Начатое произведение должно быть дописано, иначе и не стоило браться за то, что тебе не по силам.
Артур Ари.
Артур Аристархов, 16 лет.
Март.
Ночной клуб. Дискотека. Блондинка танцует. Они знакомятся. Едут к ней. Секс.
Июль.
Клуб. Опять блондинка (другая). Идут к ней. Секс. Даже не познакомились.
Август.
Клуб. На этот раз брюнетка. Танцы. Секс в туалете.
Как и каждому нормальному парню, Артуру нравилась такая жизнь.
Но, как и каждой творческой личности, ему этого было недостаточно.
Артур Аристархов, 17 лет.
– Я начал писать книгу.
– Ты? Да ладно, – удивился Игорь.
– А что не так? – насупился Артур. В словах брата ему послышалась издевка.
Игорь рассмеялся и примирительно поднял руки:
– Просто не думал, что в нашей семье появится писатель, – пояснил брат и осушил бокал с вином.
– Тише ты, бабушку разбудишь. – Артур встревоженно покосился на закрытую дверь. Судя по храпу, которому позавидовали бы даже монстры из фильмов ужасов, бабушке проснуться не грозило.
– Артур, тебе семнадцать, – все же потише проговорил Игорь.
– Бабуле объясни, – усмехнулся тот и изменил голос, передразнивая бабушку: – «Артюша, тебе уже хватит вина»!
Оба рассмеялись.
– Эх, нужно было бутылку прихватить, – проговорил Игорь с еле слышным вздохом.
Он любил водку. А ещё Игорь любил свою жену. Ради неё ездил за границу – пытаясь обеспечить ненаглядную. Но жена, скорее всего, его не любила.
– Дедушка, например, тоже писал.
– Да ладно, – округлил глаза Игорь. – Почему я не знал?
– Другой дедушка – по маминой линии, – пояснил Артур.
– Ты разговаривал с мамой?
– Она приходила забрать свои вещи, – слегка краснея, проговорил Артур и отхлебнул из бокала.
– И где можно почитать дедушкину писанину? – переменил тему брат.
– К сожалению, нигде. Он умер, так ничего и не издав.
Артур немного погрустнел:
– Жалко, папа не приехал.
Игорь с ним чаще виделся: они вместе ездили за границу работать.
“Зря папа забрал брата”, – думал Артур.
Он так и не рассказал Игорю, какие слухи ходят о его жене. Точнее, о том, как она развлекается, пока муж месяцами работает за бугром.
Артур взял бутылку, опасливо прислушался – бабушка продолжала храпеть на зависть монстрам – и налил вина.
– Ладно, давай по последнему – и я пойду. К семье нужно, да и устал я с дороги, – сказал брат.
– Давай, – натужно улыбнулся Артур. – С наступающим.
– И за твою книгу. Я завтра почитаю, лады?
– Как хочешь, – кивнул Артур, хотя надеялся, что брат прочтет сегодня. – Только никому не рассказывай, а то еще идею украдут. Я только папе показывал. Он, кстати, очень меня хвалил, когда прочел. Сказал, я талант, – словно невзначай, похвастался Артур.
Брат ушёл.
Артур достал рукопись и начал перечитывать.
«Багровый закат отражался в его прекрасных глазах…» – так начинался роман. История менялась уже много раз, но начало всегда оставалось неизменным. Артур любил читать о вампирах и эльфах и прекрасно знал о любви публики к таким персонажам. Он придумал невероятное создание – эльфа-вампира Демоника Касиуса Де Пафуа.
Демоник – сильнейший из всех живых и неумерших. Он невероятно красив. Даже мужчины находят его привлекательным. И – перед тем как попытаться его убить – всегда хвалят и восхищаются им. А девушки и вовсе падают в обморок, едва взглянув на Демоника.
Одежда эльфа-вампира сочетает в себе стили всевозможных эпох: прошлого, будущего и даже альтернативной истории (где, видимо, надевают кольчугу на голый торс).
