Винченцо Ди Лаурентис, тридцатитрехлетний принц княжества Арансия, стоял перед камерой и наблюдал с балкона дворца, как сад готовят к открытию пятнадцатого апрельского фестиваля цитрусовых. Сегодня он впервые появился на публике после похорон своей жены, принцессы Михелины, прошедших шесть недель назад. Он приветственно помахал толпе, собравшейся внизу.

Арансия находится между Францией и Италией на побережье Средиземного моря. В столице с таким же названием проживает восемьдесят тысяч человек, а остальные тридцать населяют города поменьше и деревни. Кроме туризма, страна веками была известна своими апельсинами.

В следующие две недели в Арансии заработают ярмарки, цветные ленты, парки будут украшены различными цитрусовыми.

Винченцо только что вернулся из деловой поездки, вместе с другими главами государства посетив три континента. Ему было приятно вновь находиться с отцом, королем Джулио. По приезде он окунулся в цветущую весеннюю красоту. Жители города радовались окончанию зимы, а сам Винченцо чувствовал, что мрак, опустившийся на него со смертью жены, постепенно начал рассеиваться.

Их брак не был заключен по любви. Несмотря на помолвку в шестнадцать лет, они с Михелиной проводили мало времени вместе. Они поженились спустя четырнадцать лет знакомства. Зайдя в их комнаты, Винченцо больше, чем когда-либо, ощутил чувство вины за то, что так и не смог полюбить принцессу так, как она любила его.

Он уважал ее, восхищался ее усилиями создать видимость счастливой пары, но сам никогда не испытывал влюбленности. Они трижды пытались завести ребенка, но ничего не получилось.

Когда они занимались любовью, Винченцо старался проявить всю свою нежность, но истинная страсть так и не пробуждалась в нем.

Он познал удовольствие с другими женщинами до свадьбы, но никому не мог отдать своего сердца, зная, что помолвлен.

Винченцо предполагал, что родители Михелины тоже не нашли счастья в браке, как и его собственные. Редко когда королевский брак приносил счастье супругам. Михелина же хотела, чтобы их отношения были другими, и Винченцо старался, как мог. Но любовь не призвать силой — она должна возникнуть сама.

Тем не менее одно он сумел сделать, чтобы принести радость в свою семью. И это единственное помогло ему преодолеть мрачный период в жизни. За несколько дней до смерти принцессы стало известно, что у них будет ребенок. В этот раз они сделали все, чтобы выкидыша не случилось.

Довольный, что социальные обязанности на сегодня выполнены, принц ушел с балкона, торопясь посетить женщину, согласившуюся стать суррогатной матерью их ребенка. Эбби Лоретто, американка, давно с ним дружила. С двенадцати лет она жила во дворце вместе с отцом Карло Лоретто, который служил у них начальником охраны.

Винченцо было восемнадцать, у него уже сложилась своя компания, когда приехала Эбби. Дальше она всегда присутствовала в его жизни, как младшая сестра. С ней Винченцо удалось сблизиться лучше, чем с родной сестрой Джианной, которая была на шесть лет старше его.

Винченцо и Эбби вместе играли на море или в бассейне. Девушка была очень веселой и яркой. Рядом с ней принц мог быть самим собой, расслабиться, не думая о других. Живя во дворце, Эбби отлично понимала, каково это — быть членом королевской семьи, и им не надо было это обсуждать.

Когда его мать умерла, они с Эбби часто и подолгу гуляли. С ней ему было комфортно. Девушка тоже потеряла маму и отлично знала, как ему тяжело. Эбби ничего не просила взамен, всего лишь была его другом, и неудивительно, что спустя столько времени они научились друг другу доверять.

Эбби стала неотъемлемой частью его жизни, поэтому ее предложение выносить ребенка для него и Михелины казалось чем-то нормальным. Эбби очень нравилась принцессе, и они втроем провели долгие месяцы, консультируясь с врачами, прежде чем все удалось. Они были командой. Пока Михелина не умерла.

Винченцо привык ко встречам у доктора или психолога. Его командировка, казалось, длилась вечно, хотя прошло всего лишь несколько недель с тех пор, когда он в последний раз виделся с Эбби. Теперь же, когда она вынашивала его ребенка, они были связаны и Винченцо надо было находиться рядом с ней.

Все время в отъезде он думал о том, чтобы вернуться и узнать, как дела у Эбби и малыша. Но к этому желанию примешивалось и чувство вины, от которого он никак не мог избавиться. Меньше двух месяцев назад он потерял свою жену и, хоть и горюя по своему неидеальному браку, все же сосредоточился на другой женщине.

И эта женщина вынашивала его с Михелиной ребенка. Понятно, что он заботился об Эбби, которая согласилась совершить для них это чудо: благодаря ей он станет отцом. Однако же после смерти жены ситуация стала казаться странной, хоть и не такой уж неправильной. Пока он занимался делом, ему было не до душевных раздумий, но, вернувшись, он столкнулся с настоящей эмоциональной дилеммой.

Пожелание добрых снов крутилось в голове у Эбби всю ночь. Встретившись с Винченцо, она не могла унять дрожь. Она проснулась гораздо раньше, чтобы подготовиться, зная, что мать Михелины будет задавать много вопросов.

Эбби всегда как следует одевалась на работу. С тех пор как фирма «Фаустино, Руггери, Дуомо и Тонелли» стала обслуживать высокопоставленных клиентов, синьор Фаустино выразил настоятельное пожелание, чтобы все работники были одеты соответствующе.

Все знали, что она дочь начальника дворцовой охраны, поэтому никто не удивлялся тому, что ее привозят и увозят на лимузине. Но кроме начальника и Каролены, никто не знал о ее особенном положении.

После родов во дворце официально объявят о том, что суррогатная мать выносила ребенка для его высочества, нового наследника, который будет вторым претендентом на престол. К этому времени Эбби исчезнет.

Винченцо был частью ее жизни так долго, что она с трудом представляла, как не сможет больше его видеть. После рождения малыша она переедет на другой конец города и продолжит свою жизнь и карьеру юриста.

С тех пор как она переехала во дворец вместе со своей семьей, Винченцо был поблизости, показывая ей места, которые не видел ни один турист. Он брал ее с собой на верховые прогулки, поплавать на его лодке. Он научил ее управлять яхтой.

Иногда школьные друзья Эбби приходили к ней, а иногда она ходила к ним в гости. Но больше всего ей нравилось проводить время с Винченцо, и она никогда не упускала такой возможности.

Воспоминания овладели ее мыслями, пока она надевала свое любимое платье. Когда они с Кароленой выбирали его в магазине, то решили, что на нем самый сочный желтый рисунок. На рукавах-фонариках и по вырезу ткань была бежевая, создавая контраст. Поясок тоже был бежевым. Платье чудесно смотрелось на Эбби, и она решила надеть его, пока еще есть возможность.

Сделав пучок, она нанесла макияж, надела желтые туфельки и вышла из спальни. Но стоило ей схватить свою светлую сумку, как зазвонил телефон.

— Синьорина Лоретто? Это Марселло. Вас ожидают в королевской гостиной. Вы готовы?

Эбби сжала трубку. Всю ночь она переживала о предстоящей встрече. Логично, что мать Михелины хочет встретиться с женщиной, которая родит ее внука. Но что-то во взгляде Винченцо заставляло ее нервничать.

— Да, я сейчас буду.

— Я сообщу его высочеству и встречу вас в коридоре.

— Спасибо.

Благодаря Винченцо Эбби была знакома со всеми закоулками дворца, кроме королевских покоев. Он брал ее в главную гостиную, где король встречался с главами государств, несколько раз. Винченцо нравилось наблюдать, как она реагировала на его истории о высокопоставленных персонах, которые не были известны широкой публике.

Но улыбка Эбби тут же погасла, пока она шла по великолепному зданию на встречу с королевой. Девушка знала, что она до сих пор переживает смерть дочери. Марселло встретил ее в главном коридоре.

— Идите за мной.

Они прошли мимо картин и фресок и повернули за угол. Эбби заметила флаг, висевший на высоких, до потолка, дверях. Марселло постучал и, получив ответ войти, открыл дверь и пригласил Эбби внутрь.

Высокий сводчатый потолок казался живым музеем истории Арансии и видел на своем веку многих французских и итальянских правителей. Но взгляд Эбби тут же обратился к Винченцо, который был одет в темно-синий костюм. Напротив него на отделанном парчой кресле сидела мать Михелины, стильная шестидесятипятилетняя женщина, темные волосы которой еще не тронула седина.

— Проходите, синьорина Лоретто. Я хочу познакомить вас с моей свекровью, ее величеством королевой Гемелли.

Эбби знала это островное королевство на восточном побережье Сицилии, омываемое Ионическим морем.

Девушка повернулась к королеве и поклонилась, как ее научили еще в детстве.

— Ваше величество. Это большая честь для меня. Но сердце болит за вас и принца. Я очень любила вашу дочь.

Глаза королевы были гораздо темнее, чем у Михелины. Королева кивнула, и Винченцо пригласил Эбби присесть на диванчик по другую сторону чайного столика. Когда она села, он начал:

— Если вы помните, я и Михелина летели в Гемелли, чтобы сообщить королеве о беременности.

— Да.

— К моему удивлению, необычные новости вызвали недоумение у моей свекрови, так как Михелина не сообщила о том, что мы хотим воспользоваться суррогатным материнством.

— То есть ваша дочь не рассказывала вам о том, что они задумали с принцем?

— Нет.

— Мне очень жаль, ваше величество.

— Нам всем очень жаль, так как королева и Михелина поссорились, — объяснил Винченцо. — К сожалению, прежде чем они могли вновь поговорить, случилось несчастье. И сейчас королева хотела бы поговорить с женщиной, которая решилась пойти против природы и оказать услугу, которую невозможно оценить.

— И почему же вы решились пойти против природы? — спросила королева.

Эбби содрогнулась.

Раз Винченцо так прямо это сказал, значит, прежде они обменялись с королевой не самими лестными замечаниями.

— Вы не ответили мне, синьорина Лоретто.

— Если бы у меня была дочь, которая обратилась ко мне в такой ситуации, я бы задала ей такой же вопрос. Я поступила так по одной лишь причине. Возможно, вы не знали, что принц спас меня от смерти, когда мне было семнадцать. Моя мать утонула. Прежде чем меня саму вынесло на берег, я потеряла сознание. Когда принц нашел меня, я была при смерти. — На глазах Эбби выступили слезы. — Если бы вы слышали, как рыдал мой отец, узнав, что меня нашли и вернули к жизни, вы бы поняли, что в тот день произошло чудо. А все благодаря быстрым действиям принца. С тех пор мы с отцом были в неоплатном долгу перед ним.

Королева помрачнела.

— Принц и принцесса были идеальной парой, — продолжила Эбби. — Когда я услышала, что у них случился третий выкидыш, мне было очень больно за них. Они заслужили счастье. Перед Рождеством я узнала, что доктор Де Лука предложил им еще один вариант выносить ребенка. — Эбби остановилась, чтобы сглотнуть комок в горле. — Спустя столько лет наконец-то появилось что-то, чем я могу помочь: если я подойду, то я смогу выносить для них ребенка. Вы никогда не поймете, какую радость доставила мне возможность такого особенного поступка. Когда я рассказала отцу, он был удивлен, но впоследствии поддерживал меня. Он понял, что мною движет, иначе никогда бы не одобрил этого.

Эбби судорожно вздохнула:

— Это истинное наслаждение увидеть ребенка, за которого принц и принцесса так боролись. Когда врачи передадут малыша принцу, Михелина будет всегда жить в нем, так же как он будет частью короля Джулио и его жены, вас и вашего мужа, ваше величество.

Руки королевы задрожали.

— Вы не представляете, что такое быть матерью. Сколько вам лет?

— Мне двадцать восемь. Я никогда не была замужем, и у меня не было детей. Но я и не буду матерью этому ребенку. Я лишь вынашиваю его. Да, я пройду через боль и трудности беременности, но я считаю это священной жертвой.

— Вы называете это священным? — Лицо королевы ожесточилось.

— Да. Я встретила множество супружеских пар и суррогатных матерей, с которыми они заключили договор. Они все согласны с тем, что это особенное сотрудничество между ними и Богом.

Впервые королева отвела глаза.

— Принц полностью участвует в процессе. Они с принцессой много раз обсуждали это. Он знает, чего она хотела, и я всегда готова его поддержать. Если у вас есть предложения, я приму их.

Воцарилась тишина.

Не зная, что сказать, Эбби взглянула на Винченцо, ожидая, что он отпустит ее. Он с легкостью прочел ее мысли.

— Думаю, что машина уже ждет вас, чтобы отвезти в офис.

— Да, ваше высочество.

При этих словах королева вновь посмотрела на девушку.

— Вы собираетесь работать? — Она явно была удивлена.

— Да, я страстно люблю свою работу адвоката. После родов у меня будет своя жизнь, и я должна продолжать ее планировать.

— Она перестанет работать, когда придет время, — добавил Винченцо.

— Где вы будете жить после рождения ребенка? — Вопрос сразу дал понять Эбби, о чем именно думает королева: «Не рядом с принцем».

Она не могла осуждать королеву за подобные размышления. Как мать Михелины, она могла подумать и о худшем. Эбби чувствовала себя виноватой, так как скучала по Винченцо гораздо сильнее, чем должна была. Она постоянно думала о нем, не в состоянии прогнать эти мысли. Особенно когда внутри ее рос его ребенок.

