О важности молитвы, о её необходимости для верующего человека, о её силе — наш новый сборник. А истории о чудесах по молитвам наших Псково-Печерских старцев поддержат вас в трудную минуту и укрепят на путях духовной жизни.
«Главное — молитва, молитва — это всё! Молитва всё победит, и на все вопросы молитва ответит», — часто говорил схиигумен Савва (Остапенко).
Рекомендовано к публикации Издательским советом Русской Православной Церкви
© Свято-Успенский Псково-Печерский монастырь, 2019
© Фонд «Традиция», 2019
Господи Иисусе Христе, Сыне Божий!
Имени Твоему покланяются Ангели и человеки.
Твоего Имени трепещут адския силы.
Твое Имя — верное орудие на прогнание супостатов.
Твое Имя попаляет грехи и страсти.
Твое Имя подает силу в подвигах, собирает воедино рассеянный ум и во исполнение заповедей Твоих обогащает добродетелями.
Твое Имя творит чудеса и соединяет нас с Тобою, дарует мир и радость о Духе Святом, а в жизни будущей — Царство Небесное.
Сего ради я, недостойный раб Твой, молюся Тебе: прожени от нас неведение духовное, просвети познанием Божественной истины и научи нас незаблудно, во смирении, внимательно, с чувством покаянного сокрушения устами, умом и сердцем по обету монашества творити непрестанно молитву сию:
«Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешную (грешного)».
Ты бо рекл еси, Господи, Пречистыми устами Твоими: «Аще чего просите во Имя Мое, Аз сотворю».
Се молитвами Матери Твоея (перечислить желаемых святых угодников) и всех преподобных Отец наших о Имени Твоем прошу молитвы Пресвятого и Всемогущего Имени Твоего: услыши мя, обещавый услышати всех призывающих Тя во истине. Твое бо есть, еже миловати и спасати, и даровати молитву молящемуся во Славу Твою со Отцем и Святым Духом. Аминь.
Молитва — это надежное духовное средство и оружие в борьбе со злою силою. Молитвой погашаются гнев, раздражение, злоба, зависть, ненависть, ссоры — все страсти и пороки. Молитвой водворяется в душе мир, покой и тишина… святость!
Как молитву, так и дела милосердия надо совершать по возможности втайне. Христос предупреждает: «Смотрите, не творите милостыни вашей пред людьми с тем, чтобы они видели вас: иначе не будет вам награды от Отца вашего Небесного» (Мф. 6, 1).
Похвала людей отнимает у нас награду от Бога.
Пусть ваша молитва будет подневольная, холодная и даже рассеянная, — не переставайте неуклонно исправлять свое молитвенное правило, которое, впрочем, не должно превышать меру, так как малое правило, постоянно выполняемое, лучше большого или продолжительного, но прерываемого.
Произнося в молитве страшное и пресладкое имя Господа нашего Иисуса Христа, взирайте мысленным оком на волею Распеншагося за вас на Кресте и на грехи свои — и бойтесь произносить Святейшее имя Его без участия ума и сердца и, призывая Пресвятую и Пренепорочную Матерь Господню, смотрите на Нее как на Единую свою непостыдную надежду и упование и мысленно простирайте к Ней руки за помощью, окормлением и заступлением; а призывая на помощь святых угодников, вспоминайте об их подвигах, искушениях и страданиях и примером их воодушевляйте себя к подражанию им и к терпению в молитве.
Таким образом, каждое свое славословие, каждое моление, каждое слово, произносимое в молитве, одушевляйте, оживляйте, одухотворяйте глубочайшим проникновением, стараясь не только обнять умом, но и почувствовать сердцем, что вы говорите Богу или Его угодникам; иначе как услышит вас Бог, если вы сами не слышите того, что говорите Ему?
Сразу ничего не делается, а тем более совершенная молитва. Трудитесь, терпите в молитве, и, быть может, трудиться придется не малое время, но Подвигоположник наш Христос будет взирать на труд ваш и не оставит его втуне (без награды) и в свое время, «даяй молитву молящемуся», даст и вам настоящую, Ему угодную, благодатную молитву излиянием Пресвятого Своего Духа, Который научит вас и миром наполнит ваше посвященное Ему сердце.
Молитва за врагов — это милость (милостыня) выше всякой милостыни, подаваемой неимущим. Молитва за врагов есть самая большая милостыня, а чрез оказание милости всем людям, в том числе и врагам, ты приблизишься к Богу и сделаешься Его другом и сыном возлюбленным.
Молитва есть вершина всех деланий; она есть центр, от которого всякое иное действие черпает свою силу и утверждение.
Чрез истинную молитву совершается наше вхождение в Божественное бытие силою Духа Святого.
Он (отец Савва. —
Это была та непрестанная молитва, которая идет от сердца к сердцу, — молитва, неподвластная состоянию и времени. Человек чувствовал, что он вошел в незримый свет молитвы подвижника. Будет ли он рядом с отцом Саввой или за тысячи верст от него, будет ли он совершать путь земной жизни или уже окончит его — этот свет не угаснет и не померкнет, любовь отца Саввы не оставит человека одиноким и брошенным.
«Главное — молитва, молитва — это всё! Молитва всё победит, и на все вопросы молитва ответит», — часто говорил старец Савва.
Отец Савва очень любил Псалтирь. Он считал, что чтение Псалтири необходимо для Иисусовой молитвы, что псалмы и Иисусова молитва — живая вода из одного источника: Псалтирь поддерживает Иисусову молитву, как стены храма — его кровлю.
Молитва старца будто отрывала людей от земли, они испытывали нечто необычайное, что невозможно описать. Они чувствовали, что Христос близ них, что Он знает их нужды и как по просьбе Своих учеников Он помиловал хананеянку (см. Мф. 15, 21–28), так по молитвам схиигумена Саввы готов исполнить их заветные желания. Эта вера переходила в какую-то уверенность, и будущее становилось очевидностью.
Непрестанная молитва предохраняет от влияния темных сил сатаны. В отдельных случаях, когда нам надо быстро найти верное решение, надо усердно, внимательно, от всего сердца попросить Ангела Хранителя прийти к нам на помощь и показать правильные мысли. А когда получим просимое, то, конечно, надо мысленно поблагодарить его.
