Йозеф Альберс родился в Вестфалии, в Ботропе. В 1913 году он поступил в Берлинскую художественную школу, которую окончил в 1915 году. После этого он посещал занятия в Мюнхенской академии художеств, где его преподавателем был Штук. Ранние работы художника выполнены в манере экспрессионизма. Он писал полотна, увлекался литографиями и ксилографиями.

Ганс Арп родился в Страсбурге, в Германии. В 1904 году он поступил в Штутгартскую школу прикладного искусства, а через год начал обучаться в Веймарской художественной школе, где его преподавателем с 1905 по 1907 год был Л. фон Гофман. По окончании обучения художник совершенствовался в живописи, посещая уроки в Академии Жюлиана в Париже. С 1909 по 1911 год Арп проживал в Швейцарии. Там он стал одним из основателей авангардной группы бернских живописцев «Современный союз». В 1914 году художник во второй раз посетил Париж, много общался с представителями французского авангарда. Через год он вернулся в Цюрих, где в 1916 году основал объединение дадаистов.

Арп, творчески воспринявший достижения французских авангардистов, со своей стороны начал искать нетрадиционные синкретические формы в изобразительном искусстве. Прежде всего он хотел преодолеть различия между разными видами искусств. В своих композициях он постоянно использовал коллажи, а чуть позже рельефы, изготовленные из окрашенного дерева или картона. Наиболее характерные произведения этого времени — «Дадаистский рельеф» (1916, Художественный музей, Базель) и «Лес» (1917, Национальная галерея, Вашингтон).

Джакомо Балла родился в Турине. Живописному мастерству он обучался в туринской Академии Альбертина. В 1895 году он уехал в Рим. Там его работы регулярно экспонировались на выставках Общества любителей и почитателей искусств. В 1900 году Балла приехал в Париж. Там он познакомился с современными направлениями в живописи — с импрессионизмом и дивизионизмом. Его очень увлекли проблемы передачи цвета и света на полотне.

После возвращения в Рим Балла открыл собственную художественную мастерскую и занялся преподавательской деятельностью. Среди его учеников были Северини, Боччони, Сирони. В 1900-е годы характер картин Балла можно назвать реалистическим, причем для них свойственно внимание к острым социальным проблемам.

1910 год стал решающим в творчестве Балла. Совместно с У. Боччони, Дж. Северини, К. Карра и Л. Руссоло он подписал «Манифест художников-футуристов», который свидетельствовал о возникновении авангардного художественного движения в Италии.

Первая футуристическая картина Балла стала своеобразной иллюстрацией к манифесту футуриста Маринетти под необычным наименованием «Убьем лунный свет!». Работа Балла называлась «Уличный фонарь» (1910, Музей современного искусства, Нью-Йорк). На полотне изображен фонарь с расходящимися от него яркими спектральными линиями, из-за которых почти совсем не видно слабого отблеска лунного серпа.

Это был первый опыт работы Балла в технике симультанности. Художник хотел с помощью красок передать последовательность фаз движения какого-либо объекта. Это достаточно просто реализовать в хронофотографии и фотодинамике, но в изобразительном искусстве подобное совмещение различных моментов на плоскости представляет известную сложность. Шедеврами симультанного искусства по праву считаются такие работы художника, как «Руки скрипача» (1912, Галерея Тейт, Лондон), «Динамизм собаки на поводке» (1912, Галерея Олбрайт-Нокс, Буффало), «Девочка, бегающая по балкону» (1912, Галерея современного искусства, Милан).

Через некоторое время Балла оказался оторванным от основной группы своих сподвижников, поскольку работал в Риме. Здесь ему очень скоро наскучила фигуративная симультанность. Он стал экспериментировать в области абстрактного искусства, тем более что в столице он познакомился и всерьез увлекся теософскими и герметическими учениями.

Балла преобразовал главное положение футуристической эстетики. Футуристы требовали, прежде всего, осуществления динамического принципа, однако большинство из них добивалось подобного эффекта путем дробления объектов, а Балла противопоставил этому движение отвлеченных траекторий. Примером таких новаторских композиций служат «Пластичность света + скорость» (1913, частное собрание), «Линии в движении + динамические последовательности. Полет ласточек» (1913, Музей современного искусства, Нью-Йорк). С помощью кисти Балла создает упругие и гибкие пересечения углов и дуг, в результате чего мастер получает поразительный эффект кинетики неоднократно преломленных световых лучей.

Интересна композиция «Радужное взаимопроникновение № 7» (1913–1914, частное собрание). Разноцветные ромбы на этом полотне образуют спирали, причем их цвета то причудливо расходятся, то вновь соединяются. Таким образом, при помощи этих спиральных секвенций художник хотел рассказать о высшей гармонии мира.

Умберто Боччони родился в Реджо ди Калабриа. В 1897 году он окончил техническую школу, после чего писал литературные произведения, критические статьи с обзором современной художественной жизни Италии. Однако этот период продолжался недолго. В 1898 году Боччони приехал в Рим, успешно сдал вступительные экзамены в Академию художеств. В это время в Италии набирал силу футуризм, и молодой художник увлекся новейшим течением. С 1900 года вместе с известным футуристом Северини он брал уроки в частной студии Балла.

В 1902 году Боччони совершил поездку в Париж — центр передовых направлений в искусстве. Необыкновенно сильное впечатление произвели на художника полотна импрессионистов и дивизионизм Сёра. Вообще в этот период Боччони много путешествовал. Из Парижа он отправился в Падую, в 1904 году посетил Россию, где прожил довольно продолжительное время. С 1905 по 1907 год он жил то в Падуе, то в Венеции и, наконец, в 1908 году окончательно обосновался в Милане.

Период до 1908 года в творчестве Боччони классифицируется искусствоведами как предфутуристический. В его живописи заметно влияние прежде всего дивизионизма и символизма. Таковы «Апокалиптические всадники» (1908, Художественный институт, Чикаго), «Проходящий поезд» (1908, Музей Тиссен-Борнемиса, Мадрид).

Решающим в биографии Боччони стал 1910 год. Он познакомился с одним из основоположников итальянского футуризма — Маринетти. В том же году представители нового направления выпустили два манифеста — «Манифест художников-футуристов» и «Технический манифест футуристической живописи», и оба они были подписаны Боччони. Кроме него, в авангардное течение входили Карра, Северини, Балла и Руссоло.

Основатель кубизма Жорж Брак родился в Аржантёй-сюр-Сен. Учиться рисованию он начал в детстве у своего отца, после чего его педагогом стал местный художник-декоратор. С 1897 по 1899 год он посещал гаврскую Школу изящных искусств. Переехав в Париж в 1902 году, он поступил в Академию Эмбера на Монмартре. В 1904 году Браку удалось открыть собственную мастерскую. В Париже молодой художник много общался с представителями авангардного направления в искусстве, и это определило его творческую судьбу на всю жизнь.

С 1905 по 1907 год Брак входил в группировку фовистов. Основное место в его искусстве этого периода занимают пейзажи с эмоциональными и напряженными хроматическими отношениями. Сложностью цветовой палитры отличаются такие работы, как «Гавань в Антверпене» (1906, Музей фон дер Хейдта, Вупперталь), «Пейзаж в Эстаке» (1906, Национальный музей современного искусства, Париж), «Оливы близ Эстака» (1907, Национальный музей современного искусства, Париж). Эти композиции очень декоративны и выполнены под влиянием творческой манеры А. Дерена и А. Матисса.

В 1907 году Брак тщательно изучал опыт П. Сезанна. Познакомившись с П. Пикассо, через некоторое время он разработал новый художественный метод, который получил название «кубизм».

Период 1909–1911 годов прошел под знаком аналитического кубизма. Живописная манера произведений, созданных в соответствии с данной эстетикой, отличается сравнительно узкой хроматической гаммой, состоящей в основном из зеленых, желтоватых и серых тонов. Формы предметов разделялись на небольшие призматические грани, которые сливались в подвижную кристаллическую структуру. Типичными произведениями аналитического кубизма являются «Скрипка и палитра» (1909–1910, Музей С. Гуггенхейма, Нью-Йорк), «Женщина с мандолиной» (1910, Государственная галерея современного искусства, Мюнхен), «Натюрморт со скрипкой» (1911, Национальный музей современного искусства, Париж).

Надо сказать, что изображение музыкальных инструментов вообще было любимой темой Брака. Здесь сказались и личные увлечения: художник замечательно играл на многих инструментах, в юности учился играть на флейте. Однако существовали и чисто творческие причины. Мастер любил говорить, что каждый музыкальный предмет можно оживить, прикоснувшись к нему.

До конца жизни художник хранил у себя самую любимую свою работу «Музыкальные инструменты» (1908, частное собрание). На небольшом холсте горизонтального формата представлены мандолина, кларнет, скрипка, аккордеон и партитура. Контуры инструментов ясно читаются, цветовая гамма приглушенная: зеленые, серые и коричневые оттенки.

Фрэнсис Бэкон родился в Дублине. Специального художественного образования он не получил и в юности занимался оформлением интерьеров и мебельным дизайном. В 1927 году живописец приехал в Париж, где жил два года. Под впечатлением работ Пикассо он решил заниматься живописью. Кроме того, Бэкона очень увлекла художественная манера сюрреалистов. В 1934 году в Лондоне состоялась первая персональная выставка работ молодого художника, после чего он решил предложить свои работы для Международной выставки сюрреалистов, проходившей в Париже. Эти полотна были отвергнуты как несоответствующие данному направлению, они были «недостаточно сюрреалистическими».

Разочарование оказалось настолько сильным, что художник уничтожил все свои ранние картины и ничего не писал в течение десяти лет. Однако он уже не мог отказаться как от живописи вообще, так и от сюрреализма, следы которого чувствуются в его творчестве на протяжении всей жизни.

Виктор Вазарелли (Дезе Вашархей) родился в венгерском городе Печ. Художественное образование он получил в Будапештской академии живописи, куда поступил в 1927 году. Через год он начал посещать уроки в «Мастерской» («Мюхей»). По окончании обучения в 1930 году художник переехал в Париж.

Первые работы Вазарелли относятся к области печатной графики. С 1938 по 1943 год он работал над серией «Зебры» с черно-белыми контрастами, которые, пересекая изображение животных, создавали эффект внезапно перестраивающихся конфигураций.

Морис Вламинк родился в Париже, в бедной, но интеллигентной семье музыкантов. С ранних лет мальчику пришлось работать, поэтому, несмотря на тягу к живописи, ему так и не удалось получить фундаментального художественного образования.

Живописью Вламинк начал заниматься с 1892 года, став относительно самостоятельным. В 1901 году на одной из художественных выставок он познакомился с Ван Гогом, и все его раннее творчество прошло под влиянием этого выдающегося мастера.

В первых работах явно чувствуется импрессионистическая манера письма. Вместе с А. Дереном Вламинк писал на пленэре, на берегах Сены, создавая эмоциональные, полыхающие сочными красками пейзажи. Радостным настроением пронизана картина «Набережная в Буживале» (1900, частное собрание), где, как и во многих других композициях, художник стремится остановить стремительные мгновения уходящей яркой жизни.

Наталия Гончарова родилась в селе Ладышино недалеко от Тулы. В начале 1890-х годов ее семья переехала в Москву. Здесь, окончив гимназию, с 1899 по 1902 год Гончарова обучалась в Московском училище живописи, ваяния и зодчества. В 19 лет художница познакомилась с Михаилом Ларионовым. С этим человеком судьба связала ее на всю жизнь. Их фамилии почти всегда произносили как одну — Ларионов и Гончарова.

Сначала Гончарова посещала скульптурное отделение училища, где ее преподавателем был П. Трубецкой. Позже она поступила в класс живописи к К. Коровину. К сожалению, училище Гончарова закончить не захотела, но за годы учебы успела получить великолепные профессиональные навыки. Опыт, полученный у замечательных русских мастеров, позволил ей позже проявить свои выдающиеся способности декоратора, когда художница занималась оформлением некоторых московских особняков.

Первые работы Гончаровой представляют различные пейзажи, романтические и прозрачные, исполненные пастелью в классическом стиле. Под влиянием Ларионова художница заинтересовалась творческой манерой импрессионистов, хотя переработала ее в своем духе. Она писала натюрморты, пейзажи и жанровые сценки, но непременно использовала контурную обводку предметов и моделей, что уже более характерно для представителей постимпрессионизма. Большинство этих композиций художница создавала в фамильных имениях в Тульской губернии и на Полотняном Заводе Калужской губернии.

В это время Гончарова начала экспонировать свои работы на выставках Московского училища живописи, ваяния и зодчества. Ее композиции украшали выставки Московского литературного кружка, Московского товарищества художников, Союза русских художников, «Золотого руна», в Салоне Издебского. Ее картины увидели в парижском Осеннем салоне и на биеннале в Венеции.

После 1910 года вместе с Ларионовым Гончарова принимала активное участие в организации выставок русских футуристов — «Бубновый валет», «Ослиный хвост», «Мишень». Кроме того, она представляла свои композиции на выставках «Мира искусства», «Синего всадника», «Союза молодежи», «Московского салона», а также за рубежом — «Синий всадник» в Мюнхене и в Хельсинки (1912 и 1914), в Риме, Лондоне, в берлинской галерее «Штурм». От остальных художников Гончарова отличалась тем, что старалась сделать образы доступными и понятными зрителю. Она увлекалась многими направлениями в искусстве; ей нравилось народное примитивное творчество — вывески и лубок. В то время как большинство художников вносило в свои композиции элементы урбанизации и механизации, Гончарова нисколько не изменила себе. Ее работы простодушны и безыскусственны. Она не хотела следовать традиции, а призывала «жить в традиции», как это делали древние народные мастера. Гончарова считала, что только в этом случае можно создать истинное, «надличное» искусство.

Хуан Грис родился в Мадриде. С 1902 по 1904 год он посещал мадридскую школу искусств и ремесел. Окончив школу, он иллюстрировал журналы, создавая графические работы в духе модерна, продолжал учиться у Х. М. Карбонеро.

В 1906 году Грис переехал в Париж и поселился на Монмартре. Больше он никогда не покидал пределов Франции. Художник попал в столицу Франции как раз в то время, когда кубизм набирал силу. Грис изучал творческую манеру П. Сезанна, много общался с писателями и художниками-авангардистами. Сдружившись с П. Пикассо и сблизившись с его объединением «Бато Лавуар», молодой художник проникся идеями кубистов начал рисовать кубические композиции. Под влиянием аналитической системы Ж. Брака Грис создал «Натюрморт» (1911, Музей современного искусства, Нью-Йорк), «Стол в кафе» (1912, Художественный институт, Чикаго), «Гитара и цветы» (1912, Музей современного искусства, Нью-Йорк), «Пикассо» (1912, частное собрание, Чикаго).

Становление Гриса как художника было долгим — целых шесть лет, а поначалу о нем говорили только как о последователе Пикассо. В апреле и в октябре 1912 года состоялись выставки художников-кубистов. После них о Грисе стали говорить как о величине вполне самостоятельной. «1912 год — блистательный год для Хуана Гриса, — писал Ф. Эльгар. — В то время как его друзья доводили анализ до предельной дробности объемов, путаницы линий и мало понятных обозначений-знаков, Грис стремился к простоте, ясности и точности формы. В его геометрических, несколько монохромных произведениях предметы выступают четко, без светотеневой усложненности, без напластования планов… Его натюрморты в особенности демонстрируют желание оживить поверхность холста новыми ритмами».

Первой самостоятельной композицией Гриса считается «Керосиновая лампа» (1912, Музей Крёллер-Мюллер, Оттерло). Это полотно выглядит очень декоративно благодаря диагоналям, проходящим сверху вниз и слева направо. Формы предметов, искусно подсвеченные зеленым, желтым и голубым цветом, сливаются в единый красочный ансамбль. Еще более декоративна композиция «Натюрморт с цветами» (1912, Музей современного искусства, Нью-Йорк), в центре которой представлена гитара. Гитара призвана служить, по словам Гриса, «данью уважения Браку». Цветы-кружочки, моделированные синим, придают полотну нарядность и разнообразие своими дробными ритмами.

С 1913 года Грис, как и прочие кубисты, приходит к синтетическому кубизму. Он широко применяет имитации дерева, использует в работах наклейки из газет и обоев («Натюрморт с гитарой», 1913, Центр Помпиду). Четкие прямоугольники в этой композиции замечательно смотрятся со вставками псевдо-мрамора, созданными свободной и как будто играющей кистью. Чувствуется, что сам Грис в восторге от эффекта, производимого вставками; он обыгрывает их ровными, спокойными полосами. Кроме того, в эту картину вводится и чисто изобразительный элемент: женщина, несущая на плече ребенка, на фоне пейзажа. Создается впечатление, будто перед зрителем открывается занавеска, а за ней виден кадр с реально показанными фигурой и пространством. Этим реальным элементом Грис хочет просто напомнить о пройденном пути; он же отдает предпочтение новому живописному языку и новому видению мира. Реальный кадр по размерам очень мал и играет подчиненную роль по отношению к логике плоско трактованных форм.

Георг Грос родился в Берлине. В 1909 году он поступил в Дрезденскую академию художеств, окончив которую в 1912 году, стал обучаться в берлинской Школе прикладного искусства (1912–1914), где его учителем был Эмиль Орлик.

В 1918 году вместе с В. Герцфельде и Дж. Хартфильдом художник вступил в берлинский Клуб дада. В это время он часто работал для сатирических журналов с антимилитаристской направленностью — «Крах», «Дада» и «Кровавый Эрнст». В 1920 году Грос выступил одним из наиболее активных организаторов Первой международной выставки-ярмарки дада. Немецкие дадаисты признали Гроса своим бесспорным лидером — настолько несомненным и ярким было его художественное дарование. Сыграл важную роль и прирожденный темперамент организатора, и четкое понимание политической ситуации в обществе. Дадаисты, как и многие представители творческой интеллигенции, сочувствовали революционным идеалам, в то время они критиковали буржуазию и умеренную политику периода Веймарской республики.

Ренато Гуттузо родился в городе Багерия. Он был человеком всесторонне образованным: в Палермском университете учился на факультете права и классической филологии. Увлекшись живописью, он сначала занимался в мастерской простого ремесленника из Палермо, и самыми первыми живописными произведениями художника стали расписанные повозки. Здесь же, в Палермо, он познакомился с такими известными художниками, как Карра, Кампилья и Сирони, которые в известной степени повлияли на формирование его творческой манеры. Эти мастера помогли Гуттузо обратить на себя внимание публики, включив его работы в художественный конкурс «Премио Кремона».

Искусствоведы делят творчество Гуттузо на несколько периодов: первый — довоенный, второй — период Сопротивления, третий — послевоенные годы (1945–1949), четвертый — период неореализма (1949–1955), пятый — последний, заключительный.

Каждый период отмечен своими ключевыми работами. Так, композиции 1930-х — начала 1940-х годов характеризуются приверженностью к экспрессионизму. Для искусства Гуттузо этого времени характерна прежде всего острая социально-политическая окраска. Каждая картина дышит ненавистью к диктатуре и верой в созидательную энергию простых трудовых людей.

В 1937 году Гуттузо писал фигуры в интерьере: «Женщина на балконе», «Женщина, открывающая дверь», «Женщина в окне».

Стремление к активизации изобразительного пространства чувствуется в таких работах, как «Обнаженные», «Сидящая женщина», «Читающая женщина». Эти ранние работы еще проникнуты поэтическим восприятием окружающего мира. Например, в композиции «Палинуро» художник показывает выброшенного на берег пловца. Поэтично изображение сурового и бескрайнего, но исполненного величия моря с его пенными валами, где так гармонично смотрится стройная фигура молодого человека.