Как-то так получалось, что одеяния Демоника каким-то непостижимым образом менялись – иногда даже в процессе диалога, – но всегда оставались очень красивыми.
Демоник был буквально всемогущ. Никто не хотел с ним соперничать – за исключением нескольких личностей, которые, если бы не задумка автора, скорее всего, никогда бы не связались с таким героем. Автор наделил их неимоверной властью, озлобленностью и… судя по всему, слепотой. Ибо как еще можно не заметить, что Демоник расправлялся с такими же всевластными, злыми и слепыми врагами ранее?
При всем том, эльф-вампир обладал добрейшим сердцем – что не мешало ему кромсать противников с жестокостью, которая не снилась не только всевозможным маньякам, но и даже чертям в Аду.
Еще Демоник родился великим философом. Он не упускал возможности поделиться своей мудростью при каждом удобном случае и давал советы буквально каждому.
Словом, у Артура получилась довольно забавная, хоть и скучная история о всесильном, красивейшем, совершенно неуязвимом и всезнающем главном герое.
Порой Артуру казалось, что это не он создал Демоника, а Демоник позволил себя создать. Пришёл в его мысли, желая поселиться там.
Как бы там ни было, Артур всегда считал Демоника своим другом. Хоть и понимал, насколько это необычно. И странно.
Артур Аристархов, 17 лет.
Они познакомились на дискотеке. Банально. А через полтора часа, закончив с сексом, лежали в кровати и курили.
«Нужно потом хорошо проветрить комнату, – думал Артур, затягиваясь. – На неделе должна зайти хозяйка».
– Чем вообще занимаешься? – задала девушка тривиальный вопрос, отрывая парня от житейских раздумий.
– Ты о хобби или о работе? – спросил Артур.
– Расскажи о хобби, – проговорила она, будто смакуя последнее слово.
– Пишу книгу, – похвастался он и, после некоторых колебаний, достал рукопись.
– Клево! Будешь знаменитым и богатым.
– Это уже приятный бонус, – усмехнулся Артур.
– О, Артур Аристархов, – улыбнулась она, начав читать. – Я – Вика, кстати.
– Я помню, – соврал он.
– Странно, я ведь Мариной назвалась, – она немного помолчала, явно наслаждаясь озадаченным лицом Артура, и добавила: – Я пошутила, Вика я.
Оба прыснули со смеху.
Артур нежно провёл пальцем по витиеватой татуировке на ее бедре. Девушка начинала ему нравиться.
– «Багровый закат отражался в его прекрасных глазах», – прочла Вика дальше. – Ух ты, очень круто.
Дальше она читала молча.
Артур все это время ловил мельчайшие изменения на ее лице. “Почему она молчит? Почему так долго читает?” – нервничал автор.
За последнее время Демоника прилично покидало по миру.
Из эльфа-вампира он превратился в человека. Успел побывать в академии магии, попасть в прошлое и будущее. Но везде достигал невероятных успехов. Это оставалось неизменным, как и его красота.
В последнем варианте, который читала Вика, Демоник – теперь Део – бороздил космос на удивительном космическом корабле, размер и экипаж которого, по непонятным причинам, менялись чаще, чем настроение у девушек.
В последней главе Део жертвует собой, чтоб спасти всю галактику.
В финале одна из его многочисленных любовниц находит тело героя в космосе и, когда, одетая в скафандр, приближается к нему, видит улыбку Део.
Он пожертвовал собой с улыбкой на лице. По щеке любовницы – женщины, которая никогда в своей жизни не плакала – катится слеза.
Артур очень гордился таким финалом.
– Круто, ты талант, – проговорила Вика, наконец дочитав.
Артур, по правде, надеялся, что она тоже заплачет в конце, но и «круто» звучало хорошо.
– Ты уже выкладывал свой рассказ где-то? – поинтересовалась она.
– Нет.
– В Интернете есть куча сайтов, где можно выложить – от фанатов не будет отбоя.
