Симпатичная и подающая надежды модель Лида благодаря феям (подвид тригурди) попадает в другой мир. Феи испытывают девушку в трех историях. Что ее ждет? Какие странные ситуации и испытания? Сможет ли она обрести любовь, полностью разочаровавшись в этом слове? И чем закончится противостояние фей?
Бульон призывно булькал, и в него полетела морковка. Лида вздохнула и повернулась к столу. Кроме картошки и макарон в суп положить было нечего. И она могла поклясться на крови, что все это - происки мамы.
Кажется, та вышла на тропу войны и, тайно проникнув в ее квартиру, выкинула все порошки, бады, консервированные овощи, похудители и похудятины.... В общем, не осталось ничего диетического, разве что морковка. Но много ли сваришь с одной морковки?
Зато морозилка оказалась забитой мясом, курицей и даже индейкой. Последнее Лида повертела в руках и со вздохом убрала обратно. Варить такое она не умела, лишь только кушать в шикарных ресторанах, куда ее периодически приглашали поклонники.
Наконец, суп сварился. Лида налила себе тарелочку ароматного супа, и, пока он стыл, успела ополоснуться и вымыть голову.
Завтрак девушка проспала, потому что накануне плакала, а еще переживала по поводу маминой диверсии.
И вот, наконец, тарелка супа маняще смотрела со стола и будто говорила:
- Съешь меня!
Лида с удовольствием съела две ложки, и на третьей поняла - что-то не так. Кажется, она забыла положить соль.
Бросила щепотку соли и попробовала. Не солено.
Бросила еще одну щепотку.
Опять не солено.
Потом она все-таки взяла ложку из солонки и положила ее всю в тарелку. О, теперь, кажется, можно есть.
Девушка успела съесть три ложки, а после у нее случился соляной удар – перед глазами все поплыло, соленый вкус во рту плавно стек в желудок и устроил там революцию. Причем, местные сразу сдались.
Так Лида медленно откинулась на уголок и временно застыла в этом измерении.
Но зато очнулась в другом!
Здесь все было иначе! Изумрудные леса, с фиолетовым отливом, простирались до горизонта. Малиновое солнце уже готовилось садиться, а вокруг образовался какой-то звериный концерт.
Птички чирикали и заливались трелями, а зайчики, барсуки, косули и лисы сидели полукругом на полянке, будто слушая это музыкальное безобразие. Все это казалось зарисовкой с просмотренного в детстве мультика Бэмби, если бы не три феи, левитирующие вокруг. Они кружились в воздухе, наслаждаясь пением, и на их прелестных личиках отображалось блаженство.
Но Лида стояла с невозмутимым выражением лица, и это лишний раз доказывало, что не зря коллеги по ремеслу дали ей кличку «Равнодушный ангел». Она рассматривала фей спокойно, будто каждый день видела их на подиуме. Возможно, ей и не хватало всей гаммы чувств для выражения необходимых фотографу эмоций, но ведь это ее образ. А выходить из образа неразумно – еще не знаешь, что тебя ждет там, за ним.
- О, у нас гостья!
Одна феечка заметила девушку и подлетела ближе.
- А какая красивая!
Две другие с сомнением оглядели Лиду, но благоразумно промолчали.
- А давайте создадим для нее сказку?
Первая фея не унималась и сжимала в руках волшебную палочку с такой силой, будто собиралась ее сломать. Вся ее фигура выражала дикий восторг, но это мало тронуло Лиду. Она все так же молчала и с отстраненным вниманием изучала наряды фей.
Даже самые оттянутые модельеры на показе мод в Париже не додумались бы создать такие платья. Пышные, с множеством тяжеловесных юбок, отточенные какими-то странными кружевами, а еще эти воланы. Фу-у-у!
Тем временем, одна из молчавших фей подлетела ближе и, не сильно скрывая презрение, спросила:
- Ты, конечно же, любишь сказки? Какая твоя самая любимая?
- Ну, и в историю я попала, - пронеслось у Лиды в мозгу, и она пожала плечами.
- Что, совсем не любишь?
- Раньше любила.
Лида пожалела, что не взяла с собой жвачки, ведь стоять здесь и ничего не делать было откровенно скучно.
- А теперь? Ты же не замужем, я вижу по ауре. Но и не невинна. Видимо, ты обожглась в отношениях, и он тебя бросил, так?
Тут в Лидином лице пронеслось какое-то оживление, и она выдохнула:
- Откуда вы знаете?
Все три феи засмеялись и почему-то быстро закружились вокруг нее.
- Я знаю историю, которая подойдет, - вдруг крикнула первая фея.
- Я знаю историю, в которой оживет, - крикнула вторая фея.
- Я знаю историю, в которой будет круто, - засмеялась третья фея, и они вдруг резко остановились.
Лида оказалась в кольце рук и почувствовала легкое волнение. То же самое она почувствовала в тот злосчастный день, когда ее укусила моська Элизы за палец. Было неприятно, и она сделала выводы.
- Оставьте меня!
- Всенепременно, - выдохнули со смехом феи, и мир перед глазами Лиды безвозвратно изменился.
Лида очнулась в темной комнате и ужаснулась. Встречу с феями она не восприняла всерьез потому, что посчитала ее сном. Но вот в каком месте она находится сейчас?
Слабый свет из маленького окошка под потолком едва просачивался, но глаза скоро привыкли к обстановке, и она попыталась осмотреться.
Старая мебель, неряшливость во всем не вдохновляли. Она встала с чего-то твердого и пошатнулась – на ногах висело что-то непривычно тяжелое, и ей повезло ухватиться за столик рядом.
- Боже, где я?
Лида не была религиозной, но в этот момент сердце сжалось в каком-то религиозном экстазе и принялось усиленно молиться Богу. Хоть бы не тюрьма, хоть бы не бордель, или куда продают похищенных моделей?
- Ах, ты встала. Иди сюда.
Голос справа заставил ее вздрогнуть и упасть обратно на жесткую поверхность. Кажется, это были коробки, сложенные наподобие ложа. Лида в ужасе прижала к себе кулачки, но из темноты, откуда доносился голос, к ней почему-то никто не вышел.
- Ну, ты и дуреха. И повезло же мне.
К ней подошло нечто крупное, страшное, с взлохмаченными в разные стороны волосами и жуткой щербатой улыбкой. Потом послышался незнакомый хлопающий звук, и все помещение озарила маленькая керосинка.
- Ну, доброго утречка.
Лида, не стесняясь, рассматривала стоявшую перед ней женщину. Несколько кофт увеличивали и так немаленькие габариты, а два платка на шее обозначали, видимо, ее наличие. Черные растрепанные волосы чуть доставали до плеч и делали женщину похожей на ведьму.
- А кто вы?
- Хм...
Женщина подозрительно посмотрела на Лиду, и присела к ней в ноги. Коробки скрипнули, но вся конструкция удержалась.
- Значит так. Если тебя сильно стукнули по голове и ты, правда, ничего не помнишь, то я – Марта, а ты моя помощница, Рэйчел. Мы работаем на кухне. Я получаю зарплату, а тебя кормлю и предоставляю жилье. От меня никуда ни ногой, без моего ведома ты ничего не можешь сделать, потому что твой папашка - пират, и за его поимку уже назначена сумма.
Лида с оторопью попыталась осознать, почему, у ее папы механика из автосервиса оказалось такое странное прошлое, и почему он никогда ей не рассказывал об этом.
- И что, меня держат здесь из-за папы?
- Не держат, а спасают. И скажи спасибо моей дочке, что мечтает выйти за него замуж.
- Мать твою, - не выдержала Лида, но не успела продолжить мысль, как звонкая пощечина оставила след на щеке.
- Не смей ругаться, родственница. Мы в приличном доме, за крепкое словцо и выгнать могут.
- Что с моими ногами?
- А что с ними?
Марта удивленно посмотрела вниз.
- Обычные башмаки. Да ты не грусти, будешь хорошо работать, я тебе на новый год шаль подарю. У меня много.
И женщина махнула рукой по направлению того, что, по-видимому, должно было обозначать шкаф: множество коробок, поставленных друг на друга, немножко приоткрывались, и из-за щелочки между ними виднелись разноцветные тряпки. Лида подумала, что, наверное, это за иголку в туфле Элизы ее направили в ад, и что надо смириться.
- Да, - сказала она себе, - я попробую смириться и, возможно, меня помилуют.
С этими мыслями она встала и пошла за Мартой. Та шла медленно, постоянно что-то ворча себе под нос и совершенно не заботясь, слушают ее или нет.
Сквозь длинные коридоры и бесконечные черные комнаты, они наконец-то пришли на обшарпанную, деревянную кухню с несколькими котлами посредине. Лида не особо представляла, как должна выглядеть кухня в богатом доме, но явно не так. Два повара, как она заметила – они различались по возрасту, суетливо нарезали что-то на длинном столе. Вдоль стены, на каких-то странных полупустых полках, стояли расписные тарелки. Лида засмотрелась на них и чуть не налетела на чан с ошметками.
- Смотри, дуреха, куда прешь, - младший повар вовремя бросился к ней и успел удержать сосуд; только чудом он не опрокинулся.
- Простите, - пискнула Лида и тут же замерла.
На нее смотрели пронзительные голубые глаза, чуть потемневшие от гнева, но такие прекрасные, что она поняла - никогда не видела красивее. Они завораживали и тянули в омут, манили и обещали невыразимое блаженство любви, и Лида даже сделала шаг по направлению к ним.
- Она полоумная что ли? – недовольно спросил он у Марты, и та пожала плечами.
- Ну, иди сюда, будешь чистить овощи, - старший повар схватил ее за руку и толкнул к дальнему углу, где стояли мешки с разными продуктами. – Два фунта картошки, два фунта моркови, фунт яблок. Почистить и сложить в эту кастрюлю.
Повар махнул на необъятных размеров посудину, и Лида замерла. Она никогда не чистила овощи, она даже не помнит, держала ли в руках что-то, кроме десертного ножа. Кажется, нет. Даже морковку она покупала очищенную и вымытую. Да и вообще, проще не поесть, чем научиться готовить.
Ей дали нож и бросили одну в уголке.
Обида на судьбу-злодейку вперемешку со злостью на фей чуть не растопили все обозрение. Она сидела, захлебываясь беззвучными слезами, но никто не обращал на это внимание.
А между тем в кухне происходило нечто интересное.
Сначала пришел лакей с подносом и забрал господский завтрак. Потом пришла горничная и, взяв горячей воды с какими-то травами, тоже вышла наружу. Ну, а потом кухню почтил своим присутствием какой-то очень нарядный господин. Он зашел будто бы случайно. Постоял некоторое время, выслушивая, что оглашает повар из меню на ужин, а потом повернулся и прямиком направился к Лиде.
- Ну, что, негодяйка, одумалась?
Лида непонимающе уставилась на незнакомца. Светлые длинные волосы по плечи и темный камзол, украшенный замысловатой росписью. Лицо она разглядеть не могла - оно расплывалось, а девушка никак не могла сосредоточиться и увидеть его черты, поэтому она опустила взгляд и он застрял где-то на уровне серебряных пуговиц.
- Или хочешь остаться на кухне?
Ее хотят спасти! О, да!! Спасите меня, поскорее, светловолосый господин...
Лида быстро закивала головой, с ужасом понимая, что ее действительно могут оставить здесь навсегда. Но собеседнику, казалось, было безразлично ее мнение. Он дернул за рукав, и она упала к его ногам.
- Тогда будь послушна в следующий раз, - выплюнул он сквозь зубы.
Он схватил ее руку, будто стальными щипцами, и повел на выход.
Девушка проходила мимо хихикающей Марты и не понимала, что же происходит. А под немигающим взглядом синих глаз споткнулась и чуть не потеряла башмак. Как же это неудобно, когда пол неровный и выложен потрескавшейся плиткой!
Они вышли из кухни и поднялись наверх. Оказалось, что кухня и то помещение, где спала Лида, располагались в подвале. А вот наверху ее взгляду предстал шикарный, великолепный и невероятно красивый особняк.
Мужчина все не ослабевал хватку, и Лида с тоской подумала, что его пальцы наверняка оставят след на нежной коже.
Девушка знала не понаслышке, что когда сильный мужчина настигает жертву, сопротивляться бесполезно. Один из ее бывших ухажеров чуть не сломал руку, когда она заупрямилась и не хотела идти на вечеринку.
Вот и теперь девушка меланхолично рассматривала обстановку, стараясь не расстраиваться и не волноваться. Вредно для кожи.
Они миновали холл и поднялись на второй этаж по красивой резной лестнице. Потом повернули направо и углубились в темно-бордовый коридор. Несколько закрытых дверей они прошествовали молча, а потом ее спутник сказал:
- И послушай, Рэйчел, я не потерплю твоей строптивости. Если потеряла память, я напомню - твоя предшественница продана за мелочевку троллям.
- Кому?
Удивление Лиды было настолько искренним, а глаза настолько широко распахнутые от ужаса, что мужчина удовлетворенно хмыкнул.
- Ну, ты же не станешь мне больше отказывать?
- Не-нет.
- Нет, милорд, - поправил он ее, - когда мы не наедине, не забывай про обращение.
Тут они остановились около двери.
- Будь готова в одиннадцать и не выходи из комнаты. Для всех – ты больна.
Лида даже не успела кивнуть, как этот страшный человек развернулся на каблуках и исчез. Длинные блондинистые волосы каскадом спадали до лопаток и придавали облику какую-то воздушность и легкость. Обманчивые воздушность и легкость.
Лида зашла в комнату и обомлела. Такой роскоши и красоты она не видела даже по телевизору. Двуспальная широкая кровать покрыта золотистым одеялом, стены обтянуты какой-то блестящей тканью, похожей на шелк. Мебель из красного дерева и портьеры добавляли интерьеру классический шик. Лида сбросила тяжелые башмаки на пушистый ковер замысловатого рисунка и осторожно подошла к кровати.
Шелковое белье призывно блестело, и она погладила его рукой.
- Неужели так бывает? – она не верила своему счастью. - Я – в сказке. За мной ухаживает богатый мужчина, и я живу у него в особняке. Это же круто!!!
Она забралась на кровать и раскинула руки звездочкой. Блаженство и радость охватили ее, и девушка прикрыла глаза.
- Вот теперь-то можно и поспать.
***
Ее разбудил размеренный стук в дверь, как будто кто-то знал, что она просыпается не сразу, и требуется подождать, чтобы открыли.
Лида сладко потянулась и, еще не понимая, где находится, крикнула:
- Сейчас!
Потом она спустила ноги на ковер и, увидев необычный растительный рисунок, сразу все вспомнила. По таким коврам и ходить грех. А уж сколько это добро стоит...
Стук продолжался, и Лида вздрогнула. Испугавшись, что сделает что-то не так, она подбежала к двери и резко распахнула.
Перед ней стояла невзрачная горничная со столиком на колесах и удивленно рассматривала ее.
- Вам лучше, леди Рэйчел?
- Мм-м, да ...
Лида поняла, что она попала в какой-то странный переплет, и в данный момент важно не нагнетать обстановку.
