В истории каждого машиностроительного предприятия есть одна или несколько машин, которые определяют его лицо на многие годы вперёд. Харьковские танкостроители в этом отношении многолики. Лицо этого предприятия в разные годы определяли и знаменитые на весь мир быстроходные танки БТ, и лучший средний танк второй мировой войны Т-34 о которых слышал и стар и млад на территории всего бывшего Советского Союза. Про эти танки писали многие и очень много. Эти танки принимали активное участие практически во всех вооруженных конфликтах и войнах второй половины 30-х и 40-х годов, про эти танки писались песни, они снимались в кино и становились памятниками. А вот про танк, который своим появлением изменил лицо не только харьковского завода, но и всего отечественного и мирового танкостроения конца ХХ века современникам известно очень мало.

Работы по созданию на заводе № 75 в разные годы это танкостроительное предприятие именовался по-разному: Харьковский паровозостроительный завод (ХПЗ), завод № 183, завод № 75, Харьковский завод транспортного машиностроения имени В.А.

Малышева (ХЗТМ). нового танка, начатые в начале пятидесятых годов, через десять лет напряженных поисков и экспериментов завершились созданием танка Т-64. Так, через два десятилетия после создания легендарной тридцатьчетверки, конструктивные решения которой оказали революционное влияние на всё мировое танкостроение 40-х и 50-х годов, харьковские конструкторы создали новый шедевр танкостроения – танк Т-64, ставший родоначальником нового класса боевых машин, именуемых сегодня “основными боевыми танками”.

Основной боевой танк Т-64 и его модификации выпускался серийно с 1964 по 1987 год. За этот период было создано около трёх десятков модификаций танка. И сегодня Харьковское конструкторское бюро тяжёлого машиностроения (ХКБМ) имени А.А.

Морозова и Харьковский завод транспортного машиностроения (ХЗТМ) имени В.А.

Малышева продолжают работу по совершенствованию конструкции танка Т-64.

Об истории создания этой уникальной боевой машины, ставшей базовым прототипом для всех серийных советских, а в последствии российских и украинских основных боевых танков, создаваемых до настоящего времени, а также о ее конструктивных особенностях и пойдет речь в этом издании.

История создания среднего танка Т-64 В начале 50-х годов конструкторам и военным стало очевидно, что компоновка корпуса, броневая защита, вооружение, трансмиссия и ходовая часть советского среднего танка Т-54 не обеспечивают оптимального сочетания огневой мощи, защищенности и подвижности, которым должен отвечать перспективный средний танк, способный эффективно противостоять средним и тяжёлым танкам НАТО.

Компоновка корпуса танка, унаследованная от Т-44, хотя и обеспечивала преимущества советского танка перед зарубежными аналогами, не давала возможности дальнейшего повышения защищённости, особенно от новых 90 и 105-мм кумулятивных и бронебойно-подкалиберных снарядов. Нестабилизированная 100-мм танковая пушка Д-10Т не обеспечивала достаточной точности и скорострельности при ведении огня с ходу. Кроме того, возникала необходимость введения в боекомплект пушки новых бронебойноподкалиберных и особенно кумулятивных снарядов. Трансмиссия и ходовая часть танка Т-54 вели своё развитие от танков БТ, прототипом которых послужил танк Кристи М.1931 (по некоторым источникам – М.1940). Введение планетарных механизмов поворота вместо бортовых фрикционов, торсионной подвески вместо пружинной и новой гусеничной ленты с цевочным зацеплением существенно повысило подвижность танков Т-54 по сравнению с их предшественниками, но не обеспечивало дальнейшего повышения подвижности танка в случае установки более мощного вооружения или увеличения броневой защиты. Хотя все возможности модернизации танков Т-54 ещё не были использованы, о чём свидетельствуют многочисленные модификации танков Т-54, а также танки Т-55 и Т-62, созданные на базе танка Т-54 (эти танки до сих пор состоят на вооружении во многих странах мира), возникла необходимость проведения опытно-конструкторских работ по созданию перспективного среднего танка второго послевоенного поколения.

Первым этапом этих работ была разработка и принятие на вооружение новой, более мощной 100-мм нарезной танковой пушки Д-54Т, дульная энергия которой на 30% превышала Д-10Т. Новая пушка была установлена на опытном танке Т-54М (объект 139).

Однако, отсутствие системы стабилизации, в отличие от Д-10ТГ танка Т-54А (объект 137Г), помешало принятию танка на вооружение. Модернизированный вариант пушки, получившей обозначение Д-54ТС, оснащённой 2-х плоскостным стабилизатором “Метель”, в последствии устанавливался на всех опытных перспективных танках вплоть до объекта 167.

Следующим этапом работы над принципиально новым средним танком стала разработка объекта 140 в ОКБ-520 завода № 183. Танк имел бронекорпус новой улучшенной формы, двигатель В-36 и механическую планетарную трансмиссию с фрикционными элементами, работающими в масле, и систему гидросервоуправления. Однако разногласия между инженерами ОКБ, дирекцией завода № 183 и представителями заказчика относительно основных принципиальных вопросов по конструкции перспективного танка привели к переходу части конструкторов во главе с А.А. Морозовым в КБ-60М при харьковском заводе № 75. В дальнейшем работы по 140-му объекту возглавил Л.Н. Карцев.

В 1957 году был создан опытный образец, прошедший сравнительные испытания с харьковским 430-м объектом на НИИ БТ Полигоне в Кубинке. Испытания выявили ряд серьёзных недостатков в конструкции двигателя и трансмиссии. На вооружение танк не принимался. В дальнейшем элементы ходовой части были использованы на опытном объекте 167.

Разработка перспективного танка на заводе №75 началась в 1951 году, когда КБ-60М возглавил вернувшийся из Нижнего Тагила А.А. Морозов. По его указанию был организован отдел нового проектирования, который возглавил заместитель главного конструктора Я.И.

Баран. К 1953 году был разработан предэскизный проект перспективного среднего танка, вооруженного 100-мм танковой пушкой Д-54ТС и превосходящего по основным параметрам серийный танк Т-54. Новый танк (объект 430) проектировался как принципиально новая машина, имеющая усиленную броневую защиту, новый многотопливный турбопоршневой двигатель 4ТПД с горизонтальным расположением цилиндров и эжекционной системой охлаждения, механическую планетарную трансмиссию с фрикционными элементами работающими в масле и системой гидросервоуправления. Впервые на среднем танке был установлен оптический прицел-дальномер ТПД-МС.

Одновременно в инициативном порядке был разработан усиленный вариант танка (объект 430У), имеющий 160-мм лобовую броню и вооруженного 122-мм танковой пушкой Д-25ТС. Во время проектирования объекта 430У прорабатывалась возможность оснащения танка радиолокационным дальномером, сопряженным с оптическим прицелом Т-2С.

Эскизные проекты новых танков были готовы в 1953 году.

Отдельно следует остановиться на истории появления на танке принципиально нового дизеля 4ТПД специально сконструированного в дизельном КБ завода № 75 под руководством А.Д. Чаромского.

Основным требованием главного конструктора было создания компактного с относительно небольшими размерами моторного отделения. Поэтому практически сразу пришлось отказаться от традиционного V-образного танкового двигателя типа В-2. Среди нескольких вариантов выбрали двигатель Чаромского. Прототипом служил трофейный авиационный двигатель “Юнкерс”Ю-105 (марка двигателя приведена по материалам ХКБМ, скорее всего это Jumo 205), снятый с подбитого бомбардировщика. Собственно говоря, двигателя в полном смысле этого слова у Чаромского не было. Им был создан одноцилиндровый испытательный стенд. На этом стенде проводились эксперименты и отрабатывалась схема двухтактного дизельного двигателя со встречным движением поршней и поршневым газораспределением. В ходе испытаний Чаромскому удавалось кратковременно развивать мощность до тысячи лошадиных сил.

В 1953 году А.Д. Чаромский был откомандирован из Москвы в Харьков в распоряжение директора завода № 75 К.Д. Петухова. Сюда же была доставлена трофейная техническая документация и несколько юнкерсовских двигателей. А.Д. Чаромский возглавил дизельное КБ завода № 75, где и был разработан четырехцилиндровый дизель 4ТПД.

В некоторых источниках указывается, что прототипом двигателя 4ТПД послужил аналогичный по схеме тепловозный двухтактный дизель, производившийся в Харькове. Это могло бы быть так, если бы находило подтверждение в архиве ХКБМ и если бы дизельное КБ не возглавил Чаромский, занимавшийся дизелем на основе Ю-105 еще до приезда в Харьков.

Так как мощности двигателя 4ТПД 480 л.с. явно не хватало, то решили добавить пятый цилиндр, мощность нового 5ТД составила 600 л.с.

Самостоятельного производства двигателей в то время на заводе № 75 не было и все приходилось налаживать с нуля, используя площади цехов, которые для производства двигателей и не предназначались. Из-за множества конструктивных сложностей с газораспределением в новом дизеле и производственных проблем первое время двигатели имели крайне низкую надежность. Так, например, когда надежность двигателя была доведена до 100 моточасов, это считалось большим успехом (у современного 5ТДФ – 500 моточасов).

В 1957 году А.Д. Чаромский переехал в Москву к семье и работу над двигателем возглавил Л.Л. Галинец. Несмотря на детские болезни нового двигателя, А.А. Морозов не видел альтернативы – двигатель 5ТД прекрасно компоновался с силовой передачей нового танка.

В 1953-1955 годах проекты нового среднего танка дважды рассматривались в ЦК КПСС и Совете Министров СССР и были одобрены, о чём свидетельствует Постановление Совета Министров СССР от 6 мая 1955 года № 880-524 и Приказ Министра транспортного машиностроения от 13 мая 1955 года № 0096. Научно-технический комитет Главного бронетанкового управления Министерства обороны СССР выдал тактико-технические требования 8 июня 1955 года.

В КБ-60М было выдано задание на разработку технического проекта нового среднего танка. Сварной корпус танка изготавливался из катанных броневых листов. Носовая часть корпуса представляла собой многослойную броневую преграду с рациональным углом наклона передних и скуловых листов. Башня танка сферической формы с узкой амбразурой для установки пушки имела дифференцированную трехслойную броневую защиту. Пушка Д-54ТС, спаренная с 7,62-мм пулемётом СГМТ, стабилизировалась в двух плоскостях стабилизатором танкового вооружения “Метель”и имела механизм выброса стреляных гильз. На танке был установлен оптический прицел-дальномер ТПД-43 с базой 1200 мм и независимой стабилизацией поля зрения в вертикальной плоскости. Боекомплект пушки – 50 унитарных артиллерийских выстрелов, спаренного пулемёта – 3000 патронов. Для борьбы с низколетящими целями противника на танке планировалось установить зенитнопулеметную установку, оснащенную 14,5-мм пулемётом КПВТ.

В отличие от первоначального проекта на танке был установлен более мощный пятицилиндровый двигатель 5ТД. Объект 430 имел новую ходовую часть с опорными катками малого диаметра и внутренней амортизацией, гусеничную ленту с последовательным открытым металлическим шарниром. Система подрессоривания танка – индивидуальная, торсионная с телескопическими гидравлическими амортизаторами на первом и шестом узлах подвески.

В 1957 году были построены три опытных образца объекта 430, которые прошли заводские испытания и участвовали в сравнительных испытаниях со 140-м объектом в НИИ БТ Полигоне в Кубинке. В отличие от проекта, на втором и третьем опытных танках отсутствовала зенитно-пулемётная установка.

Испытания 430-го прошли в целом успешно, хотя и выявили ряд серьёзных дефектов в конструкции двигателя и обслуживающих его систем, бортовых коробок передач и системе гидросервоуправления. В заключении комиссии по испытаниям было отмечено, что конструкция танка была совершенно новой, и ТТТ НТК ГБТУ были полностью выполнены.

Однако огневую мощь танка по сравнению с Т-54 значительно повысить не удалось. Да и главный конструктор КБ-60М А.А. Морозов считал, что вводить 430-й в серийное производство нецелесообразно, так как, имея незначительное преимущество по ТТХ и совершенно новую конструкцию по всем системам, новый танк создаст в армии большие неудобства по эксплуатации, ремонту, обучению личного состава и снабжению запасными частями.

Наиболее важным фактором, ускорившим создание нового танка, стала информация ГРУ об использовании на английском танке “Центурион”модификации Мк IX и Мк X, серийное производство которых ожидалось в 1958 – 1960 годах, новой 105-мм пушки L7. В боекомплекте пушки имелись бронебойно-подкалиберные снаряды с отделяющимся поддоном с начальной скоростью 1475 м/с. В перспективе новая пушка должна была быть установлена и на ранее выпущенные танки модификаций Мк V и Мк VIII. К 1960 году ожидался запуск в серию нового американского среднего танка М60 со 105-мм пушкой М68, изготовляемой по английской лицензии в США.

В 1957 году Франция совместно с ФРГ начала разработку “европейского”среднего танка по тактико-техническим требованиям для единого танка вооруженных сил Североатлантического блока. Первоначально предполагалось, что совместно будет разработан единый танк для армий Франции и ФРГ. При этом предполагалось, что во Франции и ФРГ, на конкурсной основе, будут разработаны танки с западногерманским двигателем, вооруженные французской 105-мм пушкой DEFA.

В связи с этим ГБТУ потребовало немедленно повысить огневую мощь отечественных средних танков за счёт установки на них новой гладкоствольной 115-мм пушки У-5ТС (2А20) и усилить их броневую защиту.

Начиная с 1957 года в КБ завода № 183 велись работы над новым танком (объект 165), созданным на базе узлов и агрегатов танка Т-55, вооруженного 100-мм танковой пушкой Д-54ТС с механизмом выброса стреляных гильз и усиленным до 240 мм бронированием башни. На одном из опытных образцов этого танка и была установлена 115мм танковая пушка У-5ТС (2А20). Новая пушка была разработана под руководством Ф.Ф.

Петрова на базе 100-мм танковой пушки Д-54ТС и отличалась от неё отсутствием дульного тормоза, новой гладкоствольной трубой, калибр которой был увеличен до 115 мм, ресивером, смещённым ближе к середине ствола. Остальные элементы пушки были полностью заимствованы у Т-54.

Введение гладкоствольной трубы было обусловлено целым рядом факторов, среди которых было увеличение давления в канале ствола в 1,5- 2 раза по сравнению с Д-25ТС и устранение отрицательного влияния вращения снаряда на формирование кумулятивной струи. В боекомплект пушки входили унитарные выстрелы с бронебойно-подкалиберными, кумулятивными и осколочно-фугасными оперёнными снарядами.

Средний танк со 115-мм гладкоствольной пушкой получил индекс "объект 166". В 1959 – 1960 годах проводились заводские и войсковые испытания новых танков. В 1962 году оба танка были приняты на вооружение Советской армии под маркой Т-62 (объект 166) и Т-62А (объект 165) и выпускались серийно. Однако из-за прекращения выпуска 100-мм пушек Д-54ТС была выпущена лишь небольшая партия Т-62А, после чего завод № 183 полностью перешел на выпуск танка Т-62.

В ходе испытания объекта 166 было выявлено, что, несмотря на увеличенный объём башни, из-за возросшей массы выстрела от заряжающего требуются большие физические усилия для обеспечения скорострельности 4- 5 выстрелов в минуту. Основным достоинством танка Т-62 стала его почти полная унификация с серийно выпускающимися танками Т-54 и Т-55, что облегчало снабжение запасными частями, упрощало обучение экипажей, а, следовательно, и освоение нового танка в войсках.

В этот период КБ № 60М, не имея на то специального задания, начало инициативную работу по резкому увеличению ТТХ среднего танка объект 430. В первую очередь на один из опытных образцов 430-го была установлена новая 115-мм гладкоствольная пушка У-5ТС.

Этому танку был присвоен индекс “объект 435”.

Опытный танк заинтересовал военных. В результате во исполнение Постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР № 141-58 от 17 февраля 1961 года Научнотехнический комитет Главного бронетанкового управления Министерства обороны СССР выдал тактико-технические требования на разработку нового танка, утверждённые Начальником Танковых войск генерал-полковником П.П. Полубояровым. Согласно ТТТ цель и задачи проектирования состояли в повышении огневой мощи среднего танка за счёт установки гладкоствольной танковой пушки Д-68 калибра 115-мм с механизированным заряжанием, улучшении противоатомной и противокумулятивной защиты танка, при сохранении маневренных качеств “объекта 430”. Боевая масса нового танка должна составлять 34 тонны, экипаж – три человека.

Работа по созданию нового среднего танка велась по пути дальнейшего совершенствования объекта 430, как обладающего наиболее плотной компоновкой моторнотрансмиссионного отделения и имеющего достаточно отработанные и практически проверенные в работе основные узлы: двигатель, трансмиссию, ходовую часть и другие узлы и агрегаты. Технический проект танка объект 432 был завершён в сжатые сроки в 1961 году.

Первый опытный образец объекта 432 был изготовлен в сентябре 1962 года, второй – 10 октября того же года. А уже 22 октября 1962 года на НИИ БТ Полигоне в Кубинке был проведён показ новой техники сухопутных войск для руководителей Партии и Правительства СССР.

Новый танк Харьковского КБ, выгодно отличавшийся от Т-62 и других танков, произвёл благоприятное впечатление на Первого Секретаря ЦК КПСС Н.С. Хрущёва. Он одобрил новую машину, против которой были настроены многие военные, особенно Начальник Танковых войск генерал-полковник П.П. Полубояров. В результате указания Н.С.

Хрущёва работы по танку продолжились.

Первые серийные объекты 432 сошли с конвейера завода имени В.А. Малышева в октябре 1963 года, на сентябрь 1964 года с конвейера сошло 54 танка, а к 1 декабря 1965 года их количество составило 218 машин, после чего выпуск танков постоянно увеличивался.

Первые танки стали поступать в опытную эксплуатацию на вооружение 41-й гвардейской танковой дивизии, дислоцированной в Чугуеве, неподалеку от завода в Харькове выпускавшего эти машины. Это позволяло оказать квалифицированную заводскую помощь в эксплуатации новых машин. Войсковые испытания объект 432 прошел успешно.

Объект 432 был принят на вооружение Постановлением Совета Министров СССР от 30 декабря 1966 года под маркой “средний танк Т-64”. Приказ Министра Обороны СССР о принятии танка на вооружение вышел 2 января 1967 года. Танк Т-64 (объект 432) выпускался серийно до 1969 года.

Принятие на вооружение нового танка требовало коренных изменений в организационно-штатной структуре танковых частей и соединений, значительного изменения уровня подготовки как постоянного, так и переменного состава танкистов, и многих других вопросов как технических и военных, так и политических. Всё это стало причиной затягивания решения о принятии объекта 432 на вооружение. Отсрочка решения по данному вопросу, кроме того, объяснялась техническим несовершенством двигателя, трансмиссии, вооружения и системы управления огнём. Тяжело было расстаться со стереотипами мышления и хорошо отлаженной системой боевой подготовки, снабжения и комплектования частей, как личным составом, так и материальной частью. К тому же Т-64, хотя и превосходил практически по всем основным показателям Т-55 и Т-62, был в несколько раз дороже, что тоже играло не маловажную роль. Кроме того, как и все принципиально новые машины Т-64 имел целый ряд “детских болезней”излечивать которые приходилось уже в ходе серийного производства.

Устройство Т-64 Танк Т-64 имел сварной корпус с углом наклона лобовых листов в 68о и скошенными скуловыми листами. Лобовой лист представлял собой многослойную броневую преграду (броневая сталь, стеклопластик, броневая сталь), обеспечивающую защиту танка от всех типов бронебойно-подкалиберных и кумулятивных снарядов и ПТУР, состоявших на вооружении НАТО. Уже в ходе рассмотрения технического проекта объекта 432 отмечалась возможность рикошета в башню танка бронебойных снарядов, попадавших в скулы лобового листа, что и подтвердили результаты обстрела танка. Поэтому, начиная с 1964 года, на лобовом листе танка вводилась характерная защита в виде “бровей”перед смотровыми приборами механика-водителя и на переднем листе крыши корпуса. Начиная с 1967 года, для увеличения броневой стойкости лобового листа и упрощения технологии производства бронекорпусов, танки стали выпускать с прямым лобовым листом и прямой крышей корпуса. На машинах, выпускавшихся до 1967 года, механик-водитель имел три смотровых прибора ТНПО-160, а начиная с 1967 года – один ТНПО-168.

Башня танка литая с резко дифференцированным многослойным бронированием (броневая сталь, алюминиевый сплав, броневая сталь) максимальная толщина которой составляла 600 мм.

Основное вооружение танка Т-64 составляла 115-мм гладкоствольная пушка Д-68 (2А21), оснащенная гидроэлектромеханическим механизмом заряжания. Ёмкость механизированной укладки, выполненной в виде конвейера со складывающимися Lобразными лотками, составляла 30 артиллерийских выстрелов. Остальные 10 выстрелов размещались в баке-стеллаже в немеханизированной укладке и предназначались для быстрого пополнения конвейера. С пушкой был спарен 7,62-мм пулемёт ПКТ с боекомплектом в 2000 патронов.

Пушка и спаренный пулемёт были стабилизированы в двух плоскостях благодаря применению электрогидравлического стабилизатора танкового вооружения 2Э18 “Сирень”.

Для наведения пушки и спаренного с ней пулемёта применялся дневной прицел-дальномер ТПД-43Б и ночной прицел ТПН-1-432. Головка ночного прицела не имела бронировки и в дневное время снималась и укладывалась в башне за сидением наводчика. Выходное окно прицела при этом закрывалось броневой крышкой, которая в боевом положении закреплялась на крыше башни. Осветитель Л-2АГ ночного прицела и ОУ-3ГК прибора наблюдения командира танка ТКН-3 устанавливались на задней стенке башни и закрывались чехлами. По-боевому Л-2АГ устанавливался слева от пушки, а ОУ-3ГК на командирской башенке.

На Объекте 432 устанавливался форсированный до 700 л.с. дизель 5ТДФ, оснащенный новой, усовершенствованной по сравнению с объектом 430, эжекционной системой охлаждения.

Двигатель 5ТДФ представляет собой двухтактный турбопоршневый дизель жидкостного охлаждения с непосредственным смесеобразованием и прямоточной двухпоршневой продувкой. Цилиндры располагались горизонтально, в каждом цилиндре по два поршня. Наряду с поршневой частью имеются два соединенных между собой лопаточных агрегата – нагнетатель и газовая турбина.

Двигатель был чрезвычайно мал и легок, но требовал тщательного технического обслуживания и качественных ГСМ. Кроме того, дизель был высокооборотистым и работал в очень теплонагруженном режиме, что требовало при его запуске постоянно пользоваться котлом подогревателя при температуре окружающего воздуха от +10 градусов и ниже.

В трансмиссии были использованы две семиступенчатые планетарные коробки передач, объединенные в один узел с планетарными бортовыми передачами, и системой гидросервоуправления, заменявшей девять узлов трансмиссии танка Т-55 (входной редуктор “гитару”, главный фрикцион, коробку передач, два планетарных механизма поворота, два тормоза и два бортовых редуктора). Трансмиссия танка получилась очень компактной и легкой, на 750 кг легче, чем у Т-55 и состояла из 150 механообработанных деталей вместо 500.

Планетарные коробки передач – механические планетарные, обеспечивают семь передач переднего хода и одну заднего. Они предназначены для изменения скорости движения и тяговых усилий на ведущих колесах, поворота и торможения танка, отключения двигателя от ведущих колес. ПКП на различных передачах характеризуется следующими передаточными числами: I – 8.173; II – 4.4; III – 3.485; IV – 2.787; V – 2.027; VI – 1.467; VII – 1; ЗХ – 14.35 (не надо путать "ЗХ" с секретной передачей "три икс", это – "задний ход").

Каждая ПКП состоит из четырех планетарных рядов и шести фрикционных устройств (четыре тормоза и два фрикциона). Включение каждой передачи обеспечивается включением двух фрикционных устройств. Включение фрикционных устройств производится путем подачи масла под давлением в бустеры фрикционных устройств из механизмов распределения системы гидроуправления и смазки. Фрикционные устройства обладают высокой износостойкостью за счет применения дисков с трением метал по металокерамике в масле.

Обеспечение движения в повороте осуществляется за счет постепенного уменьшения давления в бустерах включенных фрикционных устройств ПКП отстающего борта, при этом радиус поворота кинематически неопределен и зависит от внешних условий движения.

После полного выключения фрикционных устройств, включаются фрикционные устройства, обеспечивающие на отстающем борту включение передачи на ступень ниже, при этом осуществляется поворот с расчетным (фиксированным) радиусом. Расчетные радиусы для различных передач имеют следующие значения: I – 1.365 м; II – 4.535 м; III – 11.735 м; IV – 12.395 м; V – 8.575 м; VI – 8.525 м; VII – 7.205 м; ЗХ – 1.365 м.

Следует отметить, что расчетный радиус представляет собой расстояние от центра поворота (точка, вокруг которой осуществляется поворот) до продольной линии, пересекающей геометрический центр опорной поверхности танка. Так, для первой передачи, при развороте вокруг заторможенной гусеницы отстающего борта, радиус поворота составляет половину ширины колеи танка (R = B/2) и равен 1.365 м. Кроме того, при движении машины по местности, реальные радиусы поворота, в связи с существующим явлением юза отстающей и буксования забегающей гусениц, отличаются от расчетных и для сухих грунтов обычно в 1.3 – 1.8 раза выше расчетных.