Уже несколько недель, мучаясь от бессонницы, она задавалась вопросами: «Что, если бы этот ребенок был ее и Винченцо? На кого он был бы похож? Где бы во дворце они устроили детскую? Где бы они покупали кроватку и остальные детские вещи?» Ей бы хотелось сделать для малыша одеяльце и альбом с фотографиями.

Затем она вскакивала в постели в холодном поту и пыталась отогнать эти жуткие мысли. Смерть Михелины, конечно, многое изменила, но королевский ребенок все равно не ее.

Как она могла о таком думать, когда принцесса ей столь открыто доверяла?

Она же предает и доверие, и уважение, с которыми две женщины могут относиться друг к другу. Они заключили договор, равный кровной клятве. В то мгновение, когда ребенок родится, она сама больше не понадобится и сможет вернуться к прежней жизни.

Эбби было тяжело оттого, что смерть Михелины повергла ее в еще большую пропасть вины, чем прежде. Ей стоит поговорить с психологом и попытаться найти выход из этой ситуации, иначе она сойдет с ума.

Королева Бьянка задала ей вопрос и ждет ответа. — Я собираюсь купить жилье на другом конце города в одном доме со знакомой. Контракт с принцем и принцессой включает проживание во дворце, но, когда я рожу, мне нужно будет уехать.

— С какой знакомой? — Винченцо пристально посмотрел на Эбби.

Этого они еще явно не обсуждали.

— Я говорила о Каролене Баретти. Она моя лучшая подруга, мы работаем в одной фирме. Вместе мы учились в Арансийском университете.

Если королева могла выглядеть максимально разочарованно, то это у нее получилось.

— Вся эта ситуация неестественна.

— Ваше величество, она просто другая. Ваша дочь так сильно хотела ребенка, что согласилась на это. Я надеюсь, что придет день, и вы согласитесь с ее решением.

— Этот день не наступит никогда, — торжественно провозгласила королева. — Узнавая о ее беременности, я дрожала от страха и страдала после каждой неудачи. Но я никогда не рассматривала суррогатное материнство этически приемлемым.

— Но это гестационное суррогатное материнство, — тихо возразила Эбби. — Доктор Де Лука сказал, что тысячи женщин соглашаются на это, и это лучше, чем обычная суррогатность, потому что сохраняет генетическую связь с родителями. Представьте, сколько жизней можно изменить. Я верю, что вы сможете понять, какое это чудо.

— Тем не менее это вне традиции. Это вторжение в Божий замысел.

— Тогда как вы объясните, что в этом созданном Богом мире есть технологии, позволяющие таким людям, как ваша дочь и Винченцо, воплотить свою мечту о семье?

— Это не нуждается в объяснении. Это похоже на интрижку, так как вы третье лицо в их браке. Некоторые считают, что это может закончиться инцестом.

Эбби с ужасом взглянула на Винченцо.

— Что вы имеете в виду?

— Святой отец напомнил мне, что однажды их ребенок может вступить в брак с одним из ваших детей. Генетически они не будут родными, но двое детей будут все равно в какой-то степени братом и сестрой.

Конечно, Эбби надеялась однажды выйти замуж и родить детей, но никогда в жизни она бы не пришла к такому ужасному умозаключению. Лицо Винченцо к этому моменту было просто каменным.

— Еще неизвестно, получите ли вы что-то.

Эбби была поражена.

— Когда принц спас меня, он подарил мне то, что гораздо ценнее материальных ценностей. Если речь идет о деньгах, то он потратил сто пятьдесят тысяч долларов или больше, чтобы оплатить все врачебные процедуры. — Девушка чувствовала себя вымотанной, но уже не могла остановиться. — Возможность жить во дворце, где обо мне заботятся, — уже огромная компенсация. Мне жаль, что вся ситуация вызывает у вас лишь боль. Думаю, вам двоим надо будет обсудить это наедине. Я должна ехать в офис.

Эбби взглянула на принца, молча умоляя его остановить эту муку, прежде чем королева совсем расстроится. Он все понял и встал, давая знак Эбби подняться.

— Спасибо, что присоединились к нам, — пробормотал он. — Какой бы ни была реакция королевы, уже поздно о чем-то говорить. Вы носите нашего с Михелиной ребенка. Я обещаю, что, увидев своего первого внука, королева забудет все свои предрассудки.

Королева с таким презрением взглянула на Винченцо, что Эбби стало обидно. Она не может уйти, оставив все, как есть.

— Я очень польщена нашим знакомством, ваше величество. Михелина постоянно о вас говорила. Она любила вас и надеялась, что вы поможете ей справиться с волнением в эти месяцы. Я надеюсь, что вы это знаете. Если когда-нибудь вам захочется поговорить со мной, пожалуйста, зовите. У меня больше нет матери, и я с радостью выслушаю ваши советы. Еще раз позвольте сказать, как я соболезную вашей утрате. Принцесса была такой милой и образованной. У меня в комнате висят ее акварели. Все по ней будут очень скучать, особенно ребенок. Но к счастью, у него будет бабушка, которая расскажет то, что только она знала о его или ее матери.

Королева невидящими глазами посмотрела на Эбби, и та могла почувствовать ее боль.

— До свидания. — Она сделала реверанс, взглянула на Винченцо, повернулась и вышла из комнаты.

Машина уже ждала Эбби. Ей хотелось бежать, но она заставила себя идти спокойно, чтобы не упасть и не пораниться.

Королева вывела ее из себя. Неудивительно, что жена Винченцо боялась рассказать матери о такой нестандартной задумке. Только сейчас Эбби начала понимать, насколько отчаянной и храброй была Михелина, раз позволила впустить третьего человека в столь интимный процесс. Встреча с королевой стала для Эбби одним из худших моментов в жизни.

Но для Винченцо, наверное, это еще более кошмарное испытание. Он должен пережить смерть жены и при этом отстаивать решение, которое они с ней приняли.

Его, скорее всего, гложет жуткое чувство вины.

Эбби никого не винила в этом, но ей было жаль принца. Она представить не могла, как он справляется со своей болью. Наверное, с помощью работы. И именно так она сама планировала выжить.

Спустя двадцать минут Эбби вошла в неоклассическое здание, где располагалась ее фирма, и направилась прямиком в кабинет Каролены. Ее подруга вела патентные дела. За время их совместной работы Эбби стала ей почти сестрой. К сожалению, она оказалась в суде, так что поговорить им не удалось.

После выпуска из университета Каролену и Эбби взяли в одну известную юридическую фирму. Прошел год. Эбби планировала карьеру с юных лет, и ее взяли не только потому, что она была специалистом по международной торговле, но и за знание французского, английского, итальянского языков и ментонского диалекта.

На ментонском диалекте, похожем на ниццкий и лигурский, говорили на севере Италии. А также им владели десять процентов жителей приграничных земель Арансии, поэтому его знание давало Эбби преимущество перед другими претендентами.

Родители девушки очень умело направляли ее в учебе с ранних лет. Благодаря им она стала одним из лучших специалистов. Но сегодня голова Эбби была занята отнюдь не юридическими процессами. Ее беспокоило то, что Михелина утаила от матери такое важное в ее жизни решение.

Эбби поискала информацию и выяснила, что после смерти короля Григорио королева Бьянка стала правительницей Гемелли и была известна своей жесткостью и непреклонностью.

Она чувствовала ее неодобрение и не завидовала участи Винченцо. Возможно, хотя бы часть слов девушки западут в душу королеве и смягчат ее сердце. Хотя сейчас сердце самой Эбби разрывалось от боли.

Спустя шесть часов, продиктовав несколько поручений Бернардо, Эбби вышла из офиса. Рядом с лимузином стояло несколько машин с охраной. Один из охранников открыл перед ней дверь.

Эбби скользнула внутрь и увидела, кто сидит рядом — в солнцезащитных очках, шелковой бордовой рубашке и кремовых брюках. Эбби резко вздохнула:

— Винченцо… — Имя сорвалось с ее губ, лишь доказывая, что он постоянно владеет ее мыслями.

Дрожь ее голоса проняла Винченцо до глубины души. После откровений, которыми она поделилась с королевой, принц понял, на какие жертвы согласилась Эбби, чтобы выносить для них ребенка, и он вспомнил тот день, когда девушка потеряла свою мать.

Эбби очень хорошо плавала и отлично держалась в море. Как кто-то из его друзей сказал тогда: «Она еще молоденькая, но скоро проявит себя во всей красе».

Когда ей исполнилось семнадцать, Винченцо понял, что засматривается на Эбби гораздо сильнее, чем должен был бы. Она была светловолосой американкой с классическими чертами лица и великолепными стройными ножками. К этому времени они с Михелиной были уже помолвлены, но, так как свадьба должна была состояться лишь лет через десять, принц был вправе встречаться с другими девушками.

Эбби была еще слишком молода, но уже притягивала к себе внимание. Она выросла красивой, умной и интересной девушкой, говорящей на итальянском языке, как коренная жительница страны. Винченцо нравилось проводить с ней время, нравилась ее жизнерадостность.

Но существовали еще причины, кроме юного возраста Эбби и ее некоролевского происхождения, не позволяющие им быть вместе: родители Эбби очень сдружились с родителями Винченцо, а эта особенная дружба требовала полного уважения.

Хотя девушка тоже была заинтересована в Винченцо, между ними проходила невидимая граница, которую они никогда не пересекали до того самого дня…

Как и рассказывала Эбби, они с мамой, Холли, плавали на лодке, когда налетел сильный ветер. Ничего не случалось так быстро и не давало возможности подготовиться, как шторм.

До обеда Винченцо обсуждал с отцом свои обязанности, когда увидел, что небо стремительно потемнело. День тут же превратился в ночь. Такого ветра не видели уже несколько лет, и им стало жаль всех, кто оказался в море.

Пока отец с сыном наблюдали за погодой, им сообщили, что лодка Лоретто отсутствует на пристани. Кто-то говорил, что видел синьору Лоретто с дочерью в море, но они еще не вернулись. Уже несколько лодок отправилось на поиски.

«Эбби…» — пронеслось в голове у Винченцо.

Неужели она там?

Девочка, которая всегда была рядом с ним, сейчас одна в море борется со стихией?

Винченцо пробил холодный пот, и он понял, что медлить нельзя.

— Я должен найти их!

— Погоди, сын! Пусть береговая охрана займется этим.

Но принц уже выбежал из комнаты. Движимый страхом, он пронесся по дворцу. Подбежав к доку, он увлек за собой одного из служащих, толпившихся там, и спустил катер на воду.

Его напарник связался со спасательными лодками, и вскоре они узнали, что лодку нашли. Винченцо отправился по услышанным координатам.

Подплыв к лодке Лоретто, он увидел, что она пуста. Вокруг уже собрались спасатели. Но на борту никого не было.

— Их уже спасли?

— Синьору Лоретто нашли в воде без сознания в спасательном жилете. Но ее дочери мы пока не обнаружили.

Сердце принца ухнуло вниз: «Эбби утонула?»

Ему показалось, что вся жизнь промелькнула перед ним. Этого не могло случиться! Он не может потерять ее, не его Эбби…

— Мы должны искать ее. Она должна была надеть спасательный жилет. Ветер просто будет гнать ее по воде. Мы будем следовать за ним. Пока я ищу, ты управляешь.

— Но это слишком опасно, ваше высочество!

— К черту опасность, ты не понимаешь?! — закричал он. — За бортом семнадцатилетняя девушка, и ей нужна помощь.

— Скажите, куда мне плыть.

Винченцо определил направление ветра.

— Вдоль берега, ближе к пещерам. — Принц знал побережье как свои пять пальцев.

Когда до берега доходило низкое давление со Средиземного моря, погода менялась очень быстро, и чистое небо тут же заволакивало тучами с востока. Если Эбби без сознания, то ее могло отнести в одну из пещер на берегу.

Подплыв к одной из больших пещер, Винченцо нырнул внутрь к трем гротам, где они часто бывали с друзьями. В нем тут же все оборвалось, когда он увидел безжизненное тело Эбби, качающееся на волнах. Он выловил ее и поплыл обратно к лодке. На борту он снял с нее спасательный жилет и сделал искусственное дыхание. Сначала она никак не реагировала. Лицо девушки было все таким же бледным. С ужасом думая, что она погибла, он все же не останавливался.

Наконец она задышала, и ее ресницы задрожали. Винченцо перевернул девушку на бок, чтобы вода, которую она откашляла, могла стечь.

— Ну же, моя драгоценная Эбби, избавляйся от нее.

Придя в себя, она открыла глаза и посмотрела на принца.

— Винченцо?

— Si [4], - пробормотал он. — Ты попала в шторм, но я нашел тебя в одном из гротов.

— А мама?! — закричала она. — Где она?

— С твоим отцом. — Поскольку принц не знал, каково состояние женщины, он не стал говорить всего. — Слава богу. — Она взглянула на Винченцо. — Я могла бы здесь погибнуть, но ты спас мне жизнь, — восторженно прошептала Эбби.

— Слава богу, — обняв Эбби, повторил Винченцо.

Принц никогда раньше не чувствовал такой близости к другому человеку. Ему так нравилось ощущать Эбби в своих объятиях. Когда ее отвезли в больницу и она узнала, что ее мать погибла от удара мачтой, Эбби вновь бросилась к Винченцо.

В тот момент принц понял, что Эбби значила для него гораздо больше, чем он мог выразить словами. С того дня их отношения изменились. Его чувства стали глубже и сильнее. Он с трудом мог представить себе жизнь без Эбби.

