Йоста Кнутсон

Gösta Knutsson

Tomas och Trassel

Text © Gösta Knutsson, 1967

Illustration © Lisbeth Holmberg, 1967

First published by Bonnier Carlsen Bokförlag, Stockholm, Sweden

Published in the Russian language by arrangement with Bonnier Rights, Stockholm, Sweden And Banke, Goumen & Smirnova Literary Agency, Sweden

Жил-был маленький мальчик по имени Тумас.

Жил он в городке, который затаился среди лесов и полей.

Вы наверняка видели такие места: бывает, едешь-едешь по лесной дороге — и вдруг перед тобой появляется городок.

Городок этот располагался возле маленького озера. Вокруг высились поросшие лесом холмы. На площади стояла большая белая церковь, которую окружали симпатичные белые домики.

В одном из этих домов и жил Тумас.

Но приехал он недавно. Раньше они с папой и мамой жили совсем в другом шведском городе. Там у Тумаса остались хорошие друзья-приятели.

А в этом городе у него не было ни одного друга.

Конечно, они с мамой и папой приехали сюда совсем недавно. Но просто удивительно, как редко в этом городе попадались мальчики и девочки вроде Тумаса.

Папы и мамы Тумаса целыми днями не было дома. Оба они ходили на работу. По утрам мама оставляла для Тумаса на кухне бутерброды и молоко. Так что голодным он не сидел.

Но Тумасу было скучно. Он ведь оставался дома совсем один.

Тумас с нетерпением ждал следующего года, когда он пойдет в школу и познакомится с другими мальчиками и девочками.

Но сейчас играть ему было не с кем.

Иногда он сидел на веранде (дом был с верандой) и смотрел на улицу.

— Просто ужас, до чего ты лохматый, — сказал Тумас.

Пес навострил уши.

— Интересно, как тебя зовут?

Пес склонил голову набок.

— По-моему, тебя зовут Трассель, — решил Тумас. — Во всяком случае, тебе это имя отлично подходит.

Пес чихнул.

— Будь здоров, — сказал Тумас. Так всегда говорят, когда кто-нибудь чихает, все равно, государственный министр или всего лишь лохматая собачка.

— Хочешь посмотреть, как я живу? — спросил Тумас.

Не знаю точно, кивнул ли пес, но я почти уверен, что да. Как бы то ни было, он последовал за Тумасом в дом.

Сначала они попали в прихожую. Там висели плащи и пальто.

И что, по-твоему, сделал Трассель? Он подпрыгнул и рванул с вешалки пальто Тумасовой мамы!

— Трассель! Ты же пришел играть со мной, а не с маминой одеждой! — воскликнул Тумас.

— Гав! — сказал Трассель и оскалил белые зубы — не потому, что разозлился, а потому, что ему стало весело. Некоторые люди считают, что собаки не умеют смеяться, но это неправда: собаки умеют смеяться. А когда собаки смеются, они скалят зубы.

Тумас не мог достать до вешалки; он принес стул, вскарабкался на него — и дотянулся. Но когда он собрался повесить мамино пальто, то обнаружил, что петля оборвалась. Поэтому он повесил пальто на крючок просто так, как получилось.

А Трассель уже был в гостиной.

Едва Тумас управился с пальто, как из гостиной донесся грохот и звон стекла.

Трасселю приглянулась скатерть с бахромой. Он схватил ее зубами и стянул с круглого столика. Очень жаль, что ваза с цветами тоже полетела на пол и разбилась вдребезги.

— Пойдем, посмотришь мою комнату, — позвал Тумас.

Трассель пошел за Тумасом. В комнате оказалось столько всего! Особенно Трасселю понравился красный мяч. Тумас бросил его на пол, а Трассель схватил и бегом принес Тумасу. Так они и играли. Наконец оба устали, Трассель вспрыгнул на кровать Тумаса и улегся спать.

Прямо посреди кровати.

— Может, подвинешься? Я тоже хочу полежать, — сказал Тумас.

Но Трассель и ухом не повел.

Тогда Тумас решил посмотреть книжку с картинками. И представьте себе, заснул над ней! Проснулся он оттого, что Трассель обнюхивал его ногу.

