Алистер Кроули пришел не на пустое место. Скорее наоборот — почва была и еще какая. В конце XIX — начале ХХ века в Европе и Америке интеллектуальные круги были увлечены оккультными идеями. Впрочем, мода на Тайное знание была лишь частью другого, более широкого поветрия. Все искали Новое знание, которое кардинально изменит мир.

Конец XIX века — это время бурного, взрывного развития науки. Нам, как-то уже привыкшим к тому, что чуть ли не каждое десятилетие возникают разные технические новинки, трудно понять сдвиг в психологии тогдашних людей. В самом деле, в течение жизни одного поколения появились чудеса техники, без которых невозможно представить сегодняшнюю цивилизацию. Телеграф, телефон, электрическое освещение, а позже — автомобили и авиация. Наука перла семимильными шагами — и казалось, что нет проблем, которые она не смогла бы решить. При этом отрицательные стороны технического прогресса еще не проявились. Тогда еще не знали слов «чернобыльская зона», «Фукусима». С неба не лились кислотные дожди, а в больших европейских реках еще ловилась рыба. Казалось, ученые смогут все! Вспомним, к примеру, щенячий восторг перед наукой сверхпопулярного тогда Жюля Верна.

Научное мышление по своей природе рационалистично. Неудивительно поэтому, что мысли многих стали занимать идеи переустройства мира на рациональной основе. Самый яркий пример тому — модный в те времена марксизм. Который, как казалось, давал ответ на все насущные вопросы.

Неудивительно, что позиции религии пошатнулись. В новой картине мира места для Бога не находилось. Религия казалась чем-то отжившим, достоянием прошлого века. Причем, как это обычно водится, главными поклонниками науки были как раз не ученые, а те, кто крутился где-то около. Хрестоматийный пример — русские нигилисты, ряды которых пополнялись, прямо скажем, не слишком образованными людьми. Они парадоксальным образом сделали науку новым символом веры. Рационализм в этом случае становился выхолощенным и убогим. Вспомните знакомый со школьной скамьи образ Базарова. Тургеневский проповедник новых идей — человек не слишком умный, не особо образованный, но зато обладающий невероятным апломбом.

Если есть действие, то неизбежно и противодействие. Среди тогдашних интеллектуалов нашлось достаточно людей, которых рационализм нового времени решительно не устраивал. Претензий было много, но главная, повторяемая на разные лады — новейшие тенденции развития общества ведут к «измельчанию», нивелировке человека. Не слишком утрируя, можно сформулировать так: прогресс ведет к торжеству самодовольного обывателя, которому ничего не интересно, кроме своих микроскопических личных интересов. Наступает эра самодовольных посредственностей и всеобщей серости.

В любом обществе достаточно людей, которые претендуют на то, что являются интеллектуальной элитой. Которых хлебом не корми — только дай им сознание, что они не такие, как все, что они гораздо выше «серой толпы». Причем совершенно неважно — оправданны эти претензии или нет. Всегда ведь можно придумать такое измерение, в рамках которого ты будешь «самым-самым».

Вот к примеру. Автор этих строк в середине восьмидесятых годов много общался с нашими российскими хиппи. По большей части эта публика была весьма убога в интеллектуальном отношении и очень малообразованна. Все их мировоззрение составляли два десятка банальностей, взятых из третьих рук. Кроме того, хиппари откровенно коптили небо, не желая ничем заниматься. Но — они совершенно искренне считали себя «солью земли», стоящими выше «цивилов», обычных людей. А почему? А так! Считали, и всё.

Так вот, и тогда, и сейчас одним из измерений, в котором можно почувствовать себя выше серой толпы, и был оккультизм. Впрочем, дорогу в массовое сознание ему расчистил чисто светский философ, никогда не претендовавший на обладание «тайным знанием», — Фридрих Ницше.

Часто ницшеанство понимают несколько упрощенно, как проповедь морали бандита-беспредельщика. Дескать, я творю, что хочу, а если кому это не нравится, то тем хуже для него. На самом деле подобные светлые мысли задолго до Ницше высказывал другой немецкий мыслитель, идеолог анархо-индивидуализма — Макс Штирнер. Именно его идеи вдохновили Достоевского на роман «Преступление и наказание». Но в массах интеллектуалов такая трактовка не покатила. Хотя бы потому, что попытки практической реализации подобных философских положений весьма чреваты. Рожу набьют или в тюрьму посадят. У Ницше-то все сложнее. Понятие «сверхчеловека» можно понимать и в духовном смысле. Собственно, это и зацепило широкие массы тех, кто претендовал на свою исключительность. Ницше, без сомнения, великий поэт, красиво и образно озвучил мысль, которая приятно шевелилась в головах у многих. Если я осознаю себя сверхчеловеком, значит, я таким и являюсь. Мне доступно понимать то, до чего «быдло» додуматься не в состоянии. По сути, это честная и последовательная проповедь аристократизма. Ничего особо нового в этом не было. Сколько существовали дворяне, столько среди них находилось теоретиков существования узаконенной элиты. Новое проявилось в том, что элитой теперь мог провозгласить себя каждый, а не только тот, кто имел подходящую родословную. То есть провозгласить-то можно было и раньше. Но теперь Ницше обаянием своих книг эти претензии канонизировал.

Мотивация Ницше становится понятна, если вспомнить общество, которым он восхищался, считая его чуть ли не идеальным. Ницше по специальности являлся преподавателем античной философии и литературы, его идеалом была «книжная» Древняя Греция. Именно книжная, а не реально-историческая, в которой дерьма было не меньше, чем в любой другой цивилизации. Но что представлял собой этот самый идеал? До сих пор романтики повторяют, что Греция была родиной гуманизма. То есть человека греки уважали во всех его проявлениях. Это так. С одним небольшим дополнением. Да, в Древней Греции провозглашался и претворялся в жизнь принцип «все для человека, все ради человека». С одной маленькой поправкой — понятие «человек» в те времена принципиально отличалось от нынешнего. К примеру, в Афинах эпохи Перикла — золотого периода этого города — человеком считали только афинянина. А гражданин соседнего полиса (города-государства) был уже не совсем человеком. Не говоря уже о рабах, которых в Афинах на двадцать тысяч свободных граждан было сто тысяч. Эти вообще числились «говорящими животными». Так что нацизм — это вообще-то гуманизм по-древнегречески.

Практическое приложение ницшеанских идей было различным. Так, большим поклонником немецкого философа был террорист Борис Савинков. Как, впрочем, и многие его партайгеноссе — и боевики других экстремистских структур. Политические программы эсеров, анархистов и максималистов были им глубоко безразличны. Им нравился сам процесс борьбы, в которой они чувствовали себя титанами, стоящими по ту сторону добра и зла.

Но, повторюсь, такой путь был не каждому по зубам. Виселицей и каторгой от него пахло. А просто болтать, повторяя ницшеанские максимы, становилось уже банально. И тут на помощь пришел оккультизм.

Массовая мода на оккультизм расцвела почти одновременно с модой на ницшеанство. Она возникла независимо — но из того же корня.

Вообще-то оккультизм существовал столько же, сколько и христианство. Да и причины его возникновения те же — «сумерки богов», глобальный кризис язычества в тогдашнем цивилизованном мире. Одним из форм преодоления духовного застоя как раз и было христианство. Но в свой ранний период оно диктовало полное отречение от наследия прошлого. Христианство, по сути, являлось революцией в духовной сфере. А революционеров всегда слегка заносит… Потом-то все устаканивается.

Кое-кому казалось — это чересчур. Было обидно бросать существовавшие магические знания. А их было много. В дохристианском Древнем Риме существовала полная свобода вероисповедания[1]. Здесь сошлись многие традиции. В том числе многих «любителей странного» завораживала изощренная, отточенная веками мистика Древнего Египта.

Так вот, секты гностиков, а после и герметические секты, в течение пяти первых веков нашей эры пытались свести в систему то из мистического наследия прошлого, что казалось им ценным. То пытаясь увязать все это дело с христианством, то от него отталкиваясь. В результате возникла довольно стройная система представлений. Все религиозные системы представлялись лишь «попсовым» отражением истинного знания, к которому надо подобраться. С победившим христианством такой подход не сочетался по определению.

Собственно говоря, от этого-то и отталкивались все те, кто ступил на скользкую дорожку путешествий в запредельное.

Потом все это как-то заглохло. Но основа была заложена.

Очередное возрождение магии в Европе началось в XIX веке. Связано оно с именем Элифаса Леви. Настоящее имя этого человека было Альфонс Луи Констан, он родился в 1810 году в семье сапожника. Отец был беден, и детство у парня получилось тяжелым. Однако мальчик рос очень умным и способным, поэтому папа решил поставить его на единственный путь, который вел тогда из простонародной среды к умственному труду, — отдал учиться на священника. Уже в семинарии Леви увлекся сначала оккультизмом, а потом и магией. Преподаватели такого интереса отнюдь не поощряли, в итоге все кончилось тем, чем и должно было — Леви с треском вышибли из учебного заведения. Пришлось зарабатывать на жизнь лекциями по оккультизму для любителей этого дела. То, что Леви не умер с голоду, свидетельствует о том, что таких любителей имелось уже достаточно много. Напомним, что именно в те времена стремительно росли ряды масонских лож, пополнявшихся тоже за счет жаждущих таинственного. Впрочем, жил Леви очень скромно. Богатства оккультные занятия ему не принесли.

Выглядел специалист по магии колоритно — это был крупный полный человек с огромной окладистой бородой. Одевался он очень неряшливо, отличался большой любовью покушать, причем мог съесть невероятно много. В 1856 году он выпустил фундаментальный труд «Доктрина и ритуал трансцендентальной магии», от которого потом отталкивалось последующее поколение оккультистов.

В этом и последующих трудах Леви делал отчаянные попытки совместить христианство и оккультизм. Получалось это как-то не слишком.

А вот перед мировым сатанизмом у него есть несомненная заслуга. Он ввел в обиход магов два символа, которые сатанисты используют до сих пор. Прежде всего, это самый известный современный сатанинский знак: перевернутая пентаграмма. Два направленных вверх луча символизируют козлиные рога.

Второй знак менее известный, но его тоже охотно применяют современные черные маги — перевернутое имя Иеговы на иврите.

Вообще-то Леви был типичным теоретиком. Сидел себе, мусолил старые фолианты и читал лекции. Но именно этим он оказал последующим поколениям оккультистов огромную услугу — перелопатив эти старинные тексты, изложив их человеческим языком и — главное — указав, «что где лежит». Ведь чтобы разобраться во всей этой чертовщине, нужна колоссальная усидчивость. Любой, кто копался в старинных фолиантах, знает, каково это — перелопачивать подобные издания. А продолжатели его дела отнюдь не стремились рыться в библиотечной пыли. Они хотели всего и сразу. Леви дал им основополагающий труд, от которого, как от печки, можно было начинать магическую пляску.

Практический магический опыт у Леви был всего один. В 1854 году он попытался вызвать дух языческого философа и мага Аполлония Тианского.

Дело было в Лондоне. Кроме Леви в эксперименте принимала участие женщина, которая в записках оккультиста фигурировала как «подругой сэра В. L.». А происходило это так…

Все это описано со слов Леви. Замечу, что сам оккультист к полученным результатам отнесся очень критично. Он не поверил, что явившийся к нему тип был и в самом деле тем, кого он вызывал. И не делал никаких далеко идущих выводов. «Я не пытаюсь объяснить физические законы, которые позволили мне видеть и осязать это; я утверждаю только то, что видел его отчетливо и ясно, не во сне, а наяву, а этого довольно, чтобы подтвердить подлинную действенность магических церемоний. …Тем, кто намеревается посвятить себя подобным опытам, я советую соблюдать величайшую осторожность: они влекут за собой упадок сил и зачастую вызывают потрясение, грозящее болезнью»

В научных терминах это звучит так: мы имеем некий результат, но интерпретировать его мы не в состоянии. И вообще — не зная брода, не суйся в воду. И не стой под стрелой.

Как мы увидим дальше, такая добросовестность для магов является скорее исключением. Последователи Леви были куда развязнее, рекламируя результаты своих опытов. Да и на предупреждения об опасности таких развлечений последователи внимания не обращали.

Забавно, что Леви умер в том году, когда на свет появился Алистер Кроули.

В этой цитате видный современный российский православный публицист честно говорит о причинах кризиса христианства. В самом деле, «рационализация» христианства пользы ему не принесла. Хотя бы потому, что на этом поле материализм и атеизм были сильнее. Если религия — всего лишь набор нравственных правил, то, как казалось в конце XIX века, не проще ли отбросить устаревшие «костыли»?

Но ведь, с другой стороны, многие люди не могли смириться с чисто материалистической картиной мира. К мысли о том, что человек приходит из пустоты и уходит в пустоту, привыкнуть трудно. А может, и вовсе невозможно. Настоящих атеистов в мире не так-то и много. Недаром даже марксизм, претендовавший на то, что является цельным материалистическим мировоззрением, довольно быстро превратился в своеобразную квазирелигию. Так уж, видимо, устроены люди. И вот в самой что ни на есть рационалистической стране (где и религия соответствующая), Северо-Американских Соединенных Штатах, бурным цветом стал расцветать спиритизм. Напомню, что это «учение» о возможности общения с обитателями потустороннего мира. Точнее — о вызовах духов и беседах с ними. Я не зря взял слово «учение» в кавычки — очень уж оно убого во всех отношениях. Как в смысле теоретического обоснования, так и в его практических результатах.

Но ведь им увлекались отнюдь не глупые люди! Очень уж хотелось верить, что ТАМ что-то есть. А точнее — что человек продолжает существовать после своей физической смерти. В рай и ад люди уже верить перестали. Загробный мир, описанный в «Божественной комедии» Данте, уже не внушал доверия. Для сравнения: многие современники Данте были твердо уверены: он и в самом деле ТАМ бывал. Для них описанное великим поэтом было вполне убедительно.

Но все-таки развлечения спиритов, когда некие духи говорят с того света глупости и банальности, устраивали не всех. И тогда возник интерес к Востоку.

До этого западные люди смотрели на восточные культуры с надменностью колонизаторов. Дескать, живут там какие-то дикари по диким обычаям и поклоняются омерзительным идолам. К середине ХIX века, к примеру, индийская культура была уже достаточно изучена — но никому из ученых-индологов не приходило в голову воспринимать индуизм или буддизм как новое откровение. И вот тут-то ситуация начала меняться. Среди просвещенных европейцев (точнее, считавших себя таковыми) стало складываться преставление о Востоке как о мире, который несет в себе некое знание, неизвестное и недоступное «белым людям». Стало резко увеличиваться количество научно-популярных книг, посвященных индийской и китайской культуре. Но поворотный момент наступил с появлением в 1888 году книги Елены Блаватской «Тайная доктрина».

Автор ее была своеобразной женщиной. К науке они никакого отношения не имела. Да и вообще более всего к ней подходит определение «авантюристка». В биографиях Блаватской отмечается, что она много путешествовала по разным экзотическим странам, где и приобрела тайные знания. Правда, здесь мы сталкиваемся с тем же, с чем впоследствии и у Алистера Кроули, — с тем, что Блаватской во всем приходится верить на слово. А если верить — приходится рассчитывать меру этой веры. Так, Блаватская рассказывает, что она принимала участие в войне за объединение Италии на стороне Гарибальди. Что делала интеллигентная дама средних лет у Джузеппе Гарибальди, чьи отряды более всего напоминали армию батьки Махно? Да, скорее всего, ничего не делала. Приехала к Гарибальди, который был заинтересован в формировании положительного мнения о себе в Европе — а потому и не таких визитеров терпел. Потусовалась, да и отбыла. Ну не ходила же она в атаку, в самом деле! Но до конца жизни Блаватская говорила, что «воевала». Вот так и со всем прочим. В том числе и с путешествиями по Востоку.

То есть где-то там Блаватская болталась. Но вот где? Никаких карт и описаний маршрутов она не оставила. А ведь на самом-то деле и Египет, и Индия, точнее, крупные города этих стран, которые она навестила, в то время были уже достаточно цивилизованными местами, куда шатались все кому не лень. Не зря ведь злые языки утверждают, что на самом-то деле она никуда дальше Каира и Мадраса не совалась. Благо в те времена спортивный туризм еще только зарождался. Поэтому про экзотику труднодоступных районов можно было нести любую чушь.

Чем, собственно, Блаватская и занималась. Первая ее книга, напечатанная в 1873 году, называлась «Разоблаченная Изида» («разоблаченная» в смысле «без покровов»). Здесь речь шла о Египте. Это было достаточно бессвязное, но очень эмоциональное обличение бездуховности западной цивилизации, о том, западный мир утратил свои корни. Вот то ли дело Восток и его религии… С тех пор на подобную тему написаны тысячи томов, так что подробно пересказывать содержание этой книги нет смысла. К тому же ученые, ознакомившись с трудом Блаватской, заявили, что для написания подобного опуса незачем тащиться в Северную Африку. Достаточно проштудировать популярные работы по египтологии и оккультизму. Что она, скорее всего, и сделала. Причем, как установили ехидные исследователи, в частности В. Е. Коулмен, пользовалась самыми попсовыми книжками — то есть знаниями, взятыми даже не из вторых, а в лучшем случае из третьих рук. А то и из пятых. Блаватская добросовестно собрала всю имеющуюся там «клюкву» и добавила к ней свою собственную.

Более интересным было ее второе творение — «Тайная доктрина». Свет истины в ней от египетских пирамид переместился подальше от нудных ученых — в Гималаи. В этой книге Блаватская утверждала, что в одном из подземных буддийских монастырей она получила доступ к некой книге «Строфы Дзиан» — самой древней книге в истории человечества, где была сказана «вся правда». Все об истории мироздания, Земли и человечества. Сами «Строфы Дзиан», понятное дело, никто, кроме нее, не видел. А как же иначе. «Тайная доктрина» же представляла собой как бы комментарии к этому самому древнему тексту.

С комментариями, правда, тоже вышло не все гладко. Так, к примеру, Блаватская решительно не понимала разницы между индуизмом и буддизмом — и частенько путала эти религии. Представьте, к примеру, некого автора, который в своей книжке приписывает Магомету Нагорную проповедь. Между тем у христианства и мусульманства гораздо больше общего, нежели у буддизма и индуизма. У двух последних религий принципиально РАЗНЫЕ цели.

Тут я немного отвлекусь. Многие современные люди усвоили «разлитую в воздухе» мысль о том, что все религии, по сути, проповедуют одно и то же — а разница лишь в интерпретации вечной истины разными народами и культурами. Это не так. Внешняя похожесть вызвана сознательной или бессознательной «подгонкой» непривычных идей под привычные мерки. У христиан Ад — у древних греков Аид. Похоже? Но ведь у греков в безрадостное царство мертвых отправлялись все — праведники и злодеи, герои и трусы. А пантеон скандинавских богов известен нам по художественной переработке древних саг исландским поэтом Снорри Стурлусоном (1178–1241), который был христианином.

Но вернемся к Блаватской. Возможно, не все она сама выдумала. Один мой приятель, разочаровавшийся оккультист, много бывавший на буддистском Востоке, высказал такую версию. У буддийских монахов очень своеобразное чувство юмора. К тому же они с откровенной насмешкой относятся к европейцам, возжаждавшим вот так, за здорово живешь, познать «мудрость Востока»[3]. Поэтому если взбалмошная туристка посетила какой-нибудь буддийский монастырь, ей могли наплести что угодно. Навешать лапши на уши у служителей Будды не считается зазорным. Они полагают: умный поймет, а дураку так и надо.

Итак, с точки зрения науки писание Блаватской представляло собой бред сивой кобылы. Но, как это всегда бывает, скучные заявления ученых никакого значения не имели. Кого и когда это волновало! Сейчас, к примеру, любой специалист по истории религии объяснит, что так называемые «кришнаиты» никакого отношения, кроме экзотического антуража, к индийской традиции не имеют. Как, впрочем, и другие «индийские» секты. Недаром в Индии на адептов этих учений смотрят как на лохов, как на дойных иностранных коров. Но кого это волнует! Дураков в сари на наших улицах меньше не становится.

Вот так же было и в случае с Блаватской. Ее писание имело успех, несмотря на то, что читать его очень трудно. От обилия туманных слов, начинающихся с большой буквы, в глазах рябит. Запад с аппетитом проглотил эту книжку. Главной приманкой стала идея реинкарнации — переселения душ. Причем понято это было так, как иронично определил Высоцкий:

Самое-то смешное, что по индусским представлениям реинкарнация является тяжкой ношей, проклятьем человека. Правоверный индуист, если ему сказать, что ему суждено вечно перерождаться, будет в ужасе. В том-то и смысл индуизма, чтобы, ведя праведную жизнь, после ряда перерождений в конце концов вырваться из круга Сансары и слиться с божественным Абсолютом. А в буддизме идеи реинкарнации как таковой нет вообще.

Но… То ли первые популяризаторы восточных учений чего-то недопоняли, то ли, что вероятнее, намеренно затушевали эту тонкость. А последующие уже точно знали, куда дует ветер. Потому что западной публике по нраву пришлось именно то, что душа бессмертна. Что она снова и снова будет появляться на свет в разных телах. Потому как в Царство небесное веры не осталось, а тут нарисовалась такая заманчивая перспектива… В этом смысле очень показателен роман Джека Лондона «Смирительная рубашка», набитый самыми дикими домыслами на тему реинкарнации. Данный автор переболел всеми модными увлечениями своего времени — причем в самых «попсовых» их вариантах. Прочитайте этот роман — очень смешно.

Что же касается «великих учителей» типа Блаватской и всех остальных… Идея реинкарнации, кроме всего прочего, для проповедников была удобна тем, что она позволяла им объявлять себя новым воплощением кого угодно из духовных лидеров прошлого. Чем до сих пор балуются все кому не лень. Вспомним печально известное «Белое братство» с Мариной Цвигун, объявившей себя Марией Дэви Христос. Или не менее скандальную контору Виссариона, тоже провозгласившего себя новым воплощением Христа.

Впрочем, впоследствии Блаватская все же учла критику. Она дистанцировалась от слишком уж изученной Индии и обратилась к Тибету. Благо эта страна была в то время почти не изучена. Там она, по ее словам, проникла в Шамбалу, недоступную для простых смертных страну, где обитают Великие Посвященные, которые управляют миром. Они, разумеется, просветили Блаватскую. С тех пор она утверждала: ее книги — это своего рода автоматическое письмо, откровения свыше. А значит — критика неуместна. Ей лучше знать. Из откровений Блаватской забавны подробные описания жителей Венеры, которые умеют летать. Ведь в те времена до полетов в космос было далеко. Так что проверить, как там живут венериане, было невозможно. Сегодня об этих фантастических венерианах ее последователи предпочитают не вспоминать.

Кстати, в эту самую Шамбалу до сих пор шастают разнообразные проходимцы, которые, вернувшись, рассказывают всякие сказки доверчивым простакам. Последняя «экскурсия» состоялась лет десять назад. Группа российских энтузиастов заявила в печати, что она также проникла туда, куда простым людям вход заказан, где им поведали много интересного в духе «Тайной доктрины».

Интересно, что при нацистах СС потратило бездну сил и средств, чтобы попасть в Шамбалу и установить ментальную связь Берлин — Гималаи. Немцы — обстоятельные ребята, и работали они на полном серьезе. Но как-то ничего не получилось. То ли рылом не вышли, то ли ничего там нет…

Пересказывать учение Блаватской нет ни места, ни желания. Это слишком далеко выходит за рамки данной книги. Остановлюсь на том, что имеет непосредственное отношение к теме.

Блаватская заложила прочную традицию «откровений». После нее можно было лепить любую чушь и дичь — никто уже не придирался к тому, что это как-то не вписывается в традицию — пусть даже оккультную. Главное — убедительно завернуть. И еще в придачу — найти некоторое количество тех, кто будет на всех углах кричать о твоей гениальности. И успех обеспечен.

Из теоретического багажа Блаватской для нашей темы интересна теория циклов. Это достаточно перевранное заимствование из индуизма. Все слышали с экранов телевидения о наступающей в новом тысячелетии «эре Водолея». На самом-то деле с точки зрения классической астрологии эта эра должна наступить аж через двести лет. Но так долго ждать скучно, так что ее слегка приблизили.

А суть дела вот в чем. Наступление нового цикла несет с собой обновление человечества. Произойдут разные потрясения — а потом все станет хорошо. Насупит новая эра. В которой главными будут посвященные. А остальные? А им не повезет. Согласно одним теориям, они просто вымрут, согласно другим — станут рабами посвященных. Эта идея очень понравилась большому поклоннику Блаватской, милому парню по имени Адольф Гитлер. Он-то как раз мнил себя Великим Посвященным и попробовал на практике осуществить идею обновления человечества. Результаты впечатляют.

