– Бог мой, но как же свадьба? – запричитала Люси Уоррен, выронив листок бумаги, который держала в руке. Из другой ее руки выпала прекрасная нежно-розовая гвоздика, но Люси этого даже не заметила. Сраженная новостью, она напрочь забыла, что собиралась добавить цветок к другим, составлявшим декоративную композицию из роз, гвоздик, хризантем и папоротников. – Все уже организовано, завтра съедутся гости!

Небольшая комнатка благоухала сладким ароматом цветов, которые должны были завтра украсить церковь во время свадебной церемонии.

– Никакой свадьбы не будет. – Мелани рассеянно заправила за ухо прядь темных волос. – Во всяком случае, у меня.

Она даже удивилась, что ее голос прозвучал вполне нормально, разве немного глуховато. В этот день Мелани отпросилась с работы пораньше. Дома ее ждало несколько писем, она взяла их и поднялась в свою комнату. Найдя письмо от Саймона, она распечатала его первым. Мелани глубоко тронуло, что Саймон взял на себя труд написать, поскольку сегодняшним вечером должен был приехать из Окленда на их свадьбу и привезти с собой подружку невесты.

Когда Мелани прочла письмо и вникла в его смысл, ее первым побуждением было спрятать его подальше, а заодно и самой спрятаться и сделать вид, будто никакого письма не существует. Потому что того, о чем она прочла, просто не могло быть.

– Какой кошмар! – Люси вздохнула. – Если бы он хотя бы сообщил заранее! – Затем, только сейчас сообразив, что означает новость для ее дочери, она шагнула к Мелани и обняла ее. – Бедная моя девочка, мне так жаль!

Мелани тоже обняла мать. Она чувствовала на щеке влагу материнских слез, но ее собственные глаза оставались сухими. Происходящее все еще казалось нереальным. Но новость затрагивала не ее одну, на свадьбу приглашены друзья и родственники с ее стороны и со стороны Саймона – в общей сложности больше сотни человек. Многие уже в дороге.

Мелани осторожно отстранилась.

– Мама, со мной все в порядке. Пожалуйста, успокойся. Нам следует известить гостей.

– Да, конечно, но у нас так мало времени! Нужно отменить заказ в ресторане, предупредить священника, обзвонить приглашенных… Когда же мы все успеем? И как объясним, что случилось?

Мелани пожала плечами.

– Просто скажем, что свадьба отменяется.

Люси ахнула, доставая из кармана носовой платок.

– Как ты можешь говорить так спокойно, когда тебя бросили буквально у алтаря!?

Мелани внутренне содрогнулась. Что ж, по крайней мере до такого Саймон не дошел, хотя то, что он сделал, не намного лучше.

– Не совсем у алтаря.

– Не совсем, но почти! – сердито бросила Люси. – Как он мог? А Элен? И эта особа еще считалась твоей лучшей подругой! Я всегда чувствовала, что она та еще штучка!

Да, видно, в Элен есть нечто такое, перед чем большинство мужчин, включая Саймона, не в силах устоять, подумала Мелани. Нечто, чего нет у меня: какая-то трогательная уязвимость, чувственность, парадоксальным образом сочетающаяся с невинностью.

Вплоть до сегодняшнего дня она никогда не завидовала Элен, хотя та была изящной миниатюрной блондинкой с большими фиалковыми глазами, а Мелани имела ничем не примечательную внешность: средний рост, темно-каштановые волосы и глаза неопределенного серо-голубого оттенка. Когда-то, еще будучи долговязым подростком, Мелани мечтала о соблазнительном бюсте, но – увы! – мечта так и осталась мечтой: фигура Мелани не представляла собой ничего особенного. Правда, Элен завидовала ее длинным стройным ногам, однако в отличие от подруги Мелани никогда не удостаивалась пристального внимания мужчин.

Поскольку все трое выросли в одном городке, Мелани наивно вообразила, что у Саймона выработался своего рода иммунитет к Элен. Как же она ошибалась! С тех пор как Элен переехала с родителями в Окленд, Саймон с ней почти не встречался и увидел только на вечеринке по случаю помолвки с Мелани. А вскоре после этого Элен тоже объявила о своей помолвке. По-видимому, после большого перерыва Саймон увидел ее новыми глазами.

Что-то тяжелое сдавило сердце Мелани, и оно словно превратилось в маленький холодный комок. Саймон и Элен. Мысленно ставя эти имена рядом, она смутно ощущала какое-то недоумение. Наверное, потом, когда пройдет это неестественное оцепенение, ей будет очень больно, но пока Мелани казалось, будто все происходит с кем-то другим, а она лишь отстраненно наблюдает. И она радовалась этой иллюзии, позволявшей не тратить время на переживания: до завтрашнего дня нужно успеть сделать очень много.

– Интересно, а Деймон знает? – задумчиво спросила Мелани.

– Жених Элен? – встрепенулась Люси. – Думаешь, она ему сказала?

– Надеюсь.

На самом деле Мелани сильно сомневалась, что у Элен хватило храбрости поставить в известность своего жениха. Она мало знала Деймона Ривза, но прекрасно помнила, как в первые же минуты знакомства поразилась исходящей от него силе и мужественности.

По предложению Элен они вчетвером встретились в одном из оклендских баров.

Мужчины отправились за напитками, и подруги ненадолго остались вдвоем. Нескольких минут хватило, чтобы какой-то парень успел заинтересоваться Элен. Пожирая ее глазами, он двинулся знакомиться и подошел к столику одновременно с вернувшимся Деймоном. Тому достаточно было бросить взгляд, чтобы незадачливый донжуан поспешил убраться восвояси.

Элен прижалась к Деймону, подняла на него полные обожания глаза, и он ответил чуть снисходительным взглядом, в котором, однако, читались нежность и… желание. Мелани очень живо помнила этот взгляд.

Вряд ли такой мужчина покорно воспримет известие, что невеста сбежала к другому, рассудила она. А поскольку Элен никогда не отличалась особой смелостью, вероятнее всего, сочла за благо последовать примеру Саймона и отделалась письмом.

Люси снова принялась плакать, на все лады повторяя сакраментальный вопрос: «Как они могли?!»

– Как ты думаешь, родители Саймона в курсе? – неожиданно перестав причитать, спросила она. – В любом случае мы обязательно должны с ними связаться. Боже, что скажет твой отец! А Китти?! Как ей хотелось быть подружкой невесты на твоей свадьбе!

Услышав скверную весть, семнадцатилетняя Китти горько расплакалась. Дайана, средняя из сестер Уоррен – и единственная замужняя, – после звонка матери примчалась в родительский дом и довольно резко посоветовала младшей сестре не вести себя как ребенок, у которого отобрали игрушку, а подумать о том, каково сейчас приходится Мелани.

Дайана всегда отличалась завидным самообладанием и рассудительностью. Именно она сообщила новость отцу, когда тот вернулся с работы и обнаружил всех своих женщин в кухне. Его жена и дочери сидели за столом, причем Мелани не поднимала глаз от чашки с остатками сладкого кофе, который Дайана чуть ли не силой заставила ее выпить.

Рассерженный и потрясенный Стивен Уоррен не удержался от крепкого словца. Люси поморщилась, но не одернула мужа: она была даже рада, что хоть один член семьи дал выход чувствам, которые испытывали все.

Посмотрев на побледневшую Мелани, отец участливо спросил:

– Ты в порядке, девочка?

– Да. – Мелани попыталась улыбнуться, но губы стали будто чужими и не слушались.

– Ну хочешь, я этому мерзавцу руки-ноги поотрываю, если тебе от этого станет легче?

Она подавила нервный смешок.

– Спасибо, папа, но вряд ли это поможет.

– Разве что я почувствую себя лучше, – мрачно заметил Стивен. – Но если этот негодяй все еще что-то для тебя значит… – Он вопросительно взглянул на дочь.

– Честно говоря, я не понимаю, что сейчас чувствую, – призналась Мелани. – Я знаю Саймона почти всю жизнь, наверное, мои чувства просто не могут в одночасье измениться.

Стивен подошел к дочери и обнял ее за плечи.

– Саймон был недостаточно хорош для тебя. Он всегда казался мне несколько легковесным.

Отец, разумеется, имел в виду не физический вес. Саймон отличался крепким сложением и был хорошим спортсменом, но чуть-чуть не дотянул, чтобы попасть в национальную сборную по регби. Именно после неудачи, которую потерпел Саймон на отборочном конкурсе, Мелани впервые увидела его с новой стороны, разглядела в нем ранимого, даже неуверенного человека. Этот новый Саймон вызвал у нее сочувствие, а позже пришла и любовь.

Рука без кольца казалась непривычно пустой. Саймон в письме предложил ей оставить кольцо у себя, но Мелани знала, что больше никогда его не наденет, так же как и подвенечное платье. Перед тем как сообщить новость матери, она сняла с пальца тонкую золотую полоску с россыпью мелких бриллиантов и аккуратно положила в шкатулку.

Люси вздохнула.

– Писать гостям уже некогда, придется каждому позвонить. А ведь некоторые уже в дороге! – Она снова всхлипнула.

Дайана деловито приняла руководство на себя.

– Где список гостей? Нужно начинать звонить безотлагательно. Гостей со стороны Саймона могут известить его родные… Мам, по-моему, тебе стоит позвонить родителям Саймона и убедиться, что они в курсе выходки своего сыночка. Папа, позаботься о Мелани.

Игнорируя слабые возражения Мелани, Стивен вывел дочь в коридор и закрыл за собой дверь кухни.

– Мы с твоей матерью и сестрами отменим все приготовления, а тебе незачем этим заниматься.

– Но Дайана в положении, стоит ли ей…

– Дайана прекрасно себя чувствует, период утренней тошноты у нее уже закончился.

К тому же ты знаешь, как она любит все организовывать. Если что, я за ней присмотрю.

Нетерпеливо зазвонил дверной колокольчик. Стивен оставил дочь и пошел открывать.

Мелани подумала, что наконец-то может дать волю чувствам. Она направилась к себе, но, не дойдя до лестницы, остановилась, услышав удивленный возглас отца.

– О! Вы Деймон Ривз?! Чем могу быть полезен?

Знакомый Мелани глубокий мужской голос произнес:

– Мистер Уоррен, я бы хотел поговорить с вашей старшей дочерью. Прошу вас.

– Боюсь, Мелани не может вас принять. Соблаговолите зайти в другой…

Деймон довольно неучтиво перебил его, отрывисто спросив:

– Вы знаете, что произошло? Мелани знает? – Поняв по выражению лица собеседника, что знает, он добавил чуть спокойнее: – Понимаю, она очень расстроена. Не могли бы вы передать, что я хочу с ней поговорить?

– Право, молодой человек, я не думаю…

Подошедшая Мелани тронула отца за плечо.

– Все в порядке, папа, я здесь.

Она догадывалась, Деймон потрясен и расстроен не меньше нее, и решила, что, если уж ему так необходимо с ней встретиться, можно уделить товарищу по несчастью несколько минут. Все равно день пропал, вряд ли она сможет сделать что-то путное.

– Входи, Деймон, – пригласила Мелани.

Он всмотрелся в ее сухие глаза, и выражение его лица сменилось с мрачного на слегка удивленное.

– Сюда, пожалуйста. – Мелани повернулась к отцу. – Папа, если я понадоблюсь, мы будем в гостиной.

Стивен Уоррен с сомнением покосился на дочь, затем неохотно отступил в сторону, пропуская гостя в дом. Деймон шагнул через порог, на мгновение, казалось, загородив весь дверной проем. Мелани раньше не замечала, что у него такие широкие плечи, но они не казались непропорциональными по сравнению с узкими бедрами и длинными ногами.

Мелани проводила Деймона в просторную гостиную и закрыла за собой дверь.

– Садись, пожалуйста.

Гость взглянул на мягкий диван, обитый цветастой тканью, потом на стулья с такой же обивкой и покачал головой.

– Спасибо, я лучше постою – достаточно насиделся за рулем.

– Ты только что приехал из Окленда?

– Сейчас лишь половина второго. В любом случае завтра мне бы пришлось приехать.

Как жених Элен Деймон тоже получил приглашение на свадьбу. Саймон должен был приехать вечером на репетицию венчания и привезти с собой Элен.

Деймон остановился посреди комнаты и испытующе посмотрел на Мелани. Она подумала, что во время их немногочисленных встреч ни разу не замечала, какие у него необычные глаза – не просто зеленые, а глубокого оттенка, напоминающие темный нефрит, непроницаемые и одновременно суровые.

– Как ты?

На его отрывистый вопрос Мелани ответила так же кратко:

– Нормально. – Потом добавила: – Ты точно не хочешь присесть?

– Нет, я спрашиваю, как ты на самом деле себя чувствуешь, – настаивал Деймон. – Я боялся застать тебя в истерике, в слезах. Или, хуже того, в блаженном неведении.