Отдохнув, Трассель захотел домой. Он выбежал в прихожую, встал на задние лапы и принялся скрести дверь. Тумас понял, что он хочет уйти.

— Но ты обязательно возвращайся! — попросил Тумас. — Потому что ты мой лучший друг. Точнее, ты мой единственный друг.

— Гав! — пообещал Трассель.

— Обязательно приходи завтра, — попросил Тумас.

И ему показалось, что Трассель кивнул в ответ.

Тумас открыл дверь, и пес выбежал на крыльцо. Вскоре он скрылся из виду.

Мама с папой не разрешали Тумасу выходить на улицу одному.

— Сидеть на террасе и смотреть на улицу — можно, — сказала мама. — Но за калитку выходить опасно!

— Ну вы же ходите на улицу, — ответил Тумас.

— Мы уже большие, — заметил папа. — А ты — маленький. Вот в чем разница. С маленькими детьми на улице может случиться что-нибудь нехорошее. Там опасные машины, недобрые люди.

— А в саду сиди, сколько захочешь, — прибавила мама, а папа напомнил:

— К тому же мы с тобой много гуляем по воскресеньям.

— А дома посмотри, как хорошо, — убеждала мама. — У тебя тут и книжки с картинками, и пазлы. И все твои игрушки. И цветные мелки.

— Ну да, цветные мелки, — согласился Тумас.

И вот Тумас сидел на ступеньках веранды. Он вынес с собой альбом для рисования и нарисовал простым карандашом флаг. Шведский флаг. Тумас решил раскрасить его мелками.

Светило солнце, по ту сторону улицы прыгали два черных дрозда. Песенок они не пели — черные дрозды поют только весной и летом. А теперь была уже осень.

«Интересно, когда придет Трассель», — подумал Тумас и даже вслух сказал:

— Хоть бы он пришел!

Сколько же сейчас времени?

С веранды Тумасу были видны часы на колокольне. Но он еще не выучился как следует определять время. Он знал, что если обе стрелки стоят прямо вверх, то это двенадцать часов. А вот все остальное было ужасно трудно. Десять минут одиннадцатого, без пяти четыре, половина седьмого — как в этом всем разобраться?

Но двенадцать — это легко. В двенадцать Тумас обычно ел бутерброды и пил молоко на кухне.

И как раз в двенадцать прибежал вчера Трассель.

Как досадно не знать, сколько времени!

«Останусь-ка на веранде, — подумал Тумас. — Тогда Трассель увидит меня, когда придет».

И стал раскрашивать флаг.

Но тут появилась стайка школьников.

Девочки и мальчики отправились дальше — ну и ладно.

Тумас вздохнул. Он, может, хотел спросить, который час, но они так смеялись над ним, что у него пропала всякая охота разговаривать.

Вдруг бы ребята ответили ему что-нибудь обидное?

Тумас нарисовал еще один флаг. Но тут ему кое-что пришло в голову. Надо позвонить по телефону и спросить у кого-нибудь, который час.

Но кому же позвонить? Тумас не знал других телефонных номеров, кроме своего собственного — тридцать-ноль-пятнадцать. Этот номер он и набрал. Но в трубке шли гудки, и никто ничего не говорил.

Тумас задумался.

«Отвечу-ка, — подумал он. — Звоню-то я сам себе!» И сказал:

— Алло.

Тумас и дядя Юхансон помолчали.

— Хочешь что-нибудь купить? — спросил дядя Юхансон.

Тумас немного смутился.

— Я забыл деньги дома, — сказал он. — Но я хочу спросить кое-что.

— Спрашивай!

— А сколько сейчас времени?

— Сейчас пятнадцать минут двенадцатого.

— А как это? Долго еще до двенадцати?

— Три раза по пятнадцать минут.

— Это больше часа? — уточнил Тумас.

— Нет, меньше, — объяснил дядя Юхансон. — Это сорок пять минут.

— Вон как.

— Именно!

— Я как-нибудь потом вернусь и куплю сигареты. Когда вырасту, — пообещал Тумас. — До свидания.

— До свидания. Найдешь дорогу домой?

Путь домой Тумас отыскал без труда. Он пошел направо и вскоре свернул на свою улицу. Хорошо, что не надо было переходить дорогу.

