В этой книге я не буду говорить о диалогах, ремарках, репликах, сценарной записи и (хотя в это трудно поверить!) здесь не будет ни слова о структуре сценария.

Зато вы найдете в ней то, чего нет ни в одном другом учебнике по сценарному мастерству — подробную пошаговую инструкцию, выполнение которой сделает вас сценаристом номер один.

Вы скажете — что за бред, сценарист номер один может быть только один! А значит, лишь один из читателей получит желаемое, все же остальные будут обмануты.

Это не так. Никто не усомнится, каким по счету в мировой табели о сценарных рангах идет Аарон Соркин. Но ведь и Винса Гиллигана не назовешь вторым? И Дэвида Саймона, Мэтью Вайнера, Чака Лорре. Все они — не просто высшая лига мировой сценаристики, каждый из них — номер первый.

Номер первый — в своем жанре. Аарон Соркин — в политической сатире, Винс Гиллиган — в психологическом триллере, Дэвид Саймон — в социальном детективе, Мэтью Вайнер — в исторической драме. Чак Лорре — в ситкоме.

Так и вы можете стать сценаристом номер один в своем жанре. А даже если вам не удастся этого достигнуть, прочтя и проработав эту книгу, вы значительно повысите качество как своих сценариев, так и своей жизни.

Сразу хочу предупредить: я не теоретик, а эта книга — не научное исследование. Понятия не имею, как работает большая часть методик, о которых я рассказываю, и почему они работают именно так. Достаточно того, что они работают. Более того, мой опыт показывает — как только начинаешь разбираться, почему оно так, а не иначе, так оно сразу перестает работать как надо.

Когда мне было лет пятнадцать, папа подарил мне мопед «Верховина». Я решил изучить устройство двигателя. Разобрал, изучил, собрал и... двигатель перестал работать. Так что не слишком увлекайтесь устройством принципов и методик, которые здесь описаны. Просто садитесь — и езжайте.

Ваш М.

Если таланта нет, эта книга вам не поможет. Честно говоря, вам ничего не поможет. Но как узнать, талантливы ли вы? Способ есть, хотя он не очень простой, а степень точности, как бы помягче сказать, не слишком высокая.

Начнем с того, что точно не работает.

Ни малейшего отношения к наличию или отсутствию таланта не имеет ваша уверенность или неуверенность в его наличии или отсутствии.

В истории не было ни одного гения, который хотя бы на минуту не усомнился в себе. «Я чувствую себя серым и никчемным композитором», — писал Дмитрий Шостакович. В то же время в истории искусства было немало самоуверенных, ни на минуту не сомневающихся в себе бездарей.

Признание или непризнание окружающих тоже не способствует трезвой оценке собственных способностей. Каждый известный автор проходил через этап если не забвения, то равнодушия. В это трудно поверить, но о Пушкине в последние годы его жизни поговаривали, что он «исписался». В частности, заключительные главы «Евгения Онегина» и «Полтава» целиком были приняты публикой не очень благосклонно. Почти полвека Пушкин вовсе не считался первым поэтом, и лишь речь Ф. М. Достоевского на заседании Общества любителей российской словесности, произнесенная 8 июня 1880 года, вернула Пушкину статус «явления чрезвычайного». Кстати, сам Достоевский в первые годы советской власти был и вовсе под запретом.

Величайший музыкальный гений И. С. Бах был напрочь забыт почти на столетие. Два последних сценария Геннадия Шпаликова не были не только использованы для киносъемки, но даже прочитаны.

Список гениев, не признанных при жизни, можно продолжать до бесконечности. Так что оценка современников и даже потомков не может быть достаточно надежным критерием таланта.

И все же подходящие критерии есть, и вы можете их использовать.

Во-первых, вы должны понять, заряжаетесь ли энергией, когда занимаетесь творчеством. В нашем случае — заряжает ли вас энергией написание сценариев?

Обратите внимание — я не имею в виду, любите ли вы и знаете ли вы, например, кино, это как раз неважно. Когда я решил стать сценаристом, я почти ничего не знал о кино, очень мало смотрел и, честно говоря, не слишком страстно его любил, с детства предпочитая книги. Итак, вы можете не любить смотреть кино — это не так важно.

Также неважно, нравится ли вам писать сценарии или нет. Важно — заряжаетесь ли вы энергией в процессе написания или теряете ее. Если заряжаетесь — талант у вас, скорее всего, есть. Если теряете — полагаю, нет.

Понять, зарядились вы или потеряли энергию, очень просто. Вам трудно остановиться, когда вы «расписались»? Хочется писать еще, когда вы закончили дневную норму? Или вы едва терпите до конца намеченной работы и падаете без сил?

«Ай да Пушкин! Ай да сукин сын» — как вы думаете, зарядился или потерял энергию автор, который так восклицает после законченной работы?

Второй важный критерий — оценка эксперта (не путать с оценкой публики). Необходимо найти настоящего специалиста. Это должен быть тот, кто действительно разбирается в вашем предмете и в то же время не состоит с вами в личных отношениях. Мама, жена, лучший друг не подойдут. Если человек связан с вами лично, его прицел будет сбит, он либо завысит оценку, либо слишком занизит ее.

Лучше, если сам эксперт не занимается творчеством. Творческие люди ревнивы.

Замечательно, если эксперт не будет профессиональным критиком. Их оценка профессиональна, но также несвободна, поскольку связана с различными внутрицеховыми обязательствами. Как правило, у каждого критика есть некая собственная картина мира, которую он яростно защищает. Если вы в нее не впишетесь, то огребете по полной.

Хороший способ проверить эксперта — попросить сказать что-то о другом авторе, с которым ни он, ни вы не знакомы лично. Если вы видите, что эксперт способен дать беспристрастную оценку, тогда можно доверить ему и свое творчество.

Оценка эксперта — это не приговор. «Прозаик из тебя не вытанцовывается». Знаете, кому это было адресовано? Гоголю. Чем больше экспертных оценок вы получите, тем ближе окажетесь к правде. Если двадцать человек в один голос твердят вам, что вы бездарны, — возможно, лучше и впрямь поискать себе другое занятие.

И наконец, третий критерий: по мере практики у вас должно получаться все лучше и лучше. Когда человек только начинает заниматься творчеством, у него есть несколько преимуществ. Он может использовать весь опыт предыдущей жизни. Он может использовать приемы, заимствованные у других авторов. И у него не замылен глаз. Поэтому очень часто первый сценарий и первая книга у многих авторов оказываются лучшими.

А вот второе произведение... У писателей для этого есть хорошее название — «синдром второй книги». Первую пишешь на топливе, которое собирал всю предыдущую жизнь. А вторую уже нужно писать «с колес», и многие на этом ломаются.

Если автор не останавливается и продолжает работать, и в конце концов ему снова удается написать что-то не хуже, чем его первый текст, — значит у автора и впрямь есть талант. Если не удается — значит, успех первого текста был не связан с талантом. Со свежим взглядом, новым материалом, может быть, несколькими заимствованными приемами, несколькими украденными сюжетами. Но не с талантом.

Кстати, сценаристам редко удается написать первый же хороший сценарий — чуть позже я объясню почему. Обычно в топку отправляются первые пять-десять работ; известен случай, когда автору удалось продать лишь сотый написанный сценарий. Именно поэтому я заставляю своих учеников писать как можно больше с первого же занятия. Хочу, чтобы они как можно скорее написали все свои плохие сценарии и начали писать хорошие. Если у человека есть талант, прогресс заметен очень скоро. Каждый следующий сценарий становится лучше предыдущего. Если это происходит — определенно, у автора есть талант.

В следующей главе я расскажу вам, почему, несмотря на наличие таланта, вам не нужно становиться сценаристом номер один.

Нет ничего хорошего в том, чтобы быть первым. Допустим, вы им стали. Стоите на пьедестале. Возвышаетесь над толпой. Вас же сразу отовсюду видно. Вас знают. Вам завидуют. Вас критикуют.

Давайте вспомним, какие громкие фильмы выходили за последние год-два. Навскидку, российские «Левиафан», «Горько», «Солнечный удар», зарубежные — «Интерстеллар», «Исчезнувшая». Социальная драма, черная комедия, экранизация русской классики, научная фантастика, триллер. Очень разное кино. Но у всех этих фильмов есть одна общая черта — они вызывали бурление в социальных сетях и, назовем это так, волны, потоки, водопады критики.

Любому человеку, совершавшему любые поступки, имевшие общественное значение, немедленно доставалось со всех сторон.

Дело здесь не в политике. Не в искусстве. Не в благотворительности. Не в патриотизме, религии, национальном вопросе, феминизме, диетах, воспитании детей или чем-то еще, из-за чего якобы и разгорается очередной сыр-бор.

Дело в зависти. Люди, живущие тихой, незаметной жизнью, никак не могут смириться с тем, что кто-то что-то делает и в результате привлекает всеобщее внимание. Поэтому, когда такие люди видят выскочку, первое желание — одернуть, дать по башке, чтобы не высовывался.

Это же касается так называемых друзей. Как только вы станете сценаристом номер один, вам тут же объяснят, что вы делаете не так, и что сделал бы ваш друг, если бы стал что-то делать.

В том-то и дело! Если бы он что-то сделал!

Но ведь не сделал же. Сделали вы. И для него эта мысль невыносима. Вы его раздражаете, всем своим видом напоминаете, что он — ленивая скотина, которая никогда ничего не сделает, а так и будет всю жизнь объяснять всем в интернете, что, кому и как нужно было сделать.

На самом деле ваши друзья были бы счастливы только в одном случае — если бы никто ничего не делал. Тогда их картина мира была бы гармоничной — они ничего не делают, но ведь и никто ничего не делает. Ни у кого ничего не получается. Никто не добивается успеха. Все равны. Все люди — братья.

Если вы чувствительны к критике — держитесь подальше от статуса номера первого.

Не делайте ничего, что могло бы кого-либо разозлить. А еще лучше — жалуйтесь с утра до вечера, как вам плохо и как у вас ничего не получается. Тогда ваши друзья вас пожалеют и даже, возможно, приободрят.

Не беспокойтесь, нам тоже плохо и у нас тоже ничего не получается. Вы один из нас. Все хорошо. Мы рядом. Мы всегда рядом.

Вы первый. Спите в своей теплой постельке после трудового дня, наполненного свершениями и успехами. И вдруг является мысль: а если меня обошли? Что, если первый теперь Б? Или К? Или — что уже совсем ни в какие ворота — эта выскочка П? Она ведь на днях получила премию за свой сценарий. Или Р. Нет, ну он-то куда лезет, кто ему разрешил? У него ведь даже образования нет, не то что у вас! Но в интернете его третий день полоскают за его чудовищное, несмешное и оскорбительное кино. И критик Д разложил все по полочкам и доказал, что пятилетний мальчик написал бы сценарий лучше, чем этот Р. Все это говорит о том, что первый теперь не вы, а он, треклятый Р.

Вы не можете уснуть, ворочаетесь, потом встаете, рявкаете на жену, пинаете собаку и идете на кухню пересматривать на планшете скачанный из сети новый фильм Р. И фильм раздражает вас все больше и больше — своей крепкой структурой, филигранными диалогами, глубиной метафизических прозрений и широтой социальных обобщений. Под утро вы выходите в фейсбук и ставите снисходительный статус о том, что новый фильм Р, сами понимаете, слабоват. Как с этим прикажете жить?

Слава идет впереди вас. Встречи с вами ждут. Продюсеры стоят в очередь и готовы платить сумасшедшие деньги за вашу работу. Вас встречают как дорогого гостя, говорят комплименты, угощают коньяком из припрятанной в сейфе пузатой бутылки, все ваши идеи выслушивают с неослабевающим вниманием и соглашаются на любые условия. Вы расслаблены и вальяжны. Коньяк пьете, от комплиментов снисходительно отмахиваетесь, договор подписываете, не читая, аванс принимаете, не пересчитывая.

И вот вы сдаете первый набросок — а в ответ тишина. День тишина, неделю тишина, месяц. Секретарша не соединяет, Сам не перезванивает, редактор не отвечает на ваши письма. А затем кто-то почти не имеющий отношения к проекту, смущенно и не глядя в глаза, объясняет: «Ты знаешь, старичок, они там почитали то, что ты написал... короче, это немного не то, что нужно».

Почему это с вами произошло? Потому что вы номер один. И заказчик ждал от вас не сценария, а чуда. Вы ведь первый. Значит, вы должны сдать такой сценарий, от которого у заказчика пойдет из ушей зеленый дым. Даже самый раз-пере-номер один, к сожалению, сдает всего лишь сценарии, правда, превосходные. Но ведь это же совсем не то, чего от него ждут. Дым-то из ушей не идет. Или идет, но не зеленый. А нужен зеленый.

Если вы номер один, что бы вы ни сделали — заказчик будет ждать от вас большего и, значит, будет неминуемо разочарован. «Что-то исписался наш номер один...»

Самое скверное, что вы сами начинаете верить в свой пиар, в избранность, и начинаете бояться ошибиться. Вы побоитесь взять рискованный проект, который кого-нибудь оскорбит, повредит вашему имиджу или просто не удастся. Вы начинаете выбирать проекты, которые соответствуют вашей репутации. Вдруг не получится? Вдруг следующий фильм будет хуже, чем тот, что принес славу? Вдруг? Может, тогда вообще лучше ничего не писать? Не рисковать?

Как это я, всеми признанный сценарист номер один, буду писать бесплатно сценарий для какого-то студента? Ну и что, что идея хорошая и парень вроде тоже с головой и мог бы снять отличное кино. У меня другой масштаб. Я номер один. А для студентов пусть пишут другие студенты.

Как только станете сценаристом номер один, многие немедленно пожелают что-нибудь от вас поиметь. Например, ваше время: «Вы не могли бы прочитать бесплатно курс лекций в нашей киношколе?» Или вашу работу: «Вы не могли бы отредактировать мой сценарий так, чтобы его захотел снять Никита Михалков?» Или ваши деньги: «Одолжи двадцать тысяч долларов, не хватает на отпуск у моря. Тебе все равно некуда деньги девать, ты же номер один». Откажете — будете выглядеть жадной и зажравшейся скотиной. Согласитесь — вам сядут на шею, а ваши усилия все равно не оценят, как никогда не оценят то, что достается даром. И так плохо, и так. Единственный способ избежать внимания халявщиков — не быть сценаристом номер один.

А вы как думали? Сценарист номер один не знает ни сна, ни отдыха. Все расслабляются в барах — он пишет. Все катаются на лыжах — он пишет. Все смотрят шоу «Голос» — он пишет. Все поехали на море — он пишет, пишет, пишет, пишет, пишет.

Сценарист существо подневольное, всегда оскорбленное и униженное. Но когда вы никто и звать вас никак, с этим еще как-то можно мириться. А когда вы уже походили по красной дорожке, подержались за рукав пальто Бондарчука и даже видели один раз свой портрет в отраслевом журнале — а потом получаете глупейшие поправки явно от вчерашнего школьника или школьницы — пережить это нелегко.

Ну что? Как вам такая перспектива? Может, ну его к лешему? Может, не нужно вам быть сценаристом номер один?

Допустим, вы прошли тест из предыдущей главы и готовы терпеть страдания, лишения и неудобства. Но что вы получите взамен? Какие преимущества есть у сценариста номер один?

Конечно, сценаристам не приходится гримироваться под старушек, чтобы после премьеры избежать столкновения с толпами поклонниц. За всю историю кинематографа был только один сценарист, у которого были собственные группиз — автор «Основного инстинкта» Джо Эстерхаз. И то он был не дурак приврать, так что не исключено, что фанатки были плодом фантазии.

Но режиссеры, критики и некоторые актеры, если сильно напрягут память, вспомнят вашу фамилию и, если повезет, смогут произнести ее правильно. Конечно, не в тот момент, когда, стоя на сцене со статуэткой в руке, станут перечислять всех, кого хотели бы поблагодарить за работу над этим фильмом.

Гораздо важнее, чтобы вашу фамилию вспомнил продюсер в момент, когда будет искать сценариста на новый проект.

Люди, которые по-настоящему погружены в свою работу, знают ей цену и знают цену работе других. Услышать от таких коллег хороший отзыв о своем сценарии — дорогого стоит. Такие отзывы долго греют сердце.

Сценарий, написанный сценаристом номер один, не отдадут на рерайт девочке-первокурснице. Не разрешат актеру переврать все реплики (и они переврут только парочку). Режиссер не вставит в этот сценарий несколько придуманных на ходу и написанных на коленке сцен. Монтажер не вырежет написанный кровью сердца, но немонтажно снятый кусок. Прокатчики не запикают излишне экспрессивные обороты... хотя тут я уже размечтался. Но да — сценарию, написанному номером первым, гарантировано более-менее бережное отношение.

Это очень важно. Наверное, самое важное, что дает статус сценариста номер один. Невозможно развиваться, если вы не выбираете свой следующий проект, а берете то, что дают. В этом случае карьера выходит из-под вашего контроля.

Если вы сценарист номер один, когда вам делают предложение, хотят именно вас. А значит, вы можете торговаться. Вряд ли даже первый в нашей индустрии может добиться для себя права утверждать на проекте режиссера и актеров, но по поводу сроков и денег номеру первому торговаться сподручнее, чем новичку. Позже мы поговорим подробнее о том, как добиваться лучших условий на переговорах.

Нужно ли пояснять, чем хороший договор помогает сценаристу лучше писать? Хорошо, объясню. Если договор защищает ваши права — вы можете не думать о нем и не беспокоиться, что вас обманут. Больше денег — не нужно брать подработку, можно сосредоточиться на одном проекте. Больше времени — не приходится спешить, есть время подумать и отшлифовать сценарий как следует. Хороший договор очень важен, а претендовать на него может только номер один.

А когда не хотите — не работаете. Если вы номер один, в любой момент у ваших дверей стоит очередь из заказчиков. Когда бы вы ни открыли дверь — они тут. И в их глазах: «Выбери меня! Выбери меня!» Это если вы первый. А если нет — работаете тогда, когда есть работа. Собирались отдохнуть на берегу теплого моря, а вам звонят и делают заказ, от которого вы не можете отказаться, потому что это первый (и возможно последний) заказ за год. Планы на отпуск летят к чертям, вы идете и работаете. Не тогда, когда хотите, а тогда, когда можете. Дьявольская разница!

И нечего краснеть, как девица. Кто вообще сказал, что обсуждать финансовые вопросы неприлично? Почитайте любой сценарный форум. Там каждый разговор о кино рано или поздно переходит на обсуждение того, кто, сколько и за что получил. И все соглашаются, что топовые сценаристы зарабатывают неприлично много. До американских гонораров нам пока еще далеко, но европейских сценаристов мы уже давно обошли по уровню заработков. Тонино Гуэрра никогда не получал столько, сколько получает востребованный российский автор сериалов для прайм-тайма. Правда, у нас очень большая вилка. Разница в гонорарах начинающих авторов и топовых — в разы, а то и на порядки. Вот почему для того, чтобы хорошо зарабатывать, нужно быть сценаристом номер один. Математика. Номер два получает в два раза меньше. Номер двадцать — в двадцать раз меньше.

Если вы первый и знаете это, вы пишете действительно хорошо. Сами знаете, что хорошо. Кино получается хорошее. Вам нравится. Не все, конечно, потому что режиссер не докрутил, актеры переврали пару реплик, музыку наложили не там и не ту, мат вообще запикали... но что есть, то есть. Когда получается что-то настоящее, это сразу видно.

Вот ради этого и стоит становиться сценаристом номер один.

От того, насколько точно вы выполните рекомендации этой главы, зависит весь успех нашего с вами предприятия. Ошибетесь — не видать вам первого места, как толстяку своего... допустим, брючного ремня.

Чтобы куда-то попасть, нужно как следует прицелиться. Этим мы сегодня и займемся. Сценарист номер один — цель не просто расплывчатая. Это множество разных целей.

И чтобы в них попасть, нужно стрелять в разные стороны. Учитывая, что стрела, которую мы отправляем в полет (то есть вы), у нас одна, поразить все разом не получится.

Среди сценаристов не бывает многостаночников. Практически никому не удается одинаково хорошо писать военные драмы и детективы, мыльные оперы и ситкомы, фестивальное кино и патриотические блокбастеры, анимационный артхаус и кино для детей. Вам тоже не удастся. Нужно выбрать единственную точку приложения, в которой вы должны стать лучшим.

Что именно выбрать? О, это вопрос вопросов.

Нужно проверять.

Пробовать разное. Писать и смотреть — что получается лучше, что больше нравится, что более востребовано. Бывает, человеку кажется, что у него есть дар великого политического сатирика, а на самом деле он всю жизнь, сам того не догадываясь, пишет сказки для детей и подростков (в свое время в эту ловушку попали Свифт и Рабле).

Очень важно не ошибиться при выборе ниши.

Подобные промахи стоят людям лет и даже десятилетий потраченной впустую жизни, депрессий и разочарований.

Давайте я для начала опишу вам неправильный (но довольно распространенный) способ выбора ниши.

В Доме кино или на каком-нибудь мастер-классе вы встречаете сценариста, который полностью соответствует вашему представлению о том, каким должен быть номер один. Он благоухает дорогим парфюмом, сверкает золотыми часами и перстнями и доверительно рассказывает, как послал на три буквы известного продюсера. Он только что прилетел из Индии и завтра улетает в Берлин. У него расписаны заказы на два года вперед.

Вы смотрите на него. Завидуете. Хотите так же. И вы начинаете подражать этому сценаристу. Пишете то же, что и он. Идете его путем. Делаете то же, что делает он, в надежде получить аналогичный результат.

Вернее, это вам кажется, что вы делаете то же самое. На самом деле вы повелись на парфюм, часы, Берлин и очередь заказчиков. То есть на пиар.

Как бык, который дуром попер на красную тряпку.

Не делайте так.

Поступите иначе.

Попробуйте посмотреть на себя со стороны.

Вообразите себя Константином Львовичем Эрнстом. Какой проект вы заказали бы именно этому сценаристу?

Проглядите свою фильмографию на «Кинопоиске» (если она у вас уже есть). Каким вашим проектам зрители поставили наивысший балл? Мы привыкли относиться к аудитории свысока, и совершенно зря. Зритель — не дурак, скорее всего, именно тот ваш проект, у которого самая высокая оценка зрителей, и есть ваш лучший. И значит, это и есть тот жанр и формат, который дается вам лучше всего.

Составьте список фильмов и сериалов, которые вы посмотрели за последний месяц. Какой жанр преобладает? Если вы смотрите в основном фильмы ужасов — возможно, ваше призвание — пугать людей до полусмерти. Если комедии — вам нравится смешить.

Ну и — вам-то самому что больше всего нравится писать?

Проверив себя по этим четырем критериям, вы найдете свою нишу.

Чем уже выбранная вами ниша — тем лучше. Исторические мелодрамы лучше, чем мелодрамы в целом. Военный детектив лучше, чем просто детектив или военное кино. «Усмешнитель», хедрайтер или диалогист в ситкоме — лучше, чем просто автор ситкомов.

В своей узкой нише вы должны стать однозначно лучшим. С большим отрывом. Никто даже рядом с вами стоять не должен. Вы единственный. Если вы этого не добьетесь, то никогда не станете первым.

Примерно половина книги, которую вы держите в руках, посвящена тому, как стать лучшим в узкой нише. А вторая половина — тому, что обязательно нужно будет сделать после того, как вы этого добьетесь. Стать самым лучшим в узкой нише — условие необходимое, но недостаточное для того, чтобы стать первым.

Работа сценариста связана с постоянными эмоциональными перегрузками. Поэтому большая часть сценарных гуру, например, Роберт Макки и Джон Труби, выполняют для своих слушателей роль не учителей, а эмоциональных бензозаправщиков, которые заливают в опустевшие бензобаки своих слушателей позитивные эмоции.

Вот почему сценаристы любят посещать семинары. Не потому, что узнают что-то новое. В конце концов, книги Труби и Макки легко доступны и стоят дешевле, чем семинары, а информация в них та же самая. Но люди платят огромные деньги и идут на семинар. Более того, «подсаживаются» на них и ходят снова и снова. Почему?

Вот сидит сценарист в зале. Дома у него лежат правки для сценария. В почтовом ящике — ни одного ответа на разосланную в двадцать кинокомпаний заявку. В интернете — комментарии типа «не надоело ли вам писать русские дерьмосериалы?» А на сцене подтянутый американец с улыбкой в тридцать два зуба говорит ему: «Ты — соль земли! Ты автор фильма! Ты создаешь миры! У тебя лучшая профессия в мире! Ты король мира!» И сценарист чувствует, как расправляются плечи, вытягивается шея, загораются глаза. Выходит с такого семинара с желанием жить, творить, выдумывать и пробовать.

Проходит неделя. Еще больше правок. Еще двадцать продюсеров игнорируют новые идеи. Еще десяток пользователей социальных сетей дадут оценку его творчеству — и энтузиазма как не бывало. Плечи опустились, спина сгорбилась, взгляд погас. Нужен новый семинар, на котором расскажут, сколько кинокомпаний отказались от сценария «Телохранителя», и как на НВО не стали даже читать присланный Мэтью Вайнером пилот «Mad men». И прочие духоподъемные байки.

Бедняга думает — в этот раз мне не повезло; может быть, повезет в следующий. Нужно пробовать снова и снова.

Это похоже на человека, бьющегося головой о стену. Утром он подходит к стене, отдохнувший, свежий, полный сил и уверенности. Он говорит — «сегодня я пробью стену! Именно сегодня у меня все получится! Я — команда! Я — смогу!» Разбегается и — ррраз! Башкой о стену. Стена стоит, не шелохнется. Бедняга разбегается снова — ррраз! Стене опять ничего, а у него уже вся физиономия всмятку. И так целый день. К вечеру от позитивного настроя не остается и следа, зато остаются следы от ударов о стену. А стена стоит, не шелохнется, и наш герой уходит со словами «Ничего, в этот раз не получилось, в следующий раз получится».

На следующее утро он смотрит в зеркало на разбитый лоб, и ему уже гораздо труднее убеждать себя, что он лучший, что дела идут превосходно, что все получится...

Не получится.

Не обманывайте себя.

Когда вы себе врете, не только мозг, но все ваше тело сопротивляется этой лжи. Будете обманывать себя слишком часто и слишком сильно — тело вам отомстит. Тело умеет мстить оч-чень страшно.

Что же делать? Нужно быть еще более позитивным? Разбегаться дальше, бить сильнее? Бить дольше? Бить десять тысяч часов — до результата?

Не поможет.

Это идиотизм — раз за разом повторять одно и то же действие, которое раз разом приносит один и тот же результат, рассчитывая на то, что рано или поздно результат изменится.

Поклонники позитивного мышления обожают цитировать Эдисона: «Теперь я знаю десять тысяч способов создать электрическую лампочку, которые не работают». Братцы, вы вдумайтесь в то, что он говорит.

Десять тысяч способов!

Попробовал один способ — увидел, что он не работает — попробовал следующий — увидел, что не работает — попробовал следующий — и так десять тысяч раз, до результата. Он же не говорит, что он десять тысяч раз использовал один и тот же способ, пока тот не заработал.

Поймите, я ничего не имею против позитивного мышления. Но позитивное мышление не работает тогда, когда вы полагаетесь только на него.

Свой успех нужно планировать и готовить.

Вы можете десять тысяч раз удариться головой о стену и не пробить ее.

Или можете пойти и поискать дверь. Сколотить лестницу. В конце концов — сесть на бульдозер и своротить стену к чертовой матери. Но у вас должен быть реальный план действий. Биться головой о стену с криками «Я лучший!» и «У меня все получится!» — извините, братцы, это не план.

Знаете, когда позитивное мышление работает лучше всего? Когда вы в поисках двери едете вдоль стены на бульдозере, к крыше которого прикручена лестница.

Вспомните любой случай, когда с вами случались неприятности. А теперь подумайте, могли ли вы этого избежать? Что нужно было для этого сделать? Вы могли это сделать? Действие, предотвращающее неприятности, было осуществимо? Уверен, в девяноста девяти процентах случаев — да. Более того, в половине случаев вы знали, что неприятность случится, но убедили себя, что все будет хорошо. Включили позитивное мышление.

Теперь давайте попробуем применить это на практике. Вы планируете какое-то дело. Например, встречу с продюсером. Что может пойти не так?

Недавно я прочитал на одном молодежном ресурсе очень смешной репортаж о том, как молодые и, вероятно, талантливые ребята ходили на встречу к телевизионному продюсеру. Встреча продолжалась 17 секунд. Продюсер спросил: «Вы вообще знаете, зачем сюда пришли?» Они пожали плечами — «Нет, это же вы нас позвали на встречу». Продюсер, видимо, расстроенный какой-то предыдущей встречей, взорвался, накричал на них и ушел.

Если эта встреча была лишь поводом для зубоскальства в соцсетях — окей, эту задачу ребята выполнили. Но если они хотели действительно сотрудничать с продюсером, тогда результат встречи — не просто нулевой. Он отрицательный. Потому что данный конкретный продюсер этих ребят больше никогда не позовет.

Кто был неправ? Неадекватный продюсер? Молодые талантливые ребята?

Продюсер был прав. Он сходу определил, что ребята несерьезные: не подготовились к встрече, не умеют быстро реагировать на изменившуюся ситуацию, — значит, проект не потянут, то есть тратить на них время бесполезно. Он повел себя в этой ситуации максимально эффективно, да еще и сбросил отрицательные эмоции без риска получить «ответку».

Если ребята знали, что идут на встречу с человеком, от которого зависит получение заказа, они должны были узнать о нем все. Достать его коллег, секретаршу, любовницу — кого угодно. Узнать его планы, вкусы, предпочтения и быть готовыми им соответствовать. А в ответ на вопрос «зачем вы сюда пришли?» — выложить на стол презентацию проекта, который нужен продюсеру. Если вдруг это окажется не то, что нужно, — предложить другую презентацию. Третью. Десятую. Заготовленную заранее и тщательно продуманную. Пока не зацепит. Если на четвертой он встанет и уйдет — ничего страшного. Пусть даже эта конкретная сделка не состоялась, он запомнит упрямых ребят, которые знают, чего хотят и не сдаются на первом же препятствии. И при втором не сдаются. Потому что на любой случай имеют запасной план.

Готовясь к встрече, отключите позитивное мышление к чертовой матери. Вместо него потребуется самое негативное мышление, на какое вы только способны. Представьте все неприятности, которые могут с вами случиться. И методично, одну за другой, ликвидируйте их заранее. Машина может попасть в пробку — поезжайте на метро. В метро может быть теракт — разделитесь на три группы — кто-нибудь да доедет до Останкино. Может не сработать флэшка, на которой записана презентация, — продублируйте ее на диск. В переговорной комнате может не оказаться компьютера — принесите ноутбук. Ноутбук может сломаться — захватите презентацию в распечатанном виде. В здании могут отключить свет — не забудьте фонарик.

Принцип понятен? Всегда готовьтесь к худшему. Это не значит, что вы должны настраиваться на худшее. Есть люди, которые перед каждым делом начинают заранее умирать — «ох, мы попадем в пробку, в метро будет теракт». Хорошо, но каковы дальнейшие действия? На любую негативную мысль отвечайте действием. Тем самым вы не только нейтрализуете негативную мысль, но и защитите себя от возможных неприятностей, значительно повысив собственные шансы на успех.

P. S. Даже хорошо составленный план не защитит вас от внезапно упавшего с неба метеорита, который выведет из строя ваш бульдозер. И вот вы сидите у стены, рядом дымится бульдозер, вы греетесь у костра, сложенного из остатков старой лестницы. Что дальше? Об этом — в следующей главе.

Избежать ударов судьбы невозможно. Рано или поздно прилетает каждому, даже тем, кто поднаторел в мастерстве под любым дождем проскальзывать между струйками. Невозможно избежать ошибок, которые приводят к серьезным потерям. Если вы ставите подобное своей целью, значит вы не рискуете и никогда не выигрываете. Только совершая ошибки, можно двигаться вперед. Следственно, время от времени вы будете получать серьезные удары.

Если взглянуть на карьеру любого сценариста, вы увидите череду поражений.

Каждый серьезный автор был хотя бы раз сокращен, уволен с проекта, выброшен из титров, растерзан критиками, предан остракизму и так далее.

Чаще всего такие удары мы получаем от наших заказчиков.

Некоторых авторов первый же удар отправляет в нокаут.

Один мой приятель сходил на собеседование в единственную кинокомпанию, его туда не взяли, и он обиделся на всю киноиндустрию и сел писать роман «в стол». С тех пор прошло шесть лет, он до сих пор пишет.

Успешность сценариста напрямую связана с тем, как он реагирует на удары судьбы. Зависимость очень простая: чем быстрее сценарист восстанавливается после очередного краха, тем он успешнее.

Как выдерживать такие удары? В предыдущей главе я рассказывал, как готовиться к неприятностям. Но бывает так, что вы видите, что на вас уже падает метеорит. Что делать?

Во-первых, конечно, бежать. Древние китайцы, описавшие тридцать шесть военных стратегий, считали, что лучшая стратагема из всех — бегство. В некоторых случаях можно и нужно отказываться от боя и отступать, невзирая на потраченное время и силы. В нашем случае это обычно означает увольнение заказчика. В том смысле, что вы, не дожидаясь того, как уволят вас, увольняете заказчика сами.

Чуть позже я отдельно и подробно расскажу, в каком случае нужно увольнять заказчика, как именно это нужно делать и главное — почему вы должны не увольняться, а именно увольнять заказчика.

Второй вариант — подставить под удар другого. В этом нет ничего плохого, если вы объясните жертве, что ее ждет. Впрочем, если не объясните — это тоже сработает, но эффективность приема зависит от устройства вашей совести. Например, в моем случае это работает плохо. Совесть просыпается, заставляет вытаскивать человека из проекта, в который я его втянул, потом искать ему нормальную работу, кормить его детей, выгуливать собаку и так далее. Но если ваша совесть — покладистая старуха, нет проблем, отличный способ.

