Сделав шаг в неизвестность, она оказалась на планете, где ненавидят существ с примесью сверхъестественной крови.
Доверившись симпатичному дракону, добавила ко всем своим бедам еще и личные переживания.
А ведь ей просто нужно было найти несостоявшегося жениха, возвратив долг юности.
Но когда ты являешься дочерью сирены, помолвленной на крови, даже самые благородные поступки могут повлечь за собой непредсказуемые последствия.
Решит ли все проблемы единственная песня, ради которой она была рождена?
1.0 — создание файла
- Ари, просыпайся! Очнись! Приди в себя, глупая сирена, или обещаю, что найду тебя и сам рассею над плоскостью телепорта!
Кто-то рычал. Причем делая это прямо над моим ухом. И звук при этом у голоса был совсем не человеческий. Звериный какой-то. Надломленный. И интонации странные, такие надрывные и саднящие, что сразу захотелось послушаться и проснуться. А потом я подумала, кто же может обладать таким странным голосом. Не человек...оборотень? В частичной трансформации? Но у них не изменяется структура голосовых связок, только внешний переход к звериной ипостаси...Зато так могут делать драконы! А сколько драконов я знаю?..
И вот тут я вспомнила. Причину, по которой находилась без сознания, события, предшествующие этому, и дракона, который сейчас склонился надо мной и нежно гладил лицо трясущимися руками. Презирает? Зол настолько, что готов действительно убить? ...Боится?
- Отойди... - прошептала пересохшими губами. - Ненавижу!
После этого вдобавок к уже имеющимся мерам пробуждения присоединились еще и сотрясения. Все дело в том, что Дориан схватил меня за плечи и рывком усадил на чем-то мягком. Пришлось открыть глаза.
Комната в моем доме на Земле нисколько не изменилась, а снаружи за окном бушевала непогода. Частые молнии прорезали небо подобно светящимся венам, раскаты грома раздавались с завидным постоянством, и в каждый из всполохов снаружи я могла видеть обеспокоенное лицо Дора, который сидел рядом на постели в моей комнате. Переместив руки на мое лицо, он немного успокоился, отчего резкие черты начали сглаживаться, потихоньку возвращая его облику человеческое выражение.
- Можешь хоть на кожаные ремешки мечтать исполосовать, когда мы снова встретимся, - зло процедил он, - но не смей спать, ненормальная! Ты совсем обезумела, потеряв сознание в телепорте? Ты вообще чем-нибудь думала, когда шагала в его окно, болезная?! Тебя же размажет по Млечному Пути, как яйцо по сковородке! Приди в себя, Арина, приди в себя! Очнись! - с этими словами он приблизился ко мне и, не обращая внимания на оказываемое сопротивление, больно впился губами. Целовал жестко и разъяренно, кусая мои губы, принося страдание и заставляя литься непрошеным слезам. Сколько бы я ни вырывалась, он держал крепко и не отпускал. А я все пыталась и пыталась отстраниться...
Наконец отпустив меня, Дориан продолжил тем же тоном, в котором проскакивали тревожные нотки:
- Слушай меня, чокнутая сирена! Силой еще нужно уметь пользоваться! Когда ты уснешь в следующий раз сама, я обязательно покажу тебе, как обращаться с умением строить телепорты, но сейчас - Арина, да успокойся ты! - сейчас ты должна вновь представить в памяти то место, в котором хочешь выйти из портала. Иначе ненавидеть будет некого, ты просто погибнешь на середине пути! - и вновь моими губами завладели его, мягкие и требовательные одновременно, и я на мгновение почувствовала отголосок тоски в своем сердце, который и начал вытаскивать меня из сна. Поэтому я уже не могла точно сказать, послышались ли мне прощальные слова Дориана или он действительно произнес:
- Люблю тебя. До встречи, родная...
Сосредоточиться. Взять себя в руки и представить место, где я хочу оказаться. Память услужливо подсказала милый уголок с кожаными диванчиками, на которых так любили размещаться "Ночные шорохи". Хочу туда. К ребятам и кисе!
Мгновенная боль оповестила о том, что меня выкинуло из портала. Жива, уже это хорошо. Значит, смогу добраться до наших, во что бы то ни стало. Живот опять скрутило болью, и я возблагодарила небеса за оказавшееся под рукой дерево, на которое тут же и оперлась. Дерево? Стоп, дерево?! Черт, все-таки прицел сбился...Где я? Но, оглядевшись вокруг, вздохнула с облегчением: это была рощица рядом с кисиным клубом. До него добраться метров двести. Последняя преграда перед встречей с практически родными существами...
Держась за стволы, потихоньку преодолела городские посадки. Заставила себя не садиться на скамейку, потому что чувствовала, что там и останусь. Поэтому продолжала почти ползти. Как назло, вокруг не было прохожих. Время вечернее. Час пик, похоже, миновал...Боже, неужели это дверь?..
Нарастающая боль в животе постепенно поднимала из глубин сознания какое-то животное чувство страха. Я такого раньше не испытывала. Не понимаю, что происходит, но одно ясно точно - надо добраться до Инги: она оборотень, она сможет определить повреждения в организме. Опустив ручку двери, ввалилась с парадного входа в небольшое помещение, служившее своего рода гардеробом. Сил на крик уже не было, поэтому просто тащусь вперед, в зал, откуда совсем недавно доносились крики друзей. Теперь все стихло, словно они прислушиваются к чему-то. Может, почуяли меня?...
Встав в проходе и заметив, наконец-то, близких людей, почувствовала еще один болевой укол. А потом по ногам потекло что-то теплое...
Смотрю, как расширяются от испуга глаза кисы, и наклоняю голову, чтобы понять, что же происходит. Кровь...струйкой стекающая кровь. Инга мгновенно втягивает ноздрями воздух и истошно кричит на весь клуб:
- Барс!!! Угроза жизни потомству метаморфов!!!
Вихрем пронесшийся блондин в мгновение ока оказывается рядом со мной, и, смотря в его встревоженные глаза, я впервые за все время улыбаюсь. А потом наступает темнота.
Состояние беспамятства, наверное, имеет кучу преимуществ. Ничего не помнишь. Ничего не чувствуешь. Это особенно хорошо, когда тебя накачивают лекарствами. Ничего не понимаешь...И забываешь о ходе времени.
А я помнила. Правда, не все. Случались короткие моменты возвращения сознания, и я неизменно видела рядом уставшего Барса. Как там киса сказала? Угроза жизни потомству метаморфов? Неужели ей стало плохо от моего появления?...Или это у меня создалась опасная ситуация?
А в моменты сна иногда приходил Дориан. Тогда мы неизменно оказывались в домике на Земле, и он старался выглядеть весело и бодро, все время проводя со мной на постели, то прижимая к себе, то аккуратно касаясь кончиками пальцев, словно боялся, что я сейчас исчезну. В этих снах я не могла с ним говорить - не было сил - хотя постепенно чувствовала, что организм со всей ответственностью решил подходить к процессу восстановления. И Дориан, наверное, знал об этом каким-то образом, потому что время от времени грустно улыбался, перебирая мои волосы и смотря куда-то вдаль в окно. И вот одна из таких ночей закончилась, и я проснулась...под звуки отборного мата!
Голос Инги дрожал от негодования, но мне так хорошо стало, что слышу ее, так светло и радостно на душе, что я несколько минут не открывала глаз, наслаждаясь привычной атмосферой планеты Земля и знакомых обитателей-метаморфов.
- Ари, подслушивать нехорошо, - раздался рядом уставший голос Барса, в котором неизменно сквозили рычащие нотки, теперь перемежающиеся с весельем. - Киса всего лишь выясняет отношения со своим огненным.
- Кристофер здесь? - всполошилась я, мигом поднимаясь на постели, но была остановлена предусмотрительным ирбисом, вернувшим меня в изначальное положение:
- Пока еще рано, Арина. Это может повредить ребенку.
И вот тут меня накрыло волной потрясения и осознания. Все-таки, значит, не послышалось. Все-таки угроза потомству метаморфов относилась ко мне...
- Я еле успел, - в подтверждение моих мыслей проговорил Барс. - У тебя срок всего ничего, на таком даже выкидыш не имел бы особых последствий и ощущений, но твой дракончик, видимо, держался за жизнь так сильно, что постоянно сигнализировал об угрозе своей жизни. Поэтому тебе и было так плохо во время телепортации.
Ребенок...слово ворвалось в сознание подобно набату, мигом отрезая от остального мира и заставляя уйти в себя. Маленький...совсем крошечный дракончик. Как ты там, хороший, спросила сама у себя и медленно потянулась сознанием в область, которая сейчас служила домиком для будущего малыша.
Вот он, совсем крошечный комочек энергии, переливающийся аквамариновым светом...Призрачный, значит, ты будешь таким же, как папа. Я невольно улыбнулась - до того красивая открывалась сознанию картина. Не хотелось оставлять его одного ни на секунду. И пришло понимание того, что я уже люблю это маленькое напоминание о том, что когда-то ночь, проведенная с Дорианом, не прошла для нас даром. Теперь у меня был дополнительный стимул разобраться в том, что делает с нами эта кровная связь. Теперь я точно не отступлю.
- Спасибо, Барс, - возвращаясь в реальность, открыла глаза и лучезарно посмотрела на местного целителя. - Но как тебе это удалось? Я посмотрела - там же совсем крошечный зародыш!
- Ты и это умеешь? - удивленно вскинул брови ирбис. - Надо же, до чего интересный народ - сирены...Уже мечтаю с ними познакомиться, - подмигнул он и продолжил:
- Я специализируюсь именно на таких случаях, когда есть угроза выживанию вида как такового. Дело в том, что ирбисы сами по себе очень тяжело размножаются, и наше потомство не настолько велико, чтобы мы могли в будущем бороться за, например, ареал обитания, если там уже присутствует какой-то другой вид хищников. Поэтому некоторые представители нашего семейства в процессе эволюции получили уникальные способности: мы можем укреплять связи зародышей с материнским организмом, таким образом, сохраняя генофонд и наиболее слабых особей. Перераспределяя энергетические потоки, мы участвуем в судьбе еще не родившегося котенка, давая ему реальную путевку в жизнь.
- Вот это...да! - потрясенно пробормотала, глядя на Барса совершенно другими глазами.
- Теперь понимаешь, почему меня так усиленно хотели женить, оставив у ирбисов? - усмехнулся белоснежный кот, блеснув кончиками острых зубов.
- Теперь - да, - кивнула я, и тут на весь дом раздался отчаянный вопль Инги:
- Я тебе еще раз повторяю, блохастый! Ты ничего об Арине не узнаешь после того, что вы с твоим ненаглядным Призрачным упырем с ней сотворили!
- Киса, - раздался укоризненный ответ Ван Гардена. - В каких выражениях ты отзываешься о наследнике драконов?
- Да мне ..., будь он хоть Властелином Вселенной! - раздался перемежающийся вместе с трехэтажным матом ответ вконец взбешенной пантеры. - И ты со своим престолом - катись куда подальше, гребаный представитель огненной ветви дурацких драконов! Ты не видел, в каком состоянии девочку выбросило из телепорта, а я вам за нее перегрызу глотки - всем до единого, если еще хоть одна тварь сунется сюда до того момента, как Арина поправится!
- И оставишь своих детей без отца? - раздался ехидный вопрос.
- Найти отца для детей свободной кошки - плевое дело! - не без превосходства ответила довольная киса, и мне даже показалось, что я чувствую запах жженого воздуха. Неужели Ван Гарден решил преобразиться? - Тем более что нашу помолвку с Барсом еще никто не отменял!
- Только посмей, - определенно, огненного довели до точки кипения, потому что эти рычащие нотки частичной трансформации я уже не перепутаю ни с чем. - И я камня на камне не оставлю от твоего клуба. Найду ирбиса и убью. А тебя доставлю на огненные звезды и запру под замком!
- Вон, скотина! - был ему взбешенный ответ, и следом я услышала, как хлопнула входная дверь. Находилась я, кстати, уже не в клубе кисы, а в своей уютной спаленке. Сердце сжалось на миг от воспоминаний о том, как здесь последний раз был Дориан, но я поспешила успокоить себя. Сейчас были дела поважнее, чем думать об упущенных возможностях.
- Сначала я убью Ван Гардена, - тишину после нашего с Барсом разговора разрезал уставший голос Инги. - Потому что допустил твое похищение, ограничившись только советом о перелете на планету Детри. Потом убью Детри, - на лице появившейся пантеры появилось кровожадное выражение, - за то, что наградил тебя подарочком, не задумавшись о том, что пьяная от полученной энергии сирена залетает в мгновение ока, а уже от дракона - единственного представителя более старшей расы - вообще как пить дать. А вот потом, - она в упор посмотрела на съежившуюся под настолько пристальным взглядом сирену, то есть меня, - я займусь тобой. Родишь - и пойдешь генетическим материалом для моих многочисленных экспериментов! - припечатала она, присаживаясь рядом со мной на постель. - О чем ты думала, глупая женщина, когда, не глядя, шагала в телепорт, да еще и беременная?
- Наверное, о том, чтобы услышать все это от тебя и понять, что сделала правильный выбор, решив переместиться туда, где мне всегда будут рады, - неуверенно улыбнулась я, и на глазах внезапно расчувствовавшейся кисы выступили слезы. Она обняла меня, а я сделала заметку на полях, что ее взбунтовавшиеся в связи с беременностью гормоны отныне мои преданные друзья навсегда.
- Я надеюсь, что ты понимаешь, что теперь надо тысячу раз подумать перед тем, как собраться совершить очередной глупый поступок? - задумчиво произнес Барс, наблюдая наши с кисой обнимашки. - Кстати, дорогая, - внезапно придав голосу игривые нотки, обратился ирбис к Инге. - Я, конечно, не против помериться силами с твоим огненным драконом, но вот с вопросом о свадьбе, которую ты сейчас прорекламировала Ван Гардену, давай, пожалуй, обождем немного: я еще морально не готов связывать себя узами брака...
Когда вновь взбешенная пантера отцепилась от меня, чтобы накостылять теперь уже откровенно издевающемуся блондину, то наткнулась на насмешливый взгляд. А потом Барс просто захохотал, и я, не выдержав, присоединилась к нему. Как же хорошо было дома!
- Сколько я была без сознания? - решила полюбопытствовать, когда волна веселья понемногу начала сходить на нет.
- Около недели в полубредовом состоянии, - фыркнула Инга. - Барс все время находился при тебе. И этот, - она даже плюнула, имея в виду будущего мужа, - пороги постоянно обивал, надоел хуже пьяного ослика.
- А Дориан? - стало немного обидно оттого, что во сне-то он появлялся, а вот сюда не соизволил показаться.
И тут киса тоже нашла повод повеселиться:
- Не знаю, чем ты его приложила, когда убегала, но он до сих пор в отключке, причем даже Источник не в силах ему помочь, - и, смотря, как медленно увеличиваются мои глаза, добила:
- Оборотней со звезд Дракона он силы лишил, но сам пока немного не в состоянии передвигаться. Может, конечно, еще сыграло роль то, что он проворачивал фокус с подключением, не находясь в полной силе, кто знает, может, ты вовремя приложила руку, но сейчас питаться от Источника он не в состоянии. Ты чего такого обкурилась, что вывела из строя нашего Ди? - испытующе глянула она на меня.
- Я была вместе с ним внутри Источника... - пришлось признаться любопытным оборотням.
...Кису понесло в тот момент, когда она вскочила с кровати и начала накручивать круги по спальне. Она рвала и метала, ругалась так, что даже Ван Гардену стало бы стыдно, но ее это не останавливало, как не останавливало и меня в перерывах между отчитыванием продолжать рассказывать о событиях в зале на Призрачной звезде.. Вся же гневная тирада сводилась к тому, какого черта я вообще решила помогать Дориану с подключением, а я уже, честно говоря, боялась сказать слово, чтобы не спровоцировать новую волну гнева. Барс при этом смотрел на нее с умилением (неужели все беременные кошки такие?), на меня - с удивлением, смешанным с сомнением в моих умственных способностях. Когда ему, наконец, надоело слушать изливающийся из Инги поток брани, он просто заметил:
- Кис, она же сказала, что Источник звал ее. Он просто почувствовал новую жизнь внутри Арины и захотел признать, вот и все. Он бы не навредил потомку Призрачного Дракона, поверь мне. Плохо ей стало именно из-за того, что она прошла телепортом, перед этим как-то усмирив Дориана.
- Не перераспределила потоки, - Инга закрыла лицо ладонями. - Перекачала от Детри слишком много, а, создав телепорт, подумала, что энергии хватит. У меня просто нет слов, - она развела руками, - чтобы выразить ту бесконечную степень везения, которая все время помогает тебе выйти из самой большой задницы.
- Внутри Источника я сначала отдала всю энергию, которую дарил мне Дориан, а потом еще делилась своей. Немного! - спешно добавила, видя, как девушка-пантера готова перейти к новому витку обвинений. - Из-за этого и началась боль. А у телепорта я уже высосала Дориана почти без остатка.
- Слушай, вообще удивительно, как она живая до клуба добралась, - Барс поднялся с кресла и подошел к разъяренной кошке, обнимая за плечи и этим потихоньку успокаивая. - Но давай уже перестанем давить и ей на нервы, и тебе устраивать проверку крепости эмбрионов, а то неровен час - и лечить придется вас обеих одновременно.
Тяжело вздохнув, она кивнула, оторвалась от ирбиса и подошла ко мне, присаживаясь на свое старое место.
- Больше никаких вольностей, - четко и с расстановкой произнесла она. - Я все понимаю и сама бы с удовольствием накостыляла этому вруну и обманщику Детри, но пойми, тут уже не просто ваши с ним недомолвки и детские обиды, - она подняла руку, прерывая мой начавшийся словесный протест такой формулировке. - Драконы - слишком ценная раса, чтобы вот так просто взять и подвергнуть опасности еще не родившегося ребенка, к тому же ребенка Призрачного, которых и осталось-то всего двое, Детри да отец. Уяснила?
- Вполне, - кивнула ей, а про себя задала установку дальнейшего поведения: что бы ни случилось, ребенок не должен пострадать. Никакие нервные перенапряжения не должны повлиять на развивающееся внутри чудо.
- Когда ты собираешься сказать ему? - поинтересовалась киса, видимо, считая, что Дориан должен об этом знать.
- Как только встречу. Во сне, - добавила, чтобы не давать лишних поводов свести нас на Земле. Я была к этому не готова. Понимаю, что теперь особо выбирать не приходилось, но близость дракона не привела бы к связности мыслей. А я сейчас должна понять, что делать с проблемой, оставшейся после превращения Андрея в Дориана. Как преодолеть эту кровную связь, чтобы иметь возможность рассуждать здраво.
Мы с Ингой сидели на любимом ковре в гостиной, потихоньку опустошая красивое стеклянное блюдо, наполненное дольками очищенного апельсина, бережно оставленного Барсом. В ответ на подозрительность кисы, не будет ли вредным употребление такого большого количества аллергенов двум молодым беременным организмам, он только усмехнулся и заявил, что со всей ответственностью может утверждать: после всего, что эти самые беременные организмы перенесли, апельсины - наименьшее, что вообще сможет навредить. Затем откланялся, и моя боевая подруга, как ни в чем ни бывало, схватила блюдо, приглашая вместе с ней разделить трапезу, целиком состоящую из витамина С.
- Надо укреплять будущий детский иммунитет! - со знанием дела кивнула она, глядя на мои ошалелые глаза. Все-таки привычка перечить окружающим и, все равно, потом делать так, как требовалось - это что-то с чем-то. И как только в нас все уместится...
Как это Барс непредусмотрительно почистил так мало апельсинов, думала я спустя час, удобно устроив руки на животе и разлегшись на ковре, лениво наблюдая за тем, как киса заканчивает со своей частью витаминов. Разомлев к вечеру, мы с ней блаженно улыбались и смотрели вникуда, делая вид, что наслаждаемся приближающейся осенью за окном.
- И все-таки, я не понимаю, - внезапно воскликнула Инга. - Что тебя в этом Детри не устроило, что ты от него так скоренько сбежала? Ну, обманул он тебя, ну, не сказал, кем является на самом деле, так ведь, Арин, - она всплеснула руками в воздухе, - у него и конспирация была нехилая, что его знали только Крис - и то, потому что встречались раньше - да Барс, который просто учуял запах Ди, когда на вас напали!
- Ты знаешь, - лениво протянула, попутно меняя положение тела, опершись на локти и усиленно делая вид, что рассматриваю что-то в углу комнаты, - его обман я, наверное, даже уже простила, но вот эта кровная связь...она меня гложет. Я не могу себе представить, как можно жить с человеком, которого к тебе, считай, привязали против воли. Не могу и не хочу, хотя все во мне стремится сейчас к Дориану. А теперь еще и ребенок должен родиться. Ты знаешь, это как насмешка судьбы, которая каждый раз только упрочняет связь, в природе которой так хочется разобраться. Что за драконий ритуал? Как именно кровь повлияла на наши с ним поступки? Что вообще происходит и нормально ли то, что творится сейчас?
- Слушай, подруга, тебе никогда не казалось, что мозгам иногда бывает тесно в черепной коробке и им требуется хоть раз отключиться, предоставив выбор воле случая? - серьезно спросила Инга, крутя пальчиком у виска. - Ты ж свихнешься на своих домыслах. Не проще ли все раз и навсегда выяснить с Детри?
- Он признал меня истинной половиной, - огорченно заметила я, - и теперь в лепешку расшибется и скажет, что угодно, лишь бы я поверила и прекратила бегать.
- А разве тебе самой не хочется прекратить всю эту несуразную погоню за сиреной, Арин? - и вновь за обликом легкомысленной скандалистки мне чудилось древнее существо, немало повидавшее на своем веку. - Ты привлекательна, он - чертовски привлекателен, какие получатся дети, а? - сменив серьезность поведения на обычную дурашливость, подмигнула мне пантера.
А я всерьез задумалась, потому что произнесла:
- Хочется, ты себе даже не представляешь, как хочется...я до сих пор помню этот его взгляд, когда он упал в коридоре перед телепортом; как будто терял что-то важное, дорогое, что уже успело проникнуть в мысли, в сердце, в кровь, без чего невозможно дышать и открывать глаза по утрам...И от этого еще больнее, потому что его реакция вызывает уверенность, что во всем этом виновата я, понимаешь? А потом начинаю думать, каково это - всю жизнь притворяться, что любишь, хотя на самом деле просто связана узами крови. И для детей притворяться, и для окружающих...для самой себя, в конце концов! Только, оставаясь в одиночестве, каждый раз ловить себя на мысли, что очередной прожитый день оборачивается умиранием души.
- Тебе не кажется, что сейчас уже поздно об этом рассуждать? - выгнула бровь киса, смакуя последнюю апельсиновую дольку. - Ты ведь, по факту, уже связана, а все пытаешься дать логическое объяснение тому, что, в худшем случае, просто рождает в тебе искусственно привитые чувства. Не пора ли смириться и начать получать от жизни удовольствие, тем более что влюбленный дракон, да еще и такой красавец, как Детри - это вообще подарок судьбы?
- Не могу, - твердо ответила я. - Пока не узнаю точно, что происходит, не смогу нормально жить - или притворяться - дальше.
Киса как-то странно на меня посмотрела:
- Ох, уж мне эти твои вечные идеалы, максималистка! Ты очень напоминаешь меня. До встречи с Ван Гарденом. И тоже мечтала, и тоже хотела чистой, ничем не замутненной любви, а смотри, как вышло, - усмехнулась она, закидывая руку под голову.
- Так вот, я тоже хочу пройти весь этот путь и понять, стоит ли бороться за отношения, пусть даже они навязаны. Может быть, и я втайне мечтаю закатывать громкие ссоры мужу, - улыбнулась краешками губ, чем вызвала фырканье со стороны Инги:
- Не выйдет! Твой Детри для этого не настолько холерик, а ты - не так остроумна, - показала язык вконец наевшаяся пантера. - Так что, собственно, ты собираешься делать, чтобы разобраться с вашей проблемой кровной помолвки?
- Я хочу ее разорвать, - честно ответила, смотря на девушку.
- Да-а-а-а... - протянула киса, смотря с таким выражением, словно думает, в какую именно психушку засунуть вконец сдуревшую сирену. - Иногда мне кажется, что слова идеализм и идиотизм - синонимы, - добавила философски, впрочем, не собираясь устраивать сцену с рукоприкладством и объяснениями понятий исключительно нецензурщиной. - Продолжай, я вся внимание!
- Мне нужно будет попасть на Маггелановы облака, - осторожно последовала я совету.
- Шикарно! - невольно восхитилась киса моей наивности. - Небось, опять телепортом намылилась прыгать? - испытующе уставилась на меня.
- Ну...время поджимает, а на пассажирском крейсере Дориан, боюсь, сможет меня отыскать.
- Слушай, а ты не так безнадежна, как мне думалось раньше! - подкололи меня. - Кое-где логика еще не совсем отказала...В общем, так, - деловито продолжила Инга. - Если хочешь, чтоб я под твоим проектом поставила одобрение, сделай, пожалуйста - и тут я даже не настоятельно рекомендую, а в лицо говорю выполнить! - две вещи: забери Барса с собой и не отпускай его руку, пока не окажешься у сирен - он и подпитает, и подстрахует в случае чего. И узнай-таки у Детри, как пользоваться этим чертовым телепортом!
- Есть, мой генерал, - шутливо отдала честь командирше в юбке, после чего киса, выдохнув, поднялась и произнесла:
- Ну, пора и честь знать. Сегодня ночую у тебя! А потому, - она хитро прищурилась, - ближайшие часа полтора ванная в моем полном распоряжении - и не кантовать! - и, напевая себе под нос репертуар "Ночных шорохов", с кошачьей грацией пошла в указанном направлении.
Сколько, интересно, требуется организму, чтобы попасть в состояние глубокого сна? Вопрос интересовал меня, прежде всего, из-за того, что сегодня я собиралась посвятить ночное время целиком и полностью серьезному разговору с Дорианом. И провидение, если такое в принципе существует, даже оказалось на моей стороне: перед самым сном удалось прочувствовать на себе первые прелести интересного положения, распрощавшись-таки с почти усвоенными организмом апельсинами. Кису же, к моему глубокому сожалению, не брало ничто, и, вернувшись из ванной через заявленные полтора часа, девушка изъявила желание занять комнату, недавно принадлежавшую Дориану. Сменив вместе постельное белье и напоследок обнявшись, мы расстались до утра. В общем, подготовка к встрече шла полным ходом, и ослабленный после тяжелого дня организм, помахавший ручкой еще и витаминкам, провалился в сон практически сразу.
Вопреки ожиданиям, я не оказалась в своей комнате, как это бывало раньше. И вообще, Дориана рядом не было. Зато привлекла внимание до боли знакомая из детства картина...Я стояла на веранде семейного дома Одиссисов и наблюдала, как в лунном свете на поле из цветов играю в догонялки вместе с отцом. Мне тогда, наверное, было лет шесть, может, даже чуть меньше. Папа специально возвратился с работы раньше и посвятил весь вечер игре со мной, а мама потом весь следующий день укоризненно смотрела на сонную дочку, выговаривая, что подобное легкомысленное отношение к режиму дня не доведет до добра никого. Я же помню только ощущение бесконечной эйфории, заполняющей изнутри, и бешеный стук сердца, сопровождающийся состоянием абсолютного счастья. Смотря на себя из прошлого, невольно улыбнулась, услышав вдруг звук осторожно открывающейся двери.
Сама я стояла в углу крыльца, опираясь на вертикальную балку и перила, а дверь располагалась строго по центру веранды, и от этого мне был очень хорошо виден силуэт вышедшего из дома мальчика. ...А он-то здесь какими судьбами? А потом поняла, что для Призрачного дракона, умеющего строить телепорты, преград в виде расстояния между двумя планетами не существовало. Тем временем Дориан подошел ближе к перилам, перенес центр тяжести на руки и стал вглядываться вдаль, как раз на то место, где резвились мы с папой. И у него было такое задумчивое выражение лица, что я поневоле проследила за его взглядом и постаралась увидеть то же, что сейчас предстало его взору.
- Ты смеялась, - подсказал знакомый голос, в то время как я ощутила пробирающий до дрожи поцелуй в основание шеи. Существо отозвалось на него, и я, не осознавая, прислонилась к стоящему позади себя Дориану всем телом, откинув голову ему на плечо. - Ты так сильно сияла в тот момент, что я не мог оторвать от тебя взгляда, хотя просто перенесся ненадолго, чтобы узнать, как поживает будущая женушка.
- Какие-то неправильные мысли...для десятилетнего мальчика, - через силу прошептала в ответ, хотя обнимающие талию руки, от которых исходило невероятное тепло, вызывали только одно желание - кинуться в объятиях любимого мужчины.
В ответ раздался тихий гортанный смех, прозвучавший над самым ухом и заставивший мурашки с новой силой путешествовать по телу:
- Это мое воспоминание, Ари, - Дор кивнул на мальчика, все также продолжающего разглядывать веселившуюся вместе с отцом уменьшенную копию меня. - Просто хотел тебе показать, что эта привязка, которой ты так боишься, не возникла на пустом месте. Какое действие крови ты хочешь видеть у совсем мальчишки? - серьезность вопроса никак не вязалась с ласковыми поглаживаниями, от которых хотелось довольно потянуться и, обернувшись, прижаться еще сильнее к желанному и долгожданному дракону. - Мне банально было интересно, что такого особенного могло быть в тебе, что отец согласился на авантюру с помолвкой.
- Странные...мысли у маленького мальчика, - перефразировала уже высказанную информацию, потому что голова отказывалась соображать напрочь от его близости и умопомрачительного запаха хвои и летнего солнца.
- Ари, - подозрительно отзывается Дориан, и в его голосе я чувствую почти незаметные рычащие интонации. - Ты повторяешься...
Но думать не хочется совершенно, и я просто накрываю его пальцы своими, осторожно поглаживая кожу и впитывая исходящее от нее тепло. Опять мне холодно, опять рядом такая манящая грелка...
- Арина, - настороженность в голосе сменяется мурлыкающими нотками, - тебя куда-то не туда потянуло...
- А ты уже восстановился после моего...срыва? - осторожно перевожу тему на более безопасную, потому что отвечать сейчас на вопросы по поводу того, что мне хочется с ним делать, совершенно не готова...могу только показать!
- Еще нет, - по голосу чувствую, что улыбается...неужели понял, куда я клоню? - Но утром ты сможешь в этом убедиться в полной мере, - раздается смешок над ухом.
Та-а-а-ак, приплыли. А вот это уже не очень хорошая новость. Точнее, новость хорошая и снимает с моей повинной головы некоторую долю ответственности за самочувствие Дориана, но вот то, что времени у меня остается в обрез - это плохо, очень, очень плохо.
Поэтому план развития событий приходится менять, хотя все молит только о том, чтобы продолжать в том же духе и дальше.
- Телепортируешься, значит, - поворачиваюсь и смотрю на него, успевая заметить огонек исчезающего желания в глазах, и от этого как наяву слышу внутренний стон разочарования.
- Какая ты догадливая сирена, - лукаво улыбается Дориан, прижимая меня к себе, и мысли опять начинают путаться, хотя я не чувствую ни капли драконьего обаяния, пущенного в ход.
- У меня меркантильный интерес, - делаю честные глаза в ответ на недоумение Дориана. - Ты обещал при первой осознанной встрече научить меня строить телепорты.
Дор ненадолго прикрывает глаза, его лицо озаряет широкая улыбка, словно он что-то задумал, и в тишине вечера раздается тихая просьба:
- Обними меня и постарайся почувствовать, как перераспределяется энергия во время образования портала.
Послушно подхожу ближе и кладу голову ему на грудь. Мерный стук сердца начинает завораживать, и, улавливая его без труда уже на расстоянии, потихоньку отклоняюсь на исходную позицию, продолжая прижиматься к Ди. Потрясенно габлюдаю, как позади мужчины медленно раскрываются прекрасные серебристые крылья. И почему-то смущаюсь - до того нереальным сейчас кажется мне Дориан. Заметив такую реакцию, он только улыбается, нежно гладит по спине и кивком головы призывает смотреть на крылья. И теперь я тоже вижу то, что Дориан собирается показать: на кончиках серебристых перьев мерцают маленькие песчинки зарождающегося портала. Истинное зрение сканирует тело Ди и замечает, как стройный энергетический поток формируется где-то в районе сердца и уже затем уходит в место назначения - на крылья. И я пытаюсь повторить ситуацию. И мне это удается. Спустя несколько минут чувствую свои собственные, не такие большие и красивые, как у Дора, крылья, но, видя ответный восхищенный взгляд, краснею и отвожу свой, потому что в такой ситуации совсем не хочется сосредотачиваться. Мои крылья начинает покалывать - на их кончиках тоже образуются разряды, и я провожу параллель выработке энергии для портала со своим пением, только здесь роль аккумулятора звука, то есть силы в чистом виде, играет не диафрагма, а сердце. И все становится вмиг понятно и просто. И я улыбаюсь Дориану, аккуратно складывая, но не убирая крылья совсем. И не сдерживаю восхищенного "ах!", когда его красивые крылья обнимают меня сзади, подобно вторым рукам. Дор улыбается; я вижу, как постепенно капельки серебристого портала, слетающие с крыльев, образуют вокруг нас столб света. Очарованная неземной красотой момента, не выдерживаю и тянусь к его шее. К особенному месту за ушком. Целую и чувствую, как на миг сбивается дыхание обнимающего меня дракона, а потом судорожный вздох - и меня прижимают к себе, что есть силы. И мы утопаем в сиянии портала...