Девушка была безутешна, и ему оставалось только позволить ей выплеснуть свою боль и любовь к матери. Ему лишь хотелось, чтобы ей было хорошо. Он держал ее в руках очень долго, потому что отцу Эбби пришлось принять успокоительное.

Сегодня же перед королевой они вновь пережили этот момент. Эбби излила свою душу, и это заворожило Винченцо. И хотя он понимал, что поступает неверно, он решил изменить своим правилам и встретить девушку с работы.

Бьянка слишком жестко отнеслась к Эбби сегодня. Несмотря на свою вину за неожиданный визит, Винченцо не мог успокоиться, пока не увидел сам, что с девушкой все в порядке.

— Я решил узнать, как ты пережила сегодняшний день.

Образ Эбби в желтом платье, такой женственный и утонченный, до сих пор стоял у него перед глазами. Бьянка наверняка заметила, как мила Эбби и как искренне она общалась с ней. Неудивительно, что после ухода девушки королева была слишком молчалива.

— Я беспокоилась за тебя. — Она села напротив и пристегнула ремень. — Для меня работа — лучшее лекарство. Но королева явно мучается.

— Она улетела обратно на Гемелли. Ей будет о чем подумать.

— Бедная. Остается надеяться, что она изменит свое мнение и сможет насладиться этим временем.

— Это о тебе стоит волноваться. Мне больно, что у тебя больше нет матери, с которой ты могла бы поделиться переживаниями. — До сих пор он не задумывался о том, как Эбби одинока. Но вопросы и уколы королевы, жалящие девушку, словно осы, пробудили в Винченцо желание защищать ее.

— У меня есть отец, ты, доктор. Кто, кроме вас, сможет обеспечить мне комфорт, если он мне понадобится?

Если Винченцо захочет чего-то большего, Бог его простит.

Принц выдержал ее взгляд.

— Мне жаль, если слова королевы как-то расстроили тебя, но я обещаю, что все наладится.

— Надеюсь. Она говорила еще что-нибудь?

— Нет, но мы очень дружны с ее сыном Валентино. — После разговора он с королевой и ее сыновьями посетил могилу принцессы и затем пригласил их на обед. — Он обещал держать меня в курсе. Давай теперь сменим тему.

— Вы слишком рискуете, ваше высочество. Нас не должны видеть вместе.

— Мы в машине. — Сказав это, он почувствовал, как давит на нее, ведь очевидно, что Эбби боится того, что их могут увидеть вместе. Казалось, должно это волновать, но почему-то ему было все равно.

— Пожалуйста, ваше высочество. Столько королевских охранных машин вызовет пересуды у местных жителей. Разверните лимузин и отвезите меня обратно в офис.

— Слишком поздно. — Винченцо еще не был готов с ней расстаться.

— После нашей встречи с королевой вы должны понять мои страхи.

— После того как она говорила с тобой, у меня есть свои страхи и заботы, касающиеся тебя. Ты такого не заслуживаешь, и я хочу все исправить.

— Мы едем не во дворец.

— Вчера ты не доела свой ужин. Сегодня я хочу поужинать в особенном месте, чтобы отпраздновать фестиваль цитрусовых. Не беспокойся, — продолжил он, увидев, как расширились глаза Эбби. — Мы подъедем через отдельный вход, будем ужинать в индивидуальном зале, где мои люди будут нас обслуживать. Тебе нужно лишь наслаждаться едой, без кофеина и алкоголя.

— Я знаю, зачем ты это делаешь, Винченцо, но это не обязательно.

— Беременность позволяет тебе читать мысли?

Сначала Эбби не поняла, шутит ли он, или ее реплика задела его?

— Я всего лишь…

— Ты всего лишь хотела сказать, что не ждешь от меня никаких привилегий. Скажи мне что-нибудь, чего я еще не знаю.

— Я раздражаю тебя, извини.

— Эбби. Нам надо поговорить. Так как ты согласилась помочь нам с Михелиной, твоя обычная жизнь станет гораздо более ограниченной, пока ребенок не родится. В другой ситуации ты бы отлично проводила время. И я не сомневаюсь, что многие мужчины в твоем офисе хотели бы быть с тобой. Мне точно нет нужды напоминать тебе о том, что ты очень красива. Мой шурин сегодня сказал мне о том же.

— Но я никогда не видела брата Михелины.

— Зато он видел тебя, пока ты шла из гостиной до машины.

Слова Винченцо были для девушки в новинку.

— Спасибо за комплимент.

— Теперь мне кажется, что я тебя раздражаю.

— Неправда!

— Хорошо. Тогда попробуй понять, что наши отношения не предполагают, что лишь я получаю все бонусы, пока ты мучаешься, словно выброшенная на берег рыбка. Или, как бы сказали американцы, возишься с детьми на кухне.

Эбби рассмеялась.

— Я рад, что тебе смешно. У нас прогресс.

Никто так не поражал Эбби, как Винченцо, когда он открывал неожиданные стороны своей натуры.

— Удивлена, что ты вообще слышал это выражение.

— Я был на конкурсе красоты «Девушки Калифорнии» в одни из каникул в Сан-Диего.

— Хорошая школа. Думаю, тебе не нужны буклеты с уроков.

Принц улыбнулся.

— Обучение было бесплатным. Почему, как думаешь, многие мужчины собираются там при первой же возможности?

— Любопытно, что большинство женщин Италии и Арансии, имея шанс, посещают «Богов Средиземноморья». Им тоже не нужны буклеты.

Винченцо расхохотался.

— Наверное, в зале суда ты всегда производишь фурор.

— Почему бы тебе иногда не приходить ко мне? — голосом Мэй Уэст спросила она.

«Почему бы тебе не прийти ко мне домой и не остаться…» — Безумная идея возникла в голове, и Эбби ничего не могла с этим сделать.

— Кого это ты изобразила?

— Кого-то тебе неизвестного. Это старая американская актриса. Мама очень любила ее фильмы.

— Скажи, как ее звали.

— Дам тебе подсказку. В честь нее во время Второй мировой войны назвали надувные спасательные куртки. Если ты не догадаешься, то я дам тебе диск, чтобы ты сам все увидел.

— Мы посмотрим его вместе.

Нет. Они не будут смотреть его вдвоем. Так было слишком часто, пока они были моложе. У принца был свой кинозал во дворце, где они смотрели фильмы и ели марципаны. Но те времена давно прошли, и эту идею надо поскорее забыть. Хотя Эбби было и очень весело, и она нуждалась в обществе Винченцо.

Наконец-то они проехали Золотой бульвар, тянущийся вдоль побережья, и начали подниматься к холмам. Через минуту машина повернула, и они оказались перед фуникулером.

Винченцо вышел из машины и помог Эбби. С несколькими охранниками они сели на одну из скамеек. Принц посоветовал девушке пристегнуться, прежде чем они начнут подъем.

— В двух километрах отсюда есть милый ресторан с видом на Средиземное море. Пока едим, мы могли бы посмотреть на салют в честь фестиваля.

Винченцо повернулся к охраннику, оставив Эбби наедине со своими мыслями. Будучи подростком, она мечтала о том, чтобы оказаться наедине с принцем, но ни разу не представляла себе такого замечательного вечера.

Это был воистину самый завораживающий момент в жизни Эбби.

Но в ее мечты вмешивалась реальность. Пускай Винченцо хотел устроить ей такой особенный вечер из-за того, что она никуда не ходила. Но Эбби не могла забыть, что носит его с Михелиной ребенка. Жена, которую он ценил и уважал, умерла, оставив его в отчаянии. Как было и с ее отцом.

Эбби помнит день похорон принцессы. Она выбежала во двор, не зная, куда деться от боли. Сотни лодок и яхт с поднятыми флагами Арансии качались на волнах залива.

Потом зазвонил телефон. Девушка побежала внутрь, сквозь пелену слез увидела, кто звонит.

— Каролена?

— Эбби? Когда начали говорить о будущем страны, я решила позвонить тебе и спросить, все ли в порядке.

Девушка глубоко вздохнула.

— Да, — пробормотала она, смахивая со щек слезы.

— Не думаю. Не представляю, как ты с этим справляешься.

— Честно, не очень хорошо.

— Поговори со мной. Я знаю, что ты не можешь уйти из дворца до завтра, а я не могу приехать сегодня, так что нам остается лишь телефонный разговор. Ты виделась с Винченцо после происшествия?

— Да, вчера вечером он заходил справиться о моем здоровье, представляешь?

— С легкостью. Знание, что ты носишь его ребенка, возможно, единственное, что держит его на плаву. Я не видела ничего более трогательного, чем лошадь, украшенная любимыми цветами принцессы, идущая рядом с великолепным мужчиной. В газетах уже появились заголовки: «Мечта всех женщин, принц Винченцо в печали и скорби».

Эбби зажмурилась.

— СМИ превращают все в шоу.

Она до сих пор слышала эти слова у себя в голове: «Кто будет следующей принцессой? Будет ли она иностранкой? Выдержит ли принц год или, нарушив традицию, женится в ближайшее время?» Эбби же задавалась другим вопросом: «Как новая жена воспримет ее суррогатное материнство?»

— Ты не должна быть одна.

— Каролена, мне надо продержаться всего одну ночь. Завтра я вновь буду жить прежней жизнью.

Теперь, спустя семь недель, Эбби и «мечта всех женщин» вместе поднимались к ресторану в горах. Но ничего нормального в этом не было. Когда она с отцом обдумала все возможные «если», прежде чем принять решение, мысль о том, что Винченцо или Михелина могут умереть, проскользнула лишь однажды. Но, к сожалению, это произошло на самом деле, и об этом даже не хотелось думать.

— Зайдем внутрь? — Бархатный глубокий голос вывел ее из задумчивости.

— Да, конечно! — Эбби не заметила, как они прибыли.

Уже стемнело, и Винченцо помог ей сойти с фуникулера и провел по коридору к дверям, ведущим на террасу, освещенную свечами, где их ждал столик на двоих.

Эбби радостно ахнула, поняв, что вид с террасы такой же, какой открывается из ее окон. Но в этот раз они были намного выше, и перед ней расстилался весь город, освещенный праздничными огнями.

— Какой изумительный вид!

— Согласен, — пробормотал Винченцо, усаживая девушку. Конечно, он случайно коснулся ее плеча, но Эбби словно пронзило током от этого прикосновения. Все слишком неправильно, и ей стало страшно.

Сначала им принесли свежий виноградный сок, затем закуски и, наконец, каре ягненка со свежим зеленым горошком.

Эбби знала, что все приготовлено по заказу принца. Она съела все.

— Еда просто восхитительна!

Винченцо улыбнулся:

— Сегодня у тебя хороший аппетит, и я этому рад. Надо чаще заезжать сюда поужинать.

«Нет, нет, нет», — с ужасом подумала Эбби.

— Если бы я ела так каждый день, превратилась бы в кита.

— Думаешь?

— Уверена.

Пока Эбби наслаждалась лимонным пирогом, Винченцо пил кофе.

— Не против, если я задам личный вопрос?

Эбби испугалась: «Насколько личный? Неужели он видит меня насквозь вместе с моими беспорядочными мыслями?»

— Что ты хочешь знать?

— В твоей жизни есть мужчина? И если так, почему ты не выйдешь за него замуж?

«Да, я сейчас смотрю прямо на него», — в мыслях ответила ему девушка.

Она покраснела.

— У меня были парни, но в колледже я была настроена на учебу. В юридической школе времени на личную жизнь выдалось немного, особенно если ты работаешь с судьей, который считает, что ты готова работать сто двадцать часов в неделю.

— Похоже на один из моих обычных дней, — заметил Винченцо, и Эбби знала, что он не шутит. — Мы это никогда не обсуждали, но мне хотелось бы знать. Тебе никогда не хотелось родить сначала своего ребенка?

Эбби подавила стон. Если бы он только знал, как она мечтала в юности выйти за него замуж и родить ему ребенка. Время прошло, и теперь она и правда носила его ребенка, но он был не ее. Так что за все мечты пришлось платить. Что она может чувствовать, если принц для нее недосягаем?

— Ну… — начала девушка, сглотнув комок в горле, — я всегда хотела быть матерью. Я никогда не сомневалась, что смогу быть хорошей матерью. Несмотря на то что мама очень рано умерла, у меня было чудесное, счастливое детство. У меня была великолепная мама, теплая и обаятельная, забавная. С другой стороны, я никогда не ставила детей единственной целью жизни. Материнство — это результат любовных отношений мужчины и женщины, так было у моих родителей. Каролена часто говорит мне, что это лишь отговорка, потому что таких, как мой отец, больше нет, и что пора уже перерезать эту пуповину. Оборачиваясь назад, я понимаю, что она, возможно, права. Но таких, как он, и правда нет.

А главное, нет таких, как Винченцо. Именно он был причиной тому, что Эбби не интересовалась другими мужчинами.

— Твой отец — удачливый человек, раз он смог пробудить такую любовь в своей жене и дочери. — Фраза прозвучала слишком трагично.

— Михелина любила тебя так же сильно. И так же будет любить твой ребенок.

Винченцо ничего не ответил.

Начался фейерверк, и красочные огни раскрасили небо, но Эбби уже не могла спокойно наслаждаться видом, она чувствовала возникшее между ней и принцем напряжение. Все внутри превратилось в комок оголенных нервов.

— Может, ужин был не очень хорошей идеей для вас, ваше высочество?

Опять девушке показалось, что она разозлила его. Но она изо всех сил старалась держать эмоциональную дистанцию.