Поколебавшись, Мелани ответила:

– По-моему, у меня ни разу не было истерики. А что чувствуешь ты?

– Чертовски зол. А ты разве нет?

Теперь Мелани поняла, что он действительно зол, несмотря на внешнюю невозмутимость. То, что держать себя в руках стоило ему немалых усилий, выдавала напряженная поза, глубокая складка меж черных бровей да еще, быть может, блеск глаз. Ну и, конечно, резкость тона.

– Наверное, я просто в шоке, – искренне призналась Мелани. – У меня внутри все будто онемело.

Деймон внимательнее вгляделся в ее лицо.

– Ты уверена, что с тобой все будет в порядке? Родные о тебе позаботятся?

– О да, я бы даже сказала, слишком хорошо позаботятся. – Мелани внутренне содрогнулась. – Они теперь несколько лет будут сдувать с меня пылинки. – А если я никогда не выйду замуж, добавила она про себя, то и всю оставшуюся жизнь. – Боюсь, это будет просто кошмар. – Мелани спохватилась и поспешно добавила: – Прости, я не собиралась плакаться тебе в жилетку.

– А ты и не плачешься, – усмехнулся Деймон и снова пронзил Мелани пристальным взглядом, чем смутил ее. – У тебя такой вид, будто ты вообще не плакала.

Его слова прозвучали едва ли не обвинением. В подобной ситуации Элен бы проливала потоки слез.

– Может быть, слезы придут позже, когда я по-настоящему осмыслю произошедшее.

Зачем ты хотел меня видеть?

Деймон вопрос проигнорировал.

– Ты так думаешь? – Он чуть приподнял густые брови, будто выражая сомнение. – Для брошенной невесты ты выглядишь на удивление спокойной. – Должно быть, на лице Мелани что-то отразилось, потому что Деймон быстро добавил: – Прошу прощения, я сморозил глупость. В свое оправдание могу сказать только, что новость застала меня врасплох, как и тебя, полагаю. – Он вопросительно посмотрел на Мелани.

– Если бы я о чем-то догадывалась, то сразу освободила бы Саймона от всяких обязательств, – заверила она.

– Чтобы он сбежал с моей невестой? – В голосе Деймона послышалась горькая ирония. – Что ж, весьма самоотверженный поступок.

– Вовсе нет! – возразила Мелани. – Я бы не хотела выйти замуж за человека, который любит другую женщину. А ты?

В глазах Деймона на миг вспыхнули огоньки.

– Я не собирался выходить замуж.

– Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду!

– Прости, сейчас, конечно, не время для глупых придирок. Ты не догадываешься, куда они могли поехать?

У Мелани мелькнула безумная мысль, что он, пожалуй, способен силой вернуть свою невесту.

– Надеюсь, ты не собираешься пускаться за ними в погоню? Я понимаю, ты сильно рассержен, но что толку… то есть… Словом, что ты собираешься делать?

– Переживаешь за своего… хм… за Саймона? А мне казалось, ты будешь мне признательна, если я выбью ему зубы.

Господи, да что на мужчин нашло?! – удивилась Мелани. Даже мой отец, милейший и безобидный человек, и тот предложил поотрывать Саймону руки-ноги!

– Я не верю, что насилием можно чего-то добиться.

– В большинстве случаев – да, согласен. А если я пообещаю не портить хорошенькую мордашку Саймона, ты скажешь, куда, по-твоему, они могли отправиться?

– А как насчет хорошенькой мордашки Элен?

Угрюмая маска на лице Деймона сменилась гневным изумлением.

– В жизни не поднимал руку на женщину! И, клянусь, не собираюсь.

– Как бы то ни было, я все равно не знаю, где они.

– И даже предположить не можешь?

– Мы… то есть Саймон и я собирались в свадебное путешествие. У нас заказаны билеты на самолет до Ниццы и забронирован номер в отеле на побережье… Может, он взял вместо меня Элен?

Деймон издал короткий саркастический смешок.

– Ты серьезно?

– Нет, – призналась Мелани. – Но, с другой стороны, что я знаю о Саймоне после пятнадцати лет знакомства? Разве мне могло прийти в голову, что он способен столь низко поступить со мной?

Во взгляде Деймона появилось любопытство.

– Вы так долго знакомы?

– С детства. Городок наш небольшой, мы с Саймоном ходили в одну начальную школу, а в средней учились в одном классе.

Мальчишкой Саймон едва замечал Мелани и по-настоящему обратил на нее внимание, только когда им обоим было по четырнадцать. На барбекью во дворе Уорренов он увлек Мелани в темноту и неуклюже поцеловал под старой магнолией. Позже, через несколько лет, они оба смеялись над тем случаем: для каждого из них это был первый опыт, притом не очень удачный. После того как они обручились, Саймон пошутил, что ему пришлось потренироваться на других девочках, прежде чем набраться смелости снова приблизиться к Мелани. Она знала, что Саймон не испытывал недостатка в девушках, но была совершенно уверена, что окажется последней. Святая простота!

– Ты его любила?

Мелани удивленно встретила сосредоточенный взгляд Деймона.

– Конечно. Я же собиралась стать его женой.

– Завтра.

– Да.

– Должно быть, для тебя это страшное потрясение. А моя свадьба с Элен должна была состояться через несколько недель.

Деймон нахмурился и отвел взгляд. Он будто задумался о чем-то, а может, пытался скрыть чувства, которые не хотел показывать Мелани.

Элен уже разослала приглашения на свадьбу. Интересно, она тоже предоставила Деймону разбираться с гостями?

– Думаю, мы переживем, – с надеждой сказала Мелани, хотя пока не представляла, как именно. В сердце образовалась какая-то странная пустота. – Во всяком случае, я не собираюсь допускать, чтобы это событие испортило мне всю жизнь.

Деймон снова посмотрел на нее – на этот раз с уважением.

– Но мне-то эта история может много чего попортить – если не жизнь, то бизнес.

Бизнес? Ах да, вспомнила Мелани, Элен упоминала, что Деймон год назад основал собственную компьютерную фирму.

– Ладно, не обращай внимания. – Деймон покачал головой. – Я не хочу взваливать на тебя еще и мои проблемы, у тебя своих предостаточно. Может, я могу чем-то помочь?

Деймон, вероятно, не рассчитывает, что я воспользуюсь его предложением помощи, подумала Мелани, но все равно это очень мило с его стороны.

– Спасибо, но у тебя тоже своих проблем хватает.

– Да, верно. – Он беспокойно прошелся по комнате, лицо из просто хмурого стало злым. – Черт побери, я думал, что Элен меня любит, хочет быть моей женой!

Мелани прикусила язык. Вряд ли сейчас подходящий момент объяснять Деймону, что это далеко не первый случай, когда Элен считала, будто любит кого-то, а потом передумала.

Правда, прежде до помолвки дело ни разу не доходило.

– Мне очень жаль, – тихо сказала она.

Деймон бросил на нее недоуменный, чуть ли не раздраженный взгляд.

– Ты-то за что извиняешься?!

– Это не извинение, а выражение сочувствия.

– Спасибо, но я не нуждаюсь в соболезнованиях, – буркнул он. – Когда ты узнала, что свадьбы не будет? И как? Саймону хватило смелости сообщить тебе новость лично? – В голосе Деймона слышалось плохо скрытое презрение.

– Он прислал письмо. Я получила его сегодня днем, когда пришла с работы.

– Мерзавец, – бесстрастно констатировал Деймон.

– А как Элен сообщила тебе новость?

– Оставила сообщение на автоответчике. Причем в офисе. Она знала, что я уезжаю из страны и до возвращения останусь в неведении. Я вернулся сегодня.

– Мерзавка.

Деймон тихо рассмеялся.

– Благодарю за солидарность.

– И зачем ты хочешь ее найти? Надеешься уговорить ее вернуться?

Деймон ответил не сразу – вероятно, еще не пришел к окончательному решению.

После недолгого размышления он сказал:

– Нет, я не хочу, чтобы она вернулась. Во всяком случае, не в том смысле, какой ты вложила в это слово.

Мелани непонимающе посмотрела на него, и Деймон пояснил:

– Вероятно, в глубине души я действительно надеялся, что она может передумать – еще раз, – если я ее найду. Что она просто пытается преподать мне своеобразный урок и ждет, когда я брошусь искать ее, с превеликим трудом найду, упаду на колени и заявлю, что не могу без нее жить. Но по зрелом размышлении я решил не доставлять ей такого удовольствия.

Он произнес это так жестко, будто ему ничего не стоило вырвать Элен из своего сердца. Но Мелани догадывалась, что Деймон не из тех, кто демонстрирует свои истинные чувства. Вероятно, под его внешней жесткостью скрывается боль.

– Преподать урок? Что ты имеешь в виду?

– Неважно. Вряд ли тебе интересно слушать про размолвку между любовниками.

– Вы поссорились?

Деймон уставился на ковер.

– Не совсем. Я думал, она пошутила…

– Пошутила?

– Элен заявила, что если я не откажусь от своего зарубежного проекта, то могу и не застать ее, вернувшись. Но я не воспринял ее слова всерьез.

– Ты не стал ее слушать?

Деймон поднял голову и с интересом посмотрел на Мелани.

– Мне показалось или я действительно слышу в твоем голосе нотки женской солидарности? И это после всего, что она с тобой сделала?

– То есть увела моего мужчину? – Мелани твердо встретила его взгляд. – Она бы не смогла этого сделать, если бы Саймон сам не захотел сбежать. Это было его собственное решение.

Деймон кивнул, неохотно признавая ее правоту.

– Я тебя понимаю. Что соус для гусака, то соус и для гусыни. – Помолчав, он спросил: – Ты не знаешь, они собираются пожениться?

– Не знаю, Саймон только написал, что они хотят быть вместе. Он не упоминал, уедут ли они из Окленда, но я знаю, что он взял трехнедельный отпуск.

– А Элен сказала мне, что они уезжают вместе. Вероятно, она хотела оказаться гденибудь подальше в тот момент, когда я вернусь и прослушаю ее сообщение. Хотя я и вернулся раньше, чем планировал, они наверняка уже уехали.

Деймон, должно быть, гадает, как бы все сложилось, если бы он успел застать Элен и попытался ее остановить. Мелани стало его жаль.

– Надеюсь, они наслаждаются обществом друг друга, – деланно безразличным тоном заметил Деймон.

Конечно же он на это не надеется, поняла Мелани, он в ярости, и ему не на ком выместить с трудом сдерживаемый гнев. Видимо, поэтому он и хочет пуститься в погоню за Элен – чтобы высказать ей и Саймону, что он думает об их поступке.

У Мелани мелькнула мысль, что в каком-то смысле она не может винить Элен за стремление скрыться и избежать открытого столкновения с Деймоном. Может, он в чем-то и уступает Саймону, зато на пару дюймов выше ростом и явно сильнее. Да и общее впечатление производит весьма внушительное, от этого мужчины исходит ощущение мощи, не имеющее ничего общего с физической угрозой. Сегодня Мелани ощутила это как никогда раньше.

Возможно, если бы Элен посмела сказать Деймону в глаза, что ее чувства изменились, он сумел бы ее отговорить от немедленного разрыва отношений. Мелани поверила его страстному заявлению, что он ни разу не ударил женщину, но существуют и другие способы убеждения – и даже принуждения. Прямолинейная настойчивость, с какой Деймон требовал сегодня встречи с ней, только подтвердили догадку Мелани, что он не из тех, кто легко смиряется с отказом. Как знать, может, потому у них с Элен и дошло до помолвки. Правда, когда Элен представила жениха друзьям, она выглядела счастливой и гордой.

– Боюсь, я ничем не могу тебе помочь, – сказала Мелани. – Не представляю, где они могут скры… то есть где они могут быть.

– Почему у меня такое чувство, что ты бы не сказала мне, даже если бы знала?

Неужели он умеет читать чужие мысли?

– В любом случае это вопрос чисто теоретический, поскольку я и вправду не знаю.

Деймон хмыкнул, но если и не поверил, то продолжать расспросы не стал.

– Ты мог бы позвонить, вместо того чтобы проделывать весь этот путь, – сказала Мелани.

– Я уже звонил. Но так как твоя мать явно была не в курсе, у меня сложилось впечатление, что Саймон ничего тебе не сказал и ты только завтра в церкви узнала бы, что свадьбы не будет.

Подумав о подобной перспективе, Мелани почувствовала себя еще хуже.

– Саймон никогда не поступил бы так со мной, – пробормотала она, однако скептически вскинутые брови Деймона поколебали ее уверенность. – Ты… ты ничего не рассказал моей маме?

– Нет. – Глаза Деймона потемнели. – Может, я ошибаюсь, но мне казалось, ты предпочла бы, чтобы новость сообщили тебе лично, а не по телефону, да еще и через третьи руки. А если Саймон этого не сделал, значит, остаюсь я – как следующий, кого вся эта история касается напрямую.

