раза нажал на курок. Билл вскрикнул и упал назад, так как ноги его уже не держали. Он что-то бормотал, пытаясь задержать уходящую кровь.

- Знаешь, жизнь научила меня одной важной вещи…

    Я медленно стал подходить к своему главному врагу, который лежал в центре зала.

- …смерть можно оттянуть, но лишь на время. Одним тёмным вечером она всё-таки положит свою костлявую руку тебе на плечо…

    Я подошёл к Биллу и направил на него ствол.

- Извини, Билл…

    Выстрел прокатился по всем коридорам библиотеки, отдаваясь от них глухим эхом.

    Светлый диск луны горел жёлтым пламенем на фоне чёрного неба, которое местами было застелено тёмными грозовыми тучами. Дождь больше не хлестал в лицо, поток капель теперь были больше похоже на холодный душ. Вдалеке, словно галлюцинации, раздавались надоевшие сирены полицейских машин, а иногда между зданиями быстро проносился размытый силуэт летящего вертолёта.

    Я просто сидел на мраморном карнизе библиотеки и смотрел вдаль. Но из-за какого-то чудного мокрого тумана я видел только улицу впереди, а дальше всё размывалось и исчезало. Так же, как и мысли в моей побитой голове.

    После того, как я нажал на курок в последний раз, враги вдруг разбежались и скрылись вдалеке. Их больше не было. Теперь я стал перед навязчивым вопросом: «А что дальше?» Всё закончилось, мои друзья погибли несколько часов назад, а я остался один на один со своей совестью.

    Где-то совсем близко грохнул гром. Я машинально поднял голову, устремляя взгляд в небеса. Во тьме сверкнула на секунду яркая полоса молнии.

    «Скоро здесь будут копы, пора смываться» - промелькнуло вдруг в голове.

    Я медленно поднялся, бросив взгляд на призраки многоэтажных зданий. Потом спокойно подошёл к двери и скрылся на лестнице.

    Каждый шаг на ступеньку отдавался в моей голове металлическим звоном. Я почти не смотрел по сторонам, я пытался собрать все мысли, как мозаику, и, наконец, понять, как же действовать сейчас.

    Вот снова центральный зал. Повсюду смерть, а в центре, молча, лежит Билл. Но он больше уже ничего не скажет. В его глазах я увидел знакомый пустой взгляд мертвеца, устремлённый в небо.

    С глухим стуком закрылась дверь. Я вышел на улицу, шлёпая кроссовками по маленьким лужицам. Казалось, что после побега из полицейского участка я прожил несколько лет, а на самом деле прошло несколько часов этой бесконечной кровавой ночи. Время как будто застыло в Плэйнфилде, словно давая шанс исправить этот город. Но он больше никогда не станет прежним.

    Я почти бесшумно ступал по дороге, копаясь в своих мыслях, словно бродяга в куче мусора. Вдруг я остановился посреди улицы, прислушиваясь. Мои шаги как будто отдавали эхом, как если бы кто-нибудь шагал вслед за мной. Я резко обернулся, выставив руки с пистолетом. Но никого не было, улица была пуста.

    Вздохнув, я пошёл дальше. Я, кажется, понял, как должна была закончиться эта ночь. Приняв решение, я свернул в переулок.

    Я спустился по мраморным ступеням, которые уже давно были истерзаны временем и в нескольких местах уже отвалились. Света на станции теперь не было, все лампочки разбились и теперь просто висели под потолком. Родной перрон погрузился во мрак, как это случилось в моём сне. Мне стало казаться, что этот кошмар был не таким уж бредовым. Пламя зажигалки Билла отражалось в серебристых рельсах, освещая мой путь. Подняв огонь над головой, я пошёл через подземное кладбище. Перешагивая через тела мёртвых спецназовцев, я медленно продвигался по перрону. Мне постоянно чудились на расстрелянных стенах какие-то жутковатые тени, но когда я вглядывался, они трусливо убегали прочь.

    Вот знакомая железная дверь. Я приоткрыл её и посмотрел в комнату. Кабинет был в полном беспорядке. Мы в полной спешке неслись в тоннель, разбросав все вещи в разные стороны. Я шагнул вперёд, и тут же раздался противный звук. Я посмотрел вниз. На полу распластался раздавленный шоколадный батончик. Он предательски хрустнул, как будто смеялся надо мной.

    Внезапно стул на колёсиках впереди сделал оборот, и я увидел человека в чёрной куртке с капюшоном, лица видно не было.

«Смерть всё-таки решила отомстить мне за всех убитых мною людей»

    Незнакомец сложил пальцы вместе и устремил на меня свой взгляд. Я чувствовал, что под своим капюшоном он в тайне злобно улыбается. Я вообще не мог понять, кому понадобилось забираться на заброшенную станцию и сидеть здесь просто так. Голова уже не могла думать, ей сегодня много досталось. И снова вокруг было темно, от сумрака я уже начал потихоньку сходить с ума.

    Мои мысли прервало внезапное прикосновение к моему затылку холодной стали. Удача развернулась ко мне не лучшей стороной. И снова я просто так, легкомысленно попадаю в переделку и нахожусь на краю жизни и смерти, но по счастливой случайности оказываюсь в немногочисленном списке выживших и пускаюсь в новые приключения. Похоже, череда побед закончилась, пришло время расплаты.