Дыхание души нашей — это молитва, которая, по заповеди Господа, должна быть непрерывной.
Сущность покаяния заключается в том, чтобы исправиться и творить добрые дела. Без добрых дел вера мертва. А добрые дела — это не только милостыню подавать, но и молиться за врагов, т. е. за тех, кто обижает нас, кто нам в тягость. Такая молитва тоже вменяется нам в милостыню.
У нас есть ходатаи перед Богом — это праведные наши близкие или дальние родственники или просто знакомые. Они молятся за нас, и по их святым молитвам Господь изливает на нас сугубую милость, сугубую благодать. Иной грешник удивляется: «Что за чудо, мгновение назад я с пеной у рта доказывал, что Бога нет, а теперь… пускай меня бичуют, пускай делают всё что угодно, но я знаю… да, да! Не только верую, но знаю, что Бог есть. Я чувствую Его в себе так же ясно, как свое дыхание, как то, что я не мертвый, а живой».
Трудно понять грешнику, что с ним произошло, не может знать причину своего перерождения, а причина проста: ходатайство и предстательство Божией Матери, молитва святых, молитва живущих праведных и благочестивых людей и их подвиги творят такие чудеса, вернее, Господь творит чудеса по их молитвам.
По молитвам святых и праведных людей Господь посылает на землю благодать Свою: благорастворение воздухов, живительный дождь земле жаждущей, изобилие плодов земных и всё нужное, всё потребное для всей земли, для живущих во всей Вселенной. Пока на земле есть такие праведники, ей не грозит никакая опасность!
Мы привыкли считать, что дары Святого Духа, как, например, любовь Христова и дерзновенная молитва, даются только старцам и старицам, поэтому в юном возрасте (с детства) подавляем в себе самое драгоценное — дерзновение в молитве, то есть веру в то, что Господь непременно исполнит наше благое прошение.
Вот и выходит: сначала подавляем в себе эту веру, не даем ей возможности расти, а потом вопием к Богу: «Верую, Господи! Помоги моему неверию!» Получается фальшь… Из-за своего мудрования допускаем мысль: «Господи, не могу я молиться с дерзновением, не могу верить, что Ты исполнишь просимое, и даже не могу просить, потому что знаю (какая дерзость!), что не исполнишь мою просьбу…»
Страшно читать, страшно произносить такие кощунственные слова… А в жизни так поступать нам не страшно? Слова такие оскорбительны для Бога, имя Которого — Любовь, а наше малодушие, наша трусливость исповедать и самым делом признать Его любовью — разве это не оскорбительно для Бога? Или мы забыли, что означает слово «любовь». Если бы грешник смог побороть в себе угрызения совести и, движимый пламенной любовью к ближним, смог бы помолиться с дерзновением, то смиренная молитва его была бы услышана.
Мы говорим: «Детская молитва доходчива. Бог слышит детей». Да. А почему, спрашивается? Да потому, что благочестивые: дитя, отрок или юноша, также и отроковица с девицей молятся Богу и просят Его в простоте сердца с любовью без мудрования. Понятие о Боге и грехе у них не искажено еще. Они знают, что Господь добрый, хороший, что Он любит всех, особенно детей, которые Его любят и слушаются Его в лице родителей и старших… Так как же Он не услышит их?! Такого быть не может! И действительно. Вспомним, как по молитве юного Пантелеймона (великомученика) воскрес умерший отрок и распалась змея (житие святого великомученика Пантелеймона). И таких примеров можно было бы привести очень много.
Приехали к отцу Савве в Псково-Печерский монастырь его московские духовные чада с печальной вестью о тяжелой болезни своей духовной сестры Параскевы, отличавшейся особой добротой и милосердием. Врачи определили у нее раковую опухоль в кишечнике. По их мнению, дни ее были сочтены.
Отец Савва отслужил молебен о болящей. Перед молебном он обратился ко всем молящимся с просьбой: — Помолимся сейчас искренно о болящей Параскеве. Врачи признали у нее рак, а мы не дадим ему развиваться в ней, помолимся, и ей будет легче… Ей еще рано умирать, она еще здесь нам нужна!
Батюшка Савва благословил отвезти ей святой воды с этого молебна и просфору. Когда больная приняла эту святыню, то сразу почувствовала, что боли уменьшились. А потом ее вскоре выписали из больницы.
В монастыре на покое находился больной батюшка К., которому врачи предписали постоянный постельный режим. Больной обратился к отцу Савве: — Помолитесь за меня.
Отец Савва ему сказал:
— Читай Псалтирь.
А он отвечает:
— Я не могу.
Но отец Савва ему говорит:
— Не можешь, а ты читай!
— Да я же не могу.
— А ты читай.
Через несколько дней он сказал, что пересилил себя и стал читать Псалтирь. И выздоровел и после этого жил еще 10 лет.
Я подошел к нему, взял благословение и попросил уделить мне несколько минут. Я спросил о том, что считал самым главным: как научиться Иисусовой молитве. Отец Савва внимательно посмотрел на меня. Кажется, ему понравился мой вопрос. Он стал излагать мне учение святых отцов об Иисусовой молитве по «Добротолюбию».
Я был удивлен тем, что он помнил наизусть целые страницы из святоотеческих творений. Раньше я читал «Добротолюбие», но в его устах оно звучало по-другому. Слова отцов были как бы оживотворены и согреты его личным молитвенным подвигом. Я воспринимал их так, будто слышал в первый раз. Словно раньше, открывая книгу, я видел ноты, а теперь слышу их дивное звучание. Страницы «Добротолюбия» засияли передо мной внутренним светом.
Молиться надо не для того, чтобы вычитывать всё полагающееся, а для того, чтобы жить в Боге, Богом, с Богом, для Бога. Скорби, искушения помогают молитве: она становится более искренней, внутренней (идущей от сердца, глубины), живее… Мы ходим в церковь. Но ведь мы не просто ходим в церковь, не просто приносим ноги наши в церковь, мы приходим молиться Богу! А это такое счастье!
Это великий пример для нас: когда на нашу веру — если она подлинная, искренняя, твердая, уповающая — Господь отзывается чудом. И если мы хотим, чтобы молитва наша была услышана, она должна утверждаться на вере живой и крепкой, подобной вере иерихонского слепца. В ответ на нее Господь и отвечает Своим Всемогуществом, в ответ на нее и нам даруются чудеса и среди них самое драгоценное, в котором все мы так постоянно нуждаемся, — духовное наше прозрение!
