Шейла была красивой девушкой. В магазине, где она работала, и на улице мужчины часто говорили ей комплименты, пытались заигрывать. Она не откликалась. Словно невидимая стена отгораживала ее от непрошеных ухажеров, так что даже самые назойливые быстро понимали бессмысленность своих попыток. Шейла ждала своего мужчину. Недаром бабушка когда-то говорила ей: «Где-то рядом в мире ходит он — твоя половинка. Береги сердце в чистоте. Судьба милостива к чистым сердцам, она обязательно приведет к тебе твоего суженого».
Но Шейла даже представить себе не могла, что этим суженым окажется чужой жених…
v 1.0
До дому было еще далеко, но Шейла не позволила себе потратить деньги на автобус, хотя очень устали ноги. Снова пошел мелкий дождь, моросивший почти весь этот день, ее первый рабочий день на улице. Она не стала открывать зонт — бесполезно, давно промокла насквозь. Платье неприятно облепило тело, подол путался между коленями, с него на туфли стекали струйки воды.
Никогда еще девушка не чувствовала своего одиночества так остро, как сейчас. До сих пор у нее всегда хватало ума и сил, чтобы спокойно, без паники решать все трудные задачки, которые подбрасывала жизнь. Но теперь внутри словно что-то оборвалось. Шейла подняла глаза от мокрого асфальта: вокруг чужие серые дома, недобро уставившиеся на нее пустыми глазницами окон, чужой холодный мир под свинцовым небом и зонты, зонты вместо человеческих лиц…
О господи! Если бы можно было вернуться назад, в тишину и простор родной деревни, в их старый дом, где она родилась и куда бабушка забрала восьмилетнюю Шейлу после автокатастрофы, в которой погибли родители девочки. В памяти всплыло доброе и грустное лицо покойной старушки. Внучка очень любила ее, вместе с мисс Бетси — их экономкой — самоотверженно ухаживала за бабушкой, когда та совсем слегла, просиживала ночи у ее постели, до последней минуты надеясь, что этот единственный родной ей человек выздоровеет. А старая леди, чувствуя близкий конец и ясно понимая, как непросто будет одинокой юной девушке без поддержки родных и почти без денег выстоять в этом мире, изо всех сил старалась вселить в нее мужество:
— Что бы ни случилось, дорогая моя, никогда не отчаивайся. Ты молода, здорова, красива, у тебя хватит сил одолеть любые препятствия. Все сложится хорошо, Шейла, верь мне. А самое главное, не позволяй ни себе самой, ни другим жалеть тебя. Зависть, злоба, непорядочность — все это гадкие дети жалости. Она душу разрушает. А ты верь и жди. Верь, что где-то в мире ходит твоя половинка. И тоже ищет тебя. Молодые люди будут к тебе цепляться, обязательно будут. А ты не отвечай, жди. Береги сердце в чистоте. Судьба милостива к чистым сердцам, она обязательно сделает этот подарок — суженого твоего к тебе приведет.
— Да как же я его узнаю, бабушка? Вдруг перепутаю?
— Узнаешь. Сердце подскажет…
…Как странно. Почему этот разговор вспомнился ей сейчас? Ведь тогда она слушала старушку вполуха, больше из вежливости. Как все молодые, Шейла терпеть не могла проповедей старших, к тому же едва не засыпала от усталости. А оказалось, каждое слово и даже голос бабушки, уже хрипловатый, с долгими паузами, — все застряло где-то внутри. И ведь жила она все последние годы именно так. По крайней мере, до сих пор.
В Лондоне среди сверстников у Шейлы знакомых не было, но в магазине и на улице мужчины часто говорили ей комплименты, пытаясь заигрывать. Она не откликалась. Словно невидимая стена отгораживала девушку, защищала от непрошеных ухажеров, так что даже самые назойливые быстро понимали бессмысленность своих попыток. Она ждала свою половинку, подарок судьбы.
Довольно сильный толчок в плечо вернул Шейлу к действительности. На нее нечаянно налетел вынырнувший из-за угла неопрятный подвыпивший тип. Она испуганно поспешила прочь.
— Эй, спящая красавица, проснись, а то нос разобьешь, — развязно крикнул гуляка ей вслед. И этот пустяковый эпизод, на который она раньше просто не обратила бы внимания, сейчас оказался каплей, переполнившей чашу. Впервые за последние годы в глазах Шейлы появились слезы. Какое-то время она еще пыталась удержать их, но не смогла. Да и зачем? Никто не увидит ее плачущей сейчас, когда дождь мгновенно слизывает со щек соленые капли.
Ну почему все так плохо обернулось? — думала Шейла. Зачем в ее жизнь влез тот надменный, самоуверенный покупатель роз? Из-за него и его злющей невесты она и потеряла место в магазине, где чувствовала себя спокойно. Из-за него вынуждена теперь хвататься за любую работу, чтобы хоть как-то свести концы с концами.
— Ненавижу! — прошептала девушка. — Тоже мне, подарок судьбы.
Ее слезы кончились и унесли с собой почти всю боль и обиду. Даже усталость поутихла, когда Шейла добрела наконец до дома, где вместе с Бетси уже почти пять лет снимала квартиру в полуподвальном этаже.
Их переезд в Лондон был вынужденным. После смерти бабушки выяснилось, что дом ее давно заложен, а в наследство внучке достались лишь долги, на выплату которых и ушли все сбережения. Надо было как-то устраиваться, зарабатывать средства на жизнь.
Давняя приятельница бабушки предложила Шейле помочь с работой в Лондоне, устроить ее в цветочный магазин. И они с верной Бетси, решившей не бросать «свою девочку», приняли это предложение. Тогда будущее не представлялось Шейле мрачным. Наоборот: казалось, весь огромный мир, полный прекрасных возможностей, лежит у ее маленьких красивых ножек. Они с Бетси быстро собрали вещи и, навсегда покинув теперь уже чужой дом, отправились искать счастья в большом городе.
Все сложилось удачно. В первый же день нашли и сняли квартиру. И работа Шейле понравилась. Она любила цветы, с удовольствием возилась с ними. Хозяйка магазина была к ней добра, поскольку обнаружила у новой работницы не часто встречающийся дар — тонкое художественное чутье. Букеты, цветочные композиции, которые составляла девушка, отличала особая изысканность и красота. Популярность маленького цветочного магазинчика заметно возросла. Конечно же, внешняя привлекательность и обаяние Шейлы тоже играли в этом не последнюю роль.
Все в ее жизни шло размеренно и спокойно до того теплого весеннего дня. Тогда, уже к вечеру, миссис Рой ушла по делам, оставив девушку в магазине одну. Покупателей не было, и Шейла, воспользовавшись затишьем, составляла заказанную цветочную композицию. Бутон розы, незабудки и ландыши, красиво собранные в миниатюрный букетик, предназначались самой маленькой из подружек невесты. Букет был последним из шести, которые юная продавщица должна была сегодня сделать. Она уже стягивала тонкие стебельки бледно-розовой лентой, когда звякнул колокольчик, дверь магазина резко распахнулась, и вошел высокий молодой мужчина, изысканно одетый. Явная досада омрачала его красивое строгое лицо. Он осмотрел небольшое помещение, плотно заставленное растениями, и лаконично сказал:
— Я хочу послать две дюжины роз даме.
— Вам каких? Красных?
— Нет-нет. Лучше желтых. Или розовых. Впрочем, это не имеет значения.
Незнакомец посмотрел на девушку. Она была так хороша, что он невольно задержал взгляд дольше, чем того требовали приличия, любуясь стройной фигурой, волнистыми темно-каштановыми волосами и большими серыми очень выразительными глазами.
— Как вас зовут?
Она такого вопроса никак не ожидала и, привычно приготовившись к защите, холодно сказала:
— Меня зовут Шейла Колдуэлл. А вас?
Он усмехнулся.
— Цветы пошлите по этому адресу. — И протянул ей визитку. — Сколько я вам должен?
— Пятнадцать фунтов и два — за доставку. Цветы доставить этим вечером или завтра утром?
— Сегодня вечером, до шести. Могу ли я быть уверен, что они свежие?
Девушка обиженно посмотрела на него.
— В нашем магазине цветы всегда свежие. Если вы сомневаетесь, можете пойти куда-нибудь в другое место.
— Дорогая! У вас сегодня был неудачный день? — Он сказал это вежливо, но тоном, который задел ее.
— До вашего прихода я была в прекрасном настроении, — отрезала Шейла.
Слава богу, что миссис Рой не было при этой сцене. Хозяйка отчитала бы ее. И правильно. Чтобы как-то сгладить свою резкость, Шейла протянула покупателю конверт с карточкой:
— Вы не хотите что-нибудь написать вашей даме? — Тон ее был уже почти спокойным.
Мужчина молча взял карточку, быстро черкнул несколько строк, расплатился и, не попрощавшись, вышел. Она подождала, пока за ним закроется дверь, и, не сдержав любопытства, открыла конверт. Цветы предназначались мисс Маргарет Диггинс вместе с извинениями за какой-то проступок. За какой — Шейла не поняла, почерк был весьма неразборчив. Да, если с этой дамой он вел себя так же, как здесь, в магазине, то какая-нибудь драгоценная безделушка в качестве извинения была бы более кстати. Он наверняка мог бы позволить себе такую трату, размышляла Шейла.
Закончив прерванную работу над последним букетиком, девушка выбрала и упаковала две дюжины прекрасных роз. До закрытия магазина осталось около получаса, когда вернулась хозяйка. Миссис Рой похвалила свадебные букеты и предложила Шейле самой отвезти розы, так как в этот день их посыльный заболел.
— Дорогая! Я знаю, что тебе не по пути, поэтому возьми такси, деньги в кассе. Я полагаю, ты не останешься внакладе, ведь это хороший заказ, не так ли?
Шейла не возражала. И дело было не в чаевых, которые обычно перепадали посыльным, доставлявшим букеты в богатые дома, хотя деньги для нее не были бы лишними. Просто стоял чудесный вечер, после дневной жары подул прохладный ветерок. На улице было так хорошо! А о неприятном покупателе она уже забыла.
Дом, в который нужно было доставить розы, находился в двух шагах от площади Итон. Она расплатилась с таксистом и поднялась по ступенькам к парадной двери старинного особняка. Подумала, что именно здесь, в таком большом ухоженном доме и должна жить девушка того господина, если, конечно, Маргарет его девушка, Шейла нажала на кнопку звонка, в ту же минуту дверь открылась: на пороге стояла молодая женщина, одетая в очень модный и дорогой костюм. Видимо, она как раз собиралась выйти из дома. Женщина окинула Шейлу небрежным взглядом — от лица к ногам и обратно.
— Что вам нужно? — Голос был раздраженным, с металлическими нотками.
— Я принесла цветы для мисс Маргарет Диггинс. До шести часов, как просили.
Изящно очерченные и тщательно накрашенные губы женщины растянулись в улыбку. Она быстро взяла цветы, с нетерпением разорвала прикрепленный к ним маленький конверт, но, взглянув на подпись, швырнула букет обратно, так, что Шейла едва успела подхватить его.
— Выкиньте в помойку! Если он думает, что я… что имеет право… И нечего здесь стоять! Убирайтесь к черту вместе с этими отвратительными розами!
Шейла от неожиданности растерялась.
— Но я не могу выкинуть их…
— Ну, так заберите себе, если хотите, съешьте на ужин! — Мисс Диггинс развернулась и захлопнула за собой дверь, едва не ударив ею опешившую девушку.
Два сапога — пара, думала Шейла, идя к автобусной остановке. Надо же, как злость может испортить в общем-то красивое лицо. И волосы у нее хороши, но все равно привлекательной эту мисс вряд ли кто назовет. Когда подошел автобус, она выбросила эту парочку из головы…
Полуподвальную квартирку Шейлы нельзя было назвать хорошим вариантом, но лучшего она пока не могла себе позволить. Они с Бетси приложили немало усилий, чтобы создать в темноватых убогих комнатках максимальный уют, и теперь чувствовали себя здесь вполне счастливо и комфортно. Даже маленький Том, которого им пришлось взять к себе после смерти его мамы — двоюродной сестры Шейлы, — нисколько их не стеснил. Хорошо, что соседи оказались милыми, доброжелательными людьми. Замечательно, что квартира имела выход в узкий палисадник. Вот только пятилетний договор об аренде истекал осенью, и Шейла беспокоилась — продлит ли владелец дома контракт и оставит ли плату на прежнем уровне. Если увеличит, то квартира станет им не по карману. Но сейчас девушка старалась не думать об этом — до осени еще далеко.
Она спустилась по ступенькам и открыла узкую дверь. В комнате, служившей гостиной и столовой одновременно, примостились стол со стульями, массивный гардероб, по-видимому привезенный откуда-то из большого дома. На окнах висели ситцевые занавески, а на полу лежал слегка потертый, но еще довольно крепкий турецкий ковер. Из кухни навстречу девушке вышли восьмилетний Том и Бетси. Ее круглое лицо, обрамленное седыми волосами, собранными сзади в пучок, пылало румянцем — она только отошла от плиты. Шейла положила розы на стол и притянула к себе мальчика.
— Привет, дорогой. Бетси, прости, что опоздала. Я должна была отвезти эти цветы, но, похоже, в них не очень-то нуждались. Велели выбросить на помойку. Согласись, грех выбрасывать такие роскошные розы. Вот я и принесла их домой. Пожалуйста, поставь в вазу.
Она сняла и повесила в гардероб темно-синий жакет, осталась в простеньком, но очень шедшем ей белом в синюю полоску платье.
— Приходил мастер заделать течь в ванной?
— Приходить-то приходил, только после себя оставил ужасный беспорядок. Сказал, что счет пришлет потом. Когда будем ужинать? Все уже готово, ждем только тебя.
— Я голодна, как целая стая волков! Сейчас, только умоюсь и переоденусь.
Пока девушка меняла платье, мыла лицо и руки, Том успел пересказать ей все свои школьные новости. Мальчик был не по годам наблюдателен и не лишен чувства юмора. Шейла всегда слушала его с искренним удовольствием.
Когда они вернулись в гостиную, Бетси уже накрыла стол, принесла бифштексы, тушеные овощи и отварной картофель. Томми наполнил водой бокалы. Это был самый простой ужин, однако ели они из старинного фарфора, напоминавшего им о доме, как и массивные серебряные приборы XVIII века. Каждый вечер Бетси, тщательно вымыв их, аккуратно заворачивала и складывала в фетровый мешочек, который держала под своим матрацем. На ее взгляд, это был самый надежный способ уберечь ценность от злодеев: «Ведь не станет же вор, если заберется в дом, поднимать с постели пожилую леди?» Шейла была не совсем в этом уверена, однако разумно воздерживалась от каких-либо комментариев, чтобы не обидеть женщину.
После ужина они еще посидели за столом, от души посмеялись над тем, как забавно Шейла копировала сегодняшнего надменного покупателя и его злючку-даму.
— Должно быть, эти розы влетели ему в копеечку? — спросила Бетси, а услышав сумму, ужаснулась: — Да на такие деньги мы могли бы питаться всю неделю.
Том, улучив момент, снова завел разговор о том, как ему хочется иметь настоящего друга — собаку, пусть маленькую — она и есть будет мало. Шейла, как всегда, отшутилась:
— Как только мне повезет, мы переедем на тихую зеленую улицу в домик с садом, вот тогда заведем и собаку, и кошку, и даже, если захочешь, кролика.
Она полюбила этого живого любознательного мальчика, сожалела, что из-за скудости бюджета не имеет возможности доставить ему даже такое небольшое удовольствие, не говоря уже о других развлечениях. Ее зарплаты и пенсии Бетси едва хватало на самое необходимое, но женщины не унывали. Хорошо, что покойная мать оставила мальчику небольшую сумму денег, достаточную для обучения в начальной школе. Пособие же, которое получал Том, Шейла откладывала для его дальнейшего образования. И как бы ни было порой трудно, ей ни разу даже в голову не пришло отдать племянника в приют. Они всячески помогали ребенку справиться с горем, и он всем сердцем привязался к двум прежде чужим женщинам.
Перед тем как уложить Тома спать, они еще немного помечтали о будущем. Это была своеобразная игра, которую они затевали время от времени. И малыш верил, что в один прекрасный день их мечты воплотятся в жизнь. Почему бы и нет? Ведь иногда чудеса случаются.
Когда мальчик уснул, Шейла села подсчитать расходы. Ребенок рос очень быстро, нужно было покупать ему новую одежду. Она задумчиво грызла ручку и, забыв о навалившихся проблемах, залюбовалась розами, стоявшими в вазе. Ей представилось лицо заказчика. Вот сейчас он, наверное, умоляет свою Маргарет великодушно простить его.
Нет, умолять он не может, поправила она себя. Вряд ли даже знает, что значит просить прощения. Так же как и его дама. Да что это я опять о них? Дай им бог счастья.
Шейла засмеялась, сообразив, что две последние фразы произнесла вслух, отчего Бетси вздрогнула и спустила петлю в своем вязании.
Утром девушка вернула розы в магазин, ведь эти дорогие цветы не принадлежали ей. К тому же за ночь они не потеряли свежести. Она все рассказала хозяйке.
— Что ж, это их проблема, — заметила миссис Рой. — Вам не стоило нести цветы обратно, за них же заплачено. — И добавила: — Мужчины совершают такие глупости, только когда безумно влюблены.
Шейла не возразила, хотя подумала, что вчерашний посетитель никак не был похож на влюбленного. Девушка быстро упаковала заготовленные накануне вечером свадебные букеты и вызвала такси.
До роскошного особняка — дома невесты — доехали быстро. Ее провели через открытую галерею и кухню в большой зал — мрачное помещение со множеством скульптур из мрамора и тяжелой люстрой, висевшей под очень высоким потолком. Леди в черном платье, с кислым выражением лица, чем-то напоминающая ворону, забрала у нее букеты и, уходя, велела подождать — хозяева должны расплатиться за цветы. Поскольку присесть было не на что, Шейла пошла вдоль стены, рассматривая картины — батальные сцены, портреты женщин в белых одеждах и натюрморты с битыми утками, лежащими возле ваз с фруктами.
Услышав, что кто-то спускается по лестнице, она подняла глаза и застыла от удивления: на лестнице стоял ее вчерашний покупатель. Он прекрасно выглядел в утреннем костюме с гвоздикой в петлице — наверное, пришел поздравить молодоженов. Девушка внезапно ощутила боль от мысли, что он скоро и сам Женится на Маргарет, которая, безусловно, его ни капельки не любит. Его, должно быть, очень трудно полюбить…
Молчание затягивалось, и Шейла первая прервала его:
— Добрый день. Вчера я виделась с вашей невестой. Очень хорошенькая. — И не удержавшись, съязвила: — Кстати, вы ей подходите. По характеру.
— Ваши замечания неуместны, мисс э-э… Я нахожу, что это не ваше дело.
Он заметно разозлился, но Шейлу это только позабавило.
— Простите, пожалуйста, — сказала она подчеркнуто вежливо. — Знаете, я принесла свадебные букеты…
— Не знаю и знать не хочу, что вы здесь делаете.
— Мне сказали подождать, вот я и жду.
— Вот и ждите, а я вас покину. Удачи вам, мисс.
Он вышел и захлопнул за собой дверь. Через минуту вернулась остроносая леди, протянула деньги и сказала, что букеты удовлетворительны и что теперь мисс может идти.
— Через боковой выход, — подчеркнула «ворона».
До самого вечера в магазине было полно дел. Шейла не уходила домой на ланч: во-первых, ее устраивало, что не нужно тратить деньги на автобус, а во-вторых, если во время ланча магазин не закрывали, то многие служащие, используя свободные минуты, забегали в уютный, полный цветочных ароматов зал, чтобы купить букетик у очаровательной и неизменно приветливой продавщицы. Время ланча было самым прибыльным, и девушка не могла присесть даже на минуту.
Она работала и по субботам. Вернувшемуся из школы Тому приходилось до вечера довольствоваться компанией Бетси. Зато воскресенья они проводили вместе: летом — устраивая пикники в парках, а зимой — посещая музеи и картинные галереи. По понедельникам магазин тоже был закрыт, но весь этот день у Шейлы целиком занимали домашние дела — стирка, глажка, походы по магазинам за покупками на неделю. А в воскресенье, уходя из дома на целый день, тетя с племянником предоставляли Бетси возможность отдохнуть.
Тем вечером девушка ехала домой в переполненном автобусе и думала, чем развлечь мальчика в предстоящее воскресенье. Сначала они покатаются на автобусе, потом будут кормить уток в Сент-Джеймс парке. Надо приготовить банановые сандвичи и сосиски в тесте перед тем, как лечь спать в субботу. Не забыть взять с собой лимонад. И немного шоколада, ведь Том его так любит. Это лакомство перепадало ему крайне редко. Но смышленый малыш, в отличие от многих других детей, никогда не просил того, чего в данный момент они не могли себе позволить.
Когда в воскресенье они вышли из дома, стояло чудесное тихое утро. К полудню, вероятно, станет жарко, но сейчас в воздухе чувствовалась прохлада. Автобус был почти пуст, поэтому они сели на переднее место, чтобы удобнее было смотреть по сторонам. Шейла заметила, что в утренние часы Лондон как-то по-особенному привлекателен.
Автобус свернул на улицу, застроенную старинными особняками. Им хотелось, чтобы водитель сбавил скорость, и можно было внимательнее рассмотреть красивые здания. Томми вертел головой из стороны в сторону и щебетал не переставая:
— Смотри, какой дом! Ух, ты!.. А вон тот еще лучше. — Он теребил девушку за руку. — Ой, какие собаки! — Мужчина прогуливал по газону двух красивых борзых на поводках. — Вот бы мне такую… — Мальчик проводил взглядом грациозных животных, смешно вытянув тоненькую шею, потом повернул к тете раскрасневшееся личико.
— Вот бы нам пожить в таком доме. Там, наверное, и внутри красиво?
— Да. В комнатах толстые ковры, хрустальные люстры, дорогая мебель, картины. Как только мне повезет… — Шейла хотела продолжить обычную игру с племянником в мечты, но Том оборвал ее:
— Долго ждать. А ты выходи замуж за какого-нибудь богатого мужчину, у которого есть такой дом. Ты же такая красивая.
Она засмеялась, обняла ребенка за плечи:
— За какого-нибудь не пойду. Знаешь, я хочу, чтобы он был высоким, красивым, умным. И очень-очень добрым. Еще, чтобы крепко любил и меня, и тебя, и Бетси.
— Как принц?
— Да, как принц. Только принцы мне что-то никак не попадаются. Может, ты мне найдешь такого?
— Ладно, — помолчав секунду, согласился Том, — я поищу.
— Вот и хорошо. Теперь все мои надежды только на тебя.
За разговором они чуть не проехали остановку у парка. Только что пробило десять, и народу здесь было немного. Они долго гуляли по аллеям, разглядывали яркие цветочные клумбы, кормили уток в пруду, потом перекусили, посидели, отдыхая и греясь на солнышке. До возвращения домой к вечернему чаю оставалось много времени, и они прошли через весь парк до Пэлл Мэлл, пересекли Грин Парк, свернули на Пикадилли, где Шейла решила сесть в автобус. Но Том хотел еще погулять по улицам старого города, рассматривая богатые дома. Она согласилась — ей очень редко удавалось бывать в этом районе.
Они шли по тихой улочке, пока не увидели шикарный «бентли» цвета мокрого асфальта, стоявший у обочины. Том уговорил ее подождать, пока он хорошенько рассмотрит дорогую машину. Мальчик ходил вокруг, восторженно вздыхая, трогал, гладил, стирал пальчиком пылинки со стекол.
— Когда я вырасту, куплю себе такую же, — сказал он, похлопав не очень чистой ладошкой по капоту автомобиля и, не удержавшись, попытался открыть дверцу.
— Томми, не трогай! Хозяин рассердится, если увидит, что ты делаешь, — остановила его Шейла. И тут же у нее перехватило дыхание — знакомый голос произнес за спиной:
— Да уж, уважаемая. Следите, пожалуйста, за своим мальчиком внимательнее.
Шейла обернулась и смутилась, увидев знакомое лицо покупателя роз.
— Это вы?.. Я очень сожалею, что Том рассердил вас. — Она взяла племянника за руку. — Извинись перед джентльменом, дорогой. Я знаю, ты не хотел ничего плохого, но все же не нужно было этого делать, ведь я тебя предупреждала.
Мужчина и мальчик внимательно посмотрели друг на друга. Наконец Том вымолвил:
— Прошу прощения, сэр, но ваша машина такая красивая, что я не удержался.
Мужчина вдруг улыбнулся, отчего лицо его стало добрым и мягким, потрепал ребенка по волосам.
— Хорошо, я не сержусь на тебя. До свидания, юный джентльмен. До свидания, мисс э-э…
Прежде чем сесть в «бентли», он проводил девушку долгим взглядом. Жаль, что не запомнил ее фамилию, а только имя — Шейла. Но их знакомство столь случайно, что не позволяет обращаться к юной леди по имени.
— Ты рассердилась, тетя Шейла? — спросил Том, когда они подошли к остановке автобуса.
— Не на тебя, милый, а на того джентльмена.
— За что? — удивленно спросил малыш. — Ведь он добрый.
Она ничего не ответила, так как сама не знала за что. Может быть, за то, что этот мистер слишком часто стал попадаться ей на глаза и — главное — занимать ее мысли? Вот уж он точно не подарок судьбы.
— Наверное, этот джентльмен богатый, если живет в одном из тех домов и у него такая замечательная машина, — не без лукавства поглядывая на тетю, размышлял Томми.
— Пожалуйста, помолчи хоть одну минуту, — попросила она, — вот идет наш автобус.
Дома Том рассказал Бетси об их сегодняшнем приключении.
— Тетя Шейла очень разозлилась, — сообщил он.
— Это был тот человек, который купил розы, — ответила девушка на вопросительный взгляд Бетси тоном, исключающим дальнейшие расспросы.
Всю следующую неделю Шейла, как обычно, принимала заказы, составляла букеты, обслуживала покупателей. Но почему-то все чаще и чаще ей вспоминался их старый дом и сад с прудом в дальнем конце. Было бы здорово показать эту прелесть мальчику.
Шейла гнала от себя грустные мысли. Прошлого не вернуть, нужно жить настоящим. Она должна подумать о том, куда отправить Бетси и ребенка на летние каникулы. Хорошо бы снять для них недорогую комнатку на какой-нибудь ферме в пригороде Лондона. С этой целью она и решила в ближайшее воскресенье вместе с племянником съездить за город.
Воскресным утром, выйдя из автобуса возле вокзала, они с Томом ждали зеленого света, чтобы перейти улицу. В этот момент из-за угла на большой скорости вылетела компания юнцов на мотоциклах. Ребята весело смеялись, что-то кричали друг другу, но рев моторов заглушал голоса. Мотоциклы промчались мимо. Загорелся зеленый свет, Шейла и Том шагнули с тротуара на дорогу, не заметив, что в этот момент из-за угла дома выскочил последний отставший от приятелей парнишка на мотоцикле. Наверное, у него совсем не было водительского опыта. Увидев так близко перед собой женщину с ребенком, он попытался их объехать, завилял и, сбив с ног Тома, выскочил на тротуар.
Ребенок лежал на земле, неуклюже подвернув руку, лицо бледное, глаза закрыты. Шейла склонилась над ним, испуганная до смерти.
— Томми, Томми, дорогой! Ты меня слышишь? — Когда он не ответил, девушка пощупала его пульс: слава богу, сердце билось, часто-часто. Сняв жакет и подложив мальчику под голову, пока не трогая подвернутую руку, на случай если та сломана, девушка огляделась в поисках телефона. Увидела автобус, ехавший по другой стороне улицы, бросилась к нему, крича и размахивая руками. Автобус остановился, вышли водитель и кондуктор.
— Его сбил мотоцикл, — дрожащим голосом объяснила Шейла. — Я должна отвезти ребенка в больницу. Пожалуйста, прошу вас!
Кондуктор, невысокий седой человек, подбежал к Тому, ощупал его голову, шею, руку.
— Я думаю, ничего страшного. Не надо нервничать. У нас по маршруту больница. Возьмем его с собой, так получится быстрее, чем ждать «скорую» или такси.
— Я вам очень благодарна. Мальчик без сознания, наверное, у него сломана рука.
Водитель крепкий молодой парень, уже подхватил Тома на руки.
— Положитесь на нас, мамаша. Сядьте впереди, возьмите мальчика на колени. Тут совсем близко, мигом доедем.
Из пассажиров автобуса ни один не возмутился задержкой. Шейла села, покрепче прижала к себе мальчика и про себя молила Бога, чтобы все обошлось благополучно.
Через два квартала автобус въехал во двор больницы и подрулил прямо к отделению несчастных случаев. Мужчины понесли Тома внутрь, он очнулся и тихонько застонал. Шейла, извинившись перед пассажирами за задержку, побежала следом за ними.
Водитель бережно опустил Тома на больничную тележку и повернулся к девушке.
— Ну, вот и все. Извините, нам пора ехать — пассажиры ждут. Надеюсь, скоро мальчуган будет в порядке. Рады были помочь.
И молодой и пожилой спасители очень смутились, когда взволнованная красавица в порыве благодарности обняла и расцеловала обоих.
Том уже открыл глаза и теперь крепко держался за руку шедшей рядом с тележкой тети, испуганно поглядывая вокруг.
— Все хорошо, дорогой. Ты упал и сейчас в больнице. Скоро придет врач, посмотрит, что у тебя болит, — успокоила его Шейла.
Пока девушка выполняла обязательную процедуру — объясняла регистратору, как произошел несчастный случай, сестра разрезала рукав рубашки, чтобы освободить поврежденную руку. Малыш старался не плакать даже тогда, когда по просьбе молодого доктора попытался сжать в кулачок ладошку, и стало очень больно. Врач тщательно ощупал тело пациента, задал ему несколько вопросов и, выслушав ответы, обратился к Шейле:
— Нужно сделать рентгеновский снимок, тогда все и увидим. Не волнуйтесь, мы о нем позаботимся. А вас я прошу подождать в коридоре.
Она вышла из приемной, присела на скамейку, оглядела узкое и длинное помещение. На другом конце коридора тихо разговаривали двое, стоя у палаты, занавешенной белыми шторками. Кроме них тут не было ни души. Минут через пять занавески раздвинулись, появился высокий мужчина в длинном белом халате. От неожиданности девушка вздрогнула: нельзя было не узнать эту внушительную фигуру. Просто рок какой-то! Встреча сейчас совсем некстати: подол платья разорван, туфли в пыли, волосы всклокочены. Надо отвернуться, может, не заметит, пройдет мимо?..
Он не прошел.
— Вот так сюрприз! Не ожидал, мисс э-э… Что это вы здесь делаете? Цветы пациентам доставили?
Поразительно, как улыбка меняла его лицо: строгое, замкнутое, оно вдруг начинало излучать тепло и участие. Хотя Шейла уже знала и другую его улыбку, холодно-ироничную, мгновенно устанавливающую непреодолимую дистанцию между ним и собеседником. Сейчас ей стало легче на сердце. Так, словно встретила родного человека, на которого можно опереться в эту трудную минуту. И дыра на подоле, и растрепанные волосы — все это совершенно не имело значения.
— Там Томми, его сбил мотоцикл. Он ударился головой и, кажется, сломал руку. Сейчас делают снимок, а мне велели подождать здесь. Я так боюсь…
— Сядьте и успокойтесь. — Сильная ладонь мягко легла на ее плечо и слегка надавила, заставив девушку снова опуститься на скамью. — Где и как это случилось?
Шейла сбивчиво рассказала все от начала до конца. Он слушал, не перебивая, давая ей выговориться, — только так она сможет справиться с волнением. Потом присел рядом, взял в ладони ее маленькие дрожащие руки, заглянул в испуганные серые глаза.
— Сейчас я пойду и посмотрю, как идут дела. А вы посидите здесь, причешите ваши красивые волосы и напудрите нос — он у вас блестит как лакированный. Хорошо?
— Вы работаете в этом отделении?
— Не в этом, сегодня я здесь случайно. Консультировал больного. Я хирург-ортопед. Говорят, хороший…
— Вы поможете Томми?
— Мне кажется, поскольку я тут оказался, то просто обязан выполнить свой долг. К тому же мне нравится ваш мальчик.