Скоро он был уже дома.

А на веранде сидел пес!

И это был Трассель!

Он прибежал, пока Тумас ходил в газетный киоск.

Трассель чуть с ума не сошел от радости, когда увидел Тумаса. Он скакал, вертелся так и сяк и что есть мочи вилял хвостиком-обрубком.

— Привет, Трассель! — сказал Тумас. — Как здо́рово, что ты пришел. Хочешь есть?

Голодный Трассель побежал за Тумасом на кухню. Вспрыгнул на стул и принюхался. Печеночный паштет можно было учуять издалека!

Трассель, как вчера, получил бутерброд с паштетом из печенки, который мама приготовила для Тумаса. Сегодня Трассель съел и хлеб. Но огурец оставил.

— Ну-ка ешь огурец, — потребовал Тумас. — Хорошую еду надо доедать. А овощи — полезные. Съешь огурец!

Тумасу удалось впихнуть огурец Трасселю в пасть. Но в ту же минуту собака с огурцом в зубах умчалась в гостиную.

Тумас побежал за ним. Трассель уже сидел на диване.

— Ну что, съел огурец? — спросил Тумас.

Трассель облизал нос.

— Хорошая собака, — похвалил его Тумас. — А теперь поиграем?

— Гав! — согласился Трассель.

— Давай в прятки, — решил Тумас. — Я спрячусь, а ты меня ищи.

И Тумас спрятался за шторой.

Трассель нашел его почти сразу и радостно залаял — так, что эхо зазвенело по всему дому.

— А давай складывать пазл? — предложил Тумас.

Трассель всему был рад, но он только баловался. Хватал кусочки пазла в зубы, подбрасывал их в воздух, потом кидался за ними, лаял и ворчал. Ему было ужасно весело.

Тумас все думал, что за собака — Трассель?

Тебе, наверное, тоже интересно.

Откуда он появился? Где он жил?

Сейчас ты это узнаешь.

Как и Тумас, Трассель приехал в городок совсем недавно. Приехал он со своими хозяином и хозяйкой. Раньше они жили в другом городе — совсем как Тумас и его мама с папой.

Но теперь хозяин и хозяйка Трасселя поселились в том же городке. И они, как папа и мама Тумаса, уходили из дому рано утром и возвращались только вечером. Они оставляли Трасселю еду и воду, говорили: «Хорошая собачка!» и уходили. Трассель на долгие часы оставался один. Ему нельзя было даже выходить на веранду или в сад. Он сидел взаперти. Маленькой собаке это не так-то весело.

Но однажды Трассель сделал открытие. Он обнаружил, что может толкнуть носом дверь, ведущую в подвал, — и войти! Так Трассель спустился в подвал. А там было приоткрыто окошко. Через эту-то щель Трассель и сумел вылезти. Так он оказался на свободе!

Как же здо́рово было выбраться наружу! В городе столько всего, что надо обнюхать! Трассель бегал там и сям и наконец оказался на улице, где жил Тумас. Тогда-то он и заметил маленького мальчика на ступеньках веранды — и подошел к нему. А как Тумас гладил его, разрешил зайти в дом, съесть паштет из печенки, поиграть и поспать — ты уже знаешь.

Но через пару часов Трассель понял, что пора отправляться домой — ведь надо было успеть до прихода хозяина и хозяйки. Ты уже знаешь, как он подбежал к двери, как стал скрестись, как Тумас выпустил его, и Трассель убежал домой. И когда хозяин с хозяйкой вернулись, Трассель уже лежал в своей корзинке — в дом он попал через то же окошко в подвале, из которого до этого выбрался наружу.

«Съем-ка я то, что у меня в миске, — подумал Трассель, хотя после паштета есть ему не хотелось. — Если я ничего не съем, хозяин с хозяйкой что-нибудь заподозрят».

На следующий день повторилось то же самое, но об этом ты уже знаешь. Трассель выбрался на улицу тем же манером, но теперь не стал бегать туда-сюда, а побежал прямо к Тумасу. Но на веранде Тумаса не было. Сначала Трассель расстроился, а потом увидел, как мальчик не торопясь идет от газетного киоска — и очень обрадовался.