– Спасибо, – улыбнулся Артур. Вика нравилась ему все больше.
Он осторожно коснулся ее лица и поцеловал.
«Ещё чутка подправлю, и тогда действительно можно будет выставить в Интернете», – подумал автор. – Да, и нужно не забыть проветрить комнату, а то хозяйка квартиры меня убьет».
Но дальше он ни о чем не мог думать, погрузившись в пучины любви и наслаждения.
Через месяц
Артур сидел за ноутбуком и читал комментарии к своему рассказу.
Если не считать нескольких хвалебных высказываний, от Вики и друзей, то все отзывы были резко негативными.
А концовку рассказа вообще похоронили. Ибо, как объяснил один знаток, в условиях микрогравитации слезы не текут вниз, как на Земле, а остаются на месте, собираясь вокруг глазного яблока. Этот знаток ещё много где понаходил ошибки, в конце концов посоветовав автору не писать того, о чем он не имеет никакого понятия.
Артур честно прочитал все комментарии до последнего и открыл баночку с вишневым йогуртом, который так любил.
«Не стоит принимать критику близко к сердцу. Это всего лишь их мнение, и не факт, что оно верное», – заключил Артур.
А затем с размаху бросил йогурт об стенку и принялся рвать свои рукописи. Он редко плакал – даже когда отец погиб в аварии, так и не добравшись к ним на Новый год, Артур сдержал слезы. Но сейчас они лились ручьем. И, словно насмехаясь, в условиях земной гравитации текли вниз.
Свой рассказ он удалил в тот же день.
А следы от йогурта пытался отмыть еще с неделю, но в итоге купил новые обои.
Артур Аристархов, 18 лет
Артур валялся в кровати среди безвыигрышных лотерейных билетов и допивал третью банку пива. «Где взять денег?» – эта мысль навязчиво повторялась в его голове.
Вика сказала, что беременна, и аборт делать не собирается. Артур поддержал ее, хоть и трясся от страха.
“Бабушка меня убьет, матери давно плевать, отца больше нет, а у брата своя жизнь и свои проблемы. – Артур сделал большой глоток. – Как я потяну ребенка, если каждый месяц за неделю до зарплаты остаюсь без копейки?”
“Нужно было убедить Вику сделать аборт”, – эта мысль тоже терзала его постоянно.
Вдруг Артура осенило. Он взял лист, ручку и принялся писать.
«Багровый закат отражался в его прекрасных глазах…» начал он как всегда, уже зная, что на этот раз «как всегда» не будет. Артур понял, что в жизни обычных людей полно проблем. И о том, как простой человек преодолевает всякие ненастья, читать намного интереснее, чем про всемогущего и неуязвимого героя, убивающего своего сотого дракона.
И у Доминика (ранее Део, а еще ранее – Демоника) появились настоящие проблемы, из которых ему теперь предстояло выбираться.
Через полгода
.– Ты же сама говорила, что мне нужен псевдоним, – удивился Артур.
– Да, но… – начала Вика.
– Я хочу, чтоб знали именно меня. Книга ведь – моя. Поэтому я убил двух зайцев, сменил фамилию.
– Ну, тебе с этим жить, – равнодушно ответила Вика, поглаживая выпуклый живот.
– Не совсем.
– О чем ты?
– Я ведь не все деньги потратил на смену фамилии, – Артур присел на одно колено и протянул Вике кольцо. – В-выходи з-за меня, – запинаясь, проговорил он простые на первый взгляд слова.
Вика улыбнулась – впервые за долгое время.
– Виктория Ари – мне нравится, – сияя, проговорила она.
Артур Ари, 19 лет
– Сколько можно, Артур?! Повзрослей уже! У тебя семья, ребенок! Хватит жить в фантазиях! Сколько ещё мы у моих родителей будем на шее висеть?!
– Пошла ты! Сколько можно?! Задрала уже! Если бы ты не залетела – я бы с тобой не был! Никогда!