И, наконец, самое главное. Появление Блаватской — начало эпохи «коммерческого оккультизма». До этого данная область человеческой деятельности была подчеркнуто элитарной. Адепты тайных знаний варились в собственном соку и не особо высовывались. Им хватало общества друг друга. С «Тайной доктрины» началось время откровенного втюхивания и впаривания оккультизма широким массам. Нет, это не значило, что тезисы о «тайном учении» и «избранности» были отброшены. Но это было уже на уровне обычной коммерческой рекламы. Со всеми ее атрибутами: шумихой в газетах, лекционными поездками и так далее.

Однако Блаватская оставалась дочерью XIX века. К тому же свою первую книгу она написала в сорок два года. Все ее приключения и оккультная деятельность не выходили за рамки благопристойности. Единственный скандал, в который вляпалась Блаватская, произошел благодаря ее пламенным приверженцам. Они в один прекрасный день обвинили свою наставницу в мошенничестве и вынудили ее убраться из Мадраса (Индия), где функционировало ею же основанное Теософское общество. В этом, кстати, нет ничего необычного, если вспомнить, что до оккультизма она баловалась спиритизмом, где от разнообразного жулья просто прохода нет.

А вот Алистер Кроули был представителем уже нового века. Он не только не избегал скандалов — он всячески их провоцировал не только своими идеями, но и личным поведением, которое не лезло ни в какие рамки.

Алистер Кроули родился 12 октября 1875 года в небольшом городе Лемингтон-Спа, графство Уорвикшир. Впрочем, в детстве он носил менее звучное имя Эдвард Александр. Как и положено будущему апологету оголтелого аристократизма, происходил он отнюдь не из графьев. Впрочем, и не из народа он вышел. Отец будущего мага был преуспевающим пивоваром, а следовательно — весьма зажиточным человеком.

Правда, впоследствии детство Кроули вспоминал без особой радости. Скорее наоборот. Дело в том, что родители будущего оккультиста принадлежали к там называемым Плимутским братьям. Это религиозная организация, а точнее, секта, являвшаяся одной из самых радикальных ветвей кальвинизма.

Кальвинизм, иначе пуританство — религия уже сама по себе мрачноватая и очень жесткая. Недаром её название стало нарицательным. Обычно под пуританством понимаются чрезвычайно строгие моральные нормы. Но дело не только в этом. Как известно, человек — существо сложное, и высокие морально-нравственные вершины по зубам далеко не всем. И это бы ладно. Но у пуритан, особенно у экстремистов вроде Плимутских братьев, на почве этого вечного противоречия между декларируемыми принципами и реальной человеческой природой бурным цветом расцвело совершенно запредельное ханжество. Особенно в Англии, где ханжество является чуть ли не национальной чертой характера. Главное, чтобы внешне все было благопристойно. И получается, что жизнь в такой среде пропитана ежедневной, постоянной ложью, которая становится чем-то привычным, необходимым, как воздух. О моральных принципах родителей Кроули говорит, к примеру, то, что его мать насмерть поссорилась со своей племянницей только потому, что у нее дома имелся экземпляр книги Золя. И ведь это был не «Нана», роман, который в те времена воспринимался многими в штыки и даже считался порнографическим, а всего лишь достаточно безобидный «Доктор Паскаль». Читать Золя у Плимутских братьев считалось безнравственным.

К тому же пуританство — пожалуй, одна из самых «бескрылых» религий. Рационализация христианства доведена тут до точки и до ручки. Мало того. Понятие свободы воли здесь отсутствует ВООБЩЕ. Все предопределено заранее. Человек уже родился «избранным» или не родился таковым. Выше головы не прыгнешь. А вот ниже — можно пасть. Богатство считается признаком «избранности», а работа, в том числе и бизнес — одной из форм служения Богу. Безусловно, в этом есть и положительные стороны (а в чем их нет!) — воспитание в подобном духе воспитывает трудолюбие. Недаром Макс Вебер впоследствии говорил о «протестантской этике» как о духовной основе процветания западной цивилизации. Но с другой стороны… Кальвинизм крайне подозрительно относится чуть ли не ко всем радостям жизни. Включая такие «суетные» развлечения, как театр, светская музыка, да и вообще любые развлечения. Работать, работать и работать! А нафиг? Так положено.

Конечно, подавляющее большинство кальвинистов являлись и являются нормальными людьми, которым ничто человеческое не чуждо. Но вот радикальные закидоны Плимутских братьев — это уже тяжелый случай. Как и у большинства сектантов, их центральной темой было то, что Апокалипсис стоит чуть ли не на пороге. Такое мировоззрение оптимизма не добавляет.

В принципе, какая перспектива у человека в свете такого мировоззрения? Корячься всю жизнь там, где ты очутился по рождению. Шаг вправо, шаг влево — побег. Твои склонности и желания никого не волнуют. Если твой отец варил пиво — так и продолжай его бизнес. А весь остальной мир отгорожен высокой стеной. Замечу, что, как и любые сектанты, Плимутские братья старались общаться только со своими, заключали браки внутри секты и так далее. А мирок-то — с гулькин нос! Уже кальвинисты являлись в Англии религиозным меньшинством. А Плимутские братья были, так сказать, меньшинством внутри меньшинства. Скучно, господа…

В такой среде из людей получаются два типа — либо фанатики и ханжи, либо, напротив, отчаянные бунтари, которые, дорвавшись, строят свою жизнь с точностью до наоборот. Как мы увидим, Кроули принадлежал ко второму типу. Он старательно и упорно нарушал все заповеди, которые ему вбивали с детства. В том числе и не самые глупые. К примеру, среди пуританских моральных норм числится бережливость, переходящая в скупость. «Все в дом, и ничего оттуда».

А воспитанный пуританами Кроули имел исключительную способность проматывать деньги. По количеству пущенных псу под хвост своих и чужих капиталов (именно капиталов, а не просто денег) он может сравниться с каким-нибудь русским гвардейским офицером из помещиков. При этом он с легкостью транжирил не только то, что ему досталось на халяву, но и то, что зарабатывал сам. Что случается куда реже, чем швыряние тем, что получено от других. Кстати, большинство его «коллег» по оккультизму такими особенностями характера не отличались. Наоборот, они довольно успешно сколачивали себе состояния.

Но кое-что от Плимутских братьев в Алистере Кроули осталось. В частности — твердая вера в приближающийся Апокалипсис. Кстати, по одной из версий, впервые Зверем 666 Алистера назвала именно мамочка — в отчаянии, когда поняла, что сынок растет каким-то не таким.

Когда мальчику исполнилось двенадцать, отец Алистера умер от рака. Его мать все силы стала отдавать сектантским делам. До сына у нее как-то руки не доходили. Его отправили в частную школу Плимутских братьев в город Кембридж. Английские частные школы — вообще места специфические. Режим там очень жесткий, узаконена «дедовщина» и всеми методами воспитывается командный дух. Алистер же с раннего возраста был ярым индивидуалистом и дисциплины во всех ее проявлениях на дух не переносил. Тем более он не проявлял никакой любви к Плимутской братве и исповедуемым сектой религиозным принципам. Скорее наоборот. Так, к примеру, одной из любимых забав подростка было битье церковных витражей. Интересно, что в этом уже проявилась нелюбовь Кроули не к родной секте, а к христианству вообще. У кальвинистов витражей в храме нет и быть не может[4]. Значит, юный Эдвард ходил «на дело» к англиканским или католическим церковным зданиям. Приезжая на каникулы, Алистер Кроули тоже даром времени не терял. Первый сексуальный опыт у него случился в четырнадцать лет. Все вышло довольно банально: Кроули, заметив, что служанка строит ему глазки, без долгих рассуждений уволок ее в койку. А через два года Алистер чуть было не покинул преждевременно этот мир. В 1891 году он решил запустить фейерверк, который по мощности заряда больше напоминал бомбу. Случилось то, что и должно было случиться, — бабахнуло так, что Кроули потом шесть часов не могли привести в чувство. Возможно, контузия даром не прошла.

В 1895 году Кроули поступает в Кембриджский университет, точнее — в Колледж Троицы[5]. Это говорит о многом. Кембридж — один из двух (второй — Оксфорд) английских вузов, в которые в те времена требовались вступительные экзамены. И, надо сказать, экзамены серьезные. Кого попало в Кембридж не принимали. Следовательно, Кроули, несмотря на свое шалопайство, все-таки чему-то научился.

Но самое главное заключается не в этом. Обучение в Кембридже стоит очень дорого. Да и в средствах на личные нужды и прихоти Кроули во время своего студенчества не нуждался. В общем, складывается такое впечатление, что мамочка просто выпихнула его с глаз долой, чтобы не портил пейзажа. Пусть живет, как хочет, — только бы подальше от родного дома. Что, кстати, тоже очень характерно для ханжей. Выгнать из дома, проклясть, лишить наследства — это скандал. Что люди скажут? Уж лучше выпроводить по-тихому.

И Кроули начал жить. Да так, что небу стало жарко. Не очень понятно, когда он успевал учиться. Потому что все интересы находились за пределами учебных аудиторий. Кроули дорвался до веселой жизни и принялся оттягиваться в полный рост, наверстывая то, что упустил в скучном детстве. Он сблизился с богемными кругами, где очень быстро освоился и стал вести соответствующую жизнь.

Богема — она и в чопорной Англии богема. Со всеми отсюда вытекающими. А уж в те времена — вдвойне. На дворе пышным цветом расцветало декадентство. Оно ничем особенным не отличалось от того, что наблюдалось немного позже в России. Это было эстетство, превратившееся в некую разновидность извращения. Для английской богемы тех лет непререкаемым авторитетом был Оскар Уайльд. На этом стоит остановиться. Как говорят литературоведы, творческое наследие Уайльда составляет весьма небольшую часть от того фейерверка мыслей и идей, который он ежесекундно извергал. Это был своего рода человек-театр. Он олицетворял собою понятие «жизнь как произведение искусства». Это породило множество последователей. Причем Уайльд был сторонником «чистого искусства». В этом смысле жить «по-уайльдовски» означало не «быть кем-то», а «казаться кем-то». В театре актер, играющий героя, не обязательно должен быть таковым на самом деле. Его задача — убедить в этом зрителей. Вот это Кроули усвоил на всю жизнь.

А богема играла по мере сил. Все традиционные представления викторианской Англии старательно выворачивали наизнанку. Причем, как всегда бывает в околотворческой среде, все это доводилось до точки и до ручки. Тон задавали именно люди «около». Оно и понятно.

Кто что-то делает — те и делают. Хотя, возможно, и живут при этом весьма своеобразно. А вот окружение, не имея творческого потенциала, старается отличиться, доводя атрибуты образа жизни до абсурда. Вспомним, к примеру, более близкий нам пример — Сергея Есенина. Да, он пил и гулял так, что мало не покажется. Но он-то еще и прекрасные стихи писал. А сколько шумело по кабакам «есенинщины» — тех, кто ничем, кроме пьяных скандалов, не прославился.

В общем, среда, куда попал Кроули, была та еще. И он принялся весело жить. Благо деньги у него имелись, тратить он их мог не стесняясь. Что тут еще рассказывать? Жил весело, менял подружек, как перчатки. Уже тогда проявилась одна особенность Кроули, которая весьма поможет ему в жизни. Грубо говоря, бабам он нравился. Он и в самом деле отличался сильным влиянием на женщин. Они падали к ногам чуть ли не штабелями — и Кроули мог вить из них веревки.

Впрочем, женщинами дело не ограничивалось. В те времена в богеме хорошим тоном было спать и с мужчинами тоже. С «голубой» любовью, кстати (в пассивной форме), согласно некоторым сведениям, и был его первый опыт мистического откровения. Дело было в Стокгольме, куда его занесло во время богемных тусовок. Это его откровение благоговейно цитируют почитатели.

«Во мне проснулось знание того, что я вовлечен в магические намерения становящейся сознательной и требующей удовлетворения части моей натуры, которая до того момента была, по существу, скрыта от меня. Это был опыт ужаса и боли, сочетавшийся с определенным душевным дискомфортом, и в то же время он представлял собой ключ к наиболее чистому и святому духовному экстазу, какой только возможен».

Как утверждают злые языки, все произошло именно после первого в жизни пассивного гомосексуального опыта. Приобщился парень — и впал в экстаз. Что ж, оно бывает. Особенно если учесть, что Алистер стал экспериментировать с наркотиками. Впрочем, в тогдашней богеме в этом не было ничего необычного. Благо наркотики находились в свободной продаже. Морфий и кокаин можно было купить в любой аптеке. Да и с гашишем и опиумом никаких проблем не было. Наркомания еще была явлением, о котором знали только медики.

Справедливости ради стоит отметить, что Кроули занимался не только гулянками. Он довольно серьезно увлекался шахматами и даже числился среди «надежд поколения». Впрочем, это ничего не значит. Как много молодых людей подают надежды — и как мало их оправдывают. Более плодотворным было его увлечение альпинизмом. Тут он достиг серьезных успехов — довольно успешно лазил в Швейцарских Альпах. Правда, и тут его достижения несколько преувеличены. В одной из апологетических биографий мне довелось прочесть, что Кроули совершил в Альпах несколько первовосхождений. То есть поднялся на вершины, «на которых никто не бывал». Но дело все в том, что нехоженых вершин в Швейцарских Альпах просто не было. Да и быть не могло. Были нехоженые маршруты. Как мы увидим дальше, закончился его альпинизм уже совершенно запредельной мерзостью. Но это будет потом. Как бы то ни было, Кроули вел привольную богемную жизнь.

Довольно быстро он сообразил, что тусоваться в богеме просто так — это не стильно. Все-таки в этой среде тон задают люди, занимающиеся творчеством. Он начал пописывать стихи. Его творческая манера была откровенным подражанием Суинберну — поэту, который тогда был в большой моде. А вот содержание… Тут дело обстояло веселее. Это была эротика, переходящая в похабщину. Потом пошла проза, где была уже похабщина в химически чистом виде. Более всего манера Кроули как по форме, так и по содержанию напоминала маркиза де Сада. С одной разницей. Маркиз свои основные произведения написал, сидя за решеткой тюрьмы и дурдома. То есть это была фантазия арестанта. Творения Кроули куда реалистичнее. Он не только подражал де Саду в литературе, Алистер по мере возможностей пытался водворить его принципы в жизнь. Разумеется, в той мере, в какой это возможно в рамках закона. Кроули, кстати, ни разу за свою долгую бурную и развеселую жизнь не имел серьезных противоречий с уголовным законодательством. Он всегда знал, где остановиться.

Свои произведения Алистер Кроули печатал «за счет автора» в различных журналах, шикарных по оформлению, но тощих по тиражам, которые и жили за счет подобных поэтов. В 1898 году вышел его первый сборник стихотворений «Акелдама, место где похоронены чужаки. Философская поэма, написанная одним джентльменом из Кембриджского университета». Вышел и вышел, сенсации не вызвал. Ни форма, ни веселое содержание не произвели на современников особого впечатления. Мало ли выходит первых сборников молодых поэтов. Скорее всего, Кроули поступил с ним, как и большинство поэтов, выпустивших книжку за свой счет: что мог, раздал друзьям, приятелям, любовницам и любовникам. А что осталось — сложил дома на вечное хранение.

Итак, поэтические опыты надежд не оправдали. На этой стезе возможностей реализовать свои амбиции не предвиделось. А они, амбиции, имелись — и очень неслабые. Кроули был убежден, что он не такой, как все, а гораздо лучше. Как и многие тогдашние люди, вышедшие из среднего класса, особенно английского, он испытывал неимоверное почтение к аристократии и очень хотел быть в числе хоть каких-то избранных. Это желание, как уже было сказано, являлось одной из движущих сил, которые прямой дорогой вели людей в оккультные секты. Тем более что в те времена увлечение оккультизмом было для продвинутого молодого человека весьма престижным и довольно обыденным. У каждой эпохи свои дороги. Так, в середине восьмидесятых, в пору моей юности, обычный набор для физически крепкого молодого питерского нонконформиста составляли: альпинизм, «Сайгон», Рок-клуб. Тогда в Англии в моде был тот же альпинизм, поэзия и оккультизм в придачу.

Вообще-то кое-что о тайных науках он знал и раньше. В девятнадцать лет Алистер Кроули прочел «Разоблаченную Каббалу» Лиддела Мазерса, человека, с которым у него впоследствии будет связано много веселых минут в жизни. Эта книга являлась попыткой синтезировать Блаватскую и традиционную европейскую магию; представления о последней были почерпнуты у Леви. Вторым произведением на эту тему, прочитанным Алистером Кроули, явилась «Книга черной магии и соглашений» Артура Эдварда Уэйта — справочник по указанному в заглавии предмету, а по сути — все тот же переписанный Леви. Впоследствии, когда Алистер Кроули познакомился с авторами лично, о Уэйте он отзывался так:

Впрочем, за всю жизнь только об одном или двух своих знакомых Алистер Кроули отзывался хорошо… Что тоже очень показательно.

А в девятнадцать лет данная литературка ему понравилась. Открылся новый мир, в котором то, что его учили уважать в детстве, не ставили ни в грош.

Но по-настоящему встать на оккультную дорогу Кроули помог интерес к горам. В 1896 году во время одного из восхождений в Швейцарии Алистер познакомился с алхимиком Джорджем Сесилем Джонсом, который состоял в организации под названием «Орден Золотой Зари». То, что Кроули услышал от нового знакомого, его чрезвычайно вдохновило. 18 октября он вступает в эту структуру под именем брата Пердурабо, что означает «выдержу до конца».

Возможно, именно это событие и поставило жирную точку в его учебе. В том же году Алистер Кроули оставил Кембридж. То ли ему надоело изображать из себя студента, то ли его попросили оттуда по причине академической неуспеваемости. Скорее второе. Предполагалось, что он учился на химика. Но не та это наука, которую можно постигать в перерывах между бурной богемной жизнью, которая к тому же проходила в Лондоне.

Как бы то ни было, будущий великий маг так и остался с «неоконченным высшим». Официально он больше уже нигде и никогда учиться не пробовал. Да и зачем? В Ордене были свои учителя.

Формальным поводом для создания «Золотой Зари» было осуществление уже знакомым нам Мазерсом перевода рукописи известного ученого, алхимика и мага Джона Ди (1527–1608). Об этом человеке стоит рассказать хотя бы потому, что многие поступки Кроули будут попыткой повторить жизнь Ди.

Джон Ди был, безусловно, выдающимся человеком. Он являлся крупным ученым, который внес заметный вклад в развитие математики, физики, астрономии. Кроме того, Ди являлся кем-то вроде научного консультанта при английской королеве Елизавете I. Той самой, при которой Англия стала «владычицей морей». Джон Ди обеспечил научную подготовку кругосветного путешествия Френсиса Дрейка, обобщив все известные на тот момент географические сведения и предоставив ультрасовременные по тем временам навигационные приборы. Кстати, именно Ди ввел в употребление термин «Британская империя» и первый философски обосновал то, что мы называем империализмом. Модная сегодня геополитика тоже вышла из его теоретических трудов. В общем, дяденька был серьезный.

Как и многие учение того времени, Ди баловался алхимией и оккультизмом. В этом нет ничего необычного. Сегодняшнее научное мышление в те времена только зарождалось — именно ученые XVI века его и создали. До этого в научной среде был распространен схоластический метод познания мира. Грубо говоря, книжным авторитетам безоглядно верили. К примеру, если Аристотель говорил, что Солнце вращается вокруг Земли, — значит, так оно и есть. И нечего тут. Ему виднее. Такая основополагающая вещь, как эксперимент, вообще была не в ходу.

Так вот, ученые XVI века пробовали «на прочность» все имевшиеся тогда знания. В том числе и магические. Френсис Дрейк и другие великие путешественники в это время стирали белые пятна с карт. А ученые искали новые пути в научном познании мира. И, разумеется, часто шли по дорогам, ведущим в тупик. Тогда алхимия и магия находилось, так сказать, в одном поле с наукой, Книги по химии и алхимии стояли на одних полках. Поэтому и на исследование тайн магии тратили много сил. Может, и в этом что-то есть? Тем более что представление о том, что древние обладали обширными забытыми знаниями, не вызывало рефлекторного отторжения у ученых. Ведь, например, древнеримская цивилизация во многом превосходила европейскую цивилизацию XVI века.

В числе прочих оккультных штучек Джона Ди очень интересовала Каббала. Дело в том, что, как считалось, это учение имеет два направления: теоретическое и практическое — магию. С первым было все хорошо — каббалистических книг имелось выше крыши. Со вторым — хуже. Все, что попадалось под руку — недавние компиляции, которые вызывали большие сомнения. Вот Ди и пытался разобраться, отделить зерна от плевел.

На свою беду он связался с неким Эдвардом Келли, которого современники держали за откровенного мошенника и шарлатана. Это был тип совсем другого пошиба, к науке он не имел никакого отношения. Келли делал карьеру на другом поприще — в юности он постоял у позорного столба за подделку документов. Это его слегка вразумило. Келли отошел от чистой уголовщины и развлекался тем, что выкапывал трупы из могил и пытался их оживлять. По его уверениям — успешно. Якобы Келли имел с покойниками короткие беседы. Кроме того, он занимался разными трюками в области магии и алхимии, от которых на версту разило шарлатанством. Подобных субъектов полно всегда. Через двести лет, в XVIII веке, примерно такими же штучками прославится граф Калиостро.

К Джону Ди Келли притащился без денег и в отрепьях, зато имея с собой некую магическую рукопись и алхимический «красный порошок». Келли сумел влезть в доверие к знаменитому ученому. Они начали заниматься странными забавами. Келли работал под медиума, обеспечивая связь Ди с потусторонним миром. В результате Джон увидел «ангелов», а точнее — некие смутные тени, с которыми беседовал. Собеседники через Келли якобы продиктовали Ди нечто, что он воспроизвел на бумаге методом «автоматического письма» (что-то знакомое, не правда ли?). «Нечто» — потому что текст был на непонятном языке. Кстати, в процессе магических бдений Келли убедил Ди для пользы дела поменяться женами. Забавный был парнишка.

Кроме занятий с Келли Джон Ди экспериментировал с магическим кристаллом из антрацита. Свои выводы он запечатлел в нескольких книгах.

Впоследствии это наследие вместе с комментариями и дополнениями получило название «енохианской магии». Вообще-то более всего подсуетился именно Келли. Это он, прикрываясь авторитетом Ди, стал нести знание в массы. Чем навсегда сгубил репутацию своего товарища. Современники только вздыхали: надо же, такой ученый, и нá тебе — докатился… Хорошо, что хоть времена в Англии наступили относительно либеральные — Ди хотя бы на костер не отправили.

Так вот, создатели «Золотой Зари» претендовали на то, что они обнаружили неизвестную до того книгу Джона Ди, в которой он записал свои беседы с «ангелами», — так называемую «Книгу Еноха». Сначала ее долго и нудно расшифровывали, а когда наконец расшифровали, встал вопрос о ее подлинности. Подлинность, кстати, так и осталась на совести основателей ордена — доказать ее не сумели. Есть, впрочем, и версия, что книга была в самом деле XVI века — но язык, на котором она написана, говорит, что ее состряпал Келли. С него станется — этот парень и не такое проворачивал.

Но кому какое дело! Главное, что они получили НЕЧТО, от которого можно плясать.

Согласно «расшифровке», дело выглядело так. С Джоном Ди беседовал «ангел» по имени Аве. Он рассказал «всю правду». Но не до конца. Он только подвел парочку с «вратам», ведущим к Городам Мудрости[6], коих имеется 49, но не дал к ним ключи. (Я намеренно упрощаю, не углубляясь в мистические дебри. Подробности можно узнать в магической литературе.) То есть Ди и Келли были предтечами. Практикой, «магической работой», должны были заниматься другие.

Но все же кое-что товарищ Аве поведал. Например…

— Что Иисус не был Богом.

— Что не должно быть никаких просьб к Иисусу.

— Что нет греха.

— Что душа человека идет от одного тела к другому.

— Что число мужчин и женщин, как сейчас, было всегда: то есть столько человеческих тел и человеческих душ, как сейчас, — ни больше, ни меньше, чем теперь, — было всегда.

— Что рождение человечества от Адама и Евы не есть реальное историческое событие, а предание, которое имеет другой смысл.

— Что нет никакого Святого Знания.

— Что надо не молиться Иисусу, а его упрекать, ибо он своим высокомерием оскорбил Бога.

Вообще-то это до слез похоже на то, что «сообщили» Блаватской махатмы в Гималаях. Но это не подтверждает истинность учения. Скорее наоборот. Потому что люди, стоявшие у истоков «Золотой Зари», были последователями создательницы теософии. Они просто «расшифровали» то, что уже знали от своей наставницы.

Вот от этого идейного багажа и отталкивались адепты ордена.