На этот раз Трассель съел бутерброд с паштетом целиком — и хлеб тоже. Только огурец спрятал на диване. «Пригодится, если я как-нибудь проголодаюсь», — решил он.

Ближе к вечеру Трассель снова отправился домой.

Но сегодня живот у него был набит.

Хозяин, придя домой, заметил, что в миске осталась еда.

— Трульс, ты не заболел? — встревожился он. — Почему ты не доел до конца?

Хозяин Трасселя выглянул в прихожую и позвал:

— Гуллан!

Гуллан — хозяйка Трасселя — ответила:

— Что?

— Дверь в подвал опять открыта, — сказал хозяин. — А я точно помню, что закрывал ее, когда мы уходили сегодня утром.

— Да и я тоже. Точно помню, что дверь была закрыта. Очень странно!

Оба спустились в подвал и стали рассматривать приоткрытое окошко.

— Здесь были воры! — воскликнул хозяин.

— Нет, это я недосмотрела, — сказала хозяйка. — Я на днях проветривала подвал и приоткрыла окно, а потом забыла его закрыть.

— Какая ты невнимательная! Но как объяснить открытую дверь?

— С дверью какая-то загадка, — согласилась хозяйка.

— Проверь, не пропало ли что-нибудь? — попросил хозяин.

Все это произошло во вторник.

И вот — среда.

День был без солнца, пасмурный, серый и довольно холодный, поэтому Тумас ушел с веранды.

Но время от времени он выглядывал в окно. Скоро ли прибежит Трассель?

Вот обе стрелки на церковных часах указали прямо вверх. Двенадцать часов — а Трасселя все не было.

Тумас проголодался и пошел на кухню. Съел бутерброд с колбасой в крапинку и бутерброд с сыром, но бутерброд с паштетом оставил Трасселю.

Теперь часы показывали что-то совсем непонятное. Ни без пяти семь, ни без четверти одиннадцать, ни пять минут восьмого, подумал Тумас. Но сколько бы времени они ни показывали — Трасселя все не было.

В правом глазу Тумаса показалась слезинка.

И в левом глазу Тумаса показалась слезинка.

«Трассель не мог про меня забыть, — сказал он себе. — Посижу еще, порисую, и может, он скоро придет».

Тумас взялся за мелки и принялся рисовать. Рисовал он долго — но Трассель так и не пришел.

— А что, если он заблудился? — сказал Тумас. — Или попал под машину, или повстречался с недобрым человеком. Я должен его отыскать.

Но ты-то понимаешь: Тумас просто не знал, что Трассель сидит взаперти.

А Трассель как раз обнаружил, что не может открыть дверь, потому что она заперта. Представляешь, как он разволновался!

Трассель грустно сел на коврик в прихожей.

А Тумас отправился в город.

Да, он знал, что ему нельзя в город, но ничего не мог поделать. Он должен был найти Трасселя.

Только Тумас вышел на улицу, как ему кое-что пришло в голову. Может быть, он уходит надолго, так что надо бы взять с собой сумку. Тумас вернулся домой и нашел мамину косметичку (это странное слово означает сумочку, где женщины держат все для наведения красоты). Это был чемоданчик, где мама хранила свои тюбики с кремом, духи и еще всего понемножку.

Тумас все это высыпал и вместо помады и духов положил в чемоданчик цветные мелки, мячик, пазл, книжку с картинками и бутерброд с печеночным паштетом для Трасселя.

И двинулся в путь.

С косметичкой.

«Сначала навещу старых знакомых», — решил Тумас и шагнул в магазинчик дяди Юхансона. На этот раз он не стал стучаться, потому что это не обязательно.

— Ага, вот и ты, — сказал дядя Юхансон. — Ну здравствуй, рад тебя видеть.

— Здравствуйте, — поздоровался Тумас.

— Чем могу служить? — спросил дядя Юхансон и наклонился к нему.

— Как поживает Рапп? — спросил Тумас.

— Отлично. Хочешь с ним поздороваться?

— С удовольствием. — И Тумас зашел за прилавок поздороваться с таксой.

— А вы не видели другую собаку? — осторожно спросил Тумас.

— Того лохматого пса, про которого ты вчера говорил? Нет, не видел, — сказал дядя Юхансон.

