В самом безопасном месте Заповедника, в корчме «Приют путника» убит знаменитый воин. Убит подло и странно. Главному герою необходимо найти убийцу…
Надпись «Тайна Заповедника» мелькнула и погасла. Затем, как обычно — «соединение с игровым сервером установлено», «нас — десять миллионов игроков!» и, наконец, меню. Выбираю новую игру, ввожу имя персонажа: «Миробор Морпех» и выбираю аватарку. Стартовая экипировка, конечно, дрянь! Разве это оружие — ИЖ-27-1С калибра двенадцать без эжектора?! Весьма скромную экипировку дополнила кожаная куртка со вставками из кевлара, обработанного стаксилиновой кислотой для повышения прочностных характеристик, респиратор РУ-60 м с набором сменных фильтров и полужёсткий рюкзак объёмом сто тридцать литров с пластиной жёсткости из пенополиэтилена, изогнутой по форме спины.
— Как у тебя с работой, сынок? — спросила мама, войдя в комнату.
— Ищу, ищу! — с раздражением ответил я, быстро свернув окно «Тайны Заповедника» и открывая сайт «Работа для вас».
— Две недели уже ищешь! А на собеседование ни разу не сходил…
— Кризис, мама, кризис…
— Надо было учиться, а не за компьютером сидеть! А то первую же сессию провалил! Теперь приходится работу искать…
— Мама! Перестань!
Мама постояла в дверях, повздыхала и вышла. Я развернул «Тайну Заповедника» на весь экран.
До корчмы «Приют путника» я добрался уже в сумерках. До этого я успел забрать из тайника на юге Заповедника относительно неплохое снаряжение. Не являться же мне в корчму со стартовым хламом: бродяги Заповедника просто выставят за дверь!
Теперь на мне был штурмовой костюм седьмого класса защиты «Призрак-7М-1» с хромо-титановыми накладками и наколенниками из углемагния, поверх которого был надет разгрузочный жилет с бронепластинами. Голову увенчивал шлем «Пиранья-4D» с инфракрасными датчиками движения, ПНВ пятого поколения и системой распознавания образов. За спиной возле ранца «Фелиция» повышенной носкости висел Bushmaster ACR. Боеприпасов, правда, не ахти — пара коробок малоимпульсных промежуточных патронов калибра 5,56х45 мм NATO с бесфланцевой гильзой бутылочной формы. Пояс мне оттягивал любимый автоматический Glock 18 под калибр 9х19 с магазином повышенной ёмкости на тридцать три патрона и кронштейном для крепления коллиматорного прицела.
В рюкзаке у меня был стробоскопический фонарь с инфракрасным фильтром, репеллент, феромоны для отпугивания мутантов, пара армейских сухпайков, стреляющий нож НСР-2 под патрон СП-4 и разная прочая мелочёвка. На поясе — датчик присутствия жизненных форм, детектор нежити, инфонакопитель и кошелёк с десятью тысячами золотых соболей, на которые я рассчитывал проапгрейдить экипировку и докупить боеприпасов.
Сосед опять поставил свою колымагу под окнами и врубил музыку на всю катушку, идиот. Шансон, многократно усиленный сабвуфером, отвлёк меня на пару секунд, а затем я снова вернулся к окну диалога с хозяином корчмы — Шмелём.
— Ты кто такой? — спросил Шмель.
— Я — Миробор Морпех, — ответил я, нажав Enter. — И я ищу Велеслава Яростного.
Шмель промолчал, поглядывая в мою сторону. Вышибала, сидящий рядом с хозяином за барной стойкой, демонстративно поигрывал полицейской дубинкой ПУС-2 «Аргумент».
— Зачем тебе Яростный?
— Его ведь убили сегодня ночью? — спросил я, включая опцию «Шёпот».
Может, я и перестраховывался, бар был почти пуст. Несколько гопников в углу зала пили пиво да пара прожжённых бродяг недалеко от меня обсуждали преимущества крепления «Ласточкин хвост» перед планкой Пикатинни.