Когда последние огоньки переноса гаснут, я с улыбкой обнаруживаю нас в уже знакомой комнате и счастливо смеюсь. И мне кажется, что даже Луна за окном сегодня особенно красива. И она пытается что-то сказать, но так далека, что слова не долетают до меня. Зато чувствую настроение и интонацию ее зова. Поэтому не тороплюсь выпускать из объятий замершего Дориана, который и сейчас продолжает восхищенно смотреть на меня. Здесь уже нет волшебства с крыльями, остаются только мужчина и женщина, судорожно удерживающие друг друга. И хочется его поцеловать, и страшно, как он отреагирует на это после моего бегства.
По-моему, Дориан понимает мои мысли. Ох, эмпат... Ди же все чувствует и осознает! И поэтому начинает откровенно вызывающе улыбаться, словно хочет проверить степень моей раскованности. Только вот один маленький секрет сроком в две недели сейчас почему-то дарит безграничную свободу, и я позволяю себе искушающую улыбку, чуть прикусываю губу и попутно обнаруживаю, что мы совсем близко к постели...Прибегаю к запретному приему вновь, целуя его шею и получая в ответ долгожданный стон, но Дориан, похоже, решил сегодня конкретно поиграть, притворившись вожделенной неподдающейся добычей. Толкаю его на покрывало, получая в ответ взгляд, полный желания, и на секунду застываю, пытаясь осмыслить происходящее не до конца затуманенным сознанием. Что он творит? Что он такое сейчас делает, при этом, без капли драконьего гламора? Это как вообще называется? А потом понимаю: все время, что мы вместе, все время, что провели на корабле, возвращаясь на Орфей, все время, что я была без сознания после побега и вот сейчас, побуждая меня к инициативе, - он потратил все это время на то, чтобы укрепить связь со мной. Чтобы я тянулась к нему, как к самому родному существу. Чтобы его запах заменил все остальные и воспринимался на уровне инстинктов как аромат защиты. И, надо сказать, Ди в полной мере удался план, только вот...сейчас он за это поплатится.
Кидаю плотоядный взгляд на лежащего мужчину, чем вызываю в ответ легкое беспокойство в аквамариновых глазах. Хотел инициативы, дорогой? Получай в полной мере, я неплохо успела изучить твои привычки и слабые места. И сегодня ты будешь в моей власти. Аккуратно заползаю на кровать под любопытным взглядом Дора и немедленно седлаю мужчину. Тревога сменяется огнем азарта, но в следующее мгновение, снова припав к чувствительной точке у него на шее, получаю в ответ на свои действия еле сдерживаемый стон. А дальше, не отрываясь от бархатистой кожи, медленно расстегиваю все пуговки рубашки, одновременно опускаясь все ниже и ниже к еще одной заветной зоне. И дракон понимает, что я хочу сделать, только вот мои проворные пальчики уже занялись пряжкой от брюк, и вполне успешно. Думаю одновременно с действиями, чем именно то, что я планирую сделать с мужчиной, может отличаться от действительности. И я знаю, что настолько проявить инициативу он мне не позволит, но вот немножко помучить его хочется очень. И вскоре комнату оглашает полустон-полурык Дора, потому что мои губы коснулись его чуть ниже пупка, а у него там ну очень чувствительная зона...И все, на этом мое веселье заканчивается: в следующее мгновение мои губы сминают в иссушающем поцелуе, которому невозможно не отдаться без остатка. И, ощутив спиной жар покрывала, оставленный Дорианом, а еще увидев над собой его склоненное лицо с пылающими зеленью глазами, я счастливо улыбаюсь и произношу:
- Соскучилась, мой хороший!..
Я уже почти обнажена и нахожусь на прохладных простынях. Легкое домашнее платье, в котором я лежала на ковре и вместе с кисой поглощала апельсины, разорванной грудой тряпочек покоится где-то вне пределов кровати. А меня обнимает пылающий жаром мужчина, покрывая поцелуями все доступные участки тела. И вот когда его лицо снова оказывается рядом, а я, уже раскрытая, лежу перед ним, перехватываю руку Дориана и устремляю к низу своего живота. Ты дракон; прислушавшись сильнее, ты узнаешь, что там появилась новая жизнь. Он понимает мои намерения, с минуту молча впитывает собственные ощущения, а потом я вновь вижу пылающую зелень глаз - и это у дракона, нашедшего свою истинную половинку, у которого в принципе не должно быть изменения радужки! И вот тут я, уже не стесняясь, шумно выпускаю воздух, потому что мой чешуйчатый мужчина вдруг откатывается и пулей слетает с постели, как ужаленный, становясь рядом и грозно рыча:
- Ты совсем сдурела?! На таком маленьком сроке, да еще с недавней угрозой выкидыша! Арина!
- Что Арина? Что - Арина? Ну, раз ты настаиваешь, - делаю драматическую паузу, прекрасно зная, что никакой угрозы больше не существует, - найду другого! Барс теперь мой верный соратник и друг, - выдаю ирбиса, уже не заботясь о том, как именно слова воспримет Призрачный. И поражаюсь в очередной раз огромной выдержке, когда слышу насмешливо-угрожающее:
- Что-то вы с кисой подозрительно-одинаковыми фразами стали бросаться, пора ваши песочницы разделять, я думаю...
О, ты себе даже не представляешь, насколько угадал с желанием разбить тесную компанию, особенно в свете завтрашнего прибытия на Землю. И у меня нет другого выхода, кроме как довести тебя до состояния крайней агрессии, Ди...Мне очень нужно выиграть немного времени! Поэтому я невозмутимо сползаю с постели, собирая на ходу оставшиеся от платья тряпочки, и нарочито медленно вопрошаю:
- Это все, что ты хотел сказать, и я могу приступать к поискам?
И вот тут понимаю, что добилась своего. И, слава Богу, Дор совсем не такой, как Ван Гарден, потому что синеглазый никогда не стал бы с нарастающим гортанным рыком следить за действиями кисы, чтобы потом сорваться и, у самой двери перехватив ее тельце, отнести обратно на кровать. Мой Ди гораздо спокойнее, но и у него есть порог, преодоление которого иногда опасно для здоровья. Именно за этой чертой я могу получить все, что мне сейчас необходимо. Поэтому уже в следующее мгновение, лежа на простынях, оказавшись благодаря его точным действиям обнаженной, быстро поднимаюсь, избавляю и его от остатков белья, а потом, ведомая плохо контролирующим себя драконом, радостно принимаю в себя взбешенного мужчину, сопровождая это громким и довольным стоном. И вся моя сущность покорно откликается на эту силу, тело признает безоговорочную победу над собой, когда горячие руки блуждают всюду, не забывая ни единой клеточки, злой шепот обещает убить каждого, кто посягнет на истинную Призрачного дракона, бедра осторожно совершают движения, боясь навредить нашему общему будущему, а я плачу от осознания того, насколько прекрасный мужчина мне достался. И стыдно ощущать собственную глупость и упрямство, когда эти разгневанные губы не могут удержаться и шепчут "люблю тебя" в перерывах между ненасытными поцелуями, а сердце парит на одной высоте с его сердцем, поэтому я уже не сдерживаюсь и совершенно искренне выкрикиваю те же слова, что мгновением назад простонал Дориан. Ди. Мой любимый дракон. Мое обещанное счастье.
Зачем я упрямо продолжаю убегать от тебя? Что такого страшного кажется мне в вечном союзе с Призрачным драконом? Сама не знаю ответов на эти вопросы, но чутье подсказывает, что найти их удастся в конечном пункте моих поисков - у сирен на Маггелановых облаках. Смотрю на предрассветные сумерки, перевожу взгляд на спящего мужчину, еще совсем недавно одним взглядом дарившего мне океан счастья от осознания того, какой подарок ему сделала, и понимаю, что пора уходить. Иначе он успеет телепортироваться до того момента, как мы с Барсом шагнем в арку перехода. Целую непослушные пряди, запоминая любимый запах, и ухожу из мира полуреальных сновидений. До встречи, мой ненаглядный Призрачный дракон. Я надеюсь, она все-таки состоится скоро.
Когда открыла глаза, позволила себе ненадолго вернуться к событиям прошедшего сна и мечтательно улыбнулась. Все-таки иногда бывает полезным вывести дракона из себя, начинаю понимать мотивацию кисы постоянно держать огненного начеку. Хотя, конечно, я все равно так не смогу - права была Инга, для этого я не настолько остроумна...Хмыкнув и подскочив на постели, огляделась в поисках одежды. Ух, как интересно...а платьице-то вчерашнее в собрание разноцветных тряпочек превратилось...Что-то мне подсказывает...вот только что...нет, телепортироваться сейчас Дориан будет не в состоянии, поэтому надо торопиться, а о порче имущества я подумаю по то сторону мерцающей арки перехода.
Киса наверняка еще спит, поэтому не хочется и не стану ее будить. Оставлю записку с просьбой не убивать в случае будущей встречи и по возможности задержать Дориана. Жарко, мне сейчас невыносимо жарко и душно, поэтому стараюсь расправиться с домашними делами побыстрей и выбежать из дома, на ходу набирая номер Барса.
- Я, конечно, причуды беременных понимаю, но звонить в шесть утра - это уже перебор, птичка... - раздается на том конце хриплый спросонья голос ирбиса.
- Где ты? - обрываю недовольный монолог, переходя к главному. - Нужно встретиться.
- Тебе вот прямо сейчас надо? - уныло протянул Барс. - Я, как бы, не совсем в нужной кондиции, - и урчащие нотки в его голосе так и просят пощады.
- Очень надо. Мамой клянусь! - улыбнулась, не позволяя отвертеться.
- Ну...ладно. Я в клубе, - упавшим голосом сознался ирбис и отключился. Эх, сейчас бы пригодилась машина Инги...с транспортом потеряю драгоценное время, но делать нечего: если использую телепорт, энергии до Маггелановых облаков не останется. Пока добираюсь до клуба, прокручиваю в голове урок Дориана с построением портала. Хорошо, что у меня тоже есть крылья - генерировать энергию из тела намного сложнее, наверное, тогда бы совсем не получилось. Не забывать о направленном потоке частиц для портала. Не забывать о том, что центром должно быть сердце...
Открываю дверь клуба и в гардеробной понимаю, почему Барс так не хотел встречаться со мной: все насквозь пропахло алкоголем. Причем я даже не могу понять, что конкретно тут пили. Зажав нос, подбегаю к окну и с силой распахиваю, тут же высунувшись наружу, чтобы прогнать накатывающее чувство тошноты.
- Та-а-а-к, - раздается сзади насмешливый, но все еще урчащий голос Барса. - Вот и первые реакции на запахи наблюдаются. Можно, я буду использовать тебя в качестве лабораторной мышки, наблюдая весь период беременности, а, птичка? - все еще не в силах повернуться к обнаглевшему коту, молчу, вдыхая свежие запахи потихоньку наступающего утра. Ирбис, видимо, думает, что со мной совсем все плохо, потому что я начинаю чувствовать рядом усиливающийся запах спиртосодержащих жидкостей, которые он вчера, однозначно, вливал в себя, и поэтому, выставив руку назад, нетерпеливо останавливаю его:
- Ближе не подходи! А еще лучше - умойся сначала! - слышу его веселый смех, затем запах исчезает, а я наконец-то могу обернуться и увидеть картину маслом...
Да, киса бы точно оценила, но, видимо, твердо уверившись в том, что хозяйки всю ночь не будет, эти двое метаморфов, а квасили точно Барс с Хоком, решили устроить себе пьянку на всю ночь. Охватив взглядом кучу пустых бутылок, находящихся на барной стойке и явно приготовленных на выброс, оценила масштабы стихийного бедствия восхищенным "вот это да-а-а!", я в кои-то веки замечаю уютно примостившегося на кожаном диванчике ястреба, сладко сопящего в обе дырочки. Словно почувствовав мой взгляд, он сначала приоткрывает один глаз, потом второй, затем еще минуты две фокусируется на объекте изучения и только затем улыбается во весь рот:
- О, птичка прилетела!
- Тебе туда же, - недовольно отвечаю ему, указывая на дверь, ведущую в комнаты для персонала.
- Куда? - не понимает Хок, потерянно выискивая в направлении, заданном моей рукой, хоть что-то знакомое.
- В ванную - умываться! - рычу на него с отнюдь не добрыми интонациями. А потом вижу возвращающегося Барса и вопрошаю:
- И по какой причине такое бурное веселье ночью? - киваю на пустые емкости. - Я-то думала, ты дико устал и будешь отдыхать после того, как меня вылечишь.
- Так он и отдыхал, - встрял в разговор явно не желавший подниматься Хок. - Он всегда так делает после тяжелых случаев.
Смотрю на Барса, замечая какое-то виноватое выражение в глазах, понимаю, что-то мне не рассказали до конца. И решаю идти напролом:
- Ба-а-арс... - и всем своим решительным видом показываю, что желаю знать правду.
- Арин...ну, не надо тебе этого знать, - мученически проговаривает ирбис, хватаясь за голову, и я лечу к барной стойке, отыскивая внутри - о, Боже - воду, чтобы потом передать прозрачный стакан бедолаге.
- Ты ангел, - улыбается блондин и медленно опускается на все тот же диванчик. - В общем, главное, что сейчас все хорошо и у меня совсем нет желания делиться с тобой подробностями лечения. Давай этот разговор отложим на то время, когда состаримся, хорошо? Тогда я хотя бы впаду в маразм и забуду о том, что не хотел тебе этого рассказывать. А пока не спрашивай о том, что касалось недели твоего лечения. А это... - он кивает на предмет моего возмущения, - чтобы отключиться и забрать немного энергии у Источника Земли. Она же нам неродная, просто так не делится, надо было копнуть глубже...
Он внезапно прерывается и подозрительно смотрит на меня:
- Так, сирена, я не понял: ты решила повторить свой подвиг и уморить ребенка на этот раз голодовкой? Это что, новая мода какая-то, или, может, ты уже в утробе ему боевой дух прививаешь?!
И стало очень стыдно, потому что явно пренебрегала лечением блондина, и я уже было хотела извиниться, но тут желудок протестующее заурчал, подтверждая слова лекаря из племени метаморфов, и я жалостливо пропищала, вспоминая события, предшествующие появлению в клубе:
- А закуски у вас не осталось? - робко улыбаюсь. - А то я из дома ушла, не позавтракав, тошнило.
- Хок, тебе все-таки придется расстаться с этой офигенной кроватью, - насмешливо заметил Барс, глядя на безуспешные попытки ястреба расположиться на диване поудобнее. - Голодающей птичке нужны зернышки, а я за нее отвечаю, брат.
- Ладно, чего только не сделаешь после фееричного возвращения Барса на сцену, - вздохнул Хок, имея в виду наше выступление в клубе, и, медленно поднимаясь, приложил ладонь ко лбу и отправился в сторону подсобки.
- В холодильнике всегда есть неприкосновенный запас на случай атомной войны, - улыбнулся Барс, а на языке оборотней это, наверное, означало огромные запасы еды минимум в нескольких генераторах холода. - А тебе нужно больше спать, тогда и токсикоз, возможно, не такой интенсивный будет.
Задумалась, оценила, кивнула...пора начать понимать, что теперь нас в этом мире двое.
Со стороны подсобок что-то загудело. Видимо, Хок был по совместительству еще и поваром по совместительству, подумалось мне. Нос учуял какой-то потрясающий аромат, и спустя некоторое время в зал, медленно передвигаясь, вплыл сам виновник странных звуков, осторожно неся в руках поднос с завтраком. Я обомлела: цветочки-то в маленькой аккуратной вазочке он где успел раздобыть?! А потом, когда перед глазами оказалась еда, я поняла, что, несмотря на весь свой беременный организм со странными реакциями на запахи и вкусы, дико проголодалась и все это сейчас буду уплетать с космической скоростью. Одернула себя, решив есть небольшими порциями - вдруг, желудок что-то сохранит - благодарно посмотрела на Хока и принялась за поздний завтрак.
Местный Гордон Рамзи с умилением посмотрел на меня, и хмель из него стал выветриваться прямо на глазах. Барс, воспользовавшись случаем, стащил из моей тарелки бутерброд, любовно приготовленный шеф-поваром "От полуночи до солнца". Я только диву давалась, ни на что, кроме Хока, не обращая внимания, когда на крыльях счастья ястреб улетел обратно в подсобку, а затем вернулся со стаканом молочного коктейля.
- Будущему дракончику нужен кальций, - с видом курицы-несушки ласково прошептал он, подавая мне десерт. Я вконец засмущалась, и тут семейную обстановку оборвал задумчивый голос ирбиса:
- Кстати, об этом...ты зачем меня в такую рань подняла? - испытующе глянул окончательно протрезвевший блондин.
- Тут, в общем, такое дело, Барсик... - начала подлизываться я.
- Я проникся серьезностью ситуации, - хмуро заметил Барс. - А теперь четко, точно, информативно и по ситуации, пожалуйста.
- В общем, у меня осталось где-то минут тридцать до того, как сюда заявится Дориан, - в принципе, так и ответила...
- И у тебя, конечно, есть очередной гениальный план, как сбежать от него за пять минут до расстрела, - ну вот почему он так скептически настроен и не верит мне?
- Я собираюсь телепортироваться на Маггелановы облака...
- Слушай, надо было и голову твою тоже полечить, - с видом садиста присмотрелся ко мне Барс, вызвав нервный смешок ястреба. Тот на нашу перебранку, кроме как с дружеским оскалом от уха до уха, смотреть не мог. - Я вообще удивляюсь, как ты с созвездия Дракона-то сразу туда не рванула, к своим сиренам! Вот бы тебе там помогли.
- Барс, - умоляюще смотрю на него, понимая, что и отношения портить не хочется, и каждая минута времени дорога настолько, что терять ее было бы слишком дорогим удовольствием.
- Киса-то как тебя отпустила? - удивляется внезапно блондин. - Ни в жизнь не поверю, что без скандала обошлось.
Про записку решаю тактично умолчать:
- Вообще-то она поставила условие...
- Твоя конспиративность сегодня просто зашкаливает, - язвит, уже не стесняясь, Барс, и рычащие нотки в голосе прорезаются все чаще.
Злится? Жалеет, что труды по спасению меня и малыша пошли даром?
- Она взяла с меня слово, что я заберу тебя с собой, - почти прошептала я, опасаясь еще более гневной реакции.
А судя по раздувающимся ноздрям, сдерживаться ирбису становилось все сложнее...
- Самоубийца, - как-то обреченно заявил мужчина и перешел, к моему большому удивлению, к обсуждению подробностей:
- Что ты собираешься делать у сирен?
Не понимаю вопроса, но, тем не менее, честно отвечаю:
- У меня на Маггелановых облаках живет тетя. Ее зовут Эдна, и она может помочь. Мне потребуется, скорее всего, разговор с верховной жрицей храма Крылатой Богини по поводу того, как можно разрушить драконий ритуал, - видя, как с каждым моим словом Барс все больше хмурится, не выдерживаю и останавливаюсь на полуслове:
- Что?..
- Как хорошо ты знаешь сирен, птичка? - издалека начинает он.
Серьезно задумываюсь над вопросом и отвечаю спустя некоторое время:
- Не так, чтобы очень. Помню, как проходила ритуал инициации в храме. Его последнюю часть, это было шесть лет назад. Но в основном мы жили на Орфее, и с исторической родиной с мамой не имели никаких связей, кроме тети.
- Плохо, - хмурится Барс. - Дело в том, что я, как и ты, сирен знаю практически никак. Ни особенностей культуры, ни правил поведения, ни устоев, ни быта. Тебя ничего не настораживает? Знаешь, я смог тебя вылечить только благодаря тому, что в тебе все-таки есть человеческая половина. Я до сих пор не могу понять, что такое есть твои крылья и с помощью чего они вызываются. И это меня очень настораживает, понимаешь, о чем я хочу сказать, Ари? - видя мой недоуменный взгляд, сердито выдыхает и продолжает:
- То, что они целиком и полностью закрыты от внешних раздражителей! Это, согласись, в век световых скоростей выглядит как-то странно. Даже Земля, тайком ненавидящая всех иномирцев, вступает с ними в торговые отношения. А сирены живут в полной автономии, лишь изредка появляясь на оконечных планетах Млечного Пути с непонятными целями. И знаешь, что про них говорят?
Я отрицательно мотаю головой.
- Что их вылазки - не более чем попытка принести потомство своему народу... В свете этого, нося под сердцем ребенка Призрачного - кстати, чешуйчатых сирены не переносят на дух, ты знала об этом? - готова ли ты продолжать свой путь? Потому что, Ари, - он озабоченно посмотрел на меня снова, - я не сказал тебе этого вчера, думал, будет еще время, но твой ребенок будет совсем не драконом.
Я ошеломленно застыла, как была, сидя на диване с почти пустым подносом из-под завтрака в руках.
- Как?! Ван Гарден с такой уверенностью говорил, что драконьи гены доминируют над всеми остальными!
- У ребенка действительно есть способности дракона. Но ты родишь сирену, Арина. Ты понимаешь, что это означает?
Кажется, я понимала. Призрачных сирен во Вселенной просто не могло существовать, это неправда, и никогда такого не происходило.
- А теперь подумай, и подумай хорошенько, Арина, хочешь ли ты подвергать свою жизнь и жизнь своей будущей дочки опасности, увозя вас обеих в закрытую для контактов Галактику, да еще и при условии, что твое дитя родится уникальным аж на три звездные системы?
Вопрос на миллион...и все же я знала, что рискну в любом случае.
- Я могу как-то оградить зародыш от посягательств извне? - подняла на него решительный взгляд.
Барс откинулся на спинку дивана, задумавшись:
- Не знаю...ты умеешь скрывать силу Призрачных? Потому что, насколько я понял из разговоров с кисой, сама ты в состоянии видеть ауру будущего ребенка, раз ее огненных дракончиков определила. Значит, твои сестры смогут то же самое сделать...
- Смогут, - кивнула я. - У нашей расы приоритет на рождении детей, поэтому мы можем наблюдать состояние плода по источаемой им ауре, это входит в особенности истинного зрения сирен.
- Тогда придумай, как обмануть их истинное зрение, - посоветовал Барс, потихоньку поднимаясь с дивана. - Я, в общем, готов, если ты закончила.
- Восстановился? - удивилась я резервным силам организма ирбиса. Тот кивнул. - Если попробовать опутать малышку паутинкой силы, то она скроет истинную аквамариновую ауру...
- Ты даже цвет ее видишь? - восхитился Барс.
- Ну да, - невозмутимо ответила. - А ты как определил сиренистость ребенка? Даже наши врачи узнают пол наравне с земными.
- Просто драконы иначе воздействуют на организм матери, - улыбнулся Барс. - Они сразу всеми правдами и неправдами протягивают ниточки силы и начинают подпитываться от резервов тела, тогда как твой эмбриончик ничем себя не выдает, тихо существуя в матке. Поскольку в тебе никаких других кровей не намешано, я и сделал вывод, что будет сирена. Ну а вы обычно рождаете только девочек. А еще я отчетливо почувствовал на осмотре энергию дракона. И способности к зову. Сирена будет Призрачной.
Как-то нехорошо стало от этих слов. И я сразу приступила к делу, зажмурившись и совместив работу по построению портала с дополнительной защитой для девочки. Перераспределив потоки энергии, образовала плотный кокон вокруг зародыша и обеспечила постоянную подпитку. А теперь - крылья...Услышав потрясенный вздох где-то неподалеку, открыла глаза и увидела благоговейно рассматривающих меня Барса и Хока. А-а-а, да, крылья сирены - вещь достаточно симпатичная, это точно. Но отвлекаться нельзя...
Маленькие серебристые капельки начали осторожно стекать с перьев на пол клубного зала, образуя вокруг меня небольшой кусочек пространства со светящейся змейкой по краям.
- Барс, заходи: сейчас вызову портал, и проникнуть внутрь будет уже невозможно, - указав на место рядом с собой, продолжила направлять энергию через сердце. Внезапно блондин принюхался и обеспокоенно посмотрел на меня:
- Если не поторопишься, у нас начнутся проблемы.
- Что такое? - спрашиваю, а сама наращиваю прозрачную переливающуюся стену вокруг.
- Тебе о чем-нибудь говорит запах хвои? - выгибает ирбис бровь и, увидев узнавание во взгляде, подтверждает:
- Сюда приближается Дориан.
Меня охватывает страх. Я знаю, что, если сейчас не сотворю портала, уже никогда не смогу докопаться до правды. Но драгоценное время упущено, и я понимаю, что равновесие в потоках силы нарушено. Открывающаяся дверь и выскочивший из прохода Дориан с выражением ярости на лице не добавляют уверенности, а испуганные глаза кисы, показавшейся сзади и удерживаемой Ван Гарденом, дают понять, что она не смогла долго удерживать драконов. Но столб портала уже есть, осталось совсем немного: просто сосредоточить всю энергию снова в сердце...И я отвожу глаза от любимого лица, концентрируя внимание на ирбисе:
- Барс, пожалуйста...скажи мне сейчас, почему ты так странно отреагировал на мой вопрос о лечении? Что именно было с малышом?..
Он как-то затравленно смотрит на меня, но умоляющее выражение в глазах ломает последние остатки сопротивления:
- Эмбрион открепился от стенок матки и мог выйти вместе с кровотечением. Я остановил выкидыш.
Дыхание останавливается. Мир взрывается миллионами осколков, а я смотрю на оборотня, подарившего моей малышке второй шанс на жизнь. Где-то сбоку разъяренный Дориан, застыв почти у самого портала, зовет меня по имени и приказывает прекратить строить арку, а я думаю только об одном: как страшно проходить через это еще раз, когда знаешь последствия неосторожного использования энергии. Барс понимает мои колебания по взгляду и протягивает руку, осторожно касаясь волос, лица, а потом тянет меня за шею к себе и бережно обнимает. И я слышу со стороны усиливающийся рык Дориана и знаю его причину: жест ирбиса выглядит совсем не как защитный. Так обнимает любовник, успевший изучить пару досконально. Так доверять в ответ может только женщина, целиком и полностью вверившая свою судьбу в руки дорогого человека. Или та, которая осознала, насколько сильно обязана ему.
И я осторожно прижимаюсь к блондину, вызывая новую волну негатива от прекрасно видящего картину Дориана, находящегося за прозрачной стеной. Кладу голову на грудь Барса и слышу частые стуки его сердца. Он переживает за нас с будущей маленькой сиреной, и я бесконечно благодарна ему за помощь. В новом свете его поддержка обязательно пригодится, и я рада, что он так безоговорочно согласился на рискованное во всех смыслах путешествие.
Уверенность в ирбисе возвращает контроль над мыслями и чувствами, находящимися в полном раздрае. Сердце прошивает ударная волна энергии, и я чувствую, как крылья сами собой сжимаются вокруг Барса. Я не обнимала никого другого, кроме Дориана, это слишком интимный жест, который сирена может допустить по отношению к мужчине. И таким должен быть только любимый. Барс не Дориан, но его поступок заслуживает крайней степени доверия. Он осторожно гладит меня по волосам, даря чувство защищенности и уверенности. Крылья начинают сиять ярче прежнего, источая свет, охватывающий нас с блондином и уносящий прочь из клуба, где в леденящей темноте продолжает, упав на колени, звать меня по имени Дориан...
- Можешь отпускать, - раздается над ухом насмешливый голос ирбиса. И я выдыхаю и открываю зажмуренные глаза...и не могу отцепиться от блондина: чувство страха до сих пор не отпустило. Он, видимо, понимает мое состояние, потому что начинает тихонько гладить по волосам, и в этом жесте нет ничего другого, кроме попытки успокоить, но я, почему-то, возвращаюсь к событиям перед нашим уходом в портал...
- Зачем ты это сделал? - все также обнимая его, поднимаю голову и смотрю в зеленые глаза Барса. Но в них не такая зелень, как в глазах Дориана, здесь это, скорее, цветущий луг в разгар солнцепека, тогда как у моего любимого - насыщенная хвойная зелень...
- Что именно? - улыбается ирбис, но, мне кажется, он знает, что я имею в виду.
- Зачем ты разозлил Дориана еще больше? - уточняю ранее заданную информацию.
- Это я-то его разозлил? - искренне восхищается мужчина моей наивности. - А кто раздраконил Призрачного так, что он уже в клуб вбегал, словно четвертовать тебя хотел?
- Ну... - замялась я. - Я немножко попыталась обессилить его. Опять... - виновато опускаю глаза, понимая, что отпираться бесполезно, но вновь обретенная веселость в голосе Барса заставляет вскинуть на него глаза снова:
- И ты думаешь, он реально позволил бы тебе еще раз так его обвести вокруг пальца? - оборотень хитро смотрит на меня, продолжая мягко держать в объятиях, и его близость дарит тепло и умиротворение. Лечит, догадываюсь с опозданием, и произношу не так серьезно, как хотелось бы:
- Ну-ка, с этого места поподробней!
- Ну а что ты так удивляешься? - ухмыляясь, отвечает белый кот. - Он просто смоделировал ситуацию таким образом, чтобы ты ощущала себя виноватой, в который раз якобы выводя его из игры. Ари, ну когда ты уже поумнеешь? - с укором заботливой бабушки интересуется он. - Твой дракон - наследник целой империи, у которого в силах всю Галактику на уши поставить при желании. Неужели ты думаешь, он с одной расшалившейся сиреной не справится? - снисходительно сообщают мне.
- Так, получается, и в телепорт он нас сознательно отпустил? - думаю, глаза мои сейчас уже напоминают блюдца...
- А это нет, - признает Барс. - Я видел его реакцию, он просто не успел к нашему отбытию. Может, киса задержала, - едва заметное движение бровей дает мне намек на то, кого именно ирбис подозревает в организации пособничества пантеры.
- Так зачем тогда специально провоцировал, обнимая меня? - да, признаю, в мужской логике я ничего не понимаю. Однозначно и без вариантов.
- Чтобы он за тобой вернулся, - улыбаясь ласково, сообщает Барс, а я опять ничего не понимаю. - Ари, ты, конечно, может, и руководствуешься какими-то высокими идеалами, но пойми: ты не одна живешь в этом мире, а самый близкий тебе человек вынужден терпеть похождения разгулявшейся сирены незнамо по каким местам. Будь ты моей женщиной, - Барс сделал такое умильное лицо, что я не выдержала и рассмеялась, - приковал бы к кухне и заставил круглосуточно готовить. А Дориан еще и поощряет твои жалкие попытки убедить себя в том, что в мире что-то произошло неправильно, а звезды расположились не под тем углом, поэтому вас и помолвили. Глупости это все, - отмахнулся он. - Прими факт того, что за тебя в ответе мужчина, и живи спокойно дальше.
- Так что там с играми Дориана? - напомнила я, впитывая информацию, как губка.
Не могу сказать, что не думала о нашей с Дором помолвке в этом ключе. Думала почти каждое свободное мгновение, проведенное на корабле во время возвращения на Орфей. Думала, когда увидела его в космопорту, хотя так и не смогла себе в этом признаться до сих пор. И продолжаю думать, но...что-то все равно толкает к сиренам, какая-то мелочь, не дающая покоя, требует быть вытащенной на дневной свет. Когда разберусь со всем, тогда смело шагну в объятия Дориана. Если, конечно, он еще будет ждать...
- А то, Арина, что ты так часто сбегала, получив то, что тебе было необходимо, что любой уважающий себя дракон давно бы пришел к выводу, что его используют, и дал задний ход отношениям, несмотря ни на что. Но ты ведь истинная, - многозначительно добавил он, - а значит, от тебя невозможно избавиться, - и так обидно стало от его слов, что я не выдержала и нахмурилась, поджав губы. - И не надо демонстрировать мне свое сиренское презрение, - закатил глаза блондин. - В общем, твой дракон просто решил предоставить тебе возможность самой решить, что тебе надо, дай Бог ему здоровья и терпения. И тоже мозгов, как и тебе, на всякий случай. Он больше не пришел бы, Арина. А нам с тобой сейчас стратегически необходима поддержка. Мы на незнакомой территории, и, не знаю, как ты, а я хвостом чую неприятности.
- Я решу проблему с Дорианом, - уверенно заявляю я, как вдруг Барс резко отстраняется и начинает молниеносно раздеваться.
Без паники. Допустим, голого мужчину я уже видела, но так-то зачем, неожиданно все делать? А потом понимаю причину подобного поведения, потому что рядом уже стоит белоснежный ирбис и напряженно вслушивается в звуки туманной природы одной из планет Маггелановых облаков.