Шейла проводила его взглядом. Напряжение отпустило ее. Кажется, их отношения стали налаживаться, и это ее обрадовало. Девушка достала из сумочки пудреницу и расческу и, глядя в зеркальце, привела в порядок лицо, насколько возможно. И как раз во время, потому что хирург уже шел обратно.
— Легкое сотрясение мозга и несложный перелом выше запястья. Сделаем местный наркоз, подправим кость, наложим гипс. Том останется здесь на ночь, это необходимо для наблюдения. — Встретив взгляд, полный тревоги, он успокоил ее: — Нет, нет, ничего страшного. Не переживайте. Завтра утром вы уже сможете его забрать, но предварительно позвоните. Пускай побудет дома неделю, никакой школы.
— С ним действительно все в порядке?
— Я же вам сказал. Идемте, убедитесь в этом сами.
Том лежал на столе и встретил ее улыбкой.
— Знаешь, доктор сказал, что я очень смелый. Меня оставляют здесь до завтра. А утром ты меня заберешь?
— Конечно, мой золотой. — Она оглянулась: хирург стоял к ней спиной, что-то доставал из стеклянного шкафа.
— Вы хотели бы остаться? — тихонько спросил ее санитар.
— А можно?
— Я думаю, доктор Браун не станет возражать.
Наконец-то она узнала его фамилию. Стоя в сторонке, Шейла наблюдала, как врач, не спеша, очень аккуратно обрабатывал руку мальчика, все время разговаривая с ним:
— Ты храбрее многих взрослых. Через минутку мы выпрямим твою косточку. Она ляжет туда, куда надо. Ты совсем ничего и не почувствуешь, когда я чуть потяну твою ручонку. Потерпи немножко, хорошо?
— Ладно, — согласился Том. Его губы задрожали, но он сумел сдержать слезы. Зато Шейла зажмурилась, как только хирург начал растягивать тоненькую ручонку.
— Ну, вот и все, можете смотреть, — услышала она и открыла глаза. Санитар уже накладывал гипс. Все прошло очень быстро, и мальчик не издал ни единого звука. В кабинет заглянула старшая сестра.
— Мистер Браун? Я же видела, как вы уходили. Вы не опоздаете на обед? — Ее взгляд остановился на мальчике. — Упал?
— Его сбил мотоцикл. Сестра, он останется здесь на ночь, найдите ему место, пожалуйста. Этот юный джентльмен — мой друг. К тому же он сегодня был образцовым пациентом.
— Хорошо, доктор, я все сделаю.
Сестра ушла, санитар начал убирать остатки гипса, а мистер Браун снял халат.
— Большое спасибо вам за помощь, — начала Шейла.
Он неожиданно прервал ее:
— Не стоит благодарности, это моя работа, мисс… Извините, я не запомнил ваше имя. Как мне вас называть?
— Шейла Колдуэлл.
— У вас, миссис Колдуэлл, славный мальчуган. Попрощайтесь с ним, вам пора домой. — Тон был почти приказным, таким старшие разговаривают с глупыми маленькими девчонками. Это неприятно поразило Шейлу, тем более что он, очевидно, посчитал ее матерью мальчика. Очевидно, у доктора резко испортилось настроение. Но почему? Что случилось? Девушка собралась вежливо попрощаться, но глаза ее наткнулись на широкую спину, тут же скрывшуюся в дверях.
Сестра вкатила тележку, санитар аккуратно переложил на нее ребенка, уже сонного, но очень гордого своей выдержкой и загипсованной рукой. Пока Тома перевозили в детское отделение, сестричка без умолку болтала:
— О пижаме и зубной щетке не беспокойтесь, ведь мальчик ваш у нас всего на одну ночь. Конечно, мы его накормим. Перед тем как приехать завтра, позвоните, к вашему приходу он уже будет готов. Сейчас я дам вам телефон. А знаете, вам очень повезло, что мистер Браун оказался здесь. Вы с ним прежде не были знакомы?.. У него просто золотые руки! И очень доброе сердце. Его хорошо знают в медицинских кругах Англии. Он доктор наук. Знаменитость! Не обратили внимания, какие у него длинные и сильные пальцы? Нет? Такими бы на рояле играть. Скажу вам по секрету, многие женщины в больнице неравнодушны к нему. Но, увы, он скоро женится. Я видела его невесту. Красивая.
Курносая болтушка умолкла, только когда уже в палате Тома положили в кровать. Шейла вдруг почувствовала, как сильно устала за этот день. Она поцеловала сонного мальчика, сказала ободряющие слова и пошла к выходу.
У подъезда стоял темно-серый «бентли».
Мистер Браун вышел из машины и открыл заднюю дверцу:
— Садитесь, я довезу вас до дома.
— Нет-нет, спасибо, я на автобусе, — запротестовала Шейла.
— Садитесь, миссис Колдуэлл! Нечего притворяться, что у вас все в порядке. Любая мать страдает, когда болеет ее ребенок. Где вы живете?.. Ну, скорее же, у меня мало времени.
Девушка села в машину и, назвав адрес, за всю дорогу больше не вымолвила ни слова, пока они не подъехали к ее дому. Но уйти, совсем ничего не сказав, она сочла неприличным.
— Большое спасибо, вы очень добры. Кстати, Том не сын мне, а племянник. Он сирота. Я сказала об этом женщине в регистратуре…
— Это не имеет значения. Всего доброго, мисс Колдуэлл.
Она едва успела захлопнуть за собой дверцу, как машина рванула с места. Ну зачем это слетело у нее с языка? Глупое положение. Человек просто выполнял свой долг, как он его понимает. Ему абсолютно безразличны и она сама, и тем более ее семейное положение. Ясно же было сказано: «У меня мало времени». С какой стати пустилась в дурацкие пояснения! Еще подумает, будто она пыталась кокетничать, навязываться. Столб бесчувственный! — ругнула Шейла доктора, открывая дверь квартиры и даже не заметив, насколько такое эмоциональное определение не укладывается в логику ее предыдущих размышлений. Очень трудно оказалось признаться самой себе в том, что этот странный мужчина, с которым жизнь зачем-то сталкивает ее то и дело, симпатичен ей.
Бетси, гостившая в этот день у подруги, еще не вернулась домой. Шейла успела переодеться до ее прихода и приготовила себе чашку чая. Думала, прихлебывая горячий чай: как хорошо было бы посидеть недельку дома, самой ухаживать за Томми. Не получится. Хозяйка магазина — деловая женщина требовала от подчиненных ответственного отношения к работе и крайне редко позволяла девушке использовать для личных дел даже час-другой служебного времени.
Вскоре пришла Бетси и, взглянув на Шейлу, разволновалась:
— Что случилось? Где Том? Ты же бледная как смерть!
Выслушав рассказ, она покачала головой:
— Бедный малыш. Но, дорогая моя, надо успокоиться, Том поправится быстро. Дети легче переносят болезни, чем мы, взрослые. Вспомни, как хорошо он вел себя, когда болел корью. Завтра я испеку его любимый торт. Надо побаловать ребенка. А ты сама-то что-нибудь ела?.. Нет? Зря. Сейчас я накрою на стол, а ты пока позвони в больницу, узнай, как он себя чувствует.
К телефону подошел дежурный врач. Вежливо и терпеливо сообщил: Том уснул сразу после ужина, который съел с большим удовольствием, все идет нормально, забрать его завтра можно будет после полудня, утром ему сделают еще один рентгеновский снимок, чтобы убедиться, что кости в порядке, недавно звонил мистер Браун, справлялся о его состоянии.
— Кто? — не сразу сообразив, переспросила Шейла. — Простите, я не расслышала.
— Доктор Браун. Вам не стоит беспокоиться о ребенке, если им занимается такой специалист.
— Благодарю вас. — Шейла положила трубку, испытывая противоречивые чувства — радость и раздражение одновременно. Она сказала себе: каким бы неприятным ни был этот Браун, но встреча с ним в этот злополучный день — действительно подарок судьбы. Надо же, он оказался врачом, да еще хирургом-ортопедом! Права Бетси, такую ситуацию нарочно не придумаешь.
Забирая Тома домой на следующий день, девушка не решилась везти его в переполненном автобусе, взяла такси. Всю дорогу мальчик восторженно рассказывал, как интересно было в больнице, кто и о чем с ним разговаривал, чем кормили, как тот высокий доктор с красивой машиной, который вчера вправлял кость, принес ему, Тому, рентгеновский снимок и объяснил, что же там изображено. А потом сказал, что теперь рука будет как новая, и снова похвалил за выдержку.
Дома Шейла, как и было велено, уложила ребенка в постель. Самому ему читать не разрешила — все-таки у него сотрясение мозга, хоть и легкое. Долго читала сказки, пока Томми не уснул. Потом сменила Бетси у гладильной доски. Перегладив белье, заштопала дыру на платье, выстирала его, приготовила себе сандвичи на завтра. И все это время рядом с ней был мистер Браун — в памяти всплывали все его слова, жесты, выражение лица. Она вела с ним мысленные диалоги, придумывая наиболее удачные, остроумные, отточенные, как ей казалось, фразы, которые могла бы произнести в тот или иной момент, но не произнесла — тогда они, увы, не пришли ей в голову.
Несколько раз, одумавшись, Шейла пыталась прогнать назойливый образ, но через минуту-другую он возвращался. Человек снова мягко брал ее руки в свои большие ладони, отчего девушку обдавало горячей волной, или, наоборот, ледяным голосом произносил: «Это не имеет значения», давая понять, что она для него — вроде привязчивой осенней мухи.
Бетси, молча сновавшая из кухни в гостиную и обратно, с интересом поглядывала на «свою девочку», догадываясь, о чем та думает. Ведь «тот мужчина» в последнее время так часто стал мелькать в их разговорах. Что ж, пора, давно пора девушке влюбиться в кого-нибудь. Нет в жизни ничего прекраснее любви, даже безответной. Бетси взгрустнула, вспомнив кое-какие эпизоды собственной молодости. Ей-то уж теперь не на что рассчитывать, а вот неопытной девушке…
Бывшая экономка по старой привычке называла Шейлу девочкой. Женщины давно стали не просто подругами, но родными людьми, все — и радости, и горести — делившими поровну. Так они и провели вечер, почти не разговаривая, думая каждая о своем.
Утром на работе, узнав о случившемся, хозяйка выразила Шейле сочувствие, но весьма своеобразно:
— Мальчишки всегда останутся мальчишками. Слава богу, у вас есть Бетси, чтобы присмотреть за Томом. Пожалуйста, задержитесь сегодня, мы получили хороший заказ, к шести за цветами приедут.
Как назло, день тянулся очень медленно. Хозяйка ушла в пять, поручив девушке закрыть магазин. Шесть пробило давно, а за букетами никто не шел. Наконец в половине седьмого появилась бойкая молодая женщина.
— Извините за опоздание. Терпеть не могу эти званые обеды. Времени в обрез, а мне нужно еще украсить цветами стол и комнаты до прихода гостей, — оправдывалась она.
Шел уже восьмой час, когда Шейла добралась до дома. Выйдя из автобуса, девушка замерла от удивления — у тротуара стоял хорошо знакомый автомобиль. Тревожная мысль пронеслась в голове: может быть, Тому стало хуже, Бетси позвонила в больницу и Браун приехал осмотреть его? Она быстро сбежала по ступенькам и открыла дверь.
Бетси накрывала стол праздничной скатертью, которой они редко пользовались.
— О, Шейла, как ты сегодня поздно! Должно быть, устала и умираешь с голоду? — Лицо пожилой дамы сияло, и говорила она так громко, словно хотела, чтобы услышали соседи.
— Где Том? Почему здесь машина этого человека? Почему он вообще здесь?
Томми подал голос из своей комнаты:
— Тетя Шейла, иди сюда, здесь мистер Браун, мы играем в шашки.
Столь резкий переход от тревоги к радости едва не вызвал у нее слезы. Прежде чем шагнуть через порог и увидеть гостя, девушка помедлила несколько секунд, чтобы унять сердцебиение.
Все в комнате Тома казалось крошечным в сравнении с крупной фигурой доктора. Ей очень хотелось знать, зачем он здесь. Шейла наклонилась и, поцеловав мальчика, поздоровалась. Браун встал, наклонив голову, чтобы не удариться о полку с книгами.
— Оказалось, что мы знакомы с вашим домашним врачом, и я решил, что будет лучше, если сам приеду и осмотрю больного вместо него.
— Томми в порядке?
— Дорогая моя мисс Колдуэлл, если бы с ним не было все в порядке, разве мы играли бы в шашки?
Ну, зачем он всегда говорит с ней таким фамильярным тоном?! Шейле снова захотелось надерзить ему в ответ, но сейчас она благоразумно воздержалась: надо быть благодарной этому, судя по всему, очень занятому человеку за внимание к ребенку.
Вошла Бетси с подносом в руках.
— Томми, я принесла твой ужин. А вас, молодые люди, жду к чаю, стол уже накрыт. Надеюсь, мистер Браун не откажется попробовать мой торт?
Гость как будто только и ждал этого приглашения. Удобно устроился в стареньком низком кресле у стола, взял самый большой кусок торта, быстренько расправился с ним и потянулся за вторым. Большее удовольствие Бетси трудно было доставить. Она разрумянилась, как девочка, когда, уничтожив вторую порцию торта, Браун заявил, что ничего подобного не ел уже лет десять, и попросил у кулинарки рецепт.
Шейла все время молчала, поскольку эти двое, похоже, вообще забыли о ней. Удивительно, как просто и непринужденно они болтают, словно знают друг друга сто лет, подумала девушка. Нисколько не смущаясь, Бетси расспрашивала гостя, где он живет, сколько у него комнат, живы ли родители, кто такой Пол, для которого она записала рецепт торта… И Браун охотно отвечал, как будто эта женщина имела право знать про него все.
— Вот что, Бетси… Можно мне называть вас так?.. Спасибо. А я для вас просто Дэйв. Договорились? — Он поднялся. — К сожалению, мне пора идти. Еще раз большое спасибо. Я провел прекрасный вечер. — Только тут мужчина наконец повернулся к Шейле.
— Вы много работаете.
— Сегодня мне нужно было дождаться, когда приедут за цветами. Обычно я возвращаюсь раньше.
— Видите ли, мисс Колдуэлл, я хочу сделать еще один снимок до того, как Том вернется в школу. — Заметив ее испуганный взгляд, добавил: — Нет, нет, не паникуйте. Это на всякий случай, нелишне удостовериться, что кости не смещены. Дайте подумать… Сегодня вторник? Привезите его завтра в больницу к десяти. Ах, да, вы же должны быть в своем магазине. Тогда сделаем так: я сам заеду за мальчиком и привезу обратно. Может быть, Бетси съездит с ним за компанию?
— Вы очень любезны, мистер Браун. Я получила большое удовольствие от беседы с вами, — расплылась в улыбке Бетси.
Гость поцеловал ей руку, для чего ему пришлось сложиться в прямой угол, — ростом женщина была ему по плечо. Затем пошел попрощаться с Томом, сказал ему, чтобы утром мальчик был готов съездить в больницу.
— А в понедельник ты уже сможешь вернуться в школу.
— Здорово! А вы еще к нам приедете?
— Постараюсь, мы же не доиграли партию в шашки, ради этого стоит выкроить время.
— А у вас много работы?
— Да, дружок. Но сегодня я отдыхаю.
— Когда вырасту, я обязательно стану хирургом.
— Прекрасная идея.
Они пожали друг другу руки. Браун двинулся к выходу, Шейла провожала его. У двери гость вдруг наклонился, нежно поцеловал хозяйку и почти бегом поднялся по каменным ступенькам, перескакивая через две. Даже не кинув прощального взгляда.
Девушка резко захлопнула дверь. Ее душил гнев.
— Да как он смеет!.. Нахал!
— Дорогая моя, ты очень хорошенькая, нравишься мужчинам, — весело сказала Бетси. — На что же ты сердишься?
— Нравлюсь? Да он… Этот столб бесчувственный весь вечер вообще меня не замечал! Как будто я пустое место. Меня не было, не существовало в этом пространстве!
— Ах, Шейла, глупенькая моя Шейла. — Бетси обняла девушку, погладила по голове как ребенка. — Ты так ничего и не поняла?.. Ведь это не со мной он все время разговаривал, а с тобой, не мне рассказывал про свой дом, семью, а тебе. Садись и подумай, дорогая, а я пока уберу посуду.
— Бетси, милая, он помолвлен и скоро женится. У него красивая невеста и, наверное, богатая. Ну зачем ему я?!
— Поживем — увидим.
Дэйв ехал домой в своей шикарной машине и думал о Шейле. На душе давно не было так хорошо, как сейчас. Прощаясь, он не намеревался целовать ее, это вышло как-то помимо его воли — не смог преодолеть желания. Ну что мы, мужчины, за создания?! — размышлял он. Взрослые, серьезные, респектабельные — а вот поди ж ты, так и хочется сорвать на стороне поцелуй. Поцелуй цветочницы! Боже, как же она хороша! Особенно когда злится. Конечно, у нее полно поклонников, может, есть и постоянный парень. Очень жаль, что его, Дэйва, эта девушка, очевидно, едва терпит.
При первой встрече в магазине она показалась ему экзотическим цветком. Но с длинными шипами — тут же надерзила. Правда, и он тогда был раздражен глупейшей ссорой с Маргарет. Браун усмехнулся, представив, как взбесилась бы его чрезвычайно щепетильная в светских вопросах невеста, если бы узнала, где и с кем он провел сегодняшний вечер.
Между ним и Маргарет не было любви. Дэйв решил жениться, потому что давно вышел из юношеского возраста и перестал искать идеальную женщину, о которой мечтал в семнадцать лет. Он любил и хотел детей. Словом, пора было обзаводиться семьей.
Маргарет он нравился, даже очень. Она мечтала выйти за него замуж, поскольку у Дэйва были деньги, связи в обществе, популярность в медицинском мире. Они достаточно хорошо ладили друг с другом, хотя Маргарет не терпела его вмешательства в свою личную жизнь. Порой она теряла над собой контроль, но затем очень мило извинялась. Несколько раз они были близки к ссоре.
Дело в том, что часть года Дэйв проводил в своем настоящем доме — в поместье на юге страны. Он любил это место и старинный в густой зелени сада дом. Всегда возвращался в него с удовольствием, а уезжал с неохотой. Там прошло его детство, жили родные люди. К тому же во всех больницах округи у Брауна была врачебная практика.
Ему очень хотелось, чтобы Маргарет тоже полюбила этот уголок земли, хотелось представить невесту своей семье, но каждый раз девушка категорически отказывалась ехать с ним. Покинуть Лондон, многочисленных приятельниц, званые обеды, шумные вечеринки ради нескольких недель ужасной деревенской скуки в обществе наверняка чопорных женщин и мужчин, которые будут обсуждать невесту за ее спиной? Ну, уж нет! С будущей свекровью можно познакомиться и после свадьбы, ничего страшного не случится. Так даже лучше для обеих. Конечно, после свадьбы они обязательно съездят на родину Дэйва. На неделю или около того. Может быть, кто-нибудь из приятелей согласится поехать с ними в маленькое свадебное путешествие? Будет веселее…
Из-за этого они и ссорились. Дэйв выходил из себя, Маргарет начинала кричать. А потом, успокоившись, он посылал ей розы.
Лондонский дом Брауна на тихой улочке в респектабельном районе был меньше, чем соседние, но имел некоторые преимущества: удобный подъезд к воротам — впереди и небольшой садик — сзади. Дэйв вышел из машины, взбежал по ступенькам и нажал на кнопку звонка.
Дверь открыл сухощавый мужчина средних лет. На его лице застыло выражение вежливой покорности, но степенное «Добрый вечер, сэр» прозвучало с укором. Браун похлопал его по плечу.
— Добрый вечер, Пол. Я немного опоздал, прошу прощения.
— Надеюсь, ничего серьезного, сэр?
— Да заигрался в шашки и совершенно забыл о времени.
Пол застыл в изумлении.
— В шашки, сэр?.. Прикажете разогреть и подать обед?
— Пожалуйста. Я голоден. Ничего не ел, кроме двух кусков торта час назад. Кстати, торт очень вкусный. Я принес рецепт.
Пол кашлянул.
— После семи часов звонила мисс Диггинс, сэр. Спросила, дома ли вы. По-моему, она была чем-то взволнована, и я взял на себя смелость сказать ей, что вы задерживаетесь по неотложному делу. Меня просили напомнить, что вы с друзьями идете в театр, как и договаривались.
— О, боже мой! Я совсем забыл. — Он взглянул на часы. — Да, уже слишком поздно. Позвоню ей завтра.
Выражение лица Пола не изменилось, его «Очень хорошо, сэр» было произнесено обычным тоном, но все же на кухне он сообщил своей кошке: мол, напрасно мисс Диггинс ожидает, что его хозяин будет вести праздный образ жизни и растрачивать свое время на театры, вечеринки и прочие развлечения, все, о чем мечтает мистер Дэйв, — это тихие, спокойные вечера с книжкой или в компании его собственных друзей.
Пол печально покачал головой и начал накрывать на стол. Он прекрасно готовил и каждый день приводил дом в идеальный порядок. Ему не нравилась невеста хозяина. По его мнению, Маргарет — надменная, испорченная девушка. Хорошей жены для мистера Брауна из нее не получится, нет.
Пообедав, Дэйв закончил статью для медицинского журнала, позвонил в больницу, справился о состоянии послеоперационного больного. И только тогда позволил себе расслабиться. Он с удовольствием откинулся в кресле, вспоминая такой Славный сегодняшний вечер в убогой полуподвальной квартирке.
Том действительно милый, неиспорченный ребенок, хотя и сирота. Девушка сделала все возможное, чтобы он не чувствовал себя обделенным материнской любовью. Еще до ее прихода Бетси поведала ему по секрету, что мисс Шейла — ангел, у нее совершенно не остается времени для себя. Даже по понедельникам, в выходной день она стирает, гладит, убирает и ходит за покупками.
— Все, что ей нужно, так это хороший муж, — добавила Бетси. — Но пока такой мужчина моей девочке не встретился. Да и где встретить, ведь она никуда не ходит…
Размышления прервал звонок телефона. Резкий — голос Маргарет заставил его поморщиться:
— Я провела ужасный вечер! Благодаря тебе. За ужином нам не хватало одного мужчины. Дэйв, ты должен бросить работу в этих больницах. Разве такие нагрузки тебе необходимы? Достаточно будет и частной практики! Подумай. Имея хорошую клинику, ты смог бы значительно поднять свой социальный статус…
От бесконечного спора на эту тему его уже тошнило.
— Маргарет, я много раз говорил тебе, что не намерен бросать свою работу. Ни здесь, ни в других больницах. Тебе придется смириться. И хватит об этом!
Она решила изменить тактику:
— Не сердись, дорогой. Я понимаю, ты устал. У меня тоже сегодня был ужасный день — скучный спектакль в театре, и еще какой-то болван пролил красное вино мне на платье. Сплошное разорение.
Дэйв вспомнил утомленное лицо Шейлы, когда она вернулась с работы, и с трудом поборол в себе возрастающее раздражение.
— Уверен, ты купишь что-нибудь такое же красивое взамен испорченного платья.
— Я куплю то, что тебе понравится. Дорогой, давай не будем ссориться из-за пустяков.
Ему очень захотелось бросить трубку, что он и сделал, предварительно сказав:
— Прости, я жду очень важного звонка, перезвоню тебе завтра.
Следующим утром Браун, как и обещал, сам заехал за Томми. К великой радости мальчика, давно мечтавшего прокатиться на такой шикарной машине.
— Мы думали, что приедет «скорая», — заметила Бетси. — Мне нужно с вами ехать?
— Не обязательно. Я привезу его обратно.
— Если вы сейчас найдете время, дорогой доктор, то кофе на столе.
Браун уже знал историю их переезда в Лондон и сейчас решил кое-что еще выяснить. Он уселся за кухонным столом, придвинул к себе кофе, кусочек торта и осторожно спросил Бетси:
— Вам, должно быть, здесь все кажется другим? После жизни в сельской тишине трудно привыкнуть к большому городу?
— Трудно. И мне, и мисс Шейле. Она считает, храни ее Господь, что когда-нибудь мы туда вернемся. Хотя, как ей это удастся, даже представить себе не могу.
— Может быть, она намерена выйти замуж? Уже есть какой-нибудь друг-обожатель? — допытывался Дэйв.
— Поклонников достаточно, — ответила Бетси, — но это не для нее. Она слишком горда, чтобы принять помощь от мужчины за… Ну, вы понимаете, о чем я… Она не из тех современных молодых женщин, для которых все способы хороши, чтобы устроиться в жизни. А достойный человек, с которым можно бы создать семью, еще не встретился. Да и где встретить? Девочка же никуда не ходит, нет времени. — Женщина тяжело вздохнула.
— Ну, Том, ты готов? — спросил Браун появившегося на пороге мальчика. — Поторопись, а то мы уже опаздываем.
По дороге в больницу, слушая восторженную болтовню Тома, доктор задал ему вопрос:
— Скажи, ты тоже хочешь жить в деревне?
— Да, конечно, ведь тетя Шейла хочет. Мы обязательно туда переедем, как только ей повезет. Мы уедем в деревню, где она провела детство, откроем там цветочный магазин, и у нас будет собака, кошка, кролик и маленький сад.
— Да, дружище, придется немного подождать.
— Вот и тетя Шейла так говорит. А я, когда вырасту, буду, как и вы, доктором и заработаю ей много денег.
Хмурое лицо Дэйва тронула улыбка.
— А почему бы и нет?!
Он припарковал машину, отвел ребенка в рентгеновский кабинет, поручив его старшей сестре, которая угостила мальчика шоколадным печеньем и лимонадом. Вернувшись, Браун сказал, что все замечательно, Тому через три недели наложат новый гипс, который он должен будет носить в течение пяти-шести недель, а в это время разрабатывать руку.
— Тетя Шейла будет рада, когда я ей все расскажу.
— Может быть, я сам к вам заеду и все ей объясню. А сейчас нам пора возвращаться.
— Вы очень заняты? — спросил мальчик, когда они уже сели в машину.
— Утром — нет, а в полдень у меня операции.
— Как я хотел бы посмотреть!
— Может быть, когда ты станешь студентом-медиком, а я уже состарюсь.
— Когда у вас будет борода, длинные усы и очки?
— Я и сейчас иногда ношу очки, — произнес Браун почему-то извиняющимся тоном. Сдав ребенка верной Бетси с рук на руки, Дэйв сразу уехал.
Вернувшись с работы, Шейла узнала, что рука малыша срастается правильно и беспокоиться больше не о чем, что дальше наблюдать больного будет их домашний врач, а не Браун. Девушка была разочарована. Втайне она надеялась получить от Дэйва хоть какую-нибудь записку, хоть пару слов, к примеру с извинением за тот поцелуй. Или что-либо в этом роде. Она ждала звонка, который подтвердил бы: нет, она не была для Брауна совсем уж пустым местом…
Что ж, видимо, все кончилось, вряд ли они встретятся еще. И это к лучшему. Пусть этот чужой жених убирается вон из ее головы и ее жизни.
Но в середине следующей недели Браун вновь зашел в цветочный магазин. Шейла была одна — хозяйка ушла домой, оставив ее составлять букеты к очередной свадьбе. Девушка услышала, как звякнул колокольчик, решила, что пришел покупатель, и вышла в зал. Увидев Брауна, почувствовала, как запылало ее лицо, попыталась скрыть свое внезапное смущение.
— Добрый день. Вам опять желтые розы?
Он ответил без единой теплой нотки в голосе:
— Пустая формальность, но я должен сообщить вам о результатах снимка, мисс Колдуэлл. Сейчас проезжал мимо и подумал, что это прекрасная возможность.
— Я уже все знаю, Бетси подробно передала…
Браун сделал вид, что не слышит.
— Через три недели Тому наложат новый гипс. Его нужно будет носить в течение нескольких следующих недель. Все это время он должен нормально работать рукой. Конечно, не мочить. А если мышца будет уставать, то сделайте ему повязку. Из платка или полотенца, вот так, через шею. Знаете?
— Большое спасибо. Я вам очень благодарна.
Браун рассеянно кивнул и будто собрался уйти, но передумал.
— Вы не закрываете магазин на обеденный перерыв?
— Нет. Между часом и двумя заходит много покупателей.
— Когда же вы обедаете?
— Я? Я беру с собой сандвичи из дома.
— А хозяйка?
— Миссис Рой ушла домой — накормить мужа, встретиться с поставщиками. Разговаривать с ними очень удобно именно за обедом.
Шейла уже поняла, как неловко чувствует сейчас себя этот большой человек. Догадалась, что пришел он с единственной целью — еще раз увидеть ее, и захотела взять реванш, вывести его из себя.
— Очень любезно с вашей стороны посылать цветы мисс Диггинс. Что закажете на этот раз для своей невесты?
— Посоветуйте, что больше всего нравится молодым и красивым девушкам? — парировал Дэйв.
— Ну, это зависит от ваших отношений. Если нужно любовное послание, то непременно красные розы, а если — повод снова попросить прощения, тогда композицию можно составить из разных цветов — розы, гвоздики, лилии, орхидеи…
— Пожалуйста, второе. Да, составьте сборный букет и пошлите его.
— Большой?
— На ваш вкус. Карточку я подпишу.
Шейла взяла у него визитку, вложила в конверт и вдруг расхохоталась. Да так заразительно, что Дэйв тоже не выдержал. Сначала издал несколько булькающих звуков, будто старался удержать смех в себе, потом присоединился к девушке. Они стояли друг против друга и как дети хохотали до слез. Обоим стало легко и необыкновенно хорошо.
— Посылать цветы — пустая трата денег, наконец; смогла произнести Шейла, вытирая глаза. — Знаете, в прошлый раз мисс Диггинс швырнула в меня вашими желтыми розами и велела съесть их на ужин. Чтобы мое лицо и сегодня не пострадало, я, с вашего разрешения, не буду делать букет из роз с шипами.
Он посмотрел на нее так ласково, нежно, как не смотрел еще ни разу.
— В магазине, что же, нет рассыльного?
— Сейчас нет, болен. Ведь нанимать нового — дополнительные расходы.
— Мисс Шейла, вам нравится ваша работа?
— Я люблю цветы. А, в общем, врать не буду — рада, что нашла хоть такую.
— Но вам же не нравится Лондон.
Это был даже не вопрос, а констатация факта. Она почему-то насторожилась, как будто в его словах был подвох.
— Простите, но это касается только меня.
— Несомненно. Удачного вам дня.
Он осторожно закрыл за собой дверь и уехал.
— Все-таки странный тип, — вслух сказала Шейла. — Если бы мне не была так неприятна эта Маргарет, я бы, пожалуй, ее пожалела.
Уже в конце следующей недели вечером Том, встречая тетушку с работы, радостно сообщил:
— Мистер Браун хочет взять меня с собой и показать всю больницу. В воскресенье после обеда. Он сказал, что я заслужил эту поездку, потому что был послушным больным. Можно? Мы поедем туда и обратно на его машине.
Шейла сняла жакет и сбросила туфли.
— Дорогой, когда он это сказал?
— Сегодня. Заехал по пути домой и жалел, что не застал тебя.
Она взглянула на его счастливое лицо. Нечасто малышу выпадала радость. Его одноклассников папы и мамы возили в театр, цирк и зоопарк, а летом — на море. У нее таких возможностей не было.
— Как хорошо, дорогой. Конечно, я разрешаю. Ты поблагодарил своего доктора?
— Да, но я сказал, что сначала нужно спросить у тебя.
— Прекрасно, а как он об этом узнает?
— Он сказал, что позвонит мне. Завтра же суббота, я буду дома.
В воскресенье погода была прекрасной, на голубом небе ярко светило солнце. Шейла и Том сходили в церковь, потом проводили Бетси до автобуса — она, как обычно, поехала к приятельнице. Вернувшись домой, решили пообедать. Но Томми был настолько возбужден, что почти ничего не съел, сколько ни просила Шейла. Он начал ждать мистера Брауна задолго до двух.
— Может быть, что-нибудь случилось и доктор не приедет? — беспокоился мальчик, в десятый раз подбегая к окошку.
— Дорогой, он сказал — в два, не переживай — еще десять минут.
Дэйв опоздал на пять минут. Девушка открыла ему дверь.
— Только что мне пришла в голову мысль, — соврал он, едва переступив порог, — что вы могли бы поехать вместе с нами. — Заметив выражение неодобрения на ее лице, добавил: — Меня могут срочно вызвать, к примеру, в операционную, я же не смогу оставить ребенка одного! Или вам совсем не нравится эта идея?