Будем же, подобно иерихонскому слепцу, неустанны и настойчивы в своих молитвах, будем усердны в наших обращениях ко Господу — и только тогда мы будем услышаны.
Постоянная христианская молитва — вот величайшая наша ценность! Тем более в бедах и в житейских затруднениях наших никогда не следует оставлять молитвы, еще усерднее притекая ко Господу и еще настойчивее прося Его помощи. Следует при этом помнить и о том, что, как учат многие Святые Отцы, Господь порой не сразу исполняет наши просьбы, желая тем самым как бы приблизить нас к Себе, подольше удержать нас при Себе, что уже само является величайшим благом для нас.
Ведь и наша вера — чудесный нам дар Божий, который умножает в нас наша молитва. Вера и молитва, как два крыла, возносят нас горе и поставляют пред Господом. Будем же просить себе искренней веры и искренней, чистой молитвы. Будем просить себе надежды в наших скорбях. Будем просить дарования нам ревности о спасении душ наших. Будем просить дарования нам любви к Богу, к Его Церкви, к православию.
Ищите же и вы, дорогие братие и сестры, ищите всю свою жизнь благодать Божию — эту «живую воду», которую когда-то обещал Господь самарянке. Ищите ее всеми путями: дает вам благодать молитва — молитесь, дает пост — поститесь, милостыня — творите милостыню, и о всех добродетелях точно так же рассуждайте. Ищите благодать всегда — где бы вы ни находились, где бы вы ни жили. Ищите же ее прежде всего в нашей Истинной Церкви.
Мы приходим в храм, чтобы молиться вместе, а не показывать, кто как ходит, кто как одет, кто как поет и прочее.
Молитва не есть простой шепот, а молитва есть действие.
Я сам живу — от воскресения до воскресения, от службы до службы. А как любил молиться отец Иоанн Кронштадтский! Не понимаю — как можно жить без молитвы…
Помышлять же о своем спасении можно всегда и везде. И на работе, и за работой можно молиться. И дома при всех своих делах и заботах можно сосредотачиваться на молитве. И этому никто мешать не будет. А «сия вся приложатся вам» (Мф. 6, 33).
Мы приходим в храм для нашей пользы, и мы ее получаем здесь — через нашу молитву получаем милость Божию.
Надо молиться с теплотою. Сердечно надо молиться.
Надо молиться так, чтобы каждое читаемое слово доходило до сердца. Ведь Христос Распятый — наша надежда, надежда о наших грехах! А мы на молитве большей частью «бямкаем» — как неразумные дети.
Каждение — символ нашей молитвы. Как ладан из кадила легко поднимается ввысь, так и наша молитва должна легко восходить к Богу.
Что такое молитва? Мы знаем еще со школьной скамьи, что молитва есть беседа человека с Богом. Воистину: настоящая молитва есть эта беседа. Пусть это будет хвала, или благодарение, или прошение, или, наконец, покаяние — всё равно; всё это будет беседа человека с Богом, друг с другом, о самом разном. Наши обращения к Богу могут быть то хвалебными, то благодарственными, то просительными, то покаянными. Но всё это будут лишь разные виды молитвы, то есть нашей беседы с Богом.
Причем, если беседовать, например, с царем или с каким-нибудь президентом доступно далеко не всякому, то беседовать с Богом, то есть молиться, может ведь всякий. И какое это счастье, что мы допускаемся беседовать с Богом! Отдаем ли мы себе в этом отчет? Стремимся ли мы к этой беседе так, как призывает нас к этому Царь-псалмопевец Давид, воскликнувший: «Яко елень стремится на источники водныя, сице стремится моя душа к Тебе, Боже!» (Пс. 41, 2)
Какое великое дело делают родители для детей, когда они в детстве учат их молитве. Неоценимое, великое! Обратите внимание на это, родители… Ведь это останется при них на всю жизнь. Слава родителям, учащим детей своих молитвам.
Если мы читаем молитвы, а мысли наши не в молитве, ум наш не в молитве, но витает непонятно где, то мы, действительно, молимся только языками, а ум наш тогда не молится… Язык наш — тело, а ум — душа. И тогда молитва наша — как тело без души. И едва ли Бог внемлет такой молитве.
Борьба со страстями и есть соделывание спасения. А так как человек сам своими силами не может победить страсти, то в этой борьбе ему становится необходима Божественная помощь. А отсюда — нужна молитва, то есть обращение к Богу за помощью и содействием.
Как хорошо — молиться! Какое хорошее дело — молитва! Что бы мы делали без молитвы?!!
В молитве нужно уметь просить. Унывать не надо. Молиться надо.
Когда сердце наше не сочувствует тому, что мы читаем на молитве, то мы лжем. Например, говорим: «Помилуй мя, Боже, помилуй мя», а сами — не каемся…
Как хорошо молиться — вживе беседовать с Богом.
Кто по-настоящему любит своих усопших, тот будет приходить в Церковь и молиться за них, потому что только через Церковь мы ближе соединяемся с ними.
Кто не молится о своих усопших, тот или не любит их, или совсем их забыл.
Молиться — есть благородство ангельское. Разве не достоинство, не особая честь предоставлена человеку — уподобляться ангелам на молитве. Возьмите хотя бы утреннюю молитву: «Воставше от сна, припадаем Ти, Блаже, и ангельскую песнь вопием Ти, Сильне: Свят, Свят, Свят еси, Боже, Богородицею помилуй нас». Человеку здесь предоставляется ангелоподобное достоинство.
Как ангелы вопиют эту песнь, так и мы уподобляемся им. Человек же часто забывает свое достоинство — и даже не только часто, а почти всегда — и сбывается Писание: «человек в чести сый не разуме, приложися скотом несмысленным и уподобися им» (Пс. 48, 13).
Всё это [всю злобу мира] должно отставить и помнить, что Бог есть Любовь, и поклоняться Ему следует в духе и истине. Вот молитва Иисусова и есть поклонение в духе и истине. Если читать Иисусову молитву, то никогда не упадешь.