Третий вариант — ударить первым. Работает хорошо, но очень часто силы несоразмерны и ваш удар просто не замечают. Или еще хуже — замечают, радуются — «ах ты так!» — и бьют уже в ответ на вашу «агрессию». В общем, еще раз вспомните военную стратегию — если собираетесь атаковать, имейте хотя бы пятикратное преимущество. Хотя бы.

Четвертый и последний вариант — принять удар. Бывают ситуации, когда вы не успеваете отреагировать или не знаете как. Или получаете удар оттуда, откуда не ждали.

Словом, получаете.

Даже в этом случае можно отреагировать по-разному.

Можно сдохнуть сразу.

Это еще неплохой вариант.

Хуже, если, получив удар и оставшись в живых, вы начинаете сами себя добивать. Прокручиваете в голове момент получения удара во всех ужасных и отвратительных подробностях и тем самым наносите себе его снова и снова. Сами.

Ваш мозг не видит разницы между тем, что происходит с вами на самом деле, и тем, что происходит в вашем воображении. Воображаемый удар убивает точно так же, как и настоящий. А иногда еще вернее, потому что в момент реального удара организм включил защитный механизм и вы находились в состоянии шока. А когда вы прокручиваете эту ситуацию в уме, то заставляете его снять защиту и бьете себя в самое уязвимое место.

Когда Булгакова терзали газетные критики, он развешивал ругательные статьи по стенам квартиры, чтобы они всегда были перед глазами. Что это, если не самоубийство?

Никогда так не делайте!

Не думайте, что с вами обошлись несправедливо. Не думайте, как можно было бы избежать удара. Не думайте, что вам делать теперь. Не пытайтесь действовать быстро и на эмоциях — наделаете ошибок.

Отвлекитесь. Прогуляйтесь. Займитесь спортом.

Только не тупое сидение в интернете! Должно быть какое-то действие, на выполнении которого вы можете полностью сосредоточиться. Физическое действие.

Если ничего не приходит в голову — рисуйте. Вышивайте. Пеките торт. Делайте оригами.

Делайте хоть что-нибудь. Делайте.

Это звучит слишком просто, но мало кто так поступает. Тем не менее простые физические действия помогут серьезно снизить разрушительные последствия удара для вашей психики.

Не принимайте никаких решений в тот же день.

Займите себя до вечера. Утомите себя. Так, чтобы можно было уснуть. Если требуется снотворное — примите. В крайнем случае годится и алкоголь, только не напивайтесь до бесчувствия, иначе назавтра будет еще хуже.

Утром можно будет сесть и оценить масштаб разрушений. Хорошо, если вы сможете посмотреть на ситуацию со стороны. Сделать вид, что разбираете не свою жизненную ситуацию, а чей-то кейс. Если угодно — просчитываете варианты сюжетной линии для некоего персонажа.

На этой стадии нужно ответить на три вопроса:

1) Что именно произошло?

Начните не с оценки ситуации, а со сбора данных. Нужно просто собрать всю информацию в кучу и аккуратно разложить по полочкам. Возможно, вы увидите, что какие-то полочки остались пустыми. Тогда вам нужно найти недостающую информацию — кому-то позвонить, написать, встретиться. Возможно, вы узнаете что-то, что изменит вашу картину события, и увидите, что дела обстоят не так, как казалось вчера. Порядок должен быть именно таким — сначала просто собираем информацию. А потом оцениваем.

2) Какими будут последствия?

Теперь, получив полную картину и оценив ее, вы можете спрогнозировать, какими будут последствия лично для вас.

3) Что делать?

Предложить все варианты своих действий по выходу из кризиса и просчитать возможные последствия каждого варианта.

Остается только выбрать один вариант плана и немедленно начать воплощать его в жизнь.

Обратите внимание: я не говорю, что нужно выбрать наилучший вариант. Когда полыхает кризис, не всегда можно трезво оценить ситуацию и принять наилучшее решение. В этом случае не наилучшее, но просто хорошее решение тоже годится. Более того, годится даже плохое решение. Оно сработает лучше, чем отсутствие решения. И уж совершенно точно — это лучше, чем если вы начнете менять решения каждую минуту и побежите во все стороны сразу.

Если действовать по плану, как бы он плох ни был, он куда-то вас приведет; куда-то — значит в другое место, где нет кризиса, от которого вы ушли. А это уже немало.

Только теперь, когда вы отошли подальше от места падения, оглянитесь назад и попробуйте извлечь урок из случившегося.

Практические психологи советуют к каждому удару относиться как к уроку. Это хороший совет, но все нужно делать вовремя. Момент, когда вам пробивают голову, а затем ломают руки и ноги, не годится. Не стоит это делать и сразу после удара, когда вы лежите и не можете подняться. Утро следующего дня, когда вы собираете информацию, оцениваете ситуацию, составляете план — тоже не подходящее время для уроков. Потом вам нужно действовать — это тоже требует всего вашего внимания.

Только когда весь этот кошмар позади, наступает время, чтобы проанализировать свое поведение до, во время и после кризиса и сделать выводы на будущее.

Мне очень нравится история про древнегреческого борца, которому во время состязания противник одним ударом выбил все зубы. Вместо того, чтобы выплюнуть выбитые зубы, борец проглотил их и снова кинулся в атаку. Его противник, который был уверен, что он нанес сокрушительный удар, не ожидал столь быстрой ответной атаки и был повержен.

Кстати, по мере того, как вы продвигаетесь к вершине, таких ударов будет все больше и больше. А однажды вы окажетесь в месте, где куда ни сунься — получишь удар судьбы. Если раньше вы просто шли под дождем, а время от времени на вас падал метеорит, то теперь вы окажетесь посреди бушующего ядовитого океана, на который обрушивается самый настоящий метеоритный дождь. Как добраться до берега невредимым — об этом вы узнаете в следующей главе.

Писатель Сет Годин сформулировал любопытную концепцию «ямы» (в оригинале — «Deep»), в которую рано или поздно попадает любой, кто стремится к успеху. Стартаперы называют это место еще точнее: «долина смерти». Это понятие описывает ситуацию, когда вы принялись за какое-либо дело, и поначалу все идет неплохо, но затем вдруг начинается полоса неприятностей.

Каждый сценарист бывал в ситуации, когда не получается вообще ничего. Любые идеи гаснут, как спички под дождем, не находя понимания у окружающих. На письма не отвечают. На звонки — не перезванивают. Назначенные встречи переносятся на неопределенный срок. А если и происходят, то ни к чему не приводят. Деньги кончаются. Любая попытка сделать что-то лишь ухудшает ситуацию. Просвета не видно.

А просвет есть.

Прежде всего нужно понимать, что «долина смерти» создана искусственно, пусть и неосознанно, и создана вашими коллегами, которые прошли тем же путем, и именно для вас. Для того, чтобы затруднить ваш путь.

Когда я учился на филфаке, самым сложным предметом был старославянский язык. Его преподавали на втором курсе, и по факультету ходила поговорка — «сдал старослав — можешь жениться». Должен признаться, что я сдал его не с первого раза. Первая палатализация, вторая палатализация, Остромирово Евангелие... бр-р, мне до сих пор снятся все эти ужасы.

Позже я узнал, что у технарей тоже есть такой предмет — сопротивление материалов, сопромат.

И даже поговорка есть такая же, как у нас — «сдал сопромат, можешь жениться».

Зачем в программу введены эти суперсложные предметы? Чтобы снизить число студенческих браков?

Конечно, нет.

Они нужны, чтобы отсечь наименее упорных, не способных к длительному усилию.

Это одна из причин, по которой я советую будущим сценаристам непременно отправиться в киношколу и написать десятки этюдов и экранизаций до того, как начинать что-то свое. Поэтому нужно освоить «американку». Прочитать Макки, Митту и Труби. Посетить пару семинаров. Поработать в компании «Телеформат» и приобрести пару седых волос на ее знаменитых брифингах. Словом — пройти через долину смерти.

Многие отсеются, не пройдя такой фильтр. Останутся лучшие, которых пребывание в долине смерти усилит и закалит, «прокачает» характеристики, которые нужны в профессии, сделает их более пригодными к длительной работе в индустрии.

А кто не справился — что ж, есть много других прекрасных профессий, в которых талант может быть востребован. Правда, в других профессиях есть свои долины смерти, через которые так или иначе придется пройти.

Долина смерти — это не совсем метафора. Там реально гибнут люди. Статистика самоубийств среди студентов творческих вузов очень высока, и не только студентов — любой может оказаться в долине смерти. Геннадий Шпаликов покончил с собой после того как написал два совершенно непроходных (и гениальных!) сценария. Конечно, в его случае на его решения повлияли и болезнь, и бытовая неустроенность. Но главной причиной было то, что он не видел выхода из долины смерти.

Что делать? Может, постараться совместными усилиями проложить через долину смерти комфортабельное шоссе, по которому сценаристы будут со свистом пролетать прямо в светлое будущее?

В начале 2000-х примерно так и было. Индустрия рванула вперед так быстро, что входные профессиональные барьеры просто не успели сформироваться. «Работать в кино» брали буквально с улицы и буквально любого желающего.

В результате в долину смерти превратилась вся киноиндустрия.

Русское кино середины нулевых — огромное кладбище грандиозных замыслов и масштабных проектов, которые никогда не будут доведены до конца.

Кризис 2008 года оздоровил ситуацию, прихлопнув нежизнеспособные проекты и освободив их создателей для более реалистичных идей. В это время многие сценаристы потеряли работу. Некоторые из них — навсегда, так и не вернувшись больше в профессию.

Именно тогда перестали появляться истории успеха, характерные для нулевых: написал для себя короткометражку — заказали по ней 48 серий для НТВ — стал главным автором — получил эксклюзивный контракт.

Всем новым авторам приходится проходить через долину смерти. А некоторым случается заблудиться и пройти через нее несколько раз.

Что делать сценаристу, если он оказался в долине смерти?

Оглядеться, найти глазами ближайший оазис (желательно, чтобы это не был мираж, их в долине смерти много), проложить маршрут и идти к нему, ни в коем случае никуда не сворачивая.

Понадобится вся стойкость, все упрямство и выносливость, которые у вас есть. А если нет — нужно выработать, иначе так и останетесь навсегда в долине смерти.

Уж будьте уверены, эти качества пригодятся и после того, как вы доберетесь до оазиса. Но об этом — в следующей главе.

Вы знаете, что такое графит? Это штука в сердцевине карандаша. Так вот, если графит подвергается воздействию сверхвысоких температур и сверхвысокого давления, он превращается в алмаз.

В детстве я пытался изготовить алмаз в домашних условиях — разогрел кончик графитового стержня в огне газовой плиты и крепко сжал его пассатижами. А потом полдня отмывал от линолеума то, что получилось в результате.

Почему я потерпел неудачу? Рецепт-то у меня был правильный. Просто я не смог обеспечить в домашних условиях достаточно высокую температуру и достаточно высокое давление.

Не беспокойтесь, в нашей индустрии вам обеспечат и то и другое. Здесь у нас выковывают таких людей, из них не то что гвозди — стеклорезы можно делать.

Недавно ученые (уж не помню, британские ли) провели исследование, выясняя, какими общими характеристиками обладают люди, добившиеся наибольшего успеха в бизнесе, политике и искусстве. Оказалось, этих характеристик две: способность быстро восстанавливаться после полученных ударов (о том, как это делать, мы говорили чуть раньше), вторая — способность выдерживать длительное давление.

Вот об этом и поговорим.

Сценарист должен выдерживать давление. Более того, он должен выдерживать длительное давление, уметь жить под давлением в течение месяцев и даже лет. Те из сценаристов, кому доводилось работать главным автором, понимают, о чем я говорю. Более того, сценарист должен не просто выдерживать давление, но и оставаться при этом креативным, вдохновенным, творить, парить.

А теперь главный секрет, который мало кто знает: никто не может быть креативным, находясь под давлением. Никто. Сопротивление давлению съедает продуктивность.

Как же выжили все те политики, бизнесмены и люди искусства, которые участвовали в исследовании? Они нашли способ сделать постоянное давление переменным. Регулярно и ритмично ослаблять его на время. И в моменты ослабления давления они и проявляют свою креативность.

Как же это сделать, если нам постоянно звонят, приходят, заваливают электронными письмами и — давят, давят, давят? Нужно выстроить свой график так, чтобы в вашем расписании было время, когда вас никто не может достать. Никто.

У вас должно быть минимум два таких временных отрезка в течение дня: когда вы работаете и когда отдыхаете. В это время мобильный телефон отключен, электронная почта не проверяется, все посторонние мысли отложены.

Гений — это внимание.

Вы сможете добиться успеха, только если полностью сосредоточитесь. И наоборот — если вы сосредоточитесь на работе, все мысли, связанные с давлением на вас других людей, уйдут.

Лучше всего помогает какой-либо собственный ритуал. Я пишу каждое утро и у меня есть свои утренние ритуалы — принять ледяной душ, покормить кота, сварить кофе. Регулярное повторение ритуалов, связанных с началом работы, помогает настроиться на работу, войти в нужное состояние.

А когда вы отдыхаете, ритуалы лучше нарушать. Если обычно лежите на диване с книжкой, то сделайте что-то необычное — заберитесь в аэротрубу, попрыгайте на батуте, покатайтесь на горных лыжах. Если экстремальный отдых для вас обычное дело — тогда диван и книжка станут отличным нарушением ритуала.

Не пытайтесь держаться лишь за счет силы воли. Необходимо защищать свое время для работы и отдыха, планировать его в первую очередь. Если вы этого не сделаете — давление сомнет вас за несколько дней, произойдет срыв.

Даже у Прометея, прикованного к скале, были перерывы, когда клюющий его печень орел улетал. А Сизиф мог отдыхать тогда, когда спускался вниз со скалы, наблюдая, как катится вниз его камень.

Без мотивации, имея в своем распоряжении только набор целей, далеко не уедешь. Чтобы преодолевать препятствия, нужна очень мощная мотивация. Не у каждого она есть, но ее можно создать — или хотя бы более эффективно использовать то, что есть.

Прежде всего есть мотивация «от» и мотивация «к». Мотивация «от» — я не хочу получить нечто. Например, я увидел наркомана под забором, я не хочу сам оказаться под забором, у меня появилась мотивация никогда не употреблять наркотики.

Мотивация «к» — я хочу получить нечто. Я вижу в телевизоре человека, получающего «Оскар», я тоже хочу «Оскар», у меня появилась мотивация написать гениальный сценарий.

Есть негативная мотивация. Хочу написать сценарий, чтобы вывести в нем в карикатурном виде своего бывшего шефа.

Есть позитивная. Хочу написать сценарий, чтобы сделать мир лучше. Это прекрасная мотивация. Давайте с нее и начнем.

В разгар прошлого кризиса моей команде предложили перезапустить один старый сериал про милиционеров. Сериал был старомодный, несколько сказочный по интонации и насквозь фальшивый.

Мы не очень понимали, что с этим делать. В конце концов мы сформулировали для себя задачу: будем делать кино про такую милицию, какой мы хотим ее видеть. Про милиционеров, которые в ожидании допроса читают книжки, а к подозреваемому обращаются на «вы». Мы хотели сделать такое кино, посмотрев которое рядовой сотрудник милиции сам захочет взять книжку и сказать подозреваемому «вы». Получилось это или нет, я не знаю, но наше кино смотрела вся страна. Рейтинг был небывалый.

Обратите внимание: мы смогли начать работать только после того, как создали для себя достаточно сильную позитивную мотивацию.

Выходит, позитивная мотивация работает? Да и выглядит она как-то поблагороднее...

Если вы спросите у любого человека творческой профессии, зачем он занимается творчеством, он ответит, что старается, чтобы сделать мир лучше. Именно это заставляет его вставать по утрам с постели и настраивать свою лиру.

Но если в приятном застолье вы зададите тот же вопрос после второй рюмки, скорее всего вы услышите рассказ о том, как ваш кумир занялся творчеством потому, что позавидовал приятелю, который играл на свадьбах и зарабатывал за вечер три рубля.

Знаете, какая мотивация самая лучшая? Та, которая работает.

Если в вашем случае работает «сделать мир лучше» — отлично. Но позвольте сказать два слова в защиту негативной мотивации.

Недавно я прочитал у Дэна Кеннеди (вы, люди искусства, не знаете, кто это, и совершенно зря) историю о великом жокее, которого босс в наказание за проигрыш пересадил на плохую лошадь. Когда на очередных соревнования была дана команда «старт», жокею едва удалось вывести лошадь из стойла. Но ему удалось найти с ней общий язык — он ведь был действительно великим жокеем. Он погнал ее по дорожке. Лошадь помчалась к финишу и пришла первой. Когда она пересекала финишную черту, жокей разглядел босса на трибуне и помахал ему.

В этом суть негативной мотивации.

Много лет назад я работал журналистом и, конечно, мечтал написать роман, но это была совершенно абстрактная мечта. Мне казалось, что я еще не готов, нужно собрать впечатления, заметки, дождаться вдохновения, да и вообще — хватит ли у меня таланта, имею ли я на это право?.. Однажды я зашел в кабинет к коллеге и увидел текст у него на мониторе компьютера. «Пишу роман», — с гордостью сказал коллега. Я вышел и задумался. Как же так? Вот он звезд с неба не хватает, однако пишет роман, а я все чего-то жду. Через час первые пять страниц моего первого романа были написаны.

Это еще не вся история. Слушайте, что было дальше.

Через два месяца я закончил роман и отправил его в издательство. Вскоре пришел ответ — мой роман принят к публикации, меня приглашают подписать договор. Естественно, первым делом я рассказал об этом приятелю, поблагодарив его за то, что именно его пример вдохновил меня, — и тут оказалось, что он давно забросил свой труд. Узнав о моем успехе, он пришел в настоящее бешенство. Он сел за компьютер и неделю работал не переставая; через семь дней его роман был закончен, он отправил его в то же издательство, что и я, и его роман был также принят к публикации.

И мы оба стали писателями. Позавидовав друг другу и тем самым подтолкнув друг друга. А ведь мы могли сказать себе: «Стоп! Завидовать нехорошо. Так нельзя! Ты не должен пытаться его обогнать. Ты должен думать о том, чтобы изменить мир к лучшему, а не о том, чтобы что-то доказать этому парню». Если бы кто-то из нас сказал это себе — наши романы не были бы написаны.

Самое интересное, что теперь, глядя на меня, тот мой приятель пытается писать сценарии. Так что, похоже, мы с ним еще не закончили.

Негативная мотивация работает отлично! Замечательно работает негативная мотивация.

Когда утром пасмурно, очень сложно заставить себя работать. Тогда я смотрю в окно и говорю себе — «а сценарист В. уже написал три страницы». И тут уж деваться некуда — приходиться сесть и начать писать. Забавно, но одна знакомая сценаристка рассказала, что использует тот же самый способ, только вместо сценариста В. у нее — ваш покорный слуга. Когда ей не пишется, она говорит себе — «Вот ты торчишь в фейсбуке, а Молчанов уже написал десять страниц». Это помогает ей заставить себя взяться за работу. Если это работает — отлично! Я не против. Тем более, что я действительно уже написал десять страниц.

Теперь давайте поговорим о мотивации «от» и «к».

Американский писатель Энтони Роббинс в одной из своих книг описывал сыновей отца-алкоголика. Один — такой же алкоголик. Второй — трезвенник, спортсмен, миллионер. На вопрос, как вы дошли до жизни такой, оба брата ответили одинаково: «А каким еще я мог стать при таком отце?»

Один и тот же пример, который был у них перед глазами, они использовали по-разному. Один включил мотивацию «к», второй — мотивацию «от». Какую мотивацию и как использовать — это всегда ваш выбор.

Мотивация может быть ложной. Можно придумать себе кумира, нарисовать себе несуществующую цель и все равно добиться успеха. Главное — идти правильным путем.

Например, у вас есть кумир — известный музыкант. Он живет в роскошной квартире, у него длинноногие подруги, крутая тачка, он сыт, пьян и нос в... допустим, в табаке. Вы хотите так же.

Нет ничего проще!

Заводите подружку, угоняете тачку и напиваетесь в дым. Вроде бы цель достигнута. Но расплата следует незамедлительно, и вот вы оказываетесь в кабинете следователя, который при вашем появлении убирает в стол недочитанную книжку и обращается к вам на «вы». И вы понимаете, что вы что-то пропустили. Ах да, надо было еще музыку сочинять...

Так какая же мотивация работает лучше? Лучше всего работает сочетание мотиваций. Это набор инструментов, которые вы используете в нужный момент.

Когда вам нужно включить себя в работу, запустить ваш творческий двигатель — отлично работает негативная мотивация. Позвольте себе позавидовать кому-то. Держите под рукой предмет для зависти, доставайте и ставьте перед собой, когда это требуется. Хмурое утро? Не пишется? Помните, Молчанов вскочил в семь утра, накормил кота, сварил кофе и уже написал десять страниц.

Если кто-то пытается помешать вам, воздвигает препятствия у вас на пути — включайте позитивную мотивацию. Я хочу изменить мир, и редактор телеканала со своими поправками не сможет мне помешать!

Если работа идет, но вы чувствуете, что ее движение слишком медленно, а вам нужно срочно ускориться для выполнения промежуточной задачи, — включайте мотивацию «от». Я же не хочу вернуться в родной поселок и валить лес, как мои одноклассники. Так что я сдам этот чертов поэпизодник вовремя.

Если вы видите, что отклонились от цели и идете куда-то не туда, в дело идет мотивация «к». Как в таком случае поступил бы Аарон Соркин?

Гамлет считал, что человек устроен сложнее, чем флейта. Его можно сломать, но играть на нем нельзя. С тех пор наука о человеке шагнула далеко вперед. Если вы знаете себя, знаете ноты и умеете использовать то и другое, то сможете сыграть прекрасную мелодию.

Теперь давайте посмотрим, какими ресурсами мы с вами располагаем, и определим, достаточны ли они для того, чтобы добраться до цели. Начнем с базовых ресурсов, без которых никак не обойтись.

1) Талант

Скажете, с талантом любой дурак сможет стать сценаристом номер один? А вот попробуй-ка без таланта... знаете что?

И сам пробовать не буду, и вам не советую. Если вы пытаетесь стать первым в деле, к которому не имеете призвания, — вы обманываете себя и идете прямиком к катастрофе, и тут я вам не помощник. Но! Любой творческий человек всегда сомневается в наличии у себя таланта. Вряд ли кто-то уверенно может сказать — да, я определенно талантлив.

Талант сложно измерить, поскольку он состоит не из одного, а из многих навыков, каждый из которых, в свою очередь, находится в постоянном взаимодействии с другими навыками.

Талант — не рубильник «включить/выключить». Нет такого, что талант либо есть, либо нет. Есть люди более талантливые в определенной области и есть менее талантливые. И это тот самый случай, когда размер имеет меньшее значение, чем умение им пользоваться.

Нельзя изменить базовые характеристики своей личности. Например, если вы интроверт, вы не сможете стать экстравертом. Но зная характеристики личности и умея их грамотно использовать, можно довести свою продуктивность до небывалых высот. Со стороны это будет выглядеть так, как будто человек был неталантлив, а вдруг стал необычайно талантливым.

Такие случаи в истории были. Уолт Уитмен несколько лет провел в отшельничестве, после чего написал гениальные «Листья травы». Достоевский был одним из молодых подающих надежды писателей, а после отмененного смертного приговора и каторги стал главным (наряду со Львом Толстым) властителем дум не только в России, но и в мире.

Позже мы поговорим о том, что такое на самом деле талант и как вы можете повысить свою продуктивность и креативность. Сейчас важно понимать — есть у вас талант или нет.

2) Наследственность

Может быть как ресурсом, так и проблемой. Если вы родились в известной кинематографической семье — в нашей стране это уже серьезная заявка на успех. Хотя талант не передается по наследству, и поговорку про природу, отдыхающую на детях гениев, никто не отменял, у нас к детям кинематографистов относятся удивительно нежно.

Одно время я входил в приемную комиссию Союза кинематографистов. Это было довольно строгое собрание, на котором мы отсматривали работы претендентов на вступление в союз, читали рекомендации и иногда весьма горячо спорили, достоин тот или иной претендент присоединиться к союзу. Однажды нам предложили рассмотреть заявку молодого человека, который не сделал в кино ничего: не закончил киношколу, не снял ни одного кадра, не написал ни одной рецензии и не сыграл ни одной, даже эпизодической роли. Но он был сыном весьма известного кинематографиста.

Обсуждения не было.

Мы проголосовали единогласно. И я тоже. Только после заседания подумал — стоп-стоп, а что это сейчас было? Мы что, побоялись гнева влиятельного отца? Вовсе нет. Не такой это человек, чтобы кому-то мстить. Из уважения к заслугам отца? Пожалуй. Но скорее всего мы были абсолютно уверены, что, родившись в киношной семье, человек не может быть не кинематографистом.

Так что наследственность следует учитывать — как ту, что имеет отношение к репутации, так и ту, что состоит в наборе наследственных черт характера.

3) Семья

Семья может быть как врагом для человека, так и другом. Она может заставлять его двигаться вперед, а может и тормозить его развитие. Если тормозит слишком сильно, стоит задуматься, что для вас важнее — семья или призвание? Есть семьи, от которых можно и нужно держаться подальше. Но если семья на вашей стороне — это сильнейший ресурс.

4) Друзья

То же самое. Если с друзьями вы в основном выпиваете и обсуждаете футбол — вряд ли такая компания поможет стать успешным сценаристом. Если вы выпиваете и обсуждаете фильмы — может быть. Если выпиваете и обсуждаете ваши сценарии — очень может быть. Если играете в теннис и обсуждаете ваши сценарии — определенно, друзья вам очень хорошо помогают. Если после игры ваш друг берет телефон и звонит своему юристу, чтобы он готовил договор, — черт возьми, вы в самом деле умеете выбирать друзей!

5) Известность

Например, к тому времени, как вы решили стать сценаристом, вы уже были известны как писатель, драматург или журналист; это очень хороший старт. Вы начнете не сначала, а с середины дистанции и сэкономите кучу времени. Когда Михаил Идов перешел из редакторов в сценаристы, он сразу же стал одной из ключевых персон в индустрии, поскольку его стартовые позиции были достаточно высоки.

Как вы думаете, если известный телеведущий или актер, которого любит вся страна, напишет сценарий (неважно какого качества), какова вероятность того, что этот сценарий будет снят? То-то же.

6) Деньги

Финансы — важный ресурс, позволяющий сценаристу быть разборчивым в проектах и уверенным за столом переговоров. Очень важно не зависеть от очередного гонорара. У каждого сценариста должна быть «подушка безопасности» — запас денег на полгода-год, поскольку новые поступления денежных средств случаются крайне нерегулярно. Чуть позже я расскажу, как зарабатывать больше и как распоряжаться своими деньгами.

7) Обаяние

В этот критерий помещаются внешность, умение произвести впечатление, умение излагать мысли, способность донести до людей свои идеи и убедить их принять вашу точку зрения. Однажды я написал в фейсбуке, что от того, как выглядит сценарист, зависит, насколько важное место он занимает за столом переговоров. Какая буря поднялась в комментариях! Все кинулись объяснять мне, что важно, какой у тебя сценарий, а не какие у тебя ботинки.

Типичная «ошибка выжившего». Мы никогда не узнаем о судьбе прекрасных сценариев, написанных сценаристами в плохой обуви.

Еще одна поучительная история. У меня был приятель, который работал ответственным секретарем в газете, мечтая при этом работать в глянцевом журнале. Он ходил в черной растянутой водолазке и, как бы помягче сказать, не злоупотреблял душем. Однажды после очередного собеседования он сказал: ничего не понимаю. Вроде бы по всем параметрам я им подхожу — и опыт есть, и программы все нужные знаю, а меня не взяли. Почему?..

Что тут скажешь?

8) Команда

Именно так. Сценарист должен быть не просто командным игроком. У него должна быть команда, надежная и сыгранная: агент, юрист, бухгалтер, соавтор. Один в поле не воин.

9) Опыт

Уникальный опыт может очень пригодиться в сценарной работе. Например, если вы двадцать лет работали в уголовном розыске, вероятно, вы лучше сможете написать сценарий милицейского сериала, чем человек, который о деятельности милиции знает только из милицейских сериалов.

10) Биография

Человек, в биографии которого есть интересные факты, сразу становится интересен. Если вы сидели в тюрьме, покорили Эверест или работали в избирательной компании Билла Клинтона — пусть это и не связано с вашей текущей работой — это делает вас более привлекательным для любого, с кем вы имеете дело.

11) Привычки

Надеюсь, никому не нужно объяснять, что привычка пробегать каждое утро десять километров скорее поможет сделать карьеру сценариста, а привычка принимать наркотики — скорее помешает.

12) Любовь критиков

Звучит странно, но это тоже ресурс и весьма серьезный. Великая группа «Джетро Талл» не вошла в пантеон богов арт-рока и не встала рядом с «Йес», «Пинк Флойд» и «Дженезис» только потому, что ее участники постоянно собачились с музыкальной прессой, а та отвечала взаимностью. Вы отмахнетесь и скажете, что рецензии никто не читает. Читают и еще как. Если про вас пишут плохо — осадочек остается. И если хорошо — тоже остается. Так что нужно, чтобы критика вас любила.

13) ..................

14) ..................

15) ..................

Добавьте сюда то, что вы считаете своими ресурсами, которые могут помочь добиться успеха в сценарной работе. Это могут быть ваши навыки, опыт, какие-то личные характеристики.

Подумайте — как именно эти ресурсы могут помочь в достижении цели. Ресурс, применения которому вы не знаете, не является ресурсом, это балласт.

Есть некоторые гуру, которые советуют своим подопечным прочитать 500 книг, посмотреть 1000 фильмов, довести свой английский до такого уровня, чтобы кокни с окраин принимали вас за своего, а еще освоить китайский, японский, суахили.

Если вы не знаете, как применить в вашем деле эти 500 книг или знание иностранных языков — вы занимаетесь прокрастинацией и с каждым выученным иностранным словом удаляетесь от цели. Если вы утром учите иностранное слово — вечером вы должны его применять в разговоре или переписке с носителем языка. Вечером читаете книгу — утром внедряете в жизнь то, что из нее узнали. Иначе время пролетело впустую.

После того, как перечень ресурсов составлен, начинается самое главное. Вы должны довести их до уровня выше среднего. По каждому параметру вы должны превосходить среднего автора. По каждому. Если что-то провисает — подтягивайте. Но и этого недостаточно.

По одному-двум ресурсам вы должны иметь подавляющее преимущество. Быть сильнее всех.

Если вы это сделаете — вы просто не сможете не стать номером один. У вас просто не получится этого избежать.

У каждого человека есть слабости. У Ахиллеса была незащищенная заклинанием пятка. Шерлок Холмс был наркоманом. Супермен боялся криптонита.

У вас тоже есть слабости: давайте попробуем составить их список и сразу же подумаем, как каждая из них может повредить и как эту слабость можно нейтрализовать.

1) Лень

И нечего этого стыдиться. Все ленятся. Но только некоторым удается преодолеть свою лень, а прочие так и лежат всю жизнь на диване, до обеда вспоминая, после обеда — мечтая.

С ленью невозможно бороться, но ее можно и нужно ставить себе на службу. Лень — двигатель прогресса. Колесо изобрел лентяй, которому было лениво таскать добычу на себе. Эдисон стал изобретателем именно благодаря своей лени: он работал на телеграфе, где в определенное время должен был отправлять определенное сообщение. Пришлось изобрести устройство, которое отправляло сообщение автоматически.

Что было бы, если бы он справился со своей ленью и отстукивал бы сообщения сам? Страшно представить. Возможно, мы до сих пор сидели бы при свечах.

2) Дурные привычки

Таковых достаточно — от алкоголизма и наркомании до привычки грызть ногти и ковырять в носу. От дурных привычек нужно избавляться. Меня всегда очень веселят вегетарианцы, которые знают все о чакрах и занимаются йогой, но при этом смолят по две пачки сигарет в день и при этом уверены, что полчаса в позе собаки мордой вниз нейтрализуют вред от сорока сигарет. Это самообман.

Бесполезно надевать шикарный костюм в надежде произвести на людей впечатление, если от вас несет вчерашним перегаром. Вы можете говорить сколь угодно умные вещи, но если при этом вы ковыряете в носу — вас не станут слушать. Вы можете действительно хорошо писать, но если в разгар работы над проектом вы на две недели уходите в запой — с вами никто не будет работать.

От дурных привычек нужно избавляться. Но не пытайтесь справиться с ними с помощью одной силы воли — это невозможно. Я курил двадцать лет и все эти годы пытался бросить. Самое страшное, что, когда ты не куришь, вся воля направлена на то, чтобы найти повод закурить. И вот ты уже ссоришься с домашними, с коллегами, чтобы иметь легитимный повод закурить и сказать — «Они меня выбесили, закуришь тут».

Дурные привычки нужно заменять хорошими. Знаете, почему бросившие курить люди быстро поправляются (я через это тоже прошел)? Потому что замещают привычку курить привычкой есть.

А вы попробуйте каждый раз, когда вам хочется курить, сделать двадцать отжиманий от пола. Или взять книгу и прочитать стихотворение. Или выучить одно иностранное слово. А каждый раз, когда хочется поковырять в носу, — мысленно похвалите себя, скажите себе, что вы умный, талантливый и обаятельный. Ваша жизнь изменится к лучшему.

Если никак не удается справиться с вредной привычкой — обращайтесь к специалисту. Не помог один — ищите другого, который поможет.

Если привычка сильнее вас — прячьте ее от окружающих. У меня есть знакомый, который планирует каждые три месяца двухнедельный запой. Закрывает к этому времени все хвосты, отключает телефон и уезжает на дачу. Через две недели возвращается — похудевший и готовый работать дальше. Пока ему удается держаться на плаву, хотя, боюсь, однажды он останется на даче навсегда.