— Ты все еще оплакиваешь свою жену. Я ценю эту поездку больше, чем ты думаешь, но прошло слишком мало времени, чтобы ты проводил время так, как проводил его раньше с принцессой. — «И это слишком тяжело для меня самой», — подумала Эбби.

Она вытерла губы салфеткой.

— Когда ты последний раз привозил ее сюда? Хочешь об этом поговорить?

Лицо Винченцо вновь помрачнело.

— Михелина никогда здесь не была.

— Понятно… — Эбби сглотнула. — Тем не менее такой вечер все равно навевает воспоминания.

Принц взял в руку бокал с вином.

— Сегодня открытие фестиваля, и в воздухе уже чувствуется весна. Ее можно почувствовать и сейчас. Она призывает к новому началу. — Винченцо сверлил Эбби взглядом. — Ты и я отправляемся в путешествие, в котором еще ни разу не были. Я хочу оставить прошлое позади и насладиться открывающимся будущим.

— Это будет великолепное будущее, особенно когда родится малыш.

— До этого еще несколько месяцев, которые должны принести тебе удовольствие и радость. Я хочу тебе помочь. Как это звучит?

Звучало это так, будто он не хочет никаких напоминаний о своей жене, потому что слышать о ней слишком больно. Ему нужно как-то отвлечься. Но Эбби не могла дать ему то, чего он хотел. Она не посмеет.

— Я уже отлично провела время за ужином. Этот вечер надолго останется в моей памяти.

— Я очень рад. Я хочу, чтобы мы больше проводили время вместе.

— Мы не можем, Винченцо! Близкие к тебе люди могут заметить это и пустят слухи. Извини, если я вновь разозлила тебя.

Ответом ей была тишина. Молча они еще немного посмотрели на салют и отправились обратно. Дорога вниз была гораздо быстрее. Эбби не оставляло чувство сродни тому, что она испытала, когда доктор Де Лука сказал: «Поздравляю, синьорина Лоретто. Анализы показали, что в вашей крови есть хорионический гонадотропный гормон, а это значит, что вы беременны!»

Эбби с трудом верилось в это. Хотя она сделала все, чтобы беременность случилась, знание о том, что все получилось, подействовало на нее как поездка на «Чертовом колесе». Ее пристегнули к сиденью, и все внутри преисполнилось радостного волнения. Колесо вращалось, поднимая ее все выше и выше. Вот как она себя чувствовала, вдыхая горный воздух Арансии. Эбби не знала точно, хочется ли ей, чтобы спуск продолжался, но слезать было поздно. Она должна пережить это. И на этот раз ее поездка не на колесе обозрения или фуникулере продлится больше тридцати недель.

Эбби никому не говорила о своем положении, кроме Каролены. Она могла доверять своей лучшей подруге, и ей было необходимо с кем-то поделиться. Придя на работу в тот самый день, Эбби сразу же отправилась к своей чудесной, очень модной итальянской подруге. Каролена убирала свои каштановые волосы в слабый пучок и носила очки в широкой оправе, чтобы выглядеть солиднее.

Взглянув на Эбби, она произнесла:

— Fantastico! Мне нужно передохнуть после дела Бонелли.

— Я рада, что ты сказала это. Мне нужно кое-чем поделиться с тобой, и у меня нет сил терпеть. Если я никому не скажу, то сойду с ума. — Она закрыла дверь на замок и села напротив подруги.

— Должно быть, что-то серьезное. Ты закончила дело Джордано? Мы можем распить шампанское?

— Если бы! Нет, мои новости никак не связаны с работой. — Эбби поерзала на кресле. Шампанское в ближайшие месяцы ей точно не грозит. — То, что я скажу, должно остаться строго между нами.

Каролена перестала улыбаться.

— У меня будет ребенок, — прошептала Эбби.

Застывшее лицо подруги говорило лучше всяких слов. Каролена сняла очки и, обойдя стол, наклонилась к девушке.

— Кто? — только и могла сказать она.

Резонный вопрос. Хотя за Эбби пытались ухаживать многие сотрудники, она отвергала любые приглашения на свидания. Никаких служебных романов. Ей хотелось сначала утвердиться в фирме, а это означало постоянную учебу в свободное время.

— Их королевские высочества.

Каролена нахмурилась:

— То есть…

— Принц Винченцо и принцесса Михелина.

Повисла тишина.

— Эбби…

— Я понимаю, что это сложно сразу переварить.

— Но ты…

— Я знаю, что ты собираешься сказать, — прервала ее девушка. — Понятно, что я всегда буду любить его за то, что он спас меня, но это было одиннадцать лет назад, и мне было семнадцать. С тех пор он женился, и у них было три выкидыша. Доктор предложил идею суррогатного материнства.

— Что?

— Его объяснения логичны. Этот вариант, в отличие от усыновления, позволяет Винченцо и Михелине быть генетическими родителями. Более того, они будут знать и о том, как все происходит, как протекает беременность — будут настоящими соучастниками процесса.

— Но ты не можешь быть суррогатной матерью. У тебя не было детей.

— Есть несколько исключений, и я одно из них.

Каролена положила ладонь на руку Эбби.

— То есть ты только что подписалась на роль, не представляя, что это такое, и бросилась в бой? — В ее голосе звучал ужас.

Эбби надеялась на более радостную реакцию.

— Конечно нет. Но я не могла перестать об этом думать. Мне даже снилась моя беременность! Ответ, как отплатить Винченцо за мое спасение, пришел сам собой. Жизнь за жизнь.

— Ох, Эбби. Несмотря на то что ты отталкиваешь от себя мужчин, ты такой романтик! А если во время беременности ты заболеешь, и это разрушит твою жизнь? Я даже не представляю, что может произойти. — Ничего не случится. Я всегда была абсолютно здорова. Я хочу сделать им этот подарок. Решение далось мне нелегко. Хотя я влюбилась в принца еще в двенадцать, эти мечты слишком далеки от реальности. Да и позже я узнала, что они помолвлены с Михелиной.

Эти слова, отчаянно брошенные в разговоре, всплыли у Эбби в голове. Она боготворила Винченцо, но вынуждена была прятать свои чувства.

Когда они наконец сели в машину, она подумала, что беременность не вечна. С одной стороны, ей хотелось, чтобы все закончилось. А с другой — она мечтала растянуть эти драгоценные месяцы, ведь потом она не сможет видеться с Винченцо. От этой мысли ей становилось дурно.

После еженедельной проверки доктор Де Лука провел Эбби в комнату, где Винченцо разговаривал с психологом, доктором Греко. Когда она вошла, оба стояли. Было видно, что принц выше доктора сантиметров на восемь.

Если все ее показатели и были в норме, то, когда она увидела Винченцо, они, наверное, изменились. Он всегда выглядел по-королевски. Сегодня же на принце был костюм кремового цвета с шелковой коричневой рубашкой: в мужчине удивительно легко сочетались простота и элегантность.

— Как поживает сегодня синьорина Лоретто, не считая ее беременности?

— Тяжелею.

Мужчины усмехнулись.

— У вас в английском есть такое выражение… В расцвете?

— Это хорошая фраза, чтобы скрыть очевидное. Но я предпочитаю итальянское grаssoсciа[5].

— Вряд ли кто тебя назовет пухлой, дорогая.

Винченцо смотрел на Эбби и улыбался. От его взгляда все внутри у девушки переворачивалось. В новой одежде, которую купила, она чувствовала себя непривлекательной. Сегодня она решила надеть юбку цвета хаки на резинке и свободную черную блузку с коротким рукавом. Такая одежда была симпатичной и удобной для работы. Животик у Эбби явно подрос, но Каролена заверила, что в широкой блузке этого видно не будет.

— С момента, когда эмбрион прижился, в жизни вас обоих произошли коренные перемены, — уже более серьезно начал доктор. — Мы должны об этом поговорить. Я пролистаю сейчас свои заметки с нашей прошлой встречи.

Эбби смотрела в сторону. Вряд ли она сможет обсудить с психологом все беспокоящие ее вопросы. Когда Михелина погибла, Эбби прошла уже массу тестов, сдала анализы, приняла курс гормонов и, чувствуя себя научным экспериментом, считала, что началась вторая часть ее приключения. Первая же часть включала в себя месяцы подготовки.

Эбби вспомнила полные надежды улыбки Винченцо и Михелины. Перед самой трансплантацией они смогли посмотреть на эмбрион. Он был идеальным и помещен в нужное место. Репродуктивный эндокринолог обнял Михелину, и принцесса заплакала. На глазах Винченцо тоже выступили слезы, и Эбби, глядя на них, расплакалась сама. Невозможно было описать этот трогательный момент. С той минуты они вчетвером стремились к одной и той же цели.

Одиннадцать дней Эбби ждала результатов, отгоняя от себя мысли о провале. Ей хотелось быть постоянным источником надежды и бодрости. Когда же шок от понимания, что она беременна, прошел, и девушка осознала, что носит королевского ребенка, ей стало не важно, что генетически он не ее. Ее переполняла радость за пару, которая наконец-то обретет счастье после стольких неудач.

Она вынашивала их ребенка, который когда-нибудь станет наследником княжества Арансия. Старшая сестра Винченцо, Джианна, была замужем и жила в Италии. У них еще не было детей. Величие услуги, которую Эбби оказывала семье принца, перевешивало все возможные негативные доводы.

Когда Михелина погибла, мир Эбби перевернулся и окрасился в мрачные тона. Винченцо тоже погрузился в глубокую печаль.

— Пока вы не пришли, Винченцо рассказал о вашей встрече с его свекровью. Он знает, что вам было не по себе, и хочет, чтобы мы обсудили это сегодня. — «Не по себе» не совсем точно. Хотя я не подозревала о столь жестких моральных, этических и религиозных устоях королевы, больше всего я печалюсь за Винченцо.

— Ему кажется, что все гораздо серьезнее.

Эбби взглянула на принца, и доктор кивком позволил ему говорить.

Винченцо посмотрел Эбби в глаза.

— Когда мы вчера ужинали, ты была сама не своя. Почему?

Девушка надеялась, что не слишком покраснела от этого вопроса.

— Несколько месяцев назад мы решили, что будем максимально далеки друг от друга. После смерти принцессы я боюсь, что люди, увидев нас вместе, пустят слухи о том, чего нет. Но я уже говорила об этом.

— Королева заронила в тебе опасения, даже не подозревая этого, правда?

— Да.

— Эбби. Ситуация изменилась. Но мое намерение быть рядом во время твоей беременности так же сильно, как и прежде. Ты не должна чувствовать себя покинутой. Я буду делать все, что бы делала Михелина, чтобы поддерживать тебя. Я не хочу, чтобы ты боялась, даже если люди пустят слухи о нас.

— Королева Бьянка боится скандала. Я прочитала это в ее взгляде. Понятно, почему Михелина не смогла рассказать ей правду. Я чувствовала, как королеву повергло в шок известие, что ты спас мою жизнь и я живу во дворце с двенадцати лет. Я не удивлюсь, если она будет считать, что я претендую на наследство, а также и на тебя. Боюсь, что она поверит, что я твоя любовница, а ребенок — вовсе не ее внук.

— Я так и знал, что именно это тебя волнует, — прошептал Винченцо.

— Жаль, что Михелина не поговорила с матерью, прежде чем суррогатная мать была выбрана, ваше высочество.

— Мне тоже. Меня удручает, что моя жена слишком боялась матери и не призналась, что не может ей рассказать. Но что сделано, то сделано. Пути назад нет.

Внутри Эбби все полыхало.

— Михелина и Винченцо пошли против традиций, доктор Греко. Боюсь, что королева Бьянка вряд ли сможет это простить. Я опасаюсь, что она потребует, чтобы беременность была… прервана. — От этой мысли Эбби бросило в холодный пот.

— Никогда, — жестко ответил Винченцо. — Так далеко она не зайдет, даже в мыслях. Но ей придется смириться с беременностью, ведь наступит время, и люди узнают, что ты суррогатная мать.

Доктор озабоченно оглядел своих посетителей.

— Винченцо прав. Хорошо, что вы уже пообщались с матерью Михелины и рассказали ей все. Ни одна из королевских пар в мире не проходила подобной процедуры. Ваш случай — уникален. И замечателен тем, что королевская линия не прервется. — В этом вся дилемма, — вновь заговорил принц. — До смерти Михелины я не планировал часто видеться с тобой, Эбби, но сейчас это невозможно.

Я не хочу, чтобы ты испытывала из-за этого вину. Мы постараемся быть аккуратнее. Иначе я буду волноваться и за тебя, и за ребенка.

— Винченцо прав, Эбби, — спокойно отметил доктор.

— Я знаю, что все так. — Девушка наклонила голову. — Когда я решилась на это, я понимала, что иду на риск. Но желание помочь перевешивало. Но когда принцесса погибла…

— Да, ее больше нет. Но вам нужно помнить, ради чего все было затеяно. Скоро вы вернетесь к прежней жизни, и слухи быстро сойдут на нет. Хотелось бы вам обсудить еще что-нибудь на сегодняшней встрече?

«Да, я должна оказаться как можно дальше от Винченцо эмоционально, но как это сделать, если он собирается постоянно быть рядом?» — подумала Эбби. — Ничего не приходит в голову.

— Винченцо?

Принц покачал головой.

— Спасибо, что встретились с нами. Я думаю, что мы еще увидимся. — Он поднялся. — Эбби, да и мне пора вернуться к работе.

Они попрощались, и девушка с принцем спустились вниз. Фирма Эбби была недалеко от клиники, но их уже ждала машина, и Винченцо открыл перед ней дверь.

— У тебя уже есть планы на вечер?