Боясь, что Шмель с вышибалой скоро выкинут меня из корчмы за назойливость, я вынул из кармана жилета жетон Велеслава Яростного и показал его корчмарю.
— Ты ведь знаешь, что Яростный в любой свой тайник клал жетон? — спросил я Шмеля с помощью диалогового окна.
— Значит, ты ограбил тайник Велеслава, — задумчиво произнёс хозяин.
— Дурак ты, Шмель! — рассердился я, чуть не сломав клавишу Enter.
Я выбрал опцию «Очень тихий шёпот», склонился к корчмарю и в нескольких словах разъяснил ситуацию.
Через пару минут мы со Шмелём поднялись в маленькую комнату на втором этаже корчмы. На кровати, прикрытый одеялом, лежал мёртвый Велеслав Яростный. У меня даже слёзы навернулись, когда я увидел одного из самых известнейших вольных бродяг Заповедника в таком неприглядном виде: без амуниции, со следами обморожения на лице и руках.
— Тяжко смотреть на себя мёртвого? — посочувствовал хозяин корчмы.
— Приятного мало, — ответил я.
Затем я на минуту свернул окно «Тайны Заповедника», проверил почту и ответил на сообщения. Сделал я это, чтобы успокоить нервы. Действительно, очень странно и грустно реинкарнироваться в мире Заповедника в облике новичка Миробора Морпеха и наблюдать свой труп, да ещё в таком неприглядном виде. Убийца ограбил бывшего меня, Велеслава Яростного, до нитки. Полностью прокачанная хромодинамическая винтовка, стреляющая быстрыми глюонами, с двойным комплектом кварковых хромобатарей, торсионный пистолет с импульсным усилителем, экзоскелет из кирванно-радиевого изотопного сплава с изоприловой присадкой, бронешлем с гиперрентгеновской насадкой, позволяющей смотреть сквозь стены, суперструнная сеть для ловли нежити… А какие артефакты были! Омфал, позволяющий следить за любым персонажем в самом далёком уголке Заповедника, Передел, превращающий всякое существо в любое другое, Обменяло, меняющее сознание у произвольных двух существ, Кадуцей, спасающий от всех недугов… Всё, что нажито долгими игровыми часами в течение нескольких лет!
Почта и соцсеть успокоили нервы, и я снова вернулся в Заповедник для поисков убийцы. Я развернул окно игры и обратился к Шмелю.
— Как ты думаешь, из чего могли убить меня, то есть Велеслава? Из замораживающего ружья?
Корчмарь немного помедлил с ответом:
— Знаешь, Велеслав… э-э-э… Миробор, сам удивляюсь. У нас — Защитное поле корчмы, так что никакое оружие здесь внутри не действует. Ружьё-заморозка тоже работать не будет.
— Да, странно, — согласился я. — Когда, говоришь, меня-его убили?
— Вчера ночью. В два ночи ты… Велеслав допил пиво и поднялся к себе…
«Точно, — подумал я. — Вчера я лёг спать часа в два».
— …часа в четыре ночи я поднялся на второй этаж…
— Зачем? — оборвал я Шмеля, заподозрив неладное.
Он удивился:
— У меня там кладовка.
— Ну, давай дальше.
— Дверь в твой… в Велеслава номер была открыта. Я глянул и увидел Яростного, лежащего на кровати в исподнем. Мне это показалось странным, ведь он всегда спал в полной экипировке. Я подошёл к нему, и вот…
— А никто из новеньких вчера не появлялся в корчме?
Шмель хмыкнул:
— Да у нас каждый день новые персонажи появляются. Иногда по десятку за сутки.
— Ну, тогда подозрительных?
Корчмарь некоторое время посоображал, и потом ответил:
— В двенадцать ночи появился один, странный такой. Назвался Тихополком Победителем, купил пива и уселся в самом дальнем углу возле камина. Ты разве сам не заметил человека в тёмном плаще с капюшоном? У нас тут таких не носят.