3) Плохая репутация

Можно сорок лет вести себя безупречно, а потом напиться на вечеринке и пописать в фонтан. И следующие сорок лет про тебя будут говорить — это тот самый, кто — ну вы знаете. Если при упоминании этого случая вы станете взрываться и лезть в драку — или оправдываться — мол, это был сложный день, до туалета было далеко, а чертов фонтан был рядом — вас продолжат безостановочно поддевать.

Нужно сделать вид, что этот случай вас совершенно не беспокоит, даже если в действительности это не так. Есть два способа так поступить, и оба хороши. Если вы знаете, что в данной компании вас будут поддевать — начните поддевать себя сами. Шутите над собой. Вошли и с порога: «Где у вас тут фонтан?» Пару раз будет смешно, потом шутка надоест и к вам потеряют интерес. А этого-то вам и надо.

Если вас обсуждают за глаза, лучше полностью игнорировать эти разговоры. Не выдавать волнение по этому поводу. Если вы пытаетесь исправить свою репутацию, начинаете заниматься благотворительностью, идете в волонтеры, жертвуете крупные суммы голодающим детям — все это идет вам во вред, потому что вас подозревают в неискренности. Просто игнорируйте все разговоры и делайте свое дело.

Если вы добьетесь крупного успеха, о вашем скверном прошлом забудут.

4) Отсутствие способностей

Может быть и такое. Но, скорее всего, речь идет о незнании собственных способностей и неумении их применять. Об этом я расскажу в отдельной главе.

5) Физические характеристики

Сначала написал — внешность, но потом исправил на более широкое — физические характеристики. Вы заикаетесь, ваш рост метр сорок, у вас лысина — ужас, вы никогда не добьетесь успеха. С такой внешностью лучше сидеть дома и никому не показываться. Расскажите это мистеру Скэтмену, который превратил свое заикание в музыкальное направление. А про низкий рост расскажите американскому политику-коротышке, который назвал свою предвыборную компанию «Буду краток» — и выиграл. А про лысину расскажите писателю Сету Годину, у которого на сайте висит большая фотография его лысины с подписью — «чтобы перейти к блогу, кликните на лысину». Физические недостатки можно и нужно превращать в достоинства.

6) Дурной характер

Вы ни с кем не можете договориться, постоянно со всеми ссоритесь, любое совещание с вашим участием заканчивается скандалом. Неудивительно, что с вами никто не хочет имеет дело, а ваша карьера стремительно катится вниз.

Если вас все раздражает, нужно понять причину раздражения. Возможно, вы занимаетесь не своим делом. Или вы занимаетесь им не на своем месте.

Попробуйте понять, к кому больше всего вы придираетесь. К режиссеру, который снимает все тяп-ляп? К продюсеру, который тратит деньги не так, как нужно? К актерам, которые перевирают текст и не могут изобразить простые эмоции?

Попробуйте встать на их место. Снимите короткометражку. Сыграйте небольшую роль. Попробуйте спродюсировать что-то — хотя бы день рождения подруги. Одно из двух — либо вы поймете, что это действительно сложное дело, и будете более терпимо относиться к тем, кто его делает, либо поймете, что это и есть ваше настоящее призвание. И в том и в другом случае вы не станете больше придираться к людям.

Впрочем, есть случаи, когда дурной характер — это просто дурной характер. С этим тоже можно и нужно работать. Почитайте книги Энтони Роббинса об управлении собой, и да пребудет с вами беспредельная сила вашей личности.

7) Неумение организовать работу

Вам не хватает времени. Вы не умеете планировать. Вы не доводите до конца дела. Знакомая ситуация. Вы — это сложнейший инструмент, гораздо более сложный, чем флейта или гитара. Если вы не понимаете этот инструмент и не умеете на нем играть, вы никогда не сыграете прекрасную мелодию.

Изучайте себя, ищите к себе подход. Есть множество книг на эту тему. При необходимости — пройдите тренинг по самодисциплине.

8) Долги

Финансовая пропасть — самая глубокая. Попав туда, можно не выбраться всю жизнь. Сценаристы редко умеют управлять своими деньгами и часто оказываются в безвыходной финансовой ситуации. О том, как этого избежать, мы тоже поговорим отдельно. Сейчас просто отметим, что финансовые проблемы могут вам очень сильно помешать в достижении вашей цели.

9) Враги

Враги есть у всех. И чем выше ты поднимаешься — тем больше у тебя врагов. Это не только те, у кого ты (как они думают) «отнял работу» или оскорбил чем-то: по большей части это завистники. Враги — это не просто неприятно, это опасно. Нужно всегда очень ясно понимать, насколько опасен враг.

Если опасность невелика, его можно просто игнорировать, иногда это срабатывает. Но вы можете недооценить врага и тогда он, внезапно набрав силу или подобравшись поближе, нанесет удар в спину.

Врагов можно уничтожать. Не физически, конечно. Иногда одного слова достаточно для того, чтобы человек начал держаться от вас подальше. Фейсбук хорош тем, что, если у вас появляется враг, вы можете его забанить, тем самым убрав его из поля своего зрения. Он вас не видит, вы его не видите. Красота.

Но гораздо эффективнее превращать врагов в друзей. Конечно, этот фокус не всегда удается проделать с каждым врагом, но иногда удается. Лучший способ для этого — обратиться к человеку за помощью или советом. У вас есть враг? Попробуйте попросить его о помощи. Уверен, вы очень удивитесь тому, что произойдет дальше.

10) Семья

Может быть как вашим ресурсом, так и вашей слабостью. Есть хороший старый фильм, снятый по сценарию Резо Габриадзе, — «Необыкновенная выставка». Герой фильма — скульптор, который вынужден содержать большую семью и для этого ваяет бюсты на кладбище, тратя на это все свои силы, время и талант. Вы думаете, это такой уж редкий случай? Да на любом кладбище полным-полно таких скульпторов, зарывших талант в землю ради семьи.

Самое забавное, что семья никогда не ценит эти жертвы, принимая их как должное. А тот, кто, невзирая на протесты домашних, упрямо шел к цели, в конце концов добивается успеха, — и семья тут как тут. «Мы так тебя поддерживали, мы тоже молодцы». Конечно, молодцы, какой разговор.

11) Команда

В некоторых случаях команда — это препятствие на пути к успеху, а не ресурс. Фрэнк Заппа, выступавший в составе ансамбля «Матери изобретения», однажды увидел, как великий Дюк Эллингтон после аншлагового концерта занимает у своего музыканта десятку. Как же так? Ведь все билеты проданы? Почему у тебя нет денег? Все деньги достались музыкантам.

В тот же день Заппа разогнал свою команду и начал работать сольно. И стал тем великим музыкантом, которого мы знаем.

Может быть, и в вашей команде есть кто-то, от кого нужно избавиться?

12) ..................

13) ..................

14) ..................

15) ..................

Дополните этот список слабостями, которые у вас есть и которые могут помешать вам добиться успеха. Вписывайте сюда только то, что действительно вредит и отметьте, как именно каждая слабость может вам помешать. Оцените вероятность того, что слабость вам помешает.

Теперь вам нужно пройти по всему списку и решить, что делать с каждой слабостью. Если вероятность, что слабость вам помешает, невелика, а угроза от нее не очень сильна, в то время как ликвидация ее сопряжена с большими трудностями и расходами, можно ее игнорировать.

Например, если у вас маленький рост — вы можете его увеличить, пройдя соответствующую медицинскую процедуру. Кости ваших ног сломают и заставят срастись снова, но уже на небольшом расстоянии друг от друга. И так несколько раз. Вы потратите кучу денег, пару лет поваляетесь на больничной койке, но станете выше ростом. Вам это нужно для того, чтобы добиться успеха? Если да — вперед.

Уверен, большинству моих читателей это не нужно. Так что на некоторые слабости можно и нужно просто не обращать внимание.

Но есть вещи по-настоящему важные для любой карьеры: с ними и нужно работать. Избавляться от них или, если не удается избавиться, — прятать. Сделать так, чтобы никто о них не знал.

Все успешные люди, не только сценаристы, в обязательном порядке делают три дела:

1. Регулярно составляют планы.

2. Делают это правильно.

3. Следуют составленному плану.

Все неуспешные допускают одну из трех ошибок:

1. Не составляют планы.

2. Неправильно составляют планы.

3. Даже запланировав что-либо, не следуют плану.

Невозможно достичь цели, не имея плана. Если человек кичится тем, что у него нет ежедневника, он никогда не составляет планы и все равно он высокоэффективен — это значит, он планирует в уме. Тем самым он увеличивает нагрузку на свой разум и дополнительно выматывает себя. Необходимость постоянно держать список дел в голове очень утомляет.

Проще всего составлять планы на бумаге, в компьютере или в телефоне — кому как удобнее.

Нужно иметь разные планы на разные отрезки времени:

• План на всю жизнь

• План на год

• План на 3 месяца

• План на месяц

• План на неделю

• План на день

В плане на всю жизнь вы указываете все вершины, которые хотите покорить: духовные, семейные, общественные, карьерные, финансовые. Здесь же вы перечисляете, что и когда собираетесь сделать для их достижения. Например, ваша цель — стать сценаристом номер один. Для этого вы планируете в этом году пойти учиться в сценарную мастерскую.

И вот вы уже знаете, что будет главным делом в вашем плане на год.

Очень хороший пример годового плана приводит писатель Борис Акунин в романе «Весь мир — театр» (если не читали роман, обязательно прочтите). Обнаружив, что начинает стареть, Фандорин начинает составлять планы на год, состоящие из двух частей: освоение какой-либо науки и освоение какого-либо физического навыка.

Это настолько меня заинтересовало, что, признаться, не будучи знакомым с Акуниным, я осмелился задать вопрос автору в личном сообщении в фейсбуке — а составляет ли он сам для себя такие годовые планы? Писатель подтвердил, что, действительно, планы он составляет. Что именно планирует, он сказать не может, поскольку это слишком личная информация (я на это и не претендовал), но он должен признаться, что не слишком доволен собой, поскольку не всегда удается следовать имеющимся планам. Что ж, все мы люди, все мы человеки...

Один известный в Живом Журнале гуру советует публиковать годовые планы в своих блогах. У этой идеи есть совершенно конкретные маркетинговый смысл: выложив свой план в сеть, вы тем самым рекламируете его блог. Вам же такая публикация вредит — не потому, что «сглазят», а потому, что мозг не различает публикацию плана и его выполнение. Составил план, опубликовал — и вроде как полдела сделано, можно больше не напрягаться.

Кстати, именно поэтому я читаю много, а выписки из прочитанного делаю редко. Если в книге встречается идея, которую хочу применить (украсть!), — я записываю ее не в блокнот, а сразу в ежедневник, чтобы применить немедленно. А уж один раз применив какую-то идею, я вряд ли ее когда-либо забуду.

Дальше следует план на три месяца. Именно три, потому что на такой срок можно запланировать крупный проект (например, написание книги или сценария), который сложно осуществить за месяц. Обычно раз в три месяца, по окончании крупного проекта, планируется двухнедельный отдых.

Трехмесячный план разбивается на месячный, в котором вы отражаете завершенные стадии крупного проекта и дела поменьше.

А вот на недельном и ежедневном планах давайте остановимся подробнее.

Многие допускают распространенную ошибку при планировании, ставя на первое место срочные дела. Чтобы составить план, который действительно поможет вам разобраться с делами, нужно ввести дополнительные критерии.

Прежде всего — важность. Каждое предстоящее дело нужно оценить по двум критериям: срочность и важность. Все дела нужно разделить на четыре группы: срочные и важные, срочные и неважные, несрочные и важные, несрочные и неважные.

Казалось бы, начинать всегда нужно с дел срочных и важных. Ничего подобного. Начинать нужно с несрочных и важных.

Таковыми являются дела, которые связаны с вашими долгосрочными целями — жизненными, годовыми, трехмесячными и месячными. Эта часть плана содержит самое главное, что вы хотите сделать за данный отрезок времени, — например, написать книгу, сценарий или пьесу; здесь же — все, что вы планируете сделать для роста своего благосостояния, а также обязательства перед обществом — необходимость послать деньги родителям, сдать налоговую декларацию, прочитать лекцию студентам.

Данной части плана вы должны посвящать не меньше половины своего рабочего времени. То есть до обеда вы делаете только то, что несрочно, но важно. Если вы составили правильный план, в него попадут (и будут вовремя сделаны) все дела, которые раньше у вас мигали красной лампочкой в разделе «Срочно и важно». Например, если вы вовремя, заранее не сдали декларацию или не заплатили кредит на автомобиль, то очень скоро у вас появится срочное и важное дело — разблокировать закрытый налоговой инспекцией счет и вызволить отнятую банком машину.

То же самое относится к дедлайнам. Есть хорошая перефразированная поговорка «Дедлайн подкрался незаметно». Отслеживание дедлайна не может и не должно быть срочным делом: если вы правильно распределили усилия, к тому времени, как подошел срок, сценарий будет готов. Никакой работы второпях.

Когда вы заняты несрочными и важными делами, вы управляете ситуацией. Вы делаете то, что хотите делать, а не то, что хотят от вас другие. Когда все несрочные и важные дела сделаны, можно начать делать то, что срочно и важно. Тушить пожары. Обычно в этот раздел попадают дела, которые вам кто-то поручает. Да, именно так. Если у вас есть хороший долговременный план, ваши дела устроены таким образом, что ваши собственные дела не становятся срочными. И лишь в тех случаях, когда кто-то просит вас что-то сделать, появляется срочность — потому что задача возникла только что. А раз так — это повод оценить срочное и важное дело с точки зрения важности именно для вас.

Например, вас попросили написать колонку в газету. Это важно и срочно. Но это не должно заставлять вас бросать все. Сначала вы делаете то, что важно для вас, потом — то, что важно для других. И обязательно задайте себе вопрос: а нужно ли мне писать колонку? Хочу ли я этого? Поможет ли это моей основной работе или помешает? Если ответ положительный — вперед, пишите. Только сначала закончите сценарий. Иначе, знаете, дедлайн подкрадывается незаметно.

Когда сделаны несрочные и срочные важные дела, наступает время срочных и несрочных неважных дел. Покупка новых кроссовок. Просмотр новостей. Обновление блога. Прогулки с собакой по зимнему парку.

Все дела можно и нужно планировать и выполнять.

И обязательно хвалить себя за их выполнение.

Однако этого недостаточно. Многие люди составляют планы, но не всем удается им следовать. Вроде бы на бумаге все выглядит замечательно.

Но когда доходит до дела, сценарист, вместо того чтобы писать сценарий (несрочно и важно), сидит в фейсбуке и обсуждает последний сезон «Игры престолов» (несрочно и неважно), до тех пор пока не приблизится дедлайн и сдача сценария не станет срочной и важной.

Давайте усложним план и введем в него еще один критерий. А именно — энергоемкость. Нужно понять, какие дела требуют наибольших трудозатрат. Эти дела нужно поставить на те периоды дня, когда вы наиболее эффективны. Это не обязательно утро — многие пишут ночами. Значит ваше «несрочное и важное» должно быть запланировано на ночь.

Еще один важный нюанс. Дела нужно планировать таким образом, чтобы вы могли выполнять их полностью. Заканчивать. Доводить до конца. До результата.

Представьте ситуацию: суперорганизованный человек составил план. 8:00 — набрать номер телефона Ивана. 8:05 — начать говорить по телефону с Иваном. И так получилось, что он нажал не на ту кнопку и набрал номер Петра. Таким образом в 8:05 он оказывается на телефонной связи с Петром. Что делать? Извиниться перед Петром, набрать номер Ивана и начать разговор с ним. Но этого нет в плане. И тогда несчастный суперорганизованный человек начинает разговор с Иваном, невзирая на тот факт, что на другом конце трубки — не Иван, а Петр.

Глупо? Но очень многие делают именно так. Глупо вписывать в план «сходить в обувной магазин». Ведь результат, который вы хотите получить — не поход в магазин, а покупка кроссовок. Есть люди, которые считают, что если они сходили в магазин, провели там полдня, но ничего не купили — они с толком потратили день.

Смотря что считать результатом. Если поход в магазин для вас вид релаксации — тогда да, это считается. Но если вашей целью было приобрести кроссовки — ваш поход в магазин не был результативен. И значит, вы потратили время впустую и не просто остались на прежнем расстоянии от цели, но удалились от нее, потому что ваш мозг зафиксировал, что вы потратили время на выполнение этого дела, и значит, вроде как он ожидает, что вы его сделали. Задача отправится в раздел «Выполнено» и будет там пылиться до тех пор, пока не сойдет снег и кроссовки не понадобятся вам прямо сейчас. А их у вас не будет.

У многих людей сложные отношения с планами из-за того, что они планируют не результат, а процесс. Нет ничего нелепее, чем написать себе в план — 2 часа пытаться написать сценарий. Между тем, зачастую мы поступаем именно так — фиксируем в плане не результат, а процесс.

Как быть? Планировать дела таким образом, чтобы вы доводили их до конца. Нельзя перепрыгнуть пропасть в два прыжка. Запланировали «купить кроссовки» — не останавливайтесь до тех пор, пока не возьмете коробку в руки. Нет в одном магазине — поезжайте в другой, в третий, заказывайте через интернет. Или отказывайтесь от задачи вовсе. Но если беретесь за задачу — всегда доводите ее до конца.

Когда речь идет о крупной задаче — например, написать сценарий 32-серийного сериала — разрезайте большую задачу на маленькие и каждую доводите до конца. Например, дело на один день — «написать синопсис первой серии», «написать 10 страниц диалогов».

Иногда приходится заниматься самообманом, чтобы сесть за работу. Говоришь себе: я буду писать синопсис завтра. Вот план на неделю. На завтрашний день запланировано: написать синопсис. А задача сегодняшнего дня — набросать две страницы сюжетных ходов для завтрашнего синопсиса. Это несрочная задача. До дедлайна далеко, все задачи распределены, времени хватает. Есть время пофантазировать. Даже если не удастся придумать ничего путного — не страшно. Ведь сегодня мы просто набрасываем идеи. Они могут быть и плохие. Позже мы решим, что годится в дело, а что — нет. И начинаешь набрасывать идеи. Тизер будет таким, первый акт будет вот про это, второй — про то. Незаметно увлекаешься и, глядишь — синопсис готов. Хотя ты его вроде как и не писал — так, набрасывал идеи. Но результат — вот он. Самое интересно, что завтра ты тоже не будешь писать — только чуть подправишь сделанное за сегодня.

Таким образом, без особых особенных усилий вы доводите дело до результата. А представьте, что было бы, если бы вы сели с утра с мыслью — мне нужно написать синопсис. Нужно. Важно. Трудно. Срочно. Важно. Срочно. Так вы ничего не напишете. А еще бывает так — посидит сценарист, попыхтит над чистым листом — и пойдет «на минуточку» в фейсбук. И все, был сценарист — и нет сценариста. Растворился в несрочных и неважных делах.

Бывает так, что, на первый взгляд, соблюдение плана затрудняет путь к цели. Например, ваш приятель устроился на работу в рекламную фирму и пишет сценарии рекламных роликов. А вы поступили в киношколу. Если и ваша и его цель была писать сценарии, то он этой цели уже добился. Он пишет сценарии. А вы топчетесь на месте — смотрите Феллини, пишете этюды, читаете буквари.

Прошло два года. Ваш приятель все еще пишет сценарии роликов, а у вас премьера на Первом канале или в Доме кино. Кто из вас на самом деле добился цели?

Планы можно и нужно корректировать.

Если вы увидели возможность добиться цели помимо вашего плана — вы обязаны воспользоваться этой возможностью. Но чтобы не попасть впросак, я советую в этом случае остановиться и потратить час, день или даже неделю на то, чтобы составить новый план, учитывающий возникшие новые возможности и возможные новые подводные камни.

В следующей главе мы поговорим о том, как успевать все, что запланировано.

Есть два популярных мифа. Первый: сценаристы работают круглые сутки. Второй: сценаристы ничего не делают. И то и другое — правда. Когда сценарист говорит, что он целый день подряд писал сценарий, обычно это означает, что он целый день торчал в интернете, время от времени открывая файл со сценарием и тут же с отвращением закрывая его. Конечно, речь идет не о таких славных парнях, как вы, а о тех, других сценаристах, которые не такие славные.

Так что да, эти сценаристы действительно заняты круглые сутки. И да, при этом они ничего не делают.

Вернемся к тайм-менеджменту для сценаристов. Есть ли здесь какая-то особенная, сценарная специфика? Скажем, есть ли отличия от тайм-менеджмента для сантехников? Есть, и существенные. Казалось бы, что проще — составить распорядок дня и начать ему следовать. Но тут есть свои хитрости. Правильный распорядок должен соответствовать: а) вашим целям, б) вашим возможностям.

Начнем с целей. Если цель поставлена неправильно — значит, добиться успеха вы сможете разве что случайно.

Чего же вы хотите? Например, цель — написать большой проект в течение ограниченного времени. Скажем, 16-серийный сериал за полгода. Большая работа. Сроки жесткие.

Сформулируйте цель для себя и зафиксируйте. Лучше всего — на бумаге. Это еще не договор с самим собой, это протокол о намерениях: «написать 16-серийный сериал за полгода». Теперь давайте подумаем, что нам нужно для того, чтобы достичь этой цели.

1) Желание

Это самое важное. Нужно захотеть. Зачем я это делаю? Что эта работа изменит в моей жизни? Лично в моей. Чему я научусь, выполняя ее? В чем я стану лучше? Чтобы понимать роль каждой конкретной работы в вашей жизни, нужно иметь собственную программу саморазвития и каждую работу вписывать в эту программу. Например, вы детективщик, получаете заказ на 16-серийную мелодраму. Писать только ради денег то, что не хочется, — заведомый путь к провалу. Себя нужно заинтересовать — например, я хочу написать мелодраму потому, что хочу научиться писать мелодраму. «Хочу научиться писать мелодраму» — это гораздо интереснее чем «писать в нелюбимом жанре ради денег». Любая работа, которая не дает вам ничего, кроме денег, убивает вас. Итак, вы должны научиться управлять своими желаниями и соотносить их со своими целями. На самом деле это и называется саморазвитием.

2) Здоровье

Больной человек никогда не напишет ничего путного (только не нужно рассказывать о чахоточных гениях Монмартра — все они могли творить лишь тогда, когда болячки оставляли их в покое). Чтобы поддерживать себя в работоспособном состоянии, сценарист должен отдыхать, заниматься спортом, правильно питаться и периодически проходить диспансеризацию.

3) Настроение

Хорошо писать, когда у тебя хорошее настроение. И плохо писать, когда настроение плохое. Что сделать, чтобы настроение было всегда хорошее? Иметь семью и вовремя выполнять все связанные с семьей обязательства. Обеспечивать всех финансово, дарить жене подарки, водить ребенка на прогулку, выносить мусор, чинить сантехнику (или не самому чинить, но хотя бы знать телефон настоящего сантехника). И так далее — делать то, что семья от вас ждет. И тогда семья станет источником не головной боли, а постоянной эмоциональной подпитки.

Проще говоря, хорошего настроения. Что делать, если семьи нет и не предвидится? Завести хобби и стать чудаком.

4) Способность

Вы должны быть способны хорошо сделать свою работу. Для этого нужно быть талантливым, трудолюбивым и любопытным. Если нет таланта — говорить вообще не о чем. Важно понимать, что трудолюбие — это не способность просидеть за ноутбуком сутки, а систематическая работа над собой. Все читать, все смотреть, быть в курсе новейших методик работы и тенденций рынка. И конечно, ежедневно практиковаться.

Вы скажете: Саша, не морочь нам голову, к чему тут семья и спорт? Ты обещал объяснить, как все успевать, а вместо этого ставишь перед нами дополнительные задачи! Друзья, в вашей жизни все взаимосвязано. Все перечисленное нужно для того, чтобы достичь цели.

Начнем с саморазвития. Обычно считается, что для саморазвития достаточно читать нон-фикшн и смотреть сериалы на языке оригинала. Ничего подобного, если, конечно, вы не планируете стать лучшим в мире читателем нон-фикшна и зрителем сериалов на языке оригиналов. Любое самообразование, которое не приближает нас к цели, — не более чем прокрастинация. Нам нужны только полезные навыки. Английский язык, деловой этикет, экономика, медицина, квантовая физика, криминалистика — изучение чего угодно имеет смысл только тогда, когда приближает вас к цели (напомню, сейчас эта цель — научиться писать мелодраму, а для этого написать 5-серийный сериал). А если вы твердо уверены, что тот или иной навык вам необходим, — уж будьте добры, найдите время, чтобы его освоить. Все для фронта, все для победы.

Семья. Желательно также найти для нее фиксированное время в своем расписании, иначе она сама ворвется в вашу жизнь и возьмет свое. Например, если есть ребенок, можно относиться к нему как к помехе. А можно выделить время на то, чтобы каждый день гулять с ребенком или читать ему книжку перед сном. Это будет счастливое время, которое зарядит вас положительными эмоциями.

Здоровье. Изнурительные тренировки необязательны. Полчаса на велотренажере или с гантелями — самое то между двумя сценами сценария. Да вы на гребаный фейсбук тратите в пять раз больше времени! О том, что нужно спать восемь часов в день, я уж и не говорю. Не выспавшийся человек — не работник.

И наконец, только теперь, в четвертую очередь — собственно работа. 16 серий за полгода.

Распределим нагрузку:

Первые 30 дней пишем синопсисы. Этот месяц мы планируем так: первую неделю обдумываем сюжеты и делаем наброски. Вторую и третью неделю пишем по одному синопсису в день. Потом пару дней отдыхаем и неделю редактируем.

Второй месяц — поэпизодники, два дня на каждый, всего 32 дня.

С 3-го по 6-й месяцы — диалоги. График в это время такой: с понедельника по пятницу пишем десять страниц в день, в субботу читаем и правим написанное за неделю, воскресенье — выходной.

Сценарист должен писать каждый день, кроме воскресенья (или субботы, тут уж кому как повезло). Двух-трех часов в день достаточно, если вы действительно будете эти два часа писать. За такое время можно написать синопсис, поэпизодник или десять страниц диалога. Утром вы пишете или ночью — неважно. Важно делать это каждый день.

Утро удобно тем, что вы четко понимаете, что эта работа — самое главное за день и, пока вы ее не сделаете, вы не возьметесь больше ни за что. Самое главное — не отвлекаться. Я пишу на кухне, на ноутбуке, который не подключен к интернету, рано утром, пока вся семья спит. Не включаю мобильный телефон и не проверяю почту, пока не поработаю. Дневная сценарная работа — это самое главное дело за день. Только тогда, когда она закончена, начинается все остальное. Если у сценариста есть четкий план работы на каждый день и этот план всегда выполняется, у него никогда не останется 60 ненаписанных страниц на последнюю ночь перед сдачей проекта.

Вообще, соблюдать сроки очень просто: нужно вовремя написать синопсис, потом вовремя написать поэпизодник и потом вовремя написать диалоги.

А уж когда ежедневная работа закончена — здравствуйте, интернет, гантели, катание на санках с ребенком, сериальчики, книжечки, неправильные глаголы и прочие радости жизни.

Через шесть месяцев такой жизни — хотите вы этого или нет, но у вас будет первый драфт 16-серийного сериала.

Как видите, деваться вам некуда, нужно ухитриться выделить время на саморазвитие, здоровье, семью и работу.

Давайте искать это время.

Что у вас с расписанием? Есть половина воскресенья и вечер вторника? Не годится. Вы ищете не то, что нужно. Я сказал, ищем время. Но нам нужен не час или два. И не день. И не неделя. Нам нужны таймслоты. Временные отрезки, которые вы будете посвящать тому или иному занятию ежедневно.

Как же составить расписание? Да как хотите! Главное, чтобы в нем были все перечисленные мною пункты: саморазвитие, здоровье, семья, работа.

Теперь поговорим о ваших возможностях.

Что делать, если сценарная работа вас не кормит? Скажем, если у вас пока нет заказа на 16-серийный сериал, так что приходится вламывать целый день на нелюбимой работе? И это такая работа, что требует все ваше внимание весь день, а после рабочего дня уже ни на что не остается сил. Что делать?

Найдите другую работу!

Такую, которая позволит вам заниматься тем, что вы считаете настоящим делом. Или пишите до работы.

Я начинал писать, работая криминальным репортером в газете. Все сотрудники приходили в редакцию к десяти, а я — к восьми, чтобы успеть до начала работы написать пять страниц романа. Роман этот был издан, хотя и не стал бестселлером, — а привычка писать каждое утро осталась.

Давайте проверим, как у вас получается. Попробуйте в течение одного обычного вашего дня фиксировать все, что делаете. Каждый час останавливайтесь и записывайте, что вы делали в течение часа прошедшего; но будьте честными. Фиксируйте все, включая моменты, когда вы отвлекались. В конце дня посмотрите, на что вы потратили время.

Сколько вы отдали сценарной работе? Нисколько? Вы никогда не напишете сценарий.

Сколько потратили на спорт? Нисколько? Очень скоро у вас начнутся проблемы со здоровьем. Или уже начались.

Сколько провели с семьей? Нисколько? Рано или поздно у вас начнутся серьезные семейные проблемы.

Про саморазвитие и вовсе забыли? Ну...

Так вы цели не достигнете.

То есть, конечно, бывали случаи, когда человек вдруг бросал все, садился и за один уик-энд писал гениальный пилот или полный метр, который в итоге становился успешным фильмом. Но такой фокус можно провернуть только один раз. Второй сценарий так уже не напишешь, и шестнадцать серий тоже.

Итак, главный секрет сценарного, да и любого другого, тайм-менеджмента прост: нужно поставить цель, определить, что вам нужно для ее достижения, и выделить время для того, чтобы ее достичь. Если цель большая, нужно искать постоянные таймслоты в течения дня, которые будут заполнены ежедневной работой, приближающей вас к цели.

А теперь несколько правил, соблюдение которых поможет вам находить резервы времени в самых неожиданных местах.

Оценивайте затраты времени на различные дела.

Оценивайте задачи адекватно и планируйте на их выполнение столько времени, сколько нужно — не больше и не меньше. Это касается не только глобальных проектов, но и повседневных мелочей. Определите, сколько времени занимают ваши обычные занятия — поход в магазин, уборка, дорога до центра и т. д. Если вы можете оценить затраты времени на то или иное дело, то сможете выделить в своем расписании на него именно столько, сколько нужно. И в итоге — сэкономите время. Вам не придется ждать где-то или опаздывать.

Делайте все вовремя.

Вовремя снимайте показания счетчиков, вовремя оплачивайте штрафы за неправильную парковку, вовремя платите налоги и кредиты. Если не делать это вовремя — возникнут проблемы, на решение которых придется потратить гораздо больше времени.

Контролируйте перемену занятий.

Когда вы больше двух часов занимаетесь чем-то, концентрация снижается. Меняйте занятия. Поработали над сценарием — пробежались в парке — сходили с женой в кино. В итоге все успели, хорошо себя чувствуете и все вами довольны. За два часа в день в течение пяти дней вы напишете больше, чем если будете четыре дня раскачиваться, а на пятый просидите за работой десять часов. Первые два часа — самые эффективные.

Избегайте воров времени.

Есть коллеги и заказчики, которые отнимают ваше время, ничего не давая взамен. Например, клиенты из разряда «кофе-сигареты», которые любят встречаться с авторами, делиться с ними идеями (каждый раз новыми) и предлагать «подумать над сюжетом». Если вы видите, что эти встречи ни к чему не приводят, — прекращайте общение. Скажите, что вы заняты, даже если это не так. В данной ситуации лежать на диване и смотреть в потолок — более осмысленное и полезное занятие: вдруг вы придумаете гениальный сюжет? Болтая с дураками, вы уж точно ничего не придумаете.

Делегируйте полномочия.

Кажется, сценарист — не такая уж важная персона. Что ему делегировать? Однако не бывает так, что человек одинаково силен во всех областях сразу. Например, вы любите писать сценарии, но не любите общаться с заказчиками. Найдите агента, который будет делать это за вас. Не любите составлять отчеты для налоговой? Найдите бухгалтера, который снимет с вас эту головную боль. Не любите писать диалоги? Найдите диалогиста, который... стоп-стоп, а сами-то вы что собираетесь делать?

Умейте занять себя.

Имейте в запасе занятие, если вдруг появится свободное время. Например, сорвался проект, и у вас появились три свободных недели: можно пересмотреть «Клан Сопрано», а можно написать пьесу. Так пусть же у вас будет наготове план пьесы, ожидающий своего часа. Пришли к нотариусу, а там очередь? Это не проблема, если у вас в сумке лежит интересная и полезная книжка.

Совмещайте.

Есть занятия, от которых вы не можете отказаться, но которые хорошо совмещаются с другими. Например, у вас маленький ребенок, который с трудом засыпает и его приходится укачивать в коляске. Можно просто списывать это время в убытки, а можно смотреть в это время кино или слушать лекции. Когда еще вы сможете пересмотреть всего Бергмана и Годара и еще прослушать лекции по курсу МВА?

Делайте паузы.

Не нужно стараться забивать каждую минуту дня полезной деятельностью. Однажды я заметил, что теряю довольно много времени на поездки в метро — просто стою и слушаю в плеере Death-металл. Я решил ликвидировать это упущение, переключился на лекции по экономике и сразу заметил, что стал сильнее уставать. Внимание рассеивалось, настроение портилось. Дело в том, что двадцать минут Death-металла — это были мои минутки отдыха, очень важные и нужные. А для лекций по экономике можно найти другое время. Например, время укачивания ребенка.

Нет аппетита — ешьте лягушек.