— Да, — солгала она. — Мы с Кароленой хотим насладиться праздником, пока он не закончился.

— Хорошо. Но слишком себя не утомляй.

Эбби не рискнула спросить Винченцо, что он будет делать вечером. Это не ее дело. Как же она собирается провести оставшиеся семь месяцев? Винченцо закрыл дверь машины и назвал водителю адрес.

Сейчас у него была запланирована встреча с министром сельского хозяйства. Это займет его мысли, пока Эбби на работе.

Если бы она сказала правду о своих планах, он спокойно бы провел вечер. Но Эбби никогда не была хорошей лгуньей — он слишком хорошо ее знал. Наверняка после работы она вернется домой и засядет за одно из своих дел. И если он прав, а он это выяснит, то вытащит ее на прогулку.

Поразительно, что девушка, которую он спас одиннадцать лет назад, превратилась в роскошную женщину и сейчас носила под сердцем его ребенка. И хотя Михелина была биологической матерью, именно Эбби суждено было прочувствовать начало материнства.

Кандидатов было несколько, но Винченцо, узнав, что одна из них — Эбби, тут же принял решение. Они давно знали друг друга и были друзьями. Именно благодаря давней дружбе он знал об Эбби много такого, чего не даст простое знакомство.

Эбби была умной, доброй, тактичной, заботливой и веселой. Если бы не она, то Винченцо никогда бы не согласился на идею с суррогатным материнством. Михелина же была готова на все, лишь бы сохранить их брак. После ее настойчивых просьб он таки согласился перейти к действиям.

Не важно, как сильно они старались, их союз был не таким уж счастливым. Винченцо загружал себя работой, принцесса — увлечениями и верховой ездой. Каждый месяц она уезжала на Гемелли, чтобы наслаждаться конными прогулками с друзьями. Они очень надеялись, что ребенок принесет радость в их семью.

Благодаря женщине, только что уехавшей на лимузине, в ноябре у него будет ребенок. Это будет чудесный малыш, в котором так нуждался его брак. Теперь же, когда он один, он сам нуждается в чуде. Винченцо прикрыл глаза. Но Эбби ему тоже нужна…

— Эбби?

— Да, Бернардо.

— Вам пришло сообщение из суда Маскотти. Дело синьора Джордано будет принято к производству четвертого июня.

— Так скоро?

— Меня это тоже удивило.

— Что ж, замечательно! Обрадую клиента.

Приятная новость позволила Эбби пережить остаток дня. В половине шестого девушка попрощалась с Кароленой, идущей на свидание, и поспешила в машину. Ей хотелось поскорее избавиться от ощущения вины за ложь Винченцо насчет сегодняшнего вечера.

Добравшись до дворца, она тут же прошла в свои комнаты. Ей казалось, что ее новый дом в сердце прибрежного города — один из бриллиантов в короне Арансии.

Много лет назад Винченцо показал Эбби почти весь дворец, и ей особенно понравились старые помещения. Девять недель спустя ее перевезли сюда из квартиры отца, предоставив одну из отреставрированных комнат XIV века. Эбби поразило то, что Винченцо запомнил, что именно эта комната понравилась ей тогда больше всего.

Служанка сказала, что он приказал украсить комнату цветами специально для нее. Эбби была растрогана, но не смела заплакать на глазах у прислуги.

Спальню украшал кессонный потолок, а стены были выкрашены в белый и лимонный цвета, которые сочетались с фруктами на деревьях в саду под окнами. И в этом раю она будет жить до самого рождения ребенка. Винченцо сообщил ей, что она сможет передвигаться по всему дворцу и прилегающим землям.

Это было поистине щедро. Но с Винченцо так было всегда. Много лет назад, когда она сказала, что хотела бы ездить на велосипеде по городу и надеялась, что родители подарят ей его на Рождество, Винченцо привез ей его уже на следующий день.

Они очень часто ездили по дворцовым землям наперегонки. Иногда принц давал Эбби выиграть. Девушка задумалась, что бы сказал доктор, реши она покататься на велосипеде сейчас. Если ей разрешат, составит ли Винченцо ей компанию? Это была мысль из разряда тех, которым не стоит давать место в ее голове.

Перекусив, Эбби решила поплавать в бассейне на заднем дворе и сообщила Ангелине, что ужин ей понадобится не скоро. Она должна была делать упражнения каждый день, и плавание доставляло ей наибольшее удовольствие.

Завязав волосы в узел, она накинула халат, сандалии и вышла в патио, где заметила Пьеро Габберино, сажающего цветы.

— Чао, Пьеро!

— Эй, Эбби!

Это был сын главного садовника, и он всегда дружелюбно относился к Эбби. Они знали друг друга несколько лет и иногда перекидывались парой слов. Эбби заинтересовало решение Пьеро поступить в колледж. А когда она узнала, что он решил жениться, то пригласила парня и его невесту к себе на обед. Пара была так взволнована предстоящей свадьбой, что с ними было очень забавно общаться.

— Всего неделя до женитьбы, правда?

— Да, — расплылся в улыбке Пьеро.

Эбби нырнула в бассейн. Вода была освежающе приятной. Она подплыла к краю, чтобы поговорить с Пьеро.

— Я очень за тебя рада, и спасибо за приглашение. Я собираюсь прийти в церковь и посмотреть вашу церемонию.

Ее пригласили вместе с отцом, но Эбби не была уверена, сможет ли отец взять отгул. Пьеро подошел к бортику и наклонился.

— Спасибо за приглашение на обед. Изабелла всегда мечтала побывать во дворце и посмотреть, где я работаю.

— Здесь великолепно именно благодаря тебе, твоему отцу и его команде.

— Grаziе[6].

— Сегодня ты немного поздно.

— У меня были занятия.

— Представляю, каково это. Вы с Изабеллой уже нашли квартиру?

— Два дня назад. Скоро мы тоже сможем пригласить тебя на ужин.

— Это будет чудесно!

— Виоnаsеrа[7], Пьеро!

Услышав голос Винченцо, Эбби тут же нырнула в воду.

— Ваше высочество! Добро пожаловать домой. Рад вас видеть.

— Спасибо. Выглядите хорошо.

— И вы. Можно мне воспользоваться моментом и высказать свои соболезнования в связи со смертью принцессы? Нам очень жаль.

— Спасибо за теплые слова.

Все время, что Эбби знала Винченцо, по вечерам он плавал в море, а в бассейне делал утренние упражнения. Сейчас же ее явно поймали на вранье. Молодой человек выглядел весьма привлекательно в черных плавках с перекинутым через плечо полотенцем. — Не буду вам мешать. — Он окинул взглядом обоих.

— Я уже ухожу. Прошу прощения, ваше высочество. — Садовник поклонился принцу и направился к цветам, чтобы забрать свои инструменты.

Винченцо посмотрел на Эбби:

— Почему ты сказала, что у тебя встреча с Кароленой, а сама, очевидно, спешила домой, к Пьеро? Извини, если я нарушил ваше уединение. Мне показалось, что вам было вдвоем очень весело.

Сердце девушки скакнуло в груди. Услышь она это от другого мужчины, ей бы показалось, что он ревнует. Но сейчас это было невозможно.

— Ближе к вечеру Каролена сказала, что ей надо встретиться с подругой кузины, так что мы решили перенести все на завтра. — Это было не совсем правда, но Эбби постарается, чтобы все произошло именно так.

— Давно ли вы с Пьеро дружите?

— Несколько лет. Он говорит на ментонском и очень многому меня научил. Я в свою очередь помогала ему по одному из юридических предметов, хотя и без меня он отлично справляется.

Винченцо удивленно приподнял брови:

— Он хочет стать адвокатом?

— Он мечтал об этом почти с детства. Отец очень хотел, чтобы у сына было приличное образование. В области торгового права, возможно. Я помогала ему анализировать решения суда. Он очень хорошо соображает.

— Я потрясен.

— Полгода назад он сделал предложение девушке, и через неделю они женятся. Недавно я приглашала Пьеро и его невесту на обед, а они пригласили меня на свадьбу. Я так рада за них!

Винченцо провел рукой по волосам.

— Кажется, у меня под носом столько всего происходит, а я даже ничего не знаю.

— У тебя хватает дел с управлением страной. Как ты можешь знать все? Не забывай, что я живу здесь уже столько лет и подружилась со всеми работниками. Когда я была маленькой, садовники помогали мне искать мамину кошку, которая бродила по ночам и не хотела возвращаться.

Винченцо наконец улыбнулся.

— Иногда они приносили мне раненых зверей или птиц со сломанными крыльями, чтобы я их выхаживала. Пьеро называл меня маленькой нянечкой.

Принц окинул Эбби взглядом, в котором читалось столько незамеченной прежде нежности.

— Все равно. Я должен быть более наблюдательным.

— Стоит ли мне напоминать, что у твоего королевского носа есть заботы поважнее? Например, думать о благосостоянии страны. К тебе и так можно применить слово «многозадачный». Помнишь, как я нашла мертвого скворца и ты помог мне устроить похороны?

— Да, ты была так расстроена, что я должен был что-то сделать.

— Это были удивительные похороны. — Голос Эбби задрожал. — Ты даже произнес молитву. Я никогда ее не забуду. Ты сказал, что есть ангелы, которые охраняют птиц, но если они не смогли их спасти, то они смогут забрать детскую грусть.

— Я так сказал? — удивился Винченцо.

— Да, и мне сразу стало спокойнее.

«Мне всегда было спокойно рядом с тобой», — подумала про себя Эбби.

— Твоя похвала слишком уж велика, но, как любому человеку, она мне приятна.

— Это правда. У меня есть альбом с доказательствами, — выпалила Эбби, не успев подумать.

Чувствуя, что краснеет, Эбби резко повернулась и нырнула в воду, чтобы хоть немного прийти в себя. Когда она вынырнула, Винченцо был тут как тут. Если ее сердце не перестанет колотиться, то девушка потеряет сознание прямо в воде.

— Тебя не предупреждали, что это невежливо — соревноваться с женщиной, которой тяжело, и выигрывать?

— А тебя не учили тому, что дразнить, а потом бежать — нехорошо?

— Туше.

— Когда же я увижу этот альбом?

Быстро решив про себя этот вопрос, Эбби ответила:

— Я хотела отправить его тебе после крестин малыша. — Она пристально разглядывала его лицо. — Твои фотографии с женой будут особенно ценными. Уверена, что ребенок будет сильно дорожить этим альбомом.

Она услышала, как Винченцо глубоко вздохнул.

— И давно ты его делаешь?

— С самого приезда из Штатов.

— Правда?

— Ты же знаешь, что каждая девочка только и мечтает о дворцах, принцах и принцессах. А моя мечта сбылась. Я решила все записывать, чтобы однажды показать своей дочке или сыну, что я жила в сказке. Но раз ребенок останется с тобой, альбом должен будет достаться ему. История твоей жизни будет очень много значить для него. Я в детстве обожала рассматривать родительские альбомы часами. И, думаю, дети будут делать так же.

Винченцо был ошеломлен. Незаметно подкрался вечер, в свете которого Эбби выглядела еще изящнее. Но он видел гораздо большее: исходящую от нее внутреннюю красоту, ту же невинную красоту, которая была видна еще в юности, но теперь Эбби превратилась в чудесную женщину.

«Интересно, как бы она ответила, скажи я ей…» — размышлял Винченцо.

Конечно, он не мог ничего ей сказать, но с ним происходило что-то невообразимое: будто он просыпался от столетнего глубокого сна. Новые чувства рождались в нем, совершенно незнакомые ему, и никакое ощущение вины не могло их подавить.

— С нетерпением жду этого дня, Эбби.

— Не только ты, — очаровательно улыбнувшись, ответила девушка.

Ему нравилось, как она заплетала волосы в косу — каждый раз немного иначе.

— Сделаем пару заплывов перед ужином? Ангелина сказала, что ты еще не ела, поэтому я организовал для нас ужин в патио. Обещаю, что не буду тебя обгонять. — Спасибо за снисхождение, — ответила Эбби и тут же поплыла к другому концу бассейна.

Винченцо плыл рядом, наслаждаясь временем, что они проводят вместе. Вдруг он решил, что виноват перед Эбби, но не испытывает угрызений совести. И задавался вопросом, чувствовал бы он себя так, если бы Эбби не была беременной, но это был нечестный вопрос. После смерти Михелины он стал сильнее оберегать девушку, у которой больше не было женской поддержки.

Почему-то Винченцо немного взволновало, когда он увидел ее разговаривающей с Пьеро. Неужели он становится слишком заботливым отцом? Или жутким собственником?

Фраза девушки о том, что она никогда не найдет мужчину, который выдержит сравнение с ее отцом, не покидала его мысли. Винченцо было интересно, был ли у нее кто-нибудь. Если нет, то замечание его свекрови, что беременность несколько ненатуральна, имеет смысл.

Как он сам будет себя чувствовать, когда Эбби выйдет замуж после того, как выносила его ребенка? В том, что она найдет мужа, он не сомневался. Но как отнесется этот мужчина к ее прошлому? Будет ли он чувствовать себя обделенным в какой-то степени?

Мысли текли своим чередом. Что, если Винченцо женится на девушке, которая уже кому-то родила ребенка? Это будет означать, что она прошла через все вместе с другой семьей. Изменится ли его отношение к ней? Чем больше он думал, тем сложнее было ему найти ответ.

