Парни были, хоть и щуплые, да рослые. Но дворцовый дворник прежде выступал в цирке силовиком-гиревиком, силачом по поднятию тяжестей. Он держал связанных по рукам и ногам мальчишек на весу в вытянутых руках за шиворот, как котят за шкирку. Причём двоих сразу в левой руке.

— Воришки, ваше сиятельство! Пытались подломить дверь в кладовку с продуктами. Дворцовая стража спымала.

Обергофшталмейстер зевнул спросонку и прищурился.

— Гопники, Митрофан?

— Кто ж ещё, ваше сиятельство! Все в зэковских наколках.

— Ты их обыскал?

— Ничего стащить не успели.

— Что у них в карманах?

— Ась?

— Документы, спрашиваю.

— Штось?

— Бумажки, может быть, при них какие-то были.

— Были, ваше сиятельство.

— Брось их на пол.

— Слушаюся!

— Да не документы, а воришек!

— Звиняйть, ваше сиятельство… Вот ихния бамажки.

— Какие-то затёртые справки, корочки сомнительные…

— Полицию вызвать прикажете?

— Погоди-ка с полицией, братец… Долгорукий… Оболенский… Неужто рюриковичи?.. А этот ещё и Голицын… Может, даже и гедиминович.

— Яксь?

— В полицию не звони, а запри их на ночь. Завтра с ними гофгеральдмейстер и товарищ начальника контрразведки двора ея императорского величества поработают.

— Запереть в пытошной?

— Для начала в холодной.

— Слушаюся… А кормить?

— Пока не надо. До выяснения генеалогии. Возможно, дегенераты.

— Ась?

— Выродки, говорю.

— Што точно, так точно — выблядки чистой воды, ваше сиятельство. Один меня за палец укусил.

Господин придворный гофгеральдмейстер разложил рулоны распечаток перед обер-гофштальмейстером на столе, богато инкрустированном перламутром.

— По анализам крови и ДНК, по компьютерному совмещению мягкий тканей лица на старинных портретах князей, задержанный Голицын несомненно чистой воды гедиминович. Оболенский тоже не вызывает нареканий по происхождению. Только вот Долгорукий…

— Что, Долгорукий?

— Краниологи отмечают довольно чётко выраженную брахицефалию. Голова кругловата для Рюриковичей.

— У князя Юрия Долгорукого и его сына Андрея Боголюбского матери и бабки были из половецких красных дев.

— Я сообщил об этом краниологам. Но они подписали экспертное подтверждение генеалогического сходства лишь на 97,8 %.

— Их бы самих проверить на чистоту расы.

— Согласен. У них в службе слишком много чернявых да курчавых.

— Разрешите?

На пороге застыл статный офицер с одним голубым просветом на золотых погонах. Он был в парадно-выходном мундире со свитскими аксельбантами, но не в брюках навыпуск, а в шароварах с голубыми лампасами и высоких сапогах. Казаки не признавали брюк галифе.

— Есаул Горлохвач!

— Входите, голубчик! С чем пришли? Что принесли?

— Досье из полиции на всю троицу. Задержания и приводы были, отсидок нет.

— Образование?

— Три-четыре класса в лучшем случае, как у всей русской черни.

— По справкам из школ?

— Ни в одной из столичных школ о них нет записей. Сам испрашивал данные. Генеалогические древа высокородных аристократов проходят в школе, начиняя с пятого класса. Они же понятия не имеют о генеалогии.

— Происхождение? Родня?

— О родителях известно только со слов третьих лиц. Родились в пристоличных деревнях. Их отцы и матери кочуют в поисках одноразового заработка по всей империи, как и пристало русским бездельникам. Православные безбожники. Никто в родне не бывал под судом и следствием. В связях с радикальными подпольными группировками анархистов не замечены.

— Мировоззрение и политические убеждения?