"Защита потомства", - мелькает мысль, и я понимаю, что во второй ипостаси ему будет намного легче справиться, случись что-то серьезное. И в благодарность глажу его по пятнистой мордочке, получая в ответ еле слышное урчание.
И тут наше уединение нарушают...а длинный хвост ирбиса обвивается вокруг моих ног, тогда как окрестности оглашает его предупреждающий рык.
- Уймись, котик, - раздается резкий женский голос, - я пришла к племяннице.
Из-за деревьев к нам выходит Эдна... Как и у всех женщин моей семьи, ее внешность радикально отличается от других сирен, потому что коренные жители Маггелановых облаков чем-то напоминают бесплотные души: кожа почти прозрачная, со странным сероватым оттенком, волосы белесые, как будто обесцвеченные; светлые, почти водянистые глаза и тонкокостное телосложение. Такое ощущение, что женщинам не хватает света звезды, и все местные потихонечку загибаются без ультрафиолета. А Эдна словно цветок розы среди засилья сорняков. Как и мама, она темноволосая и бледнокожая, но ее лицо с мягким розовым румянцем, как у младенца, и на это очень часто попадаются мужчины, не подозревая, что за симпатичным фасадом кроется жесткая волевая натура. Если подумать, такая бесхребетная и вечно сомневающаяся в себе в нашей семье только я, потому что и мама, и тетя настолько темпераментные женщины, что усомниться в родстве с ними не составит труда. Но, тем не менее, факт остается фактом, а внешность женщин рода Брок - это девичья фамилия моей матери - предметом порицаний, хотя, мне кажется, на самом деле дамы-привидения просто завидуют.
Дело в том, что род Броков является довольно старинным, история его уходит в глубину веков и исчисляется не одной сотней лет. Первая женщина-сирена из наших родственников, Амалия, во время одного из перелетов по Млечному Пути встретила своего будущего мужа и влюбилась настолько, что желание быть рядом с ним пересилило все остальные, в том числе - священный зов Маггелановых облаков, благодаря которому все сирены неизменно возвращаются на родину. Сумев порвать связь с Галактикой, женщина осталась с любимым навсегда, и ее дочь испытывала гораздо меньшую необходимость пребывания на звездах Маггелана. Однако собрание верховных, расценив поступок Амалии как побег, обязало ее привезти дочь на все три посвящения в сирены, таким образом, сохраняя наследие расы. С тех пор женщины рода Амалии приобрели другую внешность, поскольку дети сирен, хоть и оставались преимущественно девочками, но забирали многое от генов отцов. На родных же звездах нас, вроде бы, и приветствуют, но в спину, в общем-то, всегда стреляют неодобрительными взглядами. Словно мы отступники, пренебрегающие способностями истинных сирен. Зато теперь я, оглядываясь на прошлое, по-настоящему понимала, что никакое единство нации никогда не смогло бы заменить ни одного теплого взгляда, который дарил Дориан. Вот и я, похоже, окончательно начинала избирать свою судьбу...
Хвост ирбиса продолжал нервно подергиваться, когда я запустила руку в густую шерсть в области шеи и попросила его успокоиться:
- Это и правда моя тетя, Барсик. Возвращайся к нам, мой хороший, Эдна не враг, она всегда сможет помочь, - переведя взгляд с большого кота не девушку, едва ли годившуюся мне в тети, улыбнулась и произнесла:
- Я соскучилась! - а после подошла и крепко сжала в объятиях, по судорожному ответу Эдны поняв, что она испытывает то же самое.
- Вот это экземпляр! - воскликнула тетя вместо приветствия, отстраняясь и глядя куда-то мне за спину. Я оглянулась и поняла причину удивления: Барс стоял, одетый в одни штаны, и неторопливо надевал на себя рубашку, особенно тщательно застегивая небольшие пуговки.
"Что за бесплатный стриптиз?" - мелькнула мысль в изумленном мозгу, а потом я посмотрела на тетю, и поняла, для кого сие действо предназначалось...
Сирены, по большей части, были бессмертны. Уходили из жизни исключительно по собственному желанию. Но род Броков и тут внес сои изменения в историю женщин поющей Галактики: полюбив мужчину, мы начинали развиваться по законам его биологических часов, в том числе - умирать естественной смертью вместе с избранником. Эдна пока жила на Маггелановых облаках, не найдя своей половинки, поэтому выглядела максимум на двадцать лет, хоть и была старшей сестрой. Сейчас, наверное, если бы удалось поставить сестер вместе, Терриния Одиссис вполне сошла бы за мать двух дочерей, чем, опять же, выбилась бы из общей массы сирен, способных произвести за всю жизнь только одно дитя. Да и зачем, в сущности, большое потомство женщинам, у которых нет даты ожидаемой смерти?..
- Завернуть? - насмешливо спросила я, глядя, как тетя пожирает глазами постепенно скрывающееся за рубашкой подтянутое тело Барса.
- Девочка, скажи только, что не он отец твоей непонятной дочки! - умоляюще посмотрела на меня Эдна.
- Нет, не он, - замотала я головой. - Но мы здесь, в общем-то, и из-за этого тоже.
Тем временем Барс закончил представление и приблизился к нам:
- Друг Арины - мой друг, а раз ты семья, то не грех и породниться, - и я заметила в его глазах полыхнувший огонек азарта. Да неужели? Какие же все-таки эти оборотни быстрые!
- Мальчик, а тебе уже исполнилось восемнадцать? - оторопело отозвалась тетя, явно обалдев от напора блондина.
- Четыреста лет тому назад, девочка, - ухмыльнулся белобрысый гад.
Эдна шумно выдохнула, придирчиво оглядела блондина с ног до головы и ответила:
- Тебе стоит пойти впереди, дедушка, мало ли, снег выпадет - так хоть песочком нас с Ариной подстрахуешь.
- Я не настолько стар, - обиженно протянул Барс, однако, выдвигаясь вперед. - А куда, собственно, идти?
- Постой пока так, дай полюбоваться на вид сзади, - нахально ответила тетя, беря меня за руку и одновременно касаясь плеча ирбиса. А в следующее мгновение нас охватило золотистое сияние, в природе которого я угадала магию портала...
Когда звездочки телепорта рассеялись, первым, что я услышала, был возмущенный вопль Барса:
- А предупредить было не судьба, больная?! Если бы я тебя во время перемещения цапнул?
- Как цапнул, так бы и вылечил, - пожала плечами Эдна. - Деда, не забывай, тут царство сирен: наше истинное зрение вполне способно опознать в ауре следы лечения метаморфом, и твоих на Аринке как грязи в ненастье. А по поводу портала... - она задумалась, еще раз оглядев Барса. - Нет, мне, в принципе, совершенно все равно, где бы тебя начали лапать некоторые доведенные до крайности женщины, но ты просто не вышел бы после них живым, а кто тогда будет питать Арину? - кивнула тетя в мою сторону. - Лучше скажи спасибо, что не пришлось идти по улицам города в открытую.
Пока шла их вполне светская перебранка, я осмотрелась. Похоже, тетя перенесла нас в родовое поместье Броков, а значит, где-то вверх по винтовой лестнице должна быть моя старая комната, в которой я останавливалась, прилетая на Маггелан на инициацию. Не став дожидаться, пока парочка выяснит, кто из них король остроумия, я медленно побрела в нужном направлении. Искомая комната обнаружилась за первым поворотом налево. Приоткрыв дверь, заглянула внутрь, удостоверившись, что никто не трогал жилище с того момента, как я покинула его. Нет, уборка, судя по свободным от пыли поверхностям, производилась регулярно, но в интерьере абсолютно ничего не поменялось: мебель, стены и даже ковер на полу в бежево-песочной гамме, радовавшей глаз, большое окно почти во всю стену...поняла, почему именно тот домик на Земле выбрала себе в качестве жилища. И вдруг навалилась такая тоска, что стоять на ногах дальше было невозможно. Подойдя к мягкому пуфику рядом с трюмо, присела на него, посмотрев на себя в зеркало. Да, красота, ничего не скажешь. Лицо осунулось, под глазами круги, а во взгляде больше нет искры...отвлекшись от отражения, заглянула в верхний ящик комода, достав оттуда расческу. Хм, все на своих местах, будто ожидало меня...Где-то дальше по коридору хлопнула дверь, и я догадалась, что первый поединок с разгромным счетом остался за тетей.
- Терри сообщила, что ты, возможно, прилетишь, - прозвучал рядом голос Эдны. - Просила Эрика пока не переживать и дать тебе возможность определиться самой. - Она забрала из моих рук расческу, умело расплела наспех сооруженную перед бегством из дома косу и принялась аккуратно отделять друг от друга спутавшиеся в дороге пряди. Ласково перебирая волосы, она дарила мне давно утерянное душой успокоение.
- Зачем ты прилетела, Ари? - просто поинтересовалась тетя, заставляя открыть глаза и вернуться в мир из безмятежной страны.
- Хочу разорвать кровную помолвку, заключенную отцом и Патриком Детри... - призналась и почувствовала, как сжалось что-то в груди, а живот отозвался непонятными ощущениями: малышка была явно против...
- А как ты планируешь избавиться от крови наследника Детри, когда носишь под сердцем его ребенка, девочка? - заданный почти шепотом вопрос раздался как гром среди ясного неба.
Боже...как я раньше об этом не подумала? Во мне же растет частичка Дориана, и, решив расстаться с кровью, я одновременно подписывала себя на уничтожение всего, что хоть как-то на этой крови завязано...Существо отозвалось таким непримиримым несогласием, что я даже содрогнулась от одной мысли о том, что придется потерять малышку. Ни за что. Никогда. И никакая привязка не заставит отказаться от ребенка!
- Просто подожди до ее рождения, - внезапно продолжила Эдна. - Кровные помолвки ведь для того и заключались, чтобы союз двух людей принес потомство. Потом, как это ни обидно, не успевшие полюбить друг друга люди смело могли расходиться. Однако большинство оставались вместе, несмотря ни на что. Но я никогда не поверю, что ты проделала такой огромный путь, да еще и нося ребенка, только ради какой-то мелочи в виде кровного договора...
- Не знаю, теть, - честно ответила ей. - Пока была на Земле и искала Дориана, это казалось не таким сильным, а потом, обретя его, поняла, что нужно во что бы то ни стало оказаться здесь...как будто поиски Ди перекрывали все остальные желания, а, обретя цель и избавившись от нее, вернулись все старые порывы...А сейчас, находясь здесь, куда, в общем, стремилась всем сердцем, не могу найти места оттого, как там Дориан и что с ним происходит.
- Ох, девочка, - тетя склонилась надо мной, обняв руками за шею. - Да ты же инициацию прошла...
- Еще два месяца назад, - согласилась я. - Когда падала сквозь атмосферу Земли, прорезались крылья, а Дориан меня спас... - поняла, что сболтнула лишнего, увидев округленные глаза Эдны:
- А скажи-ка мне, золотце, кем на самом деле является твой Дориан? Не зря же ты так плотно оплела паутиной ауру девочки...
- Теть, об этом никто не должен знать... - но по ее ответному взгляду я уже могла в этом не сомневаться. - Дориан - наследник Призрачных Драконов...
- Боже, тот самый, которого признал их Источник... - потрясенно пробормотала тетя, от удивления усаживаясь прямо на пол рядом с моим трюмо. - А ты в состоянии инициации уже два месяца...ты еще неплохо держишься...Убегала от своего дракона? - работа мысли была заметна на лице брюнетки невооруженным глазом, мне оставалось только кивнуть, чтобы не замедлять умственный процесс. - Ох, Аринка, ты попала...не зря ведь сирены и драконы издревле не могли ужиться вместе, хоть и являются самыми древними расами во Вселенной. Понимаешь, - она взяла мою руку в свои и начала ласково гладить, - драконы - носители истинного света Вселенной, их источник - мощнейший среди всех Галактик, поэтому их по праву признали уникальной и самой могущественной расой среди всех известных звездных систем. Но сирены - единственные, кто отказался подчиняться. Потому что в противовес драконьим порядкам и поставленному во главу угла дому и семейным ценностям мы выдвинули жажду свободы и истинный зов нашей звезды - Маггелана. Все время, что мы существуем, песня его звучит сильнее, чем любовь в самом трепетном и нежном сердце. И мы идем на этот зов, как летит бабочка к сиянию пламени, в котором непременно сгорит.
Но Броки, как ты знаешь, опровергли саму природу сирен, когда Амалия полюбила мужчину всем сердцем и отказалась от зова нашей звезды. Тогдашняя Верховная Жрица потребовала от женщины возвращения на планету Крылатой Богини и объяснения причин отказа от священного долга сирен - поиска потерянных душ. На что Амалия ответила, что свою душу уже нашла, и провела ритуал отречения от Зова в присутствии свидетелей, зайдя в воды нашего Источника вместе со своим мужем. С той поры наш род испытывает превратности зова в гораздо меньшей степени, мы не такие бесчувственные, как остальные сирены. Хотя, должна сказать, они сами в этом виноваты, во многом благодаря нынешней Верховной. Но я отвлеклась. Так вот. В событиях, предшествующих клятве Амалии, была особая последовательность: она стала женой до того, как прошла инициацию, поэтому сам зов звезды, возвращаясь на Маггелан, чувствовала уже не так сильно. Ты, Аринка, - тетя угрюмо посмотрела на меня, - прошла инициацию раньше того, как согласилась быть с Дорианом. Поэтому становление сиреной завершила полностью. И только по какой-то счастливой случайности ты сразу же не помчалась сюда подтверждать право быть бесчувственным привидением, какими сейчас являются все за стенами этого дома.
- Это благодаря кровной помолвке, - догадалась я.
- Да. Ты должна знать, что в жизни сирены есть два определяющих понятия: зов и поиск. Так вот, Крылатая Богиня, создавая нас, вложила в сирен бескорыстное желание помогать потерявшимся. И твоей утраченной душой как раз Дориан и был. Поэтому желание найти его пересиливало все остальные позывы. Зато потом тебя начало тянуть сюда со страшной силой.
- Теть, что же мне теперь делать? - расстроилась я.
- Если хочешь еще хоть раз увидеть своего дракона, ни минуты свободной не проводи без мыслей о нем. Сейчас ты будешь постепенно успокаиваться, потому что зов привел тебя в пункт назначения, но вместе с успокоением придет и безразличие, Арина. А с безразличием - и беспамятство. И ты останешься здесь навсегда. Не повторяй судьбу этих несчастных сирен, прошу тебя, - она горько усмехнулась. - Сумей сохранить в душе хоть частичку крови Броков.
- Тетя... - в голову пришел закономерный вопрос, но, видя постепенное ухудшение настроения Эдны, я стеснялась его задать. - Но ты ведь совсем не похожа на остальных бесчувственных сирен...
- Я прошла инициацию после того, как встретила мужчину, Аринка... - прошептала женщина.
- Так почему же ты до сих пор одна и на Маггелане? - вырвался наружу против воли интерес.
- Потому что не имею права покидать границы Галактики. Потому что мою клятву отвергли...
Признание Эдны имело эффект разорвавшейся бомбы. Не зная, чем поддержать тетю, я просто спустилась к ней и обняла, ловя беззвучные рыдания и нежно гладя по шелку темных волос. Мне показалось, что своей болью она до конца так ни с кем и не поделилась. И я просто дала ей выплакаться и сбросить с себя хотя бы часть угнетающей ее истины.
- Поэтому я и прошу тебя, милая, - она оторвалась от меня, осторожно обнимая лицо, - если любишь своего дракона, не отказывайся от него, каким бы сильным ни было желание успокоиться.
- Теть, - пробормотала я, опустив глаза. - Я боюсь, что это все иллюзия и выдумка. И что все чувства, которые я якобы испытываю к Дориану, на самом деле не что иное, как действие крови...
- Богиня, кто тебе сказал эту чушь, Арина? - вытаращилась на меня Эдна, и я внутренне порадовалась тому, что смогла отвлечь ее от грустных мыслей. - Запомни, моя дорогая: драконы, конечно, жуткие собственники, но уж ритуалы принуждения женщины к замужеству не придумывали никогда! - а вот теперь пришел мой черед округлять глаза.
- Что ты имеешь в виду? - забросила удочку я.
- Да банальный гламор может больше, чем все твои кровавые ритуалы, вместе взятые! - в сердцах воскликнула тетя. - Драконы, моя крылатая девочка, - раса, которая превыше всего ценит семью, построенную на любви и взаимопонимании. Они могут быть какими угодно бабниками, пока не встретят свою истинную, но вот потом...потом, моя радость, они становятся самыми жуткими мужьями во Вселенной, - видя мои напуганные глаза, пояснила:
- Ну, в том плане, что "все в семью" и так далее, Арин. Для них нет ничего более святого, чем вторая половина и потомство, которое они могут произвести только от нее. Судя по тому, что ты от своего Детри беременна, ты как раз попадаешь в категорию истинных, да?
Я согласно кивнула, Эдна тоже, словно успокаиваясь:
- Так вот, Ари, истинность никаким обменом крови не навяжешь. То, что с вами провели ваши отцы, не более чем попытка сблизить и подружить детей, вот и все. А все твои переживания не стоят и выеденного яйца, и, если бы твой Дориан хоть немного ударил рука об руку, давно бы и сам об этом знал. Хотя... - Эдна ненадолго задумалась. - Что с него взять, драконье молоко на губах не обсохло...Арина! - внезапно воскликнула она. - Так ты поэтому, что ли, от него бегала?! Ты думала, что он тебя по-настоящему не любит? - искреннее изумление тети стало заразительным, и мне пришлось в очередной раз за время разговора сделать подтверждающее движение головой. - Дети...какие же вы еще дети...
И тут она хлопнула себя по лбу:
- Как я могла забыть, дети! Ребенок! Тебя же кормить надо!
- Да я не особо проголодалась, если честно, - смущенно улыбнулась я. - Меня Барс с Хоком на Земле хорошо накормили.
- А на Маггелан ты на телепортацию сколько сил угрохала? - укоризненно посмотрела на меня тетя.
Я только и могла, что удивляться подобной осведомленности.
- Девочка моя, - улыбнувшись, поняла замешательство племянницы Эдна. - На Маггелане свои законы гравитации. И каждый член семьи Броков чувствует появление своих, где бы они ни были. Ну и некоторые бонусы в виде телепортации действуют благодаря Крылатой Богине, - добавила она, поднимаясь с пола и помогая мне. - Так, пошли на кухню, там сейчас есть одна замечательная девушка, которая нам поможет справиться с временными трудностями.
И, легкой походкой направившись к двери, Эдна поманила меня за собой. В коридоре мы столкнулись с уже остывшим Барсом:
- В кои-то веки покормите оберегающего вас мужчину: я с утра ничего не ел, кроме того бутерброда, который посчастливилось стащить у Арины...
- Беременную решил объедать, блохастый? - грозно зашипела Эдна на ирбиса, а я подумала, что где-то уже слышала подобное обвинение метаморфа в нечистоплотности...И тоже ведь брюнетка была, только зеленоглазая.
- Ой, что-то вот тут чешется, - дотронувшись пальцем до щеки и явно намекая на более тесный контакт, невозмутимо отозвался блондин. - Поможешь блошку найти? - и, наслаждаясь видом оторопевшей Эдны, обогнул нашу стройную женскую компанию, направившись к лестнице на первый этаж.
- Один-один, - глухо отозвалась Эдна.
Я предпочла не комментировать происходящее, взяв тяжело дышащую и постепенно начинающую злиться тетю под руку и призывая следовать за ирбисом. Просто есть действительно захотелось. А перебранки этой милой парочки лучше всякого концерта, сразу вспоминаются киса с Ван Гарденом - и как будто оказываешься дома...
На кухне, и правда, оказалась милая девушка, которую звали Лидия. С ней вовсю заигрывал Барс, чем вызвал скептическое заламывание брови Эдны, которое благополучно проигнорировал. Зато вовсю нахваливал яблочный пирог, поданный на десерт и, судя по виду, испеченный незадолго до нашего прибытия на планету Крылатой Богини.
- Ой, что вы, это Эдна постаралась, - выдала хозяйку девушка, чем заставила Барса неожиданно поперхнуться. Тетя при этом улыбнулась краешками губ, но предпочла не ввязываться в разговор. - Как услышала от мадам Терринии о приезде Арины, так сразу и пошла к плите, знает, что молодая хозяйка любит.
- Да-а-а, - восхищенно протянула я. - Пироги - это у нас, видимо, семейное...знаешь, Барс, после такой вот добавки к ужину Дориан решил на мне жениться, - подлила масла в огонь, с удовольствием наблюдая, как медленно наливаются обещанием прибить одну говорливую сирену глаза блондина. Подмигнула в ответ и, как ни в чем ни бывало, повернулась к тете:
- Восхитительно! - Эдна зарделась от удовольствия, а смущенный, почему-то, Барс спешно пробормотал слова благодарности.
Обед как-то неспешно превратился в ранний ужин, и я, сославшись на усталость, покинула территорию кухни, отправившись к себе. Приняв душ и отыскав в бельевой подходящую сорочку на ночь, забралась в постель, удобно устроившись среди мягких подушек, и положила руку на живот. Малышка, конечно, еще совсем маленькая, но энергетические порывы вполне может передавать. Я ощутила гармонию эмбриона и, успокоившись, решила последовать совету Эдны, а именно - попытаться вспомнить все, что было связано с Дорианом. Покопавшись в памяти, вытащила одну случайно всплывшую встречу из детства, и на ум пришла идея показать Дориану свои впечатления от этого события. Поглощенная внезапным порывом, постаралась побыстрей уснуть и отправиться в домик на Земле...
И не попала! Вместо этого очутилась в незнакомой городской местности, так и не сообразив, куда меня занесло. Подумала, что Дориан мог поставить блок на телепортацию к себе, да и сам всерьез решил больше не приходить, поэтому решила во что бы то ни стало найти его. Но как это можно было сделать? Ох, и бредовая же мысль посетила голову...но это ведь пространство сновидений, здесь возможно что угодно...Поэтому, активировав очередной портал с помощью своих крыльев, я задала ему направленность: поиск Дориана по крови...Как же хорошо, что такой проход без привязки к месту теперь, после обретения силы Призрачного, может проходить без потери памяти...
Нашла его в своей кровати в домике на Земле, спящим на моей собственной подушке. Сон во сне? Вот это да! Отключил сам себя, чтобы не было соблазна кинуться ко мне в фантазии? Бедный Дориан...я буду очень надеяться, что ты будешь ждать меня, несмотря ни на что, а сейчас нужно показать тебе одну вещь, чтобы больше не сомневался, что мои чувства к тебе пришли из самого детства...
Любуясь видом спящего Ди, огибаю кровать и пристраиваюсь у него со спины, в последний раз оглядывая сосредоточенное даже во сне и, кажется, немного измученное лицо. Бережно отвожу прядку со лба, проводя кончиками пальцев по его горячей коже, и устраиваю одну руку на талии дракона. Чем больше тактильный контакт, тем ярче передастся возникшая в мозгу картинка. Поэтому использую самый сильный передатчик энергии: материализую крылья и одним из них бережно обнимаю спящего мужчину. А теперь - сказка на ночь. Люблю тебя, Ди...
Скоро у Дориана день рождения. Ему исполняется семнадцать, и папа, почему-то, получает от Патрика приглашение посетить организованную по этому поводу вечеринку. Переглянувшись с мамой, они сообщают новость мне, а я испытываю нечто сродни волнению, потому что не видела Дора с прошлых новогодних праздников, да и тогда мы едва пересеклись взглядами, но его пронзительный аквамариновый прищур, почему-то, успел запасть в душу. И сейчас, глядя, как колеблются с ответом родители, я внезапно понимаю, что очень хочу увидеть парня.
Спустя неделю, перед самым отбытием на Рокис, оглядываю себя в зеркале и понимаю, что переживаю по-настоящему. Мне всего двенадцать лет, а так хочется понравиться мальчику, который старше на целых пять. Смотрю на собственное отражение, вижу не до конца сформировавшуюся грудь и вообще какую-то угловатость фигуры, несмотря на то, что платье мама подобрала потрясающего изумрудного цвета, выгодно оттеняющего каштановые волосы и отлично сидящего по фигуре, и понимаю, что у Дориана, наверное, уже есть какая-нибудь симпатичная девушка, вполне соответствующая его необычной внешности. Необычной, кстати, потому, что парень, как, в общем-то, и его отец, носит длинные волосы почти до пояса, заплетая их или в косу, или оставляя в свободном хвосте, чем совершенно не соответствует моде на короткие мужские стрижки. А однажды, помнится, я видела его распущенные темные волосы с иссиня-черным отливом. Наверное, тогда что-то и отозвалось в душе на мальчика, не желающего жить по общим канонам. Привлеченная необычностью, я так и не сумела побороть в себе это желание наслаждаться от одного вида "кровного" родственника.
Возвращаюсь к действительности у самой арки перехода, чтобы в следующее мгновение, сделав шаг в неизвестность, очутиться уже на Рокисе в гостеприимных объятиях Полины Детри, мамы Дориана. Пока Патрик с отцом обмениваются дежурными фразами и последними новостями, Полина, пользуясь минуткой, отводит нас в сторону и восхищенно оглядывает меня:
- Ари стала настоящей красавицей! - комплимент заставляет зардеться от смущения и небольшой доли удовольствия после слов самой прекрасной (после мамы, конечно!) женщины на свете. Потому что Полина великолепна: утонченная женщина с длинными золотистыми волосами и большими серо-голубыми глазами, которые сейчас смотрят на меня с почти материнской любовью. Она всегда одета просто и в то же время со вкусом, как полагается первой леди республики. Не привлекает особого внимания и, тем не менее, является для многих женщин эталоном красоты и поведения. И я бы, наверное, именно такую пару хотела видеть рядом с Дорианом, ведь сама-то точно никак не вписываюсь в нарисованный воображением образ жены молодого Детри. Но Полина смотрит с таким искренним восторгом, что я, наверное, не решусь высказать сомнения вслух, а потому благодарю за комплимент и позволяю увести нас с мамой в основной зал. Сегодня мы - что-то вроде почетных гостей...
Полина ведет нас сразу к Дориану, и я напрягаюсь и чувствую, как потеют руки, хотя именно у меня находится коробка с подарком для именинника. В последнюю минуту собираюсь, натягиваю на лицо благополучную улыбку и протягиваю Дору упакованную и перевязанную большим бантом книгу по философии с Земли, которой молодой человек уже давно увлекается. Дориан кивает мне в знак приветствия, улыбается, а потом все мои даже самые незначительные мечты и мысли обращаются в прах, потому что мальчика моей мечты прихватывает за руку умопомрачительная девушка, которая по всем параметрам соответствует пассии сына президента...
- Дор, какая милая упаковочка! - чирикает она, как воробушек, взмахнув белокурыми локонами и снисходительно оглядывая меня. - Сразу видно, девочка готовилась основательно! - "Ты мне не нравишься, блондинистая зараза", - решаю для себя сразу, потому что она точно уловила направление моих мыслей при подготовке книги, а теперь еще и захотела высмеять нечаянный порыв души.
Но Дориан, словно не обращая внимания на плохо скрываемую в словах повисшей на его руке девицы насмешку, смотрит на меня все с той же улыбкой и спрашивает:
- Можно сейчас открыть?..
Я лишь нерешительно киваю, зачарованно наблюдая, как аккуратно он снимает бант, укладывает его на стол с закусками, стоящий рядом, а потом бережно срывает упаковку. И пропускаю тот момент, когда его глаза округляются от потрясения, потому что это очень редкая и дорогая книга, а я о ней услышала совершенно случайно и попросила папу хотя бы попытаться найти. Дориан переводит взгляд на меня, некоторое мгновение мы с ним молча смотрим друг на друга, а потом он откладывает книгу и, освободившись от цепкого захвата блондинки, наклоняется, чтобы поднести мою руку к губам для поцелуя:
- Это самый желанный подарок сегодня, Арина. Даже не знаю, как тебя благодарить, - а когда его губы прикасаются к коже, меня сотрясает первый в жизни электрический разряд от близости мужчины. И мгновенно разливается по всему телу, а я чудом успеваю сдержаться и не отскочить от Дориана, потому что прикосновение, несмотря на неожиданность, хочется продлить. Оторвавшись от моей руки, он еще мгновение смотрит пристально, а потом я, кивнув на прощание, срываюсь с места с одним лишь желанием: поскорее отыскать куда-то исчезнувшую маму для оказания моральной поддержки неокрепшему организму. Она находится на удивление быстро: обсуждает что-то с Полиной на балконе, увитом декоративным плющом, и я с радостью оказываюсь в атмосфере всеобщей любви. Узнав у меня, как прошло дарение книги, мама только улыбается, а мадам Детри извиняется и покидает нас, обещая не оставлять надолго. Мама с улыбкой притягивает к себе и потихоньку гладит мои волосы, пока я успокаиваю вконец расшалившиеся после встречи с Дорианом нервы. Она одна видела, как я пыталась репетировать перед зеркалом момент поздравления мальчика. И все равно вышло все не по сценарию, но я даже рада этому, потому что вряд ли бы тогда Дориан стал целовать мою руку.
Через некоторое время мама чувствует, как мое сердцебиение приходит в норму, и отпрашивается, чтобы найти папу и поинтересоваться, когда можно будет уйти незаметными, поскольку официальная часть поздравлений кончилась, пока мы простояли на балконе. Одиссисы не любят торжеств, мы всему предпочитаем тихую домашнюю обстановку, и это знают все вокруг, поэтому к нам всегда приезжает много друзей, чтобы посидеть в неформальном семейном кругу. И то, что сегодня мы задержались настолько, это вообще, кажется, нонсенс. Сказав маме, что буду ждать ее здесь, остаюсь на балконе, подходя к перилам и любуясь вечерним Даконом - столицей республики.
- Нравится? - раздается позади спокойный голос Дориана, и я невольно вздрагиваю от неожиданности, медленно поворачиваясь к нему и видя улыбку не только на губах, но и во взгляде. - Испугалась? - и он немного наклоняет голову вправо, а я понимаю, что мне безумно нравится этот жест.
Улыбаюсь в ответ и киваю, уже не испытывая прежней робости рядом с Дором.
- Ты такая молчаливая, Арина, - ворчит парень, и я начинаю искренне смеяться, - я даже не знаю, как тебя разговорить.
- Просто нас совершенно неожиданно пригласили, и я, наверное, еще не отошла от потрясения, Дор.... - сокращаю его имя непроизвольно, потому что в мыслях привыкла звать именно так, и он в ответ улыбается еще больше:
- Мне нравится такой вариант! -смотрю в невозможные аквамариновые глаза и понимаю, что так, наверное, могла бы стоять с ним целую вечность. - Это я попросил папу отослать вам приглашения.
- Ты? - искренне удивляюсь. - Но мы же, вроде, никогда особо не дружили, Дор.
- Это очень хороший повод наверстать упущенное, тем более, что, оказывается, тебя выгодно приглашать из-за подарков, - широко улыбается он, и я не в силах противостоять обаянию парня и повторяю его выражение лица в точности. - Но я так и не придумал, чем отблагодарить тебя за столь ценную вещь... - внезапно серьезнеет Дориан и смотрит просто дружелюбно.
Я пожимаю плечами, мол, выбор за тобой, и тут он оглядывает меня с головы до ног и заявляет:
- Ты прекрасно выглядишь сегодня, Арина. Сегодня - особенно прекрасно, - добавляет он, и я не в силах сдержать окрасивший щеки румянец. - А согласится ли очаровательная дама посвятить один танец вынужденному виновнику торжества? - шутливо кланяется парень и предлагает мне руку, в то время как из зала доносится мелодия медленного танца. И я, поглощенная волшебством момента, просто киваю, вкладывая ладонь в теплую руку Дориана.
Он уверенно прижимает меня к себе, вызывая очередной приступ дрожи, и, видимо, заметив это, усмехается:
- Не бойся. Я не кусаюсь. Сегодня ты дама моего сердца, Ари...
И почему-то после этих слов я вскидываю голову и смотрю ему в глаза, замечая там непонятное выражение, которому удается смутить меня окончательно. Чтобы совсем не показаться молодому человеку неопытным ребенком, прячу пылающее лицо у него на груди, слушая одновременно мелодию и его размеренное дыхание. А руки Дориана все также бережно сжимают мою талию, осторожно ведя в танце. И вдруг он задает вопрос:
- Чего бы ты хотела в жизни, Арина?
Он сбивает меня с толку, и я с минуту серьезно обдумываю то, что было произнесено. А потом в голове вспыхивает первый этап посвящения, пройденный в прошлом году, и я понимаю, что, отвечая на вопрос Дориана, во мне говорит сущность сирены:
- Свободы, Дор. Я хочу свободы.
Наверное, он понимает это как-то по-своему, потому что в следующее мгновение внезапно отстраняется и потерянно смотрит на меня. Потом, словно очнувшись, улыбается, глядя куда-то за спину, и произносит:
- Тетя Терри вернулась, - я оборачиваюсь и действительно вижу маму, которая, судя по выражению на лице, успела застать наш танец и теперь странно улыбается, глядя на обоих. Я бросаю на Дориана прощальный взгляд, получая в ответ кивок, и поворачиваюсь к маме, чтобы отбыть домой.