- Спасибо, проходите.
Не то, чтобы Лида была вежливой или отзывчивой девушкой, может, когда-то и была, но в последние пять лет своей звездной карьеры, она подрастеряла усвоенные в детстве навыки. И лишь в моменты страшной опасности ей приходилось прибегать к этому беспроигрышному оружию – вежливости.
Горничная, видимо, тоже не привыкла к этой особенности, потому что вошла бочком и смотрела на Лиду так, будто ожидала от нее подвоха.
- Что?
- Ничего, леди. Все, как вы любите.
Смотря на эту перепуганную и несчастную служанку, Лида постепенно оттаяла и взяла себя в руки. Пусть она и в неизвестной обстановке, но хотя бы ее кормят. А то был у нее один ухажер, так вот он после страстной ночи запер ее в спальне и уехал на переговоры в Сеул. Она почти сутки просидела без еды и воды, не считая полбутылки вина, забытого на столике.
- Да, здесь определенно лучше, - подумала Лида и двинулась вслед за служанкой.
Та накрыла маленький столик у окна, расставила приборы, фрукты и что-то в серебряной тарелке с крышкой. Запах черного крепкого чая приятно переплетался с запахом свежеиспеченных булочек, так что у Лиды немножко заурчало в животе.
- Герцог велел передать, что зайдет к вам через полчаса подписать бумаги.
По заискивающему лицу горничной сложно было понять, так ли это, или с его стороны это всего лишь благовидный предлог навестить ее.
- Хорошо.
Горничная выдохнула, и Лида подумала, что очень странно – так бояться своих господ. Вот был у нее как-то ухажер из полицейских чинов, так его домработница все время пренебрежительно смотрела на нее,и Лида под конец как-то взяла и обвинила ту в подглядывании. Не из вредности, нет. Лидочка не вредная. Просто не прощает плохого к себе отношения... Но вроде скандала удалось избежать.
Эх, воспоминания... Девушка сладко улыбнулась и вернулась к ужасной действительности.
Горничная вышла, а Лида с удовольствием позавтракала. Или пообедала. В комнате почему-то не находилось часов, а солнце в окне слепило жарко, так что приближаться и высматривать тени совсем не хотелось.
Тогда Лида решила осмотреть комнату. Высокие потолки с еле заметным барельефом, мало мебели, если не считать кровати, тумбочки, столика со стулом перед окном, и шкафа. Да, шкаф из резного дерева, несомненно, притягивал внимание. А еще зеркало! Ура, зеркало!!!
Лида бросила недоеденный завтрак и приблизилась к шкафу. Огромный, широкий, он должен вмещать много разной одежды.
Лида взглянула на себя в зеркало, отметив, что, не смотря на предыдущую ночевку на каком-то складе, с ней все в порядке. Пышные золотистые волосы отрасли всего лишь на миллиметр, джинсы почти не испачкались, а кофточка бирюзового цвета выгодно подчеркивала фигуру.
Когда девушка распахнула створки шкафа, разочарованный вздох вырвался помимо воли. Много пышных платьев в пол, отороченных кружевами и драгоценными камнями. Шляпки занимали всю верхнюю полку, и их было не меньше десятка.
- Что за фигня?
Лида пнула в сердцах шкаф и бросилась на кровать.
Это же просто невозможно жить, нося такую безвкусицу!
Сколько времени она так пролежала, неизвестно. Но герцог вошел внезапно, и Лида ойкнула. Высокая фигура будто просочилась сквозь дверь, и эти бесшумные шаги...Пугали не меньше, чем стального цвета глаза. Да... Не ожидала увидеть его так скоро.
- Разве уже одиннадцать?
Мужчина приблизился, и она заметила, что он весьма хорош собой: светлые волосы рассыпаны по плечам, но часть собрана на макушке в короткий хвост. А цвет!!! Любая топ-модель обзавидовалась бы такому оттенку. Будто блондированны, колорированны и вообще, очень круто выкрашены.
Лида подавила завистливый вздох. И ежу понятно, что цвет - натуральный. И везет же некоторым!
Черты лица у герцога были острые, немного тонковатые, но все вместе - смотрится вполне гармонично. Небольшой рот с пухлыми губами особенно притягивал внимание, и Лида вспомнила, что давно не целовалась.
Пока девушка рассматривала визитера, тот приблизился и присел на край кровати. И тут она зематила странную вещь и в испуге отшатнулась от привлекательного мужчины.
Уши. У него были огромные, вытянутые уши, с множеством сережек на самых кончиках.
- Рэйчел, ты опять?
Он чуть наклонился вперед, гадко усмехнулся и больно схватил ее за правую руку.
- Темница тоже простаивает.
Она вскрикнула от боли и с мольбой посмотрела в глаза, но мужчина только еще шире улыбнулся.
- Так ты подпишешь? А потом мы скрепим наш союз прямо на этой кровати.
Новая вспышка боли пронзила ее руку и девушка застонала.
- Ну, так что?
- Да, да, я согласна.
- Отлично.
Мужчина достал из-за пазухи пергамент, скрученный в трубочку, и протянул Лиде.
- Ознакомься, чтобы не нарушать.
Руку отпустили, и девушка в страхе поднесла ее к губам. Подула. Синяки точно останутся. И ни мази тебе, ни крема от ушибов...
- Подписывай.
Она даже не успела открыть пергамент, как он протянул ей что – то, похожее на ручку.
Она, не читая, подмахнула внизу и пергамент мгновенно, как по волшебству, исчез.
- Теперь ты моя младшая жена и можешь звать меня Ирвин. С Элизабет лучше не пересекайся, она до сих пор злится из-за той выходки с мороженным. И хватит носить эту троллью одежду. У тебя целый шкаф нормальных вещей!
Лида удивленно взглянула на новоиспеченного мужа, а тот, истолковав ее взгляд как вопрос, пояснил:
- Ну, не за ту, где ты отказывалась есть мороженное, а когда ты запульнула в нее креманку с ним.
- О-о-о...
Лиде стало резко не по себе. Значит, она оскорбила старшую жену этого изверга, и нажила себе смертельного врага.
- И что теперь делать?
- Не выходи одна, я пришлю Марту, она будет твоей компаньонкой. И пусть пробует все блюда, прежде чем их будешь есть ты.
- Хор-ро-шо.
Помнится, даже жены олигархов ей никогда не мстили, впрочем, и она не была никогда постоянной любовницей.
- А теперь дорогая...
В какую бы странную страну она не попала, но секс был самым обыкновенным. Лида даже немного разочаровалась. Герцог вышел довольный и при прощании чмокнул ее в висок, но она-то знала, что самое страшное только начинается...
***
На следующий день произошел один пренеприятный казус: герцогиня Элизабет, она же пресветлая царевна эльфийского леса, она же первая жена красавца герцога Ирвина толкнула с лестницы Лиду, вторую жену всесильного герцога, человеческую девушку, дочь правителя человеческих земель.
Крику было! Лида матюгалась так, что даже герцогская челядь пошла пятнами и засмущалась, а впечатлительная горничная упала в обморок.
И все бы ничего, девушка получила всего пару ушибов, и даже успела выставить перед собой руки и смягчить удар, но в момент, когда жены хотели вцепиться друг другу в волосы, явился герцог, остановил намечавшийся мордобой, и приказал Лиде во всем слушаться его старшую жену. Она, мол, старшая, ей виднее.
Лида поскрипела зубами, и захотела высказать этой натуральной блондинистой стерве все, что она о ней думает, но почему-то не смогла вымолвить ни слова. Ее тело пронзила такая нечеловеческая боль, что девушка без чувств свалилась в обморок...
Она валялась в темном, беспросветном тумане и мечтала оказаться хоть где-нибудь. Но ее бесплотное тельцо шаталось между туманами и все не находило причала... Внезапно, она услышала голос и полетела на него...
- Так тебе и надо, негодяйка, ишь чего вздумала, хозяину перечить, - голос Марты раздавался где-то рядом, и Лида тут же почувствовала холодную мокрую тряпку на лбу.
- Убери ее.
- Что? Очнулась?
- Убери тряпку, - голос Лиды постепенно креп, но тело все еще лежало как в анабиозе.
Она увидела свою шикарную комнату, потолок с лепниной и облегченно выдохнула.
Женщина сняла тряпку, а сама присела рядом. Кровать под ней ощутимо прогнулась, но выдержала.
Значит, ее перенесли сюда. Вспомнились последние события и девушке поплохело.
Она уже падала в обморок в 17 лет, после двухдневной голодовки перед крутым кастингом, но получила такую шишку на затылке, что зареклась от жестких диет навсегда. И тут опять.
Девушка попробовала ощупать мысленно все тело на предмет ушибов и ран, но вроде все было в порядке. Лида пошевелила рукой, потом ногой. Все работало.
- Марта.
- Да?
- Ты же моя компаньона. Разве ты не должна быть почтительна ко мне?
- К кому? К тебе, человеческой дурехе?
Ответ, честно говоря, возмутил, но Лида благоразумно решила подождать объяснения, и они последовали:
- Я, чистокровная ведьма в пятидесятом поколении должна сопли утирать какой-то человечишке?! Спасибо скажи герцогу, что он спать с тобой собирается! Принцессу троллей он просто отравил.
И в этот момент Лида поняла, в какую ситуацию попала. Девушка вжалась в подушку и взмолилась, чтобы все это было сном. Это не может быть правдой, нет, не с ней.
Она могла пережить это жуткое платье с воланами, странный особняк и мужика с эльфийскими ушами, но чтобы настоящее рабство!
Она читала о таком в Интернете, но чтобы самой столкнуться....Нетушки, нетушки!!!
- Аааа....
Закричала Лида и спрыгнула как ненормальная с кровати.
- Я не хочу, не хочу, мне это не нравится, совсем не нравится!!!
Тут произошло что-то странное: будто воздух застыл вместе с пролетающей мимо пылью, откинутой подушкой и возмущенной Мартой.
Только одна Лида могла двигаться. Как в замедленной съемке, она поворачивалась вокруг, удивляясь и поражаясь противоречащим гравитации вещам, но все было статично. До ужаса.
Появились три феи.
- Ну, что же ты, милая, кричишь. Тебе же должно нравиться.
Лида резко вскинулась и со злости чуть не накинулась на фей.
- Что вы мне тут устроили? Я этого не просила!!
- Зато ты этого заслуживаешь, - презрительно сказала одна из фей, и Лида признала ту, которая с самого начала отнеслась к ней недружелюбно.
- Ладно, ладно, милая, - подлетела самая адекватная из трех, - Вторая история тебе понравится больше.
И что-то в ее улыбке так испугало Лиду, что она икнула и сделала шаг назад.
- Не надо, - от страха у нее сжало горло, и она тихо прохрипела, - Пожалуйста, пожалуйста!
- Ну, раз она так просит, - вмешалась доселе молчащая фея.
- Раз, два, три, - взмахнули палочки, и Лида в очередной раз исчезла.
Лида распахнула глаза и огляделась. Она сидела на берегу лесной реки и темная сень деревьев укрывала от солнечных лучей.
Рыбы плескались в реке, серебрясь гладкими спинками, и все было вроде обычным, но шестое чувство подсказывало девушке, что это не так.
Она тряхнула головой и ужаснулась. Привстала и наклонилась над водной гладью.
В отражении на нее смотрело незнакомое чудовище с рогами. Лида зажмурилась, и взглянула еще раз. Нет, не рога. Разноцветные пряди пастельных тонов поднимались вверх, будто от ветра и создавая очертания короны. Сзади вздымались лентообразные крылья. Весь ее наряд наводил на мысли о лесных феях, но ведь она своими собственными глазами видела тех в платьях.
Но ногах красовались высокие сапожки зеленого цвета с разноцветными лентами. Красивый лиф и маленькая юбочка переходили в белоснежную тюль сзади, и, покрутившись, девушка пришла в дикий восторг.
- Как же чудесно!
Она подпрыгнула, но как-то неловко и чуть не свалилась в реку. Тут Лида обратила внимание, что и сама река – необычная. Если идти вверх, против течения, то она подымается в горку и в вышине венчается чем-то наподобие водопада. Кристально чистая вода так и манила утолить жажду в теплый летний день, но Лида не рискнула.
- Мало ли, какие микробы тут плавают.
Она решила пойти к разумным существам и утолить начинавшийся голод и жажду у них. Рядом девушка заприметила тропинку и бодро побежала по ней, напоминая издали молодую изящную лань.
Лида даже не успела выдохнуться из сил, как увидела на горизонте прекрасный замок со множеством башенок. Замок поражал белыми стенами и узенькими окошками-бойницами. Он высился на горе, среди зеленой листвы, как воздушное облако.
Ее заметили издали, и отряд зелененьких человечков вышел на встречу.
Лида немного смутилась наличием оружия у незнакомцев и притормозила. Удивительно, но цветные ленты – крылышки не опустились и цветные пряди – корона не опали от остановки.
- Приветствую вас, фиата, из темного леса.
Из отряда вышел воин и почтительно поклонился ей.
- И вам здравствуйте, - ответила Лида.
Она была несколько смущена тем, как вежливо с ней разговаривают, даже кланяются – такого раньше не случалось, и девушка решила в благодарность говорить только самые-самые вежливые слова, какие знала.
- Разрешите сопроводить вас в наш город и представить правителю Никлондианису.
- Да, и на экскурсию, пожалуйста, - решила поддержать светскую беседу Лида.
Человечки, хоть они и были выше на голову, но стояли так тихо и с таким покорным видом, что так и хотелось назвать их человечками, а не людьми, странно переглянулись.
Парламентарий от неизвестного города улыбнулся и предложил свой локоть. С этим жестом проблем не было, и Лида с удовольствием взяла его под руку, не ожидая подвоха.
Но он последовал.
Неприятный укол в бок, и девушка улетела в темные, фиолетовые дали.
***
- Ау! Ау! И ты того, что ли?
Грустный женский голос собирался расплакаться, и казалось, что ожидание ответа – это та единственная ниточка, которая может подарить надежду.
Лида с трудом разлепила веки.
Над ней склонилось прелестное юное личико, с длинными ушами и розовыми волосами.
- Ты кто?
- Эннель.
- А где мы?
- В темнице.
Маленький носик сморщился, губки дрогнули, и девушка расплакалась.
- Эй, ты чего?
Лида постаралась взять себя в руки, и ей это почти удалось: пошатываясь, она привстала с кровати, на которой лежала.
Девушка сидела на полу и рыдала в три ручья.
- Эй, Энни, успокойся.
Лида потрясла девушку за плечо, но та даже не заметила. Так они и сидели: Лида не знала, как поступить и что сказать – ей как-то не приходилось раньше никого утешать, а девушка оплакивала свое горе.
Вдруг дверь сбоку распахнулась, и вошел человек в зеленом костюме. Его наряд отличался от тех трико, в которых их встречала охрана замка: бархатный жакет и вышивка серебряной ниткой выдавали в нем человека высокого сословия.
- Эннель, правитель хочет поговорить с тобой.
Девушка отняла руки от лица и в ужасе отодвинулась в сторону.
- Нет, не надо, пожалуйста.