Эксперименты с обширными цветовыми плоскостями демонстрируют работы «Уход за лимонными деревьями» и «Автопортрет».

Практически все графические работы этого десятилетия связаны с сюжетами «Бегство с Этны» (1939) и «Распятие» (1941–1942, обе — Национальная галерея современного искусства, Рим). Уже в ранних произведениях Гуттузо практически не заботился о точном воспроизведении действительности. Ему требовалось найти наиболее энергичные формальные решения.

Молодому художнику представлялось, что секреты, которые он ищет, находятся в выразительных работах Сезанна, и он постоянно копировал картины знаменитого французского мастера. Наконец он обрел необходимый ему динамизм и особенности изображения наиболее энергичных ракурсов, благодаря чему картины художника приобрели живость и экспрессию. Так, «Распятие» представляет собой решительный протест против фашизма, как и множество рисунков того времени. Интересно, что в эскизе к «Распятию» Гитлер изображен в образе одного из палачей.

Не менее драматично «Бегство с Этны», где все пространство полотна заполнено испуганными полуодетыми людьми, мечущимися лошадьми и обезумевшими волами. Эти фигуры выхвачены из сумрачного фона ослепительными кричащими вспышками света. Нарочитая грубость изображения, каждая деталь, даже такая бытовая, как стул, брошенный на переднем плане, сообщают работе ощущение трагического хаоса. В то же время картина пронизана общим ритмом, который передает внутреннее состояние толпы, чувствующей смутный гул надвигающейся катастрофы.

В 1941 году у Гуттузо возник замысел композиции «Резня», прообразом для которой послужила бы известная работа А. Дюрера «10 000 христианских мучеников», однако это произведение так и осталось неоконченным.

С 1943 по 1945 год Гуттузо стал активным участником движения Сопротивления, вступив в одну из партизанских бригад. В этот период его главной темой стала героическая борьба против порабощения.

В 1944 году художник создал серию «С нами Бог!», являющуюся откликом на расправу гитлеровских солдат с заложниками. Эти листы также сделаны в манере экспрессионизма. Чтобы усилить воздействие на зрителя и передать кошмар происходящих событий, Гуттузо изображал фигуры распластанными на плоскости. Эти композиции, перенасыщенные переплетающимися сложнейшим образом фигурами, действительно производили невероятное впечатление. Контуры людей как бы растворялись в живописной материи, и можно было лишь чувствовать ее биение благодаря вспышкам интенсивных пятен и пересечениям линий. Работы «С нами Бог!» воспринимались как некое мистическое откровение.

В 1946 году Гуттузо возглавил «Новый фронт искусств», в котором объединились все художники, отрицавшие фашизм, к какому бы художественному направлению они ни принадлежали. С концом фашизма эта группировка распалась, а Гуттузо стал лидером неореалистов.

По окончании войны в творчестве художника наступил зрелый период. Он сложился в результате обобщения творческих достижений экспрессионистов и кубистов, особенно Пикассо, а также обращения к опыту мастеров XIX столетия — Гойи, Делакруа, Жерико, Домье и Курбе.

Сальвадор Дали родился в небольшом испанском городе Фигерос, расположенном недалеко от Барселоны. Его отец был нотариусом, и в семье никто никогда не занимался искусством, однако маленький Сальвадор рисовать начал очень рано. Отец был недоволен этим увлечением, но в конце концов ему пришлось уступить настойчивому желанию сына непременно стать большим художником. В детстве Дали рисовал то, что видел каждый день, — портреты членов семьи, натюрморты и пейзажи. В этих ранних пейзажах несомненно влияние техники импрессионистов.

Дали получил фундаментальное художественное образование в Мадридской академии Сан-Фернандо. Впрочем, окончить ее как подобает не удалось: Дали изгнали из стен заведения со скандалом. Уже в это время художник считал себя гениальным, постигшим основы художественного ремесла и превзошедшим в этом отношении всех своих преподавателей и профессоров. Однако Дали нисколько не жалел о том, что академию не удастся закончить. Дорогу к зрителю он пробивал совершенно самостоятельно: многократно принимал участие в художественных выставках и не остался незамеченным. О нем заговорили в прессе, появились многочисленные почитатели необычного таланта. Время учебы, знакомства с мастерами классического искусства и новейшими современными направлениями закончилось для Дали в 1928 году. Несмотря на эпатирующее новаторство, художник навсегда сохранил в памяти свои первые академические уроки. Впоследствии, став признанным мэтром, он говорил: «Научись прежде всего рисовать и писать, как старые мастера. Потом можешь делать, что хочешь, и каждый будет тебя уважать».

В 1928 году Дали переехал в Париж, где окончательно сформировался как художник, сдружился с кружком сюрреалистов, куда входили Танги, Бретон, Ман Рей, Эрнст, Арп, Массон и Миро, которые защищали молодого живописца каждый раз, когда его громил очередной критик наподобие Рафаэля Бенета. В это же время Дали познакомился с поэтом Полем Элюаром и его женой Галой. Эту женщину он полюбил с первого взгляда. На лето Дали пригласил сюрреалистов в гости к себе, в Испанию, и Гала осталась с ним навсегда, став его божеством, его музой, лейтмотивом огромного количества его картин, его Мадонной и талисманом.

Гала занимает огромное место в творчестве Дали. Он изображал ее в самых разных видах и обличьях, вплоть до мистического облика Богоматери. Это было довольно странным, особенно в богемной среде; тем более что Дали славился как человек невероятных амбиций, таланта и проницательности. И все же к этой женщине до конца жизни он испытывал безграничную любовь и доверие. Гала, русская по происхождению, никогда не испытывала ностальгии по родине. Уйдя к Дали от Элюара, она встретила немало трудностей, однако перенесла их сдержанно и с достоинством, как и все, что ей приходилось делать. Именно Гала во многом способствовала успеху и славе Дали, поскольку приняла на себя ведение его дел, надежно и крепко, а затем с удовольствием приняла роскошь и благоденствие. К концу жизни Дали купил специально для нее замок Пуболь. Через несколько дней после смерти Галы испанский король пожаловал старому художнику титул маркиза Пуболь.

Дали был талантлив не только как художник, но и как незаурядный литератор. Известностью пользуются его «Дневник одного гения», «Тайная жизнь Сальвадора Дали, написанная им самим», «История пука», сценарии для кинофильмов, многочисленные статьи и, наконец, «Декларация независимости воображения и прав человека на его собственное безумие».

Внешне мастер был поразительно похож на Дон Кихота — такой же худой и высокий, легко возбудимый, нервный, переменчивый, а его знаменитые кончики усов, торчащие кверху, заставляли вспомнить о Рыцаре печального образа.

Подобное сходство было не только чисто внешним. Эта исключительность, целеустремленность и одержимость, воплощение ирреальных образов были сродни убежденности Дон Кихота, что его воображаемый мир и повседневный, по сути, одна и та же реальность окружающего мироздания. Художник был просто одержим искусством, как Дон Кихот — странствующим рыцарством; кроме того, у него была и своя прекрасная принцесса Дульсинея, на самом деле простая крестьянка. Видя его полотна и зная о его вызывающих поступках, многие называли Дали сумасшедшим, на что тот отвечал: «Разница между мной и сумасшедшим та, что я не сумасшедший».

Корни искусства Дали восходят к глубинным истокам испанской культуры. Не только Фрейд с его психологией бессознательного и теорией сновидений повлиял на становление оригинальной личности художника, но и исключительность религиозной культуры Испании с ее верой в таинственное и склонностью к духовному экстазу. Несмотря на то что Дали — признанный лидер сюрреализма, по характеру и складу мышления он прежде всего испанский художник. Он был неутомим и непредсказуем, как всякий южанин, и во всем видел образы искусства. Он был неожидан и свеж. Подобно Пикассо, он «не искал, а находил». В творчестве Дали можно найти приметы таких авангардистских направлений, как, например, хэппенинг, поп-арт, фотореализм, соц-арт, визионизм, гиперреализм, боди-арт…

Джорджо Де Кирико, основатель метафизической живописи, родился в Греции. Здесь он провел свое детство, с одиннадцати лет начал учиться основам изобразительного искусства в Афинах. В 1906 году после смерти отца он вместе с семьей переехал в Мюнхен, где получил фундаментальное образование в Академии художеств.

В период обучения в академии живописец интересовался сочинениями выдающихся немецких мыслителей — Шопенгауэра, Ницше, Вейнингера. Огромное влияние на формирование творческой манеры живописца оказали работы таких мастеров, как Бёклин и Клингер.

В 1910 году Де Кирико совершил путешествие в Италию, где посетил Флоренцию, Турин и Милан, города, изобилующие удивительными памятниками архитектуры. Эти произведения человеческого гения оставили след на всю оставшуюся жизнь в душе впечатлительного художника. Под воздействием итальянской архитектуры Де Кирико были созданы первые картины, исполненные тайного смысла. Позже Г. Аполлинер назвал их метафизическими.

Робер Делоне не имел специального художественного образования. Он начал рисовать в 1905 году под впечатлением живописи Сёра, Сезанна и Гогена.

Как творческая личность Делоне сложился в результате размышлений на тему о неизбежном рождении новой идеологии из мирового хаоса. Художник в этом случае только помогал бы естественному историческому процессу, разрушая общепринятые догматические нормы и культурные основы устаревшего общества.

В 1908 году Делоне увлекли идеи кубистов. Он стал членом объединения «Золотое сечение». В это время художник пишет главным образом пейзажи, городские виды, насыщенные экспрессией, и ломаные геометрические очертания архитектурных объектов, впрочем, легко узнаваемых («Город»; «Сен-Северен»; «Эйфелева башня»; «Башни Лана»; «Город № 2», 1910; Национальный музей современного искусства, Париж; «Башня», 1910, Музей С. Гуггенхейма, Нью-Йорк; «Красная Эйфелева башня», 1911–1912, Музей С. Гуггенхейма, Нью-Йорк).

Андре Дерен родился в Шату, вблизи Парижа. С пятнадцати лет он обучался основам рисунка у местного художника Жакомена.

В 1898 году он переехал в Париж и поступил в Академию Карера. Искусство захватило его целиком, стало целью и смыслом жизни. Позже художник вспоминал: «В восемнадцать лет я уже знал все возможные репродукции всех возможных шедевров». В годы учебы Дерен сдружился с А. Матиссом, Ж. Пюи и А. Марке. Художник восхищался искусством В. Ван Гога и П. Сезанна, экспрессивным буйством красок П. Гогена. В 1900 году Дерен познакомился с М. Вламинком. Вместе они много рисовали на пленэре, главным образом в окрестностях Шату. В 1900-х годах Дерен написал ряд пейзажей, в которых упоение цветом достигает своей кульминации. Сочные экзальтированные краски заполняют холсты, и на этом праздничном фоне теряются очертания реальных предметов. Подобная манера свидетельствует об усвоенной молодым живописцем эстетике фовизма. Лучшими образцами ранних работ Дерена по праву считаются «Порт в Гавре» (1905–1906, Эрмитаж, Санкт-Петербург), «Две шлюпки» (1906, Национальный музей современного искусства, Париж), «Виноградник весной» (1906, Художественный музей, Базель), «Дорога среди гор» (1907, Эрмитаж, Санкт-Петербург).

В этот же период художник пишет виды Лондона, искрящиеся всевозможными оттенками синего и зеленого цвета («Темза», Городской музей, Амстердам; «Вестминстерский мост», частное собрание).

Отто Дикс родился в Саксонии, в рабочей семье. В 1909 году он поступил в дрезденскую Школу прикладного искусства. Его обучение прервала Первая мировая война. Молодой художник пошел на фронт, много воевал, был пулеметчиком. Под его командованием находился ударный взвод. На полях сражений Дикс был неоднократно ранен. В целом война изменила его сознание и на всю жизнь осталась в его творчестве.

Когда война окончилась, Дикс продолжал обучаться в Дрезденской академии художеств и в Дюссельдорфской академии. В 1919 году Диксу позволили организовать собственную мастерскую при Дрезденской галерее. Теперь он мог работать самостоятельно, и одной из первых живописных работ художника явился портрет родителей (1921, Художественный музей, Базель). Отца и мать художник изображает сдержанно, в суровой манере. Он не хочет идеализировать своих моделей. Скорее, это полотно можно назвать социальной декларацией, в которой художник подчеркивает свою принадлежность к трудовому народу, свою кровную связь с ним.

В это же время Дикс начал разрабатывать главную в своей жизни тему — ужасы войны. Еще будучи на фронте, художник делал множество зарисовок, которые теперь начал перерабатывать, и через некоторое время создал впечатляющую графическую серию «Война» (1920–1923). Фронтовые воспоминания, видимо, со временем стали ярче, и художник изображал войну в виде вселенской катастрофы, конца света, пользуясь при этом приемами футуризма и экспрессионизма. Таково большое полотно «Умирающий воин» (1915, Галерея Клим, Мюнхен).

Наиболее устрашающей картиной Дикса считался «Окоп». К сожалению, эта композиция была утрачена, но, появившись, она вызвала настоящую бурю в интеллигентных кругах. Это полотно, с документальной точностью констатирующее военные кошмары, явилось вершиной немецкого экспрессионизма. В 1933 году фашисты сожгли эту картину, однако известно ее описание. Дикс показывал окоп по окончании сражения, где среди месива грязи, обломков бревен и брошенного, никому больше не нужного оружия можно различить грязные лоскуты одежды и оторванные части тел. На фоне голубого неба чернела колючая проволока, за которую зацепилось тело мертвого солдата. На ограждении можно было заметить то распухшую голову, то фрагменты чьей-то ноги или руки.

Тео ван Дусбург создал теоретическую платформу основанной им группы «Стиль» и обобщил новшества наиболее интересных творческих изысканий кубистов. Такое обобщение Дусбург и П. Мондриан взяли за основу для первой школы абстрактного искусства. Иногда искусствоведы называют творческий метод Дусбурга неопластицизмом. Мондриан и Дусбург выработали собственное понятие красоты, которая в чистом виде должна зеркально отражать абсолютные законы бытия. В пластических искусствах эти законы передаются посредством чисел и геометрических фигур. Простейшими элементами пластической Вселенной являются прямые линии и спектральные цвета. Только подобные пластические элементы скрывают истину о настоящем мире, которую заслоняет разнообразие форм внешней жизни. Исходя из этого, задача художника состоит в том, чтобы проложить дорогу к этим скрытым ценностям и вечным истинам, освободив их от всего излишнего, наносного.

Дусбург считал, что в современной культуре заложено величайшее зло, поскольку она стремится уподобить мир человеку, а это совсем не так. На самом деле мир не имеет обличья. Люди могут лишь вычислить его законы и облечь их в математические формулы. Если же эти законы требуется выразить пластическим путем, то здесь может родиться только геометрическое искусство.

Свои работы Дусбург создавал после долгого и тщательного расчета, пользуясь математическими формулами. Согласно теории «Стиля», композиции строились в соответствии с пропорциональными отношениями между геометрическими фрагментами, которые входят в их состав. Дусбург неукоснительно использовал законы точных наук, а потому естественно, что в числе объектов его интересов была и архитектура. Эта скрупулезная математическая точность утверждала основной принцип, выдвинутый Дусбургом: абсолютное совершенство, гармоничную во всех отношениях Вселенную можно показать только на использовании главных законов чисел. В большинстве композиций Дусбурга числа превращаются в метафоры времени, пространства, идей и вообще во что угодно («Потому что все законы смысла умное число передает»).

Эстетическая программа и научная теория, созданная Дусбургом, исчерпывающе представлены в его статьях, лекциях и книгах, главной из которых является «Новое движение в искусстве». В этом труде подробно рассматриваются идеи геометрической правильности и абстрактного обобщения соответственно с основами Божественного бытия. Естественно, что только Божественное является единственно правильным. Таким образом, данное положение ни у кого не могло вызвать возражений, но и не являлось новаторским.

Однако взгляды Дусбурга заключали в себе и новые положения. Так, автор утверждает, что Божественное обязательно исключает все интимное, личное, все, что связано с чувствами, мыслями и представлениями отдельного индивидуума. Лекции Дусбурга пользовались огромным успехом у современников. Он выступал перед студентами университетов Германии, Чехословакии и Австрии. Теоретический курс художника вышел большим тиражом в Германии при содействии мастеров, составлявших группу «Баухауз». Членам «Баухауза» прежде всего были интересны разработки Дусбурга в области архитектуры.

На самом деле архитектура являлась одной из главных сфер творчества мастера. Дусбург как истинный универсал не разделял такие виды искусства, как архитектура, живопись, дизайн или все прочие виды творчества, а потому синтез всех этих элементов был для него естественным.

Рауль Дюфи родился в многодетной семье фабричного рабочего, который, однако, чувствовал тягу к искусству: свободное время посвящал игре на церковном органе и выступал в качестве хормейстера. Братья Рауля также посвятили жизнь искусству: один стал художником, другой — флейтистом, третий — органистом. Пятеро сестер с удовольствием принимали участие в спектаклях, которые ставились в домашнем театре.

Рауль был старшим в семье. В четырнадцать лет ему пришлось оставить обучение в коллеже Святого Иосифа и искать работу. Пять лет он работал в компании по импорту бразильского кофе. Наблюдая за морем и кораблями, он внезапно почувствовал тягу к живописи. Дюфи вспоминал: «По запаху я мог сказать, пришел ли корабль с товарами из Техаса, Индии или с Азорских островов, и это разжигало мое воображение. На мосту и в доках я упивался тем особым, характерным для побережья светом, который позже я нашел в Сиракузах. Примерно до 20 августа сверкающий, затем он становился все более и более серебристым».

С 1892 по 1897 год Дюфи учился в Гаврской муниципальной школе, где основы живописи преподавал Шарль Люйе, большой поклонник Энгра.

Вместе со своим товарищем, как и он, начинающим живописцем, Дюфи снял мастерскую, где рисовал все свободное время. После того как Дюфи отслужил в армии, гаврский городской муниципалитет предоставил ему специальную стипендию для продолжения художественного образования в Париже. В столице молодой художник учился в Школе изящных искусств Леона Бонна. В это время на его творческую манеру значительное влияние оказали импрессионисты и постимпрессионисты. В 1902 году Дюфи создал свою первую большую композицию «Оркестр Гаврского театра». Это полотно, созданное под влиянием «Оркестра оперы» Э. Дега, было своеобразным воспоминанием о том мире музыки, который окружал живописца с детства. Подобно своим учителям-импрессионистам, Дюфи старался передать не сюжет, а общее настроение и характеры своих героев.

Марсель Дюшан родился в Блэнвиле, в семье художника. Брать уроки живописи он начал в 1902 году, а через год переехал в Париж, где поступил в Академию Жюлиана. Он пережил увлечение постимпрессионизмом и фовизмом. Молодой художник создал ряд работ в подобном духе — «Отец художника» (1910), «Игра в шахматы» (1910), «Куст» (1910–1911, все — Музей искусств, Филадельфия).

С 1911 по 1913 год Дюшан входил в объединение Пюто, представители которого пользовались приемами аналитического кубизма, которые представляли собой дробление форм и пересечение граней и плоскостей в композициях. Живопись Дюшана 1910-х годов отмечена интересом к передаче движения, и этот момент сближает его искусство с экспериментами футуристов. Возможно, известное влияние на манеру художника оказал и кинематограф. Именно об этом поневоле думается, когда смотришь на объемы, наслаивающиеся друг на друга и таким образом как бы стремящиеся зафиксировать отдельные фазы движения фигуры. Первая картина, исполненная в подобном роде, — «Обнаженная, спускающаяся по лестнице» (1912, Музей искусств, Филадельфия) — произвела настоящую сенсацию на выставке в Нью-Йорке. Замечательны работы, сделанные в такой же технике, «Портрет, или Дульсинея» (1911, Музей искусств, Филадельфия), «Грустный молодой человек в поезде» (1911–1912, Фонд П. Гуггенхейма, Венеция), «Король и королева в окружении быстрых обнаженных» (1912, обе — Музей искусств, Филадельфия).