Орден «Золотой Зари» был весьма примечательной организацией. Хотя бы потому, что в него входили люди, чьи имена весьма известны. К примеру, среди адептов ордена были: поэт Уильям Йейтс, ставший позже лауреатом Нобелевской премии; вдова Оскара Уайльда Констанция; близкая подруга Бернарда Шоу, актриса Флоренс Фарр; Мойна Бергсон, сестра известного философа; «отец Шерлока Холмса» Артур Конан Дойл; автор «Графа Дракулы» Брэм Стокер; популярный беллетрист Райдер Хаггард, известный российским читателям по книге «Копи царя Соломона», и так далее.

Этот список просто обожают приводить сторонники Кроули — как неоспоримое свидетельство крутизны ордена, многозначительно подчеркивая, что «Золотая Заря» была «самой влиятельной и могущественной структурой» в оккультном мире. Кстати, тот же тезис, не подумав, приводят и противники оккультизма. А зря. Потому что, возможно, она и была «могущественной» в своей среде. Вопрос только в масштабах. Если в дворовом сообществе котов некий усатый-полосатый Васька самый главный — это еще не значит, что он является тигром…

Стоит только обратиться к фактам, как таинственный мистический туман рассеивается — и мы видим… Впрочем, судите сами.

«Орден Золотой Зари» был создан Вильямом Весткоттом, Адольфом Вудвордом и Сэмуэлем Мазерсом аж в… 1887 году. Причиной было то, что его отцы-основатели ушли, не сойдясь во взглядах, из другой структуры — Розенкрейцерского общества в Англии. Которое, в свою очередь, начало свой тернистый путь за двадцать лет до этого. А до этого его основатели ушли, разойдясь во взглядах… То есть получается, что все эти конторы, претендующие на обладание древними знаниями, и кричащие, что являются продолжателями традиции, восходящей чуть ли не к Адаму, имели младенческий возраст — и при этом постоянно размножались, как амебы, прямым делением[7]. Отцы-основатели, кроме игр с розенкрейцерами, всерьез интересовались Блаватской и принадлежали к числу ее последователей. Поэтому у них, вопреки Киплингу, Запад органично слился с Востоком.

Ну ладно, создали «Золотую Зарю». Но тут же в Ордене началась грызня. Мазерс стал откровенно выпихивать других основателей — и в итоге выбился в самые главные. В общем, началась обычная интеллигентская свара.

Тем не мене дело шло. В 1888 году в Лондоне открыли храм Изиды-Урании, потом подобные же заведения появились в нескольких других городах. Но тут возникла серьезная проблема. Она до слез напоминала российскую ситуацию с казачьими организациями в начале девяностых годов уже ХХ века. Тогда разномастные казаки расплодились в большом количестве — в том числе в Москве и Питере, где их отродясь не водилось. Основатели присвоили себе высокие офицерские чины и начали чесать в затылках: с рядовыми получалось не очень. Одни офицеры. Поэтому в казачьи ряды стали брать всех подряд, дабы обеспечить массовость.

Так вышло и с «Золотой Зарей». Как водится, в ордене учредили четыре внешних и пять внутренних степеней посвящения. И, понятое дело, назначили себя на серьезные должности. А с остальными вышло, как у наших невских казачков. И выход «заристы» нашли точно такой же. Стали спешно набирать массовку. В 1892 году Орден насчитывал 150, а к 1896 — 350 членов. Как хотите, но это больше похоже не на приобщение к тайному знанию, а на массовый прием в пионеры. Вот вам и секрет присутствия в «Золотой Заре» такого количества писателей. Причем отнюдь не маститых! Так, к примеру, Конан Дойл опубликовал свою первую повесть о Шерлоке Холмсе, «Этюд в багровых тонах», в 1887 году. А настоящую известность он приобрел лишь в середине девяностых. Примерно то же и с остальными. Судя по всему, вербовка проходила по принципу: «заходи, дорогой, оккультистом будешь!». Мало ли кого куда заносило в молодости! То в дерьмо вступишь, то в оккультный орден. Ну а Констанцию Уайльд затащили в виде свадебной генеральши. Забегая вперед, скажу, что великая и страшная «Золотая Заря» просуществовала до 1903 года, потом развалилась.

Главарь «Золотой Зари» Сэмуэль Мазерс был парнем с неимоверным честолюбием. Есть такие люди — которым главное покомандовать, а кем — не столь важно. Более всего он любил себя — и потратил жизнь на построение пьедестала для своей драгоценной персоны. Его взгляды были весьма своеобразными — он вроде бы разделял взгляды Блаватской, но при этом с сильным креном в сатанизм. Мазерс утверждал, что поддерживает мистическую связь с тайными руководителями Ордена, которые находятся в Париже. А он всего лишь явный. Ну и так далее.

Тут надо опять пояснить. Термин «сатанизм» не обязательно означает забавы в духе желтых газет — всякие там «черные мессы», перевернутые кресты и «Отче наш» задом наперед. Со своей точки зрения оккультисты служили Богу. Но не христианскому, а «настоящему», образ которого христиане исказили. Но только лишь начинались попытки перейти от теории к практике — тут же на сцену вылезали все наработки черной магии, а эта область знаний, понятно дело, разрабатывала общение исключительно с демонами. Это похоже на деятельность их современников, русских анархистов. Те тоже считали себя не бандитами, а борцами за народное дело. Но банки-то грабили. Так что под сатанизмом в этой книге понимаются попытки заигрывания с силами, которые в европейской культурной традиции всегда считались силами Зла. Это и называется сатанизмом. А уж что они о себе полагали… В конце концов, германские национал-социалисты никогда не называли себя фашистами. Это их другие так называли.

…Обстановочка в «Золотой Заре» была та еще. Менее всего данная тусовка походила на орден. Ведь под этим словом понимается организация, имеющая одну, единственно верную идеологию, жесткую дисциплину и систему подчинения. Степени посвящения возникли именно от этого.

Ничего подобного в «Золотой Заре» не наблюдалось. Да и не могло. Ее ядро составляли оккультисты, собранные с бору по сосенке и придерживающиеся совершенно разных, порой противоположных взглядов. Очистка Мазерсом рядов от бывших единомышленников делу нисколько не помогла. Обстановка в «Золотой Заре» продолжала напоминать знаменитую «воронью слободку».

Впрочем, так всегда случается, когда сборище интеллигентов предоставлено само себе.

Впоследствии Алистер Кроули, верный принципу обливать грязью всех, с кем свела его судьба, так отзовется о товарищах по «Золотой Заре»:

Это не значит, что в «Золотой Заре» ничем, кроме дрязг, не занимались. Почему же. Занимались, да еще как! Кое-какой ощутимый след в истории они оставили. Именно благодаря тому, что в ордене крутилось множество богемных персонажей. Так, к примеру, все три наиболее популярные до сих пор колоды карт Таро были созданы членами «Золотой Зари» (Памела Колмен-Смит нарисовала так называемую колоду Райдера — Уэйта, леди Фрида Гаррис — колоду Кроули, а Давид Палладини — Акварианское Таро). Но главное достижение «Золотой Зари» в другом.

Для того чтобы дело шло веселее, в оккультных практиках активно использовали наркотики. Напомню, что тогда наркотиками увлекались лишь представители уголовного мира и богемы. Именно в «Золотой Заре» начал свою карьеру человек, который сделал все, чтобы о наркотиках узнали широкие массы. Речь идет, как вы, наверное, догадались, о нашем герое. Но все это будет нескоро. Пока что с его приходом в Орден общий дурдом и взаимная грызня усилились на порядок.

Итак, Алистер Кроули вступил в «Золотую Зарю» и стал челой, то есть учеником мага Алана Беннета — весьма интересного персонажа. Если руководитель Ордена Мазерс являлся некой помесью мошенника и самовлюбленного павлина, то Беннет был откровенно сумасшедшим. Мудрый учитель был всего на три года старше Кроули. Он вырос в добропорядочной католической семье, но в шестнадцать лет, узнав, как рождаются дети, испытал страшный шок. И… отрекся от христианства. Мотив был такой: неужели всемогущий Бог, которому его учили поклоняться, мог изобрести столь отвратительный и унизительный способ продолжения рода?! Такой Бог, находящий удовольствие в мерзости, может быть только Дьяволом. Чтобы было понятно — говоря о «мерзости», Беннет имел в виду не секс, а процесс деторождения. Поэтому, отрекшись от христианства, он заодно отрекся и от общения с женщинами. Благо любить можно было и мужчин.

Беннет, кроме всего прочего, отличался еще некоторыми странностями характера. Так, к примеру, он повсюду таскал с собой стеклянный канделябр. Согласитесь: ради выпендрежа носить с собой эдакую вещь неудобно и тяжело. Впрочем, как-то канделябр сослужил Беннету хорошую службу. Он дискутировал с неким теософом — и тот весьма непочтительно отозвался о магических способностях Беннета. Точнее, высказал сомнения в их наличии. В ответ маг двинул оппонента канделябром по голове. Аргумент, хоть и выходил за пределы магии, произвел сильное действие. Теософа долго приводили в чувство.

Из всего сказанного понятно, почему Беннет тяготел к сатанизму.

Поскольку у Кроули, как мы помним, отвращение к христианству возникло с детства, эти двое нашли друг друга.

В качестве ученика такого колоритного персонажа, как Беннет, Алистер Кроули начал свою магическую карьеру.

Достигнув такого несколько сомнительного успеха в деле материализации духов, Алистер Кроули решил податься в несколько иную степь. Как уже говорилось, тогдашние оккультисты себя сатанистами не считали. Но Кроули двинулся к откровенным поклонникам дьявола. Без всяких кавычек. К ведьмам.

У них представления о жизни и мироздании были куда проще, нежели у оккультистов. Эти взгляды пошли от альбигойских ересей. Альбигойцы (они же катары) полагали, что Бог и Дьявол имеют равную силу. Богу принадлежит небо, а на земле царит дьявол. Иногда последователи этих идей утверждали, что Христос — это ложный Бог, сбежавший на небо и там трусливо отсиживающийся.

Так вот, сатанисты считали, что они просто выбирали одну из двух «команд». Которая им казалась привлекательнее. Понятное дело, ни в какие адские мучения ведьмы не верили. Зачем Сатане обижать своих? Наоборот, предполагалось, что сатанисты получат хорошие должности в адском воинстве. И чем более продвинутым был служитель Дьявола при жизни, чем больше он наделал гадостей — тем более высокий пост займет.

Так вот, Кроули решил пополнить своей особой стройные ряды британских ведьм. Пусть читателей такой поворот дела не удивляет. В русской традиции ведьма является существом исключительно женского пола. (Есть, правда, понятие «ведьмак», но что это за «фрукт» и с чем его едят — не очень понятно.) А вот в Англии ведьма мужского пола — явление очень даже обыкновенное. Хотя и там в ведьмовской среде преобладают и задают тон дамы. Впрочем, о тамошних ведьмах стоит поведать поподробнее.

Вообще-то это явление старо как мир, абсолютно интернационально и не подвержено ни времени, ни смене эпох. Чуть ли не в каждой русской деревне можно услышать о старушке, которая является — или считается — ведьмой. О ее черных делах вам расскажут с множеством подробностей. Такие же нравы и в Европе, и в Африке. Уровень «цивилизованности» народа ничего не значит. Потому что, как показала история ХХ века, цивилизация отнюдь не уменьшает дремучесть людей, а лишь облекает ее в более «современные» формы.

Но это так, к слову. Речь не об этом. Потому что английские ведьмы, к которым подался Кроули, были отнюдь не из народа, а совсем даже наоборот. Корни их, впрочем, тоже уходят глубь веков. А если точнее — во все тот же мрачный XIV век. Как уже говорилось, это столетие знаменовалось массовым всплеском интереса к чертовщине во всех ее проявлениях. И ведьмы были самым массовым отрядом друзей нечистой силы. Что и понятно — это наиболее «попсовый» способ служения дьяволу. Ведь для того чтобы стать чернокнижником, необходимо было по крайней мере иметь доступ к книгам и уметь читать. И то и другое, особенно последнее, было в Средние века редкостью. С ведьмами все было проще — необходимые знания и умения передавались, так сказать, из рук в руки. В общем, ведьм наплодилось столько, что святая инквизиция утомилась их вылавливать.

Конечно, как и всегда бывает во времена массовых репрессий, многие тогда просто-напросто «угодили под раздачу». С другой стороны, мрачный колорит эпохи способствовал появлению массы людей, не слишком здоровых на голову. А сумасшествие в каждую эпоху имеет специфические черты. К примеру, сегодня дурдомы во всех «цивилизованных» странах забиты гражданами, вступившими в контакты с представителями внеземных цивилизаций. Часто — и в сексуальные контакты. А вот тогда общались с дьяволом. К тому же можно вспомнить, что приведенный во множестве авторитетных книг рецепт колдовской мази, с помощью которой летают на шабаш, включает такие компоненты, как спорынью, дурман и коноплю. Для тех, кто не знает, — именно из спорыньи был впервые выделен ЛСД. В некоторых вариантах вместо спорыньи в смесь входят псилоцибиновые грибочки. Те самые, которые и теперь «продвинутая» молодежь собирает по лесным полянкам.

С подобным «ускорителем» можно летать не только на шабаш, но и за пределы Солнечной системы. Автор видел нечто подобное множество раз. Собралась группа молодежи в лесу в полнолуние — да и обдолбилась «кислотой» или грибками. А уж кого они после этого видали — Сатану, лесных эльфов или зеленых человечков, — зависело исключительно от настроя участников «шабаша».

Но и это не самое интересное. Святая инквизиция позаботилась о составлении методического пособия, призванного облегчить работу тогдашним оперативникам. Это был знаменитый «Молот ведьм», написанный двумя братьями-доминиканцами Шпренгером и Инститорисом[8]. Первый был практическим работником инквизиции с богатым опытом. Второй, университетский профессор, был подключен для придания труду должного наукообразия. Дело в том, что с теорией все обстояло из рук вон плохо. До XIV века католическая церковь категорически не допускала существования ведьм. Такая мысль считалась ересью, пережитком язычества, о чем были составлены соответствующие документы и разосланы нужные ЦУ в низовые инстанции. И вот вдруг потребовалось совершить поворот на 180 градусов. Инститорис с этим блестяще справился. Теперь ересью считалось уже сомнение в существовании ведьм.

Это поставило точку в давно уже появившейся тенденции. Теперь даже с точки зрения католической церкви Сатана стал обладать огромной силой — куда большей, нежели считалось раньше. Что, как это ни смешно, множило ряды сатанистов[9].

Гуманистическая традиция относит «Молот ведьм» к «выдумкам мракобесов». Однако куда проще предположить следующее: досточтимый Шпренгер наслушался историй из ведьминских будней во время своей трудной работы. Хотя бы потому, что придумать можно было бы чего-нибудь и похлеще, нежели описанные в «Молоте ведьм» достаточно унылые и глубоко провинциальные ведьминские развлечения. К примеру, с «Мастером и Маргаритой» «Молот ведьм» не идет ни в какое сравнение.

И неважно, были ли это реальные истории, шизофренический бред или описания наркотических «глюков». (Последние, кстати, могут быть абсолютно реалистичны.) Главное — «Молот ведьм» получился чрезвычайно обстоятельной книжкой, где все приемы и ритуалы ведьм были подробно изложены. Понятно, что вышло в итоге. Книга на многие годы стала главным учебником для начинающих сатанистов.

С тех пор эта ветвь чертовщины успешно развивалась. Кроме собственно ведьм, появились и колдуны. С оккультистами у всей этой братии отношения были примерно такие же, как сегодня у «попсовиков» с рок-музыкантами. Последние полагают, что занимаются высоким искусством, а первые просто-напросто стригут капусту. Впрочем, было по-всякому. Кто-то заигрывался всерьез. Так, в этой среде было широко распространенно представление, что для успеха колдовской работы необходимо заключить формальный договор с Дьяволом.

Некоторые даже заключали. Так, в 1634 году был казнен священник Урбен Грандье, который признался, что околдовывал монахинь и превращал их в прислужниц Сатаны. Договор фигурировал на суде.

Все было как надо. Документ, написанный кровью Грандье, был подписан аж целой группой инфернальных товарищей: Сатаной, Вельзевулом, Люцифером, Элими, Левиафаном и Астаротом. Разумеется, адские автографы шли справа налево. За злые дела, которые обещал сотворить Грандье, демоны обещали все блага земные — девственниц, много денег, почет и славу. Сроком на двадцать лет. Потом Грандье должен был отправиться в вечную командировку в ад — проклинать Бога.

Как-то все это дешево. Документ, если он был у Грандье, писался в двух экземплярах. (Один-то, несомненно, забрали адские братаны.) А зачем попу эта копия? Чтобы в случае чего обратиться в суд?

Откуда в реальности произошел этот договор — можно только гадать. Но, если читать материалы «колдовских» процессов, очевидно, что во многих случаях имела место обыкновенная «постановка». Кто-то поражал сатанинских неофитов довольно дешевыми трюками. Тут очевидна «обратная связь». Ведьмы и колдуны подражали «Молоту ведьм».

Кстати, именно в отношениях с инфернальными силами пролег главный водораздел между магами с одной стороны и ведьмами и колдунами — с другой. Магия предполагает «партнерство», а колдовство и ведьмовство — служение. Так что для мага подобная публика — птицы невысокого полета.

Но именно эта сатанинская кодла куда чаще попадала в поле зрения широкой общественности, нежели «серьезные» маги. Их похождения выглядели эффектнее, а значит — чаще волновали поэтов и писателей.

Но это все так, издержки колдовского бизнеса. Основным же занятием ведьм и колдунов, как и теперь, было выкачивание денег. Таких бизнесменов от чертовщины было немало. Забавно, что среди колдунов было очень много священников. Так, когда Людовик XIV всерьез взялся за эту публику, то в период с 1673 по 1680 годы было казенно пятьдесят (!) святых отцов, которые, как оказалось, работали на двух хозяев. Вот тут-то все было всерьез. Так, отца Леменьяна приговорили к пожизненному заключению за то, что в ходе черной мессы он убил двух детей и разрезал их тела на куски.

Впрочем, многие представители этой публики работали и в смежных областях человеческого знания. Самой известной из них является вдова Катрин Деше, более известная как Ла Вуазен. Это была специалистка широкого профиля. Она занималась подпольными абортами, снабжала дам не только колдовскими зельями, но и вульгарными ядами. Ну а заодно подрабатывала и черной магией. Самой знаменитой ее клиенткой являлась маркиза Атенаис де Монтеспан, знакомая многим по роману Дюма «Виконт де Бражелон». Романист описал ситуацию достаточно близко к истине. Любвеобильный король-солнце в то время спал с Луизой де Лавальер. Атенаис решила вытеснить соперницу из сердца и койки короля и прибегла к помощи вдовы Деше. Кстати, снова на сцене появился священник, отец Марьетт, который в доме колдуньи выполнял некий обряд. Он проходил в специальной комнате, затянутой черной материей, в которой находилось нечто вроде алтаря.

Святой отец прочел над головой де Монтеспан отрывок из Евангелия (!), а потом сказал таковы слова:

Потом священник вырвал сердца у двух голубей, окрестил их именами Людовика и Атенаис и положил на алтарь. Колдовство удалось на пятьдесят процентов. Де Монтеспан стала-таки любовницей короля. (В этом нет ничего чудесного — дама она была очень красивая.) Но Людовик был не столько солнцем, сколько кобелем. Он мог в любую минуту найти кого-нибудь еще. Отказывать королю в такой мелочи, как интим, было тогда не принято. Некоторое время для закрепления эффекта Ла Вуазен снабжала свою клиентку магическим порошком, состоящим из сушеных бородавок, крови летучей мыши и шпанских мушек. Всю эту гадость де Монтеспан подкладывала Людовику в пищу.

В 1673 году ситуация совсем накалилась. На королевском горизонте возникла новая девка, и Атенаис перешла к решительным шагам. На этот раз Ла Вуазен пригласила уже не священника, а аббата Жибора. Вот это да! Да что у них там было — католическая церковь или церковь Сатаны? Как следует из материалов следствия, все происходило так:

Потом все происходило не раз с разными вариациями. Но работало все хуже и хуже. Король спал с другими. Да и вообще маркиза чересчур широко замахнулась. По тогдашним понятиям король не мог бы на ней жениться по определению. Помните, как там у Пугачевой? Тут и бригада магов не помогла бы.

В итоге на короля решили навести порчу. Опять не вышло. Разозленная неудачами маркиза стала подумывать о том, чтобы его попросту отравить. Но тут всех накрыли. Ла Вуазен сожгли. Кстати, на следствии она призналась, что пользовалась для изготовления колдовских мазей человечьим жиром. Им ее снабжал местный палач. Аббат Жибор умер в тюрьме. А маркиза де Монтеспан отделалась легким испугом. Разве что Людовик никогда больше не подпускал ее к себе на пушечный выстрел. В 1791 году маркиза удалилась в свое поместье. Там она стала ревностной христианкой и заделалась благотворительницей. Правда, до конца жизни она до истерики боялась смерти, а также не переносила темноты.

Людовик XIV изрядно выкосил сатанинскую публику. Да и в других странах поголовье ведьм и колдунов резко пошло на убыль. Персонажи типа Ла Вуазен были последними романтиками уходящей эпохи. Возрождение началось в середине XIX века, однако оно носило уже не столь мрачный характер. Кадры для подобных затей поставляли представители аристократии. Началось эта мода во Франции, потом увлечение расползлось и по другим странам. Лично мне кажется, что одним из основных двигательных мотивов людей, которые этим баловались, была самая обыкновенная сексуальная разнузданность. Что, по сути, представляет собой шабаш средней руки? Массовая пьянка и «торч», радение, похожее на рок-концерт, — и в итоге обязательная групповуха. Вчерашние хиппи и сегодняшние свингеры обходились и обходятся без сатанизма, занимаясь примерно тем же самым. Развлечения, конечно, аморальные, но с другой стороны — а почему бы и нет? До криминала в этой среде докатываются куда реже, чем в компаниях обыкновенных алкоголиков.

Так вот, ведьмовская тусовка, в которую подался Алистер Кроули, была, в общем-то, невинной структурой. Детишек тут не резали.

Ведьмовская тусовка называлась «ковеном» и была одной из девяти таких же, существовавших в Британии. Все эти самые ковены в середине XIX века были созданы известным британским колдуном Джорджем Пикингиллом. Надо понимать, для собственных нужд. А что? Автор в молодые годы общался с основателем одной из доморощенных «школ магии». В оккультизме и сатанизме этот парень разбирался примерно так же, как средняя свинья — в высшей математике. Дальше Булгакова он не продвинулся. Зато имел в своем полном распоряжении гарем из пятнадцати девушек, которыми пользовался в свое удовольствие. Впрочем, о нашей российской доморощенной магии подробнее речь пойдет во второй части. Но английские ковены тоже не слишком отличались продвинутостью.

Замечу, кстати, что к моменту вступления туда Кроули ведьмовская тусовка благополучно существовала около пятидесяти лет. Для тогдашних мистических обществ — солидный срок. Здесь не наблюдалось оголтелых коммунальных страстей, бушевавших в среде более ученых магов и оккультистов. Оно и понятно. Секс, пусть и групповой, сближает. К этому времени ведьмы весьма серьезно пересмотрели свое мировоззрение. Они феминизировались, во главе стояли исключительно тетки. Наиболее продвинутые из них испытали влияние Блаватской — признавали переселение душ и поклонялись Высшей правительнице, которая ассоциировалась то ли с Деметрой, древнегреческой богиней плодородия, то ли с Гекатой — тоже древнегреческой богиней — но уже колдовства. Впрочем, Сатане они поклонялись тоже. Переходный период.

Ядро этой ведьмовской тусовки составляли пресыщенные аристократки. Что тоже понятно. Бытовых проблем нет, мозгов — тоже, а заняться решительно нечем. У нас такое тоже появится — среди детей новых русских. Да, наверное, уже появилось.

К сожалению, мне не удалось точно узнать — сколько было среди ведьм красивых женщин, а сколько — не очень. Во всяком случае, тон задавали дамы отнюдь не первой молодости. Мужчины тоже имелись — по большей части те, кого грубо, но точно называют «старыми козлами». В общем, та еще публика.

Но Кроули вступил в ряды ведьм и ведьмаков и стал принимать деятельное участие в их забавах. Но кой черт его понес на эти галеры? Уж чего-чего, а сексуальных проблем у него не было никогда. Правда, всю жизнь у великого мага имелись другие трудности, не менее мучительные — финансовые. Деньги в руках Кроули не задерживались. Полученное в наследство от родителей состояние он расшвырял так быстро, что и сам не заметил. Всю оставшуюся жизнь Алистер жил, занимаясь финансовой эквилибристикой на грани банкротства. При том что жил весело и ни в чем себе не отказывал. В сегодняшней России долго вести такой образ жизни трудно. У нас капитализм молодой и суровый. А в тогдашней Англии подобный образ жизни вели многие. Да и не только в Англии. Вспомните дворян, героев русской классической литературы. Для них существовать невесть на что было обычным делом.