— Убеждений нет как таковых. Мечтаний и помыслов тоже. Мировоззрение утилитарное и прагматическое. Думают лишь о денежной выгоде здесь и сейчас. Урвать и сбежать. Об ином не помышляют.

— Типичные новые русские смерды.

— Так точно, ваше сиятельство!

Гофгеральдмейстер в расшитом золотом камзоле камергера церемониальным шагом восшествовал на учительскую кафедру.

— Здорово, братцы!

— Желаем здравия, господин гофгеральдмейстер!

Наставник юных аристократов снисходительным кивком соблаговолил дозволить ученикам сесть за парты. Юноши были коротко острижены. Одеты в брючки-гольф и куцые курточки. Обуты в лёгкие туфельки и белые гольфы с бантиками по бокам. На ворот куртки ниспадал волнистый отложной воротничок белоснежной сорочки с кудрявым жабо на груди. На белоснежных манжетах тоже кудрявились воланчики.

— Поздравляю, господа аристократы! С сегодняшнего дня помимо занятий бальными танцами, обучению придворному этикету, фехтованию и художественной гимнастике вы будете проходить гипнотические сеансы ускоренного усвоения истории Российской монархии. Если успешно сдадите все испытания на придворном совете, вас посвятят в пажи ея императорского величества.

Ученики озадачено переглянулись.

— А чо это?

— Высшая почесть для юных отпрысков аристократических родов. Строжайшим образом предупреждаю — вы будете возведены в высшую степень посвящения. Запретные знания не должны просочиться к смердам. Если случайно или по искушению нечистого нарушите клятву заговорного молчания, пеняйте на себя. У наших спецагентов длинные руки. Вас найдут в любой точке земного шара. Казнят без суда и следствия. Теперь задавайте вопросы.

Кандидаты озадаченно почесали бритые затылки.

— Да вроде как и коню понятно…

— Ну и прекрасно! Для начала я прочитаю вам вводную лекцию, вкратце обо всём. Можно задавать вопросы. Только не перебивайте лектора, а тяните руку… Итак, вы уже знаете, от Ладоги и Колы государство русов под дланью рюриковичей утвердилось до самого Киева, Крыма и Тьмутаракани.

— Чего? — спросил курносый княжич Долгорукий.

— Так тогда называли Кубань, ваше сиятельство. Этикет двора и костюмы придворных вам уже преподали. Всё было чисто древнерусское, но с течением веков русское платье вытеснялось куртуазным изыском лучших королевских дворов Германии.

— А чо так-то мы изучаем придворный этикет Гогенцоллернов, а не Габсбургов или, к примеру, Бурбонов? — вопросил конопатый Оболенский, первым подняв руку.

— Потому, ваше сиятельство, что есть мудрая поговорка; "Кайзер над Пруссией, Пруссия над Германией, а Германия — над всем миром".

— Но мы-то живём в русском царстве. Его Рюрик основал.

— Основать-то он основал, но из каких земель был родом князь русов Рюрик?

— С острова Руяна, — тут уж вызвался отвечать белобрысый и горбоносый Голицын.

— С острова Рюгена, вы хотели сказать, господин кандидат. Соблаговолите все взглянуть на карту Восточной Германии. Вы видите, как много названий городов на ней оканчиваются на "-ов" и "-иц". Лейпциг назывался когда-то Липском или Липецком. А старонемецкие фамилии Лютцов, Вольцов, Модров вам ни о чём не говорят?

Кандидаты дружно замотали аккуратно остриженными головами. Но Долгорукий догадался первым:

— Чо, там так-то русские тоже жительствовали?

— Верно уловили мысль. Отцы языкознания, немецкие филологи, некогда писали, что западные славяне — народы русского корня. Восток Германии плотно заселяли различные русские племена. Почему?

— Аттила увёл тевтонов заодно с готиками и кельтиками на сход солнца в благодатные земли запустевшего Первого Рима. А русы расселились от Лабы, Одры до Невы, ваша светлость, — даже вскочил с поднятой рукой Оболенский.