В тайм-менеджменте есть такое понятие — «съесть лягушку». Это неприятное дело, которого никак нельзя избежать. Бизнес-тренеры советуют съедать лягушку с утра. Я не думаю, что это правильно. Нужно есть их тогда, когда нет аппетита. Когда у вас и так плохое настроение. И ничего не хочется делать. Вот тогда и нужно делать дела, которых вы стараетесь избегать. Скажете, и так плохое настроение, а тут еще вы со своими лягушками? А вы попробуйте! Когда в следующий раз у вас будет плохое настроение, сделайте то, что давно откладывали, — позвоните в ЖЭК насчет перегоревшей лампочки в коридоре или что там еще вы не любите. Поверьте, после того, как вы это сделаете, ваше настроение улучшится!

И одним несделанным неприятным делом будет меньше.

В следующей главе мы поговорим о том, где можно добывать время, когда его не хватает.

P. S. Эта глава была написана за 1 час 42 минуты.

На первый взгляд сама тема может показаться немного странной. Что за бред, что сценарист может делегировать? Сценарист должен сидеть в тишине своего кабинета (или где там еще вы сидите) и, не поднимая головы, писать сценарии. Но делегирование — это очень сильный инструмент, который позволяет сценаристу значительно повысить свою продуктивность. В разы, если не на порядки. Поэтому нужно стараться преодолевать свою интровертность, вылезать из башни из черного дерева и делегировать, делегировать, делегировать.

Ниже — список помощников, которые за очень короткое время сделают вашу жизнь намного лучше и освободят вам голову и руки для более важных вещей.

1) Агент

На Западе ни сценарист, ни писатель не может работать без агента — с ним просто никто не будет разговаривать. Редакторы в издательствах и кинокомпаниях не читают рукописи, которые присылают авторы. Присылать должен агент. Таким образом происходит первичный отсев графоманов и неадекватных авторов. За автора должен кто-то поручиться. Первый порог, который должен преодолеть сценарист, — это найти агента.

У нас пока все гораздо проще. Агент — не обязательный член команды сценариста. Но желательный. И дело даже не в том, что агент приносит заказы, это далеко не единственная задача агента.

Агент читает договоры. И видит там то, что сценарист, привыкший по диагонали просматривать любые тексты, где нет диалогов, ни за что не разглядит.

Агент ведет переговоры. Бывают ситуации, когда сценарист не может «нажать» на заказчика или, наоборот, сопротивляться нажиму. А агент может жать куда угодно — у него ведь не болит место, на которое он жмет.

Сценаристу нередко случается оказываться за столом переговоров, за которым со стороны заказчика — сам заказчик, его зам, редактор, режиссер, юрист, финансист, да еще пара стажеров, а с его собственной стороны — он один. В таком случае неплохо, когда рядом находится хотя бы один человек, на которого можно опереться.

По моему опыту сам факт участия агента в переговорах почти автоматически поднимает сумму гонорара на 30–40 процентов. Да, с агентом приходится делиться гонораром. Это немалые деньги — от 10 до 20 процентов гонорара. Но это того стоит.

Сценарист, который сам ведет свои дела, похож на доктора, который сам себе делает операцию, чтобы сэкономить на медстраховке.

Не можете найти агента — найдите хотя бы юриста, специализирующегося по авторскому праву, который будет читать перед подписанием ваши договоры. Иначе можно так влипнуть, что останетесь не только без гонорара, но и без последних штанов.

2) Учитель

Учеба не заканчивается никогда. Как только говоришь себе — я все знаю, мне не нужны учителя, — с этого момента начинаешь деградировать.

Можно пытаться учиться самому. Набивать шишки, совершать ошибки, терять время, здоровье и деньги. Гораздо проще найти учителя, который поможет если не избежать ошибок, то, по крайней мере, увидеть направление движения.

Учитель не приходит сам. Его нужно искать. Каждый встреченный вами человек — это потенциальный учитель. Вот самые простые способы найти учителя: поступить в киношколу, пройти курсы или тренинг, попросить старшего коллегу чему-то научить, прочитать книгу, статью, посмотреть фильм.

Но опять же по моему опыту — час разговора с опытным мастером дает больше, чем тысячи часов просмотра фильмов и чтения книг. Вы получаете знание в концентрированном виде. Найдите учителя, который сократит вам опыт быстротекущей жизни. Тем самым вы делегируете ему большую часть своего процесса обучения и сэкономите кучу времени.

3) Соавтор

Разные сценаристы по-разному относятся к соавторству. Кто-то приходит в ужас от одной мысли, что чужой человек заглянет в его творческую кухню. А кто-то не может работать один. Есть авторы, которые очень сильны в чем-то одном — например, в структуре сценария, или наоборот, в диалоге. Кто-то любит начинать проект, набрасывать десяток идей, а доводить их до ума — не хватает терпения. А другой плохо генерит новые идеи, но может, как бульдог, вцепиться в одну и довести ее до ума. Также есть сценаристы — «витрины», которые умеют себя преподнести, продать, произвести впечатление на заказчика. А есть интроверты, не умеющие себя продавать, но пишущие втихаря гениальные тексты, которые никто и никогда не увидит. Всем этим сценаристам лучше работать в паре, делегируя друг другу то, что у коллеги получается лучше. Взаимодействие повышает эффективность обоих авторов.

Бывают ситуации, когда без соавторов обойтись невозможно просто по производственным причинам. Например, в свое время я получил заказ на сценарий второго сезона сериала «Побег» в начале декабря, а в начале апреля уже должны были начаться съемки. Понятно, что написать 16 серий за четыре месяца невозможно просто физически. Поэтому была набрана команда из пяти сценаристов, которая работала под моим руководством. Сценарий сдали вовремя.

4) Бухгалтер

Мало кто из сценаристов дружит с цифрами. Мало кто умеет составлять отчеты. И нет ни одного, кто любит общаться с налоговой инспекцией. И совершенно зря. Налоговую инспекцию не нужно бояться, нужно просто отдать бухгалтерию на аутсорсинг. Пусть ваш бухгалтер вовремя платит налоги и взносы и подает куда надо отчеты. Это стоит совсем недорого. Ваше спокойствие и чистая совесть дороже.

5) Няня

Если в доме маленький ребенок, возможности для работы у сценариста сильно сокращаются. Можно писать рано утром, пока ребенок спит, можно днем, пока ребенок спит, и ночью — пока ребенок спит. Тем более жены обычно в этом случае к мужьям-сценаристам относятся так: «все равно ты дома сидишь, посиди с ребенком». Ну и вообще, дети — они прикольные. Сидишь себе, пишешь, а он там проснулся, надо выйти, поздороваться, потискать, смотришь — два часа прошло, ни строчки не написано.

Нанимаешь няню, выгоняешь ее с ребенком на улицу, а сам пишешь. Только так. Еще хорошо в этом случае помогает бабушка.

6) Сантехник

Когда сценаристу нужно починить кран, единственно правильный способ действий в этом случае: найти в интернете какого-нибудь «мужа на час», который все починит за десять минут. Неправильный: бросить работу, сорвать сроки, простоять полдня по колено в воде, залить соседей, и в конце концов все равно этот чертов кран будет капать.

7) Уборщица

Вы думаете, что хорошо убираете и чисто моете? Попробуйте хоть раз вызвать специалиста из клининговой компании. Разницу вы увидите сразу. И перестанете ненавидеть воскресенья, когда вы делаете уборку. Вызвали уборщицу и ушли с ребенком в кино. Вернулись — дома чисто и уютно, ребенок устал и доволен, быстро уснет — можно садиться писать сценарий.

8) Курьер

Вам звонят из кинокомпании и просят «подъехать на минутку, подписать акты». Знакомая ситуация? Это для компании «минутка», а для вас — минус полдня и не написанные десять страниц. Требуйте от компании, чтобы к вам прислали курьера. Если компания не может это сделать, найдите курьера сами. Это недорого, гораздо дешевле, чем ваше время.

9) Компьютерщик

Одно неловкое движение руки — и архив со всем написанным за десять лет превращается в мертвый кусок железа. Сломался интернет, барахлит компьютер — не пытайтесь справиться сами. Вызывайте специалиста.

10) Фрилансер

Если нужно сделать какую-то механическую работу — обработать фотографии, залить торренты на трекер, расшифровать диктофонную запись — можно без труда найти фрилансера, который сделает это для вас за небольшие деньги. В интернете полным-полно сайтов, на которых предлагают подобные услуги.

11) Стояльщик в очереди

Да, есть и такая профессия. Помните очередь на выставку Пикассо в Пушкинский музей? Можно было потратить полдня, простояв под дождем. А можно было заплатить 500 рублей и купить место в очереди поближе. Считайте сами, стоят ваши полдня 500 рублей или нет. Есть множество мест, где вы можете столкнуться с очередью, — в госучреждениях, на техосмотр и так далее. Не тратьте на это свое время, потратьте чужое.

12) Жена

Добавляю этот пункт, чтобы дать вам повод поупражнять свое остроумие. А те, кто считает, что жена сценаристу не нужна, пусть сами гладят рубашки и готовят обед.

13) ..................

Здесь вы можете добавить свой пункт. На что вы тратите слишком много времени? Нет ли возможности потратить на это время других людей? Самому идти в посольство получать визу или сделать это через турфирму? Самому ремонтировать машину или отогнать ее в сервис? Самому вставлять пластиковые окна или вызвать специалистов?

«Гений — это прежде всего внимание», — считал французский биолог Жорж Кювье. Умение концентрироваться на одной задаче необходимое условие эффективной работы. А как же Юлий Цезарь, который делал несколько дел одновременно? Вы в это верите? А в то, что он происходил от богини Венеры, верите тоже?

Если человек делает несколько дел одновременно, он делает несколько дел одно за другим, переключаясь с одного на другое. Это чрезвычайно утомительное занятие, которое очень быстро выжигает все ресурсы человека.

Часть романа Владимира Набокова «Дар» посвящена жизни Николая Гавриловича Чернышевского. Вот мы видим, как Чернышевский одновременно диктует какую-то статью, а пока стенографистка записывает продиктованное, переключается и делает какую-то другую работу — то ли перевод, то ли правки в роман. Убийственное пренебрежение техникой безопасности мозга. А вот он умирает и в бреду продолжает бормотать фразы из перевода, который не успел закончить. Ужасная картина.

Если не хотите кончить как Чернышевский — всегда сосредотачивайтесь только на одной задаче. И не разрешайте никому прерывать вас, пока работаете.

Кажется — ну что такого, прервешься на одну-две минуты. Многие сценаристы, работающие дома, рассказывают, что их семья воспринимает их труд как «все равно сидишь дома и ничего не делаешь». А раз так — прервись на пять минут и пропылесось. Или сходи в магазин. Подумаешь, немного времени. На самом деле если вы прерветесь даже на две секунды, в следующий раз вы сможете выйти на пик продуктивности лишь через полчаса! А представьте, если вас прерывают каждые полчаса. Только расписался, разогнал перо — телефонный звонок. Или звонок в дверь. Или электронное письмо.

Никогда и никому не позволяйте себя прерывать.

Недавно в книге одного гуру я прочитал «дивный» совет — для того, чтобы добиться успеха, вы должны быть всегда доступны для своих клиентов. Ничего глупее и представить себе нельзя. Вы должны быть доступны для своих клиентов лишь тогда, когда хотите быть доступны.

Меня очень веселят разговоры о том, как режиссер позвонил сценаристу в пять утра, чтобы поговорить о сценарии. Бывает, и мне звонят в пять утра продюсеры и режиссеры, но еще ни один не дозвонился. Потому что в 18:00 я выключаю телефон. И включаю его только на следующий день после того, как моя утренняя работа закончена.

Если вы не ограничите доступ к себе, вашим временем будете управлять не вы, а другие люди — которые в любой момент могут позвонить и начать отвлекать вас своими проблемами.

Давайте посмотрим, как можно сократить прерывание.

1) Организация рабочего места.

Ноутбук или компьютер, который не подключен к интернету, — чтобы даже мысли не возникало «на минуточку глянуть френдленту». Рабочий ноутбук — только для работы! На нем не должно быть ни фильмов, ни игр, ни книг — ничего, что может отвлечь. Кабинет для работы должен быть отдельным. Никто не входит, когда вы работаете. Выбирайте такое место для работы, где вас никто не достанет. Если у вас большая семья и стесненные жилищные условия — работайте ночью, закрывшись в туалете или на балконе. Вы напишете больше и лучше, чем если будете работать в роскошном кабинете, поминутно прерываясь на семейные дела.

2) График работы.

Выбирайте такое время, когда никто вам не помешает. Я пишу по утрам, с семи до девяти или десяти утра, пока домашние спят. И за два-три часа успеваю больше, чем многие другие сценаристы за день. Один мой знакомый сценарист пишет в два подхода — один раз рано утром, второй раз — с десяти вечера до часу-двух ночи. Если у вас есть маленький ребенок, вы не удивитесь такому графику. Сценаристки-мамочки выстраивают свой график в зависимости от часов дневного и ночного сна своего ребенка.

3) Телефон.

Никаких компромиссов! Когда сценарист пишет — телефоны молчат. Подключите автоответчик. Идеальный вариант — когда вы включаете телефон на один час в день и делаете все нужные звонки и отвечаете на сообщения голосовой почты.

4) Электронная почта.

Должна проверяться раз в день, не чаще. Ничего важного вы не пропустите. Любое письмо вполне в состоянии подождать пару часов, пока вы закончите с основной работой.

5) Социальные сети.

Нельзя отказываться от них совсем. Сегодня если у тебя нет страницы в фейсбуке — ты не существуешь. Но нельзя становится придатком соцсети. Наверное, можно написать целую отдельную книгу (а то и не одну) о том, как правильно использовать сети и что в них делать нельзя ни в коем случае, но сейчас важно одно простое правило: в соцсети нужно заходить только по делу, например, если вам нужно написать объявление или связаться с каким-то человеком. Одного раза в сутки вполне достаточно. Выходные — полный запрет.

Честно признаюсь, иногда удается выдерживать этот график, и тогда я становлюсь чертовски продуктивным. Иногда не получается и тогда продуктивность резко снижается. Когда моя жена видит несколько статусов у меня на странице в фейсбуке, она сразу спрашивает: «Что, сегодня не работалось»?

6) Встречи.

Все встречи необходимо планировать таким образом, чтобы не приходилось прерывать работу. Лучше всего сгруппировать их на один день и запланировать все в одном месте — в кафе или офисе и провести одну за другой.

7) Другие отвлекающие факторы.

Многие сценаристы сами заранее готовят для себя отвлекающие факторы. Один знакомый автор ставит рядом с рабочим компьютером ноутбук, на котором открыта лента фейсбука. Другой автор во время работы включает «фоном» телевизор, настроенный на спортивный канал.

Что они делают? Сами для себя запускают отвлекающий фактор, который приходится преодолевать. Продуктивность при этом снижается, качество резко падает, утомление наступает быстрее.

И потом они удивляются — как можно написать десять страниц за два часа? А я удивляюсь — как можно работать над поэпизодником десять часов? Да потому что собственно работа и заняла не более двух часов. А остальные восемь ушли на преодоление отвлекающих факторов.

Сценарное мастерство — спорт высоких достижений, где невозможен выигрыш по очкам. Лучше написать один выдающийся сценарий и девяносто девять кошмарных, чем сто средних.

В этом — коренное отличие нашей киноиндустрии от западной. Там очень внимательно следят за провалами, здесь за успехами. Один провальный проект может уничтожить карьеру американского сценариста. У нас один выдающийся проект может поддерживать карьеру долгие годы. Американские продюсеры говорят: «Его последний проект провалился — мы не будем рисковать». Наши надеются: «Десять лет назад у него был успешный проект — может быть, на этот раз у него получится еще раз».

У каждого успешного автора есть свой проект-визитка. Когда говорят об Эдуарде Володарском, сразу вспоминают «Свой среди чужих» и «Проверку на дорогах». Александр Бородянский — «Афоня». Юрий Арабов — серия фильмов Сокурова о власти. Александр Родионов — «Свободное плавание» и «Сумасшедшая помощь». Илья Куликов — «Глухарь».

У каждого из этих авторов были другие проекты, менее успешные. Были сценарии, отправленные в корзину, были фильмы, положенные на полку. Это не мешало им получать новые и новые заказы. Потому что у каждого из них был хотя бы один по-настоящему успешный проект.

Более того, в некоторых случаях даже серьезный провал не уничтожает сценариста, а еще выше поднимает его статус — так было с Ильей Куликовым после катастрофической попытки интернет-проката сериала «Бессонница». Так было с Мариной и Сергеем Дяченко, отличными писателями, чья сценарная карьера началась с проектов, по сути, провальных — «Обитаемый остров» и «Белая гвардия».

Мне очень нравится теория о черном лебеде. Долгое время люди были уверены, что все лебеди белые. Ведь все увиденные ими лебеди были белыми, а каждый следующий лебедь только подтверждал теорию. Однако когда европейские путешественники добрались до Австралии, они увидели черного лебедя.

Мы все пытаемся поймать черного лебедя, только неправильно это делаем. Мы ловим одного белого лебедя за другим и разочарованно говорим: «Опять белый». И еще: «Может быть, завтра мне повезет больше». И еще: «Следующий обязательно будет черный». А на следующий день приходим на тот же самый пруд и снова ловим очередного лебедя, и он опять оказывается белым.

Чувак! Какого черта ты делаешь на берегу этого пруда? Тут не водятся черные лебеди! Если ты реально хочешь поймать черного лебедя, дуй в Австралию!

Сценаристы могут и должны рисковать. Каждый новый проект нужно рассматривать с точки зрения: выстрелит — не выстрелит. Лучше сделать провальный, катастрофический фильм, чем никакой.

Если кинокомпания предлагает написать патриотический боевик «к дате» — из этого может получиться и по-настоящему классное кино, и катастрофическое, и никакое. Если студент просит написать короткометражку — может получиться и классное кино, и катастрофическое, и никакое. Но если вам предлагают написать седьмой сезон среднего сериала, с вероятностью, зашкаливающей за сто процентов, кино получится никакое. Проверено до вас шесть раз.

Чтобы проект выстрелил, нужно работать с лучшими.

Кино — искусство коллективное. Сценарист не является самостоятельной творческой единицей. Конечный результат его работы зависит от способностей и желаний десятков других людей. Можно написать сколь угодно выдающийся сценарий, но если вы работаете в команде «середняков», ваши гениальные идеи не просто не осуществят — их даже не поймут; возможно, вы даже не сможете довести сценарий до конца. Придется бежать, а это тоже требует определенных умений (я отдельно расскажу, как на ранней стадии распознать нежизнеспособные проекты и как из них безболезненно и без потерь катапультироваться).

Мне доводилось работать с гениями режиссуры. С ними трудно. Они капризны. Они требовательны. Они сами не знают, чего хотят. Но даже если совсем ничего не получается — у них всегда есть чему научиться.

Если вы работаете с продюсером и режиссером, у которых на счету тысяча часов дневного «мыла» — вы можете быть уверены, что вместе с вами они сделают еще сто часов дневного «мыла». Они просто не умеют ничего другого. И главное — работа на таком проекте ничему вас не научит, разве что добавит еще одну ничего не значащую строку к фильмографии. Вам это нужно?

И хоть Аарон Соркин запрещал использовать две метафоры подряд, не удержусь и процитирую старый статус Виктора Топорова в фейсбуке:

«Единственная перспективная стратегия (хотя и хеджированная) — это ловля золотой рыбки. Снаряжаешь сейнер, отряжаешь целую флотилию — но ищешь все равно ее одну. А селедку не запасаешь. Селедку выбираешь из сетей и отпускаешь в море. Но если ты рассчитываешь на сверхприбыль от золотой рыбки, не пытайся выстраивать рентабельность на промышленном лове сельди — и там прогоришь, и тут».

Лучше не скажешь.

Расскажу вам для начала очень смешную историю. Флягинец возвращался с шабашки домой. Когда его остановили в десятый раз, он выбежал из машины, рухнул на колени и закричал: «Нет у меня ничего!» Гаец у него спрашивает: «Ты из какой области?» Он: «Из Вологодской». Гаец посмотрел на номера и говорит: «Врешь. 35-й регион — это Сямженская область».

Конец истории. Правда, смешно? Я ржал, как конь, когда мне ее рассказал земляк.

Ах, вы ничего не поняли? Сейчас объясню. Флягинец (производное от отчества — «Флегонтович») — это кличка одного мужичка, который, как и все мужики из моего родного поселка Сямжа, делает срубы и продает их в Москву. Возвращался с шабашки — понятно, ехал из Москвы домой. Трасса Москва — Архангельск полна гаишников («гайцов»), которые останавливают водителей на каждом шагу. Они привыкли, что у сямженских мужичков всегда есть что взять. И поскольку из трех десятков вологодских районов что-то есть только у сямженских мужичков, многие гайцы уверены, что 35-й регион — это какая-то огромная и богатая Сямженская область. Стало понятнее?

Без комментариев и объяснений эта отличная история понятна лишь жителям Сямженской области... простите, района.

Вот примерно так работает информационное поле. Чтобы рассказанная вами история была понятна слушателям, они должны находиться в одном с вами информационном поле.

В детстве, когда мы впервые читали «Евгения Онегина», приходилось узнавать из комментариев, что такое «повеса» и «почтовые», но мы даже и не предполагали, что «уважать себя заставил» означает «умер». Для взрослых, писавших комментарии, это было очевидно. А для нас, находившихся в другом информационном поле, — нет.

Информация, которая передается от одного обитателя информационного поля к другому, бывает вербальная и невербальная. «Уважать себя заставил» — это вербальная информация.

Существуют более тонкие материи, которые нельзя объяснить напрямую, но которые безошибочно «считываются» обитателями одного поля.

Например, для европейца «собака» — большое и сильное животное, которое помогает пасти овец. Для китайца — крохотное существо, которое живет на шелковой подушке. Поэтому при слове «собака» у китайца и европейца возникают перед глазами совершенно разные образы.

Есть и более масштабные примеры выпадения из информационного поля. После революции жизнь в Советском Союзе изменилась настолько, что уже через двадцать лет эмигранты и оставшиеся на родине перестали понимать друг друга.

Прежде всего, советские люди привыкли к тотальному двоемыслию, когда слова, «впрямую» означающие одно, на самом деле означали нечто совершенно иное. «Пишите правду!» — призывали писателей и журналистов, но горе тому, что осмелится принять этот призыв всерьез.

Описанное наглядно продемонстрировано в балете Шостаковича «Болт». Рабочие начинают производственную гимнастику. Голос по радио отдает команды. И лишь один рабочий их выполняет в точности. Все остальные синхронно делают какую-то другую гимнастику, совершенно не совпадающую с командами. В итоге бедняга, который делает все по инструкции, выбивается из общего рисунка и всем мешает. Они «считывают» невербальные команды, а он «не считывает», выполняя указания дословно. Гениальная метафора советской жизни!

Иногда для того, чтобы сильнее и острее ощутить подключение к своему полю, бывает полезно ненадолго от него оторваться. Именно поэтому Гоголю, Тургеневу, Достоевскому и Максиму Горькому так хорошо писалось о России за границей.

Но если отключаешься совсем, через некоторое время острота пропадает. Ты переключаешься на другое поле и перестаешь понимать тех, кто остался. Именно поэтому, как мне кажется, русская литература в эмиграции 20-го века не создала практически ничего значительного, что хорошо прочувствовал, к примеру, Иосиф Бродский. Вынужденный эмигрировать, он добился всемирной славы, получил Нобелевскую премию, однако письмо оставшемуся и прозябавшему в (относительной) безвестности Александру Кушнеру назвал «Письмом в оазис», чем немало озадачил и даже, кажется, слегка обидел последнего.

Однажды зимним вечером, когда мне было лет десять, я смотрел в бинокль на луну, как вдруг почувствовал, что нахожусь в центре огромной страны. Вокруг меня кипит жизнь — идут паровозы, плывут пароходы, летят самолеты, под землей шахтеры добывают уголь. И я, стоящий с биноклем посреди заснеженного поселка, — часть этой огромной страны. Это было очень сильное ощущение подключения к общему информационному полю.

В то время оно действительно было единым. Если в «Известиях» выходила важная статья, ее читала вся страна. Если по телевизору передавали интересный фильм, то на следующий день вся страна говорила репликами из этого фильма. Мы жили в состоянии постоянного ментального резонанса. Допускаю, что многие люди, заставшие то время, до сих пор скучают по этому состоянию.

Сейчас информационное поле разорвано. Есть люди, которые никогда не смотрят телевизор. Есть люди, которые никогда не слушают радио, не заглядывают в интернет. Все эти люди могут жить в одном доме в соседних квартирах, но при этом находиться в совершенно разных информационных полях, по сути — в разных мирах. И им приходится очень стараться, чтобы понять друг друга.

Бывает, что сценарист пишет нечто, на его взгляд, совершенно гениальное, актуальное, нужное и интересное, а на канале ему говорят — людям это неинтересно. Сценарист обижается, а зря. Людям действительно неинтересно.

Когда я начал работать в газете, мои представления о том, что интересно людям, изменилось коренным образом. А еще сильнее оно изменилось, когда я стал работать в интернет-газете и должен был ежедневно придумывать десятки заголовков к статьям. Через две-три минуты после публикации я уже видел, на какие заголовки люди чаще кликают. Мне удалось собрать весьма любопытную статистику, которая разрушает многие иллюзии о том, что в действительности интересно людям.

Когда в советское время партия отправляла писателей в колхозы и на заводы «изучать жизнь», писатели возмущались и всеми силами сопротивлялись. Они понимали, что никто и никогда не разрешит им написать правду об увиденном. Какой же смысл изучать ужасы советской действительности, если от них требуется не очерк, а сказка? А смысл был. Писатели «подключались» к общему информационному полю. Увидев своих читателей и «почувствовав» их, они начинали понимать, для кого они сочиняют свои сказки.

Подключение к информационному полю — дело тонкое. Один пожилой и очень мудрый сценарист рассказал мне, что он регулярно смотрит «Пусть говорят» на первом канале. Конечно, не для того, чтобы брать там сюжеты, — он прекрасно понимает, что над программой работают опытные сценаристы и все эти «жизненные» истории, которые там обсуждаются, по большей части придуманы. Но дело в том, что его собственная аудитория — зрители «Пусть говорят». И он должен не просто знать их, а чувствовать. Считывать.

Еще один полезный совет, который я получил от того же кинематографиста — просыпаться утром рано. Не работать ночью. Это связано не столько с функционированием организма, сколько с тем, что сценарист должен жить в одном графике с большей частью его аудитории, настраиваться на эту аудиторию, быть с ней в одном информационном поле.

Пребывание в едином информационном поле с аудиторией — необходимое, но недостаточное условие для работы сценариста (да и любого автора).

Сценарист должен знать матчасть — знать и уметь применять язык, на котором он говорит, и речь идет не об умении ставить запятые. Не могу не вспомнить историю великих сценаристов Луцика и Саморядова, которые не смогли с первого раза поступить во ВГИК, раз за разом проваливая сочинение, — однако проблемы с пунктуацией не помешали им написать выдающиеся сценарии.

Язык — не просто грамотность. Это набор художественных средств, который позволяет воздействовать на аудиторию. Язык невозможно «почувствовать», его нужно изучать и уметь применять. Например, почему в сцене обязательно должен быть конфликт? Почему в театре монолог работает хорошо, а в кино — плохо? Почему вообще сцена без диалога производит в кино более сильное впечатление, чем сцена с диалогом?

У каждого искусства свой язык и свои способы его изучения. Во времена Возрождения, если молодой человек хотел стать художником, он шел в ученики к мастеру и должен был десять лет растирать для него краски и смотреть на его работу. Изучать язык. И лишь лет через десять мастер разрешал ученику раскрасить какое-нибудь облако или крыло ангела.

Есть языки, которые можно освоить быстро. Например, язык поэзии. Все инструменты, необходимые для сочинения стихов, можно изучить за один день — в данном случае речь идет о лирической поэзии, а не об эпической, где все сложнее. Поэтому большая часть шедевров лирической поэзии написана относительно молодыми людьми — от 20 до 30 лет.

А вот чтобы научиться писать прозу, необходимо освоить более сложный язык с большим числом инструментов. Лучшие прозаические произведения написаны людьми в возрасте от 30 до 40 лет.

И, наконец, самый сложный язык — это язык драматургии (и кинодраматургии). Лучшие пьесы (и сценарии) написаны людьми старше сорока лет.

Трагично, когда сценарист пишет сценарий на языке одной аудитории, находясь в информационном поле другой. Два последних сценария Шпаликова и сценарии Кайдановского — выдающиеся работы, но снимать по ним невозможно. В то время, когда они были написаны, они не соответствовали полю. Сегодня, когда их поле совпало с полем аудитории, изменился язык.

Написать выдающееся произведение, не будучи подключенным к информационному полю своей аудитории, очень сложно. А написать нечто выдающееся, не зная языка, — невозможно.

О том, как изучать язык кинодраматургии, — в следующей главе.

В нашей киноиндустрии удивительное отношение к обучению и к людям, которые тратят время на повышение квалификации. Я бы сказал, средневековое. Если человек чему-то учится, значит он чего-то не знает. Не уверен в себе. Ненадежен. Подозрителен. Считается, что по-настоящему талантливый человек все знает априори. Родился на свет, все зная и умея. Очень часто приходится слышать или читать в интернете такие разговоры: «Зачем ходить на курсы и читать учебники? Пустая трата времени и денег. Лучше потратить время и деньги на что-нибудь полезное».

Глупость несусветная. Что может быть полезнее учебы?

К счастью, есть некоторые признаки того, что этот подход все-таки уходит в прошлое по одной просто причине — люди, которые не пренебрегают учебой, очень быстро обходят на поворотах тех своих коллег, которые пренебрегают. Как вы думаете, почему?

В обучении очень многое зависит не только от того, что именно вы изучаете, но как вы это делаете. Источник информации не просто важен — он критически важен. Представьте, что вы находитесь на вокзале и видите плакат с объявлением, что нельзя ходить по рельсам. А теперь представьте, что эту же информацию доводит до вас незнакомец, сидящий рядом. Ваша мама. Полицейский. Группа вооруженных полицейских. Одинаковой ли будет ваша реакция? Уверен, что нет.

В обучении одна и та же информация имеет разную ценность в зависимости от того, насколько мы доверяем источнику сообщения.

Давайте взглянем, какие бывают источники.

1) Интернет

Считается, что в интернете есть все. Однако научиться чему-либо лишь с помощью интернет-серфинга очень сложно. В детстве я где-то прочитал, что молекулы золота есть практически везде, даже в обычной водопроводной воде, и некоторое время носился с идеей изобрести фильтр, с помощью которого можно было бы добывать золото из крана, фильтруя воду. Конечно, это возможно сделать. Но для того, чтобы добыть грамм золота, пришлось бы потратить на фильтрацию воды сумму, эквивалентную нескольким килограммам золота, так что овчинка не стоит выделки.

Так и с интернетом. Вы действительно можете найти там ценную информацию, но потратите на это столько времени и сил, что принесете себе этим больше вреда, чем пользы.

К сожалению, в российском сегменте сети практически нет блогов и сайтов о сценарном мастерстве, которые были бы достойны регулярного внимания (пожалуй, в голову приходит только kinshik.ru). Но есть несколько сообществ, куда имеет смысл время от времени заглядывать, правда, нужно знать, что и где искать. Если вы умеете фильтровать информацию и извлекать из потоков пустословия несколько по-настоящему ценных молекул — имеет смысл сохранить в «избранном» сайт «Сценарист.ру» и группу в фейсбуке «Сценарный цех». Только не ввязывайтесь в бесконечные перепалки, которые вспыхивают там по любому поводу.

2) Книги

Вчера прочитал в одной книге рассказ, как одна женщина в течение года читала по одной книге в неделю и в конце года сама написала об этом книгу. Тоже мне подвиг! Начиная примерно с десяти лет, то есть уже тридцать лет, я читаю в среднем одну книгу в день.

Говорят, у богатых людей большие библиотеки, у бедных — большие телевизоры. Так и есть. Причем сейчас скажу вещь, которая может показаться вам странной, но она действительно работает: бумажные книги воздействуют на читателя сильнее, чем электронные.

Дело здесь не в том, что книги пахнут типографской краской, что их приятно держать в руках, что от них исходит аура и прочее столоверчение. Просто электронная книга, да еще скачанная бесплатно и сохраненная в папке «Скачано», вас ни к чему не обязывает. А бумажная книга, купленная за деньги и стоящая на полке, — обязывает и еще как. Бумажная книга — это полицейский. А электронная — плакат на стене.

Все успешные авторы предпочитали бумажные книги электронным: Шекспир, Пушкин, Толстой...

Конечно, у меня есть букридер, и я его регулярно использую. А еще у меня есть постоянно обновляемая папка с книгами на телефоне, планшете, ноутбуке и на стационарном компьютере. То есть на любом девайсе, с которым я имею дело, есть какая-то книга, которую я могу прочитать, если у меня выдастся свободная минутка. Тем не менее, я не вылезаю из книжных магазинов, а курьер из «Озона», кажется, уже прикупил квартирку поближе к нашему дому — так часто он у нас бывает.

Примерно треть моей библиотеки — это сценарии и книги по сценаристике. У меня есть, наверное, все, что издано по этой теме на русском языке и все основные книги на английском.

Конечно, от получения информации из книг до прокрастинации — один шаг. Иной раз я ловлю себя на том, что хочу почитать вместо того, чтобы поработать. Но лучше выбирать между работой и чтением, чем между работой и пустым трепом.

3) Аудиолекции и аудиокниги

Отличный способ потратить с толком время, которое приходится отдавать всяким скучным занятиям типа уборки или укачивания ребенка. Любопытно, что информация, которую мы получаем через аудио, усваивается лучше, чем если мы получаем ее, прочитав текст глазами. Особенно это касается книг, которые требуют немедленного применения, — бизнес-книги, учебники.

4) Семинары и тренинги

Дают не только знания и навыки, но и так называемый «волшебный пендель» — мотивационный толчок. Давно замечено — у людей, которые регулярно посещают семинары и тренинги, больше заказов, а гонорары выше, чем у тех, кто их не посещает. Примерно на 42 процента (Леша Ходорыч, привет!).