Бортовые передачи – механические планетарные редукторы, повышающие передаваемый крутящий момент и понижающие частоту вращения, с постоянным передаточным числом равным 5.454. На шлицах ведомого вала бортового редуктора устанавливается ведущее колесо.

Приводы управления трансмиссией – гидромеханические сервоприводы. Они предназначены для обеспечения управления всеми режимами работы трансмиссии путем включения и выключения фрикционных устройств в ПКП.

Приводы управления состоят из механической и гидравлической части. Исключение составляет привод остановочного тормоза, который является сервоприводом непосредственного действия и гидравлической части не имеет.

В механическую часть входят приводы: выключения трансмиссии (привод сцепления), переключения передач, управления поворотом машины, остановочного тормоза.

Гидравлическая часть приводов управления состоит из механизмов распределения, установленных сверху на картерах ПКП, и является частью системы гидроуправления и смазки трансмиссии.

В связи с отсутствием у привода остановочного тормоза гидравлической части, следует отметить некоторые его особенности. Для уменьшения необходимого усилия при торможении машины применен сервомеханизм кулачкового типа. Для обеспечения равномерного торможения гусениц на разных бортах в приводе используется балансирное устройство параллелограммного типа, смонтированное в сборе с сервомеханизмом.

Механизмы распределения – золотниковые, работают по принципу "включено/выключено" и "регулятор давления". Механизмы распределения обеспечивают изменение давления масла и направление его потоков к соответствующим бустерам фрикционов ПКП в зависимости от заданных положений приводов переключения передач, поворота и сцепления.

Механизмы распределения, несмотря на их малые габаритные размеры, представляют собой довольно сложные гидромеханические агрегаты, требующие высокой точности при изготовлении их деталей. Именно поэтому, при изготовлении золотников переключения передач и поворота используют метод увеличения допуска на их обработку, после чего, в зависимости от реально полученного размера, их сортируют по трем группам типоразмеров.

Таким образом, значительно снижаются затраты на производство деталей с высокими требованиями на точность обработки и достигается требуемый технологический допуск на посадку деталей.

Правда, новые БКП стали камнем преткновения при испытании опытных образцов и потребовали длительной отладки и введения сложной регулировки системы гидросервоуправления. Зимой, после длительной стоянки, масло в БКП замерзало, превращая коробки передач в один сплошной вал. В результате этого при попытке запуска двигателя танк прыгал вперёд, что привело к ряду несчастных случаев. Выход был найден лишь путём двойной откачки масла из БКП перед длительной стоянкой и закачки его перед запуском двигателя.

Ходовая часть танка Т-64 сохранила концепцию объекта 430, но получила новые опорные катки с внутренней амортизацией, изготавливаемые из алюминиевого сплава, и новую облегчённую гусеничную ленту с параллельным резинометаллическим шарниром. В результате этого масса ходовой части Т-64 составляла лишь 15% от массы танка.

Ходовая часть танка Т-64 состоит из гусеничного движителя и системы подрессоривания. Гусеничный движитель состоит из двух гусеничных лент по 78 – 79 траков. По каждому борту гусеничный движитель состоит из ведущего колеса цевочного зацепления с двумя зубчатыми венцами, на каждом из которых по 12 зубьев; цельнометаллического направляющего колеса с механизмом натяжения гусеничных лент; шести сдвоенных опорных катков с внутренней амортизацией; четырех поддерживающих роликов с внутренней амортизацией и отбойника.

Траки гусениц с резинометаллическими шарнирами параллельного типа. Траки соединены между собой в средней части гребнями, по краям – скобами, которые в просторечии называют биноклями, закрепленными на пальцах. Скобы одновременно являются цевками траков. Звено трака представляет собой стальную штамповку, имеющую с одной стороны грунтозацепы, а с противоположной площадку, которая с площадкой на гребне образует беговую дорожку для опорных катков.

Система подрессоривания – индивидуальная, торсионная с гидравлическими амортизаторами. В систему подрессоривания входят детали, узлы и механизмы, при помощи которых корпус машины соединяется с опорными катками. Система подрессоривания по каждому борту состоит из шести независимых узлов подвески. Узел подвески включает торсионный вал, балансир, ось балансира, гидравлический телескопический амортизатор, и ограничительный упор, установленный на корпусе для ограничения хода балансира опорных катков. На машинах, выпускавшихся до 1964 года, гидравлические амортизаторы и упоры устанавливались на 1-м и 6-м узлах подвески. Начиная с 1964 года гидравлические амортизаторы устанавливались на 1-м, 2-м и 6-м узлах подвески, а упоры – на 1-м 5-м и 6-м узлах.

Торсионные валы левых и правых подвесок расположены соосно и соединяют балансиры с корпусом машины. К корпусу машины торсион присоединяется шлицевым соединением средней опоры, которая является общей для торсионов левой и правой подвесок и жестко вварена в днище машины.

Амортизаторы – гидравлические, телескопические, двустороннего действия. Они предназначены для смягчения ударов и гашения колебаний корпуса машины при движении.

Корпус амортизатора соединен с балансиром нижней сферической опорой, на корпусе машины верхней сферической опорой закреплен шток балансира. Передние амортизаторы отличаются от остальных наличием дополнительного канала, соединяющего верхнюю полость цилиндра с компенсационной камерой, и имеют маркировку ПЕРЕДНИЙ. Кроме того, амортизаторы левого и правого бортов отличаются установкой нижней опоры.

Для усиления защиты бортов танка от кумулятивных снарядов и уменьшению запылённости при движении танка с 1967 года на танке стали устанавливаться съёмные алюминиевые (по три на борт) и несъёмные резиновые щитки.

Электрооборудование танка выполнено по однопроводной схеме (кроме дежурного освещения) и предназначено для обеспечения работы систем и механизмов с электрическими приводами, средств связи, контроля режимов работы двигателя, освещения и сигнализации. Электрооборудование составляют: источники и потребители электрической энергии, контрольно-измерительные приборы, коммутационная и вспомогательная аппаратура, электрическая бортовая сеть. Источниками электрической энергии являются четыре стартерные аккумуляторные батареи 12СТ-70М и стартер-генератор СГ-10, работающий в режиме генератора. Номинальное напряжение бортовой сети танка при работающем стартере-генераторе 27 В, а при неработающем – 24 В. Номинальное напряжение цепей стартера-генератора при запуске двигателя 48 В.

Танки комплектовались индивидуальным комплектом ЗИП и ОПВТ.

Индивидуальный комплект ЗИП размещался внутри танка и на правой надгусеничной полке в герметичных ящиках. Съёмные узлы ОПВТ крепились к задней стенке башни между осветителями ночного прицела и прибора командира танка, установленными по-походному.

Две трубы ОПВТ, уложенные одна в одну, крепились на крыше моторно-трансмиссионного отделения. Оборудование для подводного вождения позволяло без ограничений по длине преодолевать любые водные преграды глубиной до 5м.

В период с 1977-го по 1981 год почти все танки Т-64 (объект 432) прошли капитальный ремонт, в ходе которого они были модернизированы до уровня танка Т-64А.

После капитального ремонта танки получили обозначение Т-64Р (объект 432Р).

В ходе капитального ремонта на танки Т-64 устанавливали новые средства связи (радиостанции Р-123М и Р-173 вместо Р-123), усовершенствованную эжекционную систему охлаждения и, следовательно, новую крышу МТО, систему “Брод”, улучшенные системы ПАЗ и ППО с системой управления 3ЭЦ-11-2 и прибором радиационной и химической разведки ГО-27, новую укладку ЗИП и ОПВТ по типу Т-64А.

Краткое описание устройства танка Т-64А Танк Т-64А является боевой гусеничной машиной, которая имеет мощное вооружение, надежную броневую защиту и обладает высокой маневренностью. Танк предназначен для решения широкого круга боевых задач. Благодаря мощному вооружению он способен поражать танки и другие бронирование машины противника, его живую силу, противотанковые средства, артиллерию и другие цели.

Боевая масса танка Т-64А образца 1981 года составляет 38,5 тон. Экипаж танка состоит из трех человек: командир танка, наводчик и механик-водитель.

По расположению механизмов и оборудования внутри танка он разделен на три отделения: отделение управления, боевое отделение и силовое отделение.

ОТДЕЛЕНИЕ УПРАВЛЕНИЯ находится в носовой части корпуса танка. Оно ограничено справа правым топливным баком и баком-стелажом, слева – топливным баком, щитом контрольных приборов и аккумуляторными батареями с установленной над ними электроаппаратурой. В отделении управления размещено сиденье механика-водителя танка, перед которым на днище корпуса установлены рычаги управления и педали подачи топлива и отключения трансмиссии. На наклонном верхнем листе носовой части корпуса перед сиденьем механика-водителя расположены педаль привода остановочного тормоза, гирополукомпас и блок Б11-5 сигнализации и проверки аппаратуры 3ЭЦ11-2. Справа от сиденья механика-водителя на днище расположен избиратель передач. В нише правого топливного бака установлены приборы системы защиты от ОМП. Сзади сиденья механикаводителя в днище корпуса имеется люк запасного выхода. Над сиденьем механика-водителя в подбашенном листе находится люк механика-водителя. Крышка люка открывается и поворачивается с помощью специального механизма, укрепленного в подбашенном листе справа от люка. Конвейер МЗ со стороны отделения управления прикрыт брезентовой шторкой. По днищу корпуса в отделении управления проходят торсионные валы подвески, а по бортам корпуса – тяги приводов управления.

БОЕВОЕ ОТДЕЛЕНИЕ расположено в средней части танка и образовано сочетанием кабины с башней. В кабине, состыкованной с башней, расположен механизм заряжания, место расположения командира танка и наводчика с сиденьями и подножками, а также съемным ограждением, обеспечивающие их безопасность при работе МЗ и стрельбе из пушки. Над сидением командира танка в башне имеется командирская башенка с люком и установленной на ней зенитно-пулеметной установкой с приводами дистанционного управления. Люк наводчика закрывается крышкой, в которой имеется лючок для установки воздухопитающей трубы ОПВТ при преодолении водных преград. В боевом отделении размещено вооружение, боекомплект, прицелы и приборы наблюдения командира и наводчика, элементы стабилизатора танкового вооружения и средства связи. Под полом кабины на днище боевого отделения, установлено вращающееся контактное устройство (ВКУ), а за стенками кабины размещен кольцевой конвейер МЗ. В боевом отделении за кабиной и конвейером у перегородки силового отделения расположены два задних внутренних топливных бака. Между правым задним топливным баком и бортом находится подогреватель системы подогрева двигателя. Над подогревателем у перегородки силового отделения размещена фильтровентиляционная установка. В специальном окне левого заднего топливного бака установлен вытяжной вентилятор боевого отделения. На левом борту за аккумуляторными батареями прикреплен гидропривод горизонтального наведения башни танка. На правом борту за баком-стллажом расположены баллоны ППО. По днищу боевого отделения под полом кабины проходят торсионные валы подвески, а по бортам корпуса – тяги приводов управления.

СИЛОВОЕ ОТДЕЛЕНИЕ находится в кормовой части корпуса танка и изолировано от боевого отделения герметичной перегородкой. В силовом отделении поперек корпуса установлен двигатель. Передача крутящего момента осуществляется с обоих концов выпускного коленчатого вала двигателя через правую и левую планетарные коробки передач. Между двигателем и перегородкой расположены баки систем смазки двигателя и трансмиссии. Над двигателем у левого борта корпуса размещен воздухоочиститель. На правом борту закреплена труба газохода. Между двигателем и кормовым листом корпуса установлен кормовой топливный бачок. В силовом отделении также размещены узлы приводов управления, механизм остановки двигателя, ТДА, датчики систем ППО и контрольно-измерительных приборов. Съемная крыша над силовым отделением открывается на петлях с помощью механизма подъема. В крыше смонтированы эжекционная система охлаждения с ресивером и сопловым аппаратом, водяные радиаторы и расширительный бачок системы охлаждения двигателя, масляные радиаторы системы смазки двигателя и трансмиссии, бункер с инерционной решеткой системы питания двигателя воздухом. В крыше и днище силового отделения имеются люки для обслуживания узлов и агрегатов. По днищу боевого отделения под полом кабины проходят торсионные валы подвески, а по бортам корпуса – тяги приводов управления.

Снаружи танка и на надгусеничных полках установлены: наружные топливные баки, включенные в общую топливную систему, ящик с ЗИП, дополнительный масленый бак, а также размещены: буксирные тросы, фары, габаритные фонари, розетка для подключения переносной лампы, сигнал, запасные траки, лом, шпоры и бревно для самоокапывания. На крыше силового отделения предусмотрены устройства для крепления дополнительных бочек с топливом.

Снаружи на башне танка находятся: осветитель Л-2 ночного прицела, ящики для аппаратов АТ-1, запасные траки, шпоры, ящик с ЗИП и съемными узлами ОПВТ, трубы ОПВТ, урывочный брезент, защитный колпак механика-водителя, антенна радиостанции, ящик с лентами к зенитному пулемету НСВТ, ящик для индивидуальных вещей экипажа, пусковые установки системы пуска дымовых гранат 902А, поручни для десанта. На командирской башенке установлен зенитный пулемет НСВТ и ящик с лентами к нему, осветитель ОУ-3ГКУ.

На танке имеется возимый комплект запасных частей, инструмента и принадлежностей (ЗИП).

Основные части танка: броневой корпус, башня, вооружение, механизм заряжания (МЗ), стабилизатор танкового вооружения (СТВ), приборы прицеливания и наблюдения, силовая установка, силовая передача (трансмиссия), ходовая часть, электрооборудование, средства связи, система коллективной защиты от ОМП, противопожарное оборудование, термодымовая аппаратура, система пуска дымовых гранат, оборудование для подводного вождения (ОПВТ), оборудование для самоокапывания, оборудование для установки противоминного трала.

БРОНЕВОЙ КОРПУС танка представляет собой жесткую коробку, сваренную из броневых листов. Он состоит из носовой части бортов, кормы, крыши, днища, а также перегородки и крыши силового отделения. Носовая часть корпуса состоит из верхнего и нижнего наклонных броневых листов, сваренных между собой, а также с передним листом крыши, бортами и днищем. Верхний броневой лист является комбинированной многослойной броневой преградой. К наклонному верхнему листу приварены два буксирных крюка, два кронштейна с ограждениями для крепления фар, трубки для подвода электропроводов к фарам и габаритным фонарям, скобы для крепления и укладки буксирных тросов. На верхнем листе крепятся два наклонных щитка для защиты смотровых приборов механика-водителя от попадания на них грязи и пыли при движении танка. В месте соединения наклонного верхнего листа с передним листом крыши по оси танка сделан вырез, в который вварена шахта для установки прибора наблюдения механика-водителя, закрытая сверху козырьком. Борта корпуса – вертикальные броневые листы – имеют в средней части выштамповку для увеличения внутреннего объема корпуса и установки башни. В средней части борта имеется вырез под верхнюю ветвь гусеничной ленты. К бортам и наклонным листам носовой части приварены кронштейны кривошипов направляющих колес. К каждому борту приварено по четыре кронштейна поддерживающих роликов и по три оси для крепления гидроамортизаторов. На каждом борту выполнено по три выреза (в передней части – два и в задней – один) для размещения амортизаторов и приварено по три упора, ограничивающих поворот балансиров. Кроме того, к бортам приварены надгусеничные полки, защищающие корпус и башню от забрызгивания грязью во время движения танка. К полкам крепятся пылевые щитки. Крыша корпуса состоит из переднего и заднего броневых листов, приваренных к корпусу, и съемной части над силовым отделением. Корма состоит из кормового броневого листа, наклонной части заднего листа днища и картеров коробок передач, которые приварены к бортам, кормовому листу и заднему листу днища. В верхней части кормового листа приварены кронштейны для крепления задних габаритных фонарей, лент бревна и выходных жалюзи. Днище танка корытообразной формы. Для увеличения жесткости и размещения торсионов в днище имеются продольные и поперечные выштамповки. В переднем листе днища, кроме того, имеется выштамповка, обеспечивающая нормальное размещение механика-водителя. Доступ к агрегатам и узлам танка осуществляется через люки и пробки.

БАШНЯ представляет собой фасонную отливку из броневой стали, к верхней части которой приварена крыша, а также правая и левая головки базовой трубы прицелдальномера. Передняя часть башни представляет собой комбинированную многослойную броневую преграду. В передней части башни расположена амбразура для установки пушки.

Справа от амбразуры пушки имеется овальная амбразура для спаренного с пушкой пулемета.

Слева от амбразуры пушки приварены кронштейн для установки осветителя ночного прицела и трубка для подвода электропровода к нему. В передней части и на корме башни приварено по два крюка для захвата башни тросами при монтаже и демонтаже. В правой половине к крыше башни приварено основание командирской башенки. В левой половине крыши башни вварены основание люка наводчика, фланец для установки ночного прицела и шахта для прибора наблюдения наводчика. В нижней части башни имеется выточка, к которой приварен донный лист. Башня устанавливается на шариковой опоре, расположенной в кольцевой выточке переднего и заднего листов крыши корпуса. Башня имеет два механизма поворота башни (МПБ): гидравлический и ручной. Ручной МПБ находится в башне, слева от места наводчика, а гидравлический – в передней части корпуса танка слева.

ВООРУЖЕНИЕ танка состоит из 125-мм гладкоствольной танковой пушки Д-81ТМ (2А46-1), спаренным с ней 7,62-мм пулеметом ПКТ (6П7), 12,7-мм зенитного пулемета НСВТ “Утес”(6П17), автомата АКМС, сигнального пистолета СПШ и ручных оборонительных гранат Ф-1. Для стрельбы из танковой пушки применяются артиллерийские выстрелы раздельного заряжания с частично сгорающей гильзой единого заряда 4Ж40 или 4Ж52: выстрелы 3ВБМ3, 3ВБМ6, 3ВБМ7, и 3ВБМ8 с бронебойными подкалиберными снарядами 3БМ9, 3БМ12, 3БМ15, и 3БМ17; выстрелы 3ВБК7 и 3ВБК10 с кумулятивными снарядами 3БК12М и 3БК14М; выстрелы 3ВОФ22 и 3ВОФ36 с осколочно-фугасными снарядами 3ОФ19 и 3ОФ26. Боекомплект танка Т-64А состоит из 37 артиллерийских выстрелов (на танках Т-64АК – 28 выстрелов), 2000 патронов к пулемету ПКТ (на танках Т-64АК – 1000 патронов), 300 патронов к пулемету НСВТ, 300 патронов к автомату АКМС (на танках Т-64АК – 150 патронов), 12 патронов к сигнальному пистолету СПШ, 10 гранат Ф-1.

МЕХАНИЗМ ЗАРЯЖАНИЯ 6ЭЦ10М (6ЭЦ10) или 6ЭЦ15 – гидроэлектромеханический комплекс с постоянным углом заряжания, предназначенный для автоматического заряжания пушки любым из трёх типов артиллерийских выстрелов. Он состоит из механических, гидравлических и электрических узлов. Вместимость конвейера 28 выстрелов. Продолжительность заряжания одного артиллерийского выстрела от 7,1 до 19,5 секунд при полном обороте конвейера МЗ. Полуавтоматическая загрузка конвейера артиллерийскими выстрелами осуществляется за 13-15 минут силами экипажа танка.

Механизм заряжания оснащен ручными дублирующими приводами.

СТАБИЛИЗАТОР ВООРУЖЕНИЯ 2Э-28М2 – электрогидравлическая система, обеспечивающая ведение эффективного огня с ходу из пушки и спаренного с ней пулемета.

В комплекте с прицелом-дальномером ТПД-2-49 стабилизатор вооружения 2Э-28М2 обеспечивает автоматическое удержание пушки и спаренного с ней пулемета в заданном стабилизированном положении в двух плоскостях при движении танка, наведение стабилизированной пушки и спаренного с ней пулемета в вертикальной и горизонтальной плоскостях с плавной регулировкой скорости наведения, целеуказание от командира танка к наводчику в горизонтальной плоскости и аварийный поворот башни механиком-водителем танка.

ПРИБОРЫ ПРИЦЕЛИВАНИЯ И НАБЛЮДЕНИЯ это комплекс прицелов и приборов наблюдения, состоящий из дневных, ночных и комбинированных приборов, обеспечивающий управление огнем и маневром танка. Во вращающейся командирской башенке установлены комбинированный (дневной – ночной) прибор наблюдения ТКН-3В, слева от него зенитный прицел ПЗУ-5, а справа – призменный прибор наблюдения ТНП-160.

На танках ранних выпусков (до 1972 года) устанавливался прибор наблюдения ТКН-3 и два прибора ТНП-160. Для увеличения обзора в крышке люка командира с мая 1975 года установлены два дополнительных призменных прибора наблюдения ТНПА-65. В башне танка у наводчика установлены оптико-гироскопический, моноокулярно-стереоскопический прицел-дальномер ТПД-2-49, имеющий стабилизацию поля зрения в вертикальной плоскости, и ночной прицел ТПН-1-49-23. Перед люком наводчика установлен призматический прибор наблюдения ТНП-165А (на машинах раннего выпуска перископический прибор наблюдения ВНМ), а в крыше люка с мая 1975 года прибор ТНПА-65. Перед люком механика-водителя в шахте корпуса машины установлен прибор наблюдения ТНПО-168В, а в крышке люка механика-водителя имеется призматический прибор наблюдения ТНПА-65. В правой части крышки люка имеется специальная пробка, вместо которой при необходимости может устанавливаться дополнительный прибор наблюдения ТНПА-65. Для обеспечения наблюдения за местностью при вождении машины в ночных условиях предназначен прибор ТВНЕ-4ПА (на машинах раннего выпуска – ТВНО-2БМ), который может устанавливаться в машине как по-боевому вместо прибора ТНПО-68В, так и по-походному на специальном кронштейне перед люком механикаводителя.

СИЛОВАЯ УСТАНОВКА представляет собой взаимосвязанный комплекс сборочных единиц, включающий двигатель 5ТДФ и обслуживающий его системы: питание топливом, питание воздухом, смазки, охлаждения, подогрева и воздушную. В танке установлен двигатель, представляющий собой пятицилиндровый многотопливный однорядный с горизонтальным расположением цилиндров и встречнодвижущимися поршнями, двухтактный турбопоршневой дизель жидкостного охлаждения с прямоточной продувкой, непосредственным смесеобразованием. Отбор мощности двухсторонний. В турбопоршневом двигателе в отличие от поршневых двигателей имеются два, жестко соединенных между собой лопаточных агрегата – нагнетатель и турбина. Нагнетатель служит для предварительного сжатия воздуха, подаваемого в цилиндр. Газовая турбина преобразует часть тепловой энергии отработавших в цилиндре газов в механическую, которая используется для привода нагнетателя. Для работы двигателя применяется дизельное топливо марок Л, З и А, топливо для реактивных двигателей ТС-1, автомобильный бензин А-72, А-76 и смеси применяемых топлив в любых пропорциях.

Вместимость внутренних топливных баков 730 литров. Общая вместимость топливной системы 1270 литров. Система питания воздухом двухступенчатая с эжекционным удалением пыли. Воздухоочиститель бескассетный циклонного типа. Система смазки двигателя закрытая, принудительная под давлением. Применяемое масло М-16 ИХП3.

Заправочная емкость системы 82 литра. На правой надгусенечной полке устанавливается дополнительный обогреваемый масляный бак емкостью 45 литров. Система охлаждения жидкостная, закрытая, с принудительной циркуляцией охлаждающей жидкости и эжикционным охлаждением. Заправочная емкость системы 70 литров. Система подогрева включает форсуночный подогреватель.

ТРАНСМИССИЯ танка – механическая планетарная с гидросервоприводами управления. Она предназначена для обеспечения передачи крутящего момента от коленчатого вала двигателя к ведущим колесам, изменения скорости и тяговых усилий на ведущих колесах в более широких пределах, чем это обеспечивает изменение оборотов коленчатого вала двигателя, отключения двигателя от ведущих колес при его запуске и переключении передач, а так же для обеспечения трогания с места, поворотов, торможения, движения машины задним ходом и удержания танка в заторможенном состоянии.

Трансмиссия машины состоит из левой и правой планетарных коробок передач (ПКП) и бортовых передач (бортовых редукторов). Конструктивно ПКП объединены с бортовыми передачами в бортовые коробки передач (БКП).

Планетарные коробки передач – механические планетарные, обеспечивают семь передач переднего хода и одну заднего. Они предназначены для изменения скорости движения и тяговых усилий на ведущих колесах, поворота и торможения танка, отключения двигателя от ведущих колес. ПКП на различных передачах характеризуется следующими передаточными числами: I – 8.173; II – 4.4; III – 3.485; IV – 2.787; V – 2.027; VI – 1.467; VII – 1;

ЗХ – 14.35 (не надо путать "ЗХ" с секретной передачей "три икс", это – задний ход).

Каждая ПКП состоит из четырех планетарных рядов и шести фрикционных устройств (четыре тормоза и два фрикциона). Включение каждой передачи обеспечивается включением двух фрикционных устройств. Включение фрикционных устройств производится путем подачи масла под давлением в бустеры фрикционных устройств из механизмов распределения системы гидроуправления и смазки. Фрикционные устройства обладают высокой износостойкостью за счет применения дисков с трением металл по метало керамике в масле.