Я попытался вспомнить вчерашнюю ночь, но странный человек, описанный Шмелём, мне никак не вспоминался. Значит, если верить корчмарю, убийца в капюшоне дождался, когда я лягу спать, и, пользуясь особенностями игрового движка (персонажа могут убить во сне, даже когда он отключён от игры), заморозил меня до смерти. Только вот чем?
— Мне надо побыть одному! — веско сказал я Шмелю. Тот моментально испарился, прикрыв за собой дверь, и я остался наедине со своим трупом.
Подражая книжным сыщикам, я осмотрел тело. Потом, не обнаружив ничего подозрительного, обшарил всю комнату. Под кроватью я нашёл странную круглую коробочку, покрытую изморосью.
Я нажал клавишу быстрого бега и помчался вниз в бар, чтобы показать находку Шмелю. На некоторое время меня отвлёк мамин телефон. Она, уходя на работу, забыла его дома. На него пришла СМСка, назойливо пискнув на всю квартиру. Я снял наушники, сходил в соседнюю комнату и отключил звук в мамином телефоне. Ей постоянно приходят всякие СМСки: то реклама из магазина бытовой техники, то предложения кредита. На этот раз банк «Северное сияние» сбросил месячный отчёт по остатку на счёте.
Вернувшись, я надел наушники и продолжил мчаться к Шмелю со своей находкой. Корчмарь не знал, что это за предмет и посоветовал обратиться к Филину — торговцу информацией, который жил здесь в корчме на чердаке. Я вспомнил, что в баре любой корчмы есть скриншотница, которая раз в минуту делает снимок. Мы со Шмелём просмотрели все скриншоты злополучной ночи, на которых я увидел убийцу в капюшоне. На снимке, сделанном в два десять, я разглядел этого подозрительного субъекта, спускающегося по лестнице в бар. На следующем, который был сделан в два одиннадцать, убийцы уже не было в баре. Я скопировал с десяток скриншотов на инфонакопитель, выбрав те, на которых человек в капюшоне был особенно отчётливо виден.
Информатор Филин, едва глянув на находку, тут же потребовал тысячу соболей за информацию. Я включил режим торга и снизил цену до семисот. Всё-таки хорошо, что я перед смертью создал себе несколько тайников. Как чувствовал! Чтобы я сейчас делал без денег и снаряги.
— Это оболочка от закла, — объяснил Филин, вертя в руках коробочку. — Конкретнее, от «Ледяной молнии».
— Что это за «закл» такой?
— Обычный. Материализованное одноразовое заклинание.
— Откуда тут такие?
— Из другой игры, фэнтезийной. Скорее всего, из «Повелителей Сумерек».
Видя моё замешательство, Филин объяснил мне, что современные многопользовательские шутеры имеют один универсальный игровой движок. Ведь концепция большинства игр одна и та же: оружие и броня с возможностью прокачки, монстры, враги, артефакты и прочее. Для этого и разработан единый движок для любых стрелялок от первого лица. За умеренную плату некоторые ушлые торговцы переносят предметы и даже персонажей одного игрового мира в другой, поскольку все миры совместимы. А значит…
— А значит, на заклы не распространяется Защитное поле корчмы? — спросил я, осенённый догадкой.
— Конечно. Заклы — предмет другого мира. Защитное поле не распознало его как оружие.
— Кто в Заповеднике может торговать заклами?
Филин постоял некоторое время и вместо ответа выдал:
— За пятьсот соболей скажу.
Я не стал включать режим торга, перейдя сразу к операции оплаты.
— Есть у нас Портал на севере Заповедника. Он позволяет пройти в Межигорье — небольшой мирок, в котором живёт торговец Селих. У него предметов и снаряжения целые горы, из пары сотен игр, если не больше.
— Как к нему добраться?
— Непросто. Путь лежит через Сонное Ущелье, где монстров тьма. Без напарников никак не пройти.