Несмотря на гнев и обиду, он специально выкроил время и приехал из самого Окленда, чтобы лично сообщить мне новость! – с благодарностью подумала Мелани и сказала:

– Очень благородно с твоей стороны. Мне жаль, что ты проделал такой путь напрасно.

– Не совсем, у меня все равно здесь были кое-какие дела. И это было единственное мало-мальски полезное… хоть кому-нибудь действие. Спасибо, что приняла меня, не буду больше тебя задерживать. – Проницательные, ничего не пропускающие глаза снова окинули Мелани быстрым взглядом. – Рад, что ты довольно спокойно восприняла неприятное известие.

– Ты тоже не рвешь на себе волосы.

На миг на его лице появилось нечто похожее на улыбку, а может, Мелани лишь показалось.

– Возможно, мы еще встретимся при более… приятных обстоятельствах.

– Надеюсь, – вежливо согласилась Мелани, хотя в глубине души не была уверена, что хочет увидеть его еще раз.

Скорее всего, Деймон вопреки его вежливой фразе чувствовал то же самое. Кому захочется, чтобы ему лишний раз напоминали о боли и унижении? Если их пути когданибудь все-таки пересекутся, то первое, что они вспомнят, это сегодняшний день, а им обоим хочется поскорее его забыть.

Когда меньше чем через месяц Мелани действительно увидела Деймона, она испытала, странное чувство, будто эта встреча предопределена судьбой.

Мелани сидела в кафе в центре Веллингтона и без особого энтузиазма ковыряла вилкой кусок торта, думая, что заказала его напрасно. Заметив, что какой-то мужчина с подносом остановился возле ее столика, она подняла голову и даже не особенно удивилась, встретившись с пристальным взглядом зеленых глаз Деймона Ривза.

– Здравствуй, Мелани. – После Короткой паузы он кивнул на свободный стул и спросил: – Разрешишь?..

Теперь, когда Мелани его увидела, он неизбежно должен был попросить разрешения присесть за ее столик, хотя в кафе еще оставались свободные места. А у нее не оставалось иного выбора, кроме как кивнуть в знак согласия и изобразить на лице приветливую улыбку.

– Что ты здесь делаешь? – спросил Деймон, надрывая пакетик с сахаром.

«Убегаю», – могла бы ответить Мелани. После несостоявшейся свадьбы она сбежала в столицу, надеясь, что в большом городе шансы наткнуться на человека, знающего ее саму и ее печальную историю, минимальны. Главный библиотекарь с сочувствием отнесся к ее желанию найти другую работу – любую, лишь бы не в родном городе.

– Но не сжигайте за собой мосты, – посоветовал начальник. – Я, конечно, признателен, что вы заранее поставили меня в известность о своих планах, но у вас есть три недели отпуска, так что, если за это время передумаете, я буду рад принять вас обратно.

Это было лишь одно из многих проявлений доброты со стороны самых разных людей.

Разумом Мелани понимала, что должна быть только благодарна за сочувствие, но вместо этого ей хотелось бежать как можно дальше от участливых взглядов и беззлобного любопытства горожан. Однако, пробыв в Веллингтоне уже больше двух недель, Мелани готова была отчаяться: она до сих пор не нашла работу.

Учитывая ее невезение, стоило ли удивляться, что ее угораздило выбрать для позднего ланча то же самое кафе, куда пришел и человек, которого она хотела бы видеть в самую последнюю очередь, если не считать бывшего жениха и бывшей лучшей подруги.

– Я ищу работу, – ответила Мелани.

Деймон молча кивнул и принялся не спеша размешивать сахар в кофе.

– Ну и как, успешно?

– Не очень. До сегодняшнего дня я числилась в списке окончательных кандидатов, но утром мне сообщили, что место досталось другому. В Веллингтоне большая конкуренция.

– Если не ошибаюсь, ты библиотекарь?

– Да. – У себя в городке Мелани была первым помощником главного библиотекаря и должна была занять место шефа, когда тот выйдет на пенсию. – Но я согласна почти на любую работу. – На что угодно, мысленно добавила она, если это обеспечит мне кусок хлеба и крышу над головой, а также позволит не возвращаться в родной город, где буквально все знают, что со мной приключилось. – Вот только во всем остальном у меня нет опыта.

– Ты когда-нибудь раньше жила вдали от дома? – спросил Деймон.

– Когда училась в библиотечном колледже, я жила здесь, в Веллингтоне, в студенческом общежитии.

– И как тебе понравился город?

– Концертные залы, фестивали искусств и книжные магазины – это прекрасно, но, честно говоря, я не привыкла к большому городу. Мне повезло, что нашлась работа дома.

– Тебе нравится твоя специальность?

– Да, мне нравится работать с книгами и помогать людям найти то, что им нужно, будь то хороший роман или научная статья. Почти каждый житель нашего городка рано или поздно приходит в библиотеку – даже те, кого не назовешь заядлыми книгочеями.

Деймон взял чашку и опустил глаза.

– Думаю, в нынешней ситуации это не очень удобно.

– Да, – просто согласилась Мелани, – я слишком на виду. Если мне, в конце концов, придется вернуться домой, я стану объектом жалости для целого города.

Деймон поднял голову, и Мелани ни с того ни с сего подумала о том, какие у него поразительные глаза. Сегодня они не походили на нефрит, их цвет стал как будто светлее и мягче.

– А как твои родственники? Поддерживают тебя морально?

Мелани невесело рассмеялась.

– Мама то и дело плачет и постоянно спрашивает, как я себя чувствую. Младшая сестра без конца уверяет, что без Саймона я буду гораздо счастливее, и рассказывает всем и каждому, каким он оказался подонком. Друзья родителей приносят мне цветы и сладости и вообще ведут себя так, будто у меня кто-то умер. Каждый раз, когда я выхожу за порог, соседи спрашивают: «Как вы себя чувствуете, дорогая?» Если кому-то в моем присутствии случится упомянуть в разговоре слово «помолвка» или «венчание», тут же воцаряется молчание, как будто все ждут, что я разрыдаюсь.

Деймон посмотрел на нее с сочувствием.

– Не удивительно, что ты захотела оттуда удрать.

Его сочувствие подействовало на Мелани странным образом. Ощущая стеснение в горле, она посмотрела в глаза Деймону и с удивлением увидела, как они потемнели, когда он встретился с ней взглядом. На миг у Мелани возникло безрассудное желание броситься ему на шею, прижаться к его широкой груди и насладиться объятием сильных надежных рук.

Мелани вздрогнула и отвела взгляд. Разве не для того она приехала в Веллингтон, чтобы избавиться от сочувствия добровольцев, предлагающих себя в качестве жилетки?

– А как ты поживаешь? Тебя окружающие тоже душат своей жалостью?

– Нет, мои знакомые знают, что мне это не понравится. Я повидался с родителями и сообщил, что свадьбы не будет. Они известили всех, кого следует. Если повезет, вскоре я уеду из страны, а когда вернусь, все забудется.

– Счастливчик.

– Может быть.

Мелани прикусила язык. Угораздило же ее назвать счастливчиком человека с разбитым сердцем, человека, которого недавно бросила невеста!

– Куда ты уезжаешь?

– На Тихуиту, как минимум на полгода – конечно, если все получится. – Между бровей Деймона пролегла глубокая складка. – Я приехал в Веллингтон, чтобы окончательно решить вопрос с консулом.

– И чем же ты собираешься заниматься целых полгода на крохотном пятачке суши посреди Тихого океана?

В глазах Деймона вспыхнули смешинки.

– Может, на карте это и пятачок, но на самом деле Тихуиту довольно крупный остров с населением более восьми тысяч человек.

– И все же что там может делать специалист по компьютерам? У них ведь, кажется, даже не развита индустрия туризма? Если не ошибаюсь, Тихуиту живет за счет экспорта бананов и кокосов.

– В том-то и дело. – Деймон взял с тарелки бутерброд. – Король Хевакита хочет, чтобы я помог его государству вписаться в современный мир, построив современный компьютерный центр, который через спутники сможет обслуживать весь мир.

Мелани открыла рот от удивления.

– Маленький остров будет обслуживать весь мир? Похоже на фантастику.

– Ты слышала о всемирной сети интернет?

– Немного. В прошлом году нашу библиотеку подключили к интернету.

– Тогда ты меня поймешь. Наследный принц убедил отца, что на острове надо открыть узел глобальной сети интернет, в основном для деловых целей. Любой желающий в любой точке земного шара может открыть на Тихуиту свой веб-сайт и разместить на нем свою рекламу. Дизайн рекламы можно разрабатывать там же, на острове.

– Я понимаю, что через компьютер можно общаться со всем миром, но с какой стати кому-то понадобится открывать свой сайт именно на Тихуиту?

– Коммерческие адреса интернет обычно заканчиваются на «со» или «com», за которым следует код страны. Регистрационные имена не должны дублироваться, поэтому некоторым фирмам приходится использовать вариации, которые не всякий клиент запомнит.

Но если они воспользуются другим кодом страны – тем, который еще не использовался, то смогут регистрироваться под собственными названиями. Когда электронные средства коммуникации получат более широкое развитие, Тихуиту сможет предоставлять через интернет и другие услуги. Обучить местный персонал и создать рабочие места для островитян – часть моей задачи.

– Это… интересно, – с некоторым сомнением заметила Мелани.

– Это не такая уж безумная затея, как тебе может показаться. Остров уже оснащен солнечными батареями и «тарелками» спутниковой связи. Правительство надеется привлечь тех выходцев с Тихуиту, которые работают в других странах в области телекоммуникаций. Я подготовил технико-экономическое обоснование. Перспектива вполне реальна.

– Ну что ж, желаю удачи. Должно быть, Тихуиту – идиллическое местечко. – В голосе Мелани против воли прозвучали завистливые нотки. Мысль провести полгода в тропическом раю, вдали от всего знакомого и привычного казалась ей заманчивой.

Деймон мрачно усмехнулся.

– Элен так не думала.

– Она ни словом не обмолвилась, что вы собираетесь после свадьбы уехать из страны.

– Пока контракт не подписан, это конфиденциальная информация. Я нарочно просил ее никому не рассказывать. Но, думаю, причина не только в этом. Элен, вероятно, надеялась меня отговорить. А я, признаться, рассчитывал уговорить ее. Забавно, как все обернулось.

Что называется, ирония судьбы.

– Что ты имеешь в виду?

Губы Деймона искривились в невеселой улыбке.

– Вполне возможно, что, бросив меня, Элен тем самым лишила меня шанса заполучить контракт на Тихуиту. Я даже подозреваю, она вернется, когда услышит, что я потерял контракт.

Некоторое время Мелани озадаченно молчала, потом решилась спросить:

– А почему ты можешь потерять контракт?

– Король настаивает, чтобы у человека, который выиграет тендер, была семья. Пока шли переговоры, я заверил, что ко времени переезда на Тихуиту буду женат. У моего конкурента жена и трое детей. Это обстоятельство может решить дело в его пользу. На словах контракт мне уже обещан, но бумаги еще не подписаны.

– Господи, но мы живем в двадцатом веке, откуда такой архаизм?!

– Тихуиту – независимое королевство, они сами устанавливают себе законы.

– Но зачем им непременно нужно, чтобы кандидат был женатым?

– Как мне представляется, чтобы у меня не возникало искушения загулять с местными девицами. На Тихуиту очень сильны религиозные традиции. В прошлом веке миссионер Фрэнсис Мур обратил прадедушку нынешнего короля в христианство, и, разумеется, все островитяне тоже приняли новую веру. У них строго осуждается внебрачный секс. Кроме всего прочего, как я узнал от консула, был один неприятный инцидент. Консул говорил уклончиво, но я понял, что разразился скандал, в котором была замешана младшая сестра короля и какой-то приглашенный специалист из Австралии.

Вполне понятно, что монарх не хочет повторения скандала, подумала Мелани. И консулу было достаточно одного взгляда на Деймона Ривза, чтобы забить тревогу.

Даже когда она была обручена с Саймоном, а для Деймона существовала только Элен, Мелани не могла не заметить, что Деймон – один из тех мужчин, которые магнитом притягивают к себе женщин, не прикладывая к этому никаких усилий. Как это ни нелепо, но даже она сама, в эту самую минуту испытывала силу его притяжения. Наверное, сработал древний женский инстинкт – естественная реакция на воплощенную мужественность, хотя Мелани вовсе не собиралась искать замену Саймону. Интересно, Элен еще надеется восстановить отношения с брошенным ею женихом?

– Ты думаешь, Элен вернется?

Деймон пожал плечами.

– Не знаю. Честно говоря, мне все равно. Я не собираюсь торчать здесь, дожидаясь ее возвращения.

– Даже если контракт сорвется?