Обеспечение движения в повороте осуществляется за счет постепенного уменьшения давления в бустерах включенных фрикционных устройств ПКП отстающего борта, при этом радиус поворота кинематически неопределен и зависит от внешних условий движения.

После полного выключения фрикционных устройств, включаются фрикционные устройства, обеспечивающие на отстающем борту включение передачи на ступень ниже, при этом осуществляется поворот с расчетным (фиксированным) радиусом. Расчетные радиусы для различных передач имеют следующие значения: I – 1.365 м; II – 4.535 м; III – 11.735 м; IV – 12.395 м; V – 8.575 м; VI – 8.525 м; VII – 7.205 м; ЗХ – 1.365 м.

Следует отметить, что расчетный радиус представляет собой расстояние от центра поворота (точка, вокруг которой осуществляется поворот) до продольной линии, пересекающей геометрический центр опорной поверхности танка. Так, для первой передачи, при развороте вокруг заторможенной гусеницы отстающего борта, радиус поворота составляет половину ширины колеи танка (R = B/2) и равен 1.365 м. Кроме того, при движении машины по местности, реальные радиусы поворота, в связи с существующим явлением юза отстающей и буксования забегающей гусениц, отличаются от расчетных и для сухих грунтов обычно в 1.3 – 1.8 раза выше расчетных.

Бортовые передачи – механические планетарные редукторы, повышающие передаваемый крутящий момент и понижающие частоту вращения, с постоянным передаточным числом равным 5.454. На шлицах ведомого вала бортового редуктора устанавливается ведущее колесо.

Приводы управления трансмиссией – гидромеханические сервоприводы. Они предназначены для обеспечения управления всеми режимами работы трансмиссии путем включения и выключения фрикционных устройств в ПКП.

Приводы управления состоят из механической и гидравлической части. Исключение составляет привод остановочного тормоза, который является сервоприводом непосредственного действия и гидравлической части не имеет.

В механическую часть входят приводы: выключения трансмиссии (привод сцепления), переключения передач, управления поворотом машины, остановочного тормоза.

Гидравлическая часть приводов управления состоит из механизмов распределения, установленных сверху на картерах ПКП, и является частью системы гидроуправления и смазки трансмиссии.

В связи с отсутствием у привода остановочного тормоза гидравлической части, следует отметить некоторые его особенности. Для уменьшения необходимого усилия при торможении машины применен сервомеханизм кулачкового типа. Для обеспечения равномерного торможения гусениц на разных бортах в приводе используется балансирное устройство параллелограммного типа, смонтированное в сборе с сервомеханизмом.

Механизмы распределения – золотниковые, работают по принципу "включено/выключено" и "регулятор давления". Механизмы распределения обеспечивают изменение давления масла и направление его потоков к соответствующим бустерам фрикционов ПКП в зависимости от заданных положений приводов переключения передач, поворота и сцепления.

Механизмы распределения, несмотря на их малые габаритные размеры, представляют собой довольно сложные гидромеханические агрегаты, требующие высокой точности при изготовлении их деталей. Именно поэтому, при изготовлении золотников переключения передач и поворота используют метод увеличения допуска на их обработку, после чего, в зависимости от реально полученного размера, их сортируют по трем группам типоразмеров.

Таким образом, значительно снижаются затраты на производство деталей с высокими требованиями на точность обработки и достигается требуемый технологический допуск на посадку деталей.

ХОДОВАЯ ЧАСТЬ танка состоит из гусеничного движителя и системы подрессоривания.

Гусеничный движитель предназначен для равномерного распределения силы веса танка по опорной поверхности, обеспечения движения машины за счет перематывания гусениц относительно опорной поверхности и обеспечения надежного сцепления с грунтом.

Гусеничный движитель состоит из двух гусеничных лент по 78-79 траков. По каждому борту гусеничный движитель состоит из ведущего колеса цевочного зацепления с двумя зубчатыми венцами, на каждом из которых по 12 зубьев; направляющего колеса с внутренней амортизацией; механизма натяжения гусеничных лент; шести сдвоенных опорных катков с внутренней амортизацией; четырех поддерживающих роликов с внутренней амортизацией и отбойника.

Траки гусениц с резинометаллическими шарнирами параллельного типа. Траки соединены между собой в средней части гребнями, по краям – скобами, закрепленными на пальцах. Скобы одновременно являются цевками траков.

Звено трака представляет собой стальную штамповку, имеющую с одной стороны грунтозацепы, а с противоположной – площадку, которая с площадкой на гребне образует беговую дорожку для опорных катков.

Система подрессоривания – индивидуальная, торсионная с гидравлическими амортизаторами. Она предназначена для передачи силы веса машины через опорные катки на гусеницы, смягчения толчков и ударов, действующих на корпус танка, и для быстрого гашения колебаний корпуса.

В систему подрессоривания входят детали, узлы и механизмы, при помощи которых корпус машины соединяется с опорными катками. Система подрессоривания по каждому борту состоит из шести независимых узлов подвески. Узел подвески включает торсионный вал, балансир, ось балансира, гидравлический амортизатор, устанавливаемый на первых, вторых и шестых узлах подвески и четырех ограничительных упоров, установленных на корпусе для первого, третьего, пятого и шестого опорных катков. На машинах поздних выпусков ограничель установлен для всех узлов подвески кроме вторых.

Торсионные валы левых и правых подвесок расположены соосно и соединяют балансиры с корпусом машины. К корпусу машины торсион присоединяется шлицевым соединением средней опоры, которая является общей для торсионов левой и правой подвесок и жестко вварена в днище машины.

Амортизаторы – гидравлические, телескопические, двустороннего действия. Они предназначены для смягчения ударов и гашения колебаний корпуса машины при движении.

Корпус амортизатора соединен с балансиром нижней сферической опорой, на корпусе машины верхней сферической опорой закреплен шток балансира. Передние амортизаторы отличаются от остальных наличием дополнительного канала, соединяющего верхнюю полость цилиндра с компенсационной камерой, и имеют маркировку ПЕРЕДНИЙ. Кроме того, амортизаторы левого и правого бортов отличаются установкой нижней опоры.

ЭЛЕКТРООБОРУДОВАНИЕ танка выполнено по однопроводной схеме (кроме дежурного освещения) и предназначено для обеспечения работы систем и механизмов с электрическими приводами, средств связи, контроля режимов работы двигателя, освещения и сигнализации. Электрооборудование составляют: источники и потребители электрической энергии, контрольно-измерительные приборы, коммутационная и вспомогательная аппаратура, электрическая бортовая сеть. Источниками электрической энергии являются четыре стартерные аккумуляторные батареи 12СТ-70М или 12СТ-85Р и стартер-генератор СГ-10, работающий в режиме генератора. Основные потребители электрической энергии – стартер-генератор СГ-10, работающий в стартерном режиме, стабилизатор танкового вооружения 2Э-28М2, механизм заряжания танковой пушки, элементы цепей стрельбы, гирополукомпас, электродвигатели вытяжного вентилятора, нагнетателя, подогревателя, масло закачивающих насосов двигателя и коробок передач, водооткачивающих насосов, вентиляторов обдува экипажа, обогревные элементы стекол прицелов и смотровых приборов, средства внутренней и внешней связи, приборы освещения и сигнализации. К контрольно-измерительным приборам относятся: электрические термометры, манометры, счетчики моточасов, тахометр, спидометр, топливомер, вольтамперметр. Коммутационные и вспомогательные приборы: выключатели, переключатели, кнопки, автоматы защиты сети АЗР, клеммы внешней зарядки аккумуляторных батарей, розетка внешнего запуска, вращающееся контактное устройство, распределительные щитки, выключатель батарей. К электрической бортовой сети относятся провода, кабели, штепсельные разъемы и детали крепления проводов и кабелей. Номинальное напряжение бортовой сети танка при работающем стартер-генераторе 27 В, а при неработающем – 24 В. Номинальное напряжение цепей стартер-генератора при запуске двигателя 48 В.

СРЕДСТВА СВЯЗИ обеспечивают как внешнюю, так и внутреннюю связь.

Радиостанция Р-123М предназначена для ведения круглосуточной двухсторонней радиосвязи между бронеобъектами на стоянках и на ходу, как с однотипной радиостанцией, так и с радиостанциями Р-113, Р-105М, Р-108М, Р-109М, Р-114 и Р-126. На свободной от помех и заранее подготовленной частоте радиостанция обеспечивает беспоисковое вхождение в связь и бесподстроечное ведение связи. Радиостанция Р-123М – приемопередающая, телефонная, с частотной модуляцией, с подавлением шумов, выполненная по трансиверной схеме, – обеспечивает телефонную связь симплексом, когда переход с приема на передачу и обратно производится переключением нагрудного переключателя, и дежурный прием, когда радиостанция работает только в режиме длительного приема.

Радиостанция имеет 1261 рабочую частоту с интервалом 25 Кгц. Прием и передача ведутся на одной общей частоте. Перестройка с одной частоты на другую производится плавно по оптической шкале. Механизм установки частот позволяет подготовить и зафиксировать четыре любые частоты диапазона. Антенной радиостанции служит 4-метровый штырь, состоящий из четырех стальных кален. Дальность связи при работе радиостанции на антенну “Штырь – 4 М”и движении по среднепересеченной местности со скоростью 40 км/час составляет от 13 до 20 км. Работа на радиостанции выполняется с помощью шлемофона, имеющего ларингофоны типа ЛЭМ-3 и низкоомные телефоны ТА-56М. Переговорное устройство Р-124 предназначено для обеспечения внутренней телефонной связи между членами экипажа и командиром десанта, а также выхода членов экипажа на внешнюю связь через радиостанцию Р-123М и радиостанцию Р-130М на командирских машинах.

СИСТЕМА КОЛЛЕКТИВНОЙ ЗАЩИТЫ предназначена для защиты экипажа, а также узлов и агрегатов, расположенных внутри машины от ударной волны и проникающей радиации. Она также защищает экипаж от радиоактивных и отравляющих веществ. Защита от ударной волны обеспечивается броней корпуса и башни и их герметизацией, а от проникающей радиации – установкой специального материала внутри машины. Защита экипажа от радиоактивных, отравляющих веществ и бактериальных средств обеспечивается герметизацией отделения управления и боевого отделения и созданием в них избыточного давления очищенного воздуха. Одновременно система осуществляет световую и звуковую сигнализацию, контроль уровня радиации внутри машины и наличия отравляющих веществ вне танка. Система защиты состоит из прибора радиационной и химической разведки ПРХР, аппаратуры управления исполнительными механизмами 3ЭЦ11-2, фильтровентиляционной установки ФВУ, вытяжного вентилятора и исполнительных механизмов герметизации танка.

ПРОТИВОПОЖАРНОЕ ОБОРУДОВАНИЕ предназначено для тушения пожара внутри машины. Тушение обеспечивается заполнением огнегасящим составом свободного пространства того отделения, где возник пожар. Тушение пожара в отделениях машины осуществляется автоматически, но предусмотрен и ручной ввод оборудования в действие.

ППО состоит из трех двухлитровых баллонов с 1,2 кг огнегасящего состава “ХЛАДОН 114В2”в каждом, двух магистралей трубопроводов, четырех обратных клапанов, четырнадцати термодатчиков, тринадцати распылителей. Управление ППО осуществляется аппаратурой 3ЭЦ11-2. Органы управления системой расположены на пульте П11-5 у механика-водителя танка.

ТЕРМОДЫМОВАЯ АППАРАТУРА предназначена для постановки дымовых завес в целях маскировки танка и боевых порядков пехоты, как днем, так и ночью. На танке Т-64А установлена термическая дымовая аппаратура (ТДА) многократного действия. В качестве дымообразующего вещества используется дизельное топливо из системы питания двигателя.

СИСТЕМА ПУСКА ДЫМОВЫХ ГРАНАТ “Туча-1”(902А) предназначена для маскировки танка в различных боевых условиях путем дистанционной постановки дымовых завес перед танком с помощью дымовых гранат. В комплект системы 902А входят двенадцать пусковых установок для дымовых гранат 3Д6 и пульт управления системой пуска дымовых гранат. Пусковые установки расположены снаружи башни на лобовой ее части по шесть штук слева и справа от пушки. Пульт управления расположен внутри на левой стенке башни у наводчика.

ОБОРУДОВАНИЕ ДЛЯ ПОДВОДНОГО ВОЖДЕНИЯ предназначено для преодоления танком брода глубиной до 1,7 м и водных преград по дну водоемов глубиной до 5 м практически неограниченной ширины и обеспечивает ведение боевых действий после преодоления преграды без остановки машины и проведения каких-либо работ, требующих выхода экипажа из машины. Комплект ОПВТ состоит из съемных и постоянно установленных узлов. Постоянные узлы ОПВТ предназначены для преодоления машиной брода и размещены в корпусе и башне танка. Съемные узлы ОПВТ предназначены для преодоления танком водных преград по дну водоема. Для транспортирования съемных узлов ОПВТ на башне танка предусмотрен ящик для ЗИП с лентами крепления воздухопитающей и выпускной трубы. Кроме того, в комплект ОПВТ входят изолирующие аппараты АТ-1 на каждого члена экипажа, которые укладываются в отдельные ящики, закрепленные на башне танка.

ОБОРУДОВАНИЕ ДЛЯ САМООКАПЫВАНИЯ обеспечивает рытье индивидуальных укрытий, расположено снаружи танка на нижнем носовом листе корпуса и состоит из отвала, четырех распорок с направляющими и двух зажимов. Оборудование для самоокапывания можно устанавливать в двух положениях: походном и рабочем. В походном положении отвал закреплен двумя зажимами к нижнему листу носовой части корпуса. В рабочем положении отвал опущен и при движении машины вперед режет грунт, опираясь на распорки, а при движении машины назад отвал свободно скользит тыльной стороной по поверхности грунта.

ОБОРУДОВАНИЕ ДЛЯ УСТАНОВКИ ПРОТИВОМИННОГО ТРАЛА состоит из бонок, приваренных на верхнем и нижнем наклонных броневых листах, и обеспечивающих установку трала КМТ-6. Допускается движение танка с установленным минным тралом на расстояние до 200 км, из них в режиме траления не более 20 км. При установленном на машине трале КМТ-6 оборудованием для самоокапывания пользоваться запрещается.

Опытные танки, созданные на базе Т-64 Параллельно с доводкой двигателя 5ТДФ рассматривались различные варианты силовых установок для нового танка. Так начиная с 1961 года в КБ-60М были развёрнуты работы по проектированию резервного варианта МТО для объекта 432. При этом разрабатывались варианты установки V-образных двигателей как Челябинского, так и Барнаульского заводов.

При обсуждении проектов предпочтение было отдано МТО с челябинским двигателем В-45. Двигатель В-45 является усовершенствованным представителем широко известного семейства дизелей типа В-2. В 1965 году были изготовлены три опытных танка объект 436 на базе объекта 432. В 1966-1967 годах опытные танки прошли всесторонние испытания в районах Омска и Ленинграда.

Но не только дизельные двигатели пытались установить на танке Т-64. Параллельно с работами над дизельным танком Т-64 в ВНИИ-100 был создан опытный средний танк Т-64Т с установкой на него вертолетного газотурбинного двигателя ГТД-3ТЛ (изделие 003), мощностью 700 л.с. Танк прошел испытания в 1963-65 гг., но на вооружение принят не был по причине несовершенства ГТД.

Начиная с 1961-го года, в КБ различных заводов были разработаны проекты ракетных танков на базе танка Т-64. Так в 1961 году в КБ ЛКЗ был разработан проект ракетного танка объект 287, вооруженного ПТУР “Фаланга” и двумя 73-мм орудиями “Копьё”, а в 1962 был построен опытный образец, правда, вооруженный ПТУР 301П “Тайфун”и двумя 73-мм орудиями 2А25 “Молния”. В 1963 году в том же КБ был разработан и построен опытный образец ракетного танка объект 288 с газотурбинной установкой двух ГТД-350. На опытном образце вооружение не устанавливалось.

В 1962 году в КБ ЧТЗ под руководством Главного конструктора П.П. Исакова был создан эскизный проект башенной установки ПТУР “Лотос”, а затем и ПТУР 301П “Тайфун”. Пусковые установки размещались в двухместных литых башнях совместно с 73мм полуавтоматическим орудием. Башенные установки планировалось устанавливать на базе танка Т-64 (объект 772). В этом же КБ в 1962 году на базе узлов и агрегатов танка Т-64 (двигатель, трансмиссия и элементы ходовой части) был разработан ракетный танк объект 775 вооруженный 125-мм пусковой установкой для запуска ПТУР “Рубин”и НУРС “Бур”.

Экипаж из трёх человек размещался в башне танка. На объекте 775 устанавливалась гидропневматическая система подрессоривания со ступенчатым изменением клиренса. Была выпущена опытная партия объектов 775, прошедшая всесторонние испытания.

В 1963 году на базе объекта 775 был разработан усовершенствованный вариант ракетного танка объект 780. Выпущен опытный образец. Ракетные танки имели ряд серьёзных недостатков: сложность технических средств и низкая надёжность систем наведения ракет.

Кроме того, ракетные танки были менее эффективны в ближнем бою, чем линейные средние танки. На вооружение выше упомянутые ракетные танки не принимались.

Основной боевой танк Т-64А и его модификации Танк Т-64 по подвижности и броневой защите, точности стрельбы и скорострельности значительно превосходил танк Т-62, однако, имел одинаковые с ним параметры по действию 115-мм бронебойно-подкалиберных и кумулятивных снарядов у цели. К тому же по данным разведки стало известно, что в Великобритании в конце 50-х годов началась разработка нового танка F.V.4201 “ЧИФТЕН”, предназначенного для замены средних пушечных танков “ЦЕНТУРИОН”и тяжёлых пушечных танков “КОНКЭРОР”.

Новый английский танк должен был быть вооружен новой 120-мм танковой пушкой TX23 (L11).

В ФРГ в начале 60-х годов велись опытные работы по созданию 120-мм гладкоствольной танковой пушки для перспективных западногерманских танков, разработка которых велась параллельно с проектом единого для США и ФРГ основного боевого танка МВТ-70.

В связи с этим, параллельно с конструкторским сопровождением серийного производства танка Т-64, в 1963 году началась работа по установке на танк Т-64 новой 125мм гладкоствольной танковой пушки Д-81Т (2А26). Технический проект нового танка, которому был присвоен индекс “объект 434”, был готов в 1964 году. В этом же году была выпущена установочная партия в 20 машин, которые 1966 – 1967 годах прошли всесторонние войсковые испытания. В мае 1968-го года новый танк был принят на вооружение Советской Армии под маркой “средний танк Т-64А”.

Новая 125-мм танковая пушка Д-81Т (2А26) была разработана в 1962 году на заводе № 172 (г. Пермь) в ОКБ-9 под руководством Ф.Ф. Петрова. Мощность новой танковой пушки была такова (во время выстрела на цапфы пушки передавалось усилие до 350 тонн), что во время полигонных испытаний, которые проводились в 1963 году, пушка Д-81Т устанавливалась на лафете 203-мм гаубицы Б-4.

Установка новой пушки потребовала существенных изменений в конструкции башни танка и механизма заряжания, а так же замене дневных и ночных прицелов и стабилизатора танкового вооружения. Параллельно с этим велись работы по улучшению других узлов и агрегатов танка и увеличению их надёжности и технологичности в процессе производства.

Проводились исследования, направленные на дальнейшее повышение уровня броневой защиты танка от кумулятивных снарядов и воздействия ОМП на экипаж танка.

Боевая масса нового танка возросла до 37 тон. На танке Т-64А первых серий был установлен новый оптический прицел-дальномер ТПД-2-1(1Г15-1), ночной прицел ТПН-1-43А и стабилизатор вооружения 2Э23. Ёмкость нового механизма заряжания 6ЭЦ10 сократилась до 28 артиллерийских выстрелов, а боекомплект танковой пушки до 37 выстрелов.

Танк получил новую крышу МТО, улучшенную эжекционную систему охлаждения.

Изменилось ёмкость, форма и количество наружных топливных и масляных баков, укладка ЗИП и съемных узлов ОПВТ. Наружный масляный бак зимой обогревался за счёт подвода к нему части выхлопных газов через обводной газоход двигателя.

На надгусеничных полках устанавливались съёмные алюминиевые противокумулятивные щитки (по четыре на борт) и несъёмные резиновые экраны.

Аналогичные щитки и экраны с 1967 года устанавливались и на объекте 432.

С 1 января 1966 года для более интенсивного конструкторского сопровождения серийного производства объектов 432 и 434, а так же более эффективного устранения недостатков, выявленных в ходе испытаний и войсковой эксплуатации танков, КБ-60М и опытный цех № 190 танкового производства были объединены в самостоятельное предприятие – “Харьковское Конструкторское бюро по машиностроению”(ХКБМ).

Начальником и Главным конструктором ХКБМ был назначен А.А. Морозов.

В ходе серийного производства танк Т-64А постоянно совершенствовался.

Модернизации подвергались вооружение танка, система управления огнём, силовая установка, трансмиссия и ходовая часть. Танки оснащались новым инженерным оборудованием и усовершенствованными средствами связи. Модернизации подвергались серийные и капитально отремонтированные танки.

В 1971 году на танке установили улучшенный прицел-дальномер ТПД-2-49 (1Г15-2), ночной прицел ТПН-1-49-23, модернизированную радиостанцию Р-123М. Изменилась укладка съёмных узлов ОПВТ. На башне танка, справа, установлен специальный ящик для съёмных узлов ОПВТ. Изолирующие аппараты АТ-1 уложены в три ящика, закреплённые на башне танка слева. Укладка по-походному воздухопитающей и выхлопной труб с крыши МТО перенесена на кормовую часть башни.

В 1972 году на танке была установлена зенитно-пулемётная установка закрытого типа. Зенитный пулемёт НСВТ-12,7 “Утёс”(6П17) с боекомплектом 300 патронов был оснащен прицелом ПЗУ-5 и электроприводом 1ЭЦ20 и смонтирован на командирской башенке. При этом антенный ввод с крыши башни перенесён в кормовую нишу за люком командира танка.

С января 1973 года на танке Т-64А установлен новый прибор ночного видения ТВН-4ПА вместо ТВНО-2БМ у механика-водителя и прибор ТНП-165А вместо прибора ВНМ у наводчика, а так же оборудование для самоокапывания и установки минного трала КМТ-6. Реле РСГ-10М стартер-генератора заменено на реле РСГ-10М1.

В июле 1973 года вместо аппаратуры 3ЭЦ11 управления исполнительными приводами систем ПАЗ и ППО устанавливается усовершенствованная система 3ЭЦ11-2, а в левом переднем топливном баке установлен центробежный топливный насос БЦН-1.

В 1974 году проведены работы по усилению броневой защиты башни танка – применён корундовый наполнитель. С января 1974 года механизм заряжания получает пульт дублирования для командира танка и улучшенный визуальный указатель количества выстрелов, загруженных в МЗ. Отменены прибор автоблокировки и пульт загрузки П-2, взамен которых установлен единый пульт загрузки П-3. Для удобства работы с системой гидропневмоочистки смотрового прибора механика-водителя в правом рычаге установлена кнопка включения системы ГПО.

В апреле 1974 года для улучшения работы командиру танка с ЗПУ изменены места укладки магазинов к пулемёту ПКТ и сумок с магазинами к автомату Калашникова, изменена конструкция буксирных крюков с целью возможности использования жёсткой сцепки, а в мае того же года установлено грязевое уплотнение штоков гидроамортизаторов.

С октября 1974 года на крыше башни справа от наводчика установлен подпоромер и введены постоянно установленные элементы герметизации танка для преодоления им водной преграды и изменены приводы управления жалюзи над радиатором. Введена система дорожной сигнализации, новый щит контрольных приборов механика-водителя танка и новое вращающееся контактное устройство ВКУ-330-4 вместо ВКУ-330-1.

В ноябре 1974 года на танке Т-64А устанавливается модернизированная танковая пушка Д-81ТМ (2А46-1) и стабилизатор вооружения 2Э28М2.

В январе 1975 года изменён дроссель рабочих оборотов механизма заряжания, а в июне была улучшена электрическая схема МЗ. В ходовой части танка введены дополнительные резиновые гофрированные чехлы для защиты штоков гидроамортизаторов, а в системе электрозапуска двигателя танка пусковое устройство ПУС-10 заменено на ПУС-15Р.

Начиная с апреля 1975 года вместо состава “3,5”баллоны системы ППО заряжают фреоном 114В2, а в систему питания двигателя топливом введены три дополнительных наружных топливных бака на правой надгусеничной полке. В связи с этим изменена укладка ЗИП снаружи и внутри машины. На танке установлены два ящика для укладки ЗИП – на правой надгусеничной полке и на корме башни. Ящик для личных вещей экипажа установлен справа на башне танка.

С мая 1975 года для увеличения углов обзора командиру и наводчику танка введены дополнительные приборы наблюдения ТНПА-65, установленные на крышках люка командира и наводчика.

На машинах выпуска с июня 1975 года установлен двигатель 5ТДФ, обеспечивающий работу на трёх видах топлива: дизельном, керосине ТС-1 и бензине А-72 (двигатели 5-ТДФ выпуска с июня 1973 по май 1975 года также могут эксплуатироваться на различных видах топлива только на местности высотой до 1000 метров над уровнем моря). Так же введён привод управления механизмом ограничения подачи топлива.