Странно, как же убийца, купив заклы у Селиха, смог пробраться через Ущелье?! Я показал скриншоты человека в плаще с капюшоном Филину.
— Интересно, интересно… — проворковал информатор. — Это же плащ из кожи тизариуса!
— Чьей кожи?
— Одного монстра из «Повелителей сумерек». Очень мощная штука, даёт практически полную неуязвимость к укусам монстров. Стоит целое состояние.
— Интересно, куда убийца дел снаряжение Велеслава? У него на скриншотах не видно не рюкзака, ни вещмешка, — обратился я к информатору, подкрепляя вопрос сотней соболей.
— Видишь, на правом боку у него висит сумочка. Это — Всепак, не помню из какого мира. В него можно хоть слона целиком запихать и нести. Ни тяжести не почувствуешь, ни объёма.
После разговора с Филиным, я спустился на первый этаж и нашёл хорошо знакомую мастерскую. Мастер Бранимир Плешивый прокачал мне мой Bushmaster ACR, поставив вольфрамовый удлинитель ствола для повышения убойности, уменьшил отдачу, добавив дополнительный роликовый механизм из сталепластика, и установил останавливающий привод. На Глок Бранимир приспособил систему умной компенсации. Соболей у меня осталось не так уж много, поэтому в окне модификации брони я выбрал единственный пункт — «Вшитые элементы из керамосиликона».
В баре был один закрытый зал, в котором постоянно сидели жаждущие работы наёмники, как обычные игроки, так и компьютерные персонажи, боты. Отложив сотню соболей на покупку патронов, я подошёл к наёмникам и предложил им пойти со мной к Порталу. Согласных было немного. Я выбрал Возгаря Самохвала, вооружённого гладкоствольным полуавтоматическим магазинным самозарядным ружьём Benelli M4 Super 90 с тактическим фонариком, вделанным в цевьё, и Пересвета Тёмного с 12,7-миллиметровым снайперским комплексом 6С8, скомпонованным по схеме булл-пап. На оставшиеся соболи игроков с хорошим снаряжением уже не нанять, и мне пришлось довольствоваться тремя ботами: Гришкой Мелеховым с казачьей шашкой образца 1904 года, у которой рукоять из двух щёчек, скреплённых заклёпками на медных шайбах, Руматой Эсторским, вооружённым двумя мечами неизвестного происхождения, и красноармейцем Суховым с именным самовзводным наганом, подарком комбрига Кавуна.
Шмель скинул мне в инфонакопитель информацию о Сонном Ущелье, обещая апгрейдить её каждые пятнадцать игровых минут. Дело в том, что в Ущелье чуть ли не ежеминутно возникали новые виды монстров. Учёные из бункера, расположенного на востоке Ущелья, пытались их классифицировать, но у них ничего не выходило. Каждый новый вид был настолько уникален, что приходилось пересматривать все предыдущие классификационные таблицы. Монстры Сонного Ущелья — материализованные порождения из ужасных снов. Ходили легенды о некоем Засоне, который спит и во сне генерирует всё новых и новых чудовищ. Возможно, мне с моими напарниками придётся познакомиться с этим Засоней.
Как только Ущелье показалось впереди, на нашу группу напали мелькалы — юркие создания с реактивным принципом движения. Заметив их издалека, Пересвет Тёмный начал расстреливать мелькал из своей крупнокалиберной снайперки. Чуть позже присоединился я со своим Бушмастером. Возгарь Самохвал добивал особо шустрых из помповика, Сухов — из нагана, а нескладные Румата с Гришкой Мелеховым рубили их в капусту своими клинками. Потом у самого края ущелья на нас налетели плоскуны, в которых очень трудно попасть из-за их плоских туловищ. Я чуть не сломал левую кнопку мыши, лупя по практически двухмерным существам длинными очередями. С тревогой я глядел на индикатор износа штурмовой винтовки. Ремкомплект у меня был только один, а техников по близости не наблюдалось.
