Чикаго. Наши дни. Властная и влиятельная бизнес-вумен Регина Уилсон, жестко правит компанией своего отца. Она надменна и неприступна, подчиненные ее боятся. Но однажды она подвергается нападению неведомого убийцы. Чудом оставшись в живых, ей приходится бороться за свою жизнь. Она нанимает детектива Грехема Хантера и телохранителя Эйм Свонсон. Тут-то и начинается интересное.
1.0 — создание файла
Фэндом: OUaT
Автор: Alfranza
Соавтор: ya_wa
Бета-ридер: ya_wa
Жанр: Uber, фемслеш, Romance, Action, психология
Рейтинг: NC-17
Пейринг/персонажи: Регина Уилсон/Эмили Свонсон, Грехем, Сид, Джеки, Мелори, Робин.
Дисклеймер: Данный текст связан Авторским соглашением
"Просто ты одинокий остров,
На море, где так часто тонули корабли..."(с)
Великолепной какофонией наполнены ночные улицы больших городов. По артериям рек и проспектов, словно ток пробегает яркий свет фонарей.
Чикаго. Город исключительно больших возможностей, дерзких приключений и тяжелого каждодневного труда. Однако ночью начинается совсем другая жизнь, словно в другом времени и пространстве крутится эпохи колесо.
Жизнь в больших городах не останавливается ни на секунду, и создается впечатление, что эта рутина затягивает как зыбучие пески. Остановиться значит умереть в этих песках.
После тяжелого дня весь работающий контингент спешит домой, к телевизору или просто к стакану виски, чтобы снять напряжение прошедшего дня, оставив все проблемы до следующего утра.
Регина Уилсон не исключение. Женщина является главой одной из самых крупных издательских компаний - "Чикаго Паблик Рилейшн", но мирское желание оказаться в знакомых стенах дома посещает даже ее с наступлением сумерек.
Отец оставил дочери компанию в наследство, когда ей было всего лишь двадцать лет. Матери своей она никогда не знала. Отец рассказывал, что Каролина Брент-Уилсон бросила их, когда девочке было всего пять. Отец воспитывал ее сам, так как считал нужным. Но лучше всего Регину закалила жизнь без отца, превратив добрую и милую девушку во властную, жесткую Леди - королеву мира бизнеса, хищную акулу, которую боялись и ненавидели очень многие. И она отвечала им тем же.
Женщина была красива. Нет, эта не та красота с обложки журнала "Блайнд Косметикс", который, к слову, она никогда не читала. Эта была холодная и строгая красота, сплав ярости и шика. Про таких всегда говорят - роковая женщина. При невысоком росте, статная фигура, всегда облаченная в безупречные дорогие костюмы, смотрелась совершенной. Каждый изгиб завораживал. Каждое движение ослепляло своей грацией. Многие желали бы видеть ее своим покровителем и даже просили руки и сердца. Но Регина не верила никому. Однажды, когда еще был жив отец, она испытала на себе разочарование в любви. Её возлюбленный Дэни Марсден, к которому она питала по-настоящему сильные чувства, бросил ее практически перед самой свадьбой, сбежав с ее подругой в Аризону. Дэни разбил ей сердце, и после этого Регина решила для себя, что никогда и никому больше такого не позволит. И она не позволяла, выстроив вокруг сердца кирпичную, крепкую стену, обнесенную колючей проволокой под напряжением, она тщательно оберегала то, что осталось от раненного сердца.
Темноволосая женщина, лицо которой практически никогда не выражало эмоций, могла расслабиться только наедине с самой собой, бокалом виски и любимым джазом в исполнении Бада Фримена и Джека Стейси. Её жизнь схожа с неким автомобилем, который несется на огромной скорости, часто не разбирая дороги, навстречу неизвестности. Однако движение на такой скорости может привести к плачевным последствиям, ибо жизненная дорога - это не прямое шоссе, а частенько тропа в неизведанное, где всякое может случиться. Иногда даже смерть.Но, впрочем, Регину мало это заботило, она не боялась попасть в аварию на скользкой дороге жизни. Возможно, до поры, она считала, что кроме самой этой жизни ей нечего терять. Все мы иногда в этом заблуждаемся, Уилсон не была исключением из правил.
В баре "Найт Ганнер" было не многолюдно. И почти все, кто был, собрались в дальнем углу, у большого экрана, на котором показывали матч центрального дивизиона "Чикаго Буллс" против "Милуоки Бакс". "Быки" вели по ходу каждого периода в три очка, но силы в этот вечер явно были равны, и это заставляло немногочисленных посетителей с напряжением следить за игрой.
Белокурая девушка сидела на высоком стуле возле барной стойки. Длинные волосы свободно спадали на широкие плечи и спину. Перед ней в широком стакане плескался бурбон, и чуть затуманенный взгляд красивых изумрудно-серых глаз с грустью взирал в мутную выпивку.
Сегодня был чертовски длинный и тяжелый день. Иногда такие дни казались ей бесконечными. Они тянулись и тянулись, безвозвратно затягивая в свой котел осточертевшего бытия. Девушка поморщилась, допивая остатки горячительного.
Высокий, стройный бармен подплыл к ней и пробасил, улыбаясь:
- Эйм, может на сегодня достаточно?
Усталые глаза уперлись в ярко-голубые, горевшие, словно ночные огни Монтесумы.
- Да, Барт, пожалуй.
Положив на стойку "двадцатку", она слезла со стула и пошла прочь из бара.
На улице бушевало ночное великолепие звуков не спящего города. Немного мерзлый воздух ринулся в лицо, желая отрезвить сознание, пригревшееся в теплом, сонном помещении бара. Эйм сунула руки в карманы и отправилась пешком до дома. Редкие прохожие, что встречались на пути, даже не смотрели на нее, не замечая, спеша по своим делам.
Время перевалило за полночь, когда она добралась до своей одинокой квартиры. Несмотря на то одиночество, в котором она жила с восемнадцати лет, ей нравилась ее жизнь. Она была спокойной и размеренной, такой, какой Эйм себе и представляла всегда.
Ее небольшая квартира, на пятом этаже, на Резерфорд стрит, выходила окнами на небольшой уютный дворик заросший плющом и диким виноградом. Этакий рай посреди каменных джунглей. Старый район, старый двор, старые традиции. Посреди дворика размещалась баскетбольная площадка, на которой часто играли ребята с соседнего дома. Эйм смотрела на них и понимала, что время слишком быстро затерло в ее памяти дни, когда отец хотел, что бы она стала центровым в любительской баскетбольной команде "Чикаго Трайлс".
Ее отца убили десять лет назад, в уличной перестрелке. Шальная пуля. Плохой район. Вопреки тому, что ее отец был полицейским, с безупречным послужным списком, наградами и прочим, все это никак не помогло, после его смерти. Убийцу так и не нашли, да Эйм и не надеялась особо. Это Чикаго - город ветров и гангстеров!
Пройдя в спальню, она опустилась на кровать. Отработанным и таким привычным жестом сняв жесткую кобуру, девушка положила ее рядом с подушкой и, не снимая обуви, забралась на кровать, падая на спину. Взгляд уперся в потолок. На облупившейся штукатурке плясали тени. Эйм вспомнила прошедший день, разборки на Третьей улице, там пришлось даже подкрепление вызывать. Чёрт бы подрал эти банды! Затем воспоминания медленно переместили ее к тому самому дню, когда Эмили Свонсон решила стать полицейским. Это был ответственный и, как показало время, действительно верный шаг за всю ее жизнь. Хотя ее мама была против, и настолько, что просто переехала со своим новым другом в Сиэтл и больше Эмили не видела ее. Ни писем, ни открыток с Днем Благодарения, никаких вестей. Мать просто не хотела знать свою дочь. Хотя ее подруга, единственная, которая могла ее терпеть - журналистка МелориРеддинг говорила ей, что у ее матери все хорошо, новая жизнь, муж и сын, сводный брат Эйм, которого зовут Джеффри. Наверно, Мелори лучше знать, она журналист, она все обо всех знает. А самой Свонсон было особо наплевать, где ее мать и, что с ней. Она не могла ее простить за то, что та бросила ее в те времена, когда девушка больше всего нуждалась в поддержке.
Время текло стремительным потоком. Не проработав и пяти лет, Эмили ушла в частные детективы. Она работала в паре с Джеки Прайс, одной из лучших женщин-детективов в их славном городе. Но именно эта "охотница за головами" разбила ей сердце, жестоко, и даже, играючи. Наверное, именно после этого неудавшегося романа Эйм закрылась, забаррикадировав все подступы к себе, для всех. Никто никогда не знал, даже Мелори, были ли после Джеки у нее женщины или мужчины, и вообще хоть кто-то. Она тщательно скрывала свою личную жизнь от любопытных взоров и лживых языков. Но, не смотря ни на что, она была все той же Эми Свонсон, которая верила в искренние чувства.
Сон взял свое, и Эйм погрузилась в покой, хотя бы на время ночи.
Утро в издательстве это очень сложный период для всех. И для тех, кто руководит и для тех, кто подчиняется.
Регина не любила это время. Часто именно утром приходилось отменять большинство встреч и назначать другие. И все это в сжатые сроки. Время для бизнесменов, как известно, очень дорогая вещь. Поэтому они все делают быстро, четко и уверенно.
Неуверенность в этой сфере могла стоить дорогого контракта и большой потери денежных средств, которой известное издательство просто не могло себе позволить.
- Сид, что значит, ты не можешь организовать мне встречу? - крепко сжимая мобильный телефон, прорычала Регина. - Да мне плевать, как ты это сделаешь! Мне нужен этот чертов контракт, и я не собираюсь слушать твои мерзкие оправдания!
Уилсон нажала "отбой" и зло бросила телефон на стол.
За скверный и неуживчивый характер в компании ее звали "Ваше Величество Королева", а иногда просто Уилли, по кличке самого отъявленного бандита, злого и жестокого вора, грабившего банки и убивавшего мирный народ во времена 18 века на Диком Западе. Уилл "Уилли" Мэдисон был родом из Чикаго, и именно здесь сложил он свою голову в жестокой схватке с шерифом БрайтомБармсом. Эти байки рассказывал Регине ее дедушка, когда она была еще ребенком.
От размышлений о месте обеда ее оторвал стук в дверь.
- Открыто! - стальным голосом сказала женщина, откинувшись в кресле.
В дверь осторожно протиснулась миниатюрная рыжеволосая девушка, криво улыбнувшись, она положила на стол корреспонденцию:
- Мисс Уилсон, мистер Барлоу отменил встречу назначенную на час дня. А, мистер Карловски, сказал, что опоздает на деловой ужин. У него дочь заболела. А еще, вчера пришло письмо относительно того, что МеганБрондсен хочет перекупить часть ваших акций бывшего издательства "Крайн Энтерпрайз", она...
- Мисс Гудмен, сколько раз я Вам говорила, что бы Вы сообщали мне о важных письмах в день, когда они приходят, а не когда проходит двадцать четыре часа! - рявкнула Регина так, что у девушки ноги затряслись. - Зачем мне нужны эти сведения сегодня, Робин? Ты что глупая, и не понимаешь, что раз написано на конверте "важно", то значит это нельзя откладывать!!! - повысила и так грозный голос Уилсон, раздраженно смотря на Робин, которая готова была провалиться сквозь пол в данный момент.
- Но, я... Вы... были заняты вчера, и просили не беспокоить глупыми звонками, - попыталась оправдаться девушка.
- Мисс Гудмен, Вы, черт возьми, секретарь крупной компании, а не какого-то захолустного мотеля. Вот и ведите себя соответственно!
Регина встала из-за стола и подошла к перепуганной девушке.
- Что это на Вас надето? Это Чикаго, мисс Гудмен, а не захолустная деревня! Вы что в хлеву родились? - женщина быстро окинула оценивающим взглядом одежду девушки. - Не удивительно, что Вы ни на что не годны. Вы выглядите, как простушка с задворок Аризоны.
Уилсон не заметила, как на глаза Робин навернулись слезы, и она опустила глаза, упираясь ими в пол.
- Идите, принесите мне, наконец, хорошие вести. И, мисс Гудмен, в следующий раз одевайтесь приличнее, - посоветовала Регина, махнув рукой в сторону двери.
- Свободна!
Девушка быстро выскользнула из кабинета, закрывая плотно дверь.
Уилсон прошлась до окна, из которого был красивейший вид на озеро Мичиган. Не с каждого окна такое увидишь, но ее офис был на тридцать пятом этаже как-никак.
- Уайти, привет!
Белокурая девушка протиснулась в бывшее родное отделение полиции за номером 53. Обернувшись на поток разношерстного люда, которым всегда были наводнены участки в центре города, она поискала глазами кого-то. Не найдя, она вновь обратила внимания на дежурного восседавшего перед ней.
- Свонсон! - воскликнул дежурный. - Ты решила вернуть нам былую славу?
Окончательно расположившись перед невысоким смуглым парнем в полицейской синей форме, она ухмыльнулась, отвечая:
- Мне Бейлинужен. Где его опять черти носят?
Уайт Бут переложил несколько папок на другой стол.
- Очередной рейд по притонам. Ты что не в курсе? Вчера завалили партию наркоты.
Эйм чертыхнулась. Она напрочь забыла, что по последним четвергам каждого месяца, в отделении проходили полицейские рейды, специализированные мероприятия по облаве наркоторговцев и наркодельцов.
Выйдя обратно на улицу, Свонсон направилась в кафе, к старине Мо. Ей непременно нужен был кофе, иначе она рискует уснуть прямо посреди улицы.
- Сид, - Регина поймала уставшего помощника на выходе из здания. - Ты мне нужен. Отвезешь меня в Миллениум Парк, у меня там важная встреча с мистером Кранчем.
Сидни Мейсон был хорошим и преданным помощником и почти беспрекословно выполнял все просьбы и приказы Уилсон. И старался не перечить ей, хотя иногда не выходило.
- Ричардом Кранчем, главой "Дайли Ривер"? - уточнил помощник, остановившись.
- Именно.
Регина кивнула Робин Гудмен, проскользнувшей мимо нее. Девушка испуганно кивнула в ответ и прибавила шагу, удаляясь с глаз начальницы.
- Но он же...
- Сид, хватит мямлить. На эту встречу опаздывать нельзя. Тебе ясно?
Мейсон быстро кивнул, покорно открывая перед Уилсон дверцу машины.
Миллениум Парк, расположенный в центре города и являющийся северо-западной частью Грант парка был не самым лучшим местом встречи, однако, часто людные места лучше, укромных уголков, в которых могло произойти все, что угодно.
Темно-синий "Форд Фокус" подъехал к входу в парк. Регина огляделась, выходя из авто, пытаясь найти взглядом мужчину, с которым у нее встреча. Она надеялась на поддержку влиятельного Кранча в делах с покупкой мелких издательств, которые то и дело мешали "Чикаго Паблик Рилейшн" вести свой бизнес. И уже то, что он согласился с ней встретиться, было хорошим началом дня.
Столик, вдали от гудящей толпы подростков бросающих мяч, был заказан заранее. Регина ждала не долго. Кранч был пунктуален.
Высокий, плечистый мужчина, чуть за сорок, будто только что сошел с обложки журнала "Мен Хилс". Серьезное загорелое лицо, натянутая улыбка – все это выдавало аристократа и честолюбца.
- Мисс Уилсон, для меня такая честь...
Регина усмехнулась про себя. Ох, как умели аристократы разбрасываться пафосными речами, где надо, и где не надо.
- Мистер Кранч, оставим комплименты на потом. Поговорим о деле.
Мужчина быстро кивнул, заказывая черный кофе.
Сид в это время сидел в машине и терпеливо ждал, развернув "Чикаго Трибьюн".
По мере разговора Регина поняла, что мистер Кранч не так прост, как бы ей хотелось думать. У нее появилась мысль, что вряд ли стоит соглашаться на его предложения очертя голову, поддавшись минутной слабости заполучить влиятельного покровителя. С этими аристократами всегда нужно было держать ухо востро, поэтому на искусную тираду мистера Кранча и подписания содружества между ними, Регина ответила звонким "Нет", что привело мистера Кранча в недовольство, а разговор к концу. В принципе, Уилсон ничего не теряла, она решила спокойно обдумать все ходы, но было ясно, что Кранч тоже хотел войти в долю от перекупки мелких изданий, а Регине это было совсем не нужно. Она одна хотела загрести большой куш.
- Может, вы все-таки подумаете хорошенько? - процедил сквозь зубы Ричард Кранч, раздосадованный ответом, на который не рассчитывал.
Уилсон обольстительно улыбнулась.
- Очень возможно, что у меня будет минутка в моем плотном графике об этом подумать.
Кранч щелкнул пальцами. Уилсон обернулась, мужчина смотрел ей прямо в глаза, и насмешливая улыбка посетила его губы.
Выстрел раздался неожиданно, распугав оседлых птиц на небольшой площадке, примыкающей к парку.
Люди, сидящие вокруг повскакивали со своих мест - кто-то упал, кто-то бросился бежать. Сид, выскочивший из машины, бросился к Уилсон. И успел. Вторая пуля явно предназначалась голове Регины, но попала в бедро Сида.
- Уходим! - крикнул кто-то.
Прошло какое-то время, перед тем как Мейсон осознал, что ранен сам и рядом лежит Уилсон без сознания, с пулевым ранением в предплечье.
Вскоре звуки "Скорой помощи" разрезали пространство, разрывая его на части.
- Мисс Уилсон, держитесь!
Проснувшись, Регина быстро поняла, что находится в больничной палате. Дернувшись на койке, она поморщилась. Правое предплечье было плотно перевязано и сильно болело. Приглушенный свет не раздражал зрение, но раздражало другое, то, что в больницах обычно никого не дозовешься. Она глянула по сторонам. На белой, как мел тумбочке стоял стакан с водой и ее мобильный телефон, а поодаль стояла сумочка. А вот одежду она не увидела. Пошарив взглядом по стене, она нашла-таки кнопку "вызова дежурной медсестры", ибо была намерена покинуть сие неприглядное место, уже сегодня. Правда, когда она попыталась встать, голова закружилась, и пришлось вернуться в лежачее положение.
Спустя примерно двадцать минут, мобильник «сел», часов на ее руке не было и в палате они тоже отсутствовали, поэтому точного времени она не знала, никто к ней не спешил приходить, поэтому Регина решила за благо просто прикрыть глаза и немного отдохнуть.
Ей снился отец. Он улыбался и говорил, что его дочь самая красивая и умная, а значит, она должна быть счастлива. Обязательно.
Регине всегда нравилось, когда отец хвалил ее, поэтому она почти никогда не спорила с ним и не перечила. Она знала, что, не смотря на все, он желает ей только добра. Она очень его любила…
А потом налетела буря, сметая все на своем пути, чтобы забрать жизнь ее отца. Слёзы душили ее, когда она провожала его, повторяя: "Папа, не уходи. Не бросай меня!" А он махал ей рукой и говорил, что всегда будет рядом, всегда будет незримо присутствовать рядом, чтобы охранять.