В августе 1975 года ствол танковой пушки Д-81ТМ снабжён термозащитным кожухом, предназначенным для уменьшения влияния неблагоприятных метеорологических условий и, как следствие, неравномерного нагрева ствола на изгиб ствола при стрельбе, а в противооткатные устройства введён тормоз отката с встроенным компенсатором жидкости.

С октября того же года в состав МЗ введён механизм досылания с реечным силовым исполнительным цилиндром взамен гидромотора. Улучшенный механизм заряжания получил индекс 6ЭЦ10М.

На танках выпущенных после июня 1976 года увеличена плавность хода за счёт введения торсионных валов повышенной энергоёмкости и изменённой установки упоров балансиров.

С августа 1976 года применяются усиленные гусеничные ленты, увеличены сроки и изменен объём технического обслуживания. Если ранее техническое обслуживание № 1 проводилось через 1500 километров пробега танка, а техническое обслуживание № 2 – через 3000 километров, то на машинах выпуска с 1976 года техническое обслуживание № 1 проводится через 2500 километров пробега, а техническое обслуживание № 2 – через 5000 километров.

В январе 1977 года на танке Т-64А установлен безнасосный подогреватель и отменён электрофакельный подогрев всасываемого в двигатель воздуха.

С марта 1977 года в системе гидроуправления и смазки силовой передачи помимо масла МТ-8п применяется масло ТСЗп-8.

Начиная с августа 1977 года, на танке взамен стартер-генератора СГ-10 устанавливается стартер-генератор СГ-10-1С.

В декабре 1977 года на группе машин, и на всех танках выпуска 1978 года отменены воздухопритоки корпуса и башни.

С апреля 1978 года на танке установлен новый прибор ночного видения ТВНЕ-4Б вместо ТВН-4ПА у механика-водителя.

С января 1979 года на танке Т-64А устанавливалась система запуска дымовых гранат 902А “Туча-1”, приводимая в действие наводчиком танка.

С января 1980 года на танках отменяются ранее применяемые алюминиевые щитки и вводятся новые сплошные резинометаллические экраны. Для повышения эффективности стрельбы из пулемёта ПКТ в прицеле-дальномере ТПД-2-49 введена новая сетка для стрельбы из пулемёта. В системе электрооборудования танка взамен аккумуляторных батарей 12СТ-70М устанавливаются батареи 12СТ-85Р.

По состоянию на 1 января 1981 года танк Т-64А, выпускавшийся параллельно с танками Т-64Б (объект 447А) и Т-64Б-1(объект 437А), был на 95% унифицирован с последними. На танке была усиленна броневая защита корпуса и башни, установлен механизм заряжания 6ЭЦ15 и электропривод ЗПУ 1ЭЦ40-2С. На части танков вместо прицела-дальномера ТПД-2-49 устанавливался квантовый прицел-дальномер ТПД-К-1.

С 1985 года танки Т-64А в ходе капитального ремонта стали оснащаться комплектом навесной динамической защиты “Контакт”. На части танков вместо устаревшего стабилизатора 2Э28М-2 устанавливался новый стабилизатор вооружения 2Э42-1, а вместо оптического прицела-дальномера ТПД-2-49 прицельный комплекс 1А40. В состав прицельного комплекса входит лазерный прицел-дальномер 1А40 и устройство выработки боковых упреждений УВБУ.

Вместо устаревших ламповых радиостанций Р-123М и ТПУ Р-124 на модернизированных танках стали устанавливать новые полупроводниковые радиостанции Р-173 “Абзац-Р”, приёмники Р-173П “Абзац-П”а так же новое танковое переговорное устройство ТПУ Р-174.

На части танков в ходе капитального ремонта новые ТПУ Р-174 не устанавливались, а были оставлены старые ТПУ Р-124.

В войсках нередко встречаются “танки-гибриды”, которые тяжело отнести к той или иной модификации танка Т-64А или Т-64Б. Такая ситуация возникла в результате полного обезличивания комплектующих деталей в ходе проведения капитального ремонта. При этом на ряде танков Т-64А первых серий были установлены башни танков, выпущенных в 1976- 1981-х годах, а иногда и танков Т-64Б или Т-64Б-1. В результате чего эти танки имели нестандартную укладку ЗИП, размещение оборудования снаружи и внутри корпуса и башни танка.

Кроме линейных танков Т-64А выпускался командирский вариант – танк Т-64АК (объект 446). От линейных танков он отличался наличием коротковолновой радиостанции Р-130М с комбинированным антенным устройством, навигационной аппаратуры ТНА-3, перископической артиллерийской буссоли ПАБ-2АМ и бензоэлектрического зарядного агрегата АБ-1-П/30М1.

Дополнительное оборудование в командирском танке расположено в отделении управления, боевом отделении и снаружи танка. Размещение дополнительного оборудования в командирском танке осуществляется за счёт уменьшения боекомплекта пушки до 28 выстрелов, а спаренного с ней пулемёта до 1000 патронов, отсутствия зенитно-пулемётной установки, изменения укладки ЗИП и табельного имущества снаружи и внутри танка, а так же изъятия гирополукомпаса ГПК-59 с преобразователем ПАГ-1Ф.

Установленное на танке оборудование обеспечивает оперативную связь с вышестоящим командиром в радиусе от 75 до 350 километров на стоянке и до 50 километров при движении танка. Наличие навигационной аппаратуры позволяет осуществлять непрерывное определение местоположения танка при его движении, а также определять направление движения на пункт назначения танкового подразделения. Наличие автономного бензоэлектрического агрегата позволяет осуществлять автономное питание средств связи во время стоянки при неработающем основном двигателе.

Командирский танк Т-64АК неоднократно модернизировался в ходе серийного производства параллельно с линейными танками Т-64А.

Основной боевой танк Т-64Б и его модификации В начале 70-х годов в ХКБМ в инициативном порядке был проведён ряд работ в объёме эскизных проектов по глубокой модернизации серийного танка Т-64А. Эскизный проект танка Т-64А-2М был выполнен под руководством первого заместителя главного конструктора ХКБМ Н.А. Шомина в 1973 году.

В проекте нового танка были глубоко проработаны вопросы дальнейшего повышения огневой мощи, защищённости и подвижности по сравнению с серийным танком Т-64А. В ходе проектирования были предложены ряд новых технических решений. Новая, изменённой формы башня танка имела больший внутренний объём. Лобовая часть башни представляла собой многослойную броневую преграду, где между стальных броневых стенок размещался наполнитель, состоявший из броневых пластин с ячейками, залитыми полиуретаном.

В башне танка устанавливается усовершенствованная 125-мм танковая пушка 2А46-2, позволяющая вести стрельбу как обычными боеприпасами, так и управляемыми снарядами (ракетами). Более рационально были размещёны немеханизированные укладки артиллерийских выстрелов и магазинов ПКТ, в результате чего боекомплект пушки возрос до 42 выстрелов, а ПКТ – до 1500 патронов.

Система управления огнём (СУО) нового танка должна была включать новый лазерный прицел-дальномер 1Г21 с двухплоскостной стабилизацией поля зрения прицела, более совершенный стабилизатор вооружения 2Э26, танковый баллистический вычислитель и датчики отклонений условий стрельбы от нормальных. На танке предполагалась установка специально разрабатываемого комплекса управляемого ракетного вооружения (КУРВ).

С целью повышения подвижности танка предполагалась установка более мощного двигателя 6ТД. Многие из этих конструктивных решений нашли своё воплощение в конструкциях последующих объектов 447 и 476.

В середине 70-х годов специально для пушечных танков был разработан комплекс управляемого вооружения “Кобра”. Управляемый снаряд (ракета) с боевой кумулятивной частью запускался через ствол основной артиллерийской системы, и с вероятностью 0,7 попадал в неподвижные, движущиеся и малоразмерные цели на расстоянии до 4000 метров.

Во исполнение приказа МОП СССР № 339 от 12.08.1973 года в ХКБМ был выполнен технический проект танка Т-64А (объект 447), оснащенного комплексом управляемого вооружения “Кобра”и новой системой управления огнём “Обь”. Опытный образец танка “объект 447”прошёл всесторонние испытания в 1975году.

Эффективность СУО танка “объект 447”оказалась в 1,6 раза выше, чем СУО танка Т64А. После завершения испытаний КУРВ “Кобра”и СУО “Обь”были доработаны и в 1976 году приняты на вооружение танков “объект 447А”под индексом 9К112 и 1А33 соответственно. Броневой корпус, трансмиссия, ходовая часть, электро- и спецоборудование объекта 447А были полностью заимствованы от Т-64А образца 1976 года.

Система управления огнём 1А33 предназначена для обеспечения ведения эффективного огня из пушки и спаренного с ней пулемёта по танкам и другим бронированным целям, движущимся со скоростями до 75 км/ч, по малоразмерным целям типа ДОТ или ДЗОТ, а так же по живой силе противника при стрельбе с места или сходу, при скорости движения танка до 30 км/ч – на дальностях действительного огня пушечного и пулемётного вооружения как при прямой видимости целей через прицел-дальномер, так и с закрытых огневых позиций. СУО 1А33 функционально связана с комплексом управляемого вооружения 9К112 и обеспечивает эффективную стрельбу из пушки управляемыми снарядами 9М112.

В состав СУО 1А33 входит прицельный комплекс 1А34, стабилизатор вооружения 2Э26М и комплект датчиков входной информации. Прицельный комплекс 1А34 состоит из лазерного прицела-дальномера, прибора слежения (ПДПС) 1Г42 с электроблоком, блока разрешения выстрела 1Г43 и танкового баллистического вычислителя 1В517. К датчикам входной информации относятся датчик ветра 1Б11, датчик крена 1Б14, датчик скорости танка и датчик курсового угла.

Аппаратура СУО 1А33 размещается в боевом отделении танка и частично в корпусе танка. При работе с СУО 1А33 предусмотрены основной и пять аварийных режимов работы, возникающих при выходе из строя входящих в систему узлов или блоков.

Комплекс управляемого вооружения 9К112 предназначен для обеспечения ведения эффективного огня из пушки по танкам и другим бронированным целям, движущимся со скоростями до 75 км/ч, а так же для стрельбы по малоразмерным целям типа ДОТ или ДЗОТ с места или сходу, при скорости движения танка до 30 км/ч – на дальностях от 500 до 4000 метров при условии прямой видимости целей через прицел-дальномер прибор слежения. В состав комплекса 9К112 входят управляемый снаряд 9М112, блок цепей управления 9В387, комплект 9И36 и наземная аппаратура управления 9С461 “Град танковый, наземный”.

Аппаратура комплекса управляемого вооружения размещается в боевом отделении танка в виде отдельных съёмных блоков.

Управление полётом управляемого снаряда 9М112 осуществляется по радиолинии связи. Аппаратура управления 9С461 имеет пять литерных частот и два кода сигнала управления. Обратная связь снаряда с аппаратурой управления на танке осуществляется автоматически от установленного на борту снаряда модулированного источника света (излучателя).

Снаряд состоит из двух отсеков, укладываемых в лотках МЗ 6ЭЦ40 и соединяемых между собой в лотке МЗ в процессе досылания снаряда в камору пушки 2А46-2. Снаряд снабжён серповидными крыльями, раскрывающимися после выхода снаряда из канала ствола, создающими подъёмную силу и придающими снаряду в полёте вращательное движение вокруг продольной оси снаряда. Исполнительными управляющими органами в полёте являются рули снаряда.

Стрельба управляемыми снарядами осуществляется в трёх режимах: “основном”, “стрельба с превышением”и “Д‹1000м”. Диапазон углов вертикального наведения для режима стрельбы “Основной”составляет от минус 7° до плюс 11° и при крене до 15°.

Комплекс 9К112 обеспечивает стрельбу управляемым снарядом над водной поверхностью. Стрельба по вертолётам на дальностях до 4000 метров возможна при наличии внешнего целеуказания и обнаружении вертолёта на дальности не менее 5000 метров и при скорости цели до 300 км/ч, высоте цели до 500 метров и курсовом параметре до 700 метров.

Комплекс 9К112 обеспечивает одновременную стрельбу в составе роты танков по близко расположенным целям, в том числе стрельбу из двух танков одновременно по одной цели при интервале между стреляющими танками по фронту не менее 30 метров и работе радиолиний на различных литерных частотах и кодах.

На объекте 447А установлен новый механизм заряжания 6ЭЦ40, лотки которого приспособлены для укладки управляемого снаряда 9М112. Кроме того, в состав гидравлической системы МЗ введён гидропневмоаккумулятор и реечный силовой цилиндр, обеспечивающие стыковку головного и хвостового отсеков управляемого снаряда 9М112 при досылании его в камору танковой пушки. В блоке управления МЗ БУ-47 помимо цепей управления МЗ размещен усилитель горизонтального наведения электропривода ЗПУ 1ЭЦ40.

Объект 447А вооружён 125-мм танковой пушкой 2А46-2 спаренной с 7,62-мм пулемётом ПКТ. Вследствие установки на объекте 447А комплекса управляемого вооружения боекомплект танка сократился до 36 артиллерийских выстрелов и 1250 патронов к пулемёту ПКТ.

В связи с увеличением количества потребителей электрической энергии на танке Т-64Б установили более мощный стартер-генератор СГ-18 и пускорегулирующую аппаратуру, состоящую из реле-регулятора Р15М-2С, пускового устройства стартера ПУС-15Р и реле РСГ-10М-1.

Танки “объект 447А”, оснащенные комплексом управляемого вооружения 9К112 и системой управления огнём 1А33, постановлением Совета министров СССР и ЦК КПСС № 733-244 от 3.09.1976 года под маркой “Основной боевой танк Т-64Б”и кодовым наименованием “Сосна”были приняты на вооружение.

Однако возросшая стоимость танка не позволяла оснащать все танки дорогостоящим комплексом управляемого вооружения. Поэтому, в соответствии с требованиями заказчика, параллельно с танком Т-64Б выпускался его упрощенный вариант Т-64Б-1 (объект 437А), отличавшийся от последнего отсутствием комплекса управляемого вооружения 9К112, но сохранившим систему управления огнём 1А33 и возможность установки КУРВ.

Боекомплект танка Т-64Б-1, в отличие от Т-64Б, составляет 37 артиллерийских выстрелов и 2000 патронов к пулемёту ПКТ.

Танки Т-64Б и Т-64Б-1 до 1985 года выпускались параллельно с танками Т-64А. В результате этого танковые дивизии нередко имели один полк, вооружённый танками Т-64Б, другой – Т-64Б-1, а третий – Т-64А. Имели место и танковые полки, на вооружении которых находились все три типа танков одновременно.

В ходе серийного производства танки Т-64Б и Т-64Б-1 постоянно совершенствовались. Усиливалась броневая защита корпуса и башни танка. Модернизации подвергались вооружение, комплекс управляемого вооружения, система управления огнём, силовая установка, трансмиссия и ходовая часть. Танки оснащались новыми усовершенствованными средствами связи. Модернизации подвергались серийные и капитально отремонтированные танки.

В январе 1979 года на танках Т-64Б и Т-64Б-1 устанавливается система запуска дымовых гранат 902Б “Туча-2”, приводимая в действие наводчиком танка.

В конце 1979 года на части машин устанавливаются новая 125-мм танковая пушка 2А46М-1, новый стабилизатор вооружения 2Э42, СУО 1А33-1, КУРВ 9К112-1, модернизированный МЗ 6ЭЦ40-2С и новые сплошные резинометаллические экраны.

Кроме того, небольшая часть танков Т-64Б оснащается комплектом навесной динамической защиты “Контакт”из 265 контейнеров с двумя элементами динамической защиты для защиты от кумулятивных снарядов и ПТУР. Элемент динамической защиты состоит металлической пластины и взрывчатого вещества.

С января 1980 года на всех танках Т-64Б и Т-64Б-1 отменяются ранее применяемые алюминиевые щитки и вводятся новые сплошные резинометаллические экраны. В системе электрооборудования танка взамен аккумуляторных батарей 12СТ-70М устанавливаются батареи 12СТ-85Р.

Начиная с конца 1979 года параллельно с серийным производством танков Т-64Б, оснащённых комплектом навесной динамической защиты “Контакт”, проходили всесторонние испытания нового средства защиты от кумулятивных снарядов и ПТУР.

Новое средство защиты имело как своих привержненцев, так и противников. С одной стороны при незначительном увеличении массы танка удалось значительно повысить его противоснарядную защиту. С другой – возростала пожароопасность танка и возможность сильной контузии экипажа в случае детонации комплекта динамической защиты. Во время испытаний ДЗ был случай повреждения танка от ДЗ и министр обороны запретил ее принятие на вооружение. Однако успешное применение израильтянами нового типа защиты в ходе боевых действий на ближнем востоке привело к окончательному решению данного вопроса и комплектами навесной динамической защиты стали оснащаться все основные боевые танки СССР.

В соответствии с решением военно-промышленного комитета в 1981 – 1983 годах была разработана техническая документация на установку в ходе капитального ремонта на танках Т-64Б и Т-64Б-1 комплекта навесной динамической защиты "Контакт".

Модернизированный вариант танков был принят на вооружение приказом МО СССР № 07 от 14 января 1985 года под маркой Т-64БВ и Т-64БВ-1.

Все новые танки Т-64БВ и Т-64БВ-1 оснащались новыми 125-мм танковыми пушками 2А46М-1, новыми стабилизаторами вооружения 2Э42, СУО 1А33-1, КУРВ 9К112-1 (на Т-64БВ-1 предусматривалась установка) и модернизированными МЗ 6ЭЦ40-2С. Вместо устаревших ламповых радиостанций Р-123М и ТПУ Р-124 на танках Т-64БВ и Т-64БВ-1 стали устанавливать новые полупроводниковые радиостанции Р-173 “Абзац-Р”, приёмники Р-173П “Абзац-П”и ТПУ Р-174. На башне, лобовом и бортовых листах корпуса и надгусеничных полках были приварены специальные кронштейны и бонки для крепления динамической защиты. Боевая масса танка возросла до 42,4 тонн (боевая масса танка Т-64БВ без установки контейнеров и съёмных улов динамической защиты составляла 40,6 тонн). В связи с установкой динамической защиты пусковые установки системы 902Б “Туча-2”были перенесены с лобовой части башни на её левый борт и сгруппированы на двух кронштейнах по четыре пусковых установки. Несколько изменилась укладка ящиков с аппаратами АТ-1: два ящика с левого борта башни установлены по бокам на ящике ЗИП на корме башни.

Танки Т-64Б и Т-64Б-1, в ходе капитального ремонта доведенные до уровня Т-64БВ и Т-64БВ-1, могли быть оснащены старыми 125-мм танковыми пушками 2А46-2, СТВ 2Э26М, СУО 1А33 и КУРВ 9К112. На части танков в ходе капитального ремонта были установлены новые радиостанции Р-173 “Абзац-Р”, приёмники Р-173П “Абзац-П”и ТПУ Р-174. При этом ТПУ Р-174 иногда не устанавливались, а были оставлены старые ТПУ Р-124.

Кроме линейных танков Т-64Б (Т-64БВ) выпускался командирский вариант – танк Т-64БК (объект 446Б) Т-64БКВ (объект 446БВ), дополнительное оборудование которых полностью идентично оборудованию, устанавливаемому на командирском танке Т-64АК.

Опытные объекты, созданные на базе танков Т-64А и Т-64Б В 1966 году один из опытных танков “объект 434”был перевооружен. Вместо 125-мм танковой пушки Д-81Т была установлена 125-мм опытная пушка Д-85 с новым сферическим затвором. Опытный образец танка под индексом объект 437 прошёл полигонные испытания, но из-за ненадёжной работы затвора на вооружение принят не был.

В связи с принятием решения правительства о массовом выпуске танков Т-64А на трёх основных танковых заводах – харьковском заводе тяжёлого машиностроения имени Малышева, ленинградском Кировском и нижнетагильском Уралвагонзаводе – остро стал вопрос о силовой установке танка. Двигатель 5ТДФ серийно выпускался только на заводе имени Малышева. А так как последний не обладал необходимыми мощностями для выпуска такого количества двигателей, которое было бы необходимо для выпуска танков на трёх заводах, и двигатель 5ТДФ в то время имел много рекламаций из войск по надёжности и ресурсу, требовалось кардинальное решение этого первоочередного вопроса.

Постановлениями ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 15 августа 1966 года № 645-205 и от 15 августа 1967 года № 802-266 предписывалось в 1968-1969 годах провести опытные конструкторские работы по отработке резервного варианта “объекта 434”с двигателем В-45.

А 16 апреля 1968 года было принято новое постановление о создании газотурбинной силовой установки для танка Т-64А. Разработка танка с ГТД поручалась СКБ-2 ленинградского Кировского завода совместно с авиадвигательным КБ имени Климова и завершилась созданием опытного танка “объект 219 сп.1”и его усовершенствованного варианта “объект 219 сп.2”- прототипом танка Т-80.

Работы по проектированию резервного варианта МТО с челябинским двигателем В-45 для танка Т-64 были начаты ещё в 1961 году. В 1966 – 1967 годах три опытных танка объект 436 на базе танка Т-64 прошли всесторонние испытания в районах Омска и Ленинграда. По результатам испытаний объектов 436 МТО с двигателем В-45 было усовершенствованно и установлено на опытный танк объект 438 на базе танка Т-64А. В 1968 году в соответствии с Приказом Министра оборонной промышленности № 594 от 12 сентября 1967 года была выпущена конструкторская документация для изготовления опытного образца танка Т-64А с двигателем В-45. А в 1969 году в соответствии с Приказом МОП № 623 от 28 сентября 1967 года было изготовлены и испытаны четыре опытных образца танка Т-64 (объект 439) с новым МТО. Успешно прошедшие испытания показали, что вариант танка Т-64А с резервным двигателем В-45 по характеристикам подвижности полностью соответствует основному варианту.

В дальнейшем техническая документация по объекту 439 была передана в ЦКБ тяжёлого машиностроения Уралвагонзавода в Нижнем Тагиле, где на её основе были разработаны опытные танки “объект 172”и его усовершенствованный вариант “объект 172М”- прототип всемирно известного танка Т-72 “Урал”.

В 1974-1979гг в ХКБМ параллельно с конструкторским сопровождением серийного производства танков Т-64А, а в последствии Т-64Б и Т-64Б-1, проводились ОКР по разработке моторно-трансмиссионного отделения с новым, более мощным двигателем 6ТД для серийных танков Т-64А, Т-64Б и Т-64Б-1. В 1975 году был разработан технический проект танка, оснащенного новым МТО, а в феврале 1976 года “в подарок”к XXV съезду КПСС на базе танка Т-64А были изготовлены три опытных танка объект 476. Кроме нового МТО танки были оснащены новыми изменённой формы башнями с большим внутренним объёмом. Лобовая часть башен представляла собой многослойную броневую преграду, где между стальных броневых стенок размещался наполнитель, состоявший из броневых пластин с ячейками, залитыми полиуретаном. В 1978-1979 годах новые танки проходили всесторонние испытания во всех климатических зонах СССР. В октябре 1979 года по результатам проведенных испытаний двигатель 6ТД был рекомендован к серийному производству. Решением коллегии МО СССР от 5 января 1978 года и Министерства оборонной промышленности СССР от 26 июля 1978 года новый танковый двигатель 6ТД запушен в серийное производство. А 25 января 1979 года была утверждена техническая документация по модернизации серийных танков Т-64А, Т-64АК, Т-64Б и Т-64Б-1 в ходе капитального ремонта. Модернизированные танки приняты на вооружение приказом МО СССР № 0262 от 21.12.81 года под марками Т-64АМ, Т-64АКМ, Т-64БМ и Т-64Б-1М. К сожалению, серийное производство этих танков так и не было организовано в силу ряда политических и экономических причин.

Новая башня с объекта 476 была оснащена комплексом управляемого вооружения 9К112-1 и новым МЗ 6ЭЦ43 и установлена на опытном танке объект 478 – прототипе знаменитого танка Т-80УД “Берёза”. Кроме того, башня доработанная под новую СУО 1А45 “Иртыш”и КУРВ 9К119 “Рефлекс”, была установлена на модернизированном танке Т-80А (объект 219А), выпуск которого предполагалось развернуть на ХЗТМ с 1982 года.

Впоследствии эта же башня была установлена как на омском Т-80У, так и на харьковском Т-80УД.

После распада СССР в период с 1991 по 1999 год в ХКБМ был разработан ряд технических проектов по усилению защищённости и модернизации системы управления огнём танков Т-64БВ и Т-64БВ-1 до уровня танков Т-80УД и Т-84. Для усиления защищённости модернизированные танки оснащаются встроенной динамической защитой украинской разработки. Для улучшения подвижности на танках устанавливается модернизированный двигатель 5ТДФ-М мощностью 850 лошадиных сил. Модернизация же системы управления огнём в зависимости от желания заказчика может проводиться в двух вариантах.

Первый вариант модернизации – танк Т-64БМ2 (объект 447АМ-2) предусматривает установку комплекса управляемого вооружения 9К119, прицельных комплексов 1А43У “Рось”и ТО1-КО1Э, а так же механизма заряжания 6ЭЦ43.