— Отличный ответ! Почему же тевтоны снова потянулись назад?

— "Навала на Восток" началась, когда сарацины под рукой Саладина выгнали Аттиловых последышей из Африки и Святой земли. Вернулись оборвыши домой в леса, а под боком с Лабы и Одры до Невы Русь богатеет. Завидно и обидно побитым голодранцам стало. И ринулись они на Западную Русь, гоня перед собою русских, каких потом пометили общим наименованием литвины, — выпалил Голицын, сам же литвинского корня. — Они не соизволили сделаться немцами и креститься в латынян. Хотя через несколько веков всё же ополячились и перекрестились в католиков.

— Ставлю ещё раз отлично, господин кандидат в пажи! Итак, после натиска тевтонов на этих землях русы жили вперемежку с немцами. Вот откуда у князя русов Рюрика "немецкая косточка", страсть к подчинению и порядку. Ещё вопросы?

— А почему Пруссия над Германией?

— Пруссаки — плод слияния русских и немецких кровей. Они отличаются от других немцев любовью к строгому порядку, отвагой, бесстрашием и особой чистоплотностью. Они немцы со знаком качества. Отважные завоеватели и покорители.

— Чего ради так-то мы с немцами воевали, коли мы с имя сроднилися? — почесал курносый нос Долгорукий.

— На то имеется ещё одна мудрая поговорка: "Упаси мя, боже, от родственничков моих! С врагами я сам разделаюсь". Навала тевтонов и готов-шведов на Русскую землю была просто осатанелая. Но в ту пору три содружных князя — Данила Галицкий, Медвег Литовский и Александр Невский остановили немца и шведа. Жду ваших новых вопросов, любознательные господа.

— Зачем австрияки отделились от немцев? — спросил конопатый Оболенский. — Пруссаков забоялися?

— Вы забегаете вперёд. Это было на несколько веков позже. Не австрияки отделились от немцев, а немецкие государства после кровопролитных войн добились независимости от могущественной Вены. Об этом вы узнаете на гипнотических сеансах по истории.

Господин гофгеральдмейстер поправил белоснежный парик с завитыми букольками.

— Жду ваших вопросов.

— Почему русы потеряли Восточную Европу? — потёр длинный нос с горбинкой Голицын.

— Я отвечу, ваша светлость! Можно?

— Сделайте одолжение.

— Русы на тёплых землях всегда теряли здравый толк и замысливали странное, желая запретного, — протараторил курносый Долгорукий. — К примеру, Великая Моравия вкусила византийской сладости, доверилась врагам и ослабла перед немцами и угорцами.

— Верно, господин кандидат! Что было дальше?

— Вслед за ней на заход солнца навстречу немцам направили предательские взоры Полоцк, Псков, Новгород и даже Тверь. Но не жить в холодной и малоплодной стране, как в тёплых странах на тучной почве без того, каб не обездолить смердов.

— Попрошу истолковать научно!

— Бесправные и покорливые нужны, легко отбирать у таких скудный урожай. Это ж вам не египетские плодородные нивы для прокорма древних римлян. У нас на Руси коли хочешь боярином жить — выгреби у мужика последнее зёрнышко. Боярин грабил мужика, а князь грабил боярина. Вот вам и причина междоусобных войн.

— И кто такой беспредел прекратил?

Кандидаты в пажи наморщили лбы и шевелили беззвучно губами, но никто не отважился дать ответ. Гофгеральдмейстер поучительно изрёк:

— Укрощать строптивых князей начали еще последние рюриковичи, особенно цари Иван Третий и его внук Иван Грозный. Потом власть захватили Романовы, последыши воя Кобылы, чьи сокровники ходили с Аттилой на заход солнца и набрались там чужеземной крови. Их взгляды были мрачные, помыслы тёмные, и направлены в сторону тьмы, куда заходит солнце. А уж потом Гольштейн-Готторп-Романовы на Русской землице построили слепок умозрительного Германского рейха, о коем чаяли все немцы, да у тех не получилось сразу, как у рюриковичей.