5) Киношколы

Удивительно, но до сих пор в профессиональной среде есть люди, которые спорят о том, нужны киношколы или нет. И в любом разговоре как знаменем размахивают Квентином Тарантино, который «не ходил в киношколу, но ходил в кино». Конечно, нетрудно догадаться, что против киношкол выступают те, кто их не заканчивал (и среди них нет ни одного Тарантино).

Я сам учился во ВГИКе (и еще заочно — в американском университете UCLA). И считаю, что профессионал кино обязательно должен закончить киношколу. Регулярное, систематическое образование дает огромное преимущество. Постоянное общение с мастером и коллегами на протяжении нескольких лет полностью меняет мировоззрение человека.

Представьте, что вы приходите на прием к врачу, а он говорит: дружище, я не учился в медицинском училище, потому что считаю это пустой тратой времени и денег. Зато я видел сериал «Доктор Хаус», прочитал пару книг и один раз видел, как делают операцию. Думаю, я справлюсь. Согласились бы вы лечь под нож такого доктора?

Еще кое-что, о чем редко говорят. Помимо знаний, навыков и полезных знакомств, киношкола дает выпускникам нечто очень ценное: ощущение собственной правоты. Ощущение, что ты имеешь право заниматься тем, чем занимаешься. Это очень важно: разрешить себе делать то, что хочется делать. Дать себе это право.

И конечно, если ты закончил киношколу, никто никогда не скажет: «Откуда он взялся? Кто он такой? Кто дал ему право заниматься тем, чем он занимается?» Один такой отзыв легко может уничтожить юное, неокрепшее дарование.

Но самое главное, что дает киношкола, — это контроль за выполнением заданий. Книга не укажет на ошибки в вашем сценарии. А в киношколе, даже если мастер отвлечется и проглядит у вас ошибку, — на нее укажут другие ученики. Хотите ли вы или не хотите — вас приучат к регулярной работе и допинают до результата.

Я уверен в том, что нельзя стать сценаристом номер один, не закончив киношколу.

6) Коллеги

Быстрее всего человек учится, когда немедленно применяет все полученные навыки. За три первых месяца на съемочной площадке я узнал больше, чем за предыдущие три года.

Но, когда через несколько лет я встретил ребят, с которыми работал на том проекте, то увидел, что они ничуть не изменились — делали все тот же сериал, используя те же художественные средства. Освоив за три месяца все, что нужно для работы, они остановились. Никто из них не имеет никаких других профессиональных перспектив, кроме одной — продолжать работать на этом сериале до тех пор, пока его не закроют. Работая, вы можете научиться у коллег чему-то очень быстро, но есть риск погрязнуть в рутине и остановиться в развитии.

7) Наставник

Когда я был школьником, то очень увлекался музыкой. Однажды я шел в магазин за хлебом и увидел афишу — «Сергей Сам (Санкт-Петербург) исполняет песни Александра Башлачева». Кто такой Сергей Сам, я не знал, но что такое для нашего поколения Башлачев — объяснять не надо. Естественно, вечером я отправился в клуб, купил билет и оказался... единственным зрителем в зале. На сцене горела свеча и сидел лохматый человек с гитарой. Так мы познакомились с Сергеем Титовым из Череповца (Сам — это был псевдоним, а Петербург — просто это выглядело на афише солиднее, чем Череповец).

Оказалось, он приехал в наш поселок погостить к приятелю. У жены приятеля была лучшая в мире работа — она должна была от комитета комсомола отсматривать видеофильмы, чтобы разрешить крутить их в местном видеопрокате. Вот мы и отсматривали все вместе — каждый вечер по два фильма. Так я впервые увидел «Звездные войны», «Живых мертвецов», «Унесенных ветром» и «Человека дождя». Еще мы слушали «Дорз» и читали вслух «Москва-Петушки», только что опубликованную в журнале «Трезвость и культура». Однажды Сергей дал мне тетрадь со стихами Бродского. Я воспринимал Сергея как наставника, учителя.

Осенью жену приятеля уволили, и вся компания уехала обратно в Череповец. Вечерами я ходил мимо их дома и смотрел на черные окна. Однажды не выдержал и залез в пустой дом через окно в туалете. Сидел на полу в комнате, курил, вспоминал, как мы были здесь счастливы, и совершенно не понимал, как буду жить дальше без моих друзей.

Это была моя первая встреча с первым наставником. Потом были другие.

Были газетные редакторы: Роман Романенко, который научил меня никогда не срывать дедлайны, и Владимир Панцырев, рассказавший, что плохой блокнот всегда лучше хорошей памяти, Алена Владимирская, которая выучила меня открывать ногой двери, в которые я боялся постучать, драматург Николай Владимирович Коляда, научивший писать о том, что по-настоящему волнует. И наконец, был Александр Эммануилович Бородянский, который научил тому, что в кино всегда должно быть интересно, что случится дальше. Был Ариф Алиев, который объяснил, как взаимодействовать с целью героя.

И, конечно, были Аарон Соркин, Винс Гиллиган, Дэвиды Милч и Саймон. И еще — Достоевский, Чехов и Пушкин. Леонардо, Роберт Макки, Фрэнк Керн, Тинторетто, Эйзенштейн, Дэн Кеннеди, Ли Якокка, Питер Брук, Август Сильный, Эдисон, Борис Гребенщиков, Андрей Парабеллум...

Я всегда нахожусь в поисках учителя.

Каждого встреченного мной человека я спрашиваю — чему ты можешь меня научить?

Как это работает? Вижу человека, на которого хочу быть похожим. Смотрю на него. Изучаю. Пытаюсь понять, что именно сделало его таким, что я хочу быть на него похожим. А затем спрашиваю себя — что я могу сделать для того, чтобы стать на него похожим.

В детстве я был фанатом Бориса Гребенщикова. Спрашивал себя — как мне стать как он? Первое, что бросалось в глаза в Гребенщикове, — он курил папиросы, ходил в тельняшке и носил длинные волосы, забранные в хвост. А еще перстни на пальцах. Я начал курить папиросы, раздобыл тельняшку, отрастил длинные волосы и стал носить перстни. Затем узнал, что Гребенщиков знает английский и любит Толкиена. Я начал изучать английский и раздобыл «Властелина колец» (в то время его только издали, причем издавали как-то рывками — сначала первый том, потом в другом издательстве вышли первые два тома и, наконец, все три тома целиком). Потом был перенят интерес к буддизму, фольклору и средневековой музыке.

Со временем кое-что отпало — например, я бросил курить. Постригся. Снял тельняшку и (аллилуйя!) перстни. Отпало второстепенное. А главное осталось — английский, буддизм и почтительное отношение к фольклору.

На первый взгляд кажется, что глупо перенимать мелочи типа тельняшки и перстней, и все же в этом есть смысл. Античные школьники всегда начинали с того, что копировали учителя — его внешность, походку, манеру речи. Все это позволяет влезть в шкуру человека, почувствовать его, понять, как он думает. Пятиминутный разговор о погоде с умным человеком даст вам больше, чем двухчасовая беседа о смысле жизни с придурком.

Даже сейчас, если встречаю человека, на которого мне хочется быть похожим, ловлю себя на том, что начинаю употреблять его любимые словечки, копировать его речь. Это самый простой способ «настроиться» на человека. (Кстати, восклицание «аллилуйя!» я подцепил от Николая Дыбовского, удивительного автора удивительных компьютерных игр).

И еще кое-что. Очень часто говорят, что нужно учиться не у теоретиков, а у практиков.

Это не совсем верно.

Учиться лучше всего у тех, у кого есть талант учителя.

Лучшие учителя — не те, кто достигает больших высот в своем деле: высот достигают их ученики. Дело в том, что навык творчества и навык обучения — это противоположные навыки, уничтожающие друг друга; так Станиславский перестал быть великим актером и режиссером, став великим преподавателем. Есть некоторые исторические данные о том, что великий Шекспир был плохим преподавателем. Плохо учил Гоголь. Козинцев был великим преподавателем, но только не тогда, когда снимал. Арабов в одном из интервью сказал, что не может писать зимой, пока идут занятия у студентов. Или преподавание — или творчество.

На днях читал забавное обсуждение в интернете. Девушка спрашивала: «У кого из современных сценаристов вы бы поучились и благодаря какому именно сценарию?» Какая нелепая постановка вопроса! Как может написанный сценарий характеризовать педагогический талант человека? Если уж выбирать преподавателя за «что-то», то это «что-то» должны быть его успешные ученики. Они — главный критерий. Не послужной список.

Теперь давайте выберем, какой из способов получения новой информации для вас удобнее всего. Выбрали? Подчеркните. А теперь внимание: мне глубоко наплевать, что именно вы подчеркнули.

Для того чтобы стать сценаристом номер один, нужно использовать все способы получения новой информации. Все.

Запомните этот подход и применяйте его в любом деле. Если у вас есть проблема, которую вы должны решить, не ищите одно-единственное решение, — ищите десять решений. Сто. Запускайте все эти сто решений сразу. Наваливайтесь толпой. Какие-то решения окажутся более эффективными, какие-то менее. И лишь одно действие действительно решит проблему. Но для того, чтобы найти это действие, нам нужно перепробовать сто других.

Так же и с образованием — человеку нужно лишь одно яблоко, чтобы открыть закон притяжения. Но чтобы найти нужное яблоко, нужно съесть вагон яблок. Не теряйте время, начинайте прямо сейчас.

Яблоки полезны. В них есть витамины и железо.

Полагаю, именно сейчас уместно сделать небольшое лирическое отступление и рассказать о моей сценарной мастерской. Мастерской на днях исполнилось шесть лет. В ноябре 2008 года, когда все вокруг рушилось и взрывалось, а доллар стремительно рвался к психологически важной величине в 30 рублей за единицу, я решил объявить личную войну упадническим настроениям в Живом Журнале (да, тогда ведь еще все там обитали, фейсбука-то не было!) и устроил открытый мастер-класс по сценаристике. За сутки записалось полторы тысячи человек, которые следующие семь месяцев честно читали лекции, которые я выкладывал два раза в неделю, и выполняли задания. В итоге все это превратилось в книгу «Букварь сценариста». Потом были открытые мастер-классы в Доме ветеранов кино и Доме кино. Алиев, Агишев, Бородянский, Володарский, Инин — все лучшие сценаристы участвовали в наших мероприятиях. Тогда же была запущена первая мастерская; конкурс был — семь человек на место. Из этой мастерской вышли Олжас Жанайдаров, Женя Колядинцев, Володя Батрамеев. Потом были три года фестиваля «Кино без пленки», который наша мастерская проводила в «Театре.doc». Там впервые были показаны «Я не вернусь» Ярославы Пулинович и «Спитак» Марины Сочинской.

В ноябре 2014 года начала работу моя сценарная онлайн-мастерская. Наша задача — практическое обучение сценарному мастерству.

Кто участники? Прежде всего — взрослые, состоявшиеся и уверенные в себе люди, которые почувствовали, что занимаются не своим делом и хотят попробовать что-то другое.

На мой взгляд, 25–30 лет — лучший возраст для того, чтобы освоить творческую профессию, стать писателем, сценаристом или режиссером. К этому возрасту у вас есть жизненный опыт, четкое понимание собственных приоритетов и способность к упорному труду для достижения цели. Но есть одна проблема: к этому возрасту вы уже связаны многочисленными обязательствами перед другими людьми, семьей, коллегами и самим собой. Где взять два-три свободных года, чтобы снова сесть за парту и освоить новую профессию? А если еще при этом вы живете не в Москве?

Сегодня нам доступны практически любые научные знания. В интернете можно без труда найти лекции лучших преподавателей, прочитать рефераты и диссертации на любые темы. Однако просмотр лекций на youtube еще никого не сделал профессионалом в какой бы то ни было области. Важно систематическое освоение знаний и навыков с постоянным контролем и закреплением пройденного материала, а также практическое применение этих навыков под присмотром опытного наставника. Именно это и даст своим участникам наша мастерская.

Чем мы отличаемся от других киношкол?

1) Практика

Этот критерий я поставил на первое место. Очень важно ориентироваться на обучение профессионалов, которые будут работать в индустрии. Не кинозрителей, не людей, которые могут со знанием дела говорить о кино, а специалистов, которые станут это кино делать.

2) Доступность

Вся работа мастерской проходит онлайн, любые материалы и задания доступны участникам в любое время. Занятия проходят по индивидуальному графику, который участники выбирают для себя сами.

3) Качество

У нас установлены четкие стандарты и налажен постоянный контроль качества.

4) Экономия

Отсутствие затрат на аренду помещений позволило сделать цены намного (в разы) ниже, чем в других киношколах.

«Твоим ученикам везет», — сказала моя жена, когда очередной мой выпускник выиграл очередной престижный сценарный конкурс. Я сначала посмеялся, а потом понял, что мудрая женщина, как обычно, права. Мои ученики всегда оказываются в нужное время в нужном месте и делают то, что нужно. И не потому, что я их туда направил и сказал, что делать, а потому, что дал им систему, которая помогает всегда оказываться в нужное время в нужном месте.

(На самом деле секрет состоит в том, что всем выпускникам я шепчу на ухо заклинание, которое прибавляет 10% таланта, 10% скорости и 10% выносливости).

Вопрос: Как проходят занятия в мастерской?

Ответ: Все занятия проходят онлайн. Раз в неделю выкладывается новый подкаст с теорией и практическое задание. Поскольку все работают с разной скоростью, каждый ученик выполняет задание в удобное для него время. Ученики читают и обсуждают работы коллег. Затем мастер дает свои комментарии.

Вопрос: Я могу быть уверен, что мои работы будет читать именно Александр Молчанов?

Ответ: Да.

Вопрос: Выдаете ли вы выпускникам какой-то документ, что они закончили вашу мастерскую?

Ответ: Да, красивый сертификат с печатью, который вы сможете повесить на стену или показать работодателю.

Вопрос: На какой срок рассчитаны курсы?

Ответ: В сценарной мастерской четыре блока по три месяца — короткий метр, сериал, полный метр и блок, в котором сценаристы будут учиться продавать свои сценарии. После годового курса человек должен уметь практически все, что нужно для работы в нашей индустрии.

Вопрос: Кого вы набираете — начинающих или уже практикующих (продолжающих) специалистов?

Ответ: Начинающих. Наша мастерская — это скорее ПТУ, а не ВУЗ, здесь вы осваиваете ремесло. Однако у уже работающих сценаристов тоже есть потребность в повышении квалификации. Например, человек пишет для дневного эфира, а хочет писать для прайма: для таких авторов у меня есть индивидуальная программа, сейчас двое по ней занимаются. Это занятия один на один, по персональной программе.

Вопрос: Помогаете ли вы в трудоустройстве своим ученикам?

Ответ: Я дружу со многими продюсерами, редакторами и режиссерами и мне часто звонят с просьбой порекомендовать сценариста. Такие рекомендации даю редко и каждую очень тщательно взвешиваю, ведь если я порекомендую не того человека, в следующий раз к моим рекомендациям не прислушаются. Разумеется, я продвигаю своих учеников, но, конечно, не всех, только самых лучших. Не хочу хвастаться, но, кажется, это работает — у некоторых выпускников моих предыдущих мастерских уже вполне приличные фильмографии.

Вопрос: Смогу ли я работать сценаристом после вашей мастерской?

Ответ: Если вы талантливы, трудолюбивы и добросовестны, если будете выполнять все задания, прислушиваться к рекомендациям мастера и применять их в своей работе — то сможете.

Вопрос: Можно ли присоединиться к курсу, который уже идет?

Ответ: Нет.

Вопрос: Как поступить в мастерскую?

Ответ: Подайте заявку на сайте kinshik.ru. Или просто напишите на адрес amolchanov@yandex.ru.

Если вы слишком круты (или слишком застенчивы), чтобы садиться на парту, пусть даже и виртуальную, мне все равно есть что вам предложить. Я готов обучать лично вас по разработанной специально для вас программе.

Если вы новичок — вместе со мной вы очень быстро освоите все необходимые для сценарной работы навыки. Если вы уже работаете в индустрии — я помогу вам значительно повысить ваш уровень.

Вот примеры ситуаций, с которыми мне приходилось иметь дело, и результаты, которых мы добились:

• сценаристка никак не могла довести до конца сценарий, над которым мучительно работала в течение семи месяцев: через два месяца совместной работы сценарий закончен и запущен в производство;

• автор детективных романов давно и безуспешно пытался переквалифицироваться в сценаристы, но никак не мог продвинуться дальше дневного «мыла»: получен (и уже выполнен!) заказ на 8-серийный сериал для прайм-тайма;

• редактор получил назначение на высокую должность в одной из крупных кинокомпаний, но не был уверен, что справится с новыми обязанностями: стресс «первых ста дней» успешно преодолен, редактор обрел уверенность в себе и авторитет в глазах коллег.

Среди авторов, с которыми я работаю, есть довольно высокопоставленные сотрудники кинокомпаний и телеканалов, у которых просто нет времени и возможности отправиться на два года в киношколу.

Поэтому, наряду с творческим коучингом, мне приходится, по сути, стать для человека персональной киношколой.

Так уж получилось, что в нашей среде существует настороженное отношение к разного рода «гуру». Когда человек обращается за помощью к специалисту, это считается проявлением слабости. Глупость, конечно, но пытаться противостоять давлению общества бесполезно, как говорил Жванецкий, «людей не переубедишь». Поэтому все, что происходит между автором и мастером, полностью конфиденциально. Если вы захотите сохранить в тайне наше общение — оно останется в тайне.

Встречи с мастером проходят онлайн, по скайпу, обычно раз в неделю в удобное для вас время. Сразу оговорюсь, входные условия различаются: у разных людей разный опыт, разная скорость и разные условия. К сожалению, я не могу взять всех, а одновременно могу вести не более трех человек. Может оказаться так, что придется подождать своей очереди — несколько недель или месяцев.

Чтобы узнать, нужен ли вам персональный творческий коучинг, ответьте на следующие вопросы. Только честно!

1) Есть коллеги, которым вы завидуете?

2) Вы ненавидите вносить правки в свой текст?

3) Вам не хватает денег, которые вы зарабатываете?

4) Вы с отвращением садитесь за работу?

5) Вы не знаете, о чем будет следующая написанная вами сцена?

7) Вам не хватает выходных, чтобы восстановиться?

3) Вы плохо спите?

9) Вы постоянно думаете о своих проблемах?

10) По утрам вы подолгу не можете начать работу?

11) Вы отвлекаетесь во время работы?

12) Вы нерегулярно питаетесь?

13) У вас нет установленного распорядка дня, или он есть, но никогда не соблюдается?

14) Бывают дни, когда вы не выходите на улицу?

15) Бывают недели, когда вы ни разу не берете в руки книгу?

16) Вы больше года не были в отпуске?

17) Вы боитесь телефонных звонков?

18) Вы боитесь проверять электронную почту?

19) Вы часто ссоритесь с вашими домашними?

20) Вы недовольны собой?

Если вы ответили «да» на шесть из двадцати вопросов — Хьюстон, у нас проблема! Напишите мне на amolchanov@yandex.ru, и мы договоримся о первой (бесплатной!) консультации.

На этом лирическое отступление прошу считать законченным. В следующей главе я расскажу вам, как выбирать друзей.

Каждый человек является членом какого-то комьюнити — группы людей, объединенных общей целью, регулярно встречающихся и общающихся. Это может быть школьный класс, сценарная мастерская, спортивная секция, клуб по интересам, религиозное объединение и так далее. Можно стать добровольным участником комьюнити, а можно оказаться таковым по принуждению: подобным образом в советское время людей силком загоняли во всевозможные идеологические организации.

Нужно ли говорить о том, насколько сильно комьюнити влияет на человека?

Сколько мы видели историй: был отличный парень, попал в секту, стал зомби. Была умная девчонка, попала в компанию наркоманов, стала шлюхой, готовой на все за очередную дозу.

И наоборот — был наркоман, его брат вернулся из армии, затащил непутевого в спортивную секцию — теперь тот бьет рекорд за рекордом, открыл магазин спорттоваров, женился, купил квартиру.

Комьюнити может быть виртуальным. Пребывание в сообществе на форуме или в социальной сети воздействует на человека точно так же, как пребывание в реальном сообществе, и от выбора этого сообщества во многом зависит творческое развитие человека. Очень важно не ошибиться с выбором комьюнити и уметь с ним взаимодействовать.

Прежде всего, у комьюнити должен быть руководитель. Демократия не работает нигде и никогда, и в интернете эта нехитрая истина очевидна как нигде. От руководителя зависит все, идет ли речь о литературном кружке, компании или государстве.

Это должен быть человек авторитетный, дипломатичный и точно знающий, чего он хочет для участников сообщества. Если речь идет о литературном или киносообществе — здесь совершенно неважен послужной список, фильмография, толстая стопка опубликованных книг. Много раз приходилось видеть, когда менее маститого человека заменяли на руководящей должности более маститым, и все шло вкривь и вкось.

Гибкость и дипломатичность необходимы, чтобы разруливать конфликты, которые неизбежно возникают между участниками.

Но главное — руководитель должен четко понимать, где сейчас находится его группа и куда он хочет ее привести. Видеть цель, знать, каковы средства ее достижения, и быть способным эти средства применять.

Бесцельное руководство, руководство ради руководства — всегда безрезультатно.

Теперь давайте сравним два сообщества, а вы подумайте, участником какого вы хотели бы быть.

Литературный сайт. Большинство участников непрофессиональные писатели. Уровень очень разный. Есть люди, которые пишут действительно хорошо. Есть такие, что приходят подурачиться, любят провокации, то объявляют о своей смерти в авиакатастрофе, то затевают кампанию по переписыванию школьных учебников. Есть свои критики, которые внимательно, текст за текстом, читают новые поступления и дают развернутые рецензии. Этих оценок побаиваются, потому как приговоры бывают убийственные. Но у каждого автора есть второй шанс — если следующий текст будет хорош, и рецензия будет положительной. Есть свои звезды — авторы, каждого следующего текста которых ждут. Время от времени устраиваются конкурсы. Любой желающий может объявить конкурс, учредив свой приз и собрав жюри. Атмосфера рабочая, доброжелательная. В результате время от времени некоторым авторам удается взлететь из комьюнити в «большую литературу» — опубликовать рассказ, книгу, написать пьесу, которая поставлена в театре.

Другой литературный сайт. Большинство участников — отъявленные графоманы. Качество текстов ниже плинтуса. Качество дискуссий еще ниже. Либо сиропные похвалы с непременным присовокуплением «а теперь почитайте (и так же похвалите) мое», либо площадная брань. В топах — совершенное непонятно что, тексты, вызывающие изумление. «Звезды» есть, но только локального масштаба, рассматривать их вне контекста сайта смехотворно. Атмосфера нервозная, любой собеседник заводится с полоборота. Мало-мальски удачный текст топчут всем сайтом. Если не к чему придраться — придираются к «моральной стороне». Результат — ни один из авторов за десять лет не покинул сцены комьюнити. Ни одному не удалось издать книгу или напечатать рассказ.

Какой сайт вы бы выбрали? Наверное, первый, верно? Так вот это один и тот же сайт, до и после ухода харизматичного и опытного главного редактора.

В первом случае сайт был оазисом, где авторы расцветали. Во втором — силосной ямой, в которой они медленно гнили, превращаясь в силос, гумус, навоз.

Чтобы добиться успеха, нужно держаться подальше от силосных ям и передвигаться от оазиса к оазису.

Как отличить силосную яму от оазиса? Бывает, человек гниет в силосной яме, а уверен, что цветет в оазисе.

Есть три характерных признака.

Казалось бы, и там и там происходит одно и то же — люди рассказывают истории и оценивают их, давая друг другу советы. Но в оазисе советы даются с целью действительно помочь товарищу.

В силосной яме советы даются с целью повысить статус советчика и понизить статус его собеседника. Особенно злобные рецензии пишутся на действительно яркие тексты. Собеседник это, естественно, чувствует и начинает защищаться, вместо того чтобы прислушаться к совету. Начинается цепная реакция негатива.

То же самое происходит с положительными рецензиями. Человек видит, что его собеседник не опасен, он пишет (занимается спортом, бизнесом) плохо. Значит, его можно поддержать, поощрить. И пишется сиропная, бессодержательная рецензия, состоящая из сплошных поглаживаний, но совершенно бесполезная для адресата. Он как бы «засыпает» под эту рецензию, она его успокаивает, убаюкивает.

Неизвестно еще, что вреднее, — получить негативную рецензию на хороший текст или позитивную на плохой.

Еще один признак силосной ямы — злословие по поводу успешных проектов в области, и пространные объяснения, почему проделанный авторами этих проектов путь плох и почему мы этим путем не пойдем. «Читали новую книгу Такого-то, изданную миллионным тиражом? Чудовищно!» «Видели новый фильм Такого-то? Кошмар!» «Такой-то получил премию! Позор!» И так далее.

Вообще, злословие по поводу коллег — всегда признак человека, от которого нужно держаться подальше. Если я вижу того, кто неспособен искренне восторгаться работой коллеги, я никогда не имею с ним дело.

Есть еще один верный признак, отличающий оазис от силосной ямы: наличие подтвержденных историй успеха. Если это литературное комьюнити — опубликованные книги его авторов. Спортивное — спортивные победы. Бизнес — успешные компании участников. Если это есть — вероятно, вы имеете дело с оазисом. Нет — это силосная яма, держитесь от нее подальше.

Казалось бы, если силосные ямы так вредны и есть способ их определять — может быть, таковые просто закрывать? Ни в коем случае! Силосные ямы очень полезны: они очищают поле, собирая с него всех слабых участников. Пусть сидят себе в ямах, не мешая вам цвести в ваших оазисах.

В следующей главе я расскажу, где и как находить оазисы.

Невозможно преуспеть в киноиндустрии, не имея знакомств. Большая часть заказов, если не все, расходятся по знакомым. Самое страшное ругательство, которое можно услышать по поводу персонала, звучит так: «Наберут по объявлению!» При этом сценаристы никогда не были чемпионами мира по дружелюбию. Неудивительно, что у большинства из них карьера идет ни шатко, ни валко.

У западных тренеров успеха есть хорошая методика определения дохода человека — нужно подсчитать средний доход пяти человек, с которыми он больше всего общается. Рекомендую пустить ее в дело — прикиньте, сколько зарабатывают пять человек, с которыми вы общаетесь больше всего. А теперь скажите себе — я никогда не буду зарабатывать больше, чем они.

Чтобы закрепить эффект, посмотрите, насколько пять ваших ближайших друзей продуктивны. Если это сценаристы — как много и насколько хорошо они пишут (снимают, рисуют, играют в театре).

Ваша продуктивность напрямую зависит от продуктивности вашего окружения.

Чтобы позволить себе выбирать окружение, нужно иметь из кого выбирать. Нужно уметь превращать незнакомых людей в знакомых, а знакомых — в друзей.

Давайте поговорим о том, как это сделать. Никаких секретов, тайных методик, волшебных таблеток тут нет. Все методы известны давно, проверены и перепроверены. Главные принципы сформулировал Дейл Карнеги почти сто лет назад, но я вам их дам в пересказе одного очень популярного киногероя. Интересно, узнаете ли вы его.

«Так, правило первое — запоминай, повторять не стану. Затверди как строевой устав. Разговаривая с людьми, всегда улыбайся. Понял? Люди это любят. Оперативник, который не умеет влезть в душу к свидетелю, зря получает рабочую карточку. Запомнил? Правило второе — будь к человеку внимательным и старайся подвинуть к разговору о нем самом. А как это сделать?.. А вот для этого существует третье правило. Найди тему, которая ему интересна. Правило четвертое — проявляй к человеку искренний интерес. Вникни в него, разузнай, чем он живет. Это, конечно, трудно. В общем, попотеть придется. Но зато, если ты это сможешь, он тебе все расскажет».

В фильме на этом разговор заканчивается и еще два правила остаются неозвученными. А в книге они есть:

«Нас перебило тогда что-то. Но сейчас я закончу: вот тебе еще два правила Глеба Жеглова, запомни их — никогда не будешь сам себе дураком казаться!.. Первое: даже «здравствуй» можно сказать так, чтобы смертельно оскорбить человека. И второе: даже «сволочь» можно сказать так, что человек растает от удовольствия».

Наша киноиндустрия устроена очень своеобразно: здесь очень большая текучка внутри индустрии, но приток свежей крови очень небольшой. В эту сферу очень трудно войти, но еще труднее выбраться, войдя. При этом внутри люди совершают совершенно головокружительные перемещения: человек вчера таскал осветительные приборы, завтра он станет директором телеканала, а послезавтра примется снимать авторское кино для фестивалей.

Эта особенность имеет два важных последствия. Во-первых, никогда не знаешь, кто может быть полезен завтра, что заставляет к каждому встреченному относиться внимательнее — вдруг именно от него завтра будет зависеть твоя карьера.

Второе последствие: никогда не знаешь, от кого ты будешь зависеть завтра. И это заставляет к каждому встреченному относиться внимательнее — вдруг именно от него завтра будет зависеть твоя карьера.

Творческому человеку сложно обходиться без врагов. Огромные амбиции в сочетании с весьма скромными возможностями (а у сценаристов — еще и стресс от постоянного давления) — хорошая почва для конфликтов. Нужно учиться гасить конфликты. Если даже вы знаете, что человек плохо к вам относится и за глаза говорит о вас гадости, — нельзя превращать скрытую недоброжелательность в открытую вражду. Худой мир всегда лучше доброй ссоры. Скрытый недоброжелатель поостережется делать вам гадости. Открытый враг будет обязан их вам делать. Он, может быть, и не хочет, но его окружение будет ждать от него соответствующего поведения по отношению к вам, будет подзуживать: «Неужели ты ему это спустишь? Добей его».

Очень часто бывает так, что незнакомый человек проявляет к вам враждебность. Например, кто-то сильно завидует вашему успеху и пишет про вас гадости в интернете. Если человек работает в вашей индустрии и, теоретически, вы можете с ним встретиться, нужно постараться превратить его в друга. Самый простой и действенный способ — попросите этого человека о помощи, никак не комментируя гадости, которые он про вас писал.

Однако нужно четко понимать, что есть люди, которые никогда ничего не производят, кроме негатива в сетях, таких нужно игнорировать. Какие бы гадости они про вас ни говорили, в ответ они должны получать полный игнор. Фейсбук в этом плане хорош тем, что человека можно забанить, сделав так, что ни он вас не будет видеть, ни вы его. Когда я вижу, что кто-то дважды написал негативный комментарий к моим статусам, — я этого человека баню. Я использую это как методологию, железное правило. Второй негативный комментарий подряд — не нужно думать, что делать дальше. Человек просто перестает видеть мои статусы, а я перестаю видеть его реакцию на них. Никакой рефлексии по этому поводу, никаких угрызений совести. В конце концов у фейсбука лимит в пять тысяч друзей, я его давно достиг и у меня еще пять тысяч стоят в очереди. Место забаненного мгновенно занимает кто-то из очереди.

Чтобы иметь возможность в любой момент отказаться от общения с неприятным человеком, нужно уметь генерить новые знакомства. В сети это сделать проще всего — нужно лишь быть интересным людям, заниматься интересным делом и интересно об этом писать. Правда, есть один важный нюанс, сейчас попробую его сформулировать.

Знакомства в соцсетях не очень качественные и редко перерастают в деловые отношения. Это проверено неоднократно — если общение с человеком проходит только через социальные сети, оно редко переходит в плодотворное сотрудничество. Обязательно должно быть оффлайновое подкрепление знакомства, развиртуализация. А лучше — если вас знакомит кто-то третий. Не знаю, с чем это связано, — возможно, с тем, что люди считают сетевые знакомства чем-то ненастоящим. Но факт остается фактом — сетевые знакомства редко перерастают в реальные проекты.

Поэтому когда вы находитесь оффлайн, нужно стараться использовать каждый новый контакт, чтобы завести новое знакомство. Таксисты, дантисты, сосед в самолете, в очереди, в лифте — все это люди, с которыми можно и нужно знакомиться.

Есть множество методик, как это сделать. Карнеги считал, что нужно говорить людям комплименты. Я считаю, что есть более действенный способ.

Задавайте людям вопросы.

Начинайте разговор с вопроса. Это может быть вопрос о погоде или о том, на какой этаж человек едет. Вопрос заставляет человека вступить в диалог, что-то вам ответить. Начав говорить, человек начнет выдавать вам информацию о себе (голос, говор, интонация, настроение). И тогда вы задаете следующий вопрос, отталкиваясь от информации, полученной из его ответа на первый вопрос. Затем — следующий. Попробуйте задать человеку десять вопросов, и вы удивитесь, как быстро он станет нашим другом.

Знакомства нужно систематизировать. Не призываю завести картотеку и поздравлять каждого с днем рождения. Фейсбук присылает уведомления о днях рождения. Каждый день 15–20 моих друзей — именинники. Если бы я поздравлял каждого, тратил бы на это все свое время.

Но нужно иметь возможность выйти с человеком на связь. Нужно сохранять контакты.

Самое лучшее — всеми возможными способами.

Визитница. Нужно ее иметь. Можно, конечно, хранить визитки россыпью на дне сумки. Но лучше разложить их по темам в визитнице, чтобы при необходимости найти нужные. Я храню все визитки, полученные за последние пятнадцать лет. Там есть визитки руководителей телеканалов, режиссеров, продюсеров, а есть, например, визитка директора Новороссийского морского торгового порта — не спрашивайте, при каких обстоятельствах он мне ее вручил. Совершенно не представляю, что должно случиться, чтобы я ему позвонил, разве что когда-нибудь у меня будет корабль и мне нужно будет пришвартоваться в Новороссийске. Визитка лежит, кушать не просит.