Второй вариант модернизации – танк Т-64У (объект 447АМ-1) заключается в установке на танке в полном объёме системы управления огнём 1А45, унифицированной с танками Т-80УД (объект 478Б) и Т-84 (объект 478ДУ2) В состав СУО 1А45 входят прицельные комплексы 1А43У, ТО1-КО1Э и ПНК-4СУ.

Прицельный комплекс 1А43У включает в себя прицел-дальномер прибор наведения 1Г46М “Промiнь”(“Луч”) с электроблоком, блок разрешения выстрела и танковый баллистический вычислитель 1В528-1 (ТИУС-В). Кроме того, вместо датчика ветра 1Б11 устанавливается новый датчик ветра ДВЕ-БС. Прицельный комплекс ТО1-КО1Э состоит из ночного инфракрасного прицела ТПН-4Э “Буран-Э”и осветителя Л-4 (устанавливается по желанию заказчика).

Прицельный комплекс ПНК-4СУ размещён в правом люке башни танка и состоит из комбинированного прицела командира танка ТКН-4С “АГАТ”с электроблоком. Помимо нового прицельного комплекса в правом люке башни размещены зенитный прицел ПЗУ-7 и привод наведения 1ЭЦ29, который совместно с ПНК-4СУ позволяет командиру танка брать на себя управление вооружением танка.

Все оптические приборы, устанавливаемые на танки в ходе модернизации, являются модернизированными вариантами советских прицелов “Иртыш”, “Буран”и “Агат”. В состав прицелов введены электронно-оптические преобразователи нового поколения, узлы и блоки, существенно повышающие их характеристики и возможности. Все прицелы серийно выпускаются на Украине научно-производственным комплексом НПК “Фотоприбор”в городе Черкассы. В перспективе планируется замена прицельного комплекса ПНК-4СУ на ПНК-5, в состав которого введён собственный лазерный дальномер и устройство ввода бокового упреждения.

Во время парада в честь независимости Украины 24 августа 1999 года были продемонстрированы шесть капитально отремонтированных на 115-м танкоремонтном заводе в городе Харькове танков с макетом встроенной динамической защиты, два модернизированных танка Т-64БМ2 (объект 447АМ-2) и один Т-64У (объект 447АМ-1), выпущенных на ХЗТМ. При этом Т-64У с башенным номером "201" находился на "скамье запасных" и по Крещатику не шел. Внешне Т-64У легко отличить от Т-64БМ2 по отсутствию осветителя на башне рядом с пушкой и антеннообразному датчику ветра на корме башни взамен старого с "ушами", а так же по ЗПУ на командирском люке, которая у Т-64БМ2 осталась прежняя, а у Т-64У такая, как на Т-80УД и Т-84.

Специальные машины созданные на базе танка Т-64 Помимо серийного производства танков Харьковский завод транспортного машиностроения имени В.А. Малышева занимается производством тяжёлых артиллерийских тягачей и инженерных машин на их базе. Создание артиллерийских тягачей с использованием танковых агрегатов – давняя традиция харьковских машиностроителей.

Образцом компоновки для машин данного класса стал тяжёлый артиллерийский тягач “Коминтерн”, созданный на ХПЗ в середине 30-х с использованием узлов ходовой части первого серийного среднего танка Т-24. Наиболее известным харьковским тягачом, созданным в 50-х годах на базе среднего танка Т-54, стал артиллерийский тягач АТ-Т.

Тягачи АТ-Т завод № 75 в те годы выпускал в больших количествах, чем танки.

Переход амии на новое поколение танков потребовал создания и новых артиллерийских тягачей и инженерных машин на их базе. Освоение серийного производства танка Т-64 вызвало необходимость создания нового артиллерийского тягача с использованием ходовой части и трансмиссии серийного танка. Разработка нового тягача велась в отделе 61 под руководством главного конструктора А.Д. Мотрича, а затем М.П.

Кулагина. Длительная и кропотливая работа завершилась принятием на вооружение многоцелевого транспортёра-тягача МТ-Т (изделие 429АМ).

Двадцатипятитонный тяжелый многоцелевой гусеничный транспортер-тягач МТ-Т предназначен для буксирования артиллерийских систем и специальных колесных прицепов массой до 25 тонн, перевозки в кузове людей, транспортирования груза и оборудования массой до 12 тонн.

Особенностью устройства машины являются: продольное расположение двигателя В46-4 в передней части корпуса машины и эжекционное его охлаждение, осуществляемое в двух отсеках системы охлаждения, переднее расположение пятиместной двухдверной герметичной кабины, оборудованной фильтровентиляционной установкой, механизмов трансмиссии и ведущих колес и заднее расположение кузова. Сварной кузов тягача открытого типа со съёмным тентом имеет откидной задний борт и оборудован четырьмя откидными сиденьями, переговорным устройством и световой сигнализацией.

Тягач оборудован радиостанцией Р-123М и ТПУ Р-124, системой отопления кабины, системой защиты от оружия массового поражения и автоматическим противопожарным оборудованием. К специальному оборудованию многоцелевого транспортёра-тягача относится лебёдка с тяговым усилием 25000 кгс, оборудование для самоокапывания бульдозерного типа и тягово-сцепное устройство.

В 80-х годах на базе транспортёра-тягача под руководством главного конструктора отдела 61 П.И. Сагира, сменившего на этом посту М.П. Кулагина, были разработаны и переданы в серийное производство путепрокладчик БАТ-2 (изделие 454) и котлованная машина МДК-3 (изделие 453).

Для десантной переправы через водные преграды артиллерийских систем, колёсных и гусеничных тягачей, бронетранспортёров, автомобилей, личного состава и различных грузов на базе транспортёра-тягача МТ-Т разработан плавающий гусеничный транспортёр ПТС-2.

Его грузоподъёмность на суше и на воде составляет 12 тонн, а максимальная транспортёрная скорость на суше – 60 километров в час, а на плаву – около 12.

Кроме плавающего гусеничного транспортёра на базе МТ-Т разработан так же самоходный паром ПММ-2М, предназначенный для переправы через водные преграды танков, ракетных комплексов, автопоездов и другой техники. Паром из трёх машин способен выдержать вес до 127,5 тонн, а масса одиночной нагрузки, перевозимой на пароме, составляет 50 тонн.

После 1990 года в рамках конверсии на базе транспортёра-тягача МТ-Т были созданы самоходный кран КГС-25, промышленный бульдозер БГ-1 и универсальная пожарная машина УПГ-92.

Конверсия затронула не только завод-изготовитель, но и ремонтные предприятия, на которых осуществлялся капитальный ремонт бронетанковой техники и специальных машин на её базе. Так, например 115-й Харьковский бронетанковый завод изготовил на базе танков Т-64 и Т-64А партию тягачей-бульдозеров и тягачей-транспортеров. Башня и вооружение были демонтированы. В носовой части машины из конструкционной стали была изготовлена рубка для механика-водителя и такелажников. Силовая установка, силовая передача и ходовая часть танка остались без изменений. Масса тягача-бульдозера составила 26,3 тонны, производительность бульдозера 150 – 200 м3/час, сила тяги на крюке – 18 тонн.

Конечно, дизайн тягача-бульдозера оставляет желать лучшего, а отсутствие тяговой лебёдки сильно снижает сферу его деятельности. Но все эти недостатки – специфика нашего времени, когда во главу угла ставится снижение материальных затрат на изготовление конверсионных образцов техники и снижение их цены, что даёт им шанс быть хоть немного конкурентоспособными в современных рыночных условиях при отсутствии финансовой поддержки основного заказчика в лице Министерства обороны Украины.

Тягач-транспортер отличался от тягача-бульдозера удлиненной рубкой с застекленным окном в борту, в которой размещены 10 посадочных мест для перевозки пассажиров.

Но не только изготовлением конверсионной техники занимаются харьковские танкоремонтники. Несмотря на переход армии на танки Т-64, Т-72 и Т-80, основными тягачами в танковых частях до нашего времени остаются тягачи БТС-4 и БТС-4А, созданные на базе танков Т-44М и Т-54 ранних выпусков. Небольшое количество бронированных ремонтно-эвакуационных машин БРЭМ-1, созданных на базе танка Т-72, не могут полностью обеспечить потребности войск. Именно созданием БРЭМ на базе танка Т-64 и занялись харьковские танкоремонтники.

БРЭМ-64 предназначена для технического обеспечения танковых подразделений и частей, проведения аварийно-спасательных работ, буксирования поврежденной техники, транспортирования запасных частей и инструмента, а также выполнения демонтажномонтажных работ.

К сожалению, создание БРЭМ на базе танка Т-64 имеет некоторые сложности технического порядка. Во-первых, высокооборотистый двигатель 5ТДФ сильно перегревается во время буксировки. Во-вторых, компоновка МТО танка Т-64 не обеспечивает возможность прямого отбора мощности для привода тяговой лебёдки. Поэтому для приведения в действие лебёдки на БРЭМ-64 установлен вспомогательный четырёхтактный дизельный двигатель СМД-21 Харьковского завода “Серп и молот”.

Установка вспомогательного двигателя позволяет экономить ресурс основного двигателя машины во время работы лебёдки.

БРЭМ-64 вооружена 12,7-мм зенитно-пулемётной установкой закрытого типа, аналогичной установленной на танках Т-64А и Т-64Б, а также системой пуска дымовых гранат 902В. Кроме того, в корпусе машины предусмотрены укладки для 3-х автомато АКМС (АКС-74).

К специальному оборудованию БРЭМ-64 относятся гидромеханическая крановая установка грузоподъёмностью 2,5 тонны, основная тяговая лебёдка с усилием 25 тонн и вспомогательная лебёдка с усилием на тросе 0,5 тонны. Длина тросов обеих лебёдок составляет 400 метров. Кроме того, БРЭМ-64 оборудована бульдозерным отвалом.

Грузоподъемность грузовой платформы одна тонна.

Помимо военного варианта БРЭМ-64 был разработан “гражданский”вариант БРЭМ без установки вооружения и системы защиты от ОМП.

Кроме БРЭМ и тягачей на базе танка Т-64 был также изготовлен ходовой тренажёр вождения ХТВ-64. Вместо башни и вооружения на корпусе танка установлена просторная рубка с макетом пушки. В рубке размещаются рабочее место инструктора и двух обучаемых.

Рабочее место механика-водителя осталось без изменений.

Основные боевые свойства танков Т-64 Основными боевыми свойствами танка являются подвижность, огневая мощь и защита.

В последнее время к основным боевым свойствам относят и боевую готовность.

Для основного боевого танка ни одно из его основных боевых свойств не должно являться приоритетным. Если танк одновременно сочетает в себе мощное вооружение с высокой защитой и, при этом, имеет высокую подвижность на поле боя, то, как показывает практика, этот танк добьется большего успеха, чем тот, в котором повышение одних боевых свойств решается за счет других.

Танк Т-64А, в этом смысле, является примером того, как гармоничное сочетание высоких характеристик всех его боевых свойств, сделало его лучшим в Мире в момент появления и по настоящее время оставляет грозным противником на поле боя.

Рассмотрим, как конструктивные особенности танка Т-64А отразились на его основных боевых свойствах. Авторы не претендует на полноту изложения данного вопроса, так как он очень обширный и затрагивает множество аспектов. Как правило, анализ конструкции проводится для выявления недостатков конкретной машины и поиска путей по ее совершенствованию, поэтому не удивляйтесь, если мы найдем больше недостатков, чем достоинств. Это профессиональный подход инженера-танкиста – поиск недостатков и путей их устранения позволяет постоянно совершенствовать боевую технику. Повторимся: Т-64 до сих пор остается одним из лучших в своем классе.

ОГНЕВАЯ МОЩЬ Танк Т-64 был вооружён 115-мм гладкоствольной танковой пушкой Д-68 с боекомплектом 40 выстрелов раздельно-гильзового заряжания с частично сгорающей гильзой. Тридцать выстрелов размещались в конвейере МЗ, а остальные в специальных укладках, размещённых в корпусе и башне, а так же в баке-стеллаже. В боекомплект танка входили три типа выстрелов: выстрел 3ВБМ1 с бронебойным подкалиберным снарядом 3БМ5, выстрел 3ВБК4 с кумулятивным снарядом 3БК8 или 3БК8М, и выстрел 3ВОФ18 с осколочно-фугасным снарядом 3ОФ17.

Танк Т-64А, как и все советские основные боевые танки вооружён 125-мм гладкоствольной танковой пушкой, имеющей самый большой калибр среди серийных танков мира. Так, за рубежом применяются в основном танковые пушки калибра 105 и 120 миллиметров. Да и длина ствола отечественных танковых пушек превосходит западные.

Длина ствола 125-мм танковой пушки 2А46-1 составляет 6350 мм (50.8 калибров), тогда как длина 120-мм английской пушки L11 составляет 6120 мм (51 калибр), а 120-мм западногерманской Rh120 – 5520 мм (46 калибров).

В боекомплект танка входят бронебойные подкалиберные снаряды 3БМ9, 3БМ12, 3БМ15, и 3БМ17 имеющие цельнометаллический сердечник или сердечник из сплава кварца и вольфрама (по другим данным – карбида вольфрама, здесь и далее в скобках данные про снаряды даются по западным источникам). Начальная скорость снарядов колеблется в пределах от 1785 метров за секунду для 3БМ15 и 3БМ17 до 1800 (1825) метров за секунду для 3БМ9 и 3БМ12. Данные снаряды способны пробивать вертикально расположенные броневые листы толщиной от 245 до 400 миллиметров или броневые листы толщиной 140 – 150 миллиметров расположенные под углом 60° к нормали на дальности до 2000 – 2500 метров. В последние время на вооружение были приняты новые подкалиберные снаряды 3БМ22, 3БМ26, 3БМ32 и 3БМ42, имеющие сердечники из сплава кварца и вольфрама (из сплава вольфрама, никеля и железа) или материала "Б" (с использованием обеднённого урана) и начальную скорость 1700 – 1760 метров за секунду. Эти снаряды способны пробивать вертикальную броню толщиной до 430 миллиметров или 250 мм брони, размещенной под углом 60° к нормали. Имеется возможность ввести на пульте БВ-2 тип используемых подкалиберных снарядов для компенсации различия их баллистик, поэтому стрельба подкалиберными снарядами производится при одинаковых установках прицела.

Для сравнения, начальная скорость 105-мм бронебойного подкалиберного снаряда с отделяющимся поддоном к английской нарезной пушке типа L7 составляет 1475 м/с (по другим источникам 1478,5 м/с), 120-мм нарезной пушки L11 – 1356 м/с, а немецкой 120-мм гладкоствольной Rh120 – 1650 м/с.

Кумулятивные снаряды 3БК12М и 3БК14М имеют начальную скорость 905 м/с и способны эффективно поражать все типы бронетанковой техники на дистанции до 1500 метров. Кроме того, кумулятивные снаряды обладают осколочным действием и обеспечивают поражение целей, укрытых в деревоземляных, кепочных и железобетонных сооружениях, а при необходимости могут быть использованы и для стрельбы по живой силе противника.

Осколочно-фугасные снаряды 3ОФ19 и 3ОФ26 массой 23 килограмма начинены 3,148 килограммами тротила или окрола и предназначены для стрельбы по укрытиям полевого типа, боевой технике и живой силе противника. Максимальная дальность стрельбы при угле возвышения пушки 14° составляет 10000 метров.

Танки Т-64Б были вооружены 125-мм танковыми пушками 2А46-2 или 2А46М-1, в боекомплект которых входили управляемые снаряды типа 9М112. Эти снаряды имели кумулятивную боевую часть, радиокомандную линию связи и могли поражать бронированные цели на дальности до 4000 метров. Ни один из зарубежных танков не может вести стрельбу на такую дальность с вероятностью попадания 0,75 – 0,8.

Остановимся более подробно на системе управления огнём танков Т-64. Огневая мощь танка определяется его возможностями поражения или подавления различных целей в кратчайший срок с минимальным расходом боеприпасов.

Танк Т-64 стал родоначальником нового поколения танков, имеющих не только мощное вооружение, но и развитую систему автоматических систем, обеспечивающих стрельбу из танка. Все автоматические системы наведения, заряжания настолько взаимосвязаны между собой, что позволяют говорить о создании единой системы управления огнём, органично взаимодействующей с комплексом вооружения танка.

В первую очередь необходимо отметить довольно удачную конструкцию механизма автоматического заряжания танковой пушки. Механизм заряжания танка Т-64 постоянно совершенствовался от модификации к модификации. Даже изменение калибра танковой пушки не потребовало внесения принципиальных изменений в конструкцию МЗ. Была лишь сокращена ёмкость механизированной укладки, а электрооборудование приспособлено к работе с новым стабилизатором вооружения и прицелом дальномером. Основные принципиальные решения сохранились без изменений. Зато была повышена их эксплуатационная надёжность и технологичность в процессе производства. В связи с установкой на танке Т-64Б комплекса управляемого вооружения и принципиально новой системы управления огнём механизм заряжания танка был приспособлен к размещению четвёртого типа выстрела, а электрооборудование приспособлено для работы с СУО 1А33 и приводом наведения ЗПУ 6ЭЦ40 что так же не потребовало значительных изменений в конструкции МЗ.

Благодаря установке МЗ удалось значительно увеличить скорострельность танковой пушки. Например, скорострельность танка Т-62, вооружённого 115-мм танковой пушкой У-5ТС составляла 4 – 5 выстрелов в минуту при стрельбе с места, а боевая скорострельность танка Т-64, так же вооружённого 115-мм пушкой составляла 10 выстрелов в минуту при стрельбе с ходу. Как говорится, комментарии излишни. Даже установка более мощной 125мм танковой пушки снизила скорострельность танков Т-64А лишь до 8 выстрелов в минуту.

Кроме того, за счёт установки механизма заряжания удалось сократить экипаж танка, а, следовательно, и внутренний объём заброневого пространства. Высвободившиеся резервы были использованы для усиления броневой защиты танка.

С другой стороны, наличие механизированной боеукладки значительно сократило обитаемый объём боевого отделения и усложнило работу членов экипажа, размещённых в башне танка, и потребовало значительно более высокого уровня подготовки экипажей.

Наличие электрогидравлического привода МЗ и открытое размещение артиллерийских выстрелов в его конвейере повысило вероятность возникновения пожара в случае поражения боевого отделения танка. Однако для большинства советских танков было характерно открытое размещение боекомплекта в боевом отделении и баках-стеллажах. Такой способ размещения боекомплекта даёт возможность уменьшить габариты танка, но за это пришлось заплатить безопасностью экипажа. В то же время, пока что тяжело сделать окончательный вывод что важнее: уменьшить силуэт танка или улучшить безопасность членов экипажа.

Правда, в советские танки тяжелее попасть, тогда как западные танки иначе как “мечтой гранатомётчика”не назовешь – уж если поймал в поле зрения прицела, то уже не промажешь.

Правда в случае поражения советских танков в результате детонации боекомплекта гибнет весь экипаж танка, а подготовить новый экипаж стоит больших денег и требует много времени. Да и уровень подготовки наших танкистов оставляет желать лучшего. Однако это уже тема для отдельного разговора.

Т-64 стал первым серийным танком, оснащённым прицелом-дальномером ТПД-43Б с независимой стабилизацией линии прицеливания в вертикальной плоскости. Стабилизатор поля зрения прицела-дальномера одновременно выполнял функцию гироскопического датчика угла стабилизатора пушки в вертикальной плоскости. Конструкция и качество прицелов возрастало от модификации к модификации. Танки Т-64А оснащались более совершенным прицелом-дальномером ТПД-2-1 с электромеханическим приводом механизма переключения баллистик. В последствии прицел-дальномер ТПД-2-1 был заменён более совершенным ТПД-2-49, который отличался от предыдущего конструкцией базовой трубы и баллистическими кулачками. Многие танки Т-64А выпускавшиеся после 1985 года стали оснащаться квантовым прицелом-дальномером ТПД-К1, созданным на базе оптического прицела-дальномера ТПД-2-49. Наличие прицела дальномера значительно сократило время на подготовку исходных установок для стрельбы и значительно увеличило вероятность попадания. Кроме того, введение квантового дальномера позволило осуществлять замер дальности в движении, что раньше было весьма проблематичным занятием.

Как уже говорилось выше, совместно с прицелом дальномером на танках Т-64 и Т-64А работали электрогидравлические стабилизаторы вооружения 2Э18, 2Э23 и 2Э28М-2. Все стабилизаторы имели одинаковые параметры и характеристики и отличались лишь конструктивно. Стабилизаторы имели разную элементную базу, отличались конструкцией гироскопических датчиков угла и скорости и их размещением в башне танка. Стабилизаторы 2Э18 и 2Э23 кроме того имели ручной гидравлический насос для вертикального наведения пушки и спаренного с ней пулемёта в ручном режиме. Это значительно упрощало процесс включения стабилизатора и сокращало количество сборочных единиц в танковых пушках Д-68 (2А21) и Д-81Т (2А26), так как механизм подъёма пушки вместе с исполнительным цилиндром входил в комплект СУО. Однако, как показала эксплуатация, гидравлический механизм наведения был не надёжным. Поэтому, начиная с ноября 1974 года, на танках Т-64А стали устанавливать модернизированную танковую пушку Д-81ТМ (2А46-1) с механическим механизмом подъёма пушки. Установка новой пушки потребовала и внесения изменений в конструкцию стабилизатора вооружения. Новый усовершенствованный стабилизатор вооружения получил марку 2Э28М-2.

По сравнению со стабилизатором 2Э15 “Метеор”Т-62 стабилизаторы та 2Э18, 2Э23 и 2Э28М-2 имели более высокие максимальные и низкие минимальные скорости вертикального и горизонтального наведения. Так максимальная скорость наведения башни танка Т-64 в горизонтальной плоскости была не менее 6 град./с, а перебросочная – не менее 18 град./с, а танка Т-62 соответственно 4,5 и 16 град./с. Минимальные скорости горизонтального и вертикального наведения составляли для Т-64 составляли соответственно 0,07 и 0,05 град./с, а для Т-62 – 0,07 в обоих плоскостях. Правда максимальная скорость наведения в вертикальной плоскости у Т-64 была ниже чем у Т-62 и составляла 3,5 град./с против 4,5 град./с. Зато стабилизаторы вооружения танков Т-64 имели дополнительный полуавтоматический режим горизонтального наведения при котором минимальная скорость составляла 0,3 град./с, максимальная 6 град./с и перебросочная 20 град./с.

Кроме того, нельзя не обратить внимание на наличие на танке Т-64А электромеханического привода управления зенитным пулемётом НСВТ (6П17). Наличие дистанционного привода управления крупнокалиберным пулемётом не только повысило защищенность командира танка, но и дало возможность вести огонь по наземным и воздушным целям не покидая танка. Дистанционные приводы управления ЗПУ стали отличительной особенностью всех харьковских машин.

Новым шагом в дальнейшем совершенствовании системы управления огнём танка стало принятие на вооружение танка Т-64Б единой системы управления огнём 1А33 (1А331), обеспечивающей не только эффективную стрельбу, но и работу комплекса управляемого вооружения 9К112 (9К112-1). В составе СУО впервые в отечественном танкостроении появился танковый баллистический вычислитель 1В517, блок разрешения выстрела 1Г43 и датчики отклонения условий стрельбы от нормальных: датчик ветра 1Б11 и датчик крена 1Б14. Новый квантовый прицел-дальномер прибор слежения 1Г42 с независимой стабилизацией поля зрения в двух плоскостях и переменной кратностью увеличения значительно повысил эффективность стрельбы простыми снарядами и дал возможность осуществлять запуск управляемой ракеты при стрельбе из танка с ходу (например, танки Т-55АМ, Т-62М, Т-72Б могут запускать ПТУР только с места или с короткой остановки).

Все поправки на дальность до цели, боковое упреждение, угловую скорость цели и т.д. вносятся не в прицел а отрабатываются исполнительными приводами стабилизатора вооружения. Таким образом, наводчику достаточно лишь навести центральную прицельную марку на цель, зарядить пушку выбранным типом выстрела, замерить дальность и нажать на кнопку стрельбы. Всё остальное выполнит система управления огнём. При этом выстрел из пушки произойдёт лишь тогда, когда рассогласование между фактическим и заданным положением пушки не превышает определённой величины.

Совместно с СУО 1А33 работает электрогидравлический стабилизатор вооружения 2Э26М, имеющий более высокие параметры чем 2Э23 или 2Э28. Большое количество гидравлики, а как следствие – повышенная пожароопасность, её ненадёжная работа в условиях низких температур, недостаточная жёсткость гидравлического привода стали причиной замены гидравлического мотора большого момента на более жёсткий электромашинный привод. Кроме того, была усовершенствованна элементная база и улучшены параметры стабилизатора вооружения. Новый стабилизатор под маркой 2Э42 начал устанавливаться на танках Т-64Б начиная с 1979 года. Усовершенствованный стабилизатор вооружения с электромашинным приводом, способный работать с прицеломдальномером 1А40, под маркой 2Э42-1 стал устанавливаться на танках Т-64А.

В этот же период на танк была установлена и новая 125-мм танковая пушка 2А46М-1 со сменной трубой, что дало возможность замены ствола без демонтажа пушки и подъёма башни, а наличие двух симметрично расположенных тормозов отката значительно повысило точность стрельбы.