Пока он заводил себя в мысленные ловушки, Эбби уже поднималась по лестнице из бассейна. На миг она оказалась боком к нему, и дыхание принца перехватило от вида ее уже не совсем плоского животика. Никто бы не подумал, что она беременна. И доктор говорил, что в первую беременность живот растет не так быстро. Это ничего не значило, ведь сам Винченцо знал…

Когда Эбби дала ему брошюру о беременности, он изучил ее до конца и теперь знал, что живот проявится уже после двенадцати недель. У Михелины беременность не доходила до этого срока, так что он даже не знал, как же выглядит его жена в положении.

Сейчас же он с любопытством представлял Эбби на другом сроке. Ожидание для него, не слишком терпеливого человека, будет весьма сложным. А что же Эбби? Ведь ей придется пройти через такую сильную боль. Ее терпение должно быть бесконечным.

И он задался тем же вопросом, что и королева: «Почему Эбби это делает?»

Она ему столько раз объясняла, но сейчас он чувствовал себя совершенно иначе, чем перед Рождеством, когда этот вопрос лишь обсуждался. Сейчас, уже не сосредоточенный на своем горе, как раньше, он пытался понять, почему столь удивительная женщина, которая могла заполучить любого мужчину, добровольно согласилась пойти на это.

Как суррогатная мать, не имевшая прежде детей, может покинуть больницу и зажить прежней жизнью без каких-либо эмоциональных и психологических изменений? Винченцо мог понять, почему в некоторых странах это запрещено. Они с Михелиной были слишком ослеплены собственным несчастьем и позволили Эбби согласиться.

Пусть они обсуждали все нюансы миллион раз, но сейчас это все кажется нереальным. Эти же вопросы мучают Винченцо и сейчас, и новая волна вины нахлынула на него. Ему стоит обсудить все с доктором Греко, потому что он обеспокоен благополучием Эбби. До рождения ребенка она не может быть с мужчиной, а это отрицает любые шансы на брак. Правда, мысли о замужестве Эбби не приносили ему никакой радости. Что же это с ним такое?

Эбби накинула халат и села за стол.

— Эта дыня безумно вкусная.

— Я слышал, что они сейчас особенно полезны.

— Ты меня балуешь.

Винченцо сжал стакан воды.

— В этом вся суть. Ты делаешь то, чего от тебя никто не ожидал.

Эбби слегка обиженно посмотрела на него:

— Меня никто ничего не заставлял делать, Винченцо. Это был мой выбор.

— Но ты никогда не была беременной. Мы с женой поступили крайне эгоистично.

Михелина — потому, что слишком хотела ребенка, а Винченцо хотел, чтобы это была именно Эбби.

Отличный расклад…

Выпив воду, он снова посмотрел на девушку.

— Я знаю, что ты никогда не признаешься, но я уверен, что ты наверняка жалеешь о своем решении.

Эбби положила вилку.

— Хватит, Винченцо! — Ему очень понравилось, когда она вновь произнесла его имя. — Ты знаешь, почему я пошла на это, и не можешь ошибаться сильнее насчет моих чувств. Почему бы не воспользоваться советом доктора Греко и не оставить вину в покое? Давай согласимся, что пусть это и небывалый случай, но это чудо, когда кто-то может подарить тебе сына или дочь. Мы должны постоянно об этом помнить.

— Да будет так! Но все же скажу тебе, что ты самый отважный и храбрый человек из всех, кого я знаю.

— Ты имеешь в виду — после себя? Не забывай, что это ты нырнул в пещеру в поисках моего бездыханного тела в жуткий шторм. Больше никто из береговой охраны на такое не решился. Они должны были защищать тебя, а вместо этого позволили рискнуть своей жизнью ради моего спасения. Если бы отец не переживал потерю мамы, то эти люди получили бы хорошее наказание. Так что мы с тобой квиты.

— Хорошо. — Винченцо наполнил бокалы водой. — Мир?

— Мир.

Они выпили воду, и Винченцо показалось, что девушка хочет еще что-то спросить.

— Что ты хотела сказать?

— Откуда ты знаешь? — Она удивилась.

— Интуиция.

Эбби немного помолчала.

— Сегодня случилось чудо. Я получила известие, что судья Маскотти будет слушать дело Джордано меньше чем через месяц. Я ожидала, что это произойдет в лучшем случае через полгода. — Она взглянула на принца. — Как ты думаешь, кто за это отвечает?

— Без понятия, — сухим голосом ответил он.

— Лгун. — Никто не смел называть его так, но никто не был Эбби. — Я очень признательна тебе. Это мое самое сложное дело.

— Я поставил на то, что ты выиграешь.

— Только не задерживай дыхание.

— В моей работе я привык это делать. Не забывай, что каждую неделю я встречаюсь с нашей конституционной ассамблеей, а там все — звезды.

Эбби рассмеялась, но принц заметил, как она плотнее запахнула халат.

— Уже холодает, Эбби. Поскольку завтра у тебя новый рабочий день, не буду задерживать.

Девушка поднялась из-за стола.

— Мне очень понравился сегодняшний ужин. После твоей помощи с моим делом в суде, думаю, моя сторона выиграет. Доброй ночи, Винченцо.

Эбби ушла, и принц остался один. Он отправился к себе и тут же позвонил Марселло.

— В моей почте есть приглашение на свадьбу сына Луиджи Габберино. Можешь сообщить мне детали?

— Momento. В пятницу в четыре часа, церковь Сан-Пьетро.

— Grazie. Отметь эту дату в моем календаре. Я собираюсь пойти.

— Боюсь, что это время занято. У вас встреча с министром образования.

— Я постараюсь сократить ее.

— Хорошо, ваше высочество.

Откровение Эбби полностью заняло мысли Винченцо. Он честно признался в том, что скучал по ней во время своей поездки по стране. В их ситуации Эбби вела себя естественно, общалась с ним, как друг. Несмотря на разницу в шесть лет, девушка уже давно присутствовала в его жизни. Но когда наступит время уйти, она уйдет навсегда, и предстоящая потеря уже теперь мучила Винченцо. Его поразила глубина собственных чувств. Когда она открыла ему дверь, на ней был симпатичный костюм для беременных. Но как бы Эбби ни пыталась скрыть свою фигуру, ничто не могло отменить того, что она весьма привлекательна.

Теперь, когда она носила его ребенка, Винченцо не мог ее не замечать, а также не мог остановить мыслей, которые против его воли закрадывались ему в голову. Эбби стала для него так же важна, как и новая жизнь, растущая в ней.

Появившись в церкви, он тут же заметил шляпу и личико под ней. Всю церемонию он не мог отвести взгляда от девушки. Она казалась редким цветком, украшающим оранжерею.

— «Моя цыпочка»? — Восторг в ее голосе доказал, что он не ошибся. Эбби повернулась к принцу, сияя улыбкой. — Надеюсь, что ты сохранишь этот диск! Это мамин любимый фильм с Мэй Уэст и Уильямом Филдсом. Это сумасшедший фильм!

— Пока ты будешь лежать на диване с приподнятыми ногами, я посижу на кресле.

— Винченцо, я говорила об этом лишь в шутку. Мои ступни пока еще живы!

Винченцо сел в кресло.

— Пока ты садилась в машину, я тоже не заметил никаких проблем в этой области, но, как ты напомнила мне неделю назад, я всего лишь мужчина и ничего не знаю о женщинах.

Эбби свернулась калачиком на диване, и принц видел, как она трясется от смеха.

— Я этого не переживу. У тебя фотографическая память. Думаю, Джианна смело могла бы назвать тебя ужасным братом.

Винченцо ухмыльнулся.

— Хорошо, что ее здесь нет, и она сохранит мои секреты.

Эбби прищурилась.

— Да уж, я слышала парочку.

— Например?

— Например, то, что ты с друзьями пригласил нескольких девушек во дворец и позвал их купаться в бассейн голышом. Это правда, так как мне рассказал отец. Несколько охранников разбудили его посреди ночи.

Принц развел руками.

— Что я могу сказать? Моя жизнь — открытая книга с разных сторон. Ты была в шоке?

— Мне было всего лишь пятнадцать, и я удивлялась, как девушка может быть такой отчаянной.

— Но не парень?

— Нет. Это в твоей природе, о чем написано в римской мифологии. Разве не богине Диане, любимой дочери Юпитера, он сам клялся, что не будет заставлять ее выходить замуж, и разрешил ей охотиться при свете луны? Она любила купаться нагишом, и все юноши приходили посмотреть на нее.

Принц разразился хохотом, который с трудом мог сдержать. Эбби сохраняла спокойствие.

— К несчастью для них, те, кого Диана поймала, были превращены в оленей. Конечно, это было сотни лет назад, и сейчас все иначе. Наоборот, девушки в шоке от такой скромницы, как я.

Когда Винченцо обрел дар речи, он сказал:

— То есть я не смог бы тебя уломать на такое?

— Ни за что на свете!

Эбби всегда удавалось развеселить Винченцо, и фильм оказался действительно смешным. Принц ждал момента, который цитировала Эбби. Когда же он наступил, оказалось, что девушка говорила точь-в-точь, как известная актриса. Когда фильм закончился, Эбби выключила проигрыватель.

— Как бы я хотела, чтобы у меня был старший брат. Вам с Джианной повезло расти вместе. Когда ты вновь женишься, я надеюсь, у тебя появится еще ребенок, чтобы первенец не рос один.

От мысли о женитьбе у принца по спине пробежал холодок. Он знал, что очередная поездка с отцом будет посвящена отнюдь не отдыху.

— Тебе когда-нибудь было одиноко, Эбби?

— Не в том смысле, который ты имеешь в виду. Я была ярким светом для своих родителей, и это единственное, что имело для меня значение. Но когда я думаю о вас с Джианной, о том, что вы росли вместе на этой земле, я понимаю, насколько это здорово. Ничто не сравнится с любовью брата и сестры.

Эбби села на диван и изящно подобрала ноги под себя.

— Она говорила мне, что вступалась за тебя в ссорах с отцом. А ты ей когда-нибудь помогал?

— И не раз. Ей нужны были деньги. Когда я чувствовал, что не хочу заниматься какими-то делами, я поручал их ей.

— За какую цену?

— Карманные деньги. Родители достаточно строги были в этом вопросе.

— И хорошо! Они всегда мне нравились, но этот пункт возносит их на еще более высокую позицию в… У принца зазвонил телефон. Он перебил Эбби и взглянул на экран.

— Извини, я должен ответить.

— Конечно.

Винченцо вышел на террасу, чтобы Эбби не слышала разговора.

— Срочно?

— Извини, что отвлекаю вас, но королева настоятельно просила перезвонить ей.

— Есть мысли почему, Марселло?

— Нет, но сначала она разговаривала с королем.

Принц начал догадываться, о чем могла идти речь. Сначала ему надо поговорить с отцом.

— Я позабочусь об этом. Grazie.

Когда он вошел внутрь, Эбби уже ждала его у двери.

— Дела зовут?

Ему оставалось только уйти.

— Спасибо за этот приятный и неожиданный вечер.

— Мне он тоже понравился. Оставь диск себе в память о матери, — ответил принц, когда она протянула диск ему.

— Очень щедро. Я сохраню его.

— Так и задумывалось.

— После звонка по твоему лицу можно было сказать, что что-то случилось. Надеюсь, ничего серьезного?

Если интуиция его не обманывала, дело было серьезным, но явно никак не связанным с Эбби. Ему оставалось благодарить богов за то, что Эбби была ни при чем.

Правда, его не оставляло опасное видение, как он купается с охотницей Эбби в лесном озере, после чего ее отец обнаруживает их и превращает Винченцо в оленя.

Принц стиснул зубы.

— Все в порядке. Встретимся в клинике. Хоть ты и следуешь всем предписаниям врача, я вынужден напомнить тебе еще больше заботиться о себе.

Июнь казался таким далеким.

— Вам тоже, ваше высочество. Ваш малыш будет нуждаться в вас.

Винченцо вышел из комнаты и направился к своим апартаментам. Он решил, что звонить отцу не стоит, и набрал номер матери Михелины.

— Спасибо, что перезвонил, Винченцо.

— Не за что. Как поживаете, Бьянка?

— Как ты думаешь? Мой мир рушится. Я не верила, что все может быть еще хуже, но разговор с твоим отцом… Он сообщил, что завтра вы отправляетесь к герцогу Шамбери. Если бы ты не выбрал Михелину, то тебе бы пришлось жениться на его внучке Одиль, которая до сих пор одна. И если ты выберешь ее сейчас, то это будет оскорблением для нашей семьи. Я клянусь, что…

— Бьянка! — перебил ее Винченцо. Ему было искренне жаль женщину, горюющую по своей дочери. — Не надо ничего говорить. Я знаю, как Михелина относилась к ней. Я никогда не собирался жениться на Одиль и клянусь, что этого не будет. Я успокоил вас?

Наконец всхлипывания прекратились.

— Но ты должен будешь выбрать новую жену.

Принц оперся на дверь кабинета и закрыл глаза. — Если быть честным, я не собираюсь жениться снова. Когда отца не станет, я смогу уступить место Джианне на престоле Арансии. А моим главным делом будет воспитание нашего с Михелиной ребенка.

В трубке раздался резкий вздох.

— Я не верю тебе.

— Чему именно?

— Тебе меня не одурачить. Мы оба знаем, по какой причине ты можешь оставить трон…

Ее точка зрения была ясна. Она обвиняла Эбби в том, что та преследует Винченцо. И он был готов к нападкам королевы, и этот звонок был первой пробой.

Он услышал щелчок, закончивший их разговор.