Чем глубже мы забирались в Ущелье, тем чаще на нас наваливалась всякая дрянь. Кошмарные тульпы, которых трудно даже описать, глушили нас ультразвуком, бледные вырглы протягивали к нам костлявые руки, печёночники, выставив все шипы, с разбега прыгали на нас, пытаясь проткнуть насквозь. Мастраки насылали на нас град и смерчи, бесогляды ослепляли нас вспышками света, а вязуны сгущали вокруг нас воздух, в котором мы вязли как в болоте. Перепёлочники устраивали обвалы у нас под ногами, жеманоиды ржавили металл нашего вооружения, а добродуши-лептонщики с помощью слабого взаимодействия понижали защитные качества нашей брони.
Неожиданно поверх главного окна игры выскочило сообщение антивирусника, что до окончания лицензии осталась неделя. Я, оказывается, забыл выключить антивирусник. То-то у меня игра притормаживает! Выключив надоедливую программу, я снова вернулся в Сонное Ущелье.
У Возгаря у первого закончились патроны, он отбросил ненужный помповик и вынул феларду — боевую цепь с острым крюком на конце. Феларда — страшное оружие в умелых руках. У Возгаря руки были умелые: цепь мелькала, кроша вдребезги сипатонов, хлебачей и омерзительных петангов. Пересвет повесил за спину бесполезную теперь снайперку и тоже взялся за холодное оружие. Он рубил монстров ямпом — мечом с длинной рукоятью, вращающейся на шарнире. Если закрепить рукоять, ямп превращается в обычный меч, а если открепить — в острые нунчаки. Мой Бушмастер смолк, и я отстреливался Глоком, разнося монстров вдребезги патронами калибра 9х19.
Пробираясь в центр Ущелья наша группа потеряла литературных неписей. Увы, в суровых мужских играх-шутерах боты из классической литературы оказываются настоящими слабаками по сравнению с героями современной фантастики и криминальных боевиков.
Межмировой перенос героев был задуман давно, началось всё с литературы. В «межмировых» романах на станцию «Солярис» попадал Шерлок Холмс, в лабиринты Минотавра — Чичиков, в Зону Посещения — Остап Бендер с Кисой Воробьяниновым, на Марс вместо Алексея Гусева — Штирлиц. Очень забавно наблюдать, как меняет известный сюжет одного произведения герой другого произведения! Затем процесс пошёл дальше. Раз герои компьютерных игр стали проникать в литературу, то почему бы не программировать литературных героев в играх. Могучие герои современных романов в качестве напарников-ботов оказались просто незаменимыми, чего нельзя сказать о мучающихся, страдающих и философствующих героях классики. Злые языки прогнозировали, что скоро литературные и игровые персонажи начнут проникать в реальный мир, и кто знает, может, мы скоро удивим на президентском посту какого-нибудь гоблина или хоббита. И литературных героев и игровых персонажей уравняют в правах с людьми.
В центре Ущелья мы с Пересветом и Возгарём нашли небольшую хижину, из которой доносился богатырский храп. Прорубив просеку в толпе врагов, мы вошли в избушку и увидели там тощего маленького человека, спящего на топчане. К голове его были подключены какие-то провода. Я понял, что это и есть легендарный Засоня. Возле топчана валялись пустые ампулы. Подняв одну клавишей Ctrl, я догадался, что тощему кто-то вколол лошадиную дозу морфедрола — препарата, вызывающего длительный бредовый сон с множеством кошмаров. Вот почему нас непрерывно атаковали на редкость мерзопакостные создания.
Как здорово, что у меня в рюкзаке был пакетик антигипа — мощного пробуждающего средства, позволяющего очнуться от самого глубокого сна и не спать сутками. Я открепил провода от головы Засони, разжал ему челюсти и всыпал в рот антигип. Когда Засоня проснулся и заморгал глазами, я наградил его увесистым пинком, не желая кровопролития, и вышел из хижины.