Честно говоря, идея ей понравилась, но согласиться сразу не хотелось.
— Я же испорчу Тому выходной.
— Ну, поехали, тетя Шейла, — закричал из своей комнаты мальчик. — Пожалуйста!
— Она едет, — ответил ему Браун и шепнул в маленькое ухо девушки: — У вас есть пять минут на сборы.
— Хорошо, я сейчас, — почему-то тоже шепотом отозвалась она.
Слава богу, что не успела переодеться, придя из церкви. Шейла быстро причесалась, напудрила нос, подкрасила губы и, взяв сумочку, вышла в гостиную.
— А никто не будет возражать, если мы осмотрим больницу? — спросила Шейла, сев на заднее сиденье «бентли».
— Если вы пойдете со мной, то нет, — важно ответил доктор.
Браун провел их по всем отделениям, операционным, палатам, представляя сослуживцам как своих друзей. Экскурсию совмещал с работой: осмотрел нескольких лежачих больных, отдавал распоряжения дежурным врачам и палатным сестрам, на ходу обсуждал какие-то специальные вопросы. К концу этого обхода за ним двигалась уже целая свита сотрудников. При этом доктор почти ни на минуту не выпускал здоровую ручку Томми из своей большой руки, то и дело обращался к ребенку, что-то объясняя, отвечая на вопросы так, словно малыш — самый главный и только ради него совершается все это сложное больничное действо.
Том был в восторге. Шейла, идя следом, не вслушивалась в разговоры, просто наблюдала, не без тщеславного удовольствия, как властно и четко действует доктор Браун, как почтительны к нему окружающие люди, с каким обожанием смотрят на него молоденькие сестры. Она поняла, что тот куда-то торопится, почувствовала себя неловко. Хотела спросить, не задерживают ли они его, но не решилась.
Закончив обход, Дэйв оставил Шейлу на попечение старшей сестры, велел угостить кофе и, забрав Тома, куда-то ушел. Их не было довольно долго. Девушка расслабилась, почувствовала себя свободнее. Кабинет старшей сестры был уютным, а сама она явно находилась в плену обаяния мистера Брауна. Они допивали по второй чашке, когда вошел доктор и коротко сказал:
— Мисс Колдуэлл, нам пора.
Уже в машине он неожиданно предложил:
— Надеюсь, вы согласитесь принять мое приглашение на чай? Я уверен, у Тома остались еще вопросы. К тому же мы все проголодались.
— Чай?! — воскликнул мальчик. — Конечно! — И повернулся к девушке: — Тетя Шейла, мы едем?
Так вот почему он торопился, догадалась она. Ей было неудобно отказаться, иначе она бы испортила ребенку день.
— Пусть будет так, — сказала Шейла. Дэйв благодарно посмотрел на нее в зеркало заднего обзора.
Девушка думала, что Браун пригласил их в кафе. И лишь когда машина остановилась у ворот небольшого красивого особняка, поняла: это же его дом. Возражать не имело смысла, да и любопытство разбирало: хотелось посмотреть, как он живет.
Дэйв помог им выйти из машины, закрыл дверцу и проводил в дом.
— Пол, я привез друзей. Мы все трое почти умираем с голоду.
Мальчик важно протянул дворецкому здоровую руку.
— Как поживаете, Пол? Я — Том.
Пол осторожно пожал маленькую ладошку.
— А как вы, Том? Я смотрю, вы побывали в бою?
Раздался голос хозяина:
— Это мисс Колдуэлл, юный джентльмен — ее племянник.
Браун улыбнулся, когда Шейла тоже пожала руку Пола.
Гостиная, куда их пригласили, занимала почти половину первого этажа дома. Через просторный эркер была видна лужайка перед особняком, а широкие стеклянные двери напротив вели в сад. Шейла осматривала обстановку: удобные стулья, диван у камина, толстый ковер на полированном полу, темно-красные шелковые портьеры в тон с обивкой мебели, столики с лампами, старинное инкрустированное бюро — все гармонично сочеталось и стояло именно там, где должно было стоять. Девушка отметила про себя, что у хозяина дома хороший вкус.
Двери в сад оказались открытыми, и Том побежал его осмотреть.
— Чувствуй себя как дома, — напутствовал Дэйв мальчика. И пригласил Шейлу: — Присаживайтесь, пожалуйста, чай будет готов через несколько минут. Надеюсь, мы не испортили вам день?
— Нет, мне очень понравилось. Вы доставили Томми столько радости.
— Не слишком ли вы о нем печетесь? Мне кажется, охранник — это не совсем то, что нужно маленькому мальчику. Вы согласны со мной? — спросил Браун.
— У него больше никого нет, — просто ответила она. — Адвокат не смог найти других родственников, когда моя кузина умерла. Я ее даже не знала. Томми — славный мальчик. Сейчас мы с Бетси даже не представляем, как бы жили без него.
— Тому очень хочется пожить в деревне, на природе.
— Я знаю. Мы когда-нибудь все равно переедем туда. Не знаю как, но это точно. А вам нравится деревня?
— Да, ведь это совсем другая жизнь. Нет суеты, сутолоки. Тишина. Я очень скучаю по своему поместью…
Дэйв говорил и говорил, пытаясь раскрепостить девушку, снять напряжение. И Шейлу покорило его дружелюбие. Вошел Пол, расставил три прибора на столике.
— Юный джентльмен изволил пить чай с вами, — объяснил он и ушел за чайником.
Томми забежал в комнату.
— А в саду на скамейке сидит кот, — выпалил он, переводя дух. — Я его погладил, а он начал мурлыкать. Тетя Шейла, ну почему у нас нет кошки?!
— Это Мейбл — любимица Пола. Думаю, что держать кошку у вас не совсем безопасно. Для кошки, конечно. Она вольное животное, а на вашей улице очень много машин. Тебе придется подождать до переезда в деревню.
Шейла нахмурила брови: не слишком ли много он говорит о деревне? Кажется, этот человек что-то задумал.
Ей снова стало не по себе. Очень не хотелось верить, что Браун всего лишь баловень судьбы, денежный мешок, не привыкший ни в чем себе отказывать. И если, готовясь к свадьбе с другой, он примеряет ее, Шейлу, в качестве своей содержанки, то получит отпор, который запомнит надолго. Она не позволит этому лощеному коту играть с собой, как с мышкой! Ладно, поживем — увидим, остановила себя Шейла, вспомнив любимую присказку Бетси.
Тем временем Том уселся за стол. Дворецкий принес сандвичи, тосты, пшеничные лепешки, шоколадное печенье и фруктовый торт. Мальчик попробовал все. Гостья тоже не стала демонстрировать отсутствие аппетита. И правильно сделала. Дэйв с удовольствием наблюдал, как она ест — без манерности, просто и изящно. Старался, чтобы она не заметила его взгляда. Пару раз, пододвигая тарелку, коснулся ее руки. Хотел погладить, но почувствовал, что сейчас не стоит этого делать. Вспомнил, как всегда неприятна ему чрезмерная разборчивость Маргарет. Вот уж той действительно трудно доставить удовольствие.
Как хороший хозяин, Браун все время старался занять гостей разговором, выпил несколько чашек чая, съел лепешку, есть которую совсем не хотел, и признался себе, что ему понравился сегодняшний день. Не зря отказался от приглашения Маргарет поехать к ее друзьям. Прошлая неделя была у доктора очень загруженной, и перспектива провести воскресенье в компании шумных приятелей своей невесты, с которыми у него не было ничего общего, Дэйва совсем не привлекала.
В дверь позвонили. Они услышали, как Пол впустил кого-то, поздоровался. Через несколько секунд на пороге появилась мисс Диггинс.
— Дорогой, как нехорошо с твоей стороны, а я думала…
Маргарет остановилась, окинула взглядом всю компанию.
— Черт возьми, что она здесь делает? Ведь эта девчонка из цветочной лавки?.. — Ее милая улыбка мгновенно превратилась в обиженную гримаску: — Я рано вернулась домой, решила провести с тобой вечер, но вижу — в этом нет необходимости. Ты сказал, что будешь занят весь выходной?! С продавщицей… Хорошее общество. Поздравляю.
Дэйв поднялся, невозмутимо дослушал монолог невесты, спокойно, но довольно холодно сказал:
— Дорогая, не стоит ссориться. Это мисс Колдуэлл, которая действительно работает в цветочном магазине, как ты верно заметила, а это ее племянник Том. У него сломана рука. Мы вместе были в больнице, а потом заехали сюда поужинать, поскольку все проголодались.
Мальчик тоже встал со стула и, помня о правилах хорошего тона, которым его учили дома, хотел поздороваться с новой гостьей. Но та не обратила на него внимания, кинула неприязненный взгляд на Шейлу и села, ожидая, что же за всем этим последует.
В гостиной воцарилось неловкое молчание. Дэйв первым нарушил его. Он положил руку на плечо мальчика, заставив его сесть, и заговорил, как будто ничего не случилось:
— Томми, а ведь мы не доиграли партию в шашки. Может, доиграем завтра?
О нет, только не это! — подумала Шейла, поймав взгляд мужчины. Он ободряюще улыбнулся ей, прекрасно понимая, что ее волнует. Щеки девушки пылали. Она решительно встала.
— Большое спасибо, мистер Браун, но думаю, нам уже пора домой.
— Да, конечно, сейчас я вас отвезу. — Сделав вид, что не замечает протестующего жеста гостьи, Дэйв предложил невесте: — Поедем с нами?
— Я подожду здесь, а когда ты вернешься, мы поедем поужинать. У меня сегодня ужасный день.
— Как хочешь.
Почти всю дорогу взрослые молчали, каждый думал о своем. Лишь Томми поделился впечатлением:
— Мне понравился мистер Пол, у него строгое лицо, а на самом деле он добрый, правда?
Браун засмеялся, в который раз подивившись наблюдательности малыша.
— А почему эта леди так разозлилась? — шепотом спросил Том у тети.
— Тсс, — приложила она палец к губам. — Нас с тобой это не касается.
Машина остановилась, они приехали.
Дэйв подал руку Тому, потом Шейле и, опередив собравшуюся попрощаться девушку, спросил:
— Может, войдем, посмотрим, не приехала ли Бетси?
Шейла оторопела.
— Войдем?.. Вы хотите войти?
— А что, вы против?
— Конечно нет. Добро пожаловать. Только я думала… я думала, что вам нужно вернуться домой как можно быстрее.
Он не ответил, молча спустился за хозяйкой по ступенькам, взял ключ и открыл дверь. Том прошмыгнул мимо, обнял Бетси и начал делиться впечатлениями. Она чмокнула его в щеку и остановила:
— Дорогой, все это, конечно, прекрасно, но у нас гость. Ты все расскажешь мне чуть позже. Вы не хотите чаю? Я рада снова вас видеть, — добавила она, обращаясь к Брауну. Он пожал ее протянутую руку и крепко поцеловал женщину в щеку.
— Мы только что пили чай у меня дома. — Гость весело посмотрел на девушку. — Это был незабываемый вечер.
Бетси сначала не поняла, почему эти двое переглянулись как заговорщики, но через секунду расхохоталась. Мудрое сердце подсказало ей, что между ее девочкой и этим мужчиной протянулась еще одна никому пока не заметная ниточка. Однако расспрашивать она не стала, чтобы нечаянной бестактностью не испортить им настроение. Поживем — увидим, сказала она самой себе.
Они не заметили, как все снова оказались за столом, как пролетели следующие полчаса. Много смеялись, когда Бетси, взяв верный тон, вспоминала дни своей юности. Наконец гость с сожалением признался:
— Боюсь, мне пора. Томми давно ждет постель, да и вы сегодня устали. — Его глаза тепло смотрели на Шейлу. Он быстро попрощался и ушел, на этот раз не сделав попытки поцеловать девушку.
Она молча выкупала Тома, надела на него пижаму, отвела в постель, поцеловала. Мальчик не удержался и снова задал свой вопрос:
— Тетя Шейла, ну почему та гостья так разозлилась?
— Наверное, мисс Диггинс просто не ожидала увидеть там нас. Понимаешь, она хотела поехать куда-нибудь ужинать с мистером Брауном, и, должна сказать, мы испортили ей вечер.
— Она так грубо разговаривала. Почему мистер Браун женится на такой неприятной женщине?
— Об этом не нам с тобой судить. Надеюсь, они помирятся, как только он вернется домой. А сейчас спи. Ты не забыл, что завтра с утра в школу?
Поздно вечером все еще мучимая любопытством Бетси бросила пробный шар:
— Кажется, мисс — как ее? Диггинс? — вовсе не та жена, которая нужна нашему дорогому Дэйву.
— С какой это стати он «наш» да еще «дорогой»?.. Возможно, Маргарет не часто показывает ему свой дурной характер. У него, кстати, манеры тоже не всегда на высоте. Я-то это знаю. Думаю, они вполне подходят друг другу.
— Она модница?
— Да, наверное. Очень изящна, красивое дорогое платье, хорошо продуманный макияж… Эта мисс из породы, нужной мужчинам с положением, ну, ты знаешь — вечеринки, званые обеды, все такое.
Бетси взглянула на девушку поверх очков:
— Если ты думаешь, что мужчина ищет в женщине именно это, тогда ты очень ошибаешься, Шейла.
— Боже мой, ну откуда тебе известно, что мужчины ищут в женщинах? Можно подумать, что ты перебрала их дюжину!
— Ты старательно убеждаешь себя, что Дэйв тебе не нравится. И сердишься на себя за то, что это не очень удается. Вот что я теперь знаю, милая.
— Бетси, дорогая, давай закончим этот разговор, — мягко попросила девушка, сообразив, что, не желая этого, обидела женщину.
Весь понедельник Шейла занималась домашними делами — стирала, убирала, ходила за продуктами. Но ее мысли были не здесь, а в гостиной Дэйва Брауна. Снова и снова она воссоздавала картину вчерашнего вечера: слушала его вопросы, отвечала на них, ловила его взгляд, ощущала прикосновение его руки…
Там, в гостиной, все — он, она, Том, Пол, даже кошка Мейбл. Не было лишь Маргарет. И ее, и безобразную сцену, которую эта злючка устроила своему жениху, Шейла решительно выбросила вон из сценария.
Погода в Лондоне испортилась, зарядили дожди, похолодало. Каждый вечер, подходя к дому после работы, Шейла надеялась, что Браун сейчас там, в их тесной квартирке, болтает с Бетси и Томом или хотя бы заезжал, звонил, спрашивал о ней. И каждый вечер ее ждало разочарование. Сначала она тревожилась: может, он заболел, с ним что-нибудь случилось? Однажды, улучив минуту, девушка вышла из магазина к телефону-автомату, позвонила в больницу и спросила, работает ли сегодня доктор Браун? Женский голос ответил утвердительно.
— Пригласить мистера Брауна к телефону?
— Нет-нет, благодарю вас, — быстро ответила Шейла и повесила трубку. Неужели же он и вправду только играл с ней? От скуки или назло Маргарет?..
Прошла неделя, заканчивалась вторая. Все, хватит! — сказала себе девушка. Размечтавшаяся сельская дурочка — вот кто я.
В середине следующего дня крупная фигура Брауна возникла в дверях магазина. Увидев его, Шейла едва не поперхнулась — в этот момент она ела сандвич с сыром. Убрав недоеденный кусок в пакет и прожевав то, что уже откусила, она холодно поздоровалась и осведомилась:
— Вам еще цветов? Должно быть, вы очень часто ссоритесь.
— До чего же вы колючая девушка! Я терпеть не могу ссориться.
— В самом деле? На этот раз закажете красные розы?
Его «да» застало Шейлу врасплох. Болезненно сжалось сердце.
— Дюжину? Две?
— Две дюжины. Пошлите их авиарейсом вот по этому адресу. — Он протянул ей карточку. — Это в Голландии.
Девушка вписала адрес в бланк заказа и спросила:
— Вы не хотите продиктовать сопроводительный текст? — Она ждала, держа в руке ручку.
— Пишите: «С днем рождения. Целую». И «Дэйв».
— Да, это влетит вам в копеечку.
— Вас это по-прежнему волнует? — улыбаясь, спросил мужчина.
Она подняла на него прекрасные серые глаза:
— Нисколько. Мы заключаем сделку, я обязана предупредить покупателя о цене на случай, если он не сможет себе этого позволить.
Ну почему ей так необходимо выводить его из себя, когда они встречаются? Почему она не может относиться к нему с холодным равнодушием, как намеревалась? Если бы ее услышала миссис Рой, то лишила бы недельного жалованья за оскорбление покупателя.
От волнения Шейла никак не могла подсчитать сумму в уме.
— Диктуйте цифры, я сам сосчитаю. А то придется стоять здесь до вечера, пока вы складываете как школьница, — съязвил Дэйв.
— Я никогда не была сильна в математике, и, пожалуйста, не мешайте, а то начну сначала.
— Я удивляюсь, как вас здесь держат.
Шейла наконец подсчитала и назвала общую сумму.
— Это важно, когда вашей невесте должны быть доставлены цветы?
Он заглянул ей в глаза и произнес очень медленно, как говорят детям, когда хотят, чтобы они услышали и запомнили:
— Мисс Шейла, там, в Голландии, гостит сейчас моя мама. Эти цветы для нее. Доставить желательно скорее. — Дэйв повернулся и пошел к выходу, но у двери остановился.
— Как Томми?
— Хорошо. Его гипс исписан именами друзей и сообщениями. Нам пришло письмо из больницы. Завтра нужно туда ехать, чтобы наложить новый гипс.
— Вы сможете его отвезти?
Она удивленно вскинула брови.
— Если вы имеете в виду меня, то, конечно, нет. Я целый день здесь. Бетси с ним съездит.
— Лучше это сделаю я.
— Да, но…
Он прервал ее:
— Я сказал, Том поедет со мной. Это я заведую ортопедией, а не вы.
Дэйв открыл дверь, буркнул через плечо «До свидания» и вышел на улицу.
Вечером, приехав домой, Шейла рассказала своим, что объявился мистер Браун и завтра он сам заедет за Томом.
— Вот здорово! — обрадовался мальчик. — И мы поиграем в шашки, когда вернемся.
— Даже не думай, — предупредила Шейла, — у него работы больше, чем у кого бы то ни было.
Дэйв, возвращаясь в больницу, пытался уговорить себя, что только профессиональный долг побудил его вновь предложить помощь этой девушке.
После того вечера, как она и мальчик побывали у него в гостях, Дэйв вдруг сообразил, что перешел в отношениях с Шейлой какую-то тонкую грань, после которой порядочному человеку следовало уже принять решение. Он долго пытался разложить все по полочкам, разбираясь в собственных чувствах.
Да, между ним и Маргарет нет и не будет настоящей любви, но, может, это даже к лучшему. Сильные эмоции — штука опасная, недаром говорят: от любви до ненависти всего один шаг.
Да, многое в характере Маргарет его раздражало, но Дэйв полагал, что справится с этим, когда они поженятся. Словом, решение соединить свою жизнь с мисс Диггинс, было принято обдуманно, построены определенные планы на будущее, и сейчас ему нелегко от них отказаться. Тем более, что он вообще редко менял свои решения.
Мужчина напряженно размышлял.
Безусловно, Шейла нравится ему. Девушка задела в душе что-то такое, до чего до сих пор не удавалось добраться ни одной из представительниц слабого пола. И дело не во внешности, в его жизни и прежде бывали женщины не менее красивые. Тут что-то другое, а что — он не мог понять. При каждой встрече эта дерзкая девчонка заставляла учащенно биться его сердце. Он знал себе цену, был хладнокровен, уравновешен. Даже взбалмошной мисс Диггинс редко удавалось вывести его из себя. Но в присутствии Шейлы эти качества, которыми он втайне гордился, давали сбои. И он порой терялся, не без труда подбирал слова. Потом ругал себя за это и за излишне откровенные проявления нежности.
А Шейла? Что чувствует к нему она?.. Похоже, ни-че-го. Кроме, конечно, признательности за внимание к ребенку. Придя к такому неутешительному выводу, Браун дал себе твердое слово больше не пытаться ее увидеть.
Его решимости хватило на две недели.
Доктор доехал до больницы, включился в ее привычный суетный ритм и на время забыл личные проблемы. Только ближе к вечеру вспомнил, что обещал Маргарет поехать в оперу. Заторопился домой, чтобы успеть принять душ, переодеться в смокинг. Не хотелось тратить вечер на пустую светскую болтовню с ее друзьями, но решил не обижать невесту еще раз.
Однако судьба распорядилась иначе. Она явилась в лице старого джентльмена, который, входя в двери больницы, упал на пороге и сломал шейку бедра. Операционная сестра недоуменно подняла брови, увидев облегчение на лице доктора Брауна, когда его вызвали к этому новому пациенту.
Несколько часов он провел в операционной — перелом оказался сложным. Домой приехал очень поздно. Верный слуга за считанные минуты приготовил ужин и, только подав кофе, сообщил: звонила мисс Диггинс, он, Пол, сказал ей, что хозяин задерживается в больнице. Слуга не решился воспроизвести услышанную в ответ тираду, лишь заметил, что мисс Маргарет была немного расстроена.
— Сейчас я ей позвоню. — Дэйв посмотрел на часы. — Нет, слишком поздно. Лучше завтра. — Он быстро лег в постель и уснул с чистой совестью.
Когда утром машина подъехала к квартирке Шейлы, Том выскочил навстречу.
— Я знал, что вы приедете, — сказал он, светясь от счастья, — взрослые не всегда выполняют обещания, а вы всегда!
— Насколько возможно, дружок. Запрыгивай в машину, а то мы опоздаем. — Дэйв помахал Бетси и усадил мальчика на переднее сиденье.
В больнице, приведя его к молодому врачу, который осматривал руку ребенка в первый раз, он попросил:
— Когда закончите, позвоните, пожалуйста, я буду в операционной или в поликлинике.
Примерно через час, когда все было сделано и Браун уже вез мальчика домой, Том не удержался и пригласил его зайти, заранее заготовив деликатную фразу:
— Бетси сказала, что приготовит нам кофе с тортом.
Дэйв понял и улыбнулся:
— Это как раз то, что нужно. Но, не обижайся, пожалуйста, я останусь ненадолго: у меня сегодня операция и еще много всякой работы.
— Конечно, — согласился мальчик, — я думаю, Бетси поймет.
Выпив чашку кофе и съев кусочек торта, Браун вернулся в больницу. За всеми этими делами он совершенно забыл о Маргарет. Вечером она сама позвонила ему домой, и бедному доктору пришлось выслушать много всяких неприятных вещей, так что он даже почувствовал себя виноватым и долго извинялся. Положив трубку, подумал, что хорошо бы снова послать цветы…
Шейла только успела открыть магазин, как вошел Браун.
— Бетси сказала, что у Томми все в порядке… Что-нибудь случилось?
— Доброе утро, мисс Колдуэлл. Почему при виде меня вы сразу начинаете паниковать? Неужели я всегда приношу только плохие вести?
— Когда я вас вижу, я думаю, что это в последний раз, — искренне призналась она и, уловив двойной смысл фразы, рассердилась на себя. — Опять цветы? А не пора ли подарить вашей девушке что-нибудь вроде бриллиантовой броши от Картье?
Дэйв укоризненно посмотрел на цветочницу.
— Не указывайте мне, пожалуйста, у меня скверный характер, и я могу разозлиться.
Только сейчас Шейла заметила, какой у него усталый вид.
— Извините меня и мой язык, он меня не слушается. Я знаю, что надо думать, прежде чем что-то сказать, но все время об этом забываю. — Милая, застенчивая улыбка сопроводила эти слова. — Вы очень устали. Вам нужно отдохнуть от больницы и от Лондона.
Поскольку Дэйв ничего не ответил, девушка сменила тему:
— Может, на этот раз вы пошлете что-нибудь особенное… Как насчет бледно-розовых орхидей с ветками папоротника? Можно прямо в одной из этих ваз. Правда, они довольно дорогие, работы девятнадцатого века. Хозяйка объездила все антикварные магазины, прежде чем купила их. Я думаю, мисс Диггинс понравится.
Он произнес без малейшего интереса:
— Хорошо, пусть будет и ваза. Отошлите к ней домой, пожалуйста, если сможете, сегодня.
Браун расплатился, коротко попрощался и вышел из магазина. Девушка стояла и смотрела, как он перешел на другую сторону, сел в машину и уехал. Может быть, она видит его в последний раз. Дэйв не подписал карточку, но было уже поздно — его машина растворилась в потоке других автомобилей.
Хозяйка велела Шейле самой поставить подпись и отвезти цветы в обеденный перерыв.
— Я побуду здесь, пока ты не вернешься. Автобусов много, сейчас они не слишком загружены, добраться до места назначения не составит труда.
Двери девушке открыла сухопарая женщина в белом фартуке.
— Цветы для мисс Диггинс. — Шейла уже протянула букет горничной, когда услышала голос Маргарет:
— Кто там? — И та появилась в прихожей. — Опять вы?! Опять с цветами! Джина, вы можете идти.
Подождав, когда горничная уйдет, и слегка понизив голос, невеста Дэйва сказала многозначительно:
— Милочка. При следующей вашей встрече с моим женихом объясните ему, пожалуйста, что цветы мне дарит каждый второй.
— Но… мы с мистером Брауном не…
— Вот-вот! Вы с мистером Брауном, — передразнила Маргарет. — Богатого мужа себе ищешь? Подходит его кандидатура?
Шейла побелела от гнева:
— Вы… Вы вульгарная и злобная женщина! Берите свои цветы! — Она сунула аккуратно упакованную вазу с букетом нахалке, и тут же услышала звон бьющегося антикварного фарфора. Прекрасные орхидеи отлетели в сторону.
— Вон отсюда! — кричала Маргарет. — И чтоб я тебя больше здесь не видела! Ты все поняла, милочка? — Дверь захлопнулась.
Шейлу трясло, когда она рассказывала обо всем миссис Рой. Хозяйка выслушала ее и резюмировала:
— Дорогая, что бы ни случилось, ты должна помнить, что покупатель всегда прав. Было, бы лучше, если бы ты пошла к ней и принесла извинения. Прямо сейчас.
— Но, миссис Рой, это она оскорбила меня! Почему я должна терпеть такое? Я же не первая начала, вы знаете!
Хозяйка обняла девушку за плечи:
— Все равно, нужно сгладить ситуацию. Ведь мне этот инцидент может стоить потери клиентов. Свадебный заказ от мисс Диггинс мы наверняка уже потеряли. Но у нее полно знакомых в обществе. Что, если она все расскажет своим друзьям? Только представь себе, скольких она знает…
Как ни было горько, Шейла сдержалась, сказала спокойно:
— Простите. — И вышла обслужить покупателя, точно зная — просить извинения у Маргарет она не будет ни за что на свете.
— И правильно, Шейла! — согласилась Бетси. — Что бы ни произошло потом, не унижайся.
А потом девушка узнала, что отстаивание своего достоинства людям в ее положении порой обходится весьма дорого. Во вторник на работе ее ждало уведомление об увольнении.
— Мне очень жаль вас терять, мисс Шейла, — сказала хозяйка официальным тоном, — но иначе я могу потерять свое дело. Я дам вам хорошие рекомендации, вы без труда найдете другую работу. — Она помедлила. — Вы еще не передумали? Может, все-таки пойдете?..
— Нет, миссис Рой. Это мисс Диггинс должна просить у меня прощения. Но, к сожалению, у нее есть деньги и влияние, не так ли?
Хозяйка почувствовала себя неловко.
— Если вы все же передумаете… — начала она.
Шейла перебила:
— Благодарю вас за все. Всего доброго.
Бетси приняла новость стоически.
— Ты правильно сделала, моя девочка, и не жалей. У нас и раньше бывали тяжелые времена, но мы же выкарабкались. Сколько у нас осталось на счету в банке?
Целый вечер они подсчитывали, планировали расходы. Деньги, отложенные на учебу Тома, трогать нельзя, даже если бы они умирали от голода. Думали, как сократить и без того скудный бюджет до тех пор, пока Шейла не найдет работу.
Именно этим она и занялась, уверенная, что все образуется — ведь у нее были хорошие рекомендации. Писала письма, звонила, ездила по адресам, указанным в объявлениях. Но дни летели, а удача обходила ее стороной: то она оказывалась недостаточно молода, чтобы ее приняли, то слишком юна и неопытна. Или вакансия была уже занята. А тем временем последняя полученная в магазине зарплата таяла, хотя Бетси теперь не покупала ни мяса, ни рыбы, ни фруктов. И перестала печь свои торты.
Шейла не позволяла себе паниковать, была согласна на любую работу. И наконец ее взяли интервьюером в одну из фирм. Девушка должна была останавливать на улицах прохожих и узнавать их мнение о разных товарах. Для начала — о новом стиральном порошке. Ей дали примерный список вопросов, объяснили, сколько ответов она должна получить.
Вечером накануне первого рабочего дня они с Бетси даже прорепетировали «диалоги с прохожими», и, немного волнуясь, Шейла пораньше легла спать.
С утра, как назло, зарядил мелкий бесконечный дождь. После первых же попыток поговорить с кем-нибудь девушка поняла, какое это неблагодарное занятие. Мужчины, естественно, о новом стиральном порошке не имели понятия. Домохозяйки спешили, не желая мокнуть под дождем, отгораживались от нее зонтами. Молодые женщины дерзили, пожилые — либо делали вид, что не услышали ее, либо оказывались слишком болтливы, но совершенно не по существу.
Шейла изо всех сил старалась выполнить работу, но до вечера так и не смогла. Тут требовалась определенная напористость, даже настырность, граничащая с нахальством, а этого в ее характере как раз и не было. В какой-то момент она забежала в туалетную комнату маленького кафе, взглянула на себя в зеркало и пришла в ужас: волосы висели сосульками, мокрое платье липло к телу.
Эта неудача выбила-таки девушку из колеи. Она шла домой, едва передвигая уставшие ноги, и впервые, не стесняясь прохожих, плакала. Впрочем, кто мог это видеть? Ведь дождь мгновенно смывал со щек соленые капли.
Дома, поужинав, приняв ванну и успокоившись, Шейла все обсудила с Бетси и решила, что бросить эту работу не может, пока не найдет другую. «Безработная» — звучало совсем безнадежно. Нужно попробовать еще раз.
Постепенно Шейла стала привыкать к новому для нее делу. Помогала природная наблюдательность, приходил опыт. Она уже почти безошибочно определяла, к кому из прохожих стоит подойти, а кого пропустить мимо — все равно разговаривать не станет. Интуитивно чувствовала, когда нужно очаровательно улыбнуться, а когда говорить самым серьезным тоном, не допускающим и тени кокетства.
Вместе с Бетси они со смехом вспоминали ее первый рабочий день, такой дождливый и неудачный, и то, как она не могла справиться с зонтом, блокнотом и ручкой одновременно. Теперь во время дождя Шейла не оставалась на улице, а брала свои интервью в залах крупных магазинов, кафе, словом, под крышей. Агент, нанявший ее, нашел девушку не просто привлекательной, но и изысканной, с манерами настоящей леди. Это помогало работе, и он намеревался продлить с Шейлой контракт.
Мистер Браун, верный своему решению, больше не пытался повидаться с Шейлой, старался вообще не вспоминать о ней. И Маргарет благоразумно не упоминала об «интрижке с цветочницей». Возможно, пути преуспевающего врача и скромной девушки разошлись бы совсем, если бы шутница-фортуна забыла о них. Но…
Проезжая как-то по одной из центральных улиц, Дэйв увидел на тротуаре знакомую фигурку. Он притормозил, наблюдая, куда пойдет девушка. Увидел, как Шейла, держа в руках блокнот и ручку, подошла к женщине, но та от нее отмахнулась. Тогда девушка остановила пожилого человека, о чем-то его спросила и стада записывать. Наверное, ищет чей-то адрес, решил Дэйв. Его отвлек стук в полуоткрытое боковое стекло.
— Вы задерживаете движение, — предупредил полицейский, но, увидев табличку «Дежурный врач» на лобовом стекле, кивнул и отошел.
Дэйв снова отыскал глазами девушку. Она продолжала останавливать прохожих, и это показалось ему довольно странным. Что она делает? Почему так далеко от своего магазина?
Теряясь в догадках, Браун нажал на газ и поехал, поскольку опаздывал к пациенту.