У Лиды сжалось сердце. Вид девушки был настолько несчастный, что все естество протестовало против грубого отношения с ней. Лиде захотелось защитить девушку, успокоить ее и уж точно не отдавать этим мерзким предателям.
- Она никуда не пойдет.
Если бы кто-то из прежних знакомых увидел сейчас Лиду, он бы удивился: девушка подтянулась, ее лицо перестало выражать тупое отстраненное выражение пофигизма, а губы сжались в тонкую линию. А еще она крепко сжала руки, в простые кулачки, но произошедший эффект удивил даже ее.
Синее пламя вырвалось из-под ладоней и ударило оземь. Кровать загорелась.
Мужчина не ожидал сопротивления и тоже вытянул вперед руки, но у Лиды реакция оказалась быстрее: пламя из ее ладошек обожгло мужчину, и хоть в последний момент он погасил пламя и, собственно, не пострадал, вид у него был какой-то жалкий.
- Леди, леди, спокойно, вам не сделают ничего плохого!
Мужчина поднял руки вверх, в международном жесте дружбы и протесте насилию, так что Лиде пришлось идти на попятную.
- А к чему вы Энни принуждаете?
Мужчина замешкался, будто стесняясь обсуждать проблему. Но Эннель встала и с возмущением повернулась к Лиде.
- Ты представляешь, что он хочет? Нет, ты представляешь, чего он мне запрещает?!
- Что?
В мозгу Лиды, под впечатлением от всплывающих окон в интернете, разворачивались картинки одна хуже другой. Она прыгнула к Эннель, обняла ее за плечи и почему-то крикнула:
- Не бойся, я защитю тебя... Нет, защищу... Да, я не позволю им издеваться над тобой!
- Вот и я говорю, что он издевается!
Гордо подняла кверху подбородок Эннель, и они обернулись к мужчине.
- Хорошо, вы можете вдвоем доложить ему об этом, - сдался тот и повернулся к двери. – Пойдемте.
Они прошли несколько коридоров, свернули к огромной зале, и через маленькую потайную дверку вошли в тронный зал.
Несколько придворных толкались за колоннами, правитель сидел на троне, трон рядом пустовал, а чуть сбоку стоял какой-то эльф с четками.
- Тебе страшно? - прошептала Лида.
- Нет, ты же со мной. Вообще, странно, что у венценосной фиаты такая сильная магия.
- У венценосной кого?
Им не дали нормально пошушукаться, и из-за колонны вышел смешно одетый эльф в коротком трико, со свитком в одной руке и с пишущим пером в другой.
- Ваше величество, леди Эннель подумала над своим поведением, и желает просить вас смягчить приговор.
- А что здесь делает венценосная фиата?
Лида с трудом подавила смешок – голос у короля был намного выше тенора и отражался от стен в зале. Ей стало страшно жалко свои нежные ушки, и к тому же пришло понимание, почему у этих особей они такие толстые и длинные.
Мужчина с четками вращал глазами и видимо, подавал какие-то знаки. Но Лида не понимала знаков, а еще она не знала, откуда же, в самом деле, она, такая венценосная и красивая, взялась. Поэтому девушка выбрала самый верный ход, который всегда выручал ее и весь женский пол вместе.
- Ваше Величество, я не позволю безнаказанно обижать леди Эннель. Я прибыла из своих дальних краев специально для того, чтобы восстановить справедливость в ваших землях.
По скептическому хмыку правителя, она поняла – что-то здесь не так. Он молчал и разглядывал ее с таким видом, будто примеривался, какая часть ее пойдет на обед, а какая – на ужин.
- Ваше святейшество, - позвал король, и какой-то человек вышел из-за колонны, сделал пару шагов по направлению к Лиде.
Девушка сделала шаг назад.
Голубые глаза непередаваемой глубины смотрели пристально. Странный зеленый бархатный камзол оттенял его каштановые волосы, и Лиде захотелось утонуть и пропасть в этом мужчине. Но у того оказались другие намерения.
- Я считаю, что эта госпожа - шпионка, и она специально проникла в наш великолепный город, чтобы посеять смуту и раздор. И никакая она не королева темных фиат!
Он обличающе и некрасиво тыкнул пальцем.
- Фу, как грубо, - подумала Лида, и от обиды у нее задрожал подбородок.
- Неправда, она приехала за мной, - вдруг визгливо вскрикнула Эннель и с поистине мужской силой схватила Лиду за руку, - Я ухожу от вас, правитель Никлондианис, ищите себе другую жену, с таким же безобразным вкусом, как у вас.
И она, резко развернув Лиду, потащила ее к выходу.
Лида не успела ничего сообразить, как заметила подтягивающихся воинов к парадному выходу из зала. Разумеется, никто не собирался отпускать их просто так.
- Ради чего все это, Энни? - в ужасе взмолилась Лида.
Она понимала, что выставленные вперед копья, нацеленные прямо в сердце, ни за что не дадут им уйти. Энни молчала и гордо шествовала на выход.
- Из-за чего, черт тебя подери, мы погибнем?!
- Пусть этот козел подохнет в зеленом, - воскликнула, как оказалась, королева города, - а мои цвета всегда были, есть и будут - пурпурные.
В этот момент она приблизились к стражникам, и, не сбавляя шага, бросилась грудью на выставленные копья.
Удивленные лица слуг, лицезревшие оседающее тело первой красавицы и их королевы вдруг подёрнулись ожесточенной злобой, и вот, испачканные кровью копья повернулись к Лиде...
Кажется, ей не было больно.
***
- Мне показалось, или она только на голубоглазых реагирует?
Веселый голос раздался где-то над ухом, и Лида с трудом открыла глаза. Она лежала на облаке, и вокруг разливалось воздушное и пенистое море. Феи свободно парили вокруг.
- Это все из-за вас! Вы знаете кто? Вы – чудовища!
Лида рыдала лежа, не закрывая руками лицо. Не было сил шевелиться - горе разрывало сердце сильнее, чем копья придворной стражи.
- Что это с ней? – спросила самая смешливая фея.
- Это все из-за вас, из-за вас Энни погибла, - дальше Лида не смогла говорить, потому что стала давиться слезами и вынужденно перевернулась на бок.
- У нее появилось сострадание?
- Да нет, откуда?
- Нет, ты посмотри, она реально переживает. Отличная работа, Лилли!
Феи рассмеялись, легко и непринужденно, и закружили вокруг девушки.
А Лида пыталась отереть слезы, но из облаков не получалось ни платка, ни полотенца. Ее подташнивало, и на душе было почему-то очень мерзко, очень.
- Она что, впервые видит смерть? – голос недовольной феи звучал не так недовольно, как раньше. Скорее удивленно.
- Нет, у нее все живы. Ну что, приступим?
В голове у девушки шумело, и она не обращала внимания на фей. Перед внутренним взором стояли падающая Энни и окровавленное копье.
- Иии....вжик!
С этим вжик ее будто всосало в какую-то трубу, и девушка в очередной раз потеряла сознание.
- Лалли, ты уверена? Все-таки жрицей быть сложно - отречение от мирского...
Звонкий женский голосок еще что-то щебетал, но Лида не слушала - попыталась сосредоточиться, и понять, где же она на этот раз.
- Лалли, ты меня вообще слушаешь?
Ее тронули за плечо, и девушка распахнула глаза. Она сидела в просторной, убранной в пастельных тонах комнате. Множество рюшечек, подушечек и разнообразных статуэточек бросалось в глазах. Но все это было не важно.
Энни, живая и невредимая, сидела рядышком. Лида, наверное, слишком порывисто вскочила с кресла, где она полулежала до этого, и обняла подругу.
- Энни, ты жива, ты жива... – Энни испуганно попыталась отодвинуться, но Лида не отпускала, - Я так рада, так рада, что...
- Лалли, ты с ума сошла?
Лида отодвинулась и взглянула на подругу. Отметила ее испуганный взгляд, иную прическу и бежевое платье.
- Кажется, я заснула, и мне приснился кошмар, - все же нашлась она.
- Я так и думала, что ты меня не слушаешь, - надула губки подруга, - Эдвин прав, когда говорит, что ты – легкомысленная, и чем быстрее поступишь к жрицам, тем лучше.
- Эдвин?...
- Ты моего мужа Эдвина забыла?
- Нет, нет, - поспешно отозвалась Лида, и пересела обратно в кресло.
Внезапно прозвенел гонг. Лида вздрогнула, и почему-то на ум пришла мысль об осаде и похожих неприятностях. Она вопросительно взглянула на хмурящуюся подругу.
- Что-то ты мне не нравишься. Может, заболеваешь?
Девушка положила руку на лоб, потом взяла за руку и посчитала пульс. Ее лицо прояснилось.
- Так и есть, - почти радостно воскликнула она. – Или кошмар так на тебя повлиял, или очередная простуда. Но ничего страшного. Ладно, организму нужно подкрепиться, одевайся. Встретимся на обеде.
Она встала и вышла из комнаты. А Лалли огляделась.
Комоды, тумбочки, стеллажи и о! шкаф! Огромный, и явно забитый разными платьями. Вот только как здесь одеваются к обеду? Лида подошла к зеркалу и критично осмотрела свое платье. На ней было простенькое салатовое, без нижних юбок и излишней отделки.
Что ж, значит, на обед нужно одеть что-то попышнее. Она выбрала на всякий случай бежевое платье с кремовой отделкой и золотистой вышивкой на лифе. Соорудила себе высокий пучок и подпудрила лицо какой-то светлой смесью, стоявшей в блюдечке на туалетном столике.
Где-то через пятнадцать минут к ней постучали, и вошел слуга в коричневой ливрее.
- Леди Лаллириэль, разрешите проводить вас на обед.
Все это показалось ей странным. Неужели нужен конвой?
Лида тревожно размышляла, чтобы это все значило, и почти не обращала внимания на окружающих. Они прошли несколько коридоров, механически раскланиваясь с встречающимися эльфами, и через какое-то время вышли к обеденной зале.
Судя по коридорам и пространству зала, замок, в котором оказалась Лида, был чрезвычайно большим. Здесь вдоль длинного уставленного яствами стола сидело множество незнакомых эльфов. Ее усадили в средину, а Энни она заметила где-то далеко с краю.
Они подождали некоторое время, пока все собрались, и глашатай объявил короля:
- Его величество, король Аннастаниэль.
Придворные встали, поклонились, и вошел высокий щупленький эльф в короне. Точно так же изображали эльфов в компьютерных играх, и к Лиде закралось подозрение, что какой-то придворный художник улизнул в их мир.
Она не задумывалась раньше об устройстве миров. Ученые что-то такое вещали с синих экранов телевизора в детстве, мама зачитывалась романами и книжками фэнтези, но всерьез Лида никогда об этом не думала. Да и о чем может думать преуспевающая модель, как не о карьере?
Впрочем, в последний год она часто думала об устройстве своей новой квартиры, но ведь это, если и есть в некотором роде вселенная, то очень личная. Камерная.
Тем временем король мановением руки предложил всем сесть и начать трапезу, так что Лида быстро отвлеклась от воспоминаний и уселась за стол.
Прежде чем взять салфетку и дотронуться до ближайшего блюда, она поймала несколько недоуменных взглядов.
Девушка притормозила и оглянулась. Кажется, она совершила чудовищный промах. Все женщины сидели в таких же, как и она утром, обычных приталенных платьях. Да, разных расцветок и фасонов, но они больше походили на вечерние, чем на бальные. Лида же в своем тортике из множества юбок смотрелась как сбежавшая только что с бала.
- Леди Лаллириэль, у вас такой необычный наряд, - кавалер справа предупредительно пододвинул к ней соус и держал что-то типа кувшина в руке, - Разрешите мне поухаживать за вами. Последние дни до жречества должны пройти незабываемо.
По его блестящему и затуманенному взору Лида сразу все поняла. Симпатичный эльф с галантными манерами, он не привык слышать отказ. Она кивнула ухажеру, тот налил ей вина, но девушка сосредоточилась на еде. Вот еще. Будет она выдавать знаки внимания разным похотливым эльфам.
Сосед слева тоже попытался завязать разговор и все сыпал туманными и оттого прозрачными, как капля морской воды, намеками, так что Лиде стало тошно.
Еще не очень понимая, что она делает, не окончив обеда, Лида встала и повернулась уйти. Давящая тишина подсказала, что что-то не так. Девушка обернулась - все сидели, в том числе и король, и с недоумением откровенно глазели на нее.
Девушка стушевалась и сделала реверанс. Никто не проронил ни звука. Тогда она подхватила юбки и почти бегом направилась к выходу.
Там ее встретил провожавший ранее слуга.
- Леди Лаллириэль, конечно, ваш батюшка любит вас, но не стоит так прилюдно попирать приличия, - мягко укорил ее он.
- Батюшка?
- Простите, леди. Король Аннастаниэль.
- Так это он хочет отправить меня в жрицы?!
Ее возмущению не было предела. Она не хочет, ни за что не хочет становиться монахиней и служить каким-то там местным богам.
Это несправедливо! Она еще слишком молода!
Лида заперлась на щеколду и просидела в своей комнате до вечера. Приходил слуга в ливрее, приносил чай – она отказалась. Приходила горничная и хотела прибраться в комнате – она прогнала. На душе у девушки царило что-то неизъяснимое, непонятное, и она сама не могла разобраться со своими чувствами.
Вечером к ней постучалась Энни. Они посидели некоторое время молча, но подруга не выдержала:
- Лалли, я понимаю, что для тебя все это тяжело. И Эдвин говорит, что так оно и должно быть, но почему, почему ты не хочешь выйти замуж за принца?
- За принца?
- Он оказывал тебе столько внимания за столом, - вздохнула Энни.
Каким-то шестым чувством Лида поняла, что сосед справа и был ее женихом. Что ж, правильно она отказала ему. Такой не остановится на одной единственной эльфийке.
Девушки опять задумались каждая о своем.
В дверь тихо постучали.
- О, Эдвин за мной пришел. Все дорогая, сладких снов, - она поцеловала подругу и направилась к двери, - у тебя еще есть время, подумай.
Лида задумчиво кивнула и отворила дверь.
Синие, пронизывающие глаза окатили ледяной водой. Но не заморозили, нет, а освежили, как будто после утомительного летнего дня она изнемогала от жары.
- Боже мой, - Лида прикрыла ротик, но восторженный вздох ни с чем не перепутаешь. Хорошо, что Энни стояла спиной и не видела выражения ее лица.
Ведь это он! ОН! Но что он здесь делает?
- Энни, милая, уже поздно, - подхватив жену под локоть, он раскланялся, - леди Лаллириэль, мое почтение.
И они ушли. Лида металась по комнате и не понимала, что с ней. Это же невозможно, так не бывает. Ведь не может же мужчина понравиться с одного взгляда!
Уставшая и изможденная, засыпая на рассвете, она поняла, что да, может.
Завтрак прошел, как в тумане. Придворные с сочувствием поглядывали на нее, а Лида старалась не смотреть в край стола, туда, где рядом с ее лучшей подругой – теперь она и сама не объяснила бы, почему так решила – сидел он. Он, ее супруг. Мужчина, к которому ее безумно тянет. И Энни рядом – человечек, который заслуживает счастья. Энни, но не она.