Далее Дюшан отказался от изображения сложных структур и предпочел заполнять свои композиции массивными, жесткими и сухими формами, напоминающими детали механизмов. Благодаря им соотношения плоскостей и объемов приобрели противоречивость: «Новобрачная» (1912), «Дробилка для шоколада» (1914), обе — Музей искусств, Филадельфия.

В 1914 году Дюшан разочаровался в живописи. Он изобрел новый стиль — реди-мэйд, который предполагал использование предметов, привычных в домашнем обиходе, в качестве объектов искусства. Это явление стало революцией в авангардной живописи, поскольку в обрамлении экспозиции промышленные изделия приобрели свойства отвлеченной формы: «Велосипедное колесо» (1913), «Сушилка для бутылок» (1914). Из Америки во Францию Дюшан вернулся в 1919 году. Он вошел в группу дадаистов, представители которой безоговорочно приняли изобретение художника — реди-мэйд.

Василий Кандинский родился в Москве, в семье коммерсанта. Когда его родители развелись, Василий вместе с матерью переехал в Одессу, где окончил гимназию. Затем он вернулся в Москву и поступил на юридический факультет Московского университета. На кафедре политической экономии и статистики его руководителем был Александр Чупров. Он возлагал большие надежды на своего ученика, предложил ему остаться на кафедре и писать диссертацию. Однако Кандинский всю жизнь мечтал только о живописи, как он считал в то время, «безнадежно». Дело в том, что в его семье интересовались музыкой и литературой; в студенческие годы Василий увлекался творчеством Репина, Левитана и Поленова, часто посещал художественные выставки. В то время его поразили до глубины души полотно «Стог сена» Клода Моне и опера Р. Вагнера «Лоэнгрин». Кандинский вспоминал, что эта музыка «рождала в воображении бешеные, почти безумные линии».

Не в силах сопротивляться своему настоящему призванию, Кандинский оставил занятия наукой и начал серьезно изучать живопись. В 1896 году он поехал в Мюнхен, где тогда проводилось множество различных выставок, работали частные художественные студии разных направлений. Наконец, там работала Королевская академия художеств, а русские художники в Германии образовали целую колонию.

Большинство русских живописцев посещали школу-студию А. Ашбе. На его уроки приходил и Кандинский. Учитель утверждал, что художник, безусловно, должен быть первоклассным знатоком анатомии, однако, подходя к мольберту, совершенно забывать об этом знании. Ашбе делал акцент на широком живописном письме. Первые работы Кандинского написаны в жанре пейзажа; они живописны и декоративны, а со временем стали приобретать все более экспрессивную окраску.

Кроме Ашбе, преподавателем Кандинского был профессор Королевской академии художеств Ф. Штук, всеми признанный «первый немецкий рисовальщик». Штук был сторонником югендстиля (в России его аналогией являлся модерн). Он научил Кандинского добиваться эмоциональности цвета, выразительности линий, творческого подхода к формам, созданным природой.

Какое-то время Кандинский пробовал силы в прикладном искусстве, делал украшения, керамику и мебельную фурнитуру. В 1902 году он стал организатором группы «Фаланга», работавшей в стиле модерн. Кандинский вел пейзажный класс. Это художественное объединение просуществовало два года и успело провести двенадцать выставок, где экспонировались работы П. Беренса, Г. Христиансена и прочих художников Дармштадской колонии. Кандинский создавал работы в духе мирискусников, с галантными кавалерами и дамами в кринолинах. Каждый год художник бывал в России; его работы постоянно украшали выставки. Он стал популярным.

В 1904–1908 годах Кандинский совершил путешествие по Европе и Северной Африке. Некоторое время он жил в селении Мурнау в Баварских Альпах. Художник создает ряд пейзажей в духе фовизма. Горы, озера и реки Мурнау показаны крупными цветовыми пятнами, ограниченными четкими контурами. Уже в этих работах предметность начинает растворяться в пластике живописи.

Вскоре Кандинский совершенно отказался от сюжетности предметной живописи. Он стремился выразить внутреннее состояние и динамику рождающегося XX столетия. Переворот в сознании художника вызвало научное открытие о разложении атома. Кандинский писал: «Оно отозвалось во мне подобно внезапному разрушению всего мира. Внезапно рухнули толстые своды. Все стало неверным, шатким и мягким. Я бы не удивился, если бы камень поднялся в воздух и растворился в нем. Наука казалась мне уничтоженной: ее главнейшая основа была только заблуждением, ошибкой ученых… на ощупь искавших истину, в слепоте своей принимавших один предмет за другой».

После отказа от конкретного предметного мышления мастер отрекся от материализма и обратился к идеализму с его приматом духовного над физическим. Кандинский заявлял, что цель живописи видит в избавлении человека «от кошмара материалистических воззрений, сделавших из жизни Вселенной злую, бесцельную шутку». Таким образом художник становится пророком с высочайшей духовной миссией.

Карло Карра родился в итальянском городе Куарньенто. С юности он чувствовал влечение к живописи, но поначалу занимался только декоративными росписями стен. Талантливый живописец был замечен, и в 1900 году его пригласили участвовать в оформлении итальянского павильона на парижской Всемирной выставке.

В 1900 году Карра побывал в Лондоне. Там он увлекся широко распространившимися идеями К. Маркса, М. Бакунина и М. Штирнера. Через год художник вернулся в Италию и начал обучаться на вечернем отделении миланской Школы прикладного искусства, а затем в Академии Брера, где его преподавателем был Ч. Таллоне.

Первые живописные работы Карра говорят о значительном влиянии методов дивизионизма. Однако художник искал новые формы выражения действительности в искусстве. В 1910 году Карра стал одним из основателей итальянского футуризма. Первой программной футуристической работой художника явилось полотно «Похороны анархиста Галли» (1910–1911, Музей современного искусства, Нью-Йорк). Композицию буквально пронзают вихревые ритмы, в которых стремительно мелькают фрагментарные элементы, из которых складываются очертания форм.

В 1911 и 1912 годах Карра посетил Париж, где познакомился с представителями кубизма. Методы сторонников этого направления оказали воздействие на последующее творчество художника. В духе кубизма исполнена композиция «Миланская галерея» (1912, собрание Маттиоли, Милан). Под влиянием кубистов Карра стал применять коллажи в сочетании с экспрессией, характерной для футуризма. Он закреплял наклейки и надписи на переднем плане картины, что позволяло сохранять устойчивость композиционного каркаса. Эти рамки сдерживали бурный натиск кипящей эмоциональности сюжета. Таковы работы «Демонстрация интервентистов» (1914, собрание Маттиоли, Милан), «Бутылка и стакан» (1914, частное собрание, Нью-Йорк).

В 1915 году Карра отошел от объединения футуристов. Его захватила манера «примитива» А. Руссо, а также изысканность итальянского Кватроченто. Художник начал поиски уравновешенной, строго организованной формы. В этот период он исполнил интересные композиции «Чудо-ребенок» (1915, частное собрание, Турин), «Композиция ТА» (1916, собрание Джукер, Милан). После тщательного изучения наследия старых итальянских мастеров Карра опубликовал основательные статьи в журнале «Ла Воче», посвященные творчеству Джотто и Уччелло.

Один из основоположников немецкого экспрессионизма, Кирхнер получил первоначальное образование в дрезденском Саксонском высшем техническом училище, где с 1901 по 1905 год обучался на архитектурном отделении. Параллельно, с 1903 по 1904 год, он посещал уроки живописи в мюнхенской Школе Обриста и Дебшица.

В 1905 году Кирхнер объединился с Хеккелем, Шмидтом-Ротлуфом и Ф. Блейлем. Эти художники стали организаторами группы «Мост», пропагандирующей метод экспрессионизма. Кирхнер стал безусловным идейным лидером группы. При его поддержке в Дрездене удалось открыть общую мастерскую. Каждое лето художники выезжали на этюды. Дрезденский период в творчестве Кирхнера отмечен интересом к женской натуре в мастерской или на лоне природы. Ранние работы свидетельствуют о несомненном влиянии французского постимпрессионизма и особенно Ван Гога, которого Кирхнер почитал. Как и его кумир, художник применял прерывистые разноцветные мазки, которые, сливаясь, образовывали подвижную колышущуюся массу. На этом фоне практически терялись контуры самой натуры. Таковы композиции «Женский профиль и подсолнухи» (1906, частное собрание), «Женщина в белом платье» (1908, частное собрание). Кроме того, в это время Кирхнер внимательно изучал искусство и быт народов Океании и Африки, что повлияло на появление в работах художника декоративных плоскостей и пересекающих их темных линий: «Две девушки» (1910, Художественный музей, Дюссельдорф), «Лежащая обнаженная перед зеркалом» (1910, Музей «Моста», Берлин).

В 1911 году группа «Мост» перебралась из Дрездена в Берлин. Полотна Кирхнера свидетельствуют о его интересе к жизни большого города. Теперь он часто изображает уличные сценки и наиболее характерные типы в городской толпе. Художник увлеченно пишет светских дам и щеголей, кокоток и бездельников, причем всем своим героям он, как правило, придает сатирическую гротескную окраску. Таковы композиции «Уличная сценка в Берлине» (1913, Музей «Моста», Берлин), «Женщины на улице» (1915, Музей фон дер Хейдта, Вупперталь), «Пять женщин на улице» (1913, Музей Валлраф-Рихартц-Людвиг, Кёльн). Фигуры тесно расположены в пространстве холста, и потому оно кажется зрителю сжатым до предела. Возникает впечатление уличной давки и толкотни. Контуры фигур неровные, они состоят из углов и этими углами перекрывают друг друга, расталкивают себе пространство в толпе.

Пауль Клее родился в Мюнхенбухзее в Швейцарии. Его отец, музыкант, происходил из Тюрингии, предки матери, тоже музыкального педагога, переехали в Швейцарию из Франции. Естественно, что атмосфера в семье была буквально насыщена музыкой. Пауль с семи лет начал играть на скрипке. Его любимыми композиторами были Моцарт, Бах и Бетховен. Любовь к музыке в дальнейшем сказалась и на его художественном творчестве. Как говорил сам мастер, рисовал он всегда «с музыкой в глазах». Живопись Пауль также полюбил с детства. Первые уроки рисования ему давала бабушка. В девятнадцать лет он переехал в Мюнхен, где учился у Хайнриха Книрра, в 1900 году поступил в Академию художеств, в класс Франца фон Штука.

В 1901–1902 годах Клее совершил поездку в Италию, затем вернулся в Берн. Ему удалось не только познакомиться с европейской художественной классикой, но и создать ряд гравюр на цинке («Инвенции», «Встреча двух людей, каждый из которых убежден в более высоком положении другого», «Дева на дереве», «Однокрылый герой»), серию офортов. Кроме того, он пробовал писать на стекле, однако все эти работы не вызвали у публики особого интереса. В 1910 году в Берне состоялась первая персональная выставка художника, где он представил свои рисунки, акварели и офорты. Экспонированные работы заполняли довольно мрачные, порой гротескные образы, в которых чувствовалось влияние традиций немецкого романтизма. Стиль художника можно определить как модерн, настолько изящны и прихотливы были линии работ. Экспозицию практически не заметили, что очень расстроило Клее.

В 1906 году Клее обосновался в Мюнхене. Впервые он попробовал писать маслом уже в тридцать лет. При этом художник испытывал большие трудности, поскольку не был основательно знаком с техникой масляной живописи; приходилось делать большое количество эскизов, но конечный результат каждый раз был неудовлетворительным.

Выдающийся живописец и график Оскар Кокошка с 1904 по 1909 год учился в венской Художественно-промышленной школе и в то же время работал графиком в венской Художественной мастерской. Познакомившись с архитектором А. Лоосом, будущий художник по его совету решил заняться живописью. Кроме того, Лоос способствовал тому, чтобы Оскар был принят в венских богемных кругах.

Кокошка был всесторонне образованным человеком, помимо живописи изучал графику, интересовался новейшими течениями в литературе. В молодости художник много путешествовал. Он посетил не только европейские страны, но побывал также в Азии и Африке. Полученные впечатления нашли отражение в творчестве живописца, писавшего сочные панорамные пейзажи. Мастер говорил, что хочет показать на полотне портрет каждого увиденного города, которые так же разнообразны и непохожи друг на друга, как люди. На пейзажных полотнах Кокошки предстают во всем своем многообразии красок французский Бордо и столица Италии Рим, жемчужины Испании Толедо и Мадрид, прекрасная Венеция и древний Константинополь. И все же, несмотря на разнообразие красочной гаммы, отнюдь не они играют ведущую роль в полотнах; хроматическая гамма призвана запечатлеть неповторимый облик города, его исторические и культурные достопримечательности.

В 1910-х годах Кокошка начал работать в манере экспрессионизма. Первой подобной композицией стал «Натюрморт с мертвым барашком» (Галерея искусства XX века, Вена). Эта картина своим виртуозным исполнением и пессимистическим взглядом на окружающий мир напоминала манеру великого испанского живописца Ф. Гойи.

В это время художник проживал в Берлине, где много общался с представителями немецкого экспрессионизма, оформлял графическими работами журнал «Дер Штурм».

В 1911 году Кокошка вернулся в Вену. В течение нескольких лет его более всего занимали евангельские сюжеты. Так, он создал «Бегство в Египет» (1911–1912, частное собрание) и «Благовещение» (1911, Музей на восточном валу, Дортмунд). Однако традиционные сюжеты отнюдь не приобретают у живописца каноническую окраску. Кокошка не боится неожиданных трансформаций; он переосмысливает сюжет в духе современности и таким образом делает его особенно близким. Ощущение современности происходящего подчеркивают также разнообразные бытовые реалии. Помимо этого, художник широко пользуется личной символикой, которая отражает мировоззрение автора и его особый взгляд на происходящие события.

Кете Кольвиц родилась в семье социалистов, что не могло не сказаться на образе ее воспитания, на тематике ее будущих работ. Отец рано заметил художественную одаренность дочери и настоял на том, чтобы она начала брать уроки рисунка у офортиста Р. Мауэра. Затем Кольвиц обучалась живописи в Берлине и Мюнхене. В Берлине Кольвиц познакомилась со швейцарским художником Карлом Штеуффер-Берном, который показал ей гравюры Макса Клингера. Впечатление, полученное от цикла «Жизнь», было настолько мощным, что молодая художница решила заниматься графикой, хотя до этого ей казалось, что ее основное призвание — живопись.

Под влиянием Клингера в 1900 году Кольвиц создала трехчастный офорт «Растоптанные». Особенно трогательна композиция, на которой изображена мать, поддерживающая руками головку своего ребенка. Историко-художественная тема раскрывается в таких работах, как «Карманьола» и «Восстание».

В 1902 году Объединение исторического искусства заказало Кольвиц большую работу — цикл гравюр «Крестьянская война». В этой серии получили отражение далекие события крестьянских волнений 1525 года. Художница описала драматические сюжеты так, как сама их представляла. Названия картин говорили сами за себя: «Пахари» (крестьяне, впряженные в плуг, подобно скоту), «Изнасилованная», «За отточкой косы» (гневная крестьянка точит косу: против кого она ее направит?), «Вооружение в подвале», «Прорыв», «Поле битвы», «Узники». Композиционный размах работ поражает своей широтой и свободой. Художница изображает своих персонажей поистине монументально, свободно располагает фигуры в пространстве листа, практически не используя кулисы и стаффорт. За работу над этим циклом Кольвиц получила от Макса Клингера премию «Вилла-Романа». После создания цикла «Крестьянская война» Кольвиц стала одной из первых в ряду немецких графиков. Журнал «Симплициссиус» пригласил ее к сотрудничеству и опубликовал ряд рисунков углем. Специально для этого сатирического журнала Кольвиц создала цикл «Картины нищеты».

В последующие годы художница совершенствовала свою творческую манеру. Композиции приобрели цельность и тщательную продуманность. Основной героиней произведений стала мать с ребенком. Сюжеты этих офортов были в основном трагическими по содержанию: на них показаны женщины, которые сражаются со смертью за своего ребенка — «Женщина с мертвым ребенком», «Смерть и женщина», «Мать с ребенком на руках».

Эти офорты стали пророческими. В 1914 году началась Первая мировая война. Сына Кольвиц Петера забрали на фронт, где через два дня он погиб. Это событие потрясло до основания сознание художницы. Она думала только о том, чтобы поставить сыну достойный памятник, и постоянно работала над ним. Правда, с течением времени ее замысел несколько изменился. Сначала Кольвиц хотела, чтобы это был памятник только ее безвременно погибшему сыну, но затем она решила посвятить его всем добровольцам, всей молодежи, обманутой лживой пропагандой и бесцельно принесенной в жертву молоху войны.

Альфред Кубин родился в семье провинциальных буржуа. Он был ранимым и болезненным ребенком с повышенным воображением и возбудимостью. К тому же он отличался невероятной мнительностью, и подобное искаженное восприятие действительности оказало влияние на его художественное творчество.

С 1898 года Кубин обучался в Мюнхенской академии художеств. С 1905 по 1914 год художник много путешествовал, побывал в Чехии, на Балканах, в Париже. Будучи в Праге, он познакомился с австрийским писателем Ф. Кафкой, и дружба с ним оказала решающее воздействие на формирование мировоззрения Кубина. Кроме того, живописец серьезно изучал творчество своих любимых мастеров изобразительного искусства — И. Босха и П. Брейгеля Старшего, О. Редона и Ф. Гойи. Ему была близка манера Э. Мунка и Дж. Энсора.

Франтишек Купка родился в Восточной Богемии, в бедной семье. С 13 лет ему пришлось трудиться сначала подмастерьем у шорника, а затем учеником мастера, делавшего вывески на заказ. В 1888 году Купке удалось поступить в Художественно-промышленное училище в Яромеже, а уже на следующий год он успешно выдержал экзамены в Пражскую академию художеств. В 1892 году художник переехал в Вену, где продолжал совершенствоваться в живописном мастерстве в Академии художеств. Он вошел в круг венской богемы и увлекся идеями теософии.

В 1896 году Купка переехал во Францию, и вся его дальнейшая жизнь была связана именно с этой страной. Сначала художник сотрудничал с массовой прессой, занимался иллюстрированием журналов. Эти работы, созданные в конце 1890 — начале 1900-х годов, отмечены пафосом социальной критики («Деньги», 1899, Национальная галерея, Прага). В то же время художник увлекался символизмом, писал композиции, насыщенные аллегориями в духе спиритуализма: «Путь молчания» (1903, Национальная галерея, Прага).

В 1906 году Купка поселился в Пюто. Он познакомился с братьями Дюшан и вошел в их группировку — группу Пюто, членами которой были видные авангардисты того времени — Леже, Грис и Метценже. С этого времени произошло коренное изменение художественной манеры Купки. Он отказался как от аллегорий, так и вообще от сюжетной живописи. Теперь его привлекало главным образом решение пластических и чисто формальных задач.

Картины периода 1907–1910-х годов получили в художественной критике наименование «дикие». В них сказался интерес художника к искусству греческой архаики и особенно к крито-микенской живописи и архитектуре. Он создал в подобном духе целую серию работ — «Жиголетты». В этот же период Купка начал изучать теорию симультанности, которую пропагандировали футуристы. Эта теория и современные научные открытия (рентген, хронофотография) способствовали изменению стилистики композиций. Художник начал экспериментировать с проблемой передачи движения живописными средствами, использовал разложение форм на моменты, подобные серии моментальных фотографий: «Женщина, собирающая цветы» (1910–1911, Национальный музей современного искусства, Париж).