– Это ты мне жизнь испортил!
Слезы. Крики. Ругань. Детский плач.
***
– Прости меня, Викуся. Думаешь, я ничего не вижу? Я понимаю, как тебе тяжело. Мне так стыдно, что я испортил тебе жизнь. Если бы ты вышла за кого-то другого, то была бы счастливее. Намного.
– Артур, дурачок ты мой. Иди ко мне.
Они ссорились и мирились. Тарелки бились и покупались новые.
Артур учился быть мужем и отцом, Вика – женой и матерью.
В жизни всякое бывает, но, что бы ни случилось и как бы они ни ссорились, одно Артур знал наверняка – никогда не стоит бросать вишневый йогурт в стену.
Что же касается Демоника, то с ним ничего нового не происходило – у Артура не было времени писать.
И Доминик просто любовался багровым закатом.
Артур Ари, 20 лет
– Артур, чего ты встал? Что-то с Арчи?
– Нет, он спит. Ты тоже спи.
– Хо-ро-о-шо, – зевнула Виктория. – Если бы он продолжал так орать, соседи бы нас точно выселили.
– Собаку свою пускай выселяют. Тем более у нас договор, не бойся.
– Чего же ты проснулся?
– Да приснилось вот… Теперь задумался. А что, если Муза – та, что вдохновение дает – это, типа, призрак?
– Призрак?
– Ну, призраки – это ведь остатки сильных эмоций, которые испытывал человек при жизни. А что, если писатель сильно хотел написать свой роман, но умер, так и не написав? И призрак этого писателя приходит к другим писателям и рассказывает свою историю. А люди думают, что это вдохновение.
– Интересная теория. Ты хочешь об этом написать?
– Нет, просто подумал. Ведь мой дед тоже хотел написать книгу. Возможно, он мое вдохновение – моя Муза. – Артур зевнул. – Ладно, уже поздно. Спи.
Еще неделю он ничего не писал. Но Демонику скучать оставалось недолго.
Артур Ари, 23 года
Конечно же, бабушка приехала с радостью и осталась присматривать за Арчибальдом. Она обожала правнука.
Бабушка ничего не сказала Артуру, но, скорее всего, все поняла – его эмоции отражались на лице.
Вика уже час назад должна была вернуться от подруги. Когда они созванивались в последний раз, она находилась в порядочном подпитии. А потом ее телефон стал недоступен.
Артур ехал в такси. В голове металось множество неприятных мыслей, подпитываемых фантазией. Завтра Восьмое марта, но деньги, которые он берег на подарок, пришлось потратить на такси. «Сама виновата», – думал Артур, покусывая губу и барабаня пальцами по колену.
Чем ближе он подъезжал к ночному клубу, тем сильнее колотилось сердце.
Вспомнился старший брат и его гулящая жена.
Как только Артур вышел из авто, у него завибрировал телефон. Звонила Вика.
– Да?! – резко ответил он, но на душе странным образом полегчало.
– Ты где? И почему у нас бабушка?
– А ты где была?
– Здрасте. У Кати, где ж ещё? Телефон сел, а твой номер я не помню, – ее голос стал кокетливым. – Ревнуешь, да?
– Пошла ты, – рявкнул Артур, но его гнев уже угасал. – Почему так поздно приехала? – спросил он для приличия, хотя знал ответ.
– Пятница – у всех корпоративы, такси не дождешься.
Это была правда – ему повезло, что он поймал «грача».
– Ладно, скоро приеду. Постели бабушке.
– Хорошо. Целую. И не задерживайся, а то уже я начну ревновать, – Вика чмокнула в трубку.
«Отлично. Как же я доберусь отсюда домой? Такси тут не вызвать, а те, что стоят у клуба, сдерут три шкуры», – Артур достал из кармана оставшиеся деньги и понял, что ему не светит вообще никакое такси.