— И как так-то у русских всё сладилось? — хором выпалили не в меру любопытные кандидаты.

— София Августа Фредерика Анхальт-Цербстская, она же Екатерина Великая, и её муж Карл Фридрих Гольштейн-Готторпский, он же Пётр Третий, создали Германский рейх на русский лад назло Старому Фрицу из Пруссии. Тому до конца жизни так и не удалось сколотить Германский рейх на немецкий лад. Причём их отпрыски даже железнодорожную колею шире сделали, помятуя поговорку: "Упаси мя, господи, от родственничков моих!"

— А немцы чо? — буркнул не пойми кто.

— Только выкормыши Старого Фрица в 20-м веке построили-таки Третий рейх. Замысел смелый, удачливый, но скоротечный — всего двенадцать лет. Русские прихлопнули его, как навозную муху. Наши три раза брали Берлин за всю историю. Немцы Москву — ни разу.

— А чо русские цари так-то немцы поголовно? — задрал курносый нос Долгорукий.

— Русские ещё с дорюриковых времён не умели управлять своей страной.

— А Гитлеру наваляли-таки!

— Тогда правил нерусский Сталин… После Петра Великого ставили только полунемок в царицы, а уж после Екатерины Великой правили исключительно чистокровные немцы. Междоусобица это раздор меж своими, а немцы не сварилися между собой до последнего царя, которого русская чернь озлоязычила Кровавым. В чём же главная заслуга русских царей с чисто немецкой кровью в жилах?

В ответ лишь гробовое молчание.

— Эх, господа высокородные! Самой великой заслугой Гольштейн-Готторп-Романовых было разрушение мирового, краевого, окружного самоуправления. Говоря культурным языком Запада, русские были республиканцами испокон веков.

— Эт-та как так-то понимать?

— Русские жили соседской, окружной, мировой общиной, а не родоплеменным укладом. Им было всё равно, каких ты кровей, кем ты родом и откуда ты. Лишь бы ты уважал "опчество" и соблюдал русские нравы и обычаи. Правили народным сходом. Ещё предпоследних князей-рюриковичей приглашало или прогоняло вече, общее собрание. Даже царя Петра, уже Романова, попы объявили "ненастоящим", а стрельцы хотели свергнуть.

— Чо так-то?

— Настоящего самодержавия в цивилизованном европейском духе на Руси тогда не было. Его и подлинное крепостничество своим законо-уложением утвердили только Гольштейн-Готторп-Романовы. Но республиканский бунтарский дух у русских так и не выветрился до конца. Мир-община прочно укоренилась в памяти народной. Ещё в двадцатом веке община жила в колхозах, артелях и даже на заводах-гигантах. Всегда будьте начеку — бунтарский дух в русской душе до сих пор тлеет под личиной мнимой покорности.

— А по городу нам прогуляться можно без опаски в пажеских мундирах?

— Из дворца ни на шаг! Да и вас не выпустит стража.

— Чо так-то! Мы не зэки в закрытке и не солдаты в казарме.

— Обещаю, вам весело будет с фрейлинами ея величества на уроках куртуазной шаловливости.

В качестве особого знака отличия и высокого чина господин обергофкамергер носил на бедре с правой стороны на золотом шнуре золотой ключ, осыпанный бриллиантами, с двумя массивными кистями.

— Вы, юные пажи, на царском пиру очень понравились господину оберфоршнайдеру.

— Это ещё кто такой-то? — буркнул в курносый нос Долгорукий.

— О, вы приглянулись самому главному разрезателю царских кушаний, тайному советнику графу Головину!

— Подумаешь… Резать пироги всякий мастак.