После завтрака принц перехватил ее у колонны.
- Лалли, разрешите вас на пару слов.
Они углубились в нишу у стены, и за темной портьерой он жарко зашептал:
- Я глубоко восхищен вашим решением и религиозностью, следованию традициям и мужественностью, но вы же знаете - пока не стали жрицей, можно все. Разрешите мне прийти к вам сегодня вечером, дорогая.
Он целовал ей руки и порывался переключиться на лицо.
- Нет, оставьте меня.
Лида вырвалась из такой обычной, непритязательной, но почти действенной ловушки и быстро пошла на выход.
Удивительно, но она столкнулась с Энни и Эдвином. Они так хорошо смотрелись вместе! Лида видела сияющие глаза подруги, и то, как ласково на нее смотрел супруг. Идиллия.
Хочет ли она разрушить ее?
Девушка проплакала весь день, а ужин запросила к себе в комнату.
Вечером Энни опять пришла и принесла записку от принца.
- Он очень просил, - кажется, девушка сильно смущалась, подавая ее, но Лида порвала записку, не читая.
- Тебе же он нравился ...
Лида удивленно подняла брови.
- Тогда почему, по-твоему, я решила податься в жрицы?
- Потому что ты незаконная дочь?
А вот это поворот. Лида потерла виски и подошла к окну. Распахнула настежь, впитывая аромат вечернего леса. И тут она услышала шорох и заметила мужчину неподалеку от ее окна. И если ей не изменяет такое заплаканное зрение, это Эдвин.
- Пожалуй, Энни, ты иди к себе, я что-то устала.
Проследив взглядом, куда скрылся мужчина, она быстро выставила Энни, и как только за ней захлопнулась дверь, бросилась переодеваться. К сожалению, все платья оказались длинными и неудобными. А ведь девушка собиралась в разведку!
Лида одела ночнушку темно-синего цвета, чуть выше колен, из красивого мягкого атласа, и бодро полезла в окно.
Раньше она никогда этого не делала, даже в детстве. Сейчас же ее влекло что-то доселе незнакомое, новое, не подвластное разуму.
Она вспрыгнула на подоконник, перебралась на дерево рядом и довольно благополучно спустилась на землю. Всего несколько царапин и два сломанных ногтя – это ерунда.
Она обернулась и посмотрела на второй этаж. А вот как забраться обратно – об этом ей следовало бы подумать заранее.
Ну, и ладно! Откуда-то взялась бесшабашная радость, и Лида понеслась туда, в кусты, где скрылся притягивающий ее мысли объект.
Она пролетела растения насквозь, но никого не обнаружила. Пошла вперед, дальше, туда, где, как ей слышалось, треснула веточка или зашумели листья. Слух у нее обострился, и казалось, что даже шевеление белки в дупле стало слышно ей.
Врасплох ее застали внезапно и так молниеносно, что она даже не смогла пикнуть.
- А ты такая соблазнительная, - жаркий шепот в ухо заставил сердце учащенно биться.
Только не сейчас, не здесь, когда
- Ладно, ладно, - руку от ее рта отняли и девушку развернули на 360 градусов.
- Эдвин!
Обжигающий поцелуй чуть не сбил ее с ног. Эдвин обхватил одной рукой ее за талию, а вторую зафиксировал на затылке. Она потонула в сладостном потоке, что накрыл их, и совершенно не ожидала столь быстрого конца. Где-то рядом ухнула сова, и мужчина отодвинулся.
Лида смотрела на него обожающим взглядом и понимала, что к черту условности, это – ее мужчина, и так будет всегда. Он создан только для нее, отсюда и влечение, отсюда это дурацкое путешествие по мирам... Она будет любить только его, потому что у нее даже мысли не возникает о другом мужчине. А он...
Оттолкнул ее наземь и пренебрежительно выдавил:
- Так и знал, что ты – шлюха, как и твоя мать.
Лида плюхнулась на холодную землю, да так и осталась сидеть, не замечая студеной поверхности и палок, впивающихся в голые ноги. Во все глаза смотрела она на этого прекрасного, такого родного и такого злого мужчину.
Он развернулся и исчез в кустах.
Лиду окатила волна его презрения и будто что-то внутри сжалось. Ей стало плохо, тошно, и она повалилась навзничь.
Сказал бы ей кто-то, что она будет кусать своими белоснежными отбеленными в лучшей клинике города зубами землю, и ее не будет волновать забивающаяся в ноздри грязь, она бы усмехнулась. Может, ироничная улыбка скривила бы ее губы, но и только.
Теперь же, она не помнила себя прежнюю. Да, она была новая, наивная и глупая. В момент поцелуя она, не задумываясь, отдалась бы ему прямо тут, в кустах, на смятой траве, не заботясь, как это все выглядит со стороны. Она бы пошла за ним в другой город, в другую страну, да, черт его побери, даже в другое измерение.
Рука наткнулась на выставленный и царапающий прутик и девушка взвизгнула. Неожиданно, кровь засочилась со страшной силой. Она оторопела. Ей срочно нужна помощь!
Или не нужна? Лида прислушалась к себе. Все же нужна. Да, ей сложно представить, как она будет жить без Эдвина, но ведь надо.
Не задумываясь, кому это надо, она побрела к замку. Даже хорошо, что вокруг были кусты – она смогла по смятым веточкам обнаружить нужное направление.
Лида не ожидала такой прыткости от своего натренированного эльфийского тела, но забраться на второй этаж оказалось плевым делом.
Ложась в кровать, она уже проклинала и фей, и эльфов, и эту треклятую любовь, в которую рискнула поверить.
Утро принесло с собой Энни и отличную новость. Энни бегала в радостном возбуждении по комнате и чуть не подпрыгивала.
- Я – беременна, Лалли, ты понимаешь – я беременна! Я так долго этого ждала! Просто поверить не могу!
Лида с трудом взяла себя в руки и даже поблагодарила местных богов, что успела принять с утра душ. Иначе ее взлохмаченный, грязный и заплаканный вид навел бы подругу на лишние, не нужные сейчас мысли.
- Как ты думаешь, кто будет?
Лида подошла к окну и впервые за все это время вспомнила о сигаретах. Очень хотелось закурить. А еще коньячку. Но понимая, что никто ей сейчас этого не принесет, она натянула на лицо натужную улыбку и повернулась к подруге.
Та сидела с таким озабоченным видом и такой смешной мордашкой, что Лида улыбнулась. Какая же она все-таки милая, эта Энни. И расстроить ее? Да ни за что! Тем более, все мужики – козлы. Это надо же, целовать ее в кустах, когда его собственная супруга такая красивая, да еще к тому же ждет малыша!
Лида возмущенно фыркнула, подошла и приобняла подругу.
- Есть такое красивое имя – Ева. Тебе нравится?
Лицо подруги разгладилось. Она с восторгом взглянула на Лиду.
- Эваниэль. Точно. Ева – тоже хорошо, но больше походит на сокращение. А если мальчик?
- Эрнест?
- Ну, что все на Э и на Э. Хочу что-нибудь другое.
В это время постучался лакей и передал Энни записку. Девушка прочла, побледнела, судорожно вздохнула, схватилась за сердце и упала в обморок.
- Энни!
Лакей делал искусственное дыхание, нажимал на грудь, совал какие-то бодрящие капли, но ничто не приводило девушку в порядок.
А Лида тупо смотрела на лежащую у ее ног девушку и не могла поверить в происходящее. Энни плохо, она умирает. А что будет, если она вдруг умрет?! Ведь тогда Лида никогда не увидит ее, не поговорит с ней... Сердце сжалось еще сильнее. Это – ужасно!!!
Лида разрывалась такими эмоциями, что горло охватил спазм, и она не могла пошевелить рукой или ногой, вообще ничем. Лакей бросил Энни и убежал за лекарем, а девушка так и стояла памятником страдания и скорби своей лучшей подруге.
- А тебе не кажется, что хватит?
Феи появились, будто из ниоткуда, и летали с таким заправским видом, будто в своем доме мебель переставляют.
- Такое ощущение, что у нее сейчас сердце разорвется от горя, - пробасила недовольная фея.
- Вообще, она – молодец. Так держаться...
- А может вернуть мужика?
- Нет, ей не нужно знать, что он бросил Энни.
Лида их не слышала. Кажется, у нее останавливалось сердце и вся жизнедеятельность. Она проваливалась в какой-то мир грез и разноцветных фантазий.
- Давай, лови ее, а то потом придется искать по галактикам.
Феи схватились за руки и опять закружили вокруг Лиды.
- Эннеки, бенники, хфайн!
Заклинание подействовало, и девушка очнулась у себя дома, сидящая на уголке. Горячая тарелка супа призывно дымилась перед ней. Желудок заурчал, а Лида...
Голова упала на руки и девушка разрыдалась.
- А вообще, нормально она так реагирует?
Лида быстро подняла лицо. Три феи задумчиво оглядывали подопытную и сокрушенно покачивали головой.
- Ладно, не плачь. Все хорошо. Мы тебя оставляем.
Они взмахнули ручками и исчезли.
Лида не успела крикнуть им так желанное:
- Останьтесь!
Нет. Ничего не изменить и не вернуть. Не переиграть. Увы! Она опять осталась одна.
***
Лида ушла из модельного бизнеса. Решение далось ей нелегко, но с поддержкой родных все получилось. Ее смешили вздохи коллег и скандальные речи менеджера, она будто умерла и родилась заново. А новой Лиде требовалось что-то совсем другое.
Она продала квартиру в центре и приобрела небольшую квартирку в зеленом, тихом районе поближе к окраине Москвы. Два месяца девушка провела в бытовых хлопотах, увольняясь, закрывая контракт, переезжая на новую жилплощадь и даже выкидывая ненужные старые вещи.
А потом мама посоветовала ей отличный санаторий, чтобы отдохнуть. Вообще, близкие отметили нетипичную бледность и странный моральный облик Лиды. Она изменилась, и неизвестно, в какую сторону. Мама радовалась, что дочь начала есть мясо. Папа одобрял занятия ушу. И вот теперь мама уговорила ее поехать отдохнуть. То, что ей был необходим отдых, заявляли все. И вот он тут, самый лучший в мире - полезный и совершенно бесплатный, отдых под названием дача. К стыду своему, она впервые за пять лет поехала туда...
Возможно, кто-то и скажет, что полоть сорняки скучно. Лида раньше тоже так думала, поэтому на приобретенную родителями дачу не казала носу. А уж бывшие коллеги по ремеслу так вообще брезгливо называли это место огородной лужей. Лида однажды поинтересовалась: почему лужей?
- Потому что застрять можно! – глубокомысленно ответила ей Элиза, и еще так смешно оттопырила вверх указательный палец.
И кто бы мог подумать? И трех месяцев не прошло со злосчастных приключений, как Лида оказалась наедине с морковкой. Полезная вещь, кстати.
Когда мама впервые подвела к грядке, девушка заспорила: выглядит ведь как укроп. Но мама дернула растение, как мальчишка за хвостик, и маленькая рыжая красавица оказалась снаружи.
Вот и теперь, прошло, казалось бы, две недели, как Лида начала «отдыхать», а морковку опять надо полоть.
- Какая-то ты чересчур податливая, - жалостливо вздыхала родительница и предлагала каждое утро кофе. Но кофе не бодрило. Девушка сама не понимала почему.
Папа не вникал в женские проблемы, а сестер и братьев у Лиды не было. В прочем, она не жаловалась. Сидела себе на грядках, стараясь ни о чем не думать. В этом плане отсутствие опыта в прореживании ей помогло: некоторые сорняки так и норовили принять вид благородной культуры, и она в итоге оставила псевдо редиску и псевдо морковку расти чуть ли не до двадцатисантиметрового размера.
Но мама не ругала. Она чувствовала – что-то происходит, и все время пыталась установить контакт с дочерью. А двадцатисемилетняя дочь на контакт не шла.
Однажды мама отправила ее за продуктами в город, и девушка привычно закупила все в большом супермаркете. Обычный продуктовый шоппинг был нарушен вывеской недавно открывшегося магазина.
- Все для творчества.
Лида будто ведомая гипнозом молча вошла в магазин. Отказалась от помощи услужливых продавщиц и медленно прошлась вдоль стеллажей. Она потрогала бумагу, заинтересованно разглядывала краски, и даже выбрала себе две кисточки.
У нее есть свободное время и почему бы в этом свободном времени ей не уделить внимания самой себе?
Мама не стала задавать вопросов, папа вообще больше читал газеты и детективы, так что Лида облюбовала себе уголок в саду, около увитого девичьим виноградом забора, и принялась рисовать.
Она никогда не занималась в художках, и рисовала в школе на четверку, но все это было не важно. Девушка задумчиво водила карандашом по бумаге и лицо, такое надменное и чужое постепенно принимало знакомые черты. А синие глаза... О, она смешивала долго краски, и наносила постепенно, только бы передать этот оттенок, это выражение безудержной страсти, которое она увидела тогда, до поцелуя.
Лида старалась не думать о прошлом и не мечтать о новой встрече. Она знала, что феи оставили ее. Каким-то сто двадцать пятым чувством знала это. И все же девушка не могла не рисовать портрет.
Вышло три неудачных, и один немного похожий эскиз. Родителям она рисунки, разумеется, не показывала, и мама, если и изводилась любопытством - что же такое она рисует, но ей хватало такта не спрашивать.
- С праздником.
Лида вздрогнула и чуть не упала с табуретки. Нина Васильна, дальняя соседка с дач, в прошлом – почетный работник библиотеки, а ныне бодренькая почти восьмидесятилетняя старушка стояла рядом на садовой дорожке.
Когда Лида впервые увидела ее в саду – та иногда приходит к маме поболтать о том, о сем, она испугалась. У Нины Васильны было какое-то не шибко выразительное лицо, мускулы двигались то ли неохотно, то ли редко, и даже казалось, что на ней - маска. Но, разумеется, это было не так и старушенция даже умела заливисто хохотать.
То ли она подгадывала, то ли так происходило случайно, но каждый ее визит попадал на праздник. Она так и начинала свое приветствие:
- С праздником!
Сначала Лида искренне интересовалась, какой же сегодня праздник. Потом, махнула рукой. После вышеуказанного приветствия выбегала из дома мама, всплескивала руками и приглашала гостью отметить. По состоянию здоровья Нина Васильна употребляла только водку, ну и мама с ней заодно. Папы обычно в этот момент не было, ровно, как и родственников старушенции. И нельзя было сказать, что ее бросили на свежем воздухе одну, нет. Дети и внуки, чередуясь, приезжали каждые выходные. Но ведь праздники не всегда попадают на выходные, верно?
В принципе, Лиде было все равно. Мама – взрослая женщина и имеет право отметить праздник семьи, Троицу, Казанскую или что они там отмечали в прошлый раз? Причем, женщины сидели тихо-мирно на веранде, закусывали и вели светские беседы о жизни других дачников. Все нормально. Поэтому никакой неприязни Лида к соседке не питала, только старалась не сталкиваться с ней в темноте. Уж больно выражение лица у нее каменное.