– Эй, парень! – раздался поблизости пьяный голос. К Артуру нетрезвой походкой шагал мужчина в дорогом костюме.
– Здравствуйте, Сергей Жоржевич, – поздоровался Артур, узнав подошедшего.
– Не по-о-онял…
– Меня зовут Артур. Я у вас работаю.
– О-п-па, и кем же? – удивился генеральный директор.
– Грузчиком, – слегка смутившись, ответил Артур.
– Ясно. И много грузчики получают?
– А вы не знаете? – удивился парень.
– Артем, ты пил сегодня? – неожиданно поинтересовался Сергей Жоржевич.
– Артур. Нет, не пил, – ответил Артур. Но выпить хотелось – с того момента, как у Вики сел телефон.
– Мой водитель, Гришка… Короче, ему семья важнее работы. Пойдёшь ко мне водителем? Так уж вышло, что именно сегодня освободилось место, – Сергей Жоржевич усмехнулся. – Не знаю, сколько получают грузчики, но уверен – ты останешься доволен.
– А Григорий не обидится? – спросил Артур. Григория знали все, и ссориться с ним не хотелось никому.
– Тебе-то чего беспокоиться, он сам виноват. – Генеральный пожал плечами, словно речь шла о чем-то несущественном. – Такой работы он нигде не найдет. Тем более, если учесть его отсидку. – Ухмылка Сергея Жоржевича обнажила неправдоподобно белые зубы.
Они сели в автомобиль.
– Водить-то умеешь? – буркнул генеральный, вручая Артуру ключи.
– Умею, – рассеянно кивнул парень. Он начал нервничать – такой шанс не хотелось терять.
Он трясущимися руками повернул ключ – и мотор взревел, за что Артур испытал к нему истинную благодарность: звук двигателя заглушил биение его сердца. Которое, казалось, пульсировало громче, чем музыка из ночного клуба.
Сергей Жоржевич уселся впереди, рядом с Артуром; парень ожидал от него потока вопросов, но тот молчал почти всю поездку.
– В понедельник – в фирме. Где-то после обеда, не раньше. Теперь ты мой водитель, – сказал генеральный напоследок.
“Неужели жизнь налаживается?” – обрадовался парень.
На днях Артур купил книгу "Как написать бестселлер". Об авторе он, правда, никогда не слышал, как и о его бестселлерах. Но уж очень хотелось написать бестселлер.
В жизни Демоника также наступили изменения. На этот раз его звали Ден Никен. Он стал американским детективом, который расследовал особо тяжкие преступления. Само собой, Ден Никен (для Артура он всегда оставался Демоником) был лучшим в этом деле.
При всем своем прежнем могуществе Демоник впервые обзавелся обычным автомобилем, на котором теперь колесил по Штатам. И любовался багровыми закатами.
А еще Ден, судя по всему, был алкоголиком. Ибо по какой еще причине каждая глава начиналась с его похмелья?
Артур Ари, 28 лет
Артур был доволен работой, невзирая на ненормированный график. Это, пожалуй, оказалось единственным минусом. По оплате также все устраивало. Да и что теперь над ним стоял один начальник, а не десять, тоже радовало.
То, что Артур в любой момент мог отправиться на работу, также имело свои плюсы. Он научился ценить время, которое проводил с родными, с подрастающим сыном. Артур благодарил судьбу, что они оставили ребёнка.
Бывшие коллеги перестали общаться с Артуром, а если и бросали взгляды в его сторону, то украдкой и явно недружелюбные.
Но так продолжалось лишь до тех пор, пока Артур не «проставился» за повышение. После этого коллектив искренне порадовался за него, попивая пиво – темное, как человеческая зависть.
Бывшее начальство и вовсе взяло за привычку здороваться первым, обращаясь по имени-отчеству.
Многое поменялось в отношении людей к нему.
Артур все это подмечал, иногда добавляя в рукописи. Он и не догадывался, сколько полезного можно почерпнуть из жизни простого человека. И удивлялся, почему раньше этого не замечал.