Его глаза вспыхнули, но Деймон быстро опустил веки. Откусив кусок бутерброда, он прожевал и только потом ответил:

– Особенно в том случае, если контракт сорвется. Пошла она к черту, – закончил он бесстрастно.

– Но ты же говорил, что любишь ее…

– А ты говорила, что любишь Саймона. Как бы ты поступила, если бы он вернулся и предложил начать все сначала?

– Не знаю. Но если он любит Элен… он ведь не вернется, правда?

Деймон посмотрел на нее с интересом.

– Я что, сыплю соль на раны?

– Ничего страшного. Наверное, у нас обоих раны еще свежи.

Мелани отвернулась, чтобы скрыть слезы, грозившие хлынуть в любую минуту.

Неожиданно Деймон протянул руку через стол и накрыл ее кисть своими теплыми сильными пальцами.

– Мы оба переживем это, дай только срок.

– Да, – прошептала Мелани. Она вспомнила, что в их прошлую встречу сама говорила нечто подобное. – Но сейчас от этого не легче, верно?

Деймон коротко кивнул и убрал руку.

– Какие у тебя планы на сегодняшний вечер?

– Планы? – от неожиданности Мелани растерялась. – На сегодняшний вечер?

– Мне тут вручили два пригласительных билета на симфонический концерт. Я собирался от них отказаться – идти на концерт одному, знаешь ли, не намного лучше, чем сидеть в одиночестве в своем номере со стаканом виски или с книгой. Но, может, ты сходишь на концерт с подругой?

– Я сейчас стараюсь избегать подруг.

– В таком случае, если у тебя нет других планов, может, составишь мне компанию?

Или ты не любительница симфонической музыки?

Мелани, которую ожидала безрадостная перспектива провести еще один вечер в одиночестве в номере дешевого отеля, решила принять приглашение.

– Я собиралась вымыть голову… но с удовольствием схожу на хороший концерт… если ты действительно хочешь меня пригласить.

Деймон долго не отвечал, а по его лицу ничего нельзя было прочесть. Мелани даже подумала, что он унесся мыслями куда-то далеко или уже сожалеет о своем предложении.

Наконец, он сказал:

– Да, хочу. Можно заехать за тобой в отель? Скажи мне адрес.

Мелани замерла с поднятой рукой, не донеся крекер до рта. Пальцы задрожали, и она осторожно положила крекер обратно на тарелку.

Деймон криво усмехнулся.

– Прошу прощения, наверное, мне следовало тебя подготовить.

– Да, наверное, – пробормотала Мелани, потом подняла голову и воскликнула: – Ты шутишь!

Неужели Деймон способен шутить на эту тему? Может, предательство Элен так сильно на него подействовало, что он повредился в рассудке? Однако он не похож на человека, обезумевшего от горя. Скорее, глядя на него, можно сказать, что он сдержан и прекрасно владеет собой. Мелани с опаской посмотрела на Деймона, пытаясь заглянуть под непроницаемую маску.

– Уверяю тебя, я не сошел с ума. – Деймон словно прочел ее мысли. – Я тебе уже рассказывал о проблеме с контрактом. Вчера ночью мне не спалось, думая о своих трудностях, я подумал и о твоих – с поисками работы. Мне понятно твое желание уехать подальше от родственников и всяких доброхотов. По-моему, мое предложение разом решило бы и мои, и твои проблемы.

– Неужели?

– Подумай хорошенько. Разумеется, это не будет настоящий брак в общепринятом смысле…

– То есть ты хочешь, чтобы я выдавала себя за твою жену?

Деймон помедлил с ответом.

– Я не могу до такой степени обманывать своих нанимателей, к тому же они могут попросить у меня документы. Нам придется получить свидетельство о браке. На получение разрешения на брак и организацию церемонии уйдет всего три дня. Я уже заказал два билета на самолет. У тебя есть паспорт?

– Да, я оформила его еще в прошлом году, когда летала в отпуск в Австралию. Но то, что ты предлагаешь… мы не можем!

– Почему?

– Во-первых, мы едва знакомы друг с другом.

– Я не претендую на обычные привилегии супруга. Мы будем просто жить под одной крышей. Или ты боишься, что я попытаюсь воспользоваться ситуацией?

Этого Мелани не боялась. Ей казалось невероятным, чтобы со стороны Деймона ей угрожала такого рода опасность, даже не будь он влюблен в Элен. Но, конечно, вопрос был чисто риторический, потому что ни о каком «браке» не могло быть и речи.

– Рассматривай мое предложение как предложение работы, – продолжал убеждать Деймон. – Я заключаю контракт всего лишь на полгода. Все условия мы можем оговорить в добрачном соглашении.

– Условия?

– На острове я назначу тебе небольшое содержание, а когда мы вернемся в Новую Зеландию, ты получишь единовременное пособие – считай это оплатой за услуги. После нашего возвращения содержание будет выплачиваться еще два года – до нашего официального развода. Если ты встретишь другого мужчину, ждать придется не так уж долго, правда?

– Ты что, серьезно?

Оказывается, он уже все продумал. Более того, с его слов их гипотетический «брак» предстает чуть ли не обычным деловым соглашением.

Деймон подался вперед, поставив локти на стол и сцепив пальцы. Мелани невольно отметила, что у него длинные, но не слишком тонкие пальцы и они кажутся сильными, хотя Деймон не занимается физическим трудом. Ей вспомнилось, как вчера на выходе из концертного зала он взял ее за руку, и в этом недолгом прикосновении было нечто успокаивающее, вселяющее ощущение безопасности.

– Я не хочу терять контракт из-за формальности, не имеющей никакого отношения к моим деловым качествам, – сказал Деймон.

– Судя по тому, что ты привел меня сюда, дела у тебя идут неплохо. – Мелани обвела взглядом роскошное убранство ресторана.

Деймон небрежно махнул рукой.

– Это лишь витрина. Чтобы завоевать доверие клиентов, нужно выглядеть преуспевающим.

– В самом деле? – Поразмыслив, Мелани признала, что в его словах есть резон.

– Пока я веду дела из дома и весь мой штат состоит из бухгалтера, работающего на полставки. Деньги, которые я заработаю на контракте с Тихуиту, дадут мне возможность открыть приличный офис и нанять небольшой штат сотрудников. Мне обещают заплатить хорошие деньги, причем транспортные расходы оплачивает правительство Тихуиту.

– Наверное, не так легко убедить консультантов по компьютерам поселиться на несколько месяцев на маленьком островке в Тихом океане.

– А вчера мне показалось, что ты мне завидуешь.

Он на редкость проницателен, подумала Мелани.

– Да, это правда.

– В таком случае, обдумай мое предложение. Полгода на прекрасном тропическом острове, без каких-либо обязательств, а потом ты сможешь еще полгода жить на полученные деньги, пока не найдешь настоящую работу.

Улыбка, блеск его глаз – перед всем этим было трудно устоять, и Мелани спрашивала себя, не нарочно ли он включил свое обаяние на полную мощность. Если Деймон так же улыбался Элен, просто невероятно, как она могла хотя бы подумать о другом мужчине? Что касается Мелани, то ей в эту минуту было трудно вообще думать о чем-то.

– Мне кажется, это так дико – жениться… – Мелани замялась, подбирая слова, – под ложным предлогом.

– Брак ради удобства не такая уж большая редкость. Люди женятся и выходят замуж по самым разным соображениям: чтобы снизить налоги, получить кредит на жилье, скрыть свою подлинную сексуальную ориентацию… Что касается ложного предлога, в контракте оговаривается только то, что кандидат должен состоять в законном браке. А что происходит или не происходит между супругами, касается только их самих.

Так-то оно так, но пункт о браке появился в контракте потому, что женатый человек, как предполагалось, не станет искать сексуальных приключений.

– А как же местные девицы, от которых мне полагается тебя защищать… или наоборот? Ты сможешь полгода вести монашеский образ жизни?

Брови Деймона слегка изогнулись – больше он ничем не показал, что удивлен. – А ты?

– Да! – Мелани даже разрумянилась, решительно посмотрев ему в глаза. После разрыва помолвки она явно не готова к новому роману.

– Женатый или неженатый, я не собираюсь рисковать выгодным проектом, идя на поводу у физических потребностей своего тела, – заверил Деймон.

Мелани невольно улыбнулась.

– Вот, значит, как на острове оценивают секс?

– Я уверен, что именно так его расценивал преподобный Мур.

– Ты хорошо изучил историю острова?

– Не очень, но кое-что успел услышать, пока был там. Говорят, во дворце хранится собрание исторических документов, но сам я их не видел.

– О, должно быть, очень интересно в них покопаться!

Глаза Деймона блеснули.

– Может быть, удастся уговорить королевскую семью показать их тебе.

Пытаясь уговорить ее, Деймон не упускал ничего.

– Ты действительно думаешь, что из твоей затеи что-то получится? Конечно, я имею в виду не проект, а этот фальшивый брак.

– Брак будет не фальшивым, – мягко поправил Деймон, – просто немного необычным. Если бы я думал, что у нас ничего не выйдет, то не обратился бы к тебе с этим предложением.

– Давай называть вещи своими именами. Суть в том, что тебе срочно необходима жена, а я оказалась под рукой, вот и все.

Деймон протестующе вскинул руки.

– Нет, не все. Я знаю немало женщин, которые с радостью ухватились бы за мое предложение, но мне и в голову не приходит к ним обращаться. Есть несколько причин, почему я обратился именно к тебе.

– Что же это за причины?

– Во-первых, я не просто прошу тебя об одолжении. Тебе нужна передышка – я ее предлагаю. Во-вторых, с моей точки зрения, ты – идеальная кандидатура. Ты привыкла жить в небольшом городке и, как мне кажется, по складу характера способна получить удовольствие от экзотической обстановки. Если что-то пойдет не по плану, ты не станешь закатывать истерики. Как мы уже выяснили, наши вкусы во многом схожи, мы не раздражаем друг друга. По крайней мере, я надеюсь, что это так – или ты весьма умело скрываешь раздражение.

Он замолчал, как бы давая ей возможность высказаться, и Мелани пробормотала:

– Нет, ты меня не раздражаешь.

– И, наконец, мы находимся в одинаковом положении, поэтому…

Деймон снова замолчал, казалось, он испытывает некоторую неловкость.

– Поэтому что?

– Поэтому, – медленно закончил он, – можно не опасаться, что ты неправильно поймешь условия нашего соглашения и в результате пострадаешь.

Мелани поняла, что он имел в виду. Окажись на ее месте любая другая женщина – которую недавно не бросил жених, – она может отнестись к фиктивному браку слишком серьезно. Но с ней, Мелани, Деймон чувствует себя в безопасности.

– Не последнюю роль играет и то обстоятельство, что у тебя весьма презентабельная внешность.

– Презентабельная? – переспросила Мелани.

– Нам придется встречаться с членами королевской семьи и высокопоставленными чиновниками. Это часть моей работы. Я заметил, что у тебя хорошие манеры.

– Мне нужно будет делать реверансы или что-то в этом роде?

– Нет, просто проявлять к ним нормальное уважение и постараться не нарушать местных обычаев. Не думаю, что ты способна сделать нечто такое, что оскорбило бы достоинство королевской семьи. Любой мужчина был бы горд представить тебя в качестве жены.

– Я еще не дала согласия…

– Тебе не обязательно давать ответ сегодня же, – успокоил ее Деймон. – У меня такое впечатление, что ты не из тех, кто очертя голову бросается во всякие авантюры.

Просто подумай над моим предложением, постарайся оценить его непредвзято. Может статься, идея тебе даже понравится.

– Из твоих слов я предстаю этакой занудой…

– Я ничего такого не имел в виду. Осторожность – похвальное качество. Но иногда она не позволяет нам совершить поступок, который мог бы нам понравиться или, по крайней мере, показаться интересным.

– И ты считаешь, на Тихуиту мне будет интересно?

– Уверен в этом. А знаешь, – добавил Деймон таким тоном, как будто эта мысль только сейчас пришла ему в голову, – ведь вы с Элен не очень похожи. Как вы ухитрились близко подружиться?

– Мы с ней знакомы целую вечность, и, по-моему, мы обе… как бы это сказать, верные.

Хотя с возрастом их интересы разошлись, Элен и Мелани всегда поддерживали связь друг с другом. После того как семья Элен переехала в Окленд, Элен часто приезжала на каникулы в гости к подруге, а Мелани, приезжая в город, останавливалась у Элен.

– Это Элен-то верная? – саркастически осведомился Деймон.

– Я знаю, что она тебя предала, – согласилась Мелани, – она предала нас обоих, но сделала это не со зла, просто она никогда не отличалась твердостью убеждений.

– Ты весьма снисходительна.