Ты же соединяй труд с молитвой, с богомыслием, по заповеди (непрестанно молитеся (1 Сол. 5, 17)) — и не будет чужд труд душе твоей.
Проси в молитве у Бога любви. Моли Бога о благодати Святого Духа.
Молись — указал бы Бог, что сказать, делать, как поступать. Молись о здравии, научении. Следует просить у Бога: доброго здравия души и тела, мирной жизни, христианской кончины.
Что такое молитва? Живому Богу говоришь — от сердца, в великом внимании — и Он слышит! Каждое слово!
Просыпаюсь и не могу понять, где это я? Лежу под аналоем. Уснул, значит, на молитве… Молитва — это самый большой труд. Когда-то я этого не понимал. И вот пришел в монастырь, а там архиерейская служба. После службы архиерей в проповеди сказал, что самый большой труд — это молитва. Я услышал и подумал, что это глупость, не поверил. Мне казалось, что это не трудно. Но позже понял, что истинная молитва — тяжелейший труд.
Честное отношение к труду надо ставить на первое место Помолись прежде всякого дела — будет хорошо. С молитвой всё начинай.
Губительны черствость души и бесчувствие к горю ближнего. Помоги ближнему, поддержи его, утешь, будь общителен; расположи страждущих к терпению, возбуди в них веру и надежду на Промысл Божий, расположи их к молитве, молись за них, плачь с ними, дели их горе. Друг друга тяготы носите, и тако исполните закон Христов (Гал. 6, 2).
В середине лета 1944 года, немцы, готовясь к отступлению, потребовали от монастырского начальства письменного согласия на эвакуацию всех насельников обители в Германию. Требование это было передано офицером военной комендатуры уже в вечернее время, и представитель монастыря, ведший с офицером переговоры, архимандрит Никон (Мико), решил затянуть ответ до утра, сославшись на плохое знание немецкого языка и на необходимость присутствия переводчика. Офицер согласился.
И тогда вся братия собралась в Успенском храме на молитву перед ракой с мощами преподобномученика Корнилия и перед чудотворным образом Успения Божией Матери, взывая со слезами о небесном заступничестве за Дом Пресвятой Богородицы — родную Печерскую обитель.
Возглавил эту, длившуюся всю ночь, горячую молитву отец Симеон — вместе с иеромонахами Анатолием, Аркадием, Исаакием, Серафимом (Розенбергом) и иеродиаконом Ионой, который сказал тогда: «Мы никогда не уйдем отсюда, несмотря даже на близкое пришествие “красных”; мы прежде всего монахи русского православного монастыря и хотя и погибнем, но не уйдем отсюда, не предадим своей обители».
Тот же отец Иона вспоминал позднее об этой скорбной ночной молитве, приведшей к чудесному избавлению монастыря от немецкого насилия: «Столь неописуемые минуты можно понять только тому, кто был смертником, и потом его вдруг помиловали — нас спасла любовь к обители и непобедимая помощь Неба, ибо Бог не в силе, а в правде».
Наутро в монастыре появился военный комендант с переводчиком, но сломить волю иноков не смог. Немецкие машины простояли у монастырских ворот три часа, но из обители так никто и не вышел. Комендант пребывал в растерянности из-за неподчинения монахов, ибо по плану командования предполагалось всех их вывезти, а сам монастырь взорвать.
В это самое время военные события начали развиваться так стремительно, что из-за начавшейся среди отступавших оккупантов неразберихи вопрос о насильственной эвакуации монастыря отошел на задний план. Момент был упущен, комендант не смог добиться ничего от иноков и, по-видимому, не решился взять на себя ответственность за принятие какого-либо решения.
Лишь недавно стало известно о том, что сразу же после освобождения г. Печоры от немецких войск саперы из-под здания ризницы изъяли килограммы взрывчатки: об этом в 1989 году рассказал ветеран 660-го саперного батальона 376-й Псковской стрелковой дивизии Кузьма Моисеевич Карпов.
Предстательством Пресвятой Богородицы и святого Игумена Печерского Корнилия и горячими сердечными молитвами старца Симеона и всей братии монастыря обитель была сохранена от поругания и разрушения.
В период наместничества (с 1949 по январь 1954 года) архимандрита Пимена, будущего Патриарха, у обители были отобраны земли, использовавшиеся под посевы и огороды. Небольшой участок под огород оставили только за монастырем. И вот на новой, никогда ранее не обрабатывавшейся земле посеяли овощи, но никаких всходов семена не давали. Не раз архимандрит Пимен приходил к батюшке Симеону и сетовал, что всходов всё еще нет. Наконец он пришел к батюшке и говорит: «Всё зазеленело».
Оказывается, старец Симеон, переживая о монастырском урожае, тайно ходил на огород, чтобы там помолиться. И Господь по его молитве послал добрые всходы и затем — такой обильный урожай, что во время крестного хода на праздник Успения Божией Матери выставили охрану, чтобы люди не потоптали. Урожай был удивительным, братия вознесла благодарственные молитвы всещедрому Господу. Старца в огороде видела р. Б. Ольга, остававшаяся охранять монастырский инвентарь во время обеда.
Лет за пять до своей кончины старец Михаил говорил одной из духовных дочерей-монахинь, что его уже ничто не интересует, кроме молитвенного общения с Богом: «только молитва Иисусова — больше мне ничего не надо…»
О молитве Иисусовой говоря, батюшка спросил: «Да как ты молишься? Ко всему должна быть подготовка. Все эти приемы и дыхание, о которых читала, — оставь; только сердце можешь повредить, такие случаи бывали. С Иисусовым именем, с этой молитвой, должен быть вопль из глубины сердца — тогда и будет молитва».
Иисусова молитва поистине всеобъемлюща, всегда доступна каждому в любом месте и в любое время и, будучи кратчайшим исповеданием догматической истины о Христе как Сыне Божием и выражением одновременно покаяния души и ее несокрушимого упования на спасительное помилование Господом Богом, является тем самым, по сути, молитвою всех молитв!
[А то спросит: ] «Ты когда, чадушко мое, вчера легла спать?» — «Около 11, устала». — «Да я видел, что у тебя огонек погас (окна комнат, где останавливались паломники, были видны из его келлии). Ну, думаю, теперь время встать мне на молитву; когда чада мои спят — надо мне молиться за них». Ночами стоял на молитве за всех скорбящих о. Михаил.