Но для такой жизни нужны многочисленные знакомства, лучше всего — в среде богатых паразитов. А уж если приобрести из их числа поклонников своего магического таланта… Тогда о финансах можно не думать и жить как птичка божья.

Кроме того, Алистер Кроули вынес из детства черту, очень характерную для той среды, в которой вырос, — почтение к аристократии. В тогдашней Англии для того, чтобы вписаться в элиту, недостаточно было денег. Это была замкнутая среда, куда Кроули лез всеми путями. Замечу, кстати, что почтение к аристократии он пронесет через всю жизнь. Что, впрочем, характерно для оккультистов. Так, современники Алистера Кроули, видные австрийские искатели неведомого, создатели протонацистской «ариософии» Гвидо Лист и Йорг Ланц Либерфельс прямо-таки из штанов выпрыгивали, доказывая свое право прибавлять к своей фамилии дворянскую приставку «фон». Хотя бы эти две причины могли подтолкнуть Кроули к дружбе с ведьмами.

Дружба, правда, получилась недолгой. В 1899 году в Норфолке Кроули был посвящен в ведьмовской ковен. А менее через полгода он прекратил всяческие контакты с любительницами полетов на метле. Причины называются различные. Сам Кроули направо и налево заявлял о том, что ему не по нраву было быть «в подчинении у женщин».

Может, оно и так. Но есть и другая точка зрения. Верховная Жрица этого ковена заявила, что Кроули попросту послали куда подальше. Потому как терпеть его не было никакой возможности. По ее утверждению, он являлся «сексуальным извращенцем» и «грязным животным». Что называется, из гестапо за садизм выгнали.

В общем-то жрица была права. В отношениях Кроули с женщинами было и в самом деле нечто извращенное. Дело, конечно, не в многочисленности его подруг и беспорядочности связей. С этим-то как в известном анекдоте. «Что делать будем? Завидовать будем!» Мало ли было в истории человечества бабников. От этого ничья репутация еще не пострадала. Да и немного найдется женщин, которые такое поведение сочли бы «извращением». А уж тем более — главная ведьма.

Но у Кроули была другая особенность, которая ярко проявится позже, когда он станет признанным вождем и учителем — и будет диктовать восторженным адептам собственные правила поведения. Его отношения с женщинами сильно отдавали садизмом. Нет, не детским садом, описанным Лимоновым в книге «Палач», не всякими глупостями с ошейниками, плетками и наручниками. Кроули стремился унизить партнершу, втоптать ее в грязь — в буквальном смысле слова. Он заставлял свои девиц ползать в грязи и проделывать всяческие иные подобные трюки. В общем, странные у него были сексуальные наклонности. Для провинциальных ведьм из Эссекса такие навороты оказались чересчур крутыми. Так что с шабашами ничего не получилось. Пришлось пытаться сделать карьеру в других местах, где густо пахнет серой.

Как ни крути, пребывание Кроули на берегах озера Лох-Несс трудно назвать особенно успешным. Магические занятия привели к сомнительным результатам. Окрестные ведьмы заявили, что такого сатанизма они не понимают. В общем, пришлось возвращаться в Лондон, в родную «Золотую Зарю».

В ней дела вроде бы шли куда успешней. Алистер довольно быстро стал продвигаться по тамошней иерархической лестнице и вскоре взлетел на самый высший уровень посвящения «внешнего» ордена. Чтобы двигаться дальше, пришлось отправиться в Париж, где пребывал старый товарищ по борьбе — Макгрегор Мазерс. Тот подсуетился и протащил его во «внутреннюю партию» — орден «Красной Розы и Золотого Креста». Но тут вышла неувязочка — разразился большой скандал. Лондонские члены оккультного братства подняли большой шум и отказались признать законность этого посвящения. Забавно то, как объяснили причины отказа члены «Золотой Зари». Как писал Мазерсу по этому поводу Йейтс, «мы не считали, что мистическое общество должно было стать исправительным учреждением». Видимо, моральный облик Кроули вызывал у членов ордена серьезное беспокойство.

Дело в том, что в «Золотой Заре», как уже говорилось, происходили постоянные свары, скандалы и прочие разборки. К началу ХХ века разногласия приняли более конкретную, можно сказать, принципиальную форму. Мазерс со товарищи и примкнувший к ним Кроули явно тянули в сторону практической магии, которая ну никак не могла обойтись без игр с дьяволом, экспериментов с наркотиками, гомосексуальных ритуалов и прочих подобных радостей. Оппозиция же полагала, что разумнее обойтись без таких экстремальных развлекух и мирно изучать оккультное наследие человечества.

Но куда важнее была психологическая подоплека конфликта, которая в анекдотической форме повторяет то, что творилось в это время в другой стране, в среде куда более серьезных людей с совершенно иными целями и задачами — в Российской социал-демократической рабочей партии. Там, как известно, назревал конфликт между большевиками и меньшевиками. На самом-то деле разница между этими течениями была не только — и не столько — в идеологических различиях между фракциями. Разница была в психологии. Ленин и его сторонники хотели создать «орден», а его противники — желали продолжать оставаться «тусовкой». Различие понятно. В первом случае — дисциплина и единомыслие, во втором — разброд и шатание. Мазерс явно тянул на то, чтобы создать некую структуру (подобную тем, которые впоследствии получили название «тоталитарных сект») во главе с собой любимым. Кроули был тоже не против. Но это было не то время, да и не та среда. Богемную публику, которая набилась в «Золотую Зарю», такой поворот дела не устраивал. В общем, они восстали против авторитарных методов руководства.

Как оказалось, своего Ленина в компании Мазерса не нашлось. Привести к единому знаменателю членов ордена не получилось. Конфликты росли, как снежный ком. И Кроули оказался в глупом положении. Это ж надо! Вроде бы выбрался наверх, в элиту, а тут общественность кричит, что, мол, незаконно! К тому же отношения между Кроули и Мазерсом становились все хуже и хуже. Причина проста и вечна: каждый претендовал на роль главного. Причем Алистер в этой компании был, пожалуй, самым отмороженным. Он явно был представителем иного поколения — и интеллигентские рамки ему становились тесноваты. Кроули тянуло на более крутые забавы. Для «Золотой Зари» он был, скажем так, слишком уж неординарной личностью. Ведь в конце-то концов вся эта оккультная возня «заристов» была просто милой игрой добропорядочных леди и джентльменов. Даже эксперименты с наркотиками в те дни казались еще невинным развлечением. Кроули был из другого теста. Он был явно «желающим странного». В добропорядочные буржуазные рамки Алистер упорно не влезал.

Тут возникает закономерный вопрос: а верил ли сам Кроули в магию и прочую чертовщину? Ответ дать трудно. Во всяком случае, его жизнь не похожа на биографию откровенного шарлатана и мошенника. Как, впрочем, не напоминает он и убежденного проповедника новых идей. Душа оккультиста — потемки. Особенно если учесть, мягко говоря, своеобразный строй личности Кроули. В любом случае исповедуемая оккультистами теория «знание — для посвященных» предполагает, что широкой публике проповедуется совсем не то, что на самом деле является сутью того или иного учения. Поэтому, возможно, он и не верил в реальность материализации адских «генералов». Но во что он верил точно — это в собственную исключительность. И в то, что возможно найти некий «золотой ключик» от неких дверей, за которыми можно обрести неведомые силы, благодаря которым он станет большим, крутым и ужасным. Но, с другой стороны, Алистер Кроули был человеком богемной, «уайльдовской» закваски. Слишком любил дешевые эффекты. А с третьей — любил веселую жизнь. Такие вот противоречия.

В этом-то и была основная разница между Кроули и умеренными членами «Золотой Зари». Для них это была интеллектуальная забава. А он клал на это жизнь. Во имя чего? В 1900 году, возможно, и сам Кроули этого не понимал. А если понимал — не говорил. Конкретные ответы будут даны гораздо позже.

А пока что молодой, но подающий надежды маг расплевался в «Золотой Зарей» и отправился в самостоятельное плавание. Он рванул в Мексику. Что же касается «Золотой Зари», то она так и продолжала оставаться оккультной «вороньей слободкой». В 1903 году в ордене произошел окончательный раскол — оттуда выперли Мазерса и его приспешников. «Заристы» продолжали баловаться оккультизмом до 1914 года, потом стало не до мистики.

Мексика являлась третьей стороной возникшего на рубеже XIX и ХХ веков магического треугольника, по которому, как пьяный в трех соснах, до сих пор болтаются многочисленные «желающие странного». Первые две стороны — Северная Африка и «Восток», под которыми понимаются Индия и Гималаи. В Мексике оккультную публику интересовали обломки цивилизации ацтеков. Разумеется, не она сама. Истинный оккультист не станет пачкать рук, копаясь в руинах. Зачем? У него другие источники знания.

Мистический же смысл этого треугольника вот в чем. Как считалось и считается в этой среде, древние цивилизации, существовавшие на этой земле, — обломки чего-то большего. Чего — это уже каждый трактует по-своему. К примеру, можно вспомнить знаменитую Атлантиду. В общем, в этом треугольнике можно приобщиться к знаниям некой працивилизации. Вот Кроули за ними и двинулся. Ему это было необходимо — раз уж он ринулся в одиночное плавание, требовалось приобретать авторитет в оккультных кругах собственными силами. А для этого посещение экзотических стран было чуть ли не обязательным. В самом деле, ну кто поверит, что вы приобщились к неведомым тайнам на прозаических берегах Темзы? Великий Учитель должен явиться, овеянный пылью дальних дорог. Так уж повелось.

Прибыв туда, Кроули на некоторое время оставил свои магические изыски и включился в более земные мужские игры — принял участие в гималайской альпинистской экспедиции.

Вообще-то все поклонники Кроули, упоминая о нем, не забывают вспомнить его занятия альпинизмом. Оно и понятно. Среди любителей восхождений на горные вершины трусов и слабаков не бывает по определению. К тому же в России альпинизм покрыт романтическим флером — считается, что в этом спорте удерживаются люди лишь с высокими моральными качествами. «Песню о друге» Высоцкого знают даже те, кто горы видел лишь по телевизору. На самом-то деле с моральными качествами у альпинистов дело обстоит далеко не так хорошо… А как повсюду.

В случае с Кроули все еще хитрее. Маг ходил в основном в Альпах. Тогдашний альпийский альпинизм (такая вот тавтология) очень отличался от того, что под этим словом понимается в России. В Альпах этот спорт был куда ближе к современному скалолазанию. Спортсмены с комфортом подъезжали под самую стенку, ночевали в отеле, «делали» ее — и по легкой дороге спускались вниз. В Австрии, к примеру, подобная форма досуга так же распространена, как в России — катание на лыжах или коньках. Ничего особо необычного в этом нет.

К тому же Кроули ходил в одиночку. Что, безусловно, свидетельствует и о его незаурядной смелости, переходящей в «безбашенность». Но не о моральных качествах. Злые языки говорят, что он ходил один, потому что никто не хотел ходить с ним в паре.

Но вернемся в Гималаи. Направляющаяся туда англо-швейцарско-австрийская экспедиция преследовала очень серьезные задачи. А именно — штурм второй вершины мира — К2 (Чогори), 8612 метра над уровнем моря. Напомню, что в то время нога человека еще не ступала НИ НА ОДИН восьмитысячник. Так что у Кроули мог быть и мистический интерес к этой затее. Он уверял, что рассчитывал получить новое знание на высотах, на каких тогда еще даже на самолете или аэростате никто не бывал. Да и если взглянуть цинично — какая реклама! Залезть на «крышу мира» — это кое-чего стоит! После такого можно говорить все, что угодно.

Впрочем, начет степени участия Кроули в этой экспедиции не все ясно. Сам-то он, конечно, уверяет, что был там чуть ли не главным. Но по другим сведениям он вписался в нее в качестве журналиста. Во всяком случае, его имени нет среди трех человек, которые пытались выйти на маршрут. Свой темперамент он проявлял в базовом лагере.

Надо сказать, что экспедиция была организована, что называется, на хапок. Что, впрочем, понятно — тогда гималайский альпинизм делал лишь первые шаги, и никакого опыта в этом деле не было. По сути, экспедиция была сформирована среди членов международной джентльменской альпинистской тусовки. А кто еще в те времена мог позволить себе такие развлечения, как прогулка в Гималаи? О спонсорах для подобных затей и речи не шло. Не говоря уже о государственной поддержке. Так что экспедиции в Гималаи снаряжались по принципу «я его слепила из того, что было». Да и вообще… Об уровне тогдашнего альпинизма говорит тот факт, что ледоруб, самый главный «инструмент» альпиниста, ставший символом этого спорта, без которого в горах и представить себя невозможно — был придуман и введен в обиход незадолго до событий как раз руководителем экспедиции на К2 Оскаром Дж. Л. Экенштейном[11].

Ребята Экенштейна двинулись без местных проводников, решив, что сами во всем разберутся. И вообще, похоже, не слишком представляли, в какие игры ввязались. Быстро оказалось, что Гималаи — это не Альпы, где можно «сбегать на вершину» из отеля. Тут климат иной. К примеру, о таких вещах, как высотная акклиматизация, понятия не имели.

Участники экспедиции ко всему этому оказались не готовы. Прежде всего — психологически. Никто толком не знал, что делать и как идти на вершину. В итоге в базовом лагере царил полный бардак. В организации которого по мере сил участвовал Алистер Кроули. Дело в том, что он и тут пытался покомандовать. Изо всех сил гнул пальцы и кричал, что все знает лучше всех. Когда между альпинистами развернулись жаркие споры, по какому маршруту подниматься, Кроули стал пробивать свой вариант в свойственной ему безапелляционной манере. В конце концов маг выхватил револьвер и пытался убедить остальных с помощью шестизарядного аргумента. Хотя, повторюсь, сам он на восхождение не пошел. Тот, кто ходил в горы, представляет — каково было иметь такого кадра в лагере…

Экспедиция закончилась неудачей. К заветной вершине альпинисты и близко не подошли. Впрочем, этот «первый блин» имел большое значение как первая серьезная разведка маршрута. По которому потом двинулись другие[12]. Что, впрочем, не помешало Кроули до конца жизни твердить: меня не послушали, потому-то все закончилось неудачей.

А великий маг решил заняться более спокойным делом — отправился на Цейлон к старому приятелю Беннету, который успел уже пристроиться к буддистам. В эти горы он еще вернется. Но там выйдет совсем уж некрасиво…

Между прочим, многие авторы, пишущие о Кроули, повествуя о его горных делах, вообще не понимают, о чем речь идет. Так, неоднократно приходилось читать, что Кроули «совершил восхождение на К2». Между тем он всего лишь участвовал в попытке его совершить. В этом — вся суть магии. Кучки скучающих тусовщиков, нахватавшиеся осколков знаний, выдаются за могучие тайные ордена с древними традициями. Наркотические фантазии — за высшее откровение. Провалы — за победы. Шапочное знакомство с известными людьми — за тайное руководство поступками этих людей. Мир, построенный на вранье.

Чтобы уж покончить с горной тематикой, забегу немного вперед. В Гималаи Кроули вернулся в 1905 году. Надо сказать, что из первой сомнительной попытки покорить «крышу мира» он выжал все, что мог. На всех углах кричал о высокогорных снегах и сверкающих гималайских вершинах. В беседах с другими магами он не забывал вставлять нечто вроде: «вот мы, гималайские тигры…» Рассуждал о том, что после «ухаживания» за К2 альпийские снежные красавицы ему не интересны.

Но тут он переборщил. Альпинизм — не магия. Тут, как говорится, за базар надо отвечать. Тем более что как раз в это время европейские альпинисты начали первое массовое наступление на гималайские вершины. Так что самим фактом участия в одной из неудачных экспедиций было уже трудно кого-то удивить. Особых результатов у альпинистов еще не наблюдалось. Пока[13]. Но тому, кто начинал разговор о гималайских восхождениях, теперь задавали уже «чисто конкретный» вопрос: так ты взял вершину или не взял? А не взял — значит, молчи и не отсвечивай.

А шумел Кроули по поводу Гималаев много. В общем, дабы подтвердить свое реноме, он решил предпринять вторую попытку. На это раз Алистер выступил уже как инициатор экспедиции. У Кроули хватило ума не переть снова на К2. Он хорошо запомнил слова, брошенные в сердцах Экенштейном, когда альпинисты уходили несолоно хлебавши: «Если люди и достигнут этой вершины, то это будут авиаторы». В самом деле, К2 и теперь считается одним из самых сложных восьмитысячников. Гораздо сложнее, чем тот же Эверест.

На этот раз Кроули нацелился на третью в списке высочайших вершин — Канченджангу (8585 м). На роль фактического руководителя Кроули сагитировал Ж. Гилльярмо, своего товарища по экспедиции на К2. Как и в первом случае, от затеи на километр несло авантюрой. Народ опять набрали с бору по сосенке. Даже руководитель, Гилльярмо, в прошлый раз особо высоко не залезал. Как и тогда, перли на авось.

Кроме того, «идейный вдохновитель» начал чудить. К этому времени Кроули уже серьезно подсел на героин. Парень он был крепкий и физического здоровья пока еще не растерял. Но с головой начались некоторые проблемы. Тем более что все магические забавы тоже не способствуют укреплению психики.

Нет, он не был сумасшедшим. В городах Кроули выглядел вполне адекватно — как своеобразный, но вполне вменяемый персонаж. Но — «здесь вам не равнина». Вот уж кого к горам нельзя подпускать на пушечный выстрел — это людей с расшатанной психикой. Потому что там и у вполне устойчивых людей частенько капитально «сносит крышу» в самый неподходящий момент.

Цирк начался еще на подходах к вершине, когда экспедиция в компании с 230 носильщиками стала пробираться от города Дарджилинга к подножию горы. Тут Кроули себя показал! С носильщиками он обращался как с рабами на плантации, вразумляя их по большей части кулаками. «Они ж недочеловеки», — объяснял он свои методы руководства.

Но это бы ладно. В конце концов Кроули только повторял методы английских колонизаторов. Проблемы начались, когда от последнего селения Тзерам, находящегося на высоте 3810 метров, стали забираться в высокогорье и начали установку промежуточных лагерей. Тут, наверное, необходимо пояснение. Гималайские восхождения совершаются поэтапно. Принцип «вперед и вверх, а там…» здесь не проходит[14]. По маршруту создаются промежуточные лагеря, куда забрасывают запас продуктов и баллоны с кислородом (когда они появились; во времена Кроули пытались ходить без них). И только от самого верхнего альпинисты идут на решительный штурм вершины. Создание таких лагерей — работа тяжелая и муторная. Тут не обойтись без так называемых высотных носильщиков. Если на роль тех, кто доставляет весь груз в базовый лагерь, подходят любые мужчины с крепкой спиной, то на высоте могут работать только местные горцы — шерпы[15]. Как и все горцы, люди это гордые и своенравные. Да и там, наверху — как на войне. От товарища по связке часто зависит жизнь. В общем, горы — это не то место, где по отношению к своим наемным работникам стоит играть роль спесивых бар. Альпинисты это прекрасно понимали и понимают. Но только не Кроули. Он продолжал наводить порядок привычными методами, продолжая руководить шерпами методами, которые отдавали садизмом. Недочеловеки ведь! Самое смешное, что Алистер никогда не был замечен в расизме. Но я уже отмечал его неизбывную страсть к аристократии, к элитарности. Кроули являлся принципиальным элитаристом. Он был убежденный приверженец «аристократии крови», обосновывая это достаточно заезженными теориями о «человеческой селекции». Его идеалом была английская монархия эпохи Стюартов — то есть до того, как дворянские титулы стали предоставлять за деньги. Вот, видимо, в Гималаях он и ощутил себя большим «белым сагибом», которому все позволено. Опять же — голова у него была слегка того…

Понятно, какую обстановку в экспедиции породили подобные выходки. Шерпы стали уходить, а оставшиеся тоже не горели особым желанием работать.

Вдобавок, когда седьмой промежуточный лагерь был установлен на высоте 6250 метров, стало окончательно понятно, что уровень подготовки участников не позволяет им двигаться дальше. Не тянут. В общем, было принято решение сматывать удочки и направлять лыжи в обратный путь.

И тут… Во время спуска группы альпинистов со склона сорвалась одна из связок. И покатилась вниз. Связка была «смешанная» — швейцарец А. Паш и один из шерпов. Это было только началом. Скользящие по склону альпинисты сорвали лавину — которая накрыла остальных людей, шедших по склону. Под снегом оказались семь человек. Двое сумели выбраться, а остальные там и остались. Это, конечно, несчастный случай, без которых в горах не обходится. Но только вот почему-то чаще всего такие ЧП происходят в группах с нездоровым психологическим климатом. А его, это нездоровый климат, создал Кроули.

Но это еще не все. Кроули отказался участвовать в попытках откопать заваленных товарищей. Отказался — и все тут. Он находился в палатке неподалеку, его звали — а Кроули даже нос наружу не высунул. Как он сам пояснил потом, он «не был чрезмерно озабочен в этих обстоятельствах оказанием помощи. Подобные происшествия в горах являются одними из тех вещей, которые никогда не вызывали у меня сочувствия».

Между тем в альпинизме спасательные работы ведутся до последней возможности. Всегда и везде. Чего бы это ни стоило. Железный закон гор, который вбит в альпинистов скальным молотком: «жизнь товарища всегда дороже твоей». Но вот не в Кроули. Теперь понятно, почему он ходил один? Я с таким не то что в горы, в магазин за пивом не пошел бы.

Но Кроули уже исповедовал учение, которое он потом будет проповедовать всю оставшуюся жизнь: я делаю что хочу, а до остальных мне дела нет. В итоге под снегом осталось пять трупов.

История альпинизма богата трагедиями. Бывают в горах случаи трусости, непорядочности и подлости. Но поступок Кроули для этого все-таки одного из самых благородных видов спорта — нечто неслыханное. Выходящее за все рамки. После меньших вещей для альпинистов человек просто переставал существовать. Недаром об этой экспедиции во всех справочниках предпочитают говорить скороговоркой.

Такую вот грязную точку поставил Кроули в своей альпинистской карьере. Понятное дело, после этого путь в горы был ему заказан. Да он туда больше и не стремился. Выяснилось, что Гималаи штурмовать — это не под наркотиками ловить «откровения». Слава здесь давалась слишком дорого. Имелись более простые пути.

Вернемся в 1902 год, когда Кроули в первый раз спустился с непокоренных Гималаев. Он решил навестить старого милого дружка и учителя — Аллана Беннета. Тот окопался в соседнем регионе — на острове Цейлон. К этому времени данный товарищ уже поменял ориентацию. Но не ту, о которой вы подумали. «Та» у него стабильно была «голубой». Я имею в виду направление религиозных изысков Беннета. Два года назад он баловался сатанизмом. Однако теперь Беннет повернулся в сторону буддизма. Впоследствии Аллан стал буддийским монахом школы ваджраяны.

Так вот, Кроули решил расширить свои знания и принялся учиться у старшего товарища разным буддийским премудростям. И надо же — освоил!

Это напоминает мне эпизод из моей юности. Один мой приятель как-то гордо заявил:

— Теперь я разбираюсь в буддизме!

— Когда же ты успел научиться?

— А мне вчера в «Сайгоне» один парень все объяснил!

Похоже, в случае с Беннетом и Кроули все развивалось примерно по той же схеме. Напомню, что Беннет околачивался на Востоке около двух лет. Чему он мог научиться, чтобы самому учить? На Востоке люди неторопливые. Особенно когда дело касается религии и философии. Здесь не пытаются расшатывать свою психику любой ценой, а потому процесс познания длится очень долго. И протекает он не абы как, а по отработанной веками методике. На серьезное освоение этих дисциплин даже у людей, выросших и воспитанных в буддийской традиции, уходят годы. А тут — раз, два-с — и матрас! Впрочем, сегодня в любом крупном европейском городе вас научат этим же премудростям еще быстрее.

Все очень просто. К началу ХХ века в Индию уже пробили стежки-дорожки любители восточной экзотики. Ну, а раз есть спрос… Индия — страна древней цивилизации. В которой, разумеется, различных проходимцев и мошенников не меньше, чем в других местах. А возможно — и больше. Сегодня представители нашей и западной интеллигенции любят поговорить о злобных китайских коммунистах, раздолбивших Тибет с тамошней теократией Далай-ламы. Конечно, ребята, как было принято у большевиков, слегка погорячились. Но с другой стороны — а что было делать с землями, где монахи составляли чуть ли не половину мужского населения! И ведь работать буддийские монахи упорно не желали. Трудно поверить, что вся эта компания служителей Будды состояла сплошь из просветленных искренних людей.