Винченцо открыл дверь и пропустил Эбби вперед, но, когда он увидел колыхание ее бедер, с трудом сдержался, чтобы не прижать ее к себе. Никогда прежде: ни с Михелиной, ни с другими женщинами — он не испытывал такого сильного желания, хотя Эбби даже и не пыталась его соблазнить. В какой-то момент его дружеские чувства к девушке превратились во что-то совершенно иное. Может, во всем виновато то, что Эбби сегодня уезжает из дворца, а может, то, что теперь у него в руках были изображения ребенка, то, что он обрел реальность внутри ее. Ее отец был энергичным человеком, и отец Винченцо, у которого за спиной тоже были свои истории, без сомнения, облегчил ему уход со службы. Винченцо это сразу понял. Но желание и тоска по Эбби стали настолько невозможными, что он испугался. Пока она была в спальне, он позвонил на кухню и заказал сэндвичи и салат.

— Сегодня последний вечер синьорины Лоретто во дворце. Сегодня она переезжает в апартаменты синьора Лоретто. Вы будете доставлять ее еду туда.

— Хорошо, ваше высочество.

Перекрыв на мгновение источник сплетен, Винченцо повесил трубку и пошел к Эбби.

— Я заказал сэндвичи. Пока мы ждем, чем я могу помочь?

На кровати лежало несколько чемоданов, и Эбби уже все вытащила из ящиков.

— Ну… Большую часть я оставила у отца. Вытащи, пожалуйста, мои диски, а я соберу вещи из кабинета. Скоро придут носильщики, чтобы упаковать мои книги и картины Михелины. — Она подала сумку Винченцо.

У Эбби оказалась впечатляющая коллекция оперы от «Мадам Баттерфляй» до «Тоски». Выбор фильмов был также очень велик. Принц упаковал все диски, кроме одного, и вернулся в спальню.

— Тебе понравилось это?

— «24»? Я очень люблю этот сериал. Ты его видел?

— Да, он захватывает с начала и до конца.

Эбби загорелась.

— Да! Ты видел серию о подписании мирного договора?

Винченцо кивнул.

— Это моя любимая. Даже моему папе понравилось, а это о многом говорит, учитывая его работу. Он лишь назвал пару моментов, которые показались ему скучными.

Принц усмехнулся.

— Может, посмотрим пару эпизодов, пока мы едим?

— Отличная мысль!

— Веnе.

— Ой, кто-то стучится.

— Я открою.

Винченцо открыл дверь и взял поднос с ужином.

После ванной комнаты Эбби принялась за кабинет. Она все делала быстро, и скоро вещи были собраны.

— Все готово. Теперь твои бедные рабы могут отнести мой багаж к отцу.

Как только Эбби и синьор Джордано вышли из здания суда, на них накинулись репортеры. Девушка выиграла дело, и это означало большие изменения в торговой политике страны. Судья Маскотти, объявив свое решение, подозвал Эбби к себе.

— Я понимаю, что во дворце были заинтересованы в исходе дела, но я хочу, чтобы вы знали: мое решение основывалось исключительно на доводах, которые вы привели.

Девушке было невероятно приятно услышать это.

На слушание Эбби уложила волосы в низкий узел и заколола его шпильками. На ней были голубое платье до колена, с завышенной талией, и белый жакет. Ей казалось, что живот уже слишком большой, но одежда надежно его скрывала. На ногах же у нее красовались удобные белые сандалии.

Шла середина августа, и Эбби была уже на двадцать третьей неделе беременности. Два дня назад у нее впервые случились схватки Брэкстона-Хикса, но доктор успокоил ее, сказав, что это нормальная подготовка организма к будущим родам. Узнав об этом, Винченцо поговорил с доктором Де Лукой, и они решили, что Эбби пора прекращать работать.

Девушка, наоборот, не была готова сидеть дома. Без дела она начинала сходить с ума, но, сначала согласившись, вынуждена была держать слово. Вернувшись в офис, она обнаружила празднование с шампанским. Отмечали не только победу в важном для ее фирмы деле, но и ее последний рабочий день.

Все думали, что она просто возвращается в Штаты, и девушка никого не разубеждала. Вместо шампанского Каролена налила ей виноградного сока, и, если кто-то и заметил ее беременность, никто не сказал ни слова.

Эбби каждый день общалась с Винченцо по скайпу, кроме дня, когда она поехала в больницу с тренировочными схватками. И она попросила Каролену позвонить ей. До рождения ребенка она хотела помогать подруге с расследованием, чтобы скоротать время. У Каролены на работе был завал, и она с радостью согласилась на это предложение.

Выпив за договоренность, они попрощались, и Эбби покинула офис в гораздо более радужном настроении. Победа в деле радовала еще и потому, что так девушка могла принести пользу Арансии. Однажды услышав распорядок дня Винченцо, она поняла, что принц всю свою взрослую жизнь пытается улучшить благосостояние страны. Ей было приятно, что теперь и она внесла свой вклад в это дело.

— Синьорина? — Она открыла глаза и поняла, что они приехали в гавань. — Ваше присутствие необходимо на яхте. Пройдите сюда, пожалуйста.

Сердце Эбби гулко стучало в груди, пока она поднималась по трапу на ослепительно-белое королевское судно.

На палубе ее встречала Ангелина.

— Во дворце услышали о вашей победе в суде и в вашу честь организовали ночной круиз. Часть ваших личных вещей уже на борту. Пройдемте со мной, я покажу вашу каюту. Вам приказано отдыхать, плавать, кушать и гулять по палубе.

— Спасибо, Ангелина, — пробормотала девушка, ошеломленная происходящим. Ее поездка означала, что сегодня она не сможет поговорить с Винченцо. Как странно: любой на ее месте прыгал бы от радости.

Но Эбби несколько лет жила при дворе и четыре месяца — внутри дворца. Она поняла, что если Винченцо на яхте нет, то пусть здесь хоть все выложено золотом, это ничего не значит. С самого окончания слушания девушка мечтала, как вечером все расскажет принцу. Теперь же ей придется ждать до завтра.

— Могу ли я что-нибудь для вас сделать? — спросила Ангелина.

Каюта была на главной палубе, и из нее открывался великолепный вид на море.

— Нет, спасибо. Сейчас мне хочется просто лечь и отдохнуть. Сегодня был сложный день. — Она посмотрела на часы. Без пяти шесть.

— Конечно. Если вам что-либо понадобится, поднимите трубку, и человек на другом конце свяжется со мной. Еда и напитки уже приготовлены на столе.

Девушка кивнула и закрыла дверь.

Огромная кровать выглядела чудесно. Эбби закрыла иллюминатор, пошла в ванную и сняла жакет и сандалии. Съев половину сэндвича и фруктовый салат, она наконец-то прилегла. Она слишком устала. Закрыв глаза, Эбби провалилась в сон. Последнее, что она ощутила, было движение яхты. Когда кто-то позвал ее по имени, ей показалось, что она говорит с принцем по скайпу. Она пошевелилась.

— Винченцо?

— Я здесь.

— Хорошо. Я хотела поговорить с тобой и боялась, что этого не случится до завтрашнего вечера. — Приподнявшись на кровати, она поняла: что-то не так. Она была не за столом, а в каюте корабля, и перед ней, в джинсах и спортивной рубашке, стоял Винченцо.

Ее пульс участился.

— Ты здесь! Ты по-настоящему здесь!

— Я стучал, но ты не слышала, поэтому я зашел, чтобы проверить, как ты. Ты немного съела из того, что тебе приготовила Ангелина.

— Я слишком устала, чтобы наедаться. — Шпильки выпали из прически Эбби, и волосы рассыпались по плечам. — Как ты здесь оказался?

— Я прилетел на вертолете. Ты в порядке?

Нет, в порядке Эбби не была. Они не виделись почти шесть недель, и шок был слишком сильным. Девушка была сбита с толку.

— Эбби?

— Да, — ответила она слишком громко, и ее голос звучал сердито. Он был слишком близко. Она отбросила волосы с лица. — Тебя здесь не должно быть.

— Не вставай, — мягко попросил он ее, но девушка чувствовала себя неудобно и все равно поднялась. — Ты проиграла наш спор, помнишь? В наказание ты останешься здесь со мной до утра.

Эбби дрожала.

— Признаюсь, не думала, что ты сдержишь слово.

— И это все, что ты хочешь сказать?

Ее застали врасплох, и она не знала, как реагировать. Целая ночь вместе?

— Что ты хочешь услышать?

— Что ты рада меня видеть.

— Конечно, рада. — Слова прозвучали немного грубо.

— Сейчас ты выглядишь по-настоящему беременной. Можно мне потрогать живот?

Его слова были словно гром среди ясного неба. Поэтому он был здесь? Конечно, его просьбу можно было понять. В конце концов, это его ребенок. Но Эбби впервые не знала, что делать: отказать казалось ей неправильным, а согласиться…

Инстинктивно она взяла его руку и приложила к своему животу. Принц и раньше прикасался к ней. Он спас ей жизнь. Она плакала у него на плече.

Но сейчас все было иначе. Тепло его пальцев электрическим током пронзило ее тело, и Эбби затаила дыхание.

— Ты уже чувствовала, как он толкается? — сипло спросил принц.

— Это ощущения, похожие на порхания бабочек. Сначала я не была уверена: все началось пару дней назад. Но когда я несколько часов назад легла, определенно почувствовала движение. И это было не ощущение голода!

— Это чудо, правда? — Его лицо было так близко, что Эбби ощутила его дыхание на щеке. Принц все еще держал руку на ее животе.

— Я рад, что ты закончила работать и теперь будешь дома в безопасности.

Девушка склонила голову:

— Нигде не безопасно, Винченцо.

— Верно. Но сегодня тебя показывали по телевизору. И эта лестница… Я боялся, что ты упадешь. — Синьор Джордано держал меня под руку.

— Я заметил. Он недавно развелся с женой.

Откуда Винченцо это знает? Но, задав себе вопрос, девушка тут же поняла всю его глупость. Принц проверял все, что она делает, и всех, с кем она общается.

— Мне кажется, он очень мил.

— Он не приглашал тебя на ужин?

Почему Винченцо интересуется? Ему должно быть все равно.

— Приглашал, когда провожал меня до машины.

Его рука замерла.

— И что ты ответила?

— То же, что и всем на своей прощальной вечеринке. Что я уезжаю в Штаты. — Если бы она это говорила жестче, сама бы поверила в это, но напряжение принца росло.

Без обуви Эбби чувствовала себя значительно ниже, чем Винченцо. Воспользовавшись предлогом, она отстранилась от него, чтобы включить торшер на другом конце кровати.

Винченцо следил за ее действиями.

— Ты все еще измучена?

Нет. Его прикосновения к животу разбудили в Эбби все чувства, и от этого у нее наверняка подскочило давление. Если он хотел узнать, поднимется ли она с ним на палубу, чтобы насладиться ночью, она бы ответила «да». Но отцовский голос в голове твердил ей: «Я бы не советовал».

Они оба пересекли черту сегодня. Желание принца почувствовать малыша внутри — это одно, но Эбби чувствовала и другое его желание… Все эти месяцы ее собственные чувства усиливались, и теперь не было смысла это отрицать. Ощутив силу этого желания, поняв, каково это, никакими способами она не могла стереть это знание. «Можно ли умереть от чувства вины?» — задавалась вопросом Эбби.

Девушка однажды сказала королеве, что ей доверили самое дорогое. Поэтому поддаться жгучему соблазну сейчас означало обесценить свой дар.

Она улыбнулась принцу:

— Не измучена, но приятно устала. Мне нужны душ и план, которому следовать. Почему бы нам не позавтракать на палубе и не искупаться? Мне бы это понравилось.

«Держись от него на расстоянии», — стучало в голове Эбби.

— На рассвете мы будем у берегов Корсики. Если ты проснешься в половине восьмого, то увидишь самое чистое море.

Девушка отчасти надеялась, что он не захочет, чтобы она ложилась спать. Но принц следовал своим принципам и обещал ей, что поездка будет безопасной. — Я заведу будильник и присоединюсь к тебе.

— Тогда спокойной ночи.

Только Винченцо повернулся к двери, Эбби окликнула его:

— Спасибо тебе за неожиданный сюрприз.

— Ты выиграла дело и заслужила награду. Для всех в стране это большой плюс.

— Спасибо. Но я говорю не только о круизе на этой чудесной яхте. Я хочу поблагодарить тебя за наши ежедневные разговоры. Я с нетерпением ждала каждого вечера.

Принц вскинул брови:

— Они не закончились.

— Рада слышать это.

— Они спасли и мою жизнь, Эбби.

После этого признания принц вышел из каюты и закрыл за собой дверь.

Эбби не позволяла себе искать в этих словах еще какой-то смысл. Они оба ждали рождения ребенка, словно ходили по лезвию ножа. С каждым днем напряжение нарастало. Это было необычное время и самые неестественные обстоятельства, в которых могли оказаться принц и его подданная. Чем ближе была дата родов, тем сильнее Эбби поражалась, что они смогли это выдержать.

Рано утром облака над Средиземным морем стали рассеиваться, и луч солнца проник сквозь бирюзовую воду у сторожевой башни, о которой рассказывал Винченцо.

Эбби накинула купальный халат и облокотилась на перила, пытаясь разглядеть, как глубоко под воду уходят скалы.

Винченцо, в черных плавках, уже несколько раз нырял, и Эбби видела, как прекрасно его мускулистое тело. Скалистый берег уходил под воду, образуя на дне горы, каньоны, ущелья и горные массивы. Винченцо подплыл к камням, выступавшим над поверхностью, и тут же нырнул так глубоко, что Эбби потеряла его из виду.