— Учтите, вы будущие камер-юнкеры и камергеры. Все придворные чины — в генеральских рангах. Производство в следующий чин целиком зависит от усмотрения ея величества. А у вас нет ни малейшего представления о табели о рангах и никакого пиетета перед вышестоящими. Не речь у вас, а какая-то перебранка простолюдинов. Я лично прикажу попечителю царских театров дать вам лучших логопедов, риторов и преподавателей ораторского мастерства, чтобы навсегда избавить вас от просторечия.

— Ещё долго учёбой мучить будут? — скривился конопатый Оболенский.

— Изрядно. Пока что вы просто неотёсанные мужланы. Потом лучшие из вас получат звание камер-пажей.

— А чо они делают-то?

— Неотлучно находятся при одном из членов императорской семьи.

— Охранниками, что ли?

— Обязанности пажей состоят в участии в разного рода церемониях. Пажи сопровождают членов императорской фамилии, несут шлейфы или держат накидки царственных дам и тому подобное.

— Юбки бабам задирать?

— Запомните, статс-дамы для вас недоступны. Если, разумеется, сама статс-дама не восхощет с вами пошалить, ну, вы меня понимаете… Не краснейте! Тут все мужчины… Всё, что происходит при дворе, остаётся глубокой тайной для черни. Доступных фрейлин вам укажет гоф-статсдама. Амурно самовольничать без её дозволения — ни-ни!

— А если укажет на некрасивую?

— На самых красивых давно положили глаз камергеры и царственные особы. Не отчаивайтесь. Несимпатичных девочек во фрейлинах не бывает. Они все секси.

— А если мы подерёмся из-за какой-то тёлки?

— Исключено! Выдержка и только выдержка — вот что отличает высокородного пажа от гопника с района. Скоро вам выпадет великая честь прислуживать при совершении бракосочетания ея императорского высочества княжны Мериам Максудовны с его великогерцогским высочеством Мамбетом Искандеровичем. Там и пройдёте испытание на выдержку.

Господин обергофкамергер постучал золотой вилкой по хрустальному бокалу с золотым вензелем дома Гольштейн-Готторп-Романовых.

— Господа! Мы с вами заплутали в нашей путанной беседе и попали на непристойную стезю. Стыдитесь! Смею напомнить, что у нас не празднование по случаю досрочного производство вас в пажи ея величества, а своего рода "тайная вечеря". Патриарх Ермолай решительно возражает против сего наименования и грозит нам пальчиком. Но это придворная традиция, и мы её сохраняем.

Пажи пристыженно потупились, отложив ножи и вилки. Думали, что за сим воспоследует предтрапезная молитва. Но обергофкамергер благосклонно улыбнулся.

— Заметили, что слова срываются с моих губ и словно растворяются в тишине? В этом зальце, задрапированном чёрным бархатом, идеальная звукоизоляция. Приточная вентиляция пропускает кондиционированный и ароматизированный воздух сквозь три фильтра совершенно бесшумно. Зал для тайной вечери защищён от любого сканирования. Нас никто не подслушает. Можно говорить свободно обо всём. Хоть нести крамолу и нецензурщину. Записывает только мой карманный диктофон. И пусть вас не смущает чучело летучей мыши в дальней нише со свечками. Об этом алтаре я расскажу вам в следующий раз. А теперь, братцы, дружно вспеним бокалы шампанским и выпьем за здоровье ея величества!

Юные пажи чокнулись с бокалом главного наставника и опустошили полулитровые бокалы. Обергофкамергер снял парик с буклями, провёл ладонью по лысой голове и заговорил таинственным тоном:

— Теперь я посвящу вас в сакральное знание о родословном древе последних Гольштейн-Готторп-Романовых. Открою вам сокровенную тайну — все без исключения царственные особы России чисто русской крови!

— Чо-то…

— Как-то…

— Не так-то.

— Я, юные господа, докажу вам эту очевидную для всех истину чисто логически. Императрица Марианна…

— А хто батяня ейный?