- Здравствуйте, а мама в доме.
Между тем, гостья не уходила. Она стояла рядом и внимательно рассматривала Лидин набросок.
- Твой что ли?
Старушка, видимо, впечатлялась портретом.
- Красивый. Женатый небось?
Лида с недоумением перевела взгляд на лист, где располагалась одна голова. И как она догадалась, не видя правой руки?!
- Да итак понятно. Был бы свободный – отказался бы от такой красоты? – старушенция неопределенно повела рукой, и с опозданием Лида догадалась, что красота здесь – это она.
- Ладно. Плюнь ты на него и живи дальше.
Нина Васильна развернулась и неспешной походкой поплыла к домику. Там уже выбегала на крылечко мама.
Лида вздохнула и вернулась к эскизу.
Забыть. Легко ей сказать. У нее два мужа было, да еще ухажеры после смерти второго. Конечно, и Лида – не то, чтобы невинной овечкой была.
Она опять вздохнула. Но это все в прошлом. Она не знает, выйдет ли когда-нибудь замуж, и сможет ли встречаться с другими мужчинами - даже при одной мысли об этом душа противилась. Да, ей было противно думать о других. И она не думала. Просто сосредоточилась на том, что ей приятно.
Конечно, ей приятно вспоминать о нем и рисовать портрет. Пока лето, прекрасная погода и она свободна... Почему бы не помечтать?
Она почти закончила нос и перешла к общему тону лица, как услышала приятный мелодичный голосок:
- А что, на эльфа и впрямь похож.
Пауза. Сердце отчаянно бьется и девушка не решается поверить своим ушам.
- Да, ладно, Эльми, она и эльфов-то не видела.
- Нет, ну посмотри: и уши, и серьги.
Лида быстро обернулась и заметила двух феечек прямо у гортензии, что подпирала собой забор.
- Здравствуйте.
Феечки впали в ступор и хлопали длиннющими пушистыми ресничками.
- Она нас видит?
- Нет, что ты, - маленькая фея в зеленом рваном платье удивленно оглядывалась вокруг, - Хмм, вроде и нет никого, кроме нас.
- Она нас видит! – другая фея в пышном розовом платье почему-то прижимала руки к сердцу и в упор смотрела на Лиду.
Пришлось прояснять ситуацию.
- Я вас вижу, - подтвердила Лида, и феи заверещали.
- Аааа, человечка нас видит. Ааа....
- А вы не могли бы орать потише?
Феечки смолкли, все еще дрожа и открывая в изумлении рот.
- Но ведь так не должно, так не должно быть, - сокрушались они. – Это что же теперь будет?!
А Лида сидела и улыбалась. Никогда бы не подумала, что вид маленьких и странных существ поднимает в ее душе такую бурю счастья и эйфории.
- Я думаю, она раньше общалась с феями, - зелененькая фея подлетела поближе и с любопытством осмотрела лицо Лиды, - смотри, на ней эльфийская магия. Бедненькая ...
Феечка забавно сморщила личико, и показалось, что она сейчас заплачет.
- Все в порядке. А вы ...
- Нет уж, лучше ты расскажи, где это ты с эльфами успела пообщаться.
Лида вздохнула и принялась рассказывать о том, что так старалась забыть.
- Мда.
Феечки косились на портрет, стараясь не показывать любопытство, но каждая из трех присутствующих женщин прекрасно понимала, о чем думают две другие.
- И ты надеешься его встретить? – феечка в розовом платье не выдержала и промокнула глаза миниатюрным кружевным платочком.
- Нет. Не надеюсь. Я даже не поняла, в какой из трех реальностей он был настоящим.
- А, это-то как раз просто, - улыбнулась зеленая фея, - Вы земляне в это не верите, но сущность человека, ровно, как и любого другого существа, одновременно функционирует в нескольких реальностях. Даже внешний вид может быть разным, то есть здесь ты блондинка, там брюнетка, где-то еще вообще рыжая, а твоя сущность, душа, она везде одинакова.
- Я, кстати, везде была блондинка.
- Но ведь ты шатенка.
Лида пожала плечами. Пожалуй, в этом теория фей подтверждается.
- И все-таки, как так получилось, что я узнала его, причем по глазам?
- О, глаза – это зеркало души, - романтично протянула розовая фея и чему-то умилилась.
- И??
- И значит, что у него сильная душа с огромным потенциалом, потому что оставляет след в каждом из миров.
- Слушай, Эльми, а я вот думаю все про фей, кто бы это мог быть...
- Не тригунды часом? Оо... Нет, навряд ли они. Они уничтожили бы Лиду и все.
- Откуда вы знаете, что меня зовут Лида?
Девушка бросила кисти на землю и встала.
- Что-то вы не договариваете, уважаемые.
Две феи висели в воздухе, понуро повесив головы.
- Лида, понимаешь, не все феи хорошие.
- Я догадывалась, - усмехнулась Лида, - продолжайте.
- Так вот, среди тех, кто откололся от основной массы, есть несколько странных фей. Их называют тригунды, потому что они работают втроем.
- И что же они делают? – Лида чувствовала, что сейчас откроется что-то неприятное.
- Экспериментируют.
- И?
- Обычно неудачно.
- И неужели их нельзя как-то наказать? И зачем они это делают?
- Выводят сверх разум. Смотрят, как реагирует душа в разных жизненных обстоятельствах. Наказать можно, это если поймать. А вот поймать еще ни одну не удалось.
- Мда... - Лида плюхнулась обратно на табуретку и в задумчивости уставилась на фей.
- Слушайте, а у меня появилась идея, - розовая фея подлетела близко-близко в Лиде и с надеждой заглянула в глаза, - Только не знаю, согласится ли Лида.
- Какая?
- Ты пойдешь в нашу страну, мы снимем с тебя остаточный след фей и попробуем по нему поискать. А еще посмотрим твою память, нам интересно, почему они ее не стерли, а тебя не убили.
Лиду передернуло. Может те феи и злые, но здоровый или не очень цинизм в крови, кажется, у всех фей.
- Во что это выльется мне?
Феи замолчали и почему-то нервно закружили вокруг.
- Что из этого будет мне?
- Ты станешь феей,- выдавила с неудовольствием зеленая фея.
Лида на мгновение потеряла дыхание. Прикрыла глаза, чтобы не выдать свою радость.
- Я согласна.
- Тогда готовься и приходи в первое полнолуние сюда, в сад. Будем из тебя делать цветочную фею, - феечка в розовом платье, кажется, Эльми, счастливо рассмеялась.
Время тянулось медленно. Прополка не приносила удовлетворения, а только раздражала. Эскиз девушка забросила и на удивленные вопросы матери не отвечала. Она замкнулась в себе, достала старую спортивную сумку и складывала вещи.
Разумеется, она уговорит фей взять с собой сумку. Мобильник ловить не будет – там нет вышек. Но это ладно. Девушка собрала все свои немногочисленные украшения, записные книжки, документы и предметы личной гигиены. Если с последними - все было ясно, то зачем ей паспорт – она бы не могла сказать.
В течение двух недель Лида уделяла много внимания прополке цветов. Мама удивлялась такому рвению к прекрасному, но благоразумно молчала. Очень благоразумная попалась мама.
Дочь с остервенением поливает цветы? Что ж, молодец, спасибо за помощь.
Как-то раз приходила Нина Васильна и, узрев заросшую грядку зелени, что-то проворчала, мол, розы прополоты лучше. Лида нахмурилась и хотела что-то сказать в ответ, но мама утащила придирающуюся соседку в дом.
И вот, наконец-то, знаменательное событие совершится послезавтра. Лида в рассеянности пила чай и не расслышала, что сказал папа. Ее дернули за рукав, и девушка в недоумении уставилась на отца.
- Петрович говорит, грибы пошли.
- А-а-а... – Лида хотела зарыться в предвкушающие мысли, но отец опять отвлек.
- Значит, едем?
- Когда? – Лида еще не догадывалась о готовящейся подлянке.
- Сегодня. Собирайтесь. Чтоб через час были готовы.
И они разбежались по своим комнатам.
Конечно, ехать за грибами Лиде не хотелось. Не то, чтобы это занятие вызывало отвращение – просто не вовремя все это. Была бы ее воля – она села бы в саду на табуретку и ждала фей. Но мама может заподозрить и вызвать врача. Она всегда так делает, когда Лида простужается. Казалось бы, ей 27, и неужели за столько лет мама не научилась лечить простуду обыкновенную?
А что будет, если она решит, что Лида – сошла с ума?
Нет. Девушка открыла шкаф и достала старые джинсы и футболку. Нельзя, чтобы мама что-то заподозрила. Нужно принять участие, поискать для вида грибы, а если за час они ничего не найдут – спокойно вернуться домой.
Они ехали на старой, серой и потрепанной ветрами, но такой любимой Киа Рио до дальнего-дальнего леса. В этот раз папа решил изменить маршрут и не останавливаться, а проехать через него – туда, где вчера утром хозяйничал Петрович.
Обычно, дорога до леса занимала минут 20. Сегодня же женщины молились, чтобы эти кочки поскорее кончились, потому что вместо остановки и долгожданной высадки, они тряслись по окраине леса куда-то в бок, потом по пролеску и заросшей лесной дороге туда, глубже, глубже в лес.
Они долго ехали, прежде чем папа признал небольшую полянку на опушке, у которой всегда останавливается его друг.
Лида с сомнением посмотрела в лес и вздохнула. Как тут отличить, где что – непонятно. Ей казалось, что они уже проехали дюжину подобных полянок, и все они были похожи на эту, как сестрицы.
Лес встретил молчаньем. Где-то вдалеке прочирикали перелетные птички и сразу же все смолкло. Тишина заполнила смешанный лес. От хвойных верхушек падали тяжелые темные тени, а изредка встречавшиеся березки издали походили на привидения.
Они достали плетеные корзинки из багажника, переоделись в резиновые сапоги, набросили ветровки – Лида не без радости одела свою куртку десятилетней давности.
Мама с подозрением посмотрела на таинственный лес, но ничего не сказала. Папины решения не обсуждаются, во избежание скандала.
Папа посмотрел на часы, и первым пошел в темные кулуары леса.
Грибы попадались на каждом шагу. В основном, свинушки и изредка – сыроежки. Мама предлагала пойти дальше – она приметила просвет где-то сбоку и посчитала, что это опушка. А на опушке может быть много чего интересного.
Лида наткнулась на куст малины и немного поела ягод. Папа ушел куда-то вперед, а мама как раз неподалеку срезала очередную свинушку. У самой Лиды в корзинке было пусто. Сегодня почему-то не везло.
Ягоды попадались водянистые, но вкусные. На даче росла малина, но ее было мало – перемерзла почти вся зимой. Девушка с удовольствием набрала бы баночку домой, но взять с собой не догадались. Когда Лида оторвалась от сочных ягод, мамина куртка виднелась далеко впереди.
- Ау!
Мама аукнулась в ответ, папа, наверное, не услышал. Девушка прибавила шагу и наконец-то добралась до мамы. Та сидела на траве и не среагировала на приход дочери. Лида взглянула на перепуганное лицо родительницы, и сердце предательски сжалось.
- Что случилось?
- Папа не отзывается.
Лида выдохнула и постаралась успокоить себя и маму.
- Он далеко зашел. Пойдем.
Она потянула ее за рукав, и обе пошли вглубь леса, туда, где как им казалось, шел папа.
Не прошло и пяти минут, как вышли на небольшую полянку. В центре полянки сидел на корточках папа и что-то собирал. Он был так увлечен своим занятием, что не сразу заметил жену и дочь.
- Земляника. Еще не сошла, представляете?
Женщины удивились и тоже принялись собирать. Папа снял кепку и складывал ягоды туда. Земляники действительно было много. А поляна, в самом центре леса неожиданно хорошо освещалась и была довольно широкой.
- Малина!
Лида ахнула и медленно пошла по направлению куста. Это не малина, это просто сказка какая-то. Огромные крупные ягоды свисали тяжелыми кистями до земли. Темно-красные, они казались наполненными светом и витаминами. Лида схватила одну ягоду и кисть осыпалась. Спелые.
Тогда она, придерживая левой рукой ветку, аккуратно стала собирать сладкие ягоды и тут же их есть.
- Мам, тут малина, - позвала девушка, но мама отмахнулась.
- Малина и дома есть, а вот земляника...
Лида повернулась к кусту и ее глаза расширились. Значит, весь этот куст – ее.
И тут девушка заметила, что с обратной стороны куста ягод больше. Вот сразу этого не увидела, а потом повернулась и почему-то сразу заметила. Она обошла куст, встав спиной к лесу.
Сочная вкусная ягода таяла на языке, как мороженое. Неожиданно Лиду охватило необыкновенное блаженство, и она прикрыла глаза. Ох, как же хорошо. Стрекотание, шебуршание и жужжание доносилось с поляны и своим фоном успокаивало нервы.
И вдруг что-то случилось. Будто она с улицы шагнула в квартиру. Все стихло. Запахи перестали щекотать нос и удивлять. Лида будто провалилась в когнитивное ничто и зависла в небытье.
Она испуганно распахнула глаза. Что за шутки. Все перед ней: и поляна, и куст, почти полностью преграждающий обзор этой самой поляны, и родители. Вон мамина кепка видна из-за высокой травы.
Она замедленно выдохнула. Нервы. Надо же. И почему?
Лида обернулась и заметила, что лес чуть отступил и выставил перед собой как гвардейцев высокие зеленые кустики, не то осинки, не то ольху – она не очень разбиралась в деревьях. Они окружали ее со всех сторон и будто подавляли своей мощью. И ей вспомнился тот единственный волшебный поцелуй и мужчина, его подаривший.
- Тьфу-тьфу-тьфу, наваждение, - она поплевала через левое плечо, как делала иногда мама. Лида еще посмеивалась над дремучей суеверностью, но сейчас это вылезло на автомате.
Она сунула себе в рот еще пару ягодок и прожевала.
- Какие-то безвкусные, - подумалось ей, а может она просто наелась, и девушка решила пойти назад, к родителям.
Обошла куст и вышла на ... пустую поляну.
- Ма-ам... – неуверенно обернулась, цепляясь взглядом за выступы разноцветных цветов на поляне, - Где вы?
Родителей на поляне не было. Девушка подавила растущую панику, только ругнула себя за то, что не взяла мобильник. Дома-то думала – зачем он ей, если она едет с родителями? Последние две недели ей вообще никто не звонил, даже подруги.
Лида тяжело вздохнула, успокаивая ворочающийся в душе страх. Она увидела свою корзинку, брошенную впопыхах в бок, и замерла.
Рядом стояло странное существо. Высокое, зеленое, оно напоминало поросшую мхом палку. Лида и приняла бы это существо за палку или старое дерево, если бы не глаза. Пронзительные желтые глаза подсвечивались странным светом.
Существо пристально разглядывало Лиду, а девушка все почему-то думала, что надо забрать корзинку. Но пойти навстречу и взять она бы не смогла – ноги намертво приросли к земле.