И ни на минуту не закрадывается мысль, что именно в этот вечер я подам идею Дориану, для того чтобы через год появиться у нас на пороге и произнести слова отказа от помолвки на крови...
Выныриваю из воспоминания, вижу продолжающего смешно сопеть Дориана и понимаю, что теперь-то уж точно своего счастья не упущу. Осталось только разобраться с этим дурацким ритуалом отречения от Зова. Но теперь мы справимся. И Дора я верну, не будет он больше на меня злиться.
Приподнимаюсь над Ди, осторожно целую в чувствительную точку, не в силах побороть себя. Шепчу над ушком:
- Люблю тебя...
И поднимаюсь с кровати, чтобы исчезнуть из сегодняшнего сновидения. Впереди еще много дел, но завтра, я очень надеюсь, мы встретимся во сне снова...
Утро встретило меня тусклым светом голубой звезды Большого Маггеланового Облака, скрытой из-за удаленности планеты Крылатой Богини и плотной атмосферы за привычным скоплением облаков. Для моей жизнерадостной натуры, сроднившейся с жарким климатом Орфея, такая погода была хуже смерти. А ведь здешние сирены живут в подобных условиях всю жизнь...вот и моим состоянием с самого пробуждения завладела какая-то странная апатия. Не было желания даже вставать с постели, и это несмотря на небольшую, ставшую моей постоянной спутницей, тошноту. Как там Барс советовал? Полежать подольше, завтракать попозже...хороший повод проваляться в постели до обеда.
А потом я вспомнила слова Эдны про пагубное влияние Маггелановых облаков на независимую натуру Броков. И очнулась, словно ото сна. Нельзя поддаваться унынию. Нельзя думать о том, чтобы остаться здесь. Не зря прошлой ночью всплыл именно момент с днем рождения Дориана. Я должна думать об этом как можно чаще!
Поднявшись, несмотря на слабость во всем организме, с постели, быстро умылась, чтобы хоть немного избавиться от хандры, и отправилась на кухню в поисках живых душ. Судя по тишине в доме, и Эдна, и Барс еще пребывали в стране сновидений, поэтому я решила похозяйничать, если не обнаружу в царстве вкусов и запахов Лидию. Спустившись и привычно найдя нужное помещение, не без удовольствия увидела там порхающую девушку, улыбнувшуюся при виде проснувшейся сирены.
- Доброе утро, Арина! - поприветствовала она. - Ты ранняя пташка, Эдна будет спать еще минимум полтора часа.
- Тем лучше, - заговорщически подмигнула я, чем явно заинтересовала девушку:
- Мы что-то будем творить? - подняла бровь и сделала хитрющие глаза Лидия.
- Мы что-то будем творить! - кивнула я, в точности повторив фразу девушки.
Пока готовили завтрак для единственного мужчины в доме, Лидия успела поведать об особенностях кухни сирен, касающихся животной пищи. Оказывается, изначально, когда численность поющих женщин была не столь велика, населенные планеты в большинстве своем были заняты довольно крупными животными, в связи с прохладными условиями представленными, по большей части, хищниками с толстым меховым покровом. Однако сирены, начав постепенно осваивать близлежащие территории, ухитрились использовать одну из главных особенностей зова - паутину - не только на разумных существах, коими оказывались в то время еще прилетавшие иномирцы, но и на представителях фауны, сообщая тем нужные женщинам чувства спокойствия и защищенности, что позволяло беспрепятственно охотиться. Параллельно происходило одомашнивание некоторых наиболее полезных видов, так что сельское хозяйство тоже не дремало. И со временем самостоятельность вылилась в стойкое нежелание сотрудничества с другими расами, главной из которых стали драконы, которые, словно кость в горле, были для сирен со своей идеей семьи.
Всех крупных хищников, опять же, путем использования паутины, загнали в северные широты, мелкие остались на своих местах, и за их численностью следили специально выделенные женщины. Осваиваясь на новых землях и вознося молитвы Крылатой Богине, сирены добились улучшения климатических условий, благодаря чему мы с Барсом не замерзли при перебросе с Земли на новое место. С туманом ничего поделать не получилось, поэтому все население и выглядело, словно бледная копия болеющих блондинок с голубой спутницы Солнца. Сама же Лидия, несмотря на явную принадлежность касте флегматичных привидений, вела себя, на удивление, бодро и весело, что я невольно залюбовалась ею и не преминула поинтересоваться причиной.
- Ты знаешь, я, хоть и являюсь родственницей Кале - это наша нынешняя Верховная Жрица - но по характеру ближе как раз к Эдне. Поэтому в свое время и решила переехать сюда и помогать с домом. Да и скучно ей одной, особенно после того, как... - девушка запнулась, а я поняла, что имелось в виду: предательство якобы возлюбленного Эдны.
- Как давно это произошло? - спросила я.
Лидия задумалась, подняв глаза к небу, потом неуверенно ответила:
- Лет пятьдесят назад или чуть больше. Я тогда еще совсем маленькая была. А Эдна вместе с Терринией собиралась улетать с Облаков. Но, видишь, как все обернулось.
- Лидия... - я отрешенно посмотрела на девушку, - а разве возможно такое, чтобы мужчина мог отказаться от сирены?
- Отказался же, - пожала плечами девушка. - Знаешь, это ведь со стороны сирены любовь должна быть настоящей. Никто не гарантирует, что мужчина чувствует то же самое. И зачем тот парень вообще в Источник заходил, если не собирался соглашаться, правила ведь едины для всех...
- Что ты имеешь в виду? - не поняла я.
- Понимаешь, если кто-то, приходя к нашему Источнику, требует разрешения на отречение от зова, покинуть планету после этого он может, только если просьба удовлетворена. В противном случае любая попытка к бегству приводит к смерти. Тот юноша решил улететь... - тихо закончила Лидия.
- А Эдна, получается, поэтому и остается - ее просьба не была удовлетворена, и она может последовать за своим несостоявшимся мужем, правильно? - догадалась я, и Лидия кивнула.
- Совершенно верно. Вроде, и официального запрета нет, и, в то же время, сама себе врагом не станешь, - согласилась девушка.
- Погоди, а как же остальные сирены? Я таких вещей про них наслушалась перед приездом!
- Так они не отрекались. И свободно могут пересекать границы системы хоть телепортом, хоть на кораблях. Они же все равно возвращаются, Арина. А что касается сказок...ты знаешь, что все сказки когда-то на самом деле были явью, - грустно улыбнулась она. - Сирены очень редко рождают мальчиков, настолько редко, что предпочитают от них просто избавляться. Ну, или оставлять на других звездных системах, если сердце более мягкое. Культ нынешней Верховной Жрицы ставит мужчину в положение вещи, которой можно воспользоваться и оставить за ненадобностью, к сожалению...
- Почему мне все больше начинает казаться, что у вас тут концлагерь по выращиванию младенцев? - раздался со стороны входа недовольный вопрос Барса.
- О, какие люди - и без охраны, - улыбнулась я, заканчивая с готовкой и складывая использованную посуду в раковину. - Садись, будем тебя кормить, и ты сразу станешь добрым.
- Чтобы я стал добрым, вам придется кормить меня на убой, - хмуро заметил ирбис, но, тем не менее, присоединился к теплой женской компании.
Вскоре подтянулась и Эдна, но завтрак, вопреки моим ожиданиям, прошел не так весело, как хотелось бы: блондин был на удивление молчалив и задумчив, Эдна тоже погрузилась в размышления. Ну а мы с Лидией, несмотря ни на что, продолжали беседу, и постепенно я втягивалась в процесс мироустройства сирен. Надо сказать, чем больше узнавала, тем меньше хотелось здесь оставаться, но вот взять приобретенные знания на вооружение - это сейчас оказалось подходящей идеей.
Наконец, когда с едой было покончено, а стол убран окончательно, я подняла глаза на Эдну:
- Как мне добиться ритуала отречения, теть?
Тень пробежала по лицу девушки, но, тем не менее, она произнесла:
- Придется встречаться с Верховной, - Эдна скрестила руки на груди, откинувшись на спинку стула. - Она готовит церемонию, сообщает правила, назначает дату...
- Верховная вообще в последнее время много на себя берет, - добавила Лидия. - Это могла бы совершить и обычная жрица, одна из тех, кто посвящение проводит.
- Не нам судить о поступках Верховной, - неожиданно жестко произнесла Эдна, поднимаясь со своего места и покидая столовую. - Арина, готовься, вскоре предстоит посетить храм Крылатой Богини для разговора с Кале.
Когда она исчезла, мы только удивленно переглянулись с Лидией, Барс же совершенно не планировал выходить из своего угрюмого состояния и, как был, так и отправился, скорее всего, к себе, не забыв, правда, поблагодарить за пищу богов.
- Это нормальная реакция на упоминание Верховной? - повела я бровью.
- Мы стараемся не говорить о ней в этом доме. Тогда... - Лидия запнулась, подыскивая подходящие слова, но я только махнула рукой, как бы говоря, что и так поняла, о чем речь. - В общем, тогда Кале очень сильно обидела Эдну, а твоя тетя, хоть человек и неконфликтный, но запомнила и старалась избегать встреч по возможности. Поэтому теперь ей, скорее всего, понадобится время на то, чтобы обдумать, как лучше решить этот вопрос с наименьшими для нас потерями.
- Понимаю, - протянула я, поднимаясь, чтобы избавить раковину от грязной посуды. И тут раздался звонок в дверь.
- Я посмотрю, кто там, - Лидия уже направлялась к выходу, а я, кивнув, продолжила свое занятие.
Спустя некоторое время из коридора раздались раздраженные возгласы Эдны и успокаивающие - Лидии. Встревожившись, я поспешила узнать, из-за чего случился весь сыр-бор.
Картина открылась донельзя подозрительная. Первой я увидела как раз тетю, которая с красными пятнами на щеках взирала на стоящую в дверях сирену. Рядом находилась Лидия, придерживающая Эдну за плечо, и тихо произносила слова утешения. А вот третий участник действа сразу навел на нехорошие мысли...
Высокая, стройная настолько, что напоминала в буквальном смысле тростинку, эта светловолосая женщина с холодным и отчужденным выражением лица наблюдала пространство вокруг. Светлые голубые глаза казались почти прозрачными, на фоне белесой кожи и почти бесцветных губ это выглядело устрашающе. И одежда на ней была какая-то странная...вроде бы и платье, но прозрачное настолько, что ничего не скрывало. Да, конечно, я понимаю, мир женщин, но все-таки! А потом в голову пришла запоздалая мысль, что такое одеяние могло оказаться не чем иным, как рабочей "робой". И дама эта подозрительная...слишком уж необычная даже для сирены! Где сероватый оттенок кожи? Где слабый румянец на щеках? Ящерица - она и есть ящерица...
А потом меня волной накрыло осознание. Ко всем ли сиренам настолько отрицательно могла относиться Эдна? Да они последние пятьдесят лет, судя по словам Лидии, вообще не посещали этого дома, потому что в их глазах тетя выглядела изгоем, пошедшим против системы и проигравшим битву. А кто был повинен в подобном отношении? Кале! Это точно была Верховная ящ...Жрица, в смысле.
- О, а не наша ли это потеряшка, случаем? - перевела на меня ледяной взгляд ящерица.
- С кем имею честь? - решила не вдаваться в панику я, поскольку, мельком глянув на Эдну, увидела, как неестественно-прямо та держит спину, словно в ожидании удара. А на битву надо идти только с достоинством.
- Меня зовут Кале, я Верховная Жрица храма Крылатой Богини. А вот кто ты такая, еще предстоит узнать, - холодно ответила посетительница.
- А вы теперь всех сирен в лицо опознаете? - мне совсем не понравилось демонстративное презрение в ее голосе, поэтому отвечать пришлось, учитывая статус женщины, но вот вежливости я добавлять в разговор не спешила. - Что-то не припомню, чтобы Крылатая Богиня оставляла завет являться на поклон к Верховной.
- Но ведь зачем-то же ты прилетела на Облака, - уголок рта Кале приподнялся, несмотря на все мое желание уколоть женщину. - И вряд ли это простое желание навестить родственницу...Кто ты? Дочь Терринии, Арина?
- Верно. Чем обязана? - деловито поинтересовалась я.
- Ты-то, может, и ничем, а вот дочка твоя... - прищурившись, ответила Верховная. - Кстати, почему она так странно ощущается?
- У Арины была угроза выкидыша, - процедила Эдна, пытаясь успокоиться. - Целитель велел опутать ребенка коконом паутины.
- Какое мудрое решение...целителя-то покажете? - не моргнув глазом, перешла в наступление Кале.
- Как-нибудь - обязательно, - заверила ее Эдна.
- Так вот, - внезапно утратив к старой знакомой интерес, проговорила ящерица, сосредоточив внимание на мне. - Мы с твоей тетей обсуждали вопрос твоего появления на планете. Только вот я ошиблась, меня-то, похоже, посетило видение появления твоей дочери, а не тебя... - она с минуту размышляла, потом спросила:
- Первенец?
- Да, - кивнула я.
- Значит, точно девочка... - удовлетворенно проговорила жрица. - В любом случае, жду вас завтра в храме. Я уверена, тебе будет, что рассказать, Арина.
С этими словами она практически растаяла в воздухе. Я даже подпрыгнула от неожиданности - настолько необычным выглядело исчезновение главной ящерицы у сирен. Лидия в ответ кивнула головой, мол, ничему не удивляйся в этой жизни, и я поспешила успокоиться.
Подошла к Эдне, обняла со спины, почувствовав сильную дрожь девушки. Она положила руки поверх моих и тихонько погладила:
- Не думала, что она собственной персоной придет. Надеялась, утерпит до того момента, как мы появимся сами.
- Зато ты должна быть довольна, - возразила я. - Сама Верховная ходит к тебе на поклон.
- Последние пятьдесят лет она предпочитает этого не делать.
- Ну, когда-то уже и можно было изменить привычкам, - улыбнулась я, чуть крепче обнимая тетю. - Я так понимаю, теперь посещение храма обязательно?
- Да, - тут Эдна нахмурилась. - Не хотела я, чтобы все так получилось...
- Как именно? - недоуменно спросила у нее.
- Она узнала про малышку. Теперь во что бы то ни стало попробует разгадать, зачем ты использовала паутину. Она не дура и понимает, что никакая угроза плоду уже не грозит, иначе ты просто не вынесла бы телепортацию.
- Кале и об этом знает? - удивилась я.
- Такова участь Верховной Жрицы, - вздохнула Эдна. - Она знает обо всех перемещениях в пространстве Облаков, соответственно, запрет на проникновение кого-то, кто не принадлежит расе сирен, является именно ее обязанностью.
- Но как же тогда...как же тогда мы с Барсом смогли пройти? - изумленно поинтересовалась я.
- Да у вас двоих уже непонятно, где заканчивается сирена и начинается метаморф, - махнула рукой очнувшаяся Лидия.
- Долечились, - добавила Эдна.
- Это можно расценивать как оскорбление? - раздался сверху серьезный голос Барса.
- Нет, - ответила тетя. - Как спасение твоей двусущной натуры, ибо в противном случае тебя бы развеяло в атмосфере планеты. Так что очень даже хорошо, что ты передал часть своих сил Аринке.
- А это - как беспокойство? - ухмыльнулся мой пушистый целитель.
- Да. За Арину, - парировала Эдна, вызвав смешок со стороны ирбиса. - Ты как раз пропустил зрелище, Верховная Жрица желала познакомиться со спасителем девочки.
- Да-а-а? - почти мурлыкнул блондин. - И что, стоит знакомиться, как считаешь?
- Увидишь сам - убедишься воочию, - отрезала Эдна, внезапно отстраняясь от меня и поднимаясь наверх мимо Барса. А в глазах оборотня мелькнул уже знакомый огонек. После чего, дождавшись, когда тетя пропадет из виду, он спокойненько отправился следом. Добивать, сразу подсказало воображение, и я, почему-то улыбнувшись, отправилась обратно на кухню, в то время как Лидия пошла закрывать за жрицей дверь.
В душе, несмотря на конечную перепалку тети с ирбисом, поселилось смутное предчувствие беды. Думаю, что отправимся мы в храм не раньше завтрашнего утра. Хотелось бы, чтобы Барс был рядом, если это возможно, пусть внутрь и не допускаются мужчины... Надо будет обязательно поговорить об этом с Дорианом. Ох, если, конечно, он вообще согласится сегодня на беседу. Судя по его вчерашнему поведению, блок на свое местонахождение он ставил нехилый. Неужели и вправду так сильно обиделся? Тогда нам стоит серьезно поговорить, сделав это как можно скорее. Потому что и я теперь располагаю дополнительной информацией. И о его манипуляциях, и по ситуации с сиренами... И оттого желание увидеть его во стократ сильнее. Просто увидеть, даже если не получится поговорить. Почувствовать, что есть сердце, ради которого стоит сражаться с отжившими свое устоями сирен. А еще - обнять и утонуть в запахе хвои и солнца. И знать, что все непременно будет хорошо. Потому что щупальца сомнения, несмотря на все мое стремление сопротивляться, все сильнее пробираются в душу. И каждое воспоминание о Дориане - на вес золота, потому что вместе с ним из сердца уходит тьма. Я дитя света. Я люблю дракона, в чьем сердце света не меньше, чем у меня. И у нас будет дитя света. Я в этом уверена.
Только, Дор, пожалуйста...не отворачивайся. Одна я больше не смогу это преодолеть. И ты нужен мне сильнее воздуха, который у сирен пахнет затхлостью и безнадегой. А так хочется вдохнуть тот, в моем домике, который совсем недавно был одним на двоих...
Закончив с посудой, отправилась к себе в комнату. Оставшаяся часть дня прошла без приключений. А вот ближе к ночи мои молитвы были услышаны...
Открыв глаза, поняла, что сегодня что-нибудь точно случится. Потому что сидела в привычной позе в своем домике на Земле. Царили сумерки, как и на планете Крылатой Богини, но Дориана нигде не было видно. Может, еще рано и я поторопилась отправиться в страну сновидений...Пройдясь по комнатам и подтвердив предположения, вернулась на облюбованное место, задумчиво глядя, как вид за окном все больше темнеет. И не заметила, как заснула сама.
Очнулась оттого, что меня подхватили на руки, сопровождая действия чуть слышным ворчанием. Незаметно открыла глаза: хмурый Дор нес меня, видимо, в сторону спальни. Возликовала внутренне, но постаралась не подать вида, что втайне наблюдаю за его действиями. Толкнув дверь в мою комнату, Ди подошел к кровати и осторожно уложил меня на бок ближе к середине. Расстроившись, что придется ночевать одной, даже вздохнула от огорчения, и тут мое притворство заметили. Смысла строить из себя спящую уже не было, поэтому виновато посмотрела на мужчину, не говоря ни слова. Подарив сердитый взгляд в ответ, Дориан отстранился...чтобы через мгновение, обогнув кровать, пристроиться сзади, обхватив мою талию рукой и удобно расположив ладонь на животе. А когда почувствовала его облегченный выдох в волосы и устроившийся около плеча подбородок, почувствовала затопляющую сознание нежность. И отключилась...
Интересно, это вообще нормально - спать и просыпаться во сне? Вопрос сам собой пришел в голову, когда я вновь выплыла из объятий Морфея, ощутив руку Дора все там же. Вздохнув с облегчением, уже хотела повернуться, как вдруг донеслось тихое признание:
- Знал бы, что придется связываться с сиреной, разорвал бы помолвку еще раньше...
И как-то пусто стало внутри. И все хорошие намерения испарились, а сердце начало покрываться коркой льда. Как там говорила Эдна? Сначала приходит безразличие, потом - забвение? Да, наверное, процесс пошел с удвоенной скоростью...
Слова сами сорвались с языка:
- После того, что я узнала о драконах...уверена, найдется что-нибудь, что сможет освободить тебя от данного слова, - и закрыла глаза, чтобы не дать непрошеным слезам свободы, потому что сейчас нужно было собраться и вернуться обратно в реальность. А душой постепенно начинал овладевать холод...
Меня резко перевернули на спину, а сверху навис до ужаса злой Дориан с потемневшими зеленющими глазами:
- Еще раз услышу такое - не посмотрю, что беременная, и выпорю, как малолетку, понятно? Дракон никогда не откажется от истинной! - и сказано это было с затаенной болью, но мне было еще обидно, поэтому я не спешила сдавать позиции, зло взглянув на оккупировавшего чужое личное пространство дракона:
- Я всего лишь подсказала тебе один из способов решения проблемы, которая, вижу, для тебя имеет не последнее значение...
- Один из? - сузил глаза Дориан. - А какой бы ты сама хотела использовать?
Я так устала от непрошибаемого взгляда...поэтому просто сделала то, что давно хотелось соскучившейся душе: вскинула безвольно лежащие до этого руки, обхватила его шею и с силой притянула к себе, поцеловав от души. И ведь сначала чувствовала, что злится, что наказать за мои поступки хочет, а потом успокоился, перевернулся на спину, расположив меня сверху, и бережно обнял, издав приглушенный стон и пройдясь пальцами по спине.
...Я знаю, что постоянно убегала от тебя. Знаю, что любой другой на твоем месте давно бы ушел, оставив меня один на один с переживаниями. Знаю, как много боли может причинять недоверие со стороны самого близкого человека, которому ты готов подарить весь мир...и, все же, я прошу тебя в последний раз оглянуться и посмотреть, что еще можно спасти. Что можно восстановить после моих действий. Потому что мои чувства к тебе нисколько не изменились. Я это понимаю именно сейчас, когда ты со злобой и отчаянием прижимаешь к себе, не скрывая, что хочешь и убить, и защитить одновременно. Когда стискиваешь так, что становится больно от осознания того, как много я потеряла, прячась от тебя. От судьбы не убежать, милый. Я шла на голос своей природы. Но даже сквозь его зов продолжала верить, что когда-нибудь смогу отступиться от своей сущности и вернуться к тебе. Потому что именно на свет твоей Вселенной я летела с далекого Орфея, именно тебя услышала и попыталась найти. Свою единственную звезду и ожившую сказку. И ты должен знать, что наши совместные тихие ужины на Земле, как самые ценные фотографии, припрятаны в альбоме моей души. Как бы я хотела вернуть все это и навсегда остаться в той сказке, которую ты для меня создал. И понимаю, что это жест великого доверия для той, которая, возможно, была его недостойна. Но теперь у нас с тобой есть дополнительная причина для того, чтобы бороться, ты не находишь? И я приложу все усилия для того, чтобы наша мечта осуществилась, и мы могли вместе зайти в воды источника.
Рука Дориана путешествует к моему животу, осторожно поглаживая то место, где потихоньку растет малышка. Счастливо улыбаюсь. И чувствую, как от него ко мне переходит небольшая частичка энергии. А Дор в это время отрывается от меня. Смотрю с непониманием, ожидая объяснения действиям.
- Дополнительная защита, - отзывается мой зеленоглазый, - хотя у тебя все сделано замечательно.
Наклоняюсь и нежно целую его. Выдыхает, снова прижимает к себе, устраивает мою голову у себя на плече и позволяет себе облегченно выдохнуть.
- Арина...что же ты творишь, а? Когда мы станем доверять друг другу настолько, чтобы перестать бегать?
- Когда начнем посвящать в свои планы другого, - уверенно шепчу в ответ, но думать совершенно не хочется, потому что от его умопомрачительного запаха мозг отказывает напрочь. И, тем не менее, делаю над собой усилие и приподнимаю голову, удобно устраивая на согнутой в локте руке:
- Может, начнем уже с самого начала, Ди?
И он улыбается в точности так же, как и во вчерашнем сне:
- Мне нравится, как ты сокращаешь мое имя...
- Это не я, это Ван Гарден с кисой, - дарю нежный поцелуй и возвращаюсь к теме разговора.
- Не отвлекайся, милый. Я знаю, тебе есть, что сказать...
- Ох, Ари...я ведь предупреждал тебя во снах - не зови меня?... - поняв, что сейчас не отвязаться и я решила узнать все до конца, он, ласково взглянув на меня, приступил к рассказу.
- Да, было дело, - соглашаюсь, наблюдая, как рассыпается от моих касаний шелк волос. Как же я соскучилась...
- Почему же ты меня не послушала? - хмуро отозвался Дориан, обводя контур моего лица пальцем.
- Патрику было плохо, - просто ответила. - Мне нужно было найти тебя, чтобы доставить на Рокис.
- А с чего ты вообще взяла, что папе требуется моя помощь? - удивился Дориан.
- Когда на него совершили покушение, Полина связалась с отцом и попросила помощи, поскольку нападали в вашем доме и она никому не могла довериться. Обеспечив свою охрану, она решила действовать на благо спасения мужа, а поскольку наши семьи объединяет старая дружба, обратилась к нам.
- Не знал, что мама на это решится, - задумчиво пробормотал Дориан.
- Отчаявшаяся женщина и не на то способна, - улыбнувшись, философски заметила я. - Да и потом, Дор, было еще одно обстоятельство, мимо которого не смогли пройти папа и Густав, это наш семейный доктор, просто не могли пройти мимо. Ты мне снился.
Изумление было написано на лице Ди большими сияющими буквами:
- Как такое могло случиться?
- Папа сказал, что на тебя тоже нападали, поэтому ты ненаправленным телепортом покинул территорию Рокиса.
Дор покачал головой - события явно развивались по другому сценарию - но, тем не менее, договорившись об откровенности, я следовала установленному правилу:
- Поскольку во мне течет кровь крылатых сирен, мы предположили, что в месте, в котором ты оказался, тебе угрожает опасность. А это наиглавнейшее условие для того, чтобы в сирене пробудилась охота к поиску. Поэтому я быстренько собралась и отправилась за тобой по зову крови.
- Мне не угрожала опасность, - еле слышно проговорил Дориан. - Даже не знаю, с чем были связаны твои сны.
- Я сама до сих пор не могу понять, - призналась честно, - потому что их содержания совсем не помню. Осознанными они стали только на Земле. Хотя... - я на мгновение оторвалась от созерцания любимого мужчины, - могу предположить, что поиск запустило твое исчезновение. А ваш драконий ритуал просто сделал тебя объектом для моих возможных изысканий... Ну а дальше тебе уже все известно, - улыбнулась, целуя сосредоточенного Ди в нос, чем вызвала легкую улыбку и пять минут дополнительного времени на обнимания.
- Я не узнал тебя, когда подхватил падающую с небес, - начал свою часть рассказа Дориан несколько мгновений спустя. - Очень удивился, что сквозь земной купол смогла пробиться зеленая сирена, да еще и неосмотрительная настолько, что раскрылась у всех на виду и светила крыльями во все стороны.
- Спонтанная инициация, - подсказала я. - Стрессовая ситуация сработала...
- Теперь-то я это понимаю, - кивнул он. - А тогда был весьма раздражен свалившейся в виде тебя проблемой. На Рокисе за месяц до моей телепортации на меня тоже совершали покушение оборотни, хотя и достаточно дилетантское. Однако оно позволило им убедиться в том, что именно я - наследник Источника звезд Дракона и начать на меня полномасштабную охоту. Отец посоветовал отправиться на Землю как на возможную союзную планету, поскольку там у нас имелись связи с правительством, и руководящая верхушка знала о постепенном возрождении некогда истребленной расы. Плюс ко всему, контакты уже налаживал Кристофер, и это касалось не только одной известной нам пантеры, - лукаво улыбнулся Дориан. - И вот, когда, казалось бы, дела пошли в гору, на меня в буквальном смысле сваливается сирена без сознания...
- А мне обещали разброс в несколько десятков километров, - хихикнула я, - и долгие поиски.
- Значит, хорошо настроилась, - щелкнул меня по носу Ди. - Я эту светящуюся точку до сих пор помню, а уж как рванул туда - одному Богу известно.
- Когда ты понял, что я - это я? - задала интересующий меня вопрос. - И почему не открылся сразу, а продолжал этот спектакль с Андреем?
- На мысли навело несколько фактов, - признался он. - Первым и самым важным являлось то, что я на тебя реагировал, чего в принципе не должно было случиться: драконы устойчивы к магии сирен.
- Ну да, меня просветили, - хмыкнула в ответ, - хотя я уже поверила в то, что к полукровкам это не относится.
Он виновато улыбнулся:
- Надо было соблюдать конспирацию, Ари. От этого зависела дальнейшая судьба драконов...да и попади ты к оборотням с такой информацией...неизвестно, что могли бы с тобой сотворить только ради того, чтобы выведать маску Дориана Детри.
- Шпионские тайны отдыхают... - усмехнулась я. - А еще?
- Помимо влияния, - добавил Дор, - меня смутила причина твоего прибытия на планету. Искать мужа - серьезно? - подумалось мне тогда. Потому что сирены в принципе не занимаются подобным бредом, для них мужчины сродни товару на рынке, который можно взять в аренду, - поморщился он, и я поняла, что все услышанное от Барса или является правдой, или недалеко от истины. - Но потом ты сообщила мне свое имя...и мне пришлось напрячься, чтобы вызвать в памяти образ девочки-подростка с моего семнадцатилетия, так очаровательно красневшей, когда дарила самую желанную для меня вещь.
- То есть, ты почти с первого вечера догадался, что сирена и твоя Арина - это одно лицо? - брови поползли вверх неосознанно.
- Были сомнения... - он снова притянул меня к себе, оставляя на губах поцелуй, лишающий способности думать. - Ты сильно изменилась, Ари, - улыбнулся мальчишеской улыбкой. - Я-то запомнил неуверенную в себе девочку, почти весь вечер просидевшую на балконе с матерью, а прилетела ко мне уже с ног до головы вооруженная сирена, которой опасно было, в случае чего, класть палец в рот. То, что Терриния на самом деле является уроженкой Маггелановых Облаков, нигде, ни в каких документах не указано. Поэтому я и предположить не мог, что обручался с потенциальной сиреной. Да и потом, ты сама на себя не была похожа... - он оглядел меня, насколько это позволяло положение. - Волосы стали ярче, длиннее. И они не так сильно вились восемь лет назад. Лицо...утратило детские черты, - очередное ласковое прикосновение, и я не удержалась, поцеловав его палец, чем заработала лукавый взгляд, в следующее мгновение оказавшись прижатой к постели нависающим сверху Дорианом. - И это сумасшедшее обаяние, которое от тебя исходило без всякого гламора. Сложив все факты, я был несказанно удивлен, в кого превратилась моя маленькая невеста...
- И какое же сомнение не отпускало до последнего? - проницательно заметила я.
- Ты отвергла Андрея даже при наличии сильных чувств, а уж я эмпатией все кульбиты твоих эмоций ощущал постоянно... - ответил Дор, нежно касаясь кончиками пальцев моих губ. - Сирены в принципе на верность не способны. А тут - такая приверженность миссии и человеку...
- Дракону, дракону, - с улыбкой поправила я, наблюдая искры смеха в глазах Ди.
- ...которого ты, в общем-то, и знала-то только по редким совместным семейным обедам и праздникам.
- Ох, милый, ты еще столько не знаешь о сиренах, - ласково улыбнулась я, поглаживая сильные плечи и с удовольствием ощущая бугрящиеся под кожей мышцы. - Наш род немного отличается от подавляющего большинства женщин с Облаков...
- Внешностью? - предположил он.
- Способностью любить одного мужчину всю жизнь, - поправила я, и глаза Дора загорелись тем любимым зеленым светом, который я видела на крыше после пирожков...
А потом еще минут пятнадцать я не могла не то чтобы продолжать разговор - просто размышлять! Потому что мне дарили всевозможные поцелуи, преследующие одну цель: выразить признательность за мой откровенный ответ...
- Броки отличаются тем, что обычно проходят инициацию после того, как встречают своего мужчину, - наконец обретя способность связно мыслить, поделилась с Ди информацией. - Поэтому делают выбор немного раньше, чем завершат последний этап посвящения в сирены.
- Но ведь ты инициировалась раньше, Ари, - сопоставил Дор события.
Я кивнула:
- Именно...поэтому и вела себя немного нелогично. Отыскав тебя, я завершила свои поиски. И во мне проснулась другая страсть - зов Маггелановых Облаков, - видя непонимание на лице, пояснила:
- Наша система обладает способностью звать всех сирен в свое лоно независимо от расстояния. И те из нас, кто инициировался по всем правилам, следуют голосу незамедлительно. А у меня случился сбой программы...
- И как нам это исправить? - уверенно поинтересовался Дориан.
- Мне потребуется твоя помощь, Ди, - и опять эти искорки удовольствия в глазах, от которых я перестаю нормально мыслить... - Чтобы отказаться от зова, нужно вместе с любимым мужчиной войти в воды источника на планете нашей Крылатой Богини и произнести клятву отречения. И верности супругу, - зачем-то добавила я, решив посмотреть на реакцию Дориана.
Он лукаво улыбнулся и произнес:
- Это значит "да"?
От неожиданности я даже толкнула его, начиная сердиться:
- Кто-кто, а Дориан Детри все о своих маниакальных планах на мне жениться! - и, видя уже откровенно потешающегося мужчину, сломала шаблон напрочь:
- Да! Это значит "да"!