Брюнетка вздрогнула, просыпаясь. По щекам бежали слёзы. Она вздохнула, утирая их.
И тут же кто-то крепко сдавил ей горло горячей хваткой огромной руки. Зрачки расширились, пытаясь рассмотреть лицо нападавшего. Но на нем была маска, черная и непроницаемая, с прорезями для глаз, которые со жгучей ненавистью смотрели на нее. Она отбивалась, но чувствовала, что не может противостоять такой силе. В глазах темнело...
И вдруг, кто-то набросился на нападавшего сзади, пытаясь оглушить. Уилсон инстинктивно врезала убийце в маске по лицу, из-за чего из его уст прозвучал прерывистый мужской рык. Преступник вынул из-за пазухи пистолет и ударил напавшего на него человека рукояткой в голову. Тот упал и остался лежать неподвижно.
Оказалось, это был Сид.
Затем убийца перевел оружие на Уилсон. Однако шорох приближающихся шагов, заставил преступника в прямом смысле слова выпрыгнуть в окно. Он, просто открыв его, и выпрыгнул туда, бросив напоследок что-то вроде того, что "еще вернется".
Когда пришла медсестра, Регина даже не смогла ей объяснить, что произошло. Она пребывала в шоке.
Сида перевели в реанимацию, мужчина после сильного удара по голове впал в кому, и врач сказал, что будет чудом, если он очнется когда-нибудь.
Вот так Регина Уилсон осталась практически одна.
Через два дня врач не смог больше выдерживать напор, желающей убраться из больницы, женщины и выписал Регину, обязуя ходить на перевязку каждое утро.
На следующий день после этого к ней на работу пришли двое полицейских, которые завели дело по поводу перестрелки в Миллениум Парке, но как они не просили, женщина так ничего путного вспомнить не смогла. Не добившись от женщины ничего ясного и поняв, что на этом их работа закончена, один из полицейских посоветовал ей нанять охрану, или хотя бы частного сыщика, чтобы тот помог найти убийцу, пока тот не нашел ее и не завершил свое черное дело.
Регина решила так и поступить. Она нашла записную книжку Сида, а в ней телефон его приятеля - лучшего детектива Чикаго - Грехема Хантера, и отправилась к нему в контору.
Контору мистера Хантера приличными словами описать было сложно. Уилсон, которую всегда привлекал порядок во всем, не могла понять, как в таком хаосе можно работать. Секретаря у Хантера не оказалось, поэтому она беспрепятственно прошествовала прямо к нему в кабинет.
Сыщик сидел в прокуренном помещении, за большим столом, который был завален разными бумагами и папками. На крае стола стояла хрустальная пепельница, а в ней масса окурков. Рядом бутылка бурбона и стакан, который никогда не знал посудомойки.
Сам мужчина, тем не менее, был довольно привлекателен. Жесткая щетина на лице, острый взгляд серо-голубых глаз, кудрявые короткие волосы. И голос... Очень красивый голос.
- Я могу Вам чем-то помочь, мисс? - спросил он, завидев женщину в дверях.
- Мне нужен детектив Грехем Хантер, - сказала Уилсон, даже не поздоровавшись.
Мужчина встал из-за стола, и Регина отметила, что он был довольно плечист и высок.
- Я и есть Грехем Хантер. Чем могу помочь?
Регина улыбнулась.
- Хотела бы нанять Вас для поиска того, кто угрожает мне расправой.
- Знаешь, я Джеки встретила. И какая ирония, она опять стоит на моем пути, - грустно усмехнулась Эйм, отхлебывая пиво.
Они с Мелори, подругой Эйм, часто проводили время в тенистой стороне Грант парка, на небольшой скамеечке перед большим прудом.
- Плюнь ты на нее. Тебе нужен другой тип женщин. Джеки явно не для тебя, - вздыхает подруга. - Ты глянь, как она живет. Через нее проходят все хорошенькие девушки, как на конвейере. Разве ты бы хотела быть в их числе, однойиз...?
Свонсон промолчала.
- Я не хочу тебе такой участи. Ты лучше, чем она, и обязательно найдешь лучшую для себя, - уверенно сказала журналистка, толкая Эмили в плечо. - Ну-ка, не вешать нос!
Бедняга Сид был прав, сыщик Грехем был человеком с мозгами. Во всяком случае, перед тем, как взяться за розыск преступника, он подробно расспросил Регину обо всем, о самых мельчайших деталях. Уилсон понравился мужчина, а точнее его подход к делу. Ни смотря на его захолустное заведение, в котором он, очевидно, только работал, Хантер был опрятен и от него вкусно пахло. Одет он был тоже достаточно хорошо. Разумеется, не так, как одевались крупные клиенты, с которыми ей приходилось работать, но довольно не дурно.
- У Вас есть охрана? - поинтересовался он перед тем, как начать расследование.
- Нет. У меня был помощник, он же водитель, но боюсь, сейчас он не сможет мне помочь.
Регина не стала говорить ему о том, каким образом Сид оказался в коме, посчитав, что это к ее делу не относится.
- Могу посоветовать хорошего телохранителя, - предложил Грехем. - По-моему, он Вам необходим.
- Я сама разберусь! - отрезала Уилсон, хотя над словами все же задумалась.
И еще больше она задумалась над словами Грехема, когда вернувшись, домой, обнаружила на двери конверт, прикрепленный к дверной ручке. Внутри было письмо с угрозой.
Войдя в квартиру, Регина сразу же налила себе стакан виски и залпом осушила его.После этого ранее колотящееся сердце немного успокоилось, и женщина устало опустилась в кресло, и долго сидела в нем, уставившись в одну точку. Уилсон хорошо понимала, что обратится в полицию она не может, скорее всего, они не смогут защитить ее должным образом. Сид мог вообще не очнуться, а Хантер всего лишь детектив. Ей был нужен человек, который станет для нее щитом.
Телохранитель.
Защитник.
Она долго колебалась в своем выборе. Женщина не привыкла просить о помощи. И почти никогда этого не делала…до сего момента. Она боялась за свою жизнь. Оказалось, что жить ей хотелось очень сильно, и терять тоже было что. Ей было всего лишь тридцать лет, и вся жизнь еще впереди.
В записной книжки Сида она нашла номер некого Свонсона, Эйма. Женщина припомнила, что Мейсон говорил ей когда-то давно о телохранителях. У Сида было одно безупречное качество - он хорошо разбирался в людях.У него в друзьях были лучшие из лучших этого города, поэтому Регина не сомневалась, что телохранитель, которому она оставила сообщение о встрече на автоответчике сможет ей помочь.
Встреча была назначена на завтрашнее утро, конечно же, в ее офисе. Никаких больше парков.
С этими мыслями Уилсон отправилась спать.
Свонсон пришла домой лишь под утро. Всю ночь ей пришлось отслеживать Джеки и ее телодвижения по делу, которое как оказалось, они вели вместе. А точнее его вела Эйм, а Джеки просто перешла ей дорогу.
На автоответчике было всего три сообщения. От бывшего напарника Джо Кэмерона. Кажется этот парень по ней соскучился. Затем шла какая-то гнусная реклама, которую девушка сразу же удалила. А затем, зазвучал голос женщины, которая говорила четко и ясно, и он заставил Эмили замереть. Ее взгляд уперся в телефон. Бархатный, чуть высокомерный тон, но в который предательски закрались нотки страха и даже паники, заинтересовал Эйм. Почему-то таинственная звонившая обращалась к ней как к мужчине и называла "мистер Свонсон", что заставило девушку усмехнуться. Она живо представила "мистера Свонсона" на каблуках и в мини-юбке. Однако предложение, которое озвучила женщина, назвавшаяся Региной Уилсон, ее заинтересовало. Имя не казалось знакомым, хотя в Чикаго она многих важных персон знала в лицо. Телохранитель редкая, но для многих необходимая профессия.
Эйм глянула на часы:
- О, черт, уже почти девять утра!
Встреча была назначена ровно на десять, а доФранклин стрит добераться почти сорок минут, учитывая вечные пробки на бульваре Джексона и Рэндольф стрит. Центр это всегда одна большая пробка в несколько миль.
Было решено принять душ, чтоб привести в порядок, как себя, так и мысли. И вернувшись снова в комнату, девушка поняла, что выряжаться времени не оставалось. Да и зачем, она телохранитель, и пригласили ее не на званый бал, а с целью защиты жизни. В таком деле не до красоты. Хотя это не мешало Эйм всегда выглядеть неотразимо! Поэтому чистая белая футболка и черная кожаная куртка вкупе с синими потертыми джинсами привычно легли на тело девушки. И потом, она не собирается сразу браться за дело, так делают только горе-сыщики, которые прозябают в нищете, а она вполне самодостаточный человек!
Пристроив на поясе 8-зарядный Ремингтон, она еще раз окинула взглядом с ног до головы свое отражение в зеркале и, оставшись довольна, выдвинулась на встречу.
Её ядовито оранжевый "Ниссан Джук" заводиться не пожелал. Пришлось брать такси, водитель которого гнал разве что не со скоростью звука, успевая при этом от души материться на мешающих прохожих, говорить по телефону и слушать какую-то испепеляющую сознание музыку. Хотя этот страшный звук у Эйм язык не повернется назвать музыкой.
Было впору удивляться тому, что Эйм добралась до угла Мэдисон и Франклин без травм, физических, по крайней мере, ибо сознания точно немного пострадало.
Высотное здание перед ней уходило в синее прозрачное небо и представляло собой небоскреб бизнесс-класса, каких здесь масса, но именно это здание отличалось какой-то особой атмосферой. Войдя под его своды, Эмили показалось, что оно вот-вот на нее рухнет.
Как это не прискорбно осознавать, но Эмили с пистолетом на поясе никто не задержал на входе. Никто не спросил удостоверения или водительских прав. Зачем нужно столько охраны, если она бесполезна? Так, никем не замеченная, Свонсон добралась до лифта и нажала на кнопку с цифрой тридцать пять. Но, несмотря на достаточно приличную высоту этажа, кабина лифта очень быстро издала сигнал, оповещая о прибытии на нужный этаж.
Главный офис компании "Чикаго Паблик Рилейшн" был просторен и светел. В большом помещении находилось около двадцати человек, занятых каждый своим делом. Как и ранее никто не обратил на гостью ни какого особого внимания. И, слава Всевышнему, путь в сам офис Регины Уилсон преградил высокий мужчина, одетый в защитную спецовку, которого она приметила еще только переступив порог. Видимо, не все потерянно.
- Вам назначена встреча? - громко спросил он, скользя недоверчивым взглядом по лицу Эмили.
Его взгляд был неприятный, впрочем, сразу видно - военная выправка. Солдаты - самое низшее сословье, они всегда готовы выполнить любой приказ. Свонсон встречалась с одним таким, явно больным на всю голову. Ей хватило ума не выходить за него замуж. Чему сейчас была несказанно рада, смотря на этого бугая.
- Я пришла к мисс Уилсон. Она оставила мне сообщение на автоответчике.
Парень серьезно посмотрел на нее, оценивающе скользя взглядом по телу.
- Свонсон? - уточнил он. - Проходи!
Эмили прошла вперед, чувствуя колкий взгляд парня, будто сверлящий ее спину.
Дойдя до конца коридора, она обнаружила дверь с надписью "Регина Уилсон - генеральный директор" и уверенно толкнула ее, даже не постучав.
Сидящая за столом женщина, перевела с бумаг на вошедшую злобный взгляд пронзительных карих глаз, который готов был прожечь в ней луженую дырку.
- Здравствуйте! - громко поздоровалась Эмили. - Мисс Уилсон?
Регина непонимающе уставилась на нее.
- Да. А, Вы кто такая и, что делаете в моем кабинете? - вскочила со своего кресла Уилсон. - Греееег, мать твою!!!
Парень в спецовке влетел в кабинет, готовый скрутить в бараний рог любого, кого пожелает хозяйка кабинета.
- За что я тебе плачу, уволень тупоголовый!!! - рявкнула Уилсон так, что стены задрожали от ее стального голоса.
Эйм инстинктивно отступила назад.
- Мэм...я...ей назначено, - промямлил уволень.
Регина оглядела Свонсон, затем испепеляющий взгляд метнулся на парня.
- Ты что, кретин, за дуру меня держишь?! Отвечай? У меня на сегодня в этом кабинете назначена только одна встреча… - она сделала паузу, от которой парень немного побледнел, - я жду телохранителя, тебе ясно, недоумок! - Уилсон, подошла и ткнула парня в грудь. - Его фамилия Свонсон!
- Но она...это он, Свонсон, - возразил парень, втягивая голову в плечи, ожидая очередного всплеска гнева.
Регина перевела взгляд на девушку.
- Вы Свонсон?!
Вопрос прозвучал не столько удивленно, сколько холодно и отстраненно.
- Да, Эмили Свонсон. Телохранитель, - представилась Эйм, улыбаясь.
Брови брюнетки медленно поползли вверх, когда Эмили достала удостоверение, протянув его женщине.
- Вы что издеваетесь? - процедила Уилсон, глядя то на Эйм, то на Грега, который готов был сквозь землю провалиться.
- А что, какая-то проблема? - спросила девушка, убирая документы в задний карман джинс. - Вы сами мне оставили сообщение на автоответчике.
- Да, - рявкнула женщина, едва дослушав собеседницу. - Вы и есть проблема! Грег, вызови охрану снизу, пусть заберут эту сумасшедшую!
Парень кивнул и откланялся.
Женщина же вернулась за свой стол, больше не проронив ни слова. Но Эмили не хотела так просто сдаваться.
- Может, поясните мне, какого рожна Вы оставили мне сообщение о встрече?
Регина не удостоила ее взглядом, но все же ответила в своем привычном, как отметила Эмили, пренебрежительном тоне:
- У Вас явно проблема с головой, девушка. И, кажется, Вы тратите мое время, а оно бесценно! Сейчас за Вами придут, не беспокойтесь.
Эмили подошла к столу, вынула диктофон, намереваясь доказать, что говорит правду. Но в это время двое бугаев с охранного пункта снизу, ворвались в кабинет и схватили ее под руки.
- И чтобы я ее больше здесь не видела, Вам ясно?! Или Вы все пойдете дерьмо убирать на улицу!!!
- Да, погодите вы... Я же... - Эмили упиралась, но мужская сила, да еще в двойном размере, превышала ее.
В холл они добрались быстро.
- Да, пустите меня! Я не...
Грег, как покорный слуга, сопроводил их до дверей, и вернулся в офис. А Эмили выставили за пределы здания, встав на выходе, видимо, подозревали, что она будет ломиться обратно.
- Чёрт бы вас побрал! - выругалась Свонсон, одергивая куртку.
Ломиться обратно она, конечно, не собиралась. Однако оставить все в таком виде не могла. У нее созрел план того как отомстить за такое вот нелестное поведение. Ох, не зря она записала телефон этой стервы, ох, не зря!
Позвонив по номеру, который оставила ей женщина, она попала на автоответчик, что было ей на руку, и оставила сообщение для мисс Уилсон, о встрече в офисе Свонсон. Сегодня, ровно в шесть часов вечера. Правда, была одна загвоздка, состоящая в том, что уЭмили не было офиса, поэтому в ближайшие часы его нужно было найти. Но с такими связями, как у Свонсон - это не проблема.
День прошел более-менее нормально, единственное, что напрягало, так это то, что Грехем сообщил, что Уилсон срочно необходима охрана, или она рискует не дожить до конца недели. А жить хотелось очень. Свонсон так и не явился, и Регина уже начала думать, что придется искать кого-то другого.
Приехав домой, первым делом женщина отправилась в душ, и уже потом прослушала автоответчик, на котором подозрительно знакомый голос Свонсона оставил целых два сообщения о встрече.
Первым порывом Регины было проигнорировать это предложение, но потом, подумав, решила, что раз этот парень не явился к ней в офис, значит, было бы не плохо ей самой прийти к нему и преподать хорошие манеры. Ведь он даже не извинился за то, что не явился в назначенное время и только сейчас сообщает о том, что перенес встречу. Уилсон потеряла кучу времени, ожидая его. Это возмутительно! И такого она простить не может!
Вызвав такси, она отправилась на окраину Чикаго. Ей и в голову не пришло, что эта встреча может быть ловушкой.
Офис Свонсона находился на Южной Вуд стрит, почти в самом конце улицы. Регина не любила этот район, считая его клоповником.
В четырехэтажном здании офис Свонсона располагался на втором этаже и, поскольку лифт отсутствовал, Уилсон пришлось подниматься по лестнице. Шаткие ступени не производили впечатления надежности, но Регина гордо поднялась по ним и остановилась напротив двери с номером 18.
Она постучала, затем толкнула тяжелую дверь. Та распахнулась, являя взору брюнетки кожаный диван, на котором, забросив ногу на ногу сидел…а...Свонсон!
- Ааа, мисс Уилсон! - протянула звонко Эмили. - Проходите, я Вас заждалась. Чай, кофе, виски? Или предпочитаете, чтобы я тоже охрану вызвала?
Ядовитые замечания Регина не оценила по достоинству. Она остановилась перед девушкой, сверля ее взглядом и зло раздувая ноздри.
- Какого черта Вы тут делаете?
- Работаю, - устало вздохнула Эмили. - Вы присаживайтесь. Выпьете что-то или перейдем к делу?
За день пока Эмили искала подходящий офис, она успела пробить нужную информацию по самой Уилсон, и ее компании. Она выяснила даже то, что на нее уже дважды покушались, и похоже убийца не собирался останавливаться на достигнутом.
- У нас с Вами нет никаких дел, мисс... До свидания! – выплюнув это, Регина развернулась, чтобы уйти.
- Ну, раз так, то прощайте, мисс Уилсон, но я не думаю, что с таким отношением к вашему опасному положению, Вы доживете до конца этой недели.
Регина не сделав и двух шагов резко развернулась.
- Что?
Свонсон встала и приблизилась к женщине.
- Было совершено уже два покушения, и оба раза Вы выжили. Значит, третья попытка
увенчается успехом, а у Вас даже охраны нет, - резонно заметила Эйм. - Видимо, считаете себя неуязвимой, - закончила она с издевкой.
- Это не Ваше дело, - зло ответила Уилсон, бросив огненный взгляд на девушку.
- Действительно, не мое. И, видимо, не будет моим, ибо, увы, это последний наш разговор. И Ваш... в Вашей жизни.
Девушка развела руками, поворачиваясь спиной к женщине.
Повисла пауза.
- Что Вы предлагаете? - наконец изрекла Регина, чувствуя, как дрожь пробралась в колени.
- Предлагаю себя… - сказала девушка, смотря, как расширяются зрачки Уилсон. - В качестве Вашего телохранителя. Четыре тысячи долларов в месяц. Ваше авто и квартира для проживания, или часть ее. Охранная часть полностью на мне.
Уилсон какое-то время молча взирала на наглую блондинку.
- Мне надо подумать, - раздраженно прошипела она после не долгого молчания.