— Понятно, — сказал Тумас. — Тогда — до свидания.

— А что у тебя в этом смешном чемоданчике? — поинтересовался дядя Юхансон.

— Всего понемножку, — объяснил Тумас. — Всякое необходимое. До свидания.

— Собрался в путешествие? — Дяде Юхансону, кажется, стало любопытно.

— Там видно будет. Я иду искать Трасселя, — объяснил Тумас. — Может, мне придется и уехать. До свидания.

— Только пожалуйста, будь осторожен, — попросил дядя Юхансон.

— Все будет в порядке, — заверил его Тумас.

Сказал «до свидания» и ушел.

В одиночку Тумас никогда не заходил дальше магазинчика дяди Юхансона. Но он бывал в городе с папой и мамой, хотя, конечно, не очень подолгу, они ведь переехали сюда совсем недавно. Но Тумас точно знал, что площадь где-то поблизости.

«Туда я и пойду, — решил он. — Погляжу, что и как».

Для такого маленького города площадь была великовата. Тумас вышел на самую ее середину и огляделся.

Нигде никаких следов Трасселя.

Тумас проглотил слезы. Если Трасселя нет на такой большой площади, как Тумасу отыскать его?

Какая-то старушка как раз раскладывала овощи на прилавке.

Тумас подошел к ней.

— Вы не видели Трасселя? — спросил он.

— Какого Трасселя?

— Собаку!

— Нет, не видела, — сказала старушка-зеленщица.

— Ясно…

— Но ты можешь спросить в гостинице, вон там, — посоветовала старушка. — Там знают почти обо всем, что происходит в городе.

— Спасибо! — сказал Тумас.

И он со своей косметичкой отправился через площадь, в городскую гостиницу.

Когда приходишь в гостиницу, тебя обычно встречает администратор. Это такой человек, который стоит за стойкой и приветствует гостей.

В гостинице, куда явился Тумас со своей косметичкой, тоже был администратор.

(Прости, что я пишу тут такие сложные слова. Обещаю: больше их не будет. Зато теперь ты знаешь, что косметичка — это сумочка, где мамы, сестры и тети держат все для наведения красоты, а еще ты знаешь, что администратор — это такой человек, который встречает постояльцев в гостинице.)

Тумас вошел в гостиницу. Администратор вежливо поздоровался с ним и спросил:

— Желаете снять номер?

— Как это? — не понял Тумас.

— Здравствуйте, — сказал Тумас.

— Здравствуй, — ответил водитель автобуса. — Надо же, такой маленький господин, а едет куда-то сам по себе.

— Верно, — подтвердил Тумас.

— И куда же ты направляешься?

— В Суггебуду. Хочу навестить одну лохматую собаку.

— Ага, значит, ты едешь к Нурбергам?

— Может быть.

— Это две кроны туда и обратно.

— Как это? — не понял Тумас.

— Билет туда и обратно стоит две кроны, — пояснил водитель автобуса.

— Я должен заплатить две кроны? — уточнил Тумас.

— Совершенно верно.

— Но у меня нет двух крон.

— Плохо дело, — сказал шофер.

— Может, возьмете бутерброд с печеночным паштетом? Только не весь, потому что он для Трасселя. Но вы можете попробовать.

— Садись уж, — сказал водитель. — С платой разберемся как-нибудь в другой раз. — И он приветливо улыбнулся — водители автобусов часто так улыбаются.

Вот это приключение, подумал Тумас. Только представьте себе: самостоятельно ехать на автобусе по Швеции! А очень скоро он увидит Трасселя — ведь администратор из гостиницы обещал!

Автобус ехал мимо красных домиков и синих озер. Иногда он останавливался.

— Мне уже выходить? — спрашивал Тумас.

— Нет еще, — говорил добрый водитель. — Я скажу, когда.

И вот он сказал, что Тумасу пора выходить.

— Видишь красный домик слева? — показал он. — Там живут Нурберги и их лохматый пес. А примерно через час автобус пойдет назад, в город. Ты ведь к тому времени вернешься?

— Если успею, — сказал Тумас. — До свидания!

Шофер попрощался, и автобус уехал.