- Аринка моя, - меня сгребли в охапку и отпускать теперь совершенно отказывались. - Сделаю все, чтобы оказаться вместе с тобой. Подождешь минутку? - я кивнула, наблюдая, как Дор закрывает глаза и на минуту словно пропадает из пространства снов.
Вернувшись, озабоченно покачал головой:
- Путь в вашу Галактику закрыт. Кстати, система очень похожа на ту, что я сооружал для Земли, Ари, и это очень подозрительно...
- Я с этим разберусь, - хмуро ответила ему. - Мы как раз завтра собираемся к Верховной Жрице на дружеский разговор за чашкой яда...
Лицо Ди вмиг преобразилось:
- Она опасна?
- Я еще не поняла сама, милый, - покачала головой. - Но то, что она в состоянии холодной войны с моей тетей, очевидно...Еще бы знать причину этого!
- Ари... - начал было он, но я перебила:
- Ты все равно не сможешь оказаться рядом, пока я не поговорю с Кале и не выпрошу разрешения на твое появление...она заправляет всем на Облаках, и это, кстати, тоже очень подозрительно.
- Рядом-то я, может, и не смогу быть, но вот черпать от меня силу, в случае чего, ты сможешь, - решительно взглянул на меня Дориан. - Соедини нас паутиной снова.
- Откуда ты знаешь, как она называется? - ошеломленно спросила я, во все глаза смотря на Ди.
- Скажем так, - улыбнулся мужчина. - Пока ты от меня бегала, мне было чем заняться...
И я без слов потянулась к нему нитями паутины, на этот раз сооружая один плотный канал, через который можно было бы прочувствовать абсолютно все эмоции. Дориан что-то наколдовал, объяснив это тем, что в нужный момент он и мысли мои читать сможет, но постарается без надобности не лезть, ощущая только эмоции, а я в благодарность соединила его сердце с еще одной тонкой ниточкой...
- Боже, - прошептал Ди, когда почувствовал, что за новая связь образовалась между ним и мной.
- Она еще совсем маленькая, но уже любит нас обоих... - улыбнулась я.
- Она? - удивился Дориан. - Девочка?
Я кивнула:
- Первенцы сирен всегда женского пола, такова уж у нас генетика...ты, правда, еще одной ее особенности не знаешь... - виновато добавила я, вызвав заинтересованный взгляд любимого. - Она родится Призрачной...
К моему удивлению, Дориан отреагировал вполне спокойно, заметив:
- Ты поэтому ее оплела таким плотным коконом?
- Да, - кивнула, - чтобы цвет ауры не был заметен...
- Умница моя, - поцелуй на сей раз достался шее, и я выпала из реальности гораздо дольше, чем на пятнадцать минут.
Это было какое-то беспокойное утро. Несмотря на то, что ночью во сне мы во всем разобрались с Дорианом, сегодня предстояло посетить храм Крылатой Богини вместе с Эдной и Лидией. Мужчины в святилище не допускались, и отсутствие Барса внутри заранее напрягало. Не знаю, почему, но стойкое ощущение грядущих неприятностей чувствовалось даже в воздухе. Однако одно обстоятельство сегодня скрасило день: я поднялась с постели спокойно и легко, не пришлось даже отлеживаться. Лапочка моя маленькая! Неужели ты наконец-то приноровилась к жизни внутри мамы?
Улыбнувшись светлым мыслям, быстро посетила ванную, оделась и спустилась на кухню в поисках будущих поломников к Кале. За столом уже велось бурное обсуждение, участниками которого являлись Барс и Эдна. Лидия же, с умилением глядя на спорщиков, стояла поодаль у окна и улыбалась.
Не решаясь встревать в разговор, подошла к ней и поинтересовалась:
- И давно они так? Доброе утро, - поздоровалась с кивнувшей мне девушкой.
- Полчаса точно, - Лидия усмехнулась. - Завтракать будешь?
- Буду. Голод зверский! - призналась я, и девушка, подарив мне ласковый взгляд, указала на место за столом.
- А я тебе говорю, что нет смысла идти вместе с нами! - тем временем начала переходить на повышенные тона Эдна, видимо, в связи с моим появлением решаясь больше не стесняться, отчего лицо Барса приобрело зверское выражение, и я подумала, что еще немного - и он точно задушит тетю в объятиях.
- В общем, так, - на удивление тихим и спокойным, а оттого привлекающим внимание тоном решил закончить спор Барс. - Я отвечаю за безопасность Арины перед главой клана Свободных Кошек, дорогая, поэтому все твои доводы идут далеким путем по наклонной. До храма я вас провожаю, потом ожидаю у входа окончания аудиенции. И попробуй только, - он сверкнул глазами в сторону Эдны, - еще раз со мной поспорить, - после чего уткнулся в тарелку, ожесточенно поглощая содержимое.
Поэтому не заметил торжествующую улыбку, расцветшую на губах тети, которую та постаралась тут же спрятать. Нарочно провоцировала? Вот уж не замечала за ней подобных садистских наклонностей.
- В храме не светись, - Эдна обратилась ко мне. - Говорить буду я как твой законный представитель.
- Может ей вообще не стоит там появляться? - подал голос все еще раздраженный ирбис.
- Кале первой задаст вопрос, куда делась молодая представительница рода Брок, - покачала головой Эдна. - А нам сейчас лучше не привлекать ненужного внимания. Она и так уже заинтересовалась интересными свойствами дочки Арины. Не стоит усугублять.
- Мне нужно знать что-нибудь такое, что может статься неожиданностью для всех нас? - Дориан просил быть осторожнее. Я не собиралась больше с ним спорить... - Потому что сегодня Ди внезапно обнаружил, что границы Облаков перекрыты, и защита там стоит не хуже, чем на Земле от несанкционированных телепортов оборотней.
- Хм...интересно, - задумалась Эдна. - То, что стоит защита, я знала. Это вообще после начала правления Кале стало данностью, но вот что существует идентичная...
- Говорит только о том, что у Вашей Верховной Жрицы рыльце в пушку и отлаженный канал связи с Землей! - воскликнул Барс и с новой силой принялся отговаривать от намеченного на сегодня мероприятия. - Ари, одумайся! Так ли тебе важно подвергать малышку опасности? Может, стоит подождать, пока не наладятся нормальные отношения с Драконом? Я больше чем уверен, что Детри сейчас изгоняет остатки сопротивления оборотней, принадлежащих к мятежникам, и выстраивает по новой дипломатические связи с другими Галактиками.
- Для сирен риска никакого, - заверила его Эдна. - А вот темные делишки Кале стоят того, чтобы вынести их на свет божий и придать огласке.
На это блондин только махнул рукой и, помыв посуду в раковине, напоследок заметил:
- Похоже, дурость в семье Броков передается по наследству! Не завидую вашим, - кивнул он на нас с Эдной, - будущим мужьям. Делайте, что хотите, - смирился, наконец, он, - только помните, что я вас предупреждал. Жду в гостиной, - и удалился.
Эдна тоже недолго просидела на кухне, сославшись на последние приготовления перед прогулкой, и ушла к себе. Оставшись наедине с Лидией, не смогла промолчать:
- Это вообще нормальное поведение для тети?..
На что девушка лишь загадочно улыбнулась. Поднимаясь к себе, потянулась мысленно к Дориану. Ты сейчас мне нужен, милый. И от него тотчас же пришел ответ. Он присылал волну успокоения и радости оттого, что теперь может чувствовать нас с малышкой. Переживал, что пока не в силах быть рядом...
Проходя мимо тетиной комнаты, увидела открытую дверь и решила зайти. Эдна как раз убирала в небольшую сумку через плечо отрез ткани насыщенно-синего цвета.
- Может пригодиться, - просто сказала тетя, и я не стала устраивать допрос, решив, что все и так станет понятным в храме...
Спускались уже вместе под аккомпанемент легкого рычания Барса, на который тетя предпочла благополучно закрыть глаза. Чтобы не нагнетать обстановку, пару не разбили, предоставив ирбису компанию разговорчивой Лидии. И, надо сказать, девушке отвлечь сердитого блондина вполне удалось. По крайней мере, вскоре сзади раздался вполне доброжелательный обмен мнениями, в который мы не вслушивались, ведя собственную беседу. Судя по всему, Барс получал от молодой сирены интересующую его информацию, попутно выплескивая агрессию. И это несмотря на подозрительные взгляды, бросаемые встречающимися по пути сиренами на уверенно шагающего оборотня.
- Уже делят... - тяжело вздохнула Эдна, а сзади раздался понимающий смешок Барса, отчего щеки тети полыхнули жаром. Надо же... - Я смотрю, мелкая дополнительной защитой обзавелась, - заметила, спешно переводя тему разговора.
Он вообще была вся сосредоточена и напряжена, и мне оставалось только догадываться, чем для нее может обернуться встреча на территории Верховной Жрицы. Что такого могла сотворить Кале, что Эдна практически отреклась от посещения Храма Крылатой Богини? Я ни в коем случае не защищала ящерицу - произведенное первое впечатление до сих пор холодило кожу, стоило вспомнить пронзительный безэмоциональный взгляд - но хотелось хоть немного обезопаситься против возможных нападок с ее стороны.
- Да, папа постарался, - согласилась, мимолетно улыбнувшись и вспоминая реакцию Дориана на новость о дочке.
- Это один из бонусов кровной связи, я так понимаю? - хмыкнула Эдна, и я кивнула, понимая, что разговором она пытается отвлечься от неумолимо приближающейся встречи, поскольку шпили храма показались из-за деревьев, окутанных дымкой.
Туман стал сгущаться, и Барс втянул в себя воздух, внезапно закашлявшись. Мы обернулись на него, но мужчина только махнул рукой, призывая продолжать путь. И вскоре мы оказались у входа в храм, где путь преградили две мощные сирены, очевидно, охранявшие святыню:
- Мужчинам нельзя! - я тяжело вздохнула, Эдна чертыхнулась, надеясь, видимо, на то, что пройти все же удастся.
А Барс, оглядев двух стражниц плотоядным взглядом, благословил:
- Да ладно вам...у меня тут такая вкусная компания намечается! - потом бросил на нас предупреждающий взгляд, и мы отправились к Верховной ящерице поредевшим составом.
Эдна уверенно вела нас с Лидией по многочисленным извилистым коридорам. Я, лишь однажды побывавшая в храме, уже ничего не помнила, чувствуя себя слепым котенком посреди одной большой и постепенно захлопывающейся ловушки. Чувство неправильности не покидало, и я даже переключилась на истинное зрение, попутно убедившись, что малышке потраченная энергия не принесет вреда.
Когда Лидия успокаивающе взяла за руку, я подумала, что страх способен ощущаться на расстоянии. И постаралась взять себя в руки, тем более, что впереди тьма начала рассеиваться, а передвигаться сопровождающие меня сирены стали заметно тише. Последовав примеру, уверенно шагнула в полоску света, исходившего из боковой залы.
Единственным освещением здесь был огонь от очага, разожженного в другом конце помещения. Сирен не было, лишь одинокая фигура сирены рядом с источником огня отбрасывала тень на на каменный пол залы. Присмотревшись, опознала в ней Кале, склоненную в молельном жесте к пламени. И как только не боится обжечься, мелькнула мысль, в то время как жрица, очевидно, почувствовавшая наше присутствие, поднялась с колен и, обернувшись, произнесла:
- Вот мы и встретились, женщины из рода Брок.
И раздавшееся эхо придало реплике какой-то зловещий оттенок, на что, однако, не повелись ни Эдна, ни Лидия. Тетя, загораживавшая меня, сделала уверенный шаг вперед и хорошо поставленным голосом произнесла:
- Мы пришли, чтобы засвидетельствовать в источнике отказ от Зова.
Я знала, что сейчас должно произойти. Над рукой Верховной материализуется переливающийся серебристый шар, и она назначит день, когда должно будет произойти отречение. Но все оказалось совсем не так, как мы предполагали...
Кале захохотала, и ее противный каркающий смех наполнил залу. Эдна напряглась, а Лидия инстинктивно оттеснила меня к выходу. Но вместо нападения, которое, почему-то, пришло в голову нам троим, бледная ящерица, прекратив смеяться, обратила на тетю ледяной прозрачный взгляд, насмешливо произнеся:
- Тебе не стыдно, Эдна, после того, что произошло с твоей попыткой сбежать с облаков, приходить и снова просить о подобной процедуре?
- Ты забываешься, Верховная... - процедила Эдна, и в ее голосе появились стальные нотки, что несказанно удивило меня.
Какое право имела она так разговаривать с главной сиреной?.. Однако Кале не дала закончить мысль, а в ее ладони начал образовываться ритуальный шар, и следующее высказывание злобной ящерицы не заставило себя ждать:
- Хорошо! Так и быть, Эдна! Я готова прямо здесь и сейчас предоставить тебе право отказаться от Зова Маггелановых Облаков! Но ты же знаешь правила, - на губах Кале появилась змеиная улыбка, - ты не должна делать это в одиночестве. Кто согласится принять твою клятву в пожизненной верности, сирена из рода Брок?
И вот тут я не сдержала потрясенного вздоха, откуда-то сбоку Лидия судорожно вцепилась мне в руку, а Эдна всхлипнула, не в силах противостоять обрушившейся на нас новости...
Потому что это было подло! Кале отлично понимала, что Эдна просила не ради себя, выступая в качестве старшего представителя рода, и, тем не менее, не смогла удержаться от соблазна, поставив тетю в те же условия, что и много лет назад. Только вот теперь даже намека не было на человека, согласившегося разделить отныне и навсегда судьбу сирены. Не выдержав, мы с Лидией синхронно обступили Эдну с обеих сторон и обняли, не позволяя встречать участь одиночества лицом к лицу с подлой Верховной Жрицей. Потому что после зажжения ритуального шара и произнесенных слов отказаться было уже невозможно. И, чувствуя малейшее подрагивание тети, я дала себе слово, что не позволю сломать ее еще раз и во что бы то ни стало найду способ забрать с Облаков. Что это за религия, если от слова одной, причем не самой достойной ее представительницы вполне возможно заставить страдать?
С той стороны, откуда мы пришли, раздался женский крик, и наша троица спешно обернулась на его звук. В тускло брезжащем свете коридора послышались спешно приближающиеся шаги...
А потом нашему взору представилась невозможная картина: в арочном проеме возникла сильная туша Барса, находящегося во второй ипостаси, который, завидев догоняющих его стражниц, утробно зарычал, предупреждая о нападении в том случае, если его не захотят пропустить. Тело Эдны дрогнуло под моими руками, и с я все возрастающим изумлением стала наблюдать, как она выхватывает из сумки тот самый обрез ткани, что захватила из дома, и бежит навстречу ирбису, которого не решились провожать, завидев Верховную. Тетя тем временем набрасывает полотно на серебристого кота и отходит на несколько шагов, чтобы вскоре очутиться рядом с полуголым мужчиной, спешно затягивающим на талии узел.
Так вот зачем она с утра устроила показательные выступления в столовой! Эдна намеренно провоцировала Барса, зная, что не до конца раскрытая информация о ритуале отречения вкупе с грозящей мне опасностью подстегнут его в нужное время примчаться в храм и помочь нам. Только вот сейчас он немного опоздал. Решающие слова уже были произнесены Верховной, а на ее руке все также блистал переливающийся шар, отражаясь в прозрачных глазах, которые сейчас метали молнии:
- Мужчина! В храме Богини! Да еще и оборотень! Позор!
- Успокойтесь, мамаша, - примирительно заявил Барс, не удержавшись от колкости. - И уж точно я не первый метаморф, который здесь когда-либо появлялся, поверьте, на обоняние и слух я еще не жалуюсь.
После подобной наглости Кале задохнулась от гнева, но, вовремя спохватившись, поскольку не имела права разрушать находившийся в руках шар, перевела дыхание и гневно спросила:
- На каком основании ты заявился в Храм Крылатой Богини?!
Барс спокойно выдержал ее убийственный взгляд и уверенно заявил:
- Я готов принять клятву верности Эдны Брок.
В тишине, последовавшей вслед за словами Барса, явственно прозвучал болезненный стон Эдны. Я вообще не могла что-либо сказать, Лидия шумно выдохнула. На лице Верховной выступила злорадная усмешка:
- Ты уверен, метаморф? Клятва верности означает то, что твоей партнершей до конца и без того не слишком короткой жизни станет эта сирена.
- Ой, да бросьте, тетенька, - отмахнулся от нее ирбис, усиливая гнев ящерицы. - Я не первый день на свете живу. И уж некоторые ваши ритуалы и за пределами облаков известны, поверьте.
- Сирена не сможет от тебя отказаться, - предостерегла Кале, но блондин резко ее остановил:
- Вы так и будете чинить препятствия к отречению Эдны или, может, продолжим в более располагающей обстановке?
- Оденься, метаморф! - брезгливо поморщилась Кале, а я была готова спорить, что за мгновение до этого, когда Барс отвлекался на всхлип Эдны, она жадно разглядывала свободное от ткани тело!
- Меня вполне устраивает вид Барса, - наконец подала голос тетя, и ирбис приблизился к ней, ободряюще обхватывая за плечи.
Эдна дернулась от неосознанного проявления ласки со стороны блондина. На ней лица не было, и я понимала, что тетя держится из последних сил, потрясенная одновременно и подлостью со стороны Кале, и поступком Барса. Но, даже зная характер старшей представительницы рода Брок, я сейчас не взялась бы судить о том, как впоследствии поведет себя Эдна, осмысливая готовность Барса принять ее клятву.
Не обратив внимания на нервозность теперь уже невесты, ирбис обнял девушку сильнее, возвращая внимание к ящерице.
- Следуйте за мной, - чуть слышно проговорила Верховная, покидая помещение с отсветами пламени по стенам.
Барс, поддерживающий Эдну, направился следом. Мы с Лидией, решив быть молчаливыми свидетелями, решили последовать его примеру.
Соседнее с тем, откуда мы только что переместились, помещение было гораздо меньше по размеру, и я узнала его. Это была именно та купальня с водами источника, в которой каждая сирена проходила свое последнее посвящение. Только вот для обряда отречения требовалось зайти в воды по колено, чтобы на щиколотках появились ритуальные татуировки. Я видела у мамы и папы такие и как-то поинтересовалась, что они значат. На что мама только загадочно улыбнулась и сказала, что это очень долгая история, которая, как она надеется, произойдет и со мной.
А я смотрела в посеревшее лицо Эдны и понимала, что не хочу, чтобы у нас с Дорианом произошло подобное. Дело было не в том, что любовь нуждалась в проверке, а в том, как именно преподносилось самое главное в жизни молодой сирены событие. Ведь отречение от зова - это, по сути, не что иное, как заключение брака по традициям Крылатой Богини. И это светлое событие должно происходить под зорким контролем женщины, которая на чувства в принципе неспособна? Никогда! Никогда я на такое не подпишусь...
Эдна, тем временем освободившись от объятий Барса, подходит к кромке воды, делая судорожный вздох. Она боится повторения истории, но мне, находящейся от них на небольшом расстоянии, прекрасно виден блеск в глазах блондина, который трактуется однозначно: он пойдет до конца. Не знаю, что послужило тому причиной: зарождающиеся чувства к моей строптивой тете или просто забота об одной непутевой молодой сирене, - но я не испытываю ни капли сомнения по поводу того, что ритуал пройдет по всем правилам до конца. Хотя, пожалуй, помянув про правила, я немного погорячилась...
Сделав шаг вперед и опустившись на широкую ступеньку, погруженную в воды источника, Эдна начинает дрожать еще сильнее. Она по колено в воде и готова к произнесению клятвы верности. Но по щекам тети катятся слезы, и Барс, видя это, следует за ней в купель, чем вызывает недовольное шипение Кале:
- Ритуал нарушен! Как ты можешь следовать за сиреной раньше времени?!
И вновь негодующий выпад натолкнулся на спокойный взгляд Барса.
И вновь негодующий выпад натолкнулся на спокойный взгляд Барса.
- Если ритуал способен довести до нервной истерики, вам стоит начать думать о подобных правилах в прошедшем времени. Это явно недостаток развития цивилизации сирен. И я не позволю своей женщине проходить подобные испытания в одиночку.
Он особой интонацией выделил слова "своей женщине", так что даже Эдна впечатлилась, бросив в его сторону короткий недоверчивый взгляд, однако позволяя блондину обхватить себя за талию, к большому недовольству Верховной ящерицы.
Однако Кале все же решила сохранить лицо и невозмутимо продолжила:
- Будь по-вашему. Если Богиня не одобрит этого поступка, она не даст ритуалу завершиться. Эдна Брок, - голос жрицы обрел прежнюю твердость и невозмутимость, - искренне ли твое желание произнести клятву отречения Зову?
Тетя колеблется. Это видно по ее плотно сжатым губам и бледному лицу. Возможно, она даже никогда не задумывалась над тем, что в ближайшем будущем Барс станет ее гипотетическим мужем. А теперь, когда реальность обрушивается подобно ушату холодной воды, она боится. Наверное, если бы ритуал подразумевал наличие отрицательного ответа на первый вопрос, она бы, не задумываясь, произнесла его. Но это невозможно, и она просто молчит.
Рука Барса перемещается с талии Эдны выше, к шее, и отводит распущенные волосы, открывая доступ к уху. Метаморф выше на полголовы, ему приходится немного наклониться, чтобы произнесенные шепотом слова не стали достоянием общественности. И по мере того, как Барс сообщает женщине информацию не для чужих ушей, ее тело медленно расслабляется, а щеки начинают пылать огнем. Кажется, я понимаю, почему это стоило услышать только Эдне: это именно те слова, которые Дориан говорит мне наедине, чтобы я могла сохранить в своем сердце его истинное ко мне отношение. И в поведении Барса я сейчас отчетливо вижу восхищение несгибаемый характером Эдны и обещание быть рядом всю жизнь и ценить ее желания превыше собственных, если она только согласится.
А ирбис тем временем заканчивает, возвращая руку на исходную позицию, и в затянувшейся тишине раздается спокойный ответ Эдны:
- Искренне.
Вот так... Барс, похоже, не только защитник потомства, но еще и прирожденный психолог. Хотя я начинаю сомневаться, что он делает все это только из благородства. Очень уж непохожи его оберегающие объятия на одно лишь желание помочь страждущему. Тут, похоже, затесалось решение извечной проблемы метаморфов с поиском истинной половины... Удивительно, как быстро принял для себя подобный исход блондин, тем более что раньше явно гордился тем, как убегал от семейных уз. Может быть, прав тот, кто сказал, что браки заключаются на небесах, может быть, именно он оградил Эдну от роковой ошибки, чуть не совершенной пятьдесят лет назад. И именно он все это время берег для нее Барса...
Голос Кале продолжает, наполняя и без того прохладное пространство ледяной стужей:
- Метаморф, назови свое имя.
- Барс из рода Исцеляющихся Ирбисов.
- Готов ли ты, Барс из рода Исцеляющихся Ирбисов, принять в дар клятву отречения от Зова сирен Эдны Брок? - в интонации слышится насмешка в сочетании с недоверием, но я точно знаю, что последнюю битву за жизнь Эдны на Облаках жрица проиграла.
И в подтверждение моих мыслей раздается уверенное:
- Готов.
Рядом со мной раздается облегченный выдох Лидии, сама Эдна нервно вздрагивает во время слов будущего супруга, но Барс только крепче сжимает ее в объятиях, не позволяя страху занять главенствующее положение в мыслях. Глаза Кале медленно наполняются бешенством, такую неприкрытую ненависть у сирены я вижу впервые. Похоже, есть что-то такое, о чем я не догадываюсь, что Кале знает о моей тете. И это что-то было гарантом спокойствия ящерицы. А вместе с согласием Барса разлетелось на куски. Но мне не жаль Верховную. Я во все глаза смотрю, как вода в Источнике начинает потихоньку пузыриться...и это окончательно повергает Кале в шок. Потому что может означать только одно: Богиня принимает согласие метаморфа...
Лидия счастливо охает, и мы с ней держимся за руки в ожидании окончании процедуры. Жрице больше некуда деваться, и она продолжает обряд:
- Я готова принять слова твоей клятвы, сирена из рода Брок, - вместе с этим протягивая светящийся шар в руки тети.
Босоногая Эдна мучительно медленно отрывается от спасительного тепла объятий Барса, подхватывает сгусток энергии, разворачиваясь к мужчине и боясь посмотреть в глаза. Она-то готова произнести самую важную в жизни сирены клятву, но до сих пор не может поверить в то, что Барс повторит ее слово в слово чуть позже. Улыбаясь, блондин осторожно обхватывает кончиками пальцев подбородок Эдны и приподнимает так, чтобы их взгляды встретились. И ободряющая улыбка наконец-то вселяет в нее уверенность.
- Барс из рода Исцеляющих Ирбисов, - срывающимся шепотом произносит Эдна. - Заходя вместе с тобой в воды священного Источника Крылатой Богини, я отныне и навсегда отрекаюсь от Зова Облаков, вверяя тебе свои сердце, душу и жизнь до последнего дыхания. И если мои слова искренни, пусть Богиня благословит их заповедным браслетом, означающим нерушимость моей клятвы и любви к тебе...
Она умолкает, шумно выдохнув, потому что произнесла фразу целиком на одном дыхании, а в моем сердце разливается радость оттого, что тетя переступила через свои страхи и поверила в то, что счастье возможно.
- Барс из рода Исцеляющих Ирбисов, - в дело вновь вступает Кале, - я готова принять слова твоей клятвы.
И неважно, что ирбис их не знает. В его глазах я вижу такую уверенность, что невольно начинаю завидовать тете. В сознание спустя несколько мгновений врывается смех Дориана, по эмоциям которого я понимаю, что все это время меня нагло прослушивали, и начинаю сердиться. Ответная волна успокоения сглаживает впечатления от самовольного доступа в мою голову, и Ди вместе со смехом передает обещание незабываемой свадьбы. Я ему безоговорочно верю, улыбаясь своим мыслям и возвращаясь в настоящее.
- Эдна из рода Брок, - Барс ласково проводит рукой по лицу тети и улыбается, а потом, будто почувствовав, что от него требуется, кладет обе руки поверх шара, - я принимаю слова твоей клятвы и обещаю любить и почитать тебя отныне и навсегда, вверяя тебе свои душу, сердце и жизнь до последнего дыхания. И если мои слова искренни, пусть Крылатая Богиня благословит их заповедным браслетом, означающим нерушимость моих обещаний и любви к тебе.
Последний этап сомнений пройден. Тетя потрясенно смотрит в глаза теперь уже мужа и видит только неприкрытое восхищение. Это настолько выбивает ее из колеи, что она не сразу понимает, отчего вдруг хмурится Барс. А я вижу, как вода в Источнике начинает бурлить сильнее, окрашиваясь из серебристого в бледно-золотой цвет, чтобы нанести ритуальные татуировки на щиколотках. Шар рассеивается между сдерживающих его рук, впитываясь в тела ирбиса и сирены. От неожиданности Эдна начинает шипеть, ощущая болевой шок, и Барс, привлекая ее к себе, обнимает лицо жены руками и целует, заглушая звуки и забирая - я почти физически чувствую это - боль от появления символов союза. Со стороны наблюдая слившихся в единое целое ирбиса и тетю, я почему-то испытываю неконтролируемую волну смущения. Будто смотрю на нас с Дорианом со стороны. Понимая, что такое не должно происходить при свидетелях, поскольку это уже личное дело молодоженов. И все равно не могу оторваться от чудесного зрелища.
Красоту момента нарушает ледяной голос Верховной Жрицы:
- Богиня принимает ваши клятвы. Отныне Эдна Брок неспособна слышать Зов Облаков и вольна поступать так, как велит ей сердце. Ее жизнь и свобода целиком и полностью в руках Барса из рода Исцеляющих Ирбисов. Да осветит Звезда Маггелана вашу семейную жизнь, - но презрительное отношение, сквозящее во всем, что позволяет себе жрица, портит красоту момента, и я понимаю, что сейчас самое время удалиться.
Вопрос с моим отречением потерпит, тем более что процедура совсем не вдохновила, да и Эдне после появления знаков на теле необходимо отдохнуть. Мельком взглянув на стоящих в воде супругов, делаю знак Барсу, что пора выводить тетю отсюда. Он прикрывает глаза, соглашаясь, и, поддерживая жену под руку, осторожно ведет к кромке воды. Вижу щиколотки - ей пришлось хуже, чем Барсу, у того-то, в отличие от сирен, регенерация кожи отличная и вскоре шрамиков почти не будет видно - на них сплошной кровавой лентой выжжена татуировка. Заживать будет долго... У тети для такого процесса слишком нежная кожа. Не хочу, чтобы другие проходили через это! Не хочу сама такого же испытания, хотя оно и выглядит намного проще, чем тот же последний этап посвящения, от которого месяц саднит спину...
- Постой, дитя, - раздается мне в спину уверенный голос Кале. - Мы с тобой еще не закончили.
Я переглядываюсь с Эдной, понимаю, что разлучить нас и было изначальной затеей Кале, однако тетя качает головой, как бы говоря, что ничего у ящерицы не выйдет. Она шепчет Барсу:
- Останься с Ариной, мы будем ждать дома... - поскольку понимает, что сама уже находиться в храме не в состоянии, да и Кале явно намекнула, что аудиенция старшей из рода Брок окончена, поэтому оставляет рядом со мной оборотня, которому в идеале теперь может вверить свою жизнь.
Барс колеблется несколько долгих мгновений, но потом встречается с Эдной взглядом и нехотя соглашается. Тем более что обещал Кисе меня защищать... Передав руку жены в надежные объятия Лидии, возвращается ко мне, и мы уже вместе наблюдаем, как покидают небольшое помещение с водами источника две сирены.
- Я правильно поняла, что изначально отречение было необходимо тебе? - сухо интересуется Эдна, и мне не остается ничего другого, как просто кивнуть в ответ. - Заня-а-тно... - она складывает руки на груди и испытующе смотрит на нас с Барсом. - Интересно, а это как-то связано с тем, что сегодня с утра на границе появился пассажирский крейсер с делегацией драконов на борту во главе с самим Дорианом Детри, выдвинувший предложение о заключении сотрудничества? - несмотря на прищуренные глаза и полную уверенность, что событие заинтересует, я пытаюсь не подать вида, как сильно новость меня задевает.
Дориан! Дориан совсем близко и ожидает ответа от главной сирены Облаков! А раз она так быстро выкладывает новость, значит, еще не определилась с ответом... Радость в душе отзывается ответными эмоциями Ди, и я пытаюсь успокоиться, потому что сейчас самое важное - не дать преимущества скользкой Верховной Жрице:
- Вполне может быть, - отвечаю в ее манере, чуть склонив голову набок и смотря на нее с легким налетом задумчивости. - А что конкретно вас интересует?
- Кто отец твоего ребенка? - напрямую спрашивает Кале, и мне кажется, что спектакля с Эдной ей достаточно и теперь она решает играть по правилам. Хотя...какие правила могут быть у ящерицы?
Сзади дарит успокаивающее объятие Барс, но теперь он дядя и ему можно, хотя сейчас я бы предпочла видеть рядом только Дориана. Никогда не умела плести интриги, и надежное плечо любимого было бы лучшим подспорьем.
- Дракон, - отвечаю чистую правду, и предположение Кале - а я по глазам вижу, что она это явно подозревала - оборачивается правдой и одновременно шоком для жрицы.
Драконы и сирены - извечные враги. Женщины, когда-то не пожелавшие признать сильнейшей во Вселенной расы. Мужчины, обидевшиеся на непокорность. Древний конфликт... конец которому может положить наш с Дором союз!
- И ради тебя он притащил сюда Призрачного? - скептически замечает Верховная, и меня начинают раздражать ее каверзные вопросы, но тут на помощь приходит Барс:
- Вам ли не знать, насколько напряженные отношения сложились в свое время между драконами и сиренами? Я думаю, ситуация с Ариной это еще и повод, чтобы наконец прекратить давнюю вражду не пойми из-за чего.
- Драконов не так много, - философски изрекла ящерица. - И мы больше не беззащитные певуньи Вселенной. Арина, - она кивнула в мою сторону, - не показывала, что может ее паутина? Поверьте, за несколько минут одна сирена может выкачать энергию из всех собравшихся по ее душу драконов.
- Это доступно только двум нашим семьям, - покопавшись в памяти, возразила я ей, - а Броки не пойдут против драконов. Может, вражда выгодна вам по какой-либо причине? - прищурившись, добавила, глядя на Кале.
- Да и уверены ли вы, что за эти несколько минут вашу сирену не обездвижит один Призрачный дракон? - добавил Барс. - Все-таки, вы зря недооцениваете их численность и силы.
- Вы навели меня на некоторые мысли, - проговорила Кале, глядя куда-то мимо нас. - Но пока я не готова пропустить драконов во владения Крылатой Богини.