В то же самое время в голове мелькали какие-то дурацкие мысли:
- Мне нужно обязательно попасть домой до завтра. Я умру, если не увижу фей. А они будут ждать. А я - здесь... И это чудище рядом с корзинкой...
Тут Лида храбро сделала шаг вперед и, протянув руку, произнесла:
- Эта корзинка – моя.
- Да, пожалуйста ... – скрипучий голос чудища содержал в себе много эмоций: равнодушие, безразличие, немного обиды и чуточку презрения.
Так, по крайней мере, показалось Лиде.
Девушка сделала осторожный шаг, потом еще один и еще, и вот уже вожделенная корзинка рядом, стоит только протянуть руку... И она ее протянула. Только чьи-то проворные пальцы схватили саму Лиду за кисть.
Девушка в изумлении подняла голову вверх и вздрогнула. Она была готова поклясться на чем угодно, что это было чудище. А совсем не высокий красивый брюнет в зеленом спортивном костюме и с глазами цвета...
- Виски, - мелькнула ассоциация в воспаленном мозгу Лиды, и неожиданно она покраснела.
- Ходят тут всякие голодранцы, - между делом скрипнул тем же голосом брюнет, потом откашлялся и уже нормальным, соответствующим ему баритоном предложил:
- Проводить до фей?
- А?
- Тебе же к феям нужно?
Лида замешкалась и взглянула на брюнета. Он наблюдал за ней с полуулыбкой. Острый нос не портил, а пропорционально гармонировал с другими чертами лица. Чуть округлый подбородок, твердые губы цвета морозной вишни, и кожа... Лида с чисто профессиональным интересом прошлась по коже - без единого акне, прыщика или язвочки. Это не кожа, это - атлас!
- Ну, да. А откуда ты, то есть вы, знаете?
Брюнет улыбнулся и пригласил идти вправо.
Некоторое время они шли молча. Лида старалась не смотреть на интригующую личность, но все же не могла удержаться и искоса бросала взгляды. Брюнет шел, будто глубоко задумавшись, и совсем не смотрел на дорогу.
Перед глазами то и дело мелькали ветки. Лида радовалась своей кепке, иначе несколько раз уже осталась бы без глаза. А потом она заметила странность – ветки перед брюнетом сами расступались, как модели перед дизайнером. Ей даже показалось, что они с каким-то благоговением шелестели, будто хлопая в ладоши-листики.
Лида зажмурилась. Чертовщина какая-то. Видно, она переутомилась, когда гуляла по лесу. То ей вполне нормальный брюнет показался чудищем, то ветки ожили. Да, определенно, в этот момент ей казалось, что весь лес ожил.
- А чем ты, то есть вы, чем занимаетесь ...мм-м...в лесу? – брюнет не казался сильно старше ее, но почему-то хотелось выразить ему уважение, и девушка второй раз за день цеплялась за манеры.
- Смотрю за порядком. Можно на ты, кстати, - довольно улыбнулся парень, и у девушки ойкнуло сердце – какой красавец.
Его бы сейчас отдать на растерзание Фридриху и через два месяца у парня появятся зарубежные контракты. Фридрих умел ставить фото так, что бы природная красота выгодно подчеркивалась и блистала разными красками. Кажется, она иногда скучает по нему.
- А ты?
Вопрос застал врасплох.
- Я? Эм... Ничего не делаю.
- Совсем ничего? – хитрые янтарные глаза, смеясь, в упор рассматривали девушку.
Какая-то ветка больно хлестнула по щеке, и девушка резко пришла в себя. Они приближались к бурелому, и следовало быть внимательной и осторожной.
- У меня есть одна цель, но ... Это не занятие.
- Ты хорошо рисуешь, - обронил брюнет.
Лида как раз перелезала через очередной валежник, да так и застыла на середине.
- Откуда знаешь? - ее интуиция вдруг завопила об опасности, и, оглянувшись на парня, она застыла.
Нет, это не парень. Это зеленое, поросшее мхом дерево с горящими желто-рыжими глазами. Лиза тяжело сглотнула и моргнула. Да нет же, парень.
Что же такое творится с ней?
- Еще долго?
Больше всего на свете она мечтала оказаться в теплой постели и выпить горячего чаю.
- Будь осторожна с цветочными феями. Они странные, - брюнет смотрел ровно перед собой, но в его голосе Лиде послышалась тревога.
- Почему?
- Они живут одно лето. А потом их жизнь протекает в неком стазисе – они живы, но злятся на всех и вся, что жизнь к ним несправедлива.
Не слишком удивляясь, Лида пробормотала:
- И почему все думают, что феи – добрые?
Брюнет хмыкнул, и галантно раздвинул передней ветки огромной пушистой ели.
- Ступай, Лида, и будь храброй. Только храбрые и чистые душой люди добиваются счастья.
Девушка чуть не спотыкнулась от такого напутствия. Так неожиданно и странно это все прозвучало. И самое смешно, что-то дергало за язык, и хотелось быть откровенной. Лида замешкалась перед отогнутыми ветками, и все-таки сказала:
- Я – не чистая. Знаешь, со сколькими я спала? Столько шишек в лесу нет, и...
Он заржал. Рука отпустила ветки, и они со свистом пролетели в каком-то сантиметре от Лидиного лица. Вот честное слово, он не просто засмеялся, а согнулся пополам и откровенно ржал.
- И я думаю, что не заслуживаю счастья, - все-таки закончила Лида, недоуменно смотря на этого товарища.
- Лидка, ты такая забавная. Ты сама еще не поняла, что феи тебя «почистили». Да, они хулиганки, и ты могла двинуться, но ведь не двинулась. Так что, считай, ты у нас младенец. И аура такая переливчатая...
Вытирая набежавшие от смеха слезы, он добавил:
- И не пускай ты к себе Васильну. Она скоро так проклянёт ваш огород, что даже сорняки расти не будут.
- Нину Васильевну? Библиотекаршу?! - Лида совсем не обиделась на смех, но последнее выбило из колеи, - Ты что, серьезно?
- Не знаю, какая она библиотекарша, а ведьма – классная. Ну, что, идешь? Родаки уже в МЧС звонить собираются.
- Да, иду, - девушка шагнула в отогнутые передоней ветки ели, и увидела край СНТ. Всего-то и пройти – через небольшой лужок, а потом сквозь все товарищество, - Но... Как тебя зовут? Огромное спасибо, что из леса вывел.
- Да, ладно, обращайся, если что. А имени у меня нет. Леший я, - глаза цвета виски сверкнули, и прежде, чем я успела что-то сказать, ветка ели опустилась вниз.
Родители ругались долго. Папа пил корвалол, мама – валерьянку, а Нина Васильна, забредшая опять с каким-то праздником, пролетела. Не до празднования всем было.
Следуя совету лешего, Лида присмотрелась к старушке. Ну, да, внешность у нее не ахти, но так мало кто в нормальном виде к таким годам сохраняется. Еще неизвестно, как будет выглядеть сама Лида.
Обычная старушка, самая-самая. Но когда она ушла, девушка все-таки посоветовала маме держаться от нее подальше. Оказывается то, что Нина Васильна – ведьма, мама слышала от соседок, но не верила, называя все сплетнями.
Конечно, ее же не предупреждал леший.
В эту ночь Лида заснула с трудом. Напившись горячего чаю, вытянувшись на кровати и смотря в потолок, она была счастлива. Завтрашняя встреча и возможное превращение не страшило. Было любопытно, но и только.
День прошел как в тумане, Лида помогала матери по огороду, и, когда полола в очередной раз сорняки, что-то такое заподозрила. Ну, ведь не могут они ТАК вырасти за два дня. Здесь что-то не то.
Вечером родители легли спать пораньше, а Лида, забрав сумку и, на всякий случай, одев свое самое красивое платье - синее с юбкой в пол, вышла в сад. Лунный свет заливал цветы, как сметанный соус салат, и все вокруг будто мерцало и переливалось. Лиде показалось, что у ограды, рядом с той самой гортензией и розами замелькали маленькие огонечки. Она медленно пошла им на встречу, стараясь не спугнуть их.
Они летали по саду, и зрелище было поистине волшебным. Она сразу же заметила двух знакомых фей – Эльми в пышном розовом платье времен Ренессанса и вторую безымянную феечку в зеленом рваном костюмчике.
- А вот и она! Лида! – Эльми подлетела так близко, что казалось, вот-вот сядет на нос, - А ты изменилась. С кем-то встречалась?
- Что? Здравствуйте, - она обвела взглядом всех фей, давая понять, что здоровается со всеми.
- Эльф твой приходил? – Эльми испытывающе что-то рассматривала в прическе Лиды, - какой-то след на ауре, никак не пойму.
- Фрея, - зеленая феечка выделилась из толпы и одобряюще приподняла большой палец, - Классное платье.
- Спасибо. Нет, это всего лишь леший.
- Всего лишь? – феечки засуетились и нервно стали летать вокруг Лиды, - Это же немыслимо, это же необыкновенно! Как может леший показываться людям? Это – революция!
- Тихо!
Спокойный, строгий голос донесся откуда-то сбоку, от красной розы. Кстати, самой красивой розы в саду.
- Приветствую тебя, Лидия.
Девушка медленно обернулась и чуть не вскрикнула – перед нею, на самом красивом бутоне розы сидела королева фей. Золотое парчовое платье оторочено белой, блестящей материей. Золотая россыпь волос сливалась с тканью. Белоснежное, будто фарфоровое личико притягивало взгляд и поражало своей красотой.
- Ваше величество, - Лида склонила голову в знак приветствия, - я готова стать феей.
- Отлично. Эльми и Фрея – вы несете ответственность за новообретенную фею – Лидию. Итак...
И вдруг до Лиды откуда-то издалека стала доноситься мелодия. Красивая, зовущая и неуловимо знакомая. Мелодия нарастала, будто приближаясь, и становилась все громче и громче, и, наконец, заиграла в полную силу. Ноги девушки сами собой закружились в ритме вальса, и хорошо, что она предусмотрительно одела платье в пол. Юбка красиво колыхалась из стороны в сторону, и девушка почувствовала всю красоту момента.
- Жаль, кавалера нет.
Но она не остановилась в танце, а продолжала вальсировать, наслаждаясь музыкой.
- Вальс цветов, - вспомнила Лида и зажмурилась от счастья. Это было так необычно – девушка не танцевала подобное с класса восьмого, когда в последний раз сходила на бальные танцы.
Да, да, несколько лет мама водила ее на занятия, но потом девушка «заболела» карьерой модели, и переключилась на мир моды.
И вот теперь, она танцевала. Чувство свободы охватило ее и пело песнь свободы. Девушка прикрыла глаза от удовольствия и не заметила, как постепенно стала уменьшаться, уменьшаться и, в конце концов, превратилась в маленькую феечку.
Почувствовав что-то странное, она распахнула глаза и чуть не завизжала от ужаса – она висела далеко от земли, и ее туфельки, самые обычные - на высокой шпильке и с блестками, превратились в салатовые серебристые башмачки с вытянутым носиком.
- Башмачки помогают летать, - пояснила Фрея и протянула руку, - Приятно познакомиться, новая феечка Лида.
К ней подлетали незнакомые феи и пожимали руки, обнимали и желали всего самого хорошего.
- Сегодня день рождения феи Лидии. Все дела будут делаться завтра, а сейчас – праздник начинается! – провозгласила королева фей, и началось световое шоу.
Феи кружились в воздухе и именно их башмачки блестели и искрились огонечками. Феи прыгали с цветка на цветок, держась за руки. Когда башмачки касались лепестков цветов, те зажигались, как новогодние гирлянды на елке, и каждый цветок имел свой цвет.
Белоснежные гортензии светились голубым, красные розы – желтым, а лилии – серебристым цветом.
Лиду заразила волна радости и веселья вокруг, и она принялась перелетать с цветка на цветок, как делали ее сородичи. Она совсем забыла про огромную спортивную сумку, которую не смогла бы теперь поднять, и та сиротливо стояла на тропинке.
Кто-то из фей пел, другие подпевали, и голоса звенели колокольчиками и могли соперничать с самой распрекрасной музыкой. Вальс цветов стих, и вместо него игрались какие-то танцевальные мелодии. Лида заинтересовалась источником звука, и, подлетев к кустам, из-за которых музыка звенела особенно громко, ахнула. Кузнечики, жучки и паучки представляли собой слаженный оркестр. Им руководила сиреневая фея, дирижирующая палочкой и двигающаяся в такт.
- Как же здорово, - думала Лида, - Так бы и пела, и танцевала все время. Но чего-то не хватает.
Когда она засекла эту пролетевшую мимо мысль, он успела схватить ее за кончик и додумать.
- Но ведь так хорошо. Чего же мне не хватает? – она долетела до желтой розы, растущей на самом краю цветочного сада, и присела на ее нераскрытом бутончике, - Его.
И сердце затопила тоска. Она вспомнила голубые глаза, так пронзительно смотревшие на нее, и чуть не расплакалась.
- Но ведь он – эльф. Зачем же я согласилась стать феей? Он ведь никогда меня не полюбит, - запоздалое сожаление нахлынуло ударной волной, и феечка разрыдалась. Ей невыносимо грустно стало от своей глупости, наивности и доверчивости.
- Ты чего, дорогая? – Эльми, неожиданно появившаяся рядом, сочувственно поглаживала по плечу, и от этих простых движений становилось как-то спокойней, тише на душе, и мало-помалу, рыдания прекратились, - Почему плачем в свой день рождения?
- Я его никогда не увижу?
- Разве ты не счастлива? – глаза Эльми лучилась теплотой и участием, - Здесь же так хорошо. Завтра мы снимем остаточный свет тригурди, а потом посмотрим твою память, и все наладится. Боль и разочарование уйдут, и твое сознание откроется настоящему счастью...
- Что? - Лида не могла поверить в то, что только что услышала, - Как уйдет?
- Ты даже не представляешь, как хороши цветочные эльфы. Они живут в лесу, на диких и невежественных цветах, но раз в летний месяц мы встречаемся и... – Эльми сделала загадочную паузу, - веселимся вовсю. Маленькие феечки появляются не от почкования, знаешь ли. А то, что сегодня произошло с тобой – вообще редкость.
- Почему?
- Потому что ты была уже готова. Пусть сама и не ведала этого.
- Мда. Тригурди постарались, - Лида сидела на желтой розе и все попыталась понять, что ее не устраивает. Что-то диссонирует. Что-то неприятное и неправильное. Но как у таких волшебных и милых фей, что-то может быть неправильным?
- Подожди. А разве вы не создаете семью с этими лесными эльфами?
- Нет, что ты. Зачем? Они - свободны, и мы тоже. Если кто-то уж сильно влюбится, то может встречаться. Но не больше.
Вот в чем ерундистика. Вольные нравы. Самое смешное - раньше Лида обрадовалась бы, но сейчас ее душа как-то неправильно реагировала – она возмущалась. Это – неправильно. Это – кощунственно. Она хочет всецело принадлежать ЕМУ, видеть его голубые глаза каждый день, плескаться и умирать в них, и ...больше ей ничего не нужно. И никто не нужен.