Тумас уверенно зашагал по дорожке к дому, где жили Нурберги. Фру Нурберг стояла на кухне у окна и видела Тумаса, поэтому, когда он постучал в дверь, она сразу открыла. Где-то в доме страшно лаяла и рычала собака.

Не успели фру Нурберг и Тумас сказать хоть слово, как этот пес прибежал. Да, он был лохматый — но совсем не Трассель! Это собака была вдвое больше и совсем не такая дружелюбная. Пес злобно зарычал на Тумаса.

— Ты чего-то хотел? — спросила фру Нурберг.

Тумас проглотил комок в горле и ответил:

— Да нет. Я просто хожу тут, гуляю. До свидания.

— Может, хочешь печенье или булочку? — приветливо спросила фру Нурберг.

— Нет, спасибо. — Тумас круто повернулся и зашагал прочь. Через несколько шагов он остановился, поклонился фру Нурберг и сказал: — Рад встрече. До свидания.

— До свидания. — Фру Нурберг, кажется, была сбита с толку. Огромная собака зарычала еще злее.

Вот теперь Тумас огорчился по-настоящему. Он-то поверил, что его Трассель живет в Суггебуде! Тумас вынул из кармана грязный носовой платок и высморкался. Просто удивительно, как течет из носа.

— Наверное, я простудился, — сказал себе Тумас. — Продуло в автобусе.

Он и глаза вытер. И щеки. Из глаз тоже немного текло.

Да, автобус же пойдет назад в город только через час. Как долго ждать! Чем Тумасу занять это время?

Фру Нурберг спрашивала, не хочет ли он печенье или булочку, но пускай сама ест свое печенье с булочками. Вместе со своей дурацкой собачищей.

«Погуляю тут, осмотрюсь», — подумал Тумас. Он пошел по проселку. Потом свернул направо, на дорожку поуже. Она круто уходила вверх, в лес.

Тумас двинулся по этой дорожке. Ноги сразу почувствовали, что дорога идет вверх. Она становилась все уже и в конце концов сделалась не шире лесной тропинки.

Как интересно бродить в лесу, думал Тумас. Но вот начало смеркаться; наверное, пора возвращаться, чтобы успеть на обратный автобус.

Тумас повернул назад. Но он, кажется, ходит кругами? Тропинка никак не превращалась в дорожку. Наоборот, она сделалась еще уже.

Тумас все шел, шел — и никак не мог выбраться на настоящую дорогу. Зато тропинка вывела его к большому лугу, на другой стороне которого виднелся сарайчик.

Тумас пошел туда.

Сарай был серый, обшарпанный. Когда Тумас шагнул через порог, ему навстречу вылетели несколько испуганных птиц.

Теперь уже почти стемнело.

— Эй! — позвал Тумас. — Есть тут кто-нибудь?

Нет, в сарае не было ни одной живой души — даже птицы оттуда улетели.

Тумас заглянул в сарай. Там было сено, от которого шел сладкий запах.

«Тут я и переночую», решил Тумас. Когда снова взойдет солнце, найти дорогу домой, то есть до автобуса, будет гораздо легче.

«Стану играть, что это гостиница», — решил Тумас. Он зашел в сарай, повернулся, поклонился и спросил:

— Желаете снять номер?

Потом вышел из сарая и повернулся.

— Да-да, благодарю вас. Мне нужен хороший номер на одну ночь.

И Тумас снова вошел.

— Желаете номер с сеном или без? — спросил он.

Снова вышел и сказал:

— С сеном.

Вошел.

— У нас как раз освободился великолепный номер с сеном!

Вышел.

— Спасибо, мне такой как раз подходит.

В сене было мягко и тепло. Тумас распаковал свой чемоданчик. Достал мелки, мячик, пазл и книжку с картинками.

И бутерброд с паштетом.

Тумас проголодался. И вонзил зубы в бутерброд.

Трассель чувствовал себя очень несчастным.

Ужасно скучно маленькой собачке много часов подряд сидеть под замком совсем одной.

Когда хозяйка наконец пришла, Трассель стал скулить, повизгивать и скрести дверь. Ему хотелось на улицу. И вот хозяйка вывела его погулять. Как хорошо, радовался Трассель. Можно размять лапы, обнюхать и то, и другое…

Вскоре домой пришел хозяин Трасселя.