В молитве: прежде всего покаяние со смирением и — благодарение…
В другой раз [батюшка] сказал: «Молись так:
1. Иисусе Сладчайший и Дражайший, молю Тебя и умоляю — вся мне прости и спаси мя.
2. Иисусе Сладчайший и Дражайший, научи меня молиться, научи любить Тебя, исполнять заповеди Твои.
3. Иисусе Сладчайший и Дражайший, обогати меня смирением, кротостью и слезами, ибо нет у меня другого пути к Тебе на небушко.
В такой молитве больше смирения».
И еще в другой раз сказал: «Какая тебе молитва Иисусова?! — Мытареву молитву читай!» [то есть молитву евангельского мытаря: Боже! будь милостив ко мне грешнику! (Лк. 18, 13)].
Всегда надо иметь хотя самую краткую молитовку и стараться всегда помнить, что Господь тебя видит, — ходить перед Господом старайся.
Не только надо молиться: Господи, помилуй! — не только просить, [но] надо и постоянно благодарить, и уметь славословить Господа, — тогда будет мир в душе.
Ты спрашиваешь об уставе, а знаешь ли, что устав родился от молитвы? И сам устав весь должен быть молитвой. А если не так и будете только «букварями», [то] хоть все правила вычитывай, сколько их ни есть и сколько ни хвались ими, — они [то есть молитвословия из монашеского молитвенного правила] будут не на пользу душе, а даже на осуждение, если нет в них сердца сокрушенного и смиренного.
Один старец усердно творил непрестанную молитву Иисусову, и было ему видение: предстали пред ним трое, потом двое удалились, остался один… Что это значит? Он творил молитву Иисусову и увидел троих — [это] Святая Троица; [а] остался только Господь Иисус Христос, Которого призывал — Сына Божия, Одного… [в Иисусовой молитве вспоминается Единая Пресвятая Троица] Надо чаще обращаться к Святой Троице.
Мы легко обращаемся к заступничеству святых угодников, к ангелам, к Божией Матери, обучаемся непрестанной молитве Иисусовой, а Троицу Святую забываем, будто Троица Святая чудная — далеко от нас…
Молитва Церкви так могущественна, что, возносясь на небеса, она восходит к самому Престолу Всемогущего. Такая же молитва нисходит и во ад, освобождая тех, кто в нем заключен. Молитва Церкви обращена к Небесному Отцу — во имя Его Превозлюбленного и Единородного Сына, поминая Его безмерную великую Жертву, которую принес Он на Кресте за грехи мира.
Молитва эта совершается перед возлежащим на алтаре Пречистым Телом Сына, сокрушенным ради нас, — дабы обрести нам прощение грехов наших. Эта молитва сопровождается и укрепляется молитвой всех святых, особенно же всесильным ходатайством Матери Божией, непрестанной Защитницы рода христианского.
Каждый раз, когда приносится умилостивительная Жертва Тела и Крови Сына Божия, при этом присутствует целый сонм Небесного воинства, всё собрание ангелов и святых.
И добрые дела, и молитвы живых, совершаемые в память умерших, спасают их.
«Отче, — спросил я затворника, — я полагаю, что самая лучшая и единственно верная молитва это: “Да будет воля Твоя”. Что вы думаете об этом?»
«Я вполне согласен с тобой, Сереженька. Мы должны вверять себя Промыслу Божию и не желать ничего, кроме как исполнения воли Божией о нас».
Психиатры толкуют там о психоанализе и разном, но где же нам во всем этом разбираться, что хорошо и что нет. А посему взывай ко Господу непрестанно: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешнаго». Сказано у апостола Павла, что кто исповедует Христа Сыном Божиим и будет вопиять к Нему непрестанно, спасен будет.
Отчего же не делать заявок на осуществление своих благих, по нашему разумению, намерений? Но человек полагает, а располагает Господь. Помолитесь усердно. Если ваше стремление не во вред вам и вашей семье, то Господь благословит его осуществление. Но не требуйте, а смиренно просите, допуская в мыслях и сердце, что вы можете ошибаться, и потому готовьтесь принять волю Божию, даже если она и будет отказом вашему желанию.
А мы будем молиться, и ты молись, и Господь устроит всё.
Молитвенным обращением к Богу утоляйте свою скорбь и Им же ожидайте помощи.
А то, что скорбите, — это хорошо, это ведь род молитвы.
Только молитва и горение духа могут восстановить и стены храма, и, главное, нерукотворные храмы — души заблудших, и вернуть их Богу ожившими. Буди, Господи, буди!
Молитесь сами. Да и не выстаивая пред иконами целый день, а памятью Божией в обычном своем делании житейских попечений, кратенько, легко и даже весело, обращаясь к Господу: «Господи, помилуй!», «Господи, прости!»
Вот и я — на службы хожу редко, больше дома молюсь, но и в этом много ценного, никто не отвлекает меня от молитвы посторонними разговорами. Ну, а как поминать начну, тут уж вся келья наполняется людьми: и живущими, и отшедшими, и все живы, и все толпятся и спешат, напоминая о себе и своих родных.
Молитесь, — а будущее в руце Божией.
А Богу молитесь и просите Его помощи, чтобы всё прошло с пользой.
Наше дело только: «Господи, помоги мне, яко немощен есмь!
Господи, спаси! Господи, помоги мне крест мой без ропота донести».
А молитва сама научит вас молиться так же, как жизни учит сама жизнь. Читайте, осмысливая слова молитв, что в молитвослове, и применяйте их к себе, к своей жизни. И ведь придет с этим и иное восприятие жизни, и узрите милость Божию. А мои молитвы только в помощь вашим.
Просьбу о молитве за вас и сестру вашу выполню. А вам надо усугубить молитву за сестру и ее дщерей, но только этим и ограничить свою помощь ей. Пока молитва — самое действенное, что ей необходимо. Ведь пока она не придет в разум, истина всё будет утекать сквозь пальцы.