- У Вас нет на это времени, мисс Уилсон. Скорее всего, убийца уже в Вашем доме.
Женщина отступила назад.
- Откуда Вы...
- А Вы сами подумайте, - повысила голос Свонсон. - У него было две осечки. Или Вы не понимаете, что подобные игры в прятки с убийцей не пройдут?!
- Не кричите на меня, Свонсон! Вам еще никто не давал такого права!
Эйм замолчала, ожидая ответа.
- Хорошо, - наконец сказала женщина. - Но работать Вы будете, как я скажу!
Эмили закатила глаза.
- Если я буду работать, как Вы мне говорите, нас убьют еще до полуночи!
- Идите к черту, Свонсон! Я без Вас справлюсь! - женщина развернулась и решительно направилась вон из офиса.
Девушка какое-то время размышляла. Она подумала о том, что Регина, вероятно, приехала на такси, а значит, ее машина может быть заминирована. Это был бы отличный ход убийцы. Бах, и никаких следов! Только горка пепла.
- Уилсон!!! Стойте!!!
Вылетев на улицу, Эмили огляделась и заметила удаляющуюся от «ее офиса» машину и, понимая, что, возможно, права в своих предположениях, она быстро подскочила к дороге, останавливая такси. Но скорости это не придало, транспорт плелся как мокрая вошь, ибо, как пояснил водитель, конец рабочего дня и спешить ему некуда. Когда Свонсон уже была готова его придушить, на счастье водителя, хотя он и не подозревал о том, что его жизнь висела на волоске, показались задворки Джилс авеню. Эмили хорошо помнила адрес женщины, это на 31-ой западной стрит - район богачей. Там что не дом, то целое состояние.
Вынырнув из сонного такси, Свонсон опрометью понеслась к дому Уилсон. Каково же было удивление самой Уилсон, когда подходя к дому, она заметила эту наглую Свонсон, расхаживающую около ее двери.
- Вы что нормальных слов не понимаете? - разозлилась Регина, уперев руки в бока. - Выметайтесь сейчас же с моего крыльца или я полицию вызову!!!
- О! Самое время полицию звать. И саперов заодно. А можно сразу и ФБР, это как раз по их части, - парировала блондинка, сложив руки на груди.
Девушка улыбнулась Регине, и мельком глянула за ее плечо, и очень вовремя, поскольку как раз в этот момент из проезжающей мимо машины началась стрельба. Свонсон, среагировала молниеносно, тут же отмечая про себя, что звуки стрельбы похожи на автоматную очередь. Не раздумывая ни секунды, Эйм прыгнула на Уилсон, валя ту на траву и тут же ложась сверху, закрывая ее собственным телом. Тишину богатого района разбередил звон стекла и отскакивающих рикошетом пуль. Закончилось все так же быстро и неожиданно, как и началось, но Эйм еще несколько минут лежала, не двигаясь, ощущая на щеке горячее дыхание женщины под ней.
- Свонсон!!! Слезь с меня!!! – наконец пришла в себя Регина.
Но, когда Эмили встала, она заметила на себе кровь. Хлопнув по ногам и груди, она поняла, что не ранена, а значит...
Переведя взгляд на женщину, она тут же склонилась над ней. Пуля прошла навылет через бедро Уилсон. Из раны толчками вырывалась кровь, и Эмили, не задумываясь, пережала рану рукой.
- Надо вызвать «Скорую», - пробормотала она.
- Свонсон!!!
Не смотря на довольно-таки серьезное ранение и шоковое состояние, женщина все равно брыкалась и отталкивала девушку довольно ощутимо.
- Погодите... Вы ранены, - Эмили склонилась, чтобы понять задета ли артерия, когда хлесткий удар по щеке, заставил ее отпрянуть, и зло глянуть на Регину.
Женщина с растрепанными волосами, была не то, что в гневе, она была в ярости, однако в уголках глаз закрались непрошенные слезы, которые тут же высохли, когда Уилсон обрушила на Свонсон весь свой запас нелестных слов:
- Вы... Вы идиотка! Я чуть не погибла из-за Вас! Уберите от меня свое руки, или я засужу Вас, просто уничтожу! Свонсон!!!
Эйм не раздумывая не минуты, встала:
- Дайте ключи.
- Что?
- Ключи!!! От Вашего дома.
- Иди к черту, Свонсон! - женщина попыталась встать, но тут же почти взвыла от боли, сжимая зубы.
Эмили, не обращая внимания на неожиданный переход на «ты», повернулась к двери и в одно мгновение выломала ее, одним движением ноги. Сигнализация сработала без запинки, однако Эмили, знавшая все о подобных охранных системах, выдрала с проводами чувствительный датчик, прикрепленный у косяка двери, губя на корню приезд полиции. Осмотревшись и найдя кухню, девушка отправилась в ее сторону, схватила первое попавшее полотенце и быстро выбежала обратно на крыльцо.
Подойдя к лежащей на земле женщине, Эйм попыталась подхватить ее на руки.
- Отстань от меня! - прошипела Уилсон, отталкивая от себя девушку, но Эмили была упертая как баран. - Ты сядешь в тюрьму за порчу моего имущества, я тебе обещаю, Свонсон!!!
Ни смотря на всю сложившуюся ситуацию, Эмили оставалась предельно спокойной и собранной. Ей не привыкать, она работала в такой отрасли, с которой сложно по-другому.
Подхватив брыкающуюся и упирающуюся Регину под руки, они практически ввалились в дом. Удивительно, но дверь-таки осталась цела, после ее выламывания, и тот факт, что сигнализация не напрягала своим визгом, радовал. Но напрягала сама Уилсон, и Эмили даже подумала вскользь о шокере, правда, тут же задушила в себе подобные мысли, ибо положив женщину на диван, она заметила, что кровь начала проступать сквозь ткань полотенца. Дело было не так плохо, но кровь терялась быстро, и девушка прошла на уже знакомую кухню и, отыскав еще одно полотенце, вернулась в гостиную, где лежала Регина. Накладывая повторную повязку, Эмили выслушала очередную порцию гневных оскорблений. В Полицейской Академии ее научили не обращать внимания на подобные вещи. Иногда люди, будучи в шоке, что только не говорят, вплоть до угроз. А потом, придя в себя, даже удивляются, что могли кому-то угрожать. Правда, тут дело было с точностью наоборот. Эмили не сомневалась, что Уилсон не будет жалеть ни о едином гневном слове в ее адрес. Она уже поняла, что женщина просто не привыкла, что бы кто-то помогал ей и указывал что делать.
- Вы вторгаетесь в мое личное пространство, мисс Свонсон, - уже спокойнее прошипела Уилсон, сжимая зубы.
- Я Ваш телохранитель, - парировала девушка, набирая номер «Скорой».
Регина, которую била легкая дрожь, поморщилась при таком заявлении девушки.
- Ещё нет.
Эмили глянула на нее и легко улыбнулась.
- Уже да.
«Скорая» приехала через десять минут. Полиция также пожаловала, видать, кто-то из соседей вызвал, услышав выстрелы.
- Свонсон, ты что ли? - один из патрульных, Джо Боровски, признал ее. - Ты выглядишь, так, будто кого-то зарезала, - усмехнулся он.
В чем-то он попал в точку, поскольку Эмили чувствовала себя, будто действительно кого-то зарезала. Волосы взлохмачены, белая футболка вся в крови, джинсы порваны, руки в ссадинах и щека по-прежнему саднила, от хлесткого удара мисс Уилсон.
- На нее Хантер работает, ты в курсе? - спросил Боровски, увидев женщину на диване.
- Грехем Хантер? - уточнила Эмили.
Мужчина кивнул.
- Мы с Картером тоже удивились, правда, думаю, что ему это дело не по зубам, - с сомнениями сказал патрульный. - И ты обязана ему позвонить, по протоколу это его дело.
- Позвоню.
Пока Эмили разговаривала с Картером и Боровски, Уилсон успела наорать на врача «Скорой», который попытался предложить ей поехать в больницу. Больница бы была очень кстати, особенно психбольница, подумалось Эмили, но она опять отогнала эти мысли, посчитав их неуместными сейчас. Грехему она, разумеется, позвонила, посчитав, что тот должен знать до чего он довел женщину своим детективным расследованием. Свонсон предвкушала, что ему тоже влетит от Уилсон по полной.
Врач «неотложки» подошел к Эйм после того, как сделал «мисс Важной Персоне» укол обезболивающего и сообщил, что повязку нужно менять два раза в день, уточнив, что лучше это делать в больнице. Тут же подвергая сомнениям возможность, что женщина придет на перевязку сама, а значит, придется Эмили или кому-то делать ей перевязку на дому. Так же доктор оставил упаковку обезболивающего, на всякий пожарный случай, и, выписав рецепт успокоительного, быстро ретировался.
Картер и Боровски, встретили прибывшего к этому времени Хантера на улице.
Эмили не знала лично Хантера, но много о нем слышала, когда сама была детективом. Его называли "Мистер Сегуджо" (от итальянского слова segugio - ищейка - прим. автора.). Джеки Прайс его превозносила до небес, только что не поклонялась ему как святому. Он и правда, очень много дел раскрыл. Но основной его профилем всегда был поиск пропавших детей, а тут приходится искать убийцу, который совсем не по-детски хочет убить человека, и готов пойти на всё. Возможно, именно это имел в виду Боровски, говоря, что ему это дело не по зубам.
Провожая взглядом отъезжающий автомобиль полицейских, Свонсон вдруг подумала о саперах.
- Что тут, черт возьми, произошло? - воскликнул Грехем, когда увидел выломанную дверь и выкорчеванную из стены сигнализацию, дополняли картину Эмили вся в крови и Регина на диване с перевязанной ногой.
- Убийство, - невозмутимо ответила Свонсон. – Ну, почти.
- И кого убили? - растерянно глянул на нее мужчина.
- Вечер.
- Хватит издеваться, Свонсон!!! Заткните свой милый ротик!!! - раздался из гостиной гневный голос Регины. - Если Вы не перестанете лезть в мою жизнь, убийство произойдет прямо сегодня!!!
Грехем подошел к Уилсон, осматривая ее, а затем вернул свое внимание девушке.
- А Вы кто, собственно?
- Телохранитель мисс Уилсон, - пожала плечами Эмили.
Грехем перевел удивленные глаза на Регину.
- Это не правда!!! Я ее не знаю!!! Арестуй ее, Хантер, живо!!! Или будешь в психушке вшей искать!!!
Грехем достал блокнот, что-то записал в него, после чего подошел к Эмили.
- Хантер, - протянул он руку. - Детектив Хантер.
Эмили кивнула, но руки не подала, Опуская взгляд на свои руки, которые были все в крови.
- Как Вас угораздило на нее работать? - поинтересовалась Эйм.
Он пожал плечами.
- Пути Господни неисповедимы...
Эмили усмехнулась.
- ...Хождение по путям иногда опасно для жизни!
Солнце уже зашло, пустив сумерки на улицы Чикаго, когда Хантер отправился в дозор, чтобы охранять покой мадам Уилсон за пределами дома.
Свонсон дверь кое-как заделала, чтобы уж совсем не казалось, что она открыта, мысленно пообещав себе больше чужие двери не ломать. Регина лежала на диване в гостиной. Эйм решила, что на ночь женщину лучше перевести в спальню, на более удобное место. А пока, девушка размышляла, как обезопасить дом мисс Уилсон и саму женщину от реальной опасности, которая нависла над ней. Сама Регина видимо слабо понимала ситуацию и ее серьезность, ибо Грехему сказала, что завтра выйдет на работу.
Эйм с трудом представляла, как брюнетка может встать, а то, чтоб куда-то пойти и вообще мало вероятно, потому что при малейшем неловком движении Регина морщилась от боли и сжимала зубы до скрипа.
Осторожно обходя дом и обшаривая почти все углы на предмет "сюрпризов", Свонсон все думала над тем, как с этой женщиной нормально общаться. Ведь выяснилось, что Регина ни с кем не способна нормально разговаривать, ей на всех нужно наорать, оскорбить или просто сорвать зло.
Настоящая Злая Королева воплоти!
Вернувшись в гостиную, Эйм заметила, что женщина подозрительно затихла, и, приблизившись к дивану, с боку, она увидела совсем другую Уилсон. Женщина уткнулась в подушку, сжимая до побелевших костяшек краешек одеяла, которым накрыл ее, очевидно,Грехем. Эмили поняла, что ей больно. Анестетик действует всего несколько часов, остальное время приходится мучиться от ноющей боли. Эйм вспомнила, как сама была ранена однажды, и каким тяжело было ее восстановление. Но то ранение закалило ее характер.
Она обошла диван и присела на корточки перед женщиной.
- Уйди от меня, Свонсон! - прошипела Регина, как только Эйм дотронулась до ее плеча. - Я хотела бы побыть одна.
Сильные женщины, подобные Уилсон, всегда гонят от себя всех, кто может помочь, не желая, чтобы хоть кто-то видел их слабость. И, часто, они сами страдают от этого одиночества, не понимая и не желая осознавать тот факт, что быть слабым не значит быть жалким. Это разные вещи.
- Вы не можете быть одна, - покачала головой Эмили.
- Нет, могу, - возразила та. - Я Вас не нанимала. Вы сами вторглись в мое личное пространство. Вы... - брюнетка замолкла на полуслове, снова сжимая зубы и кулаки.
Эмили взяла ее за запястье, но женщина резко вырвала руку, гневно смотря в глаза девушки.
- Сделайте…одолжение, не…трогайте меня! – сквозь зубы прошипела Регина.
- Я не могу, мисс Уилсон, - констатировала Эйм и продолжила, - Вас надо отвести в спальню, но, так как Вы не можете идти, мне придется...
Регина на миг замерла.
- Что?
- Мне придется Вас нести, - закончила фразу Эмили.
Зрачки женщины расширились, будто Эмили сказала что-то из ряда вон выходящее.
- Вы в своем уме?
- Ещё как, - кивнула Свонсон. - Я Вам помочь хочу!
- Тогда уходите и закройте за собой дверь!
Эмили это надоело. Подобные разговоры и споры, не ее конек, поэтому она просто подхватила ошеломленную женщину на руки и понесла в спальню. Благо она была соседней от гостиной, чуть дальше по коридору.
- Пусти меня, Свонсон!!! Хантер!!!!
Уилсон сопротивлялась так, словно Эмили ее насиловала, упираясь девушке в грудь, Регина пыталась оттолкнуть ее от себя. Но Эмили, крепко держа женщину, донесла ее до двери, где пришлось на несколько мгновений опустить свою ношу, чтобы открыть дверь. В тот момент, когда раненная нога женщины коснулась пола, она сдавленно захрипела и, резко и больно вцепляясь в плечи Эйм, чуть не упала, но сильные руки снова легко подхватив ее. Эмили внесла немного притихшую брюнетку в комнату и положила на кровать.
- Убирайся из моей спальни! - прорычала Уилсон, как только поняла, что находится на собственной кровати.
Эмили так и сделала, правда, ненадолго. Она отыскала аптечку, и решила перевязать предплечье Уилсон, которое врач не успел осмотреть. А точнее, женщина просто не дала его осмотреть.
Вернувшись в спальню с аптечкой в руках, девушка, не стуча вошла, застав Уилсон без верхней одежды и тут же, смутившись, отступила назад, но женщина заметила ее.
- Вы меня преследуете? - с надрывом в голосе сказала она, не поворачиваясь.
Чувствовалось, что кричать на Свонсон у этой холодной женщины уже не было сил. Эмили отвернулась, чувствуя, как щеки немного покраснели.
- Я бы хотела сделать перевязку Вашего предплечья, - тихо произнесла она.
- А больше Вам ничего не хочется? – прозвучал колкий вопрос Уилсон. - Я сказала, мне не нужна Ваша помощь, но Вы, видно, не понимаете.
Эмили кивнула.
- Понимаю. А, еще понимаю, что Вам сейчас больно и плохо, и я пришла облегчить хоть часть этой боли. Позволите?
Блондинка шагнула к женщине, когда та уже нацепила ночную сорочку. Регина отпрянула от протянутой ладони Эмили, но затем все же перестала сопротивляться, давая осмотреть рану на предплечье.
Пришлось сходить за теплой водой, чтобы промыть рану и наложить другой бинт. Женщина поморщилась от не приятного ощущения, принимая более удобную позу на кровати.
- Болит? - осведомилась Свонсон.
- Не Ваше дело! - огрызнулась Регина, отдергивая забинтованную руку.
Эмили решила, что на сегодня с них обеих уже достаточно накала и споров, поэтому просто молча собрала остатки бинтов в аптечку и вышла из комнаты, оставляя женщину в уединении.
Хантер,сидя в машине, тихо слушал какую-то музыку. Сегодня его пост – это улица, в то время, как Эмили останется в доме, готовая в любой момент реагировать. Она чуяла, что убийца напомнит о себе раньше, чем они найдут хоть какую-то зацепку о нем.
Утро девушка встретила "в дозоре". Ночь выдалась спокойной, но ощущение, что должно что-то произойти не покидало ни на минуту.
Хантер охотно выразил готовность в помощи Эмили по усилению охранной системы дома мисс Уилсон, поскольку у него были куча связей и арсенал различных средств слежения, чем мало кто мог похвастаться. Но Эмили решила, что, возможно, все эти примочки будут бесполезны. Она была твердо уверенна, что логика вычисления убийцы – это единственно верный и быстрый способ разрешить сложившуюся ситуацию.
Они с Хантером очень долгое время убили на то, чтоб проработать все возможные гипотезы и обмозговать различные варианты того, кто и за что мог так ненавидеть мисс Уилсон, что дошел до прямого убийства…покушения на него, в данный момент. Но спустя время и Эмили и детектив пришли к выводу, что этим убийцей мог быть каждый второй недовольный клиент. Врагов у этой дамочки более чем достаточно.
Оставив Хантера в гостиной, Эмили проскользнула в спальню Регины и тут же, на пороге, попала под недовольное настроение хозяйки дома:
- Мисс Свонсон!!! Я вас не приглашала!!! - натянула одеяло на себя Уилсон.
Эмили снова покраснела, прикрывая дверь:
- Мне надо на работу, скажите Хантеру, чтобы встретил Грега.
И тут ее словно током поразило.
- Машина!!!
Девушка кинулась по коридору в гостиную, мимо разинувшего рот Хантера, но, как только она ступила на крыльцо, прогремел страшный оглушающий грохот. Сильнейшей взрывной волной Эйм отбросило назад в дом, где она приземлилась в ноги ошеломленного мужчины. Взрыв оказался такой силы, что окна всего дома, а также машины Хантера раскрошились в мелкие осколки. Звон в ушах дополнял вой сигнализаций всех ближайших машин этого района.Опасаясь повторного взрыва, Эмили на коленях подползла к косяку двери и выглянула на улицу, где сразу же бросилась в глаза крайне кровавая сцена, приправленная едким запахом гари и паленой плоти – на расстоянии от дома стоял подорванный автомобиль, на водительском месте которого виднелось обугленное тело человека, чуть в стороне, ближе к крыльцу, валялись рука и голова бедняги. Эйм сглотнула подступившую тошноту, внутренне приказывая себе собраться.