– Поначалу я на нее страшно злилась, – призналась Мелани, – и на нее, и на Саймона. Но какой в этом смысл? Если подумать, с их стороны было бы неправильно продолжать отношения с нами, когда они поняли, что ошиблись насчет… нас обоих.

Конечно, можно было избрать более мягкий способ разорвать помолвки, но суть-то от этого не меняется. Так или иначе, они причинили бы нам боль. Наверное, им просто не хотелось быть свидетелями наших страданий.

– Если верить моей экс-возлюбленной, им не терпелось поскорее воссоединиться.

Мелани посмотрела ему в глаза и прочла в них гнев, смешанный с горечью.

– Что ж, по крайней мере, хоть кто-то счастлив. Если бы они не решились на разрыв, были бы несчастливы все четверо.

– А ты, оказывается, прагматик, – задумчиво заметил Деймон, и в его голосе Мелани послышались насмешливые нотки.

– Кажется, в данный момент тебе именно это и нужно, – парировала она. – Разве твое предложение – не прагматизм чистой воды?

– Ты права. – Деймон отодвинул от себя тарелку. – Хочешь еще что-нибудь?

Мелани замотала головой.

– Тогда пойдем.

Дальше все закрутилось так быстро, что у Мелани не оставалось времени на раздумья.

Деймон обратился за разрешением на брак и договорился в мэрии о времени регистрации.

Узнал размер пальца Мелани, чтобы купить обручальное кольцо. Она с облегчением узнала, что Деймон займется этим сам, потому что покупать кольцо вместе в их ситуации было бы просто фарсом.

Зато они проводили долгие часы, прогуливались по улицам, заходили в кафе, сидели в парке на берегу Восточной бухты и делились сведениями друг о друге, которые им полагалось знать как новобрачным.

Облокотившись на перила ограды и глядя на бурлящий внизу порт, Мелани спросила:

– Ты единственный ребенок в семье?

Деймон никогда не рассказывал о братьях или сестрах, упомянул только, что его родители многие годы содержали ферму, а сейчас открыли небольшую компанию по продаже семян по почте.

Деймон не ответил, и Мелани повернулась и вопросительно посмотрела на него. Ветер с моря растрепал волосы Деймона, несколько прядей упали на лоб, немного смягчая суровые очертания его профиля. Не поворачивая головы, он сказал:

– У меня была младшая сестра, но она умерла.

В бесстрастном голосе не слышалось и намека на какие-то чувства.

– Ой, прости, это так грустно!

– Это было давно, – так же бесстрастно произнес Деймон. – Я тогда был еще ребенком.

Мелани попыталась представить, что бы она чувствовала, если бы потеряла одну из своих любимых сестер. Даже от одной мысли об этом ей стало не по себе, захотелось немедленно связаться с ними прямо сейчас, позвонить и убедиться, что с ними все в порядке.

Мелани знала: если бы с Дайаной или с Китти что-то случилось, она была бы потрясена до глубины души и не смогла бы говорить об этом столь же бесстрастно, как только что Деймон о своей умершей сестре. Но если прошло много лет, может, он плохо помнит свою единственную сестру?

– Отчего она умерла?

– У нее от рождения было не в порядке сердце.

Вероятно, она умерла совсем маленькой, подумала Мелани, и Деймон не успел как следует ее узнать.

– Должно быть, для твоих родителей ее смерть была большим ударом.

– Да, они до сих пор не оправились. – Деймон выпрямился и взял ее за руку. – Мне захотелось кофе. Где-то поблизости должно быть кафе, может, зайдем?

Остаток вечера Мелани занималась тем, что распаковывала вещи, Деймон, повидимому, делал то же самое. Темнота опустилась внезапно – сказывалась близость к экватору. Выглянув в окно, Мелани сквозь листву деревьев увидела далеко внизу россыпь огней города, кое-где сквозь ветви деревьев проглядывали отдельные огни и поближе.

За ужином Мелани поделилась своими соображениями с Деймоном:

– Похоже, мы забрались довольно высоко.

Столовая была явно великовата для двоих. На ужин Роуми приготовила ассорти из даров моря. Экономка поставила приборы один напротив другого по разные стороны большого овального стола.

– Мы находимся в самой прохладной части острова, большинство правительственных чиновников имеют дома в этом районе. Насколько я понял, резиденция, которую нам предоставили, принадлежит одному из дальних родственников королевской семьи. Хозяин большую часть года проводит в Штатах.

Над их головами с тихим жужжанием крутились лопасти вентилятора, создавая приятный ветерок, и это слабое жужжание только подчеркивало окружающую тишину.

Мелани вдруг с неожиданной остротой осознала, насколько далеко от дома оказалась – наедине с почти незнакомым человеком, который считается ее мужем.

Она напомнила себе, что они просто живут под одной крышей – как студенты, снимающие одну квартиру на двоих, не более того. Но почему-то огромная комната, в которой они сидели, еще более усиливала фальшиво-интимную атмосферу этого ужина.

Когда Деймон протянул руку в сторону Мелани, все ее нервные окончания затрепетали. Но он всего лишь взял солонку, и Мелани мысленно отругала себя за глупость. С тех пор как они вошли в столовую, Деймон едва удостоил ее взглядом. По-видимому, он реагировал на ее присутствие не так остро, как она – на его.

Мелани попробовала лобстера и только потом заговорила:

– Дом очень красивый. – Голос почему-то звучал хрипло.

– Я рад, что тебе нравится. Это хорошее начало.

– А как мы будем передвигаться по острову?

– Каждое утро за мной будет заезжать шофер, чтобы отвозить на работу, но вообще на Тихуиту существуют строгие ограничения на пользование автомобильным транспортом, разрешаются только мотороллеры и велосипеды. Ты умеешь водить мотороллер?

– Нет, но, наверное, смогу научиться, – неуверенно ответила Мелани.

– Это легко. В гараже наверняка найдется пара мотороллеров, но не пытайся освоить их сама, сначала я дам тебе несколько уроков.

– Мне понадобится водительское удостоверение?

– Да, но сдать экзамены совсем не трудно. Я все улажу – когда буду уверен, что ты не разобьешься или кого-нибудь не задавишь.

Мелани вспыхнула.

– Если ты думаешь, что я могу кого-то задавить, то я не буду и пытаться сесть за руль!

Деймон рассмеялся и откинулся на спинку стула.

– Я просто неудачно выразился, не обижайся, – примирительно сказал он. – Думаю, в нынешней ситуации твоя обидчивость вполне объяснима.

– Вовсе я не обидчива! – вспылила Мелани.

Деймон задумчиво посмотрел на нее.

– Тогда прошу прощения. Мелани, я не имел в виду ничего плохого. Нам обоим нужно приспособиться к… к этой ситуации.

– Да, я понимаю. Может быть, я и впрямь сейчас несколько обостренно на все реагирую, – согласилась она, не столько потому что действительно так думала, сколько потому что хотела пойти на компромисс. – А ты, наверное, пытаешься восстановить контроль над собственной жизнью, это я могу понять.

Деймон казался несколько озадаченным. Прищурившись, он посмотрел на Мелани.

– Можешь понять, говоришь? Но не хочешь, чтобы я контролировал и твою жизнь?

– В общем – да.

Она улыбнулась и испытала облегчение, когда Деймон издал короткий смешок.

– Вижу, если бы я даже попытался, мне бы пришлось нелегко.

После основного блюда Роуми подала креманки с фруктовым салатом под взбитыми сливками. Мелани поблагодарила ее за вкусный ужин. Экономка довольно улыбнулась и унесла пустые тарелки.

Когда они закончили есть, Мелани предложила Роуми помочь вымыть посуду, но та очень удивилась, точнее была потрясена, и решительно отклонила помощь. Собрав все на один поднос, экономка удалилась в кухню.

– Ты, кажется, говорила, будто можешь привыкнуть к тому, что тебя обслуживают? – насмешливо спросил Деймон.

– Оказывается, это не так легко. Я уже начинаю чувствовать себя избалованной лентяйкой.

– Почему-то лентяйкой ты мне не кажешься. Но сегодня ты наверняка устала. Если хочешь лечь пораньше, не стану тебя задерживать.

Они ужинали позже, чем Мелани привыкла, хотя из-за разницы во времени она вообще не представляла, который теперь час в Веллингтоне. День, изобиловавший впечатлениями, казался бесконечным, и у Мелани немного кружилась голова. Стоило Деймону упомянуть об усталости, как на Мелани напала зевота.

– Да, пожалуй, я действительно пойду спать, – согласилась она.

Мелани попыталась почитать в постели, но вскоре буквы стали разбегаться перед глазами. Она отложила книгу и выключила лампу. Откуда-то доносился слабый гул.

Наверное, это электрогенератор, подумала Мелани, засыпая, надо будет завтра спросить у Деймона.

Она уже почти спала, когда в ванной зашумела вода. Приоткрыв глаза, она увидела под дверью полоску света. Через несколько минут хлопнула дверь, свет погас, и вскоре Мелани крепко уснула.

Сердце Мелани совершило бешеный прыжок. Поцелуй длился всего секунду, а потом Деймон прошептал ей на ухо:

– Не забывай, что мы не одни.

Он отстранился. Мелани, посмотрев в спину Теи, кивнула и прошептала:

– Прошу прощения.

Когда они вышли из машины и пошли к дому, Деймон обнял Мелани за талию. Уезжая на прием, он сказал Роуми, что их можно не ждать, и экономка ушла к себе, оставив дверь не запертой. По-видимому, на острове не боялись воров. Едва за ними закрылась дверь, Деймон убрал руку.

– Прошу прощения, – повторила Мелани. – В следующий раз постараюсь следить за своими словами.

– Правильно. Нам обоим нужно следить за собой. Пойду пропущу рюмочку на ночь.

– На обеде во дворце спиртного не подавали, судя по всему, члены королевской семьи были трезвенниками. – Не присоединишься ко мне?

– Нет, спасибо. Пожалуй, я сразу пойду спать.

– Тогда спокойной ночи.

Деймон подождал, пока она поднимется по лестнице. Под его взглядом Мелани вдруг почувствовала себя неловко. На верхней площадке она оглянулась. Деймон все еще смотрел ей вслед. Лицо его оставалось непроницаемым. Он помахал ей рукой и пошел в гостиную.

На следующий день, когда Деймон приехал домой на ланч, Мелани, стоя на стуле, вешала на стену купленный накануне коврик. Она слышала, как подъехала машина, но не слышала, как Деймон вошел в комнату, и, когда он вдруг заговорил, Мелани от неожиданности вздрогнула и выронила коврик.

Деймон в два шага оказался рядом и обхватил ее за талию, не давая упасть.

– Извини, я не хотел тебя пугать, я собирался только поздороваться.

Стоя на стуле, Мелани посмотрела на него сверху вниз.

– Все нормально. Подай, пожалуйста, коврик. Деймон не сразу отпустил ее, и через тонкую ткань футболки Мелани чувствовала тепло его рук.

– Я сам повешу.

Обхватив ее еще крепче, Деймон приподнял ее – Мелани инстинктивно схватилась за его плечи – и поставил на пол. После этого он еще какое-то время не отнимал рук, глаза, находившиеся в каких-нибудь нескольких дюймах от ее собственных, удерживали ее взгляд.

Наконец руки Мелани соскользнули с его плеч, и одновременно Деймон отпустил ее и наклонился поднять коврик. Чтобы достать до гвоздя, который Мелани с горем пополам вбила раньше, Деймону даже не понадобился стул.

Деймон стал задерживаться на работе допоздна, иногда приезжал домой перед самым обедом. Он даже переставил письменный стол в спальню, и зачастую свет в его комнате горел далеко за полночь.

Однажды, вернувшись с работы, Деймон застал Мелани в обществе какого-то молодого островитянина. Она впустила его в дом примерно за полчаса до этого. Когда Деймон вошел, Мелани перелистывала книгу в красочной обложке. Деймон выразительно покосился на кувшин с фруктовым соком и два стакана, стоящие на столике между двумя плетеными креслами, и его брови вопросительно поползли вверх.

Гость встал.

– Добрый вечер, мистер Ривз. Я разговаривал с вашей очаровательной женой…

– О чем, интересно? – не слишком вежливо перебил Деймон. Он смотрел не на мужчину, а на Мелани.

– Я представляю Тихоокеанский институт Священного писания. У нас есть специальное предложение, суть которого я как раз объясняю миссис Ривз…

– Так вы коммивояжер?

– Мы распространяем среди населения Священное писание. Наша организация пользуется поддержкой короля. Детская Библия…

– У нас нет детей.

– Я уже говорила мистеру Филдингу, что… – попробовала вмешаться в разговор Мелани.

Ничуть не обескураженный коммивояжер расплылся в улыбке.

– Но если вы только недавно поженились, самое время делать покупки. Когда у вас родится первый ребенок… – Продолжая говорить, он открыл свой дипломат и стал там чтото искать.