Адресная книга в электронной почте. Я консервативен, уже пятнадцать лет пользуюсь почтой на Яндексе, пережил все их редизайны, ни с одним не смирился, и только одно нововведение за все годы могу одобрить безусловно — то, что теперь каждый адрес, с которого я получаю письмо или на который пишу сам, сохраняется автоматически. Это очень ценное свойство электронной почты.

Телефон. Большая часть моих контактов сохранена в телефоне. Пару лет назад я купил новый смартфон и перенес в него контакты со старого телефона; получилось как-то криво, в каждой записи сохранилось только несколько букв. Например, теперь у меня семь абонентов «Светлана» и пойди пойми, кто из них «Светлана бухгалтер» и кто «Светлана агент».

Но по мере того, как Светланы звонят мне по делам и я по контексту разговора понимаю, кто из них есть кто, я потихоньку дополняю информацию о контактах — надеюсь, так постепенно восстановится вся база.

Еще у меня есть черная записная книжка, куда я вносил телефоны раньше, в домобильную эпоху. Этой книжечке лет пятнадцать, она уже почти развалилась, но я продолжаю таскать ее с собой. Там сотни нужных номеров. Есть телефон лучшего риэлтора в Москве, лучшего тренера по тай-цзи, лучшего учителя аргентинского танго, лучшего дантиста и лучшего сантехника.

А также лучшего гинеколога и лучшего акушера. Я чертовски предусмотрителен.

В следующей главе я расскажу о том, как очень быстро определить, можно иметь с человеком дело или нет. А также о том, как успешные люди решают — можно иметь с вами дело или нет.

Каждый дельный человек умеет очень быстро, буквально с первого взгляда, вычислять другого дельного человека. Обычно для этого идут в ход три признака, о которых я вам сейчас расскажу. Если вы будете знать их и научитесь использовать, вам станет гораздо легче произвести хорошее впечатление на заказчиков. И наоборот — вы сможете использовать их сами, чтобы сразу понимать, с кем имеете дело.

1) Внешность

Помните, у Жванецкого: «Встретили по одежке, проводили тоже не очень»? Внешность недооценивают. Мол, главное — наша прекрасная душа, прекрасные мысли, прекрасные идеи. Тем не менее, первое впечатление производит именно внешность: вы еще не успели открыть рот, чтобы озвучить прекрасные идеи, а у собеседника уже сложилось о вас мнение. И если оно для вас неблагоприятно, придется потратить немало усилий, чтобы его изменить, причем в большинстве случаев сделать это уже не удается. Первое впечатление — самое крепкое. Недаром Чехов считал, что в человеке все должно быть прекрасно — и лицо, и одежда, и душа, и мысли.

Из чего состоит внешность?

Физические данные. Волосы. Кожа. Ногти. Надеюсь, не нужно говорить о том, что все это должно быть в порядке. Даже если когда раздавали красоту, вы стояли за талантом, современная косметология достигла таких высот, что вполне в состоянии скрыть большинство природных недостатков.

Фигура. Рост. Вес. Спортивный, подтянутый человек всегда произведет лучшее впечатление, чем рыхлый, с одышкой.

Если болеете — не пытайтесь произвести на собеседников впечатление своим героизмом. Перенесите встречу. Мало того, что вы будете выглядеть развалиной со своим кашлем и соплями, так еще и рискуете заразить своих собеседников. Спасибо за это не скажут.

Одежда. У сценариста должен быть свой стиль. Этим принято пренебрегать, мол, мы выше того, чтобы выбирать себе сорочки. Некоторые делают еще глупее — ладно, куплю себе пиджак в секонд-хенде и буду выглядеть как бизнесмен. И выглядят как босяки в пиджаках из секонд-хенда.

Читал на днях забавное обсуждение рекламного ролика с Барышниковым. Одна барышня сказала, что есть люди, которые могут бухать всю ночь, спать в одежде на скамейке, а утром ополоснуть лицо в фонтане и выглядеть на миллион. Милой девушке невдомек, что над созданием такого впечатления работала целая команда высокооплачиваемых стилистов. И мятый пиджак, который смотрится на Барышникове невероятно, на самом деле сшит на заказ и подогнан по фигуре.

Пиджак из секонд-хенда всегда будет выглядеть как пиджак из секонд-хенда.

От того, как человек одет, во многом зависит то, как он себя чувствует, и даже то, какое место в иерархии он занимает. Очень часто сценаристов не воспринимают всерьез только потому, что они одеваются как попало. Посмотрите на Аарона Соркина. Я не фанат его костюмов, но у чувака определенно есть стиль.

Работайте над своей внешностью. Не доверяйте советам подружек. Наймите настоящего стилиста (я бы рекомендовал шведскую стилистку Стеллу Клар, чьими услугами уже давно пользуюсь сам). И не экономьте на одежде. Хорошая дорогая одежда мало того, что выглядит лучше, она еще и служит дольше.

Поза. Жесты. Если вы входите в помещение, согнувшись в три погибели, тут же забиваетесь в угол, закрываетесь руками и опускаете голову — вы и чувствовать себя будете неважно, и впечатление произведете соответствующее.

Выражение лица. Подруга моей жены однажды сказала неодобрительно, что американцы улыбаются неискренне. Знаете что? Я предпочту неискреннюю американскую улыбку вечной русской искренней мрачности. Улыбка меняет не только настроение вашего собеседника, она меняет ваше настроение. Улыбаться нужно всегда, когда встречаешься с человеком. Даже если этот человек — член вашей семьи, и вы встречаете его на своей кухне. Попробуйте — и вы удивитесь, как сильно изменятся ваши отношения.

Голос. Должен быть сильным, громким, мелодичным. Если заикаетесь — занимайтесь с логопедом. Никто никогда не скажет, что ваше заикание всех напрягает. Но оно напрягает.

Попросите кого-то из знакомых сказать по секрету, что он думает о том, как вы выглядите. Возможно, со стороны заметны какие-то проблемы, которых вы не замечаете.

2) Пунктуальность

У меня есть железное правило — я никогда не опаздываю и никогда не работаю с теми, кто опаздывает. Люди, которые могут позволить себе опоздать, не просто могут вас подвести. Они подведут вас обязательно. Исключений нет.

И можете быть уверены — если вы идете на первую встречу с продюсером и опоздали на пять минут — можете считать, что встреча закончена. Продюсер (если это настоящий продюсер) уже принял решение не иметь с вами дело. Если продюсер опаздывает сам — бегите от него как можно скорее. Сейчас вы ждете его, потом будете так же ждать поправки, а потом — годами ожидать гонорар.

Я дважды отказывался от сотрудничества с продюсерами, которые опаздывали на встречи, и ни разу не пожалел об этом. Коллеги, работавшие с этими ребятами, потом все на свете прокляли.

И, конечно, сценарий должен быть сдан вовремя. Здесь тоже — никаких исключений, никаких послаблений.

Если у вас выбор — сдать сценарий, которым вы не вполне довольны, или сорвать дедлайн — сдавайте сценарий, которым вы не вполне довольны. Недоработанный сценарий лучше, чем его отсутствие. По недоработанному сценарию уже можно искать объекты, проводить кастинг, подбирать реквизит. И продолжать его дорабатывать в процессе.

Еще раз — никогда не опаздывайте сами и никогда не работайте с теми людьми, которые опаздывают.

3) Способность помочь

Еще один важный невербальный сигнал — способность помочь, сделать чуть больше, чем определено договором. Это очень важный критерий, который многие не принимают во внимание. Мне много раз приходилось слышать от сценаристов: «Я не работаю без аванса и договора». «Я не напишу заявку, пока мне не заплатят». «Когда все деньги выплачены — до свидания, моя работа закончена». Это неправильно. Можно и нужно делать больше, чем от вас требуется. Но можно и нужно требовать того же от своих партнеров. Если вы видите, что выкладываетесь по полной, а ваш партнер требует больше и больше, ничего не давая взамен, — сворачивайте сотрудничество.

Например, редактор компании просит вас написать заявку. Бюджета под это нет. Вы пишете. Заявка не проходит. Через полгода этот же редактор просит написать еще одну. Писать или нет?

Если за эти полгода редактор не вспомнил о вас ни разу — тогда не писать. А если за это время вам трижды позвонили из других компаний и сказали, что тот редактор вас рекомендовал, — да.

Мне очень нравится одно высказывание, к сожалению, не знаю автора (а в Гугле я забанен): «Помоги тому, кто нуждается в помощи, и он вспомнит о тебе, когда ему опять понадобится помощь». Так и есть.

Я сам много раз на этом прокалывался. Оказываешь человеку услугу в надежде, что когда-нибудь он тоже о тебе вспомнит. И он действительно вспоминает — тогда, когда у него опять проблемы!

Был у меня приятель, которому я очень много помогал, подкидывая заказы. Первый звоночек прозвучал, когда я узнал, что он отказался от одного предложения, но ему даже и в голову не пришло передать это предложение мне, хотя для этого потребовалось лишь набрать мой номер. И вот настал день, когда мне действительно потребовалась от него услуга. Он мне отказал. Как вы думаете, получит он от меня когда-нибудь что-нибудь?

Никогда не недооценивайте размеры человеческой неблагодарности.

И если оказываете человеку услугу, всегда давайте ему понять, что вы сознаете: это услуга, вы ждете взаимности. Иногда достаточно сказать «свои люди, сочтемся». Человек должен понимать, что дружба — понятие не только круглосуточное, но и двухстороннее.

Главная проблема нашей профессии, которая является источником большого количества неврозов и раннего выгорания, состоит в том, что сценарист, с одной стороны, является главным источником креативности на проекте, а с другой — не является самостоятельной творческой единицей. То есть он все создает, но при этом он не главный.

Представьте, что архитектор строит дом, в котором уже живут жильцы. И жильцы ему все время говорят: «Сделай вот тут окно, солнце сейчас с этой стороны». «А теперь перенеси окно сюда, солнце передвинулось». «Нам не нравится, где стоит дверь, передвинь ее левее». «И не шуми, ты мешаешь нам смотреть телевизор».

Примерно так выглядит работа над сценарием, — неудивительно, что некоторые сценаристы после семи-восьми лет работы уходят на покой или попадают в больницу с нервными срывами.

Не спасает ни сильная мотивация, ни железное здоровье, ни крепкие нервы — если вы крутой парень, выгорание просто наступит чуть позже.

Есть лишь один способ сохранить себя, оставаясь сценаристом, — стать проактивным. Что это значит? Сценарист — существо зависимое. Он зависим от утверждения проекта на канале, от продюсера, от режиссера. Чтобы продолжать работать эффективно, нужно стать от всех независимым, и существует два способа этого добиться.

Первый: стать главным. Человеком, который принимает решения. И здесь вы можете либо попытаться сделать карьеру — пойти в редакторы на канал, в кинокомпанию, или основать свою компании и начать продюсировать. Либо начать снимать самому. Слава Богу, современные технологии это вполне позволяют. Если будете снимать сами по своим сценариям, никто не помешает вам делать то, что вы хотите.

Второй вариант: открыть второй фронт. Найти другой способ творческого самовыражения. Многие сценаристы сочиняют песни, рисуют, пишут книги. Я вот преподаю сценарное мастерство и пишу книги и пьесы. Об этом говорил еще Тонино Гуэрра — мол, когда киношники приходят к сценаристу, они относятся к нему как к прислуге. А когда они приходят к поэту, они просят его о помощи, об услуге. Он делает им одолжение. Естественно, и отношение к автору соответствующее.

Разумеется, я сейчас не говорю, что нужно тешить авторское самолюбие. Творческие люди тщеславны, и если вы начнете подкармливать свое тщеславие — оно очень быстро сожрет вас без остатка.

Речь идет о свободе, без которой творчество невозможно. Разумеется, это свобода в рамках техзадания; надеюсь, вы понимаете разницу между соблюдением техзадания и непрерывно зудящими над ухом заказчиками.

Итак, сценарист может и должен быть проактивным. Он должен работать по своему графику, сам решая, когда он работает и когда он отдыхает. Можно и нужно планировать периоды ожидания правок. Можно и нужно учитывать, что эти периоды могут длиться месяцы и даже годы. Вместо томительного выматывающего ожидания можно и нужно тратить время на творческую работу. Имейте гибкий план творческой работы. Имейте задания для себя на случай паузы. Имейте заготовки.

Пьесу «Убийца» я написал, находясь в эпицентре 32-серийного сериала, в перерыве между поправками. Она была прочитана для сорока зрителей на фестивале читок, затем поставлена в «Театре.doc» практически без декораций и без костюмов. А потом ее поставили несколько десятков театров по всей России и перевели на все европейские языки. Неплохо для пьесы, написанной «между делом».

Всегда ищите способ обходить посредников. Выходите на читателя/зрителя напрямую. Если вы музыкант — запишите песню и выложите ее в интернет. Если драматург — не ждите, пока к вам обратятся театры, соберите друзей и устройте читку своей пьесы. Если писатель — публикуйте свои тексты в интернете. В конце концов, издайте книгу за свой счет. Считается, что издание за свой счет вредит автору — мол, пишет так плохо, что ни одно издательство не взяло его книгу. Братцы, издательства — самые консервативные структуры в мире. Сколько издательств отказалось от «Гарри Поттера»? Сколько отказалось издавать «Куриный суп для души»? А это два самых успешных издательских проекта в мире.

Николай Гумилев, Алексей Ремизов, Джим Моррисон и Генри Роллинз издавали книги за свой счет и совершенно не комплексовали по этому поводу.

Одно дело, когда сценарист сидит и ждет звонка от заказчика, и совсем другое — когда он пишет огромное разноцветное полотно, в котором сценарии — лишь одна из красок.

Тонино Гуэрра был поэтом, художником, скульптором, изобретателем, Эдуард Володарский писал книги, Владимир Мережко сочиняет пьесы, у Резо Габриадзе и Рустама Ибрагимбекова — свои театры, Александр Миндадзе сам снимает фильмы по своим сценариям.

Все успешные сценаристы знают, чем занять себя в ожидании поправок. Берите с них пример, будьте проактивны.

И всегда составляйте договор с кинокомпанией таким образом, чтобы сроки получения поправок были четко определены. Если вам должны прислать их в июне, а присылают в декабре — это неправильно. Ваш договор должен защитить вас от таких пауз в работе. Но если уж пауза случилась — не теряйте времени зря.

Выстраивайте отношения с окружающим миром таким образом, чтобы то, что вы делаете, зависело от вас. Добивайтесь своих целей, действуйте по своему плану. Это и называется проактивность.

Что же делать, если работа полностью зависит от других людей, а их планы не совпадают с вашими?

Важный момент, который многие не учитывают: иногда для того, чтобы получить желаемое, вам достаточно просто попросить. Творческие люди очень часто страдают от того, что все время ждут, что кто-то оценит их заслуги, придет и что-то им даст. Не придет и не даст. Сидеть и ждать, пока кто-то вас оценит, — самый прямой путь к разочарованию. Надежды на посмертное признание тоже сбываются крайне редко. На Мосфильме лежат пачки сценариев, авторы которых умерли, так и не дождавшись их реализации.

Когда в 90-е годы я работал журналистом, у меня был коллега, с которым мы вместе работали. Когда разразился кризис — еще тот, самый первый, 1998-го года, нам стали урезать зарплаты. Мой приятель очень болезненно на это реагировал. Он целыми днями сидел в кабинете и ждал, что придет главный редактор, поговорит с ним и изменит свое решение. А главный редактор даже не знал об этом — и так и не узнал. Коллега просидел в кабинете месяц, ничего за этот месяц не написал и был уволен.

А другой журналист пошел к редактору прямо в кабинет, сказал, что ему нечем кормить детей, и вместо сокращения добился прибавки к зарплате. Впрочем, к черту маскировку, этот второй журналист был ваш покорный слуга.

То, что наши партнеры о нас думают, — очень опасная иллюзия. Они думают о себе. Если вы хотите, чтобы они думали о вас, вы должны привлечь их внимание.

В следующей главе я расскажу, как добиваться от людей того, чтобы они делали то, что нужно вам.

Никто никогда не получает то, чего заслуживает, но всегда только то, о чем удается договориться.

Сценарист за столом переговоров подобен рыбе, выброшенной на берег. Жалкое, душераздирающее зрелище. Сценаристы ненавидят переговоры, стараются их всеми силами избегать, а когда вынуждены в них участвовать, ведут себя не лучшим образом.

Должен признаться: я обожаю переговоры. Переговоры — это отличная возможность оторваться от монотонной работы, погулять на свежем воздухе и пообщаться с интересными людьми. Когда на мой рабочий день назначены только переговоры (даже если речь идет о нескольких встречах), я считаю его выходным.

А все почему? Потому что я умею и люблю вести переговоры, даже если мы с собеседниками конфликтуем. Хотя, конечно, я никогда не ищу повода для конфликта, но и никогда в них не теряюсь и знаю, как себя вести.

Есть несколько действенных приемов, которые применяют опытные люди, своеобразная камасутра переговорщика. Вот некоторые из них:

1) Если ваш собеседник опаздывает к началу встречи, начните без него. Завяжите разговор с секретаршей или откройте ноутбук и начните работать. Когда опоздавший явится, оторвитесь от своего занятия неохотно и дайте ему понять, что вы были бы не против, чтобы он появился на четверть часика попозже. И кстати, см. главу 21 — если ваш собеседник опаздывает, лучше вообще не иметь с ним дело.

2) Выбирайте выгодное место для того, чтобы сесть. Садитесь спиной к стене, собеседника усаживайте спиной к двери. Правда, есть такие собеседники, которые, даже если вы их посадите на табуреточку, а сами развалитесь в кожаном кресле, будут держать себя так, как будто вы стоите перед ними по стойке смирно. И вы будете чувствовать себя так, как будто вы стоите по стойке смирно.

3) Если собеседник на вас кричит, представьте, что на нем клоунский костюм. Только не смейтесь слишком громко, это может еще больше его разозлить.

4) Постарайтесь «зеркалить» собеседника, принимайте такую же позу, как и он.

5) Если хотите вывести человека из равновесия, нарушайте его личное пространство, прикасайтесь к нему, заходите ему за спину.

6) Если собеседник принимает решение и вы видите, что он мрачнеет (в НЛП это называют негативной калибровкой), — стукните чем-то или громко скажите, чтобы прервать процесс формулирования негативного решения. Можно при этом широко улыбнуться и поднять голову вверх, тем самым программируя собеседника на позитивное решение.

Эти приемы неплохо помогают «докрутить» или «раскачать» некоторые коммуникативные ситуации. Но они не помогают, если вы не понимаете главное.

Пожалуйста, запомните на всю жизнь то, что я вам сейчас скажу, а лучше запишите — и перечитывайте перед каждой встречей с заказчиком. Приготовились? Записывайте:

Заказчики всегда врут.

Всегда. Они врут, когда вас хвалят. Врут, когда ругают. Врут, когда говорят, что времени навалом. Врут, когда говорят, что времени в обрез. Врут, когда говорят, что бюджет неограничен. Врут, когда говорят, что денег нет.

Уверен, продюсеры, которые это сейчас читают, громко возмущаются — как же так! Мы никогда не врем! Правда — лучшая политика! Но при закрытых дверях, оставшись наедине с собой, каждый из них скажет себе: «А Молчанов-то прав». И подмигнет отражению в зеркале.

Главная проблема сценариста на переговорах состоит в том, что он не понимает, что ему врут. Он пытается возражать не тому, что на самом деле волнует заказчика, и тем самым усугубляет ситуацию.

Когда заказчик говорит, что в сценарии вялый диалог, действительно есть вероятность, что ему не нравится диалог. Но на самом деле это может означать что угодно: например, что заказчик хочет, чтобы героем была женщина, а не мужчина — чтобы он мог дать роль своей подруге. Или чтобы действие происходило не в Подмосковье, а в Крыму. Или чтобы все происходило в одной комнате. Или он хочет сценарий как есть, но заплатить может в пять раз меньше, чем тот стоит.

Очень важно знать, чего на самом деле хочет заказчик, без этого невозможно добиться успеха на переговорах. А для этого нужно знать о заказчике все. Нужно знать о нем больше, чем знает он сам.

Вы должны дать ему не то, что он просит, а то, что он хочет. Либо убедить его, что он получил именно то, чего просил.

Впрочем, есть один способ — как сделать так, чтобы вам не пришлось никогда угадывать тайные желания заказчика. О нем я расскажу вам в следующей главе.

Скажите, у вас есть кот? Если нет — не читайте эту главу, вы ни черта не поймете. А вот если есть — вы поймете, о чем я говорю. Знаете, как трудно поймать кота, когда он нужен за каким-нибудь надом? Он убегает! Он прячется под диван! Он запрыгивает на шкаф! Эта тварь готова дорого продать свою жизнь, не понимая, что я хочу его поймать для его же блага — например, для того, чтобы отвезти к ветеринару для очередной прививки.

Но есть отличный способ обойтись без лишней беготни. Я начинаю убегать от кота. И тогда он сам кидается за мной в погоню и мне остается лишь поддаться, разрешить меня поймать. Хлоп — и вот животное уже сидит в переноске, до глубины души удивленное — как это получилось?

Заказчики ведут себя как коты. Если ты за ними гоняешься — они убегают. Но стоит начать убегать от них — и они начинают гоняться за тобой. В предыдущей главе я рассказал вам, как добиться успеха на переговорах. Но можно подготовить любые переговоры таким образом, чтобы они стали успешными еще до того, как вы откроете рот.

Поменяйтесь ролями с заказчиком. Заставьте его уговаривать вас. Превратитесь из продавца в покупателя.

Тогда вы станете тем, кто назначает цену и ставит условия.

Сделать это гораздо проще, чем бороться с возражениями заказчика. Вы должны быть готовы не заключать сделку. Ваши дела должны быть устроены таким образом, чтобы вы не зависели от любой конкретной сделки.

Это не значит, что нужно вообще ничего не делать, — просто ждать, что вам что-то предложат. Ни в коем случае. Если вы будете просто убегать от кота, рано или поздно это ему надоест, и он отстанет. Вы должны поймать его в ту секунду, когда он вас догонит. И держать крепко.

Но сначала вы должны затруднить доступ к себе. Заставить себя поискать. Заставить поуговаривать. Заставить приехать заказчика к вам, а не ехать к нему. И сразу же закрывать сделку — мол, «я могу сделать эту работу в такие-то сроки, за такие-то деньги. Если это вас устраивает, давайте подпишем договор». Переноска для кота должна стоять на расстоянии вытянутой руки.

Если заказчика ваши условия не устраивают, и он ставит свои, которые не устраивают вас, сделайте вот что: встаньте, широко улыбнитесь, протяните заказчику руку и скажите: «Значит, не договорились. Всех благ». И уходите. Не ждите, что за вами побегут и остановят. Хотя вероятность этого очень высока. Но будьте готовы к тому, что сделки не будет, что вы действительно не договорились. Если вам нужна сделка на ваших условиях, просто не соглашайтесь на сделку на условиях заказчика.

Тогда торг выглядит так.

Вы назначаете цену. Например: «Пятьсот рублей».

Заказчик: «Триста.

Вы: «Пятьсот».

Заказчик: «Четыреста».

Вы: «Пятьсот».

Заказчик: «Четыреста пятьдесят».

Вы: «Пятьсот».

Заказчик: «Четыреста девяносто пять».

Вы: «Пятьсот».

Заказчик: «Черт с вами. Пятьсот».

Конечно, это не торг. Сближения позиций не происходит. Вы просто назначаете цену и постепенно доводите эту цену до сознания заказчика.

Не знаю, как вы, а я очень люблю торговаться с заказчиками. Это очень веселое занятие и выглядит оно примерно так:

Я: «Пятьсот».

Заказчик: «Триста».

Я: «Мы торгуемся? Ура! Обожаю это дело! Пятьсот десять».

Заказчик: «Четыреста».

Я: «Пятьсот двадцать».

Заказчик: «Четыреста пятьдесят».

Я: «Пятьсот пятьдесят».

Заказчик: «Черт с вами. Пятьсот».

Я: «Вы что, меня не слушали? Мы продолжаем торговаться? Шестьсот».

Конечно, в итоге я получаю никакие не шестьсот, а свои пятьсот — потому что довожу цену до шестисот, а потом даю заказчику скидку на сто. И все довольны.

Разумеется, есть заказчики, которые отказываются от моих условий, и сделка не заключается. И слава Богу. Лучше отсутствие сделки, чем сделка, которая меня не устраивает.

В следующей главе я расскажу, как сделать так, чтобы вы могли легко отказаться от любой сделки.

Сценарист должен иметь возможность отказаться от любой сделки — пишу это уже третий раз подряд. И еще в четвертый напишу: сценарист должен иметь возможность отказаться от любой сделки. Для этого нужно вести несколько проектов одновременно. В условиях нашей индустрии это совершенно необходимо. Не понимаю авторов, которые месяцами ждут запуска какого-то проекта: «Да, у меня есть работа, просто проект остановлен, денег не платят, но, говорят, может быть, в августе все начнется, так что я жду». Дружок, чего ты ждешь, ищи другой проект! «А если запустится этот проект, как я буду вести два проекта одновременно?» Как? Каком кверху! Два проекта ему трудно вести. А есть досыта три раза в день тебе не трудно?

Дэн Кеннеди ведет одновременно две тысячи проектов в одиночку. Энтони Роббинс — пять тысяч проектов. И проекты у этих ребят не чета вашим. Да, эти ребята — специалисты по личной эффективности и жесткому тайм-менеджменту, но от вас и не требуют, чтобы вы вели тысячи проектов. Но хотя бы пять!.. Хотя бы три!..

Мой опыт показывает, что сценарист вполне может работать одновременно над пятью-семью проектами. Дело в том, что работа над сценарием распределена неравномерно. Пишешь заявку — это день работы. Потом ждешь три месяца. Потом пишешь посерийники. Ждешь месяц. Поэпизодники. Ждешь месяц. Диалоги. Ждешь полгода, пока их прочитают.

В паузах можно и нужно работать над другими проектами.

Как я уже говорил раньше, сценарист может и должен иметь возможность творческого самовыражения «на стороне». Сейчас я хочу добавить, что сценарист может и должен иметь стабильный заработок «на стороне». Конечно, тяжело работать восемь часов в день и еще писать сценарии. Но можно устроить свои дела так, чтобы эта работа не отнимала у вас слишком много времени.

Самый простой способ — стать начальником. В свое время я перешел из журналистов в главные редакторы именно для того, чтобы никто не мешал мне пару часов в день спокойно сидеть в кабинете и писать сценарии.

Но, кроме этого, нужно постоянно генерить новые источники дохода. Нужно превращать в источники дохода все, что вам нравится делать.

Например, мне нравится выступать перед людьми. Раньше я делал это бесплатно. Сейчас мне за это платят и, должен признаться, иногда весьма неплохо. Это и реклама и заработок.

Очень важно создавать источники постоянного дохода, которые работают без вашего участия. Не буду говорить об инвестициях, творческие люди все равно в этом ничего не понимают. Но помните, что, когда вы пишете сценарий, вы получаете гонорар только один раз. Хотя обычно это довольно большой гонорар, но вы просто продаете свое время в обмен на деньги.

Ваше время — это ограниченный ресурс. Его у вас не бесконечно много.

А когда вы пишете пьесу или книгу, вы создаете товар, который будет продаваться без вашего участия. И каждый раз, когда кто-то купит вашу книгу или сходит в театр на спектакль по вашей пьесе, вы будете получать деньги. Не прилагая для этого никаких усилий.

Конечно, это должна быть хорошая книга и хорошая пьеса. Одна хорошая пьеса и одна хорошая книга — лучше, чем сто плохих книг и сто плохих пьес, которые никто не читает и не ставит.

И еще один совет. Есть методика управления личными финансами, которая помогает очень быстро достичь финансового благополучия. Она очень простая и всем известна. Уверен, вы тоже ее знаете, но почему-то не применяете. Если бы ее применили, ваши дела очень быстро пошли бы в гору. Однако по какой-то причине, даже прочитав эту книгу, лишь некоторые последуют моему следующему совету. Именно они и станут в конце концов сценаристами номер один.

Для них я и пишу эту книгу.

Итак, финансы. Вы должны точно знать, сколько у вас денег. Вы должны записывать все поступающие на ваш счет суммы. Спортсмены знают — простая фиксация результатов уже их значительно улучшает.

Откройте отдельный банковский счет. Накопительный, под хорошие проценты.

И раз в две недели приносите десять процентов от того, что вы заработали за это время, и кладите на этот счет. Делайте это регулярно, не пропуская ни разу. 10 процентов со всех доходов отправляются на счет. Даже если вы зарабатываете совсем немного, 10 процентов от этого «немного» отправляются на счет.

Сколько нужно накопить денег? Как можно больше. У вас должна образоваться «подушка безопасности», которая, при необходимости, позволит вам жить без поступления денег как минимум два года.

Теперь назначьте некий процент от одного до десяти. Это может быть и десять процентов, может быть один. Можно выбрать середину — пять процентов.

И с такой же регулярностью тратьте эту сумму на благотворительность.

И еще.

Всегда давайте чаевые. Всегда подавайте нищим. Всегда давайте пару рублей выпивохам у магазина. Всегда кладите пару монет в шляпу уличным музыкантам.

Деньги, потраченные на благотворительность, всегда возвращаются многократно. Не знаю, как это работает, и никто не знает. Но это работает.

Также необходимо фиксировать все расходы. Просто фиксировать. Записывать каждую трату. Сам факт фиксации помогает избежать утечек. Вы очень быстро заметите траты, которые вам не нужны. Утечки. Есть хороший термин (и звучит подходяще) — «муда» — он означает любую деятельность, которая потребляет ресурсы, но не создает ценности.

Легендарный директор «Тойоты» Тайити Оно в свое время определил «семь муда» — число типов потерь. Это перепроизводство товаров, когда спрос на них еще не возник, ожидание следующей производственной линии, ненужная транспортировка материалов, лишние этапы обработки, лишние запасы, ненужные перемещения людей в ходе работы, производство дефектов.

Каждая из этих семи «муда» имеет свойство заводиться и в хозяйстве сценариста. Постоянно спрашивайте себя: то, что я делаю прямо сейчас, — это создание ценности или очередная «муда»?

Возможно, приучение к финансовой дисциплине займет у вас месяцы и даже годы, но оно того стоит. Надеюсь, вы понимаете, что я не призываю экономить на чае и сухариках. Мы с вами не Акакии Акакиевичи.

Несколько лет назад известный блогер Алекс Левитас написал нашумевшую статью «Фактор капучино», в которой подсчитал, сколько денег вы потеряете, если будете каждый день пить капучино. В этой статье, на мой взгляд, была допущена одна серьезная ошибка: неверно выбран объект траты.

Если я хочу каждый день пить капучино, я готов тратить на это деньги. (Кстати, я пью довольно дорогой кофе и буду продолжать это делать, что бы там ни было). Но если вы будете контролировать расходы, то сможете найти траты, которые не приносят вам никакой пользы, — как если бы вы каждый день покупали чашку капучино и выливали бы ее в раковину. От таких трат нужно избавляться. Например, если вы выписываете журнал, который никогда не читаете, оплачиваете подписку на сайте, на который не заглядываете, или абонемент в спортзал, в который вы не ходите. Это бреши, через которые утекают деньги. Заделывайте их.

Когда вы наладите работу с накопительным счетом и установите контроль за расходами, начнется следующий очень интересный этап — инвестиции. Но это очень большая и сложная тема, достойная отдельной книги. Очень мало кто из творческих людей умеет инвестировать. Там есть впечатляющие возможности...

А мы продолжаем учиться работать с заказчиками. В следующей главе я расскажу, как и за что нужно увольнять заказчиков.

Начиная каждый проект, вы должны спросить себя, что я хочу получить от этого проекта? Творческое удовлетворение. Опыт. Знакомства. Возможности. Деньги. Слава. Что-то еще?

Для меня главный критерий — могу ли я чему-нибудь научиться.

У вас могут быть другие ценности и другие цели, а значит — другие критерии отбора.

Вы должны оценивать проект именно с этой точки зрения — насколько он соответствует вашим целям. Если вы видите, что не соответствует, что вы не можете получить то, что вам нужно, — отказывайтесь от проекта.

Необходимость катапультироваться с проекта — всегда ваша вина. Это означает, что вы изначально неверно оценили либо проект, либо заказчика. Либо (что случается гораздо чаще) вы сразу почувствовали, что будут проблемы, но убедили себя, что все будет в порядке. Обманули себя.

Есть заказчики, от которых можно и нужно избавляться. Вот несколько признаков, по которым можно определить кандидата на отстрел:

1) Заказчик опаздывает.

О подобном я уже писал раньше. Если человек может позволить себе опоздать на встречу — он может позволить себе все.

2) Заказчик хитрит.

Все заказчики всегда врут. Но есть люди, которые искренне заблуждаются, а есть такие, кто сознательно пытается вас обмануть. С первыми можно и нужно работать. Вторых нужно избегать.

3) Заказчик оскорбляет вас.

Одно дело — когда у заказчика есть претензии к сценарию. Совсем другое — когда у него претензии к вам. Умный заказчик никогда не переносит свое отношение к тексту на автора. Работать с человеком, который вас не уважает, — самоубийство.

4) Заказчик не знает, чего хочет, и настаивает на своем незнании.

Бывают проекты, на которых сценаристы получают действительно много поправок. Бывают проекты, на которых сценаристы пишут действительно много драфтов. Но если с каждым драфтом сценарий становится лучше, а количество поправок уменьшается — все в порядке. Но если вы чувствуете, что сценарий ухудшается, а правки все прибывают — заказчик не знает, чего он хочет, и не дает себе труда узнать. От такого заказчика нужно избавляться.

Как это сделать?

Прежде всего нужно изменить свое отношение к процессу расставания с заказчиком. Многие сценаристы, у которых случались в жизни, назовем это так, кассовые разрывы, боятся отказываться от проектов. Боятся остаться совсем без работы — и в результате тащат на себе дохлую лошадь, вместо того чтобы бросить ее и идти налегке.