Это я к тому, что когда с Европы повалили люди, жаждущие приобщения к мудрости Востока, недостатка в учителях не было. Стало складываться то, что впоследствии будет названо «европейским буддизмом». В чем-то это учение напоминает продающиеся сейчас книжки для школьников, где произведения русской классической литературы излагаются на нескольких страницах языком, доступным пониманию современных Митрофанушек. Так и с буддизмом. Разумеется, экспортный вариант буддизма старательно подгонялся под восприятие европейцев, отсекая все чуждое и непривычное. Получилось черт те что. Но пипл хавал.

В начале ХХ века все это только начиналось, но тем, кто желал пройти «ускоренный курс», оборотистые гуру предоставляли такой вид услуг. Поэтому нет ничего удивительного, что оккультный тусовщик Беннет, проболтавшись два года между Бирмой и Цейлоном, уже считал себя вправе кого-то учить.

Впрочем, на самом-то деле мы не знаем, чему Кроули на самом деле учился у своего приятеля. Это он рассказывал, что они, мол, дхьяну практиковали. Алистер, как мы уже убедились, не отличался особой правдивостью. Так что чем он там занимался с Беннетом — дело темное.

Вернувшись в поместье, на берега озера Лох-Несс, Кроули занялся привычной веселой жизнью, ни в чем себе не отказывая. И тут… Он ринулся под венец.

Его супруга Роза Келли была старшей сестрой старого знакомца по богемным тусовкам — художника сэра Джеральда Фестуса Келли, который впоследствии стал президентом Королевской Академии Художеств. Встретился Алистер с Розой случайно — Джеральд с сестрой отдыхали в городишке неподалеку от его фазенды.

Роза была веселой девушкой. Она уже успела побывать замужем и овдоветь, а после этого вела привольную богемную жизнь. Денег на веселуху не хватало, приходилось тянуть с родителей. Видимо, денег требовалось много — а потому Розе приходилось всячески врать. Так, незадолго до волнующей встречи девица заявила, что беременна. Добропорядочные мама с папой, устрашившись позора, отвалили Розе денег на подпольный аборт. Тогда эта процедура, особенно для представительницы высшего общества, была весьма дорогой. Келли, получив монету, бурно загуляла. Когда обман вскрылся, «предки» стали толкать Розу на замужество любой ценой. В этот тяжелый час Кроули с ней и встретился.

По его воспоминаниям, он собирался жениться лишь фиктивно, дабы помочь хорошему человеку. Но это вряд ли. Потому что в начале ХХ века английский брак был очень серьезным делом — по причине крайней муторности развода. Думается, Кроули, чьи финансы уже начали исполнять романс «мы подходим к концу», рассчитывал сорвать с семейки приданое.

Так или иначе, свадьба ознаменовалась грандиозным скандалом, апофеозом которой стала драка у алтаря между Кроули и братом новобрачной. Добавило перца и то, что на следующий день к Алистеру должна была вернуться его очередная девка. Судя по всему, девица была не из тихих — и Алистер откровенно боялся волнующего свидания. Во всяком случае, он отрядил местного шерифа, дабы тот встретил отвергнутую любовницу на станции — и посадил бы ее под конвоем в какой-нибудь отходящий поезд.

В конце концов все устаканилось. С приданым, видимо, тоже. Во всяком случае, они поехали в свадебное путешествие во все тот же «магический треугольник» — в Египет и Индию. Там-то все и началось.

Как мы помним, Кроули маялся в поисках «ангела-хранителя». Все как-то у него не складывалось. Но тут ему помогла супружница. Согласно «оккультной» версии событий, в Розе Келли проснулся медиум. Может быть, может быть. Надо сказать, очень своевременно он проснулся. Возможно, все случилось и без мистики. Роза Келли была девушкой с явными тараканами в мозгах. Она являлась типичной представительницей богемы «второго порядка». То есть из тех, кто сами по себе ничего не представляют, но которым очень хочется чего-то эдакого… До знакомства с Кроули ее тараканы бегали по мозгам в беспорядочных направлениях. После счастливого брака они двинулись в нужную сторону. Кроули был, безусловно, ярким человеком, который оказывал сильное влияние на окружающих. Тем более — на женщин. Роза Келли быстро стала проявлять интерес к магии и помогать супругу. Кроули это дело всячески поощрял. Так, когда они прибыли в Каир, Кроули решил выпендриться перед женой. Для начала он назвался принцем Чио Ханом. Это для него характерно. В Париже в гостинице он именовался русским графом Сваревым. Русских аристократов, швыряющихся деньгами, было тогда в Париже полно — так что перед таким именем тут же начали мелко мести хвостом. А Алистер Кроули получал удовольствие.

Как положено туристам, супруги отправились в пирамиду Хеопса. Но не для того, чтобы просто поглазеть, а чтобы провести внутри ночь. Кроули стал вызывать сильфов — духов воздуха[16]. Но сильфы, сволочи такие, не появлялись. Зато случилась другая незадача — на голову Розы свалилась летучая мышь и вцепилась ей в волосы. Муж тут же прибил животное.

Все эти впечатления не прошли для Розы даром. Ночью с ней случился истерический припадок — она визжала, кричала, кусалась и царапалась. Забегая вперед, стоит отметить, что это станет чуть ли не отличительной чертой женщин, которые, на свою беду, будут слишком много времени проводить в обществе Зверя. Что же касается Алистера, то ему поведение жены очень понравилось. Он опишет его впоследствии как «прекраснейший случай одержимости из всех, которые ему выпало счастье наблюдать».

Такова легенда, которую с благоговением повторяют любители магии и прочей чертовщины. Насколько этому верить — каждый может решить сам. Рационалистическое объяснение бесед с Гором — Кроули настолько подчинил себе слабую на голову Розу, что она подсознательно стала делать то, чего очень хотелось Зверю. Еще более рационалистическое — это все красивая сказка. Потому как, занудно повторяю, это известно только со слов Кроули.

Что же касается магической интерпретации, то она такова. Алистеру Кроули продиктовал «Книгу Закона» наконец-то объявившийся «ангел-хранитель» — демон Айвасс. Персонаж этот не встречается в традиционной демонологии. Сам Кроули впоследствии утверждал, что товарища Айвасса древние египтяне почитали под именем бога Сета. Это довольно мрачное божество, бог пустыни, а она у египтян являлась символом хаоса, которому противостоял порядок цивилизации. (Стержень египетской цивилизации — война с пустыней, создание орошаемых земель.) В Египте Сет «заведовал» войной, эпидемиями и прочими стихийными бедствиями. Вот он-то Алистеру и напел текст. Себя Кроули объявил Священным писцом, призванным нести провозглашенный Закон людям.

Вот, значит, оно как… Только при чтении «Книги Закона» возникает недоумение: почему этот самый Айвасс так беспросветно банален? «Книга Закона» — это вульгаризированный Ницше. А если точнее — перелопаченный «Так говорил Заратустра». Даже манера изложения схожая — нечто донельзя претенциозное, среднее между прозой и поэзией. Только вот в поэтическом отношении Кроули по сравнению с Ницше — как «Запорожец» рядом с «Мерседесом». Зато высокопарность, свойственная и немецкому философу, тут прямо-таки захлестывает.

И вот все таким макаром. Впрочем, есть места, над которыми можно размышлять до скончания века. Например, такая глубокомысленная истина. «Каждое число бесконечно; тут нет различия». Этим-то и пробавляются нынешние поклонники Кроули — бесконечно чешут репы над эзотерическим смыслом подобных пассажей.

А суть-то в чем?

И подробнее:

Ну, и для самых тупых:

Надо сказать, что в этом пассаже демон Айвасс выдал уже откровенный вторяк. Сравните:

Это Оскар Уайльд. Согласитесь, как-то мелковато для древнего египетского бога — пересказывать чужой текст, причем куда хуже.

Заканчивается «Книга Закона» комментарием:

«И это все?» — спросите вы. Нет, конечно, дело обстоит не так просто. «Книга Закона», как и другие магические произведения Зверя, можно адекватно оценить лишь в комплексе, как часть явления «Алистер Кроули». Это нечто вроде текстов рок-композиций. Если читать тексты с листа, они не производят никакого впечатления. Но в обрамлении средств рока — очень даже звучат. И достаточно банальные слова и образы воспринимаются как откровение. Кроули и тут — человек ХХ века, породившего «синтетические искусства» — кино и рок-музыку, где разнообразные средства работают на одну цель. Ницше, представитель предыдущего века, просто писал книжки. Их можно было принимать или не принимать. Личность автора значения не имела. Случай с Кроули — совсем иной.

Он позиционировал себя как маг. То есть человек, обладающей значительной силой. «Книга Закона» — не просто проповедь, это обещание. Иди за мной — и ты получишь большую силу, которую будешь использовать, как тебе нравится. Согласитесь — это уже несколько иной поворот. В XIX веке Штирнер и Ницше только обосновывали философию сверхчеловека. В ХХ столетии Кроули начинает делать из нее практические выводы.

Именно сверхчеловека. Конечно, в «Книге Закона» сказано: «Каждый мужчина и каждая женщина — это звезда». Но между строчками напыщенных пассажей угадывается: на самом-то деле отнюдь не каждый… Это похоже на слова, сказанные мне в конце 90-х тогдашним питерским гауляйтером Национал-большевистской партии:

— Конечно, мы за права человека. Но для начала вы должны доказать, что являетесь человеком…

Из «Книги Закона» просто прет элитаризм. Недаром в Комментарии сказано: «Обсуждающих содержание сей Книги все будут сторониться, как разносчиков чумы». Большой поклонник Кроули, Герман Гессе на своей знаменитой книге «Степной волк» поставил «предупреждение»: «только для сумасшедших». Трюк дешевый, но эффектный. Если «не для всех», то попасть очень хочется. Желание стать «выше толпы» — штука очень заразная. На эту удочку ловятся и будут до скончания века ловиться толпы дураков.

Я уже отмечал, что Кроули был элитаристом до мозга костей. Вот тут-то он искренен на двести процентов.

Но и это еще не все. Алистер Кроули не стал бы так популярен, не обещай он своим адептам скорой победы. В этом, кстати, еще его одно отличие от Ницше, который, по сути, был глубоким пессимистом.

Вслед за Блаватской Кроули обращается к индийским представлениям о временных циклах. В его учении, получившего название «телемизм», такие циклы называются «эонами». В упрощенной форме картина выглядит следующим образом.

Мир в своем развитии проходит различные циклы, каждому из которых соответствуют свои моральные нормы, свои религиозные взгляды и так далее. Эоны, соответствующие астрологическим циклам, длятся примерно 2160 лет. Современный нам эон — «эон Осириса», умирающего и воскресающего Бога. Христианство — религия, характерная именно для этого времени.

Но данный эон заканчивается, наступает новый — «эон Гора». В котором будет главенствовать принцип «делай, что хочется». И подразумевается, что принцип этот будет распространяться отнюдь не на всех, а на новую элиту. Это, еще раз подчеркну, не говорится прямо в массовых книгах. Это «тайное знание» для посвященных.

Все это произойдет не автоматически. Смена времен — дело тяжелое и мрачное. Будут революции, катастрофы и все такое прочее. Но все они — благо, поскольку позволят раздолбать старый мир до основанья, а затем…

Во время смены эонов, «равноденствия богов», из всех углов вылезают силы хаоса. Их задача — «расчистить стройплощадку» для нового мира. Этим-то, как полагал Кроули, он и призван заниматься.

Как это ни смешно, маг и ультрареакционер, сторонник давно отжившей сословной монархии, попадает в унисон с модными в те времена социалистическими и анархистскими идеями.

Согласно представлениям адептов «Золотой Зари», енохианская магия, которую практиковал и Кроули, является, по сути, своеобразным «катализатором» Апокалипсиса. Из этого исходит и «священный писец». Только у него глобальный Апокалипсис превращается в очередной хаос во время смены эонов. Хотя при этом мало тоже никому не покажется. А он, Кроули, должен как раз запустить этот процесс. Именно поэтому, а не из дешевого эпатажа, Кроули ассоциировал себя со Зверем 666. То есть ощущал себя эдаким Лениным магического розлива.

Теперь можно было возвращаться в Европу. Готовить почву для внедрения идей, продиктованных товарищем Айвассом в широкие массы «желающих странного».

Читатель вправе спросить автора: а ты-то сам что думаешь насчет происхождения «Книги Закона»? На что я честно отвечу: а черт его знает. В диктовку демонов я, честно говоря, не верю. Хотя бы потому, что демоны могли избрать и более продвинутый путь, а не тупую диктовку. Представители нечисти выглядят тут как-то мелкотравчато. Прямо как у Булгакова — приперся в Москву Сатана со всей командой и занимается разными глупостями. Но автор «Мастер и Маргариты» никогда не претендовал на то, что написал откровение. Как и на какую-то философию.

Впрочем, вряд ли «Книга Закона» является циничной сознательной фальсификацией, подобно писаниям Елены Блаватской и ее многочисленных приспешников. Думается, у Кроули всего понемногу. Как мы помним, он баловался наркотиками. А в состоянии «расширенного сознания» можно не только кайф ловить, но и заниматься творческой работой. И ведь порой получается! Сид Баррет из Pink Floyd в таком виде писал неплохие вещи. А Джими Хендрикс — играл на гитаре. Тоже нехреново. Я лично полагаю, что творение Кроули — это то, о чем позже кричали сюрреалисты, — образец «автоматического письма», выплеска подсознания. У сюрреалистов из их упражнений в прозе, несмотря на громкие заявления, выходил исключительно бред собачий, который все давно забыли. А у Кроули… Что ни говори, но через сто лет его «Книгу Закона» продолжают читать. Тем более что Кроули был хоть и не Байрон, но все-таки не самый плохой поэт. Да и, по большому счету, неважно это. Кинга была создана. Процесс пошел.

Вернувшись из столь необычно сложившегося свадебного путешествия, Кроули возвратился в Париж, где осчастливил мир изданием своего собрания сочинений. «Книга Закона» в него не вошла. Только лишь стихи и проза. Алистеру очень хотелось заодно прославиться и в качестве литератора. Поэтому он носился со своими творениями, как курица с яйцом. Для авторов, выпустивших первую книгу, это обычное дело. Но у Кроули уже был опыт, который, кроме всего прочего, подсказывал: книга не станет бестселлером. Но Алистер не сдавался. Он объявил крупную премию за лучший отзыв о своем собрании сочинений. История умалчивает о том, кто эту премию получил. Но уж, наверное, кто-нибудь да нашелся. Журналисты во все времена любили проплаченные материалы.

Но только вся эта возня не помогла. Литературным событием сборник творений Кроули так и не стал. Были в тогдашней английской литературе писатели и получше.

Как уже говорилось, игра в магию — штука отнюдь не безопасная. Восточные практики, которые с энтузиазмом перенимал Кроули, требуют такой же аккуратности, как электромонтажные работы под током. Сунул руку не туда — и поминай как звали. Когда в конце семидесятых в СССР пришла мода на восточную экзотику, психиатрические больницы оказались забиты «паломниками в страну Востока». Такие вот это игры. А Кроули пер, как танк по минному полю. Удивительнее всего то, что он вообще протянул так долго. Крепкий был мужик. Или везучий. А вот тем, кто был рядом с ним, везло куда меньше.

Для начала за участие в сатанинских играх поплатилась его жена — Роза Келли. Вообще-то она была не просто женой, а Багряной. В этот цвет Роза окрасилась, когда помогла Кроули принять «астральную почту» в виде «Книги Закона».

В ней, в этой книге, сказано так:

В общем, символика понятна. Багряная Жена (она же Вавилонская Шлюха) — неизменный и обязательный атрибут Зверя.

Все бы хорошо, но, как выяснилось, соответствовать этой ответственной должности оказалось непросто. 28 июня 1904 года у Розы родилась дочь. Роды проходили очень тяжело. У матери случилось временное расстройство психики — родильный психоз. Так все пошло и дальше. Ребенку дали имя Нуит Ма Ахатхор Геката Сапфо Джезабель Лилит. Ничего себе так.

После рождения дочери Алистер Кроули продолжал жить весело. Так, находясь в Калькутте, он убил из револьвера местного жителя. Считается, что это был один из грабителей, которые на него напали. Может быть. Но только мы уже видели, что Зверь имел обыкновение размахивать шпалером где надо и где не стоит. Во всяком случае, местные власти посоветовали ему убраться подальше, кабы чего не вышло. Но это бы ладно. Кроули вновь потянуло на приключения.

Черт понес его в Китай, куда он захватил жену с дочерью, которой не исполнилось и года. И ведь двинулись они не Шанхай или Пекин, а в глухомань. Четыре месяца они околачивались по задворкам Поднебесной, передвигаясь то верхом, а то и пешим порядком. Самое хорошее времяпровождение для малолетнего ребенка. Особенно если учесть, что в тогдашней китайской провинции ни о какой санитарии и гигиене и не слыхали. А вот с разными болезнями там все было хорошо. Что удивляться, что Лилит вскоре после возвращения из путешествия умерла от тифа. Впрочем, Алистер как-то не слишком огорчился. Ведь в «Книге Закона» сказано:

Что ж, раз дело того стоит, можно и ребенка. Делов-то. Тем более что Роза вскоре родила еще одну дочь, которую назвали Лола Заза. Здесь тоже все вышло нехорошо. Через три недели после рождения ребенок чуть не умер. От бронхита.

Для Розы это оказалось последней каплей. Она и до этого была не самой адекватной дамой, а жизнь с таким персонажем, как Алистер Кроули, способствовала развитию ее некоторых странностей. Дело даже не в его магических игрищах. Все было еще веселее. У Зверя тоже были свои закидоны.

Как-то, к примеру, супружник вообразил, что Роза — летучая мышь, и стал заставлять ее спать в туалете, привязанной вниз головой. То ли это он спьяну чудил, то ли подобные вывихи — пример того, что Верховная Жрица ведьм назвала «животными извращениями». Да уж, поручик такой затейник…

В итоге Роза начала пить по-черному. Ее психика, и без того не слишком крепкая, стала распадаться буквально на глазах. Кроули решил, что Багряная Жена является отработанным материалом. Ну, не получилось у нее справиться с ответственной миссией по несению в народ Закона новой эпохи. Он потом ссылался на «Книгу Закона», где сказано:

Кроули пояснял, что, дескать, Роза слишком любила своих детей. А это неправильно. У Багряной Жены иные задачи. Такие «отступники» Алистеру были ни к чему. Кроули поступил так, как и сказано в Книге, — ушел от нее, не попрощавшись. В 1909 году брат Розы Джеральд Келли поместил сестру в психушку. Кроули поспешил с ней развестись и больше судьбой жены не интересовался. (Роза безвылазно находилась в больнице до самой смерти, последовавшей в 1932 году.) Судьба дочери его тоже не волновала. Ее воспитание взял на себя Джеральд. Алистер же увидел своего ребенка лишь через много лет. И высокомерно прокомментировал:

«Лола Заза неуправляема. Она презирает каждого, думает, что она — гениальна, а на самом деле глупа, проста, сварлива…»

На самом-то деле презирала и ненавидела Лола одного человека — папочку. Согласитесь, было за что. Впоследствии она наотрез отказывалась от дальнейших встреч с папашей, а когда Кроули умер, отказалась от и наследства.

Сама же Лола Заза прожила, может быть, ординарную, но вполне нормальную и счастливую жизнь. А вот тем, кто и в дальнейшем связывал свою судьбу со Зверем, повезло куда меньше. Роза Келли была только первой жертвой игр с огнем…

В 1907 году Алистер Кроули решил, что настала пора прекращать работать по мелочам и основывать собственное дело — в смысле магический орден имени себя. Что он и сделал. Найдя сподвижника — некого Джона Фредерика Чарльза Фуллера, он основал Орден Серебряной звезды. (По греческой аббревиатуре его организацию часто называют А.А.)

Как водится, Орден имел сложную иерархическую структуру. Имеет смысл ее привести.

1. Неофит. Салага и есть салага. Его задача — быть на побегушках.

2. Ревнитель. На этой ступени адепт упражнялся в чем-то вроде медитации и прочих подобных штуках.

3. Практик. Тут следовало изучить Каббалу (в переложении Кроули, точнее — Мазерса).

4. Философ. Завершение «нравственной подготовки». Если учесть, что в «Книге Закона» проповедуется безнравственность, то это, видимо, означает готовность на все. Ну, в завершение — испытание на преданность Ордену.

5. Младший Адепт. «Достижение Знания и Собеседование со Священным Ангелом-Хранителем». А если попросту — сношение в магической обстановке с кем-нибудь из руководителей.

6. Старший адепт. После обряда полового собеседования наступала пора изучать «низшую магию»: добычу желаемых предметов — золота, женщин, открывание запертых дверей, нахождение сокровищ.

(Интересно, кстати, почему же тогда сам Кроули всю жизнь нуждался в средствах? Что же он сокровищ-то не нашел?)

Кроме того, необходимо научиться в случае неприятностей призывать себе на помощь вооруженных людей. На этом этапе член Ордена становится кем-то вроде сержанта. Он руководит более младшими, «уравновешивая энергичность и инициативу таким образом, чтобы не возникало ни разногласий, ни жалоб; с этой целью ему следует применить формулу, именуемую „Зверь, соединенный с Женщиной“…»

7. Свободный адепт. Он «овладевает всеми этими предметами в совершенстве». Дальше есть выбор. Адепт может стать Братом Пути Левой руки. (Так назывались маги, которые стеснялись слова «черный».) Может «преодолеть Пропасть» и двинуться дальше, на следующие «сверхступени».

I. Магистр Храма. «Возделывает сад» учеников и обретает понимание вселенной.

II. Маг. «Достигает мудрости, провозглашает свой закон и становится Мастером всей Магии в величайшем и высочайшем смысле этого слова».

III. Ипсиссимус. Который «превыше всего этого и недоступен пониманию тех, кто находится на низших ступенях». Он «полностью свободен от любых ограничений и живет в природе всех вещей, не делая между ними ни количественных, ни качественных различий».

Вот оно как. Но если вы думали, что Алистер Кроули сразу записал себя на самую высшую ступень, то ошибаетесь. Это было бы чересчур. Он остановился на седьмой ступени. То есть полагал, что является очень продвинутым, но все еще человеком, без приставки «сверх». В этом есть своя сермяжность — заявлять будущим адептам: «видите, я сам еще только учусь».

Для начала Кроули начал с лихорадочной скоростью публиковать журнал «Равноденствие», где пропагандировал собственный орден. Нельзя сказать, что народ попер к нему рядами и колоннами. В самые лучшие времена количество членов А.А. не превышало сорока человек. К этому времени повальное увлечение оккультизмом явно пошло на спад. Но Алистер не сдавался. Он снова взялся за серьезные магические игры.

Об этой истории стоит поведать так, как ее потом описали участники событий. Дело было в 1909 году в Алжире. Кроули и его ученик и любовник Виктор Нойбург отправились в пустыню с целью вызвать демона, проходящего под кликухой Хоронзон. Они решили действовать по старинным правилам, без всяких там модернистских залипух. В смысле — любить друг друга не стали. Вместо этого они начертили на песке магический круг, рядом так называемый «треугольник Соломона». Потом прирезали трех голубей и полили их кровью песок.

Кроули был в балахоне — вроде как у членов Ку-клукс-клана, только черного цвета. Он вошел в магический треугольник и произнес заклинание. И тут-то началось…

Маг пытался разглядеть демона в топазе. И разглядел. Демон появился и для разминки начал непристойно выражаться. Голосом Кроули он орал на всю пустыню:

— Все живые существа — мои наложницы, и никто не смеет касаться их, кроме меня одного… От меня исходят проказа и оспа, чума и рак, холера и падучая.

Что же касается Нойбурга, который стоял в защитном магическом круге, то он увидел внутри круга не Кроули, а очень сексапильную девицу в неглиже, которая призывала Витьку заняться, ну, вы понимаете, чем. Нойбург сообразил: это не девка и даже не друг Алистер, а товарищ Хоронзон, который хочет выманить парня из-под защиты круга. Он не поддался на провокацию. Тогда демон сначала обещал принести клятву верности, затем, гад такой, принял вид голого Кроули и попросил водички. Нойбург порядком струсил и даже вспомнил Господа, именем которого и пригрозил Хоронзону. Демон над ним только посмеялся и выдал ему тираду в духе романтиков начала XIX века:

— Неужто думаешь ты, о глупец, что есть на свете такой гнев и такие муки, коими я не являюсь, и что есть на свете иной ад, кроме сего духа моего?