— Фу, как бестактно, господин Голицын! Отец нынешней матушки русского народа — Каролус Эрих Николаус Майнтценгенский. Тоже русский и православный.

— Эт-та как понять?

— Такое надо не понимать, Долгорукий, а принимать на веру с чистым сердцем. Её прабабка, грузинская княжна Тиграда Гвардциони-Мухасранская, по мнению геральдистов, происходит из древнего православного рода грузинских царей, правивших ещё до Рюрика.

— А на русском царица говорит? Что-то на пиру мы от неё ни одного русского слова не слыхали.

— Марианна Николавна свободно говорит и читает не только на русском и остальных европейских языках, но и на арабском и иврите. Она ни в коем случае не хотела навязать россиянам монархический строй против их воли, но токмо по воле народной. Провозглашала ещё при антинародном режиме: буде такова воля явлена, она готова сесть на престол и служить своему народу. И народ после Великой Ельцинской революции и Реставрации монархии выбрал самодержавие, православие, народность. Причём совершенно добровольно. Поэтому благоденствует и безмолвствует.

— А сынуля ейный от кого? Царя-то у нас нету.

— Вдовствующая императрица, как вам известно. В законном браке родился русский цесаревич Боголюб. Недоброжелатели объявляют русского цесаревича представителем династии Гогенцоллернов, а не Гольштейн-Готторп-Романовых. Злопыхатели именуют его Готтлибом Прусским, но это всё беспочвенные и досужие сплетни. На самом деле он чисто русский по крови и православный по вере.

— А чего-то так-то иноземцев любит?

— Цесаревич Боголюб, господин Оболенский, объявил народу: "Пусть вас не пугают чужестранные танки на Красной площади. Наводя мосты между Россией и Европой, следуем путём, который проложил в своё время мой предок Пётр Великий. Он приглашал немецких офицеров и генералов на русскую службу". А нынешние монархи приглашают израильских и американских воевод.

— Так-то цесаревич не байстрюк, получается?

— Как вы могли подумать такое, господин Долгорукий Повторяю дважды, царица родила сына в законном браке с эрцгерцогом тирольским и швабским Фердинандом Парапонтосом Тринадцатым. Повсюду с царскими почестями принимают главу Российского императорского дома Гольштейн-Готторп-Романовых императрицу Марианну Николавну и цесаревича Боголюба Парапонтыча. Именно они являются наследственными возглавителями фамильной корпорации, хранящей идеи и традиции тысячелетнего монархического государства-семьи. То есть преемственности русской монархии от великого Рюрика, хранителями непрерывности династии от инокровного посягательства.

— А кто посягает?

— Эх, Долгорукий! Ваш предок предал рюриковичей, наплевал на Киев и основал Московию. И в вас та же червоточина жива… Так знайте же все, что угроза исходит от самозванцев. Перед печальным концом правления предпоследних Гольштейн-Готторп-Романовых российская императорская семья успела разрастись до огромных размеров. Сегодня их потомки живут по всему миру, но некоторые относятся к своим царским корням с особым трепетом и претендуют на трон.

— Мы по тырнету лазим, не пальцем тыканные… О Романовых в сетях дажить куры не кудахчут.

— Нет же! Ошибаетесь. Опасность появление самозванцев жива по сю пору. Потомки Саксен-Кобург-Готской ветви неоднократно самопровозглашали себя местоблюстителями российского престола. Гессенское ответвление тоже не дремлет. Да и барон Карл-Густав Маутхаузен-Заксенбург не унимается. Благо, потомков Ольденбургской ветви отодвинули в тень, как и князей Юрьевских. Но и у Екатерины Великой было несколько внебрачных сыновей. Самозванство погубит любую династию! Нашу царицу Марианну Николавну признают русская православная церковь и все европейские королевские семьи чистых кровей. Вот, что самое главное!

— Чо-то народ царицу нашу не шибко любит.