Таким образом, новая СУО, комплекс управляемого вооружения и улучшенный стабилизатор вооружения значительно повысили боевые возможности танка Т-64Б. Надо отметить, что танки Т-64Б состояли в серийном производстве начиная с 1976 года, тогда как танки Т-80Б (объект 219Р), также оснащённые СУО 1А33 и КУРВ 9К112 из-за недоработок в конструкции силовой установки поступили в серийное производство лишь в 1979 году. К слову, танки Т-72Б, оснащённые более современным комплексом управляемого вооружения 9К120 “Свирь”, были приняты на вооружение лишь в 1985 году (серийное производство под маркой Т-72А “улучшенный” было начато ещё в начале восьмидесятых, что вполне типично для советского танкостроения).

Однако новый комплекс вооружения танка Т-64Б был не только эффективным, но и дорогим, особенно комплекс управляемого вооружения. Новые системы требовали сложного и регулярного технического обслуживания. Так, например, комплекс управляемого вооружения нуждался в постоянной тренировке магнетрона (примерно раз в три месяца).

Процесс тренировки был очень сложным и требовал высококлассных подготовленных специалистов. Далеко не все офицеры советской, а уж тем более российской, белоруской или украинской армии, имели достаточный уровень подготовки для работы с данной системой управления огнём или комплексом управляемого вооружения. Про простого солдата и говорить не приходится. Да и конструкция отдельных узлов системы далеко не совершенна, особенно КУРВ 9К112. Комплекс представлял особую опасность для экипажа и своих войск, находящихся на расстоянии 100 метров в секторе 30° от продольной оси башни танка вследствие высокочастотного излучения через антенну. А при поломке волновода внутри танка облучению подвергался и непосредственно экипаж танка. Имели место и отказы в работе бортовой аппаратуры управляемого снаряда или его ненадёжная стыковка в лотке МЗ в процессе заряжания.

Таким образом, ёщё раз подтвердилась бесспорная истина: “бесплатных пирожных не бывает”. За повышение одних параметров, приходится платить либо понижением других, либо усложнением конструкции, либо увеличением объёма технического обслуживания и повышением уровня подготовки экипажа.

Все эти недостатки не были секретом ни для конструкторов и производителей танка, его СУО и КУРВ, ни для военных. Однако в связи с принятием на вооружение танка Т-80УД (объект 478Б), оснащенного новой, более совершенной СУО 1А45 и КУРВ 9К119 серийное производство танков Т-64Б (Т-64БВ) было прекращено, а работы по их совершенствованию прекращены. И лишь после распада СССР перед украинскими военными и производственниками встал вопрос о том, что делать с огромным танковым парком, основную массу которого составляли танки Т-64А и Т-64Б. Вот тогда и начались работы по установке в танк отдельных элементов или всей СУО 1А45 и КУРВ 9К119, принятых для танков Т-80УД и Т-84 (да и российские конструкторы пошли по этому пути, вспомните про модернизированный вариант танка Т-72Б, получившего всемирную известность под маркой Т-90С). Правда и эти проекты сейчас остаются под знаком вопроса в связи с отсутствием должного финансирования. Что делать, похоже, наше общество потеряло инстинкт самосохранения.

ЗАЩИЩЁННОСТЬ При проектировании танка Т-64 вопросу защиты конструкторы уделяли не меньше внимания, чем огневой мощности и подвижности. Во-первых, танк Т-64 имел самое мощное бронирование не только среди советских танков. Ни один средний или тяжёлый танк в мире не мог сравниться по уровню броневой защиты с танком Т-64. Появление танка Т-64 привело к краху всех программ развития противотанковых средств на Западе.

Впервые в Мире на серийном танке было применено многослойное бронирование лобовых частей корпуса и башни. Лобовая броня корпуса состояла из трех слоев – броневая сталь, стекловолокно, броневая сталь. Применение на Т-64 многослойного бронирования надёжно защищало танк от всех существующих в то время кумулятивных боеприпасов и существенно усиливало защиту экипажа от осколков, возникающих при попадании бронебойных снарядов.

К сожалению, в настоящее время мы не имеем права публиковать информацию о точных характеристиках лобовой брони Т-64. Однако некоторые приближенные характеристики, точность которых мы комментировать не будем, публиковались в сети Интернет. По этим материалам с использованием программы "Layer5" для персонального компьютера, разработанной В.Мухиным в 1991 г. по методике НИИ Стали расчета стойкости брони, автор программы сделал расчет. По результатам расчета стойкость лобовой брони корпуса Т-64А соответствует 410 мм гомогенной брони против кумулятивного боеприпаса и 299 мм против бронебойных боеприпасов. Для лобовой брони башни – 450 и 364 мм соответственно.

Бортовая броня танка 80 мм была достаточно серьёзна и превосходила толщину лобовой брони новейшего в то время западногерманского танка “Леопард”. Кроме того, даже толщина бортовой брони была дифференцирована: в районе боевого отделения и отделения управления больше, в районе МТО меньше.

Для дополнительной защиты бортов корпуса от кумулятивных средств ближнего действия на бортах танка были установлены откидные алюминиевые противокумулятивные щитки, впоследствии заменённые на сплошные резиновые экраны. На надгусеничных полках танка были размещены алюминиевые дополнительные топливные баки и ящики для ЗИП, которые также служили экраном и прикрывали всю верхнюю часть борта танка.

Для защиты ходовой части, диаметры опорных и направляющих колёс были максимально уменьшены, что снижало вероятность их поражения. Кроме того, в случае потери направляющего колеса его роль мог выполнять первый опорный каток, который разворачивался вместе с балансиром и выполнял роль направляющего колеса. Это давало возможность быстро восстанавливать подвижность повреждённой машины.

Правда, за все эти преимущества пришлось заплатить определённую цену. Ведь опорные катки большого диаметра играли роль дополнительных противокумулятивных экранов, защищающих борт танка. Но и преимущества были ощутимы: лучшая защищённость элементов ходовой части, возросший динамический ход катка, большая плавность хода, но обо всём этом несколько позднее.

Помимо броневой защиты немалое внимание было уделено и защите от средств массового поражения. Для защиты экипажа от проникающей радиации в районе размещения рабочих мест экипажа и там, где толщина броневой защиты была недостаточной, был установлен специальный противорадиационный подбой и надбой. Кроме того, подбой защищал экипаж от осколков, откалывающихся от брони во время обстрела.

На Т-64 была установлена автоматическая коллективная система защиты от ОМП и система ППО нового поколения. Мощная фильтровентиляционная установка создавала мощный подпор внутри танка, что исключало проникновение зараженного воздуха внутрь танка. Поэтому экипаж мог преодолевать зараженные участки местности без специального защитного снаряжения.

Немало внимания было уделено и защите танка от зажигательных средств типа напалма, широко применявшихся на Западе. В первую очередь это касалось ходовой части танка. Опорные катки танка имели внутреннюю амортизацию. Основная часть резинового массива была прикрыта алюминиевым колпаком. Следовательно, площадь резины, на которую могли попасть зажигательные средства, была ограниченна. Таким образом, танк мог преодолевать зоны огня, не боясь остаться без резиновых бандажей.

Применение эжекционной системы охлаждения с герметичным коробом под крышей МТО надёжно защищала агрегаты силовой установки и трансмиссии от проникновения зажигательных смесей. И хотя в уличных боях танки Т-64 не участвовали, эффективность такой схемы защиты МТО не раз была подтверждена в ходе эксплуатации. При движении танков в колоне нередки случаи, когда сзади идущий танк пробивал стволом пушки дополнительные бочки с топливом. Для танков с вентиляторной системой охлаждения это происшествие заканчивалось неминуемым пожаром: 200 литров дизтоплива или бензина просачивались в моторно-трансмиссионное отделение и попадали на горячие радиаторы, агрегаты двигателя и трансмиссии. Всё это приводило к моментальному возгоранию. После чего горящее топливо растекается по днищу танка. В коробе эжектора всё по-другому.

Горящее топливо вместе с отработанными газами выбрасывается через выпускную решётку из танка. Единственная проблема – возможный перегрев двигателя, ведь горящее топливо нагревает, а не охлаждает радиаторы. Но опытный механик-водитель с этим процессом в состоянии справиться.

Несмотря на столь значительное превосходство в защищённости перед другими танками, конструкторский коллектив ХКБМ, совместно с военной академией БТВ, НИИ БТ полигоном и другими военными и научными организациями постоянно работали над дальнейшим повышением защищённости танка. После принятия на вооружения стран НАТО нового поколения бронебойно-подкалиберных снарядов была проведена комплексная программа по увеличению толщины лобовой брони носового узла корпуса танка. При этом толщина брони была увеличена как на вновь выпущенных, так и на капитально отремонтированных танках. Кроме того, специальные бригады осуществляли наварку 20-мм дополнительных броневых листов на лобовом листе корпуса танка, а с 1982 года – 40-мм листов.

Для повышения защищённости танка от кумулятивных боеприпасов танки Т-64 одними из первых стали оснащаться навесной динамической защитой “Контакт”. К тому же танки Т-64БВ и Т-64АВ имели наибольшее количество контейнеров с пластинами ВВ среди основных боевых танков. Так на Т-72Б было установлено 228, а на Т-80БВ – 122 контейнеров против 265 у Т-64БВ. Количество отдельно устанавливаемых контейнеров было сведено до минимума. Основная масса контейнеров монтировалась на специальных легкосъёмных кронштейнах, что сокращало время установки на танк заранее снаряжённых контейнеров.

К сожалению, вопрос о порядке монтажа и снаряжения контейнеров пластинами с ВВ не был регламентирован ни одним руководящим документом. Кроме того пластины с ВВ поставлялись инженерной службой, а контейнеры ДЗ учитывались по бронетанковой в комплекте танка и поставлялись разобранными в отдельных ящиках. Иногда для придания танкам более “хищного”внешнего вида или ввиду отсутствия тары или места для хранения на танк монтировали пустые контейнеры ДЗ. Такая самодеятельность значительно усложняла работу экипажа при снаряжении контейнеров пластинами ВВ. Так, чтобы снарядить один контейнер приходилось вначале открутить как минимум четыре болта, а затем закрутить их снова. В процессе повседневной эксплуатации пустые контейнеры деформировались, терялись или использовались не по назначению.

Однако, несмотря на чисто организационные недостатки, навесная динамическая защита имела и значительные конструктивные недостатки. Во-первых, тонкостенные контейнеры легко поражались из стрелкового оружия. Обстрел танка из крупнокалиберного пулемёта или автоматической пушки буквально сметал контейнеры с брони танка, хотя пластины ВВ и не детонировали. Во-вторых, довольно большая площадь танка так и не была защищена так-так разместить контейнеры на сложной сферической поверхности башни танка не так уж легко. При этом между контейнерами образовывались значительные промежутки. Это снижало эффективность динамической защиты. В-третьих, защищая от кумулятивных боеприпасов, динамическая защита не реагировала на бронебойноподкалиберные снаряды.

Более эффективным средством защиты была встроенная динамическая защита, применяемая на танках Т-80У, Т-80УД, а с 1989 года и на Т-72Б. Однако снятие танков Т-64БВ с серийного производства отодвинуло на второй план вопросы, связанные с их модернизацией. И лишь после распада СССР, когда во главу угла стали финансовые трудности самостоятельных государств, что затрудняло перевооружение новыми образцами техники и вооружения, вопрос о модернизации большого парка танков Т-64 приобрёл огромное значение, так как позволял значительно экономить те скромные средства, что выделялись на вооружённые силы. Специально для танков Т-72 и Т-64 в ХКБМ была разработана встроенная динамическая защита, позволившая повысить степень защищённости этих танков до уровня Т-80УД (Т-84).

ПОДВИЖНОСТЬ Подвижность это совокупность свойств танка, характеризующих его способность к самопередвижению в заданных условиях или пригодность к перевозке транспортными средствами. Показателем подвижности является средняя скорость, полученная при делении расстояния по прямой, на которое переместился танк, на общее время затраченное на перемещение. Подвижность характеризуется такими боевыми свойствами как быстроходность, проходимость и автономность. Начнем с автономности, как наиболее простого свойства для оценки (для настоящей научной оценки эта простота – только кажется, так например, методика анализа автономности, разработанная в НИИ БТ на Кубинке, содержит не одну сотню листов).

Автономность, обычно, оценивают запасом хода по топливу и маслу без дозаправки.

Автономность обеспечивается запасом топлива и его расходом на промежуток пути. Для Т64А запас топлива составляет 1200 л во внутренних и наружных баках и 400 л в дополнительных бочках. Запаса топлива во внутренних баках, при расходе топлива 170 – 200 л на 100 км пути, хватает, чтобы покрыть расстояние 500 – 600 км без дозаправки при марше по хорошей грунтовой дороге.

Проходимость характеризуется способностью преодолевать труднопроходимые участки местности и различные препятствия, а также опорной и габаритной проходимостью и преодолеваемостью водных преград.

Для преодоления различных преград Т-64А обладает достаточной удельной мощностью 18 л.с./т и удачной конструкцией трака. Как показал опыт эксплуатации Т-64А, на глиноземных грунтах его гусеницы имеют лучшее сцепление, чем гусеницы, например, Т72. Так, когда в распутицу необходимо преодолеть крутой подъем и гусеницы Т-72 на нем пробуксовывают, то “шестьдесятчетверка”медленно, но уверенно выползает наверх. Это объясняется конструкцией трака. У Т-72 траки в этих условиях забиваются грязью и скользят по поверхности, у Т-64 в траках есть по два отверстия, в которые грязь продавливается и за счет этого повышается сцепление с грунтом.

В то же время, следует отметить, что гусеничный движитель Т-64 разрабатывался для европейского театра военных действий и его трак хорош именно на европейском ТВД (глинистые, торфяные и черноземные грунты). В горной каменистой местности проходимость Т-64 ниже чем у Т-72, так как его трак имеет слабо развитый рисунок грунтозацепов. Кроме того, значительное число щелей в гусенице Т-64 и малый диаметр и ширина катков снижают его проходимость по песчаным грунтам, которая для Т-72 в таких условиях очень высокая.

Опорная проходимость, при удельном давлении на грунт 0.83 кг/см2, и клиренсе 500 мм, обеспечивается достаточно высокая – танк может двигаться на грунтах с низкой несущей способностью даже тогда, когда его днище лежит на поверхности грунта. Преодолеваемый подъем и угол крена составляют 30 градусов. Т-64А, за счет плотной компоновки и меньших габаритных размеров, по сравнению с большинством зарубежных основных танков обладает лучшей габаритной проходимостью, что немаловажно при ведении боевых действий в особых условиях населенных пунктов и города.

Танк преодолевает вброд водные преграды глубиной 1.8 м без подготовки и 5 м – с предварительной подготовкой с использованием ОПВТ. Что характерно, в отличие от Т-72, для которого устанавливается ширина водной преграды до 1 км, для Т-64 ширина преодолеваемой водной преграды не ограничивается. Ширина преодолеваемого рва – 2.85 м, вертикальной стенки – 0.8 м.

Быстроходность характеризуется динамичностью (скоростные характеристики и характеристики разгона/торможения), управляемостью (устойчивость движения и поворотливость) и плавностью хода.

Динамичность обеспечивается удельной мощностью двигателя и характеристиками трансмиссии. На момент создания Т-64А, при мощности двигателя 5ТДФ 700 л.с., он обладал достаточной по современным понятиям удельной мощностью 18 л.с./т, что обеспечивает ему хорошие динамические качества. Кроме того, удачная конструкция коробки передач, значительно облегчающая переключение с одной передачи на другую, позволяет значительно снизить потери скорости при смене передач, что тоже повышает динамические свойства машины. В то же время, отсутствие резервов по форсированию двигателя, которые и так уже были исчерпаны, привело к тому, что при модернизации танка и выпуске его новых модификаций (Т-64Б, Т-64БВ), а, соответственно, и повышении массы, удельная мощность упала (для Т-64БВ – 16.5 л.с./т), что отрицательно сказалось на динамических свойствах. Для танка Т-72, например, такой проблемы не было. Если в первое время, при незначительно большей массе и мощности двигателя В-46-6 780 л.с., динамические характеристики Т-72 и Т-64А практически совпадали (имеют схожие характеристики трансмиссии), то с установкой на Т-72Б двигателя В-84 мощностью 840 л.с., отрыв Т-72Б стал заметен (удельная мощность – 19 л.с./т).

Управляемость характеризуется поворотливостью и устойчивостью движения. Кроме того, при оценке управляемости используется такой показатель, как эргономичность.

Поворотливость характеризуется возможностью поворачивать с минимальными радиусами в заданных условиях. Как было указано в описании конструкции, у Т-64 минимальные расчетные (фиксированные) радиусы поворота различны и зависят от текущей передачи, при этом, на первой передаче он может развернуться вокруг заторможенной гусеницы с радиусом B/2, на остальных передачах радиусы выше.

Для того чтобы танк со ступенчатой трансмиссией обладал хорошей поворотливостью, необходимо иметь рациональную разбивку радиусов поворота по передачам. Под этим подразумевается, что с повышением передачи, должен повышаться и расчетный радиус поворота, при этом, радиус должен быть как можно меньший, но обеспечивающий возможность движения без заноса. Особенностью трансмиссии с двумя ПКП по бортам как у Т-64, является то, что добиться рациональной разбивки радиусов поворота по передачам практически невозможно (это связано с особенностями проектирования планетарных механизмов). Т-64 не стал исключением, у него крайне нерациональная разбивка радиусов поворота. Если для I и II передач радиусы поворота им соответствуют, то на III и IV передачах радиусы довольно большие и примерно в 2-3 раза превышают те значения, которые можно было бы иметь по условиям возникновения заноса. На V передаче радиус ниже, чем на двух предыдущих и находится на границе возникновения заноса. На VI и VII передачах двигаться с расчетным радиусом как теоретически, так и практически, невозможно. На седьмой передаче даже легкое кратковременное воздействие на рычаг поворота приводит к резкому рывку танка в сторону. Наиболее выгодной передачей с точки зрения как тяговых свойств, так и поворотливости машины, является пятая.

Как показывает опыт эксплуатации Т-64 и Т-72 (к нему выше сказанное тоже применимо) – из-за больших радиусов поворота на III и IV передачах, когда нужно вписаться в крутой поворот, механики-водители обычно включают вторую передачу, за счет чего значительно снижается скорость движения. Однако опытные водители в подобной ситуации, и если позволяют условия, стараются переключиться на пятую передачу – скорость не теряется и можно вписаться в более крутой поворот.

При прямолинейном движении танк обладает хорошей устойчивостью движения, так как обе гусеницы имеют жесткую кинематическую связь с двигателем и их скорости однозначно равны. В повороте все намного сложнее. Так как регулирование радиусов поворота в промежуточных положениях рычага поворота осуществляется за счет пробуксовки фрикционных элементов в ПКП и зависит от внешних условий, то нет однозначного соответствия хода рычага радиусу поворота. Для того чтобы добиться требуемого радиуса поворота (это относится к большим радиусам) механику-водителю приходится, воздействуя на рычаг поворота несколько раз, поворачивать машину несколькими доворотами меньшего радиуса.

Как показали результаты сравнительных испытаний в Кубинке танков с БКП (Т-64А, Т-72М и Т-80У) и танка с двухпоточным дифференциальным механизмом передач и поворота (М48А3), у танков с ПКП недостаточная управляемость и устойчивость в повороте.

Так, например, у Т-64А коэффициент снижения скорости (определяется отношением средней скорости при поворотах к максимальной скорости движения) составляет 0.62, а у М48А3 – 0.86.

Эргономичность характеризуется легкостью, быстродействием и удобством управления.

У танка Т-64, за счет применения гидросервоприводов, управление трансмиссией не вызывает трудностей даже у новобранцев. Переключение передач, несмотря на сравнительно большое их число, за счет применения сектора с последовательным расположением передач, осуществляется очень просто и быстро. После одной – двух тренировок молодые механики-водители могут переключать передачи не переводя взгляд на избиратель передач.

Использование педали сцепления значительно проще, чем в любом легковом автомобиле. За счет применения в ПКП фрикционных элементов с трением метал по металлокерамике в масле, даже резкий бросок педали сцепления не приводит к дерганью машины и заглоханию двигателя.

Использование рычагов поворота также не вызывает определенных трудностей.

Однако конструкция догружателя в приводе поворота представляется не совсем удачной.

Для страгивания рычага поворота с начальной фиксированной позиции необходимо приложить определенное усилие, которое само по себе не очень большое, но при длительном марше, когда в основном механик-водитель использует рычаги поворота для незначительной корректировки курса (т.е. кратковременно воздействует на рычаги) это приводит к переутомлению.

Кроме того, как отмечалось ранее, в повороте нельзя добиться плавного регулирования радиуса, что приводит к увеличению числа воздействий на рычаги управления поворотом и, соответственно, повышает напряженность работы механика-водителя.

Плавность хода очень высокая, несмотря на то, что опорные катки у Т-64 необрезиненные и имеют внутреннюю амортизацию. Так, в зарубежной печати при описании Т-64 (который им был знаком только по фотографиям), встречались такие высказывания: "Конструкция опорных катков вызвала у западных экспертов недоумение вплоть до насмешек. Катки изготовлены штамповкой из плоского листа металла (что позволяет экономить вес) и не имеют резиновых ободов. Подобная конструкция опорных катков вызывает высокий уровень вибраций и увеличение шумности при движении." (М.Никольский. От Т-64 до Т-80. Взгляд с Запада / Техника и вооружение №3, 1998г.). В данном случае западные специалисты сильно ошиблись. Как показала практика, на местности гусеничный движитель Т-64 практически не издает шума (что действительно удивляет), а плавность хода обеспечивается очень мягкими торсионами, большим динамическим ходом катка и удачной конструкцией гидроамортизаторов. У Т-72, который имеет обрезиненные катки, плавность хода ниже именно из-за более жестких торсионов.

Впрочем, это преимущество Т-64 одновременно является его недостатком – его ходовая часть, в отличие от Т-72, не имеет достаточных резервов на повышение массы танка. Среди танкистов, которые водили Т-64Б и Т-72Б, одни предпочитают водить шестьдесятчетверку из-за ее плавности хода, другие – семьдесятдвойку из-за ее более высоких динамических свойств.

Как было дано в определении подвижности, это, в том числе, и пригодность к перевозке транспортными средствами или транспортабельность.

Одним из требований при проектировании Т-64, как впрочем, и других советских танков, было условие возможности его транспортировки по железной дороге, что накладывает жесткие ограничения на габаритные размеры, в частности, на ширину. Это условие было выполнено. Т-64 может перевозиться по железной дороге, автомобильным, авиационным и морским транспортом.

Например, американский М1 "Абрамс" имеет довольно большие габариты и на европейском ТВД не может перевозиться по железной дороге (используются специальные тягачи и водный транспорт, возможна перевозка по воздуху только двумя типами транспортных самолетов американских ВВС только одного танка за рейс). В этом смысле Т64 имеет большое преимущество в оперативной подвижности, а общеизвестно, что какой бы ни был суперсовременный и мощный танк (например, тот же Абрамс), если его противник окажется в нужном месте раньше по времени, то это может кардинально изменить ситуацию в пользу противника (Т-64).

Так как на подвижность танка влияют в основном характеристики двигателя, трансмиссии и ходовой части, то в заключении хочется привести основные их достоинства и недостатки.

Двигатель 5ТДФ

Достоинства: малые габаритные размеры; высокая габаритная мощность; эжекционная система охлаждения; удачная компоновка и центровка в танке позволяющие быстро заменять двигатель.

Недостатки: высокая тепловая нагруженность; при использовании в горной местности двигатель быстро перегревается; трудности при запуске при низкой температуре;

Трансмиссия

Достоинства: очень малые габаритные размеры и масса, высокая габаритная мощность; простота и легкость управления; низкие потери мощности в трансмиссии (высокий КПД); отсутствие необходимости постоянной регулировки приводов управления.

Недостатки: нерациональная разбивка расчетных радиусов поворота по передачам; ступенчатое регулирование радиусов поворота; повышенная напряженность использования рычагов поворота.

Ходовая часть и система подрессоривания

Достоинства: низкий удельный вес ходовой части танка; высокая плавность хода; возможность замены торсиона без снятия опорного катка и балансира; высокая защищенность ХЧ и за счет внутренней амортизации катка, высокая живучесть ходовой части в условиях применения ядерного (световое излучение) и зажигательного (напалм) оружия; обеспечение высокой опорной проходимости на европейском ТВД.

Недостатки: слабая опорная проходимость на песчаных грунтах и низкие сцепные качества гусеницы в горных условиях; слабые торсионы дают незначительные резервы на повышение массы танка, как результат – частый выход торсионов из строя; из-за узких катков малого диаметра трудности при эвакуации машин, которые потеряли гусеничную ленту.

Т-64 в войсках Как правило, наибольший интерес у любителей БТВТ вызывает боевое использование техники. Несмотря на долгую жизнь Т-64, в отличие от его младшего брата Т-72, не посчастливилось участвовать в войнах и локальных конфликтах (за исключением одного эпизода). Это объясняется тем, что Т-64 был элитной машиной советских Вооруженных Сил, имел большое число новых технических решений, многие из которых секретны по сегодняшний день, и никогда не производился на экспорт.

Впрочем, с достаточной степенью уверенности можно утверждать как минимум об одном случае боевого применения Т-64. Несколько танков Т-64 были использованы приднестровцами в одноименном конфликте против молдавской стороны. Подробности этих событий авторам неизвестны, однако по некоторым источникам два или три танка были подбиты.