- Кажется, пора валить, - решила Лида и с интересом взглянула на феечку. Эльми беззаботно сидела рядом на стебельке и покачивала зелеными туфельками.
Рядом никто не пролетал, и девушка удовлетворенно вздохнула - убивать ее, конечно, не надо. Только оглушить. Но как?
Лида любила в юности читать детективы и разные приключенческие истории, но вот технику вопроса она не знала. И не могла вспомнить. Поэтому она осторожно сняла свой башмачок, и, пока Эльми рассматривала фейерверк из серебристых звездочек где-то в середине сада, стукнула ее по голове.
Феечка свалилась на землю. Лида одела башмачок и слетела вниз. Пощупала шею – вроде дышит, но в глубоком обмороке.
Она огляделась вокруг, но рядом никого не было. И... Лида дала деру.
Она перелетела через ограду и оказалась на дороге. Почему-то ей везде мерещилась опасность. В лес, срочно в лес. Вот, где ее не найдут.
Она изо всех сил, насколько могла, мчалась к лесу. Садовые участки ей удалось пролететь быстро, хоть она и потеряла много времени, мчась по дороге. В чужие сады заглядывать было боязно.
Поле она перелетала на последнем дыхании, и как только увидела густые ели, сразу села на первую же ветку отдышаться. Насколько она могла видеть, погони за ней не было.
- И что же делать? – подумала свежеиспеченная фея, и вздохнула - прав был леший, нельзя феям доверять. Вообще, никаким.
И домой дороги нет. Навряд ли родители придут в восторг от ее нового вида. Ну, уж дудки. Она стала магическим существом, пережила столько всего, теперь она докопается до правды. А интересует ее только одно – где ОН, и как его найти.
На всякий случай, она решила углубиться в лес. Там безопасней и в дороге думается лучше. Пока фея долетела до ближайшей полянки, она окончательно выбилась из сил и решила заночевать в каком-нибудь цветке, а завтра с утра поискать лешего.
В конце концов, должна же в лесу быть гадалка или какая-нибудь предсказательница. Она и подскажет, как найти ЕГО.
- О, баба Яга, - вспомнила родной фольклор Лида, и заулыбалась, - Всегда мечтала с ней познакомиться. Я знаю столько рецептов масок...
С этими оптимистичными мыслями, девушка перелетела на середину поляны и заметила несколько прекрасных цветков: фиолетовые кружки герани и розовые - буквицы, голубые цветки окопника. Недолго думая, она подлетела к окопнику и с удовольствием прилегла на его зеленом листочке. Уснувшие цветки закрывали ее сверху от росы и ветра. Впрочем, в лесу стояла потрясающая тишина, и феечка быстро уснула.
- Симпатичная. Будет моя.
- Нет, моя. Ты уже спал с одной вчера. Я видел.
- Ну, ты и скунс. Подглядывать нехорошо.
- А я ее первый увидел.
- Ну, и что. Смотри, какая сладкая. Что-то я такой не припомню...
Лида проснулась от того, что кто-то трогал ее за щеку. Эдакое легкое пощипывание. Она в изумлении распахнула глаза и чуть не вскрикнула: два лесных эльфа переругиваясь, делили право ... на нее? Что за бред?!
- Да как вы смеете! – вскрикнула она и сделала шаг назад, потом другой, и, не рассчитав расстояние и свой вес, полетела головой вниз. Когда до земли оставалось всего пару сантиметров, ее перехватили сильные мужские руки и хриплый голос произнес:
- Осторожней, красавица. Башмачки потеряешь.
Ах, да! Лида напрочь забыла, что умеет летать. Но ее крепко держали за талию, и, рискуя получить косоглазие, она попыталась разглядеть своего спасителя.
Он был выше на голову, широк в плечах и рыжеволос. Карие глаза поражали хитростью и каким-то плескавшимся на дне самодовольством. О, да, этот эльф был не прост и весьма симпатичен.
Но у него не было голубых глаз.
- Ирвин, ты испугал нашу гостью, - когда они приземлились, к ним подлетел второй эльф, и вот он был полной противоположностью первому: каштановые короткие волосы, зеленые глаза, хилое телосложение и невысокий рост. А еще писклявый голос и обиженно поджатые губы.
- Я ...
- Позвольте представиться: Ирвин Лежуа, первый глашатай леса, - эльф сделал шаг назад и прижал руку к груди, - Очень приятно видеть вас, мадемуазель...
- Лидия.
- Просто Лидия? – лесные эльфы переглянулись, и это очень не понравилось девушке.
- Да. Просто Лидия. Я – новенькая.
- А это мой друг, Ромэн Дебуа.
- Очень приятно, мадемуазель Лидия, - хиляк тоже обладал вежливыми манерами, и приложил руку к груди, - Рад познакомиться.
- А теперь, уважаемые, раз мы с вами познакомились, подскажите, у вас есть колдунья или предсказательница или еще кто-нибудь, кто умеет искать эльфов и смотреть в будущее?
Эльфы синхронно переглянулись и молча уставились на феечку.
- Что такое? Нельзя? Или нет?
Слово взял Ирвин, рыжеволосый статный красавец.
- Есть, уважаемая Лидия. Только он, как бы сказать... Не всех принимает.
- Почему? Мне очень надо!
Неужели у них тут аристократические предрассудки? Мол, если ты не принцесса и не герцогиня, и вообще без фамилии – не примут и в расчет не возьмут?
Она гордо задрала подбородок. Ну, уж нет. Просто так каким-то эльфам она не сдастся.
- Ну, если надо...Следуйте за мной, - сдался Ирвин и сделал приглашающий жест. Так они и полетели: Ирвин впереди, потом Лидия и Ромэн.
Искоса, стараясь не досаждать своим излишним вниманием, девушка рассматривала их одежду. На Ирвине красовался темно-синий камзольчик, в деревенском стиле, в каком обычно изображают эльфов в книжках. Ромэн – в таком же, но темно-коричневом. Причем, как посчитала Лида, ему совсем не шел этот цвет. Он сливался с волосами и Ромэн походил на какую-то деревяшку или обычную палочку. Пару раз взглянув на парня, она заметила масляный взгляд и двусмысленную улыбку.
Они летели недолго, но Лидия не смогла бы найти дорогу повторно. Поляна, на которой они очутились, превосходила все виданные ранее. Здесь было много диких лесных цветов, на которых отдыхали эльфы, и даже несколько деревьев вокруг держали на толстых, могучих ветвях многочисленную эльфийскую братию.
Везде, где только хватало взгляда, были эльфы – мужчины.
На какой-то момент Лидии сделалось страшно. В мозгу у нее пронеслись совсем уж страшные картинки ее возможного рабства, а еще всяческих извращений, о которых говорилось шепотом, и которые описывались в некоторых серых книгах.
Ни при каком раскладе Лида не хотела для себя такой судьбы.
Ирвин пролетал мимо своих сородичей, Лиде приходилось следовать за ним и ловить косые взгляды. И, наконец, они добрались до огромного, раскидистого дуба, стоящего посредине поляны, и остановились.
- Добро пожаловать в лес, уважаемая гостья, - донесся звонкий мужской голос откуда-то сверху.
Лида подняла глаза и обомлела. Красивый высокий брюнет-эльф в серебристых одеждах, он поражал своей молодостью, мальчишечьей улыбкой и ... пронзительным взглядом голубых глаз. Сердце девушки пропустило одну стрелу, потом вторую, а на третьей ей захотелось умереть прямо здесь, под сенью этого дерева, потому что к прекрасному королю-эльфу, ее возлюбленному – это она знала точно, стрела Амура не попадает просто так, так вот к ее возлюбленному подошла не менее прекрасная эльфийка – видимо, его королева.
Без шансов.
Как же это ужасно! Слезы навернулись на глаза Лидии, но девушка взяла себя в руки – плакать при всех, радовать его своей слабостью – ну, уж нет! До этого она не дойдет!
- Спасибо, ваше величество, - она скромно опустила глазки, присев в чем-то наподобие реверанса, и сосчитала до пяти.
Встала.
Его величество с полуулыбкой, не стесняясь, рассматривал ее и о чем-то думал. Или вспоминал. В его прекрасных голубых глазах пробегали мысли-тени. Все придворные замерли, не решаясь прервать мыслительного процесса владыки.
- Как тебя зовут, прекрасное дитя? – голос эльфийки звенел, как колокольчик, и поражал своей чистотой, женственностью и мягкостью.
Лида почувствовала всю свою ущербность по сравнению с королевой, и покраснела.
- Лидия.
- Чем мы обязаны счастью лицезреть тебя? – судя по благостному выражению лица эльфийки, она всю жизнь только и мечтала - увидеть Лидию. Противоречие здравому смыслу отрезвило девушку, и она поняла, что здесь ей не рады. Но только почему?
С этого момента розовая пелена сползла с глаз феечки, и она стала прислушиваться внимательней.
- Я пришла просить разрешения посетить ясновидящую, или ведьму, которая открыла бы мне будущее и ответила на один вопрос. Это не вы часом?
Королеву эльфов чуть заметно передернуло, и она повернулась к мужу. Тот, сдерживая улыбку, еще раз окинул внимательным взглядом гостью и вымолвил:
- В нашем королевстве есть только один эльф, способный помочь тебе. Но чтобы попасть к нему, каждый приносит ему что-нибудь в дар. Что у тебя есть?
- И тут тоже самое, - печально вздохнула Лида, и нахмурилась. Неужели они откажут?
- У меня ничего нет, кроме меня самой. Я ... – она запнулась, - молодая фея, и еще не вошла в силу. Но я могу предложить свою помощь в решении двух проблем.
- Должны же у меня появиться сверхспособности? – размышляла тем временем она, - В книжках феи что-нибудь такое умеют – тыкву превратить, золушку преобразить... Но ведь и эльфы по идее должны обладать магией, так что навряд ли им понадобятся магические услуги. С растениями они и без меня прекрасно ладят. Но, взялся за травинку, не ругай перинку.
На какое-то мгновение на поляне воцарилась тишина. Все замерли и ожидали ответа короля. А тот так улыбался, будто сорвал в жизни джек-пот, и в сердце Лиды стали закрадываться сомнения.
А может зря она поспешила? Надо было бы попроситься на ночлег, а потом все разузнать тихой сапой и найти какое-нибудь не столь радикальное решение.
- Ты, наверное, заметила, что у нас много мужчин... – начал король эльфов, а Лиде вдруг стало дурно... Самые страшные картинки замелькали перед глазами, и она чуть не завизжала от страха. Ну, все, попала...
- Так вот, дело в одной дурацкой традиции, по которой феи, наши любимые партнерши, прилетают на поляну раз в месяц. Свобода им нужна и все такое, - король бросил взгляд на королеву, и так в подтверждение величественно качнула головой – мол, да, твари они неблагодарные.
- А наши мужчины скучают. Так вот, держи первое задание: ...
Лида чуть покачнулась, но устояла на ногах. Красивое лицо короля расплылось и всячески шаталось из стороны в сторону, но она каким-то поистине титаническим усилием взяла себя в руки. Она выдержит. Зачем-то, но выдержит.
- Так вот: нужно высадить на нашей поляне как можно больше садовых цветов. Агротехнику ты знаешь, этому с первых дней жизни всех феечек учат. Так что дерзай. Имей в виду – на один цветок прилетит только одна цветочная фея. А сколько у нас мужчин...
Он откровенно ухмыльнулся.
- Сутки тебе на исполнение. Потом придешь за вторым заданием.
С этими словами он подхватил королеву и умчался в прекрасное голубое небо.
- Невезуха, - Ромэн даже не пытался скрывать злорадство, - Интересно, а что тебе будет за невыполнение?
Лида шарахнулась в сторону, но тут же плечом ударилась об Ирвина.
- Осторожней, красавица. Ну что, обеспечишь нас феечками?
Лида взглянула в карие озорные глаза и решилась. Она поняла, что единственный шанс, чтобы у нее что-то получилось – это заручиться поддержкой друга, а так как друга в этой эльфийской армии у нее нет, и нужно выбирать худшее из лучших, она потянулась и прижалась губами к рыжему.
Тот не высказал никакого удивления – будто девушки на него каждый день стаями вешаются, и ответил на поцелуй. Лида уплыла бы в сладострастные дали и ощутила бы невероятное блаженство, но противный эльф препротивно закашлял.
- Ну, и нравы. Распущенность на распущенности.
Дождавшись, когда Лида с возмущением повернется и испепелит его взглядом, он добавил:
- Ты работать, когда пойдешь?
- Скоро, - сквозь зубы ответила девушка. Кажется, она его уже искренне и сильно ненавидит. Это надо же быть такой свиньей!
- Вот и иди. Не отвлекай мне друга.
- Я приду к тебе, – успел быстро шепнуть рыжий на ушко, но Лидина надежда рассыпалась прахом. Понятно, чего он придет. Явно не помогать.
- А что мне будет, если я не выполню задание?
- Ну, тебя казнят или оставят в качестве рабыни, - подтвердил ее мысли Ирвин и ободряюще похлопал по руке, - но я уверен, ты что-нибудь придумаешь.
- Ага, - проскрежетала зубами Лида и полетела в самый темный и безэльфный угол поляны – думать.
Солнце пекло нещадно, и даром, что она сидела в тени дерева, здесь все равно стояла парилка. Девушка сорвала маленький листочек подорожника и обмахивалась им, как веером. Но это не помогало.
Тогда она решила углубиться в лес, поискать водоем.
- Освежусь, покупаюсь, и гениальная мысль сама посетит мою бедовую голову, - подумала Лида, и бодро, насколько могла, полетела вглубь леса.
Она летала часа два, и окончательно запуталась в лесу. Что делать? Маленькая феечка села на камушек и заплакала. Искренне, всласть и с подвываниями. Она оплакивала свою неудавшуюся жизнь, близкую смерть – она ни за что не останется в качестве рабыни, и рухнувшие надежды.
- Ты не фейка, ты волк, - проговорил кто-то рядом, и Лида недоверчиво оторвала руки от лица.
Рядом сидел он, в зеленом спортивном костюме, с глазами цвета виски и растрепанными коричневыми волосами. И рост почему-то уменьшился до ее, фейского размера.
- Привет.
- Давно не виделись, - хмыкнул он, - и как тебе удается вляпываться в истории?
- Не знаю, - губы Лиды неожиданно расплылись в разные стороны, - ангел – хранитель у меня, наверное, хулиган.
- Наверное. Ну, и как выпутываться будешь?
- Не знаю. Я даже воды в лесу не нашла.
- Это потому что ее здесь нет. Нужно идти через поле в другой лес, там в самом конце озеро есть, - леший улыбнулся, но глаза оставались серьезными.
Некоторое время они молчали, а потом леший произнес:
- А вот думать о самоубийстве не надо. Это не выход.
- А что тогда выход?
Лида вскочила с камушка, глаза у нее лихорадочно блестели, а губы подергивались.
- Я ничего не умею, а вляпываюсь в ...в общем, неважно. Мой мужчина женат и, по-видимому, любит эту свою эльфийку. Единственную на все времена и народы. Домой я вернуться не смогу, а если и смогу, то не знаю, как жить с болью в сердце.