- Вызови саперов и "Скорую", - бросила она Грехему.
Тот повиновался и быстро схватив рацию сообщил о взрыве. Эмили же, оставив его, бросилась к Уилсон. Женщина лежала, вжавшись в кровать, намертво вцепившись в подушку. Она тяжело дышала, изредка всхлипывая. Свонсон, бросилась к ней, ощупывая на предмет травм.
- Они меня убьют... - прошептала она. - Всё равно.
Эмили подумалось, что за последние сорок восемь часов жизнь этой сильной женщины превратилась в настоящий кошмар.
- Я не оставлю тебя, - погладила ее по плечу Свонсон, слыша рядом позывные "Скорой помощи".
Эмили всегда отдавала себе отчет в том, что представляет собой профессия телохранителя. У нее был достойный пример в лице брата отца, который работал в охране высокопоставленного лица в Милуоки, штате Висконсин. До того момента, когда его серьезно ранили, он был частым гостем в их доме и Эмили наслушалась много баек. Этот человек был для нее всегда примером мужества и стойкости.
- Их было двое, - сказал подошедший Хантер, отвлекая Эмили от рассматривания чего-то на асфальте.
- Двое?
- Да, две жертвы: Грег Брандт и Кит Кэш. Они охранники из компании мисс Уилсон. - Нашла чего-нибудь?
- Пластиковая взрывчатка, самодельная. Сработала, когда машину завели. Обычное дело, - пожала плечами Эмили.
- Обычное, - хмыкнул Детектив. - Для тебя это обычное, для меня это тоже обычное, а вот для Уилсон...
Он вздохнул, доставая свой потрепанный блокнот, записывая в него что-то.
- Как она? - спросила он позже.
- Напугана.
Свонсон обшарила взглядом весь асфальт еще до прибытия Пожарной. На вызов приехала 108 бригада, в ней работала Джейн Фонтейн, сестра Мелори. Присутствие своего человека в этом хаосе придавало Эйм спокойствия, но ненадолго, потому что всё указывало на то, что машину заминировали еще вчера. Чувство вины укололо Эйм изнутри. После стрельбы и всего последовавшего за ней она совсем забыла о машине.Эти две смерти полностью на ее совести.
- Что-то выяснил?
- Я начал изучать материал по делу обанкротившихся мелких издательств, чую именно там есть зацепка, - ответил мужчина, внимательно следя за Эмили.
- Думаешь, обиженные клиенты?
Грехем глянул в сторону обгоревшей машины.
- Думаю, очень злые и обиженные клиенты.
Когда врачи покинули место взрыва, на их место пришли саперы. Они обыскали каждый дюйм территории вокруг дома и внутри него. Ничего не обнаружили.
Значит, заминирована была лишь машина. Возможно, убийца следил за Уилсон, а значит все о ней знает. И, возможно, Хантер прав в теории про обиженных, психически нестабильных, бывших клиентов.В таком случае пока Детектив будет копаться в делах Уилсон, Эмили должна зорко следить, чтобы убийце было нечем поживиться.
- Хей, Эйм!
Фонтейн протянула ей руку в защитной пожарной перчатке.
- Вот, значит как! Охраняешь Регину Уилсон! Не завидую тебе, - усмехнулась девушка, вытирая пот со лба.
Эмили хорошо знала Джейн Фонтейн. Рыжеволосая, высокая, улыбчивая девушка была совсем не похожа на Мелори. Хотя это нормально для двоюродных сестер.
- Твоей профессии тоже не позавидуешь, - парировала Эмили. - Всю жизнь в пекле.
- Я бы на твоем мест ее на своем "Джуке" возила. Если, конечно, она тебя в нем не убьет! - хохотнула девушка. - А то, чего-то не хочется мне отскребать тебя с асфальта, как этих двух,
- она кивнула в сторону. – С-4 такая вещь, сама знаешь.
Эмили вздохнула.
- Знаю.
Свонсон вошла в дом мисс Уилсон, остановив ненадолго взгляд на выломанной вчера двери. С тяжелым вздохом она решила-таки, что пришло время навестить Регину.
На этот раз, подойдя к двери, она осторожно постучала, памятуя предыдущий опыт со смущением. Никто не ответил. Тогда она осторожно, взялась за ручку, толкая дверь. Регина лежала, отвернувшись к окну. Выбитые стекла так и валялись на полу, напоминая о том кошмаре, который приходится переживать этой сильной женщине. И в тот момент, когда в голове Свонсон появилась мысль о том, что надо бы вызвать мастеров для починки всего этого, как другая, более резонная мысль разорвала ее сознание - в этом доме женщине оставаться просто опасно, убийца наверняка знает, что раскурочил весь дом. Необходимо срочно увозить отсюда Уилсон. Только вот Фонтейн права, женщина строптива не в меру, за такое предложение Эмили может выслушать о себе много интересного и нового.
Правда, выбора особого у девушки нет.
- Мисс Уилсон, как Вы? - начала Эмили.
Подойдя к кровати, Эйм была намерена посмотреть женщине в глаза, но как только девушка подошла, Регина повернулась в другую сторону, старательно пряча их. Эйм мысленно понимающе кивнула, было понятно, что Уилсон не привыкла кому-то показывать свои эмоции и слезы.
- Послушайте, Вам нельзя здесь оставаться. Это стало опасно.
- Я не уеду и не брошу собственный дом, - голос дрогнул, и Регина вцепилась в подушку.
Эмили поморщилась, садясь на край кровати.
- А, я не могу бросить Вас. Эти люди не шутят, поймите.
Регина глянула на нее и быстро отвела взгляд. Она долго молчала, Эмили даже показалось, прошла целая вечность.
- И куда же я поеду?
Вопрос прозвучал так обреченно, что у девушки сжалось сердце. Совершенно неожиданно для самой себя Эйм ощутила желание обнять женщину, дать ей понять, что она не одна, что ее не бросят и защитят. Эмили слишком часто бросали, чтобы она не знала этого одинокого чувства, когда чувствуешь себя будто единственным на земле, одиноким настолько, что кажется, вокруг ни души. Ей это было действительно близко.
- Ко мне домой.
Почему-то Эмили ожидала гневной тирады или хотя бы возмущения. Но ничего этого не последовало, женщина просто глубоко вздохнула, переворачиваясь на спину. Только сейчас девушка заметила красивые янтарно-карие глаза и грустный тоскливый взгляд, обращенный на нее. Он будто искал ответы на свои вопросы на ее лице. И не находил их.
- Как же моя работа? - вдруг спросила она будничным голосом.
- Рана не зажила, - пояснила Эйм. - Заживет немного, я сама буду возить Вас на работу.
Искорка удивления блеснула в уголке глаз, и тут же погасла, придавая взгляду обычный, уже привычный отрешенный вид.
Тянулись минуты. Регина молчала, смотря куда-то сквозь Эмили, которая уже потеряла надежду на ответ, поэтому просто встала, направляясь из спальни. Бороться и упрашивать она не желала.
- Я согласна, - прозвучал тихий шепот женщины, но Эмили уловила каждое слово.
Эйм про себя улыбнулась.
- Помочь собраться?
- Нет.
Свонсон повернулась к двери, решая уйти, чтобы не мешать Уилсон. Но как только ее пальцы коснулись ручки, чуть хрипловатый голос заставил ее обернуться.
- Свонсон, останьтесь.
У каждого человека в жизни происходят моменты, когда наступает предел: чувств, боли, силы. Когда слезы выходят наружу и их не хочется сдерживать. Когда хочется плакать в голос и не стесняться никого. Когда хочется биться за свою жизнь, за каждый день еще не наступивший, потому что еще не время уходить.
Эмили понимала многое. Она сама не раз оказывалась в такой ситуации, когда наступал предел, после которого жизнь начинается с новой силой, отбрасывая старые раны, дела, людей. Приобретая что-то новое, лучшее и…просто другое. Словно бы взращивая это новое на осколках старых обид и швов.
У Регины Уилсон сегодня был именно этот момент.
Она оставила свой дом, который считала крепостью когда-то, чтобы отправится с Эмили по неизведанной кривой своей нынешней жизни.
Эмили пришлось вызвать такси, ибо ее "Ниссан" остался у офиса. Она все же помогла Уилсон собрать некоторые вещи, в основном для того, чтоб проследить, что взято самое необходимое. Пока Регина собиралась, Эмили позвонила своему другу-полицейскому Уайту Буту и попросила его об услуге - оцепить дом Уилсон, чтобы исключить возможность грабежа, все же у женщины там могли остаться ценные вещи. Хотя в данный момент, ценнее жизни ничего не было, но все же иногда к вещам привязываешься очень сильно. Эйм это знала.
Но ценнее жизни могла быть только чужая жизнь.
И Эмили была не безразлична жизнь Регины Уилсон. Только вот почему, она еще не подозревала.
Когда они отъезжали, женщина грустно посмотрела на свой раскуроченный дом. Слезы ютились в уголках ее глаз, но она не решалась выпустить их, борясь с этой слабостью всю дорогу до дома Свонсон.
Дом Эмили располагался в створе Тейлор и Резерфорд стрит, практически на окраине города. Это старый дом, из темного камня, построенный еще в то время, когда Чикаго считался городом Сицилийской мафии. Рядом располагалась Вест-Сайдская больница и Центральный военный госпиталь, иногда из-за этого район называли "медицинским кварталом".
По прибытии на место девушка помогла Уилсон осторожно выбраться из такси, после чего достала сумку Регины. Остальные необходимые вещи Хантер обещал привезти сам, когда вставит окна в свой "Форд".
Поскольку дом старый, лифта в нем естественно не было, поэтому Регине пришлось помучиться, поднимаясь по широким,обшарпанным ступеням на пятый этаж. Брюнетка молча терпела боль. А то, что ей было больно, сомнений не вызывало. Эмили хотела подхватить ее на руки и донести до квартиры, но женщина наотрез отказалась. Вполне резонно пояснив это тем, что ей все равно придется ходить, разминая ногу, рано или поздно, и боль при этом дело неизбежное. Такое замечание немного удивило Свонсон и заставило задуматься над тем, что, видимо, женщина уже получала ранее серьезные травмы.
Поднявшись до квартиры, Эмили поспешила открыть дверь и впустить Уилсон в квартиру, чтоб той не пришлось долго напрягать ногу. За что брюнетка мысленно была ей благодарна.
Вопреки ожиданиям Уилсон, в комнате не было беспорядка. Перед ней предстала небольшая двухкомнатная квартирка, ясно говорившая об одиночестве своей хозяйки. Минимум мебели, из вещей все только необходимое и два окна, одно из которых выходит во дворик. Но при всем том, что внешний вид убранства просто кричал о том, что здесь живет человек весьма одинокий, было очень чисто и ухоженно: вещи на своих местах, ничего не разбросано и даже пыли почти не было. Эмили всегда следила за порядком в квартире, хоть и бывали моменты, когда не появлялась в ней по несколько дней подряд.
- Кофе? - предложила Эмили, после того как помогла женщине сесть в просторное кресло около окна в гостиной.
Брюнетка отрицательно покачала головой.
Эмили помнила, что вечером женщина ничего не ела и, скорее всего, последний прием пищи был в обед, и то Эйм не была в этом уверенна.
Девушка опустилась перед ней на корточки.
- Вам надо поесть, мисс Уилсон. Хотите, я что-нибудь закажу, или Хантера попрошу?
И вновь в ответ только отрицательное качание головы. Эмили хорошо понимала, почему Регина не хочет говорить, она знала, иногда нет тех слов, чтоб описать то, что у тебя на душе…это можно только почувствовать. И, несмотря на то, что сердце этой женщины надежно забаррикадировано и обнесено забором с колючей проволокой, Свонсон решила не сдаваться. Раз она взялась охранять, надо попытаться завоевать ее доверие.
- Вот что, я закажу блинчики с вишневым джемом! - весело сказала девушка. - На соседней улице готовят их замечательно. И я знакома с владельцем заведения.
Резкий и неожиданный стук в дверь, заставил Уилсон вздрогнуть, а Эмили мгновенно напрячься.
Медленным шагом она приблизилась к двери, на ходу вытаскивая свой «Ремингтон».
- Кто?
- Хантер. Я вещи привез, - раздался за дверью знакомый голос Грехема.
Эмили глянула в глазок. Да, это был Хантер. И он был один.
Девушка открыла дверь, впуская мужчину в квартиру, и, оглядев подозрительно лестничную клетку на предмет "хвоста", захлопнула ее. Только после этого она спокойно вернула оружие в кобуру.
- Ну, - начала Эмили. - Новости?
- Вставил стекла. Пока чинили мою машину, выяснил, что "Чикаго Паблик Рилейшн" за два с половиной года собрала под свои своды около пятидесяти мелких обанкротившихся издательств. Но, что интересно, никто не подавал никаких исков, по документам все более чем законно. Я решил прошерстить посредников, у меня есть информатор, который в курсе большого движения средств в издательском бизнесе. Я думаю, что вероятен факт того, что кто-то давно готовил покушение, ожидая подходящего случая.
Эмили кивнула, переваривая информацию.
- Тебе придется не спускать с нее глаз, - улыбнувшись, заметил Грехем. - Убийца не успокоиться пока не уничтожит цель. Будь предельно осторожна, - он кивнул на окно, затем перевел серьезный взгляд на саму Эмили. - И лучше одеться соответственно.
Свонсон понимала, что в словах Детектива есть весомая часть истины, благо, бронежилеты у нее есть.
- Сам-то "бронник" надел? - поинтересовалась девушка.
- Я его почти никогда не снимаю, профессия обязывает. А то мы бы с тобой не разговаривали сейчас.
На этих словах Эмили невольно оглянулась на Уилсон.
- Ладно, пойду я, - сказал мужчина, глубоко вздохнув. - Если что, ты сразу звони и если сумеешь у нее что-то выяснить, я буду благодарен.
После того как за мужчиной закрылась дверь, Свонсон обратила свое внимание на принесенную сумку и, склонившись над ней, тщательно осмотрела ее содержимое на предмет непрошенных «сюрпризов». Убедившись в отсутствии подвоха, девушка немного расслабилась и, обойдя на всякий случай квартиру, вернулась к окну. На площадке двое на двое играли в баскетбол, чуть дальше кто-то выгуливал огромного пса, который, не переставая, лаял, а у арки мужчина чинил раздолбанный «Бьюик». Эмили сразу же вспомнила про свой "Ниссан" и, вытащив мобильный, набрала номер Мелори. Эта женщина единственный человек во всем Чикаго, которому она могла безраздельно доверить свою машину.
- Привет! Слушай, окажи услугу. Мой "Джук" остался на Южной Вуд стрит, у старого дома по пошивке костюмов, ты не могла бы пригнать его к моему дому. Только ничего не спрашивай, потом объясню.
Получив неуверенное «да», Эйм нажала "отбой" и вернулась к Уилсон. Женщина молча сидела, поджав одну ногу под себя, а другую бессильно вытянув. Когда Эмили вновь, как и ранее, села рядом на корточки, женщина отвернулась.
- Так, что насчет блинчиков?
Регина какое-то время не реагировала, молча уставившись в одну точку, но потом Эйм увидела несмелый кивок.
В соседнем заведении на Харрисон стрит всегда были очень вкусные блинчики с вишневым джемом. Эмили, когда работала ночи напролет, частенько туда захаживала или заказывала на дом. За все время существования кафе "Веселого Ричарда" она никогда не слышала, чтобы кто-то жаловался на обслуживание или качество пищи там. Хозяин заведения, американец корейского происхождения Ричи Ким служил в Морской пехоте США, Эмили хорошо его знала и уважала. В бытность свою полицейским, он помогал ей раскрыть пару преступлений связанных с наркотиками, поэтому у них с Кимом сложились теплые отношения. Эмили всегда ценила таких друзей, которые оставались рядом и всегда были готовы помочь…даже блинчиками.
Уилсон ела молча. Вообще Свонсон заметила, что женщина не любила говорить не по делу. Не было у нее в характере ни любопытства, ни болтливости, ни рассеянности внимания, так присущего женщинам. Регина была полной противоположностью Мелори, которая иногда доставала Эмили расспросами, про личную жизнь. Уилсон была строга во всем, начиная от гардероба и заканчивая четкими фразами только по делу. И Эмили отметила про себя, что это несомненно плюс, за эти два с половиной дня она ни разу не испытала напряжения от этого молчания. А сейчас даже поймала себя на мысли, что именно такую женщину она хотела бы видеть рядом с собой. Эйм бросила осторожный взгляд в сторону Уилсон и улыбнулась про себя, увидев, как та вытирает салфеткой сначала рот, а потом уже руки.
- Спасибо, - прошептала брюнетка, сбив Эмили с мыслей.
Девушка перевела взгляд серых глаз на карие, перестав жевать. Точечный, холодный взгляд заставил мысли Свонсон свернуть в неизвестном направлении, ей подумалось, что женщина перед ней не просто красива, а невероятно восхитительна. Ни смотря на сложившиеся обстоятельства: стрельбу, взрывы, ранения она выглядела чертовски привлекательно. Поймав себя на подобной мысли, Эйм покраснела и опустила взгляд.
"Не хватало ещё влюбиться в нее для полного счастья!" подумалось Эмили спустя время.
- Мне надо в ванную, - вновь тихо нарушила ход ее мыслей женщина.
Эмили вскочила, наспех вытерев руки о полотенце, подставляя плечо.
- Я сама справлюсь, просто покажите, где у вас что, - холодно отозвалась Уилсон.
Но Свонсон все же проводила ее до ванной. Ходить, наступая на ногу, было еще тяжело, от каждого болезненного движения, Регина морщилась, сжимая зубы, и инстинктивно цеплялась за запястье Эйм.
День прошел почти в полной тишине. Лишь изредка велись вынужденные диалоги.
Мелори пригнала машину уже к вечеру. Она не стала заходить внутрь, просто позвонила Свонсон и сообщила, что машину поставила перед домом, а так же взяла с нее слово, что потом девушка все подробно расскажет. Пришлось пообещать.
Когда наступил вечер, Эмили пришлось задуматься над тем, где положить спать Уилсон. Долго, правда, размышлять не пришлось, Эйм решила отдать женщине свою кровать, поскольку она самая удобная, а в ее положении удобство много значит. Постелив белоснежное белье и, прихватив аптечку, Эмили вернулась в гостиную.
- Надо перевязать рану, - сказала она спокойно, вставая на колени перед Региной.
Брюнетка вздохнула.
- Это обязательно делать так часто?
Эмили дотронулась до бедра, глянув в глаза женщине. Регина даже не попыталась отвести взгляд, что не могло не порадовать Свонсон.
- Больно? - осведомилась Эйм.
- Да, - честно призналась женщина.
Эмили почему-то вздохнула с облегчением.
- Я могу вколоть анестетик.
Уилсон опустила глаза, сжимая кулаки.
- Не стоит.