С 1912 года Купка перешел к созданию абстрактных работ: «Круги Ньютона» (Национальный музей современного искусства, Париж), «Аморфа, фуга в двух цветах» (Национальная галерея, Прага), «Этюд к языку вертикалей» (Музей Тиссен-Борнемиса, Мадрид). Абстракции Купки представляют собой некую Вселенную, где многомерные пространственные системы образуют концентрические и пересекающиеся круги, разбегающиеся параболы и полусферы, сверкающие радужными цветами: «Вокруг точки» (1911, Национальный музей современного искусства, Париж), «Размещение графических мотивов» (1912–1913, Музей Тиссен-Борнемиса, Мадрид).

Михаил Ларионов родился в городе Тирасполе Херсонской губернии, в семье военного врача. Детские годы он провел в Бессарабии, затем семья переехала в Москву. После окончания гимназии в 1898 году Ларионов поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества, где его преподавателями были К. Коровин и В. Серов. Учился он с перерывами, а потому окончить учебное заведение смог только в 1910 году.

В 1900-е годы Ларионов увлекался поздним импрессионизмом. Его кумирами были Ван Гог, Гоген и Сезанн. Он создал ряд картин маслом и пастелью, которые вполне подходили к концепциям художников-мирискусников. Это композиции, изображающие красивые пейзажи, деревенские просторы, уютные уголки городских садов, домашних животных, купальщиц на морском берегу. Одна из наиболее известных работ импрессионистического периода — «Куст сирени в цвету» (1904). Полотна художника демонстрируют его высокое мастерство, чувство цвета и способность к истинному артистизму.

В 1906 году Ларионов совершил поездку в Париж и Лондон, где смог познакомиться с новейшими открытиями в области живописной техники. Художник попытался переосмыслить идеи фовизма и наивного искусства. Его новую художественную концепцию назвали неопримитивизмом. Подобные аналогии можно найти также в немецком экспрессионизме, однако русский художник основывался на традициях национального примитивизма.

В качестве основы для творческой обработки сюжетов Ларионов предлагал примитивную икону, лубок, народную игрушку, вывеску, роспись по дереву и прочие изобразительные элементы, естественные для русского фольклора. Эта теоретическая база получила название в духе футуризма — «всечество», поскольку художник мог свободно избирать для самовыражения любое направление, когда-либо существовавшее в искусстве.

Этот период творчества Ларионова иногда называют синтетическим. Он ознаменовался созданием тематических серий, посвященных провинциальной жизни («Прогулка в провинциальном городе», 1907, Государственная Третьяковская галерея, Москва) и сценам в парикмахерской («Офицерский парикмахер», 1907–1909; «Дамский парикмахер», 1910, обе — частные собрания, Париж).

В период с 1890 по 1907 год Ларионов экспонировал свои работы на выставках Московского училища живописи, ваяния и зодчества, Товарищества передвижников, Союза русских художников, Московского товарищества художников, «Мира искусства», «Венка», «Звена», «Золотого руна», Салона Издебского, в парижском Осеннем салоне, на Венецианской биеннале.

В 1910-е годы художник писал в примитивистской манере сценки из солдатской жизни («Утро в казармах»; «Мотив из солдатской жизни», 1910; «Отдыхающий солдат», 1911, все — Государственная Третьяковская галерея, Москва). Художник ездил на лагерные сборы и в это время был весьма заинтересован солдатскими рисунками, которыми испещрялись стены казарм. Как правило, солдаты изображали лошадей и женщин, естественно, сопровождая рисунки, мягко говоря, легкомысленными подписями. Под влиянием этого народного искусства Ларионов исполнил литографию «Маркитантка Соня».

Фернан Леже родился в Нормандии, в городе Аржантане. Его отец, крестьянин, всю жизнь занимавшийся разведением домашнего скота, рано умер, а мать долго не могла понять неудержимого стремления сына во что бы то ни стало быть художником. Поэтому путь в искусство для Леже оказался достаточно длинным. Он окончил городской колледж, затем, по настоянию матери, церковную школу в Теншебре. Когда ему исполнилось шестнадцать лет, по совету дяди Леже отправился в Канн учиться архитектуре. В 1899 году Леже переехал в Париж, где поначалу работал чертежником у архитектора, потом служил во втором Версальском саперном полку.

Изучать живопись на профессиональном уровне Леже начал только в 1903 году, когда поступил в Школу декоративного искусства. Затем он посещал свободные студии при Школе изящных искусств, где его преподавателями были живописец Габриэль Феррье и скульптор Леон Жером. В то же время Леже обучался в Академии Жюлиана. Молодой художник часто посещал Лувр, где копировал полотна старых мастеров.

Во время обучения Леже вместе со своим другом Андре Маром снял мастерскую, где не только занимался живописью, но и подрабатывал у фотографа и архитектора. В 1905 году появились первые ученические картины Леже, созданные под влиянием живописной манеры Андре Мартена. Это «Сад моей матери» и «Портрет дяди», написанные густыми пастозными мазками в сочной цветовой гамме. Кроме того, на некоторое время Леже попал под влияние идей фовистов и конструктивной трактовки формы Сезанна.

В 1908 году Леже поселился в интернациональной колонии художников и литераторов «Ля Рюш», где в то время проживали Архипенко, Шагал, Лоранс, Робер Делоне, Сутин, Макс Жакоб, Гийом Аполлинер, Блез Сандрар.

В 1907 году Леже испытал потрясение, попав на посмертную выставку Сезанна. С 1908 года молодой художник начал экспонировать свои работы на выставках, посылал картины на выставки Осеннего салона, рисунки — на выставку 1910 года.

В 1910 году Леже сблизился с объединением кубистов «Золотое сечение» и немедленно уничтожил все старые полотна. Под влиянием идей кубистов изменилась творческая манера художника. Натуральные формы на его картинах изменились, приобрели цилиндрические и конические объемы. Хроматический диапазон также сократился, стал чрезвычайно лаконичным. Основным тоном являлся гризайль, несколько тонированный цветом. В подобном духе исполнены композиции «Обнаженные в лесу» (1909–1911, Музей Крёллер-Мюллер, Оттерло), «Свадьба» (1910–1911, Национальный музей современного искусства, Париж). Этой серии полотен художник дал наименование «Контрасты и формы». Эти произведения покорили публику на выставке Независимых.

После этой выставки один из критиков писал: «Фернан Леже измеряет день и ночь, взвешивает массы, рассчитывает сопротивление. Его композиции… это живое тело, органами которого являются деревья и фигуры людей. Строгий художник, Фернан Леже увлекается этой затрагивающей биологию глубинной стороной живописи, которую предчувствовали Микеланджело и Леонардо».

Фернан Леже считал, что он следует традициям французских импрессионистов, однако переосмысливает их искусство в связи со своим художественным восприятием мира. Он не считал недостатком импрессионистов избыточность их хроматической гаммы, однако художника не устраивало отсутствие конструктивной силы. Эту силу требовалось наращивать путем значительного увеличения объемов и пластических форм. Уже первые произведения художника, по сути, являлись концептуальными; в них содержались все основные элементы, на которых впоследствии станет базироваться творчество мастера: усеченные конусы, разобщенные объемы, деформированные руки со сжатыми кулаками.

Леже воспринимал кубистов исключительно через призму собственного мировосприятия; он был весьма далек от подражательности. На самом деле он увлекался не самими объемами, а раскрытием их внутренней сущности. То же самое касалось и цвета. Если, например, Делоне применял полутона, то Леже хотел показать суть каждого цвета и объема во всей его откровенности. Художник говорил: «У меня краски живые. Я хотел добиться чистых, локальных тонов, чтобы красный был очень красным, голубой — совсем голубым».

Очень важно для понимания творчества художника слово «контрасты», которое так часто звучало в названиях его картин и в публичных выступлениях. Эти контрасты форм для художника существовали не только в абстракциях, но и в предметах («Натюрморт с книгой», «Будильник»), человеческих фигурах («Лежащее обнаженное тело»), в природе («Деревья между домами»). Динамизм этих механоморфных форм выражается путем использования четких чертежных линий и условной штриховки («Балкон», «Лестница», «14 июля», Национальный музей Фернана Леже, Бьо).

Законы контрастов присутствовали в композициях Леже постоянно: естественный контраст между цветами, листьями и корнями деревьев; бытовой — между трубками, подсвечниками, зонтиками и спортивными принадлежностями; индустриальный — между лестницами, кругами, машинными деталями, колесами; наконец, существуют контрасты прямых и округлых линий, статики и динамики. Леже говорил: «Стремясь достигнуть состояния пластической напряженности, я применяю закон контрастов, который вечен как средство отражения жизни. Я сопоставляю валеры, линии и противоречивые цвета. Я противопоставляю прямые кривым, поверхности плоскостные — поверхностям моделированным, тона в оттенках — тонам локальным.

Первая мировая война и служба в саперных войсках прервали активную творческую работу Леже. Под Верденом он был отравлен газом, долго лечился в госпитале и глубоко размышлял над проблемами искусства, делая зарисовки и коллажи на ящиках из-под снарядов.

Аристарх Лентулов родился в селе Воронье, недалеко от города Пензы. Его отец-священник погиб, когда сыну было два года. Как сыну священника, Аристарху удалось поступить в духовное училище, а потом в семинарию. Однако к шестнадцати годам Аристарх понял, что его настоящее призвание — живопись. В 1897 году он начал учиться в Пензенском художественном училище, а затем в Киевском художественном училище. Чтобы заработать на жизнь, Аристарху приходилось давать уроки рисования. В это время он успевал очень много писать, особенно летом, когда за каникулы ему удавалось сделать более сотни зарисовок. О своих ранних работах художник вспоминал: «Моя страсть к солнцу и яркому свету сопутствовала мне… со дня моего рождения. В этом отношении я производил исключительно интересные опыты. В пейзаже я допускал контрасты света и тени, от черного в тени до чистого хрома в снегу».

И в самом деле, Лентулов отличался крайней дерзостью. В 1906 году он не выдержал экзамены в Петербургскую академию художеств. Когда преподаватель спросил его, где он увидел зеленый цвет на носу модели, Лентулов невозмутимо отвечал: если профессор не видит зеленого цвета, то его искренне жаль.

Однако во время этих экзаменов молодого художника заметил Д. Кордовский. Его студию Лентулов посещал с 1908 по 1910 год. За годы учебы у Кордовского Лентулов познакомился с русскими футуристами Владимиром и Давидом Бурлюками, с примитивистами Ларионовым и Гончаровой, с представителями склонной к живописной декоративности «Голубой розы». Он принимал участие практически во всех эпатажных акциях молодых авангардистов.

В этот период в творчестве Лентулова ведущими являлись пейзажный и портретный жанры. В этих произведениях были две цветовые доминанты — «крап-роза» и «поль-веронез». Художник любил изображать купальщиц на фоне роскошной, залитой солнцем природы. Эти картины звучали как гимн жизнелюбию и гедонизму.

Лентулова никак нельзя назвать портретистом, тем более что и сам он говорил: «Я не признаю портретов, не считаю их произведениями искусства, если они выполняют функции фотографии, где художник является лишь добросовестным передатчиком всех особенностей изображаемого им объекта… Я считаю портрет произведением искусства, если художник передал свое переживание от данного объекта, свое впечатление, если хотите, даже свое настроение». Тем не менее его портреты впечатляющи. Для них характерны значительные цветовые напряжения, сочные оттенки и широкие пластические обобщения («Автопортрет в красном», 1908–1909, Государственный Русский музей, Санкт-Петербург). Замечательны исполненные в этот же период портреты Л. Цеге, К. Рукиной и Н. Соловьева. Что же касается «Автопортрета в красном», то художник считал его этапным произведением.

В 1908 году Лентулов увлекся манерой кубистов и даже специально поехал в Париж, чтобы как можно лучше познакомиться с новой техникой Пикассо и Брака непосредственно на родине кубизма. После поездки в Париж работы Лентулова стали еще более красочными и экспрессивными. Кроме того, определенное влияние на художника оказали Машков, Фальк, Куприн и Рождественский. Вместе с этими живописцами в 1910 году Лентулов стал организатором художественного объединения «Бубновый валет». Это необычное название родилось случайно. Лентулов всегда утверждал, что именно он его изобрел, а вовсе не Ларионов.

Рой Лихтенштейн родился в Нью-Йорке. Первоначальное живописное образование он получил в Студенческой лиге искусств; позже обучался в университете в Огайо.

Рене Магритт родился в бельгийском городе Лесинь, в семье коммерсанта. В 1915 году он написал свою первую картину, а через год поступил в Брюссельскую академию изящных искусств, где его преподавателями были Ж. Комбаз и К. Монта. За время обучения в академии художник испытал влияние кубистов и футуристов, восхищался композициями Леже.

К 1925 году Магритт был уже не только достаточно знаменитым художником. Он сотрудничал во многих журналах; сблизившись с группой дадаистов, начал издавать собственный журнал «Эзопаж», что в переводе означает «пищевод». Познакомившись с живописью Де Кирико, Магритт понял, что его истинное призвание — сюрреализм. В 1926 году появилась первая картина, исполненная в духе сюрреализма, — «Заблудившийся жокей» (частное собрание, Нью-Йорк). В 1927 году состоялась первая персональная выставка художника в брюссельской галерее «Кентавр», после чего Магритт переехал во Францию, обосновался в Перро-сюр-Ман и стал завсегдатаем собраний сюрреалистов.

В 1920–1930-х годах окончательно сложилась неповторимая индивидуальная манера живописи Магритта, которой он оставался верен всю жизнь. Художник исполняет свои композиции с намеренной сухостью, его образы практически безличны и носят условно-знаковый характер, однако именно этот прием способствует парадоксальным образом изображению немыслимой, подсознательной реальности. Таковы, например, полотна «Пустая маска» (1926, Художественное собрание земли Северный Рейн-Вестфалия, Дюссельдорф), «Предательство образов» (1928–1929, Музей искусств, Лос-Анджелес), «Ключ к сновидениям» (1930, частное собрание, Париж).

Через живописные образы художник пытался дать ответ на многие философские вопросы, волновавшие философов-экзистенциалистов. Прежде всего он пытался разобраться в состояниях, переживаемых телом, и, опираясь на философию Бергсона и Ницше, сделал вывод, что отпечаток в теле показывает не присутствие чисто внешней причины воздействия на него, а нахождение внешнего мира внутри тела рассматриваемого объекта.

Практически всю жизнь Магритт представлял эти телесные метаморфозы. Родственность объекта с внешним миром подчеркивается приемом перетекания, превращения телесной фактуры одного рода в другую. Сам художник признавался: «Я обнаружил в вещах новый потенциал — их способность постепенно становиться чем-то иным, перетекание предмета в предмет, отличный от себя». И вот уже в «Открытии» (1927) тело обнаженной женщины прорастает древесными волокнами, в «Коллективном изобретении» (1935) женщина превращается в громадную рыбу, а в «Черной магии» (1935) стоящая обнаженная женщина просто перетекает в бездонное пространство неба. В «Философии будуара» (1966) ночная рубашка и женское тело предстают как физически родственные объекты. Так же родственны ботинки и человеческие ноги («Красная модель», 1935).

Таким образом, тело воспринимается как некий порог, не конечный, но расширяющийся за счет родственности Постороннего. Магритт разрушает антропоморфные границы и утверждает: «Тело — это присутствие Постороннего во мне, причем Постороннее может выступать в различном облике — камня, дерева или животного, но его никак нельзя назвать чуждым.

Постороннее может представать не в виде дружественного начала; оно часто способно быть враждебным и пугающим. Ведь так или иначе Постороннее — это все равно не мое тело; мало того, оно вторгается без разрешения в общую массу телесности, которую и без того тяжело нести. В этом случае возникает мучительный и страшный вопрос: “Кто же я?”»

Франс Мазерель родился в бельгийском рыбацком поселке Бланкенберг. Его родители, люди интеллигентные и высокообразованные, были родом из фламандского города Гента. Там прошли детство и юность Франса. В Генте он окончил гимназию, а в 1907 году стал учиться в Академии изящных искусств, где его преподавателем был Жюль де Брейкер. Благодаря учителю Мазерель на всю жизнь увлекся гравюрой, хотя пробовал силы и в других видах искусства — в ксилографии, живописи и офортах.

В 1909 году, окончив учебу, Мазерель побывал в Германии, Лондоне, Тунисе. В 1911 году он решил поселиться в Париже. В эти годы художник много работал с натуры. Он познакомился со всеми авангардными направлениями в живописи того времени, однако остался далек от них — и от фовизма, и от кубизма. Он предпочитал учиться у старых мастеров и целые дни проводил в Лувре, копируя картины.

Первая мировая война разрушила все планы художника. Он находился в Бретани, когда услышал это трагическое известие. Мазерель уехал в Гент, но оказалось, что и туда вот-вот вступят немецкие войска. Художник предпочел перебраться в Швейцарию и выступал против мировой бойни на страницах пацифистской газеты «Ла Фей». В период с 1917 по 1920 год художник исполнил более 100 рисунков на политические темы. Он вступал в самую жесткую полемику с шовинистами, используя их же цитаты. Что же касается рисунков, то они служили иллюстрацией для обличительного текста. Например, слова фельдмаршала Гинденбурга «Война — это нормальное состояние» иллюстрировал следующий рисунок: искаженные агонией лица солдат, задыхающихся от газа, человек, разрываемый взрывом… Казалось, сама Европа содрогается от ужасов войны и разрывается снарядами.

В качестве своих главных выразительных средств художник выбрал белую бумагу, черный контур и пятно. Создавалось впечатление, что штрихи и мазки как будто брошены на бумагу человеком, пребывающим в лихорадочном волнении, — они прерывались и обладали такой экспрессией, что зритель поневоле проникался чувствами, которые хотел вызвать в нем художник. Подобный рисунок сам мастер назвал современной пластикой.

Контраст черного и белого художник использовал также и в ксилографиях. В 1917 году он исполнил серию гравюр из 10 листов «Мертвые, встаньте!» и серию из 7 листов «Мертвые говорят». Эти листы по своему художественному методу и драматическому содержанию были близки к манере немецких экспрессионистов. Мазерель одним из первых воплотил идею романа в картинах, поскольку в каждой серии существовал общий герой, с которым и был связан центр повествования.

Такой же герой связывал сюжет из 25 листов «Крестный путь человека», исполненный в 1918 году. Самая большая серия гравюр «Мой часослов» (1919) показывает не только жизнь отдельного человека, но и целого города.

Цикл «Мертвые говорят» напоминает газетные рисунки. Фигуры и предметы художник изображает черными на белом фоне, а детали разрабатывает при помощи моделировки короткими полосами и штрихами. В этой серии главными действующими лицами являлись не люди, а скелеты, а потому их воздействие на зрителя было чрезвычайно велико. Живые скелеты встречались и в работах экспрессиониста Энсора, однако Мазерель всегда считал, что искусство — лишь форма для передачи содержания. По его мнению, «искусство является средством, а не самоцелью». Он понимал, что окружающий его мир находится в кризисном состоянии, однако ясно видел его подоплеку — политические и идеологические корни. В этом состояло его отличие от остальных модернистов, склонных мистически воспринимать действительность, считающих войну проявлением стихийных сил, которые можно разрешить в сфере субъективного искусства.

