Накинув плащ невидимку, Гарри выскользнул из дверей замка. Постепенно празднество затухало, замок затихал, готовясь к дням скорби и восстановления. Пока его не хватились, Гарри торопился незаметно вернуть Старшую палочку туда, откуда ее забрал Риддл и где она должна теперь остаться навечно.

Кто-то стоял около Белой гробницы. Черный плащ с капюшоном полностью скрывал фигуру, но от нее столь сильно веяло могильным холодом, что Гарри не сомневался ни секунды.

— Экспекто Патронум!

Однако вместо того, чтобы атаковать дементора, серебристый олень встал между Гарри и существом. Оно повернулось, и на Гарри из-под капюшона взглянули белые глазницы черепа…

— Ну, здравствуй, Гарри, — голос существа шелестел как сухая листва.

— Кто вы?

— Не узнаешь? А ведь ты столько раз смотрел мне в глаза и даже побывал у меня в гостях. Некоторые зовут меня Проводником.

От фигуры в капюшоне все еще веяло леденящим душу ужасом. Но сквозь этот ужас, как бы позади него ощущались благостное спокойствие и безмятежность. Этот покой звал, манил, затягивал, напевая свою вечную колыбельную.

— Смерть? Ты решила придти за мной сейчас? — возможность умереть вот так, внезапно, после только что одержанной победы, на пороге мирной, спокойной жизни резанула по сознанию и неожиданно вызвала жжение в глазах.

— Нет. У меня к тебе дело. Я впервые встречаю мага, готового добровольно отказаться от моих Даров. Ты ведь решил похоронить здесь Старшую палочку? И потерял Камень Воскрешения где-то в лесу? А ты не согласился бы вернуть их мне?

— А что вы с ними намерены сделать?

— Не все ли тебе равно? Я их уничтожу. Людям они не принесли пользы, ибо никто не смог распорядится ими правильно.

— Держите, — Гарри протянул палочку собеседнику.

Смерть легко переломила палочку пополам, потом, разломав еще на несколько частей, потерла их между костьми ладоней. И через мгновение на землю упали мелкие щепки.

— Теперь камень.

— Он, как вы сами сказали, потерян в лесу.

— Ты волшебник или кто?

Гарри ухмыльнулся, услышав столь знакомую фразу, и, улыбаясь, произнес:

— Акцио Камень Воскрешения.

— Вот, — поймав подлетевший через мгновение черный кристалл, Гарри передал его Смерти.

Смерть сжала камень в руке, и тот мгновенно раскрошился в песок, просыпавшийся сквозь костяные пальцы.

— Я вознагражу тебя. Два Дара — две души. Я верну двух человек по твоему выбору.

— Любых? — шепотом спросил Гарри. От возможности вернуть родителей перехватило дыхание.

— Нет. Только погибших сегодня.

— Тонкс и Люпин.

— Ты уверен? Почему именно они, а не кто-нибудь из детей, тот маленький с фотоаппаратом, например.

— У них есть сын, который не должен расти сиротой. И раз уж я вынужден выбрать только двух из десятков… Пусть это эгоистично, но я люблю их, а они любят меня…

— Ну что ж. Ты выбрал.

— Подождите. А они будут нормальными? Ну... то есть... не зомби или что-то подобное?

— Столь же нормальными, как ты, или любой, побывавший у меня в гостях, — Смерть явно была оскорблена подозрением. — Я всегда честна, Гарри.

— Извините. И спасибо.

— До свидания Гарри Поттер. Мальчик-Который-Выжил-Дважды, — ухмыльнулась Смерть.

— Постойте, — Гарри судорожно сжимал в руке серебристую ткань. Перед его глазами стояло опрокинутое, потерянное лицо Джорджа.

— Фреда, — проговорил Гарри, решительно протягивая плащ.

— Ты хорошо подумал? Это — защита твоя и твоей семьи. А у вас будет много врагов.

— Все равно. Фреда.

— Ты очень необычный маг. Я редко встречала людей, подобных тебе. Ну что ж, будь по-твоему, — Смерть, оскалившись в улыбке, забрала свой третий Дар.

Гарри отвернулся. Смотреть на уничтожение плаща было свыше его сил. Сзади раздался тихий шорох и пронизывающий холод, обозначавший присутствие Смерти, исчез.

Гарри продолжал смотреть на освещенный утренним солнцем Хогвартс. На душе было спокойно, легко и пусто, как после успешной сдачи экзамена.

— Гарри! Гарри! Они живы! Ты слышишь, они ЖИВЫ! — от замка, задыхаясь от крика, неслась Гермиона.

— Фред, Люпин и Тонкс… Они очнулись, представляешь. Фред, Тонкс и Люпин... Они живы, живы! — Гермиона обняла Гарри и разрыдалась, беспрестанно повторяя — Они живы, живы…

— Ну, все же хорошо, успокойся, они живы, я понял. Идем быстрей в замок, — Гарри мягко отстранил подругу.

Она было повернулась, чтобы направится с ним обратно к замку, как вдруг снова взглянула на основание Белой гробницы.

— Гарри, ты опять его уронил.

На земле, мягко сияя серебристой тканью, лежал плащ-невидимка.