Если вы сделаете все, что я предлагал вам в предыдущих главах, у вас образуется финансовая «подушка безопасности», которая позволит довольно долго спокойно существовать без денежных поступлений. Также вы сможете заниматься творческой работой, чтобы не терять квалификацию. Нет заказа — пишете книгу, пьесу, картину. Так что состояние «без заказа» для вас не будет серьезной проблемой.

Сам процесс расставания порой проходит весьма травматично для сценариста. Творческие люди вообще не любят обострять отношения. Этим и пользуются заказчики, которые, в отличие от нас, могут и любят обострять отношения. Если вы не хотите, чтобы на вас ездили и тем более взваливали вам на плечи дохлую лошадь, — учитесь говорить людям то, что они не хотят от вас услышать.

Я не случайно написал «увольнять заказчиков», а не «уходить с проекта» или «увольняться с проекта». Попробуйте отнестись к заказчику как к своему наемному работнику. Вы пишете сценарий. Вы главный на проекте. Вы нанимаете в проект продюсера. Его задача — осуществить ваш замысел. Если он с этой работой не справляется — вы его увольняете.

Не нужно говорить заказчику, что вы видите ситуацию именно так. Но если вы ее так понимаете, заказчик сам это почувствует и изменит свое отношение к вам. Ну а раз заказчик — ваш наемный работник, зачем вам терпеть работника, который не справляется со своей работой, да еще выносит вам мозг? Увольняйте его к чертовой матери.

Мне неоднократно случалось увольнять заказчиков. Но, поскольку я уже давно работаю в индустрии, у меня есть кое-какой опыт, и я в состоянии уже на первой встрече определить, будут проблемы с этим заказчиком или нет, и отказаться от сотрудничества еще «на берегу». Если у меня есть хоть малейшие сомнения по поводу проекта — я от него отказываюсь. Если есть сомнения, которые не могу себе объяснить, — значит, есть какие-то «звоночки», которые я услышал, но пока не осознал.

Лучше десять раз отказаться от хорошего проекта, чем один раз согласиться на плохой.

Лишнее «да» всегда обходится сценаристу дороже, чем лишнее «нет».

И наоборот, если я вижу, что проект соответствует моим ценностям, — может дать мне возможность творческого самовыражения, возможность работать с людьми, у которых я могу чему-то научиться, уникальный опыт, который я не могу получить другим способом, — я прощаю заказчику многое (конечно, кроме опозданий).

Мне случалось работать на проекте, гонорар за который был в четыре раза меньше, чем я беру обычно. Это был огромный проект, каждая сцена в котором давалась с большим трудом. Мой личный рекорд в 26 драфтов был поставлен именно тогда. К одной из серий я получил 124 поправки. Но я постоянно чувствовал, что мы с каждым днем продвигаемся дальше. Что каждый следующий драфт становится лучше, чем предыдущий. Что каждый день я чему-то учусь.

Этот проект стал настоящим кладбищем сценаристов. Два моих соавтора сошли с дистанции, не выдержав нагрузки. Я прошел до конца. И знаете, оно того стоило.

Итак, важно как можно раньше распознать «проблемного» заказчика и избавиться от него.

Чтобы процесс прошел безболезненно для вас, вы должны обеспечить себе непрерывный поток входящих заказчиков. Очень просто отказываться от работы, если вам достаточно протянуть руку и взять другой проект.

В идеале каждый день вы должны получать новое предложение о работе, тогда вы сможете выбирать проекты. Как этого добиться — расскажу в следующей главе.

Чтобы увеличить входящий поток заказчиков, вам нужно стать знаменитым. Вы не ослышались. Именно знаменитым.

Конечно, речь идет не об известности Леди Гаги или Мадонны. Такая известность скорее может повредить сценаристу, чем помочь. Нужно быть известным в узких кругах. Создать себе в этих кругах статус эксперта — человека, который знает о своем деле больше, чем остальные. Для этого нужно создать точки касания — это точки, в которых потенциальные заказчики узнают что-то о вас. Необязательно это должно быть прямое соприкосновение с вами — оно работает хуже. Гораздо лучше, если заказчик несколько раз узнает о вас от кого-то еще.

Маркетологи говорят, что большая часть сделок происходит после седьмого-восьмого касания, так что вам нужно обеспечить это количество. Вот несколько точек, где происходят касания:

1) Титры

Даже так: титры успешных фильмов. Как я уже говорил раньше, сценарист обязан иметь в своей фильмографии по крайней мере один успешный проект, фильм-визитку, локомотив своей карьеры. Титры мало кто читает. Но без этого все остальное не имеет смысла.

2) Фильмография на поисковых сайтах

Перед там, как с вами встретиться, любой продюсер обязательно заглянет на «Кинопоиск» или «Кинотеатр», чтобы посмотреть на вашу фильмографию. Эти сайты обновляются медленно, многие проекты попадают на их страницы с запозданием, постарайтесь сами следить за тем, чтобы ваши последние проекты были там отражены. (Сапожник без сапог — другим советую, а у самого никак руки не доходят написать на «Кинопоиск», где на моей странице нет половины моих фильмов.)

3) Социальные сети, блоги

Ваш фейсбук — это ваше лицо. От поведения в соцсетях очень сильно зависит отношение к вам в профессиональной среде. Знаю по крайней мере двух сценаристов, которые очень резво начинали, но вели себя в сети настолько безобразно, что с ними уже давно никто не хочет иметь дело. Правило простое: как можно меньше развлекательного контента, как можно больше экспертного. И никаких скандалов!

4) Лекции, семинары, преподавание в киношколах

Медленный, но верный способ добиться экспертного статуса. Он хорош тем, что действительно позволяет поднять свой уровень. Объяснил студентам три раза — сам понял.

5) СМИ

Газеты, телевидение, радио. Давать интервью, быть заметным — работа, требующая систематических усилий, в нее нужно вкладываться, не пуская на самотек. И хотя сценаристы — люди скромные, нужно себя заставлять. Юрий Арабов однажды сказал, что участие в телепрограммах необходимо для рекламы. То есть он «появляется на людях» вполне сознательно, при том что вряд ли кто-то способен заподозрить его в нескромности, желании похвастаться. Наверное, сегодня вся страна знает сценариста Арабова. И лишь немногие из людей, знающих сценариста Арабова, смотрели его фильмы, читали его романы и стихи. А теперь давайте проверим — сможете ли вы без Гугла вспомнить фамилию сценариста (выдающегося!), который пишет для Звягинцева? А сценаристов, которые пишут для Учителя? А тех, кто писал для Никиты Михалкова, вспомните?

6) Выступления на конференциях, съездах, участие в фестивалях

7) ..................

8) ..................

9) ..................

10) ..................

Впишите сюда свои точки касания.

Важно!

Каждая точка контакта должна подтверждать ваш экспертный статус.

То есть если вы приходите на ток-шоу, посвященное разводам или, к примеру, дрессировке домашних животных, — такое появление на публике скорее вредит вам, чем помогает.

Сама по себе известность еще не создает экспертного статуса. Вся страна знает артиста Джигурду. А есть ли у него хотя бы один поклонник?

У вас должно быть правильное сообщение, переданное правильным способом правильному человеку в правильное время. Если ваш сценарий вручат (лучше, если это сделаете не вы) продюсеру, садящемуся в самолет Адлер-Москва (лучше так, чем наоборот), это значительно увеличит шансы на ваше сотрудничество, чем если бы вы просто отправили текст на корпоративный e-mail.

У меня есть знакомый журналист, который мечтал работать на телевидении. Не спрашивайте меня, как, но он сделал так, что любовница Большого Теленачальника, находясь с ним (Теленачальником) в постели, рассказала о том (журналисте). Фамилию журналиста я не назову, она слишком известна. Вот уже лет восемь он ведет телепрограмму на одном из центральных каналов.

Вы должны использовать все точки касания, какие возможно, и использовать их правильно, чтобы создать у потенциального заказчика впечатление о вас как об эксперте.

Надеюсь, вы понимаете, что невозможно произвести такое впечатление, не являясь на самом деле экспертом?

Теперь самое главное.

Сколько существует способов связаться с вами? Составьте список: электронная почта, телефон, сайт, адрес офиса, фейсбук, твиттер, вконтакте и так далее и тому подобное. Это точки контакта. Не надо путать их с точками касания. Точка касания — это точка, в которой вы касаетесь заказчика. Точка контакта — это точка, в которой заказчик касается вас.

Точек контакта должно быть как можно меньше.

В идеале — одна. То есть вы можете коснуться заказчика множеством различных способов, а он вас — только одним. Доступ к себе нужно затруднить. Заказчик должен сделать усилие для того, чтобы до вас добраться.

Некоторые выбирают телефон. Это годится. Есть люди, которым сложно сформулировать письменно, чего они хотят, им проще объясняться по телефону. Но у телефона есть один недостаток: он звонит не тогда, когда вам нужно, а тогда, когда нужно человеку, который набирает номер. Телефон — это поводок, на котором вас держат.

Конечно, у меня есть телефон. Это отличная штука. С его помощью можно читать книги, смотреть фильмы, слушать лекции, выходить в интернет. Но он отключен большую часть дня. Я включаю его раз в день, чтобы ответить на звонки и позвонить самому по своим делам. Никому не позволяю держать меня на поводке.

Лучшая точка контакта — электронная почта. У меня около двух десятков почтовых ящиков для разных проектов, и я никогда в них не захожу. На каждом из них настроена пересылка писем, так что послания стекаются в один ящик, который проверяется раз в день в будние дни. Туда же попадают сообщения из соцсетей и с сайта.

Вот и все. Единственная точка контакта. Очень удобно. Только я решаю, отвечать человеку, который пытается выйти со мной на связь, или нет.

Бывало ли у вас так: отправляете заявку продюсеру, а он пишет: «Вы уже отправляли нам эту заявку в прошлом году. Что, за это время у вас не появилось ни одной новой идеи?» Неприятно. Чтобы такого не произошло, фиксируйте все ваши взаимоотношения со всеми заказчиками — реальными и потенциальными.

В этом вам поможет CRM-система. CRM — это Customer Relationship Management, управление взаимоотношениями с клиентами.

Самая простая CRM-система — блокнот или файл Word, в котором вы записываете, что кому отправили и какой ответ от кого получили. Внимание! Это не база контактов. Но любая база контактов превращается в CRM-систему, когда вы начинаете отражать в ней взаимоотношениями с клиентами.

Сколько клиентов должно быть, чтобы можно было заводить такую систему? Больше нуля. Если у вас один клиент (хотя в этом случае правильнее назвать его вашим работодателем), уже пора фиксировать все ваши взаимоотношения: какие задания получены, какие сроки установлены, когда задание выполнено, кем и когда принято, когда должна поступить оплата и так далее.

Если заказчиков два или три, подобная система становится насущно необходимой. А если клиентов сто? Двести? Тысяча?

Разве может у сценариста быть тысяча клиентов?

Ну, тысяча не тысяча...

У меня есть три файла, в которых я фиксирую контакты с заказчиками. Первый — театры. Всего в России около 800 театров, из них около 300 — драматические. Это моя целевая аудитория. Им я предлагаю свои новые пьесы.

Если письмо возвращается — удаляю адрес из базы. Если получаю ответ — любой, даже отрицательный, — делаю пометку. Если театр берет мою пьесу, фиксирую дату премьеры, фамилию режиссера, какой зал — в следующий раз они получают от меня не просто общую рассылку, а адресное письмо.

Следующий файл — кинокомпании, их чуть больше полутора сотен. Здесь тоже фиксируется каждый чих. Какая заявка отправлена, когда отправлена, какой ответ получен. Если кинокомпания вдруг решит использовать мою заявку без моего разрешения — у нас все ходы записаны! Когда подписан договор, данные о компании переносятся в другой раздел. И здесь также все фиксируется, каждый шаг. Это помогает избежать ненужных споров — кто когда что просил сделать и кто что неправильно понял. Мне нужно две секунды, чтобы поднять все свои записи.

И наконец, издательства: около ста контактов. И здесь также — что когда отправлено, какой ответ получен.

Это делается не только чтобы не забыть, кому что было сказано и отправлено, — хотя и это важно.

CRM-система позволяет работать максимально адресно.

Никакие социальные сети ее не заменят.

Например, все поздравляют друг с друга с днем рождения, — на мой взгляд, это не очень ценное касание. А вот если вы в разговоре с заказчиком узнали, что он, например, врач по первому образованию, сделали себе пометку и в нужный день поздравили его с днем медицинского работника — может оказаться так, что вы будете единственным человеком, который вспомнит об этом. Ценность такого касания вырастает многократно.

Существует множество CRM-систем, от простеньких и дешевых до крутых и дорогих. Я пользуюсь, по старинке, программой Excel, — для моих задач этого вполне достаточно.

В следующей главе мы переходим к последнему, заключительному блоку нашей книги, в котором я расскажу, как научиться писать сценарии лучше всех.

Нельзя заниматься творчеством, когда ты болен. Быть здоровым — священный долг каждого творческого человека. Все великие чахоточники и эпилептики прошлого творили не благодаря своим болячкам, а вопреки им, в минуты, когда болезни отступали.

Состояние здоровья человека лишь на тридцать процентов связано с генетикой: остальные семьдесят полностью зависят от самого пациента.

Прежде всего, нужно устранить негативные факторы, влияющие на здоровье, — это может быть плохая экология, курение, алкоголизм и наркомания. Бессмысленно следить за диетой, если вы живете под боком у химического завода; бег трусцой не поможет, если вы выпиваете каждый вечер две бутылки пива. И, конечно, невозможно говорить о здоровом образе жизни, если вы курите. Курящие йоги, курящие веганы, курящие спортсмены — это все самоубийцы, поднаторевшие в самообмане.

В свое время я заметил снижение своего тонуса, быструю утомляемость и перепробовал множество методик оздоровления. И ауру чистил и в проруби купался — ничего не помогало. А как бросил курить три пачки в день — сразу стал как огурчик. В свои нынешние сорок чувствую себя лучше, чем было в двадцать пять (тьфу-тьфу-тьфу), когда выкуривал шестьдесят сигарет в день.

Если не бросите курить — даже не читайте эту книгу дальше, она не поможет. Я в нее зашил секретные НЛП-команды, которые действуют только на некурящих. Так что если хотите стать сценаристом номер один — бросайте курить прямо сейчас.

Как именно это сделать — методик предостаточно. И никотиновые пластыри, и иголки в уши, и книга «Легкий способ бросить курить», в конце концов, есть центр «Дар», где вас могут закодировать от курения с помощью гипноза.

Пока курящие бросают курить, мы с некурящими продолжим.

Что такое ОСП?

Во-первых, это ориентированно стружечная плита.

Во-вторых, это очень смешная передача, популярная в 90-е годы.

В-третьих, это то, что делает вас здоровым, полным сил и готовым к творчеству.

1) О — это отдых.

Отдыхать нужно не просто любить — отдыхать нужно уметь, а отдых нужно планировать. Любой отрезок времени, который вы планируете, должен включать в себя время для отдыха, более того, именно это время должно быть запланировано в первую очередь. Найдите время для отдыха, ведь работа найдет для себя время сама. Когда планируете год, первым делом распределяйте — когда и куда поедете с семьей. Каким бы жестким ни был график, один день в неделю — выходной. Расписание на день должно включать в себя не только 8 часов сна, но и 10-15-минутные перерывы каждые два часа.

Если вы не отдыхаете, то становитесь похожи на героя анекдота:

Если вы не можете позволить себе тратить три дня на каждое дерево, точите пилу.

2) С — это спорт.

Для меня спорт — это прежде всего бег.

На первый взгляд бег — это просто и даже тупо. Но нет: с бегом связано не меньше трагедий, мифов, заговоров и мистификаций, чем с современным искусством или детским питанием.

Давайте по порядку. Лет пятнадцать назад я делал каждое утро двадцать отжиманий от пола и выкуривал за день три пачки «Честерфилд лайт». (Опять про курение! Но из песни слова не выкинешь.) Этого было вполне достаточно, чтобы поддерживать себя в отличной спортивной форме.

Однако я начал замечать на лице новые морщины, кашель стал для меня нормой, верхняя часть легких начала болеть по утрам, а после двух лестничных пролетов ко мне приходила одышка. Появилось четкое ощущение, что до ста лет я не доживу. А хотелось бы.

Не буду описывать, как я бросал курить — это отдельная эпопея. Так или иначе, весной 2004 года я выкурил последнюю сигарету.

Сначала вернулись запахи. Потом вкус еды. Потом еще вкус еды. И еще. Слишком много еды. Опять же, сидячая работа. Мое рабочее место в то время выглядело так — стол, компьютер, пакет хлебных палочек с кунжутом и кружка кофе.

Лицо заметно округлилось. Появился живот. Сначала о его существовании знал только я, потом его заметили и окружающие. До зеркальной болезни было еще далеко, но спина уже начала побаливать из-за дополнительной нагрузки на позвоночник. Двадцати утренних отжиманий было явно недостаточно.

В это время я прочитал книгу Лимонова о том, как он сидел в тюрьме. Там было немного и скучно про политику, зато много и интересно про тюремный быт. В частности — про то, как Лимонов делал зарядку во время прогулки. Брал клочки газеты, чтобы подложить под руки (чистюля!) и делал шесть подходов по сто отжиманий, приседаний и бег на месте.

Некоторое время я ежедневно делал такую же гимнастику. Потом добавил упражнения на пресс — тоже шесть подходов по сто раз.

В результате спина заболела еще больше.

Пресс я качал неправильно, отрывая от пола ноги, и из-за этого получалась большая нагрузка на поясницу.

Я засел за матчасть и освоил наконец правильные упражнения на пресс, штук двадцать разных.

И тогда я решил каждый год изучать какой-нибудь новый вид физической активности.

В первый год был цигун. Занимался у мастера Ван Линя в школе на Курской. За год освоили несколько комплексов, детально изучив один — «восемь кусков парчи».

На следующий год было аргентинское танго. Кому кажется, что «танцульки» — баловство, пусть попробует сам. После полутора часов «танцулек» у меня было ощущение, что меня били-колотили у дороги во кустах.

Потом был небольшой период неопределенности, когда я пробовал заниматься йогой и фитнесом по видеосамоучителям, а также регулярно выполнял довольно сложный гантельный комплекс. Результат был очевиден — живот уменьшился, плечи расправились, руки окрепли. Однако во время таких занятий нужно очень внимательно следить за техникой — чуть ошибся, и можно получить травму. Делать упражнения без тренера опасно.

Мне была нужна физическая активность, при которой голова остается свободной, чтобы можно было обдумывать сценарии во время движения.

Бег подходил идеально.

Спортивные блогеры в таких случаях говорят: чтобы начать бегать, нужно просто выйти из дома и побежать.

Ни черта это не работает.

Делюсь своим опытом.

Для начала я пересмотрел фильм «Одиночество бегуна на длинную дистанцию».

Потом прочитал книгу Мураками «О чем я говорю, когда говорю о беге».

Потом долго и вдумчиво приобретал спортивную экипировку.

Сначала купил черные спортивные трусы «Адидас». Однако трусы оказались несколько более обтягивающими, чем выглядели при примерке. Скажем так, вы когда-нибудь видели мужской балет? В общем, бегать в них я так и не рискнул. Купил другие трусы, более свободные, производства «Найк», синенькие.

Кроссовки у меня были — легкие «Экко».

Так в приятных хлопотах пролетели две недели. Наконец все приготовления были завершены. Я надел на руку «Самсунг Галакси Гир», включил шагомер, вышел из дома и отправился в Терлецкий лесопарк.

Программа у меня была такая: десять минут разминочная ходьба до парка, потом бег, потом десять минут заминочная ходьба от парка до дома.

Начинающим рекомендуется в первый раз бегать двадцать минут, причем минуту бежать, две минуты идти. Я не засекал время, бежал, прислушиваясь к ощущениям: устал — иду, отдохнул — бегу. Пробежал вокруг всех озер и отправился домой.

Результат на шагомере — 8 км. ОК.

Правда, лицо обгорело на солнце.

Значит, теперь на пробежку обязательно солнцезащитный крем, а Терлецкий лесопарк меняем на Измайловский, где больше тени.

Наметил новую дистанцию — около 10 километров.

Забавно — во время очередной пробежки из зарослей вышел мужик и попросил закурить.

Между тем, похолодало. Заказал в «Вайлдберриз» черный спортивный костюм «Найк». Ах, черт возьми! Когда иду в нем через свой район, все девчонки оглядываются: вот красивый парень идет в своей повседневной одежде «решать вопросы». Так и тянет достать из кармана ключи и начать их подбрасывать в руке. Еле сдерживаюсь.

С каждой пробежкой я уменьшаю отрезки ходьбы и увеличиваю дистанцию бега. Чувствую, временами накатывает легкая тошнота и головокружение — плохой признак. Все-таки мне уже сороковник, не хватало рухнуть где-нибудь под куст с инфарктом.

Заказал через интернет пульсометр «Сигма». Выглядит он так — черный поясок с датчиком, который надевается на грудь, и электронные часы, на экран которых выводятся данные. Режим тренировки можно настроить по своему усмотрению.

Считается, что максимальный пульс должен быть 220 минус возраст. В моем случае 180. Ладно, перестрахуемся. Выставил 170, нижнюю границу установил 130. Тренироваться рекомендуется примерно на 80 процентов от максимума, то есть где-то 150. Сначала было не очень удобно, но быстро насобачился. Бежишь быстрее, чем нужно, — штука на руке пищит. Сбавляешь ход. Бежишь слишком медленно — пульс снижается, она опять пищит. Прибавляешь. В конце концов нашелся нужный темп. Со второй недели бегу всю дистанцию от начала до конца без перерыва. Потом постепенно увеличил дистанцию. Сейчас я бегаю 13 километров в день.

Когда говорят о беге, всегда пугают болями в суставах. На самом деле колени болят у тех, кто бегает неправильно. Например, у меня.

Вроде и обувь у меня с толстой подошвой и дорожка в парке подходящая. А вот поди ж ты.

Это случилось на третьей неделе. Колени заболели ужасно. Но на следующий день я отважно вышел опять на пробежку и в итоге с половины трассы возвращался домой пешком, прихрамывая.

После этого неделю не то что бегать — ходить не мог.

Сидел дома и читал книгу Пири «Бегать быстро и без травм». Конечно, бегал я неправильно. Приземлялся на пятку и всей тяжестью своего тела с размаху ударял по суставу. Тут никакая обувь не спасет.

Нашел в инете замедленную съемку правильного бега, начал осваивать. При таком беге передняя нога чуть согнута и приземление происходит на переднюю часть стопы. Однако это не бег на цыпочках. После соприкосновения стопы с землей происходит плавный перекат с носка на пятку. И отталкиваться от земли нужно уже всей стопой, выпрямляя ногу.

При этом нужно держаться вертикально, не наклоняясь вперед.

Руки движутся вдоль тела, помогая удержать равновесие. Таким образом, работает все тело, не только ноги.

Попробовал — неудобно. Кроссовки с толстой пяткой мешают. Значит, нужна какая-то другая обувь. Пири рекомендовал тонкую подошву, приводя в пример африканских бегунов, которые вообще с детства тренировались босиком.

Сейчас для зимы у меня беговые «Асикс» («Мерседес» среди кроссовок!) с шипами. Бегать можно хоть по снегу, хоть по льду.

Для лета — легкие чешки «Пума».

У обеих пар я лично ножницами срезал задники, чтобы не давили на ахиллесово сухожилие.

Жена иногда спрашивает: как ты можешь тратить полтора часа рабочего времени на бег? А я отвечаю: не могу позволить себе его не тратить. Это время, когда приходят самые крутые идеи. Нет, братцы, что ни говорите, бег для писателя — самое то.

3) П — это питание.

Не существует одной единственно правильной диеты. Но есть базовые принципы питания, которые все знают, но которым никто не следует.

Не следуете им и вы (говорю уверенно, потому что умею читать мысли), а совершенно зря.

Все мы знаем, что нужно не переедать, не наедаться на ночь, избегать сладкого, мучного, мясного, молочного, есть больше фруктов и овощей. И все мы жрем на ночь, причем в основном сладкое, мучное, мясное и молочное.

Есть только один способ справиться с собой — не искушать себя. Не покупать вредные продукты, не заходить в тот угол супермаркета, где их продают. Если шоколадка уже попала в ваш холодильник — она обречена на то, чтобы быть съеденной. Не покупайте хлеб! Не покупайте молоко!

Пять разных фруктов в день — обязательно. Они должны стоять на самом видном месте. Вместо вазы с печеньем и конфетами — ваза с изюмом и орехами. Мы — это то, что мы едим.

Если вы сделаете все, что предлагается в этой главе, вам будет гораздо легче даваться то, что я предлагаю сделать в следующей.

Если вы примените то, о чем я расскажу в этой главе, то повысите свою творческую продуктивность в разы. Это если и не «волшебная таблетка», но очень, очень близко к ней по силе воздействия. Многие сценаристы используют свой мозг неправильно, не понимая, как он работает. Фактически, они действуют вслепую, тем самым разрушая возможности для роста, закрывая себе путь к самосовершенствованию. Они вынуждены все время догонять, спешить за уходящим автобусом и тратить на это все свои силы, вместо того чтобы сесть за руль и поехать туда, куда им нужно.

Итак, вот секрет настоящей продуктивности: вы должны изучить себя.

Вас должно интересовать не то, как вы устроены, а то, как вы работаете.

Вспоминая случай с разобранным мной мопедом — неважно, какие детальки внутри и как они взаимодействуют друг с другом. Важно знать, каким будет результат, если нажать на ту или иную педаль.

Сказать, что все люди разные — это преувеличение. Скорее, все люди принадлежат к нескольким разным типам (крутится в голове гениальное из книги Димы Бавильского «Таня сказала»: «люди делятся на мужчин и на женщин»).

Платон считал, что душа человека состоит из трех начал; в зависимости от того, какое начало берет верх, человек должен выбирать профессию. У ремесленников душа вожделеющая. У стражей — яростная. У философов — разумная.

Ученые слегка усовершенствовали эту классификацию, но принцип остался прежним: чтобы понимать, что и как вам делать, вы должны понимать, кто вы такой.

1) Экстраверсия и интроверсия

Прежде всего нужно понять, являетесь ли вы интровертом или экстравертом. Заглянем в википедию:

То есть если вы любите общаться с людьми — вы экстраверт. Если любите сидеть дома — интроверт. Так? Википедия же врать не будет?

Так, да не так.

То, что вы сейчас узнаете, возможно, полностью изменит ваши представления о себе.

Чтобы понять, интроверт вы или экстраверт, необходимо понять, что заряжает вас энергией.

Например, я очень люблю находиться в компании. Для меня не является проблемой публичное выступление перед толпой в две тысячи человек. Когда я среди людей — время летит незаметно. Я действительно люблю находиться в толпе. И ситуация, когда вся толпа смотрит на меня, меня не пугает.

Но при этом общение с людьми лишает меня энергии. После трехчасовой лекции я полдня лежу пластом. А если я сижу дома один, мне скоро становится скучно. Хочется куда-то выбраться, потусоваться, пообщаться с людьми. Но день, проведенный в одиночестве, заряжает меня энергией. Я становлюсь как гоночный автомобиль с полным баком — мне нужно скорее куда-то мчаться, неважно куда. Энергия бьет через край. Поэтому я безусловный интроверт.

Что заряжает вас энергией? Возможно, вы всю жизнь считали себя экстравертом, как я, а были матерым интровертом. Или наоборот, вы экстраверт, а считаете себя интровертом просто потому, что по какой-то причине не любите общаться с людьми.

Может быть, вы просто экстраверт-мизантроп.

Повторю: главный показатель — не любовь или нелюбовь к общению. Главное — заряжает вас это общение энергией или отбирает ее.

Когда вы разберетесь с этим, сможете выстраивать свою работу так, чтобы чередовать периоды «подзарядки» и расходования энергии. Посидели в тишине, накопили энергию — вышли на люди, сбросили ее. Или наоборот — сидите, работаете, чувствуете, что колодец пустеет, — скорее на люди, подзаряжаться.

А высший пилотаж — если вы организуете свои дела так, что вы будете эффективны в обоих случаях, и когда заряжаетесь, и когда тратите. Для меня периоды одиночества — это творчество, я сижу и пишу свои сценарии, статьи, пьесы. Периоды общения — это преподавание. И в том и в другом случае я чему-то учусь, продвигаю себя, да еще и зарабатываю.

Действуйте так же. Чередуйте периоды общения и одиночества; сделайте так, чтобы основная ваша деятельность была связана с приобретением энергии, а не с ее тратой. Если вы сценарист-экстраверт — для таких, как вы, придуманы writers room.

Найдите себе соавтора или соавторов. Интроверту, конечно, лучше работать в одиночестве.

2) Сенсорика и интуиция

Сенсорики и интуиты по-разному воспринимают поступающую информацию. Сенсорики все понимают конкретно: они видят то, что видят, и не более того. Интуиты воспринимают информацию в общем. Сенсорики задействуют свои органы чувств. Интуитам информация прилетает «откуда-то оттуда», неизвестно откуда.

Если сенсорик видит собаку — он видит конкретную собаку и фиксирует ее рост, окрас, породу, повадки и так далее. Интуит видит «собаку вообще» и она для него сразу становится в ряд других виденных им собак (включая собачку — значок электронной почты и собачку — деталь замка).

Когда сенсорик и интуит смотрят на один и тот же лес, сенсорик запомнит форму и породу деревьев, но ему и в голову не придет, что это лес. Интуит запомнит только то, что он смотрел на лес.

Заставлять интуита запоминать детали — пытка. Сенсорику трудно делать обобщения, зато он отлично работает с частностями.

Если вы знаете, сенсорик вы или интуит, вы поймете, как работать с информацией. Когда Гладков решил написать пьесу про женщину-гусара, он не смог дочитать до конца мемуары Надежды Дуровой. Эта информация была лишней для него, мешала его воображению. Лев Толстой, начиная писать «Войну и мир», собрал огромную библиотеку воспоминаний о 1812 годе, но даже не заглянул в них. Шекспир, работая над «итальянскими» или «античными» пьесами, также пренебрегал источниками.

Для сценаристов-интуитов необходимость перелопачивать огромные массивы информации — работа совершенно неподъемная. Такой автор может отказаться от проекта только из-за того, что не хочет зарываться в источники, глотать архивную пыль.

Но ведь это и не нужно! Чтобы получить нужные данные, интуиту не требуется вся информация. Он может открыть наугад одну книгу или сайт в интернете, зацепить какой-нибудь краешек и одной лишь силой воображения за этот краешек вытащить картину целиком.

От сенсорика же бесполезно требовать прозрений. Он имеет дело только с информацией, которую он собрал собственноручно. Прочитать библиотеку для того, чтобы правильно использовать один-единственный термин, — это как раз случай сенсорика.

Поэтому если сенсорик будет работать один, процесс окажется неэффективен. Масса усилий будет расстрачиваться впустую. Если вы сенсорик — скорее ищите соавтора-интуита, который сэкономит ваше время и направит ваши усилия в нужное русло. И наоборот, если вы интуит — или выбирайте проекты, не связанные с поиском и обработкой больших массивов информации, или ищите соавтора-сенсорика, который снимает с вас эту головную боль.

3) Логика и этика

Логики объясняют мир. Этики его чувствуют. Для логика мир — система, правила которой он способен изучить, найти скрытые взаимодействия. Для этика мир — загадка, которая никогда не будет раскрыта; он может лишь почувствовать свое отношение к этому миру. Логик отстранен. Этик вовлечен, все в его мире имеет эмоциональную окраску. Для логика озеро круглое. Для этика озеро прекрасное.

Если вы логик — вы никогда не напишете сценарий. Идите в редакторы, там вы будете на своем месте. Будете мучить бедняг-этиков своей безукоризненной логикой.

4) Рациональность и иррациональность

Рационал всегда опирается на понятную точку отсчета, на точное знание. Иррационал уверен, что никаких точек отсчета нет, а любое знание приблизительно. Рационал способен управлять собой. Он знает, сколько у него денег, сколько времени занимает то или иное действие, у него всегда есть четкий план — что, когда и как он должен сделать. У иррационала ничего подобного нет, он неспособен ставить цели и последовательно добиваться их выполнения. Иррационалы часто плывут по течению. Они не способны доводить дело до конца, не способны трезво оценивать свои силы.

Большинство творческих людей — иррационалы; это их самая большая проблема. Все книги по самодисциплине бесполезны для иррационалов просто потому, что для них не предназначены. Такие книги ставят перед иррационалами воистину непосильные задачи.

«Составьте план и неуклонно его выполняйте». Очень простая задача. Ага. Для нас, рационалов, простая. Для иррационала — практически невыполнимая.

Иррационалу нужно ставить перед собой совсем другие задачи. Если рационал должен следить за своим графиком, то иррационал — за настроением. Задача иррационала — научиться входить в поток, седлать волну вдохновения.

Вот как это работает. Сценаристу нужно написать серию сериала. 40 страниц. На это есть неделя.

Как бы поступил матерый рационал?

За первый день он написал бы подробный поэпизодный план. Со второго по пятый дни он бы писал по десять страниц в день. На шестой день отдыхал, а на седьмой отредактировал бы текст и сдал его.

Как действует иррационал? Три дня он ничего не делает. Потом три дня он паникует. Еще три дня он пытается что-то писать и у него не получается. Все это время он прячется от заказчиков, потому что дедлайн уже сорван. Еще три дня он лежит в депрессии. Потом вдруг ночью им овладевает вдохновение, и он пишет сценарий — гениальный. Но на 36-й странице силы оставляют его, а сценарий остается незаконченным.

Ирррационал должен искать способ войти в поток. Ему не нужны планы, поэпизодники — вся эта рутина для скучных рационалов. Он должен найти что-то, что станет стартовым толчком для истории. Для этого хорошо в первый день сделать что-то необычное, что он, как правило, не делает. А ведь можно хотя бы пойти погулять по новому маршруту.