Я уже посылал вам молитвы, как надо просить и чего просить у Бога, и если эти молитвы читать с пониманием, то мир снизойдет в душу, а с ним и облегчение во всем. Я вам посылал молитовку любимую, думаю, что и вам она должна быть любезна, ибо снимает с сердца и ума все ненужные попечения и надежно доверяет и нас, и наших близких Господу: «Господи! Тебе всё ведомо; сотвори со мной и близкими моими, как изволишь. Аминь!»
Помочь тебе я могу только молитвой о тебе. Не горюй о своем одиночестве, ведь ты не так уж и одинока, у тебя есть любящая мама. А то, что ты грустишь о семье, может и естественно, но только и это лучше пережить с молитвой и обращением к Богу. Господь не оставит сердечной молитвы не услышанной.
А Иисусову молитву надо творить под руководством. Вот вы, еще не начав ее, стоите на пороге прелести. Умно-сердечная молитва — дар Божий. Но получают ее те, кто старательно и трудолюбиво потрудится над словесной молитвой, — это первый этап. Умно-сердечная молитва — это дар монашествующим, отрекшимся от мира, чего в вас по вашим письмам не заподозришь.
Я тебе одно слово только скажу — молись. Молись, мать, и за прошлое, и за настоящее, а будущее в руке Божией.
Ослабь свое молитвенное правило непременно. Ведь когда начинают творить Иисусову молитву и одновременно сохраняют в душе и сердце страсти, — может случиться и психическое повреждение. Так что всё делай с советом и с учетом своего самочувствия.
Нет у нас цели заморить себя и истощить, а цель молитвы — научиться смиренно предавать себя воле Божией и терпеливо понести всё, что попускает Господь.
А учиться молитве — дело долгое и труд великий, много надо терпения в этой школе. Но зато тому, кто перенесет все тяготы этой науки, — жизнь становится в радость о Господе. Начните сей труд с приобретения внимания к своим помыслам и умения мгновенно обратить покаянный вздох ко Господу. Да не думайте о себе высоко, и поможет вам Господь.
А чтобы работу поменять, надо помолиться сначала святому мученику Трифону и найти — поискать, куда перейти и где ее ждут и возьмут, и только после этого сниматься с прежней работы.
Молиться продолжайте, но не надрывно, а с полным преданием и себя, и сына воле Божией. У Бога неправды не бывает, как и милости у Него бездна.
Ко Господу надо прильнуть, Ему верить и довериться, не формально вычитывая Евангелие и молитвы, но обращаться надо к живому Богу.
Наше дело — с молитвой делать свое дело, а результат — от Бога.
Вы уже по своей жизни знаете, что всё совершается по молитве к Господу. Вот и продолжайте жить, реально ощущая присутствие Божие в своей жизни. Молитесь!
Молитесь святому мученику Трифону и святителю Спиридону — о работе и о жилье, и даст Бог утешение со временем.
О муже молитесь и просите помощи апостола любви Иоанна Богослова.
О супруге маме надо только молиться и примером своей любви к Богу оживотворять пока хладное его сердце. Они двое — плоть одна. И по слову апостола: «откуда знаешь, верующая супруга, не спасешь ли своего неверующего мужа?» Да ведь о папе-то нельзя сказать, что он неверующий. Но у каждого свои возможности и свои проявления чувств. А молиться надо.
Молись, научись молиться.
Приучайте себя всякое дело начинать и оканчивать молитвой. И тогда жизнь пойдет внешне прежним руслом, но содержание ее будет иным. Она вся будет освящаться Божиим благословением.
Чаще молитесь краткими молитвами: «Господи! благослови!», «Господи! помоги!» — приучаясь всё в жизни делать с Божьего благословения и с Божьей помощью. А еще примите к сердцу такую молитву: «Господи! Тебе всё ведомо; сотвори со мной, как изволишь. Аминь».
О своих родных молитесь. Да даст Господь и им понятие и разумение о том, что произошло с ними в таинстве Крещения. Молитесь о них, не уставайте и не отчаивайтесь. Уже ведь то хорошо, что о них можно молиться.
О дедушке [самоубийце] своем в церкви не подавайте. Это ни ему, ни вам не принесет облегчения. Поминайте его только в домашней молитве и то с осторожностью, только молитвой старца Льва (вкладываем листок, почитайте). О супруге своем молитесь святому мученику Вонифатию и Матери Божией «Неупиваемая Чаша». Хорошо бы ему пособороваться, поисповедоваться и причаститься. Ведь иначе ему не справиться будет с темной силой, которая его захороводила. Помогайте супругу молитвой о нем тайной, а сочувствием и любовью — явными.
Письмо твое я получил и просьбу о молитве выполняю. Но ты и сама должна потрудиться в молитвенном обращении к Господу, ибо молитва от болезнующей души — это вопль, прорезающий небеса.
Первое, что надо делать постоянно, это молиться о супруге и молиться святым Гурию, Самону и Авиву о сохранении семьи. Второе, и не менее важное, заглянуть в свое сердце, повнимательнее присмотреться к себе — нет ли своей вины в том, что муж отбивается от дома. А моя молитва только в помощь вашей.
Молитесь о муже (он болен), о сыне — пред Богом вы за них в ответе. Скорбите о них и молитесь — вот духовный труд ваш во спасение всей семьи. А о духовном отце надо молиться, и если Господь сочтет, что он вам необходим, то Он и дарует его вам.
Операция хирургическая — всегда последнее средство лечения при тяжелых болезнях, а вы еще не потрудились помочь страждущему супругу — о нем ведь молиться надо, за него просить Бога надо и всех святых. Читайте акафист Матери Божией «Неупиваемая Чаша», молитесь святому мученику Вонифатию и терпеливо несите крест свой, главное — сердечные намерения свои пересмотрите. Супруги — двое в плоть едину. Страдает один — неминуемо болеет и другой. Но, что Бог сочетал, человек да не разлучит.
Молитесь о сыне своей материнской молитвой, сильнее этого нет средства.
А вам батюшка Иоанн советует всем сердцем вопиять к Господу о сыне. Материнская молитва — самое действенное средство помощи детям. А молиться батюшка будет и помочь вашей беде очень хочет.
Кто может возбранить матери молитвы за сына? Молитесь, но только дома, испрашивайте у Господа прощения за всё случившееся, ибо мы не без вины. Подавайте за сына милостыню нуждающимся.