— Послушай, — начала хозяйка.

— Что? — отозвался хозяин.

— Не надо было нам с тобой заводить собаку. Оставлять его одного на целый день — это неправильно. Ни у тебя, ни у меня не получается зайти домой в обед. И за домом присмотреть некому.

Хозяин огорчился, но он был согласен:

— Ты права. Жалко Трульса.

Мама Тумаса сидела и размышляла. Она очень расстроилась и встревожилась.

Пришел папа.

— Ты не видел Тумаса? — крикнула ему мама.

— А он разве не дома?

— Наш Тумас исчез!

— Он наверняка где-нибудь прячется, — сказал папа. — Ты смотрела в подвале и на чердаке?

Нет, там мама не смотрела.

Они с папой обыскали и подвал, и чердак, но маленького Тумаса не оказалось ни там, ни там.

— А еще пропала моя косметичка, — сказала мама.

— Вот беда так беда!

— Ты ничего не понял! Не нужна мне косметичка, лишь бы Тумас вернулся. Он наверняка взял косметичку с собой, положил в нее свои собственные вещи. Надо позвонить в полицию.

— Подождем немного, — предложил папа. — Наверняка он просто решил погулять по городу.

— Знали бы мы хоть кого-нибудь из соседей!

— Можно спросить тех, кто живет напротив, через улицу, хотя мы с ними и не знакомы, — сказал папа. Он перешел дорогу и постучался в соседскую дверь.

Соседи, жившие напротив, тоже как раз вернулись домой. Тумаса они не видели.

— Пройдусь-ка по городу, поищу его, — сказал папа.

Он дошел до площади и стал обходить соседние улицы. И у каждого встречного спрашивал, не видели ли они маленького мальчика с косметичкой.

Но никто не видел такого мальчика.

Папа вернулся домой. Теперь-то он позвонил в полицию.

— Вы не видели маленького мальчика с косметичкой? — спросил он.

— С косметичкой, — повторил полицейский. — Как странно! Это же сумочка, где женщины держат всякую душистую водичку?

— Да, именно, — подтвердил папа.

— Да разве парень станет расхаживать с такой сумочкой? — удивился полицейский.

— Мы думаем — да, но наверняка не знаем. Но самое главное — видели ли вы вообще маленького мальчика, который гуляет по городу один?

— Подождите-ка, я спрошу Сандгрена, — сказал полицейский.

Сандгрен — другой полицейский — сидел в соседнем кабинете, ел леденцы и листал журнал с картинками.

Мама и папа Тумаса очень тревожились. Им не хотелось есть. Им вообще ничего не хотелось.

Полицейский Сандгрен довез папу Тумаса до Суггебуды на черной блестящей машине с надписью «Полиция».

Мама Тумаса с ними не поехала — ведь кто-то должен был оставаться дома на случай, если Тумас вдруг объявится.

Был уже поздний вечер, стемнело.

Фру Нурберг стояла у кухонного окна за шторкой. При виде полицейской машины она перепугалась.

Полицейский Сандберг постучал в дверь.

В доме залаяла собака. Но никто не открыл.

Полицейский постучал громче.

Собака залаяла громче. Но никто не открыл.

— Фру Нурберг, будьте добры, откройте, — потребовал полицейский. — Я ведь вижу, что вы дома.

Тогда фру Нурберг чуть-чуть приоткрыла дверь.

— Я из полиции, — объявил Сандгрен. — Не бойтесь.

— Мужа нет дома, — сказала фру Нурберг. — И я немного испугалась, увидев полицейскую машину.

— Мы разыскиваем маленького мальчика, — объяснил полицейский. — Вы его не видели?

— Ну-у, сюда приходил какой-то малыш, постучался уже ближе к вечеру. Мальчик лет пяти-шести со странной сумкой. Я такой никогда не видела. Сказал, что ему ничего не нужно. Я спросила, не хочет ли он печенья, но он отказался. Думаю, он пошел по дорожке в лес. Хотите печенья?

— Спасибо, не очень, — вежливо сказал папа Тумаса.

— Нам надо отправляться на поиски, — заметил полицейский.