Очень важно снимать напряжение, возникающее при одной мысли о том, что нужно начать писать.

Для этого достаточно просто сесть за рабочий ноутбук и написать «хоть что-то», но обязательно по теме. И желательно безоценочно. «Я должен написать дурацкий сериал» — не годится. Гораздо продуктивнее будет: «А если среди ментов один окажется инопланетянином?» С этим уже можно работать.

Однажды я никак не мог начать работать над сценарием. И тогда я представил, что один из моих героев заглядывает в монитор и участливо спрашивает: «Что, не пишется?» Я немедленно записал эту фразу. Она и стала первой строкой сценария, дальше сцена родилась очень быстро и безболезненно. А затем и весь сценарий.

На этой стадии важно не критиковать себя, позволить себе писать плохо; главное начать. И если чувствуете, что дело пошло, — ни в коем случае не останавливаться. О чем никогда не говорят иррационалам: доводите дело до конца.

Даже если чувствуете, что голова дымится, и что вы прекрасно знаете, о чем будут последние три страницы, и что вы замечательно допишете их завтра — не оставляйте их на завтра. Завтра у вас будет творческое похмелье. Завтра вы ничего не сможете написать. Закончите работу сегодня. Если вам удалось войти в поток — не выпрыгивайте из него.

Иррационал должен использовать сильные стороны своей иррациональности, а не страдать от нее.

В следующей главе я расскажу о самой распространенной ошибке в организации процесса творчества и о том, как ее избежать.

Любой творческий процесс проходит одинаковые стадии: подготовка, вызревание, инсайт, оценка, полировка.

1) Подготовка

В какой-то степени процесс подготовки к творческой работе — это вся предыдущая жизнь человека. Никогда не знаешь, какое именно впечатление пойдет в дело. Постепенно, чем ближе начало работы, автор чувствует, что что-то внутри его «сгущается», бродит. Появляется ощущение тревоги, хочется куда-то бежать и что-то делать. У каждого это по-разному. Кто-то слышит гул или голоса. Кто-то видит образы (коробочка Булгакова).

У меня, например, появляется ощущение, что мир вокруг теряет четкость, рассыпается на части, и я должен написать новый текст, чтобы зафиксировать, собрать распадающуюся реальность в некое единое поле.

Сначала у автора нет ничего. Он не знает, о чем будет писать, но постепенно появляется ощущение, что писать непременно будет. И вот наконец возникает что-то — сцена, кусок диалога, герой или просто одно слово — и становится понятно, что от работы уже не отвертеться. С этого момента внутренняя работа становится очень интенсивной, хотя снаружи она не видна.

На этой стадии проходит сбор необходимой для работы информации. Если вы сенсорик — вы зарываетесь в источники и проводите десятки интервью с очевидцами интересующего вас события. Если интуит — бродите по парку и пытаетесь «зацепить» нужное ощущение, в то время как собранные вами книги по теме пылятся у вас на балконе.

2) Вызревание

На этой стадии вы уже примерно понимаете, что будете писать. У вас уже что-то есть. Может быть, герой. Может быть, сеттинг. Может быть, все сразу.

Пьесу «Убийца» я обдумывал чуть больше года. У меня было начало — герой сидит на подоконнике в общежитии и ждет, что его придут убивать. Постепенно я собрал почти всю историю: примерно знал, что будет в середине, чем она закончится. Но не начинал писать — не хватало чего-то важного.

Я думал: наверное, это будет киносценарий. Такой минималистичный, в духе «Приговоренный к смерти бежал» Брессона. Но мне хотелось ввести внутренние монологи героя. В кино это смотрится всегда... избыточно. Может, написать повесть или рассказ? Но для повести тут маловато событий, а рассказ — недостаточно веское заявление, я же уже ощущал, что вырисовывается очень сильная история, которая может прозвучать.

Итак, вы раз за разом прокручиваете придуманную историю в голове. И так до тех пор, пока не происходит...

3) Инсайт

К вам приходит неожиданная идея, полная картина складывается в голове. Появляется сильнейший творческий импульс. Если вы придумали идею, которая выглядит гениальной, но при этом не воодушевляет настолько, что вы готовы горы свернуть, — это не оно, ищите дальше. Когда вы нащупаете Ту Самую Идею — сразу почувствуете, что это она. Не промахнетесь. И пальцы сразу потянутся к перу, перо — к бумаге.

В случае с «Убийцей» было так: в какой-то момент я подумал — а что, если это будет пьеса без ремарок? Только реплики, в которых персонажи будут проговаривать свои мысли, и через эти реплики мы будем видеть действия других персонажей.

После этого вся пьеса была написана за четыре дня.

Кажется, чуть раньше я упоминал, что в это время работал над 32-серийным сериалом, и для меня было не так просто выделить 4 дня на пьесу. Но я это сделал, потому что понимал, насколько она важна. Я не мог, например, три дня писать пьесу, потом неделю заниматься сериалом, потом еще день писать пьесу. Если бы я допустил такой разрыв, пьеса бы не получилась.

Когда входишь в поток — нельзя из него выходить. Нужно всегда идти до конца.

Кстати, наличие «обязательной» работы дает целых два преимущества. Во-первых, голова «разогрета», не нужно тратить время на то, чтобы разогнать перо. Во-вторых, всегда хочется отвлечься, заняться чем-то другим. Когда пишешь сериал — хочется написать пьесу. Нужно сдать пьесу — хочется преподавать. Преподаешь — хочется написать учебник. Пишешь учебник — хочется писать сценарий. Иногда можно и уступить себе в этом желании, позволить себе отложить работу и сделать что-то «для себя».

4) Оценка

Когда текст только написан, он кажется мягким и податливым. Его можно безболезненно править, улучшать. Но этим можно слишком увлечься. На этой стадии важно не угробить свою работу.

Должен признаться: две свои пьесы я убил бесконечными поправками и переделками. Лучше дать тексту немного вылежаться. Хотя бы день. Если нет дня — хотя бы час-два. Если нет часа — хотя бы пять минут. Нужно установить некоторую дистанцию между собой и текстом. Дать ему слегка затвердеть, чтобы была видна его форма, — и тогда можно понять, что такое вы написали. И тогда начинается...

5) Полировка

После того, как был закончен «Убийца», я изменил в тексте всего два слова. Но это были важные два слова — если бы я их не изменил, пьеса оказалась бы совершенно другой. Иногда правки бывает довольно много, порой приходится разрушать структуру и отказываться от идей, пришедших во время инсайтов, и сцен, написанных в состоянии потока. Иногда приходится вообще отказываться от полностью сделанной работы и начинать все сначала. Иногда начинать сначала приходится несколько раз. Иногда даже это не приносит результата.

Что бы вы ни писали, как бы вы ни работали, ваш творческий процесс устроен так, как я только что рассказал. Учитывайте это. Большинство проблем, связанных с «не пишется», возникает из-за того, что нарушена или пропущена одна из стадий.

Или автор сел писать в то время, как замысел не вызрел, не дожидаясь инсайта. Или отвлекся в момент инсайта, вышел невовремя из потока. Или начал полировать незаконченный текст — сразу после инсайта или даже до него. Есть люди, которые не переходят ко второй странице до тех пор, пока не доведут до идеала первую.

В следующей главе я всей силой своего полемического таланта обрушусь на таких людей и обличу сатирическим пером их неразумность.

Моя знакомая четыре года ела суп из салатницы, потому что никак не могла найти тарелки для супа нужного ей цвета. Это крайняя степень перфекционизма.

Мой приятель уже десять лет пишет сценарий. У него написано уже целых полторы страницы. И да — это полторы страницы, которые полностью его устраивают. Эти полторы страницы выделаны так, что звенят! Но он не может написать ни одной следующей реплики, которая бы соответствовала качеству, заданному этими полутора страницами. Увидим ли мы когда-нибудь его кино? Возможно. Но только в том случае если мой приятель позволит себе написать не идеальную, а...

...достаточно хорошую следующую реплику.

Реплику, которая, может быть, не будет столь же прекрасна, как первые полторы страницы, но которая будет просто на месте и будет достаточно хороша. Это сдвинет работу с места и, возможно, позволит написать еще сотню страниц, каждая из которых будет не хуже первых полутора.

А моя знакомая вполне могла бы купить тарелки пусть не Того Самого Цвета, но хотя бы цвета, максимально близкого к Тому Самому. И не мучиться четыре года с салатницей.

Когда начинаешь любое дело, очень важно отключить перфекционизм. Мне случалось запустить многомиллионный проект с помощью заявки, набросанной за двадцать минут. Если бы я сел и начал вылизывать эту заявку, проекта бы не было, или его написал бы другой.

Помните.

Когда вы начинаете любое дело, отключайте перфекционизм.

Но то, что нужно сделать, делайте достаточно хорошо. Достаточно.

Если вы решили заняться своим здоровьем — для начала достаточно, если вы просто бросите курить. Не нужно сразу становиться вегетарианцем и чистить себе чакры. Для начала достаточно будет, если вы сделаете главное.

Очень многие в любом деле сосредотачиваются на мелочах, упуская главное. В итоге появляются такие странные создания как веганы-курильщики. Кстати, как правило, очень несчастные и агрессивные люди, поскольку чувствуют свою неправоту и бьются насмерть с любым желающим, чтобы эту неправоту отстоять.

Если вы живете в провинции, а хотите стать сценаристом — вам ничто не обломится, пока вы не переедете в Москву. Я сам это проходил в свое время. Десять лет я жил в Вологде, каждый день понимая, что должен ехать в Москву, но каждый день откладывал это решение. И однажды решился — просто купил билет и приехал. Уже на следующий день у меня была работа (не самая лучшая в мире) и жилье (вполне кошмарное). Следующие несколько месяцев я работал под началом человека, который представлял собой нечто среднее между Гитлером, Сталиным и Пол Потом. А парень, который снимал до меня квартиру, которую я занял, сказал, что там «дует». Дует! Я прожил в этой квартире четыре года. Когда там «дуло», просто натягивал еще одно одеяло. А парень вернулся в свой Ростов. Видимо, там ему сейчас не дует. Если бы я выбирал — хочу лучшую работу, хочу квартиру, в которой «не дует» — до сих пор сидел бы в Вологде.

Если вы не учились в киношколе — вам ничто не поможет, пока вы не пройдете курс обучения. Не обязательно выбирать самую лучшую киношколу, любая из имеющихся будет достаточно хороша. Вы получите необходимый минимум, а дальше доберете сами.

Если у вас есть серьезные проблемы — долги, болезни, дурные привычки — прежде всего справьтесь с ними, а уже потом начинайте заниматься самосовершенствованием и карьерой.

Итак, на начальной стадии любой деятельности вы должны отключить перфекционизм и не пытаться все сделать идеально. Чаще всего вполне достаточно сделать более-менее хорошо.

Но когда вы решите главные проблемы, начинается следующий этап — непрерывные улучшения. Непрерывное стремление к лучшему.

Когда вы разгребли свои основные проблемы, вы должны включить режим кайдзен.

Что такое кайдзен?

И снова википедия нам поможет:

Конец цитаты.

Когда американцы начали выпускать японские машины по японской лицензии, оказалось, что они чаще ломаются, чем собранные в Японии. В чем дело? Те же материалы. Та же технология сборки. Но все дело в маленьких отличиях, как сказал бы Винсент Вега. Японцы делали все то же самое, но чуть-чуть лучше.

Бросив лишь один взгляд на сценарий, можно понять, написан он новичком или профессионалом.

Но бывает так, что начинаешь читать сценарий и чувствуешь, что тут есть что-то еще. Видишь какие-то неправильности, корявости, хочется что-то поправить, изменить, прочитанный сценарий оставляет недоумение — но не дает покоя. Ходишь и думаешь: зачем там эта сцена? А потом вдруг понимаешь — вот зачем. И от прозрения начинает кружится голова. Все то же самое, что и в обычном сценарии, но необъяснимо, невыразимо лучше, глубже, точнее.

Такие тексты цепляют на всю жизнь. К ним хочется возвращаться снова и снова. Таким было «Дикое поле» Луцика и Саморядова, «Свободное плавание» Сандрика Родионова, «Про уродов и людей» Алексея Балабанова, «Парад планет» Александра Миндадзе.

Такие сценаристы работают в режиме кайдзен. Непрерывно, день за днем улучшая и совершенствуя свои навыки. Живя активной духовной жизнью. Наблюдая, обдумывая, сомневаясь. Проводя десятки и сотни часов за письменным столом.

Поэтому то, что они делают, невозможно повторить. Они создают сценарии, которые меняют не просто кинематограф — они меняют наш мир. Делают людей лучше, умнее, добрее, честнее.

А разве это не то, ради чего мы все работаем?

В этой книге я старался рассказывать вам о базовых принципах, не углубляясь в конкретику. Но есть четыре навыка, о которых мне хочется рассказать особо. Очень важно максимально, насколько это для вас возможно, прокачать их; в них вы должны быть заметно выше среднего уровня.

Стало уже штампом приравнивать современный английский к средневековой латыни. Но да, это так — без английского никуда. Все заслуживающие интереса учебники, блоги, форумы, сценарии — вся литература по сценарному мастерству доступна только на английском языке. Лучшие фильмы и сериалы можно посмотреть на полгода-год раньше остальных русскоязычных зрителей, если вы владеете английским и знаете, что и где искать.

К сожалению, школы наши английскому учат плохо.

Правда, я учился в 80-е годы и в сельской школе, возможно, сейчас ситуация изменилась, хотя не думаю, что в лучшую сторону.

Много лет я пытался выучить английский. В ход шли и Эккерсли, Илона Давыдова, 25-й кадр — все без толку. Хуже всего было с карточками. Такое ощущение, что пытаешься кнопку воткнуть в бетонную стену. Слова не запоминались никак.

В конце концов я сел и попытался понять, с чем вообще имею дело. Как устроен английский язык? Как он работает? Оказалось, что устроен он довольно просто. Чтобы более-менее уверенно строить предложения, достаточно выучить меньше двух десятков глагольных форм и неправильные глаголы (их чуть больше сотни, но постоянно используются те же десятка два, так что не такой большой труд). Что касается лексики — я выучил две тысячи самых употребительных слов (их список есть в интернете). Учил так: читал слово глазами, слушал транскрипцию, потом произносил его вслух, потом записывал ручками в блокнот, потом смотрел, как слово употребляется в контексте. Все это заняло примерно неделю.

Чтобы двигаться дальше, нужно понять, каким способом вы воспринимаете информацию. Все люди делятся на аудиалов, визуалов и кинестетиков. Аудиалы все воспринимают на слух («Я слышал, что...»), визуалы — видят картинку («я видел, как...»), кинестетики — через действия («Я думаю, что...»).

Я кинестетик, мне бесполезно слушать или читать, хотя в последние три года я и читаю два англоязычных журнала в неделю и смотрю несколько фильмов. По-настоящему я освоил английский тогда, когда на некоторое время попал в англоговорящую среду. К счастью, это были не англичане, а немцы и поляки, которые все-таки использовали довольно простую лексику. Сначала было очень тяжело, но уже через три дня я болтал вполне сносно, через пять дней начал по утрам учить (на английском!) немцев гимнастике цигун, а под конец поездки написал небольшую пьесу на английском языке.

Сейчас я веду довольно обширную переписку на английском. Приходится иной раз заглядывать в переводчик Гугла, но пока никто из моих корреспондентов не жаловался.

Вот и весь секрет. Нужно выяснить, аудиал вы, визуал или кинестетик, и учить язык с учетом этого. Если аудиал — слушать аудиокниги и лекции, если визуал — читать, и кинестетик — использовать язык, говорить на нем и писать.

Владею ли я английским языком? Наверное, TOEFL бы не сдал. Но для моих задач этого уровня вполне достаточно.

Двадцать лет я печатал двумя пальцами. Это медленно и неудобно. Устают не только указательные пальцы, но и усталость переходит на руки, плечи, спину — и все тело. Печатаешь два часа — а как будто два вагона разгрузил.

Есть множество разных методик освоения слепого десятипальцевого метода. Самый простой — скачать в сети бесплатный тренажер «Стамина». Простенькая программка. Если заниматься полчаса в день в течение двух недель — навык закрепляется намертво.

Однако важно в это время ни страницы не печатать «по старинке», двумя пальцами. Только вслепую, только хардкор! Через две недели вы и не вспомните, как это вообще можно было печатать двумя пальцами. Это же медленно! Это же неудобно! Это же все тело устает!

Самый плохой блокнот лучше самой крепкой памяти. Это так. Глупо доверять памяти номера телефонов и адреса — это совершенно бессмысленная трата ресурсов вашего мозга. Я никогда не запоминаю имена, адреса, даты и цитаты. Зачем? Все это лучше записать. Или посмотреть в интернете, если понадобится. Никогда не понимал любителей заучивать длинные цитаты.

Кстати, бывает так, что такой любитель цитат заучивает одну цитату и носит ее всюду с собой, как пустое ведро, громыхает ею. Есть один известный телеведущий, который при любом удобном случае цитирует Рильке, всегда одну и ту же строчку.

В нашем детстве говорили, что заучивание стихов наизусть развивает память. Ничего подобного. Заучивание стихов наизусть заполняет память стихами.

Хорошая память нужна, чтобы очень быстро предоставить вашему воображению максимально широкий набор ассоциаций. Многие люди, которые говорят, что у них плохая память, на самом деле обладают хорошей памятью. Просто они помнят только то, что им нужно.

Это звучит смешно, но я не помню название книги, по которой занимался развитием памяти. Такая информация не была мне нужна, и я ее просто не запомнил, а вот периодическую таблицу Менделеева, которую предлагалось выучить в качестве упражнения, помню до сих пор.

Большая часть пособий по укреплению памяти использует один и тот же прием — создание «якоря», который позволяет вытащить из памяти нужное воспоминание. Например, код от замка в моем доме 3451. Очень просто запомнить: 1934-й — год выхода фильма «Чапаев», 1951 — год выхода фильма «Белинский». Но вряд ли этот якорь годится для кого-то, кроме меня.

Помните, я недавно говорил об аудиалах, визуалах и кинестетиках? Аудиалам нужны звуковые якоря, визуалам — картинки, кинестетикам — действия.

Отговорка «Чукча не читатель, чукча писатель» не пройдет.

Сценарист должен много читать. Сценарии, учебники, документальную и художественную литературу, а когда идет сбор материала для сценария — огромное количество источников. Да и договоры, которые подписываете, иной раз не худо бы прочесть, чтобы потом не столкнуться с неприятными сюрпризами.

Читать сценаристы не умеют и не любят. Злоупотребление социальными сетями приучает к нерациональному, невнимательному чтению. Мы привыкаем к тому, что текст редко дает нам что-то ценное, и приучаемся извлекать из текста не ценное, а интересное.

Поэтому я бы не ставил вопрос о скорочтении, скорее о рациональном или, еще точнее, эффективном чтении. Чтении, которое позволяет максимально быстро находить в тексте ценную информацию, выделять ее, фиксировать, осмысливать и запоминать.

Прочитал у одного гуру, что нужно читать 500 книг в год. На мой взгляд, это очень глупая задача (а если прочитаешь 499 — год не удался?). Правильная задача — получить, осмыслить и применить знания, которые изложены в 500 книгах, и не абы каких, а самых лучших.

Как осваивать скорочтение (давайте для удобства называть его так)? Можно нанять преподавателя. Можно сходить на курсы. Можно приобрести онлайн-тренинг. И можно заниматься самостоятельно. Мне кажется, наиболее эффективным будет онлайн-тренинг или самостоятельные занятия. Преподаватель или курсы — это еженедельная история, а для того, чтобы навык скорочтения возник и зафиксировался, нужны ежедневные занятия. По большому счету, научиться скорочтению можно, занимаясь всего десять минут в день в течение месяца. И в этой статье вы получите все, что вам для этого нужно.

На всякий случай — сам я скорочтению не обучаю, у меня другая епархия.

Разные тексты читаем по-разному. К художественной литературе подход совсем другой, чем к деловой или научной.

Представьте, что вы на совещании. Вы начальник. Ваш подчиненный начинает доклад. Идет длинное-длинное вступление, которое вы слушаете вполуха. Наконец вам надоедает, вы обрываете докладчика и задаете ему вопрос. Он отвечает. Вы задаете еще пару вопросов. Спрашиваете только то, что вас интересует, и выслушиваете ответ. И все. Двухчасовой доклад вам не нужен. Вам нужна информация, которую вы получаете за пять минут, задав три конкретных вопроса.

Теперь представьте, что вы сидите с приятелем у камина и выпиваете, допустим, лимонад. Он рассказывает вам какую-нибудь историю из своей жизни. Вы можете оборвать его и, задав пару вопросов, вытянуть суть повествования. Но вы терпеливо сидите и слушаете два часа. Почему? Потому что это ваш приятель и вам нравится сидеть с ним у камина, пить свой, допустим, лимонад и слушать его бесконечную историю. Вам нужен не результат, а процесс.

Совещание — это чтение деловой и научной литературы. Вы можете потребовать от автора перестать лить воду и перейти к делу — перелистать страницы и найти то, что вам нужно. Беседа у камина — это художественная литература. Если вам неприятно проводить время с этим автором, никто не мешает захлопнуть книгу и поставить ее на полку. Но если приятно — зачем лишать себя удовольствия и читать «на быстрой перемотке».

Если вы понимаете, как устроены книги, вам проще иметь с ними дело. Речь, конечно, идет не о переплете, а о том, как книга написана.

Очень многие современные нон-фикшн книги устроены так: берется одна мысль, которую вполне можно изложить в виде статуса в фейсбуке, а иногда и в виде сообщения в «Твиттере», и размазывается на целую книгу. Одна и та же мысль повторяется много раз, разжевывается и иллюстрируется многочисленными примерами, старыми анекдотами и историями из жизни автора.

Вот, например, «Китайское исследование». Бестселлер о здоровом питании. 300 страниц — описание исследований, доказывающих вред животного белка. На 300-й странице — список полезных и вредных, по мнению автора, продуктов. Потом еще сто страниц о том, почему власти скрывают от народа правду о вегетарианстве. Вся полезная информация в этом 400-страничном томе легко укладывается в 140 знаков: «Китайское исследование доказало, что животный белок способствует инициации и развитию различных болезней, в том числе рака».

Таких книг в книжных магазинах — кубометры. Как их читать?

Очень просто! Просматривать оглавление, потом пролистывать книгу по диагонали, находя те несколько страниц, на которых действительно есть ценная информация, всю воду — пропускать.

Есть некоторые авторы, которые очень много пишут. 10 книг в год, 20 книг. Читать их все — бессмысленно, поскольку содержание в них дублируется на 70–80 процентов. Даже иллюстрирующие мысль автора анекдоты кочуют из книги в книгу. В этом случае можно быстро пролистывать книгу, находя те 20–30 процентов нового контента, которые вам нужны, а из этого нового контента «отжимать» несколько страниц, которые по-настоящему ценны. Очень часто по-настоящему ценная информация — всего одно предложение. Но если это предложение, которое полностью меняет вашу жизнь, то не грех и потрудиться немного, чтобы найти его в толстой книге. Если же говорить о сценариях, то обычно их читают так: описание действия просматривают по диагонали, в диалоги вчитываются. Это неправильный подход. Лучше делать наоборот — внимательно читать «кирпичи» описания действия, а диалог просматривать по диагонали. Большая часть событий в сценарии излагается именно в «кирпичах».

Прежде чем начать читать книгу, я всегда стараюсь что-то узнать об авторе, хотя бы прочитать статью о нем в википедии. Очень часто информация об авторе дает ключ к книге. Например, если я узнаю, что автор писал эту книгу двадцать лет, я буду читать ее не так, как книгу, написанную за один уик-энд.

Смотрим на название и обложку. Оформление, переплет и даже название издательства имеют значение. Понимаем, о чем книга, и принимаем решение — продолжать знакомство с ней или поставить обратно на полку.

Затем просматриваем оглавление. Осмысливаем то, что мы видим, и принимаем решение — иметь дело с книгой дальше или нет.

Очень важно не только читать книги, которые нужно читать, но и не читать книги, которые читать не нужно.

Заглядываем в предисловие и пролистываем книгу. Время от времени останавливаемся и читаем пару абзацев. Оцениваем содержание и стиль. И снова — принимаем решение, иметь дело с этой книгой или нет.

Если нет — ставим книгу обратно на полку. Если да — пытаемся сразу найти в книге то, что нам нужно. Проглядели оглавление, зафиксировались на том, что, на ваш взгляд, кажется самым важным в книге, находим интересующую вас главу и читаем несколько абзацев. Дальше происходит следующее:

1) Видим, что текст не имеет ценности. Закрываем книгу и ставим на полку.

2) Видим, что текст имеет ценность, но вся нужная информация изложена в нескольких абзацах. Прочитываем нужную информацию, вникаем, запоминаем, ставим книгу на полку.

3) Видим, что весь текст имеет ценность. Читаем книгу целиком.

Есть еще четвертый вариант действий — когда в руки попадает книга, которая так плотно насыщена ценной информацией, что приходится останавливаться каждые десять страниц, чтобы осмыслить прочитанное. Но таких авторов и таких книг очень мало, встретить подобную — большая удача. Тут уж не до скорочтения.

Очень многое зависит от того, как чтение подготовлено. Никто не должен прерывать вас во время чтения. Я лютый враг прерывания. Я считаю, что читать час в день вполне достаточно, если никто не мешает. Если за этот час вас прервут даже на секунду или вы сами отвлечетесь на одну секунду — считайте, час прошел впустую.

Поэтому — никакого интернета. Никакого радиотелевизора, никакой музыки, никаких разговоров и никакого мобильного рядом, когда вы читаете!

Читать нужно сидя. Спина должна быть прямая. Книга должна находиться на расстоянии около 50 сантиметров от глаз (это чуть дальше, чем то, как вы обычно держите книгу).

В детстве нас учили, что свет должен быть направлен на книгу, но недавно я наткнулся на утверждение, что часть света должна быть направлена в глаза читающего. Проверил на себе — реально, глаза устают меньше.

Самые большие потери скорости (и внимания) при чтении возникают в том случае, если вы не понимаете, что вы читаете. К этому подходят по-разному: некоторые специалисты советуют читать текст, отмечать непонятные слова, потом «оптом» смотреть их в словаре. Мой опыт показывает, что такое чтение неэффективно. Если вы не понимаете текст, вы начинаете «защищаться» от него, отключаться. Книга в руках, глаза бегают по странице, страницы переворачиваются, но мысли ваши далеко. Эффективность такого чтения равна нулю.

Если вы встречаете непонятное слово, нужно остановиться и посмотреть в словаре. Да, прерывание замедлит ваше чтение. Но новое слово — это прожектор, который осветит ваш путь в темноте. Каждое узнанное новое слово — это очень ценное приобретение. К тому же вы увидите это слово сразу в контексте, а значит, скорее всего, уже его не забудете.

Если книга помогла вам узнать всего лишь одно новое слово — вы уже не зря потратили на нее время.

Итак, если видите незнакомое слово — останавливайтесь, смотрите в словаре, запоминайте.

Регрессии это возвратные движения глаза по строчке. Любой курс по скорочтению начинается с рекомендации: «читайте без регрессий».

Ага, легко сказать, да сложно сделать. Как ни старайся, глаз все равно возвращается назад к началу строки.

А вы попробуйте сделать вот что: проведите пальцем снизу под строчкой, которую читаете. Слева направо. Пусть ваш взгляд движется вместе с пальцем. Попробуйте прямо сейчас на этом самом тексте.

Видите, сразу стало легче фиксировать взгляд. И вы можете регулировать скорость чтения. Можете читать быстрее, можете медленнее.

Лучше, конечно, быстрее.

Поначалу вы будете хуже понимать текст, но это быстро пройдет. Делайте это упражнение 10–15 минут в день. Через неделю вы забудете о регрессиях.

Когда мы читаем, то проговариваем текст вслух. То есть, конечно, этого никто не слышит, но мы все равно его проговариваем. Наши язык и губы двигаются: это чуть заметные движения, которые мы не осознаем, но они все равно значительно тормозят скорость чтения. Совсем избавиться от артикуляции невозможно, но ее можно уменьшить.

Самый простой способ — старое доброе простукивание. Садитесь с книгой. Правой рукой ведете по странице (долой регрессии!), а левой отстукиваете ритм. Ритм должен быть сложный, чтобы вам приходилось фиксироваться на нем. Например, такой: раз, раз-два, раз-два, раз-два-три.

Когда получится держать ритм, добавьте внутренний счет. Просто считайте про себя: «раз, раз-два, раз-два, раз-два-три».

Поначалу понимание текста снизится, но через неделю оно к вам возвратится, артикуляция уменьшится, скорость чтения увеличится.

Следующий этап овладения скорочтением — увеличение поля зрения. Мы читаем медленно потому, что видим только одно-два слова. Люди, которые владеют скорочтением, видят сразу строку, а наиболее продвинутые — несколько строк. А есть джедаи, которые видят страницу целиком.

Есть несколько методик расширения поля зрения. Причем пресловутое созерцание зеленой точки — не самый очевидный способ, верный, действенный, но оч-чень медленный.

Гораздо лучше помогают клиновидные таблицы и таблицы Шульте.

Клиновидная таблица выглядит вот так.

Закрываете таблицу листом бумаги, оставляете только верхнюю строчку. Смотрите на цифры и стараетесь увидеть буквы слева и справа. Теперь ведете лист бумаги сверху вниз, открывая следующие цифры одну за другой. Смотрите только на цифры, но стараетесь при этом увидеть буквы слева и справа! С каждой следующей строкой буквы становятся все дальше. Прорабатывайте пять клиновидных таблиц в день, и за неделю ваше поле зрения расширится неимоверно.

Таблицы Шульте — это таблицы со случайно расположенными объектами (обычно числами или буквами), служащие для тестирования и развития быстроты нахождения этих объектов в определенном порядке. Упражнения с таблицами позволяют улучшить периферическое зрительное восприятие.

Вот как это выглядит:

Смотрите в квадрат, который находится в центре. В данном случае — на цифру «19». Смотрите только на нее! И старайтесь, не отводя от нее взгляд, увидеть остальные цифры — от 1 до 25.

Поначалу это будет получаться очень медленно. Потом скорость увеличится.

Тогда можно добавить сложности, взять вот такую, 80 lvl:

Прорабатывайте 5 таких (то есть не вот таких, а тех, что попроще) таблиц в день в течение недели.

Найти их можно в интернете, их там великое множество, разных, на любой вкус. Есть даже онлайн-генератор таблиц, который специально для вас создаст новую таблицу Шульте.

Теперь давайте вернемся к тому, с чего начинали, — к книге. Выберите какую не жалко и проведите по линейке вертикальную черту через середину страницы.

Возьмите книгу в руки и читайте так: глаз падает в точку слева от черты — глаз падает в точку справа от черты.

Следующая строка. Точка слева — точка справа.

Следующая строка. Точка слева — точка справа.

То есть глаз движется не плавно по странице, а скачками, из точки в точку.

Читайте так десять минут в день.

Через неделю можно переходить к последнему этапу. Берете книгу с точно так же разлинованными страницами и читаете страницу сверху вниз. Глаз движется по черте в середине страницы.

Еще через неделю читаете неразлинованную книгу. Сначала можно помогать себе — вести пальцем по странице сверху вниз. Потом убираете палец — и вуаля, вы читаете страницу за десять секунд, все понимаете и все запоминаете.

Следующий этап. Ставите три красных точки на странице: в середине первой строчки, в середине средней строчки и в середине последней строчки. И читаете каждую страницу, бросив на нее три взгляда — сверху вниз. Три секунды на страницу.

И наконец — одна точка в центре страницы. Смотрите на нее одну секунду и видите за эту секунду всю страницу.

Поздравляю: вы джедай скорочтения!

Всю эту программу можно выполнить за месяц, занимаясь не более 15 минут в день.

P. S. Не так важно, сколько книг вы прочитали и что из прочитанного поняли. Важно, что вы это сделали. Я в каждой книге прежде всего ищу, что можно применить в моей жизни. Если это художественная книга — впечатление, эмоцию, или прием, который могу использовать в своей работе, а иной раз и образ (да, здесь воруют!). Если это нон-фикшн, деловая или научная книга — ищу только то, что могу внедрить немедленно, и записи делаю не в блокнот, а в ежедневник — внедрить завтра же. Опыт показывает: если не сделал что-то в течение суток — не сделаешь уже никогда.

Вот, собственно, и все. Хотя нет, еще кое-что. Если вы просто прочитали книгу, захлопнули и поставили ее на полочку — вряд ли что-то изменится в вашей жизни. А вот если вы поставите ее, как говорит одна моя знакомая, «на полочку справа», и будете методично и последовательно внедрять в свою жизнь все, что только что узнали, тогда... сами увидите, что произойдет.

P. S. Если хотите получить консультацию, поступить в мою сценарную мастерскую или записаться на коучинг — пишите на amolchanov@yandex.ru.

Обнимаю!

Ваш М.

Александр Владимирович Молчанов родился в 1974 году в поселке Сямжа Вологодской области. Окончил Вологодский педагогический университет (факультет филологии, теории и истории изобразительного искусства), ВГИК (Центр дополнительного профессионального обучения, отделение кинодраматургии, мастерская А. Э. Бородянского).

Сценарист сериалов «Час Волкова», «Кодекс чести», «Захватчики», «Москва, Центральный округ» (НТВ), «Черчилль» (Россия), «Побег» (Первый канал), «Кости» (СТС) и многих других.

Драматург, автор пьесы «Убийца», поставленной более чем в тридцати театрах России и зарубежья.

Лауреат драматургических премий «Евразия», «Любимовка», «Премьера», «Страна», «Мы дети твои, Россия», «Новые пьесы из Европы».

Преподавал кинодраматургию во ВГИКе, киношколе «Синемоушен лаб», Московской школе кино, Мастерской индивидуальной режиссуры. Создатель и руководитель сценарной онлайн-мастерской.