В своем искусстве Мазерель учитывал и достижения кино. Он показывал сюжет как цепь сменяющих друг друга кадров, ритм которых отличался динамикой и острой экспрессией. Порой для усиления выразительности мастер подавал крупным планом какую-либо характерную деталь. Так, в «Крестном пути человека» художник описал предысторию ребенка — своего главного героя, его нищее детство, воровство, заключение в тюрьму, участие в забастовках, первую любовь…

В своих работах Мазерель довел свет и тень до возможного предела: свет — ослепительно-белый, тень — густо-черная, и здесь не было места для промежуточных градаций. Таким образом, создавалось впечатление, будто события разворачиваются либо на ярком солнце, либо при искусственном освещении, а изображение получало дополнительную напряженность и экспрессию. Даже если сюжет был, по сути, достаточно спокойным, то и в этом случае чувствовалось напряжение внутреннего заряда. Таково было двойное действие композиций Мазереля — и содержащимися в них идеями, и формой, которой художник пользовался, чтобы воплотить это содержание.

В 1919 году Мазерель, наряду с передовой творческой интеллигенцией того времени — М. Горьким, К. Кольвиц, А. Барбюсом, присоединился к «Декларации независимого духа» Ромена Роллана, которая провозглашала принципы общечеловеческого гуманизма. В этом же году художник исполнил серии гравюр «Солнце» и «Идея». В «Солнце» главный герой пытался поймать светило — воплощение несбыточной мечты, а в «Идее» героиня — чистая и непосредственная девушка, которая этими качествами вызывает ненависть обывателей.

В 1920-е годы Мазерель иллюстрировал романы Ромена Роллана (666 гравюр), Эмиля Верхарна, Льва Толстого, Анри Барбюса, Стефана Цвейга, Шарля де Костера (150 гравюр). Его собственные самобытные романы-гравюры выходили огромными тиражами и были широко известны в США, Китае, Германии и Советском Союзе. Выставки художника проходили в Бельгии, во Франции, в Германии. В СССР не только экспонировались его работы, но также публиковались теоретические труды.

В 1925 году художник исполнил серию гравюр «Мегаполис», в которой передал устрашающее однообразие современных городов, похожих один на другой. В это же время Мазерель исполнял акварели, пронизанные романтизмом и духом поэзии: «Конец сеанса кино», «Лестницы Монмартра», «Несущие плакаты», «Площадь Пигаль». В этих композициях нашла воплощение вся любовь художника к Парижу. Он показал собственное восприятие самых прелестных уголков этой столицы мирового искусства.

Казимир Северинович Малевич родился в семье управляющего сахароваренным заводом. Его родители были поляками. Казимир был первым ребенком в многодетной семье, где, кроме него, воспитывались четыре сына и четыре дочери. Писать первые картины живописец начал после переезда семьи в Курск, где он при содействии единомышленников организовал художественный кружок. В 1904 году Малевич отправился в Москву, где попытался поступить в Московское училище живописи, ваяния и зодчества, однако безуспешно. Еще несколько раз Казимир повторял эти попытки и все с тем же результатом.

Ранний период творчества художника связан с его увлечением импрессионизмом. Малевич пробовал изобразить живописную фактуру, вибрирующую цветовыми нюансами. Именно таковы работы «Весенний пейзаж», тончайший по колористическому сочетанию цвета, и «Церковь», где храм так же невесом, как ветви деревьев или воздушное марево. На основе собственных наблюдений в 1903–1904 годах живописец создал полотна «Цветочница», «Девушка без службы», «На бульваре», где главными персонажами являлись люди, занятые повседневным, привычным делом. Сюжет «Цветочниц» можно назвать, по сути, почти парижским, поскольку модели скорее напоминают героинь Ренуара, а композиция порой строится по типу «Бара в Фоли-Бержер» Эдуарда Мане.

В 1905 году Малевич начал брать уроки живописного мастерства у Ивана Федоровича Рерберга, поклонника импрессионистов, пуантилистов и Поля Сезанна. В течение пяти лет Малевич изучал рисунок, живопись, пластическую анатомию, перспективу и технологию материалов. Однако, несмотря на такое образование, в анкетах Малевич всегда указывал, что был самоучкой.

В 1910 году Рерберг вошел в число учредителей Московского товарищества художников; большинство его учеников принимали участие в выставках этого общества. Малевич также выставлял там свои работы, наряду с Н. Гончаровой, В. Бурлюком, В. Кандинским, М. Ларионовым.

В 1911 году Малевич особенно часто экспонировался на публичных смотрах, например на третьей выставке петербургского «Союза молодежи», на московской выставке «Ослиный хвост», организованной Михаилом Ларионовым. Когда в конце жизни Малевич анализировал собственную жизнь, он высказал идею о двухуровневом развитии искусства, причем к первому уровню относил профессионалов, а ко второму — народное творчество. Себя он считал приверженцем «крестьянского искусства»: «Я остался на стороне искусства крестьянского и начал писать картины в примитивном духе. Сначала, в первом периоде, я подражал иконописи. Второй период был чисто “трудовой”: я писал крестьян в труде, жатву, молотьбу. Третий период: я приблизился к “пригородному жанру” (плотники, садовники, дачные места, купальщики). Четвертый период — “городской вывески” (полотеры, горничные, лакеи, служащие)».

Известный живописец-анималист не сразу начал заниматься живописью. Сначала он учился в Мюнхенском университете на факультете философии и теологии. В 1900 году он поступил в Академию художеств Мюнхена, где учился основам мастерства у Г. Хакля и В. Дица. Закончив академию в 1902 году, молодой художник отправился в путешествие по Италии, в 1903 и в 1907 году побывал в Париже, где его поразило творчество импрессионистов, Мане, Гогена и Ван Гога. Под значительным влиянием этих мастеров сформировался собственный стиль Марка.

Марк пережил увлечение модерном, кубизмом и футуризмом. В 1909 году он поселился в Нижней Баварии. Главными героями его картин практически всегда являлись животные на фоне природы. Вероятно, некоторую роль в этом сыграли пантеистические идеи немецких романтиков, которые призывали услышать «органический ритм, который пульсирует во всех существах». В композициях Марка животные и природа составляют единое целое — перекликаются окраска животных и цвета пейзажа, ритмично изгибаются тела и волны холмов. При этом художник пользовался цветом с целью передачи внутренней сущности, которую скрывает внешняя оболочка. Таковы композиции «Лошадь в пейзаже» (1910, Музей Фолькванг, Эссен), «Лисица» (1911, Музей фон дер Хейдта, Вупперталь).

Альбер Марке родился в Бордо, в семье железнодорожного служащего. Альбер начал очень рано рисовать чем угодно и где угодно: куском угля на полях школьных тетрадей, на полу… С 1890 по 1895 год он обучался живописи в Школе декоративных искусств, после чего поступил в Школу изящных искусств, в мастерскую Г. Моро, которого современники называли «мистиком, который устроил себе келью в центре Парижа». Моро всегда говорил ученикам, что копирование натуры требует огромной ответственности: «Копировать природу надо с воображением, только воображение делает нас художниками». В годы учебы у Моро Марке сдружился с А. Матиссом, А. Мангеном, Ж. Руо, Ш. Камуэном. Чуть позже у него завязались близкие отношения с М. Вламинком, Р. Дюфи, А. Дереном и О. Фриезом. После смерти Моро учиться в школе стало совершенно неинтересно, поэтому Марке и его друзья покинули учебное заведение, даже не написав программную работу, имея в кармане лишь удостоверение учителя рисования начальной школы.

Ранние работы Марке (конец 1890 — начало 1900-х) главным образом представляют пейзажи, написанные в традиционной манере импрессионистов. Типично для этого периода полотно «Деревья в Бийанкуре» (1898, Музей искусств, Бордо). Эта работа по выбранному сюжету и колориту несет на себе отпечаток художественной манеры А. Сислея. Освещение и композиция подобраны изысканно, однако в целом произведению не хватает тонкости и лиризма, присущих Сислею. Уже в этих ранних работах выявилось своеобразие стиля Марке. Как правило, контур предмета он передает при помощи четкого мазка-штриха. Это характерно, например, для такого полотна, как «Ярмарка в Гавре» (1906, Музей искусств, Бордо).

Андре Масон родился во Франции, в Балиньи. Детство и юность он провел в Брюсселе, там же получил и первоначальное художественное образование в Королевской академии художеств, где его преподавателем был К. Монтальд. В 1912 году Масон переселился в Париж, где продолжал совершенствоваться в живописи, посещал уроки в Школе изящных искусств, интересовался фресковой живописью, которой его обучал П. А. Бодуэн. В это время в его творчестве особенно сильно было влияние кубизма. В 1914 году художник отправился в путешествие по Италии и Швейцарии, которое прервала Первая мировая война. На фронте Масон был тяжело ранен, и с ним случился психический срыв. Именно это страшное потрясение от пережитого и сформировало впоследствии его мировоззрение и круг будущих тем в живописи. Прежде всего он отошел от рациональных геометрических форм, свойственных кубистам. Эти разбитые на отдельные грани формы сменились образами, исполненными яркой экспрессивности, в которых художник хотел выразить дисгармонию и несправедливость, трагедию человеческого бытия.

Анри Матисс родился в Като-Камбрези — городке на севере Франции, в семье хлеботорговца. Его детство прошло в Боэн-ан-Вермандуа. Отец мечтал, чтобы Анри имел юридическое образование, поэтому, окончив лицей Сен-Квентин, Матисс получил диплом юриста в Париже, после чего работал некоторое время адвокатом в родном городе. Рисовать он начал довольно поздно и неожиданно, попав в больницу, где ему сделали операцию по удалению аппендикса. В это время ему уже было 20 лет. Первоначальное художественное образование Матисс получил в Школе Вентин де ла Тур. В 1891 году он отправился в Париж, где совершенствовался в мастерстве в знаменитой Академии Жюлиана, в 1892 году обучался в Школе декоративных искусств. На вечерних курсах школы Матисс познакомился с Альбером Марке, который помог ему поступить в мастерскую Гюстава Моро в Школе изящных искусств.

В период обучения Матисс часто копировал работы старых мастеров в Лувре. Его ранние картины, особенно натюрморты, несут на себе отпечаток классической манеры, причем особенно сильно чувствуется влияние Шардена («Бутылка шимдама», 1896, ГМИИ, Москва). В 1897 году в Салоне Национального общества изящных искусств появилась одна из первых значительных работ художника, отмеченных влиянием импрессионизма, — «Десерт».

В 1898 году Матисс женился на южной красавице Амелии-Ноэми-Александрин Прэйер. Молодые супруги отправились в Лондон. Там художник познакомился с работами романтика Тёрнера, которого импрессионисты боготворили. Матисс полюбил Лондон и, вероятно, по причине того, что там прошел его медовый месяц.

После Англии художник отправился на Корсику. Вскоре умер Моро, и Матисс оставил занятия в Школе изящных искусств. В 1899 году он начал учиться в Академии Карера, где дополнительно занимался скульптурой на вечерних курсах. Палитра Матисса в это время становится более светлой, а цвета приобретают большую интенсивность. Значительное влияние на творческую манеру художника оказали работы П. Сезанна. Таковы композиции «Обнаженная натура. Слуга» (1900, Музей современного искусства, Нью-Йорк), «Посуда на столе» (1900, Эрмитаж, Санкт-Петербург). Матисс много общался с Дереном, Писсарро, Марке и Пюи. С этими выдающимися деятелями французского искусства художник расписывал декоративный фриз.

С 1901 года Матисс активно выставлял свои работы в Салоне Независимых, Осеннем салоне и Галерее Берты Вейль. В 1904 году он познакомился с П. Синьяком, благодаря которому освоил приемы дивизионизма. Об этом свидетельствует работа «Роскошь, покой и наслаждение» (1904, Национальный музей современного искусства, Париж) с типичным для этого движения разложением сложного цветового тона на чистые цвета, которые фиксировались на полотне отдельными мазками и рассчитывались на их оптическое смешение при зрительном восприятии.

В 1905 году Матисс стал лидером нового художественного направления — фовизма, что в переводе с французского языка означает «дикие». В группу вошли друзья Матисса, с которыми он обучался в мастерской Г. Моро, и, кроме того, такие знаменитые живописцы, как А. Дерен и М. Вламинк. Эти художники отказались от классических приемов моделировки предметов и построения перспективы; они предпочитали использовать яркую, кричащую колористическую гамму, подчас значительно упрощая форму предметов, почти до схематизма. Как правило, их композиции строились на сочетании интенсивных локальных оттенков. Ярким примером оригинальной техники фовистов служат такие знаменитые полотна Матисса, как «Дама в шляпе» (1905) и «Вид Коллиура». Последнюю работу живописец считал особенно значимой, программной, поскольку выразил в ней основополагающие принципы нового направления — не стремиться к точной передаче цвета окружающего ландшафта, но выразить чувства, которые этот ландшафт вызывает, зримо воплотить собственное ощущение природы.

Роберто Матта родился в чилийском городе Сантьяго. В 1926 году он поступил на архитектурный факультет Католического университета в Сантьяго, который окончил в 1932 году. По окончании обучения Матта много путешествовал, побывал в Греции, Югославии, Англии, Италии. В 1937 году он прибыл в Париж, где помогал возводить и оформлять Испанский павильон для Всемирной выставки.

Через год художник сблизился с группой сюрреалистов и понял, что его настоящее призвание — живопись. Матта стремился при помощи живописных средств передать изменения душевного состояния. Для этого он экспериментировал с различными перепадами хроматической насыщенности, а также объединял массивные объемы и почти прозрачные формы, использовал то напряженные, то протяжные ритмы. Таковы его первые композиции «Морфология желания» (1938), «Внутренний пейзаж» (1939), «Нашествие ночи» (1941), все — Музей современного искусства, Сан-Франциско. На этих полотнах разнообразные душевные состояния призваны отражать яркие туманности, пятна сложной конфигурации и таинственные свечения, вкрапления кристаллов и аналоги биоморфных масс.

С 1939 по 1948 год художник проживал в Америке. Он немедленно включился в художественную жизнь Нью-Йорка, причем методы художника оказали значительное воздействие на развитие нью-йоркской школы абстрактного экспрессионизма. В этот период Матта предпочитал полотна крупного формата, огромное пространство которых насыщал формами, схожими с рудиментами, кажущимися то плывущими вдалеке, то вдруг приближающимися и пересекающими друг друга. Порой возникал эффект двойной экспозиции, и тогда аморфные формы обретали вполне определенные, почти распознаваемые контуры: «Годы страха» (1941–1942, Музей С. Гуггенхейма, Нью-Йорк), «Год 44» (1942, Национальная галерея, Берлин), «Головокружение Эроса» (1944, Музей современного искусства, Нью-Йорк), «Оникс Электры» (1944, там же), «Пространство рентгеновских излучений и эго» (1945, Национальный музей современного искусства, Париж).

Илья Машков родился в станице Михайловской Хоперского округа Области войска Донского. Его родители постоянно нуждались, а потому Илья, проучившись три года в приходской школе, был отдан «в люди». Ему приходилось заниматься ненавистной работой — служить у торговцев и купцов. Машков забывался только тогда, когда начинал с упоением рисовать — копировать иконы, картины и лубки, делать вывески. Работами юного художника заинтересовался учитель рисования мужской гимназии Н. Евсеев и спросил, не хочет ли Машков учиться рисованию профессионально. В ответ он услышал удивленное: «А разве этому учатся?»

Однако учиться живописи ему все-таки пришлось, правда, с перерывами. В 1898 году Машков успешно поступил на художественное отделение Московского училища живописи, ваяния и зодчества, где его преподавателями стали А. Корин, А. Васнецов и К. Горский. Он много занимался, изучал картины из собрания Третьяковской галереи и Румянцевского музея.

В 1904 году Машков ушел из училища. Он открыл собственную художественную студию, где, кроме него, рисунок и живопись преподавали Н. Гончарова, М. Ларионов, П. Кочаловский и А. Михайловский. Вместе со своими соратниками Машков в 1908–1909 годах стал одним из организаторов общества «Бубновый валет». В 1908 году художник совершил путешествие по Европе — объездил города Германии, Франции, Испании, Австрии, Англии, где познакомился с новыми веяниями в изобразительном искусстве. В этом же году он возобновил занятия в Московском училище живописи, ваяния и зодчества.

Это был активный период авангардистского экспериментаторства в творчестве художника. Большинство преподавателей испытывали подобие шока при виде его экстравагантных работ, где даже женская натура изображалась интенсивным локальным цветом.

К подобным опытам снисходительно относился лишь Коровин. Порой Серову задавали вопрос, чем это занимается его ученик, и в ответ преподаватель мог только пожимать плечами: «Говорит — доведу до реальной правды». Эксперименты закончились, когда на одном из эскизов появилась запись профессора, терпение которого, по-видимому, уже давно иссякло: «Выбыл».

Диплом со званием классного художника Машков все-таки получил, но это произошло только в 1917 году. Однако уже с 1909 года картины Машкова стали активно экспонироваться на выставках. Живописец участвовал в экспозициях «Нового общества художников», «Золотого руна» и Салона. Когда состоялась интернациональная выставка картин, скульптуры и графики, работы художника демонстрировались наряду с произведениями знаменитого основателя французского кубизма Ж. Брака.

Хоан Миро родился в Барселоне, в семье золотых дел мастера. С раннего детства он чувствовал тягу к рисованию. В 1907 году он начал посещать Барселонскую академию художеств, где преподавали М. Ургелл Инглад и профессор прикладных и декоративных искусств Х. Паско Мерис. В 1911 году после тифа Миро пережил тяжелейший нервный срыв. Только через год ему разрешили продолжить обучение в художественной школе. На этот раз его учителем стал Франческо Гали. В его классе Миро сдружился с двумя виднейшими впоследствии представителями испанского искусства — Э. Рикаром и Л. Артигасом.

Жизнь и творчество Миро всегда были тесно связаны с родной Каталонией, ее народом, ее искусством. В его художественных исканиях неизменными являлись беспокойство и страх перед смертью и любовью, что характерно для любого испанца.

В 1915 году совместно с Рикаром Миро снял мастерскую, одновременно занимаясь в художественном кружке Сант-Люк. В это время в галерее Жозефа Дальмо все чаще стали появляться работы французских авангардистов. Ранние работы Миро, созданные в период с 1913 по 1917 год, отмечены влиянием фовизма. Для таких композиций, как «Сиурана, тропа» (1917, частное собрание, Париж), «Портрет Э. С. Рикарта» (1917, частное собрание, Чикаго), «Прадес, деревня» (1917, Музей С. Гуггенхейма, Нью-Йорк), характерны сложные радужные переливы цветовой гаммы и стилизованный рисунок, изысканно переходящий в орнамент, состоящий из линий различной конфигурации — волнистых, параллельных и зигзагообразных.

С 1918 года в творчестве Миро наступил новый период, чаще всего называемый «фазой детализации», ярким примером которого являются работы «Колея» (1918, частное собрание, Нью-Йорк), «Огород с ослом» (1918, Музей современного искусства, Стокгольм). Эти композиции Миро писал на ферме родителей. Художник концентрируется на тщательной передаче перспективы и дальних планов.

Зиму 1920–1921 годов Миро провел в Париже, где познакомился с новейшими современными течениями в искусстве — экспрессионизмом и кубизмом. В это время он исполнил произведение, которое считается одним из лучших в его творчестве, — «Ферма» (1921–1922, Национальная галерея, Лондон). На полотне показано космическое пространство, состоящее из бесконечно малых деталей. Передний план указывает на место обитания человека, а дальние планы представляют собой бездонную бездну, сплавленную из чистой энергии и органических элементов.

Модильяни родился в Ливорно, в семье маклера, что давало Амедео повод впоследствии шутить, что он происходит из рода банкиров.

С 1899 по 1901 год он обучался в городской школе, где основы художественного мастерства преподавал Г. Микеле, последователь импрессионизма. Затем он совершенствовался в мастерстве во флорентийских школах изящных искусств, в частности «Свободной школе рисования с обнаженной натуры», и в Венеции.