От одного только поостерегу — не дерзайте молиться за него в церкви и ни в коем случае не подавайте за него на требы в церкви. Вы слышали рык, когда захотели молиться о новопреставленном, эта угроза может повториться, если вы преслушаетесь законов церковных. Молитесь о сыне только дома, а остальное — дело Божие.
Я не провидец и ответить на ваши вопросы не могу. А вот Господь всеведущий и всеблагой не оставит без милосердия вопль вашего материнского сердца. Молитесь, подавайте за сына на литургию о здравии, как о без вести сущем, и тайну его исчезновения Господь приоткроет для вас. Подавайте за В. милостыню. И ждите, ждите с молитвой, терпением и надеждой для себя милости Божией.
Семью сохранять — дело жены, а первое средство к тому — молитва.
Не уставайте молиться, не отчаивайтесь…
Утешу вас лишь тем, что молюсь об обращающихся ко мне, начиная с момента получения письма, — ну, а ответ уж, когда получится по возможности. Молитесь о чадах своих и А. ни к чему не подталкивайте. Господь по материнской молитве всё сделает надежно и верно.
Нет людей на одно лицо, и путей в жизни тьма, и к Богу пути различны. И хорошо, когда человек не действует по стереотипу. Он не сразу определится на свою стезю, но зато верно.
Не впадайте в уныние, ибо оно отнимает силу у молитвы, а вам надо быть бодрой.
Всё для сына вы сделали правильно: и молиться, и подавать на поминовение надо сразу со дня смерти. Это очень важно для усопшего, ведь все первые сорок дней нужна сугубая помощь, ибо в неведомой стране оказался человек. А материнская молитва имеет особую силу, но еще важнее — это подавать на литургию, когда об усопшем вынимают частичку на проскомидии.
Молитесь и вы о сыне, материнская молитва для детей — на всю жизнь помощь. Молитесь за чад, и по вашей материнской молитве сохранит их Господь.
Молись за своего погибшего сына и не испытывай судеб Божиих. Ты вот спрашиваешь, где погибший сынок твой? А я тебе отвечу, что сама подумай! Если он жил по Закону Божию, молился Богу и причащался Святых Христовых Таин, то надежда на лучшее пусть тебя не оставляет. А если он не причащался, то, по слову святого преподобного Серафима Саровского: «не мню, чтобы кто спасся в таком душевном состоянии». Но знай еще, что пока ты, мать, жива, то ты еще очень много можешь сделать для своего чада. Молись, подавай за него на литургию и милостыню. У Бога нет мертвых, у Него все живы.
А в отношении будущего своего сына — возверзите на Господа печаль свою, лучше Его никто вам помочь не сможет. А научиться молитве можно, начав молиться не языком только, но сердечным обращением к Господу. Вас учит молитве тревога за сына. Молитесь, Господь вас слышит.
Молитесь за детей своих и, чем можете, помогите. Они оба еще не научились жить и не знают истинных ценностей в жизни, а потому и советы ваши им сейчас не помогут, а вот молитва, творимая втайне от них, и ожесточенное сердце умягчит. И я вот теперь помогаю другим только молитвой и нашел, что это самая действенная помощь.
Всякое заболевание есть следствие греха, но есть болезни духа, а есть болезни тела. Эпилепсия не лечится. А облегчить болезнь можно ежегодным соборованием и частым причащением. Так что молитесь о сыне, подавайте за него почаще на литургию, чтобы о нем вынимали частичку. Да еще соборным маслом надо ему помазываться ежедневно так, как это делается во время таинства Соборования. Молитесь усердно о сыне своей материнской молитвой — это очень действенная помощь.
Непременно, пока вы живы, молитесь за своих родных, которые были крещены. Мы не будем предвосхищать суд Божий. Господь один знает обстоятельства жизни каждого, а самое главное — зрит сердце каждого. Он и суд изречет в свое время. А пока отдавайте свой дочерний долг родителям и долг любви своим близким в молитвенной памяти о них. Молитва ваша не останется без ответа. Подавать на литургию нельзя только за сектантов, еретиков и сознательных богохульников, которые явно засвидетельствовали свою вражду к Богу.
Моя молитва в помощь вашей. Но ведь не я строю жизни ваши и чад ваших, а потому и не даю конкретных ответов к действию, предавая в молитве и вас, и ваших родных Богу благому, Богу-Любви. Божие благословение вам. Будем молиться, и верить, и доверять себя и близких Богу.
Батюшка шлет вам Божие благословение. На ваш вопрос относительно тети батюшка сказал, что если она не принесла покаяния в уклонении в секту перед смертью и скончалась, то молиться за нее нельзя, хоть и была она крещена в православной церкви, тем тягостнее ее вина. А сны нам не указ, ибо и враг может снами и видениями сбивать нас с православного пути.
Муж ваш всем был хорош, но то, что за 71 год не возникло у него в душе потребности обратиться к Богу, — прискорбно. И теперь молитесь за него, предавая дорогого человека воле Божией. Ведь и вы не без вины в том, что муж не нашел дороги в Церковь.
Поминать крещеных людей мы должны, ибо они получили в крещении печать дара Духа Святаго. Мы не можем выносить о таких людях суд ранее суда Божия, а внутреннее зрит один Господь. — Как они жили, чем жили, чьи молитвы держали их в этом мире?
Церковь молится обо всех, и если за гробом нет покаяния, то еще до страшного второго пришествия Господня есть для таковых помощь в молитве Церкви по предстательству близких. Разве можем мы с вами отказать в помощи страждущим?!
В церкви за брата молиться нельзя. Если дерзнете это сделать, то весь легион бесов, опекавших его, возьмет власть и над вами. И вы не устоите в Истине. Подавайте за брата милостыню нуждающимся, а на большее не посягайте. Я за него молиться не могу, он отпал от Церкви и ушел из жизни сектантом. А секта-то Порфирия Иванова явно бесовская.
Непременно, пока вы живы, молитесь за своих родных, которые были крещены. Мы не будем предвосхищать суд Божий. Господь один знает обстоятельства жизни каждого, а самое главное — зрит сердце каждого. Он и суд изречет в свое время.