К вечеру мы добрались до Портала — огромного замка с бойницами, воротами и рвом, наполненным «царской водкой» — ядрёной смесью азотной и соляной кислот. Хорошо, что у меня с собой был джампер, позволяющий прыгать высоко и далеко. Я его всегда ношу с собой. Но джампер был один, поэтому я, оставив напарников охранять ворота, перемахнул через стену и двинулся вглубь замка. Поблуждав по многочисленным коридорам, забитым всяким хламом, я нашёл небольшую комнатку вроде кельи, в которой сидел хмурый Селих. Увидев меня, он вскрикнул от удивления и протянул руку к какому-то странному оружию из неизвестной игры. Но я опередил его, нацелив на него Глок.
— Ничего не хочешь мне сказать? — спросил я вместо приветствия, перейдя в режим диалога.
Пока Селих раздумывал, я протянул руку и с помощью Ctrl взял со стола ампулу морфедрола. Оглянувшись, я увидел висящий на вешалке плащ из кожи тизариуса, точно такой же, что был на убийце Велеслава.
— Молодец! — похвалил я торговца. — Значит, ты напялил защитный плащ, добрался до Сонного Ущелья и вколол Засоне десятикратную дозу морфедрола, чтобы он своими бредовыми снами нас остановил. Я больше скажу — тебе слил информацию о нашем походе информатор Филин. Вы ведь друг о друге много знаете, значит, общаетесь.
Стало ясным, почему Селих испугался. Он просто рассчитывал, что мы погибнем в Сонном Ущелье. Но непонятно было, почему торговцу была выгодна наша гибель. Это я и спросил у него с помощью диалогового окна, внушительно покачивая ствола пистолета.
— Я всё расскажу, только не убивай, — промямлил Селих. — У меня пару дней назад появился некий Тихополк Победитель. Он поинтересовался рублёво-соболиным курсом и сказал, что хочет приобрести такое оружие, которым можно было бы убить человека в корчме Шмеля. Я посоветовал ему заклы из «Повелителей сумерек», которые формально не принадлежат классу «Оружие», а, значит, на них не действует Защитное поле корчмы. А тебя я хотел остановить, потому что боялся, что ты потребуешь материальной компенсации за свою смерть.
— Понятно. Персонаж тоже явился из «Повелителей»?
— Нет, из «Властелина Галактики». Есть такая игрушка: космос, бластеры… У него было много космокредов. Пришлось их менять на рубли.
— Что можешь сказать про персонажа?
— Странный он какой-то.
— Может, самобот?
Самоботами у нас называют компьютерных персонажей, которые спонтанно выпрограммирываются внутри игр и ведут себя аналогично компьютерным вирусам. Логика у них своеобразная, нечеловеческая. Бывает, что самоботы заполоняют всю игру и вносят такой хаос в виртуальный мир, что игровые сервера вынуждены закрываться.
— Не похож, — с сомнением покачал головой торговец. — Явно человек. Только странный. Не геймер. И денег навалом. Не каждый столько реальных рублей потратит на снарягу. Да, забыл сказать — уверен, что это была женщина.
— Она что, броню под цвет глаз подбирала?
— Нет. Этот Тихополк пару раз оговорился. «Я хотела бы купить…», сказал.
Женщина! Тут меня так осенило, что я, забыв обо всём на свете, сорвал наушники и, не утрудившись выйти из игры, выскочил из-за стола.
Я побежал в мамину комнату и схватил со стола забытый телефон. Мгновенно пробежал глазами последнюю СМСку из банка. Ага, на мамин счёт пять дней назад поступило ого-го сколько рублей! Откуда такие деньги в нашей небогатой семье? А четыре дня назад мама сняла со счёта почти всю перечисленную сумму. Так-так. Правильно сказал кто-то, что любое преступление, в том числе и виртуальное, обязательно оставляет финансовый след. Тут мне в голову пришла ещё одна дельная мысль.