Эмили сняла бинты, аккуратно касаясь болезненных участков на бедре, и, осмотрев внимательно рану, поняла, что заживать она не спешит. Пришлось хорошенько промыть ее смоченным полотенцем. Эйм старалась свести к минимуму болезненные ощущения, но все равно иногда слышала, как женщина тяжело втягивает носом воздух, сжимая пальцами края дивана. Закончив неприятную для обеих процедуру, девушка наложила новую повязку, стараясь не стягивать кожу, чтобы не перекрывать ток крови к ноге. Затем пришла очередь анестетика. Перед тем, как сделать укол, девушка заглянула в глаза Уилсон. Ни намека на страх, только отрешенная неопределенность, которая пугала больше, чем опасность сделать больно.
Укол получился плавным. Эмили хорошо знала, что и как делать. Она научилась этому, когда работала в паре с медиком, и он частенько говорил что у девушки «легкая рука», но сейчас это не помогло. Из-за воспаления укол все равно получился болезненным…очень. И Регина, дернувшись, быстро отвернулась, пряча слезы, заструившиеся по щекам.
Свонсон инстинктивно положила руку на запястье плачущей женщины, легко сжимая его, давая понять, что та не одна.
Затем, когда анестетик подействовал, и напряжение немного спало, Эмили подхватила женщину на руки и осторожно отнесла в свою спальню. Положив на кровать и накрыв теплым мягким одеялом, она решила дать женщине возможность побыть, наконец, в одиночестве. Но,уже будучи в дверях,услышала:
- Останьтесь, пожалуйста...
В спальне Свонсон, около окна, стояло громоздкое кресло, в котором когда-то любил сидеть ее отец. Оно было дорого как память, поэтому, несмотря на потрепанный вид, она его все равно любила и не собиралась выбрасывать. Именно в него она опустилась и сидела до сих пор, после того, как Регина попросила ее остаться.
Сейчас, наблюдая за неподвижно лежащей женщиной, Свон поражалась насколько велико различие между той женщиной, о которой ей говорила Фонтейн, и той, что она видела сейчас. Да, жизненные драмы меняют многих.
Регина лежала на боку, лицом к девушке, ее глаза прикрыты, но сбивчивое дыхание дает понять, что женщина не спит. Трудно спать после того, как твоя жизнь полностью вывернулась на изнанку. А тот факт, что ей пришлось покинуть собственный дом и лежать сейчас в совсем чужой постели, не придавал уверенности и спокойствия.
Регина чувствовала себя словно не в своей тарелке. Впервые в жизни ей было действительно страшно за себя и свою жизнь. Но во всем этом хаосе и бесконечно нервном напряжении был один маленький просвет – белокурая девушка, которая почему-то упрямо отказывалась ее бросать…а ведь раньше так поступали многие. И это было для нее не привычно, она свыклась с постоянными предательствами и научилась защищать свое сердце от них, и то, что появился кто-то, кто готов жизнь за нее отдать и защищать любой ценой, обескураживало женщину. Впервые за долгое время Регине пришлось довериться незнакомому человеку, и это было ново для нее. Новым было понимание того, что Свонсон действительно заботится и защищает ее. И, вопреки устоявшимся принципам женщины, ей было приятна эта забота, рядом с девушкой ей казалось, что никто не способен навредить ей. Однако подпускать Эмили слишком близко она все еще боялась.
Почти двое суток отсутствия сна и дикая усталость сделали свое черное дело, и Эмили все же задремала, подперев голову рукой. Во сне к ней пришел отец и постоянно повторял фразу «теперь у тебя все будет хорошо». Девушка не понимала о чем он, ведь в ее жизни и так все налажено и стабильно, но голос отца продолжал повторять эту фразу как мантру.
Звонок телефона заставил Эйм проснуться и нервно осмотреть комнату. Поняв, что она просто задремала и в комнате, а главное со спящей на кровати женщиной, все в порядке, девушка поспешила ответить на звонок. Это был детектив Хантер, который сообщил, что возможно нашел зацепку в деле и пообещал приехать днем после того как проверит некоторые детали. Более менее приятные вести разбавила новость о том, что помощник мисс Уилсон, Сид, по-прежнему находится в коме.
После окончания разговора Эмили еще какое-то время сидела, выпрямив спину, и наблюдала за мирно спящей Региной. По крайней мере, внешне ее сон казался действительно мирным и Эйм была рада этому, женщине был необходим отдых, хоть не надолго. Бесшумно поднявшись с кресла, Эйм покинула комнату, оставляя женщину наслаждаться сном.
Было семь утра. Солнце уже забралось высоко, но во дворике, за окном, царила тишина. Эмили включила чайник, грустно уставившись на одинокую баскетбольную площадку.
Воспоминания о прошлом снова вернулись. Она могла бы играть за "Чикаго Тауэрс", но после смерти отца спорт стал ей равнодушен настолько, что девушка даже за "быков из Чикаго" не болела. Она всегда хотела, чтобы отец ею гордился, и жалела о том, что тот не дожил до момента, когда она стала офицером полиции. Мелори всегда говорила «если бы отец был жив, он бы не допустил этого, он бы не позволил тебе выбрать такую опасную профессию». В чем-то подруга,несомненно, была права, но Эмили все равно придерживалась политики «Это мой выбор и решение». Отец бы поддержал ее. Ей хочется в это верить.
Выпив крепкий кофе, Свонсон окончательно пришла в себя и проснулась.
Нужно было заняться безопасностью мисс Уилсон, а именно, достать из шкафа одну очень необходимую в сложившейся ситуации вещь - бронежилет. У нее их было два: один остался еще со времен работы полицейским, он был старый, защитного цвета, а второй – темно-синий с серыми вкраплениями, выданный в охранном агентстве.
Свонсон чистила пистолет, когда краем глаза заметила Регину в дверях спальни. Женщина стояла, прислонившись к косяку плечом, стараясь не переносить вес на больную ногу. Видимо,она какое-то время наблюдала за своим телохранителем.
Эмили повернулась, улыбаясь.
- Доброе утро! - поприветствовала она.
Женщина кивнула и на лице промелькнула легкая растерянность.
- Мне нужно принять душ, - сказала она серьезным голосом.
Девушка вернула пистолет в кобуру, осматривая Регину.
- Я помогу, если позволите.
Эмили почувствовала напряжение, исходившее от темноволосой женщины. Уилсон действительно чувствовала себя паршиво, будто вселилась в тело простушки Робин, своей секретарши, которая всегда выглядела, словно приехала из захолустной деревеньки, где полностью отсутствуют все блага цивилизации.
Она с крайним нежеланием кивнула, соглашаясь на помощь, понимая, что особого выбора у нее нет. Она не способна самостоятельно справиться с раной, да и вообще передвижение было не самым легким действием для нее. Именно по этой причине она, порывисто вздохнув, позволила светловолосому телохранителю приобнять себя за талию, и помочь дойти до душевой кабинки в ванной.
Регине было неловко перед девушкой, но по большей части просто из-за отсутствия полноценного доверия к ней, поэтому она очень неохотно оголялась, медленно, но грациозно стягивая с себя одежду и бросая ее под ноги. Эмили видела, что женщина напряжена и кидает в ее сторону колкие взгляды, ей и самой было немного не по себе от всей этой ситуации и разворачивающегося перед ней действа.
Когда Регина добралась до бинтов, намереваясь снять их, теплая рука Свонсон накрыла холодную ладонь.
- Не стоит, - прошептала девушка, невольно вздрогнув от соприкосновения с кожей. - Мойтесь так. Я потом поменяю повязку, - закончила она, отводя взгляд в сторону.
Уилсон еле заметно улыбнулась краешком губ, смятение Эйм немного ослабило ее собственную неловкость.
- Как мне быть с душем?
Эмили быстро вышла из ванной и через минуту вернулась, держа в руках небольшой табурет.
- Вот. Так будет легче и не придется стоять на больной ноге.
Поставив стульчик внутри кабинки, Эмили отвернулась от полупрозрачного стела и села на пол, облокотившись на него спиной.
Некоторое время она просто слушала шум воды и тихую возню за спиной. Мысли девушки вернулись к моменту, который произошел несколько минут назад, и невольно облизала пересохшие губы. Она была более чем рада тому, что ей не приходится принимать активное участие в водных процедурах мисс Уилсон, ибо не была точно уверенна в том, как отреагирует ее тело на столь тесный контакт с обнаженной плотью. У нее слишком долго не было никаких отношений и сейчас, кажется, это играло против нее.
Спустя минут десять девушка услышала, как Регина перекрыла воду.
- Можете подать мне полотенце, - попросила она, выглянув из кабинки.
Эмили прошлась до раковины и взяла с держателя белое банное полотенце, которое и протянула Регине.
Спустя секунды, дверца кабинки открылась полностью, и перед девушкой появилась обернутая в белоснежное махровое полотенце прекрасная женщина. Эмили сглотнула, мысленно ругая себя за то, что не может оторваться от вида обнаженных, влажных плеч. Она быстро отвела взгляд, скрывая свое смущение и буркнув «я за бинтами», почти выбежала из ванной.
Вернувшись обратно, девушка помогла Регине сесть на резную лавочку напротив кабинки.
Бинт немного промок, хотя было видно, что женщина старалась уберечь рану от лишней влаги. Девушка опустилась рядом, принимаясь как можно аккуратнее снимать старые бинты. Тихий стон сорвался с губ брюнетки, давая понять, что рана все еще дает о себе знать и Эйм сейчас только еще больше усилила боль.
- Все еще так сильно болит? – тихо спросила Эмили, встречаясь взглядом с почти черными от эмоций глазами.
Регина сжала зубы, отворачиваясь. Но Эйм успела заметить навернувшиеся слезы, поняв все без слов. В каком-то странном порыве девушка не удержалась и стала ласково поглаживать мягкую кожу. Это заставило Регину повернуться, снова встречаясь с искренними серыми глазами, и Свонсон встретила этот взгляд.
- Мисс Свонсон, что Вы делаете? - последовал резонный вопрос.
Эмили просто улыбнулась и продолжила промывание раны и наложение новой повязки. Но на этот раз, стараясь лишний раз не касаться тех мест, которым не требовался медицинский уход.
Когда все было готово, Эйм потянулась за другим бинтом.
- А теперь предплечье, - сказала она.
После того как бинты были сняты, оказалось, что эта рана выглядит очень не плохо и даже начала рубцеваться. Но сам факт того, что, скорее всего, на такой прекрасной коже останется шрам, почему-то не порадовал Эйм. Она никогда не любила шрамы и не считала, что они способны кого-то украшать. Шрамы – это лишь напоминание о пережитой боли и ничего более, и ей бы очень не хотелось, чтоб у этой женщины и без того живущей в постоянном страхе за свою жизнь остался один из таких вечных напоминаний. В какой-то момент девушка ушла глубоко в свои мысли и вновь стала неосознанно поглаживать заживающие участки кожи. Одно неосторожное движение большим пальцем и Регина вздрогнула, дергая плечом и разворачиваясь лицом к девушке. Их взгляды встретились, и Эйм забывшись буквально на секунду, потонула в бездонной глубине чуть влажных от недавних слез глазах. В следующий момент она уже тянулась к губам женщины, чувствуя, как легкие сжимает в тугой узел и сердце с трудом бьется в этом замкнутом кольце эмоций. Регина замерла, смотря, как Эйм медленно преодолевает последние дюймы к ее губам...
Раздавшийся, как показалось, словно гром стук в дверь заставил обеих женщин вздрогнуть и резко отпрянуть друг от друга.
Эмили, старательно избегая смотреть женщине в глаза, закрепила повязку на ее плече и, неловко улыбнувшись, выскользнула из ванной.
Она напрочь забыла об утреннем звонке Хантера и о том, что мужчина обещал заехать с новостями. Это все из-за…все этот поцелуй, который едва не случился между ними.
«Что это, черт возьми, было?! Этого не должно повторится! Черт, я же ее охраняю, я не могу думать о ней…так!»
Открывая Хантеру дверь, она всячески старалась выкинуть из головы свою секундную слабость.
- Привет! - поздоровался Грехем, протягивая коробку с пончиками. – А, у меня новости.
Эйм отметила, что Регина так и осталась в ванной, видимо одеваясь.Грехемв это время поделился с ней новостями, а точнее продвижением по делу. Новости эти были не сказать что хорошие, но это было лучше, чем совсем ничего. Детектив раскопал дело некоего Уильяма Стоуна, который не хотел продавать мадам Уилсон свое обанкротившееся издательство. Дело не было громким, но этот бизнесмен пытался судится с "Чикаго Паблик Рилейшн", а это равносильно самоубийству. Впрочем, до самоубийства действительно дошло.
- Он покончил с собой? - переспросила Эйм.
- Да. Но ты даже не представляешь кто приходится ему братом, - произнес Ханте ртаким таинственным голосом, что Свонсон уже даже на президента успела подумать.
- Кто? – не выдержала она паузы.
- Ричард Кранч, глава "Дайли Ривер"!
Эйм уставилась на мужчину. Она много слышала об этом мерзавце, он отмывал деньги от всего чего только мог. Богатый ублюдок не раз проходил по полицейским делам, но всегда выходил сухим из воды.
- Твою мать! - выругалась Эмили.
- Это еще не все. Мой информатор выдал мне информацию, из достоверного источника, о том, что Ричард Кранч собирался перекупить акции "Чикаго Паблик Рилейшн". Он хотел руководить компанией мисс Уилсон. Видно они не договорились, и... – не договорив, развел руками Детектив.
- Хм, а причем тут его брат тогда? - резонно заметила Свонсон.
- Поговаривали, что он покончил с собой из-за банкротства своего издательства. Возможно, Кранч винит в этом мисс Уилсон. Вот тебе и мотив, причина и следствие, - вздохнул Грехем.
Эмили молча переваривала полученную информацию. Похоже, все сходится. Только, вот, воевать с Кранчем - это не полицейские разборки. Дело приобретает серьезный оборот.
- Как она? - спросил мужчина, вырывая Эйм из мыслей.
- Лучше. Раны заживают, но медленно.
Хантер кивнул.
- Слушай, у меня идея появилась. Может, поставить еще двух служивых у входа в твой подъезд, а?
- Нет, не стоит акцентировать внимание на том, что я кого-то охраняю. Лишние глаза и уши не нужны. Поверь, я справлюсь без помощников. К тому же у нас есть ты - лучший сыщик, - улыбнулась девушка.
Мужчина тоже улыбнулся в ответ.
- Ладно, тогда оставляю вас. Будь осторожна.
Провожая Хантера, Эмили не заметила, как Регина добралась до спальни, и нашла ее уже сидящей в комнате на застеленной постели. Брюнетка завернулась в халат, почти не мигая смотрела в окно. Девушка уже в привычном жесте обошла кровать и опустилась перед женщиной на корточки.
- Мисс Уилсон, мне надо надеть на Вас вот это, - и она протянула ей темно-синий бронежилет.
- Зачем это?
- Для защиты. Если ...
- ...в меня будут стрелять, - закончила она фразу, и голос дрогнул.
Эмили коснулась ладонью колена брюнетки и аккуратно сжала пальцами.
- Это лишь перестраховка. Я не позволю…никому…в Вас стрелять, - спокойно и уверенно произнесла Эмили, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.
Эйм сглотнула, пытаясь унять разволновавшееся сердце, когда Регина, опустив голову, посмотрела на нее из-под ресниц. Даже эта задумчивая грусть не портила прекрасное лицо женщины.
На секунду прикрыв глаза, Уилсон кивнула и Эмили, осторожно надела на нее бронежилет. Глаза цвета темного виски наблюдали за девушкой, отмечая про себя почти идеальные черты лица: высокий лоб, красивые глаза с хрустальным блеском. Затем взгляд прошелся по сильным рукам, которые так аккуратно и осторожно прикасались к ней.
- Ну вот, теперь полный боекомплект, - улыбнулась Эйм, опуская руки на свои колени. - Отдыхайте, Вам это необходимо.
Женщина кивнула, все еще чувствуя себя немного странно.
- Я буду в кухне. Приготовлю что-нибудь поесть.
С этими словами Эмили удалилась, мягко прикрывая за собой дверь, оставляя Регину размышлять о белокуром телохранителе и своем отношении к ней.
Свонсон никак не могла выкинуть из головы тот момент в ванной. Она корила себя за то, что чуть не совершила, поскольку это была бы большая ошибка. Она телохранитель, она охраняет и защищает эту женщину и просто не может влюбиться в нее, это будет не правильно. Раньше было проще, ее клиентом был молодой спортсмен. Она проработала на него три года, пока он не переехал в Милуоки. А сейчас тот факт, что она предпочитает женщин начинал играть свою неприглядную роль в этом деле. Однако девушка понимала, что это просто порыв, симпатия, и она не должна мешать работе. И не помешает. Появление Хантера предотвратило то, что могло бы случиться, и его за это можно даже поблагодарить, хотя вряд ли он это оценит.
Долгое сидение на одном месте и невозможность ничего делать начинала сильно давить на Регину. Через какое-то время она решила размять ногу, хотя бы просто походив по комнате. Это было крайне неприятно, каждый шаг отдавался болью в мышце, и, стараясь отвлечь себя от этого, женщина стала осматривать комнату, которая являлась для ее телохранителя спальней. Деталей было очень мало, сразу бросалось в глаза то, что девушка не особо часто здесь живет, но Регина заметила много фотографий, стоящих на трюмо. В основном на них фигурировал высокий мужчина в полицейской форме. Судя по возрасту и неким схожим чертам лица между Свонсон и этим мужчиной, она предположила, что, скорее всего, это отец девушки. Так же там были фотографии самой Эмили, в возрасте примерно до двадцати лет. Регина даже улыбнулась, когда поняла, что взгляд девушки почти ничуть не изменился за годы. Чуть дальше на полке женщина нашла снимок на полароид. На нем высокая шатенка с пронзительным взглядом, одетая в форму Американской Армии Специального Назначения США ("Зеленые береты" - прим. авт.). Голубоглазая девушка была совсем не похожа на Свонсон, а значит они не сестры. В памяти всплыл недавний инцидент в ванной. Она тогда не совсем поняла, что произошло, и даже немного растерялась. А сейчас сердце учащенно забилось от одного только воспоминания и мысли о том, что могло случиться, если бы их не прервал стук в дверь.
Когда Эмили вошла в спальню, Регина сидела на краю кровати, задумчиво потирая больную ногу. Девушка подсела к ней.
- Я приготовила оладьи с яблочным джемом.
Женщина поморщилась.
- Я не голодна и мне надо на работу.
Эмили не могла не поразиться стойкости…или упертости женщины, которая в сложившейся ситуации способна думать еще и о работе.
- Вам пока нельзя. Когда воспаление спадет, тогда...
- Я не могу здесь просто так сидеть!!! - резко повысила голос Уилсон, отстраняясь от девушки, морщась о боли. Свонсон даже показалось, что она слышит,как скрипнули сжатые зубы.