– Спасибо, мы пока повременим с покупкой детской Библии, – сухо сказал Деймон.

– Дорогая, если ты закончила с этим…

Поняв намек, Мелани закрыла лежащую у нее на коленях книгу и протянула торговцу.

– Спасибо, как-нибудь в другой раз.

– Я оставлю вам визитную карточку, – не сдавался тот.

Деймон метнул на него такой взгляд, что бедняга заторопился к выходу.

– Позвольте проводить вас, мистер Филдинг. Когда Деймон вернулся в комнату, Мелани налила себе сока и наполнила стакан для Деймона.

– Строго ты с ним обошелся.

– Я не знал, что и здесь есть торговцы-разносчики. – Деймон устало опустился в кресло и взял стакан. – Зачем ты его впустила?

– Не вижу в этом ничего плохого. А у тебя есть Библия?

– По-моему, Библия есть у каждого. Думаешь, ты поступила разумно, пустив его сюда?

– Разумно? – недоуменно переспросила Мелани.

– Ну да. – В голосе Деймона послышались нетерпеливые нотки. – Я же тебе говорил, как серьезно на острове относятся к вопросам нравственности. Женщине, которая недавно вышла замуж, не пристало принимать наедине привлекательного молодого мужчину.

Его менторский тон рассмешил Мелани.

– А ты видел хотя бы одного тихуитского мужчину моложе пятидесяти, которого нельзя было бы назвать привлекательным? Я лишь предложила ему выпить холодного сока, пока я посмотрю его книги. Кстати, ты так и не дал мне возможности ответить, хочу ли я у него что-то купить или нет.

– А ты хотела?

– Не знаю, может, и нет. Но ты взял решение на себя.

– Мне казалось, если бы его товар тебя заинтересовал, ты сказала бы об этом.

Мелани понимала, что Деймон прав, но не хотела закрывать тему.

– После того, как мой муж только что отказался? Разве на Тихуиту не принято, чтобы жены во всем слушались мужей?

– Наверное, принято, но ты, похоже, не из таких?

– Это точно.

– Так я и думал. А жаль.

Деймон замолчал и стал пить сок. Взгляд, которым Мелани его смерила, был красноречивее всяких слов. Деймон улыбнулся.

– В гневе ты прекрасна.

– Ты сам напросился.

– Да, верно. Мне нравится смотреть, как ты принимаешь вызов. Глаза горят, ты вскидываешь подбородок с таким бунтарским видом, что мне хочется… -…Щелкнуть меня по носу? – дерзко подсказала Мелани.

– Нет. – Взгляд Деймона остановился на ее губах, и в комнате повисло молчание, полное такого внутреннего напряжения, что казалось воздух вот-вот начнет потрескивать.

Но опасный момент прошел, и Деймон откинулся на спинку кресла. – Я думал, что торговцев приглашают в дом только одинокие домохозяйки, изнывающие от скуки.

– Что ты хочешь этим сказать? Деймон вскинул брови.

– У тебя есть работа…

– Да, но…

– Но?..

– Ладно, ничего, – пробормотала Мелани, поднося к губам стакан.

– Нет уж, договаривай.

– Зачем?

Деймон нахмурился.

– Думаешь, меня не интересует твоя жизнь? Еще как интересует.

– Неужели? – Мелани услышала в своем голосе язвительные нотки и тут же устыдилась этого. – Прости, Деймон, я знаю, у тебя очень много работы. Все в порядке, правда. У нас же… ну… мы же не по-настоящему муж и жена.

Деймон пристально посмотрел ей в глаза.

– Мелани, тебе со мной плохо?

– Нет, не плохо. Но… тебе не кажется, что мы могли бы быть друзьями, а не просто соседями по квартире?

– Друзьями… – задумчиво повторил Деймон. – Я думал, мы и так друзья. Или ты хочешь чего-то большего?

– Нет-нет, – поспешно заверила Мелани. Деймон отвел взгляд и прищурился, ресницы скрыли выражение глаз.

– Может, ты чувствуешь себя обделенной вниманием…

– Я не это имела в виду.

– Нет, ты права. Я обещал тебе отпуск в раю. Ты же не круглые сутки работаешь, вот в остальное время и умираешь от скуки. Я должен с этим что-то делать. Недавно я отчитывал тебя за то, что ты ведешь себя не как новобрачная. Что ж, может, я сам грешу тем же.

Попытаюсь исправиться.

– Деймон, если даже мне скучно, ты не обязан меня развлекать. Я вовсе не собиралась от скуки флиртовать с коммивояжером! Не бойся, скандал тебе не грозит.

– Я об этом даже не думал. Если ты сильно истомишься по мужскому обществу, я позабочусь, чтобы тебе не пришлось далеко ходить.

– Спасибо, учту на будущее, – сказала Мелани с наигранным безразличием. – Но, уверяю тебя, мне никогда не будет настолько скучно!

Шутка получилась не слишком удачной, и Мелани вздохнула с облегчением, когда Деймон рассмеялся.

– Ну, хорошо, твоя взяла! Не надо было мне заводить этот разговор.

Слегка ошарашенная, Мелани встала на ноги, точнее, встала на одну ногу, здоровую, а вторую с опаской опустила на пол. Деймон был тут как тут и снова поддержал ее, но Мелани возразила:

– Я дойду сама.

– Уверена? Тогда я тут все уберу.

Мелани доковыляла до спальни и присела на край кровати. В таком положении Деймон и застал ее, когда заглянул к ней в комнату.

– Принести тебе что-нибудь? – предложил он. – Или, может, помочь спуститься в гостиную?

Его лицо снова стало непроницаемым, как маска.

– Я не хочу есть, наелась на приеме.

– Я тоже сыт. – Деймон пересек комнату и остановился у окна, глядя в сгущающуюся темноту. Потом повернулся к Мелани и, прислонившись к стене и сунув руки в карманы, вгляделся в ее лицо. – Уверена, что тебе больше ничего не нужно?

– Спасибо, ты обо мне уже позаботился. Из тебя бы вышла хорошая медсестра, вернее медбрат. – И хороший муж, мысленно добавила она. Сильный, добрый, умелый, Деймон воплощал в себе все, что каждая женщина мечтает видеть в муже. – Есть ли что-то такое, чего ты не умеешь делать?

Деймон негромко рассмеялся.

– О, масса всего! Например, я, по-видимому, не способен удержать женщину. – В его голосе не слышалось жалости к себе, скорее в нем сквозила самоирония.

– Вот уж неправда! – возразила Мелани. Почти совсем стемнело, поэтому она не могла разглядеть выражение глаз Деймона. – Элен всегда отличалась непостоянством.

– Да. Когда мы познакомились, она была с другим мужчиной.

– Знаешь, Элен рассказывала, что ее приятель напился и стал ей угрожать, и тут появился ты. То, как ты управился с ситуацией, произвело на нее огромное впечатление. Она была тебе очень благодарна… и, может быть, по ошибке приняла благодарность за любовь.

– Возможно, ты права, – согласился Деймон и, помолчав, спросил: – А ты, Мелани?

Ты отличаешься постоянством?

– Наверное. – Мелани была уверена, что уж ей-то не составило бы труда хранить верность брачным обетам, которыми она обменялась бы с Саймоном. – Я верю в преданность одному человеку и думаю, что обещания нужно выполнять.

– Даже если этот человек нарушает свои, и не отвечает тебе такой же преданностью?

– По-моему, любовь невозможно включать и выключать когда захочется, как лампочку.

– Однако порой она может иссякнуть и угаснуть без подпитки, как костер без свежих дров.

– Да, наверное, так бывает.

– Но не с тобой?

– Надеюсь, что не со мной.

Некоторое время Деймон молчал, потом спросил:

– Ты говорила, что не допустишь, чтобы Саймон разрушил тебе всю жизнь.

– Я и сейчас так думаю. Я переживу то, что произошло, перешагну через прошлое и пойду дальше. В свое время. – Мелани хотелось задать Деймону один вопрос, но она колебалась. Потом, придя к выводу, что разговор и так уже принял достаточно личный оборот, она все-таки решилась: – Элен первая женщина, которая тебя бросила?

– Я никогда раньше не был помолвлен и никому не делал предложение.

Почему же именно Элен? Она никогда не выходила из себя, всегда старалась видеть в людях хорошее. Временами подруга казалась Мелани слишком доверчивой, слишком щедрой на чувства, вот почему ее романы никогда не длились долго.

– Перед ней было невозможно устоять, – произнес Деймон голосом, лишенным каких бы то ни было эмоций.

У Мелани запершило в горле.

– Представляю… – с трудом пробормотала она.

– Неужели? – Деймон выпрямился. – Я, пожалуй, поплаваю. Тебя не приглашаю, думаю, тебе стоит пару дней поберечь рану от воды. Справишься тут одна?

– Справлюсь, я же не калека. Плавай в свое удовольствие.

После его ухода Мелани еще несколько минут не двигалась с места. Потом встала и попробовала наступить на пострадавшую ногу. Нога болела уже меньше, но наступать было все еще больно. Она доковыляла до кухни и налила себе воды, чтобы избавиться от сухости в горле. Из бассейна доносился плеск воды, это Деймон энергично плавал туда и обратно.

Мелани представила, как его гибкое тело разрезает воду, а мышцы плеч и рук перекатываются под гладкой влажной кожей. Ей вспомнилось, как он выглядит, выходя из воды: вода стекает по сильным бедрам и длинным ногам, мокрые плавки облепляют… Ее окатила волна жара, стакан в руке задрожал.

Господи, да что на меня нашло! Представляю почти обнаженного Деймона и испытываю от этого удовольствие! Но Деймон мой муж… Формально, и только, напомнила себе Мелани. Он ясно дал понять, что от меня ему нужны только две вещи: подпись на свидетельстве о браке и присутствие рядом в течение примерно шести месяцев. Никаких дополнительных условий, ничего постоянного.

Но ведь признался же он, что соблюдать обет безбрачия оказалось трудно… А как он на меня смотрел… Смотрел ли он таким же взглядом на Элен? Нет, пожалуй, нет.

Мелани стала уверять себя, что все это должно ее насторожить, что она должна вести себя более осмотрительно, иначе не миновать большой беды. Сидя с пустым стаканом в руке и уставившись в пространство, она так глубоко задумалась, что не услышала, когда плеск воды в бассейне прекратился.

Дверь открылась, и в кухню вошел Деймон. Его вытертые полотенцем, но еще влажные волосы торчали в разные стороны, вокруг бедер было повязано полотенце.

– Ты все-таки надумала поесть? – спросил он, закрывая за собой дверь.

– Нет, просто пить захотелось. – Мелани поставила стакан на стол. – Как вода?

– Освежающая. А как твоя нога?

– Лучше, но наступать все еще больно.

– Не напрягайся. – Взгляд Деймона задержался на ее босой ступне, потом, скользнув вверх по телу Мелани, вернулся к лицу. – Завтра мы останемся дома.

Мелани кивнула.

– Пойду переоденусь, – отрывисто сказал Деймон.

Пока он шел через кухню к другой двери, Мелани проводила его глазами, невольно любуясь мужественной грацией его движений. У самой двери Деймон неожиданно обернулся и перехватил ее взгляд. Он прищурился, и Мелани почти почувствовала, как все его тело напрягается.

– Не смотри на меня так. Она вспыхнула.

– Если только не хочешь, чтобы я что-то сделал… – медленно добавил Деймон.

Всего лишь минут пятнадцать назад он признался, что считал Элен неотразимой.

Однако устоять перед ней, Мелани, Деймону явно не стоило большого труда, хотя в его глазах временами и вспыхивало желание, без сомнения спровоцированное скорее их вынужденной близостью и таким же вынужденным целомудрием, нежели чем-то еще.

Мелани с вызовом вздернула подбородок.

– Деймон, мне не нужны от тебя подачки. Его губы изогнулись в кривой усмешке.

– Ну что ж, если передумаешь…

– Вряд ли.

Деймон пожал плечами, повернулся и скрылся за дверью.

Мелани ухватилась за край раковины. Сердце билось так сильно, что ее немного пошатывало. Черт возьми, Деймон прекрасно сознает, как я на него реагирую – точно так же, как реагировала бы на моем месте любая нормальная женщина, особенно когда он разгуливает по дому полуголый. Не следовало показывать ему своих чувств.

Я предлагала ему стать друзьями, и Деймон сказал «может быть». Однако условия сделки диктовал он, а не я. Наверное, он догадывался, что в противном случае я не соглашусь. А вдруг он уже тогда знал, как все может обернуться, а то и рассчитывал на это?

Нет-нет. Деймон четко сказал, что ничего от меня не ждет, и, после того как поцеловал, извинялся вполне искренне. Деймон не мог предвидеть и даже запланировать такой поворот событий, и он оказался неожиданностью для нас обоих.