В свои владения, так и скажи, подумалось мне, а Верховная тем временем продолжила:
- Я думаю, с твоим ненаглядным не случится ничего, если я дам вам время хорошенько взвесить все "за" и "против" союза сирены и дракона. Даже несмотря на то, что ты и правда его истинная, раз беременна от него. Трех дней, я надеюсь, вам хватит? - спросила Кале, а мне захотелось стукнуть ее чем-нибудь тяжелым - она явно что-то недоговаривала, и три дня просто были передышкой для нее.
Но я только кивнула, и наша встреча с ящерицей завершилась, так и не начавшись, пожалуй. Покидая обитель главной сирены, испытывала поистине непередаваемое ощущение. Попыталась передать Дориану эмоции от встречи с Кале, но он и сам уже все понял и только прислал в ответ надежду на то, что нам удастся встретиться во сне. Горячо пообещав исполнить задуманное, я внезапно обнаружила, что Барс, странно принюхавшись и потянув за руку, предварительно поднеся палец ко рту и призывая к молчанию, ведет меня в сторону, противоположную выходу, в самую глубину храма.
Понаблюдав некоторое время за его действиями, осторожно заметила:
- Если ты ориентируешься по нюху, то он сейчас тебя обманывает с точностью до наоборот: выход совсем в другой части.
Барс на это только зыркнул на меня, постараясь отвечать как можно спокойнее:
- Я удивляюсь, как Детри до сих пор не придушил тебя за остроумие?
- Быстро сматываюсь? - намекнула на свой обычный способ решения проблем с Дорианом, получив в ответ хмык ирбиса и волну смеха от Ди. Но теперь он знал точно, что бегать я больше не собиралась.
- Скажи мне лучше, радость моя длинноволосая, - тем временем прошептал Барс. - Тебе ничего странного в воздухе не привиделось?
- Да нет, вроде, - подумав, ответила я.
- Галлюцинации, видения счастливого прошлого? - продолжал нагнетать атмосферу Барс. - Или будущего?
- Ты к чему ведешь? - спросила я уже нормальным голосом, когда мы отошли на достаточное расстояние, чтобы нас не могла услышать Кале.
- К тому, что тебе стоит принюхаться, дорогая. - А потом вообще зажать нос и сломя голову нестись прочь от храма, а еще лучше - вообще с этой чертовой наркоманской планеты, где все вдыхают не пойми что круглосуточно.
- То есть? - мои глаза, наверное, стали напоминать блюдца.
- Запах жженой травы, Арина! - не выдержал Барс. - Это наркотики из семейства конопляных. И тут этот запах настолько устоявшийся, что я трачу огромные силы на то, чтобы ингибировать его попадание в кровь.
- Наркотики? - опешила я. - У сирен? Откуда?!
- О, это-то, как раз, очень просто, моя дорогая, - ответил Барс. - Потому что конопля растет только на Земле!
- Но откуда здесь появиться растению с Земли? - не поняла я логической цепочки.
- Арина, ты иногда меня поражаешь своей наивностью! - воскликнул Барс. - Я же не зря сказал, что я не первый метаморф в этом храме... А теперь напряги память и подумай, как связаны Земля и метаморфы, - но, натолкнувшись на мой непонимающий взгляд, сказал:
- Землю населяет чертова куча оборотней, Арин, и не зря сэр Корвин так отчаянно организовывает сопротивление по всей планете. Я больше чем уверен, что твои сирены просто-напросто спелись с остатками агрессивно-настроенных метаморфов в стремлении досадить драконам. Нам нужно отсюда уходить. И под словом уходить я имею в виду не храм богини, а планету в целом.
- Но я сейчас не смогу этого сделать, - удрученно заметила. - Во-первых, потому что границы закрыты, во-вторых - я просто не смогу телепортироваться на большое расстояние, как меня зовом понесет обратно...
- Значит ты рискуешь стать таким же овощем, как и все сирены вокруг, во главе с вашей главной... - хмуро смотрит на меня Барс, а я начинаю лихорадочно соображать.
- Почему же тогда и Эдна, и я, и Лидия не чувствуем этого?
- Тебя может защищать драконья кровь, - Барс на мгновение останавливается, оценивая обстановку, поскольку мы оказываемся на развилке коридоров, потом уверенно шагает в сторону левого. - А Эдна и Лидия не так близко к храму живут, чтобы успеть насытить кровь парами. Хотя, конечно, у меня есть подозрение на врожденный иммунитет... Что находится за этой дверью?
- Зал с источником, - шепчу я, уже понимая, к чему клонит Барс.
- Запах исходит оттуда. Пошли - проверим, - он уверенно хватается за ручку и открывает дверь, заходя первым и предупреждая меня держаться на расстоянии.
Наш источник мало чем отличается от драконьего. Тот же столб серебристого пламени, уходящий в непроглядный темный потолок. Но что-то в виде нашего меня неуловимо напрягает, и Барс тоже понимает это. Он подходит почти к самому центру зала, из которого бьет струя света, и показывает мне на лежащий посреди источника большой пакет.
- Там находится наркотик, - кивает в сторону инородной субстанции Барс. - Его можно как-нибудь вытащить?
- Нет, - отвечаю я. - Обычная сирена не может сливаться с источником.
- Тогда кто мог сотворить такое с вашей святыней?
- Только Верховная Жрица, - в ужасе отвечаю я.
Домой возвращались в молчании. Мне было тяжело принять факт предательства Кале, хотя я ни минуты не сомневалась в том, что Верховная Жрица вполне способна на это. Взять хотя бы ее желание выдать Эдну замуж повторно с той лишь целью, чтобы опозорить и оставить насильно на Облаках, но чтобы вот так...чтобы вокруг храма подавлять волю сирен! Это было уже немыслимо.
Когда вышли из храма, начало потихоньку вечереть. Неужели так быстро прошел день? Хотя с этой постоянной дымкой на Облаках вообще тяжело определить, какое сейчас время суток. Барс был молчалив и сосредоточен, мне не хотелось отрывать его от мыслей. Наконец он встрепенулся и обратился ко мне:
- Давай пока не будем гнать лошадей и посмотрим, что предпримет Кале в дальнейшем. Мне кажется, она не зря дала тебе три дня на размышление. У нее самой на это время намечены какие-то дела. Не приближайся к храму ни под каким предлогом. И Эдну не пускай. Я постараюсь разведать получше, что творится вокруг. Куда смотрит ваша Крылатая Богиня? - риторический вопрос повис в воздухе.
- Иногда она предпочитает закрыть глаза на происходящее, оставив все, как есть, и позволяя нам самим решать проблемы, - пожала плечами я. - Один из уроков взросления. Ты уверен, что тебе стоит появляться рядом со стенами храма? У нас не водятся такие снежные кисы, как ты, - озорно улыбнулась, вызывая смешок ирбиса.
- Разберемся. В вашем тумане черт ногу сломит, не то что метаморф затеряется, - заметил он. - Так что сейчас спокойно и не вызывая подозрений идем домой, а завтра начинаем постигать великие тайны сирен.
- Брачная ночь со всеми вытекающими? - невозмутимо интересуюсь я, но вместо привычной колкости в ответ слышу только тяжелый вздох Барса:
- Боюсь, все будет несколько иначе, чем мне представлялось...но на всякий случай не подходи близко к комнате Эдны во избежание попадания различных предметов в голову и другие части тела, - уже веселее добавляет он, подмигивая.
Что именно имел в виду Барс, становится понятно, когда мы подходим к дому. Потому что изнутри, сквозь распахнутые настежь окна, доносится шум, по звуку хорошо напоминающий...передвижение мебели.
- Осторожно! - предупреждает мужчина, когда мы подходим слишком близко, и отодвигает меня с траектории полета небольшого стула, выброшенного из окна.
- Ну прямо как в Италии на Новый Год, - мечтательно произносит блондин, замирая у входа в дом, а я непонимающе смотрю на него во все глаза:
- Это что такое сейчас было?
- Оу...стул из комнаты, которую мне выделила Эдна...а это уже стол. Бесподобная женщина! - восхищенно добавляет ирбис, когда очередной предмет мебели оказывается на земле и разбивается на составляющие с грохотом.
- Я поняла, что это мебель пролетала! - не выдержав, обрываю его. - Скажи мне, почему эту мебель из окна выкидывает Эдна, когда должна бы, по-хорошему, валяться в постели и заживлять раны от татуировок?!
- Так у нее осознанка наступила, - Барс загадочно улыбается. - Поняла, что теперь замужняя женщина и должна во всем советоваться с супругом.
- Вот блин, - только и смогла сказать я, а ирбис тем временем уверенно открывает дверь и заходит первым:
- По той же самой причине, что и в храме, - бросает через плечо он.
Шум наверху подозрительно затихает. Потом раздаются торопливые шаги по лестнице, и в пролете между этажами показывается всклокоченная Эдна, глаза которой метают молнии:
- Ты! Ты...
- У тебя нет слов, чтобы описать свое счастье? - невозмутимо вставляет Барс, глядя на новоиспеченную жену с улыбкой.
Эдна начинает дышать подобно дракону и молнией слетает с лестницы, застывая перед блондином:
- Зачем ты это сделал?! Зачем ты...
- Спас тебя от участи еще пятьдесят лет быть заточенной на планете, которую ты тихо ненавидишь? - спокойно спрашивает ирбис, и Эдна ошеломленно застывает. - Или может быть, ты интересуешься тем, зачем я остановил издевательство, которое с таким смаком затеяла ваша Верховная? Может, вместо этого лучше расскажешь мне причину того, почему между вами пробежала черная кошка?
Эдна упорно молчит, и Барс использует запрещенный прием:
- Хотя-а-а, ты знаешь, что? После спектакля, что мы с Ариной застали на улице, я просто влюблен в твой горячий темперамент, и ты от меня так просто не отделаешься... Представляешь, какие будут дети: твой характер, моя неотразимость!..
Эдна краснеет. Сначала от стыда и осознания того, что момент ее слабости и гнева удалось застать кому-то другому. Потом от гнева, и я с каким-то странным облегчением понимаю, что рада, что в ее руках сейчас нет ножки от сломанного в порыве агрессии стула, потому что в следующее мгновение тетя с размаху бросается на Барса, и...ее маневр позорно перехватывают. Точнее, перехватывают-то, как раз, саму тетю, не давая ей совершить маневра. А потом позорно перекидывают через плечо, отчего Эдна начинает верещать и называть блондина всеми имеющимися в распоряжении ругательствами, но в ответ слышит только раскатистый хохот, сопровождаемый словами, адресованными явно мне:
- Помни, о чем мы говорили! - и уже тете:
- Милая, да не трепыхайся так, я боюсь ненароком задеть твои раны!
Забудешь тут, как же... И я сосредотачиваю внимание на Лидии, еле успевшей увернуться от очередного "маневра" Эдны у Барса на спине, когда та спускается навстречу голубкам. Она в каком-то немом восторге и восхищении смотрит на блондина, на секунду выпадает из реальности, потом, когда процессия минует ее, смотрит на меня непонимающе, но я с улыбкой маню ее к себе, после чего указываю на кухню:
- А на первом этаже есть свободные комнаты?
- Да, конечно, а в чем дело? - не понимает Лидия.
- А наверх мы сегодня не идем, - подмигиваю ей, и еще минут двадцать мы наслаждаемся выкриками Эдны сверху и абсолютным молчанием в ответ ирбиса.
Затем наступает молчание - то ли Эдна переводит дух, то ли просто устала - и раздается спокойный голос Барса. Мы сидим на кухне, не предпринимая никаких действий, пока вдруг голову Лидии не посещает светлая мысль:
- Может, поужинаем уже?
Радостно киваю, потому что за всеми событиями совершенно забыла о единственном на сегодня приеме пищи. Пока мы с Лидией накрываем на стол, наверху все утихомиривается, и мы облегченно вздыхаем и начинаем есть.
- Вот тебе и брачная ночь, - усмехается Лидия. - Но надо отдать Барсу должное: он неплохо разбирается в женской психологии.
- Ты знаешь, - вспоминая недавние события, говорю я, - Барс целитель по призванию, и лучше всего у него получается вытаскивать с того света матерей и младенцев, он очень ценный оборотень на фоне всех остальных, не зря его род называется Исцеляющим. Мне кажется, он по долгу службы часто соприкасался с женской психологией, поэтому и знает, как и когда стоит общаться с представительницами нашей братии. К тому же, он божественно поет, - да, стоит только подумать - и перед глазами всплывает наше совместное выступление, - а дамы так падки на сладкоголосых исполнителей.
- И только одна Эдна не желает признать, что в кои-то веки ей наконец понравился мужчина, - вздыхает Лидия.
- Я тоже бегала от Дориана, пока не поняла, что вместе намного лучше, чем порознь...
- Ну что ж, странным людям - странные свадьбы, - улыбается Лидия.
Мне приходится согласиться с ней:
- Да, я тоже как-то по-другому себе это представляла...
- Ну, тебе-то осталось только формальность соблюсти, - улыбаясь, отвечает Лидия.
Лицо заливает краска, поэтому просто киваю в ответ. Меня охватывает ностальгия, и хочется опять вернуться в домик на Земле. Или квартиру Ди. И поужинать там. Или просто посидеть рядом. Дориан, я соскучилась... От любимого мужчины приходит в ответ обещание встречи во сне, и я вскакиваю со стула, извиняясь перед собеседницей и получая только хитрую улыбку в ответ и предложение занять одну из свободных комнат, после чего меня провожают до нужной двери и желают спокойной ночи. Мгновенно раздеваюсь, принимаю душ и забираюсь в теплую постель, напоследок проверяя, что с малышкой все в порядке, чтобы почти сразу забыться в предвкушающем сне.
Легкий ветерок обдувает волосы, а кожа чувствует теплые лучи заходящего Солнца. Да, это мягкое поглаживание я ни с чем другим не спутаю: такое воздействие оказывает только желтая звезда. Я на Земле, а ласковые объятия, в которых я нахожусь, точно-точно принадлежат Дориану, потому что ветерок в волосах - не иначе, как дело рук Призрачного дракона. И я лениво улыбаюсь, зарываясь лицом в складки рубашки на его груди, чтобы в полную силу легких вдохнуть аромат хвои и солнца.
- Девочка моя, - шепчет Дор, и вскоре макушка получает его легкий поцелуй.
Мы с ним на крыше дома, где находится убежище Ди-Андрея. Сидим на той самой скамейке, где впервые обнялись. Я на коленях у Дориана и чувствую его ласковые поглаживания по спине. Соскучилась, как же я по тебе соскучилась и как корю себя за то, что сбежала в последний раз из теплых объятий, чтобы собственноручно запереться на Облаках!..
- Тихо-тихо, - успокаивает он меня, когда я потихоньку начинаю всхлипывать, - теперь мы со всем справимся, Аринка. Я тебе обещаю. Как только пробьемся сквозь щит Облаков, я сразу же заберу тебя. Сирены не пара тебе, они должны жить сами по себе.
- Ди, там такое творится, у меня волосы на голове шевелятся, - наконец отрываюсь от него, поднимаю голову и смотрю в невозможные аквамариновые глаза, сейчас излучающие неподдельную тревогу, и рассказываю все, что успела узнать за день, как на духу.
Дориан молча выслушивает и только качает головой, когда я говорю о самых страшных событиях. Новость о возможных следах оборотней с Земли не на шутку тревожит его, и он только повторяет слова Барса о том, чтобы я не совалась к храму.
- Насчет контрабандных поставок я поговорю с правительством планеты, - сообщает он, и я снова прижимаюсь к нему, слушая учащенное биение сердца.
Понимаю, что волнуется и переживает за нас с малышкой, но как же здорово чувствовать это беспокойство. И как же хочется поскорее оказаться рядом с ним.
- Аринка, я не хочу, чтобы ты ради отречения проходила эту ужасную процедуру, - внезапно Дор обхватывает мое лицо ладонями и приближает к себе. - До сих пор не могу забыть шрамы на твоей спине, хоть ты и говоришь, что они быстро зажили...не могу заставить тебя пройти через это снова! Я лучше останусь с тобой на Облаках до конца жизни.
Я только смеюсь в ответ на невинное замечание, однако в душе все поет от осознания того, что мой дракон пойдет за мной и в огонь, и в воду. И в эту минуту внутри ломается какая-то преграда, не дающая мне ощущать радость от пребывания рядом с Ди в полную силу.
Я смотрю в любимые глаза и уверенно произношу:
- Ди, мне не нужны никакие клятвы для Источника, чтобы понять, что я хочу быть только с тобой... Это истинное желание сердца, и никакой зов никогда не сможет заглушить его.
С минуту мой мужчина задумчиво и пристально рассматривает меня, словно решает в уме сложную математическую задачу, потом во взгляде появляются настороженность и опаска, но, тем не менее, он произносит фразу, которая становится для меня решающей:
- Ты готова стать истинной половиной дракона?
Настает моя пора удивленно уставиться на него:
- А разве мы не...уже? - нужные слова подобрать непросто, но Дориан понимает, что я имею в виду, а потому смотрит с укоризной:
- Арина...для этого нужно соединить сознания, тела и согласиться на одно сердце на двоих. Первое с нами сделали родители, когда устроили кровную помолвку...
- Доказательством второго является наше маленькое чудо, - продолжаю я, ощущая, как горячая ладонь Ди накрывает низ живота, и кладу свою поверх его.
- Ты согласна разделить сердце на двоих?
Вместо слов тянусь к его губам, получая долгожданный поцелуй, и лучшего ответа для Дориана сейчас не найти. Оторвавшись, зачарованно наблюдаю, как большой палец на его правой руке трансформируется в коготь, а затем любимый предупреждает:
- Будет больно. Не так, как при инициации, но потом заживет быстро, - после чего рассекает собственную левую ладонь вдоль линии жизни, вопросительно глядя на меня. Без слов протягиваю свою, морщась, когда Дориан повторяет процедуру, но молчу.
Опять это соединение крови, и, если первого я не помнила в силу нежного возраста, то сейчас вполне осознанно понимаю, что происходящее целиком и полностью является результатом общей доброй воли. Пока не началась регенерация, Дориан соединяет наши ладони, смешивая кровь, а в следующее мгновение их окутывает мягкое голубоватое сияние, и я ощущаю, как рассасывается ком в груди, поселившийся там со времени телепортации на Облака. Дориан облегченно вздыхает и произносит:
- Ты свободна от Зова, Арина. Я больше не чувствую связующей тебя с сиренами нити...
- А ты теперь признан нашим Источником, - удивленно замечаю я, проверив внутренние ощущения.
В ответ на непонимающий взгляд Дориана поясняю:
- Это значит, что ты сможешь беспрепятственно проникать на территорию сирен... Дориан, я не знаю, как это произошло, но тебе больше не страшен запрет Кале и тот щит, что опоясывает Облака!
Потрясение на лице Дориана сменяется задумчивостью, а потом наступает время хитрого выражения:
- Ты уверена?
- Абсолютно, - киваю я, доверчиво глядя в меняющие цвет с аквамаринового на ярко-зеленый глаза. - Дор...почему у тебя до сих пор радужка меняет цвет? Я думала, обретение истинной половины положит этому конец.
- Ох, Арина, - вымученно вздыхает он, - не о том ты сейчас думаешь, не о том! - с укоризной произносит Ди. - Но чтоб ты знала - с таким демоненком, как ты, спокойная жизнь с истинной половиной мне точно не грозит!
А я почему-то счастливо улыбаюсь в ответ на искреннее признание, а в следующий момент понимаю, что меня стремительно вытаскивает из сна...
Разливающееся по комнате сияние серебристого столба портала может означать только одно: Дориан действительно смог пробиться сквозь защиту, наложенную на Облака. Смотрю во все глаза, как заливающий комнату свет постепенно приобретает очертания до боли знакомой фигуры, а в следующее мгновение уже оказываюсь прижатой к постели телом любимого мужчины, который в перерывах между поцелуями жарко шепчет:
- Знал бы, что ритуал соединения сердца сможет наконец-то открыть путь к тебе, провел бы его еще вчера! Аринка... - а я обнимаю родное лицо и понимаю, что наконец-то сбылась самая заветная мечта.
И когда руки скользят по его телу, вспоминая, что это такое - чувствовать Ди рядом, на себе, в себе - душа рвется от счастья, принося, наконец, долгожданное ощущение покоя. Разум все еще отказывается верить в происходящее, а потому я долго не отпускаю его, обнимая всем телом, отчего Дор удовлетворенно рычит. И все равно на краю сознания бьется птицей мысль, что это ненадолго, что не навсегда и с приходом утра дымка сна обязательно развеется. И сердце на миг замирает от невыносимой тоски, а Дориан поднимает на меня осмысленный взгляд:
- Больше никогда, слышишь меня? Ни за что и никогда тебя не оставлю. Как бы ты ни пыталась убегать. Привяжу к себе десятком детей, если понадобится, - и, видя мое ошарашенное выражение лица, со смешком добавляет:
- Вот родишь Пенелопу, образумишься...и приступим к выполнению моего коварного плана! - и мне достается ласковый поцелуй в нос.
- Пенелопу? - недоумеваю я.
- Знаешь, дорогая, это у тебя тут кипели шпионские страсти, а у меня даже было время выбрать имя для дочери, - невозмутимо поясняет мой темноволосый мужчина.
- То есть, заняться тебе было особо нечем? - делаю совершенно нелогичный вывод.
- Почему же, - смеется Дор, - дел, как раз, было по горло. Просто любую свободную минуту думал о тебе.
- И чем же ты занимался? - не поддавшись на провокацию, решаю идти до конца в стремлении узнать о "делах" Дориана.
- Ох, недоверчивая моя сирена, - он целует меня в лоб, перемещаясь на спину и увлекая за собой, и оказаться прижатой к его груди кажется самым естественным состоянием. - Проверял связи Земли и Облаков, нашел несколько интересных фактов. Заручился, в случае чего, поддержкой нескольких планет Солнечной системы в случае возобновления конфликта с оборотнями - разрозненных враждебно настроенных по отношению к нам кланов все-таки еще слишком много. И еще...
- Что? - мне не понравилось затянувшееся молчание, так что даже приподнялась и глянула в сосредоточенное лицо Ди.
- Арина, я уже не мог и надеяться, но, кажется, поисковая экспедиция драконов обнаружила следы горгулий...
Это было самое необычное и чудесное утро из всех, которые когда-либо случались в моей жизни. Не веря до конца в произошедшее ночью, я до последнего не решалась открывать глаза: вдруг Ди мне привиделся и сейчас я очнусь в пустой постели? Однако воспоминания были до того яркими, а тепло тела рядом настолько реальным, что поневоле пришлось задвинуть страхи подальше и встретиться с реальностью.
...Он спал, повернувшись ко мне лицом, и самые короткие из темных растрепавшихся волос опустились на лицо и каждый раз весело подпрыгивали, стоило Ди сделать выдох. Я откинула с лица непослушные прядки и долго не могла налюбоваться видом спящего Дориана. Есть своя необъяснимая прелесть в том, чтобы засыпать и просыпаться рядом с тем, кого выбрало сердце и приняла душа. Что-то тонкое, плавное, рождающее бесконечную нежность оттого, что видишь перед собой беззащитность, казалось бы, сильного человека, готового ради тебя перевернуть с ног на голову всю Вселенную, только бы найти и никогда больше не отпускать. Ох, даже имя для дочери уже придумал, сумасбродный дракон! Хотя... Почему бы и нет? Пенелопа Детри, сирена с даром Призрачной...звучит! Проснется мой ненаглядный - скажу о том, что, так и быть, согласна отдать ему пальму первенства в битве за имя первенца. А потом это заявление о десяти малышах...нет, боюсь, моя психика такого не выдержит и сдастся на милость победителя после второго сына. А я была уверена, что после дочки детей женского пола у нас уже не предвидится. И то хорошо - все-таки, будет, кому покупать платьица!
От захлестнувшей сознание нежности не спрятаться, и руки сами тянутся к лицу Дориана, легкими касаниями обводя его контур. Дор шумно выдыхает, и у меня закрадывается подозрение, что сейчас непременно проснется, однако он только обхватывает меня свободной для передвижений рукой, притягивая ближе к себе, и я оказываюсь укутанной его запахом хвои и солнца. И голова сама собой начинает кружиться, мысли улетучиваются, оставляя лишь одно подсознательное желание - быть всегда рядом с ним. Интересно, это обряд вчера так подействовал или я наконец-то поняла, насколько для меня дорог лежащий рядом мужчина? Хотя он ведь сейчас лежит, зато когда проснется, будет крайне голодным, потому что вчерашний переход отнял много сил, которые потребуется восстановить. Поэтому, как бы ни хотелось остаться в тепле и уюте, собираю волю в кулак и тихонько, чтобы не потревожить целебный сон, выползаю из объятий Ди.
Наскоро приведя себя в порядок, спускаюсь на первый этаж. Внутреннее чутье подсказывает, несмотря на привычную дымку Облаков, что еще раннее утро и вряд ли кто-то появится на кухне. Перебираю в памяти то, что видела в списке готовых десертов Лидии, и прихожу к выводу, что у нас имеется несколько видов начинки для любимого утреннего блюда Дориана - блинов. Не знаю, как за месяц пребывания он сумел настолько четко сформировать вкусовые впечатления, но факт налицо, и я ему очень удивлялась, когда мы еще жили вместе. Самое удивительное, что на Облаках можно достать все требуемые составляющие для теста. Сельское хозяйство у них, что ли, так хорошо развито или это опять непонятные секретные поставки с других планет? Впрочем, об этом...я подумаю завтра. Да, "завтра будет новый день".
На кухню еле слышно проскальзывает Эдна, когда я вовсю готовлю загорелые лепешки. Заметив вороватый взгляд и тщательно просканировав внешний вид тети, делаю вывод, что брачная ночь таки удалась, и теперь состоявшаяся жена, почему-то крадучись, просто решила порадовать мужа завтраком в постель. Киваю на уже готовые блины, она мигом понимает, что от нее требуется, и тянется к холодильнику - там у нас хранятся (неужели Барс тоже это любит?!) несколько видов джемов, я же подогреваю мясную часть начинки и раскладываю по заранее приготовленным кругам зажарившегося теста. Так, в две руки, мы довольно быстро наполняем доверху большое блюдо. Завтрак готов, и тетя, поблагодарив меня, хватает со стены небольшой кухонный столик, водружает на него тарелку с отложенными вкусностями и, приготовив попутно чай, смывается в направлении лестницы на второй этаж. Я же только довольно хмыкаю, оставляя блюдо на столе в надежде, что до нашего с Дорианом прихода никто не покусится на драгоценность. Сама же, наскоро вымыв использованную посуду и убрав лишнее по местам, покидаю кухню и иду обратно в комнату, где, сняв все лишнее, прижимаюсь к теплому боку Дориана, почти сразу же после своего маневра оказываясь в кольце его теплых рук. Он сонно морщится и спрашивает, где я была, а я в ответ только целую кончик его носа, и мы продолжаем спать дальше.
Когда я открываю глаза в следующий раз, внутренние часы диагностируют полдень. Лежу с закрытыми глазами, сонно улыбаясь, и тут ощущаю на себе пристальный взгляд. Открываю глаза и встречаюсь с улыбающимся Дорианом:
- И давно ты тут наблюдаешь?
- Минут двадцать, - его улыбка становится шире, - не хотел будить, боялся, что опять убежишь, - подкалывает меня развеселившийся дракон.
Не могу теперь на него сердиться, поэтому для вида придаю себе вид обиженного нахохлившегося ежика и выдаю:
- Так и скажи, что боялся выходить из комнаты, чтобы с тетей моей не встретиться.
- О, тут и тетя твоя обитает? - Дориан смешно выгибает бровь, демонстрируя прекрасную актерскую игру с целью выдать мне смущение и испуг в одном лице. - А как она относится к наличию посторонних мужчин в постели своей племянницы? - насмешливо интересуется драконистая зараза, и мне сразу становится легко и весело, как в квартире Андрея на Земле.
- Милый, тебе не кажется, что слово "посторонний" немного неуместно по отношению к тебе после всего того, что между нами было? - делаю большие глаза, потому что я, вроде как, ни при чем, а на самом-то деле меня соблазнил коварный дракон. Про истинность умолчим - это к делу не относится, тут же нахожу оправдание своей небывалой легкомысленности.
- Приятно осознавать, что хотя бы сейчас ты это приняла, - улыбается Дориан, но глаза уже не отражают веселья. В их глубине застыло серьезное выражение, и сейчас у меня создается впечатление, что этот новый Дориан по-своему оценивает меня.
На мгновение закрадывается сомнение: что, если теперь я могу его не устроить? Что, если он успел во мне разочароваться? Не в силах бороться с собственными страхами, прячу лицо у него на груди, ощущая одновременно с этим успокаивающий поцелуй, достающийся макушке, и от этого чувство умиротворения снова возвращается ко мне.
- Тогда пошли знакомиться? С мамой твоей мы уже, кажется, сошлись характерами, как насчет повторить процедуру с мисс Эдной Брок?
- Она теперь миссиз, - поправляю его, улыбаясь.
- И кто же тот счастливчик? - удивленно спрашивает Дориан.
- Барс, - запоздало понимаю, что стоило прозондировать почву на предмет теперешнего отношения Дора к ирбису, но ответом на мои вопросы становятся сузившиеся глаза Ди:
- Наш пострел везде поспел, значит...
- Милый, - успокаивающе глажу Дориана по руке, - это киса попросила Барса приглядеть за мной. Все остальное он сделал для того, чтобы заставить тебя приревновать и прилететь сюда.
- Убью, - рычит Дориан, порываясь подняться, но я удерживаю его, оказываясь сверху и раскидывая по его груди веер кудрявых каштановых волос.
- Лучше люби меня... - выдыхаю, склоняясь к любимым губам, и понимаю, что этой просьбе Дор противостоять не в силах.
В общем, когда мы выходим из комнаты, дело близится к двум часам, а сидящие за столом Эдна и Лидия откровенно недоумевают подобной сонливости их обычно резвой беременной родственницы. Барс же тактично молчит, видимо, уже сделав выводы на основе хорошего слуха.
- Может, пойти посмотреть, что с ней? - обеспокоенно спрашивает Эдна, на что получает исчерпывающий ответ ирбиса:
- Просто обернись и увидишь.
Сначала тетя перехватывает недоуменный взгляд Лидии, которая, как и Барс, сидит лицом ко входу, потом еще раз смотрит на теперь уже мужа и следует его совету, не сдерживая потрясенного аха, поскольку позади нее оказываемся мы с Дорианом.
- Сюрприз? - неуверенно подаю голос я, в то время как потрясение на лице Эдны сменяется злорадством.
- Я так понимаю, Дориан Детри нашел-таки способ миновать облака? - и, получив ответный кивок Ди, продолжает:
- А теперь скажи-ка мне, родственничек, - она попутно делает знак Лидии, чтобы удостоверилась в словах старшей из рода Брок, - каким таким чудом ты умудрился не удержать БЕРЕМЕННУЮ сирену, отпустив ее в рассадник зова Маггелановых Облаков?!
Дор благоразумно молчит - не стоит сейчас пытаться что-либо объяснить Эдне, это я поняла после вчерашнего избавления от мебели из комнаты Барса, которой мы удостоились по возвращении из храма - я же повторяю мимолетный взгляд бледнокожей сирены, устремляя все внимание на ноги, и не сдерживаю удивленного аха: на моих щиколотках красуется татуировка сродни рисункам Эдны и Барса, только вот она серебристого цвета, в отличие от золота тети. И почему-то я уверена, что при случае такие же символы обнаружу и у Дора.
- А это личная метка Призрачного дракона, - поясняет Эдна для меня, - и я все еще жду ответов, Детри!
И тут решает вмешаться Барс:
- Дорогая, - он обходит стол, присаживаясь рядом с женой, и его рука тут же обвивает талию Эдны, - кто же терроризирует зятя на голодный желудок? Надо было с тобой об этом еще в комнате поговорить, когда ты были более благосклонна, - и, хитро подмигнув нам с Дорианом, чтобы не видела тетя, он тут же дарит ей легкий поцелуй в висок, после чего мы, облегченно вздохнув, подходим к столу и наблюдаем залившуюся краской сирену и довольного Барса, которому, кажется, доставляет удовольствие смущать жену.
- Я, конечно, не Эдна, - подает голос Лидия, - поэтому мне просто было бы интересно, как Дориан смог появиться на Облаках, преодолев созданный Кале барьер.
- Черт, - приходит в себя Эдна, - как же я раньше не догадалась...
- Ты о чем, счастье мое? - уже серьезно интересуется Барс, глядя на посерьезневшую жену.
- Да так... - Эдна в задумчивости переводит взгляд с меня на Дориана и обратно. - Мне нужно в храм - проверить одну теорию!
- Разбежалась, - одергивает ее ирбис. - Куда ты одна-то собралась, мы еле оттуда вырвались с их парами конопли.
- Я думаю, Барс прав, - судя по тому, что мне успела рассказать Арина, ваша Верховная жрица затеяла какую-то крупномасштабную акцию, но пока тренируется на небольшой группе сирен, живущих рядом с храмом. А поскольку внутри еще и запах оборотней сохранился, все идет к тому, что наши младшие братья активно помогают Кале. И стоит для начала выяснить, для чего именно это устраивается.