- Хорошо, - сухо согласилась девушка. – Но на работу Вы попадете не раньше, чем завтра, а сегодня отдыхайте. И Вам просто необходимо питаться, - совершенно без эмоций констатировала Эйм.
- Свонсон!!! Ты что не понимаешь, я тут как загнанный зверь!!! –голос женщины сорвался на крик и грозил вылиться в самую настоящую истерику. - Я не могу, здесь находится!
Эмили протянула руку, касаясь плеча женщины, и та обернулась, метая яростный взгляд на девушку.
- Я понимаю Вас. Но рана на бедре медленно заживает, не стоит ее бередить, - как можно спокойнее сказала она.
- Чтобы работать мозгами, мне не нужна моя нога, - упрямо парировала Уилсон, выпрямляя спину и скидывая руку девушки со своего плеча. - Я больше не могу здесь оставаться, я сойду с ума!
- Мисс Уилсон, я готова доставить Вас на рабочее место в любой момент…
- Отлично…
- …но…хочу заметить, что до тех пор, пока Ваша нога не заживет достаточно, любой выход на открытое пространство может стоить Вам жизни, потому что сейчас Вы легкая мишень, – спокойно и уверенно произнесла Эйм. – Человек, пытающийся Вас убить, настойчив и не остановится на достигнутом.
Регина смотрела прямо в кристально чистые глаза девушки, и та не пыталась отвести взгляд. Внутренний голос говорил, что Свонсон права, а ее открытый, честный взгляд внушал спокойствие и уверенность.
- Я здесь задыхаюсь, - тихо прошептала женщина, опустив голову.
Девушка на мгновенье растерялась и почувствовала, как сжалось сердце от тихого хриплого голоса, но тут же на свой страх и риск, осторожно придвинулась ближе, чтобы в следующую секунду осторожно обнять Уилсон, прижимая к себе. Напряжение ощутимо повисло в воздухе, однако женщина не отстранилась, позволяя себе хотя бы раз расслабиться в таких сильных руках.
- Все будет хорошо. Я Вам обещаю, - прошептала Эйм, чувствуя тяжелое дыхание брюнетки на своем плече.
Завтрак все же состоялся. Молча. Эмили поглощала пищу без удовольствия, просто потому что так надо. Ей требуются силы для полноценного выполнения своих обязанностей. Регина почти все время не сводила с нее глаз. Свонсон не стала заострять на этом внимание, посчитав просто любопытством. Они обе всегда были вполне самодостаточными женщинами, а тут им уже три дня приходится существовать на одной территории и даже более того, Уилсон зависит от Эйм, поэтому ее желание изучить своего телохранителя показалось девушке логичным.
Уилсон не отдавала себе отчета в том, что, чем больше они были вместе, тем больше самой женщине это нравилось. Уже давно никто не делал для нее того, на что оказалась способна эта белокурая девушка. И эти объятия. Раньше, ее обнимал только отец. А теперь... Это и объятиями нельзя было назвать, просто в какой-то момент Регина почувствовала себя словно за каменной стеной. Это настолько выбило ее из колеи, что она, не сопротивляясь, позволила Эмили прижать ее к себе. Сейчас казалось, что девушка уже и не помнит этот эпизод, а у Регины до сих пор по спине пробегали мурашки, и появилось какое-то новое, еще неизведанное чувство, которое трепещет внутри, не давая отвести взгляда от молча пьющей кофе блондинки.
Как-то странно начались их отношения, с криков и выставления за дверь. Регина срывала злость и ненависть на всех, но настойчивость Свонсон позволила ей остаться в живых. Она как-то мельком слышала от Грехема, что огонь был открыт на поражение и это настоящее чудо, что у нее только бедро прострелено, а не голова. Она отчетливо помнила, как девушка закрыла ее от пуль собственным телом, не заботясь о том, что сама может быть ранена или вообще погибнуть.
Уилсон поймала растерянный взгляд девушки на себе. В серо-изумрудных глазах горел спокойный огонек, и Регина неожиданно поняла, что смотрит на губы девушки. Смутившись, она отвернулась, и в этот момент резкая боль от сильного спазма пронзила бедро. Уилсон схватилась за подлокотник дивана, сжимая зубы до боли в висках. Эмили, перепуганная этим моментом, подскочила к женщине.
- Тебе плохо, Регина?!
Не растерявшись, девушка быстро нашла ампулу с анестетиком. Сделав укол, она положила руку на перевязанное бедро женщины, смотря, как из-под опущенных ресниц уже бегут ручейками слезы. Помня, какой самостоятельной и резкой может быть эта женщина, сейчас Эмили хотелось просто обнять ее…крепко, но она не решилась снова совершить столь дерзкий поступок, но не удержалась оттого, чтоб нежно поглаживать кожу рядом с бинтами, успокаивая боль, что отступала медленно, словно нехотя сдавая свои позиции.
Снова возникло легкое напряжение, и Эмили физически его ощущала. Достав из шкафа подушку, она подложила ее под спину женщины, предлагая той облокотиться назад, чтоб расслабить мышцы.
- Ложись, - чуть тронув Регину за плечи, произнесла Эйм.
Женщина покорно откинулась на мягкую подушку, расслабляясь. Неожиданный переход на "ты" остался незамеченным для обеих.
Эмили хотела позвонить Хантеру, чтобы тот купил еще анестетика, поскольку в аптечке осталось только две ампулы, но как только девушка сделала шаг от дивана, Регина задержала ее за запястье. Мягко, но настойчиво.
- Посиди со мной.
Отказать в такой просьбе, все равно, что перестать помогать, бросив на произвол судьбы.
Свонсон опустилась на пол и облокотилась на диван, краем глаза заметив, что Уилсон больше не морщится от боли.
- Спасибо.
Эмили коротко кивнула, чувствуя, как запястье все еще сжимает теплая рука Регины.
- Тебе бывает страшно?
Этот Регинин вопрос был первым, что нарушил долгое молчание.
После неожиданного приступа боли, они просидели в полной тишине около получаса. Все это время Уилсон продолжала держать Эмили за запястье, словно боясь, что как только она разожмет пальцы, Свонсон бросит ее. Регина и в правду не желала оставаться одна, она привыкла к девушке, к ее незримой ауре, внушающей спокойствие.
- Бывает.
Эмили почему-то не хотелось говорить, ей нравилась эта легкая тишина. За эти дни она привыкла к присутствию Регины в своем доме, свыклась даже с излишним вниманием к себе со стороны темноволосой женщины, правда, легкое напряжение все равно возникало, когда Уилсон приближалась слишком близко, нарушая границы личного пространства. С каждым разом эти моменты становились все более настойчивыми, хотя Эйм не была уверенна в том, что женщина отдает себе в этом отчет. Она и сама стала замечать, что за последние три с лишним дня их близость была почти интимной. Двадцать четыре часа в сутки они находились на расстоянии нескольких метров друг от друга. И только ночью каждая могла насладиться видимостью одиночества. Иногда Хантер разбавлял их уединение, привозя новости и пончики. От глаз Эмили не укрылся тот факт, что Детектив порой просто ищет лишний предлог, чтоб приехать и увидеть ее. Она хорошо знала те взгляды, которые он кидал в ее сторону. У нее за время их знакомства, несомненно, появилась симпатия к мужчине, но она носила исключительно профессиональный характер. Хантер был высококлассным сыщиком и уже не раз это доказывал, принося все новые и новые зацепки по делу мисс Уилсон. И это вызывало у девушки восхищение и гордость за него, но не более того.
- Как ты справляешься со страхом?
Эмили перевела взгляд с ковра на Уилсон.
- Говорю себе "все будет хорошо".
- Помогает?
Регина боялась. И Эмили знала это, она ощущала страх женщины в ее низком голосе. И, возможно, даже знала причину этого страха. Нет, не таинственный убийца, а ее собственные принципы. Уилсон так долго жила в напряжении и вечных рамках, расставленных самой для себя, что сейчас, когда все вышло из под ее контроля, Регина просто не знала, как быть, у нее нет плана, и она вынуждена доверять свою жизнь Эмили. Все это, с примесью постоянной боли в ноге, пошатнуло ее жесткий контроль. Но конкретного рецепта избавления от страха не существует. Каждый борется с ним своими способами. Кто-то пьет, кто-то занимается спортом, а кто-то идет напролом, смотря страху в глаза.
- Не всегда, - честно ответила Эмили.
Не успев осмыслить слова девушки, Регина вздрогнула, услышав стук в дверь, и запястье Эйм выскользнуло из ее пальцев.
На этот раз Хантер пришел с большой коробкой, где лежали письма для мисс Уилсон. Деловые письма. Поставив коробку на стол перед самой женщиной, он кивком головы позвал Свонсон на кухню.
- Чего? - непонимающе уставилась на него девушка.
- Я пробил по полицейской базе Уильяма Кранча. Этот ублюдок проходил по делу об убийстве отца мисс Уилсон. Его отпустили, а дело прикрыли за недостаточностью улик.
- Её отца убили? - изумленно прошептала Эмили, подходя почти вплотную к Детективу.
Ей совсем не хотелось расстраивать Регину раньше времени, как и лишний раз пугать.
Мужчина кивнул, протягивая ей папку.
- Он был главой "Чикаго Джиант Трибьюн", которая потом стала именоваться, как "Чикаго Паблик Рилейшн". Неужели ты о нем не слышала? Генри Уилсон был завидным женихом всего Северо-Восточного побережья США и очень умным бизнесменом, - констатировал сыщик. - О нем в учебниках по маркетингу писали.
Эмили пожала плечами. Она не читала учебников по маркетингу. Ей вообще на книги не оставалось времени.
- А, хорошие новости есть? - вздохнула девушка, глядя прямо в глаза мужчине.
Хантер широко улыбнулся.
- Ты мне нравишься, Эмили!
Признание прозвучало неожиданно. Эмили было подумала, что Детектив шутит, но взгляд Грехема был серьезен.
- А можно по делу? – сухо ответила девушка, делая шаг назад.
Хантер придержал ее за плечи.
- Послушай, Свонсон, мне кажется, что я...что мы...мы могли бы...
Эмили поспешила прекратить этот поток красноречия, пока все не зашло слишком далеко, и мужчина недоуменно замолчал, часто моргая, когда его рот был закрыт ладошкой Эмили.
- Ты мне нравишься, Хантер, правда, - начала она. - Просто пойми, я к мужчинам равнодушна.
Какое-то мгновение Детектив просто глупо пялился на девушку, а потом его взгляд прошелся за плечом Эйм, останавливаясь на лежащей, на диване, шикарной женщине. После чего он просто молча кивнул, смиряясь с поражением.
Проводив Хантера, Эмили еще какое-то время недоуменно стояла около входной двери, пока голос Регины не вырвал ее из задумчивого состояния.
- Ты ему нравишься.
Это была констатация факта, но в голосе не было безразличия и сухости, напротив, почти неприкрытые нотки обиды и…чего-то еще, что осталось для девушки неясным, заставили ее обернуться и посмотреть на темноволосую женщину.
- Тебя это обижает? - не преминула спросить Эмили.
- Мне все равно и меня это не касается, - серьезно сказала Уилсон.
Ей было далеко не все равно. Ей было крайне неприятно и даже…больно видеть, как пальцы ее телохранителя касались губ мужчины, то, как близко они стояли друг напротив друга. Сама того не понимая женщина испытывала самую настоящую ревность.
День прошел немного напряженно.
После ухода Хантера к Эмили пришла ее подруга, Мелори, чтобы якобы вернуть ключи от "Ниссана". Но на самом деле девушке было любопытно, что за важную персону охраняет ее лучшая подруга. Свонсон не стала распространяться. Во-первых, никто по возможности не должен знать, что мисс Уилсон находится в ее доме, во-вторых, это было опасно и для самой Мелори.
- Ну, хоть познакомила бы, а? - проскулила Мел.
- Меньше будешь знать - крепче будешь спать! – настаивала на своем Свонсон.
Конечно, приход Реддинг ознаменовался не только массовыми расспросами и пытками, а еще и бутылкой "Конкорда" (Американское полусухое, красное вино - прим. авт.) и кучей полезных продуктов. Эмили была ей благодарна, что подруга не забывала про нее, но,тем не менее, рассказывать о деле Свонсон не желала. Слишком многое поставлено на карту. А именно - жизнь человека. Она не могла себе позволить рисковать жизнью Уилсон.
Проводив до дверей подругу, Эмили отправилась раскладывать продукты в холодильник, затем отнесла бутылку вина в подсобку и, вернувшись в гостиную, девушка устроилась в кресло напротив дивана, раскрывая свежую газету, принесенную подругой.
Она не сразу заметила испуганное выражение лица брюнетки, которая сидела, мертвой хваткой вцепившись в конверт.
- Регина...Что такое?
В следующую секунду газеты полетели на пол, а Эйм бросилась к Уилсон. Мягко разжав пальцы женщины, она забрала конверт из ее рук, и из него выпал сложенный вдвое листок, на котором было написано всего три строчки:
"Тебе не уйти, не убежать от возмездия.
Я найду тебя, и ты будешь умирать медленно, прося о пощаде.
А я буду с наслаждением смотреть, как утекает из тебя жизнь".
Свонсон быстро скомкала листок и гневно швырнула его в стоящую у входной двери корзину.
- Эй, - она опустилась перед женщиной на колени, убирая с ее ног коробку, - Регина, все в порядке, слышишь.
Лицо было бледным, а карие глаза, словно стеклянные, и Эмили понимала, что женщина не видит ее.
- Он это сделает, ведь так? – темные глаза Уилсон со страхом вцепились в светлые, обеспокоенные глаза девушки.
- Он тебя не тронет. Я тебе обещаю.
- Это никогда не прекратиться…
- Регина, я…не дам…тебя…в обиду! – четко выговаривая каждое слово, произнесла девушка.
Женщине не чего было сказать на это, она хотела верить в эти слова, хотела верить в то, что Эйм действительно защитит ее, но страх закрадывался все глубже под кожу, и выгнать его было все сложней. Каждую ночь было нестерпимо закрывать глаза и слушать эту оглушающую тишину, каждый шорох и скрип казался крадущейся смертью. Она знала, что защитник рядом, но это не унимало бешено стучащего сердца.
Брюнетка опустила голову, и устало прикрыла глаза. Боль и страх выматывают, и это начинает плохо сказываться на ее нервах и душевном состоянии.
- Отведи меня, пожалуйста, в комнату.
Эмили помогла Регине подняться и, поддерживая под руку, отвела в спальню. Напряжение витало в воздухе, вновь появилось это липкое чувство чего-то…Эйм не могла понять чего.Уилсон не просила ее остаться, но девушка все равно опустилась в старое отцовское кресло у окна и ждала, когда сон, наконец, заберет измученную постоянным страхом женщину.
Спустя минуты дыхание Регины стало ровным и спокойным, и девушка расслабилась, откинувшись на спинку кресла.Но тишина была не долгой. Плечи женщины то и дело вздрагивали, а из горла вырывались тихие стоны…ей снились кошмары. Свонсон понимала, что женщина на грани. Первоначальный страх за свою жизнь, ранение и вынужденное заточение, а теперь это письмо – все это добивает ее капля за каплей и сама девушка мало что может с этим поделать. От осознания собственного бессилия Эйм зарычала, с силой сжимая кулаки, мысленно давая себе обещание, что кто бы он ни был, этот шантажист и убийца, он ответит ей за каждое неприятное мгновение темноволосой женщины, каждую ее слезу.
Регина в очередной раз вздрогнула всем телом, и ее глаза резко распахнулись. Дыхание было рваным, казалось, женщина дышит через раз. Эйм не смогла больше на это смотреть. Решив взять ситуацию под свой контроль, она не снимая обуви, легла рядом с Региной и осторожно обняла ее сзади. Положив руку на талию женщины, она прижала ее как можно плотнее к себе, чувствуя, как бешено колотится сердце под ладонью.
Горячее дыхание обожгло щеки Уилсон, когда до ее слуха дошел тихий шепот девушки:
- Я с тобой, Регина...
Сон отступил. На место ужасных образов из сна пришло иное чувство, очень похожее на спокойствие и стабильность. Регина чувствовала руку девушки, что лежала напротив ее сердца, и оно успокаивалось, выравнивая ритм. Такого она себе не позволяла никогда. Никогда она не доверяла никому на столько, чтоб чувствовать себя столь защищенной в чьих-то руках. Тот несостоявшийся поцелуй в ванной стал толчком к…
Регина не знала к чему, но это не давало ей покоя. Девушка разбередила ее старые раны, высвобождая давно забытые эмоции, которые сейчас в суматохе метались внутри, ища выхода. Только Уилсон не знала, как дать им волю, пока не знала.
Все, что было ясно как белый день – это то, что она хочет, чтоб девушка была рядом. Простое, корыстное и эгоистичное чувство собствиничества. Она пыталась себя в этом убедить.
После того как женщина уснула, все последующие восемь с половиной часов она больше ни разу не просыпалась. Руки Эмили крепко обнимали ее, даря покой и защиту.
Регину разбудил мерный стук капель по подоконнику. Погода явно устала от изнуряющей жары, которую дарила улицам Чикаго на протяжении всей этой недели. Крепкое кольцо рук по-прежнему обвивало талию женщины. Стараясь не будить своего телохранителя, которой тоже нужно было немного поспать, Уилсон осторожно повернулась к ней лицом. Эмили выглядела непривычно расслаблено, исчезла привычная морщинка со лба, светлые локоны разметались в беспорядке по ее лицу, от чего девушка выглядела даже немного забавно. Взгляд опустился на губы, и внутри, по всему телу, разлилось приятное тепло. Задуматься над причинами столь странной реакции на близость девушки не дали серые, сонные глаза, что неожиданно распахнулись.
- Доброе утро! – поприветствовала Эмили, внезапно отстраняясь.
Свонсон поднялась с кровати, и тут же принялась потягиваться, разминая затекшую спину и шею. И глянув на часы, стоящие на трюмо, что-то прикинула в уме.
- Ты обещала отвести меня на работу, помнишь? - напомнила женщина.
Эйм повернулась к брюнетке, кивая.
- Помню. Тебе сейчас нужна моя помощь? – она кивнула на ноги Уилсон.
- Нет, спасибо, думаю, пока что уколов не надо.
- Тогда я поставлю чайник.
Эмили задумчиво рассматривала узор на кофейной кружке, которую подарила ей Мелори, когда Регина осторожно ступая на больную ногу, остановилась на входе в кухню. Идеально сидящий на ней брючный костюм, придал строгости и элегантности женщине.
- Кофе? - предложила Эйм, смотря, как медленно подходит к ней брюнетка.
- Может позже.
Взгляд карих глаз стал янтарным и серьезным, когда Уилсон приблизилась к Эмили, говоря:
- Ты когда-нибудь теряла клиентов?
Свонсон тут же посмотрела ей в глаза.
- Нет.
- А если меня убьют...
- Тебя не убьют. Я буду с тобой! – прервала ее Эмили.
Регина не понимала, зачем задает такие вопросы, она была уверенна в девушке, но…
- Почему ты со мной?