Через два дня он все-таки заехал в цветочный магазин и вместо Шейлы увидел незнакомую чопорную девицу в очках, тощую как цапля.
— А где мисс Колдуэлл? — поинтересовался Дэйв.
Вышла миссис Рой.
— Вы хотите поговорить с Шейлой? Сожалею, но мне пришлось ее уволить. Одна из моих постоянных покупательниц пожаловалась на ее неумение разговаривать с клиентами. Видите ли, Шейла иногда была… слишком прямолинейна, хотя и очень хорошая работница. — Кислый взгляд хозяйки скользнул по новой помощнице, апатично перевязывающей лентой букетик.
Брауна вдруг осенила догадка:
— Простите, а эта ваша покупательница, случайно, не мисс Диггинс — моя невеста?
Миссис Рой подтвердила:
— Да. Я сожалею о случившемся и хочу извиниться за Шейлу. Пожалуйста, передайте это вашей невесте. Вы не желаете сегодня заказать цветы?
Он холодно взглянул на женщину:
— Нет, спасибо. — И вышел.
Браун вел машину на предельной скорости. Шейлу он увидит во что бы то ни стало. Но позже. А сейчас ему не терпелось поговорить с Маргарет.
— Дэйв! Какой сюрприз! Я собиралась на ланч с Кэбботами. Поедем со мной? Они будут рады. Ты на машине? Как хорошо, что мне не придется брать такси. — Она остановилась, разглядев, наконец выражение его лица. — Что случилось? Ты сердишься? Надеюсь, не на меня?
— Послушай, Маргарет. Ты знаешь, что из-за тебя мисс Колдуэлл уволили из магазина? Что произошло между вами?
— Дорогой, столько шума из ничего! Какая-то дерзкая девчонка-цветочница…
— Это почему же она дерзкая?
Маргарет пожала плечами:
— Знаешь, детали я уже не могу вспомнить. В общем, она мне нахамила, а я кинула в нее вазу с цветами. Тебе не о чем беспокоиться, Дэйв. Поехали.
— У меня сегодня операция. Боюсь, что уже опаздываю. Как-нибудь увидимся.
Браун вышел. Маргарет скорчила ему вслед гримасу. Минуту спустя приказала горничной вызвать такси. Тщеславная молодая женщина не испытывала угрызений совести никогда.
Доктор снова задержался на работе и очень поздно вернулся домой. Накрывая на стол, Пол сообщил: мисс Диггинс звонила дважды. И не без удовольствия отметил, что хозяин пропустил эту информацию мимо ушей.
— Пол, завтра я собираюсь в больницу только после обеда. До этого буду дома разбирать бумаги.
Но утром, едва позавтракав, Браун взял машину и куда-то умчался. Интересно, куда он поехал? — размышлял Пол. Завидная выдержка: весь кипит, но ни одного скверного слова. Видимо, опять поссорился с невестой. И слава богу.
Отворив дверь и увидев на пороге Дэйва, Бетси немного растерялась.
— О, сэр, это вы… Я рада вас видеть, проходите. Не обращайте внимания на беспорядок, у меня время уборки.
— Извините. Я не задержу вас долго.
— Пожалуйста, не беспокойтесь, я все успею. Только ни моей девочки, ни Тома сейчас нет…
Дэйв взял ее маленькую руку, заглянул в глаза.
— Скажите мне, что произошло? Я видел Шейлу на улице, она разговаривала с прохожими. Знаю, что из магазина ее уволили. Мне уже рассказывали одну версию случившегося, теперь хочу послушать другую. От вас.
Бетси не нашла в его вопросе ничего удивительного.
— Сейчас приготовлю вам кофе и все расскажу, — пообещала она.
Через пару минут, подав Дэйву чашку, Бетси присела рядом.
— Мисс Шейла ищет работу. То, чем она занята сейчас, — временно. Она должна подходить к людям и задавать вопросы о качестве каких-то там товаров. Это называется — опрос. Платят, конечно, меньше, чем в магазине, но для нас и эти деньги очень важны. Я бы рассказала, почему ее уволили, но, боюсь, вы рассердитесь.
— Обещаю вам, не рассержусь.
— Хорошо, скажу. Правда, не знаю, как посмотрит на это моя девочка. Наверное, отругает меня. Ну, да ладно. — Женщина замялась, не зная, как деликатнее сформулировать то, что собиралась сказать: — Ну, это касается вас. Мисс Диггинс почему-то решила, что Шейла имеет на вас виды. Понимаете? Ваша невеста сказала моей девочке — очень резко сказала, — будто Шейла старается заполучить вас в мужья. Потом она еще сказала: «Вон отсюда» — и разбила вазу с вашими цветами… Извините, сэр, может, я не точно передаю, может, сама не совсем правильно поняла. Знаете, возраст…
— Не волнуйтесь, я уверен, что все именно так и было. Надо же! — Дэйв засмеялся. — Бетси, мы ведь с вами друзья?
— Надеюсь.
— Тогда скажите мне по секрету, за что Шейла меня так не любит?
— Вы уверены, сэр?
— В чем?
— Что она вас не любит? — Женщина испуганно прикрыла рукой рот, чтобы из него ненароком не выскочила еще какая-нибудь рискованная фраза. Иногда лучше не вмешиваться в шалости судьбы.
В этот момент все, чего Браун до сих пор не мог понять в себе и своих отношениях с девушкой из цветочного магазина, сразу сложилось в четкую и ясную картину, словно разрозненные кусочки мозаики сами легли на положенные места.
Он быстро встал, расцеловал покрасневшую Бетси в обе щеки и почти бегом покинул квартиру. У него появилась идея. Пока смутная и даже немного бредовая, но если все хорошо обдумать, то можно ее осуществить.
В четверг вечером Браун тщательно изучил записи в своем еженедельнике. Некоторые дела перенес на следующую неделю, дважды позвонил по телефону и отменил намеченные визиты. В конце концов, ему удалось выкроить выходные, свободные от пациентов.
В пятницу он предупредил Пола, что завтра уезжает на два дня.
— Вместе с мисс Диггинс? Если нет, сэр, то я должен знать, как отвечать на ее звонки.
— Нет, Пол, не с ней. Я собираюсь поехать один. За город. А ей скажи… Придумай что-нибудь сам, мне некогда.
— Непременно, сэр. — Пол удовлетворенно хмыкнул.
Дэйв выехал ранним субботним утром: погода стояла прекрасная, под стать его настроению. Мимо проносились живописные пейзажи. Ему хотелось остановить машину, полежать в тени, вдыхая аромат трав и совершенно ни о чем не думая. Как в детстве. Но он не позволил себе эту роскошь — время было дорого.
Бронксуэлл оказался не такой уж маленькой деревней, как представлялось Брауну. Он проехал по широкой центральной улице мимо нескольких магазинчиков, старой церкви и припарковал машину возле гостиницы с вывеской «Подкова». Надо было сначала найти комнату для ночлега, а затем расспросить кое о чем людей.
На первом этаже гостиницы был бар. Хозяин — мужчина тоже весьма внушительных размеров — одобрительно оглядел крупную фигуру доктора, сказал, что с комнатой проблем нет, есть свободная. Провожая в нее Дэйва, вежливо осведомился:
— Вы издалека, сэр?
— Из Лондона. Я ищу кое-кого и даже не представляю, с чего начать. Здесь раньше, лет пять назад, жила семья Колдуэлл. Мне надо связаться с их адвокатом. Но я не знаю его имени и не имею понятия, где он живет. Может, вы сможете мне помочь?
— Нет, сэр, я здесь недавно. Но вы можете спросить у миссис Смит, она давно работает на почте и должна что-нибудь знать, поскольку вся корреспонденция проходит через нее. Здесь недалеко. Выгляните в окно — вон почта.
Дэйв поблагодарил мужчину и отправился искать миссис Смит.
Эта пожилая, глуховатая и близорукая леди действительно знала всех в округе и быстро предоставила нужные ему сведения.
Вернувшись в бар, Дэйв нашел телефон адвоката, набрал номер. Вероятность того, что кто-нибудь окажется в офисе в субботу утром, была ничтожна. Однако и тут повезло, трубку снял сам мистер Грей.
— Должно быть, ваше дело очень срочное, если вы хотите меня видеть в выходной день, — заметил он.
— Вы были адвокатом семьи Колдуэлл. Я знаю мисс Колдуэлл, ей сейчас очень тяжело. Я обязан помочь, поскольку косвенно виноват в том, что с ней произошло. Мне нужна ваша помощь.
Голос адвоката стал дружелюбнее:
— Шейла? Хорошо, я готов с вами встретиться, мистер… я не совсем расслышал ваше имя.
— Браун. Когда вам будет удобно? Я должен вернуться в Лондон в понедельник к восьми утра, остановился в гостинице «Подкова».
— Может быть, вы подъедете ко мне в офис сегодня после обеда? К двум часам. Вы знаете адрес?.. Прекрасно. Должен вам сказать, что это очень несправедливо, Шейла — такая милая девушка. Многие молодые люди здесь сожалели, что она уехала.
Положив трубку, Дэйв спустился в бар, чтобы взять сандвичи с сыром и выпить пива. Но хозяин предложил ему более основательно подкрепиться, сказав, что отбивная с картофелем и пирог с почками и молодыми бобами будут более кстати. Пообедав, доктор вернулся в безупречно чистую комнату, надел легкий пиджак и поехал к адвокату за восемь миль.
Мистер Грей, почтенный старичок с серьезным лицом, протянул гостю руку, напомнив еще раз, что не в его привычках принимать клиентов по субботам, но если это касается Шейлы…
— Вы ее друг?
— Не сказал бы, хотя мы встречались не раз. Однако мы дружим с маленьким Томом.
— А, да, конечно. Тот малыш-сирота. Очень печально. Она взяла его к себе. Ну, так я спешу узнать цель вашего визита.
— Я некоторым образом виноват в том, что мисс Колдуэлл потеряла работу. Том недавно сломал руку, и я лечил его. Тогда-то мисс Бетси и рассказала мне, что им сейчас приходится довольно трудно.
— Бетси. Конечно, она уехала вместе с Шейлой — добрая душа. А вы их семейный доктор?
— Нет, я ортопед, поэтому мы и познакомились с Томом.
— А, теперь понятно. И как же я могу вам помочь?
— Может быть, это звучит несколько странно, но, если вы выслушаете меня…
Через два часа очень довольный Дэйв вернулся в бар, выпил крепкого чая и съел большой кусок пирога. Он не ожидал, что все пойдет так удачно. Посидел еще в баре, обдумывая свои дальнейшие действия, и рано лег спать.
В воскресенье в гостиницу к Брауну пришел агент по недвижимости, оторванный адвокатом от чтения воскресных газет. Этот проныра повез клиента смотреть коттедж, который, честно говоря, уже не надеялся кому-либо продать. Требовалась куча денег, чтобы привести дом в порядок, но, похоже, у приезжего джентльмена недостатка в них не было. Агент предпринял все возможное, чтобы сделка состоялась, и быстро положил в карман выписанный Дэйвом чек, пока тот не передумал.
Браун возвращался в Лондон в прекрасном расположении духа. Все, что планировал, он сделал, а в остальном, мог полностью положиться на мистера Грея.
Дворецкий не мог не заметить радости своего хозяина.
— Надеюсь, вы хорошо провели уик-энд, сэр?
— Спасибо, Пол. Потрясающе.
Дэйв бегло просмотрел корреспонденцию, лежавшую на столике в коридоре, — ничего срочного.
Как только он сел за стол, зазвонил телефон. Маргарет хотела знать, где был ее жених.
— Только не говори, пожалуйста, что ты все это время провел в больнице. Я туда звонила, мне сказали, что тебя нет.
— Совершенно верно. Я уезжал из города по делу.
— Какому такому делу?
— Тебе совершенно не обязательно знать о таких скучных вещах, дорогая.
Она засмеялась.
— Надеюсь, что да. Я провела чудесный день на вилле Уорренов. Дэйв, ты не можешь взять крошечный отпуск? Мы бы съездили на недельку или две на Багамы. Уоррены тоже собираются, они сняли на одном из островов виллу. Мы сможем побыть там вдвоем.
Брауна такая перспектива не привлекла, он не горел желанием остаться наедине со своей невестой.
— Я не могу уехать даже на пару дней, ты же знаешь. Мой день расписан по минутам. А на следующей неделе у меня командировка в Швецию. Там симпозиум. Если хочешь, можешь поехать со мной.
— Дэйв, ты с ума сошел? Что я там буду делать? Сидеть одна в гостинице или на твоем симпозиуме? Тоска смертная. Прошу тебя, постарайся хотя бы завтра освободиться пораньше и свози меня куда-нибудь пообедать, например за город, если ты не против.
— Постараюсь, — буркнул Дэйв и положил трубку. Больше он не вспоминал о Маргарет, ее место в памяти прочно заняла прекрасная цветочница с большими серыми глазами.
Однажды, за два дня до каникул Тома, почтальон принес мисс Колдуэлл письмо, явно официальное, в дорогом конверте. Шейла, никогда прежде не получавшая таких посланий, почему-то боялась разорвать конверт, вдруг там неприятное известие? Она подержала письмо и положила на стол.
— Давай, — подбодрила Бетси, — открой-ка скорее.
Шейла распечатала прямоугольник, достала лист бумаги самого лучшего сорта, взглянула на подпись.
— Это от мистера Грея, помнишь, Бетси, он был адвокатом бабушки.
Девушка пробежала текст глазами, затем, побледнев, прочитала снова.
— Бетси, — сказала она сдавленным голосом, — оказывается, у меня в Австралии жил прадедушка. Ты знала? Он умер, и я его единственная наследница. Он оставил пятьдесят шесть тысяч фунтов стерлингов и коттедж в Бронксуэлле. Мне не верится!
— Если это действительно от мистера Грея и написано черным по белому, то придется поверить, Шейла!
Осознав, наконец привалившее счастье, женщины обнялись и закружились по комнате. Это было как в сказке, им и верилось и не верилось. Не один раз они перечитывали документ, рассматривали конверт и смеялись от радости. У Шейлы, правда, мелькнуло сомнение: почему же покойная бабушка ни разу не упоминала об этом своем родственнике? Может, тоже не знала, что он существует?
— Возможно и так, — сказала Бетси. — Родственники часто разъезжаются в разные концы света и забывают друг о друге. Вот она, долгожданная помощь. Тебе нужно будет съездить к мистеру Грею и узнать, сможем ли мы переехать в коттедж.
— Наверное, мне все равно нужно будет найти работу. Кажется, пятьдесят шесть тысяч — это большая сумма, но сможем ли мы жить на проценты? — Она мечтательно улыбнулась. — Ах, Бетси, если бы я могла открыть свой цветочный магазин.
— Нет проблем, дорогая.
— Теперь Том сможет ходить в подготовительную школу. Она там совсем недалеко.
— Ты поедешь туда завтра?
— Да, сяду в первый же поезд, встречусь с мистером Греем, взгляну на коттедж и вечером вернусь.
— Будь осторожна. Сейчас в поездах очень опасно.
Дожидаясь Тома у ворот школы, Шейла представляла себе, как он отреагирует на новость. А вдруг захочет остаться в Лондоне — ему же так нравится школа. Но искренняя радость мальчика успокоила ее. Всю дорогу домой он бежал вприпрыжку, засыпая тетушку вопросами.
— А там есть сад? А сколько комнат? Далеко ли школа? Когда можно будет завести собаку?..
— Пока ничего не знаю, милый. Я собираюсь поехать туда завтра. Если там есть водопровод, то мы переедем совсем скоро.
— А вы расскажете мистеру Брауну? Он бы хотел знать. Я его друг и буду скучать по нему.
— Доктор Браун — занятой человек. Когда мы будем точно уверены, что переезжаем, ты ему напишешь и поблагодаришь за все, что он для тебя сделал. Договорились?
Мальчик согласился:
— Да, я так и сделаю. Нужно же с ним попрощаться. А вдруг он захочет повидаться с нами до нашего отъезда?
— Если у него будет время.
Шейла подумала, что это вряд ли произойдет. К чему Дэйву беспокойства, связанные с ними? У него есть Маргарет и своя собственная жизнь. Ей стало немного грустно.
Следующим утром адвокат встретил мисс Колдуэлл очень тепло, заверил в том, что все правильно, — она действительно теперь владелица коттеджа и пятидесяти шести тысяч фунтов с небольшим на счете в банке.
— Вам, наверное, сейчас нужны деньги. Я дам вам чек. Возможно, у вас будут расходы.
— Да, пожалуйста. У меня сейчас нет работы. Если в коттедже можно жить, то я думаю, мы переедем туда довольно скоро. Надеюсь, что подыщу себе здесь какую-нибудь работу. Вместе с банковскими процентами на жизнь нам должно хватить. А позже, возможно, открою свое дело.
— Очень разумно, — заметил мистер Грей. Мысленно он просил сейчас прощения у Бога за всю ту ложь, которую ему пришлось нагородить этой девушке. Старичок надеялся, что Господь не спросит с него слишком строго, ведь он врал исключительно в интересах клиентки. В этот момент мистер Грей не вспоминал, что лондонский друг девушки довольно щедро оплатил его услуги.
Старичок угостил Шейлу чашкой кофе, отдал ключи от коттеджа и объяснил, где он находится.
Добравшись до теперь уже своего дома, девушка некоторое время стояла на тротуаре, не решаясь войти. Коттедж выглядел достаточно солидно, хотя был немного запущен. Прочная дверь, большое окно рядом с ней, три оконца поменьше над ними. Дверь выходила прямо на тротуар. Наконец, повернув ключ в замке, Шейла вошла внутрь.
Прихожей не было. Она сразу оказалась в небольшой комнате с блеклыми обоями и камином в викторианском стиле. Дверь напротив вела в кухню, где стояла старая печка и большая фарфоровая раковина. Задняя дверь открывалась в садик, сплошь заросший сорняками. Тут и там на земле валялись жестяные банки, бумажные пакеты, однако сад был довольно обширный. Его окружала кирпичная стена.
Шейла вернулась в дом. Оказавшись снова в гостиной, открыла другую дверь в маленькую комнатку с таким же старомодным камином. Осмотрев первый этаж, по узкой винтовой лестнице поднялась на второй, где нашла еще три комнаты, из окон которых открывался замечательный вид. Ванной не было, хотя вполне можно ее соорудить.
Всё оглядев, девушка уже собралась уходить, когда на другой стороне улицы заметила вывеску «Работы по дому». Вот и хорошо, не буду откладывать, решила она и перешла дорогу. Дверь Открыл молодой человек невысокого роста.
— Господи, неужели мисс Шейла! Какая радость! Вы решили вернуться?
— Да. Вы Джекоб, не так ли? — Она протянула ему руку. — Ваш отец не смог бы мне помочь отремонтировать дом?
— Отец? Он умер два года назад. Я веду дело. А что вы хотите сделать?
— Я унаследовала коттедж и собираюсь здесь жить. Много денег я не могу потратить, но его нужно покрасить и немного отремонтировать. Еще мне хочется, чтобы там была ванная. Вы возьметесь за это?
— Не вижу причин отказываться, мисс Шейла. Мы можем прямо сейчас взглянуть, и я скажу, сколько это будет стоить, но примерно.
Джекоб обошел домик, болтая без умолку:
— Старый владелец этого коттеджа уехал отсюда и умер год назад. Он его сдавал, никогда не думая о ремонте. Мне кажется, будет достаточно оштукатурить и покрасить дом. Еще кое-где подлатать крышу.
— А ванная? — напомнила Шейла.
— На перепланировку нужно взять разрешение. Это будет несложно. Я сделаю пристройку сзади.
— Сколько это займет времени?
— Вы хотите поскорее вернуться домой? Мы будем очень рады вас видеть, мисс Шейла. А мне хватит пары недель на все. Вы не хотите сменить обои?
— Нет, лучше покрасить кремовой краской — знаете, цвета сгущенного молока.
— Как раз то, что нужно. Отделка ванной займет побольше времени. Я приглашу Джима-водопроводчика, чтобы установить раковину в одной из спален.
— Во всех, пожалуйста. А как насчет горячей воды?
— Поставим колонку?
— Да, если можно. Сколько это будет примерно стоить?
Джекоб сел на подоконник, достал бумагу и карандаш, прикинул, вслух называя цифры. Общая сумма составила чуть больше пяти тысяч фунтов.
— Прекрасно. Возьмете часть денег вперед?
— Было бы кстати.
По дороге сюда Шейла успела зайти в банк и получить чековую книжку. Она достала ее и выписала чек.
— Когда я приеду через две недели, вы мне дадите совет по поводу кухонной плиты? В Лондоне в нашей квартире есть стиральная машина. Она уже далеко не новая, но, думаю, год-два еще поработает. — Мисс Колдуэлл улыбнулась. — Джекоб, как чудесно снова вернуться домой! Я приеду с мисс Бетси и племянником. Ему восемь, и он никогда не уезжал из Лондона далеко. Я напишу вам, когда мы приедем посмотреть, как идут дела. Хорошо?
— Конечно, мисс Шейла. Как вы собираетесь возвращаться домой?
— Сяду в автобус. К вечеру мне надо быть в Лондоне.
— Послушайте, я сейчас еду в Чиренчестер, по дороге подброшу вас к станции. Подождите здесь, пока я возьму грузовик.
— Но вы опоздаете к обеду.
— Жена разогреет.
Шейла вернулась домой поздно вечером, уставшая, но счастливая. Джекоб довез ее до железнодорожной станции. До вечернего поезда было время, и девушка прошлась по магазинам, присматривая занавески и коврики для спален в новый дом. В магазине товаров для кухни не удержалась, выбрала плиту и оплатила ее, чувствуя себя транжиркой, хотя ей сделали скидку, поскольку она заплатила всю сумму целиком и наличными. Покупку обещали доставить в течение недели. Как раз Джекоб успеет покрасить кухню.
— Ах, Бетси, это такое чудное местечко! Даже не верится. Мы будем там счастливы. Как это могло случиться?!
Мистер Браун, организовавший этот «случай», позвонил адвокату и остался очень доволен тем, как хорошо все получилось.
На следующее утро почтальон принес Шейле еще одно письмо, в котором владелец квартиры сообщал, что повысил плату за аренду, и если это съемщицу не устраивает, то договор, срок которого истекает через несколько недель, продлен не будет.
Шейле доставило огромное удовольствие написать: мол, они в этом и не нуждаются.
Следующие десять дней женщины провели, планируя свое будущее. Собрали вещи, обдумали, как перевезти их в деревню, купили ткань для занавесей. Тому и Бетси не терпелось увидеть свой новый дом, и в один из дней они отправились туда все трое.
На этот раз коттедж выглядел совершенно иначе. Джекоб хорошо почистил стены из камня, покрасил дверь и окна, починил водосточные трубы. Внутри все стены были уже аккуратно окрашены, отчего комнаты казались больше.
— Какие раковины! — похвалила Бетси. — Их никто отсюда не унесет?
— Не беспокойтесь, — успокоил женщину Джекоб и предложил подвесить еще несколько полочек возле раковин.
Спальни были распределены мгновенно и без пререканий. Бетси достала складной метр и стала измерять окна, чтобы знать размеры занавесок, а Шейла повела Томми в сад. Мальчик от восторга не мог вымолвить ни слова, только поднял на тетю счастливые глаза.
— Да, милый, — опередила девушка его вопрос. — Как только мы переселимся сюда, ты сможешь завести щенка. Он благодарно обнял ее.
— А еще котенка и кролика?
— Хорошо.
Джекоб спросил мальчика:
— Ты любишь животных? У, нашей кошки родилось несколько котят. Как переселитесь, зайди и выбери себе того, который больше понравится. — Он вынул из кармана бумагу и протянул Шейле. — Это разрешение на перепланировку, получил достаточно быстро. Постараюсь соорудить вам ванную комнату в сроки, о которых мы договорились. Однако вам придется доплатить за сантехнику. Раковины в спальнях уже установлены, горячая вода проведена. Если вы не против в течение нескольких дней принимать ванну в гостинице, то через неделю можете переезжать.
Шейла кивнула.
— Джекоб, в магазине обещали привезти плиту до понедельника. Вы здесь будете, чтобы получить и установить?
— Конечно, мисс.
Том исследовал сад, обнаружил в густой траве кусты роз, пионы, лилии и запущенную клубничную грядку. Кирпичная ограда была достаточно прочной и высокой. Шейла представила, как красиво станет здесь, когда они все приведут в порядок. Весной зацветут нарциссы и гиацинты, которые она непременно посадит. Томми обнял ее.
— Тетя Шейла, я так счастлив! А ты?
— Ну, конечно, дорогой.
— Можно я приглашу сюда мистера Брауна? Ему здесь понравится больше, чем в Лондоне.
— Пригласи. Только я не уверена, что он сможет приехать. Знаешь, у Брауна своя жизнь. Он известный хирург, вращается в высшем обществе и скоро собирается жениться. Вряд ли у него найдется время. Но он будет рад получить от тебя письмо.
Они вернулись в Лондон тем же вечером уставшие, но счастливые.
В день отъезда из Лондона, когда вещи уже загрузили в фургон, Шейла без малейшего сожаления в последний раз повернула ключ в замке и отдала владельцу дома. Призналась себе, что ей очень хотелось бы снова увидеть Брауна. Томми тоже до последней минуты высматривал, не появится ли серый «бентли». Но доктор не приехал и даже не написал. Шейла подумала, что письмо мальчика могло легко затеряться в массе корреспонденции, но ничего не сказала Тому. Они оба чувствовали бы себя намного лучше, зная, что мистер Браун находился в это время в зарубежной командировке. Конвертик с каракулями Тома лежал у него в кармане пиджака. Дэйв вернулся в Англию только через четыре дня после отъезда Шейлы в Бронксуэлл.
Ничто не омрачило их переезд. Джекоб закончил ремонт, сотворив чудеса с коттеджем. Плита была установлена, полки на кухне прибиты именно там, где хотелось Бетси. Женщины распаковали часть вещей, расстелили в гостиной старенький, но все же достаточно красивый турецкий ковер, приготовили ужин и, отправив Томми спать, еще долго сидели за кухонным столом, пили чай с тостами.
Первые дни новые хозяйки коттеджа целиком посвятили созданию уюта в доме. Развесили занавески, расставили мебель. Чистили и мыли до тех пор, пока Бетси не почувствовала себя полностью удовлетворенной.
Настала пора приняться за сад. На субботней распродаже Шейла купила совсем дешево кое-какие садовые инструменты и смело ринулась на войну с сорняками. Однако довольно быстро поняла — эта работа, как и всякая другая, требует опыта и привычки. Ничего этого у нее не было. Целый день девушка не разгибала спины, к вечеру у нее все тело ныло, трудно было двигаться, а сад по-прежнему выглядел так, словно человеческие руки его не касались.
Забежал Джекоб узнать, как они устраиваются и не нужна ли помощь. Посмотрел на результаты героических усилий Шейлы и рассмеялся:
— Одной вам с таким запущенным садом не справиться. Помните старого Боба? Он до сих пор выполняет заказы на такие работы. Старик придет и приведет ваш сад в порядок за пять фунтов. Через пару дней вы это местечко не узнаете.
Девушка послушалась совета. Боб встретил ее радушно.
— Я слышал, что вы вернулись, мисс Шейла, дорогая. Все старожилы вас помнят, помнят, как вы росли в старом доме. Теперь у вас коттедж? Хороший дом и довольно крепкий. Я как-то проходил мимо и взглянул на сад. Да, он нуждается в уходе.
— Я знаю. Если бы вы помогли, мы привели бы его в порядок. Все заросло сорняками.
Он кивнул.
— Там есть пара хороших яблонь, сливы и грядка клубники. Приду завтра утром, если вы не возражаете.
На следующий день Шейла дивилась, как быстро преображается ее садик.
Наконец и ванная была закончена. Женщины решили не класть плитку, а только покрасить стены, чтобы не выйти за рамки бюджета. Однако позволили себе купить яркие, красочные полотенца и коврики. Мисс Колдуэлл расплатилась с Джекобом и Бобом и села подсчитать расходы. Осталось чуть больше пятидесяти тысяч фунтов. Совсем неплохо, но если сейчас не подумать о заработке и тратить основной капитал, не заметишь, как он растает.
— А что, если попросить Джекоба перестроить сарай в саду и открыть там цветочный магазин? — посоветовалась Шейла со своей подругой. Мудрая Бетси выразила сомнение, будет ли это дело приносить прибыль, ведь здесь не город. Так что пока предпринимать ничего не стали, решили посоветоваться с кем-нибудь из опытных деловых людей.
Женщинам доставляло большое удовольствие выходить из дома — то и дело на улицах встречали старых знакомых, хорошо помнивших Шейлу, ее покойную бабушку и Бетси. Здесь они были своими, и это давало ощущение покоя и стабильности. Томми познакомился со сверстниками, жившими по соседству, целыми днями играл с ними. Погода стояла великолепная. Все трое были счастливы. Лишь когда Шейла вспоминала Брауна, в ее сердечко заползала грусть.
У Дэйва, недавно вернувшегося из-за границы, работа занимала все время. Только закончив все дела, он мог позволить себе подумать о Шейле. Она уже, должно быть, переехала. Браун позвонил мистеру Грею. Адвокат подтвердил, что мисс Колдуэлл поселилась в коттедже и собиралась заехать к нему на следующей неделе.
— Я слышал, она там привела все в порядок и сделала дом довольно уютным. По-моему, у нее очень четкие планы на будущее, — добавил мистер Грей.
Маргарет, крайне недовольная постоянным отсутствием жениха, уехала с друзьями на юг Франции. Это известие Дэйв принял с удовольствием: не придется объяснять невесте, почему в ближайшие выходные он собирается поехать за город, но не приглашает ее с собой. Дело в том, что всякая ложь была неприятна этому прямому человеку, хотя в последнее время он часто лгал самому себе, не замечая этого. Вот и сейчас считал, что едет к Шейле с единственной целью: сделать мальчику подарок.
Утром доктор сел в машину и часам к десяти уже был в Бронксуэлле. Томми, выглянув в окно, сразу увидел гостя и радостный сбежал вниз.
— Тетя Шейла, я знал, что он обязательно приедет! — Мальчик открыл входную дверь и повис на шее у Брауна. Взволнованная девушка взглянула на себя в маленькое зеркальце, увидела блестящий нос и растрепанные волосы, однако времени наводить красоту не было, и больше ничего не оставалось, как идти встречать Дэйва. Ее «Здравствуйте, мистер Браун» было сказано достаточно дружелюбно, на что он весело ответил:
— Привет, Шейла. — И быстро поцеловал хозяйку в щеку, отчего сердце едва не выпрыгнуло у нее из груди.
— Как вы узнали, где мы?
— Хозяин лондонской квартиры дал мне ваш адрес. — Ложь опять сама собой сорвалась у него с языка. Но разве мог он сказать правду? Во-первых, подвел бы мистера Грея. А, во-вторых, опасался непредсказуемой реакции девушки.
— Проходите, не хотите ли чашечку кофе? Бетси пошла за покупками, скоро вернется и будет очень рада вас видеть.
Пока она говорила, Дэйв не мог отвести от ее лица восхищенного взгляда. Она заметно посвежела, глаза светились, даже растрепанные волосы не производили впечатления беспорядка, а непонятным образом украшали ее. Заметив наконец, как покраснела Шейла под его пристальным взглядом, Браун спохватился:
— Сейчас зайду. Но сначала принесу кое-что для малыша.
Он вернулся к машине и принес крохотного щенка.
— Томми, я получил твое письмо, спасибо. Но мне нужно было уехать на время в командировку. Поэтому и не смог тебе ответить, а когда вернулся, накопилось много работы. Надеюсь, этот песик компенсирует твое разочарование?
— Щенок! — воскликнул Том. — Мне? Для меня? Он будет моим?
Браун осторожно передал маленькое создание мальчику. Тот прижал его к себе. Щенок, тыкаясь носом в грудь Тома, лизнул ему руку. Он был неизвестной породы, черный, с белой грудью и большими глазами. Но будь это и породистый пес с длинной родословной, вряд ли он доставил бы мальчику большее счастье.
— Ну вот, Томми, одно из твоих заветных желаний исполнилось.
— Я ему понравился, — радостно сказал Том. — Спасибо, мистер Браун. Он точно такой… Я бы выбрал точно такого же. А у него есть кличка?