Несмотря на столь "бледный" послужной список участия в боях, войсковой опыт у этого танка очень солидный. Интересно то, что из всех советских танков Т-64 самая противоречивая машина с точки зрения оценки танкистами, которые на ней служили.

Мнения разделяются, начиная от безоговорочного восхищения, заканчивая высказываниями типа "дрянная машина". В связи с этим мы решили привести различные мнения и воспоминания танкистов, которые служили или имели отношение к Т-64.

Василий Чобиток (капитан запаса, 1989-1994 гг. – Киевское высшее танковое инженерное училище, 1994-1999 гг. – Конструкторско-технологический центр МО Украины, инженер/старший инженер-зам.нач.отдела).

Мой опыт общения с Т-64 небогат, он ограничивается изучением и вождением этой машины во время учебы в училище, а также войсковой стажировкой на должности ЗКВ (заместитель командира по вооружению или устаревшее – зампотех) роты.

Во время учебы профильным танком в КВТИУ был Т-72, который изучался довольно досконально. В то же время, изучению Т-64 и Т-80 уделялось достаточно серьезное внимание. Так, например, на вождении из 6-10 танков участвующих в заезде 2-3 обязательно были шетьдесятчетверки. И уже здесь я начал замечать противоречивость машины. Первое время на вождении мне доставалась семьдесятдвойка (Т-72А, Т-72Б), я к ней привык, показывал очень неплохие результаты. Когда впервые сел за рычаги "пилорамы" (так мы с товарищами попадая на танкодром называли Т-64 за характерный звук двигателя – высокочастотный стук двухтактного дизеля с присвистом турбины), то сначала особой разницы не почувствовал (отделения управления обоих машин практически не отличаются), однако в процессе движения меня постоянно тревожил какой-то дискомфорт. Не сразу до меня дошло, что дискомфорт вызван пониженными динамическими свойствами Т-64 по сравнению с Т-72. Шетьдесятчетверка слабее реагировала на утопление педали подачи топлива, а обороты двигателя на тяжелых участках падали быстрее.

По причине меньшей тяговооруженности я не любил водить Т-64, предпочитая Т-72. В то же время, благодаря хорошей плавности хода у Т-64 были свои поклонники и несколько человек из моего взвода старались на вождении сесть только за рычаги шестьдесятчетверки.

Наиболее интересные впечатления остались от войсковой стажировки. В ноябредекабре 1993 года я проходил стажировку в должности ЗКВ 1 танковой роты в танковом полку, который расположен в ПГТ Гвардейское Днепропетровской области. В ноябре 93-го стояли морозы около минус 20 градусов, заканчивался летний период обучения и полк ожидал итоговою проверку Министерства Обороны.

Все танки 1 тр (Т-64БВ) принадлежали к боевой группе и стояли в боксе на хранении.

Танки покрашены, вычищены, выровнены по нитке, в боксах идеальный порядок. На случай пожара к крюкам на переднем лобовом листе присоединены штатные тросы и свободными концами однообразно положены на бетонный пол, образуя между собой букву "Х".

Обучение вождению и стрельбе личный состав роты проходил на учебно-боевых танках третьей роты.

Как обычно проверка начинается с учебной тревоги. Утром, за час до подъема объявлена тревога. После десятиминутной суеты и, на первый взгляд, бестолковой беготни оказываемся в парке. Еще через пять минут ворота в боксы открыты и личный состав мнется в ожидании (так как танки боевой группы, то заводить их можно только по указанию проверяющего).

Прибыл проверяющий. Командир роты капитан Суббота как положено доложил и застыл в ожидании. Проверяющий спрашивает: "Какой танк будем заводить?". Ротный бодро отвечает: "Товарищ полковник, какой укажите, тот и заведем". Проверяющий прошелся вдоль танков и, указав на третий танк, сказал: "Этот. Полтора часа хватит?".

Ротный: "Товарищ полковник, за час управимся!". Проверяющий улыбнулся, посмотрел на часы и пошел в сторону других боксов. Когда проверяющий отошел на достаточное расстояние, ротный выдал на гора свой запас нецензурной брани и закончил тираду словами:

"Он, что гад, не мог указать на этот (указывая рукой на второй танк) или на этот (указывая на четвертый)? Обязательно надо тыкнуть в тот, который мы уже два года не заводили!".

Танки на хранении находятся без аккумуляторных батарей, которые хранятся в аккумуляторной, поэтому чтобы завести танк необходимо "бросить" через люк механикаводителя дежурную группу аккумуляторов находящихся в боксе. Так как обычно дежурная группа имеет неполную зарядку, то ротный во избежание проблем с частично разряженными аккумуляторами послал бойцов в аккумуляторную за свежезаряженными. Сразу же два из наиболее опытных механиков-водителей приступили к контрольному осмотру и подготовке танка к запуску двигателя.

Через 20 минут после получения задачи аккумуляторы стояли на штатном месте, все было готово к началу запуска двигателя. С запуском подогревателя проблем не было, еще минут через десять-пятнадцать охлаждающая жидкость прогрелась до требуемой температуры больше 100 градусов. После пятиминутной паузы, необходимой для отдачи тепла деталям и агрегатам двигателя, ротный подает команду механику-водителю "Заводи!".

Механик выполнил все необходимые подготовительные операции, включил масловпрыск (масловпрыск осуществляется при низких температурах в цилиндры двигателя для облегчения пуска) и нажал кнопку стартера и одновременно рычаг клапана воздухопуска (комбинированный запуск двигателя). Коленвал начал с трудом проворачиваться, двигатель не запустился. Ротный приказал снять танк с горного тормоза (что по правилам при запуске двигателя делать нельзя), все находившиеся перед танком разошлись в стороны. Попытка пуска была осуществлена еще три раза, танк на стартере медленно прополз в сторону открытых ворот, несмотря на то, что избиратель передач стоял в нейтральном положении.

Видимо в коробках передач при установке танка на хранение оставалось масло трансмиссии, масло на морозе загустело, в результате чего создавалось дополнительное сопротивление при запуске.

Попробовали сделать двойную откачку масла из коробок передач – не помогло.

Заданное проверяющим время уже прошло, ротный начал нервничать. Снова включили и выключили подогреватель. Ротный вскочил на лобовой броневой лист и, резко опуская ногу в сапоге по колено в люк (что меня крайне удивило – верхняя часть шлемофона механика находится на уровне крышки люка), с нервными нотками в голосе приговаривал "Заводи, заводи!". Этот метод тоже не помог…

К месту действия начали постепенно собираться офицеры из соседних рот. Кто-то предположил, что при запусках картер двигателя залили маслом. Двух бойцов отправили под танк сливать масло из картера двигателя. Масло слили в два ведра и залили в заправочную горловину системы смазки двигателя. Посаженные аккумуляторные батареи заменили на новые, воздух же в воздушной системе давно закончился и дальнейшие попытки запуска осуществлялись только стартером.

Пришел проверяющий: "Еще не запустили? Ну ничего, ничего…", ротный: "Товарищ полковник, только полчасика, запустим". Проверяющий тактично удалился.

А в соседнем боксе уже полчаса назад запустили двигатель танка комбата. Один из зампотехов соседних рот предложил дернуть наш горемычный танк и завести с буксира.

Обратились к зампотеху батальона, он сказал, что не даст командирский танк – вдруг, наш танк, когда заведется двигатель, ударит его в корму. Зампотех батальона ушел, а в его адрес зампотехи других рот, выпускники омского училища, бросили, мол все они киевляне козлы, с чем большинство присутствующих учитывая ситуацию согласилось.

Прошло четыре часа. Поскольку я как стажер лицо неответственное, то активного участия в происходящем не принимал, оставаясь сочувствующим наблюдателем. Я был в отцовской зимней полевой куртке устаревшего образца с перешитыми на 10 см пуговицами, и мне было довольно тепло, а вот ноги уже начали коченеть. Так как попытки завести танк до сих пор не удались, то ЗКВ батальона наконец дал добро на запуск двигателя с буксира.

К нашему танку, который на аккумуляторах уже выехал на полкорпуса из бокса, подогнали танк комбата. Два троса, закрепленные на носу танка прицепили к корме командирской машины. Тросы короткие, поэтому есть большая доля вероятности ударить буксирующую машину в корму, когда двигатель заведется. За рычаги сел командир первого взвода. Танк комбата потянул и когда буксируемый танк полностью выехал из бокса, взводный бросил педаль сцепления, танк немного клюнул, движение замедлилось, после чего из выпускного коллектора вырвалось пламя, на мгновение погасло и, возобновившись, превратилось в настоящую реактивную струю. Реактивная струя, преодолев расстояние в десять метров, ударила в стену бокса. После примерно трехсекундного горения (незабываемое зрелище) огонь погас, двигатель взревел, и танк дернулся вперед. Так как к рывку вперед взводный был готов, то он резко выжал педаль сцепления и одновременно педаль остановочного тормоза.

Эпопея с двигателем наконец закончилась, а проверка только началась…

Поскольку на итоговой проверке первой роте выпало сдавать боевую стрельбу, то заранее необходимо было пристрелять четыре танка (три участвуют в боевой стрельбе, один запасной). Пристрелку осуществляли командир роты капитан Суббота и взводные, а я, как зампотех, при сем присутствовал. Быстро осуществили выверку по удаленной точке и приступили к пристрелке пушки штатными снарядами (учебная болванка, имитатор осколочно-фугасного снаряда). Первый выстрел ротный сделал специально мимо цели для разогрева пушки и удаления смазки из канала ствола, второй и третий выстрелы были сделаны в брезентовую мишень натянутую на деревянный каркас. Мишень находилась на расстоянии примерно 1800 м. После первого пристрелочного выстрела ротный навел угольник прицела в ту же точку, в которую наводил до выстрела, после этого выверочными ключами (без изменения положения оси канала ствола пушки) навел угольник прицела на отверстие в мишени. Второй выстрел подтвердил точность выверки. У ротного осталось две неизрасходованных болванки, не долго думая, он бьет в нижнюю часть левого и правого краев мишени. Оба снаряда попадают в деревянные стойки каркаса и мишень падает как подкошенная – восторгам ротного и взводных нет конца и к вечеру уже весь полк знает как командир 1-й роты завалил вражеский "танк". А бойцам на директрисе ставится задача по ремонту каркаса мишени.

Через два дня сдача стрельб штатным снарядом. И опять не повезло ротному. Офицеры сдают стрельбу вначале, и командир первой роты стреляет в первом заезде. Первый выстрел пошел точно в цель, когда зарядился второй, ротный заметил, что башня самопроизвольно начала поворачиваться вправо в сторону вышки управления, повернул пульт влево – башня начала рывками поворачиваться влево и опять срываться вправо. Улучшив момент, когда ствол смотрел в сторону мишеней, ротный не целясь выстрелил и отключил стабилизатор.

Танк с неисправным стабилизатором заменили на запасной и в дальнейшем проблем при стрельбе не возникало.

Михаил Чобиток (майор запаса, 1976-81 гг. – КВТИУ; ЗКВ роты/батальона в ГСВГ; инженерный факультет ВА БТВ; НИИ БТ в Кубинке – МНС, начальник музея БТВТ, СНС).

Шестьдесятчетверка – поганая машина, очень капризная. Несмотря на то, что по сравнению с семьдесятдвойкой практически все операции по ремонту производятся значительно быстрее (В.Ч. примечание автора: трудоёмкость замены двигателя на Т-64 – 38 чел/час, на Т-72 – 96 чел/час; стартера-генератора – 1.9 и 12 чел/час, торсионного вала – 1 и 4 чел/час соответственно.), зампотеху работать с шестьдесятчетверкой труднее. Т-72 – неприхотливая машина, в то время как за Т-64 нужен глаз да глаз и все преимущества по лучшей компоновке МТО Т-64, позволяющие легче добираться до нужных агрегатов и быстрее выполнять различные работы, сводятся на нет из-за низкой надежности двигателя. В результате на один ремонт Т-72 приходится несколько ремонтов Т-64.

Движок дрянной, проблемы с запуском начинают возникать даже при плюсовой температуре. На морозе, если нужно завести танки роты, то радуешься, если один танк завелся сам – тогда можно остальные танки завести с буксира.

На мой взгляд, принятие Т-64 на вооружение – большая ошибка. Надо было использовать наработки по Т-64, поставить дизель типа В-2 и продолжать дальнейшее развитие четырехтактных танковых дизелей типа В-2. А принятие на вооружение танка с двухтактным 5ТДФ сильно притормозило дальнейшее развитие традиционного дизеля далеко не исчерпавшего свои резервы.

Михаил Урбанович (подполковник морской пехоты запаса; владимирская танковая учебка в 1972 г.; ХгвТКУ им. ВС УССР в 1978 г. и ВА БТВ в 1998 г. Более 5 лет прослужил в морской пехоте комбатом тб, три года был НШ тб в ТуркВО, командовал тв и тр в ГСВГ с 1978 по 1983г.) Судьба Т-64 во всех его модификациях представляется мне весьма драматичной.

Наверное, это справедливо для всех “первопроходцев”.

В конце 70-х, начале 80-х в ГСВГ (основной бронекулак СССР) началось тотальное перевооружение с Т-55/62 на Т-64. Мне выпало быть непосредственным участником этих преобразований, занимая должности командира танкового взвода и роты.

В один из полков вооруженных устаревшей техникой и ожидавших перевооружения на Т-64 нас прибыло в 1978 г. шесть лейтенантов-выпускников ХгвТКУ.

Через некоторое время получили новую технику, утром выгрузили танки с платформ и к полудню пригнали в парк части. Набежали особисты, велели тут же все танки в боксы поставить, чтобы сверху враг не увидел новую технику. После поступил приказ командира полка загрузить в танки боеприпасы. В нашем батальоне кроме нас – троих лейтенантовхарьковчан – никто не знал как обращаться с МЗ…

Построили роту, выгрузили из автомобиля ящики с артвыстрелами. Я показал, как из упаковок (укупорок) извлекать заряды. Отобрал танкистов пограмотнее, да поздоровее.

Объяснил, как и в какой последовательности подавать мне в башню элементы артвыстрела.

Потом на грунте разложили боеприпасы по типам. Затолкать артвыстрелы в конвеер МЗ можно в любой последовательности. Но в бою, время на заряжание пушки – дороже золота.

Поэтому, если при загрузке равномерно чередовать боеприпасы по типам, то и поиск (а соответственно и заряжание) их будет быстрее.

Конвеер МЗ при заряжании вращается только в одну сторону. Если загрузить сначала все бронебойные, потом все кумулятивные, потом все осколочные, то, выбрав на заряжание любой тип, будешь ждать, пока конвейер прокрутит все и доберется до нужного. А для эффективной стрельбы вероятность нахождения боеприпаса в конвейере должна быть одинаковой! Вот и думай танкист, как тебе быть… Пришлось повозиться. Соседи проще проблему решили: вали в конвейер, что под руку попадется. А тут ведь интересная штука выходит. Ты сам при загрузке боеприпасов программируешь свои возможности в бою. Что такое на 1-2 секунды опередить противника – наверняка поразить его первым! Простая и обыденная для танкиста работа по загрузке снарядов в танк имеет массу тонкостей, которые командир сам обязан знать, и экипажи свои научить, да не просто по-обезьяньи копировать движения, а чтобы со знанием дела, танкист подходил к любой работе по подготовке машины к бою.

Так вот и загрузил я 280 снарядов в 10 конвейеров. На третьей машине нормативы по загрузке боеприпасов по времени перекрывались уже в несколько раз (пока только мною).

На следующий день полк перешел в режим освоения новой техники…

Начались первые учебные стрельбы и вождения. Харьковчанам было не до сна, т.к. мы должны были присутствовать и там и там круглосуточно. Учить, учить и ремонтировать свороченные рычаги подачи и лотки МЗ, менять перегретые двигатели, выверять прицелы и т.д.

Когда я командовал ротой, поступила команда таким-то ротам Т-64 сдать, а получать будем новенькие Т-64Б.

При загрузке боеприпасов в новенькие танки выяснилось, что в трех машинах из десяти заводской брак – рычаг сброса заслонки створки улавливателя сделан не прямой, а буквой “Г”. Соответственно перекладка поддона произойти не может, а значит МЗ неработоспособен и машина не боеготова! Доложили начальству. Пришли ремонтники, которые кроме сварочных работ ничего и не знали, почесали затылки. Зампотех давай рекламации оформлять на завод. Я и говорю: “давайте-ка ребята по-нашему, потанковому…”. Сняли рычаги, бросили в костер, да кувалдами аккуратненько и выровняли.

Поставили на место – все заработало. Конечно же, потом достали новые и заменили, но этот “подарок XXVIсъезда КПСС” (а именно в это время проходил съезд) все запомнили надолго.

Лазерный прицел-дальномер вещь прекрасная, только первые месяца три-четыре никто из этого нового танка попасть не мог… Голову сломали, ночью не спалось. Все перепробовали, а попаданий из вкладной пушки нет!

Нутром чувствую, что-то с выверками прицела и дальномера не то, а понять не могу.

Если рекомендованной пристрелочной мишенью пользоваться – ничего не выходит. А начальство попробуй убеди! Плюнул я, выгнал танк на стрельбовую дорожку, поставил мишень на 1200м и стал ее обстреливать. Добился результата, что куда прицел, туда и снаряд. Вернул машину на пристрелочную площадку, снял на чистый лист все отметки, сравнил с заводскими – сходства не много… Выверил по этой мишени на площадке еще две машины. Потом сделали пробный заезд – все девять снарядов из трех машин в цель!

С этого дня не попасть в цель могли только из пулемета и только ленивые.

Пришла осенняя проверка. Так сказать внутренняя, когда дивизия проверяет сама себя.

Нам выпало сдавать ночную стрельбу. Дождь моросит, видимости никакой. На 1200 м елееле можно цель рассмотреть. В Германии такая погода не редкость, поэтому ждать ясного неба можно было и день и неделю.

Прибыл командир полка. Доложили о готовности и пошел первый заезд. Командир полка головой качает, мол куда стрелять не видно ни рожна! А мы ему с первого заезда три отличные оценки, со второго еще три… Четверки и тройки только потому, что пулеметных целей за дождем не видно! Командир фуражкой об стол – в отпуск всех отличников! Я протест выражаю – знаю ведь что всю роту придется отпустить… А бойцы знай себе дают – что ни выстрел, то в яблочко! Ей богу до анекдота дошло: мы с проверяющим из дивизии правили отличные оценки на хорошие, чтобы не “высовываться”. За всю свою службу я такой стрельбы не видел ни до, ни после…

На следующий день моей роте боевая тревога, задача: совершить марш в район армейского полигона (около 80км) и быть в готовности выполнять задачу, поставленную заместителем Министра обороны СССР! Вот и дострелялись. Через пять минут я был в парке, а там уже полковые спецы по моим танкам скачут: связист свое проверяет, химик свое! Все колесом крутится. Рота прибежала из столовой. Разогрели двигатели, я комбату говорю, если вся эта орда специалистов будет мне мешать, то мы задачу не выполним.

Командовать один командир должен! На том и порешили. Специалистов – вон, а танки – вперед! Ночь, хоть глаз коли. Дорога не близкая, и сказать, чтоб я ее до каждого поворота знал, не могу. Дал мне комбат в поводыри старого ротного из нашего батальона и с богом!

Километров через 30-40 принял доклад об остановке одной из машин (четвертая в колонне).

Почему остановился танк понять не могу, какой-то бугор впереди – в общем бред какой-то.

Остановил колонну подошел к четвертому танку и обомлел: впереди танка на ровном месте – гора песка! Оказывается лопата для самоокапывания не до конца была закреплена…

Отвалилась и за два десятка метров нагребла перед носом целую гору! Что тут поделаешь, выматерились и пошли дальше.

К рассвету были на месте. Три дня мы в режиме ожидания готовились показать военачальнику высокого ранга свое мастерство. Больше всего маршал хотел посмотреть пуск нового управляемого снаряда, а это было как раз то, чего мы не делали ни разу в жизни! Мне повезло за год до того, примерно в такой же обстановке трем офицерамхарьковчанам (в том числе и мне) дали выстрелить новым боеприпасом. К слову сказать, на дальности 2500м отверстия в мишени можно было накрыть фуражкой.

Сосредоточившись на армейском полигоне, зарылись, замаскировались и стали готовиться к наступлению с боевой стрельбой днем. Погода стояла мерзкая: моросил мелкий дождь и было довольно прохладно. Командиры рот примерно за сутки до атаки предложили комбату снять дополнительные бочки с топливом. На то были причины. Во-первых, эти бочки загораживают башенные номера, и управлять ротой сложно. Во-вторых, наступающая с нами пехота имеет обыкновение стрелять по наружным бакам танков, а попадание в 180 л бочку с дизельным топливом могло привести к печальным, если не трагическим последствиям.

Однако наш комбат такой команды от старшего начальника не получал, а сам решение принять побоялся. Последствия этой нерешительности дорого нам обошлись…

Рано утром два танковых полка первого эшелона дивизии начали выдвижение на рубеж перехода в атаку. Вот уже и последний рубеж развертывания, танки веером разошлись и заняли места в боевой линии. Механиков водителей накануне проинструктировали с какой скоростью двигаться и какие обороты двигателя держать, чтобы не выдвинуться вперед под огонь своей авиации и артиллерии. “Прорвали” передний край обороны “противника” и устремились вперед. Видимость никудышная. Стекла приборов наблюдения заливает дождь, впереди, соответственно марево, да еще и бочки “помогают”!

Вдруг в эфире раздались удивленные голоса и странные вопросы: “чей танк впереди!?”.

Смотрю в командирский прибор – ни черта не видно после метров 800-900. А стрельба идет. Каждый командир роты припав к ТКНу напряженно всматривается в поле и матерясь пытается прочитать в промежутках между бочками башенный номер атакующей машины. В эфире раздаются все более напряженные голоса начальников, задающих то же вопрос: “чей танк впереди!?”. Все посчитали и доложили о том, что во всех ротах танки находятся в боевой линии.

Вдруг, разглядываю вдалеке темное пятно. Танк, не танк, поди разбери… Дали общую команду “стой”! В это самое время с левого фланга производится выстрел и практический кумулятивный снаряд полетел в сторону этого пятна. Недолет. Приглядываюсь – точно, похоже танк, и дымок от выхлопа чуть просматривается. Все же мы уже подошли ближе метров на 300-400. Не прошло и десяти секунд, как грянул второй выстрел, практически совпадающий по времени с командой “прекратить стрельбу!”. Трассер снаряда приближается к танку. Теперь это хорошо видно. Башня танка немного повернулась и меня прошиб холодный пот – первая цифра это номер моей роты. В это мгновение трассер совмещается с целью. Почти 400л топлива, мгновенно вспыхнули и факел в несколько метров высотой взметнулся над машиной. Видно, как полетели куски брезента, ящика ЗИП… Все оцепенели. Я пытаюсь сообразить, что делать. Если в танке пожар, то люки по инструкции лучше не открывать. Сработает ППО и есть надежда выбраться. Но танк боевой и загружен почти полный боекомплект… В это время открываются оба люка на башне и командир танка с наводчиком – буквально катапультируются на грунт и бегут от танка.

Механика не видно. Идут секунды, рванет или не рванет? Механика нет. Значит не может выбраться. Что случилось – ранен, или пушка не дает открыть люк. Наконец опомнился командир танка и они с наводчиком бросаются к машине. В это время с места срывается БМП начальника штаба батальона. Подскочив к горящему танку, он со своими связистами начал сбивать пламя песком и огнетушителями. Пушку отвернули и механик благополучно выбрался из машины. “Пожар потушен”, послышался доклад начальника штаба батальона по радио. Отлегло. Все живы, машина… а вот что с машиной… Мы перемигнулись с наводчиком. За учениями наблюдает Главком ГСВГ. Сраму-то теперь будет.

Особисты уже возле танка. Машина секретная. Меня к танку и на полсотни метров не подпустили. Главком построил экипаж, ребята и так напуганы, а тут еще и целый генерал армии перед ними. Командир танка докладывает, как и что получилось…

А получилось на самом деле вот что.

Танкисты увлеклись атакой. Командир не вертелся белкой в башне, поглядывая по сторонам – где соседи? В атаке танк идет со скоростью примерно 200-300 м/мин. 4-5 минут прозевал – на целый километр можно убежать… Тут по ним и пальнули. Первый выстрел – недолет, второй – цель. Экипаж ничего не понял. Механик подумал, что тряхнуло машину от своего выстрела, в башне подумали, что механик в яму залетел. Сообразили, когда паленой соляркой запахло, сработало ППО и в эфире непонятные переговоры начались.

Наводчик орудия с командиром танка выскочили из машины, а про механика забыли впопыхах. Механик к тому же по-русски разговаривал плохо, управлять им не просто.

Что же произошло с машиной. Снаряд попал в кормовую часть и раскололся на три части. Один осколок срезал кронштейны крепления бочек и вызвал возгорание топлива в них. Второй осколок срезал с башни большой ящик с кормовым ЗИП и все, что крепилось на башне: запасные траки, коробки для аппаратов индивидуального дыхания (АТ-1) и пр.

Головная часть пробила крышу силового отделения и зависла в нескольких миллиметрах от трубок высокого давления ТНВД. Горящее топливо стало растекаться по днищу из силового отделения по всей машине. Сработали датчики системы ППО и пожар внутри машины был остановлен. Подоспевшие связисты погасили пожар снаружи.