Я подошёл к шкафу, где у мамы хранились всякие документы: оплаченные счета за свет и газ, документы на квартиру и прочая чепуха. Перерыв несколько папок, я нашёл то, что нужно — свежий договор купли-продажи садового участка. Мама продала нашу дачу, доставшуюся ей от бабушки. А за такие деньги можно экипироваться в любой игре.
Осталось ещё немного. Я включил мамин компьютер. Слава богу, пароля не было. Открыв Интернет-браузер, я просмотрел историю посещений сайтов за последний месяц. Ого, оказывается, мама очень активно изучала руководства по «Тайне Заповедника». А ещё она активно посещала сайт «Женские истории», пока непонятно зачем.
Тупо глядя на монитор маминого компьютера, я представил, как она вернётся домой, и я с порога её спрошу:
— Мама, зачем ты меня убила?
Запись в блоге автора с ником «Мама геймера» на сайте «Женские истории».
«Я понимаю тех матерей, у которых сыновья спиваются или подсаживаются на наркотики. Мой же сын подсел на компьютерные игры, вернее, на одну компьютерную игру. В неё он играет уже пять лет. Это примитивная многопользовательская стрелялка с монстрами, артефактами и прочей чепухой. Любой обладатель интернета может зарегистрироваться под уникальным именем и поселиться в виртуальном мире.
Сын с головой увяз в игре. Она отнимала у него всё время, как свободное, так и рабочее. Сперва он вылетел из университета, потом пару раз устраивался на работу, но ему не хватало времени играть, и он увольнялся. Третий раз устроила его на работу я грузчиком в супермаркет, но через две недели его выгнали и оттуда. Двадцатитрёхлетний оболтус сидит у меня на шее. Зато в виртуальном мире он достиг невероятных высот.
Он настолько часто рассказывал про игровой мир, что я выучила Заповедник вдоль и поперёк. Сын говорил, что в том мире можно зарабатывать виртуальные деньги, которые потом обменивают на реальные. Однако из виртуального мира сын не принёс ни рубля. Он зарабатывал там много денег на охоте и поединках, и все их тратил в том же мире для „прокачки экипировки“, то есть покупал и совершенствовал у тамошних мастеров всё более новые образцы брони и оружия.
У сына не стало друзей; кто с ним будет общаться, если он мог говорить только на одну тему — жизнь в Заповеднике. У него не было девушки, и он даже не делал попытки познакомиться. Он не желал ни учиться, ни работать, ни заводить семью, ни заниматься спортом. С утра до вечера сын пропадал в виртуальном мире. И даже на ночь он не выключал компьютер и надевал наушники, чтобы его могли разбудить в случае чего обитатели виртуального мира, такие же маньяки, как и он сам.
Я долго думала над тем, как отвадить сына от игры, чтобы он мог найти своё место в реальном мире. Запретить играть, отключить Интернет, выбросить компьютер — всё это не выход, Андрюша всё равно найдёт способ вернуться в мир Заповедника. Тогда мне голову пришла мысль убить сына, конечно, не в нашем мире, а там, в виртуальном. Он столько лет прокачивал экипировку, что, убитый там, он вряд ли станет начинать игру заново с нуля. Только как его убить? Я знала, что Андрюша пользуется в том мире большим авторитетом, у него отличное вооружение, серьёзный боевой опыт и куча мощных артефактов. Чтобы его убить, нужно ещё более мощное оружие, на которое не хватит денег, даже если продать квартиру. Я разговаривала с наёмными убийцами Заповедника, но никто не решался сразиться с могучим Велеславом ни за какие соболи.
Как-то в сетевом журнале „Игротека“ (в последнее время я читала много игроманской литературы в поисках решения) я прочла статью про межигорные интерфейсы. Привлёк меня подзаголовок „Как переместить предмет или персонажа из одной игры в другую“. Я очень внимательно прочитала статью, потому как мне в голову пришла замечательная идея. Суть в следующем: раз сын воюет в псевдореалистичном мире, то почему бы не перетащить через межигорный интерфейс в Заповедник оружие из какого-нибудь другого мира, скажем, фантастического, против которого у Велеслава нет защиты.