— Пока нет. Я думаю, ты должен придумать ее сам. Сейчас принесу корзинку для него и книжку, в которой написано, как ухаживать за собаками.
Дэйв снова вышел к машине, вернулся, неся еще и коробку.
— Я не был уверен, найдете ли вы здесь подходящий для него домик, поэтому и привез с собой.
Пока они все вместе оборудовали для нового четвероногого жильца спальное место и пытались его накормить, вернулась из магазина Бетси. Увидев доктора, она обрадовалась не меньше Тома и теперь сама с удовольствием поцеловала Дэйва в обе щеки.
— Какой приятный сюрприз! Садитесь, кофе будет готов через несколько минут. Как хорошо, что утром я испекла торт! Долго ехали?..
Дэйв давно не чувствовал себя так замечательно. Все в этом доме было просто и непритязательно, но его здесь любили и ждали — теперь он знал это точно. И ради этого стоило потратить столько времени и денег.
Бетси ушла за кофе, Том убежал в сад играть со щенком, гость и Шейла остались вдвоем.
— На мгновение я подумал, что вы можете выставить меня за дверь.
— Ну, как вы могли!.. Я… Мы… Том так ждал вас. Вы же видите, как он счастлив.
— А вы, Шейла, вы счастливы?
Она кивнула.
— Очень симпатичный домик, нельзя сравнить с квартирой в Лондоне. Вы выиграли в лотерею?
— В Австралии у меня нашелся дальний родственник, который оставил мне этот коттедж и крупную сумму денег. У него больше никого не оказалось. Я, правда, никогда о нем не слышала, но искренне ему благодарна. Я собираюсь открыть небольшой цветочный магазин.
— Потрясающая идея. Здесь, в деревне? А будут ли покупатели?
— Конечно, все это еще надо обдумать. Я должна как-то зарабатывать на жизнь. Здесь есть несколько больших домов, должны быть свадьбы, именины…
Дэйв не сказал, что думает по этому поводу, лишь наклонился и нежно поцеловал девушке руку.
— Я так рад, что вам наконец-то улыбнулась удача. — Он отодвинулся от хозяйки и прибавил: — Простите, что я приехал без приглашения. Мне так хорошо у вас. Но если вы против, я сейчас же уеду и больше никогда вас не побеспокою.
Она не успела ответить, в комнату вошла Бетси, неся поднос с кофе.
— Оставайтесь на обед, — сказала она, даже не взглянув на девушку. — Холодный цыпленок с салатом и картофелем в мундире и яблочный пирог на десерт.
— Спасибо, Бетси. Я все это обожаю. А как вам нравится деревня?
— Храни вас Господи! Я же родилась здесь, знаю каждое деревце, каждый камешек.
— Неужели? — Он повернулся к Шейле. — Поэтому вы и решили переехать именно сюда? Я думаю, вы могли бы продать коттедж и приобрести что-нибудь другое.
Девушка передала гостю тарелку с тортом.
— Дело в том, что я раньше тоже здесь жила.
Браун сделал удивленное лицо.
— Тогда вам очень повезло. Окрестности тут великолепные.
Пока женщины готовили обед и накрывали на стол, мужчины вышли в сад и по книжке выясняли, чем и сколько раз нужно кормить щенка, как чесать шерсть, надо ли его мыть. Потом играли в шашки, пока Бетси не позвала их обедать.
— Помойте руки, — скомандовала она. — Шагом марш в ванную.
Оба безоговорочно повиновались. Дэйв оглядел новую ванную, отметил про себя, что Шейла очень хорошо справилась с ремонтом. Интересно, во сколько ей это обошлось? Должно быть, недорого. Идея с цветочным магазином, конечно, неудачна, но лучше об этом пока не распространяться. Дэйв решил проявлять сейчас лишь пассивный интерес, ведь Шейла ничего не ответила, когда он пообещал, что больше не приедет.
После обеда гость уехал достаточно быстро. Поблагодарив Бетси, пожав Тому руку, он лишь поклонился Шейле, оставив ее гадать, приедет ли еще раз. Проводив грустным взглядом удалявшийся «бентли», она еще постояла в дверях, думая, почему же мистер Браун простился с ней так официально, списала это на его плохой характер и пошла в сад к Тому: ей очень хотелось узнать, о чем они с Дэйвом разговаривали столько времени.
— Мне нужно придумать, как назвать щенка, — сказал Том, — а когда выберу кличку, напишу об этом мистеру Брауну. Я обещал.
— Дорогой… — начала Шейла, не зная, как продолжить. — Тебе щенок не нравится, да?
— Ну что ты! Конечно, нравится, но я думаю, он привез собачку в качестве прощального подарка.
Мальчик покачал головой.
— Ведь он мой друг. Он сам велел мне писать. Особенно если что-нибудь случится.
— Это хорошо, я хочу сказать — иметь друзей. Тогда ты действительно должен поскорее придумать, как назвать щенка. Я тоже подумаю, пока буду копаться в саду.
Ни о каких кличках она сейчас думать, конечно, не могла. Мыслями целиком владел Дэйв — его ласковые глаза, теплая улыбка, мимолетные касания его руки. На этот раз холодное прощание Брауна не ввергло Шейлу в тоску, как раньше. Что-то ей говорило, что они еще увидятся, это не конец.
Следующим воскресным утром они пошли в церковь, оставив щенка мирно спать в корзинке на кухне. Службу вел новый пастор, появившийся здесь уже после переезда Шейлы в Лондон. Возвращение домой после службы затянулось надолго: то и дело кто-то из старых знакомых останавливался, чтобы поздороваться, узнать, как устроились. Том, торопившийся домой, время от времени нетерпеливо дергал руку Шейлы, чтобы напомнить — дома его ждет маленький друг. Она извинилась и ушла, сказав, что нужно приготовить воскресный обед. Бетси осталась поболтать с приятельницами.
— Я придумал кличку, — закричал Томми, как только они вошли в дом. — Будем звать его Чарли.
— Мне нравится, — одобрила Шейла. — Сними ботинки и пойди скажи ему об этом.
Так Чарли стал новым членом семьи. Каждый раз, глядя на него, девушка вспоминала Брауна. А на следующей неделе к ним зашел Джекоб и принес за пазухой рыженького котенка. Мальчик был на седьмом небе от счастья.
— Тетя Шейла! Теперь у меня есть все, что я хотел. Почти… Еще кролика, и, конечно, мне бы хотелось такой же «бентли», как у мистера Брауна.
— Я куплю тебе кролика. А что касается «бентли», боюсь, придется подождать, — засмеялась она.
Шейла устроила Тома в школу, куда он должен пойти с начала учебного года, они съездили в Чиренчестер и купили новую школьную форму.
Каждый раз, покупая что-либо, девушка благодарила Бога и того неизвестного австралийского родственника за то, что теперь ей не надо ломать голову над вопросом, как выкроить деньги на самую необходимую вещь. Наконец-то темная полоса в ее жизни кончилась. Но пять лет трудностей, жестокой экономии приучили ее к бережливости и аккуратности, поэтому Шейла все чаще думала, что пора найти способ зарабатывать деньги.
Идея открыть цветочный магазин все еще не была забыта. Но девушка осознавала: придется сразу вложить крупную сумму из основного капитала, а вот пойдет ли дело, станут ли люди покупать ее цветы — неизвестно. Она размышляла, пока не решаясь действовать.
— Бетси, как прекрасна жизнь! — то и дело радовалась Шейла.
Женщина не возражала, но однажды уточнила: жизнь стала бы еще прекраснее, если бы ее девочка нашла себе хорошего молодого человека и отдала ему свое сердечко.
— Ох, дорогая, это невозможно, — засмеялась Шейла. — Ведь он должен полюбить не только меня, но и вас с Томом. А где здесь взять такого любвеобильного? Боюсь, эта задача мне не по плечу. Может быть, ты подскажешь кандидатуру?
Шутя и смеясь, они обсудили всех знакомых парней в деревне, и Бетси вынуждена была согласиться: да, глаз тут положить не на кого. Большинство сверстников либо уехали, либо уже обзавелись семьями. Как-то на улице Шейла встретила двух знакомых еще по школе юношей, не без удовольствия приняла приглашение выпить кофе и поиграть в теннис. Но едва выдержала два часа в их обществе. Ее сердце было уже занято. Девушка воспользовалась первым же удобным поводом и ушла.
Ни Тома, ни Бетси дома не было. Взяв корзинку, она пошла в сад собирать уже падавшие сливы. Щенок крутился у ног.
— Знаешь, Чарли, — обратилась она к песику, — у меня совершенно нет причин чувствовать себя несчастной. Все эти юджины, питеры и прочие кавалеры абсолютно мне не нужны. Скучные, назойливые типы. Обойдемся без них. Ты со мной согласен? — Она посмотрела на щенка и рассмеялась. Чарли сидел на задних лапах и, склонив голову набок, внимательно слушал монолог. Шейла сорвала с соседнего дерева яблоко, надкусила. Нет, еще очень кислые, рано собирать. А вот из слив Бетси сварит сегодня роскошное варенье. Она ведь прекрасная стряпуха.
В начале осени, когда у Тома начались занятия в школе, хозяйки коттеджа все еще наслаждались приятным ничегонеделаньем. Бетси, вернувшись в родную деревню, вспоминала ушедшие годы, ходила по магазинам, готовила обеды и варила варенья. Тому в школе понравилось, он обзавелся толпой приятелей. Этот ребенок вообще не доставлял женщинам хлопот — был послушен, хорошо учился. Отпала необходимость провожать его в школу и встречать после занятий. Живший по соседству пастор предложил, чтобы Томми ходил вместе с его собственным сыном. Шейла была рада дружбе мальчишек и не беспокоилась — ведь на здешних дорогах почти не было машин.
От Брауна не поступало никаких известий, и она запретила себе вспоминать о нем. Может, Дэйв уже женился, кто знает. Он ведь не упоминал, когда назначена свадьба. С каждым днем надежда увидеть его хотя бы еще раз, теплившаяся в ее душе, таяла. Деликатная Бетси, догадываясь о состоянии своей девочки, тоже не вспоминала доктора, по крайней мере вслух. И лишь. Том никак не хотел примириться с мыслью, что его дружба с этим замечательным человеком, вероятно, кончилась.
В один из вечеров пастор пригласил их к себе в гости.
— Помните Вуландов? — спросил он. — Виктор и Джойс — мои родственники — вернулись из Америки. Приходите завтра к ужину. Думаю, вам будет приятно встретить старых друзей.
— Да, я знаю их, но не очень хорошо.
Шейле не хотелось видеть этих двоих. Ей не нравилась Джойс, истеричная девушка, распространявшая гнусные сплетни, как и ее брат Виктор, недалекий, самоуверенный парень. У него были вечно влажные руки и неприятный голос. Но отказаться от приглашения пастора девушке было неловко, все-таки он очень добр, помог ей снова втянуться в деревенскую жизнь. Может быть, Виктор изменился в лучшую сторону с тех пор, как они виделись в последний раз?..
Но, встретившись с ним, Шейла сразу поняла — он ничуть не переменился, даже руки так же потели.
— Привет, Шейла! Нам сказали, что ты вернулась. Я слышал, тебе улыбнулась удача? Везет некоторым! — Парень громко засмеялся.
Она вежливо улыбнулась и поспешила его разуверить:
— Что за чепуху ты несешь, Виктор? Я унаследовала коттедж и немного денег от родственника. Вот и все везение.
— Не думал, что ты вернешься сюда. Что тебе не жилось в Лондоне? Такой город! А этот мальчишка все еще с тобой?
— Томми? Да, и мисс Бетси тоже.
— Любопытная старая курица, — скривился Виктор.
Она вспылила:
— Какое ты имеешь право так говорить?
— Ты чего, не с той ноги встала? Прости, старушка. Я же просто шучу. Не обижайся. Может, мы как-нибудь зайдем к тебе в гости? Возобновим старую дружбу?
— Мы никогда не были друзьями, Виктор, но можешь прийти с Джойс, если она захочет, — сказала Шейла и распрощалась.
Вернувшись домой, девушка все рассказала Бетси.
— Мне очень не хочется их видеть. Но что делать? Это же не большой город, а деревня, все равно придется сталкиваться. Но если он намерен ухаживать за мной, я его быстро отважу.
— Кто, интересно, распространяет слухи о твоем богатстве, хотелось бы мне знать?
— Я думаю, Виктор сам пытался разузнать, действительно ли у меня много денег.
Бетси фыркнула:
— Какая наглость! Мне тоже никогда не нравились эти двое. Я помню, когда они были еще совсем маленькие — парочка интриганов.
— Ладно. Я надеюсь, что они не будут слишком назойливы.
Если бы это было так. Брат и сестра нигде не работали, домашними делами тоже не занимались, так что свободного времени у них было достаточно. И как-то утром, не заставив себя долго ждать, заявились к Шейле. Она предложила им кофе, вежливо выслушала их рассказы об Америке и отказалась от приглашения нанести ответный визит, сославшись на занятость. Девушка надеялась, что теперь долго не увидит их. Но они пришли снова и засиделись сверх всяких приличий. А потом Виктор зачастил один, не обращая внимания на то, работает ли она в саду или убирает в доме. Шейла очень вежливо, как только могла, постаралась дать ему понять, что не нуждается в его ухаживаниях. Он только рассмеялся в ответ.
— Мы же с тобой старые друзья! Я хочу продолжить нашу дружбу и, может быть, пойти чуть дальше.
Ее серые глаза вспыхнули.
— Напрасно надеешься. Мы никогда не были друзьями, или ты забыл? Вынуждена тебе сказать, Виктор, что у меня нет ни малейшего желания что-то «продолжать», а тем более «заходить чуть дальше», что бы ты ни имел в виду.
— Я хочу остепениться, Шейла, хочу завести семью. Вот и подумал, что ты могла бы выйти за меня замуж. Получится хорошая пара.
— Не смей называть меня Шейлой! Меня не волнует, что ты надумал. Я ни за что не выйду за тебя замуж, даже если ты останешься единственным мужчиной на свете!
Увы, и это Виктор воспринял как шутку.
— Дорогая, честное слово, я завидный жених, ты знаешь. Скоро у меня будет хорошая работа, а когда родители умрут, останется приличная сумма денег. И в твоем коттедже мы сможем создать уютное гнездышко.
Шейла с ужасом посмотрела на него.
— Что ты несешь?! Как ты мог додуматься до такого? Какая наглость! Уходи, Виктор, и не беспокой меня больше. Ты мне неприятен.
Парень растерялся, но всего на одно мгновение.
— Я знаю, ты немного удивлена. Подумай, Шейла. В твоем возрасте пора бы задуматься о будущем, чтобы потом не сожалеть. А лучше меня ты никого здесь не найдешь. Давай, пошевели мозгами, дорогая.
— Убирайся! Ты так самоуверен, что не видишь дальше собственного носа. Не приходи больше никогда.
Виктор криво усмехнулся и неторопливо пошел к выходу, насвистывая какой-то мотивчик.
После того, как он ушел, рассерженная Шейла посидела чуть-чуть в саду — не хотелось расстраивать Бетси. Вошла в дом, только когда совсем успокоилась. Однако ей не удалось скрыть свое настроение от наблюдательной подруги.
— Хотелось бы мне знать, Шейла, что тебя так огорчило. Уж не этот ли Виктор? Что он хотел?
Девушка не выдержала и все рассказала, не подозревая о том, что Том сидит за дверью, слушая каждое слово.
— Он меня замучил, Бетси. Этот болван абсолютно уверен, что у меня куча денег, считает, что может на мне жениться и жить на них. Представляешь, не скрыл даже свое намерение поселиться в нашем коттедже! Я не знаю, что делать: мне кажется, Виктор явится опять.
А Том, дослушав разговор до конца, тихонько пробрался к себе в комнату, сел за стол, положив перед собой лист бумаги. Он знал, что делать. Мистер Браун велел ему сообщить, если случится что-нибудь неладное, написать или позвонить по телефону. Заверил, что тогда он обязательно приедет.
— Понимаешь, — объяснял доктор, когда они с Томми в последний раз сидели в саду, — у Шейлы и Бетси нет мужчины, который бы о них заботился. Ты, конечно, им поможешь, но иногда взрослый мужчина просто необходим. — Они тогда пожали друг другу руки, условившись хранить этот договор в секрете от всех.
Позвонить Тому было достаточно сложно, а вот конверт и марку малыш заготовил заранее. Он писал письмо чуть не всю ночь, аккуратно подписал адрес и наклеил марку, а когда шел в школу, бросил послание в ящик.
Браун, спустившись утром к завтраку, нашел письмо мальчика среди прочей корреспонденции и открыл его первым. Он читал детское послание, улыбаясь — в конце письма Том просил его скорее приехать и жениться на тете Шейле, пока этого не сделал Виктор.
Браун положил письмо в карман, просмотрел остальную почту, позавтракал и зашел в кабинет, чтобы позвонить секретарю. Сказал, что завтра вынужден будет выехать из города по неотложному делу, попросил позвонить его частным пациентам и перенести время визитов.
— Хорошо, мистер Браун, я все сделаю. Не беспокойтесь. Но хочу напомнить, что завтра в пять вечера вам обязательно нужно быть в поликлинике.
— Я к этому времени должен вернуться. Сколько пациентов, по-вашему, ожидается сегодня на приеме?..
Положив трубку, Дэйв собрался идти на работу, но прежде сообщил своему дворецкому, что завтра рано утром уедет в деревню, и попросил приготовить завтрак к семи утра.
— Как скажете, сэр. Могу ли я напомнить вам, что вы собирались завтра вечером пообедать с мисс Диггинс?
Браун буркнул что-то, очень похожее на ругательство.
— Пол, позвони ей, пожалуйста. Скажи, что я уехал по срочному делу. Извини, я не должен просить тебя об этом, но…
— Ничего страшного, сэр, я позвоню. — По бесстрастному лицу дворецкого промелькнула тень улыбки. Дело в том, что мисс Диггинс не любила его. Слуга не сомневался, что, когда хозяин женится на Маргарет, она постарается его, Пола, уволить под каким-нибудь благовидным предлогом. Ему же очень не хотелось менять место, которое он занимал довольно давно. Пол прекрасно знал привычки и вкусы мистера Брауна, относился к хозяину если не с любовью, то с уважением, и даже нежностью, которую, впрочем, никогда не показывал. И сейчас, все чаще замечая растущее раздражение Дэйва по отношению к взбалмошной невесте, тихонько радовался этому. Конечно, говорить с мисс Диггинс даже по телефону не слишком приятно, но что поделаешь?
Дэйв провел за операционным столом почти весь день. Домой вернулся почти в восемь вечера.
— Никаких сообщений? — привычно спросил он, садясь за стол:
— Нет, сэр. Я позвонил мисс Диггинс и объяснил ей ситуацию.
— И?..
— Она была немного расстроена, если так можно выразиться, но сказала, что позвонит вам завтра вечером.
Хозяин усмехнулся, догадываясь, какие тирады скрываются за этим «немного расстроена», но расспрашивать Пола не стал — не интересно.
Стояло достаточно прохладное сентябрьское утро. Дэйв сел в машину около восьми часов, достаточно легко выбрался из города и прибавил скорость. Как приятно было оказаться вне Лондона, хотя бы на несколько часов, и снова увидеть Шейлу…
Едва он остановился у коттеджа, дверь открылась — Бетси полировала латунный дверной молоток.
— Ах, сэр, как я рада. Вы как раз к кофе. Томми в школе, а Шейла в саду. — Бетси слегка смутилась. — Там… один молодой человек. Очень назойливый. Не знаю, как она с ним разговаривает? Надоел он ей ужасно. Запрешь дверь, так он пролезет в сад через забор. Ну, как вам это нравится?
Браун поцеловал женщину.
— Не Виктор ли? Я надеялся, что встречу его.
— Так вы поэтому здесь? Как вы узнали, что он находится здесь?
— Пусть это останется в тайне, ладно? Я могу сейчас пройти в сад?
— Конечно, дорогой. Не сомневаюсь, что Шейла будет рада вас видеть.
— Из двух зол я меньшее! — улыбаясь произнес Браун и открыл заднюю дверь.
Девушка была в саду, собирала яблоки. Парень стоял, прислонившись к дереву, лицом к дому, так что увидел гостя первым. Заметив удивленное выражение на его лице, Шейла повернулась к дому и застыла, не проронив ни слова. Дэйв подошел, обнял ее за плечи, поцеловал в губы и весело сказал:
— Дорогая, я собирался позвонить, когда вернусь, но решил сделать тебе сюрприз. А это случайно не тот ухажер, о котором ты мне говорила? Молодой человек, знаете, вы нежеланный гость в этом доме. Я вам предлагаю по-хорошему, если не возражаете, оставить Шейлу в покое. Лучше прямо сейчас. Надеюсь, вы меня поняли? — Он все еще улыбался, но от взгляда незнакомца Виктору стало не по себе.
Он что-то невнятно пробормотал и пошел к выходу. В дверях его встретила Бетси и едва удержалась, чтобы собственными руками не вытолкать нахала вон. Все это время она наблюдала за сценой в саду из окна кухни. Очень жалела, что невозможно ничего услышать, но рассчитывала узнать все позже от самой Шейлы! Она вынула свежеиспеченный пирог из духовки и поставила на стол, улыбаясь самой себе. Хотелось выйти в сад, но она сдержалась, — пусть молодые люди побудут вдвоем.
Шейла и Дэйв проводили Виктора взглядом, она повернулась к гостю лицом. Тот начал первым:
— Должен извиниться за то, что сделал вид, будто вы моя девушка, но мне показалось, так ему будет понятнее.
Браун молча ждал, что же она ответит.
— Да это для меня… так неожиданно… Я почувствовала себя…
— Моей девушкой? Вообще-то дорогая, я не смел так думать о вас. Если бы не этот надоедливый парень…
— Надоедливый? Он всю жизнь мне отравил! Я ведь никогда не давала ему повода.
— Ну, хорошо, я и не сомневался, — одарил ее улыбкой Дэйв.
Она взглянула на него с вызовом.
— Что вы здесь делаете?
— Да, теплым прием не назовешь.
Девушка покраснела.
— Простите, пожалуйста, просто я очень расстроена. Как вы думаете, теперь он оставит меня в покое?
— Думаю, я дал ему понять, что у меня, э-э… более веские основания бывать в этом доме, чем у него. Во всяком случае, я очень старался, чтобы юноша именно так все и воспринял. Это вы знаете о существовании моей невесты, а Виктору совершенно не обязательно знать об этом.
Лицо девушки снова залила краска. Сейчас она не представляла, как вести себя, что ответить.
В мыслях был полный сумбур, в чувствах — смятение. В этой ситуации она не придумала ничего лучшего, как прекратить опасный разговор, поблагодарить Дэйва за помощь и пригласить в дом на чашку кофе.
— С удовольствием, — согласился он.
Она направилась в кухню.
— Тому нравится новая школа?
— Да, и он очень любит Чарли. Сейчас Бетси заперла щенка в своей комнате, потому что он пытался укусить Виктора за ногу.
— Когда я его вез сюда, то думал, что это воспитанный пес.
— А у вас есть собака?
— Да, в нашем поместье. Я там живу часть года. И мечтаю вернуться туда насовсем. Люблю деревню.
— Правда? А я думала, что вы всегда живете в Лондоне.
— Нет, не всегда.
— Так что, мисс Диггинс тоже будет жить в деревне? Ей нравится такая перспектива? — Шейлу словно черти за язык потянули.
Браун лишь улыбнулся в ответ. Как глупо было задавать такой вопрос, корила она себя.
Кофе уже дымился на столе. Бетси предложила гостю кусок пирога и спросила:
— У вас сегодня выходной?
— Нет, только утро свободное. — Он повернулся к Шейле. — Как вы думаете, если я сейчас съезжу к Тому в школу, мне разрешат поговорить с ним несколько минут?
— Не знаю. У них очень строго… Вы, конечно, не посторонний, но откуда им знать это.
— В таком случае, может быть, вы позвоните туда и поручитесь за меня? Я же не могу уехать, не повидав мальчишку.
Шейла позвонила директору школы, все объяснила и попросила:
— Только не говорите ничего Томми. Мистер Браун хочет сделать ему сюрприз.
Дэйв уехал, с сожалением отказавшись от отбивной и почечного пудинга, предложенного Бетси. Сказал, что заедет попрощаться. Через час он вернулся, поблагодарил за кофе и пирог, выразил надежду, что Виктор больше не побеспокоит Шейлу своими ухаживаниями. Она пропустила его слова мимо ушей.
— Вы видели Тома? Он обрадовался?
Дэйв посмотрел с высоты своего роста на хорошенькое девичье личико.
— Да. Мальчик очень хорошо выглядит. Деревенский воздух пошел ему на пользу, как и вам, Шейла. — Долгий взгляд Дэйва привел девушку в смущение, мелькнула радостная мысль — сейчас он опять ее поцелует. Но Браун сел в машину и уехал.
— Ты удивился, увидев своего доктора? — спросила Шейла у Тома, когда он вернулся из школы.
— Не очень. Я знал, что он приедет снова меня навестить. — Мальчик простодушно взглянул на тетю.
При встрече в школе Дэйв одобрил действия малыша.
— Ты правильно поступил, написав мне. Твою тетю Шейлу не должны беспокоить такие неприятные типы, как этот Виктор. Знай, я всегда приду, если кто-то из вас будет во мне нуждаться. Тебе здесь нравится? Я видел Чарли — он заметно подрос.
— Я так люблю его! Нам всем сейчас хорошо, лучше, чем в Лондоне. Вот только тетя Шейла выглядит иногда печально. А вы ничем не можете ей помочь? — поинтересовался Том.
Мистер Браун улыбнулся:
— Думаю, скоро смогу что-нибудь придумать. А теперь пора прощаться. Вот тебе фунт на карманные расходы.
Конечно, Том не собирался передавать Шейле этот разговор, ведь они с доктором условились держать его в секрете.
Что касается Бетси, то эта леди вообще решила помалкивать. Пока. Джентльмены, особенно те, у которых столь ответственная работа и которые собираются жениться, не едут так далеко, только чтобы выпить ее кофе и съесть кусок торта, причем в тот момент, когда помощь действительно необходима. Но кто сказал ему про Виктора? Бетси взглянула на сидящего за столом мальчика. Словно уловив ее мысли, Шейла спросила:
— Как мистер Браун узнал о Викторе?
— Мир тесен, дорогая. Может, он встретил кого-нибудь из наших мест, общих знакомых… Пастор неделю или две назад был в Лондоне. Возможно, они посещают один клуб.
Поскольку Шейла знала о клубах не больше своей подруги, то достаточно быстро согласилась.
Дэйв успел вернуться в Лондон вовремя. Заехав домой, он выпил чай, который Пол уже приготовил для него, облачился в строгий серый костюм и повязал такой же строгий шелковый галстук. Только после этого поехал в поликлинику. Доктор Браун всегда относился к своим сотрудникам с уважением, но в тот вечер почти все обратили внимание, что он сегодня как-то особенно любезен и предусмотрителен. Старшая сестра — приятная замужняя женщина лет сорока — заметила санитарке:
— По-видимому, наш доктор влюбился.
— В другую?.. Ведь он помолвлен с той легкомысленной дамочкой, которая приходила на прошлое Рождество.
— А почему бы и не в другую?
— Ну и поделом его невесте.
Дэйв вернулся домой к семи, снова переоделся, поскольку был приглашен на вечеринку к каким-то друзьям Маргарет. Как всегда, идти ему не хотелось, но девушка была так настойчива, что он сдался. В последнее время они редко виделись.
В тот вечер его невеста была очаровательна в новом ярко-голубом платье, под цвет ее глаз, с глубоким вырезом.
— Я сто лет тебя не видела, дорогой, — сказала Маргарет, подставляя щеку для поцелуя. — Аккуратнее, Дэйв, моя прическа…
Браун был знаком почти со всеми гостями, не знал только хозяев — американцев, большую часть года живших в Лондоне. Их представили друг другу. С первых же минут Брауну стало смертельно скучно. Он автоматически пожимал чьи-то руки, привычно отвечал, на традиционное «Как поживаете?», слушал затасканные салонные шутки. Потом сел в уголке, стараясь оставаться незамеченным. Довольная Маргарет порхала по залу, везде был слышен ее звонкий смех. Эта девушка была здесь в своей стихии. Наблюдая, как она флиртует с сыном хозяев — молодым американцем, Дэйв попытался представить ее своей женой и не смог.
Провожая невесту домой, он неодобрительно отозвался о вечеринке, это страшно разозлило Маргарет:
— Ты так говоришь, потому что сам ужасно скучный и занудливый тип! Имей в виду, когда мы поженимся, я буду устраивать приемы. У меня куча друзей, среди них много очень влиятельных людей. Они помогут твоей карьере, ты станешь знаменитым!
Дэйв не стал убеждать ее, что и так уже знаменит в кругах ученых-медиков. Да и среди пациентов. И не только в этой стране. Он устал, слишком устал, чтобы спорить с невестой. К тому же впервые так ясно понял: у него и Маргарет нет практически ничего общего, они живут в разных мирах, и женитьбой этого не исправишь.
Только вернувшись домой, Дэйв вспомнил, что забыл сказать Маргарет о своем завтрашнем отъезде в поместье. Он позвонил, терпеливо выслушал ее упреки:
— Ты что, не мог предупредить заранее? Тот молодой человек из Чикаго пригласил нас в воскресенье пообедать. Я обещала, что мы придем, а ты все испортил.
— Извини, я забыл тебе сказать. Почему бы тебе не пойти одной, без меня? Передай мои извинения. Я не могу ничего изменить.
— Хорошо, я поеду одна, там будут еще наши друзья. Только попробуй вытворить что-нибудь подобное, когда мы поженимся!
Брауну очень захотелось сказать ей прямо сейчас, что свадьбы не будет, что их помолвку он считает ошибкой, в которой, естественно, виноват сам, что отныне Маргарет свободна от всяких обязательств перед ним. Но Дэйв сдержался: такие вещи порядочные люди не говорят по телефону. Нужно подождать удобного момента, чтобы разрыв не стал для самолюбивой девушки слишком болезненным.
Браун уехал следующим вечером. На душе было легко. Во-первых, потому, что наконец разобрался в собственных чувствах и принял важное решение, во-вторых, он ехал в свой настоящий, очень любимый дом. Из Франции к его приезду туда вернулась мама, ждет его. Ждут и в местной больнице. Работы там тоже будет много, но все вечера он постарается проводить дома, с матерью, — они теперь так редко видятся.
Дэйв представил себе, как красив сейчас их большой сад у озера, какая тишина стоит вокруг.
А воздух! — хоть по бутылкам разливай. Наверняка двери откроет уже совсем седой Джеф. Навстречу выбежит его жена Анна с неизменной радостной улыбкой на круглом, чуть приплюснутом лице. И первым вопросом, который зададут ему эти давно работающие в доме и практически ставшие членами семьи люди, будет: «Надеемся, сэр, в этот приезд вы побудете у нас подольше?»
Именно так все и было.
— Приехал на десять дней. К сожалению, дольше не получится, — ответил Браун на вопрос Джефа.
— Может быть, вы сможете больше времени проводить дома, когда женитесь?
— Увы, моя невеста не поддерживает эту идею. Я хотел привезти ее сюда хоть на несколько дней, чтобы познакомить с семьей, и то не получилось.
Слуга, знавший Дэйва еще ребенком, подумал, что, похоже, мистеру Брауну не очень-то повезло с невестой, но вслух сказал другое:
— Уверен, когда молодая леди приедет, ей здесь понравится. И сад, и озеро, и дом.
Действительно, особняк из розового камня с остроконечной крышей и стрельчатыми окнами, построенный еще в начале прошлого века, привлекал внимание совершенством пропорций и легкостью линий. Некоторое время назад хозяева сделали небольшую перепланировку и ремонт, чтобы оснастить дом необходимыми удобствами, но общий архитектурный замысел при этом не нарушили. Ни внутри, ни снаружи.
— Анна, как я рад тебя видеть! — Браун заключил старушку в объятия, расцеловал и спросил: — Мама в гостиной?
— Да, ждет вас. Идите к ней скорее. Ужин скоро будет готов.
— Спасибо. — Он пересек холл и, открыв двойные двери, вошел в комнату. Навстречу сыну встала из кресла высокая седоволосая женщина, несколько старомодно одетая. Когда-то она была очень красива, это угадывалось сразу. Сейчас ее голубые глаза светились от счастья.