— Да как вы посмели такое сказать, князь Голицын! От лицезрения царственных особ по телевизору у русских людей рождается в душе благотворная умиротворённость и даже затаённое ликование, а домашние бумажные иконки начинают мироточить.

Господин обергофкамергер раскраснелся от выпитого. Выставил на стол целую "четверть" — трёхлитровую бутылку водки.

— Вот она, родная "Российская". С берёзками на наклейке. Пятьдесят шесть градусов. Для крепких духом людей. Что для русского здорово, то немцу — смерть! Выпьем за здравие царской семьи. Хох новому тысячелетнему рейху династии Гольштейн-Готторп-Романовых! — совсем уже неожиданно для такого толстого борова по-поросячьи взвизгнул господин обергофкамергер и вскинул руку в римском приветствии. — Хайль Готтлиб! Пьём до дна! Стоя! Виват!

Все трое сидели по-пацански на корточках у туалета для прислуги и по кругу тянули самокрутку с травкой.

— Пацаны, а чо вы тут забыли?

— Но-но, мы пажи на службе ея величества! А ты кто такой, дядя?

— Я золотарь ея величества! Горшки со сранью за высокородными выношу. Унитазы чищу. Сантехнику чиню.

— Сантехник, значицца?

— Ещё какой! Не пойму я вас. Реальные пацаны, а в лакеи подались.

— А ты-то сам?

— Я-то хоть кредит за квартиры выплатил для троих внуков. А вам этот геморрой на кой?

— Патриоты мы!

— Мы за возрождение имперской России!

— Отчизну любим.

— Пацанчики, белогвардейцы тоже очень любили отчизну, но… странною любовью. Ярче всех эта любовь пылала у блестящего писателя и атамана Петра Краснова и его подельника атамана Шкуро на службе у Гитлера.

— Были и честные, дядя!

— Были, как не быть…. И тоже очень любили Россию. Именно поэтому православный авиаконструктор Игорь Сикорский создал американцам блестящее вертолётостроение. А его спонсор и сердечный друг композитор Сергей Рахманинов вкладывал кровные денежки в военно-промышленный комплекс Америки. Славные поборники за матушку-Русь!

— Подумашь, вертолёты… У наших вот такенное оружение, куда там пиндосам!

— Отцы-командиры и начальники-патриоты на ходу подмётки рвут, продают тактико-технические данные матчасти предполагаемому противнику, знамо дело.

— Да ну тебя… Весь мир с нами и за нас! Противников у русских нет. Только дружбаны и партнёры.

— По вашим нонешним понятиям, партнёры бывают активные и пассивные. Вас активные партнёры будут без отдыху и продуху драть сверху в хвост и в гриву. А вы, которые снизу, будете терпеть, пассивные партнёры. На то вы и терпилы.

— Никто на нас напасть не отважится!

— Нападать на нас не отважатся, но взорвут изнутри.

— На этот вонючий случай по нашим границам танки партнеров утыканы. Привалят на подмогу царице.

— Танки, которые стоят по границам России, никогда не пойдут во фронтальное наступление, как на Курской дуге. То ж будущие оккупационные войска для усмирения русских туземцев. Когда российские правители сдадут страну по частям на поток и разграбление, эти танки будут поддерживать власть будущих вице-королей колоний, нарезанных из лоскутов новой Российской империи.

— Кремль будет наш!

— Ваш… Ваш… И стрелять по нему из амерских танков будут ваши же русские танкисты, как те подлюки на службе Ельцина пуляли по своим же в Белом Доме.

— Чего-то ради — нашенские?

— А чтоб натовской солдатне не попасть под международный трибунал и не болтаться в петле за преступления против человечности.

— Американцы разгромили Гитлера!

— Бомбардировками с безопасной высоты? С немцами они никогда не воевали на суше, кроме высадки через Канал. Потомки ветеранов СС часто проговариваются по телеку, что их прадеды талдычили в воспоминаниях: "Как хорошо, что после высадки союзников в Нормандии мы отступали на западе без боя!"