- Что ты предлагаешь, дракон? - хмуро глядя на Ди и все еще не желая прощать то, что Дориан не удержал меня, позволив убежать на Облака, тетя, тем не менее, включается в обсуждение глобальных задач.
- Я думаю, стоит сходить на разведку, - Барс переглядывается с Дорианом и незаметно кивает моему дракону. Что-то задумали, не иначе... - Мы с Детри пройдемся до храма и обратно.
- Исключено, - Эдна неодобрительно качает головой, - вас сразу же засекут.
- Милая, у тебя просто иммунитет к этому запаху, но поверь мне на слово - те очаровательные сирены на входе, даже увидев меня, посчитают это за коллективный глюк. А уж с защитой Призрачного дракона нас в тумане вообще не заметят.
- Это рискованно, - не унимается Эдна, и я по-новому смотрю на ее нежелание отпускать Барса. Что же такого произошло этой ночью, что она стала целиком и полностью доверять оборотню?
Барс в ответ на реплику жены только чуть заметно улыбается, легко дотрагиваясь до кончика ее носа, и подмигивает. А дальше нас с Дорианом усиленно кормят завтраком, приготовленным несколькими часами ранее.
На семейном совете общими усилиями решается, что сегодня Барс и Дориан по максимуму узнают о делах вокруг храма, завтра, если вдруг понадобится, проведем дополнительные приготовления (а лично для меня Дориан обещает сделать дополнительную защиту, хотя я уверена полностью, что для Кале представляю исследовательский интерес как сирена, зачавшая от дракона), а уж в день икс отправимся в храм, имея мужчин на подстраховке и при первой же опасности зовем их.
Дориан с ирбисом покидают дом, мы же с тетей и Лидией остаемся в столовой, погруженные в собственные мысли. Я переживаю за мужчин, но вместе с тем в душе живет какая-то слепая уверенность в том, что у них все получится. Дориан - Призрачный дракон, он сможет создать иллюзию или воздействовать на подсознание сирен при случае, Барс же просто сольется с окружающей средой, его снежность на планете с постоянным туманом как нельзя кстати. А потом они вернутся и все расскажут нам.
Мысли потянулись дальше, к погоде на Облаках. Так ли был оправдан туман с точки зрения атмосферы? Влажность у нас действительно была повышенная, но количество водоемов, с которого бы испарялась вода, не так велико. Неужели даже дымка на планете была результатом чьего-то плана? Не знаю, все случаи, когда я оказывалась на Облаках, принадлежали к периоду правления Кале. Что было здесь до нее - одной Богине известно... А потом анезапно всплыл в памяти ночной разговор с Ди.
- О чем задумалась? - вырвала меня из мыслей Эдна. Один взгляд на нее дал понять, что сейчас тете требуется разгрузка, только бы не возвращаться к тому, что Барс намеренно пошел в эпицентр надвигающейся бури.
- Ты знаешь, Дориан ночью сказал одну заинтересовавшую меня новость.
- Какую же? - Эдна прислушалась.
- Их поисковая экспедиция обнаружила следы горгулий.
- Да ты что! - воскликнула вдруг Лидия с каким-то нездоровым блеском в глазах. - Как? Когда?!
- Какие именно следы? - нахмурилась Эдна.
- Брошенные стоянки, - пояснила я. - Такое ощущение, что они спешно покидали места своего пребывания.
- Неудивительно, - покачала головой Эдна. - После истребления драконов оборотни вплотную ими занялись.
- Но с какой целью? - я сидела в полном недоумении, потому что среди моих друзей было множество оборотней! Да на Земле осталось столько дружески настроенных метаморфов, что кажется, будто мы сейчас говорим о двух совершенно различных расах.
- Чисто экспериментальной, - тетя повела головой, опускаясь на сцепленные руки. - Понимаешь, всякая древняя раса, появившаяся после драконов, так или иначе имела свои преимущества по сравнению с ними. Мы, например, обладали способностью к зову и могли найти во Вселенной даже драконов, если того требовали обстоятельства...
- А у горгулий была другая особенность, - продолжила Лидия. - В их крови содержится особый фермент, который в сочетании с другими веществами превращается в сильнейший яд и может убить любое живое существо.
- Их убивали...ради наживы? - потрясенно воскликнула я.
- Да, - кивнула Лидия. - Но они вскоре поняли, для чего за ними охотятся, и рассеялись по Вселенной, отчего оборотни решили, что горгульи как раса свое существование прекратили.
- Вы мне сейчас военный секрет, выходит, выдаете? - я округлила глаза.
- Что ты, нет, - засмеялась Лидия. - У меня просто... - ее лицо на миг приняло мечтательное выражение. - Были там знакомства.
- Да-да, - подтвердила Эдна со смешком, - найденный тобой представитель их расы именно так и обозначил ваши отношения - знакомство. Мимолетное!
Лидия внезапно поникла головой, и я поспешила обнять ее:
- Что у вас случилось?..
- Я использовала свою возможность найти живое существо, - подняв голову, Лидия грустно улыбнулась. - И, отыскав его, просто доставила обратно к горгульям.
- Как этого козла звали, дай-ка вспомнить, - язвительно проговорила Эдна. - Гиллиан...Голум...Гремлин...
- Джулиан! - ощерилась Лидия. - Его звали Джулиан!
И я понимаю, что маленькая белокурая сирена скрывает больше тайн, чем может в принципе вынести. Судя по понимающему взгляду Эдны, тетя в это посвящена. И мне бы очень хотелось понять, почему от имени Джулиан так резко сгорбилось тело молодой сирены, но, думаю, сейчас не совсем подходящее время для этого. Если горгульи найдутся и мы сможем выйти на них, я сделаю все от меня зависящее, чтобы найти этого расстроившего Лидию мужчину и попытаться решить проблему подруги.
А вообще самым большим моим желанием сейчас является возвращение Дориана целым и невредимым. А вместе мы сможем все. Даже отыскать красивых крылатых мужчин и женщин, превращающихся в грозное оружие против врага, стоит им подумать о трансформации. Ведь три самые древние расы Вселенной - драконы, сирены и горгульи - когда-то жили в мире и согласии и всегда приходили на помощь друг другу. Наш святой долг с возрождающимися драконами - помочь другим в беде. И мы обязательно это сделаем.
Только бы вернулись Дориан с Барсом. Только бы все прошло хорошо. Облака, вы можете слышать мой мысленный зов? Прошу вас, защитите тех, кто дорог нашему сердцу.
Дориан и Барс вернулись к вечеру. Запыленные и уставшие, ввалились в дом, требуя заботы и ласки. Мы с Эдной, усмехнувшись, желаемое предоставили, позаботившись о том, чтобы пинки супругов в ванную были достаточными, и приласкав их по пути множеством разных эпитетов. Разобиженные мужчины пообещали от души отомстить. И только когда за ними закрылись двери, мы посмотрели друг на друга и синхронно вздохнули с облегчением: дома! Живые и невредимые...
Спустились на кухню, где Лидия вовсю порхала над ужином, помогли ей с сервировкой стола, потом Эдна покинула нас на несколько минут, и я воспользовалась этим временем, чтобы удовлетворить свое любопытство: все-таки не могла не спросить об этом таинственном Джулиане!
Лидия грустно улыбнулась:
- Он один из предводителей горгулий. Почему ответила на его зов - до сих пор не знаю, Ари... Только вот он не обрадовался, что ему на помощь пришла сирена. Все-таки, благодаря Кале наша слава идет далеко впереди нас...
Мысленно пообещав себе расправиться с ящерицей самыми извращенными способами, я, тем не менее, спросила:
- А ты не пыталась переубедить его?
- А смысл? - удивилась Лидия. - Он бы все равно сомневался, такие уж горгульи сами по себе... Только чудо могло бы изменить его мнение о наших женщинах. Да и прав был он в одном: я не из великого рода Брок, сумевшего устоять перед зовом, я всего лишь среднестатистическая сирена, которая при первой же возможности улетит на родину. Я не жалею, - она пожала плечами, - свою миссию я выполнила, доставив его к сородичам в целости и сохранности.
Дальше я не видела смысла продолжать разговор, намотав на ус факт того, что этот Джулиан один из верхушки руководства горгулий. Даст Богиня, когда-нибудь они встретятся. Мужчина, найденный сиреной - это ее ключ к свободе от зова, теперь я была более чем уверена в этом.
Вернулись Дориан и Барс, посвежевшие и голодные, и мы, чтобы не проверять правило "голодный мужчина - это злой мужчина", сразу поставили перед ними тарелки с дымящимся и пахнущим мясом содержимым.
- Зачем охотиться, - мечтательно пошутил Барс, - когда вокруг есть такие женщины!
- Женщина у тебя есть только одна, - хмуро заметил Ди, и ирбис в ответ на это потер щеку, только теперь привлекая к ней внимание, и я заметила, что на ней оставался еле заметный желтоватый след от синяка, облегченный, видимо, быстрой регенерацией. - Мою больше не трогай.
- Это вы о чем? - полюбопытствовала вошедшая к нам Эдна, садясь рядом с мужем.
- О том, как нехорошо отправляться телепортом на неизвестную планету, да еще в компании сирены-идеалистки, носящей под сердцем ребенка, - ответил Дориан, стрельнув в меня глазами.
- Я хотела сказать тебе те же самые слова этим утром, - подколола новоиспеченного зятя тетя.
- Вы что, и силами помериться успели? - удивленно распахнула я глаза.
- Нет, это называется - поговорили по душам, - глубокомысленно заметил Барс. - И вот, что я тебе скажу, дорогая племянница, - насмешливо добавил он, - все свои проблемы отныне решай за счет своего мужа!
Решив не устраивать процедуру дознания на месте и отложив это до разговора в спальне, я только кивнула, а Эдна, оценив степень наполненности мужских желудков, приступила к главному:
- Итак, что вы узнали?
- На самом деле, все не так плохо, - начал Барс. - Нетипичные примеси в атмосфере сконцентрированы только рядом с храмом, естественно, захватывая близлежащие дома и, соответственно, жителей. На проверку они апатичны, малоподвижны и страдают затруднениями в волеизъявлении.
- Плохой может явиться новость, что храм - это только начало и отправная точка, чтобы потом засеять всю атмосферу вредными парами, - продолжил Дориан. - Потому что за то время, что мы находились рядом с храмом, туда затащили огромное количество наркотика. Видимо, сегодня была поставка.
- Они что-то говорили по поводу встречи с главой сопротивления оборотней, - добавил Барс, - однако точной даты не называли, поэтому лучше всего держаться настороже.
- Встреча состоится в тот же день, когда нас будет ожидать Кале, - уверенно заявила Эдна. - Не зря она дала так мало времени на обдумывание, обычно это занимало не меньше недели.
- Хм... - пробормотал Барс. - И зачем ей сталкивать Арину, Дориана и оборотней?
- Она хочет увидеть дракона, который сделал сирену своей истинной. Или, если уже успела поговорить с кем-то из метаморфов, наверняка знает, что это Призрачный, - ответила Эдна. - А Призрачный дракон, связавшийся с сиреной, у нас только один...
- И этот дракон является наследником Источника, - завершила рассуждение Лидия.
- Я думал, они будут изощреннее в методах борьбы за власть, - поскучнел Барс. - Как все прозаично и неинтересно!
- Но для Арины и девушек, тем не менее, опасность не становится меньше, - возразил Дориан. - Я тебя туда не отпущу, - повернулся он ко мне, сжав руку на талии, чем вызвал возмущенный вопль, - без дополнительной охраны.
- Вас с Барсом все равно не пустят, - покачала головой Лидия, - к тому же, ты на Облаках вообще не должен присутствовать.
- Мы обеспечим защиту снаружи, - вмешался ирбис. - И вмешаемся, если она понадобится изнутри.
- Не хочу никого обидеть, но не считаете ли вы немного самонадеянной уверенность в том, что дракон и снежный барс смогут вдвоем справиться с прибывающими и превосходящими их по численности оборотнями? - недоверчиво интересуется тетя.
Я ее понимаю: отправляться в логово, кишащее оборотнями и сонными сиренами - занятие не из приятных. Особенно если вместе с тобой идет беременная племянница.
- Не волнуйся, милая, - спокойно отзывается блондин. - Призрачный дракон в силе может немало. Ну а я немножко похулиганю в сторонке, - хитро добавляет он, улыбаясь для одной Эдны.
Ужин постепенно подходит к концу, мы разбредаемся по своим комнатам. И все проблемы незаметно отступают, когда постель прогибается под весом Дориана, а я сама вскоре оказываюсь в его теплых бережных объятиях. Но, видимо, мой ненаглядный сегодня не настроен на нежности, потому что в его жестах я чувствую нервозность, а руки словно пытаются оградить меня от предстоящей вскоре суеты.
- Ари, - шепчет он на ухо, - может случиться так, что в сговоре с оборотнями Кале успеет сказать им о Пенелопе, - ну надо же, действительно придется так назвать дочку! - И те вполне могут догадаться, чьи гены будут намешаны в ней. Это опасно, хоть мы с Барсом и постараемся оградить вас от всяких внешних вмешательств и покушений. Будь благоразумна, пожалуйста, и не затевай лишних конфликтов. Не иди на поводу у своей вспыльчивости. Это может обернуться против вас с маленькой, - его ладонь медленно перемещается на пока еще незаметный животик, мягко поглаживая и даря чувство умиротворения.
Когда мне надоедает играть пай-девочку, я поворачиваюсь к нему лицом и вижу крайнюю обеспокоенность в глазах:
- У меня хорошее предчувствие, Дор. Все пройдет именно так, как мы того и хотели.
- Твоя беспечность сейчас хуже всего, - хмурится Ди, - а я не прощу себе, если с вами что-нибудь случится.
- Ты хотел наложить на меня дополнительную защиту, - внезапно вспоминаю обрывок разговора за ужином, настраивая своего дракона на серьезный лад и заодно отвлекая от невеселых мыслей.
Дориан только кивает, опрокидывая меня на спину и седлая бедра, но я не чувствую тяжести его тела, только будоражащее прикосновение кожи, отчего мысли теряются, но лукавый взгляд возвращает их на свое место:
- Ари, сосредоточься...
Что я и делаю, пока Дор держит одну свою ладонь на уровне моего сердца, вторую - у живота.От его рук по телу распространяется приятное тепло, а истинным зрением я могу наблюдать, как кожу опоясывает тонкая паутинка защитной оболочки лазурного цвета. Как интересно! Не думала, что Призрачные драконы в силах сделать такое. Словно в подтверждение моих слов, Дориан поясняет:
- Это физический щит. Охранит тебя от любого вида нападения, кроме прямого телесного контакта. Но я надеюсь, никто не решит поднять на тебя руку, - почти шепотом добавляет он, и я понимаю: в противном случае рискнувший сотворить такое труп. В живых его Дориан не оставит.
Закончив с процедурой, мой любимый дракон тяжело вздыхает, и я понимаю, что на это ушла значительная часть его сил. Он тяжело опускается рядом, прикрывает глаза, и мне хватает мгновения, чтобы прикоснуться к его губам своими, влив в него небольшую часть своего резерва. Мгновенно распахнув глаза, он вновь нависает надо мной и сердито шипит:
- Никогда больше так не делай, упертая сирена, слышишь?! Не хватало еще ребенку навредить от твоих самовольных планов.
- Это тебе привет от Пенелопы, - обиженно отзываюсь я, отворачиваясь, и чувствую, как сжимаются в кольцо его руки, притягивая меня к себе. Больше мы не разговариваем, но мне слов совсем не требуется. Я знаю, что он просто очень сильно беспокоится за нас.
Следующий день проходит в заботах и сборах. Нарисовав карту храма, Эдна и Лидия объясняют мужчинам, с каких именно ходов удобнее всего пробираться внутрь. Все известные потайные двери наносятся на рисунок и запоминаются обоими метаморфами. Несколько раз обсуждается план действий.
Вечером, выходя из ванной комнаты, смотрю на уже спящего Дориана, не в силах сдержать рвущуюся наружу нежность. Я благодарна Облакам и Богине за то, что позволили мне однажды полететь сквозь пространство, чтобы найти любимого дракона. Благодарна, что мы с ним прошли множество испытаний и, несмотря ни на что, остались вместе, лишь приумножив любовь друг к другу. Осторожно забираюсь на постель, боясь потревожить его чуткий сон, и все-таки не выдерживаю и нахожу нежную кожу за ушком, которую ласково целую. В следующее мгновение ощущаю, как по телу Ди пробегают мурашки, а я оказываюсь в его теплых объятиях. В эту ночь мы любим друг друга особенно трепетно и нежно. Засыпая в теплых объятиях Дориана, понимаю, что наконец-то обрела свое счастье...
Из утренних приготовлений в голове откладывается только подбор одежды с особой тщательностью. Если я смогла самостоятельно избавиться от зова, то перемены в сущности Кале не заметит, но вот появившуюся татуировку необходимо было спрятать. Поэтому из запасов Эдны выбирается струящееся платье в пол персикового цвета, чтобы создать иллюзию страстного ожидания свадьбы по сиренским традициям.
Барс, оглядывая меня с ног до головы, насмешливо спросил у Эдны:
- И почему ты на нашу свадьбу так не оделась?
На что тетя только закатила глаза, подтолкнув его к выходу. У дома Эдны мы разошлись, и перевоплотившийся Барс мгновенно скрылся в тумане. Прозрачная же тень Дориана несколько раз пролетала над нами, и в каждом дуновении ветра мне чудилась красивая мелодия серебристых крыльев.
- Что ты думаешь обо всем этом? - поинтересовалась я у тети.
- Не знаю... - задумчиво ответила она. - Я могла бы назвать Калерию как угодно, но только не предательницей. Очень тяжело поверит в то, что она в кои-то веки спелась с оборотнями, когда столько лет приносила сиренам мир и какое-никакое, но процветание.
- Калерию? - удивленно моргаю я, и Эдна кивает:
- Это ее полное имя. Просто она его не любит.
- Красивое, - протяжно отзываюсь я.
- Ее так называла предыдущая жрица, - замечает Лидия. - И она с тех пор называется только уменьшительным именем.
- Кале ненавидела предыдущую Верховную? - я поднимаю глаза на Лидию, и та кивает, поясняя:
- Не то чтобы ненавидела, просто между ними с Эдной всегда было негласное соперничество...а прошлая жрица всегда любила Эдну. Это обычная ревность, скорее.
- Которая вылилась в непримиримую вражду, - вздохнула тетя печально.
- Ты бы этого не хотела? - заинтересовалась я.
- Я вообще против какой-либо ненависти между живыми существами. Особенно - когда она проистекает из жажды власти, - отозвалась тетя.
А дальше мы шли в молчании.
Наконец в поле зрения оказались стены храма Крылатой Богини. Две уже знакомые сирены молча отступили, стоило нашей троице приблизиться к входу. Неужели, ждут?
Проходя по темным коридорам, старалась отмечать даже самые незначительные мелочи. Неизвестно, каким путем придется уходить из храма, и сейчас сопоставление карты с живыми ориентирами было как никогда полезно. А еще нельзя было бояться и показывать страха: в первом случае мог сразу прилететь на помощь Дориан, причем как в прямом смысле - в обличии дракона - так и телепортировавшись прямо в храм. Во втором случае могла что-то заподозрить сама Кале. И хотя присутствия любимого рядом хотелось до безумия, нельзя было поддаваться панике, потому что каждый из нас сейчас выполнял свою функцию.
Наконец показался зал, в котором Эдна с Барсом проводили отречение с помощью ритуала и Кале. Зайдя внутрь, я не сразу сообразила, что не слышу в небольшом отдалении шагов Эдны и Лидии. Оглянувшись, поняла, что дверь в этот зал закрыта, а снаружи начали колотить в нее мои отрезанные от основного действия спутницы. Страх прошелся оголенным лезвием по венам, от Дориана пришла волна вопросов, но я поспешила успокоить его, списав свои ощущения скорее на неожиданность, потому что, стоило в этом признаться, опасности сейчас не ощущала.
Вернувшись к созерцанию зала, обнаружила Верховную Жрицу стоящей ко мне спиной и наблюдающей плеск воды в бассейне, где должно было состояться отречение от зова. Что-то в ее позе мне не нравилось, что-то казалось неестественным. Поняла! Она стояла, сгорбившись, и это положение делало ее на несколько десятков лет старше, чем было на самом деле. Хотя что я могла сказать о возрасте самой главной ящерицы? Сирены, не нашедшие своей второй половины, бессмертны. Это недоступно даже драконам. Однако бесконечная жизнь обрекает на холодность и одиночество. И Кале на собственном примере очень ярко это демонстрировала.
Наконец жрица повернулась ко мне, заставив насторожиться своим излишне уставшим видом. Под глазами круги, руки трясутся...я неосознанно распустила крылья, генерируя на них энергию для портала, после чего поймала восхищенный взгляд Верховной:
- Значит, это все-таки Дориан Детри... - было, в общем-то, понятно, что именно имела в виду Кале, однако я решила пока прикидываться дурочкой и потому уточнила:
- О чем вы?
- Отец твоего ребенка - Призрачный дракон, - кивнула в ответ ящерица, наблюдая, как с моей руки начинают капать на каменный пол храма серебристые частицы портала.
В этот раз получилось гораздо быстрее сформировать нужный поток энергии. Спасибо малышке за помощь, она подсказала, как именно драконы делают это.
- Вы правы, - решила, что скрывать очевидное поздно.
- А поскольку Патрик Детри давно и счастливо женат, остается только его молодой сын, который как раз подходит тебе по возрасту, - заключил гений дедукции сиренского масштаба.
Мне осталось только молча согласиться с ее выводами.
- Надо же, - искренне удивилась Кале, - я действительно никогда бы не смогла предположить такого исхода. Драконы и сирены - извечные враги, да что я говорю - ты и сама все это знаешь!
- Любят не за то, кем является живое существо, а вопреки всему, - возразила я. - Мы с Дорианом - не дракон и сирена, а две половины одной души.
- Достойный ответ представительницы рода Брок, - неожиданно тепло улыбнулась Кале, начиная медленно приближаться ко мне, на что я инстинктивно отреагировала, попятившись от нее в сторону. - О, нет, дитя, тебе не стоит меня бояться. Я пока еще Верховная Жрица, а ты моя воспитанница наряду с миллионами других сирен. Ты ведь пришла ради ритуала отречения и одновременного заключения семейного союза?
Я молча киваю, постепенно уменьшая поток портальных частиц в руке. Пока он мне не понадобится. Кале полностью овладевает моим вниманием.
- Что ж, я могу удовлетворить твою просьбу, - задумчиво смотрит она на меня. - Но мне нужна ответная услуга. Ты должна согласиться стать Верховной Жрицей.
Я ожидала чего угодно, только не безумного предложения стать вместо Кале главой сирен. Обозревала сосредоточенную ящерицу, с застывшим ожиданием смотрящую на меня, и не знала, что ответить. Естественно, принимать условия игры я не собиралась, потому что свобода от зова больше не маячила впереди несбыточной мечтой.
Внезапное свечение портала сбоку от меня отвлекло нас обеих от принятия важного решения. По серебристым искрам я догадалась, что это Дориан решил пробиться ко мне, однако внезапно свет стал истончаться, а вскоре и совсем погас. Телепортацию блокировали... Я удивленно ахнула, переведя взгляд на Калерию, а снаружи раздался полный негодования драконий рев.
- Да, и это Верховная Жрица тоже может, - подтвердила невозмутимая ящерица мои догадки.
- А как насчет наркотика, который вы затащили в Источник и теперь распространяете в воздухе рядом с храмом? - решила открыть часть карт и посмотреть на реакцию жрицы.
Кале усмехнулась:
- Ты думаешь, я творю какие-то серьезные махинации за спиной у соотечественников, прикрываясь их ослабленным состоянием? Увы, но буду вынуждена тебя расстроить, дитя, а ты ведь так хотела видеть меня главным злом, - тихо проговорила она. - Видишь ли, пока я не знала, что ты стала истинной парой дракона, наша система находилась в прежних прохладных отношениях с их расой. Так повелось испокон веков, и я не видела необходимости что-либо менять. Сирены прекрасно уживались сами по себе. Никаких войн, никаких конфликтов, только голая сила разума и способность к поиску любого живого существа. Со временем и остальные от нас отвернулись, не пытаясь вникнуть в особенности менталитета. Как тут не ожесточиться и не пойти против всех, закрыв систему от внешних раздражителей? - вопрос тянул на категорию философского, но я продолжила слушать жрицу, только сейчас отмечая, что она одета в ритуальное платье, которое больше показывало, нежели оставляло скрытым. Готовилась? - К сожалению, ненависть как эмоция наглухо закрепилась в сознаниях наших женщин, и ее трудно было искоренить. А тут со мной на одной из вылазок на Млечный Путь связался глава бежавших с созвездия Дракона оборотней...
- Лев, - подсказала я.
- Да, - кивнула Кале, - у него еще сова на побегушках есть. Так вот, они попросили временного пристанища для своих последователей, в обмен на это пообещав защиту со стороны оборотней в случае возникновения нестандартных ситуаций, - она окинула меня задумчивым взглядом. - Сколько бы ни было в нас злости, мы все-таки остаемся женщинами, Арина. При должной организации нападения нас можно повергнуть в достаточно короткие сроки, и даже наш гламор не сможет вовремя включиться, чтоб оградить от беды.
- Вы какую-то чушь несете, - отмахнулась я. - Откуда могла грозить опасность?
- От тех оборотней, которые не смогли смириться с отречением от Источника Дракона. Мы, конечно, живем на отшибе Вселенной, но новости из вылазок еще никто не отменял. И то, как твой Детри обошелся с сопротивлением на Призрачной планете, не осталось секретом ни для кого. Те, кто более-менее был в силах перевоплощаться, разбежались как тараканы, при этом строя планы мести твоему истинному. И они когда-нибудь увенчаются успехом, попомни мое слово, сирена. Поэтому мы приняли предложение льва. А газ распылялся только для того, чтобы первое время на появление новых жителей не было негативно-агрессивной реакции. Да и требовалось на адаптацию не больше месяца. Кстати, оборотней я жду к концу дня...
- Почему вы хотите передать свои полномочия мне? - все еще не веря ни единому слову, спросила я.
- Не знаю, говорила ли тебе Эдна, но между нами всегда существовало негласное соперничество... - на минуту задумавшись, наконец произнесла жрица. - И то, что она была из свободного рода Брок, в какой-то мере злило меня, потому что наш род состоял из обычных сирен, которые никогда свободно не могли бы покинуть Галактику. По крайней мере, надолго. И с годами сирены ощущали зов все сильнее. А потом без всяких на то причин тогдашняя Верховная жрица решила передать свои полномочия Эдне. На что та, естественно, ответила решительным отказом.
- Погодите, - остановила ее я. - Разве полномочия не складываются в случае смерти сирены?
- Нет, - покачала головой Кале. - Это происходит по доброй воле и по более сильной ветви, чем та, которую представляет нынешняя Верховная. Но Эдна отказалась. И выбор пал на меня, а меня уже никто не спрашивал - других подходящих по условиям сирен просто не было. Эдна, к тому же, из более древней ветви - да-да, род Броков старше нашего - поэтому ее отказ был особенно заметен и неприятен. И разбираться с кучей проблем крылатых женщин усадили меня...и вот с той поры во мне медленно, но верно зрела ненависть ко всем Брокам. За то, что у них когда-то хватило сил отстоять свою позицию и добиться условий, при выполнении которых они обретали бы свободу. За то, что каждая новая женщина из вашей семьи, достигая определенного возраста, все равно упорхала из гнезда. За то, что этого всегда была лишена я. Хотя остальные сирены достойны не меньше быть свободными и счастливыми. Именно в поиске мы реализуем себя, а нас заточили на планете с дымкой вместо атмосферы.
- Ты поэтому приложила руку к несостоявшейся помолвке Эдны? - осознавая масштабы подрывной деятельности Кале, осторожно спросила я.
- Я практически ничего не сделала, - как-то странно улыбнулась она, и я поняла, что жрица вспоминает. - Просто тот парень действительно Эдну не любил, а когда узнал, что это на всю жизнь - и вовсе испугался, решив прямо в водах Источника высказать свое несогласие. Моя вина только в том, что я не предупредила его, что покидать планету нельзя категорически, хотя возможность у меня, не скрою, была. Зато это позволило мне запечатать силу Эдны на целых пятьдесят лет.
- Ты сумасшедшая! - в ужасе воскликнула я.
- Нет, Арина, я просто устала находиться на должности, которая пьет из меня все силы. Поэтому я предлагаю тебе стать Верховной вместо меня, - она впервые после нашего разговора пошевелилась, опускаясь на каменный пол и зачерпывая воду из источника. - Тем более, учитывая твое теперешнее родство с драконами, это оградит Маггелановы Облака от их посягательств, - привела она еще одно доказательство. - Ну так что, ты согласна?
- Нет, - твердо ответила я. - И никогда бы не стала этого делать.
- А как же твое желание быть вместе с драконом, которое вкупе с зовом рвет тебя на части? - усмехнулась Верховная.
- Я больше не чувствую зова, - в доказательство своих слов приподняла края юбки, обнажая щиколотки и демонстрируя серебристые татуировки, чем вызвала злое шипение жрицы. - Я и так замужем за Дорианом.
Кале, уже не пытаясь строить из себя радеющую за Облака жрицу, метнулась ко мне, ударив по щеке, отчего я пошатнулась и упала на пол, больно ударившись бедром о каменную кладку, а возвышающаяся надо мной жрица, благодаря прикосновению установившая со мной контакт, жестко улыбнулась и без слов начала распускать надо мной паутину...
Черт, подумалось в последнюю секунду, физический щит не сможет выстоять против сбора энергии... Первый удар отозвался болью во всем теле, потому что, в отличие от других рас, сирены обладали волей и желанием держать при себе свою энергию, и сейчас я совсем не хотела делиться с Кале тем, что должно было принадлежать нам с малышкой. Кое-как нас оградил щит Дориана, все оставшиеся силы я бросила на то, чтобы спасти Пенелопу. А потом удары от соприкосновения кожи с нитями паутины посыпались со всех сторон, и я взвыла. А возвышающаяся надо мной ящерица со злобой в голосе проговорила:
- Эдна уже отказалась от должности Верховной, твою потерю никто не восполнит, тогда не останется достойных кандидатов, и все прислушаются к моему мнению! - а сама увеличивала количество соприкосновений нитей с моей кожей, вызывая невыносимую боль.
Долго ли продолжалось - не знаю, только вдруг послышался изумленный вскрик Кале, а вслед за этим боль отступила. Я открыла глаза, ожидая минутной передышки, и с изумлением обнаружила, как жрицу отшвырнуло к противоположной стене, а ко мне со всех ног несется Дориан, с крыльев которого еще продолжают стекать капли не до конца закрывшегося портала. Но ведь Кале Верховная Жрица, она закрыла доступ в святилище! И тут пространство озарил спокойный бесстрастный голос Эдны:
- Калерия из Рода Д'Арвилль, ты нарушила главное правило сирен - причинила вред живому существу, да еще и себе подобной женщине. Осознаешь ли ты последствия своих деяний? - я оказалась в сильных объятиях Дориана, который тут же влил в меня необходимую энергию, придавшую сил, и перевела взгляд в сторону, откуда доносилась речь тети.
Эдна стояла в дверях святилища, сжимая в руках светящийся серебристый шар. Что?! Ее признал Источник? Это же значит, что теперь она...
- Осознаю, Верховная, - со злорадной усмешкой ответила Кале, - ибо свершилось, наконец, то, чего я ожидала долгую сотню лет, и ты заняла должность, которую должна была принять вместо меня, а это стоит того, чтобы лишиться сиренских способностей! - последнюю фразу она буквально выплюнула, тяжело поднимаясь с каменного пола. Это, видимо, уже было инициативой Дориана - изолировать от нас ставшую теперь бессильной сирену.
- Так тому и быть, - спокойно встретила выпад Эдна. - Ты изгоняешься с Маггелановых Облаков навсегда... - мне показалось, что в голосе тети мелькнула грусть, но она почти сразу взяла себя в руки, отделив от шара, взятого из Источника, небольшой переливающийся сгусток.
Оттолкнув его в сторону поднимающейся на ноги Кале, проследила за тем, чтобы он трансформировался в сверкающий проем в пространстве, который, соприкоснувшись с бывшей Верховной, моментально поглотил ее.
Дориан, продолжающий удерживать меня, поднял глаза на Эдну:
- Куда ты ее забросила?
- В район Большой Медведицы, - нехотя призналась тетя. - Там хотя бы не будет никого, кто мог бы попасть под ее тлетворное влияние...
- Рид с этим разберется, кивнул Ди, а я непонимающе уставилась на него:
- Что значит - Рид разберется?
- Скажем так: он умеет добиваться правды, когда узнать ее необходимо, - туманно ответил Дор.
- Он что - палач?! - позабыв обо всем на свете и воскрешая в сознании образ готичного Подземного, ужаснулась собственным мыслям.