В этот вечер Мелани не хотелось больше встречаться с Деймоном, и она прошла прямо к себе в комнату. Когда Деймон отправился принимать душ перед сном, она уже лежала в кровати с книгой. Мелани слышала, как зашумела вода. Шум воды прекратился, ненадолго стало тихо, потом раздался стук в дверь. Мелани откликнулась. Деймон открыл дверь, но остался стоять на пороге.

– Пока я не лег, могу я еще что-нибудь для тебя сделать?

– Нет, спасибо. Все, что нужно, у меня есть.

– Хотел бы я сказать о себе то же самое. – Он помолчал, глядя на Мелани со странным выражением, потом сказал: – Тогда доброй ночи.

– Доброй ночи, Деймон.

Мелани продолжала тупо смотреть в закрытую дверь еще некоторое время после того, как полоска света под ней погасла. Потом попыталась сосредоточиться на книге, но, то и дело, теряла нить повествования, а на месте главного героя ей все время представлялся Деймон.

Утром, когда Мелани спустилась вниз, Деймон уже накрыл завтрак на веранде и сидел в кресле, глядя на бассейн. Услышав шаги, Деймон обернулся.

– Доброе утро. Завтракать будешь?

– Ты ждал меня? А где Роуми?

– У Роуми выходной по случаю дня рождения короля. Да, я ждал тебя. Не люблю завтракать в одиночестве.

Деймон встал и отодвинул для нее стул. У Мелани вертелся на языке вопрос, откуда у недавнего холостяка такие привычки, но она промолчала.

– Думаю, сегодня мы можем весь день ничего не делать.

Мелани подцепила вилкой кусочек банана из фруктового ассорти на тарелке.

– Может, кто-нибудь придет в гости.

– Едва ли.

Местные жители отличались дружелюбием и гостеприимством, но редко наносили визиты без приглашения.

После завтрака Деймон заявил, что сам уберет со стола, и, усадив Мелани в шезлонг под тентом, принес ей из спальни книжку. Потом сходил в кухню и принес кувшин сока со льдом и стакан.

– Мне нужно осмотреть твою ногу.

– Рана заживает, только больно наступать.

– Все равно я должен сменить повязку.

Деймон обработал ее ногу с такой же ловкостью и сноровкой, как и накануне, однако на этот раз не завершил процедуру поцелуем. Затем он принес портативный компьютер, устроился за столом во дворе под навесом и с головой ушел в работу. Некоторое время Мелани поглядывала на него, но потом заставила себя сосредоточиться на книге. Деймон тихо чертыхнулся, и она снова посмотрела на него.

– Что случилось?

– Аккумулятор сел, придется идти за новым. Тебе ничего не прихватить из дома?

– Вообще-то я хотела написать письмо родителям, так что если бы ты принес из моей спальни бумагу и ручку…

Деймон принес то, что Мелани просила, вставил в компьютер новый аккумулятор.

Мелани отложила книгу и принялась за письмо. На этот раз ей, по крайней мере, было о чем писать: о приеме во дворце, о своей работе, о природе острова.

В ответ на свое первое письмо Мелани получила взволнованное, несколько сумбурное послание от матери с припиской от отца и не менее взволнованную записку от Китти. Дайана прислала отдельное письмо – сдержанное, полное невысказанных вопросов. Мелани надеялась, что два телефонных звонка и жизнерадостные письма, которые она регулярно раз в неделю посылала домой, развеяли страхи родных.

Переворачивая страницу, она подняла голову и перехватила обращенный на нее взгляд Деймона. Но Деймон тут же склонился к компьютеру, и Мелани принялась описывать прием по случаю дня рождения короля.

Со стороны, наверное, они являли идиллическую картину: солнце играет в прозрачной воде бассейна, над цветами гибискуса с мирным жужжанием кружатся пчелы, а муж и жена в дружественном молчании заняты каждый своим делом.

В действительности сцена была полна скрытого напряжения. У Мелани обострилось восприятие, она замечала всякие мелочи, например, как по кремовой рубашке Деймона прыгают солнечные зайчики, отбрасываемые рябью на воде бассейна. Или как он время от времени меняет положение, вытягивает ноги под столом.

Деймон откинулся на спинку стула, провел рукой по волосам и вздохнул. Почему-то он казался мрачным. Вдруг он резко отодвинул стул, металлические ножки которого аж заскрежетали по кафельным плиткам, и встал.

– Мне нужно выпить, и желательно что-нибудь покрепче, – пробормотал он. – Тебе принести?

Мелани покачала головой.

– Я предпочитаю сок.

Деймон зашагал к дому. Когда он вернулся, неся стакан, до половины наполненный янтарной жидкостью, у Мелани возникло ощущение, что в доме Деймон уже выпил. Все с тем же мрачным видом Деймон поставил стакан на стол и надолго склонился над клавиатурой компьютера.

Около полудня Деймон поднял почти пустой стакан и вылил остатки содержимого в рот.

– Ну что, пора заняться ланчем? – спросил он. Мелани давно закончила письмо и вновь читала книгу. Она спустила ноги на пол.

– Я приготовлю.

Когда она, прихрамывая, двинулась на кухню, Деймон проводил ее критическим взглядом.

– Уверена, что тебе не будет трудно?

– Я в порядке, честное слово, не беспокойся. Бутерброды тебя устроят или приготовить что-нибудь посущественнее?

– Хватит и бутербродов. И будь осторожна.

Мелани приготовила гору бутербродов, красиво выложила на блюде свежие фрукты и поставила все на поднос вместе с двумя тарелками. Когда она появилась в дверях, Деймон вскочил.

– Надо было позвать меня, я бы принес!

– Я и сама прекрасно справилась. Поставив поднос на стол, Мелани взяла тарелку, положила на нее пару бутербродов и снова устроилась в шезлонге. Когда на блюде осталось только два бутерброда, Деймон спросил:

– Давай пополам?

– Спасибо, не откажусь.

Мелани сделала движение, собираясь встать, но Деймон взял со стола блюдо и сказал:

– Сиди, я подам.

Положив один бутерброд на тарелку Мелани, он взял себе последний и, вместо того чтобы вернуться к столу, присел рядом с Мелани. Когда Мелани доела, он протянул руку со словами:

– Я отнесу твою тарелку.

Но Мелани уже подалась вперед, собираясь поставить пустую тарелку на поднос, и пальцы Деймона случайно коснулись ее груди.

Мелани тихонько вскрикнула и выронила тарелку. Упав на каменные плиты пола, тарелка разлетелась на несколько кусочков.

Деймон буркнул что-то под нос и добавил громче:

– Прости, это я виноват.

– Почему же ты, я сама уронила тарелку.

– Да. – Деймон посмотрел сначала на осколки, потом в глаза Мелани. – Ты ведь не ханжа, Мелани.

– Я… от неожиданности. Я понимаю, что это вышло случайно, ты не хотел…

– Да, я не нарочно. – Взгляд Деймона скользнул к ее груди. – Значит, говоришь, от неожиданности? – прошептал он.

Мелани боялась посмотреть вниз, прекрасно понимая, что Деймон имеет в виду. На ней была тонкая хлопковая блузка, сквозь которую явственно просвечивали затвердевшие соски.

Мелани постаралась говорить как можно спокойнее, но голос прозвучал хрипло:

– Это просто физическая реакция.

– Ты не одна такая.

На этот раз Мелани не удержалась и посмотрела на Деймона. И тут же поспешно отвела глаза.

– Мелани… – позвал он с мольбой в голосе.

Ее губы отказывались повиноваться, но каким-то чудом Мелани все-таки удалось произнести:

– Нет.

– Нет? – хрипло переспросил он. – Ты возбуждена не меньше, чем я. – Он выразительно уставился на ее грудь.

– Что ж, не удивительно. Ты очень сексуальный мужчина, – тихо призналась Мелани. – И мы оказались в провоцирующей ситуации. Но на самом деле ты меня не хочешь.

Темные брови Деймона взметнулись вверх.

– А мне казалось, ты только что видела… если мне будет позволено так выразиться, довольно твердое доказательство обратного.

Будь ситуация иной, Мелани рассмеялась бы, хотя каламбур Деймона заметно отдавал издевкой. Но положение было слишком серьезным, чтобы смеяться.

– Ты уже несколько месяцев не был с женщиной. Это всего лишь мгновенный порыв, и, если ты ему поддашься, потом можешь пожалеть.

– Только если ты пожалеешь. – Деймон встал и сунул руки в карманы. – Но принуждать тебя я не собираюсь, не бойся. Пожалуй, мне следует принять холодный душ.

Прежде чем уйти в дом, он составил посуду на поднос и туда же сложил осколки тарелки. Уже у самой двери Деймон остановился и обернулся к Мелани.

– Кстати, – начал он обманчиво мягким тоном, – ты не права насчет мгновенного порыва.

Ты вот назвала меня собакой на сене, намекая на то, что я не хочу тебя сам и другим не даю, но тут ты тоже ошиблась. Я хочу тебя уже несколько недель, Мелани, и очень сильно. И думаю, ты об этом догадываешься.

Пораженная Мелани еще несколько минут смотрела ему вслед. Ее щеки медленно возвращались к своему естественному цвету, сердцебиение постепенно успокаивалось.

Рассуждай здраво, приказала она себе. Да, он тебя хочет – но только в физическом смысле, ты нужна ему для секса… ну, может, еще в качестве утешения.

Для того же, для чего он нужен тебе? – спросил ехидный внутренний голос. У мужчин все иначе.

Ну да, конечно, не унимался противный голос, чем же они так сильно отличаются?

Деймон был прав, Мелани желала его так же сильно, как он ее. Когда она увидела его возбужденную плоть, то чуть не вскрикнула от радости при мысли, что это она на него так подействовала. Если бы Мелани не испытывала к нему никаких чувств, вся эта сцена вызвала бы у нее только отвращение.

Она закрыла лицо руками. Неужели я начинаю влюбляться в Деймона?!

Деймон замер и не двигался несколько секунд.

– Ну что ж, – наконец сказал он бесцветным голосом, – поженились так поженились. – Он отошел к окну и встал лицом к Мелани, опершись о подоконник. – А ты что чувствуешь?

Она перевела взгляд на его лицо – совершенно непроницаемое лицо, по которому нельзя было догадаться о его чувствах.

– У меня такое ощущение, как будто закрылась дверь.

– А ты осталась снаружи? – Деймон снова замолчал, и Мелани задавалась вопросом, не описал ли он только что свои собственные чувства. – Говорят, когда закрывается одна дверь, открывается другая.

– Да, я слышала.

Мелани не ощущала боли, только странную пустоту. И еще у нее возникло странное чувство ожидания, будто она наконец, стряхнула невидимые оковы и ждет чего-то – чего, сама не знает.

– Я в порядке, – заверила она. – А ты? Деймон досадливо повел плечом.

– Меня не волнует, что они там делают. Желаю Элен всего наилучшего.

Мелани спрашивала себя, так ли это. Не глядя на Деймона, она принялась аккуратно сворачивать письмо, но не смогла найти конверт. Деймон быстро подошел, наклонился, поднял конверт с пола и протянул ей.

– Не хочешь немного прогуляться? – спросил он.

– Хочу. – Пока Деймон не предложил, Мелани об этом даже не думала, но сейчас вдруг поняла, что ей действительно необходимо пройтись.

– На случай, если мы вернемся поздно, я скажу Роуми, чтобы она оставила обед в холодильнике и не ждала нас.

По молчаливому взаимному согласию они двинулись по дороге, поднимающейся в гору. Деймон взял Мелани за руку. Дорога вилась между деревьями, создававшими приятную тень, впрочем, солнце палило уже не так сильно. Через какое-то время Деймон спросил:

– Я не слишком быстро иду?

– Нет.

Хотя у Мелани участилось дыхание, а на лбу выступили капельки пота, она не хотела замедлять темп. Для ленивой неспешной прогулки настроение у нее было неподходящее.

Наконец, они достигли места, где кусты стали реже, а деревья – не такими высокими, и уселись на траву, чтобы полюбоваться закатом. Глядя, как солнце погружается в безбрежный океан, Деймон обнял Мелани за плечи. Она обвила рукой его талию и прижалась к нему. В этот день для него тоже что-то кончилось. Хотя внешне Деймон воспринял известие о свадьбе Элен совершенно бесстрастно, возможно, он тоже нуждается в утешении.

Когда на поверхности океана угасли последние лучи заката, Деймон сказал:

– Пора возвращаться.

Мелани согласилась, хотя и не охотно.

Он встал и потянул ее за собой, а потом вдруг неожиданно приник губами к ее губам.

Это был странный поцелуй, какой-то отчаянный, яростный, но он длился лишь мгновение.

Деймон выпустил Мелани и, молча, взял за руку.

Идти под гору было гораздо легче, да и воздух стал прохладнее. Подходя к дому, они издали заметили его гостеприимные огни. В кухне их ждал готовый ужин.