Хочу сразу предостеречь тебя, а именно — молиться за нерожденных детей, не вошедших в мир в человеческом облике, нельзя. Это будет кощунство. Молиться надо и можно о матери и об отце, совершивших грех детоубийства. Вот и молись и терпи болезни и скорби, что пошлет тебе Господь для исцеления души от проказы смертных грехов.
Иисусова молитва и есть свидетельство наше о том, что мы нуждаемся в милости Божией и ее постоянно призываем.
Стремнин и пропастей может встретиться немало, но устная молитва Иисусова безопасна и для всех, ищущих спасения, даже и для мирян полезна, а для монашествующих обязательна. Но за возрастанием в этом делании у монаха должен следить духовник.
Я была замужем за старообрядцем. Отец Иоанн утешал меня, обещая, что однажды сможет нас повенчать. Сумел он своей молитвой склонить супруга к нашей Церкви, а потом и повенчал нас. Радости нашей не было предела.
• На фронт Ивана не взяли из-за плохого зрения. Он остался в Москве. И неожиданно обстоятельства военного времени ввергли Ивана в такую беду, выбраться из которой человеческими силами было невозможно. Брат Вадим отстал от своего эшелона. Он явился к Ивану за советом и помощью. Вследствие исключительности обстановки обоим надо было готовиться к худшему. Их ждал трибунал: Вадиму — за дезертирство, Ивану — за укрывательство.
Скрывая брата в дневное время в сундуке, Иван молился. Молился отчаянно, то умолял, то дерзновенно требовал помощи.
Пред иконой святителя Николая догорал последний елей, случайно добытый в обмен на паек. Ночью к молитвеннику присоединялся сундучный затворник. Они не разговаривали, не обсуждали случившееся, не строили планов. Они истово молились, чтобы бездна, разверзшаяся пред ними, не поглотила их.
Эта беда, которая могла стоить жизни, обернулась для них милостью. Чудо милости Божией сотворило невозможное. Вадима забрали в военный госпиталь, а Ивану выдали воинские продуктовые карточки, спасшие его от полного истощения.
Так Господь учил Ивана молиться, надеяться и верить, отрешая скорбями от мира и приводя к Себе.
Я попытался изложить всё, что было у меня на сердце. Отец Иоанн крепко сжал мою руку, второй обхватил за шею, склонил голову и на ухо произнес:
— Не стоит много говорить об этом.
Он повернулся к иконам, висевшим в красном углу, оперся на стоявший под ними аналой с крестом и Евангелием, осенил себя медленно и истово крестным знамением:
— Благословен Бог наш всегда, ныне и присно и во веки веков! Аминь!
И далее стал читать молитвы обычного начала с «Царю Небесный» по «Отче наш». Никто и никогда не читал так при мне молитвы, как он. Это было необыкновенное чтение — это была беседа с Богом. То батюшка умилительно просил, то благоговейно и настойчиво требовал, то убеждал Его в необходимости. Происходило нечто особенное — это было таинство молитвы.
Иногда кажется, что все силы ада ополчились на душу, и эта безудержная стихия зла устрашающей величины и силы способна уничтожить всё, что станет на ее пути. В какую бы ни посмотрел сторону — везде одно и то же: «Обышедше обыдоша мя» (Пс. 117, 11). Порой даже возникает чувство, что Небо закрыто для тебя. В это время, как никогда, нужна духовная поддержка.
В моей жизни так было не единожды. И в эти самые сложные моменты опытно или повинуясь некоему душевному движению, а, вероятнее всего, по воле Божией я обращался мыслями своими к дорогому батюшке. Обращался просто, по-детски, взирая на его фотографию, шептал какие-то несвязные слова, просил о помощи, о молитвах, об утешении. Тысячи километров разделяли нас! Но чувство реальности того, что он слышит и молится, побеждало всякую человеческую логику. Воистину — «Идеже восхощет Бог, побеждается естества чин!»
И в ответ на молитвы старца Господь благословлял миром душу, и свет Божественной благодати озарял и согревал ее, ослабевшую и изможденную. Иногда казалось, что я совершаю что-то неправильное, обращаясь таким образом к батюшке с молитвой. «Может быть, это некое духовно прельщающее явление духовной жизни?» — так думал я.
— Когда мне бывает невыносимо тяжко, батюшка, я к Вам обращаюсь с просьбой молитв издалека. Гляжу на Вашу фотографию и прошу молитв. Простите меня, я даже через океан Вам не даю покоя…
— Дорогой владыко! Не смущайтесь этим. Будем молиться друг за друга — это так важно! По молитвам Господь чудеса творит!
И совсем тихо добавил:
— Я всегда знаю, когда Вам тяжело, когда Вы нуждаетесь в моих молитвах и обращаетесь ко мне, я это чувствую. Я знаю, что Вы просите молитв, и всегда молюсь за Вас.
• Непосильная непривычная работа угрожала телу (речь идет о пребывании батюшки в лагере), а бесчинства, господствующие в этой обстановке, покушались сразу и на душу, и на чистоту сердца. Устрашившись за свое духовное здоровье, отец Иоанн весь устремился к Богу в молитве.
В бараке, наполненном до отказа людьми, он умудрялся находить уединение и чистоту живого общения с Богом то на третьем ярусе нар под одеялом, то в заброшенном бараке и даже среди толпы. Вспоминая то время, он скажет:
«Молитве лучше всего учит суровая жизнь. Вот в заключении у меня была истинная молитва, и это потому, что каждый день был на краю гибели. Повторить во дни благоденствия такую молитву невозможно. Хотя опыт молитвы и живой веры, приобретенной там, сохраняется на всю жизнь. А как часто душа без слов молилась Богу!»
И вместо молитвенного уединения в полумраке монашеской кельи, где трепетный огонек лампады дыханием Божиим наполняет душу, я получил «затвор» в антихристианской среде, за колючей проволокой, в бараке на 300 человек.
И там давал Господь возможность уединиться, чтобы припасть к Богу скорбной душой. Господь хранил батюшку. Тюремная шпана относилась к нему сочувственно. Называли его кратко: «Батя».
Отец Иоанн так вспоминал о своей работе на лесоповале: «Лагерники подпиливают, а в мою задачу входило повиснуть на дереве и повалить его в нужном направлении. И вот я висну на нем да молитву дею. Со стороны кричат: “Давай, батя, давай!” — а дерево ни с места. Вот такая была школа молитвы».