— И правильно делали!

— Нам бы так!

— Раз немцы у нас порядок наводили, и нам надо было немцам сдаваться без боя. Пили бы баварское.

— "Как упоительны в России вчера" — эта песня не про вас.

— Не пугай, старик! У нас вся жизнь впереди.

— Думаете, у вас впереди только, как в той песне:

"Балы, красавицы, лакеи и юнкера,

И вальсы Шуберта, и хруст французской булки"?

— А чо не так-то?

— А то, что впереди у вас:

"Острог, соха, жандармы, филера,

И свист кнута, и хруст лозовой розги…"

Так что, пацаны, валите отсюда пока не поздно, а то придётся валить тайгу, когда придут к власти настоящие хозяева Земли Русской

— Маркиза Полонская и курфюрст Притрушев не дозволят серпастомолоткастым краснюкам снова прорваться к власти. Они, как и дворник Митрофан, из силовиков. Только из другого цирка.

— Когда-то в Париже русские княгини шли на панель, а князья таксовали и кочегарили.

Дворника на самом деле в детстве крестили Сергеем, но для придворного благозвучия велели именовать Митрофаном. Он в прошлой жизни давал уроки изящной словесности в лицее искусств, но теперь старательно осваивал просторечие, как полагалось балакать русскому дворнику при дворце ея величества.

— Сбёгли, вашество…

— Неужто и на самом деле сбежали?

— Драпанули, ваше сиятельство.

- Дворец со всех сторон под стражей!

— Голь на выдумки хитра.

— Так то ж голь перекатная, а они будущие камер-юнкеры и камергеры.

— Смылися…

— Митрофан, да как же они могли обойти дворцовую стражу и незаметно скрыться?

— Выбили окошко в пандусе помещения, где обитают царицыны коты и кошки, ваше сиятельство.

— Коты поднимут дикий рёв и вой с мяуканьем кошек на подпевке, стоит только к ним вторгнуться чужакам.

— Сукины сыны опоили их валерьянкой.

— Ума не приложу! Мы их вытянули из нищеты, Митрофан, а они снова подались на дно бытия.

— Могёт быть, они из сектантов. Те верят в заповедь: "Блаженны нищие, ибо они унаследуют царствие небесное", вашсятельство.

— И украли, как нищие, дешёвые мельхиоровые ложки с золотым напылением. Просто в голове не укладывается.

— Так гопники же! Чаво с таких взять?

— А может, они так поступили с хитрым умыслом.

— Это как-с?

— Украли поддельное золото, чтобы показать, что новая русская монархия тоже подделка?

— С них станется, ваше сиятельство. Но у спецагентов двора ея императорского величества длинные руки. Спымають их.

— Митрофан, про спецагентов это такая же придумка-подделка, как и наше мнимое царство. У царицы и гроша ломаного нет за душой. Живёт на подачки мироуправителей.

— Не могу знать, ваше сиятельство.

Сиятельный граф Стародубов ослаб в коленках и присел. Не на корточки, как гопник, а на ступеньки у входа во дворец.

— Мне конец, Митрофан.

— Где конец, там и начало сыщется.

— И то правда… Знаешь, кто такой обер-гофшталмейстер?

— Откуда мне, дураку-то…

— Это обычный завгар. Старший над теми, кому положено крутить хвосты лошадям каретным и царским лимузинам. Лишат графского титула, напрошусь в любой гараж хоть простым механиком.

— Спрос немалый, согласен. Стада машин из года в год разрастаются.

— Автосервис вечен, не то что наша эфемерная монархия.

— Ага, ваше сиятельство, тележных дел матера всегда в цене.

— А знаешь почему?

— Никак нет!

— Потому что колесо — штука круглая, а развал и схождение — дело тонкое.

КОНЕЦ