Таким образом, подвижность танка удалось восстановить заменив крышу силового отделения. Ящики и траки тоже не проблема. А вот, что интересно: вышел из строя вертикальный привод стабилизатора. Как выяснилось, он являлся слабым местом. При сильном ударе, вызванном попаданием снаряда, или при столкновении танков эта часть гидропривода напрочь выходила из строя.

Машину привезли на трейлере в часть и особисты и прочие специалисты несколько дней изучали характер повреждений, делали фотографии. Нас, конечно же, к ней не подпускали на пушечный выстрел…

Последние мои учения в должности командира танковой роты были армейского масштаба. Стояла прекрасная теплая и сухая погода. Как раз то, что меньше всего нужно на марше. Пыль стояла такая, что выдерживать дистанцию между машинами было очень сложно. Иногда впереди идущую машину просто не было видно. К вечеру подходили к району Альтенграббовского полигона (шли от Магдебурга через Ютербог). Утром погрузка и конец учений. Получаю доклад по радио о том, что на одной из машин (третьей в колонне роты) слетела гусеница. Ну смертельного в этом ничего нет. Дал команду уйти с маршрута и натянуть гусеничную ленту. Через полчаса привал и ожидание погрузки.

Подходит ко мне командир первого взвода и докладывает о столкновении на марше.

На него налетела сзади идущая машина. Показал свороченный командирский люк на башне.

Спрашиваю кто вел машину и кто сидел на башне (а у самого предчувствие нехорошее какое-то). Оказывается, за рычагами сидел самолично командир взвода, а на башне сидел механик. Вызвал механика. Тот докладывает, что на крутом повороте взводный резко затормозил и машина, которая шла сзади, врубилась им в корму, т.к. механик в такой пыли увидел впереди идущий танк поздно. Тот гвардеец, который сидел на башне, конечно, родился в рубашке. Он за секунду до столкновения инстинктивно обернулся и увидел в метре от себя летящий на него ствол пушки. Тренированный танкист просто свалился в люк, разбив свой нос об ТКН, чем спас себе жизнь. В это время танк уже выходил из ямы на повороте “убегая” от страшного удара. Поэтому машина получила минимум повреждений.

Запросил второй танк по радио и выяснил, что все целы и невредимы. Дал нагоняй, чтобы до темноты гусеница была одета.

Какие повреждения получила налетевшая на командирский танк машина, можно было только гадать, т.к. она осталась километрах в двух-трех сзади. Дело шло к ночлегу. Люди вымотались. Завтра утром начинается погрузка на железнодорожные платформы. Чуть свет выехал на танке к пострадавшей машине. Славные танкисты мирно похрапывали лежа на расстеленной гусеничной ленте. Я, конечно, вышел из себя и готов был пройтись по нерадивым служакам антенной от радиостанции, но удержался. Осмотрели танк снаружи.

Видимых серьезных повреждений нет. Удар пришелся на левое направляющее колесо, за счет резкой остановки машина сильно клюнула вперед и удар пушкой пришелся в двух направлениях: горизонтальном и вертикальном. Одели гусеницу. Запустили двигатель и дали ход. Через пару метров гусеница аккуратным колечком легла на грунт. Осмотрели направляющее колесо. Оно явно несколько вывернуто наружу. Сняли бревно для самовытаскивания. Время уже поджимает. Уперли бревно в пострадавшее направляющее колесо и вторым танком пару раз ударили по свободному концу бревна (аккуратно так, без разбега, значит). Результат миллиметровый, но уже, как говорится лучше. Ударили еще пару раз и одели гусеницу. Сел за рычаги сам. Командира взвода и экипаж расставил вдоль левого борта, чтобы следили за гусеничной лентой и дали знать, если она начнет “съезжать” с направляющего колеса. На первой передаче поползли к станции погрузки. Тащились около часа. Но дошли вовремя. Батальон уже погрузился и оставил одну платформу для наших двух машин. Погрузили хромоногий танк. Комбат построил батальон и объявил, что по предварительным итогам учений до вчерашнего дня лучшая была наша рота, ну а сегодня с утра она стала худшей, т.к. допустила вывод из строя техники.

Прибыли в часть. Хромоножку сразу поставили в ПТО. С командиром взвода и зам. ком. роты по вооружению принялись осматривать и обнюхивать машину. Я сел на место командира танка и взглянул на казенник орудия. Ей-богу у меня волосы на голове зашевелились…

Казенная часть пушки при ударе концом ствола о башню впереди идущего танка с усилием увеличенным от “клевка” машины, помноженным на рычаг длинной в несколько метров, естественно пошла вниз. Крепление стопора пушки по-походному было с корнем вырвано из башни. Штанга, сопротивляясь огромным нагрузкам, растянулась так, что отверстия для пальца крепления ее к казеннику имели вид не окружности, а эллипса с порядочным эксцентриситетом.

Дальше – больше. Палец крепления исполнительного цилиндра вертикального привода стабилизатора был переломлен, как спичка. Сам цилиндр лежал под кабиной МЗ.

Нижняя часть казенника нанесла страшный удар по рычагу подачи МЗ, разворотила тележку и сдвинула рычаг вперед на 20-30мм! Естественно сильные повреждения получили противооткатные устройства (ПОУ) и вращающееся контактное устройство (ВКУ).

Для того, чтобы осмотреть днище боевого отделения пушку пришлось опустить вниз и застопорить тросом, как при подготовке танка к погрузке.

Ходовая часть также получила повреждения. Левое направляющее колесо, конечно же, требовало замены. Но ось кривошипа тоже оказалась согнутой градусов на 10.

Т-64Б были тогда суперсекретными и состояли на вооружении только трех первых рот батальонов, которые принято было называть снайперскими. Скандал выходил солидный.

Доложил по команде о состоянии машины. Позвонил лично заместителю командира дивизии по вооружению. Прекрасный был танкист. Спокойный, выдержанный, он умел выслушать любого подчиненного и оказать помощь командиру любого звена. Он, конечно, внимательно меня выслушал, спросил где находится машина и через час прибыл с командиром рембата и двумя прапорщиками. Он лично детально осмотрел машину и похвалил (!) за то, что все повреждения были названы нами правильно и ничего не скрыто.

Потом хотел отругать, но сдержался. Честно сказал, что шею намылят всем, начиная с нас и заканчивая им. Впрочем, в этом никто особо не сомневался. Через несколько часов специалисты из рембата, экипаж танка и мой заместитель по вооружению снимали изуродованный кривошип. Так как он от удара даже сместился в основании, то пришлось высверливать болты, заваривать и зашлифовывать отверстия, а потом делать их снова и нарезать резьбу. Я тем временем в одном из классов разыскал работающий исполнительный цилиндр стабилизатора. Когда ходовая часть была восстановлена, заменено ВКУ и ПОУ, я с командиром взвода при помощи экипажа извлек на свет божий рычаг подачи МЗ. Его тоже пришлось заменить. На посадочной платформе рычага расточили отверстия для того, чтобы сдвинуть его назад в нормальное положение и подложили полумесяцы для фиксации нового смещения. Проверили на учебных боеприпасах, работает.

А вот электрогидропривод вертикального наведения пришлось менять, как и в случае с попаданием снаряда. Выходил из строя узел с электрическим приводом, который вращал гидронасос вертикального наведения. Это оказалось слабым местом танка при попаданиях снаряда или удара при столкновении.

Сергей Тай, г. Минск (проходил срочную службу командиром танка Т-64АВ в ЗГВ)

Прочитал статью Михаила Урбановича "Судьба Т-64". В 1986-88 гг. я служил в полку прикрытия, в котором были машины Т-64А и Т-64Б.

"Шестьдесятчетверка" – машина действительно сложная и интересная, и, вероятно, ее новизну для своего времени можно в какой-то мере назвать революционной. Нас готовили в учебке в Форст Цинне, готовили достаточно основательно, поэтому многих проблем, описанных в статье, нам удалось избежать. Ездить приходилось достаточно много и часто, но никто не угробил двигатель, хотя он и имел склонность перегреваться при неправильной эксплуатации.

То, что у нас командиры танков при случае подменяли механиков-водителей, было делом обыденным. Впрочем, на стрельбах мы (ком. танков) всегда показывали результаты лучше, чем наводчики. Попало так, что за второе полугодие службы в полку у нас было порядка десяти стрельб только штатным снарядом, поэтому мой призыв считался в части очень сильным в плане огневой подготовки. И при этом не было практически никаких проблем с МЗ. Возможно, что сам МЗ был к тому времени как-то усовершенствован и отработан. Хотя, вероятнее всего, потому, что мы долго и постоянно занимались им на тренажерах.

Проблем с подкрылками не было тоже, их не теряли и не гнули. На учениях с боевой стрельбой обязательно скидывали дополнительные бочки и сливали наружные баки (ЗИПы тоже снимали), поскольку идущая следом пехота имела обыкновение палить куда попало, умудряясь разбивать нам даже триплекса на командирских башенках, что, впрочем, предвидел зампотех и постоянно имел запас триплексов. Не знаю, где он их доставал, но задержек с их заменой не было.

Вообще, что б не говорили, Т-64 машина хорошая. Хотя и не без недостатков.

Например, чтоб запустить двигатель даже при +15, уже желательно включать подогреватель.

Огонь желательно вести только при запущенном двигателе: вручную заряжать орудие и вращать башней долго и неудобно. Реально скорострельность "вручную" – выстрел в минуту, причем командира это заряжание отвлекает от наблюдения за противником. И злит (по собственному опыту). А командир – глаза экипажа, потому как он один имеет круговой обзор. Кстати, я до сих пор плохо представляю, как можно было воевать, например, на тех же Т-34, которые до июля 1943 не имели командирской башенки, да и приборы наблюдения, говорят, на нем были не ахти. Кстати, и на Т-64 было б неплохо снабдить наводчика прибором кругового обзора, прицела и двух триплексов (с обзором вперед и влево) явно недостаточно. Не способствует работе экипажа и теснота боевого отделения. Кстати, танк требует достаточно много времени на обслуживание, и если относиться к этому делу серьезно (а так оно и должно быть), то экипажу, скажем, Т-62 легче: и машина попроще, и их четверо, а не трое. В этом плане нам повезло, что нас практически никогда не отвлекали на сельхозработы и прочую дребедень, обыкновенно ходили только в караул и изредка – в наряд по столовой (это было уделом двух МСБ, которые входили в состав полка). И еще, тем, что в роте были толковые офицеры, вообще они мало напоминали "классических" советских офицеров, скорее, классических "белогвардейцев": по-моему, даже матом не ругались, не припомню такого. Правда, старшина любил выпить, но ему это как-то прощалось, мужик был хороший, да и танк знал отлично, хотя от него это и не требовалось.

Мне сложно судить, какая подготовка танкистов в НАТО, но мне кажется, что у нас она не была хуже. Например, на стрельбах, не зная заранее мишенной обстановки (что, говорят, практиковалось другими частями), мы обыкновенно размолачивали мишени едва ли не прежде, чем они успевали появиться. Хотя, наверное, мой полк был исключением из правил, мне приходилось говорить с ребятами, которые отслужили механиками-водителями и на танке почти не ездили и не стрелявшими наводчиками. Вообще, наверное, лучше иметь небольшую армию, но подготовленную, потому как подготовка танковых экипажей в той же Чечне, увы… Что и сказалось на потерях. А харьковская "шестьдесятчетверка" при хорошей подготовке экипажа еще долго сможет противостоять любым западным танкам. Ведь у того же "Абрамса" бортовая броня, прямо скажем, ерундовая.

В случае проникновения огня в боевое отделение, у экипажа Т-64 нет никаких шансов на выживание, поскольку взрыв БК неизбежен: сгорающие гильзы воспламеняются почти мгновенно. Впрочем, это можно сказать и про Т-72, Т-80 и Т-90. (Следует отметить, что вопрос о неизбежности взрыва достаточно спорный – все перечисленные танки имеют систему ППО достаточно высокого быстродействия и эффективности – прим. авторов).

В случае эвакуации из танка неудобно быстро воспользоваться нижним люком, хотя при выходе через него у экипажа гораздо больше шансов на выживание, если танк находится под огнем. Неудобно также проникать из боевого отделения в отделение управления и наоборот. Для этого необходимо удалить два лотка из конвейера боеукладки, что, учитывая небольшой заброневой объем танка, не так просто. Кстати, у нас у наводчиков были бинокулярные прицелы. Хотя, говорят, что раньше ставили монокулярные, и от этого уставали глаза. Марку точно не помню, по-моему, те же ТПД-2-49. Как ни странно, но при стрельбе с их применением у нас были лучше результаты, чем у других рот, где прицелы были квантовыми. Наверное, не всегда усложнение конструкции приводит к лучшим результатам.

Дневной прицел не вызывал никаких нареканий, чего нельзя сказать о ночном ТПН, потому как он имел тенденцию "засвечиваться" и вести с его помощью огонь на дистанции свыше 500-700 метров было уже практически невозможно. Я обыкновенно при стрельбе ночью включал подсветку дневного прицела и стрелял с его помощью. Плох и ТВН (танковый водителя ночной), так же засвечивается – например, если при выстреле механик не закроет его от вспышки шторкой, то пользоваться им далее проблематично. На западных машинах приборы ночного видения не требуют подсветки (фары-Луны), и, говорят, позволяют видеть на расстоянии до 10 км. Стабилизатор 2Э28М-2 просто великолепен, мне однажды пришлось проехать на месте наводчика Т-62 – разница чувствуется.

Что меня удивляло, когда приходилось наблюдать учения других частей со стороны – невысокий темп стрельбы танков, экипажи просто не могли быстро обнаружить и поразить цель – то, за что нас всегда гоняли, от нас требовали, чтобы интервал между выстрелами не превышал 10 секунд – и справлялись. Правда, иногда халтурили, стреляли приблизительно, поскольку доставалось не столько за промах, сколько за задержку в открытии огня. Наши командиры это, естественно, видели, но сильно не ругались, потому как даже такой огонь может помешать противнику сделать точный выстрел.

Я думаю, что при хорошем экипаже "шестьдесятчетверка", стоящая в засаде с дистанции 1000-1500 метров не оставит трем-четырем танкам противника даже шансов на ответный огонь. Был у нас интересный случай. На совместных учениях наш взвод был замаскирован и стоял в засаде. На нас двигались 4 цели (фанерные макеты танков, которые тащили тросами). Последовала команда "огонь". Проверяющий на вышке несколько отвлекся, затем поднес к глазам бинокль, но опоздал – все 4 мишени были разбиты практически вдребезги – каждая получила 2 отведенных для ее поражения штатных снаряда, а две БМП, стоящие за танками, вообще не успели выстрелить.

Насчет броневой защиты говорить сложно, хотя нам говорили, что она лучше, чем у Т72. У нас уже были контейнеры под динамическую броню (перед учениями ее снимали), а на лобовой броне вдобавок был приварен еще броневой лист толщиной где-то около 50 миллиметров (судя по упоминавшимся ранее стабилизатору и прицелу, Сергей служил на Т64АВ выпуска не ранее 1974 г. Во время капитального ремонта на лобовую броню был приварен 40-мм лист и бонки для крепления контейнеров ДЗ – прим. авторов).

Сейчас много говорят о будущем танков. Некоторые вообще говорят об их ненужности: читал я вроде у Мухина, что это игрушка дорогая и бесполезная. Я думаю, он не прав, и опыт последних конфликтов это показывает куда как наглядно.

Т-64 – взгляд со стороны вероятного противника Взгляд со стороны противника всегда интересен, хотя и субъективен. Реальную оценку боевой технике может дать только общевойсковой бой двух одинаково подготовленных к нему противоборствующих сторон, со всеми его непредсказуемыми последствиями. Локальные военные конфликты с применением мало обученными войсками современной боевой техники или столкновения, подобные войне в Персидском заливе, больше напоминающее групповое изнасилование несовершеннолетнего подростка не в счёт.

Изучив различные материалы и отказавшись от любительских популярных изданий в стиле С. Залоги, мы решили привести лишь одну небольшую выдержку из журнала ARMOR за март-апрель 1990 года. Капитан James M.Warford в своей статье “Стратегический сюрприз”как нельзя более лаконично и грамотно сделал выводы о значении принятия на вооружение Советской армии танков Т-64: “Сегодня мы можем предположить, какой удар мог бы нанести Т-64 войскам НАТО.

Как только танк стал известен на Западе, то вызвал крах программ развития противотанкового вооружения. Так не могло продолжаться более нескольких лет и Т-64 изменил облик с оснащением реактивной броней в 1984 году (год оснащения танков динамической защитой приведён авторами согласно оригиналу). Экипажи танков НАТО имели бы дело с новым образцом секретного оружия, так как Т-64 стал сюрпризом подобно танку Т-34/76 во второй Мировой войне. Танкисты НАТО вели бы бой против него на худших танках с мрачным результатом. Случай с Т-34/76 это не только создание нового танка для советской армии, но и создание принципиально нового танка. Второй раз это произошло с танком Т-64.

Танк Т-64 бросил вызов танкам НАТО 60-х – 70-х годов и мог задавать тон на поле боя. Благодаря появлению Т-64 возрос потенциал советской армии. Этот танк влияет на него и сегодня…

Создание сейчас танка FST-2 (FST-2 – перспективный советский танк. Имеются ввиду танки Т-80У и Т-80УД) не стало сюрпризом для противников советской армии, а представляется как создание более совершенного танка. Мы должны учитывать эту неприятную вещь заранее, чем противная сторона поднимет свой потенциал. Если мы допустим сюрприз опять, как его имела Германия с Т-34/ 76, и как НАТО с Т-64, то советы получат преимущество, что недопустимо…

Как и Т-64, FST-2 может быть танком, который будет применяться в следующей войне”.

Т-64БМ "Булат" – последняя модернизация Т-64 М. Саенко, В.Чобиток Броне-сайт, июль 2005 В 1974-1979гг в ХКБМ параллельно с конструкторским сопровождением серийного производства танков Т-64А, а в последствии Т-64Б и Т-64Б-1, проводились ОКР по разработке моторно-трансмиссионного отделения с новым, более мощным двигателем 6ТД для серийных танков Т-64А, Т-64Б и Т-64Б-1. В 1975 году был разработан технический проект танка, оснащенного новым МТО, а в феврале 1976 года "в подарок" к XXV съезду КПСС на базе танка Т-64А были изготовлены три опытных танка объект 476. Кроме нового МТО танки были оснащены новыми изменённой формы башнями с большим внутренним объёмом. Лобовая часть башен представляла собой многослойную броневую преграду, где между стальных броневых стенок размещался наполнитель, состоявший из броневых пластин с ячейками, залитыми полиуретаном. В 1978-1979 годах новые танки проходили всесторонние испытания во всех климатических зонах СССР. В октябре 1979 года по результатам проведенных испытаний двигатель 6ТД был рекомендован к серийному производству. Решением коллегии МО СССР от 5 января 1978 года и Министерства оборонной промышленности СССР от 26 июля 1978 года новый танковый двигатель 6ТД запушен в серийное производство. А 25 января 1979 года была утверждена техническая документация по модернизации серийных танков Т-64А, Т-64АК, Т-64Б и Т-64Б-1 в ходе капитального ремонта. Модернизированные танки приняты на вооружение приказом МО СССР № 0262 от 21.12.81 года под марками Т-64АМ, Т-64АКМ, Т-64БМ и Т-64Б-1М. К сожалению, серийное производство этих танков так и не было организовано в силу ряда политических и экономических причин.

Новая башня с объекта 476 была оснащена комплексом управляемого вооружения 9К112-1 и новым МЗ 6ЭЦ43 и установлена на опытном танке объект 478 – прототипе знаменитого танка Т-80УД "Берёза". Кроме того, башня доработанная под новую СУО 1А45 "Иртыш" и КУРВ 9К119 "Рефлекс", была установлена на модернизированном танке Т-80А (объект 219А), выпуск которого предполагалось развернуть на ХЗТМ с 1982 года.

Впоследствии эта же башня была установлена как на омском Т-80У, так и на харьковском Т80УД.

После распада СССР в период с 1991 по 1999 год в ХКБМ был разработан ряд технических проектов по усилению защищённости и модернизации системы управления огнём танков Т-64БВ и Т-64БВ-1 до уровня танков Т-80УД и Т-84. Для усиления защищённости модернизированные танки оснащаются встроенной динамической защитой украинской разработки. Для улучшения подвижности на танках устанавливается модернизированный двигатель 5ТДФ-М мощностью 850 лошадиных сил. Модернизация же системы управления огнём в зависимости от желания заказчика может проводиться в двух вариантах.

Первый вариант модернизации – танк Т-64БМ2 (объект 447АМ-2) предусматривает установку комплекса управляемого вооружения 9К119, прицельных комплексов 1А43У "Рось" и ТО1-КО1Э, а так же механизма заряжания 6ЭЦ43.

Второй вариант модернизации – танк Т-64У (объект 447АМ-1) заключается в установке на танке в полном объёме системы управления огнём 1А45, унифицированной с танками Т80УД (объект 478Б) и Т-84 (объект 478ДУ2) В состав СУО 1А45 входят прицельные комплексы 1А43У, ТО1-КО1Э и ПНК-4СУ.

Прицельный комплекс 1А43У включает в себя прицел-дальномер прибор наведения 1Г46М "Промiнь" ("Луч") с электроблоком, блок разрешения выстрела и танковый баллистический вычислитель 1В528-1 (ТИУС-В). Кроме того, вместо датчика ветра 1Б11 устанавливается новый датчик ветра ДВЕ-БС. Прицельный комплекс ТО1-КО1Э состоит из ночного инфракрасного прицела ТПН-4Э "Буран-Э" и осветителя Л-4 (устанавливается по желанию заказчика).

Прицельный комплекс ПНК-4СУ размещён в правом люке башни танка и состоит из комбинированного прицела командира танка ТКН-4С "АГАТ" с электроблоком. Помимо нового прицельного комплекса в правом люке башни размещены зенитный прицел ПЗУ-7 и привод наведения 1ЭЦ29, который совместно с ПНК-4СУ позволяет командиру танка брать на себя управление вооружением танка.

Все оптические приборы, устанавливаемые на танки в ходе модернизации, являются модернизированными вариантами советских прицелов "Иртыш", "Буран" и "Агат". В состав прицелов введены электронно-оптические преобразователи нового поколения, узлы и блоки, существенно повышающие их характеристики и возможности. Все прицелы серийно выпускаются на Украине научно-производственным комплексом НПК "Фотоприбор" в городе Черкассы. В перспективе планируется замена прицельного комплекса ПНК-4СУ на ПНК-5, в состав которого введён собственный лазерный дальномер и устройство ввода бокового упреждения.

Во время парада в честь независимости Украины 24 августа 1999 года были продемонстрированы шесть капитально отремонтированных на 115-м танкоремонтном заводе в городе Харькове танков с макетом встроенной динамической защиты, два модернизированных танка Т-64БМ2 (объект 447АМ-2) и один Т-64У (объект 447АМ-1), выпущенных на ХЗТМ. При этом Т-64У с башенным номером "201" находился на "скамье запасных" и по Крещатику не шел. Внешне Т-64У легко отличить от Т-64БМ2 по отсутствию осветителя на башне рядом с пушкой и антеннообразному датчику ветра на корме башни взамен старого с "ушами", а так же по ЗПУ на командирском люке, которая у Т-64БМ2 осталась прежняя, а у Т-64У такая, как на Т-80УД и Т-84.

По сведениям авторов на тот момент было принято решение проводить модернизацию танков Т-64А и Т-64Б до уровня Т-64БМ2. Таким образом был выбран вариант менее глубокой модернизации. В подтверждение этого в 2001 году по Крещатику парадным строем прошла рота Т-64БМ2, Т-64У среди них не было. Здесь произошел интересный казус. Перед ротой Т-64 должна была пройти рота Т-84, но на параде первыми проследовали "шестьдесятчетверки". Как оказалось, на одном из Т-84 в последний момент перед началом движения сработал МОД (механизм остановки двигателя). Чтобы выиграть время для возврата машины в строй, роту Т-64 пропустили вперед…

Через некоторое время на сайте ХКБМ появляется информация о танке Т-64БМ "Булат" – модернизации танков Т-64А и Т-64БМ. На фотографиях был представлен Т-64У. Поскольку даже сайтам производителей не всегда можно доверять в смысле достоверности фотоматериалов, то мы предпочли не спешить с выводами…

И вот, наконец, в июле 2005 года новостные ленты информагентств сообщили новость о принятии на вооружение украинской армии 17 танков Т-64БМ "Булат". На свежих фотографиях этих машин мы видим все тот же Т-64У (объект 447АМ-1), который можно отличить по датчику ветра, ЗПУ и отсутствию "Луны".

Мы рады, что здравый смысл иногда все же торжествует и МО Украины отказалось от своего половинчатого решения модернизации Т-64 (Т-64БМ2) и пошло на более глубокую модернизацию машины с лучшими характеристиками – Т-64У, который получил наименование Т-64БМ "Булат".

Источники информации:

М.Саенко, В.Чобиток. Основной боевой танк Т-64. -М.: ЭксПринт, 2001 Список использованной литературы 1. Бронетанковая техника капиталистических государств (Дополнение 1). -М.: Военное издательство МО СССР, 1973.

2. Бронетанковая техника капиталистических государств. -М.: Военное издательство МО