— Дэйв, дорогой, как я рада! Я так торопилась приехать раньше тебя, так хотела увидеть моего большого мальчика, поговорить с тобой. Ты один? Без невесты?
Он коротко ответил:
— Да, она не захотела ехать.
Мать взглянула на него проницательно, улыбнулась:
— Конечно, ей здесь будет скучно, пока ты вправишь кости половине населения округи. Наверное, придется отложить знакомство до свадьбы?
— Наверное, — ответил он, открыв заднюю дверь. На его свист прибежал огромный пес. От радости завертелся у ног хозяина, потом положил крупные лапы ему на грудь, старался лизнуть в лицо. Затем вошла Анна, сообщила, что обед будет подан через двадцать минут.
— Ты подождешь меня? — спросил Дэйв у матери.
— Да, милый. К столу пойдем вместе. Мне дорога каждая минута. Ты ведь можешь уехать завтра утром, пока я буду спать, а приедешь уставший, и мы опять не сможем поговорить. Иди к себе в комнату, переоденься. Там все готово.
Миссис Браун хорошо понимала сына: немного замкнутый, он терпимо относился к чужим недостаткам, был верным другом, очень сочувствовал своим пациентам и за его невозмутимостью, прекрасными манерами прятался восторженный романтик. Она сразу почувствовала, что сейчас у Дэйва что-то не в порядке, возможно, с этой Маргарет, на которой он собирался жениться. Хотя миссис Браун еще ни разу не видела ее, но девушка ей уже не нравилась: было очевидно, что Маргарет не хочется встречаться с семьей будущего мужа.
Весь вечер старая леди рассказывала сыну новости о друзьях и близких, надеясь, что он поделится наконец своими проблемами, но Дэйв молчал, а лезть в душу без приглашения в этой семье было не принято.
Только следующим вечером, когда они сидели в гостиной у камина, сын вдруг начал рассказывать о маленьком мальчике по имени Том, и когда мать заметила, как посветлело его лицо.
— Наверное, очень милый ребенок? Ты сказал, он сирота. А с кем живет?
— С тетей и пожилой экономкой.
— Да, не лучший вариант. Бедный малыш.
— Ошибаешься, мама. Они прекрасные, добрые люди. Ребенку с ними очень хорошо. Шейле чуть больше двадцати пяти. — Он опустил глаза. Мать внимательно посмотрела на сына. — А экономка работала у покойной бабушки Шейлы. Теперь у них с девушкой общее хозяйство. Когда мать Тома умерла, они взяли его к себе.
Дэйв перевел разговор на другую тему и больше не упоминал об этих людях. Лишь в день отъезда на осторожный вопрос матери — увидит ли он своего маленького приятеля Тома, Дэйв ответил:
— Не знаю, мама. Дело в том, что его тетя меня не любит.
Похоже «проблему» Дэйва зовут совсем не Маргарет, а Шейла, отметила про себя миссис Браун.
Осенние дни становились все короче, но погода стояла прекрасная. Шейла убирала в саду листья, пока старый Боб перекапывал грядки и ухаживал за плодовыми деревьями. Как только они переехали в коттедж, девушка посадила некоторые овощи, и теперь у них были свои поздние огурцы, шпинат, свекла и репа. Если она не работала в саду, то ходила за покупками, когда у Бетси болели ноги. Виктор больше не беспокоил Шейлу. Мистер Браун так напугал парня, что в следующее воскресенье в церкви тот даже не смотрел в ее сторону.
Возвращаясь домой после службы, Бетси заметила:
— Мисс Шейла, вы обратили внимание, как вел себя ваш незатейливый ухажер? Наверное, Виктор теперь думает, что вы уже обещаны.
Девушка смутилась, а Том захотел узнать, что это вообще значит — «обещана»? Шейла старалась быть хорошей опекуншей, а это в числе прочего означало, что ребенку надо говорить по возможности только правду, даже отвечая на щекотливые вопросы.
— Раньше так говорили о девушке, которая помолвлена с каким-нибудь молодым человеком и скоро выйдет за него замуж.
Том воскликнул:
— Потрясающе! И он будет моим дядей? Значит, ты обещана мистеру Брауну?
— Нет, дорогой, я должна тебе объяснить. Он всего лишь притворился, чтобы Виктор больше ко мне не приставал. Доктор женится на мисс Диггинс. С ней он помолвлен, а мне просто помог. — Увидев разочарованное лицо мальчика, Шейла добавила: — Не переживай. Я обязательно выйду замуж за миллионера, который будет любить нас всех всю жизнь!
— Хорошо, — согласился Томми, — так и придется сделать, раз мы не можем быть вместе с мистером Брауном.
— Да, не можем, — сказала тетя, расстроившись.
Они пообедали. Том пошел в сад с Чарли и котенком, Бетси легла отдыхать. Шейла гладила белье, а в голове у нее как на заигранной пластинке, звучало: «не можем…», «мы не можем быть вместе», «не можем…»
И не надо! — сказала она себе. Чтобы окончательно утвердиться в этой мысли, прибегла к приему, каким часто пользуются почти все девушки в подобной ситуации, хотя Шейла об этом и не подозревала. Она начала перечислять и преувеличивать все недостатки Дэйва. Очень самоуверен и саркастичен, ему нравится то и дело заставлять ее чувствовать себя полной дурой. У него скверный характер — настроение меняется, как погода весной. Он актер, играет с ней, Шейлой, и получает от этого удовольствие. Его мягкость, нежность наиграны, а внутри этот человек — жесткий прагматик, по-настоящему его интересуют только деньги и положение в обществе. Будь иначе, разве он женился бы на Маргарет, которая его не любит?..
Собрав этот «букет», девушка сказала себе, что должна выкинуть доктора из головы, забыв при этом, сколько раз уже принимала такое решение.
Шейла возобновила старые знакомства в округе, ходила в гости, на вечеринки, играла в теннис. И теперь решила, что пора браться за цветочный магазин. Если открыть его к Рождеству, то можно от одних только знакомых получить немало заказов на букеты и цветочные композиции. Правда, она пока не представляла, как наладить закупки и поставки цветов, но сейчас ей казалось, что неразрешимых проблем не существует, нужно только приложить усилия.
Они обсудили с Бетси различные варианты, выбрали наиболее приемлемый: построить в своем саду маленький стеклянный павильон, соединенный с ванной, и сделать ворота в задней стене ограды сада. Понимая, что полное отсутствие коммерческого опыта может подвести ее, Шейла пошла советоваться с хозяином гостиницы «Подкова» мистером Уэджем.
В баре было всего два человека. Хозяин сидел положив локти на стойку и разговаривал с посетителями о политике. Девушка подождала, пока он не высказал все, что думает о парламенте и о политиках вообще, и, попросив чашку кофе, приступила к делу:
— Мистер Уэдж, не могли бы вы уделить мне пару минут? Мне нужен ваш совет.
— Господи, мисс Шейла, распоряжайтесь моим временем. У вас неприятности?
— Нет-нет, мистер Уэдж. У меня есть идея, и я хотела бы услышать ваше мнение.
Оба пожилых мужчины подошли поближе, любопытствуя, о чем собирается поговорить девушка.
— Вы мисс Шейла Колдуэлл? — спросил один. — Я помню вас совсем девочкой. Вы ведь живете в коттедже, который купил тот высокий джентльмен? — Он повернулся к мистеру Уэджу. — Помнишь, приезжал сюда на шикарном темно-сером «бентли»? Он еще искал адвоката покойной миссис Колдуэлл, пусть земля ей будет пухом. Я тогда еще подумал, что он с ума сошел, купив такой запущенный дом. Хотя, говорят, вы привели его в порядок?
Шейлу вдруг осенила догадка: так вот кто этот «австралийский родственник»! Мистер Уэдж не на шутку испугался, увидев, как она побледнела.
— Тим, ты, кажется, крепко перебрал — несешь бог знает что. Иди-ка домой, пока за тобой не пришла жена. А вы, мисс Шейла, не обращайте внимания. Тим немного глуховат, может, что-то не так понял…
Шейла медленно произнесла:
— Если вы не против, мистер Уэдж, я приду чуть позже, я кое-что забыла… — И побежала вслед за уходившим Тимом. Девушка быстро его догнала.
— Я могу с вами пройтись? Мне нужно кое-что у вас узнать.
— Вас интересует то, что я только что сказал в баре?
— Да, тот джентльмен, который купил коттедж. Как его звали, он англичанин?
— Он мне не представился. Говорил по-английски лучше, чем я. Приятный мужчина, красавец! Куча денег и еще такая красивая машина, какую редко увидишь. Знаете его, мисс Шейла?
— Да, — произнесла она голосом, не сулившим Брауну ничего хорошего. — Знаю.
Девушка пожелала Тиму всего доброго и побежала домой, подгоняемая яростью. Когда она вошла, Бетси оторвалась от вязания.
— Шейла, что тебя так расстроило? Только не говори мне, что опять этот Виктор…
— Нет, не Виктор. Мистер Браун. Как он посмел?!
Бетси отложила вязание.
— Ну, моя девочка, скажи старой Бетси, что случилось?
— Этот коттедж… Он его купил. Никакое это не наследство! Старик в баре рассказывал об этом, а я там была… — Она тяжело вздохнула. — Бетси, неужели ты не понимаешь? Все это принадлежит Дэйву! Недаром с самого начала мне показалось очень странным… Злую шутку сыграл он со мной. — Она прервалась, чтобы еще раз все обдумать. — Но… у меня ведь есть документы. Я ничего не понимаю.
— Лучше всего поезжай и спроси своего адвоката. Он должен знать, я даже не сомневаюсь в этом. — Бетси поднялась с дивана. — Может, тот старик — немного сумасшедший, все переврал. Знаешь, как бывает: кто-то пустит сплетню и каждый прибавляет к ней что-то от себя.
— Да, может быть. Я хочу поехать в Чиренчестер и посмотреть документы.
— Так и сделай, — посоветовала Бетси. — И не обвиняй ни в чем мистера Брауна, пока не убедишься, что он действительно купил коттедж.
— Если это так, то я с ним никогда больше не буду разговаривать.
— Ты его совсем не желаешь видеть? Да, дорогая? — огорченно спросила женщина и вздохнула. — Сейчас дам тебе поесть, и поедешь. Только переоденься. Не собираешься же ты в Чиренчестер в этом старом платье?
Было уже около двух часов, когда Шейла приехала в офис мистера Грея. Ей не пришлось долго ждать. Не успела она попросить служащего доложить о себе, как вышел сам адвокат, пожал руку посетительнице и проводил в свой кабинет. Увидев бледное лицо девушки и почти догадавшись, что привело ее сюда, старичок принялся расспрашивать о ребенке, о здоровье Бетси, о том, как им живется на новом месте. Сначала Шейла терпеливо и вежливо отвечала, дожидаясь, когда он остановится, но, потеряв на это надежду, спросила без обиняков:
— Вы знали, что коттедж купил мистер Браун? А деньги, все эти деньги — тоже его? И был ли вообще прадедушка в Австралии?..
Мистер Грей решил присесть, сложил руки, будто молился:
— Во-первых, кто вам сказал это?
Шейла вздохнула свободнее, все рассказала и села, ожидая объяснений.
— Видите ли, я не имею права обсуждать такие вопросы с вами, Шейла, — осторожно приступил к делу адвокат. — Вы должны это понять. Я не вправе раскрывать частные секреты моих клиентов.
— Но это же абсурдно! Я что же, должна сама искать правду?
Мистер Грей вызвал секретаршу и попросил принести две чашки чая.
— Я могу вам лишь посоветовать. Поскольку вы хотите решить эту проблему, я предлагаю вам написать мистеру Брауну и спросить все у него самого.
Принесли чай, девушка отпила глоток.
— Но вы — вы знали об этом?
Мистер Грей взял печенье.
— Дорогая, я же сказал вам, что не имею права распространяться на эту тему. К сожалению, не могу больше ничего вам предложить, кроме еще одной чашки чая.
— Хорошо, я напишу вашему клиенту и посмотрю, что он скажет. Спасибо за совет. — Шейла поднялась. Адвокат проводил ее до двери, сказал, пожимая на прощание руку:
— Я уверен, что все встанет на свои места. Это какое-то недоразумение.
Мистер Грей сел в кресло, облегченно вздохнув. Первой его мыслью было сейчас же позвонить Брауну и рассказать обо всем. Но, хорошо подумав, он решил, что этого делать не стоит: все-таки мистер Браун взрослый человек, по-видимому, питает к Шейле какие-то чувства, они сами разберутся. Адвокат был доволен тем, как сумел выйти из этой довольно щекотливой ситуации.
Возвратившись домой, Шейла объяснила Тому, что ездила к мистеру Грею по делам. После ужина она помогла мальчику сделать домашнее задание и уложила спать. Только тогда к ней подошла Бетси, чтобы узнать, что сказал адвокат.
— Ничего! Посоветовал спросить у самого мистера Брауна. Я завтра утром поеду в Лондон. Постараюсь успеть на ранний поезд и буду там к одиннадцати. Если не застану Дэйва в больнице, то поеду к нему домой и стану ждать там.
— Предположим, этот дом и деньги действительно его. Тогда тебе следует подумать сейчас, что ты намерена предпринять, — подсказала Бетси. — Отдашь деньги? Но дом… Если вернешь, мы окажемся на улице. А Том? Что будет с ним? Ребенок так счастлив здесь!
— Я уже думала об этом. Отдам мистеру Брауну все деньги, которые не потратила. А когда найду работу, мы сможем жить на зарплату и платить ему за аренду коттеджа. В таком случае мы не будем ему должны. — Она смахнула слезинку. — Господи! Зачем он это сделал?
У Бетси были свои соображения на этот счет, но она лишь отметила, что план девушки — разумный. Но какую же работу рассчитывает получить здесь Шейла?
— Да, что угодно — в супермаркете, например: Я не думаю, что для этого требуется квалификация. У меня хорошие рекомендации. Может, что-то найду в кафе или ресторане. — Она взглянула на свою пожилую подругу. — Бетси, прости меня, все наши мечты лопнули.
— Перестань, дорогая. Все совсем не так плохо. Мы не в Лондоне, ты — молодая и сильная, Том счастлив, и я, признаюсь, никогда не чувствовала себя так хорошо, как здесь.
Шейла прижала ее к себе.
— Бетси, ты ангел. Сейчас мы выпьем чаю и пойдем спать.
За завтраком тетя объявила племяннику, что собирается на целый день в Лондон по небольшому делу — ничего особенного. Когда вернется, привезет ему сказку «Принцесса на горошине».
— Спасибо, тетя Шейла. А у тебя будет время встретиться с мистером Брауном?
Она не стала обманывать его:
— Дорогой, я не знаю, где доктор, может быть, за границей. Если я смогу, то увижу его и передам привет от тебя.
Добравшись до Лондона, прямо с вокзала мисс Колдуэлл поехала в больницу. Всю дорогу она вновь и вновь проговаривала заранее заготовленные фразы, которые должна сказать Дэйву. Нужно быть спокойной, уверенной в себе и сугубо деловой. Девушка надеялась, что ей удастся усмирить свой пыл и немного попридержать язык в разговоре с ним. Она еще надеялась, что это — недоразумение.
У входа в больницу, Шейла осведомилась у дежурного, здесь ли мистер Браун.
— Вы его пациентка? Вы не вовремя мисс, он принимает с двух. Приходите через час и прямо в поликлинику — вокруг и направо.
Девушка снова вышла на улицу. Все складывалось достаточно удачно. Если она будет среди пациентов, он должен ее заметить. Это означало, что существовала возможность успеть на вечерний поезд.
Она решила прогуляться по парку, в маленьком кафе купила сандвич и кофе, целых полчаса ела свой скромный обед, сидя за маленьким столиком. Прогулка освежила ее. Стоял чудесный осенний день, в воздухе чувствовалась прохлада. Платье и пиджак из джерси были ей к лицу. Чтобы укрепить уверенность в себе, она надела еще и бархатную шляпку с неширокими полями. Мисс Колдуэлл не могла себе объяснить, зачем столько внимания уделила своему костюму. Может быть, чтобы показать мистеру Брауну, что они не нищие и в его подачках не нуждаются? Она еще раз повторила то, что заготовила, и направилась в поликлинику. Там уже было много народу. Это ее устраивало. Подошла женщина-регистратор и попросила карточку. Шейла улыбнулась:
— Я не пациентка. Мне нужен мистер Браун по личному вопросу, но у меня нет времени съездить к нему домой. Могу я подождать?
— Не знаю, что скажет сестра…
— Поскольку я не пациентка, ей, наверное, не нужно беспокоиться, — ответила Шейла.
— Да, действительно. Вы знакомы с мистером Брауном?
— О да. Он друг моего племянника.
— Хорошо, все в порядке. Присаживайтесь, вам придется подождать. Сегодня у него много пациентов.
Девушка села и оглянулась. В холле находились несколько нянечек, два молодых санитара вошли в кабинет, сразу за ними последовала женщина в белом халате со множеством бумаг в руках. Минут через пять сам мистер Браун вышел из кабинета в сопровождении какого-то молодого человека. В длинном белом халате доктор выглядел непривычно. Он остановился, что-то сказал юноше, глядя себе под ноги, и ушел. Она проводила взглядом высокую фигуру и вдруг заволновалась. Гнев и радость оттого, что видит Дэйва снова, смешались в ее душе. Потребовалось время, чтобы успокоиться, привести в порядок мысли.
Следующие три с половиной часа тянулись бесконечно. Ей хотелось выпить чаю, но она не рискнула отойти, боясь, что пропустит доктора. Людей в приемной становилось все меньше. Наконец пригласили последнего пациента, и Шейла пересела поближе к двери врачебного кабинета.
Через десять минут, когда посетитель вышел от врача, к ней подошла сестра и сказала:
— Где ваша карточка? Сомневаюсь, что мистер Браун сможет вас принять. Уже слитком поздно…
Девушка поднялась и шагнула к двери.
— Я не пациентка, но мне очень нужно увидеть мистера Брауна. — Она вошла, отстранив сестру, остановилась. Сидевший за столом Дэйв оторвался от бумаг, поднял голову:
— Сестра, я допускаю, что… — и умолк. Шейла увидела, как его лицо заливает радостная улыбка. Он вышел из-за стола, протянул к девушке руки.
— Дорогая, дорогая…
От ее тщательно отрепетированной холодности не осталось и следа. Шейла осознала, что все ее заготовленные речи — совершенная чушь. Но сдаться прямо сейчас, поверить в его искренность было трудно. Ведь столько раз ее сердце откликалось на нежность в глазах Дэйва, а потом она получала щелчки по носу, по крайней мере, так ей казалось.
— Прошу вас, не надо фамильярности, — как можно холоднее произнесла Шейла.
Улыбка на лице мужчины потухла.
Браун предложил девушке стул.
— Садитесь. Я вижу, вы сейчас чем-то расстроены. — Он взглянул на часы. — К большому сожалению, я могу уделить вам только десять минут.
Шейла нашла в себе силы начать разговор. В ней не было ни необходимого спокойствия, ни уверенности, однако она знала, что хочет сказать.
— Меня не волнует, можете ли вы уделить мне время или нет. Я приехала, чтобы спросить у вас то, что меня интересует, и если это потребует больше десяти минут, то так и будет.
Браун оценивающе оглядел девушку: плохое настроение очень шло ей. Серые глаза блестели, щеки пылали. Она присела на краешек стула, сложив на коленях руки. Доктор заметил, что они дрожат. Очень вежливо, как говорил с пациентами, сказал:
— Я слушаю, Шейла.
— Не называйте меня так!
— Хорошо, мисс Колдуэлл. Что у вас случилось?
Все тщательно подготовленные фразы вылетели из головы.
— Вы пошутили надо мной?! Не было никакого прадедушки в Австралии? Как вы уговорили мистера Грея? И зачем, зачем вы это сделали?..
— Вы так уверены, что это сделал я? Но у вас нет никаких доказательств. Может быть, вы ошибаетесь?
Она уставилась на него, уже не уверенная в своих предположениях, но вдруг вспомнила того подвыпившего старичка.
— У меня есть доказательства. В деревне живет человек, который все знает, он был в баре Уэджа, когда вы там разнюхивали. Тим запомнил ваш «бентли»!
Браун рассмеялся:
— Какой удар по моему самолюбию! Теперь, когда у вас есть доказательства, что вы собираетесь делать?
— Вернуть вам все обратно. Конечно, я не смогу это сделать сразу, часть денег я потратила. Но рано или поздно отдам всю сумму, даже если это займет всю мою жизнь. Да, и мы уедем из коттеджа…
— И куда же вы пойдете?
— Найду куда. Я не дура.
— Нет, но изредка очень тупоголовая. Слезьте со своей колокольни и подумайте о других. Как будут жить Томми и Бетси? Тоже пойдут с вами на улицу? Только потому, что гордость затмевает ваш разум?
Девушка снова почувствовала свою беспомощность и произнесла чуть слышно дрожащим голосом:
— Я не тупоголовая.
— Конечно, нет, простите меня, слетело с языка. Вы умная, энергичная женщина, способная сама себе пробить дорогу. Но вы же не одна! Вы отвечаете еще за двух людей!
Разговор, который она так тщательно планировала, не получился. Девушка сидела молча, пытаясь вновь обрести спокойствие. Дэйв снова взглянул на часы:
— Вы хотите сегодня вернуться домой?
— Да. — Она встала. — С вами разговаривать бессмысленно. Я встречусь с мистером Греем и пришлю вам чек. Прошу вас подумать и назначить цену за аренду коттеджа.
Браун покачал головой:
— Вы опоздали на поезд. Когда следующий?
— В восемь.
— Шейла, вы будете дома не раньше полуночи. Присядьте.
Она послушно села, чувствуя себя совершенно уставшей и удрученной. Вдруг ужасно захотелось есть и стало безразлично, что произойдет в следующий момент.
Мужчина поднял трубку телефона и набрал номер.
— Пол, посмотри, пожалуйста, в моей записной книжке телефон гостиницы «Подкова» в Бронксуэлле… Да, это он. Спасибо. — Положил трубку, снова позвонил. Когда ему ответили, сказал: — Мистер Уэдж? Это доктор Браун. Вы помните меня?.. Благодарю. Вы не будете так любезны передать мисс Бетси, что мисс Колдуэлл остается у меня в гостях до завтрашнего утра и вернется домой в течение дня? Да-да. Огромное спасибо!
Шейла с трудом вымолвила:
— Вы… Что вы делаете? Я не нуждаюсь в вашем приглашении. Я собираюсь домой.
Дэйв поднялся.
— Поскольку я уже пообещал мисс Бетси и Тому доставить вас в целости и сохранности в Бронксуэлл, то у вас нет выбора, придется делать то, что я сказал.
Тут Шейлу понесло. Она почти кричала, едва сдерживая слезы:
— Вы отвратительный человек! Я вас презираю! Даже больше, чем Виктора. Вы высокомерный, вы злой! Если бы у меня с собой были деньги, я бы швырнула их вам в лицо. И коттедж туда же!
Лицо Брауна не выражало ничего. Он снова взял трубку.
— Сестра. Мне нужно уехать. Предупредите, пожалуйста, моих пациентов в больнице, что я приму их позже. Да, через час или два.
Он встал, взял Шейлу за руку, вывел из поликлиники и повел к машине. Швейцар проводил их удивленным взглядом.
Девушка шла молча. Заговорила, только когда села рядом с Брауном в машину:
— Я это делаю не по своей воле и всячески протестую.
Дэйв громко расхохотался и сказал нежным голосом:
— Какая же вы глупенькая девочка.
Это были единственные слова за всю дорогу до его дома.
Пол, увидев Шейлу, выразил удивление, сердечно пожелал ей доброго вечера и выслушал хозяина.
— Отведи мисс Колдуэлл в комнату для гостей, чтобы она могла привести себя в порядок. Она опоздала на поезд и останется здесь на ночь, а завтра утром вернется в Бронксуэлл. Принеси, пожалуйста, чай минут через десять и обед, как обычно. Дай мисс Колдуэлл все, что ей необходимо.
Дэйв повернулся к девушке:
— Спуститесь, когда будете готовы. Я уверен, чашка чая вам сейчас кстати. Лекарство от всех болезней в этой стране, не так ли?
Браун подождал, пока Пол проводит гостью наверх, зашел в кабинет и сообщил по телефону в больницу, что приедет через пару часов.
Шейла оказалась в очаровательной комнате в задней части дома, окна которой выходили в маленький садик. Комната была небольшой, но обставлена очень элегантно, с шелковым покрывалом и занавесками персикового цвета. Туалетный столик, выполненный из полированного дерева, стоял у большого зеркала, а на полу лежал ковер нежного кремового цвета. Еще она обнаружила дверь в ванную. Там было все: полотенца, мыло, пудра, шампуни… Даже новые, еще запечатанные зубная щетка и расческа. Девушка подумала, что, может быть, здесь бывала Маргарет. Она умылась, причесалась, напудрила нос и спустилась вниз, внешне спокойная, но в душе растерянная.
Гостиная выглядела еще уютнее, чем в первый раз, поскольку сейчас в камине ярко пылал огонь, а на маленьком столике уже стоял и серебряный чайник и небольшие чашки и корзиночка с печеньем. Браун придвинул за гостьей стул, спокойным голосом предложил чай и уселся сам. С каждым глотком Шейла успокаивалась и в конце концов почувствовал себя как-то по-домашнему, как будто так и должно было быть, словно бы они вот так каждый вечер сидят напротив друг друга, пьют чай и едят восхитительные пирожные. Но это удивительное ощущение длилось лишь секунды. Девушка не позволила ему задержаться, подумав, что, вероятно, сейчас мистер Браун воспользуется моментом и начнет говорить о коттедже и деньгах.
Однако он этого не сделал, все время говорил о пустяках, предлагал пирожные, а выпив вторую чашку чая, извинился и вышел позвонить, оставив гостью в компании кошки и дворецкого.
Шейла встала, обошла комнату, разглядывая картины и книги, стоявшие в шкафу. Обратила внимание, что здесь Так же тихо, как и в Бронксуэлле. Когда Браун вернулся, она читала какую-то статью во вчерашней газете, совершенно не воспринимая содержание.
Он предложил ей руку, сказав, что в столовой обед уже подан.
Шейла быстро справилась с супом из омара, цыпленком по-королевски и шоколадным пудингом, воздушным и покрытым кремом. Они выпили кофе, и Браун поднялся.
— Надеюсь, вы меня простите, если я поручу вас заботам Пола? Я должен вернуться в больницу и, возможно, приеду домой поздно. Если мы не увидимся завтра, Пол проводит вас на вокзал.
Браун даже не дождался ее ответа, коротко бросил через плечо «Спокойной ночи» и вышел из столовой. Через минуту хлопнула входная дверь. Девушка почувствовала себя очень одинокой без Дэйва. Дворецкий проводил ее в гостиную, предложил журналы, включил телевизор и сообщил, что необходимые для сна принадлежности лежат в ее комнате.
— В половине восьмого, мисс, я подам чай, если это приемлемо.
— Да-да, спасибо, я хочу успеть на утренний поезд в десять сорок.
— Конечно, мисс. Если вам что-нибудь понадобится, то колокольчик у камина.
— Благодарю, я рано лягу спать.
— В таком случае желаю вам спокойной ночи.
Она подумала, что вряд ли сможет заснуть, ведь ей столько предстоит обдумать. Приняла ванну, легла, надев шелковую кружевную ночную рубашку, которую нашла на Стуле. Чья? — подумала Шейла, но тут же забыла об этом, как только забралась в постель и устроилась среди подушек. Уснула она сразу и очень крепко.
Утром, едва Шейла открыла глаза, горничная, которую видела впервые, принесла в постель поднос с чаем, раздвинула занавески и пожелала доброго утра, прибавив:
— Завтрак через полчаса, мисс.
Девушка выпила чай и съела маленький тост. Такой комфорт был ей непривычен и приятен. Не зря Маргарет так вцепилась в Дэйва — она давно оценила все достоинства жизни в достатке. Шейла быстро приняла душ, оделась и спустилась вниз, надеясь, что Браун еще не ушел на работу, и одновременно боясь встречи с ним.
Хозяин сидел за столом для завтрака в маленькой комнатке в задней части дома. Увидев ее, встал поприветствовать и пожелать доброго утра, выразил надежду, что ей хорошо спалось. Она села, Пол принес яичницу. Шейла еще не успела закончить завтрак, как Дэйв встал.
— Вы меня простите? Мне предстоит ранняя встреча. Пол вас проводит.
— Я напишу. Хотя, нет. Мистер Грей сообщит вам о возврате денег и…
Он с нетерпением произнес:
— Хорошо, делайте то, что считаете нужным. Пожалуйста, передайте привет мисс Бетси и мои наилучшие пожелания Тому.
— Он тоже просил передать вам привет. И еще, спасибо за гостеприимство, вы очень добры.
Дэйв усмехнулся.
— Вы уже достаточно взрослая, Шейла, и должны знать, что хорошо, а что плохо, — заметил он и вышел, аккуратно закрыв за собой дверь.
Гостья закончила завтрак, ее мысли были в полном беспорядке. Вошел дворецкий и сообщил, что готов ее проводить.
— Не стоит, я сама доеду на автобусе.
— У нас есть маленькая машина для поездок по городу, мисс. Хозяин велел мне посадить вас в поезд, и я это выполню. — Пол был непреклонен, и ей пришлось согласиться. На вокзале, припарковав машину, он проводил гостью до платформы и купил в дорогу несколько журналов. Когда девушка поблагодарила и пожала ему руку, старый слуга улыбнулся.
— Желаю приятного путешествия, мисс. Надеюсь, скоро увидимся.
— Спасибо, Пол, я пока не собираюсь в Лондон. Еще раз спасибо за заботу.
Поезд тронулся, а он все еще стоял на платформе. Дворецкий был теперь уверен — она еще вернется. Все идет к тому, что хозяин оставит мисс Диггинс, в этом нет сомнений. Маргарет просто несравнима с этой милой юной леди.
Шейла вернулась домой к обеду.
— Снимай жакет и садись за стол без разговоров, — велела Бетси. — Я только что испекла сдобные булочки.
После второй чашки чаю она заметила:
— Было очень любезно со стороны мистера Брауна пригласить тебя к себе и сообщить нам об этом. Я очень беспокоилась.
Шейла поставила чашку.
— Я приехала в больницу, дождалась, пока он освободится. Может быть, для него это было развлечением… Он не объяснил ничего, не извинился и назвал меня тупоголовой. Знаешь, мне так хотелось чем-нибудь в него запустить…
— Моя девочка всегда была очень импульсивной. Вы пришли к какому-нибудь соглашению?
— Да. То есть нет. Я не знаю, его это не волнует. Я сказала, что встречусь с мистером Греем и отошлю все деньги, какие остались, попросила назначить плату за аренду коттеджа. Он не проявил ни малейшего интереса и почти силой увез меня к себе домой.
— Дорогая, Лондон — ужасное место для такой молодой девушки, как ты. Тем более поздно вечером. Он был абсолютно прав!
Взглянув на несчастное лицо Шейлы, женщина спросила:
— И ты не хочешь больше его видеть?
— Конечно! И у него нет причин сюда ездить.
Бетси подумала, что причина есть, и очень серьезная, однако решила не говорить об этом. Мистер Браун уже достаточно взрослый, чтобы устроить свою личную жизнь, как ему нравится. А Шейла остынет, все хорошенько обдумает… Бетси, неисцелимый романтик, улыбнулась про себя.
— Наверное, мне лучше ничего не рассказывать Томми, — вслух размышляла девушка. — Я теперь не смогу открыть магазин. Нужно искать работу. Мы выберемся, Бетси?
— Конечно, моя дорогая. Бывали же времена и похуже. У нас сейчас есть фрукты и овощи. Здесь намного лучше, чем в Лондоне.
— Я знаю, но чувствую себя такой униженной. Дэйву было, наверное, очень весело. Я как нищая, которой кинули монетку.
— Ну, ну, Шейла, ты не должна так думать. Он хороший человек, только не хочет это показать.
— Ненавижу! — воскликнула девушка.
Когда Томми вернулся из школы, она спокойным голосом рассказала ему свою версию поездки в Лондон, передала пожелания мистера Брауна.
— Он не сказал, что приедет меня навестить?