Легкий поцелуй в висок заставил меня расслабиться:
- Нет, что ты, - заверил меня Дориан. - Просто кое-что ему удается гораздо лучше, чем нам...
Эдна, тем временем, медленно направилась к бассейну с водой Источника. В это время в дверях комнаты показался Барс и с немым удивлением взирал на супругу. А она продолжала свое движение, пока, наконец, не достигла кромки спокойной воды. Опустившись на колени, осторожно приблизила к воде руку с шаром и растворила его в зеркальной глади. А потом ощутила на плечах успокаивающее касание Барса.
- Я не хотела, чтобы так произошло... - тихо призналась она. - Но страх за Арину оказался сильнее.
Опустившийся рядом с ней ирбис подарил ей осторожный поцелуй в макушку:
- Не расстраивайся, мы сможем со всем справиться, вот увидишь...
- Ну а теперь, может, вы объясните мне, в чем тут дело и почему моя тетя вдруг оказалась признанной сиренским Источником Верховной Жрицей?
- Ты же слышала от Кале, - вернулась Лидия и поравнялась с нами, - она запечатала силу Эдны с помощью обмана во время отречения от зова. Значит, что-то должно было быть такое, что бы смогло запустить обратный процесс.
- И меня посетила догадка, что состоявшаяся свадьба с Барсом, - Эдна подарила супругу благодарный взгляд, отчего его объятия стали крепче, - стала как раз толчком для попытки вновь соединиться с источником. И пока вы с Кале были отрезаны от внешнего мира, я проходила единение.
- Ты же не хотела этого, - расстроилась я.
Получается, тетя снова будет заперта на Облаках, только теперь из-за меня.
- Я Верховная, что мешает мне открыть границы? - насмешливо улыбнулась Эдна, ласково коснувшись моей щеки. - И запомни навсегда, милая, никакая свобода никогда не сможет заменить тебе тепла настоящей семьи...
- Но есть ведь еще один способ, - вмешалась Лидия, до этого задумчиво смотревшая в пустоту.
- Какой? - удивилась я, хватаясь за любую соломинку.
- Невозможно, - покачала головой Эдна. - Нет у нас сирены, по силе превосходящей меня или Кале.
- А ты присмотрись внимательнее, - сузила глаза блондинка, и я невольно и сама перешла на истинное зрение, охнув от того, что предстало перед взором.
Лидия сияла так, словно одновременно зажглись тысячи Источников по всей Вселенной. Уровень ее энергии поистине зашкаливал! Рядом потрясенно выдохнула Эдна.
- Не может быть...и как ты до сих пор все это скрывала?
- Так же, как и получала: потихоньку, - улыбнулась Лидия. - Я готова принять пост Верховной Жрицы, если ты за несколько минут своего правления еще не успела передумать.
Эдна колебалась мгновение. Затем кивнула, посмотрела в сторону мужчин:
- Это зрелище не для вас. Подождете снаружи?
Барс соглашается сразу, направляясь к дверям, Дориан мгновение размышляет, но мой одобрительный взгляд окончательно убеждает его присоединиться к оборотню. А теперь наступает наш черед править балом на планете Крылатой Богини...
Я помогаю Лидии раздеться, пока Эдна освобождается от платья сама, медленно заходя в воды Источника и собирая по капелькам растворенный там ранее серебристый шар. Поднимает его над спокойной гладью и смотрит в сторону будущей преемницы:
- Готова?
- Да, - кивает Лидия и следует примеру тети, оказываясь рядом с ней. И Эдна начинает выводить на теле Лидии ритуальные рисунки, пользуясь энергией из шара вместо краски... Это татуировки, сопровождающие жрицу в обрядах и общении с жителями планеты, в молитвах Богине и обычной жизни. Одна из них - небольшие крылья, опоясывающие ключицы, вторая в точности повторяет рисунок из шрамов на спине, отчего создается впечатление, что сзади у сирены две пары крыльев, одни из которых - ее собственные, вторые - тень Богини, которая теперь вечно будет наблюдать за Верховной. У Эдны такого нет, потому что она решила перехватить силы Кале самостоятельно, опираясь только на собственный потенциал и не проходя обряда. Лидия же вступает в права законно и по всем правилам...
Когда работа тети подходит к концу, оставшуюся часть ранее большого шара она просто направляет в грудь девушки, и та с тихим свистом растворяется в теле теперь уже новой Верховной Жрицы. Глаза Лидии медленно светлеют, придавая ей сходства с пустым и безжизненным взглядом Калерии, однако робкая улыбка на лице разубеждает меня в том, что холодность передается с титулом, и я спешу помочь женщинам выбраться из источника. А себе делаю заметку на будущее: во что бы то ни стало найти того самого мужчину из горгулий, чтобы Лидия никогда больше не была одна...
Два месяца спустя
- Ты реально думала, что я палач или инквизитор? - он не смеялся, несмотря на общий градус веселья, зашкаливающий среди нас сейчас.
Рид сдержанно улыбался, что, впрочем, всегда привлекало к нему повышенное внимание со стороны противоположного пола. Эдакий невозмутимый и неприступный готичный красавец, да еще и с манерами джентльмена, который за прошедшую неделю, что гостит у нас на Облаках, пока мы помогаем Лидии привести все в порядок, успел зарекомендовать себя с крайне положительной стороны. Он прилетел телепортом сразу же, как нашел Кале и выяснил подробности ее махинаций с оборотнями. Все оказалось до банального просто, и мы очень удачно вклинились в почти успевшие начаться разборки сирен и младшей ветви метаморфов. Оборотни действительно просили убежища у Кале, и она, руководствуясь заветами богини и личными интересами, дала свое согласие, только вот новые союзники забыли предупредить, что, как и в случае с драконами, собирались просто переключить энергию сиренского источника на себя. Выяснив это и прикинув возможные варианты, Кале не без интереса узнала, что примерно в это же время на планете появились мы с Барсом и что активизировалась ранее почти не выходившая из дома Эдна. Верховная настолько впечатлилась, что решила лично засвидетельствовать свое "почтение", а, узрев на встрече мою закутанную в несколько слоев защиты малышку, сделала выводы, что, подружившись с Броками, сможет не только воплотить в жизнь давнюю мечту посадить вместо себя ненавистную "подругу", но и обеспечить планете покровительство более сильной расы (а плетения подобно тому, что мы с Дорианом сделали ради Пенелопы, могли сотворить только очень древние жители Вселенной). А уж когда узнала про крейсер драконов на границах галактики, окончательно сложила все факты и решила зарыть топор древнейшей из войн, выйдя из воды по максимуму сухой. Богиня, как же хорошо, что теперь все это позади и Верховной Жрицей стала Лидия! Лучшей правительницы для сирен мы не смогли бы найти.
Атмосферу мы очистили. Туманом в ближайшее время обещали заняться лучшие ученые-драконы, делегацию которых Дориан вызвал со звезд и которая теперь усиленно выводила формулы для изменения климата планеты Крылатой Богини (это для вступительного минимума). Сирены потихоньку отходили от заторможенного состояния. Лично я замечала это по тем неоднозначным взглядам, которыми они окидывали драконов, и внутренне улыбалась. А что, наши расы созданы друг для друга! Я была в этом абсолютно уверена.
- И все-таки, - вынырнув из воспоминаний и глядя с улыбкой на Рида, начала я, - каким способом тебе удалось раскрыть этот поистине широкомасштабный заговор, что и оборотни, и Кале прокололись одним махом?
- Арина, ты недооцениваешь способности чистокровных драконов, - подмигнул мне гот. - Мы и так все сплошь и поголовно хорошие эмпаты, а Подземные - так вообще в особенности. Мы очень тонко чувствуем эмоции других существ... - вмиг лицо его изменилось, исказившись маской боли, и он рванул на улицу, бросив на ходу:
- Портал во дворе! Спонтанный!
Мы с Дором помчались за ним, но замешкались на выходе из дома Эдны, когда послышался полный боли и отчаяния рев Рида:
- Ба-а-а-рс!
Со второго этажа мелькнула тень, и мы, выбравшись на улицу, увидели страшную картину: дракон сидел на траве на коленях, удерживая безвольно повисшую голову девушки в белом платье невесты. Только вот свадьба, похоже, вышла невеселой, потому что ее одежда была полностью покрыта свежей кровью. Приглядевшись получше, не смогла сдержать болезненного стона: вместо живота у переместившейся порталом женщины было сплошное месиво. Дрожащими руками, испачканными в крови, Рид осторожно гладил ее волосы, а Барс занимался оценкой общего состояния. Оглянувшись в нашу сторону, скомандовал Риду:
- Неси ее в спальню на первом этаже! Арина - со мной - надо успеть вернуть на место все органы, пока не пошла регенерация.
- Регенерация? - ошалело уставилась на него я.
- Да, - кивнул ирбис, наблюдая, как осторожно подхватывает Рид на руки драгоценную ношу. - Селия из семейства белых тигров...
А девушка и правда была под стать своему животному: светленькая, с волнами длинных белокурых волос, в летящем платье она вообще была похожа на принцессу из сказки. Вот бы еще глаза оказались голубые для полноты образа...
- Ты ее знаешь? - несмотря на потрясение, спрашивает Рид, получая согласный кивок Барса.
- Она невеста моего друга Алекса. Так, - начинает распоряжаться ирбис. - Рид, бегом в Галактику Огненных! Алекс и Селия сегодня должны были пожениться - проверь, есть ли выжившие... Дориан, с тебя доступ к чистой воде, полотенца и все медикаменты, что найдешь в доме. Арина, готовь свою паутину, мне нужно будет, чтобы ты держала ее энергию, пока я буду работать.
- Барс, она же беременна, - возражает Ди.
- В ней энергия и сирен, и драконов - лучший залог стабилизации состояния, и срок уже не тот, на котором можно чего-то бояться, - коротко поясняет Барс, а я осторожно кладу руку на плечо начавшего заводиться мужа:
- Все в порядке, я не боюсь вида крови, милый. Поспеши, - легонько подталкиваю его к двери, мельком взглянув на Рида и не в силах оторваться.
Подземный дракон не сдвинулся с места, продолжая нервно трястись в комнате, где на кровати лежала окровавленная девушка, и сверкал желтыми от страха глазами! Невозмутимый Подземный, мягко, но решительно отвергавший любой к себе интерес... И если бы я не знала, что настоящим цветом его радужки был карий, никогда бы не заметила изменений. Неужели и с ним началось?..
- Рид, - добавляя в голос магии сирен, мягко обращаюсь к дракону, - ты сейчас ей не поможешь. Пока будешь у Огненных, мы постараемся сделать возможное и невозможное, чтобы девушка осталась жива. А ты прихвати с собой Дориана - тиграм может понадобиться помощь...
Я знаю, что мое обаяние не подействует - Рид чистокровный, у них иммунитет на влияние сирен - однако особые интонации голоса смогут вывести его из состояния ступора, овладевающего мужчиной, стоит только бросить взгляд на кровать и девушку на ней. Тем не менее, Рид встряхивает голову, в последний раз оглядывается и молча покидает комнату. Этого хватает, чтобы метнуться к Барсу на помощь и сразу же начать плести сеть. Я начинаю с ног как наименее пострадавшей области тела и, поднимаясь выше, аккуратно пеленаю девушку в кокон.
- Барс, - внезапно руки замирают, стоит мне дойти до тазовых костей. - Я остановлю кровотечение, лучше займись этим...
- Мразь! - рычит ирбис, мгновенно оценивая ситуацию.
Тот, кто напал на девушку, без сомнений был оборотнем: все повреждения тканей рваные, сделаны крупными клыками. А еще этот кто-то имел четко поставленную задачу: оставить Селию без потомства. Потому что ошметки вместо маточных труб и искалеченные яичники самостоятельно бы никогда не срослись правильно... И Барс понимает это, когда я акцентирую на брюшной полости внимание, и сращивает репродуктивные органы с особой тщательностью. Вдвоем мы быстро избавляем организм от последствий обширных кровотечений, следим за восстановлением кожных покровов, но собственных сил девушки еле хватает на то, чтобы заживить организм от травм. Судя по ощущениям, мы с ним работаем не меньше суток, хотя быстрый взгляд на часы говорит об изменении времени всего на двести сорок минут.
- Черт, зря я отправил драконов к Огненным, - вздыхает Барс виновато. - Сейчас бы их кровь пришлась как нельзя кстати.
- Я буду донором, - раздается с порога уставший голос Рида, и Подземный, с облегчением обнаружив целую и невредимую девушку, быстро подходит к кровати.
- Для начала подними ее и придержи, пока мы сменим простыни, Ромео, - раздраженно фыркает Барс. - Арина, ее надо переодеть, - я лишь послушно киваю, мигом убегая в свою комнату.
Когда возвращаюсь, застаю печальную картину: Барс с остекленевшим взглядом сидит на так и не очищенной от следов наших операций постели, а Рид, опустив глаза, молча держит на руках бледную Селию.
- Никто не выжил, - сзади на плечи ложатся руки Дориана, а его голос в установившейся тишине, несмотря на шепот, звучит набатом. - Там сплошное кровавое месиво вместо оборотней. Регенерировать было просто нечему...
Муж молча берет у меня новое постельное белье, подходит к Барсу и осторожно подталкивает, чтобы тот освободил кровать, после чего самостоятельно готовит спальное место для белокурой тигрицы. Рид осторожно укладывает девушку, после чего делает знак ирбису, что можно начинать переливание. Оборотни не боятся инфекций, хотя Рид в этом плане не представляет опасности. Следующие несколько минут Барс повторяет одну и ту же процедуру: забирает шприцем кровь из вены Подземного и вливает ее Селии. Постепенно цвет лица девушки сменяется на нормальный, и это служит сигналом к прекращению последнего этапа спасения.
- Кому могло понадобиться столь варварское преступление? - в отчаянии шепчу я, все время операции находясь в комнате в теплых объятиях Дора.
- Тигры вместе с пантерами и ирбисами открыто поддержали драконов, - отвечает блондин. - Это был просто акт мести, чтобы остальные подумали, что будет с ними, если у тигров даже оставшаяся в живых самка не смогла бы дать потомства.
- Твари! - злобно шепчет Рид.
- На кухню, пациент, - вместо ответа командует уставший Барс. - Будешь упиваться сладким чаем и составлять мне компанию. Ты, конечно, дракон и восстанавливаешься даже быстрее оборотня, но черт возьми, твоя бледная физиономия меня уже порядком начинает раздражать. Вон, я сказал! - повышая голос на начавшего было сопротивляться Рида, бросает Барс. - Надо, чтобы кто-нибудь с ней посидел, - глядя на нас, продолжает он, когда Подземный покидает помещение.
Мы с Дором киваем и остаемся. Барсу надо прийти в себя. Слишком много событий и новостей за сегодня... Дориан садится в прикроватное кресло, я удобно устраиваюсь у него на руках и прошу показать мне то, что они увидели во время телепортации к Огненным. Наотрез отказавшись это сделать, муж просто говорит, что в жизни не виде такой бойни. Все, кто был на той злополучной поляне, погибли. Ди замечает, что жениха убивали особенно долго и мучительно, и я инстинктивно обнимаю его всем телом. Не знаю, что было бы со мной, если бы пришлось пережить такое... Уловив мои эмоции, Дориан ласково целует меня и посылает волну успокоения, а я все думаю, каково будет девушке, когда обморок пройдет и сознание вернется. И не нахожу ничего другого, кроме как попытаться излечить ее психику доступным лишь сиренам способом: я пою ей колыбельную, вложив в песню всю свою исцеляющую магию. Потому что, несмотря на все старания ублюдков, совершивших с ней такое, по прошествии времени и Селия сможет передать ее своим детям...
Ближе к вечеру появляется возвратившаяся от Лидии Эдна, сообщая, что на кухне потихоньку спиваются оборотень и дракон и что она пришла на смену караула на всю ночь. Мы с Ди благодарим ее, отправляясь в столовую. И на подходе я слышу слова Барса, произнесенные с тихой яростью:
- Узнаю, кто это - убью сразу же...
- Я тебе помогу, - совершенно трезвый голос Рида заставляет задуматься, а действительно ли мужчины напивались, но я гоню от себя эти мысли. Сегодня день траура по убитым тиграм, и лишь одно не дает покоя, когда мы, уже поднимаясь наверх, предварительно отчитавшись о состоянии Селии Барсу, собираемся лечь спать:
- Ди, ты ничего странного не заметил сегодня с Ридом?
- Нет... - задумавшись, отвечает муж. - А что именно тебя смутило?
- Его глаза... - тихо ответила я, чтобы острый слух товарищей с кухни ничего не уловил. - Они начали изменяться...
Дориан удивленно смотрит на меня, потом, проделав в уме какие-то рассуждения, прижимает к себе покрепче и впервые после появления из портала окровавленной Селии улыбается. Хоть что-то хорошее еще осталось в этом мире, синхронно понимаем мы.
На следующее утро нас вызывает Эдна с новостью о том, что девушка очнулась. Подходя к комнате, уже заранее знаем, что Барс там и проверяет состояние ее здоровья. Она молчит. Серо-голубые глаза не выражают абсолютно ничего, и только дорожки соленых слез начинают потихоньку очищать лицо от кровавых разводов.
- Как ты себя чувствуешь? - дежурный вопрос Барса заставляет Селию вздрогнуть, однако она переводит пустой взгляд на него и начинает смотреть с мольбой. - Сейчас мы поможем тебе дойти до ванной и стереть с тела грязь...
- Барс... - выдыхает она, и хриплый голос прерывается от еле удерживаемых слез, а потом кивок на живот дает блондину понять, что именно ее интересует.
- Ты сможешь иметь детей, Селия, - отвечает ирбис на невысказанный вопрос, и с глухим стоном девушка бросается ему на шею.
Отдаленным куском сознания отмечаю, что Рида в комнате нет, а вот оказавшаяся в оконном проеме морда черного дракона наводит на определенные мысли. Потому что сияющий зеленью глаз неотрывно следит за Селией...
Еще пять месяцев спустя
- Арина, ты похожа на бочонок! - суетится рядом со мной тот же вид сосуда для содержания винной продукции, только в три раза больше, на проверку оказывающийся кисой.
В ее задачу входит мое облачение на сегодняшнем приеме у президента республики Орфей, на котором планируется официально объявить о том, что его жена и дочка являются представителями расы крылатых сирен, а дочь - еще и законной супругой предводителя драконов. Поэтому платье мне подбирали такое, чтобы показывало атрибут любой уважающей себя сирены - татуировку с крыльями на спине. И вот я наблюдаю в зеркале прекрасную загорелую девушку с распущенными волосами в струящейся ткани цвета аквамарина и небольшим аккуратненьким животиком. Я же не виновата, что Пенелопа решила вместо роста вширь занять все свободное пространство от тазовых костей до желудка! Поэтому живот и не выпирает - мой малыш идет в высоту. И Инга постоянно на это пеняет - у нее-то пузико вполне милое и очаровательное, и Ван Гарден при каждом удобном случае так и норовит его поцеловать.
Наконец, закончив с примеркой, пантера в последний раз оглядывает результат своих трудов и, произнеся: "Талант не пропьешь!" - гордо удаляется, перепоручив меня заботам мамы и Эдны. Терри, как любовно называет маму тетя, сооружает на моей голове высокую прическу, чтобы освободить спину, Эдна же после всех приготовлений надевает на шею колье с аквамаринами. Сегодня я ношу лишь традиционные цвета мужа. Аквамарины в серебре - то, что говорит, что я безраздельно отдана Призрачному дракону...
Много позже, когда официальная часть приема уже окончена и гости чувствуют себя более раскованно, хоть на них свалилось и слишком много новостей, папа приглашает меня на танец, и я, воспользовавшись ситуацией, задаю интересующий меня вот уже долгое время вопрос.
- И все-таки, почему кровная помолвка, да еще вслепую, когда у вас даже детей не было? - улыбаюсь я.
- Жалеешь? - хитро подмигивает отец, намекая, что в моем положении уже бесполезно трепыхаться.
- Нет, - смешок прорывается неосознанно, - просто хотела поблагодарить за то, что все так удачно сложилось.
- Веришь или нет, о том, что Патрик - дракон, я узнал только тогда, когда Дориан вернулся вместе с тобой с Земли. Потому что официальное предложение от главы Призрачных - это, я тебе скажу, не просто прошение руки и сердца, - мои брови взлетают вверх, но папа явно не настроен на подробности:
- Просто в свое время я успел убедиться в его непогрешимости и готовности стоять за своих до конца, милая. Я политик. Я не мог разбрасываться такими людьми, вот в голову и пришел этот странный путь сближения с семьей Детри.
- То есть, наша помолвка - это чисто стратегический шаг? - поразилась я папиному чутью.
- Ну...да, - замялся он, виновато глядя на меня. - Убьешь теперь?
- Не-е-е-т, пап, - улыбаюсь еще больше, - не знаю, как благодарить за то, что подарил мне самого замечательного мужа на свете, - ищу глазами Ди и натыкаюсь на любящий аквамариновый взгляд, посылая ему волну нежности и обожания.
Танец заканчивается, папа оставляет меня, и я решаю подойти к Дориану, как вдруг одно маленькое обстоятельство внезапно останавливает меня на пути к цели. Дориан мигом подлетает ко мне и озабоченно смотрит в глаза:
- Что?!
- Милый, - как можно более спокойно отвечаю я. - Понимаю, что рано, но...ты не хотел бы через несколько часов стать папой?..
- Папа! Морис опять дергает меня за косички! - раздается звенящий голос Пенни из гостиной, и мы с Ингой спешим туда, заставая, что называется, картину маслом.
Дориан обнимает всхлипывающую дочку, которой якобы досталось от старшего отпрыска семейной четы Ван Гарденов, а глава этой самой четы с самым серьезным видом отчитывает сынишку за проявленное легкомыслие, требуя вести себя как мужчине. И только мой наметанный глаз, привыкший смотреть на вещи со стороны, вычленяет из общего гвалта хитрые взгляды, которые в перерывах между всхлипами бросает Пенелопа на мальчика.
Родившаяся спустя пять часов после того памятного приема, семимесячная, но абсолютно здоровая Пенелопа Детри, а по совместительству еще и первая в истории Призрачная сирена, о чем, конечно, не разглашалось под страхом смертной казни никому, кроме узкого круга лиц, стала раз и навсегда папиной любимицей. С возраста года, когда наша с Ди девочка поднялась на ножки и стала крушить в доме все, что попадалось под руку, ей прощались абсолютно все проказы. К трем маленькая интриганка уже вертела папой, как хотела, прочно заняв положение у него на шее и свесив оттуда свои тонкие ножки-соломинки. А уж если подключалась какая-нибудь из пар бабушек и дедушек, впору было бежать из дому. Но я мужественно терпела, надеясь на то, что когда-нибудь дитю просто надоест устраивать пакости и она примется за что-нибудь более интересное.
А потом в поле ее зрения попал Морис... Я никогда не сомневалась, что у Инги и Кристофера получатся великолепные дети. Ее красота, его уверенность в себе и бесенята в глазах - все это должно было дать убойное сочетание крови! И оно дало. Маленький Морис получился на редкость красивым малышом, унаследовав от мамы черную волну волос, а от папы - завораживающую синеву глаз. И родился в срок, то есть, через два месяца после нашей шалуньи. И этим неоспоримым фактом не раз подвергался насмешкам с ее стороны. Казалось бы, пять лет, что девчонка может соображать...но нет, наша златокудрая зеленоглазка, как любил называть ее папа, с упорством барана продолжала домогательства по отношению к Морису. В такие моменты мне казалось, что я вижу кису и Огненного в детстве, настолько невозмутим был мальчик и настолько язвительна наша дочь. Но иногда стойкое сердце все-таки не выдерживало...и тогда мелкая прибегала к запрещенному приему вызова тяжелой артиллерии. Ну а сердобольный папочка просто не мог отказать маленькой принцессе в просьбе утешить ее и оградить от настырного "поклонника".
Понимающе хмыкнув на развернувшуюся картину, я только кивнула кисе в сторону столовой, где нас уже ожидала Эдна. Мужчины должны были подтянуться чуть позже. Теперь, когда у Барса случались разъезды, связанные с его специфическими свойствами лекаря, тетя часто гостила у нас и постигала науку общения с детьми. На наши вопросы с Дорианом, когда же они соберутся с Барсом на такой же шаг она лишь загадочно обещала, что ее курс реабилитации и подготовки к семейной жизни еще не закончен. В общем, у них с мужем долгоиграющий медовый месяц, который пока ни один, ни другой прекращать не собирались. А сегодня, когда детей было четверо, она только весело смеялась на их шалости, не забывая подносить молочные коктейли, когда малолетние демонята уставали от беготни по дому.
В ожидании мужчин мы устроили маленький девичник на кухне. Приятно было посидеть женской компанией и просто поговорить ни о чем. У всех за пять лет, прошедших после поиска Ди и выдворения Калерии с Маггелановых Облаков, сформировался свой круг обязанностей и интересов. Эдна с Барсом, кстати, несмотря на освобождение тети от обязанностей Верховной, так и остались на планете Крылатой Богини, и теперь помогали Лидии с решением некоторых внеочередных дипломатических задач. Киса с Ван Гарденом жили на два дома, поскольку Криса часто требовали к Огненным, а его эксцентричная жена не желала оставлять клуб на Земле, пользующийся бешеной популярностью оттого, что в нем периодически выступала группа, в которой вокалировали жена самого предводителя драконов и один из самых известных целителей. Да, Барса тоже иногда удавалось вытащить на сцену, хоть у него и вставали волосы дыбом при каждом упоминании микрофона. На все вопросы, связанные с нежеланием петь, он отвечал просто: домурлыкался до брака - и с удовольствием демонстрировал всем серебристые браслеты на лодыжках. Мы с Дорианом продолжали поиски драконов по всей доступной Вселенной, попутно обыскивая планеты на предмет существования горгулий. Пока, конечно, все было безрезультатно, но мы не теряли надежды. Обосновавшись в Галактике Призрачных Драконов, мы с удовольствием пользовались доступными обоим телепортами, навещая то одних бабушек и дедушек, то других, потому что тем, конечно, в случае перехода к нам грозила неминуемая потеря памяти. Для Пенни телепорты вообще были любимой забавой, и она уже не раз предпринимала попытки шагнуть в арку самостоятельно. Пришлось повесить на шею неугомонной сирене маячок, подарив красивую подвеску в форме аквамариновой слезы. Под цвет глаз. Таких же, как у мужа.
И только один участник нашей группы немного беспокоил меня, но я старалась не афишировать мысли.
- Как там Селия? - спросила у тети, подняв глаза от чашки с ароматным кофе.
- Когда последний раз была на приеме у Барса, лучилась здоровьем, - вздохнула Эдна. - Но знаешь, такое ощущение, что она до сих пор хорохорится...
- Сколько ей еще проходить реабилитацию? - киса по-настоящему прониклась историей белокурой тигрицы, поэтому желала познакомиться с ней лично, однако каждый раз Селия успевала бесследно исчезать до новой встречи с Барсом, и что творится с ней во время между приемами, не было известно никому.
- Год, - задумавшись, ответила тетя. - Все-таки некоторые кости пришлось сращивать заново, так что выздоровление затянулось. Главное, что радость материнства ее все равно может настигнуть, - обнадеживающе улыбнулась она.
- У нее кто-то появился? - не без удивления спросила я, надеясь на отрицательный ответ.
Мне было искренне жаль Рида, который потратил немалое количество времени на поиски тигрицы. Но она продолжала убегать, появляясь лишь у Барса.
- Кажется, нет, - покачала головой Эдна. - Она вообще сторонится всех. Я думаю, с ней это останется еще надолго...
Когда подтянулись наши мужчины, разговор сам собой перетек в более приятное русло. Обсудили последние новости планет, ближайшие планы на будущее, а потом мужчины отправились в кабинет заниматься делами. Вскоре за Эдной заглянул Барс, и они достаточно быстро покинули нас. Ди с Крисом отправились решать очередные драконьи дела в кабинет, и мы с Ингой остались вдвоем.
- Нет, я, конечно, понимаю, тонко намекать Эдне о возможности продолжения рода, особенно в той интерпретации, что можем мы с тобой, - это забавно, - проговорила киса. - Но вы с Детри тоже что-то не спешите догонять нас в числе отпрысков. А Ван Гарден, между прочим, уже начинает просить прибавления в семействе, - сделав значительное лицо, намекнула она.
- Так это замечательная новость, - засмеялась я, - ты же знаешь, дети - это чудо и мы всегда будем им рады. Но я, похоже, еще не заслужила в глазах Дориана титул образцовой супруги и достойной матери семейства.
- Как? - округлила глаза пантера. - Он до сих пор считает тебя легкомысленной сиреной с маниакальной верой в чудеса в чужих Галактиках у черта на куличках?!
- Похоже, что так, - улыбнулась я. - Но я работаю в этом направлении...
День близился к завершению, и чета Ван Гарденов тоже покинула нас, отправившись на сегодня к Огненным драконам. Там у них был свой уютный домик, который киса обставила по своему вкусу и который теперь служил местом встречи дружественно настроенных оборотней. Вокруг Инги неизменно сосредотачивались люди с сильной волей и стремлением к справедливости. Везде, где бы она ни появлялась, она умудрялась сколотить сильнейшую и единогласную компанию.
Хулиганка Пенни, как это и бывало обычно после приезда Мориса, спать отказывалась категорически. В качестве взятки пришлось прочитать ей несколько глав из сказки про могучих эльфов и хоббитов, которую я недавно купила на Земле. Моя мечтательница такие обожала, и я не брезговала пользоваться столь выразительными средствами подкупа, лишь бы спустя некоторое время она сладко посапывала, прижав к груди любимого плюшевого медвежонка, а я могла заняться подрывной деятельностью в отношении мужа. Что, собственно, сейчас и планировала совершить.
Дориан любил красивое белье. Особенно - красивое белье на мне. Поэтому после ванной комнаты мой путь лежал к комоду с вещами для специальных случаев. Вот как сегодня, например. Кружевной комплект нежно-зеленого цвета и легкий халатик в тон - пусть только попробует не заметить из-за своих бумаг, и я обещаю, что перейду к тяжелой артиллерии! Капля еле ощутимых духов, которые можно почувствовать лишь в опасной близости от кожи, и я легкой птичкой лечу в сторону кабинета мужа. Знаю наперед: сейчас Дор настолько погружен в бумаги, что вытащить его из бюрократической ямы можно разве что пушечным выстрелом. Но у меня-то есть идея получше...
Захожу в кабинет, неслышно приближаюсь к креслу, за которым устроился супруг, и незаметно опираюсь на его спинку, выглядывая из-за плеча Дориана.
- Милый, ты хорошо провел день? - задаю дежурный вопрос, который станет первым в нашей маленькой игре.
- Угу, - не реагируя на мое присутствие, отзывается Ди, и я понимаю, что это ответ скорее на собственные умозаключения, нежели на мой интерес.
- Тебе понравилось, что в гости приезжали Ван Гардены и Барс с Эдной? - произношу следующий ничего не значащий набор слов.
- Угу... - вновь соглашается муж.
- Любимый, - я улыбаюсь, потому что сейчас будет небольшая шалость перед подачей основного блюда, - как ты считаешь, нашему сыну пойдет имя Арагорн? - вспоминая персонажа любимой книжки Пенелопы, открыто ухмыляясь, продолжаю я, в то время как руки медленно разминают его плечи и спускаются ниже, к груди, но и теперь Дориан не желает возвращаться к насущным проблемам, пребывая мыслями в отчете.
И я понимаю, что пора использовать главный аргумент, а потому наклоняюсь и прижимаюсь губами к его разгоряченной коже за ушком, отчего слышу свистящий вдох мужа и судорожное сглатывание. Сам он, я больше чем уверена, сейчас прикрыл глаза, целиком и полностью настраиваясь на меня, и все же его вопрос звучит немного странно в свете того, что я собираюсь сотворить:
- Кто такой Арагорн? - и полные непонимания вперемешку с зарождающимся в них желанием глаза предстают прямо передо мной.
Отлично, теперь я наконец смогла привлечь внимание, а потому медленно покидаю место дислокации, лукаво улыбаясь и оказываясь рядом с креслом, на котором Ди с застывшим в глазах интересом следит за моими действиями.
- М-м-м, - я чувственно закусываю губу, глядя на мужа из-под опущенных ресниц. - Пойдем, я тебе покажу кое-что...связанное с ним.
- Куда? - настораживается Дориан, но я только маню его пальчиком, и он уже не в силах противиться очарованию.
- Милый, что ты знаешь о поющих драконятах? - вспоминаю давний разговор с Ингой и Ван Гарденом и внутренне улыбаюсь, видя откровенное замешательство на лице Дориана. Но нет, дорогой, нам пора подумать о мальчиках...
Беру его за руку, прижимаюсь всем телом, медленно и со вкусом целую и уверенно веду за собой в сторону спальни. И я почему-то на сто процентов уверена, что сегодня Ди сдастся. Мой Призрачный дракон и истинная половина. Терпеливый и пламенный одновременно. Герой прошлых снов и единственное в мире счастье...