Хотя принц отлично плавал, девушка не могла избавиться от тревоги, пока не видела, как он поднимается, чтобы набрать воздуха. Ей было жаль, что с ней нет камеры, но, покидая здание суда, она не могла и представить, где закончится ее день.

— Я тебе завидую! — крикнула она ему.

Хотя был август, Эбби чувствовала, что вода утром отнюдь не теплая, но принцу все было нипочем.

— Вскоре ты тоже сможешь так делать, — отозвался Винченцо.

«Не так. Не здесь. Не с ним», — пронеслось в голове Эбби.

— Что-нибудь опасное плавает там под водой?

— Только большая и белая.

— Винченцо!

Он рассмеялся. Подтянутый, сильный, с влажными, откинутыми с лица волосами, он был воплощением женской мечты.

— Завтрак готов?

Эбби хихикнула.

— Я тебе говорила, что ты иногда очень смешной? Ты отлично знаешь, что для тебя еда всегда готова.

— Что ж, я умираю с голоду.

— И я!

Винченцо проплыл вдоль пятидесятидвухметровой яхты и поднялся на борт. Через минуту они уже сидели около бассейна перед столиком с великолепной едой. Во время завтрака Эбби скинула халат, чтобы немного позагорать. Их шезлонги стояли рядом. Идеальное утро!

Не дозвонившись до отца, Эбби оставила ему сообщение: «Привет, папа. Я только что вышла от врача. Мой визит прошел хорошо. Ты веришь, что моя беременность почти завершилась? Я встречаюсь с Кароленой, чтобы поужинать „У Эмилио", а потом мы отправимся на „Аиду". Не беспокойся и не забудь про ужин. Он в холодильнике».

Этим вечером Эбби не будет говорить с Винченцо по скайпу. Вчера она сообщила ему о своих планах. Принц не одобрял того, что Эбби весь вечер просидит в опере, но она обещала, что весь день до этого будет отдыхать.

После встречи с Джианной, когда все встало на свои места, Винченцо не появлялся у ее дверей. Он общался с ней исключительно как с другом, а Эбби отвечала ему тем же. Никаких встреч, кроме как по Интернету. Так было проще и облегчало девушке чувство вины.

Джианна заставила Эбби признать, что она без памяти влюблена в Винченцо. Когда он поцеловал ее на прощание, ей стоило больших усилий не ответить ему. Его поцелуй был полон симпатии, но не страсти. Так он пытался успокоить Эбби.

Она любила его за это. Она любила его всей душой.

В конце оперы Эбби готова была умереть от грусти. Радамеса отвели в храмовые подземелья, где должны были заточить в камере. Аида спряталась там, готовая умереть вместе с ним.

Когда тенор пропел, что он никогда не увидит дневного света и Аиды, она вышла к нему, говоря, что умрет вместе с ним. Когда они упали друг другу в объятия, Эбби расплакалась. Она с легкостью могла представить столь сильные чувства, ведь именно подобное она испытывала к Винченцо. Скоро она родит ребенка и уедет навсегда. Думать о скорой разлуке было мучительно.

По пути домой Каролена смеялась над подругой, говоря, что та оказалась во власти гормонов. Эбби списывала все на фантастическую музыку и голоса, но обе знали, что за этим стоит гораздо большее.

Вернувшись домой, Эбби застала отца за компьютером.

— Как опера?

— Великолепно.

— Ты, кажется, плакала.

Она улыбнулась.

— Папа, ты же знаешь, что «Аида» может пронять любого.

— Сегодня звонила твоя тетя. Они нашли нам дом рядом с ними и прислали несколько фотографий. Посмотри, что ты думаешь. Он мне нравится гораздо больше, чем предыдущие.

Эбби подошла к отцу и посмотрела вместе с ним на экран.

— Милый дом. Мне нравится щипцовая крыша. Давай возьмем его.

Довольный ответом дочери, он посмотрел на нее:

— Ты говорила врачу о своих планах?

— Да. Он сказал, что, если не будет осложнений, я смогу лететь домой уже через неделю после родов. К тому же Винченцо отвезет нас на своем личном самолете с врачом на борту.

— Хорошо.

— Он сказал еще кое-что. Хотя он надеется, что я дохожу до конца срока, я не должна волноваться, если роды начнутся раньше. Ребенок уже опустился и может родиться в любой момент. Это нормально. Я рада, что моя беременность была легкой и беспроблемной. Если не возникнет осложнений, с ребенком все будет хорошо.

— Это успокаивает.

— Папа, ты уверен в решении покинуть Арансию?

— Абсолютно. Наступает время, когда ты понимаешь: еще один этап завершен. А ты?

— Конечно, я буду скучать. Я провела здесь большую часть своей жизни, но у нас есть семья в Род-Айленде, и ты будешь со мной. Как только я найду себе там работу, знаю, я буду счастлива.

— Я тоже. Теперь тебе пора спать, милая.

— Уже иду. Спокойной ночи. — Она поцеловала отца в лоб и ушла в спальню.

Все мысли Эбби теперь были об отце. Она знала, что после смерти матери у него были отношения с женщинами, но он явно был рад уехать из страны. Так как она считала, что это не из-за Винченцо, ей казалось, что в Штатах есть давняя знакомая отца, которую он бы хотел увидеть.

Забравшись в постель, Эбби поняла, что не может удобно улечься. Ей стало жарко, и она скинула одеяло. Последнюю неделю у нее болела спина и она чувствовала себя словно выброшенный на сушу кит. С шестого месяца малыш активно ее толкал. Скорее всего, она родит мальчика с длинными ногами, как у Винченцо.

Она знала, что принцу хотелось бы почувствовать эти толчки, но они договорились держаться друг от друга подальше. Она ходила плавать, зная, что не встретит его в бассейне. Он не встречал ее на лимузине. Скайп давал возможность говорить и видеть друг друга и даже обставить детскую комнату. Но скоро эти дни закончатся.

Все уже было спланировано. Когда Эбби родит, ее будут прятать от журналистов и слуг, пока она не улетит в США. В ее необычном контракте было оговорено: никаких контактов с ребенком и родителями. Эбби выполнит свою работу и исчезнет, что положит конец ее отношениям с Винченцо, ни встреч, ни разговоров по скайпу — ничто уже не свяжет их.

Так будет лучше и для них самих, и для королевства. Винченцо навсегда останется в ее памяти, но он уже не сможет быть частью ее жизни.

Каролена готовилась выступать в суде. Работа, с которой она просила помочь Эбби, спасала девушку в последние недели ожидания родов. Каждый раз, когда ее одолевали мысли о готовящемся к появлению на свет малыше, она загружала себя расследованием. Но посреди ночи ей не удавалось остановить бег мыслей.

Как и Винченцо, родившись, ребенок не будет знать иного мира. А принц станет великолепным отцом, в этом Эбби была уверена. Вся его жизнь перевернется, когда врач даст ему в руки малыша.

От мысли, что она никогда больше не увидит ребенка и Винченцо, Эбби расплакалась и плакала, пока не провалилась в сон.

Доктор Де Лука дал ей номера телефонов нескольких суррогатных матерей, но девушка не хотела с ними общаться. Опыт каждой из них был уникальным, и особенно — ее собственный, ведь она всеми фибрами души любила и этого малыша, и его отца.

В пять утра Эбби проснулась от более сильной боли в пояснице, чем обычно. Она знала, что это может быть началом родов. А может, тому причиной было долгое сидение вчера в концертном зале.

Она сходила в ванную и начала бродить по комнате. Боль утихла. Вместо того чтобы лечь в постель, она села на диван, вытянув ноги, и стала смотреть «Годзиллу» на итальянском. Ноги и пальцы рук у нее отекли.

Фильм усыпил ее, но Эбби проснулась вновь от боли.

— Ох.

Она встала и пошла в ванную комнату. Было больно. Очень больно. Дойдя до комнаты отца, она разбудила его.

— Папа? У мамы перед родами болела поясница?

Отец подскочил в кровати.

— Да. Боль шла от спины к животу.

— О, это то, что у меня.

— Я позвоню врачу.

— Скажи ему не беспокоить Винченцо и чтобы никто в больнице не сообщал ему об этом под страхом смерти.

— Милая, ты не можешь просить его об этом.

— Нет, могу! — Она впервые крикнула на отца. — Это я вынашиваю ребенка, и я не жена Винченцо. Это не мой ребенок. — Слезы катились у нее по щекам. — Если что-то пойдет не так, я не хочу, чтобы он там был, пока все не закончится. В его жизни было и так много страданий. Если все пойдет нормально, тогда он при… О-о-о… — Стало еще больнее. — Папа, пообещай мне, что передашь слово в слово, как я сказала. Я была послушной все это время, но сейчас хочу поступить по-своему! И заставь Ангелину поклясться молчать. Если она скажет Винченцо хоть слово, ой, боже мой, то ты уволишь ее без выплаты пособия, и она никогда в жизни больше не найдет работу. Я надеюсь на тебя, папа. Не подведи меня.

Отец погладил дочку по щеке.

— Я обещаю обо всем позаботиться.

Он начал звонить врачу.

Винченцо вызвал Ангелину сразу, как прибыл с сыном во дворец. Покормив малыша, как ему показала медсестра, и поменяв подгузник, Винченцо передал сына няне, которая уложила его спать в детской. Теперь нужно было действовать быстро.

— Скажи мне, что ты знаешь о местонахождении Эбби.

— Я не могу, ваше высочество. Не спрашивайте меня. Я поклялась сохранять тайну.

— Кому? Карло?

— Нет.

— Королю?

— Нет.

— Эбби?

Экономка кивнула.

— Я так и знал. Скажи, куда они отвезли ее.

Ангелина зажмурилась.

— Я не посмею.

— Хорошо. Я буду перечислять названия больниц. — Принц знал их все, так как участвовал в общественной деятельности. — Тебе нужно будет моргнуть, когда я назову нужную. Так ты не нарушишь свою клятву.

— Она возненавидит меня.

— Эбби не может никого ненавидеть. Она носила моего сына девять месяцев, подарив мне чудо, о котором я мог лишь мечтать. Неужели ты не дашь мне отблагодарить ее лично?

— Она старается соблюдать договор.

— К черту договор! Она сделала то, чего не мог никто. Будь в твоей жизни такой человек, неужели ты бы не поблагодарила его?

— Да, но…

— Никаких но. Когда мы с Михелиной подписывали договор с Эбби, возможно, это было важно, но сейчас ребенок уже родился. Контракта больше нет. Ты свободна от обязательств. Что, если я скажу, что не собираюсь ехать в больницу? — Ангелина молчала. — Я подожду, пока она уедет. Я ведь немногого прошу. Клянусь могилой матери, что она ничего не узнает.

Тишина. Винченцо начал перечислять больницы, почти не дыша в ожидании. На половине списка Ангелина моргнула. Больница Святого Марко в Ланце в восьми километрах от дворца.

Рядом аэропорт и несколько дорогих отелей.

— Будь благословенна, Ангелина. Скоро ты узнаешь мою благодарность, которая устроит всю твою жизнь.

Девушка убежала, а принц тут же позвонил своему личному шоферу.

— Джованни?

— Поздравляю с рождением сына, ваше высочество.

— Спасибо. Мне нужна особая услуга.

— Все, что угодно.

Джованни часто помогал Винченцо с тайными заданиями.

— Надеюсь, что так. Если сделаешь все, как я скажу, моя красная спортивная машина — твоя.

Шофер усмехнулся. Он был из бедной семьи.

— Думаешь, я шучу?

— Вы серьезно?

— Делай, как скажу, и узнаешь. Созови всех своих кузин и отправь их в больницу Святого Марко в Ланце. Синьорина Лоретто сейчас находится там после родов. Ее охраняют люди ее отца. К счастью, они не знают твоих кузин. Я хочу, чтобы они следили за всеми выходами из больницы. Девушку повезут на личном лимузине, скорее всего, сегодня вечером, если не раньше. Когда твои сестры заметят ее, пусть следуют за ней до места назначения. Возможно, это будут отели «Сплендидо» или «Морено». Тогда ты звонишь мне и везешь туда. Вопросы есть?

— Нет, ваше высочество. Можете на меня положиться.

— Всех твоих кузин ждет награда. Моя жизнь зависит от того, найдете вы ее или нет.

— Сарisсi[10]

Повесив трубку, Винченцо поспешил в детскую, чтобы насладиться общением с сыном до прихода его отца и сестры.

Он не может допустить, чтобы Эбби уехала. Если это произойдет, то он выследит ее, но с ребенком это будет сделать сложнее. Она нужна ему здесь. Сейчас!

Он играл с малышом и фотографировал его на телефон. Когда пришли его родные, он передал сына им, а сам ненадолго прилег.

Бьянка и Валентино прилетят только завтра.

В пять вечера зазвонил телефон. Винченцо увидел, кто звонит, и тут же взял трубку.

— Джованни?

— Мы сделали, как вы велели. Ее отвезли в «Морено» под охраной.

— Я спускаюсь.

Сказав Марселло, что его жизнь не будет стоить и гроша, если он расскажет кому-нибудь, куда он направился, Винченцо надел солнцезащитные очки и поспешил к лимузину, в гавайской рубашке, шортах цвета хаки, сандалиях и соломенной шляпе.

Джованни тут же сорвался с места.

— Вы выглядите, словно богатый американский бизнесмен, прогуливающийся по саду. Никто вас не узнает, ваше высочество, — обратился он к принцу в микрофон.

— Лишь бы я успел пробраться к ней в комнату, пока никто не остановил меня.