Потом Хоронзон снова стал грязно материться. Выражался демон заковыристо — Виктор даже решил записать его слова. Видимо, чтобы потом блеснуть при случае. Это было ошибкой. Потому как Хоронзон тут же бросил на границу круга горсть песку и тем проложил себе дорогу. И как ломанет… Представитель ада повалил парня на землю и попытался перегрызть ему горло. Но Нойбург оказался бойцом хоть куда и метко отоварил врага пером — в смысле магическим кинжалом. Хоронзон, волчара позорный, отполз за пределы круга — и Виктору удалось восстановить статус-кво — поправить круг. Но тут энергия голубиной крови закончилась — и демон исчез.

А что же Кроули? Он стоял в стороне и наблюдал, как демон колбасит товарища. По его словам, Хоронзон постоянно менял образы: был то женщиной, то змеей, то самим Кроули, то вообще черт-те кем. «Он — ужас тьмы, слепота ночи и глухота гадюки, сталь, лишенная вкуса, и стоячая вода, черное пламя ненависти и вымя склизкой Кошки; не единая вещь, но множество вещей».

Вот и все приключенье. По сути, терки с демоном, перешедшие в разборки, кончились ничем. Вызвать-то тварь вызвали, да сладить с ним не сумели. Тем не менее Алистер Кроули присвоил сам себе звание Мастера Храма. Тем самым он предвосхитил Леонида Ильича Брежнева — тот тоже любил давать себе звания и ордена.

Есть, правда, и другая версия, тоже оккультная, которая куда менее лестна для Кроули. Состоит же она в том, что в разборке победил товарищ Хоронзон. Он вселился в тело Зверя — где и преспокойно обитал до самой смерти последнего.

А вообще-то все описанное очень похоже на действие лизергиновых галлюциногенов. Кроули начал баловаться мескалином — вытяжкой из мексиканского кактуса. По составу и действию мескалин близок к ЛСД. Впоследствии это вещество открыл для широких масс Карлос Кастанеда — и толпы идиотов ринулись в Мексику искать на задницу приключений. Нашли, разумеется. Только не те, которые искали.

Весь цирк в пустыне Кроули учинил не от хорошей жизни. Он утратил свою Багряную Жену и искал новые способы магической работы. Вот с тоски и обратился к дедовским рецептам. Но тут появилась новая девица.

Ее звали Лейла Уэдделл, родом она была из Австралии; на момент знакомства с Кроули Лейле исполнилось тридцать лет. Девушка тоже являлась представительницей богемы, правда, на этот раз музыкальной. Она профессионально играла на скрипке. К моменту знакомства с Кроули ее положение было следующим. В Австралии Лейла пользовалась достаточно широкой известностью среди любителей музыки. Чему способствовало то, что кроме музыкальных способностей она обладала яркой внешностью и прущей в глаза сексуальностью. Что немаловажно. Так или иначе, в 1908 году она двинула в Англию, чтобы попробовать силы там. И оказалась в положении многих провинциальных звезд всех времен, угодивших в метрополию. Австралия и сегодня не Бог весть какой очаг культуры. А уж тогда это была и вовсе глухая деревня. В общем, сенсации ее появление не вызвало. Тут и своих скрипачек хватало. А играла Лейла, прямо скажем, так себе. Пришлось ей идти работать цыганкой. В смысле — поступить в труппу местных эстрадных цыган, с которыми она и болталась по Европе. Это была тогдашняя попса. Только вот ценилась попса в те времена не как сейчас, а как она того заслуживает.

Вот тут-то Лейла и попалась на глаза Кроули. Завязался роман. Алистер продолжал оставаться знатным покорителем женских сердец — покорил он и Лейлу. Он тут же затащил скрипачку и в свой Орден, присвоив ей кличку Сестра Агата. Они стали активно практиковать сексуальную магию. Что, впрочем, не мешало Кроули путаться и с другими подружками. Одной из них была, к примеру, Мэри Дести Стерджис, подруга и компаньонка Айседоры Дункан. С Мэри он тоже практиковался в сексуальной магии.

С именем Лейлы связано начало громкой славы Кроули. В 1910 году Алистер на пару со своей любовницей сочинили ритуал, вызывающей демона Барзабеля, считающегося духом Марса. Действо включало в себя употребление мескалина, секс, а также чтение речитативом мистических стихов под аккомпанемент Лейлы. Один из друзей Кроули, сотрудник Адмиралтейства капитан Мастерс, предложил сделать «облегченный» вариант для публики. В карманах Алистера в очередной раз свистел веселый ветер, поэтому он решил: а почему бы и нет? В общем, было состряпано музыкально-эротическое шоу под именем «Элевсинские мистерии» — по названию веселых праздников в честь богини Деметры, проводившихся в Древней Греции. Предполагалось, что шоу должно было вводить зрителей в религиозный экстаз. Забавно, что соавтором мистерий был тогдашний спонсор издательских затей Кроули, французско-одесский еврей Георгий Рафалович. Если кто-то во всем видит руку жидомасонов — то вот они вам.

Представлений было семь — по одному для каждой планеты. Кстати, в Солнечной системе на тот момент было известно восемь планет.

Но это разрушало всю магическую систему, так что на существование Урана внимания старались не обращать.

Для постановки был арендован концертный зал Кэкстон-холл, где команда и порезвилась. Вообще-то по сегодняшним временам ничего особенного в этих мистериях не было. Но тогда понятия о грани, разделяющей эротику и порнографию, были иными. В газетах поднялся изрядный шум, где про Кроули и его магию написали много интересного. Зверь угодил в герои скандальной хроники, из которой ему будет долго еще не выбраться.

Казалось бы — чего еще желать? Сегодня все знают, что лучшая дорога к известности — это скандал. Если бы Кроули жаждал известности любой ценой, ему бы теперь оставалось бы лишь пожинать лавры. Но он-то желал быть не просто героем дня. К этому времени Кроули уже окончательно уверовал в собственное мессианское призвание. Так что скандальная слава автора неприличного шоу — это было несколько не то. К тому же товарищи по борьбе, с которыми он создал «Серебряную звезду», не поняли юмора. Они повернули лыжи в сторону от Алистера и больше не желали иметь с ним ничего общего. В общем, дело как-то не клеилось. В компании с верным Виктором Нойбургом Кроули вновь, чтобы развеяться, подался в Сахару, но на этот раз ничего интересного они там не учудили.

В 1912 году в Лондон приезжает колоритный персонаж — Теодор Ройс. Это был «салонный анархист», то есть любитель попугать радикальными идеями почтеннейшую публику. Одновременно Ройс под кличкой Мерлин являлся Внешним Главой Ордена восточных тамплиеров (О.Т.О). Так называлась очередная оккультная тусовка, возникшая в 1902 году в Германии. Как водится, свою родословную эти ребята возводили к «тому самому» Ордену тамплиеров и претендовали на обладание тайнами храмовников. Но мы уже знаем, чего стоят подобные заявления. На самом-то деле Орден возник очень банально — как следствие дрязг в Герметическом Братстве Света, которое в свою очередь… Можно привести список дружественных тусовок, которые разрешили двойное членство или предоставили новоявленным тамплиерам право изучать свои страшные секреты. Итак…

Гностическая Католическая церковь, Орден Рыцарей Святого Духа, Орден Иллюминатов, Орден Храма, Орден Рыцарей Святого Иоанна, Орден Рыцарей Мальты, Орден Рыцарей Святого Склепа, Тайная Церковь Святого Грааля, Герметическое Братство Света, Святой Орден Розы Креста Хередома, Орден Святой Королевской Арки Еноха, Древний и Общедоступный обряд масонства, Обряд Мемфиса, Обряд Мицраима, Древний и Общепринятый Шотландский обряд Масонства, Сведенборгианский обряд масонства, Орден Мартинистов и Орден Сат Бхаи.

Вот их сколько было. Как видим — привет национал-патриотам — на страницах книги снова запахло масонами. Так оно и есть. К масонству О.Т.О имел непосредственное отношение. Оно заключалось в том, что одни и те же люди шатались туда-сюда между всеми мистическими организациями — в том числе и масонскими.

В О.Т.О. масоны были несколько своеобразные. Визит Ройса объяснялся тем, что он увидел в журнале «Равноденствие» разглашение некоторых сокровенных тайн Ордена, в частности, связанных с сексуальными (в том числе — гомосексуальными) ритуалами. Дело в том, что эти самые ритуалы были орденской гордостью — они их разработали, а потом долго и вдумчиво опробовали. Ройс в ужасе схватился за голову и примчался выяснить: откуда пошла утечка информации?

Однако быстро выяснилось: никакой такой утечки нет. Кроули дошел до всего сам. В результате Кроули и Ройс быстро договорились. Ройс предложил Зверю вступить в О.Т.О. И не просто вступить. Алистер Кроули стал отвечать за британский и американский филиалы и получил титул Верховного Священного Короля Ирландии, Айоны и всех британцев, вошедших в Святилище Гнозиса. В О.Т.О он вступает под псевдонимом Брат Бафомет. Это известный адский деятель. Вот что о нем сказано в «Мифологической энциклопедии».

В общем, душевный персонаж. К этому времени Кроули уже окончательно перестает адекватно воспринимать окружающий мир. Теперь он начинает всерьез глядеть на себя как на эдакого вершителя судеб планеты. Так обычно и бывает. Ведь в последние годы он общался в основном со своими дружками, приятелями и недругами по магическим тусовкам. А с этой колокольни происходящее в мире воспринимается несколько по-иному. Вспомним, что, за исключением литературных опытов и экспедиций в Гималаи, Кроули никогда не занимался никаким реальным делом. То есть таким, на результаты которого можно хотя бы поглядеть. Да и его литература… Она печатается в журналах с микроскопическими тиражами или издается за свой счет. Кроули, по сути, варится в собственном соку. Но ему-то кажется, что дело обстоит с точностью до наоборот. Что с помощью масонских тусовок он встал во главе властителей мировой закулисы. До конца жизни он так и не отрешится от этой сладкой иллюзии — как бы ни била его жизнь железным молотком по голове. Конечно, большинство из нас склонны преувеличивать значение собственной персоны в круговороте мироздания. Но Кроули, вступив в О.Т.О., пошел в разнос. Если до этого богемные и великосветские знакомые воспринимали его как эксцентричного чудака, то теперь стали сторониться.

Главная проблема, которая продолжала волновать Кроули, — это хроническое отсутствие денег. В этом смысле скандал вокруг его имени сыграл очень плохую шутку. Прежняя компания стала смотреть как-то искоса. Нужно было срочно искать новые источники дохода. Алистер Кроули стал использовать то, что было под рукой. Он, помня коммерческий успех «элевсинских мистерий», решил продолжать в том же духе. Кроули сколотил команду, состоящую из семи красивых скрипачек во главе с Лейлой, которую окрестили «Девицы вольного рэгтайма» (The Ragged Ragtime Girls). К рэгтайму то, что они делали, не имело никакого отношения. Как, впрочем, и к музыке вообще. Суть концертов группы сводилась к известному анекдоту — когда сексапильную певицу зрители вызывают на «бис» и кричат: «ты не пой, ты просто ходи». Вот и здесь было нечто подобное. Дурной попсовый балаган. Нечто вроде сегодняшней российской группы «Блестящие». Вот что писал сам Кроули в составленном для прессы анонсе одного из концертов.

Сам Кроули в своих воспоминаниях говорит, что команда состояла из алкоголичек и нимфоманок. Правда, на скрипках они играть вроде бы все-таки умели…

Со своими рэгтаймовыми девками Кроули в какой-то мере, предвосхитил расплодившиеся после Первой мировой войны дамские джазовые оркестры, от которых тоже никто музыки и не ждал. И тут он оказался впереди своего века.

Некоторое время девицы из команды Алистера Кроули выступали в Англии, но потом отчего-то они решили попробовать завоевать Москву. Почему Белокаменную, а не тогдашнюю российскую столицу, Санкт-Петербург? Скорее всего, поехали туда, куда позвали.

О том, как проходили концерты девиц из рэгтайма, неизвестно ничего. Хотя следы их пребывания в России искали многие — и очень тщательно. Известно лишь то, что группа выступала в «Аквариуме» — средней руки варьете на Садовой, недалеко от нынешней станции метро «Маяковская». Кстати, именно это заведение, только уже нэповских времен, описал Михаил Булгаков в «Мастере и Маргарите». Некоторые доморощенные мистики даже строят на этой почве разные далеко идущие теории. Только фигня все это. Булгаков описал «Аквариум» потому, что жил рядом — в «нехорошей квартире» дома 50, который тогда имел номер 302-бис[19]. О визите команды Кроули он не знал. Хотя бы по той причине, что выступления «Девиц свободного рэгтайма» не оставили после себя памяти. Никакой. «Аквариум» был заведением не самого высокого полета. Мало ли кто там выступал. Ну, приехали девицы, поиграли, потрясли телесами. Делов-то. А Булгаков в тот период жил в Киеве.

На более продвинутых представителей культурной жизни Москвы и России приезд Кроули тоже никак не повлиял. Хотя у нас тогда было до черта оккультистов, теософов и прочих мистиков. Правда, никто из них открыто не игрался в сатанизм. Подобные развлечения являлись в Российской империи уголовным преступлением (святотатством), за которое светила Сибирь. Что же касается бунтарей, ниспровергателей и крамольников, которых в России хватало… 1913 год — это время сенсационного успеха российских футуристов. А нигилистическая поэма Маяковского «Облако в штанах» будет во всех отношениях покруче «Книги Закона».

Но за такой прохладный прием Кроули не был в обиде. О Москве он написал поэму «Град Божий».

Забавно. Дело не сравнении собора Василия Блаженного с… ну, вы поняли, с чем. В миропонимании Кроули фаллические символы имеют положительное значение. В поэме они символизируют накопившуюся мощь, готовую выплеснуться в мир. Москва у Кроули предстает как некий магический центр. К этой теме Москвы как магического центра он еще вернется впоследствии, когда попытается подружиться со Сталиным. Правда, у него хватит ума обойтись без фаллосов.

Впоследствии Кроули немало писал о России. Вы будете смеяться, но под многими его пассажами могли бы подписаться самые упертые черносотенцы.

Вот так. Не «тюрьма народов», как полагали революционеры и либералы, а «самая свободная страна в Европе». Мне кажется, что более всего Кроули вдохновляло то, что Россия являлась сословной монархией — то есть была страной, где привилегированное положение аристократии было закреплено законом. В Британии-то давно уже правила бал ненавистная Зверю демократия.

Кроме Москвы, во время поездки по России Алистер Кроули посетил еще и Нижегородскую ярмарку. На наших просторах он довольно быстро пообтерся, загулял с русским размахом — и обзавелся многочисленными подругами из числа местных жительниц. Так, в Нижнем, он связался к какой-то шестнадцатилетней татаркой. С другой подругой он познакомился в Москве. Это была венгерка Анни Ритглер. Анни являлась женщиной с очень своеобразной сексуальной ориентацией. А именно — законченной мазохисткой. В самом что ни на есть прямом смысле этого слова. Анни достигала оргазма, лишь будучи избитой в кровь. Я уже упоминал, что у Кроули в сексуальном плане всегда имелись некоторые садистские вывихи. А вот тут он развернулся вовсю. Хорошо отдохнул. Он и раньше-то с подругами не церемонился, а теперь стал вести себя уже совсем как свинья.

Алистер Кроули внес большой вклад в магическое дело. Он, не покладая сил, трудился над разработкой различных, все новых и новых магических ритуалов. Как мы помним, именно он вывел на столбовую дорогу использование наркотиков. Но на этом не остановился. Его целью было:

Ритуалы, заимствованные из прошлого, были слишком противоречивы и наворочены. А ведь на дворе все-таки стоял ХХ век. Его особенность в том, что все деятели, возделывающие магическую ниву, стремились примазаться к науке. Доказать, что их область знания тоже может прокатить за научную дисциплину, и, если получится, скрестить науку и религию. Не отставал и Кроули. Так, журнал The Equinox, изданный Кроули в количестве одного номера, имел гордый девиз: «Наше средство — это наука, наша цель — это религия».

Тут же он выставлял магам весьма суровые требования.

Отчеты и в самом деле писались, что позволяет узнать о некоторых поисках из первых рук. Но магия по Кроули — это все-таки не наука. Это круче.

Вы что-нибудь поняли? Вот и я не понял. Но это не важно. Главное, что Алистер Кроули со товарищи активно устремлялись в неведомое. Поиски велись серьезные. По сути, Кроули взялся за титаническую задачу: осовременить магию. Ритуалы, описанные в старинных руководствах, были противоречивы и запутанны. И, что самое главное, многие из их составителей страдали некоторой раздвоенностью. Маги сознавали, что занимаются чем-то нехорошим, — и потому, вызывая демонов, то и дело обращались к Богу. Алистер Кроули решил провести ревизию магического наследия и стал перерабатывать старые ритуалы и добавлять новые. Вот, к примеру, одна из его теоретических наработок, описанных им в одном из его многочисленных писаний — «Книге Самех». Кому скучно погружаться в эти дебри, может сразу переходить к следующей главке. Но я вас уверяю, это забавно. Этот ритуал относится к «осовремененным» и основан на уже неоднократно упоминавшейся «Книге Абрамелина»

Речь идет о так называемых «магических работах», которые Кроули совместно со своим милым дружком Виктором Нойбургом проводил в Париже в январе 1914 года. Заключались они в вызове Юпитера и Меркурия по ритуалу О.Т.О. Напомню, что именно эти ритуалы явились точкой соприкосновения Зверя и новых тамплиеров. В этих забавах нет ничего экстраординарного для той среды. Тем они и интересны. Сохранился подробнейший технический отчет о них, который дает представление о том, ЧТО ТАКОЕ занятия магией и как это все делается.

Документ называется пышно:

Под шифрами понимаются товарищи Кроули и Нойбург.

Трудовой магический подвиг посвящен 600-летию «мученической гибели» Жака де Моле, последнего Великого магистра Ордена тамплиеров (того, настоящего). Беднягу злые клерикалы в 1313 году отправили на костер за поклонение демону Бафомету. Побудительным же мотивом явилось то, что даже простая, не магическая, мужская любовь между Кроули и Нойбургом дала такие замечательные результаты, что сладкая парочка решила использовать ее для пользы общего дела. Что ж, им было виднее. Они в этом деле толк понимали.

Вот как описывает начало действа, случившегося 31 декабря, Джин Овертон Фуллер, которая переложила отчет с магического на более-менее человеческий язык и снабдила его комментариями.

Потом последовали заклинания. Все было рассчитано таким образом, чтобы самое главное действие, а именно — соитие двух магов произошло в момент наступления Нового года. Все шло как по нотам. Когда стали быть часы, два мага начали бурно совокупляться. При этом они произносили заветные слова по-латыни:

В переводе они значат примерно следующее:

Но — не получилось! Как отмечает Фуллер:

Но настоящие маги не пасуют перед неудачами. На следующий день все повторилось снова. На этот раз вроде бы все получилось. Виктор овладел Кроули, а им овладел Меркурий. В тот смысле, что теперь бог говорил через Нойбурга. Поначалу речь шла исключительно о технических вопросах магического ритуала, потом Меркурию стали задавать вопросы — а он довольно туманно на них отвечал. Вроде бы.

Потом ребята поменялись ролями. Это было сделано потому, что бог говорил устами активного партнера.

Ну и так далее. В процессе магической, гм… работы они до кучи вызвали еще и Юпитера. В перерывах между сеансами маги курили опиум у друзей по Ордену. Иногда, впрочем, маги добавляли к «голубому» сексу и новые изыски.

Иногда маги трахались при свидетелях. Точнее — свидетельницах, на роль которых приглашались орденские девицы. Как видим, магия — дело весьма развеселое.

Таким вот образом Кроули и Нойбург провели двадцать четыре сеанса магии. С 31 декабря по 12 февраля. Самое интересное, что им удалось узнать, это то, что в одном из своих предыдущих воплощений Кроули в античные времена был жрицей на острове Крит, которую должен был ритуально изнасиловать Виктор, который был «красивым юношей с густой золотистой бородой, и его звали Мардокл». Что-то там получилось не по правилам, и их обоих отправили в изгнание.

Вот такие дела. Причем в отчете указано не все. Некоторые особо колоритные ритуалы опущены. Как видим, в процессе познания магу приходится работать не только головой, но и задницей.

Виктору Нойбургу этого хватило. Он расстался с Кроули, но потом еще несколько лет жаловался на нервное истощение.

Кроули понесло. После общения с Анни Ритглер, которой нравилось, когда ее бьют, Зверь вошел во вкус садистских экспериментов с женщинами. В Лондоне на Фулхэм-Роуд он завел себе «нехорошую квартирку», в которую стал пригашать светских дам, жаждущих экзотических садо-магических развлечений. Зверь не поленился заточить себе клыки — и во время секса любил кусать своих партнерш за горло.

Все бы хорошо, но началась Первая мировая война. Она застала Кроули в Швейцарии. Он, видимо решил: пока говорят пушки, ему в Европе делать нечего. Подвергать свою драгоценную жизнь опасности быть призванным в армию он не собирался — а потому быстренько направился в США.

Там у него жизнь как-то не сложилась. У него, правда, хватало учеников, чтобы прилично жить — своих собственных денег у Зверя не имелось давным-давно. Но должного размаха не получалось. Дело в том, что для Америки Кроули и его учение были чересчур интеллектуальны. Тут надо было быть проще. Тем более что его ниша была уже захвачена так называемой «Христианской наукой». Этот дурдом стыдно назвать даже оккультизмом. Просто балаган для людей с отсутствующими мозгами. Но в Америке это шло на ура.

И тут Алистер вдруг подается в неожиданную сторону. Он начинает заниматься политикой. Да какой! Кроули неожиданно вспоминает, что по происхождению он ирландец. А потому ненавидит Англию. Возле статуи Свободы он произносит грозную антианглийскую речь, обращенную к океанским волнам, и разрывает британский паспорт. Правда, злые языки утверждали, что это была «кукла». Затем Кроули находит небольшую газету этнических немцев «Фатерланд» и начинает вести в ней страстную прогерманскую пропаганду.

Наиболее рациональное и циничное объяснение, которое можно встретить в литературе, — немецкая разведка через друзей Кроули из О.Т.О. подкинула ему деньжонок. Но это вряд ли. Кто такой был Кроули для Америки? Тем более что в США существовало мощное и очень влиятельное лобби так называемых изоляционистов. Чья установка — «нам дела нет до европейских разборок» — была гораздо ближе простым американцам. А газету «Фатерланд» читали исключительно немцы, ее пропагандистское значение было близко к нулю.

Вероятно, гораздо ближе к истине был адмирал сэр Гай Гонт, тогдашний глава военно-морской разведки в Америке. Он так пишет своему американскому подчиненному:

И ведь что интересно — когда после войны Кроули вернулся в Англию, власти даже не вспомнили о его поведении, которое, в общем-то, называется изменой. Видимо, решили, что не стоит и связываться.

Но самое главный его «подвиг» во время пребывания в Америке был вот в чем. В 1915 году он крестит жабу, нарекает ее Иисусом Христом, а затем распинает. За столь выдающееся деяние он возводит себя в ранг Мага и Прока Нового Эона.

В этом ритуале, честно говоря, более всего поражает не вызывающее кощунство, а какое-то совершенно низкопробное дурновкусие. Возможно, Кроули решил, что для Америки нужно что-нибудь именно такое — совершенно не лезущее ни в какие ворота. Надо сказать, что пребывание в США вообще сильно изменило его поведение. Он просек, что антиреклама — это самый лучший вид рекламы. Возможно, дело не в Америке, а во все более расшатывающейся психике. Впрочем, одно другому не мешает. Теперь он начинает вести себя уже откровенно гнусно — и всеми силами старается, чтобы эта гнусность не прошла незамеченной мимо почтенной публики. Так, он стал красочно рассказывать в печати о множестве младенцев, принесенных им в жертву во время магических ритуалов.

Врал, конечно. У Кроули всегда хватало ума не ввязываться в откровенную уголовщину.

В этом он тоже опередил время. Во второй половине ХХ века множество «культовых фигур» массовой культуры сделают себе имя подобным образом. Кое-чего Кроули добился. К нему потянулся небольшой, но достаточно стабильный ручеек людей, жаждущих приобщиться к учению телемизма.

В самом конце пребывания в США в гости к Кроули заглянула женщина по имени Рената Фаеси в сопровождении своей младшей сестры — Лии Хирсиг. Лия была не то чтобы очень красива, скорее наоборот. Однако Кроули, большой знаток женщин, почувствовал, что она — это именно то, что ему нужно. Без особых разговоров, без всяких светских бесед Алистер буквально изнасиловал Лию. А той такое бесцеремонное обращение — когда хватают и по-простому тащат в койку — очень даже понравилось. В общем, у Кроули появилась новая жена — законная и Багряная. Алистер полагал, что Лия способна к магии. Возможно. Но что точно — она была из тех женщин, которые позволяют мужчинам вытирать о себя ноги. Чем Кроули с удовольствием и занялся.