Уилсон находилась всего в нескольких сантиметрах от Эйм, и тело девушки не двусмысленно отреагировало на эту близость. Снова.
- Это моя работа, тебя защищать, - грубее, чем хотела, ответила девушка.
Регина отвернулась. Несколько минут назад, одеваясь, там, в комнате, она невольно подумала о том, что может принести этот день. Этот первый ее выход на улицу за прошедшую неделю…может стать последним. Женщина боялась не на шутку…оказывается, жить действительно хочется. Она вновь вернула взгляд этим ясным серым глазам, девушка стояла, вцепившись в кружку, и неотрывно следила за ней. Регина помнила этот взгляд, всего несколько дней назад Эмили так же смотрела на нее в ванной.
Видимо, въедливый страх и стресс действительно сыграли с ней злую шутку, потому что в следующий миг она, наплевав на все, двинулась в сторону своего телохранителя, порывисто целуя ту в губы. Пальцы женщины обхватили запястье девушки в попытке сохранить равновесие. Эйм, настолько не ожидавшая подобного развития событий, просто замерла, даже не осознавая, что ее целует женщина, которую она должна защищать.
Придя, наконец, в себя Эйм порывисто отстранилась от Регины, давая понять, что все происходящее неправильно. В голове все перемешалось, этот неожиданный поцелуй выбил ее из колеи. Она не отвечала, но Уилсон вложила в него столько страсти, что сладковатый привкус, оставшийся на губах, перемешал все мысли Свонсон.
- Это не должно было случиться, - с трудом выдавила из себя Эмили. – И не должно повториться!
Девушка отошла к окну, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди. Она тут же мысленно отругала себя за то, что допустила подобное. Снова. Она профессионал, она не может позволить себе подобные отношения с клиенткой, иначе…
Личные чувства не должны мешать работе.
Уилсон, оставшаяся стоять на месте, казалось, совершенно не заметила душевных метаний девушки.Она провела ладонями по невидимым складкам на пиджаке и вернула взгляд светлым глазам своего телохранителя. Будто ничего и не было.
- Отвезешь меня на работу? – спокойно спросила Регина.
Эмили не в силах ответить просто кивнула, и, схватив со стола свой телефон с ключами, подхватила куртку и направилась в сторону выхода, чтоб открыть дверь перед следующей за ней женщиной.
Уже на улице Свонсон вспомнила, что следовало поменять повязку на бедре Регины и взять ее бронежилет, но, когда она предложила за ним сходить Регина наотрез отказалась одевать его в офис. Эйм ничего не осталось, как смириться. Она вообще, чувствовала себя в подвешенном состоянии. Этот эпизод их неожиданной близости выбил ее из колеи, и эти перемены немного напрягали Эйм, она с трудом могла сосредоточиться, и это не хорошо.
Дождь уже кончился, напоминая о себе лишь мокрым асфальтом и свежестью воздуха.
Уилсон недовольно фыркнула, садясь на переднее сидение "Ниссана". Эмили севшая за руль, быстро пристегнулась и хотела помочь в этом женщине, но та, отстранила ее руку, показывая, что справится сама. При этом безмолвном диалоге девушка уловила на себе взгляд Уилсон...любопытный взгляд.
Пришлось ехать через Харрисон стрит, только до Джефферсон, а там свернуть на Рузвельт роад. Непреодолимые пробки были повсюду, поэтому Эйм пришлось ехать дворами, благо она прекрасно знала все закоулки Чикаго, но на углу Рузвельт и Южной Кларк все-таки застряли в большом заторе.
Эмили чувствовала себя неуютно под пристальным взглядом сидящей рядом брюнетки, а Уилсон на какое-то время совсем позабыла о том, что они направляются в офис, то и дело, бросая взгляд в сторону девушки. То, что раньше было непозволительной роскошью, сейчас стало нормой. Да и как можно думать о бизнесе, когда в голове такой бардак. Мыслями женщина по-прежнему там, на кухне в квартире Свонсон, а сама Эйм сейчас натянута как струна, сцепившись в руль, пытается сосредоточиться на вождении, правда дается ей это с трудом, о чем свидетельствуют редкие косые взгляды в сторону Регины.
В офис "Чикаго Паблик Рилейшн" они прибыли к девяти утра. Эмили, подав руку, помогла Уилсон выбраться из ее авто. Свонсон не смогла остановить волну мурашек, что прошли по ее спине от ощущения горячей и чуть влажной ладони Регины. От внимания Уилсон не укрылось, как резко напряглась спина девушки, когда та держала ее за руку. Что-то есть там, за этим неприступным фасадом телохранителя. Однажды Регина уже видела этот проблеск эмоций, тогда в ванной, а сейчас Эйм настойчиво старается казаться хладнокровной и равнодушной. Женщина внутренне улыбнулась своим мыслям. Долго так продолжаться не будет.
По мере приближения к основному офису компании, Эмили начала замечать удивленные взгляды работников. Их встретила радостная девушка с горячим чайником, полным ароматного кофе.
Регина вошла в свой родной офис и замерла в недоумении.
- Мисс Уилсон, - обрадовалась девушка. - Мы так рады, что с Вами все хорошо. Мы все переживали, - окинула она взглядом небольшой офис. Все работники смотрели на нее и Эмили.
Женщина улыбнулась, обходя секретаршу, и уже через плечо уверенным, деловым тоном произнесла:
- Мисс Гудмен, принесите мне, пожалуйста, последние отчеты и почту!
Девушка кивнула и быстро скрылась из виду.
Уилсон вошла в кабинет, тут же опускаясь в кресло. Бедро постоянно напоминало о себе ноющей болью. Эмили, видя, как морщится брюнетка, прикрыла за собой дверь:
- Хочешь, чтобы я сделала перевязку? – девушка опустила сумку с медикаментами на стол.
Уилсон же в ответ только устало метнула жаркий взгляд в ее сторону.
- Хочу, чтобы ты оставила меня в покое и дала работать! - грубо отчеканила она.
Эмили решила, что сейчас отнюдь не самое подходящее время для перепалок, поэтому молча пожала плечами и развернулась, чтобы уйти.
- Свонсон...
Эйм повернулась.
- Я не хотела срываться, прости.
На самом деле девушка совершенно не обиделась на резкость слов Регины. Она понимала, что
боль выматывает ее. Сильно. Да и потом, она привезла ее сюда работать, здесь босс Регина, а Эмили ее просто охраняет.
- Ничего, все нормально, - пробормотала Свонсон. – Я оставлю тебя одну.
Решив оглядеть главный офис компании, а, может, даже познакомиться с работниками, Эйм покинула кабинет Уилсон, давая женщине, возможно, почувствовать себя лучше. Правда, она не знала, что после того, как она скрылась в дверях, Регина отругала себя за то, что накричала на девушку на ровном месте.
Эмили же познакомилась с новым охранником - Стивом, которого самостоятельно наняла Робин Гудмен, секретарь компании.
В отсутствии мисс Уилсон, девушке пришлось взять часть обязанностей Сида на себя, и она хорошо с этим справлялась. Так же она немного узнала о самой компании и о том, кто как тут работает. Как оказалось, работники недолюбливали Регину из-за ее вздорного характера и неуважение к сотрудникам. Робин и вовсе боялась деспотичную бизнес-леди. Но когда она узнала о покушении на начальницу, она ее даже жалела и переживала за ее здоровье.
- Она не виновата, что большую часть жизни росла без отца, - пояснила Робин. – Её, наверное, просто никто не любил. И она сама, тоже никого не любила.
Эмили задумалась над словами секретарши. Значит, Регина стала такой потому что...
С мыслей ее сбил звонок мобильного. Звонил Хантер, и сказал, что сейчас к ним приедет. Мужчина был крайне возмущен, и Эйм подумала, что что-то произошло. Оставалось лишь выяснить что.
Долго Хантера ждать не пришлось. Вообще Эмили заметила за сыщиком пунктуальность. Хорошая черта Детектива.
- Ты что, с ума сошла? - возмутился он, когда, наконец, попал в офис.
Эйм пожала плечами.
- С ней все хорошо... будет. Просто нужно было сменить обстановку.
Хантер отвел Эмили в сторону.
- Ты знаешь некую Прайс? Джеки Прайс!
Эйм отступила назад, упершись в стол.
- Так, ясно, знаешь, - понятливо кивнул Детектив. - А знаешь ли ты, на кого она работает?
Эмили поняла все без дальнейших пояснений. Джеки всегда стремилась взлететь высоко. Что же, значит, им придется сойтись друг против друга.
- На Ричарда Кранча, - без эмоций ответила Свонсон.
Глаза Детектива расширились и он поморщился.
- Я работала с ней раньше, и...
- Ты понимаешь, что это возможно она покушалась на жизнь Уилсон?!
Эмили понимала это как никто другой. "Зеленые береты", с ними не шутят. Она одна из лучших выпускниц за всю историю Американской Армии Специального Назначения США. Это очень способный солдат, не смотря на "слабый" пол.
- Мы должны быть готовы ко всему, Детектив, - сказала Свонсон. - Я сама скажу обо всем Регине.
- Думаешь, стоит говорить ей?
Эмили кивнула не раздумывая.
День стремительно подходил к концу.
Было около шести вечера, когда Эйм, насмотревшись на то, как сыщик Грэхем мило назначает свидание Робин, решила, что пора зайти к Регине.
Женщина сидела в кресле, спиной к выходу. Эйм осторожно подошла, положив ей руки на плечи, без единой задней мысли. У нее после трех часов пребывания в офисе и тяжелых размышлений о Джеки вообще в голове царил беспорядок, и ей необходимо было отвлечься на кого-то. Пусть даже на Регину.
Уилсон вздрогнула и повернулась в кресле таким образом, что девушка оказалась нависшей над ней. Красивый, грустный взгляд карих глаз скользнул по губам девушки. Весь день Регина не могла сосредоточиться на работе, она тщетно пыталась выбросить из головы все ненужные мысли, но ее память упорно возвращалась к этому злосчастному утреннему поцелую.
Женщина не привыкла к такому шквалу эмоций. Она уже очень давно не испытывала того, чего хотело ее тело сейчас. Хотело от стройного, белокурого телохранителя. Хотело настолько сильно, что сопротивляться этому она просто не имела сил. Годы одиночества, бесконечное напряжение последней недели и странное притяжение к девушке окончательно вывели Уилсон из равновесия, и она, отбрасывая весь здравый смысл в сторону, последовала за своим желанием, резко поднимаясь с кресла, толкая Эмили к столу. Понимая, что сейчас произойдет поцелуй, Эйм инстинктивно уклонилась, и Регина скользнула губами по ее шее, чувствуя адское напряжение, повисшее в воздухе.
Регина отстранилась, внимательно всматриваясь в серьезное лицо девушки. Женщина была уверена, что Свонсон хочет этого, она знала это, видела в ее испуганных глазах, в напряженных пальцах, которые крепко вцепились в лакированный край стола. Желание сочилось в тяжелом грудном дыхании телохранителя. Но что-то ее удерживало, и Регина догадывалась, что именно, но предрассудки деловых отношений ее сейчас мало волновали…совсем не волновали. Она подалась вперед, желая получить то, что ей было нужно, и, развернув за подбородок лицо Эмили, она ее поцеловала. Снова. Страстно. Сильно. От этого поцелуя закружилась голова у обеих, словно разрывая все сомнения, что роились внутри. Стол стал немым свидетелем этого эпизода, ощутив на себе огненный напор двух женщин.
Этот поцелуй был полной противоположностью тому, который произошел утром. Сейчас Регина себя не контролировала, она отбросила в сторону все страхи, все противоречия и впервые в жизни жила. Она просто хотела получить желаемое, и она чувствовала, что Эйм хочет того же.
Эмили не двигалась, ее запястье было в надежной хватке руки Уилсон, и та не желала ее отпускать. Девушка чувствовала, как контроль над ситуацией стремительно переходит Регине, и она ничего не может с этим поделать.
Эйм отчетливо слышала как всего в нескольких метрах от них, за пределами кабинета, офис живет своей жизнью: кто-то говорил по телефону, кто-то смеялся, кто-то даже пытался перекричать весь этот гвалт и обсуждать работу. В любой момент этот кто-то мог войти сюда и...
Регина неожиданно подхватила Эмили под бедро и, не разрывая поцелуй, усадила на край стола. Эйм поняла что теряется, пропадает от этих рук, жадно блуждающих по телу, от губ, которые смешивают поцелуи с осторожными укусами. Регина была накалена до предела, и тело девушки реагировало на это безотказно.
Пальчики Уилсон добрались до ремня на джинсах телохранителя, и тот пронзительно звякнул, поддаваясь напору брюнетки, так же как и молния. Эмили даже не думала сопротивляться или как-то остановить это безумие, она полностью отдалась страсти. У нее так давно никого не было, что сейчас она была уверенна, что ей хватит одного неглубокого проникновения, чтоб дойти до финала.
Регина рывком раздвинула бедра блондинки шире, пробираясь под последнюю преграду белья, и Эмили закусив губу, прогнулась в спине, когда почувствовала горячие пальцы Уилсон в себе. Сердце бешено колотилось учащая и без того срывающееся дыхание Свонсон. Регина губами, едва касающимися губ девушки, ловила страстные флюиды, исходящие от Эйм, сама невероятно возбуждаясь при этом.
В какой-то момент Эмили схватила Регину за бедра, прижимая как можно крепче к себе, двигаясь навстречу и оказываясь на краешке стола. Уилсон обняла ее свободной рукой, перемещая губы на шею, чуть посасывая нежную кожу и делая резкий толчок, проникая еще глубже в девушку. И Эмили, запрокинув голову, тут же кончает, с тихим стоном выгибаясь навстречу женщине и соскальзывая со стола в ее объятия.
Регина подхватила задыхающуюся блондинку, не давая упасть. Девушка подняла свой затуманенный взгляд на Уилсон, встречаясь с ее невероятно довольными карими глазами. Регина смущенно улыбнулась и вернула себе руку, на которой блестела влага. Эмили, цепляясь одной рукой за талию женщины, а другой за край стола, попыталась встать, и ее бедро при этом оказалось между бедер брюнетки. Регина, почувствовав неожиданное давление на свою разгоряченную и возбужденную до предела плоть, глухо застонала не в силах выдержать накатившего на нее удовольствия и, навалившись на Свонсон, которая вновь облокотилась на стол, стала подаваться бедрами вперед, отчаянно желая получить свою разрядку. Ее пальцы судорожно сжались на талии девушки, мышцы напряглись до предела, еще один стон, но уже более громкий сорвался с ее губ, но Эйм подхватила его, накрывая губы Регины мягким поцелуем. Секунда, другая, третья…
Волна оргазма накрыла и Уилсон с головой, распуская наслаждение в каждую клеточку ее тела. Эмили не удержалась и снова припала к таким манящим, чуть припухшим губам.
По дороге до дома Свонсон стояла тишина.
После столь бурного эпизода Эмили чувствовала себя немного неловко, словно бы они делали что-то противозаконное на этом столе в кабинете Уилсон. Регина тоже была задумчива, она почти не смотрела на блондинку, предпочитая разглядывать уже стемневшие улицы города. В своих размышлениях Эйм вспомнила о больном бедре женщины. Благо боли стали ее беспокоить меньше чем раньше, но стоило ей об этом подумать, как Уилсон неожиданно вжалась в сиденье, сжимая зубы и цепляясь за ручку двери. Эмили, не мешкая, съехала в переулок и, остановив машину, потянулась за сумкой, в которой лежали ампулы.
- Свонсон, не надо! – Регину чуть грубо толкнула девушку в плечо. – Сейчас отпустит.
Эмили нахмурилась, но перечить не стала.
Уилсон оказалась права, спазм миновал, и боль отошла буквально через пару минут.
Эмили сидела прямо, уставившись куда-то сквозь лобовое стекло, а Регина по-прежнему вцепившись в дверную ручку, рассматривала царапины на бардачке. Обе молчали, у каждой в голове крутился водоворот мыслей.
Ни одну из своих дум Регина озвучивать не хотела. То, что между ними произошло, это просто секс. Просто разрядка. Это ничего не значит и не может значить. Для Уилсон уж точно. Просто с ней сыграло злую шутку слишком долгое отсутствие кого-то рядом. Она даже не могла вспомнить, когда в последний раз кто-то касался ее, когда она в последний раз чувствовала такое возбуждение. За последнее время на нее навалилось так много всего: бесконечная работа, покушение, ранение, взрывы и…Эмили. Женщина, привыкшая все до мельчайших подробностей всегда держать под своим жестким контролем, была просто обескуражена тем, в какой неуправляемый хаос превратилась ее жизнь. И светловолосая девушка ничуть не облегчала ее страданий, как раз наоборот, она пробудила доселе глубоко запрятанные чувства Уилсон.Ей необходимо было снять это напряжение. Единственное, что Регина ни как не могла понять – это почему ее так тянет к девушке. По началу Уилсон казалось, что секс поможет ей избавиться от этого томления в груди, но сейчас она отчетливо понимала, что все это только начало.
Эмили же ни как не могла выкинуть из головы разговор с Хантером о Джекки. Если это и правда она пыталась убить Уилсон, значит у них большие проблемы. Как только они отъехали от офиса, Эйм сразу же набрала Детектива и сообщила ему, что они направляются к ней домой. Это было не обязательно, но почему-то она посчитала нужным, чтобы он был в курсе. Возможно, это было некое предчувствие. Когда работаешь телохранителем, приходится выращивать не только глаза на затылке, но и развивать шестое чувство, а вместе с ним слух и нюх. Именно поэтому вся эта неразбериха с Уилсон и этот страстный эпизод в ее кабинете совершенно не уместны сейчас, это мешает работе, полностью выбивая из колеи. С одной стороны, она понимала, что ей нужна была эта разрядка, этот инцидент немного сбавил накал между ними, но с другой стороны Эмили помнила поцелуй, который она так нежно подарила устам женщины. И он был чем-то больше, нежели просто последствие обжигающей страсти и животного инстинкта. Было что-то еще.
Не желая еще больше погружаться в мысленные баталии, Эмили потянулась к ключам зажигания, но завести мотор ей помешали стекла, что неожиданно посыпались на нее из дверного окна. Резкий толчок. Кто-то схватил Эмили за ворот рубашки, выволакивая из машины. Щелкнул затвор…
На миг Эмили замешкалась, но лишь на короткий миг. А в следующую секунду она резко выпрямилась, делая замах кулаком в живот нападавшему. Рука скользнула по воздуху, не достигнув цели, но и этого маневра хватило, чтоб открыть во всей красе лицо убийцы. Опасения Эмили оправдались в полной мере; это была Джеки Прайс!
- Ну, вот и встретились! – до боли знакомый голос резанул слух, но Эйм ни как не отреагировала на реплику, в ее голове сейчас была только одна мысль – Регина!
Попытка обернуться в сторону машины была прервана резким ударом в лицо, и Эйм сжала зубы, игнорируя боль, что пронзила челюсть, тут же отвечая на выпад. Мощный удар лишь покачнул Джеки, и она одарила девушку надменной ухмылкой, после чего в ее руке блеснул пистолет, и его дуло было направлено в сторону Эмили.