В двадцать два года Модильяни приехал в Париж и поселился на Монмартре. В это время художник отличался необыкновенной красотой, изысканностью внешнего облика и поражал всех своей образованностью. Поначалу молодой художник избегал разговоров о направлениях в современной живописи, хотя его очень интересовали произведения Матисса, Дерена, Пикассо, Вламинка, Утрилло. О том, что он много времени проводил в Лувре и успел основательно изучить его, свидетельствовали репродукции с полотен его любимых старых мастеров — Перуджино, Боттичелли, Карпаччо, Лотто, Андреа дель Сарто, Корреджо, Тициана. Это настораживало монмартрских знакомых.

Всю жизнь Модильяни писал портреты. Ранние его работы отмечены увлечением художника творческой манерой Сезанна, Тулуз-Лотрека и представителей фовизма («Еврейка», 1908, частное собрание, Париж; «Виолончелист», 1909, частное собрание, Париж).

С 1909 по 1914 год Модильяни то переезжал на Монпарнас, то опять возвращался на левый берег Сены. В течение этого времени он сменил в общей сложности двенадцать квартир.

Пит Мондриан (Питер Корнелис Мондриан) родился в голландском городе Амерсфорте. С детства он стремился рисовать, и первые уроки изобразительного искусства получил у своего дяди, известного пейзажиста Ф. Мондриана. В 1892 году Мондриан поступил в Амстердамскую академию художеств, которую окончил в 1897 году. По окончании обучения, в 1901 году, художник совершил путешествие по Испании.

С 1902 по 1910 год Мондриан писал композиции в жанре пейзажа. Ему нравились окрестности Амстердама, Брабанта и Зеландии. Однако если ранние работы художника были реалистичны, то позже они все более и более стремительно трансформировались в абстракции: «Пейзаж с розовым облаком» (1908), «Лес» (1910), обе — Муниципальный музей, Гаага. В течение двух лет, с 1908 по 1910 год, художник использовал в своих композициях постоянные объекты изображения — дерево, мельницу, церковь, маяк. Со временем их образы стали заметно более упрощенными и схематизированными («Красное дерево», 1909–1911; «Колокольня церкви в Домбурге», 1910, обе — Муниципальный музей, Гаага).

Своей кульминации новая манера художника достигла в 1911 году, когда он исполнил композицию «Серебряное дерево» (Муниципальный музей, Гаага). Ветви дерева художник изобразил в виде сетчатой поверхности, покрывшей все пространство полотна. В это время Мондриан увлекался теософией и искал чистую форму в ее сущностном проявлении, выявленную среди множества ее конкретных проявлений. В 1909 году художник стал членом голландского теософского общества.

В 1911 году Мондриан приехал в Париж и жил там в течение трех лет. За это время он познакомился с идеями кубистов и стал применять их в своем творчестве. По-прежнему его излюбленным мотивом являлись природные объекты, однако первоначальный мотив буквально растворялся в переплетениях линий, то ломаных, то дугообразных, то наклонных. Таковы работы «Яблоня в цвету» (1912), «Композиция с деревьями» (1912), обе — Муниципальный музей, Гаага.

Эдвард Мунк родился в небольшом норвежском городе Лётен. В 1881 году он поступил в Королевскую школу рисования в Христиании, с 1884 года посещал «Академию свободного света» Ф. Таулова. Отправившись во Францию, с 1889 по 1890 год он занимался в художественной школе Л. Бонна, увлекался творчеством импрессионистов и постимпрессионистов, но уже к началу 1890-х годов освободился от влияния их традиций и сумел найти собственный неповторимый стиль.

1885–1909 — годы путешествий Мунка. Он побывал во Франции, Германии и Скандинавии, где сблизился с богемными кругами, художниками и писателями-модернистами. Особенно большое воздействие на молодого художника оказал его учитель К. Крог, глава норвежских авангардистов. Это влияние нашли свое отражение в ранних работах мастера, созданных в реалистической манере. Кроме того, в них Мунк воплотил тяжелые детские воспоминания, связанные со смертью матери и сестры («Весна», 1889; «Больная девочка», 1907, обе — Национальная галерея, Осло).

Настоящая фамилия художника Эмиля Нольде — Ханзен. Он взял псевдоним по месту своего рождения, городку в Северном Шлезвиге.

Нольде пришел в искусство относительно поздно. Сначала он осваивал резьбу по дереву на мебельной фабрике, а в 1884 году поступил в Школу художественной резьбы во Фленсбурге, где обучался четыре года. В 1898 году, переехав в Мюнхен, Нольде брал уроки в художественной школе Ф. Фера. Обучение в этом престижном учебном заведении стоило достаточно дорого, поэтому молодому художнику приходилось рисовать романтические открытки с изображением загадочных горных вершин, напоминающих сказочных великанов из немецких баллад.

В 1900-х годах Нольде много путешествовал. Он побывал в Австрии, Швейцарии, Италии. В Париже он посещал уроки рисунка в Академии Жюлиана. Кроме того, он посетил Копенгаген. С 1903 по 1906 год Нольде проживал на острове Альсен. В целом поездки по Европе способствовали формированию художественной манеры Нольде, который почувствовал духовную близость с такими старыми непревзойденными мастерами, как Рембрандт, Тициан, Гойя, Домье, Милле и Бёклин, и с современными художниками — Ван Гогом, Гогеном и Мунком.

В 1906 году Нольде посетил объединение дрезденских экспрессионистов «Мост» по приглашению Эрнста Кирхнера. Художников «Моста» поразили пейзажи молодого живописца, которые буквально полыхали яркими оттенками и бурлили красочными вихрями («Сад у Бурхарда», 1907, Вестфальский музей истории искусства и культуры, Мюнстер; «Сад цветов», 1908, Художественный музей, Дюссельдорф).

Франсис Пикабиа родился в Париже. Художественное образование он получил в парижской Школе декоративных искусств, где с 1895 по 1896 год обучался у Ф. Эмбера и Ф. А. Кормона. В 1902 году он отправился в путешествие по Испании. Ранние работы Пикабиа представляют собой главным образом пейзажи, исполненные в духе Коро и импрессионистической живописи. Одной из самых значительных работ этого времени является «Пейзаж с рекой» (1902, Галерея 1900–2000, Париж).

Вернувшись во Францию, Пикабия увлекся красочной яркостью фовистов, однако ненадолго. В 1910 году он познакомился с представителями нового авангардного течения, братьями М. и Р. Дюшан, а также с поэтом Г. Аполлинером. Это знакомство коренным образом изменило его творчество и оставило след на всю жизнь. От природы темпераментный и склонный к импульсивности художник немедленно занялся экспериментами в области живописи; практически постоянно он находился в процессе поиска новых форм и приемов в искусстве. Уже в это время ясно определилось стремление Пикабиа создавать абстрактные композиции («Каучук»).

Вскоре Пикабиа посетил Америку. Там на одной из весьма экзальтированных выставок «Армори шоу» в Нью-Йорке он представил ряд своих работ и немедленно приобрел широкую популярность. Особенной известностью пользовались композиции «Удни» (1913, Национальный музей современного искусства, Париж) и «Эдтаонисл» (1913, Художественный институт, Чикаго).

Пабло Пикассо родился в испанском городе Малага в семье преподавателя рисования. С восьми лет мальчик начал рисовать и проявлял при этом поразительные успехи.

В 1891 году семья Пикассо переселилась в Корунью, где Пабло начал учиться в Школе изящных искусств. К тринадцати годам он уже освоил академическую программу. Отец, потрясенный успехами сына, подарил ему свою палитру с красками, и мальчик начал писать живые модели. Ранние работы Пикассо свидетельствуют о его глубокой связи с испанской культурой, сосредоточенности на внутреннем мире изображаемого человека. Его персонажи настолько суровы и монолитны, что заставляют вспомнить библейские образы старых мастеров — Сурбарана и Риберы.

Осенью 1895 года семья Пикассо переехала в Барселону, где Пабло стал студентом живописного класса изящных искусств Школы Ла Лонха, а потому этот период в творчестве начинающего живописца, естественно, отмечен признаками академизма. Когда Пабло исполнилось 14 лет, отец снял специально для него мастерскую, где мальчик мог свободно заниматься творчеством.

Через два года, в 1897 году, Пикассо переехал в Мадрид, чтобы продолжить образование в Королевской академии Сан-Фернандо. Когда он вновь вернулся в Барселону, то обнаружил, что там царит удивительная атмосфера оптимизма, возникло новое художественное течение модернизм, каталонская разновидность новых тенденций, где спектр влияния отличался небывалой широтой — от прерафаэлитов до импрессионизма. В 1900 году художник посетил Париж — столицу искусства — и жил попеременно то в Париже, то в Барселоне до 1904 года, после чего принял решение переселиться в Париж окончательно.

Джексон Поллок родился в Лонг-Айленде. Он получил фундаментальное образование в лос-анджелесской Высшей школе прикладного искусства, где обучался с 1925 по 1929 год. Кроме того, он посещал занятия в Художественной студенческой лиге в Нью-Йорке, где его преподавателем был Т. Х. Бентон. В конце 1930-х годов Поллок объехал Соединенные Штаты Америки. В этих поездках он был потрясен индейской «песочной живописью». Кроме того, огромное впечатление на него произвели и монументальные фрески мексиканских мастеров Ороско и Сикейроса. Эти мощные яркие произведения вместе с влиянием кубизма в духе Пикассо и определили путь развития Поллока на долгий период.

В начале 1940-х годов художника захватили идеи сюрреализма. Особенно интересным показался ему метод автоматического письма. Если в ранних композициях Поллок использовал мифологические, тотемные или мистические образы, то теперь художник решил, что только спонтанная, бессознательная живопись способна вскрыть глубины подсознательного, поскольку в данном случае нет места логике и предварительному расчету. Поллок понял, что динамика полотна проявляется в процессе его рождения и немедленно, непосредственно выявляет глубинные процессы, происходящие в психике художника.

Любовь Сергеевна Попова родилась в Подмосковье, в богатой купеческой семье. Ее отец был знатоком театра и любителем музыки, мать, Л. Зубова, происходила из рода, славящегося известными философами и художниками. В юности Попова увлекалась живописью и поэзией. По окончании гимназии и филологических курсов она в течение нескольких лет обучалась в художественных студиях С. Жуковского и К. Юона. С 1912 по 1913 год Попова брала уроки в частной мастерской в Париже, где живопись преподавали известные мастера Метценже, Сегонзак и Ле Фольконье.

В ранний период наибольшее влияние на формирование самостоятельного стиля художницы оказали ее кумиры — М. Врубель, К. Малевич и В. Татлин. В то же время круг интересов Поповой был поразительно широк: она изучала древнерусские фрески и иконопись, коллекцию Эрмитажа, средневековую архитектуру Италии и Франции, поэтому новаторство художницы немыслимо без тесной связи с классикой, традицией.

Попова считала, что самостоятельный период в ее творчестве начался в 1913 году, однако большой интерес представляют и более ранние ее работы, относящиеся к 1908 году. Прежде всего это красочные, удивительно яркие натюрморты и пейзажи, напоминающие манеру Сезанна и свидетельствующие об увлечении кубизмом. Во всяком случае, эти произведения, а также изображения «Натурщиков» и «Натурщиц» говорят о желании преодолеть многословность живописного языка.

С середины 1910-х годов в творчестве Поповой начался период кубофутуризма. Это направление, сложившееся в результате влияния французского кубизма и итальянского футуризма, было чрезвычайно популярно в России. В кубофутуризме сочетались две на первый взгляд взаимоисключающие тенденции — разложение предметов на фрагменты (аналитическая стадия кубизма) и последующее их конструирование и динамизм футуризма, решительно разрушающий любые конструкции. Поповой оказалась близка идея кубизма, поскольку она диктовала стабильность и устойчивость, сообщала композициям внутренний ритм и обладала гармоничным началом.

Подобно кубистам, Попова использовала достаточно ограниченный круг тем, и это, казалось бы, звучало парадоксально: ведь кубизм дал возможность художнику изменять мир сообразно собственному видению, однако вместо расширения предметов, достойных внимания мастера, наблюдается, напротив, резкое сужение, в результате чего вслед за Пикассо и Браком представители кубизма начали изображать музыкальные предметы, вслед за Сезанном — натюрморты.

Таким образом, можно сказать, что кубизм явился последней точкой соприкосновения с реальностью перед окончательным переходом к абстракции. Попова любила изображать в своих композициях часы и вазы. Одним из блестящих образцов кубофутуристического натюрморта является «Скрипка» (1915), где композиция создается благодаря продуманному и тонкому объединению прямых и неровных линий, сегментов круга и треугольника. Тем не менее среди наложенных друг на друга и пересекающихся плоскостей и граней очень ясно прочитываются нотная тетрадь, скрипка, игральные карты, плоскость стола. Работа написана в сдержанной хроматической гамме, свойственной работам кубистов, и отличается подвижностью фактуры.

Роберт Раушенберг считается не только основателем, но и бесспорным лидером американского поп-арта. Свои композиции он строил, основываясь на принципах абстрактного экспрессионизма. Художник активно использовал коллажи, как это делали его предшественники — кубисты и абстракционисты. Фрагменты предметов он прикреплял к окрашенной поверхности холста, а затем местами покрывал их краской.

В ранних работах мастера, созданных в 1950-е годы, преобладает черно-белая цветовая гамма, причем порой Раушенберг добавлял в краску землю с целью получения более грубой фактуры. Позже художник начал использовать и другие материалы. В 1950-х годах Раушенберг стал одной из самых заметных фигур в американском искусстве. Его выставки то вызывали бурю восторга, то провоцировали публичные скандалы. Газеты наперебой размещали статьи о художнике, в которых серьезные критики возмущались вызывающими произведениями искусства, которые Раушенберг осмеливался показывать публично, другие, настроенные более оптимистично, говорили, что к выставкам художника следует относиться просто как к «развеселым», а третьи утверждали, что мастер, несомненно, сказал новое слово в искусстве.

Раушенберг считал, что художник в принципе абсолютно независим от чужих мнений в понимании предмета в искусстве. На самом деле только сам автор может определить, что именно он подразумевает под художественным произведением, и только он вправе выносить свой вердикт и давать ему какие-либо оценки; что же касается публики, ей придется верить художнику на слово. Так, например, показателен такой факт. Владелица художественной галереи А. Клерт попросила Раушенберга написать ее портрет. В ответ художник послал ей телеграмму со словами: «Вот портрет Айрис Клерт, я так сказал — Роберт Раушенберг».

Тем не менее общество продолжало упорно сопротивляться. Настоящий скандал вызвала композиция Раушенберга под названием «Кровать». Художник просто натянул на подрамник стеганое одеяло и прикрепил к нему подушку, предварительно раскрашенную красной краской. Эту работу он предложил на выставку «Фестиваль двух миров», проходившую в итальянском городе Сполето. Жюри колебалось долго, однако в результате все же не решилось показать публике подобную шокирующую вещь, оставив мастера в недоумении: «Я всегда считал “Кровать” одним из самых симпатичных своих произведений. Боялся я только одного: как бы вдруг кому-нибудь не взбрело в голову улечься в нее».

Однако Раушенберг не сдавался в своем желании покорить новым искусством Европу. В 1964 году он принял участие в XXXII биеннале в Венеции. В павильоне, посвященном американскому искусству, были размещены произведения молодых представителей поп-арта, большинство из которых представляло собой бытовой хлам, помещенный в выставочном зале: чучело курицы, старые афиши, крашеный рваный ботинок, лопата на цепочке. Работы Раушенберга, названные «Комбинации», по сравнению с остальными экспонатами выглядели на самом деле произведениями искусства. Художник применил в своих коллажах технику шелкографии и использовал фотомонтаж, который выгодно связывал между собой детали предметов и фрагменты масляной живописи («Остановка», 1963; «Исследователь», 1964). Оригинально выглядели размещенные на огромном пространстве холста снимки военной техники, похороны Кеннеди и репродукция с картины Рубенса, соседствующая с шокирующе грязным и вполне узнаваемым обыкновенным мешком.

На этот раз художнику наконец досталась первая премия, однако европейская критика не спешила выразить восторг по поводу американских новшеств. Периодика Германии, Франции и Италии изобиловала резкими выпадами против сомнительной эстетики поп-арта, заклеймив заодно и жюри, которое столь неосмотрительно присудило первую премию Раушенбергу. Например, француз А. Боске в статье, трагически озаглавленной «Предательство в Венеции», негодовал: «Освящение, если можно так выразиться, работ американского художника Раушенберга на биеннале в Венеции, даже при настоящей неразберихе в искусстве, выглядит как позорный акт. Возникает вопрос, сможет ли западное искусство оправиться после такого потрясения. Ибо мы не можем недооценить размеров оскорбления, нанесенного этим всему тому, что в наши дни еще является синонимом гармонии, серьезного творческого поиска, подлинной непреходящей ценности». Здесь же Боске вторил Ф. Плюшар: «Премия за живопись присуждена господину, для которого живопись — побочное занятие и который сам это знает и сам об этом говорит. Америка, страна без культурного прошлого, без традиций, решила главенствовать. Ошибочность и слабость современной американской живописи заключается в том, что она применяет старые, изжитые приемы сорокалетней давности. Уже в 1914 году Марсель Дюшан в числе подобных работ выставил велосипедное колесо и сушилку для бутылок… Отрицать значение холста и цвета, формы и композиции, хорошего вкуса и стройной системы, все это бы куда ни шло со стороны художников, которые стремятся потеснить некоторые общественные ценности, чтобы взамен них принести другие. Поп-арт не имеет права называться направлением в искусстве, поскольку Америка вообще, по сути, далека от всякого понятия революционности, и приверженцам поп-арта, к сожалению, никто… не мешает фабриковать наобум свои взаимозаменяемые предметы. Никто не волен запретить им продавать эти жалкие отбросы по баснословной цене. Это лжеавангард, это одновременно и кампания массового околпачивания, и финансовый крестовый поход».

Марк Ротко родился в латвийском городе Даугавпилсе. Он получил художественное образование в Йельском университете (Нью-Хейвен), где его преподавателем был Макс Вебер. Кроме того, очень много значили для него уроки, полученные в мастерской знаменитого живописца Макса Эрнста.

Работы Ротко раннего периода исполнены в реалистическом духе. Позже он создавал композиции в духе экспрессионизма, а затем увлекся искусством примитивных народов. В это же время художник изучал греческую мифологию, интересовался философским учением Карла Юнга. Во второй половине 1930-х годов Ротко принимал участие в деятельности Федерального художественного проекта. В 1940-е годы мастер переживал увлечение сюрреализмом, особенно стилем Х. Миро и А. Масона, и создавал композиции, наполненные некими аморфными образованиями. Подобные картины напоминали запечатленные на полотне галлюцинации или подводные фантастические пейзажи.

Жорж Руо родился в Париже. В юности он обучался старинному ремеслу витражного мастера, в совершенстве научился реставрировать древние витражи. Любовь к этому виду искусства мастер пронес через всю жизнь; во всех его работах заметно влияние витражной эстетики.

С 1891 года Руо начал посещать парижскую Школу изящных искусств. Сначала его наставником был Делоне, а затем Моро. Последний оказал огромное влияние на становление личности художника и его творческой манеры.

Жорж Руо жил в атмосфере моральных и религиозных исканий. Особенное влияние на возникший впоследствии образный строй полотен художника оказали Ж. К. Гюисманс и католический литератор Л. Блуа, с которыми мастер постоянно и тесно общался.

В результате Руо совсем отказался от традиционного истолкования библейских сюжетов, переключившись на современную ему тематику. Он изображает гротескных персонажей, обитателей дна, артистов бродячего цирка, проституток. Художник не стесняется открыто показывать пороки ночного мира современного общества в самом неприглядном их виде.