Пока Сергей Жоржевич проводил время на встречах, Артур писал. Когда писать не хотелось – читал. Стараясь улучшить свои навыки – подобно тому, как спортсмены качают мышцы. Он наконец таки приобрел фанатов. И хоть критика по-прежнему больно ранила его душу, Артур научился быть благодарным за полезные замечания и не обращать внимания на бесполезные.
Демоник теперь стал Димой.
Герой связался с некими силами и теперь балансировал между добром и злом, все время находясь на грани.
Артур считал, что наконец придумал нечто стоящее. Он часто говорил: «У меня есть история – осталось найти слова».
Как-то, поймав Артура за творчеством, Сергей Жоржевич потребовал рукопись. А когда прочел несколько страниц, то не только похвалил, но и пообещал помочь с изданием книги. Правда, тогда он был слегка пьян. Но, с другой стороны, Сергея Жоржевича редко видели трезвым.
Сегодня они, как всегда, подъехали к дому генерального.
В их сторону шел какой-то мужчина.
Сергей Жоржевич тихо выругался, узнав подходившего. Узнал того и Артур.
Гриша – предыдущий водитель генерального.
Артур уже видел подобное выражение на лицах и раньше – когда брат узнал об изменах жены. Хоть гневный взгляд Гриши адресовался и не ему, в душе Артура шевельнулось нехорошее предчувствие.
Гриша подошёл ближе. Его лицо хранило следы многодневного запоя:
– Помнишь меня, тварь?! – рявкнул он Сергею Жоржевичу. Его рука скользнула за спину.
Артур понял, что к чему, и кинулся на Гришу.
Прозвучали выстрелы.
Артуру показалось, будто кто-то сильно ударил его здоровенной битой и резко окунул в огромную чашку с кипятком.
Потом боль ушла, и Артур непонимающе смотрел, как к нему подбегают несколько человек. Остальные наблюдали издали. Вокруг образовалась толпа. Кто-то звонил по телефону, большинство делали фото или видео.
А затем боль нахлынула вновь. Болело все, кружилась голова.
Артуру казалось, будто в тело вбили несколько раскаленных гвоздей и начали их расшатывать, поливая рану крутым варом.
– Артур, держись! Все будет хорошо, – говорил Сергей Жоржевич. Его голос звучал словно где-то далеко и одновременно близко. Но врал начальник, как всегда, неумело.
– С-сергей… – Артур чувствовал, как стучат зубы, как дрожь сотрясает тело.
– Молчи. Держись, дружок. Выздоровеешь, мы издадим твою книгу. Обещаю. И не одну.
Артур на миг улыбнулся:
– Спасиб-бо вам, н-не нужно к-книги. М-моя семья… п-позаботьтесь о них… – дальше говорить он не смог.
Он перестал слышать. Или уже не хотел. Зрение изменяло. Но Артур понял, что умирает не один. В толпе он заметил Демоника. Узнал его сразу и ни капли не удивился. Словно присутствие эльфа-вампира было обычным явлением.
Демоник молча смотрел на него. Сегодня в его глазах не отражался закат, лишь глубокая печаль.
Артур взглянул на лужу крови под собой. Темная, почти черная.
«Нужно использовать для книги», – решил Артур.
Это была его последняя мысль.
Виктория Ари, 30 лет.
– Что пишешь? – подошла она к сыну.
– Свой роман, – гордо сказал Арчи. – Сегодня опять Музык приходил.
– Какой мужик? – встрепенулась Виктория.
– Не мужик, а Музык. Есть Муза – женщина. А есть Музык – мужчина.
– Ого, ничего себе, – на лице Виктории появилась едва заметная улыбка. – И что твой Муз, то есть Музык, сказал?
Она взяла рукопись, написанную детским почерком. Пробежалась взглядом по строчкам и отложила, чтобы слезы не упали на бумагу.
«Багровый закат отражался в его прекрасных глазах…» – начинался роман сына.