В 1919 году Алистер с новой супругой возвратился на берега Альбиона. Здесь все было нехорошо. Многолетние эксперименты со всеми известными тогда наркотиками — от гашиша до героина — сделали свое дело. Неслабое здоровье Зверя осталось в прошлом (удивительно, что хоть что-то осталось). В зимнее время в не слишком ласковом английском климате его теперь регулярно мучили астма и бронхиты. Сопротивляемость организма стала ни к черту, что ж поделаешь. Вдобавок навалились старые проблемы — отсутствие денег. Выпендреж на американских берегах не остался незамеченным. Теперь старые знакомые предпочитали забыть о факте знакомства. Поместье на берегах озера Лох-Несс уже давным-давно находилось в других руках. В общем, было глухо, как в танке. Мысль же о том, чтобы пойти работать, Кроули просто в голову не приходила. Хотя при его незаконченном кембриджском образовании в колониях, например, он имел возможность работать отнюдь не на заводе. Но не дело истинных аристократов духа пачкать руки вульгарной работой!

Но тут черт помог. Нежданно-негаданно он получил наследство. Сумма для Кроули была невелика — около трех тысяч фунтов. Он играючи проматывал куда более серьезные деньги. Но и эта мелочь подоспела в самый раз. Алистер решает перебраться в Сицилию. Там климат лучше и жизнь дешевле. Возле городка Чефалу была куплена ферма, куда в 1920 году и перебралось все семейство — Алистер Кроули, Лия, два их ребенка и служанка Нинетта Шамвей.

Цель была серьезной. Как утверждает Джон Саймондс, ученик и биограф Кроули,

Еще круче был договор об аренде. Кроули и тут не удержался, чтобы не выпендриться и не представиться знатным барином. Они с женой именовались в документе Аластором де Кервалем и графиней Лией Харкорт. Сам же договор выглядел еще веселее.

Долго, наверное, чесали в затылках мирные сицилийские обыватели…

Вот как выглядело логово Зверя.

Поначалу все начиналось тихо и почти не больно. Правда, Нинетта довольно быстро стала спать с Алистером, но это, в общем, дело житейское. Имелось вдоволь и героина. Свое жилище Кроули нарек Аббатством Телема. Стали появляться приверженцы — и жизнь забила ключом.

Не все, конечно, шло гладко. К примеру, поначалу две женщины, с которыми спал Кроули, как-то не могли врубиться в телемизм. Пока он спал с ними по отдельности, все было еще туда-сюда. Но в ночь на 20 апреля он решил закатить ритуальную групповуху, употребив обеих наложниц сразу. Поначалу все шло хорошо, но глупые бабы все испортили. Вот как описывает это дело Саймондс.

Для успокоения души Кроули как следует укурился опиумом и стал читать вслух «Дао дэ цзин».

Но все преодолимо. В конце концов Кроули сумел убедить своих женщин, что так надо. Потому как по сравнению с тем, что началось дальше, какой-то там банальный секс втроем был просто детским садом.

Итак, существовало аббатство Телема, в которое стремились поклонники Кроули. Это были уже не интеллигентные оккультные тусовщики, а отморозки, твердо решившие освоить магию — или, по крайности, научиться грамотно косить под Пророка и Великого Учителя. Вот, к примеру, один из них, Фрэнк Беннет, старый член Ордена Восточных тамплиеров. Более всего не него произвело откровение Кроули, что «половые органы есть физические символы Бога и Солнца, они обладают силой творения, и, таким образом, из всех остальных частей тела наиболее подобны Богу и приближены к Святому Ангелу-Хранителю…» Обалдев от такой истины, он писал в своем «магическом дневнике»:

Так оно и вышло. Беннет, вернувшись из аббатства, лез из кожи вон, прославляя своего великого учителя.

Надо сказать, ученички в Чефалу подобрались талантливые. Так, к примеру, американец Гудвин (кличка Фиат Льюс) после курса обучения несколько разошелся во взглядах с Кроули, но зато основал в 1931 году Клуб Демона Хоронзона, где продолжал развивать идеи сексуальной магии. Другой ученик, Джек Парсонс, вошел в историю тем, что познакомил с учением Зверя Рона Хаббарда. А тот впоследствии создал печально известную дианетику, которая всех уже достала по самое не могу.

Дело было так. В конце 1922 года во время одного из своих визитов в Лондон Кроули повстречал выпускника Оксфорда по имени Руаль Лавдей. Парень был слегка с приветом, во всяком случае, пообщавшись с Кроули и почитав его работы, Лавдей за несколько часов стал его пламенным поклонником. Когда Алистер собрался «на базу», Руаль двинулся вместе с ним. Это было ценное приобретение — Лавдей был богат. Поехала и жена Лавдея — Бетти Мэй. Дама, даром что являлась манекенщицей, оказалась куда умнее своего ученого супружника. Она быстро сообразила, что ничего хорошего из этой магической затеи не выйдет. Однако она поехала вместе с мужем. Я полагаю — из опасения, что супруг ускользнет. Это ведь теперь жениться на модели престижно. В те времена для выпускника Оксфорда брак с манекенщицей был явным мезальянсом. Так что опасения Бетти, что подцепленный богатый муженек выйдет из-под контроля, были понятны. Так это или нет, но Кроули и всю его затею она люто возненавидела.

В Чефалу Кроули и новый адепт чем-то сильно заболели. Есть подозрение, что гепатитом. Обычным, бытовым. Удобства в Аббатстве были во дворе, а поддержанием чистоты и гигиены никто особо не занимался. Как отмечали некоторые гости, из тех, кто не был очарован Зверем и его учением, вонь в Аббатстве стояла жуткая.

Вместо того чтобы обратиться к врачу, Кроули решил вылечиться с помощью магии. Для этого потребовалось принести в жертву кошку. Ловили и умерщвляли несчастное животное долго и гнусно[23]. Потом Лавдей выпил кровь кошки. Он упал в обморок — и его пришлось унести. На следующий день он умер. Считается, что Кроули предсказал его смерть по гороскопу. Может быть.

Так или иначе, взбешенная Бетти Мэй наняла экспертов, которые выяснили: Лавдей умер от печеночной инфекции, занесенной с кровью кошки. Хотя, возможно, дело было в гепатите, который не лечили. Но это не важно. Главное в том, что Бетти Мэй молчать не стала. Вернувшись в Англию, она рассказала журналистам «Санди Таймс», которые давно точили зубы на Кроули, об обычаях и нравах Чефалу. К кампании присоединились и «старые друзья» из газеты «Джон Буль», которые прохаживались по поводу Кроули еще во время его «Элевсинских ритуалов», да и потом не упускали из зоны особого внимания. Вот тут-то журналисты порезвились! Кроули припомнили всё. И разразился большой скандал. Мне вот лично кажется, что в его размерах виновато именно зверское убиение кошки. Такой уж народ англичане. Был бы младенец — шума бы вышло куда меньше. Но кошек британцы чтят чуть ли не как древние египтяне. Убийство усатого-полосатого в глазах англичанина не может иметь оправдания.

Волна скандала все поднималась и поднималась. Как водится, тему подхватили другие газеты — и вскоре имя Кроули стало нарицательным. Шум достиг берегов Италии. Правивший в Риме Муссолини, фашист такой, решил, что в его стране подобные персонажи ни к чему. В общем, на ферму явилась полиция и предложила Кроули убираться подальше от итальянских берегов. Для Алистера, который в те времена очень сочувствовал итальянскому фашизму, это был удар. Но делать было нечего. Пришлось срочно паковать манатки и отваливать. Для начала Кроули двинулся в Тунис — там он решил отсидеться. Алистер надеялся, что, когда шум уляжется, он сможет потихоньку вернуться обратно.

Уже когда Кроули собрался делать ноги с Сицилии, у него в Аббатстве появился новый ученик. Вернее, не совсем новый. Кроули знал его с 1907 года, когда их познакомил Нойбург. Его звали Норман Мад. Как и большинство участников этой истории, он был непростым парнем. Мад учился в Кембридже, но его репутация грязного развратного типа привела к тому, что Нормана из университета попросили пинком под зад. Внешность Мад имел не то чтобы некрасивую, а просто безобразную. До войны отношения Кроули и Мада как-то не сложились. Мад уехал в Южную Африку преподавать математику. И вот теперь он является в Чефалу, вручает Алистеру все свои сбережения и просится в ученики. Кроули его берет. С паршивой овцы…

В итоге в Африку отправились следующей компанией: Кроули с Лией и старшим сыном, которому исполнилось пять лет, а также Мад. Сынок, между прочим, несмотря на свой нежный возраст, курил как паровоз и твердо знал, кем станет: будет Зверем, как папа. Нинетт, родившая от Кроули дочь, осталась на Сицилии.

Для Лии уроки Телемы не прошли даром. Она кое-что усвоила — а потому вскоре стала спать с Мадом. Кроули это не особенно волновало. Возможно, он и вправду придерживался провозглашаемой им теории сексуальной свободы. (Что, честно говоря, бывает редко. Большинство таких проповедников полагают: эта свобода существует исключительно для них.) Скорее же всего Кроули просто утратил к ней всякий интерес. Работа в качестве Багряной Жены ее доконала. В свои сорок лет она выглядела изможденной старухой.

Впрочем, Кроули довольно быстро нашел утешение. Где-то в пути он подобрал чернокожего мальчишку, с которым начал бурно осуществлять сексуальную магию. Так что компания путешественников стала совсем экзотической.

Между тем житейские проблемы догоняли. Грубо говоря, уже и жрать становилось нечего. Никаких финансовых поступлений не было и не предвиделось. Поэтому Кроули в одиночку двинул в Париж, надеясь что-нибудь там раздобыть.

Париж встретил Кроули неласково. После войны наступили иные времена. Оккультизм вышел из моды. В богемных кругах больше интересовались сюрреализмом и большевизмом, нежели магией, которая после военного кошмара казалась просто детской игрой. К тому же Кроули всю жизнь обладал одной особенностью характера. Он имел милую привычку не только забывать о своих друзьях и знакомых, когда в них пропадала нужда, но и обливать их грязью. Пока у него все шло хорошо, это даже прибавляло ему шарму — эдакий настоящий сверхчеловек. Но когда приперло, пришлось расплачиваться за все. Это — оборотная сторона этики, изложенной в «Книге Закона», чего упорно не могут понять ее многочисленные почитатели.

Кроули без особой цели болтался по Парижу, почти постоянно находясь «под кайфом». Джон Саймондс в своей апологетической биографии Кроули вынужден был признать:

Ага. Поздно пить боржом, когда желудок отвалился. Кто и куда его теперь возьмет? Кому нужен хронический наркоман, который сидел в отеле и был не в состоянии ничего написать? Впрочем, вскоре его вышибли и из отеля, в котором он жил в кредит.

Тем временем Лия и Мад тоже объявились в Париже, до которого добрались неведомыми путями (ребенка отправили на Сицилию). Ученик Кроули вел уже совсем бомжовскую жизнь, шатаясь по ночлежкам.

И тут судьба снова улыбнулась Кроули. То ли он по жизни был везучим человеком, то ли его и в самом деле черт хранил. На горизонте Зверя нарисовалась богатая американка Дороти Олсен. Кроули был того сорта мужчин, которые обаяние утрачивают в последнюю очередь. Вот и Дороти не устояла перед потасканным, но все еще обаятельным Зверем. Недолго думая, Кроули ее назначил новой Багряной Женой. А Лия? Да пошла она…

Лия и Мад оказались на полной мели. И дело тут не в жизненных трудностях. В конце концов, если руки есть, то нормальный человек способен заработать себе на жизнь. Да и вообще — Мад был профессором математики. В послевоенной Франции со здоровыми мужчинами была напряженка. Но… Общение с Кроули их отравило. Они прониклись его философией — все должно падать с неба. В результате Лия подалась в проститутки. Что же касается Мада, то он только лишь сидел на заднице и размышлял: в чем же в «Книге Закона» Кроули его обманул?

В общем и целом Кроули сумел выйти из штопора, в который его забросила веселая жизнь. Теперь он оказался в странном положении. С одной стороны, его имя стало широко известно. Газеты называли его «безнравственнейшим человеком в мире». Сегодня многие деятели шоу-бизнеса отдали бы что угодно, чтобы завоевать такой титул. Теперь на создание подобного имиджа тратятся большие деньги[24]. Но тогда-то времена были иные! В том, что они изменились, роль Кроули огромна. Но, как это часто бывает, он лишь посеял зерна — урожай снимают другие.

Сам же Зверь от своей репутации получал больше неприятностей, чем пользы. Так, к примеру, ни один из солидных издателей не взялся за издание его «Исповеди». Когда кто-то из фигур помельче все-таки выпустил первый том, торговцы не могли получить заказы от магазинов. А сегодня Кроули на одной «Исповеди» стал бы миллионером! Но в те времена кичиться собственной испорченностью было как-то не принято. Особенно — в Англии, в которой традиционно принято не замечать гадостей, делая вид, что их не существует. К тому же Кроули все-таки хотел стать вождем и учителем, а не просто заработать свою большую «котлету». Как я уже говорил, он был непростым человеком — с разнообразными стремлениями, то и дело противоречащими друг другу. Скандальная слава законченного подонка не способствовала успеху его оккультных игр.

Беда была не только с издателями. В 1929 году Кроули выслали из Франции. Когда он через некоторое время попытался поправить свои финансовые дела чтением лекций в Оксфорде, ему это запретили. Попробовал Зверь устроить в Лондоне в частном доме выставку своих картин — снова показала зубы газета «Джон Буль». Автор этой книги сам журналист и прекрасно знает: если уж акулам пера попал кто-нибудь в зубы — свою добычу они всегда доедают до конца. Таков уж закон жанра. Газета выходит каждый день, ее надо чем-то заполнять. А тут — «Скандально известный сатанист Алистер Кроули, о котором неоднократно писала наша газета, снова появился в Лондоне. Как помнят наши уважаемые читатели…» И понеслось. «Джон Буль» поднял скандал на ровном месте, подключились другие издания — и перепуганный владелец дома отказался предоставлять помещение. В общем, Алистера Кроули обложили со всех сторон.

Конечно, не все было так грустно. Любители поиграть с огнем находятся всегда. Особенно — среди представительниц прекрасного пола. Давно замечено, что люди, пользующееся репутацией подонков, пользуются большим успехом у женщин. Не у всех, конечно, но этим ребятам хватает. Вот и у Кроули поток желающих занять место Багряной Жены не иссяк, а наоборот — даже увеличился. В августе 1929 года он скоропостижно женился на никарагуанке Марии Терезе де Мирамар и даже получил за ней приданое, которое так же скоропостижно промотал. Из этого брака ничего хорошего не вышло — видимо, Мария быстро сообразила, что угодила куда-то не туда. Но появлялись и исчезали новые… По сути, Кроули стал профессиональным альфонсом. Как говаривал Остап Бендер, работа легкая, но противная.

С одной из мимолетных багряных теток у Кроули была связан забавный эпизод. Немецкая девятнадцатилетняя девица, сохранившаяся с истории как Ханни Ф. (кличка Монстр), став очередной любовницей Кроули, отправилась с ним в Лиссабон. Там у девушки по какой-то причине бурно потекла крыша, что выразилось в тяжелом приступе клаустрофобии. К тому же, попробовав магических забав, она решила: для нее это слишком круто. В общем, она быстро нарезала нах фатерланд.

Кроули это дело сильно задело. Не то чтобы он сильно скучал по этой девице. Зверя шокировал сам факт — его бросили! До этого бросал женщин, как и друзей, в основном он. Этого Зверь так не оставлял. Когда его покинул Виктор Нойбург, Кроули «доставал» его в течение всей своей жизни. Все в соответствии с Законом Телемы — предавать имеет право только он.

То ли сгоряча, то спьяну он написал предсмертную записку и оставил ее на вершине высокой прибрежной скалы вместе со своим портсигаром. Возможно, впрочем, Кроули просто научился извлекать выгоды из своего положения героя скандальной хроники. Потому что на следующий день в прессе поднялась шумиха насчет его самоубийства. Какой журналист пройдет мимо такого эффектного конца порочной жизни! Прямо-таки Ставрогин из «Бесов».

(Кстати, нет числа попыткам обрядить Кроули в ставрогинские одежды. Но тут не сходится. Вся деятельность Ставрогина — это вызов Богу. То есть он-то в Бога верил. А Алистер — точно нет.)

Зверь тем временем без лишнего шума проследовал в Германию. И подоспел как раз к тому монету, когда Ханни прочла о его кончине. Расчет был верным. Девица вернулась обратно и долгое время была идеальной Багряной Женой — в смысле позволяла делать с собой все, что угодно. Как уверял Кроули, она проявила мощные магические способности и даже видела дьявола в кристалле. В конце концов Ханни все же снова сбежала. Но было уже поздно. Вернувшись домой, она отправилась на вечную койку в психушку. Мария Тереза де Мирамар довольно быстро после расставания закончила тем же самым.

Подобная же неприятность приключилась еще с одной любовницей, которая попала в анналы как Гертруда С. Мы уже видели, каково приходилось Багряным Женам во время магических обрядов. В быту было тоже весело. Один из приятелей Кроули рассказывает, что, заглянув в гости, увидел Гертруду, спавшую голой на полу. Он удивленно сообщил об этом Кроули.

— Разве эта сука еще не в кровати? — удивленно спросил Алистер и нежно пнул подругу ногой.

Та немного покричала, повизжала, поцарапалась и успокоилась.

В предисловии я сказал, что игры в магию — это игры с огнем. Как видим, результаты впечатляют.

Так Кроули и жил — скромно и весело. Но в 1934 году разразился судебный процесс. Инициатором его был маг Алистер Кроули, что уже смешно. А дело было вот в чем. Его старая приятельница, писательница Нина Хамнет, выпустила свою автобиографию. Описывая свою бурную жизнь, она, конечно, не могла пройти мимо своей дружбы с Кроули. Тем более что Хамнет посещала Аббатство Телема. Вот она и поведала о тамошних нравах, подав творившиеся там обряды как черную мессу. Вот на последнее-то Кроули и осерчал, подал на Хамнет в суд. Хотя вроде как был равен Богу — но обратился не к своим магическим способностям, а к пошлой и вульгарной Фемиде.

Причины называют разные. Возможно, он обиделся на термин «черная месса». Уж до такой убогости, католического обряда «шиворот-навыворот», он никогда не опускался. Но более вероятно другое. Незадолго до этого Кроули подал в суд на одного книготорговца, поймав его на небольшой неточности в рекламе его книги. Принесло ему это всего 50 фунтов, но, видимо, Кроули решил развить успех и снять денег — если не с Хамнет, то с ее издателей.

Это было ошибкой с самого начала. Кроули полез в болото британской судебной системы, в которой очень мало чего смыслил. А оно, это болото, почище Гримпенской трясины. Недаром люди в Британии судятся порой на протяжении всей жизни — завещав наследникам заканчивать тяжбу. А уж такой тонкий момент, были ли ритуалы «черной мессой» или нет… Адвокат Кроули сразу же предупредил своего клиента, что если кто-нибудь из членов суда пролистает даже его юношеские стихи — песенка Алистера будет спета.

Но все вышло еще проще. Разбирательство прошло с неправдоподобной для Англии быстротой. Хватило одного заседания. Когда свидетели стали описывать подробности проходивших в Чефалу церемоний, судья Юстис Свифт прекратил заседание. Он заявил, что «никогда не слышал таких ужасных, отвратительных и богохульных речей, какие произнес человек, называющий себя… величайшим из живущих поэтов». Присяжные совещались и вынесли решение. Вы, наверное, догадались, какое. В итоге Кроули объявил себя банкротом. Что, впрочем, означало только лишь то, что Кроули не пожелал оплачивать судебные издержки. И что? Никаких легальных источников дохода у него не просматривалось. Поэтому банкротство Кроули давало лишь повод ребятам из «Джона Буля» в очередной раз поточить об него зубы.

Банкротство пошло Алистеру скорее на пользу. Я сказал, что у Кроули не имелось легальных доходов. Но левые имелись. Так, ему регулярно подбрасывал денег товарищ по О.Т.О., Главный Казначей Ордена Карл Гермер. Вот и после банкротства Кроули он отвалил Алистеру круглую сумму. Гермер это делал не просто так. Он метил в наследники Кроули на посту главы Восточных тамплиеров, кем впоследствии и стал. Помощь Гермера продолжалась до 1936 года, когда за ним пришли представители другого магического ордена, символ которого, две руны «зиг»[25], известны всему миру. И поехал Гермер отдыхать в концлагерь.

Вот на этом месте имеет смысл прерваться, вернуться немого назад и обратиться к теме «Кроули и нацизм».

Начать придется издалека. Нет такой глупости, которой не написали бы на тему «Оккультные тайны нацизма». На этом поле резвились и резвятся все кому не лень. Это вошло в моду после выхода в 1960 году книги Луиса Пауэлса и Жака Бергьера «Утро магов», которая до сих пор является отправной точкой для большинства подобных изысканий. В «Утре магов» авторы обосновывают тезис, что нацизм был создан членами неких тайных магических организаций. Они воспитали Гитлера и других нацистских лидеров, выдвинули их и направляли их действия. Они создали магический Черный Орден — СС. Маги преследовали далеко идущие задачи коренного преобразования мироздания, в которых национал-социалисты были лишь инструментом, слепым орудием. Словом, оккультные структуры были тайными кукловодами Третьего рейха.

Самое смешное, что книга «Утро магов» является откровенно спекулятивной коммерческой поделкой, рассчитанной на людей, которые очень плохо знают историю. Передержки, умолчания, притянутые за уши факты, слухи, выданные за факты, откровенное вранье, — все это можно добывать из данного произведения промышленным способом. Словом, нормальная «сенсационная» книга, какие сочиняют в расчете подзаработать.

Но тему подхватили и принялись развивать и продолжать. Уж больно антураж впечатляет. Черные мундиры, факельные шествия, горы трупов, истерика толп, иррациональные расовые теории.

Недаром один из самых впечатляющих образов магической страны Зла — Мордор из «Властелина колец» Толкиена — создан во время Второй мировой войны.

О связи оккультизма и нацизма любят поговорить как сами оккультисты, так и их церковные противники. Забавно, что и те и другие повторяют одни и те же мифы. Из оккультистов особенно усердствуют всякие черные маги, сатанисты и, конечно же, поклонники Алистера Кроули. Словом, те, что полагают себя сверхчеловеками, стоящими выше всех законов.

Это вполне понятно. Как я уже не раз говорил в этой книге, ахиллесова пята магии — в полном отсутствии видимых глазу практических результатов. Говорят люди, что они такие крутые, а чем докажут? А вот, — отвечают скептикам, — видите, что наши ребята замутили? Конечно, может, они и погорячились, но результат налицо… Сила всегда найдет почитателей и желающих ее приобрести — тех, кто за ценой не постоит. Так что расчет верный. Только все эти ссылки на нацизм в основном являются надуванием щек.

Вот что говорит о Кроули один из его почитателей.

О великой и ужасной организации «Серебряная Звезда» мы уже знаем. Все остальное соответствует реальности в той же степени.

Когда Алистера Кроули вышибли с Сицилии, он отвлекся от своих магических безобразий и огляделся вокруг. Картина получалась невеселая. Пока он ритуально трахал своих баб и убивал кошек, в мире завертелись большие события. В России возникло и крепло новое государство, построенное на идее создания нового мира. С центром в том самом магическом городе Москве, о котором когда-то писал Кроули. А он, вестник Нового Эона, сидит, значит, в стороне.

Алистер Кроули решил: так дело не пойдет. Через своего сторонника, корреспондента «Нью-Йорк Таймс» в Москве Дюранти, он попытался связаться с советскими вождями. Планы были наполеоновские — вписаться к ним в качестве идеолога. Он рассчитывает «…принять чествования народа, который разрушил храмы старого бога прошлого эона и водрузил пятиконечные звезды магии на своей святыне — Кремле». Вот бы обрадовались те, кто ищет «оккультные тайны большевизма». Если бы не одно досадное НО…

Никого ответа из Москвы Кроули, разумеется, не получил. Много было таких, кто пытался впарить большевикам свои измышления. Смешные какие. У коммунистов имелись свои идеи, чужих им было не надо. Не для того они власть брали, чтобы какой-то тип со стороны их учил жить!

В конце двадцатых Кроули попытался втюхать «Книгу Закона» Гитлеру, чья партия как раз тогда находилась на подъеме. Его сподвижница Марта Кюнцель подсуетилась и подсунула немецкий перевод книги Адольфу Гитлеру. Так, по крайней мере, считается. Кроули описал это дело так:

Правда, сама Кюнцель придерживалась несколько иного мнения.

Как видим, текст потенциального «агента влияния» свидетельствует о несколько иной ситуации. Ни о каком влиянии Кроули на Гитлера речь не идет. Но вот что касается сходства взглядов… Тут все сложнее.