Свонсон не раз была в подобных опасных ситуациях, и она всегда знала, что нужно делать, но сейчас бег времени будто замедлился и стал почти осязаемо тягучим. Она физически ощутила, словно накалившийся воздух, когда услышала хлопок двери своей машины и увидела стремящуюся к ней Регину.
Неожиданное появление Уилсон отвлекло внимание Джеки, чем Эйм не преминула воспользоваться, бросаясь на солдатку, выбивая из ее рук оружие.
Тишину ночных улиц вспорол звук выстрела.
Все, что происходило после, Эмили наблюдала, будто со стороны: Регина, услышав выстрел, дернулась к девушке, но тут же была перехвачена налетевшим на нее Хантером.
Второй выстрел прогремел, словно гром среди ясного неба.
Мужчина закрыл собой Уилсон, принимая на себя снайперскую пулю.
- Хантер!!! Уведи ее!!! – не акцентируя внимание на его неожиданном появлении, заорала
Эйм, и ее голос небольшим эхом прошелся по пустынным, темным улицам.
Хантер, подхватив Регину, потащил ее прочь от открытого места.
- Нет!!! Хантер!!! Пусти меня! Ей помощь нужна. Эйм!!! – Уилсон сопротивлялась, колотя мужчину по спине.
Детектив был ранен, но пулю сблокировал бронежилет, и Грэхем в который раз поблагодарил судьбу за удачу. Немного щипало в груди, но мужчина цепко держал Уилсон, шепча:
- Не высовывайся!
Поняв, что Регина в безопасности Эмили полностью сосредоточилась на Джеки.
Их борьба переросла в яростную стычку. Обе девушки не уступали друг другу по силе, и Эйм даже не хотела думать о том, что может в итоге оказаться слабее.
Очередной удар пришелся Эмили в бровь, и левый глаз тут же защипало от крови, стекающей из рассеченной кожи. Оставшись без оружия, Джеки сосредоточила внимания на том, чтобы вымотать своего противника, и сейчас Свонсон действительно была на грани, легкие горели от тяжелых рваных вдохов холодного ночного воздуха. Она вытерла внешней стороной ладони кровь с лица, фокусируя не четкий взгляд на Джеки. И затуманенный взор слишком поздно уловил блеснувшее в руке противника лезвие, которое в следующий миг впилось в левое плечо адской болью.
- Прости, Эйм, ничего личного, - холодный и равнодушный голос.
Девушка схватилась за плечо в бесполезной попытке остановить кровотечение и, подавляя подступившую к горлу тошноту от пронзительной острой боли. Опустившись на колено, она подняла гневный взгляд, видя, как возрастает торжество на лице Джеки, как и занесенный над ней нож.
Не желая ждать, когда солдатка зарежет ее на месте, девушка с силой ударила Джеки ногой
в колено с боку. Прайс издала приглушенный рык, удерживая равновесие и, не мешкая, замахиваясь ножом. Свонсон была не готова перехватить смертельный удар…но его и не последовало.
Эхо выстрела отрикошетило от сонных улиц, улетая куда-то вглубь города.
Джеки пошатнулась, опуская изумленный взгляд на свою грудь, где стремительно расплывалось темно-красное пятно. Нож выпал из безвольных пальцев с оглушающим лязгом падая на мостовую. Она медленно осела на влажный асфальт, бросая последний взгляд на остолбеневшую Эмили.
Свонсон подняла глаза, всматриваясь в темноту перед собой. Хантер сжимал револьвер.
- Регина...Снайпер... – она в секунду очнулась от шока, дыша через раз, попыталась подняться.
Полицейские сирены уже выли, возвещая о своем приближении.
Подойдя к девушке, сыщик подал ей руку, помогая встать. Свонсон с силой сжимала рану на плече, окидывая Детектива быстрым взглядом.
- Твоя суеверность – твое спасение, - сказала Эйм, намекая на продырявленный бронежилет.
- Я же говорил, что без него никуда, - он попытался даже улыбнуться, но было видно, что мужчине больно. - Потерпи, сейчас "Скорая" приедет.
- Регина, где она, Хантер?
- Свонсон!!!
Встревоженный возглас за спиной, стал для Эйм ответом.
- Регина, стой!
Уловив шум, Грэхем обернулся, выставляя вперед револьвер. Регина вздрогнула, замерев на месте и боясь, что все это еще не закончилось. Эмили инстинктивно выступила вперед, закрывая женщину от возможной опасности.
- Убили мы вашего снайпера, - сказал грубый голос. - Сняли, как фигурку в тире.
Из темноты вынырнул «крепкий» мужчина в форме спецназовца, и Хантер улыбнулся ему, признавая.
- И Кранча взяли, за что Вам спасибо, - добавил он, осматривая присутствующих. - Давно за этим сукиным сыном гоняюсь.
- Хватит разглагольствовать! - рявкнула вдруг Регина, вернувшая себя часть самообладания.
- Ей помощь нужна!
Уже в «Скорой», по пути в больницу, Эмили стало хуже. Когда врачи остановили кровотечение, девушка поняла, что теряет чувствительность в руке. Рана была глубокая, но особой опасности не представляла, поэтому медики предположили, что это временное онемение. Свонсон попыталась успокоиться, понимая, что врачам виднее.
- Эйм?!
Девушка обратила взгляд на сидящую рядом женщину. Регина была напряжена, спина непривычно сгорблена, а руки крепко цеплялись за запястье телохранителя, будто она боялась, что Эйм исчезнет. Она действительно боялась…за нее.
В голове Уилсон был полный сумбур мыслей, чувства не поддавались объяснению, и она не могла понять, что с ней происходит, и почему она так панически боится выпустить холодные пальцы Свонсон из своих трясущихся рук.
- Она ведь не умрет? – поинтересовалась женщина у одного из врачей.
Мужчина кивнул и слегка улыбнулся женщине:
- Не волнуйтесь, с ней все будет хорошо.
- Да мне плевать! Я требую, чтобы вы положили ее в отдельную палату!
Слова эхом отдавались в голове телохранителя.
- Рана у нее не опасная...поймите.
Приглушенный свет скользил по сонному лицу Свонсон.
Регина пристроилась около ее кровати, молча наблюдая за девушкой. После того, что произошло за последние четыре часа, у нее не было ни сил, ни слов. Впервые за много лет она боялась не за себя, а за кого-то другого. Эйм боролась за нее до конца, и она сама готова была бороться за девушку, даже не отдавая себе отчета в этом.
Эмили открыла глаза, тут же натыкаясь взглядом на чуть бледное лицо Регины. Было немного странно видеть здесь Уилсон.
- Как ты, Свонсон? – голос женщины еле заметно дрогнул, выдавая ее состояние.
- Дай мне, пожалуйста, стакан воды, - попросила Эмили, чувствуя, как скребет сухость в горле.
Регина взяла с тумбочки стакан и протянула его девушке. Эйм потянувшись за ним, забыла о ране и сморщилась, когда плечо прострелила острая боль, но тот факт, что чувствительность вернулась, несказанно порадовал ее. Переложив стакан в здоровую руку, она сделала глоток наблюдая за Уилсон, которая не спускала с нее глаз.
- Со мной все хорошо, - успокоила ее Эйм. - Немного зябко здесь, но это не страшно.
В палате не было холодно, скорее даже наоборот, жарковато. Но врач сказал Уилсон, что Эмили вколют морфин, чтобы снять боль после операции, видимо, это он так действует.
- Холодно? - Регина поймала Эмили за руку, и девушка перевела взгляд серых глаз на нее.
- Это, скорее всего, лекарство. Пройдет.
Уилсон и сама это понимала, но не смогла остановить себя от того, чтоб пересесть на койку. Эйм не успевшая среагировать почувствовала, как женщина легла вытянувшись вдоль ее тела, и одна рука осторожно обняла за талию. Весь озноб в миг куда-то испарился, и девушке стало жарко от этих объятий.
- Что ты делаешь? –попыталась отстраниться Свонсон.
- Просто не хочу, чтоб ты мерзла… - она замолчала, переводя от чего-то сбившееся дыхание, – я не знаю, что я делаю…
Эмили понимала, она сама не могла толком разобраться в том, что сейчас происходит в ее голове…и чувствах.
- Твое бедро… как оно? – поинтересовалась Свонсон, что бы отвлечь себя от разных ощущений.
Но эти ощущения стали еще более настойчивы, когда Регина чуть сползла пониже, устраиваясь удобнее возле девушки, и ее нога опустилась поверх бедер Свонсон.
Уилсон оставила вопрос без ответа, вместо него она осторожно притянула Эмили ближе к себе и оставила легкий поцелуй на щеке, почти у самых губ. Ни одна из них не двигалась, обе почти не дышали, борясь и сопротивляясь ощущениям.
Первой сдалась Регина. Ее рука покинула талию Эйм и скользнула вниз, от чего девушку обдало волной жара и возбуждения. Она сглотнула, пугаясь интенсивности чувств, вызванных простым движением брюнетки. Уилсон, задержав ненадолго руку на животе Эмили, повела ее вверх до самого подбородка, после чего мягко, но настойчиво развернула лицо девушки к себе и, не дожидаясь реакции, поцеловала. Свонсон дернулась, но пальцы женщины крепко удерживали ее за подбородок, и она сдалась, понимая, что сама хочет этого…хочет невероятно сильно. Именно поэтому она совершенно не сопротивлялась, когда Регина уложила ее на спину, садясь сверху на ее бедра. Губы женщины были горячие, мягкие и чуть влажные, они покрывали короткими поцелуями каждый открытый участок кожи Эйм.
Они не говорили, это было лишним. Над обеими взял вверх инстинкт, которому ни одна не хотела больше сопротивляться.
Эмили ощутила, как рука Уилсон проникла под ее тонкую рубашку, добираясь до трусиков, но она не дала ей продвинуться дальше, удержав за запястье, и отводя его в сторону. Она поцеловала Регину, придерживая здоровой рукой за подбородок. Карие глаза смотрели на нее с немым удивлением, но внутри тела Уилсон уже разгорался огонек желания, который Эйм решила довести до обжигающего пламени. Только сейчас Эмили осознала, что, не смотря на то, что между ними произошло, Регина так и не ощутила ее внутри себя. Сейчас она была полна решимости исправить это. Она не хотела получать ласки, она желала подарить их женщине, что изменила ее жизнь.
Свонсон провела кончиками пальцев по груди Уилсон, прочувствовав даже через одежду жар прекрасного тела. А Регина, не отрывая взгляда, всматривалась в ее светлые глаза, которые сейчас блестели от эмоций. Она терпеливо ждала, зная, что эта ночь много для них теперь изменит.
Эмили осторожно опустила больную руку на талию женщины, а второй уверенно скользнула на живот и ниже. Раздался тихий щелчок ремня, и дыхание Регины резко участилось в предвкушении. Она немного приподняла бедра, позволяя руке девушки легко преодолеть последнее препятствие белья, и не смогла сдержать хриплого стона, когда почувствовала, как Эйм вошла в нее настойчивым толчком. Этот сладостный звук, невольно сорвавшийся с губ Регины, заставил девушку отбросить все предостережения. Она двинула руку глубже, чувствуя влагу на пальцах.
Уилсон обняла Эмили, зарывшись в ее мягкие волосы, а второй рукой уперлась в стену, начав настойчиво двигать бедрами в такт руке Эйм, что танцевала внутри нее невообразимый танец, приближая к оргазму с каждым последующим движением. Эмили чувствовала, как вокруг ее пальцев все сжимается, пульсирует, желая разрядки. Она добавила еще один палец, и Регина впилась коготками ей в спину, чувствуя, что вот-вот наступит сладкий момент.
Их движения стали резче, ритм сбился, и Эйм, игнорируя боль в руке, сжала бедро Уилсон, и резко приподняв собственные бедра, проникла пальцами в самую глубь. От столь дерзкого движения Регина, закусив губу, громко, со стоном, выдохнула, отрывая руку от стены и прогибаясь в спине, пытаясь выдержать мощные волны накрывшего ее оргазма. Эмили ощутила эту пульсацию даже на кончиках пальцев. Она с нескрываемым восхищением наблюдала за Региной, которая с трудом дыша, прижалась к ней всем телом, шепча:
- Спасибо.
Настойчивые солнечные лучи просочились сквозь тонкие шторы, падая на лицо пробуждающейся девушки. Эмили открыла глаза и тут же прищурилась от яркого света, отворачиваясь на другой бок. Взгляд упал на женщину, что сладко спала рядом, крепко обнимая подушку. Не удержавшись, Эйм поцеловала Регину в щеку, от чего та поёжилась и тут же отвернулась в другую сторону.
- Вставай, мы сегодня должны еще кучу дел сделать, - прошептала Свонсон на ухо Регине.
- Ты мой телохранитель, а не будильник! - сонно парировала Уилсон, нехотя открывая глаза.
На эту уже почти привычную реплику Эмили лишь усмехнулась, откидывая одеяло и выбираясь из постели. Накинув халат, она отправилась на кухню.
Вместе со щелчком кофеварки послышался настойчивый стук.
Подойдя к мощной двери, Свонсон посмотрела в глазок и обнаружила мнущегося в нетерпении Хантера.
- Уже скоро полдень, а ты все еще не одета, - заметил мужчина, делая шаг в дом.
Эмили нахмурилась.
- Иногда нужна лебедка, чтобы поднять эту женщину.
Сыщик прошел следом за Эйм на кухню, осматривая по пути дом.
- А, неплохо вы тут все отремонтировали. И камеры повсюду, - он указал на потолок. - Твоя работа?
Эмили коротко кивнула.
- Мне придется оборонять то, что я по праву заслужила.
Да, им пришлось поднапрячься, чтобы реставрировать этот дом. Но Регина любила его, и Эйм была не против сделать из него крепость. Правда, многое пришлось переделать в угоду надежности, но Свонсон справилась. Сейчас этот дом был настоящей надежной и неприступной крепостью.
Мужчина улыбнулся, присаживаясь на табурет.
- Как у тебя с семейной жизнью? – спросила Эйм, заметив задумчивое выражение лица детектива.
- Отлично. Робин - это та девушка, которую я так давно искал. Но…я никогда бы не подумал, что найду ее, гоняясь за убийцей бизнес-леди Чикаго. Как тебе с ней живется?
Эйм пожала плечами.
- С любимыми всегда живется хорошо, Хантер.
Выслушав углубленный рассказ Хантера о его отношениях с Робин, Эмили, наконец, удалось выпроводить детектива за дверь и отправиться в душ, о котором мечтала все утро.
Но как только она включила воду, сразу почувствовала присутствие Регины.
За последние две недели их отношения разительно поменялись, хотя одно осталось неизменным - девушке нравилось, что они не признавались друг другу в любви. Между ними царила некая недосказанность, которая устраивала обеих. Однако Свонсон чувствовала, что Регина дорожит ей и совершенно не хочет терять. Ей нравилось, когда Эмили была рядом, и не просто как телохранитель, а как ее возлюбленная. Но, не смотря на все это, Эмили пришлось уяснить, что, когда женщина на работе, нет Регины, а есть только мисс Уилсон. Брюнетка была предана своей работе, она ею дорожила и пресекала на корню все, что могло ее отвлекать. Эйм это уважала.
Вообще Регина была довольно молчалива. Скорее всего, свою роль сыграла жизнь в одиночестве. Бывали моменты, когда Эмили заставала ее сидящей в гостиной с бокалом вина и при прослушивании чикагского джаза. Вот тогда девушка просто любовалась брюнеткой, наблюдая из-за угла задумчивую нежность на ее красивом лице.
Регина ступила в душевую кабинку, присоединяясь к девушке, нежившейся под струями теплой воды.
- Как твое плечо? –она обеспокоенно дотронулась до заживающей раны.
Эйм пробежалась взглядом по обнаженной фигуре женщины перед ней, в который раз восхищаясь великолепием созданным природой.
- Мое плечо на месте, - улыбнулась Эйм, подтягивая Регину к себе для поцелуя, и соединяя их губы, переплетая языки.
Она дотронулась до шрама на бедре Уилсон, следя за ее реакцией. Женщина лишь поморщилась, накрыв ладонью руку Эмили.
- Со мной все хорошо, - прошептала она, оставляя легкий поцелуй на плече девушки, возле рубца.
Не отрываясь от влажной кожи Эмили, Регина стала покрывать невесомыми поцелуями ее шею, ключицу, спускаясь к груди. Задержавшись на ребрах, она нежно провела кончиками пальцев от выемки на горле Эйм до пупка, чувствуя, как под ее прикосновениями напрягаются упругие мышцы. Опустившись на корточки, она позволила своей руке скользнуть ниже и тут же ощутила жар, исходящий от нежной плоти.
Эйм прислонилась спиной к стене, ощутив мягкий поцелуй между бедер, и полностью отдалась во власть ласкающих ее рук и губ. Теплые струй душа создавали особую атмосферу романтичности, которая в смеси с все более настойчивыми ласками вынуждала сердце девушки замирать в приятной истоме.
Когда тихие стоны, срывающиеся с уст Эйм, стали более рваными и громкими, Регина выпрямилась, одаривая вниманием твердые соски блондинки. Девушка прикрыла глаза, ощутив осторожное проникновение. Регина действовала нежно, плавно двигая пальцами, и эта неторопливость еще больше заводила Эйм. Ее бедра стали двигаться навстречу любимым пальцам, ловя ритм и горячие флюиды, смешанные в коктейль с уже прохладными струями душа. Регина ощущала, как бешено колотится сердце девушки, слышала ее сбившееся дыхание напротив своих губ. Добавив еще один палец, она ускорила ритм толчков и спустя секунды почувствовала горячую влагу и дрожь всего тела Эмили. Девушка прижалась к Уилсон, успокаивая дыхание.
Выскользнув из объятий, Эйм развернула женщину к себе спиной и чуть надавив, прислонила к стене кабинки. Приглушенный стон сорвался с губ Регины, когда Эмили прижалась к ней всем телом, прикусывая мочку уха, спускаясь поцелуями ниже. Голова женщины обессиленно опустилась на стекло, когда она почувствовала, как Эйм нежно разводит ее бедра, чтобы проникнуть внутрь. Поначалу мягкие толчки, становятся порывистыми и резкими. Регина откидывает голову назад, на плечо Эйм, выпуская на волю стон наслаждения, и изгибает спину, позволяя пальцам девушки проникнуть глубже. Эмили начинает двигаться всем телом, подаваясь вперед. Свободная рука скользнула по запястью женщины и их пальцы переплелись. Еще несколько толчков стали последними, Регина, обхватив девушку за бедро, сдалась оглушающей силе оргазма, что отдавалась во всем теле.
- Нас сегодня ждет еще деловой ужин, - мягко напоминает Эмили, целуя улыбающуюся женщину.
- Подождет, - ответила Уилсон, разворачиваясь в объятьях своего телохранителя.
Конец