Я начала изучать игры, совместимые с „Тайной Заповедника“. Меня привлёк мир „Властелина Галактики“, в котором была тьма разных лучемётов, бластеров, скорчеров и прочих фантастических убойных штуковин, от которых вряд ли найдётся защита в мире Заповедника. Изучив расценки на вооружение, я решилась на крайний шаг — продать садовый участок и купить бластер, заодно прикупив себе броню помощнее, чтобы спокойно бродить по Заповеднику, кишащему всякой нечистью. Остаток суммы я должна была потратить на то, чтобы меня перебросили через межигровой портал из „Властелина“ в Заповедник.
Однако меня ждало разочарование. Оказывается, и в Заповеднике есть полуфантастическое оружие — разные электромагнитные пушки, гаусс-винтовки и лазеры. Следовательно, у Андрюши есть против них защита. А я уже поменяла рубли на космокреды — валюту мира „Властелина Галактики“! Снова вспомнив про статью об межигорных интерфейсах, я во „Властелине“ добралась до Врат, которые ведут в Межигорье. Там я нашла торговца Селиха и подробно расспросила его, как можно убить персонажа Заповедника с отличным снаряжением.
Межигровой торговец рассказал, что мощного персонажа убить очень трудно. Даже оружием из другого мира: движок-то у игр единый. Единственная возможность — прикончить его исподтишка, ночью, когда он спит. Обычно герои спят в корчме, но там действует Защитное поле, которое парализует действие любого оружия.
И тут я вспомнила о фэнтезийных мирах, которые тоже упоминались в статье. Заклинания! Ведь от них нет защиты в почти реалистичном мире Заповедника. Торговец возразил, что опытный персонаж увернётся даже от заклинаний и в ответ моментально меня прихлопнет. А если ночью в корчме? Ведь Защитное поле действует только на оружие, а заклинания не являются оружием. Селих подтвердил мои слова, произнеся странную фразу, что „в этом движке оружие и заклинания относятся к разным классам“.
Я обменяла космокреды на рубли, а рубли на соболи, и купила дорогущий плащ из кожи кого-то там. Он защитил меня, когда я брела через Сонное Ущелье мимо жутких чудищ, неся в кармане несколько заклов — одноразовых заклинаний. В корчме я дождалась, когда появится Андрюша и пойдёт спать, поднялась и убила его „Ледяной молнией“. Здорово, что торговец предусмотрительно снабдил меня ещё и артефактом Всепак, который позволяет переносить предметы любых габаритов и массы. Я раздела убитого Велеслава, забрав подчистую всё, что у него было, упаковала во Всепак и покинула корчму.
Сначала я хотела продать Андрюшину снарягу Селиху, но потом раздумала. Вдруг Андрюша начнёт играть заново, и снаряжение пригодится мне, чтобы снова его убить. Снаряжение, своё и Андрюшино, я спрятала в тайнике.
Сын меня возненавидит. Но ненадолго. Скоро он поймёт, что я ему вернула реальную жизнь, которая может быть не менее яркой, красочной и интересной, чем Заповедник. Меня пугает, когда люди бегут от жизни в иллюзорные миры. Сбегают от ответственности, от трудностей туда, где можно воплотить все свои мечты.
Иногда мне кажется, что виртуальные миры — это не только Интернет, и что большинство окружающих живут в иллюзиях. Обыватели, уставшие от насущных забот, погружаются в иллюзорные миры сериалов и ток-шоу. Поп-идолы создают себе виртуальный мир, в котором они ощущают себя непревзойдёнными талантами с бархатными голосами и абсолютным слухом. И мне страшно захотелось поубивать всех виртуальных персонажей, чтобы они — и обычные обыватели, и певцы, и прочие воины-виртуальщики — вернулись обратно в серый недружелюбный реальный мир и занялись, наконец, его обустройством.
Мамы, жёны и сёстры, может, объявим войну нашим виртуальным мужикам?»