И все же до конца жизни живописец обращался к традиционным мотивам византийской мозаики и приемам старых мастеров Средневековья, искусство которых он изучил глубоко и основательно, а его персонажи-паяцы с нелепыми гримасами и проститутки с бесстыдными позами изображены такими свободными движениями кисти, что полотна кажутся сплошными переливающимися массами, которые поражают зрителя богатством и яркостью оттенков («Голова трагического клоуна», 1904, частное собрание; «Проститутка», 1906, Пти Пале, Париж).

Жоржа Руо принято причислять к группе фовистов, однако его творчество настолько многогранно, что с трудом умещается в рамках одного направления. Основная причина, по которой Руо считается фовистом, — это его виртуозное мастерство колориста. В то же время его эстетика значительно отличается от эстетики фовистов.

Безусловно, Руо любуется цветовыми эффектами, которые создает, однако глубинный смысл его творчества имеет мистико-символический и религиозный характер, доходящий временами до экзальтированности. Гротескность живописи художника скорее сближает его с экспрессионистами.

В 1908 году Руо разрабатывал тему судей, где сатирическое начало достигло своей кульминации. Он нисколько не хочет щадить вершителей правосудия с их моральной ущербностью и физическим убожеством.

Варвара Степанова родилась в Ковно. С 1910 по 1913 год она училась в Казанской художественной школе, затем, переехав в Москву, занималась в частных художественных студиях К. Юона и М. Леблана.

В ранний период творчества Степанова создавала композиции в стиле модерн, работала в графической манере О. Бёрдсли. Позже, познакомившись с А. Родченко, она увлеклась футуризмом и беспредметным искусством.

В середине 1910-х годов Степанова выпустила собственную книгу, целиком сделанную своими руками. Ей принадлежали и беспредметные стихи в манере А. Крученых, и оформление в виде разнообразных цветовых пятен, полос и наклеек из цветной бумаги. Часть стихотворных произведений была написана поверх газетной бумаги.

Несколько позже Степанова оформила в подобном духе книгу стихов своего кумира — А. Крученых. Работоспособность Степановой была поистине поразительной: порой ей удавалось вручную изготовить более пятидесяти экземпляров книги.

В то время визуальная поэзия как искусство футуризма пользовалась необычайной популярностью не только среди русских авангардистов. Подобные произведения создавали Гийом Аполлинер, Блэз Сандрар и Илья Зданевич. Их стихотворения были предназначены не только для чтения, но и для визуального восприятия. С этой целью тексту придавался определенный ритмический рисунок, силуэт и особое расположение строк на листе. В России Степанова являлась, пожалуй, самой яркой сторонницей сближения поэзии и живописи, за которое ратовали футуристы. «Новое движение беспредметного стиха, как звуки и буквы, связываю с живописным восприятием, которое вливает новое, живительное зрительное восприятие в звук стиха», — говорила художница.

Над главным произведением своей жизни — серией картин и графических работ «Фигуры» — Степанова работала с 1919 года, на протяжении нескольких лет. В 1920 году состоялась художественная выставка, на которой экспонировалось более двадцати живописных работ серии «Фигуры» и более пятидесяти гравюр. На этих композициях были представлены различные персонажи в профиль или анфас, нелепые, гротескные и подкупающе непосредственные. Художница показывала людей, занятых привычными профессиональными делами: художников, стоящих у мольбертов, музыкантов со своими инструментами, спортсменов, увлеченных состязаниями… В сущности, формы, избираемые Степановой, были предельно просты, даже упрощенны, но удивительно живы и пластичны.

Простота формы в сочетании с многоплановостью образа присуща Степановой и как дизайнеру. В 1920–1921 годах она много занималась производственным искусством, делала разработки эскизов для тканей. В московском Институте художественной культуры Степанова прочитала доклад о конструктивном искусстве, вела практический и теоретический курс, показывала студентам, как следует оперировать с материалами различной текстуры, учила создавать композиции. Кроме того, в Инхуке Степанова вела курс истории искусства. В своих лекциях она настойчиво проводила мысль, что искусство может считаться прогрессивным лишь в зависимости от его близости к требованиям времени и, особенно, — производства. Высшей точкой развития мирового искусства Степанова считала именно производственное, за которое она ратовала.

Ив Танги начал рисовать сравнительно поздно. В детстве и ранней юности он, казалось, не испытывал тяги к изобразительному искусству. Он служил моряком на судах торгового флота, побывал во многих странах мира — в Испании, Англии, Португалии, Африке и Южной Америке. Однажды, проходя мимо галереи П. Гийома, он увидел в витрине полотно Джорджо Де Кирико. Эта картина настолько потрясла воображение молодого человека, что он взял в руки кисть.

Владимир Татлин родился в Москве, в дворянской семье. В 1902 году ему удалось поступить в Московское училище живописи, ваяния и зодчества, однако в то время Владимир еще не обладал достаточной подготовкой, а круг интересов не успел сформироваться, а потому через год он был отчислен. Потерпев временную неудачу, Татлин поступил в Одесское училище торгового мореплавания, после чего служил матросом на парусном судне. Впоследствии морские темы часто встречались в его творчестве — матросы, продавцы рыбы, рыбаки… А известное полотно «Матрос» является автопортретом художника. Между прочим, в этой картине Татлин использовал и традиционные принципы композиции, принятой в русской иконописи, в частности соединение квадрата картины с кругом.

В 1905 году Татлин сделал еще одну попытку вернуться на поприще искусства. Он удачно поступил в Пензенское художественное училище. Там же состоялось его знакомство с деятелями русского авангарда — М. Ларионовым, Н. Гончаровой и А. Лентуловым. В кружке Ларионова Татлин сформировался как художник. Там он сначала освоил импрессионистическую технику, а затем и традицию неопримитивизма.

Импрессионистическим настроением овеяны ранние произведения художника — «Гвоздика», «Цвет пижмы», «Ноготки» (все — 1909). Впечатления, полученные во время плаваний по морям, отразились в акварельных работах «Флотские формы», «Рыбное дело» (обе — 1910).

В 1910 году Татлин вновь поступил в Московское училище живописи, ваяния и зодчества. Здесь он самостоятельно освоил сезаннизм и русскую иконопись. Традиции Сезанна воплощались в красочных натюрмортах.

Энди Уорхолл (Эндрю Вархолл), сын эмигрантов из Чехословакии, родился в городе Питсбурге, штат Пенсильвания. В юности он занимался оформлением витрин и первоначальное художественное образование получил в Технологическом институте Карнеги, существовавшем в его родном городе.

В 1949 году молодой художник переехал в Нью-Йорк. Первая выставка его работ состоялась через десять лет в Галерее Бодли. Большинство выставленных композиций Уорхолла в то время представляли собой открытки для поздравлений и метеорологические карты.

Роберт Фальк родился в Москве в семье юриста. Имя Роберт Фальк получил при крещении, которое он совершил перед браком с Е. Потехиной.

Фальк окончил Петропавловское реальное училище в Москве. С 1904 по 1905 год он посещал классы рисования и живописи, где его преподавателями были К. Юон и И. Дудин. Затем последовала частная студия И. Машкова. С перерывами, с 1905 по 1912 год, художник оттачивал мастерство в Московском училище живописи, ваяния и зодчества у Архипова, Серова, Коровина, Васнецова. В это время он начал принимать участие в выставках, проходивших во многих городах России, в том числе в Москве, Петербурге, Одессе. За годы учебы стиль художника неоднократно претерпевал изменения. Он увлекался многими современными направлениями — от импрессионизма до кубизма.

С 1910 по 1916 год Фальк принимал активное участие в работе художественного объединения «Бубновый валет». Эти художники создавали произведения в манере П. Сезанна, экспериментировали вместе с фовистами и кубистами. Кроме того, их интересовали традиции русского народного искусства — от иконописи до лубка и детской игрушки. Главным для этих живописцев было выявление зримой формы натуры посредством цветовых градаций. Этот прием нашел отражение и в творчестве Фалька.

С одной стороны, работы Фалька представляются несколько аскетичными, однако в то же время чувствуется их глубокая внутренняя лиричность. Особенно проявляются эти черты в натюрмортах и пейзажах. Сюжет как таковой в работах Фалька не прослеживается, но художник и не задавался подобной целью. Как он сам признавался, для него значение имели лишь формы, и этими формами он создавал эмоциональную выразительность.

Американский художник Фейнингер получил признание в Европе, а не на родине. Сначала он рисовал забавные комиксы для американских еженедельников, делал интересные карикатуры, и только позже всерьез начал заниматься живописью и гравюрой.

Живописи и игре на скрипке Фейнингер обучался в Берлинской академии и в Гамбурге. Несмотря на то что вскоре музыке художник предпочел живопись, мелодия продолжала звучать в его полотнах. В 1893 году Фейнингер отправился в Париж, где посещал Академию Коларосси. Вернувшись в Германию, художник занимался иллюстрированием журналов. В 1906 году он вновь был в Париже и составлял комиксы.

В это время художник увлекался искусством европейского модерна. Органная музыка и живопись сплелись в единое целое на его полотнах. Познакомившись с объединением кубистов, Фейнингер написал ряд работ, отмеченных подчеркнутой графичностью, стройными вытянутыми формами, оригинальным хроматическим диссонансом и метафорами, естественными в произведениях японской графики («Храм», 1919). Особенно большое влияние на молодого художника оказал один из основоположников кубизма — Робер Делоне. В 1913 году Фейнингер экспонировал свои работы на выставке «Синий всадник» вместе с В. Кандинским и Ф. Марком.

Форма и пространство для Фейнингера — это единое целое, причем чаще всего форма кажется растворяющейся на глазах в зыбком трепещущем воздухе. Таковы картины «Корабль» (1913, Институт искусств, Детройт), «Автопортрет» (1915, Университет, Хьюстон).

В 1917 году состоялась первая персональная выставка Фейнингера, помещение для которой предоставила берлинская галерея «Штурм». С 1919 по 1933 год художник главным образом занимался ксилографией. За этот период им было создано более ста ксилографий, а плоскостные ритмы проникли и в живопись мастера («Прогулка», 1918, Музей современного искусства, Нью-Йорк).

Павел Филонов родился в Москве. Его отец был извозчиком, мать — прачкой. Кроме Павла, в семье было еще пятеро детей. Родители умерли рано, и лишь благодаря тому, что сестра Павла, Александрина, удачно вышла замуж, все дети получили приличное образование. С 1897 по 1901 год Филонов учился основам живописного мастерства в художественных студиях Петербурга. Правда, в это время ему постоянно не хватало денег, и приходилось делать обертки для конфет. Тем не менее каждое лето Филонов обязательно совершал путешествие по Волге, осматривал старинные русские города.

Павел Филонов учился в вечерних рисовальных классах Общества поощрения художников, в частной студии Л. Дмитриева-Кавказского.

С 1908 по 1910 год Филонов был вольнослушателем Академии художеств. Его преподавателями являлись Г. Р. Залеман, В. Е. Савинский и Я. Ф. Ционглинский, несравненный колорист. В результате конфликта Филонов со скандалом покинул Академию, при этом еще оскорбив своего любимого учителя Ционглинского.

Свои ранние композиции художник уничтожил, однако о них можно составить представление, читая рецензию художественного критика на выставку «Союза молодежи» 1911 года, где Филонов экспонировал свои работы: «Словно после чудовищной человеческой катастрофы… рука собрала на холст эти отрезанные головы… у одних — каменные скулы, крепкие, неподвижные, у других — широкое, вздувшееся лицо… у третьих — круглые, застеклившиеся от безумного ужаса глаза… Каждый сустав прочувствован с такой анатомической точностью, которая заставляет невольно вспомнить о Врубеле».

Павла Филонова причисляют к представителям русского футуризма, поскольку он всегда был склонен к мировым обобщениям, верил в грядущий расцвет мира, который непременно последует за гибелью всего старого и отжившего, и, конечно, как и большинство русских художников того времени, считал себя пророком. В его работах чувствуется хорошее знание техники старых мастеров, влияние Босха, Брейгеля и Дюрера с их апокалиптическим мироощущением. Острой экспрессивности полны композиции «Запад и восток», «Восток и запад», «Мужчина и женщина» (все — 1912–1913, Русский музей, Санкт-Петербург). В 1911 году художник исполнил апокалиптических «Всадников», предчувствуя грядущие страшные перемены. Чуть позже Николай Кузьмин говорил: «Когда разразилась Первая мировая война, многие претендовали на роль прорицателей, предугадавших в своем творчестве грядущие кровавые беды. Филонов более других заслужил звание пророка».

Что же касается «Мужчины и женщины», то в этой композиции нашло отражение крестьянское мировоззрение человека, попавшего в урбанизированную среду. Эта картина вполне отвечает духу футуризма. Филонов, однако, в отличие от западных футуристов, нисколько не восторгался темпами современной индустриализации, а подчеркивал одиночество человека в огромном городе.

Ханс Хартунг родился в Лейпциге. Заниматься живописью он решил достаточно поздно, в 1922 году, но уже с самого начала художник знал, что наибольшее выражение сможет найти в абстрактном рисунке и акварели. Хартунг получил фундаментальное образование. С 1924 по 1925 год он обучался на факультете философии и истории искусств в Лейпцигском университете, а по окончании учебы начал брать уроки живописи в Мюнхенской академии художеств.

С 1926 года Хартунг совершил множество путешествий. Побывав в Париже, он восторженно воспринял новаторство представителей кубизма и фовизма. В Берлин Хартунг вернулся ненадолго, поскольку для авангардистов настали далеко не лучшие дни: к власти пришли фашисты, и любое отклонение от нормы, как они ее понимали, считали вырожденчеством. В 1935 году Хартунг окончательно поселился в Париже.

Марк Шагал родился на окраине Витебска. Его отец служил у купца, торговавшего селедкой, мать занималась своей лавочкой. Кроме Марка, в семье было девять детей — семь сестер и два брата. Принято считать, что Шагал является чуть ли не самоучкой, однако на самом деле все обстоит далеко не так. Образование Шагала было фундаментальным и профессиональным в техническом отношении, однако его творческая натура неустанно искала собственный путь в искусстве. Начальное художественное образование Шагал получил в Витебске у Ю. Пэна, ученика П. Чистякова. По своей инициативе Пэн организовал в Витебске художественную школу, где Марк если и не успел в полной мере изучить мастерство живописца, то приобрел умение создавать профессиональные живописные композиции. Далее это умение было отшлифовано в нескольких художественных студиях Петербурга, важнейшей из которых оказалась студия Е. Званцевой, где преподавание вели крупнейшие представители объединения «Мир искусства» М. Добужинский и Л. Бакст.

Петербургские впечатления Шагала нашли выражение в работах, которые можно считать своеобразным дневником, где отразились самые разнообразные влияния различных систем цветового построения полотна — это импрессионизм, манера П. Гогена и художников «Мира искусства», «Голубой розы». Единственное, чего не было в ранних композициях Шагала, — академизма. Живописец всегда стремился к широкой обобщенности цвета.

Ярким примером ранних образцов творчества Шагала служит «Маленькая комната» (1908), где декоративность берет верх над тщательностью проработки форм. Объемное изображение отступает перед силуэтными абрисами. Вся композиция представляется неустойчивой, плывущей, дрожащей от неясного волнения. Окраска предметов далека от реальной и больше напоминает ковер, цветовая гамма создается в розовых, коричневых и светло-зеленых тонах. В результате бедная комнатушка деда из Лиозно превращается в некое видение, красочное и праздничное, которое лишь немного потревожено каким-то тайным беспокойством.

Подобная двойственность вообще свойственна петербургскому периоду Шагала. Здесь смешаны тревога и восхищение; художник старается быть верным непосредственному впечатлению, но в то же время постоянно отходит от него. Вероятно, именно из-за этого в работах раннего периода так сильны примитивистские тенденции, хотя в данном случае имеет место не наивность, а непосредственность изображения. Доверчивость способствует свободному упрощению в творчестве живописца.

Однако одновременно с такими примитивистскими картинами мастер создает и работы, в которых звучат почти классические интонации. Таковы «Марья-Сенька» (1907), «Автопортрет с кистями» (1908), «Моя невеста в черных перчатках» (1909).

Особенно интересным представляется «Автопортрет с кистями», где отчетливо прослеживается классическая тема. Шагал изображает себя в традиционной позе художника, стоящего перед невидимым мольбертом. Цветовое решение также классическое — строгий черный костюм, ослепительно-белый воротничок, коричневато-золотистый цвет лица. Похоже, Шагал хочет показать свою приобщенность к миру высоких художественных ценностей и изображает себя в облике старинного мастера. Шагал чувствует себя равным среди равных на пиру великих. Безусловно, в подобной трактовке присутствует желание самоутвердиться, о чем свидетельствует подчеркнуто-горделивая поза автора. Однако все это — не более чем игра, театр.

Портрет невесты художника Беллы полон откровенного восторга и даже любовного преклонения. В этой работе также учитываются классические традиции. Фигуру девушки Шагал размещает на первом плане, и она занимает по высоте все полотно, что напоминает об образцах эпохи Ренессанса. Уроки Гойи и Веласкеса чувствуются в контрастах между темным фоном и белым платьем. Здесь присутствуют лишь незначительные вкрапления узорчатой скатерти, зеленой ветки, лилового берета и броши такого же оттенка. Впрочем, у французских импрессионистов, в частности у Эдуарда Мане, также встречается похожая цветовая оркестровка.

Если предыдущие работы, несомненно, связаны с классикой, то чуть позже Шагал обращается к идеям русских символистов. Программной считается работа художника «Деревенская ярмарка (Кермесса)» (1908). По свидетельству современников, сюжет полотна во многом был навеян постановкой «Балаганчика» А. Блока в театре В. Ф. Комиссаржевской. Однако впечатления от представления воплощены в совершенно другом мире, живущем по иным законам. Произведение Блока обладает своей внутренней логикой и единством. В то же время Шагал сочетает порой совершенно разнородные фабульно-предметные элементы, которые лишь при долгом рассмотрении складываются в некую общность.

На первом плане художник изображает лежащую плоскую фигурку клоуна (у Блока: «Пьеро… беспомощно лежит на пустой сцене в белом балахоне с красными пуговицами»). На полотне Шагала все именно так и показано, нет только красных пуговиц. Есть и еще интересная деталь. Пьеро сжимает в руках красную керосиновую лампу, которая так часто встречается на полотнах художника, посвященных Витебску. Этот светильник и освещает все происходящее. Первая половина композиции погружена во мрак ночи, а фон озаряется золотистыми отблесками заката, которые достигают переднего плана и смешиваются с лучами светильника. Подобное смешение дает начало особому действу, где переплетаются реальность и наваждение, тем более что и на дальнем плане видна весьма существенная деталь — балаганчик-театр. В центре показана похоронная процессия, медленно движущаяся за гробом. Таким образом художник хочет сказать, что жизнь и смерть — понятия условные, и границы между ними порой установить чрезвычайно трудно; рядом живут радость и грусть, высокое и приземленное.

Картины Шагала петербургского периода характеризуются на первый взгляд бессмысленным скоплением людей, которые движутся в неизвестном направлении. Подлинна в этих композициях только жизнь памяти. Особенно показательна в этом отношении работа «Покойник» (1908). Здесь снова изображены сразу два источника освещения — желто-зеленый рассвет и полыхающее пламя больших свечей, стоящих вокруг тела покойника, лежащего прямо на мостовой. Подобная ситуация представляется нарочито условной. Улица небольшого городка пустынна, покойника провожают в последний путь лишь горящие свечи; кроме того, странным кажется на первый взгляд, что он не положен в гроб и лежит на земле. Скорее всего, в данном случае Шагал обращается к стилю древнерусской иконы, который прежде всего предполагает определенное мировосприятие, где человек и окружающая его среда сопоставляются чрезвычайно свободно. Художник поместил действие в открытом пространстве, как это делали иконописцы, видевшие пространство «панорамным» зрением, во вселенском масштабе. Это пространство настолько велико, что представляется абсолютно невозможным показывать интерьеры и детали.