- Ну, с растениями я тебе, допустим, помогу, - задумчиво сказал леший, и посмотрел вдаль, - А дальше что делать будешь?
- Есть соображения по второму заданию? – с надеждой спросила Лида и придвинулась ближе, - А как поможешь? Спасибо тебе...
- Спасибо в карман не положишь и в жвачку не надуешь, - подколол ее брюнет и пододвинулся ближе, - за помощь будешь должна исполнение желания.
- Но я ведь не рыбка.
- Я заметил,- улыбнулся леший, и пояснил: - Один раз помощь – одно желание. Согласна?
- А если я не смогу выполнить желание? – поколебалась Лида, да и страшно было давать обещание лешему. Все же он магическое существо, кто знает, какие у него закидоны...
- Клянусь не давать неисполнимых желаний, - пообещал брюнет и протянул руку, - Договорились?
- Да.
Они пожали друг другу руки, и леший достал что-то из кармана своего зеленого костюма.
- Держи. Это волшебные семена лаватеры. Скажи заклинание: Апшвы, и положи семечко на землю. Вырастет быстро и не по одному цветочку.
- Спасибо, тебе!!! – Лида бросилась на шею к лешему и с признательностью его обняла, - Спасибо, ты такой милый!
- Ну, уж, право, - засмущался тот, - семена не рассыпь. Держи.
Лида пересыпала семена в кармашек юбки, спросила у лешего направление к поляне, и радостная, полетела.
Эльфы спали, слонялись без дела и всячески прожигали жизнь под солнцем. Лида сделала все, как советовал леший, и буквально через два часа лесная поляна радовала глаз разноцветными цветками лаватеры. Причем, как только зацветал бутон, прямо из воздуха материализовывалась фея. Тут уже стояли на страже по несколько эльфов, и хватали в объятья приглянувшуюся.
К большому облегчению Лиды, феечки не возражали, и с удовольствием уединялись с первым встречным эльфом в бутончиках цветов и прикрывались листочками.
К тому времени, когда солнце собиралось садиться, и король эльфов появился на поляне, все придворные были заняты. Даже Ирвин с Ромэном, к большой радости Лидии.
- Ну, что ж... – король обвел взглядом поляну, - Это офигенно. Если бы я знал, что вы так умеете, давно выкрал бы фею и заставил сделать это.
- Какое второе задание угодно дать вашему величеству? – вежливо поторопила его Лида и постаралась невозмутимо посмотреть в глаза.
Синие, они сверкали и затягивали внутрь, хотелось раствориться и остаться в них навсегда ...
- Второе задание – найти тригурди, которые напали на тебя, и привести их сюда.
Челюсть Лиды стукнулась об землю и отфутболилась обратно.
- Но зачем?
- А у нас спор с королевой фей и, можно сказать, договор. Если мы поймаем и сдадим им на суд тригурди, они выдадут пятьдесят феечек эльфам в жены. Сама понимаешь, выгодное соглашение...
Лида с трудом кивнула, и, не прощаясь, полетела в гущу леса. Никто не догонял ее, не жалел, не предлагал помощь. Это конец. Это так ужасно, что даже невозможно подумать об этом.
Как она найдет их? Теоретически возможно, но потом связать или как-то подчинить себе или привезти в земли эльфов, этих трех фей –психопаток, которые вертели и играли ею, как им вздумается? Это просто невозможно.
- А –а –а , - Лида кричала во весь голос, благо лес, никто не услышит.
Тут же ей вспомнилась любимая папина песня:
- Ой-йо, никто не услышит!
Она попробовала спеть, но слезы душили и сглатывали буквы. Слова выходили странные и малопонятные.
- Мда. Ты явно не певица.
Лида резко вскинула голову и улыбнулась.
- Ты даже не представляешь, какой у тебя видон, - с сожалением произнес леший, - жаль, зеркала нет.
- Зато чувство юмора есть, - горько всхлипнула Лида и зачем-то бросилась ему на шею, - Я не смогу. Я их боюсь. Они сильные и злые. А я ничего не умею-ю-ю....
Она рыдала, и слезы капали на его зеленый костюм.
- Можешь, конечно, еще поплакать. Мне приятно, когда обнимают. Знаешь ли, это случается редко, - насмешливо сказал леший, и Лида чуть отодвинулась, - Но у меня есть план.
- Какой?
- Как тебе следующее: заманить на эльфийскую поляну тригурди? Ты же понимаешь, что стоит им появиться, как все эльфы устроят на них охоту?
Лида кивнула и выжидательно посмотрела на лешего.
- На тебе их магия. Ты можешь позвать, если знаешь, хоть одно имя феи из тригурди.
- Лилли. Одну из них зовут Лилли, - радостно вскричала Лида, но леший быстро прикрыл ладошкой рот.
- Не сейчас. Нужно позвать три раза на поляне эльфов. Поняла? И будь готова к тому, что они нападут. Держи вот этот листик, - он достал какой-то красноватый листочек из-за пазухи, - и приложи поближе к сердцу. Он против ментального вмешательства.
Увидев недоуменный взгляд Лиды, он объяснил:
- Манипулировать тобой не будут.
- А...
Девушка сразу спрятала листочек за декольте и обернулась к лешему.
- Желания...
- Да, - леший хлопнул себя ладонью по лбу, будто только что вспомнил, - после визита к провидцу, - он скептически хмыкнул, - жду тебя на опушке поляны. Там, где в первый раз встретились. Поняла?
Лида кивнула и полетела к эльфам.
Пришлось обратиться к королю с просьбой, призвать всех эльфов в боевую готовность – для взятия тригурди нужны все подданные с одетыми штанами и разумными головами.
Поборов свой страх и сжав для храбрости кулачки, Лида встала на середину полянки. Все замерли, глядя на нее, и она чувствовала большую ответственность за свои действия. Все-таки, тригурди – не простые дружелюбные феи. Нет, это психопатки с замашками ученых, и никак не наоборот.
Собравшись с духом, она вскрикнула:
- Лилли приди, Лилли приди, Лилли приди.
И тут же из воздуха появились три очень удивленных феечки. Они в недоумении взирали на Лиду, а потом пришли в себя и ударили.
Лида почувствовала, будто на ее тело опустился миллион комаров сразу.
Очнулись эльфы и бросились на фей. Напор комаров сократился, но не исчез. Лилли, та феечка, которую вызвала Лида, чувствовала желание отомстить, не иначе, потому что она обернулась, вскинула руки, и на Лиду полетела куча разных таракашек, жучков и букашек. И если бы не заслон, который милостиво поставил король, Лиде пришлось бы туго.
Удивительно, но сражение длилось недолго. Лесные эльфы взяли количеством, и вот уже делегация из самых храбрых воинов, короля и нескольких придворных отбывает в далекие сады – отвезти тригурди феям.
- Хочешь с нами? - благодушно предложил король, но Лида судорожно закивала головой, - ну, как хочешь. Я скоро вернусь.
И он вернулся, как раз к налету сумерек, с пятидесятью счастливыми будущими женами.
- Ну, что ж. Поздравляю. Ты принесла в дар провидцу две услуги, и он согласен принять тебя, - король эльфов сделал приглашающий жест рукой, - пойдем в шатер Правды.
- Куда?
Она проследовала взглядом по направлению королевской длани и поежилась. Серебристый шатер с украшениями в виде лилий явно говорил о том, что он королевский. А еще она заметила, как сморщилась королева, и тут же заподозрила неладное.
- А где провидец?
Она ожидала увидеть немощного, тысячелетнего старца – эльфа, в рясе, или еще какой-то ритуальной одежде, но реальность жестоко разочаровала.
- Провидец здесь – я, - улыбнулся король и пригласил войти внутрь.
К ее облегчению, в шатре был только костер и никаких диванов. Даже не смотря на то, что это - ее мужчина, сразу ложиться с ним в постель она не собиралась.
Некоторое время они молчали. Король эльфов распростер руки поверх огня и настраивался на стихию.
- Задавай вопрос,- на его лицо легла какая-то тень и голубые глаза потемнели, как море перед бурей, - Что ты хочешь знать? Сначала вопрос, потом будущее.
Во рту почему-то пересохло, и Лиде потребовалось несколько мгновений, чтобы собраться с мыслями. Слишком долго она к этому шла, и не время волноваться, но что же так терзает душу, а? ... Да, ладно.
- Я хочу знать, есть ли у меня суженый, - нервно выкрикнула Лида.
Эльф пошевелил руками над костром и закрыл глаза. Прошло минут десять, и, прозвучавший в шатре голос был не голосом голубоглазого эльфа. Само провидение говорило за него.
- Есть, и ты его встретила.
- Выйду ли я за него замуж?
Лида рассматривала это незнакомое лицо, квадратный подбородок, резко очерченные губы и пыталась понять. Тогда, в каждой из трех историй, внешность у него была разная. Теперь вот четвертая по счету. Будет ли он ее любить? Она не знала. И как его супруга отнесется к этому?
- Нет, - голос звучал сухо и неумолимо, - по человеческим и фейским законам - нет.
- А по эльфийским? – с надеждой спросила девушка.
- По эльфийским тоже нет.
Рыдания застилали глаза, но девушка все еще надеялась. Он стоит, такой родной, рядом и даже не понимает, сколько она пережила, чтобы попасть к нему. Что бы только увидеть его глаза...
- Какое у меня будущее?
- Ты уйдешь. А что будет дальше - не ведаю. Чужая магия прикрывает тебя.
Лида рухнула на земляной пол шатра и уткнулась в пыль. Она рыдала, не сдерживаясь, мир перестал для нее существовать, и она даже не сразу почувствовала, как король трясет ее за плечо.
- Очнись. Очнись же. Не знал, что ты такая нервная.
Она старалась не смотреть на него, но он сам развернул девушку к себе.
- Сейчас идет суд над тригурдами. Иди в лес. Это их магия говорит в тебе. Когда их казнят, станет легче.
Лида и без его совета хотела убежать от него на край земли. Только бы не видеть, не питать несбыточные надежды и не страдать. Она летела через лес так быстро, как только могла.
Вылетела на опушку полянки и сразу же врезалась в лешего.
Но что-то странное творилось с ней. Ее тело били конвульсии, разрывал жар, она умирала несколько раз подряд, а когда очнулась, увидела ночное небо и звезды над головой.
Она валялась на земле, на чем-то мягком и шелковистом.
- Лучше?
К губам поднесли листочек с росой, и Лида жадно выпила ее.
- Да. Что это было?
- Тригурди казнили и магия развеялась. Но так как это была злая магия, и направлена на ментальное вмешательство в твой разум, процесс был болезненным.
Лида не ответила, а повернулась на бок. Ей ничего не хотелось. Силы оставили ее и она уплыла в сон.
Пробуждение было легким и радостным. Ей казалось, что все это время она качалась на облачке – так было нежно и мягко ей.
Распахнув глаза, девушка увидела, что лежит на берегу озера.
- Проснулась?
Леший радостно улыбнулся и подошел ближе.
- У меня два желания, помнишь?
Она не успела поморщиться, как он предостерегающе поднял руку:
- Обещания надо выполнять! Желание номер один – напиши мой портрет. Здесь, на берегу озера.
- Но, у меня нет...- она не успела закончить мысль, потому что леший подошел к ближайшему дереву и вытащил из-за него пакет. Ее пакет, с красками, листами бумаги и кисточками.
- Пожалуйста, - он скорчил такую умилительную мордочку, что Лида рассмеялась.
- Тогда сиди и не дергайся. Нарисую портрет по грудь, а сзади озеро. И не обижайся, если не сильно похоже. Я не профи.
Она рисовала все утро, и когда кисточки стали вываливаться из пальцев, все-таки отложила эскиз.
- Красиво выходит. Мне нравится. Всегда мечтал иметь свой портрет, - улыбнулся леший.
Они отдохнули немного, попили воды из чистейшего озера, леший принес откуда-то лесных ягод, Лида перекусила, и они снова уселись за работу.
- Молодец, очень красиво, - брюнет вертел рисунок то так, то эдак, и просто-таки лучился счастьем,
- Второе желание – потанцуй со мной.
Лида почему-то смутилась. Уж очень странно смотрели на нее рыжеватые глаза, а промелькнувший в них блеск пугал и завораживал одновременно. Не зная, почему ей так неловко, она обернулась в поисках музыки. Не будут же они танцевать просто так на берегу.
- Оркестр, - леший взмахнул рукой, и на берег вышли зайцы со скрипками, лисы с саксофонами, несколько соловьев, медведь с контрабасом и волк с гитарой. Все расположились удобненько, и полилась музыка.
Легкая, она напоминала джаз 20- х годов, но разворачивалась на три четверти, так что леший уверенно положил руку на талию Лиды и повел вальсировать. Они кружились долго, и девушке казалось, что сейчас они вот-вот взлетят. А еще она плавилась под взглядом этих необыкновенных, томных, проникающих в самое сердце глаз.
Не зная толком, почему она так разнервничалась, девушка отвернулась. Ради сравнения, попыталась вспомнить ЕГО голубые глаза, но вспоминание получилось блеклым, неэмоциональным, и что самое странное, ее совсем к нему не тянуло.
Тогда она повернулась и искоса посмотрела на брюнета. Он улыбнулся и чуть наклонился вперед.
- Почему бы и нет? – подумала Лида, и улыбнулась в ответ.
Тогда они остановились, и когда их губы прижались друг к другу, случилось нечто необыкновенное. Энергетический заряд прошелся по венам, и ее заколотила дрожь. Леший, судя по часто прерывающемуся дыханию, тоже почувствовал что-то подобное и оторвался. Они глядели в глаза друг другу молча, без единого слова, и все понимали.
- Ты согласишься быть со мною рядом?
Лида смотрела на лицо брюнета и умилялась. Как же она не замечала раньше, насколько он мил? И как хорошо относится к ней. Ведь неспроста же он помогал?
- Выйти за тебя? – тихо уточнила Лида.
-Нет, у нас нет привычного тебе брака со свадьбой. Просто если ты будешь рядом, я буду счастлив. А если нет...
- Буду, - шепнула Лида, и леший поцеловал ее, звонко, страстно, долго.
- Тогда дай мне имя. Это давняя традиция – давать любимым имена.
Лида нахмурила лобик и хорошенько подумала. В своих чувствах к лешему она была уверена. Они просто жили в ее теле, сердце и душе. А как она хочет звать любимого?
- Нарекаю тебя Иваном.
Новоиспеченный Иван улыбнулся, и мир заискрился всеми цветами радуги.
- Любимая, позволь и тебе дать имя.
Вместо ответа Лида крепко обняла лешего и прижалась к его груди.
- Велислава.
Фейерверк чего-то нового охватил девушку, покалывал и разгорался жаром по всему ее существу. Она будто вынырнула из старого, надоевшего сна и впереди замерцала радостью новая, счастливая жизнь.
Они скрепили поцелуем это новое, радостное и дорогое им обоим. А потом жили долго-долго и ОЧЕНЬ счастливо.