- Стучаться надо, когда в гости идёшь... – человек скрестил на груди руки в перчатках. Он достал из недр своей куртки блестящий заточенный нож.

    Капелька пота выступила у меня на лбу и покатилась к подбородку. Незнакомец перехватил нож за лезвие и метнул. Я зажмурился. Как же глупо я мог погибнуть после всего этого.

    Нож плотно засел в бетоне, раскачиваясь по инерции.

- Ладно, пошутили, и хватит, убирай ствол, - человек дал знать своему помощнику и скинул капюшон.

    У меня чуть было челюсть не отвалилась.

- А ты думал мы все сдохли, да? – Лис улыбался во всё лицо.

    Я резко обернулся и удивился снова, потому, как увидел знакомые солнцезащитные очки. Я опять перевёл взгляд на Лиса. Тот подмигнул мне.

- Какого… в смысле, как вы выжили?

- О, это долгая история. Садись, сейчас тебе Саймон всё расскажет.

    Мы стояли чёрными тенями на фоне ночного дождя, не осмеливаясь двигаться с места. Родная станция осталась позади, мы вынесли всё самоё ценное оттуда, сложив деньги в ту самую злосчастную чёрную сумку. Уходя, мы подорвали тоннель, чтобы отрезать все пути к нашему тайному убежищу. Его там больше не было.

    В последний раз я оглядел разрушенную родную станцию, на которой мы ютились уже столько времени. Теперь всё это осталось в прошлом. Мы больше сюда не вернёмся.

    Саймон захватил зачем-то пожарный топор. Он деловито подошёл к заколочённой стене продуктового магазина, взвесил в руках оружие, а затем с размаху врезал по доскам. Они с громким треском провалились куда-то внутрь. Саймон доломал проход руками, а затем скрылся где-то внутри. К моему удивлению, через пару минут он выбил соседнюю стену могучим чёрным джипом.

- Где ты его взял? – я провёл рукой по капоту. Машина ревела, словно бык на корриде.

- Я на нём сюда приехал, где-то год тут таится, чтобы не угнали.

    Я помог Лису забраться в салон, всё-таки теперь ему неделька другая спокойно полежать. На его теле почти живого места не осталось, всё последствия того побега из полицейского участка.

- Ну, все готовы? – Саймон блеснул своими очками.

- Угу, - буркнул я, обхватив сумку покрепче.

- Тогда поехали, - Водитель переключил передачу, вдавил педаль газа и рванул с места, покатив по дороге.

    Фары освещали все тёмные улицы, и теперь я видел их в последний раз. Покидая этот несчастный город, я не сожалел о своём уходе, очень много он доставил мне неприятностей. Теперь пути назад не было.

    Вот и заветный перечёркнутый знак «Плэйнфилд». Лис на секунду высунулся из машины, метнул что-то в указатель и залез обратно. Я успел увидеть, что в руке он удерживал кровавый томагавк, который в него метнул тогда Билл.

- Всё, Плэйнфилд позади… - протянул Саймон.

- Куда мы едем-то? – я повернулся к нему.

- В Даллас, у меня там квартирка осталась…

    Даллас.… А ведь Том тоже уехал в Даллас. Если его не убили по дороге. Надеюсь, с ним всё в порядке. И не мы одни уехали живыми этой ночью из Плэйнифилда.

- А нас не остановят копы?

- Ну, не должны, вроде, но если что, у нас имеется М60 с двумя пачками патронов, - Саймон улыбнулся, я увидел это в зеркало водителя.

    Я повернулся к Лису.

- Ну, ты как, доедешь?

- Конечно, обидно ведь умереть в последний день войны, правда? – он немного выпрямился, чтобы не казаться совсем уж раненым.

    Позади нас что-то грохнуло, но очень отдалённо и глухо, как будто здание обвалилось. Саймон загадочно усмехнулся, услышав взрыв.

- Не оставлять же взрывчатку просто так, - он переключил передачу.

- Ты и станцию взорвал, да? – я повернулся, пытаясь разглядеть следы бомб.

- А кто, если не я? Копы точно туда сунуться, а я там, в тайнике под перроном гранатомёт запрятал и мин парочку. Как говорится: «Или мне, или никому».

- Представляю, как там сейчас рвануло… - Лис отвернулся к окну.

    Я смотрел на дождливый пейзаж, и глаза сами начали слипаться, заставляя облокотиться на спинку сиденья и уснуть. Звуки вокруг постепенно утихли.

    Впереди теперь была бесконечная тёмная полоса дороги, с иногда пролетающими мимо зелёными знаками, фонарями, заброшенными заправка и придорожными кафе. Её называют «настоящей американской мечтой» и теперь я, кажется, понял, почему.

    Двигатель мерно постукивал и гудел, колёса мягко скользили по потрескавшемуся асфальту, а тряпица в кузове легко трепетала на ветру, прикрывая собой грозное оружие. Никто не знал, чем закончится это путешествие в один конец. Назад всё равно дороги уже не было. Она была стёрта кровью и мертвецами, которые тянулись в этот веявший смертью город. Теперь он стоял тёмным призраком среди неба, отрезанный от всего остального мира. Я надеялся его навсегда забыть…