В это же время Шагал исполняет ряд картин, представляющих собой, по сути, притчи. Такова композиция «Рождение» (1910) — итоговая и для петербургского периода, и для всего творчества мастера. Эта тема была чрезвычайно популярна в среде русских символистов; она завораживала своей тайной, гранью между реальностью и небытием. Оригинальность Шагала состоит в том, что он прост и далек от изысканности, он не боится житейской прозы, но в то же время поднимается до почти пророческих предчувствий и высокого драматизма.

Полотно состоит из двухчастного действия. Основная сцена рождения находится слева, где откровенно и приземленно изображены лохань с водой и искаженное лицо женщины. И тем не менее зрителя не оставляет ощущение того, что перед ним разворачивается поистине торжественное событие. Пестрый полог над кроватью раздвинут наподобие занавеса, который позволяет увидеть зрелище мировой значимости. Повивальная бабка, в руках которой находится младенец, стоит прямо на кровати; ее осанка строга, а взгляд суров и отрешен. Она вглядывается вдаль, как будто видит перед собой огромную толпу. Таким образом, появление на свет человека становится актом великого значения, поскольку обязательно преображает житейскую среду. В правой части картины действие по характеру тревожно-взволнованное: в двери дома толпой заходят мужчины и корова. Вероятно, в этом мотиве слышны отголоски евангельского сюжета о поклонении волхвов, направляющихся в хлев, к месту рождения Христа-спасителя.

Летом 1910 года Марк Шагал приехал в Париж. Его слова о мировой столице искусств звучат с подкупающей искренностью: «Париж, ты мой второй Витебск!» Впрочем, сначала художник не мог избавиться от чувства неуверенности и растерянности, преодолеть которые удалось лишь благодаря критику Я. Тугенхольду, также жившему в то время во Франции. Художник вспоминал впоследствии: «Никого не знал я в Париже, никто меня не знал. С вокзала спускаясь, смотрел я робко на крыши домов, на серый горизонт и думал о моей судьбе в этом городе. Хотел вернуться на четвертый день обратно домой. Мой Витебск, мои заборы… Но Тугенхольд взял в руки мои полотна… Он начал, торопясь, звонить одному, другому, звать меня туда, сюда… Не раз допрашивал я его, как я должен работать, и я часто, признаюсь, хныкал… Он утешал…»

Однако конец всем колебаниям положило знакомство с Лувром. Париж дал Шагалу небывалую возможность самореализации, здесь произошла «революция взгляда» художника. В старости мастер говорил о французском искусстве: «Я мог вообразить все это в моем далеком городе, в кругу моих друзей. Но я, видя собственными глазами то, о чем я только говорил вдалеке, всасывал в себя впечатления: эта революция взгляда, это вращение цветов, которые спонтанно и осознанно погружаются один в другой в потоке обдуманных линий, как этого хотел Сезанн, и свободно доминирующих, как указывал Матисс. Этого я не мог видеть в моем городе… Пейзажи, образы Сезанна, Сёра, Ренуара, Ван Гога, фовизм Матисса и многое другое меня ошеломили. Они привлекли меня как природный феномен».

Джеймс Энсор всю жизнь прожил в небольшом бельгийском городе Остенде. Этот приморский город с его узкими улицами и ежегодными карнавалами, с его обитателями — моряками и рыбаками — наложил отпечаток на все дальнейшее творчество мастера.

В семье Джеймса постоянно окружала сказочная экзотика. Его отец содержал фарфоровую лавку, однако ребенок с детства видел не только фарфоровые изделия, но и удивительные игрушки, непроницаемые маски, загадочные раковины, растения из далеких стран и чучела зверей. Торговец фарфором постоянно находил время для занятий музыкой и рисованием. Он сумел привить своему сыну любовь к искусству, особенно к живописи.

Отец нашел средства на то, чтобы отправить сына учиться в Брюссельскую академию художеств, где его преподавателем стал Я. Порталс. В 1880 году Энсор оставил академию. Он отправился в путешествие по Европе, побывал в Англии, Голландии, Париже, где посещал самые знаменитые музеи. Энсор получил возможность ознакомиться с техникой величайших мастеров прошлого — Босха, Брейгеля, Рембрандта, Рубенса, Гойи, Ватто, Тёрнера и Делакруа. Он восторгался художественной манерой Мане, многие работы которого копировал, стилю которого подражал, а позже использовал черты, присущие Мане, в своих работах, правда, придавая им остро гротескный характер.

В 1884 году Энсор стал одним из основателей группы художников-экспрессионистов «XX». В 1905 году он сблизился с представителями группы художников Антверпена «Современное искусство».

Ранние работы художника, созданные с 1879 по 1882 год, представляют собой в основном пейзажи, натюрморты, портреты, сюжеты в интерьере. В этот период Энсор предпочитал приглушенную хроматическую гамму, а потому и живопись этого периода в творчестве мастера принято называть темной. Персонажей картин и предметы, на них изображенные, обволакивает таинственная атмосфера, как, например, в композиции «Колористка» (1880, собрание Водон-Руссо, Ватерлоо). В то же время молодой художник уже начинает экспериментировать с красками, добиваясь связи цвета с общим настроением полотна и его героев.

Так, свет на разных композициях играет разную роль и создает различные настроения, подчас совершенно противоположные. В композиции «Колористка» свет просачивается сквозь щели закрытого окна; он рассеивает сумрак и создает ощущение покоя, тишины и умиротворенности. В то же время закатный свет на картине «После полудня в Остенде» (1881) тревожно играет в интерьере помещения, создавая настроение чего-то неизбежно надвигающегося, неотвратимого. Тревогой буквально пропитано полотно «Темная дама» (1881, Королевский музей изящных искусств, Брюссель). Солнечный свет заполняет распахнутое окно, но он не в силах развеять царящий в комнате сумрак. Тяжелое, гнетущее выражение передает и напряженная поза героини в черном, и тревожное выражение ее неподвижного лица. Она неотрывно смотрит на яркий красный зонтик, который вносит диссонанс в общую картину. Этот зонтик, легкий и веселый, здесь кажется неуместным, как воспоминание о чем-то светлом, невозможном, давно ушедшем, что не вернется никогда.

Беспросветна и исполнена глухого отчаяния композиция «Пропойцы» (1883, частное собрание, Брюссель), которая показывает, насколько низко может пасть человек.

С 1883 года меняется творческая манера Энсора. Его пейзажи, натюрморты и сюжеты с гротескными сценами приобретают линейность, решены плоскостно и нарочито упрощенно.

Макс Эрнст родился в городе Брюле близ Кёльна. С 1908 по 1914 год он учился в Боннском университете, глубоко интересовался философией и психиатрией, основательно освоил историю искусств. В 1909 году он начал всерьез заниматься живописью. Эти ранние работы созданы под влиянием искусства знаменитых французских импрессионистов — В. Ван Гога, П. Гогена, К. Моне.

В 1913 году Эрнст приехал в Париж. Он познакомился с виднейшими представителями французского авангарда, в частности с Арпом, дружеские отношения с которым связывали Эрнста до конца жизни. После начала Первой мировой войны художник пошел на фронт. До 1918 года он принимал участие в военных действиях, что, однако, не мешало ему продолжать занятия живописью.

Авангардизм (франц. avant-gardisme, от avant-garde — «передовой отряд») — название движения, возникшего в мировой культуре в начале XX столетия. Последователи принципов авангардизма отказались от следования общепринятым традиционным нормам построения произведений и таким образом сделали целью своего творчества следование новым догмам и принципам. Методы авангардизма в литературе появились на основе таких литературно-художественных направлений, как кубизм, экспрессионизм, дадаизм, футуризм, сюрреализм, абстракционизм.

Возникновение авангардизма было определено прежде всего тем состоянием культуры, которое сложилось к началу XX столетия. Душами и умами многих сотен тысяч людей владел страх перед войнами и социальными катаклизмами, а также неприятие существовавших в то время в обществе противоречий.

Таким образом, именно живописцы первыми осмелились найти выход из ситуации, когда общество находилось на пороге глобальных военных столкновений. Именно художники попытались с помощью новых способов эстетического видения воздействовать на человека, жившего в начале XX века. Они же стали представителями общества, одними из первых начавшими критику буржуазной культуры, косной и статичной.

Период спада интереса к авангардному искусству прослеживается в первой половине 40-х годов XX века. Однако сразу же после Второй мировой войны наметился всплеск развития авангарда. А спустя несколько лет на основе его методов и принципов в искусстве появилось новое течение, получившее название неоавангардизма.

Венецианская школа — одна из ведущих школ Италии. Ее расцвет охватывает вторую половину XV–XVI век, время, когда Венеция была сильной независимой республикой, крупной морской державой Средиземноморья.

Венецианская школа складывалась под влиянием традиций византийского искусства, а также готики. Византийская манера письма ощущается в золотом фоне, лишенных объемности фигурах, схематичной композиции произведений ранней венецианской живописи.

Во второй половине XIV века в произведениях венецианских художников начинают преобладать жанрово-повествовательные картины религиозной тематики. Их основные черты — красочность и декоративность, практически полное отсутствие перспективы и объемности.

В середине XV века венецианские художники начали осваивать принципы ренессансной живописи. В то же время ведущие мастера школы оставались верными византийским традициям (Лоренцо Венециано, Джованни д’Аллеманья и др.). Познакомившись с творчеством флорентийцев (Донателло, Кастаньо, Уччелло, Филиппо Липпи, Пьеро делла Франческа), представители венецианской школы стали использовать в своих произведениях приемы реалистической живописи. Большое внимание они уделяли передаче линейной и воздушной перспектив, светотеневой моделировке объемов. Огромную роль в формировании Высокого Возрождения сыграли представители раннего Ренессанса в Венеции: Якопо и Джентиле Беллини, Витторе Карпаччо, Антонелло да Мессина и др.

Расцвет венецианской живописи начался в первой половине XVI века. Яркими представителями венецианского Высокого Возрождения являлись Джорджоне и Тициан с их полнокровным и жизнеутверждающим искусством. Позднее Возрождение в Венеции представляли Веронезе, Тинторетто, Я. Бассано. Во второй половине XVI века в венецианском искусстве появились новые художественные приемы, жанры и формы (групповой портрет, историческая, батальная, жанрово-бытовая картины), не потерявшие актуальности и в XVII столетии.

Гармония (греч. «стройность, единство, согласованность частей») — в изобразительном искусстве представляет собой сочетание формы и цвета, или взаимосвязь различных фрагментов изображения, которые обладают наибольшей согласованностью между собой и в связи с этим являются особенно благоприятными для зрительного восприятия.

Декоративность (от лат. decoro — «украшаю») — способ выражения красоты, применяемый в изобразительном искусстве и определяемый цветовым и композиционным построением произведения. Первоначально значение декоративности проявилось в орнаменте, в основе которого лежит предметная форма, сначала трансформирующаяся в символ, а затем в декоративный мотив (солнечный диск, изгибы морской волны и т. д.). Вторичный смысл декоративность приобретает в процессе слияния различных искусств, когда пространственное взаимодействие предметов происходит через соотношение частей и целого.

Живопись — один из главных видов изобразительного искусства. Живописные произведения исполняются на плоскости холста, картона, на бумаге и т. д. различными красочными материалами. Важную роль как художественное средство играет цвет, позволяющий дать наиболее полно, по сравнению с другими видами изобразительного искусства, образное отражение предметного мира.

По применяемым красочным материалам живопись подразделяется на акварель (водяные краски), масляную (темперу), энкаустику (восковые краски), пастель (сухие краски), клеевую живопись, гуашь и т. д.

По назначению различают живопись станковую (картины), монументальную (фреска) и декоративно-прикладную (панно).

Иллюстративность (лат.) — неглубокое, поверхностное или одностороннее отражение действительности в искусстве, изображение чисто внешних черт явления без проникновения в его суть. Иллюзорность может возникать и в том случае, когда особенности выбранного художником сюжета не могут быть полноценно переданы средствами изобразительного искусства или данные художественные средства и приемы недостаточно соответствуют раскрытию выбранной темы.

Классицизм (от лат. classicus — «образцовый») — стиль, а также направление в искусстве Европы XVII — начала XIX века. Классицисты обращались к художественным традициям античности и Возрождения. С одной стороны, они придерживались эстетических идеалов, свойственных искусству этих эпох, с другой, утратили ренессансную гармонию, веру в человеческий разум.

Живописи классицизма свойственно стремление к строгой жанровой иерархии. Так, высокое искусство (религиозный, мифологический и исторический жанры) отделялось от других жанров (портрет, пейзаж, натюрморт, бытовая композиция). Представители классицизма разработали особую композиционную и колористическую систему создания картины. Художники должны были в обязательном порядке разделять живописное полотно на три цветовых пространственных плана, первый из которых тяготел к коричневым оттенкам, средний — к зеленым, дальний — к голубым. В противовес барокко с его резкими противопоставлениями, изощренностью линий и форм, бурной динамикой классицизм призывал к композиционной уравновешенности, симметрии, четкости и логичности. Главным средством выразительности классицисты считали плавный, обобщенный рисунок.

В качестве полностью сформировавшейся целостной системы классицизм появился во Франции в XVII веке, в эпоху подъема и укрепления абсолютизма. В XVIII столетии классицизм был связан с французским Просвещением и выражал революционно-буржуазные устремления и идеалы. Таким он пришел и в другие европейские страны. На своем завершающем этапе классицизм трансформировался в сентиментализм.

Археологические раскопки Геркуланума, Помпей и других древнеримских городов, произведенные в начале XIX столетия, помогли возродить интерес к классицизму. В это время главным центром классического искусства стал Рим, куда устремились художники из других стран. Но уже к середине XIX века направление полностью переродилось, превратившись в косный академизм, тормозивший дальнейшее движение искусства.

Крупнейшими представителями классицизма являлись такие художники, как Н. Пуссен, К. Лоррен, Ж. Л. Давид, Ж. О. Д. Энгр, А. П. Лосенко, Г. И. Угрюмов и др.

Локальный цвет (от франц. local — «местный») — термин в живописи, обозначающий основной постоянный цвет, определяющий окраску предмета. Окраску можно передать посредством однородных цветовых пятен различной светосилы или сочетанием важнейших цветовых оттенков, возникающих под воздействием освещения, воздушной среды, рефлексов от окружающих предметов.

Локальный цвет был широко распространен в живописи на ранних этапах древневосточного и античного искусства. В дальнейшем гармоничные сочетания пятен локального цвета использовались в средневековых росписях, витражах.

В эпоху Возрождения некоторые живописцы применяли традиционные цвета, наделяя их символическим смыслом, другие же пытались передать всю изменчивость и сложность цвета в условиях его взаимоотношений со светотенью и средой.

В XX веке вновь возродился интерес к проблеме локального цвета. Представители различных направлений в живописи обращаются к его символическому значению (синтетизм) или используют как материал для звучных колористических построений (А. Матисс, Ф. Леже). Часть художников видит в нем то общее, что сближает живопись с яркой окраской современных машин (С. Дейвис, Ч. Шилер).

Манера (итал. maniera, франц. maniere, нем. Мanner, Manier, Art und Weise) — термин, обозначающий совокупность всех приемов, характеризующих стилистические и технические особенности целого направления или творчества одного художника.

Новгородская школа — русская иконописная школа, сложившаяся во второй половине XII века. Ее главные отличия: монументальность и экспрессия образов, стремление к лаконичности живописного языка. Иконы, написанные мастерами новгородской школы в XIII–XIV веках, свидетельствуют о любви художников к звонким чистым цветам. Благодаря красочным новгородским иконам храмы приобретают праздничный вид. В XV столетии живописцы новгородской школы по-прежнему сохраняют приверженность к ярким светящимся краскам, в цветовой гамме их произведений преобладает киноварь. Так, в «Чуде Георгия о Змие» красный фон, заполняющий пространство иконы, как будто заслоняет белизну коня.

Основные цвета — три цвета (красный, синий, желтый), которые нельзя получить путем смешения других красок. Между тем посредством сочетания их между собой или с дополнительными красками удается воспроизвести практически все естественные природные оттенки.

Палитра (франц. palette) — вся совокупность красок, которые художник использует при создании картины.

Рефлекс (от лат. reflexus — «отраженный») — в живописи термин, которым обозначают отблеск цвета и света на поверхности изображенного предмета, падающий на него от находящихся рядом объектов, например неба, воды, соседних предметов. Благодаря точной фиксации рефлекса мастер может более полно показать объем, богатство оттенков передаваемой натуры. Проблемы рефлекса затрагивал еще Леонардо да Винчи, но наиболее сложные задачи решались художниками XIX–XX веков, обратившимися к пленэрной живописи.

Светлота — качество цвета, напрямую связанное с количественным соотношением отраженного света и поглощенного поверхностью предмета цвета. Определить меру светлоты окрашенных объектов можно путем их сравнения с ахроматическими объектами; выявлением степени приближенности к белому цвету, способному максимально отражать свет; удалением от черного цвета, поглощающего максимальное количество света.

Темных фонов школа — направление, появившееся в конце XI — начале XII века в романском искусстве фресковой живописи Франции. Мастера этого направления работали на юге Франции, в Оверни. Фрески школы темных фонов отличаются строгим стилем, сближающим их с византийскими росписями. Для них характерны интенсивные оттенки, темно-синие фоны (фреска со сценами Благовещения и встречей Марии и Елизаветы в часовне аббатства Рокамадур).

Феррарская школа — итальянская школа живописи периода Возрождения. В середине XV столетия герцогство Феррара превратилось в крупный культурный центр. Долгое время живопись Феррары представляли приезжие художники (Пьеро делла Франческа, а в дальнейшем — А. Мантенья). Большую роль в формировании школы сыграл Боно да Феррара, принимавший участие в росписи капеллы Овертари в Падуе. Огромное воздействие на развитие феррарской живописи оказало нидерландское искусство, в особенности творчество Рогира ван дер Вейдена.

Произведения многих феррарских художников проникнуты мистицизмом и трагическим чувством, в них сильно религиозное начало. Благодаря мастерам Феррары был воскрешен византийский образ Иоанна Предтечи (Эрколе деи Роберти, «Иоанн Креститель»).

Известными представителями феррарской школы являлись Козимо Тура, Галаццо Галасси, Франческо дель Косса. В начале XVI столетия феррарская школа сблизилась с римской и венецианской и перестала быть самобытной и неповторимой, а к середине XVI века пришла в упадок.

Хроматизм (греч. chromatismos — «окраска») — наличие в окраске предмета цветового тона, от которого зависит оттенок цвета и его основные свойства.

Цветовая гамма — основные соотношения цветовых тонов, преобладающие в том или ином произведении и определяющие характер его живописного решения. Например, картина может быть написана в теплой или холодной гамме.

Энкаустика (от греч. enkaio — «выжигаю») — восковая живопись, создаваемая горячим способом с использованием расплавленных красок.

Ярославская школа — русская иконописная школа, появившаяся в Ярославле в начале XVI века, в то время как шло бурное развитие города и становление купечества. Почти до самой середины XVIII столетия ярославские живописцы в своем творчестве старались придерживаться лучших традиций древнерусского искусства, приемов и принципов письма, появившегося в древности. Уже в наше время ярославские иконы, написанные во второй половине XVII — начале XVIII века, пользовались особой популярностью у поклонников древнего иконописного искусства. Их охотно покупали коллекционеры, старообрядцы, тщательно изучали мастера Палеха и Мстёры, для которых они служили образцом средневековой живописи России.