— Нет, дорогой. Он очень занят. Вчера вечером у него было совсем немного времени, чтобы привезти меня к себе домой и пообедать, а потом доктор снова поехал в больницу. Даже утром, когда я спустилась позавтракать, ему нужно было уходить через несколько минут.
— Когда он женится, его жена и дети будут очень редко с ним видеться, да?
Шейла представила себе картину: за столом сидит Браун с улыбающейся женой и несколькими детьми. Он, наверное, хочет иметь много детей, но если женится на своей Маргарет, дай бог, чтобы она родила ему хоть одного ребенка. Девушке стало даже жалко этого мужчину.
Весь день у Дэйва было прекрасное настроение. Даже приезд невесты не нарушил его. Мисс Диггинс прошла мимо Пола, как будто его и не было, впорхнула в столовую, где ужинал жених.
— Где ты был прошлым вечером? Тебя видели в машине с девушкой. Кто она? И почему была с тобой?
Он отложил салфетку и поднялся.
— Дорогая Маргарет, ты так неожиданно. Не возражаешь, если я закончу ужин? У меня не было возможности сегодня пообедать. Ты ничего не хочешь?
— Я пообедала два часа назад. Ты должен был провести вчерашний вечер со мной. Я жду объяснений.
Дэйв сел, отрезал кусочек сыра и положил на печенье.
— Маргарет, насколько я помню, ты отказалась пойти со мной вчера вечером в театр, сказав, что тебе будет там скучно, что ты предпочитаешь компанию мисс… забыл ее фамилию. Так?
— Но это же разные вещи! Все говорят, что это скучный спектакль. Почему я должна умирать от тоски, если могу повеселиться?
— В самом деле? Тебе со мной тоскливо? — Он посмотрел на нее, прищурившись.
Невеста надула губки.
— Если честно, то — да, дорогой, ты большая зануда. И не уводи разговор от темы. Я все еще не знаю, кто она.
— И не узнаешь. Не хочешь ли выпить кофе?
Ее лицо исказилось злостью.
— Я ухожу! Но ты пожалеешь. Даже не думай, что сможешь вернуть меня каким-нибудь очередным дорогостоящим веником!
Пол почтительно открыл перед Маргарет дверь и пожелал спокойной ночи, затем пошел на кухню, весело насвистывая. Очень хорошо, подумал он. Теперь нужен только подходящий случай, чтобы мисс Диггинс в этом доме больше не появлялась.
Случай не заставил себя долго ждать. В субботу Бетси и Том пошли в деревенский магазин, оставив Шейлу дома. Они собирались купить кусок солонины, из которой Бетси умела приготовить сто одно блюдо. Был выходной, и Томми мог потратить свои карманные деньги — пятьдесят пенсов в неделю. Он всегда тратил их очень осмотрительно. И сейчас, пока мисс Бетси болтала с хозяйкой магазина, мальчик выбирал между жевательной резинкой и мятной конфетой. На то и другое вместе денег не хватало.
Как раз в этот момент Бетси, отходя от кассы, зацепилась за угол коробки с апельсинами и упала. Томми подбежал к ней, но старая леди махнула рукой.
— Нет, дорогой, отойди. Я, кажется, сломала ногу. — Она улыбнулась Тому и потеряла сознание.
Грузная хозяйка, испугавшись, стояла над лежащей на полу старушкой и причитала:
— Что же нам делать? Что делать?
— Вызовите немедленно врача и дайте ей стакан воды.
Женщина побежала звонить. Мальчик взял Бетси за руку, попросил:
— Пожалуйста, открой глаза, мы о тебе позаботимся. — Его голос немного дрожал, ведь ребенку было всего восемь лет. Он изо всех сил старался не расплакаться.
Наконец Бетси открыла глаза, сказала слабым голосом:
— Это ты, голубчик? Только не давай никому меня трогать. У меня так болит нога.
Хозяйка дозвонилась в дом врача, но тот куда-то уехал, а его жена ничего толком не знала. К этому времени в зале собралось уже несколько человек.
— Вызовите «скорую», — сказал Уэдж, — и подложите что-нибудь ей под голову. А я пойду приведу мисс Шейлу.
Пока вызывали машину «скорой помощи», Том принял решение. Как только телефон освободился, он взял трубку и набрал номер больницы в Лондоне. Когда кто-то ответил, быстро проговорил:
— Я должен поговорить с мистером Брауном. Очень срочно, скажите ему, что это Том. — Мальчик облегченно вздохнул, когда хорошо знакомый голос в трубке произнес:
— Да, Томми, что случилось? Я могу помочь?
— Бетси упала и не может встать из-за ноги, а врача нет. Они вызвали «скорую», но машина едет из Чиренчестера, кто-то еще пошел за тетей Шейлой…
Малыш остановился, чтобы перевести дыхание, стараясь не расплакаться, хотя очень хотелось.
— Молодец. Ты правильно сделал, что позвонил. Сейчас слушай очень внимательно. Я приеду в Чиренчестер. Тамошний врач — мой хороший друг. Он позволит мне осмотреть Бетси и сделать все, что нужно. Тете Шейле придется поехать с ней. Я хочу, чтобы ты нашел мистера Уэджа и попросил его остаться с тобой в коттедже. Ненадолго. Я возьму с собой Пола, он пробудет с тобой, сколько потребуется. Приеду через пару часов. Тете Шейле об этом говорить не следует, у нее и так много причин для беспокойства. Скажи ей, что с тобой все будет в порядке, пока она не вернется. Ты все понял, Том?
— Да, мистер Браун. Спасибо вам.
Мальчик положил трубку и пошел к Бетси. Шейла уже склонилась над ней, держа за руку и успокаивая. Услышав сирену «скорой», Томми потянул тетю за рукав:
— Вы ведь тоже едете в больницу? Не беспокойтесь за меня, все будет в порядке.
— Но кто-то должен с тобой остаться.
— Я попрошу мистера Уэджа, он согласится.
Шейла кивнула.
— Ты молодец. Посиди здесь, пока я сбегаю домой за кое-какими вещами.
Она быстро поцеловала Тома в макушку и ушла. Когда санитары клали Бетси на носилки, девушка уже вернулась.
— Все, дорогой, иди домой и никуда не выходи. Ключ на крючке. Я вернусь, как только смогу. Если захочешь есть, сделай себе сандвич. Накорми Чарли и котенка. — Она быстро обняла его. — Будь умницей.
Том посмотрел, как уехала «скорая», и пошел домой с мистером Уэджем.
— Скоро все узнаем. Я пробуду с тобой столько, сколько понадобится.
В коттедже было непривычно тихо. Хозяин «Подковы» приготовил чай и бутерброды. Малыш, уставший от волнения и проголодавшийся, с полным ртом объяснил, что скоро приедет его друг — доктор Браун вместе со своим дворецким. И мистер Пол останется с ним, Томом, до возвращения тети Шейлы…
Пол готовил на кухне соус для цыпленка на ужин и был совершенно не подготовлен к внезапному появлению хозяина.
— Бросай стряпню и приготовь две сумки со всем необходимым на ночь — для меня и для себя. У тебя есть десять минут.
— Сэр?
— Мы с тобой уезжаем. Поторопись.
По тону Брауна дворецкий понял, что задавать сейчас вопросы не следует. Через десять минут он спустился в холл, держа две сумки. Еще минуту спустя оба уже сидели в машине. Дэйв вкратце рассказал, что случилось. Вот это удача, подумал Пол. Для хозяина, конечно, а не для той женщины, помоги ей Боже.
— Сэр, звонила мисс Диггинс, приглашала вас на какой-то прием. — Слуга не имел права умолчать о звонке, хотя сейчас ему этого очень хотелось.
— Черт ее возьми! Хватит с меня этих дурацких приемов.
После этого они не разговаривали. Дорога была пустынна, и Браун ехал на самой высокой скорости, а Пол молился, чтобы на пути не оказалось полицейских патрулей. Недалеко от Чиренчестера хозяин нарушил молчание:
— Я отвезу тебя в коттедж мисс Колдуэлл. Посиди с ее маленьким мальчиком, хорошо? Если нужно, приготовь поесть. Попозже я привезу Шейлу.
Том увидел машину из окошка и открыл дверь.
— Я знал, что вы приедете, — сказал он, повиснув на шее у доктора. Дэйв пожал руку мистеру Уэджу.
— Большое спасибо. Я вам очень благодарен, — сказал он тихо и повернулся к мальчику. — Люди должны помогать друг другу. И ты молодец, все сделал правильно. Я привез Пола, он останется здесь, а я поеду и посмотрю, как там Бетси. Если не привезу тетю Шейлу к ночи, ты должен лечь в постель сам, как обычно.
— Хорошо. Только сообщите мне, если что-нибудь случится.
— Обязательно. Обещаю тебе. Я уехал.
Шейла ехала в «скорой» вместе со своей дорогой старушкой, которой, судя по виду, было сейчас очень плохо: она побледнела, лежала с закрытыми глазами. Очнулась, когда санитары стали вытаскивать ее из машины. Взяла девушку за руку, прошептала:
— Какая я глупая, так неосторожно двигаюсь в моем-то возрасте…
Шейла постаралась ее успокоить:
— Потерпи, пожалуйста. Мы уже приехали. Сейчас тебя осмотрят, сделают все, что необходимо, и, надеюсь, разрешат забрать тебя домой.
Пока больную осматривали, девушке показалось, что миновала вечность. Наконец пришла нянечка и сообщила, что можно пройти к пострадавшей. Рентгеновский снимок уже сделали. Больной дали успокоительное, и она сейчас в несколько заторможенном состоянии.
Бетси едва ворочала языком, но все-таки выговорила:
— Будь спокойна, Шейла, я в порядке. Все будет хорошо, поезжай домой к Тому.
— Я еще побуду с тобой. Томми под присмотром, мистер Уэдж сказал, что останется с ним у нас. Он знает, что делать. Не переживай.
Бетси задремала. Шейла сидела рядом, держа ее за руку и думая о будущем. Опять рухнули все планы. Она не сможет искать работу, пока Бетси не поправится, ведь больше некому ухаживать за ней. И если сейчас вернуть деньги Брауну, на что они станут жить?.. Нет, сейчас этого делать нельзя, нужно хоть немного подождать. А вдруг болезнь Бетси затянется?.. Тогда придется снова ехать к Дэйву, объяснять ситуацию, просить извинения… А это непереносимо, унизительно.
Молодой врач прервал ее размышления:
— Прошу вас, мисс, пройдемте со мной. Главный хирург-ортопед нашей больницы хочет сказать вам пару слов. Я провожу вас в кабинет.
— Мисс Колдуэлл? — Врач пожал ее руку. — Присаживайтесь, должен сказать вам о результатах. Снимок показал, что сломаны кости левой ноги. Необходима операция. Это означает, что мисс Бетси на некоторое время останется в больнице. Мы сообщим вам, когда женщина сможет вернуться домой. Но еще несколько недель она должна будет ходить на костылях. Только не беспокойтесь. У нее есть все шансы на полное выздоровление.
— Когда вы будете оперировать?
— Через час с небольшим.
— Мне бы хотелось остаться, пока вы не закончите операцию. Это возможно?
— Конечно. И сейчас вы можете побыть с ней. Сестра покажет, где вам придется подождать, когда ее увезут в операционную.
Шейла вернулась к Бетси, та уже не спала и встретила девушку тревожным взглядом.
— Все хорошо, дорогая, — успокоила Шейла. — Я поговорила с хирургом. Перелом несложный, но все-таки придется сделать небольшой надрез, чтобы правильно соединить кости. Не волнуйся, я подожду тебя здесь.
Шейла услышала, как кто-то вошел в отделение. Потом довольно громко заговорили. А через несколько секунд двери палаты открылись, и появился Браун, спокойный, как всегда. Он кивнул Шейле, улыбнулся, заметив удивление на ее лице, повернулся к Бетси, наклонился и поцеловал ее в щеку.
— Вот теперь действительно со мной все будет в порядке, — сказала женщина.
Браун взял Бетси за руку.
— Конечно, все будет очень хорошо. Ведь этой ногой сейчас займутся сразу два лучших ортопеда Англии, один из которых к тому же ваш преданнейший друг и любитель ваших потрясающих тортов. Как только подадут каталку, мы поедем в операционную, быстренько соединим косточки, и скоро нога станет как новая. А мисс Колдуэлл подождет, пока мы все это будем делать. — Дэйв внимательно посмотрел на Шейлу.
Бетси увезли. Девушка осталась в комнате одна. Полистала журнал, выпила чашку чая, которую принесла санитарка. Потом откинулась на спинку дивана, закрыла глаза и словно впала в какое-то забытье — видимо, сказались волнения этого дня. Сколько прошло времени, она не знала, но вдруг обнаружила, что плачет. Девушка достала платок, вытерла глаза, высморкалась, но слезы продолжали течь по щекам, ей надоело их смахивать. Все равно никто не видит, подумала Шейла. И в этот момент на пороге появился Браун в зеленом операционном халате с маской под подбородком.
— Перестаньте-ка реветь, — сказал он весело. — Бетси уже проснулась. Если она увидит, что вы плачете, то расстроится, а ей это вредно. Поверьте мне, не из-за чего лить слезы.
Носовой платок девушки совсем вымок, и она вытерла глаза кулачками, как маленькая.
— Я вам так благодарна, — сказала она, всхлипнув.
— Оставьте свои благодарности на потом. А сейчас пойдем и навестим нашу старушку.
Она встала и подошла к двери.
— Как прошла операция? Что с ногой?
— Ничего непоправимого. Мне пришлось сделать небольшой надрез, чтобы соединить места перелома. Как только рана заживет, можете забирать пострадавшую.
Бетси лежала в маленькой палате. Дэйв оставил их наедине, сказав Шейле, что у нее есть десять минут.
— Я тебе такая помеха, Шейла!
— Чепуха, дорогая. Ты просто чудо! Мистер Браун обещал, что скоро вернешься домой. Сейчас я поеду, а завтра привезу тебе ночную рубашку. Может быть, какую-нибудь книжку?
— Нет, только вязанье. С Томом все хорошо?
— Да, я же говорила, с ним мистер Уэдж. Мне пора. А ты закрой глаза, спи спокойно, и ни о чем не волнуйся.
Бетси послушно опустила веки, но тут же приоткрыла один глаз.
— Конечно, беспокоиться не о чем, когда о нас заботится такой мужчина… — Глаз закрылся. Шейла поцеловала женщину и вышла.
Брауна нигде не было. Девушка не могла понять, как он здесь оказался. И теперь предположила, что Дэйв, вероятно, уже едет домой, в Лондон. Ее остановила сестра.
— Вы завтра приедете? Привезите, пожалуйста, халат и ночную рубашку. Больше ничего не надо. Она здесь пробудет максимум неделю. Спокойной ночи, мисс.
Шейла медленно спустилась по лестнице. Последний автобус до Бронксуэлла уже ушел, и ей придется взять такси. Она остановилась, посмотрела, сколько осталось денег. Сзади кто-то взял ее под локоть.
— Пойдемте, Том уже беспокоится, — сказал Дэйв.
— Вы все еще здесь?
— Ну конечно. Где же мне еще быть? А теперь будьте послушной девочкой. Машина на другой стороне улицы.
Она попятилась.
— Я не знаю, как вы здесь оказались. Но тете очень повезло. Вы уже помогли ей, так что везти меня домой не нужно, вам не по пути.
— Ничего подобного. Очень даже по пути. Пол сейчас с Томом, и я думаю, что они вдвоем приготовили нам что-нибудь поесть.
— Пол? — удивилась Шейла. — Он тоже здесь?
Браун, больше не церемонясь, почти затолкал ее в машину.
— Да, едем скорее, я умираю с голоду.
— Ничего не понимаю, — сказала Шейла.
— Что же тут непонятного? Малыш сообразил позвонить мне до того, как приехала «скорая».
— Том позвонил вам? Но у нас же нет телефона? Кроме того…
— А в магазине есть.
— И вы приехали только поэтому?
— Да.
— Но… как он узнал ваш номер?
— Я сам дал ему.
— Зачем?
— Много причин.
Этот ответ не удовлетворил Шейлу, но спрашивать о причинах было уже некогда. Машина остановилась возле коттеджа, дверь открылась и выбежал Томми.
— Как Бетси? Вы мне все расскажете? — Ребенок улыбнулся мистеру Брауну и крепко обнял тетю.
— Шейла, ты плакала? — Мальчик поднялся на цыпочки и поцеловал ее. — Не переживай. Раз доктор с нами, все будет хорошо, — шепнул он.
Дэйв все еще стоял возле машины, наблюдая за ними. Шейла пригласила доктора в дом:
— Пожалуйста, заходите, сейчас будем ужинать. Мы все проголодались. И Том мечтает с вами поговорить.
Браун пристально посмотрел на девушку. Она, смутившись, отвернулась и облегченно вздохнула. В дверях появился Пол, серьезный и невозмутимый, как обычно.
— Я приготовил ужин, мисс, не сочтите за самоуправство. Маленький Том очень помог мне.
— Пол, как это мило с вашей стороны. Я уверена, ужин просто замечательный. Мистер Браун, наверное, умирает с голоду.
— Уже умер, — засмеялся Дэйв. — Томми, пошли за стол. Если ты сядешь радом со мной, то я расскажу тебе все про мисс Бетси, пока Шейла приведет себя в порядок.
Что это значит? Я должна пойти и умыться? Она взглянула на себя в небольшое зеркало на стене и пошла в ванную. Оставалась там дольше, чем было необходимо, стараясь успокоиться. Когда вернулась, дворецкий накрывал на стол, а Браун с Томом были так увлечены разговором, что даже не заметили ее. Шейла предложила Полу свою помощь, он принял ее с радостью.
— Я сделал два пирога, вам останется и на завтра. Достаньте их, пожалуйста, из духовки. Еще есть отбивные и почки с луком.
— Разве я покупала говядину и почки? Кажется, нет…
— Мы с Томом сходили к мяснику. У него прекрасное мясо.
Тем временем Браун налил в бокалы херес.
— Потрясающий аромат, Пол. Где ты раздобыл эту бутылку? — Он повернулся к девушке, протянул ей бокал. — Выпейте перед ужином.
— Я не пью херес, — начала Шейла, но ее прервал Пол.
— Мы зашли в бар к мистеру Уэджу, мисс, и я совершенно случайно заметил у него отличный херес. Выпейте. В небольших количествах он иногда просто необходим, как вам сейчас. Чтобы снять напряжение.
Она выпила вместе со всеми. За ужином разговаривали только о Бетси. Завтра после ланча решили поехать к ней все вместе. Старая леди, несомненно, обрадуется посетителям.
Шейла попыталась возразить:
— Необязательно ехать всем. Я имею в виду, что мы с Томом поедем, а вы возвращайтесь домой, у вас ведь так много работы.
— Разрешите нам хотя бы один день отдохнуть и подышать деревенским воздухом, — остановил ее Браун. — Пол, у тебя завтра будет выходной, ты не возражаешь?
— Разумеется нет, сэр. И я думаю, что тоже могу навестить мисс Бетси — очень мужественную леди. Если, конечно, вы не против.
Девушка доела суп, пирог, крем-брюле и обнаружила, что в этом мире все совсем не так мрачно, как ей недавно казалось. Дэйв заверил ее, мол, ничего серьезного у Бетси нет, он вообще не видит причин для долгого ее пребывания в больнице. Чем раньше она начнет передвигаться по дому на костылях, тем лучше.
— Чуть позже ей заменят гипс. Чтобы контролировать ход выздоровления, я сам приеду и осмотрю ее. Завтра как раз и переговорим обо всем этом с главврачом.
— Значит, вы приедете снова?! — обрадовался мальчик.
— Если тетя Шейла разрешит. — Браун взглянул на девушку и улыбнулся. Она опустила глаза, чтобы не выдать свою радость.
— Конечно, вы так добры. — И чтобы сменить тему, велела малышу отправляться спать. — У тебя сегодня был тяжелый день, но ты держался молодцом, Томми. Я очень горжусь тобой.
— Я ведь правильно сделал, что позвонил мистеру Брауну? Ну, скажи, правильно?
Шейле ничего не оставалось, как подтвердить. Мальчик пожал руки обоим мужчинам и отправился в ванную чистить зубы перед сном.
— Идите, Шейла, уложите его, а мы пока уберем со стола перед уходом.
— Перед уходом? Вы собираетесь назад в Лондон?
— Нет. Пол заказал для нас комнаты в гостинице мистера Уэджа.
— Мне даже негде вас разместить.
— И не надо. Спасибо, что накормили ужином.
— Который приготовил Пол…
— Ну, мы ведь у вас незваные гости.
Когда девушка уложила племянника и вернулась, мужчины уже помыли посуду, один аккуратно укладывал вилки и ложки в ящичек, другой развешивал полотенца.
— Не стоило беспокоиться, — смутилась Шейла. — Я бы сама все сделала. Большое вам спасибо.
— Нам не трудно. Пол специалист и в мытье посуды, а я — хороший ученик, — ответил Дэйв. — Спокойной ночи, Шейла. — Он подошел к ней, поцеловал и ушел, оставив ее стоять с открытым ртом.
— Пол, сейчас как раз время опрокинуть по стаканчику на ночь, — сказал Браун, когда мужчины зашли в «Подкову».
А Шейла стояла в кухне, пытаясь убедить себя, что все происходящее очередная игра Дэйва, что она его терпеть не может, но наконец призналась: несмотря на его бесцеремонные манеры, он ей очень нравится.
— Здесь и остановись, девочка, — сказала она себе, — доктор уже почти женат.
Девушка заглянула в комнату Тома — мальчик спал — и пошла к себе. Перебирала события дня до мельчайших подробностей, думала о Дэйве — его словах, жестах, выражении лица, улыбке. И прощальном поцелуе, таком неожиданном и приятном. Утром они с Томом сходили в церковь, вернувшись, съели пирог Пола, собрали вещи для Бетси и уже были готовы отправиться к ней, когда у дверей коттеджа остановился «бентли». Браун поприветствовал их, посадил девушку, ребенка и щенка на заднее сиденье и отвез в больницу.
Бетси сидела в постели, выглядела маленькой и беспомощной, но румянец, как всегда, розовел на ее щеках и волосы были стянуты в неизменный аккуратный пучок. Она обрадовано улыбнулась всем и вопросительно посмотрела на незнакомого мужчину, приехавшего с ними.
— Мисс Бетси, разрешите представить вам мистера Пола, он ведет мое хозяйство. Я думаю, они с Томом расскажут вам, как провели вчерашний вечер, пока мы с Шейлой переговорим с вашим доктором и сестрой. А когда я вернусь, мы с моим юным другом совершим небольшую экскурсию по больнице. Надеюсь, никто не станет возражать?
Дэйв взглянул на Шейлу, она потупилась, не в силах выдержать его взгляд. Так и стояла бы, если бы Том не попросил ее:
— Ну, тетя Шейла, поторопись, здесь столько всего интересного.
Они вышли из палаты, в коридоре к ним присоединился молодой врач, осматривавший Бетси. Со знаменитым доктором Брауном он разговаривал весьма почтительно и во время всей беседы не сводил с Шейлы восхищенного взгляда. Врач заверил, что больная чувствует себя хорошо, насколько это возможно при ее травме. Когда они вернулись в палату, Пол рассказывал Бетси свой рецепт приготовления бисквитов, его обычное хмурое лицо было очень оживленным. Щеки больной еще более порозовели.
В машине по дороге домой все молчали, каждый думал о своем. Шейла не надеялась, что Дэйв задержится еще, он и так потратил на них много времени. Когда подъехали к коттеджу, девушка просто из вежливости предложила гостям выпить кофе.
Браун живо согласился:
— Правда, мы ненадолго. У меня вечером важная встреча в Лондоне. Надеюсь, что с Бетси все будет хорошо, но если что-нибудь случится, дайте мне знать. Я переговорю по телефону с главврачом, узнаю, когда больная сможет вернуться домой.
За все это время ни Браун, ни Шейла ни словом не обмолвились о своей предыдущей встрече, как будто и не было того разговора о деньгах. Девушку это беспокоило, но заговорить снова она так и не решилась. Лучше всего в этом деле положиться на мистера Грея и его опыт.
Когда гости уже выходили, Том спросил Брауна, приедет ли он еще. Как всегда, его друг ответил очень серьезно:
— Конечно, я навещу Бетси, когда нужно будет снять этот гипс и наложить новый.
— У вас совсем нет времени?
Шейла строго взглянула на племянника:
— Томми, дорогой, ты же знаешь, мистер Браун очень занят. Если бы у Него была возможность, он бы приехал, но его время ему не принадлежит. Он не может делать то, что ему хочется…
Браун усмехнулся.
По пути в Лондон он спросил у Пола:
— Мисс Бетси — приятная женщина, не правда ли?
— Очень милая леди, сэр. Она мне понравилась. Мы с ней отлично поладили. — Это дополнение заставило его хозяина улыбнуться. Когда уже подъезжали к дому, Дэйв осторожно предложил:
— Ты не хочешь съездить туда еще раз? Отвезти Бетси цветы и что-нибудь еще? Я могу тебя отпустить, и если там возникнут какие-нибудь проблемы, ты дашь мне знать.
— С большим удовольствием, сэр, — обрадовался Пол.
Наблюдая за удалявшимся «бентли», Шейла напомнила себе, что разрешить Брауну занять ее мысли — непозволительная трата времени, и в том, что он ей нравится, заключается большая опасность. Но все ее попытки забыть доктора оказывались тщетными, поскольку Том говорил о нем постоянно. Кроме того, она обнаружила, что сама вспоминает о Дэйве еще чаще, чем мальчик.
Все-таки следующим утром ей удалось на время выбросить его из головы — нужно было успеть многое сделать до поездки в больницу. Том должен был вернуться домой из школы с сыном пастора. Шейла попросила Джекоба покормить ребенка и приглядеть за ним, если сама не успеет возвратиться домой вовремя. Каждый в деревне старался ей помочь от всей души. Девушка быстро сходила за покупками, приготовила еду и уехала в Чиренчестер.
— Я уже вставала с постели, — с гордостью сообщила Бетси. — Врач сказал, что меня выпишут на следующей неделе. Как вы там, Шейла?
— Все в порядке, дорогая. Я привезла твое вязанье, несколько журналов и вот — последние розы из сада.
— Какой милый этот мистер Пол, — обронила Бетси. — Мы с ним разговорились так быстро, как будто знакомы сто лет. Честно говоря, он мне очень понравился.
— Да, он хороший человек, — согласилась Шейла. — Выглядит суровым, а на самом деле добрый и мягкий.
— Он предан мистеру Брауну, не представляет себе жизнь без него. — Бетси взглянула на девушку поверх очков. — Говорит, что тот слишком много работает и очень любит свою профессию… — Старушке очень хотелось поговорить на эту тему побольше, но Шейла не отозвалась, не поддержала.
Когда они прощались, Бетси заметила:
— Что-то ты очень печальна, дорогая. Все еще беспокоишься о деньгах и коттедже?
— Нет-нет, завтра я поеду к мистеру Грею, сброшу этот груз на его плечи и забуду обо всем.
— Наверняка нам удастся что-нибудь сделать, пока ты не найдешь работу.
— Не беспокойся. У нас все получится, как всегда. Быстрее возвращайся домой, мы без тебя скучаем. Я приеду завтра в это же время.
В автобусе Шейла снова думала о будущем. Придется все-таки отложить оплату за проживание в коттедже на несколько недель. А вот деньги нужно вернуть быстрее, чем раньше, тем лучше. Как только Бетси вернется домой, надо найти какую-нибудь работу. Если не выйдет в своей деревне, стоит поискать в соседних. Да, будущее было совсем не радужным.
За ужином девушка рассказала Тому о своем посещении Бетси.
— Завтра я опять туда поеду, но послезавтра ты рано освободишься, и я подумала, что мы могли бы пойти собирать фундук.
На следующий день она поехала к мистеру Грею.
— Раз вы так хотите, деньги мы переведем быстро, — заверил адвокат. — Что же касается арендной платы, то можете не торопиться, поскольку адвокат мистера Брауна еще не определил ее размер. Не беспокойтесь. Как только я получу эту информацию, сразу дам вам знать.
Приехав к Бетси в следующий раз, Шейла увидела большой букет желтых роз, стоявший на столике у кровати. Глаза больной сияли.
— Очаровательные, правда? Как мило со стороны мистера Пола приехать и навестить меня. Представь себе, он привез эти цветы и большую коробку конфет. Долго сидел со мной. Сказал, что у него свободный день и он не мог отказать себе в удовольствии съездить в деревню. Мы так хорошо поговорили.
— Бетси, у тебя появился поклонник.
— Бог с тобой, Шейла, мне почти шестьдесят. А мистер Пол — ему исполнится шестьдесят в следующем месяце — никогда не оставит хозяина, у которого работает столько лет. Он сказал, что еще приедет, покажет мне старинную поваренную книгу, принадлежавшую его бабушке. Кстати, мистер Браун уехал в Шотландию, оперировать какую-то «шишку», которая вышибла коленную чашечку. Он собаку съел в этом деле — так утверждает Пол.
…Вся деревня ликовала, когда Бетси вернулась домой. Таксист, доставивший ее из больницы, не взял с пассажиров денег, мясник принес баранью ножку, зеленщик — корзину овощей, а булочник — большой торт. И мистер Уэдж, чтобы не быть хуже других, подарил полдюжины бутылок молочного коктейля. Женщину навещали в течение нескольких дней. Она принимала гостей, ходила по дому на костылях, проверяя, все ли Шейла делает так, как нужно. Спала пока в столовой, поскольку ей было еще трудно подниматься по лестнице. Их жизнь снова пошла своим чередом, хотя оставлять Бетси одну Шейла пока не решалась, — пусть хорошенько привыкнет к костылям.
Спустя две недели после возвращения Бетси, приехал Пол на маленькой машине. Привез цветы и корзину фруктов, причем не яблок и слив, а экзотических — ананасы, фейхоа, манго, плоды папайи. Поскольку он явился вскоре после ланча, у Шейлы было время съездить в Чиренчестер к мистеру Грею. Поездка ее не удовлетворила: никаких новостей от адвоката мистера Брауна не было. Когда она вернулась домой, Пол и Бетси, мило воркуя, делали сандвичи с огурцами и пирожные к чаю. Как романтично, подумала девушка.
Перед отъездом Пол передал девушке конверт. В нем лежала записка от мистера Брауна с сообщением, что он приедет следующим утром, чтобы отвезти Бетси в больницу.
— Около десяти часов, — уточнил Пол. — Вам не стоит сопровождать мисс Бетси, поскольку она скоро вернется.
— Что случилось? Здесь больше ничего не написано…
— Я думаю, ее просто должны осмотреть, проверить, правильно ли срослась нога. Мистер Браун сказал, что это все, что вам нужно знать.
Дэйв приехал в десять утра и, отказавшись от кофе, посадил Бетси в машину. Конечно, он никогда не тратил время впустую, однако у него нашлась минута поиграть с Чарли и погладить котенка. Шейла пригласила гостя остаться пообедать, когда они вернутся, но тот отказался. Это почему-то вывело ее из себя.
— Я не могу представить, зачем вы тратите свое драгоценное время? Конечно, мы вам очень благодарны, но в следующий раз я лучше вызову такси.
Он взглянул на девушку и ничего не сказал. Боже, какой это был взгляд! Девушке захотелось прильнуть к Дэйву, попросить прощения за резкие слова, сказать, как она благодарна ему за помощь, как нуждается в нем. Сейчас не время влюбляться, остановила себя Шейла, осознавая при этом, что, видимо, сошла с ума, что влюблена в чужого жениха и ничего поделать с собой не может. Она заставила себя улыбнуться Бетси, устроившейся на заднем сиденье, но, вернувшись в гостиную, едва не расплакалась. Ну почему она не потеряла голову и не бросилась к нему на шею? Ведь он так смотрел на нее…
Нет, это была бы ошибка. Конечно, Дэйв не испытывает к ней таких же чувств. Наверное, она ему немного нравится. И только. Когда Бетси поправится, его не удастся больше видеть, повторила про себя Шейла уже в сотый раз.
Близился вечер, а Бетси и Брауна всё еще не было. Девушка сделала себе сандвич, чашку кофе, привела себя в порядок. Конечно, они выпьют чаю… Шейла была на кухне и не заметила тихо подъехавшую машину. Услышав, как открылась входная дверь, удовлетворенно взглянула на лепешки, только что вынутые из духовки, выключила чайник и вышла встретить прибывших. Браун помогал Бетси снять пальто. Он улыбался.