Обычно приверженцы Кроули объясняют его политическую всеядность тем, что ему было без разницы, какая сила разрушит старый мир. Мол, с его надмирной высоты это не имело принципиального значения. Главное — разрушить. В случае с советской властью это, возможно, и справедливо. Но не с нацизмом. К нему Зверь чувствует искреннюю любовь.

Я уже упоминал о политических взглядах Алистера Кроули, но стоит остановиться на них еще раз. Себя он называл «реакционным консерватором». Идеал Кроули видел в монархии эпохи Стюартов. Это было недолгое время в истории Англии, когда политический бардак закончился, королевская власть укрепилась. Высшей кастой, которая всем заправляла и всем руководила, была земельная аристократия. Представители ее могли ничего не делать и хорошо при этом жить. За них работали другие, а они снимали пенки. Это золотое время знакомо всем по роману Дюма «Три мушкетера» — по главам, в которых действие происходит в Англии. Помните герцога Бэкингема, который ходил «осыпанный, по своему обыкновению, бриллиантами»? Или миллионера лорда Винтера. Эти люди творили, что их левая нога пожелает. Дюма тут можно верить — он был очень точен в описании быта и нравов. Кончилось это, правда, плохо — революцией, во время которой король Карл I Стюарт стал на голову короче. Но дело не в ней, а в том, что для Кроули эта эпоха сохранила свое очарование. Как для Ницше — рабовладельческие Афины. То есть принцип понятен — есть господа, которые живут в свое удовольствие, а есть все остальные — те, кто на них пашет. Народные массы, по убеждению Алистера Кроули, «должны быть ведомы высшими элитарными кругами». Причем не абы какими. К элите на пушечный выстрел не могут быть допущены «крупные буржуа, банкиры, киноактеры и комедианты». Именно поэтому современную ему английскую аристократию Кроули считал «ненастоящей». В ней слишком был силен «буржуазный элемент».

В общем, Кроули очень честен. Он открыто отстаивает такой миропорядок, при котором избранные будут паразитировать на всех остальных. Это знакомо. И сегодня множество представителей, извиняюсь за выражение, творческой интеллигенции свято убеждены, что мы должны их кормить только за то, что они, такие умные и замечательные, коптят небо.

Что же касается современного мира, он Кроули не устраивал.

А вот уже совсем интересный пассаж.

Неудивительно, что в идеологии нацизма Кроули нашел много общего с собственными идеями. Он сообразил: «Майн Кампф» — это для быдла. Истинные цели нацизма совсем иные. И гораздо более ему подходят.

Существует экземпляр книги Раушнинга «Говорит Гитлер» с пометками Кроули. В этой книге председатель сената Данцига, видный национал-социалист Раушнинг приводит высказывания Гитлера «не для всех», в частном кругу. Заметки на полях сделаны Кроули в 1942 году, когда Англия воевала с Гитлером и уже всем было понятно, что такое нацизм в натуре. Это в 20-х годах национал-социализму симпатизировали многие, кто потом горько каялся. Но Кроули был не из этих.

Посмотрим на эти комментарии. Вот, к примеру, пассаж фюрера:

И Кроули ставит решительное «ДА!»

Также он отмечает сходство со своей «Книгой Закона» такого гитлеровского откровения:

В общем, главным идейным расхождением между Кроули и Гитлером является расовый вопрос.

А так все правильно.

Но если Кроули сохранял к Гитлеру любовь даже тогда, когда за такие взгляды в Британии можно было угодить в тюрьму[26], то нацисты не испытывали к Зверю никакой ответной симпатии. Я уже упоминал, что в 1936 году его товарищ по Ордену и спонсор Карл Гермер был отправлен в концлагерь в числе прочего за «поиск учеников для иностранного резидента, франкмасона высокой степени Кроули».

Вот так реальные факты опровергают столь любимый оккультистами миф о том, что за спиной Гитлера стояли тайные общества. Именно их, эти самые тайные общества, гестапо с энтузиазмом принялось выкорчевывать, едва Гитлер пришел к власти. И дело тут не в масонах, а во вполне понятной логике государства, которое собралось воевать. Нацистам на фиг не были нужны международные организации, управляющиеся откуда-то из-за границы — то есть те, которые невозможно поставить под контроль. Впрочем, О.Т.О. нацисты не воспринимали всерьез — хотя бы потому, что Гермера выпустили после года сидения за колючей проволокой. А ведь в нацистский концлагерь войти было куда проще, чем выйти.

Кстати, не жаловали нацисты и истинно арийских оккультистов. Взять, к примеру, самое идейно близкое к гитлеровцам общество «Туле», от которого НСДАП позаимствовала свастику, с которой в начале двадцатых сотрудничал Геринг и захаживали на огонек Гитлер, Гесс и Розенберг. Общество распалось само по себе в 1925 году. А когда, уже после прихода Гитлера к власти, его создатель Рудольф фон Зеботтендорф попытался возродить «Туле», к нему тут же пришли в гости ребята с рунами в петлицах. Правда, из уважения к заслугам перед национал-социализмом за «колючку» его не посадили — просто коленом под зад попросили из Германии. Это, кстати, насчет влияния тайных обществ на политику Третьего рейха. Вопреки сказкам, никакого особого влияния не было. Гитлер, встав во главе партии, с презрением относился к своим идейным оккультным предшественникам, называя их «странствующими учеными». Не такими нацисты были ребятами, чтобы ими кто-то руководил. Гитлер себя считал Великим Учителем. Им пытались руководить многие — руководители штурмовиков, генералы рейхсвера, правые политики, заправилы промышленности… В результате те их них, кто остался жив, были построены и сидели тише воды ниже травы. Безусловно, нацисты многое позаимствовали из практики оккультных обществ. Но, как признавался сам Гитлер, он не меньше позаимствовал из опыта большевиков и Британской империи. Тем, кто хоть немного представляет обстановку Третьего рейха, уже смешно, когда они слышат сказочки о какой-то там Марте Кюнцель, которая якобы «обрабатывала» окружение Гитлера. Это все из разряда сенсаций желтых газетенок.

Обломившись покалякать с вождями, Кроули занялся любимым делом оккультистов — принялся творить мифы.

В качестве анекдота, иллюстрирующего, как это делается, можно привести письмо его коллеги Гермера, адресованное соратнику и повестующее о страданиях в застенках гестапо.

Кроме того, Гермер утверждал до конца жизни, что продержаться ему помогли знания, данные ему Алистером. Что ж, Гермер дожил до времени, когда из Кроули сделали пророка. Тогда подобные заявления очень и очень котировались.

И ведь такой бред порой цитируется на полном серьезе! Хотя и ежику понятно, что если бы гестапо верило хотя бы на десять процентов в такое крутое значение О.Т.О, оно бы получило от Гермера информацию в любом случае. Да и после даже не «особых зверств», а простого «допроса третьей степени» (а имелась и четвертая) люди в гестапо признавались во всем — что было и чего не было. Правда, выходили потом только через трубу крематория.

Последние годы жизни Кроули не сопровождались ни треском, ни шумом, ни особыми свершениями. Грубо говоря, он доживал. В 1945 году Кроули переехал из Лондона в провинцию — в город Гастингс, в недорогой частный пансион. В Британии так доживают свой век многие люди, которым не удалось за свою жизнь скопить денег на собственный дом. В этот период своей жизни внешне он более всего походил на добропорядочного отставного полковника. Этакий худощавый джентльмен в твидовом костюме, не выпускающий из зубов трубки.

Нельзя сказать, чтобы о нем совсем забыли. Когда поднятые войной волны житейского моря стали утихать, о нем вспомнили старые оккультные товарищи. Люди из осколков О.Т.О. мечтали возродить свою структуру «по-взрослому» — и стали навещать своего руководителя. Алистер Кроули вел активную переписку с немногочисленными ложами, оставшимися на плаву. Так, к примеру, члены американской Ложи Агапе, с которой мы еще встретимся, писали ему длинные письма, в которых обливали грязью друг друга. Алистер Кроули вникал в их разборки и посылал за океан ценные указания.

Остались и кое-какие британские товарищи. И новые появились. Так, в 1946 году к Алистеру притащился некий Джеральд Гарднер. Это был начинающий ведьмак. Он горел желанием освоить это дело получше, да вот беда — с учителями в это время была напряженка. Что делать — во время войны у людей были другие заботы. Вот он и заявился к Кроули. Тот тряхнул стариной и досконально обучил товарища азам колдовского ремесла. История умалчивает, отрабатывали они сексуальную магию или так обошлись.

Внешность добропорядочного полковника была обманчива. Кроули плотно сидел на героине. На фотографиях этого периода поражают его ввалившиеся щеки и худая фигура — потому что вообще-то Алистер был плотного телосложения и имел круглое лицо. Типичное следствие препарата. Кололся к этому времени по восемь-десять раз в сутки. Разумеется, от такого количества инъекций вены на руках и ногах давно «ушли» — стали недоступны для иглы. Поэтому Кроули приходилось колоться в подмышку. Это крайне мучительная процедура. Я достаточно нагляделся в жизни на все виды наркоманов, чтобы утверждать — это уже финишный рывок на пути к тому свету. Пожалуй, самое удивительное в биографии Кроули — как он умудрился столько прожить. Впрочем, я и таких встречал. Есть люди, которых наркотики не сжигают очень долго. Но конец все равно один.

Впрочем, Кроули баловался не только героином. Как-то он напросился к одной своей знакомой пожить, объясняя, что ему нужно писать в покое, а в «меблирашках» покой нам только снится. Когда Алистер, погостив неделю, уехал, хозяйка обнаружила склад пустых бутылок из-под джина. По своему обыкновению Кроули покупал спиртное в ближайшей лавке, записывая все на счет хозяйки.

Алистеру Кроули, можно сказать, не повезло. Он немного поторопился родиться. Начало его жизни пришлось на время, когда оккультизм воспринимался как милая игрушка богатых леди и джентльменов. Потом настали железные и кровавые времена. На сцену вышли и стали менять мир по своему усмотрению очень серьезные люди, которым Кроули не чета. Что стоил Орден Восточных тамплиеров по сравнению с Черным Орденом СС! История развивалась по другим, не магическим законам. Лепет оккультистов не был слышен в грохоте битвы великих империй.

Но не прошло и пятнадцати лет — и все изменилось. В Европе и Америке началось и стало набрать силу явление, которое получило название «молодежная революция».

Суть его лучше всего охарактеризовали братья Стругацкие: «сытый бунт». Это было нечто новое, аналогии в обозримом историческом прошлом найти сложно. Так уж всегда получалось, что люди бунтовали против существующей системы оттого, что им плохо жилось. Здесь же вышло наоборот — причины европейского молодежного сумасшествия лежат как раз в том, что жить вдруг стало хорошо. Хорошо, но скучно. Благополучные молодые люди, представители народившегося «среднего класса» стали оглядываться вокруг и задумываться над глобальными мировыми проблемами. Окружающее общество им не слишком понравилось. И «продвинутые» молодые люди стали озираться вокруг в поисках альтернативы. Во многом эта психология похожа на настроения, распространившиеся в СССР в последнее десятилетие его существования. Ну, достало все вокруг!

Аналогия тем ближе, что тогдашняя охранительная западная пропаганда (сегодня только совсем невменяемые либералы полагают, что ее там нет), как впоследствии и наша, этот момент проворонила. К примеру, позорный провал американцев во Вьетнаме был во многом обусловлен полной беспомощностью официальной пропаганды. Не сумели завернуть эту дерьмовую войну в красивую упаковку. Вот и получили, что получили. (Теперь уже научились. Не менее дерьмовая война в Ираке была воспринята американцами более-менее спокойно.)

Вообще-то молодежная революция имела вполне объективные причины. Если употреблять научную феню, это был «переход от индустриального общества к постиндустриальному». Но дело не в том, откуда и куда переходили. Это выходит за пределы данной книги. Главное, что на рубеже 50 — 60-х огромное множество достаточно умных и симпатичных молодых людей вдруг стало воспринимать общество, в котором они жили, как кучу известного вещества. Которое заслуживает исключительного того, чтобы его вывезти с глаз долой.

А если конкретно, чего не хватало-то? А свободы! Западное общество воспринималось как «репрессивное», как система, подавляющая свободу личности, обрабатывающее всех по одному шаблону. Одно из самых распространенных идеологических клише того времени — «одномерный человек». То есть тупой обыватель, которого интересует лишь дом, работа и телевизор.

Стоит отметить, что тогдашнее западное общество — это не нынешнее, которое сильно изменилось именно благодаря «молодежной революции». По нынешним меркам оно было достаточно жестким. Хорошо это или плохо — вопрос философский. Факт тот, что очень многие молодые люди хотели его радикально поменять. Эти настроения не идут ни в какое сравнение с сегодняшними антиглобалистами, которые, при всей своей шумности, — ничтожное меньшинство. Тогда быть «продвинутым» — означало быть бунтарем. Это было «знаком поколения».

Ну ладно, менять так менять. А вот как? Что касается способов, то где было разгуляться. От непротивленцев-хиппи, пропагандировавших «пассивный уход», до упертых сторонников товарища Троцкого (а позже — и Мао), призывавших замутить мировую революцию. Если говорить о политике, то одним из символов тех лет стал вечный революционер Эрнесто Че Гевара. Он олицетворял «борьбу стран третьего мира», которая тогда кипела в Африке, в Латинской Америке и в Азии. Западные бунтари особо не разбирались, да и не пытались разобраться, что там на самом деле происходило. Главное — это был символ новых, не «одномерных» людей. Вестников будущего, ведущих войну с «системой».

Вообще-то «бунт против системы» понимался очень широко. «До кучи» катила и уголовщина — только бы преступление было поэффектней и побессмысленней. В культовых фильмах того времени, таких как «Пролетая над гнездом кукушки» или «На последнем дыхании», главные герои — обыкновенные уголовники.

Это человек занимает в мистической среде примерно такое же положение, как группа «Ленинград» — на российской рок-сцене. Добропорядочные люди считают ее аморальной, а многие поклонники рок-музыки величают «попсой». (А для рокера хуже ругательства нет.) Так дело обстоит и с прямым наследником Алистера Кроули — Антоном Шандором ЛаВеем и его «Церковью Сатаны». Что думают об этой структуре противники сатанизма — можно не объяснять. А оккультисты, телемиты, маги и прочая подобная публика кроют его чуть ли не матом. Да и не «чуть ли». При том что последователей у Церкви Сатаны очень много. Это самая крупная «черная» структура, с которой никто из «идейно близких» и сравниться не может.

ЛаВей — фигура интересная. Его учение является, по сути, «массовым изданием» кроулианства. ЛаВей сумел то, что так и не удалось Кроули. Он основал массовое учение, которое будет жить долго — пока живут на свете дураки, желающие числиться интеллектуалами. Церковь Сатаны — прекрасный образец того, что в сегодняшнем мире можно втюхать осетрину любой свежести за первосортную. Нужна только грамотная маркетинговая политика и хорошая реклама. А пипл все схавает и еще попросит.

«Сатанинская библия» вызывает у меня, как у профессионального журналиста, искреннее восхищение. Это шедевр. Начинающим специалистам по PR-кампаниям стоит изучать деятельность ЛаВея вообще и это его произведение в частности. Вот вам блестящий образец по изготовлению супермодного платья для короля.

Суть этого произведения описана в приведенной в названии главки цитаты Александра Куприна. Начинается же оно бодро и весело.

И так далее в том же духе.

Весь этот развеселый богоборческий пассаж завершается «моральным кодексом строителя сатанизма».

Далее автор развивает и конкретизирует для самых глупых.

Как видим, звучит старая песня о главном, которая к 1969 году исполнялась бессчетное количество раз. Об этом писал «отец» анархо-индивидуализма Макс Штирнер. Так говорил Заратустра Фридриха Ницше. В этом же духе нашептывал Алистеру Кроули демон Айвасс. Но я не встану в позу сноба, не буду цедить сквозь зубы: «да, слышали мы это все»… Я-то слышал. И вы слышали. А вот те, для кого написана «Сатанинская библия», — нет! Она-то создавалась именно для американских «семиклассников». (Седьмой класс царской гимназии соответствует современному десятому. Как показывает мой опыт, именно в этом возрасте творение ЛаВея и в России читают запоем.) Тем более что мы, россияне, часто недооцениваем свою образованность. Мы[29] если и не читали Ницше, то хотя был знакомы с «Морским волком» Джека Лондона, где популярно излагаются все те же идеи. А американские молодые люди не слыхали и о последнем. К тому же, как я уже говорил, тогдашняя Америка была куда более лицемерной и ханжеской страной, нежели теперь. Так что подобные загибы звучали для молодого поколения откровением. (Впрочем, судя по сегодняшнему успеху ЛаВея в России, по уровню дремучести мы догнали и перегнали Америку.) Опытный труженик балаганных подмостков знал, для кого он пишет.

Хитрость тут еще вот в чем. ЛаВей проповедует безграничный индивидуализм и эгоизм. Возникает вопрос: а на кой черт индивидуалистам и эгоистам сбиваться в кучу под флаги какой-то там «церкви»? Правильно, на фиг не нужно. Да они и не сбиваются. Людей, живущих по подобным принципам, во все времена и у всех народов — множество. Но им не требуется такое вот идеологическое обоснование. Наоборот. Возьмем, к примеру, преступный мир. Кроме немногих беспредельщиков, которые долго не живут, уголовники, живущие именно так, как провозглашает ЛаВей, любят поговорить о «воровском законе». В большой политике, где всегда господствует принцип «горе слабейшему», болтают о «демократии» и прочей чепухе.

А декларировать такую философию очень любят те, кто имеет большое желание по ней жить, но не имеет возможности. Инфантильным людям хочется чувствовать себя крутыми и избранными. Но для этого нужно создать собственный мирок. Вот тут-то и пригодилась Церковь Сатаны. Тем более что ЛаВей кроме философии предлагал еще и магию. Но о ней после.

Иногда приходится слышать мнение, что ЛаВей на самом-то деле пропагандировал… атеизм. И только ради рекламы нацепил на него сатанинские одежды. В этом есть своя сермяжность.

Так, несмотря на то, что в начале 80-х годов в Советском Союзе имелось уже достаточно много сатанистов, попытки внедрять в эту среду книгу ЛаВея неизменно проваливались. Хотя бы потому, что значительное место в ней занимают яростные пассажи против христианства. Которые чуть ли не дословно повторяют писания наших присяжных научных атеистов.

В общем, собачье счастье в собачьих лапах. Добьемся мы освобожденья своею собственной рукой.

Но все не так просто. ЛаВей и в самом деле не признает существования ни Бога, ни Сатаны в традиционном понимании.

Как видим, все-таки это не атеизм. «Нечто» непознаваемое или непознанное существует. Это тоже не ново. В конце своей магической картеры Алистер Кроули утверждал: «Боги — это всего лишь названия сил природы». Как и у Зверя, у ЛаВея в мире остается место для магии.

При этом ЛаВей символом Церкви Сатаны сделал-таки традиционную сатанинскую пентаграмму со вписанным в нее козлом, который символизирует Бафомета (опять привет Кроули!).

С ритуальной частью нового учения все завернуто довольно хитро. ЛаВей в «Сатанинской библии» из всех сил открещивается от стандартного представления о слугах Дьявола. Он категорически отрицает то, что его последователи режут невинных младенцев. Ни к чему это. Потому что более простой путь указал еще Алистер Кроули.

Понятное дело, сатанизм в варианте ЛаВея выступает за свободную любовь и допускает все виды извращений. Правда, сексуальная разнузданность не особо приветствуется — в эпоху «сексуальной революции» это было бы общим местом. Как и пропаганда наркотиков. Тогдашних апологетов этих вещей было сложно переплюнуть. Вот ЛаВей и не стал.

Сатанисты не практикуют и «Черную мессу». Ни к чему это.

То есть для привлечения почтеннейшей публики имеет смысл устраивать глумливые ритуалы, которые уж точно вызовут возмущение общественности. А значит — дармовую рекламу. В этом смысле у ЛаВея и в самом деле есть чему поучиться пиарщикам. Вся его деятельность — это блестящая раскрутка своего проекта за чужой счет.

В фильме Оливера Стоуна «Прирожденные убийцы» есть один замечательный эпизод. Герои кино, отморозки, убивающие направо и налево просто из-за того, что им так нравится, сидят за решеткой. А возле стен тюрьмы стоят дегенераты с плакатами в их поддержку. Причем не какие-нибудь гопники, а молодые люди студенческого вида. Когда их спрашивают: а что хорошего вы нашли в этих убийцах, они блеют, что, конечно убивать нехорошо, но ведь… Но круто. Это те самые персонажи, для которых писал ЛаВей. Сами они убивать не станут. Хотя бы потому, что кишка тонка. Но хотят почувствовать себя причастными к такому вот бунту против всего на свете…

Своей известностью Церковь Сатаны в значительной степени обязана Чарльзу Мэнсону. Хотя, строго говоря, ЛаВей тут совсем ни при чем.

«Сатанинская библия» не содержит никаких экстремистских призывов. По сравнению с тем, что печаталось в разгар молодежной революции, это достаточно спокойная книга. Но… Я говорил, что подобные развлечения — игра с огнем. Хотя бы потому, что в мире огромное количество идиотов, которые все воспринимают на соответствующем уровне. Тем более что у ЛаВея есть душевные пассажи.

Вот кое-кто и стал избавляться.

Как видим, насчет причастности ЛаВея к этой истории можно поспорить. Но то, что его Церковь сняла с этого пенки, — факт. По причине, о которой я уже говорил. Мэнсон стал молодежным кумиром, которым и является до сих пор. Письма к нему в тюрьму шли мешками. Он стал олицетворением «бунта в чистом виде». Огромному множеству дебилов показалось крутым быть в структуре, которую пресса прочно связала с этой историей. Получалось — вступив в структуру ЛаВея, ты тоже вроде как становился причастен к этому «подвигу».

А дурдом все ширился. Я упомянул Оззи Осборна, который был «сатанистом»-приколистом. Но он протопал тропу. В стиле хэви-метал, одним из отцов которого является Оззи, множество групп стало играться с Сатаной. Конечно, поди разбери — где тут кончается желание прославиться любой ценой и начинается сатанизм. Вот, к примеру, довольно известный персонаж Мэрилин Мэнсон. Музыка у него… Бывает хуже, но реже. Но зато псевдоним-то какой! Имя — «сатанинская мадонна», фамилия — в честь «народного героя» — сатаниста. И в Церковь Сатаны его принял лично Антон ЛаВей.

Поклонники ЛаВея с тех пор уныло отбрехиваются: «Мы не такие», — и обличают «дьяволопоклонников», которые примазываются к их «правильному» сатанизму. Но дело-то в том, что в Церковь Сатаны даже официально может вступить любой, перечисливший сто долларов. А что он потом будет делать и как служить Хозяину — это уж его дело. Вот и начали — каждый в меру своей испорченности. Параллельно идеи Кроули, идя в массы, дошли до полного абсурда. Еще в начале семидесятых появились магические группы, поклоняющиеся Сатане в образе Гитлера. Уже упоминавшаяся книжка «Утро магов» подвигла некоторых любителей на попытки воссоздать «оккультные тайны нацизма». Говорят (они сами, разумеется), что есть успехи. Что же касается восточных тамплиеров, то от тех, кто претендует на их наследие, просто деваться некуда.

В результате убийства на сатанинской и оккультной почве стали на Западе — а теперь уже и у нас — уже почти обыденным явлением.

18 апреля 1993 года произошло убийство в Оптиной Пустыни трех монахов. Убийца — Николай Аверин — подгадал преступление к Пасхе. На следствии он прямо-таки бахвалился тем, что является слугой Сатаны. В 1997 году давно и серьезно увлекающийся оккультизмом Евгений Кондрашов в компании еще одного поклонника магии убил двух человек. Одной из жертв он отрезал голову и, вырезав из ее шеи кусок кожи, поместил кожный лоскут во флакон из-под духов, с тем чтобы совершить некий сатанинский обряд.

И так далее. Как правило, все эти люди очень сильно не дружат с головой. На это упирают сторонники Алистера Кроули и ЛаВея, возмущенные, что к ним «пристегивают» подобных персонажей. И справедливо говорят: нигде в оккультной литературе о таких ритуалах не упоминается.

Это точно. Но вот ведь в чем дело. Сатанизм по Кроули и ЛаВею — это проповедь вседозволенности. Прибавьте сюда одно из главных положений оккультизма — информация дается в виде откровения. И вот представьте — не слишком психически здоровый товарищ, да еще увлекающийся наркотиками и целенаправленно сдвигающий крышу магическими «тренировками», вдруг осознает: на самом-то деле все не так. А надо… А вот что надо, зависит только от особенностей его диагноза. Вот и получается то, что получается.

Шоу продолжается.