– Может, поедим здесь? – предложила Мелани.

– Хорошая мысль, только сначала мне нужно принять душ.

Пока Деймон принимал душ, Мелани переоделась в легкий хлопковый сарафан, а потом прошла в кухню и стала раскладывать еду по тарелкам.

Деймон появился через несколько минут, облаченный в свежую рубашку «поло» и легкие брюки песочного цвета.

За столом они почти не разговаривали, потом молча убрали посуду. Мелани поймала себя на мысли, что ждет чего-то. Деймон повесил на вешалку посудное полотенце, аккуратно расправил и повернулся к Мелани:

– Чем ты хочешь заняться?

Я хочу заняться с тобой любовью.

Ответ прозвучал в голове Мелани так ясно, что, казалось, она произнесла фразу вслух.

Но на это ей, конечно, не хватило храбрости, и она сказала:

– Не знаю, спать вроде бы еще рано.

– Да, но сегодня вечером мне не хочется работать.

– Мне тоже.

– Мы можем поговорить? – нерешительно спросил Деймон.

– Конечно. Вернемся в гостиную?

Не зажигая света, они сели по разные стороны низкого столика. В смежной комнате горел свет, но в гостиной царил полумрак. Ночное небо было усеяно мириадами мерцающих звезд, на фоне которых темнели силуэты стройных пальм. Мелани увидела, как на небе вспыхнула яркая точка и прочертила сверкающую дугу.

– Смотри, падающая звезда! – вскрикнула Мелани, но не успела она договорить, как звезда погасла, будто ее и не было.

– Кажется, это какой-то знак, – сказал Деймон.

– Наверное.

Знак того, что любовь умерла, перегорела? Может, любовь всегда похожа на яркую, ослепляющую, но недолгую вспышку, после которой не остается ничего, кроме холодного почерневшего камня, бесцельно летящего куда-то в темной бесконечности?

Нет, не всегда. Родители Мелани любят друг друга так же сильно, как много лет назад, но огонь их любви не обжигает, а греет, им были согреты все годы ее детства.

Иногда приходится довериться другому человеку, даже если тебя предал тот, кого ты любила, уговаривала себя Мелани. Нельзя всю жизнь прожить с горечью в душе, боясь, что тебе снова причинят боль. Это все равно, что бояться жить.

Некоторое время они сидели молча, потом Деймон заговорил:

– Мелани, возможно, я выбрал не самый подходящий момент, чтобы задать этот вопрос, но, с другой стороны, подходящий момент может не настать никогда. Прости, если именно сейчас мои слова покажутся тебе неприятными, неуместными или вообще нелепостью… но я не могу больше ждать. – Он замолчал, и Мелани услышала его тяжелый вздох. Деймон как будто набирал в грудь воздуха, прежде чем нырнуть на большую глубину.

Когда он заговорил снова, голос звучал глуше обычного: – Я хочу, чтобы наш брак стал настоящим. Я хочу, чтобы ты стала моей женой… во всех смыслах.

Повисло напряженное молчание. В сетку окна снаружи забилось какое-то насекомое, потом улетело в темноту, и снова стало тихо. Мелани облизала пересохшие губы.

– Не вижу в этом ничего нелепого. – Она опустила глаза и обнаружила, что непроизвольно крепко сцепила пальцы рук. Медленно повернувшись, Мелани посмотрела в лицо Деймону. – И уж тем более неприятного.

Деймон вскочил так стремительно, что Мелани показалось, будто он собирается схватить ее и прижать к себе. Но он лишь протянул к ней руки, и она, расцепив пальцы, вложила свои руки в его большие ладони.

– Спасибо! Я не жду от тебя признания в любви, но надеюсь, что со временем любовь придет.

Мелани сглотнула подступивший к горлу ком. Она отметила, что Деймон не говорит, будто любит ее, но постаралась об этом не думать. Зачем портить такой момент? Когда она сообщила Деймону новость из дома, он сказал, что ему все равно, но в действительности Элен – прекрасная, очаровательная, неотразимая Элен – наверное, все еще занимает какоето место в его сердце, и, возможно, значительное. Когда Деймон говорил, что любовь может прийти со временем, он наверняка имел в виду и себя тоже. Он не стал ей лгать, и Мелани могла только благодарить его за это.

– Да, – прошептала она. Она говорила «да» своим чувствам, всему неизвестному, что ждало ее впереди, и не желала оглядываться назад. Пусть прошлое остается в прошлом. – Да.

Деймон помог ей встать.

– Торопиться некуда, но я бы хотел скрепить наше решение как полагается.

Он медленно привлек Мелани к себе, и она с готовностью прильнула к его сильному телу. Выражение лица Деймона было серьезным, почти торжественным, черты казались высеченными из гранита, а в глазах застыл немой вопрос. Деймон стал наклоняться к ней, и Мелани закрыла глаза. Он коснулся ее губ поцелуем, полным нежности и обещания.

Жаркая волна желания растопила все страхи. Мелани ответила на поцелуй, губы Деймона были одновременно и настойчивыми, и бесконечно нежными. Оторвавшись от ее рта, он поцеловал Мелани в лоб и прошептал:

– Тебе хорошо?

– Да.

Следующие недели были похожи на медовый месяц, каким его представляла Мелани.

Утром они уходили на работу, а вернувшись домой, вместе плавали в бассейне, играли в воде, поддразнивали друг друга мимолетными прикосновениями, причем каждый знал, что это прелюдия к близости.

За обедом Мелани не раз ловила себя на том, что, увлекшись разговором с Деймоном, совсем забыла о еде. Оба нередко по-прежнему брали работу на дом, но теперь Деймон уже не засиживался за полночь.

По субботам они отправлялись в необжитую часть острова, в горы. Теперь они ездили на одном мотороллере, Деймон за рулем, а Мелани – позади него, обнимая его за талию и прижимаясь щекой к его плечу. Оставив мотороллер на обочине, Мелани и Деймон шли пешком, пока не находили какое-нибудь местечко в тени под деревьями, где было не так жарко и густые кусты загораживали их от посторонних глаз. Устроившись на разостланном на земле пледе, они читали, разговаривали или занимались любовью.

По воскресеньям они обычно ходили в гости, но, когда Деймон, вскинув бровь, бросал на Мелани многозначительный взгляд, она краснела и торопилась попрощаться с хозяевами.

Домой они возвращались, взявшись за руки, и, едва переступив порог, падали в объятия друг друга.

Немая сцена длилась несколько мгновений. Саймон покраснел, Элен, наоборот, побледнела, на лице Дайаны застыло выражение полнейшего ужаса. Первым опомнился Билл.

– Привет! – воскликнул он с преувеличенной радостью, будто не видел Мелани и Деймона лет сто. – Вы, значит, решили нас навестить! А мы… Элен и Саймон принесли подарок малышу.

Принести подарок новорожденному, появившемуся у друзей или соседей, в порядке вещей, так поступают все. Мелани не удивилась, что Элен пришла взглянуть на малыша, в конце концов, Элен знала Дайану столько же лет, сколько и ее, Мелани. Но почему судьбе было угодно, чтобы Элен пришла именно сегодня?

– Мы только что выпили кофе, – сообщил Билл. – Может, и вам сварить?

Мелани не хотела кофе, но Деймон сказал «да» за них обоих и, когда Билл предложил стул, сел между Элен и Мелани.

– Как поживаешь, Элен? – обратился он к бывшей невесте.

Та заморгала огромными фиалковыми глазами.

– Спасибо, хорошо. – Отведя немного испуганный взгляд от Деймона, она посмотрела на Мелани, вернее сначала куда-то поверх ее левого плеча, и только потом решилась посмотреть бывшей подруге в глаза. – А ты как, Мелани?

– Я очень счастлива. И ты, наверное, тоже. Элен нервно хихикнула и, немного задыхаясь, пробормотала:

– Мы только что сообщили Дайане и Биллу, что у нас тоже будет ребенок.

Мелани попыталась проанализировать свои чувства и поняла, что анализировать в общем-то нечего.

– Рада за вас. – Она заставила себя взглянуть на Саймона. Снова никаких эмоций – разве что какое-то облегчение. Мелани вдруг стало легко, и она улыбнулась уже совершенно непринужденно. – Мои поздравления, Саймон. Ты, наверное, в восторге.

Саймон, казалось, оторопел.

– Д-да, спасибо. – Он взял чашку, звякнув ею о блюдце, и допил кофе.

– Но ребенок родится только через полгода, – добавила Элен.

Элен нарочно дает понять, что забеременела не раньше, чем сбежала с Саймоном, поняла Мелани. Что ж, это и так ясно, ее фигура почти не изменилась, а если и округлилась самую малость, то от этого стала еще женственнее. Мелани не могла не заметить, что, с тех пор как они вошли, Деймон почти не сводит глаз с бывшей невесты. Даже не глядя на него, Мелани чувствовала, куда он смотрит. Со счастливым соперником Деймон не обменялся и парой слов.

Вероятно, Саймон это тоже заметил. Он кхекнул, прочищая горло, и сказал:

– Слышал, вы только что вернулись с Тихуиту? Открываешь там бизнес?

Деймон ответил не сразу, Мелани даже засомневалась, расслышал ли он вопрос. Когда же он, наконец, переключил внимание с Элен на ее мужа, в его взгляде было столько враждебности, что Мелани невольно поежилась, а Саймон заёрзал на стуле.

– Да, – бросил Деймон и демонстративно положил руку на спинку стула, на котором сидела Мелани. – Это райский уголок, и мы прекрасно провели время, правда, дорогая?

Мелани понадобилось несколько мгновений, чтобы понять, что Деймон обращается к ней. Он смотрел на нее с каким-то почти яростным выражением, его глаза посылали безмолвное сообщение, которое Мелани перевела для себя как: «Подыграй же мне, черт тебя подери!»

Изобразив улыбку, она проворковала:

– Да, мы чудесно провели время. Тихуиту – идеальное место для медового месяца.

Элен недоверчиво посмотрела сначала на Мелани, затем на Деймона. Между ее тонко очерченными бровями залегла складка.

– А мне казалось, что это какой-то дикий примитивный остров и там ужасно жарко, разве нет?

– Примитивный? Вовсе нет, – ответил Деймон. – Но насчет жары – да, нам с Мелани было жарко, и нам это понравилось. – Он снова посмотрел на Мелани, и на его губах заиграла многозначительная усмешка. – Правда, дорогая?

Мелани чуть не расхохоталась при виде возмущенной гримасы Элен. Но в, то же время Мелани злилась на Деймона за то, что он беззастенчиво использовал ее, чтобы досадить другой женщине. Она положила руку ему на бедро – со стороны это выглядело как интимная ласка – и постаралась ущипнуть побольнее.

Деймон быстро втянул в себя воздух, но на его лице не дрогнул ни один мускул.

Саймон снова прокашлялся.

– Ну, нам пора. Элен, ты будешь допивать свой кофе?

– С меня достаточно. – Она встала так поспешно, что стало ясно: ей, как и Саймону, не терпится поскорее уйти. – Дайана, Билл, спасибо. Надеюсь, когда наш ребенок родится, он будет таким же миленьким, как ваш. – Элен фальшиво улыбнулась и повернулась к Деймону и Мелани. – Рада была снова вас увидеть.

Мелани не смогла себя заставить ответить какой-нибудь вежливой ложью и только кивнула. Билл пошел провожать гостей. Как только все трое скрылись за дверью, Дайана виновато прошептала:

– Простите, ребята, я очень надеялась, что они уйдут до вашего прихода.

Мелани взяла чашку с кофе, к которому до сих пор не притронулась.

– Рано или поздно мы бы все равно встретились, так что не переживай.

– Я была с ними всего лишь вежлива, – продолжала оправдываться Дайана. – С их стороны было очень мило принести подарок нашему сыну. Наверное, Элен очень одиноко, потому что они с Саймоном оказались в изоляции, все друзья от них отвернулись.

Вернулся Билл и тоже кинулся извиняться чуть ли не с порога:

– Простите, что так вышло.

– Ничего страшного, – заверил Деймон ровным голосом. – У нас тоже есть подарок для малыша.

Он бросил быстрый взгляд на Мелани, которая держала на коленях сверток, и она только сейчас поняла, как крепко вцепилась в него: пышный голубой бант был измят.

– Как, еще один? – удивилась Дайана. – Вы уже надарили нам подарков.

– Мы не смогли удержаться.

Гуляя по городу, Мелани и Деймон увидели в витрине магазина пушистого игрушечного кота. Одно ухо у него было немного загнуто, что придавало зверюшке забавносвирепый вид. Они хохотали, как дети, и Мелани, не удержавшись, тут же купила игрушку.

Мелани протянула сверток сестре. Она старалась не замечать, что, когда Деймон забывал поддерживать на лице вежливую улыбку, его челюсти крепко сжимались.