— Все, как и должно быть. Через несколько недель наложат новый гипс, а еще через некоторое время она начнет бегать, как молоденькая. — Прекрасно. Чай готов. — Шейла даже не взглянула на гостя!
— К сожалению, я должен ехать. У меня сегодня вечером дела.
Ну конечно, встреча с Маргарет, мгновенно решила девушка.
— Спасибо за то, что приехали, вы очень помогли Бетси. — Хозяйка проводила Брауна, опустив голову, хотя очень хотела, чтобы тот поцеловал ее. Но он этого не сделал. И даже ничего не сказал.
— Я испекла лепешки, думала, что мистер Браун останется, но он не захотел. Я думаю, не из-за денег. Наверное, я что-нибудь не так сказала, — поделилась Шейла с женщиной.
— Лучше дай мне лепешку, дорогая. Очень хочу есть, хотя и пообедала в больнице, пока гипс подсыхал. Они все так кружились около мистера Брауна, как мошки вокруг фонаря. Он действительно очень известен. Одна нянечка сказала, что наш доктор — лучший ортопед в Англии, поэтому его везде приглашают на операции и консультации.
Шейла внимательно слушала Бетси. Она не могла ничего поделать со своими чувствами, влюбляясь в Дэйва все больше и больше…
Прошло несколько недель. Приезжал Пол с цветами для Бетси и сладостями для Тома. Каждый раз они ждали его с нетерпением. К большому сожалению девушки, дворецкий почти никогда не говорил о своем хозяине, а расспрашивать его было неловко. Не было ничего особенного в том, что Пол и Бетси нравились друг другу. Они вместе гуляли, и женщина заметно помолодела. Шейла поняла, что у этих двоих дело идет к свадьбе. Всем сердцем радуясь за самого близкого ей человека, она часто задумывалась о собственном будущем. Когда Бетси выйдет замуж, им уже не придется рассчитывать на ее пенсию. Нужно было что-то предпринимать, но пока ей приходилось самой готовить, стирать, убирать, встречать Тома из школы. Теперь она к тому же плохо спала по ночам.
Наконец после очередного визита ее друга Бетси объявила:
— Дорогая моя, Пол сделал мне официальное предложение, но мы собираемся пожениться, только когда у тебя все будет в порядке.
Что у меня может быть в порядке? — подумала Шейла, но вслух не сказала, а крепко обняла женщину и пожелала счастья.
— Вы с Полом просто созданы друг для друга. Он хороший человек. Я знаю, с ним ты будешь счастлива.
Когда Бетси уже легла спать, девушка села на кухне, уставившись в стенку, всем сердцем желая, чтобы приехал Дэйв и все бы сразу разрешилось само собой. Если бы она только знала, о чем он думал в тот момент!
Пол обрадовал мистера Брауна, сообщив, что собирается жениться на Бетси. Хозяин улыбнулся про себя, отметив, что роль Купидона ему очень удалась.
— Мы бы хотели остаться с вами, сэр, — сказал Пол.
— Конечно, я без тебя не справлюсь. И твоя будущая жена — очень хорошее приобретение, не так ли?
— Безусловно, сэр. Одно меня беспокоит — как же мисс Шейла? Боюсь, одной ей будет трудно.
Пол ушел на кухню, оставив хозяина сидящим в кресле и думающем о мисс Колдуэлл: гордячка, изо всех сил старается скрыть свои чувства. Дэйв решил, что пришло время предпринять серьезные действия, но сначала нужно сделать главное.
У него был очень тяжелый день — шесть часов за операционным столом, обход, несколько пациентов, и после всего он нашел в себе силы, чтобы вечером поехать к Маргарет. Браун чувствовал себя несколько виноватым в разрыве помолвки, но их отношения давно уже превратились в самообман, которому надо было положить конец. Да, Маргарет на какое-то время удалось очаровать его. Но поняв, что она выходит за него замуж из-за денег, а не по любви, Дэйв потерял к ней всякий интерес. Уже давно. Как раз с тех пор, как зашел в цветочный магазин и встретил Шейлу, признался он себе.
Горничная открыла ему дверь и сказала волнуясь:
— Мисс Диггинс в гостиной, правда, я не знаю…
Браун, не дослушав, прошел к гостиной и открыл дверь. Маргарет и американец, которого он видел на вечеринке, целовались и какое-то время не замечали Дэйва. Он стоял в дверях, молча улыбаясь. Удача сама шла ему навстречу. Маргарет первой нарушила Молчание:
— А, это ты? Вот и хорошо, что пришел. Я решила не выходить за тебя замуж, боюсь умереть от скуки через месяц. — Она посмотрела на Дэйва вызывающе. — Я собираюсь выйти замуж за Гордона.
Браун подошел и пожал руку молодому человеку.
— По-моему, мы встречались несколько недель назад на вечеринке? Поздравляю вас. И тебя, дорогая. Желаю счастья.
Он наклонился и чмокнул девушку в щеку. Маргарет сняла кольцо.
— Нет, оставь его себе. Что я с ним буду делать? — Дэйв улыбнулся: он подарит Шейле бабушкино колечко с сапфирами и розовыми бриллиантами, которое передавалось в его семье от невесты к невесте. — Ну, всего хорошего, не буду вам мешать.
Он вышел из дома с легким сердцем, весело насвистывая. От усталости не осталось и следа.
Пол приехал в деревню в пятницу. Но не один, его привез сам Браун. Шейла на кухне пекла яблочный торт, поэтому Бетси, все еще ходившая на костылях, открыла дверь. Она подставила щеку для поцелуя сначала Полу, потом Дэйву.
— Шейла на кухне. Пол, помогите мне надеть пальто, мы пойдем в «Подкову» и купим бутылочку хереса, а когда вернемся, кофе уже будет готов.
Лицо Пола расплылось в улыбке, его хозяин рассмеялся:
— До этого момента я никогда не видел тебя таким радостным. Откровенно говоря, Пол, ты просто счастливчик.
Шейла услышала их голоса, и когда Дэйв открыл дверь кухни, девушка стояла бледная, со скалкой в руке, ее сердце бешено колотилось. Он аккуратно закрыл за собой дверь и произнес:
— Привет, дорогая! У вас такой воинственный вид! Надеюсь, вы не собираетесь ударить меня своей деревяшкой?
У нее перехватило дыхание.
— Я… Я очень удивлена. Я делаю торт с яблоками…
— Вот и хорошо, потому, что я пришел поговорить и кое-что решить.
— Кое-что решить? — повторила она. — А что?
— Кажется, у Томми во вторник начинаются каникулы? Я собираюсь домой, в свое поместье. Может быть, он будет рад поехать со мной? И с вами, конечно.
— С вами? В поместье? — Она почему-то засуетилась, скомкала уже раскатанную лепешку из теста.
— Ты поедешь, Шейла? — по-приятельски напрямик спросил Дэйв.
— Но… Но мы не можем. Здесь Чарли и котенок… И я не могу оставить Бетси одну.
— Ну, конечно. Пол приедет и присмотрит за ними.
У него на все готов ответ, с досадой подумала Шейла.
— А мисс Диггинс? Она тоже едет с вами?
— Нет. Думаю, в ближайшем будущем она уедет в Штаты. С неким Гордоном, за которого выходит замуж. Самая подходящая для нее партия, хотя мне жаль, что он не умеет выбирать галстуки.
Девушка подняла глаза на галстук Дэйва — шелковый, темно-синий и, наверное, очень дорогой. Он продолжил обычным голосом:
— Мы решили расторгнуть помолвку.
— Меня это не касается, — сказала Шейла.
— Не будьте глупенькой девочкой. Все, что я предлагаю, — поехать вам и Тому со мной на несколько дней. Вы будете жить в моем доме, я там буду появляться очень редко. Разве это не хорошая возможность для Пола и Бетси получше узнать друг друга? Мы не должны быть эгоистами.
Девушка раскатывала тесто дольше, чем нужно.
— Возьмите Томми одного. Мне ехать нет смысла.
— Дорогая моя, вы считаете, что я буду следить за тем, переодел ли он носки и вымыл ли уши?
— Нет, я так не считаю. А что, там больше не будет женщин?
Шейла взглянула на него. Он улыбался.
— Ну, конечно, будут. Даже несколько. Вы будете в полной безопасности.
— Хорошо, я должна подумать. — Она старалась отвечать холодно, но ее голос дрожал при одной мысли о возможности провести с ним несколько дней.
— Подумайте. Вы должны дать мне ответ сразу после кофе.
— Я же сказала, мне нужно подумать, — рассердилась Шейла. — К тому же я должна спросить Томми.
— Полагаю, он согласится.
Дэйв вышел встретить Пола и Бетси. Вместе они накрыли на стол, выпили кофе, поговорили о разных пустяках.
— Холодает, — заметил Браун. — Да, Шейла, не забудьте, пожалуйста, взять с собой теплые вещи.
Бетси вопросительно посмотрела на девушку.
— Ты собираешься уехать на каникулы, дорогая? Как тебе повезло! Исполнилось твое желание.
Шейла мрачно взглянула на Дэйва. Нечестный прием. Теперь ей придется дать ответ прямо сейчас.
— Я не поеду… — начала она, и ее глаза встретились с глазами Брауна. Он не улыбался, и что-то в его взгляде заставило ее уступить. Она выдавила из себя, запинаясь: — Да, мы едем на каникулы… на несколько дней. Том и я. В гости к мистеру Дэйву. В его поместье.
— Это замечательно! — обрадовалась Бетси. — А уж как будет счастлив Томми! — Женщина обратила взор на Брауна: — Он в вас просто души не чает. Вы такой замечательный человек!
— Вы льстите мне, Бетси. — Гость поднялся. — Нам пора. Жаль, что я не смог повидаться с малышом, но мне в три часа уже нужно быть в больнице. Шейла, во вторник я заеду за вами рано утром, будьте готовы. Пол приедет со мной и останется, чтобы присмотреть за больной, если она не возражает! — Дэйв поцеловал Бетси. — Мы поедем короткой дорогой и к обеду будем в поместье.
Он легонько похлопал девушку по плечу и вышел вместе с Полом. С одной стороны, ей очень хотелось поехать вместе с ним, но с другой — она была недовольна тем, как Дэйв заставил ее согласиться.
Узнав о поездке, Том не мог сдержать восторга.
— А где это находится?
— Я не знаю. Приедем, увидим.
— Ну, это неважно. Вот я расскажу ребятам в школе! Тетя Шейла, я так рад!
Ей пришлось признаться, что она тоже очень рада.
Когда вещи были уже собраны, девушка сообразила, что у нее нет денег. Пришлось поехать в Чиренчестер и заложить золотые часы, которые бабушка подарила ей на совершеннолетие.
Настал вторник. Утром приехали мистер Браун и Пол. Не теряя времени, они уложили сумки в машину. Попрощавшись, Шейла села на заднее сиденье, а мальчик, к великому его удовольствию, на переднее.
Дорога вела на юг. Девушка сидела молча, слушая восторженный лепет племянника, прерываемый густым басом Дэйва.
Все это казалось Шейле не совсем реальным, больше походило на сон. Где-то в глубине души сидел страх, что прекрасный сон может вот-вот кончиться, и тогда она снова окажется наедине со своими нелегкими проблемами, с ответственностью за две дорогие ей жизни — мальчика и пожилой женщины на костылях. Но лента дороги неслась и неслась под колеса машины, мимо мелькали деревушки, церкви, перелески, чьи-то виллы. Мирные, быстро меняющиеся картины успокоили Шейлу, вернули душевное равновесие. Нет, ей не снится эта поездка! Они действительно едут вместе с Дэйвом. И он не женится на злючке Маргарет Диггинс. Это ее, Шейлу, а не другую, везет он в то место, которое называет своим домом. Господи, какое счастье!
Машина остановилась возле станции обслуживания. Остановка, прервавшая поток радостных мыслей девушки, оказалась весьма кстати — Томми нужно было зайти в туалет. Затем в кафе все трое съели сандвичи, выпили кофе и снова сели в машину. Браун протянул мальчику коробку шоколадных конфет. На случай если тот проголодается.
Браун все время что-то говорил, отвечал на вопросы ребенка, совершенно не обращая внимания на девушку.
— Мой дом находится в небольшой деревушке среди озер, в которых полно рыбы. Мы поедем вдоль берега. Там очень красивые места. Тебе, малыш, понравится. А комната, в которой ты будешь жить…
Боже мой, вдруг поняла Шейла, да ведь этот большой и сильный человек сейчас сам волнуется! Она так часто была с ним резка, язвительна, так старательно возводила между собой и им стену, что теперь, когда эта стена рухнула, Дэйв просто боится неосторожным словом поломать, разрушить хрупкий мир между ними. Потому и делает вид, что ее, Шейлы, в машине как будто бы нет совсем. Он, похоже, не уверен, нравится ли ей, и это равнодушие — всего лишь маска, самозащита… Дорогой мой! Милый мой! Если бы ты только знал, как мне хорошо и спокойно рядом с тобой, как ты нужен мне, думала девушка, не сводя взгляда с затылка Дэйва.
Она не заметила, как машина свернула с шоссе на проселочную дорогу. С обеих сторон тянулись парки и озера. Через несколько минут они въехали в старинные ворота и остановились у дома.
— Мы уже приехали? — спросил Том и повернулся к Шейле. — Я просто счастлив! А ты?
Конечно, она была счастлива. Исполнялось ее самое заветное, самое тайное желание. Правда, было и немного не по себе: им же с Томом, видимо, предстояло познакомиться с родными Дэйва, с новыми людьми, которые, вполне возможно, их не полюбят. Кто эти люди? Она абсолютно ничего не знала о его семье.
Шейла вышла из машины, голова ее чуть кружилась. Вид дома тоже ее не очень успокоил: построенный давно, он выглядел монументально, почти как настоящий замок. Да, владельцы такого дома вполне могут оказаться высокомерными и надменными людьми, оробела девушка.
Дверь открылась, им навстречу вышел седой мужчина. Браун пожал ему руку.
— Шейла, Том, это Джеф, он ведет хозяйство вместе со своей женой Анной. Джеф, это мисс Колдуэлл и Том. — Они пожали друг другу руки, и дворецкий произнес:
— Очень рад вас видеть. — Слова звучали искренне.
Гости вошли в дом, их встретила Анна. Браун что-то сказал ей, женщина, ласково поздоровавшись, взяла у гостей пальто.
— Пойдемте, найдем мою маму. Она уже нас ждет, — пригласил Дэйв.
— Вашу маму?
Он взял девушку за руку.
— Разве я не говорил о ней? Мама не все время живет здесь, чаще в Гааге. Я думаю, сейчас она в гостиной.
Гостиная почти ошеломила Шейлу — высокие потолки, стены обиты бордовым шелком, по обе стороны камина стулья с высокими спинками… У девушки не было времени рассмотреть все это великолепие, потому что Томми дернул ее за руку, — им навстречу шла красивая пожилая леди. Миссис Браун улыбалась.
— Дэйв, наконец-то. — Она поцеловала сына. — А это, по-видимому, Шейла и Том? — Женщина протянула девушке руку. — Я могу называть вас просто Шейлой? Не возражаете?.. Как хорошо, что вы останетесь. Расскажите мне, что новенького в Лондоне. И я очень хочу поближе познакомиться с юным джентльменом, о котором так много слышала от Дэйва. Вижу, что с рукой у Томми уже все в порядке. Да вы проходите, Шейла, Садитесь вот сюда. — Миссис Браун усадила девушку в глубокое, мягкое кресло, села напротив. — Как чувствует себя ваша приятельница? Кажется, ее зовут Бетси?..
Эта леди знает о нас почти все, подумала Шейла. Значит, Дэйв рассказывал ей про них еще в свой прошлый приезд?..
Пока гостья отвечала на вопросы хозяйки дома, Браун открыл большую стеклянную дверь, и в гостиную вбежал огромный пес, чуть не опрокинув от радости своего хозяина.
— Познакомься, Салли, это Том. Салли только выглядит свирепо, а на самом деле она очень добрая.
Словно подтверждая эти слова, собака весело виляла хвостом и позволила Тому погладить себя.
— Вы любите собак? — спросила Шейлу миссис Браун.
— Да, мистер Браун подарил нам чудесного щенка, мы назвали его Чарли…
Мать Дэйва взяла девушку за руку.
— Дорогая, вы, наверное, хотите пойти в свою комнату и привести себя в порядок. Анна проводит вас с Томом наверх. Но ненадолго, скоро ужин.
Вошла Анна и повела гостей через прихожую по лестнице, ведущей в широкую галерею. Лестница была величественная, с резными перилами, по ее деревянным ступеням поднималось не одно поколение хозяев этого дома.
Гостей поселили в соседних комнатах с отдельными ванными. Когда горничная ушла, Том сказал шепотом:
— Тетя Шейла, здесь как во дворце. У мистера Брауна много денег, зачем же он тогда работает?
— Наверное, потому, что ему нравится его дело.
Том кивнул.
— Так я и думал.
Они вместе осмотрели свои комнаты с кроватями под балдахинами, занавесями в тон им, инкрустированными шкафчиками викторианской эпохи. В комнате мальчика стоял столик на колесиках и маленькое кресло, как раз под рост Тома. На столике лежали детские книжки. Кто-то очень позаботился, чтобы мы чувствовали себя здесь как дома, отметила Шейла в своей спальне. Между двумя окнами стоял изящный туалетный столик с большим зеркалом. Она взглянула на себя. Ее скромное шерстяное платье не шло ни в какое сравнение с элегантным нарядом хозяйки, но и оно выглядело вполне прилично. Девушка зашла за племянником. Он уже умылся, причесался и был готов спуститься вниз.
В гостиной взрослые выпили херес, а Томми — стакан лимонада, и очень приятно побеседовали. Затем их пригласили в столовую. Эта комната была поменьше размером, но не менее величественная, чем гостиная. За овальным столом свободно могли разместиться человек двенадцать. Браун сел во главе стола, справа — его мать, слева — гости. Суп, цыпленок в соусе и шоколадный пудинг с кремом — все оказалось вкусным.
Браун умел весьма непринужденно вести беседу за столом, никого не оставляя без внимания. Всем было легко и весело. Шейле хотелось узнать об остальных членах семьи, но Дэйв ни словом не обмолвился о них, спросить она не решилась.
Встав из-за стола, чтобы проводить Томми в спальню, девушка увидела, что Дэйв внимательно смотрит на нее. Она быстро отвела глаза, боясь, что он увидит, как она счастлива быть здесь, в его доме, рядом с ним. Он подошел, взял ее за руку.
— Когда освободитесь, спуститесь, пожалуйста, вниз.
Она кивнула, ощущая тепло его руки.
Томми уснул, и Шейла вернулась в гостиную, села возле миссис Браун, в некотором отдалении от кресла Дэйва.
— Завтра вечером я уеду на несколько часов. А день у меня свободен, покажу вам и дом, и сады, — пообещал Дэйв. — А послезавтра с утра мне придется съездить в соседний городок, там у меня пациенты, нужно их проведать. Хотелось бы, чтобы вы поехали со мной, город маленький, но очень милый. Там мы пообедаем. Вы с Томом погуляете пару часов, пока я буду занят. Согласны?
— Это было бы чудесно. Томми обрадуется. А мы не будем обузой?
— Конечно, нет. — Дэйв явно радовался ее согласию.
— Но это только начало, — заметила его мать. — Я хочу показать вам нашу деревню, когда мы пойдем к озеру. А сейчас, простите меня, мне пора отправляться в постель.
Шейла пожелала ей спокойной ночи, а когда хозяин встал, чтобы проводить мать, Тихо сказала ему:
— Пожалуйста, останьтесь, мистер Браун. — Ей хотелось поговорить с ним об этих проклятых деньгах и коттедже, которые все еще стояли между ними.
Мужчина словно не расслышал просьбы. Держа руку на двери, произнес:
— Вы можете постараться называть меня Дэйвом? Мы же старые друзья. — Наклонился и поцеловал ее. — Спокойной ночи, дорогая.
Она думала, что не уснет, переполненная впечатлениями от событий дня, но провалилась в сон, едва положила голову на подушку.
Следующий день пролетел очень быстро. Все утро они провели, осматривая сады, газоны, розарий, обнесенный изгородью огород, пруд с карпами и просторную оранжерею. Том играл с Салли, а Шейла, забыв о своих проблемах, восхищалась поместьем.
— Сколько же у вас садовников, мистер… я хотела сказать Дэйв?
— Два. И еще маленький мальчик. — Он взял ее руку в свою. — Вам не холодно?
— Нет, хорошо, правда…
— Здесь очень тихо, хотя недалеко от шоссе. Вам ведь нравится жить в деревне?
Она кивнула.
— Да. А что за этой дверью?
— Конюшня для беговых лошадей и загон. Там сейчас только пони, гнедая кобыла и ослик.
Том остался бы в конюшне до конца жизни, если бы ему не велели идти перекусить. Потом Дэйв показывал им дом.
— Нам не хватит времени, чтобы все здесь полностью осмотреть, — сказала девушка.
— Мама будет рада показать вам старое крыло и мансарду, а я покажу, сколько успею.
Он взял ее за руку и вместе с мальчиком и собакой повел по галерее, открывая одну дверь за другой. Несколько лестниц вели в заднюю часть дома. Они переходили из комнаты в комнату, одна лучше другой. Наконец Дэйв взглянул на часы.
— Мне пора. Но есть еще одна комната, которую я бы хотел вам показать. — Дэйв вернулся в галерею и открыл двустворчатую дверь. Комната выходила в сад, а три окна были задрапированы парчой пастельных тонов. Два высоких шкафа и большое трюмо стояли у стены. Мебель была сделана из какого-то дорогостоящего дерева и с инкрустациями. Но самое главное, в центре комнаты находилась огромная кровать с пологом на четырех столбиках. Томми восхищенно пробормотал:
— Это комната для королевы.
Браун кивнул, не сводя глаз с Шейлы.
Вскоре после этого он уехал. Гости пообедали вместе с миссис Браун, прогулялись до деревни и взглянули на озеро. Салли то догоняла их, то уносилась далеко вперед, и Том бегал за ней, совершенно счастливый. Когда вернулись домой, Джеф пригласил мальчика на кухню посмотреть, как готовит Анна, а Шейла с хозяйкой осмотрели оставшиеся комнаты. В большинстве из них никто не жил, лишь часть занимали Джеф и Анна, да еще две служанки. Миссис Браун подробно рассказывала обо всем.
На этой кровати спал еще прапрадед Дэйва, это кресло и бюро привез из Индии его дед, а вот этот гарнитур красного дерева — из ее приданого… Сейчас здесь тишина и некоторое запустение, но когда собирается вся семья вместе, то приходится нанимать еще прислугу, чтобы вычистить, привести в порядок и эти комнаты. Потому что всем едва хватает места. Приезжают две сестры Дэйва с мужьями и детьми, еще двоюродные братья с семьями. Тогда в доме становится шумно и весело. Но, увы, это бывает так редко! Последний раз, кажется, года три назад. Что делать? Время такое, разбрасывает людей по разным странам. Старшая дочь сейчас живет во Франции, младшая — в Голландии. Вот и пустует родовое гнездо. Одна надежда — Дэйв обзаведется наконец семьей и поселится здесь. Этот дом он любит больше всех нас.
Шейле все было интересно. Одно вызывало грусть: с ними не было Дэйва. Но завтра, сказала она себе, я проведу с ним целый день!
Они проснулись рано, выглянули в окно. Стояло чудесное утро, но дул легкий ветерок, и на горизонте виднелись облака. В саду Дэйв гулял с Салли.
— Я бы с ним поехал, если бы он меня взял, сказал мальчик.
Я бы тоже, подумала Шейла и поспешила одеться, чтобы быть готовой к его возвращению с прогулки.
Дэйв весело пожелал им доброго утра, заметив, что на улице прохладно, лучше одеться потеплее. А после завтрака предупредил: уезжаем через десять минут.
— Вы не передумали? — спросила девушка. — Я имею в виду, взять нас с собой…
— Буду очень рад вашей компании, но не задерживайте меня.
Он высадил их на тихой городской улочке, объяснив, где находятся магазины, и наказав быть тут же через три часа.
— Только не пытайтесь забраться на колокольню, там почти пятьсот ступенек. У вас есть с собой деньги?
Шейла полезла в сумочку за кошельком, но Дэйв уже протянул ей несколько банкнот. Заметив ее попытку отказаться, сказал:
— Не будьте глупенькой, вернете мне позже. Вам придется выпить кофе и покормить Томми. — Он сел в машину и уехал.
— Как мне нравится быть с ним, — произнес мальчишка.
— И мне, — ответила девушка.
Они таки забрались на колокольню, затем прошлись по магазинам. Забрели в кафе, выпили кофе и молочный коктейль и, поскольку сейчас это можно было себе позволить, Шейла купила миндальные пирожные. Она пересчитала деньги, прикидывая, сколько может потратить. И они решили купить подарки Полу и Бетси — каждому чашку с блюдцем из голубого фарфора, конечно, не из китайского, но все равно очень хорошенькие. Наконец они вернулись на место встречи с Дэйвом. «Бентли» уже ждал их.
— Как провели утро? — спросил Дэйв. — Хорошо? Сейчас быстро пообедаем и съездим еще кое-куда. А вот куда — это сюрприз.
В кафе он заказал омлет для себя и Шейлы и картофель-фри для Тома. Еще попросил кофе и апельсиновый сок. Мальчик съел свою порцию первым и с нетерпением ждал новой поездки.
Около тридцати миль «бентли» преодолел меньше чем за полчаса. Они проехали через какой-то городок. Браун остановил машину прямо у берега моря. Это действительно было сюрпризом для Шейлы и мальчика.
— Я пробуду здесь в больнице час с небольшим. Вы погуляйте вдоль побережья, а через час возвращайтесь сюда.
Гулять девушке не хотелось. Она села на какую-то корягу, слушала шум моря, смотрела, как ребенок убегает от волн, собирает красивые камешки, Шейла была счастлива.
Через час к ним присоединился Дэйв. Спросил, понравился ли сюрприз, сказал, что пора возвращаться. В машине, как всегда, он почти не разговаривал с девушкой, зато подробно отвечал на все вопросы ребенка. То же продолжалось, когда они вернулись домой. Как ни странно, Шейла была ему благодарна за это. Ее попеременно бросало то в жар, то в холод при одной только мысли, что она могла выдать свои чувства. Тем же вечером, когда они после ужина сидели в гостиной, а Том уже спал, хозяйка заметила, что Шейла, должно быть, сегодня очень устала. Девушка ухватилась за это замечание и, извинившись, ушла к себе в спальню. Ей хотелось побыть одной!
Следующим утром они уехали. Миссис Браун поцеловала Шейлу на прощание и сказала, что будет рада видеть снова ее и малыша.
Путешествие домой они перенесли с легкостью. Остановились на той же станции обслуживания, чтобы Том смог съесть яйцо и чипсы, пока Шейла пила кофе с сандвичами. Перед тем как снова сесть в машину, Браун позвонил Полу, предупредил, что скоро они будут дома, попросил приготовить ужин. Они с Томом завели бесконечный разговор, лишь изредка спрашивая Шейлу о чем-то, так что она могла остаться наедине со своими мыслями, хотя так и не решила ни одну из своих проблем.
Пол и Бетси очень тепло их встретили, приготовили просто королевскую трапезу: коктейль из креветок, бифштексы с картофельным пюре и молодой брюссельской капустой, а на десерт — один из знаменитых яблочных пирогов старой леди. За ужином Бетси буквально засыпала их вопросами, и девушка тотчас забыла обо всех своих проблемах, подумав: это здорово, что они вот так сидят все вместе, с Дэйвом во главе стола. Тем неожиданнее прозвучали слова гостя:
— Ну что ж, нам пора, Пол. Ты готов?
— Пора? — спросила Шейла. — Вы сейчас собираетесь в Лондон?
— Мне нужно завтра на работу.
Ей хотелось сказать ему что-нибудь ласковое, особенное на прощание, но не было для этого возможности, — рядом сидел Том. Да и что она могла бы сказать, кроме стандартных слов благодарности?
— Я рад, что вам понравилась поездка, хотя и очень короткая. В следующий раз мы там пробудем подольше.
— Следующего раза не будет, — сказала Шейла отрывисто, совершенно забыв о мальчике.
— Но, тетя Шейла, почему не будет? Мне так понравилось путешествовать с мистером Брауном…
— Он очень занят, дорогой. Я уверена, у него мало времени для… для.
— Для его друзей? — спросил Дэйв. — Для тех, кого он любит? Вы ошибаетесь, дорогая. Для них у него всегда найдется время.
Девушка стояла и смотрела, как мужчины садятся в машину, как «бентли» тронулся, стал удаляться и наконец скрылся из виду. Только тогда она осознала: Дэйв с ней не попрощался. И решила, что вполне заслужила это.
Дни побежали как и прежде. Том ходил в школу. И теперь пора было задуматься о поисках работы. Когда девушка спросила Бетси о сроках свадьбы, та ответила невразумительно:
— Ну, Шейла, все зависит…
— От чего, Бетси?
— От одной вещи. И от другой… Я не собираюсь стоять у алтаря со сломанной ногой! Кстати, в пятницу мне наложат новый гипс. Мистер Браун разрешил Полу взять машину и отвезти меня. Какой милый джентльмен! Пол будет здесь около девяти. Ты одна справишься?
— Конечно, — грустно сказала Шейла. Скоро они с Томми вообще останутся одни.
Бетси, дорогая Бетси, которая всегда делила с ней беды и несчастья, выходит замуж. У нее будет своя жизнь, у них — своя. Надо завтра просмотреть все газеты, где есть объявления о работе. Она уже просчитала до пенни, сколько нужно денег, чтобы содержать себя и Тома. Можно кое-что продать. Ну, конечно, они выкарабкаются.
— Вы будете жить в доме мистера Брауна, когда поженитесь? Там хорошо. Тебе понравится.
— Поживем — увидим, — загадочно ответила Бетси.
В пятницу приехал Пол, пожелал всем доброго утра и, когда девушка отвернулась, поцеловал Бетси. Затем помог больной сесть в машину и увез ее. Шейла надела пальто и пошла на главную улицу за газетами. Скупила все, какие нашла, принесла домой и начала просматривать объявления. Подходящих было немного. Нужен кассир в супермаркет, распространитель рекламных буклетов, сиделка для старой леди. Требовался человек для выгуливания двух собак, дважды в день, молодая девушка для рекламы нового сорта маргарина. Шейла начала писать по всем адресам. Работа, любая работа была ей необходима. Если повезет, то можно будет найти сразу в двух местах.
Девушка писала уже третье письмо, когда кто-то постучал в дверь. Она не успела встать, как дверь открылась, и вошел… Браун.
— Не может быть, — тихо вымолвила Шейла. У нее перехватило дыхание, сердце готово было выпрыгнуть из груди. — Как вы сюда Попали?
Дэйв закрыл дверь, запер ее, положил ключ на стол и взглянул в прекрасные серые глаза.
— На машине. Если бы ее не было, я бы дошел пешком.
— Пешком? От Лондона? Зачем?
— Затем, что хотел увидеть тебя, и ради этого готов прийти пешком хоть с другого конца света. Даже если бы я не был уверен, что меня примет… некая упрямая тупоголовая девушка.
Он скинул со стола газеты и притянул Шейлу.
— Я взял тебя с собой в поместье, потому что намеревался предложить тебе руку и сердце в моем родном доме. Но ты была там так сдержанна. Почему?
Она подняла на него счастливые глаза.
— Я думала… Ну, я только что обнаружила… Я имею в виду…
Браун счел этот ответ удовлетворительным, крепко прижал девушку к себе и поцеловал.
— Я не тупоголовая, — прошептала Шейла, — и не упрямая.
— Нет-нет, мое сердечко. Ты выйдешь за меня замуж?
— Да, — ответила девушка. — Правда, что я твое сердечко, Дэйв?
— Навсегда, любовь моя!
— Ты поэтому и подарил мне так много?
— Поэтому. А что подаришь мне ты?
Девушка зарделась.
— А что бы ты хотел?
Счастливый влюбленный рассмеялся:
— Когда-то мне так хотелось получить поцелуй цветочницы, но той девушки больше нет. Есть моя невеста, а потом и жена, мать моих детей.
Шейла смахнула непрошеную слезу, крепко прижалась к любимому и поцеловала его…
Внимание!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.
Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.