Но в лесу уже стояла темнота, хоть глаз выколи, и искать там казалось делом безнадежным. Конечно, у полицейского и папы Тумаса были с собой фонарики; они смотрели под каждой елкой, они звали и свистели. Но Тумас не отзывался.

Рано утром Тумас проснулся в сером сарае.

Он протер глаза и не сразу вспомнил, где он. Ему снилось, что он лежит в большой роскошной кровати большого роскошного номера городской гостиницы. Тумас как раз прикидывал, сможет ли заказать в номер шоколад, булочки и жвачку — и тут проснулся.

Ну конечно! Теперь он все вспомнил.

Как хорошо, что уже рассвело! Теперь нетрудно будет найти дорогу к проселку, а там подойдет автобус, и Тумас вернется в город.

А дома, конечно, все волнуются. Может, и сердятся тоже. В каком-то смысле мама и папа были правы. Маленькому мальчику нельзя в одиночку гулять по улице. Хотя мама и папа говорили ему про опасные машины и недобрых людей, Тумасу повстречались только симпатичный автобус и добрые люди. Но с другой стороны, он заблудился. Потому что, когда человек не может найти дорогу к автобусу и спит в сарае с сеном, это значит, что он заблудился.

«Неужели никто не скажет мне “доброе утро”? — подумал Тумас. — Тогда я сам скажу».

— ДОБРОЕ УТРО! — громко сказал он.

Никто ему не ответил.

В лесу стояла тишина.

«Тогда я и отвечу сам», — подумал Тумас.

— И тебе доброе утро, — громко ответил он.

В сене, там, где он спал, осталась большая яма. А к одежде Тумаса пристала сухая трава и солома. Тумас почистился как мог.

Просто ужас, как ему хотелось есть.

И пить.

Накануне вечером, прежде чем уснуть, он слышал, что неподалеку журчит ручей. Он и сейчас журчал, если хорошенько прислушаться.

«Сначала пойду попью, — решил Тумас. — А потом вернусь на проселок».

Он захватил с собой косметичку и отправился туда, откуда доносилось журчание.

Идти оказалось дольше, чем он думал. Иногда звук отдалялся, иногда приближался. Но вот наконец Тумас пришел к ручью. Он сложил ладони ковшиком и напился воды. Какая она была холодная и вкусная!

Примерно в то время, когда Тумас проснулся, из города выехали Сандгрен и второй полицейский, по фамилии Даниэльсон. Остальные полицейские были заняты, потому что надо дежурить и в городе, на случай, если там произойдет какое-нибудь злодейство. Папа поехал с полицейскими, чтобы тоже искать Тумаса.

— Если нам понадобятся еще помощники, найдем кого-нибудь на месте, — сказал полицейский Сандгрен. — Если не ошибаюсь, там есть несколько домов.

И вот полицейская машина приехала в Суггебуду.

Фру Нурберг стояла у кухонного окна за шторкой и смотрела на улицу. Сегодня она открыла дверь сразу — она ведь уже знала, в чем дело.

— Ах ты господи! — воскликнула она. — Вот беда-то. Надеюсь, мальчик отыщется.

— Мы тоже на это надеемся, — сказал полицейский Сандгрен.

— Только бы он не свалился в какую-нибудь яму!

— В лесу есть глубокие ямы? — испугался папа Тумаса.

— О-хо-хо, — вздохнула фру Нурберг. — Есть, и предостаточно. Раньше тут то и дело ходили слухи, что кто-то упал в яму. Хотя в наше время такое случается нечасто, — успокоила она папу Тумаса, который побледнел как мел. — Может быть, хотите кофе, булочек или печенья?

— Спасибо, нам нужно скорее отправляться в лес, — сказал папа Тумаса.

— Когда мы вернемся с мальчиком, кофе будет весьма кстати, — заметил полицейский Сандгрен.

— А еще — булочки и печенье, — пробормотал полицейский Даниэльсон.

И они все втроем отправились в лес.

Полицейский Сандгрен командовал операцией.

— А теперь разделимся, — объявил он. — Я пойду посредине, а вы идите справа и слева от меня, не слишком близко, но и не слишком далеко, чтобы мы не теряли друг друга из виду. Будем медленно двигаться вперед, внимательно осматривать кусты, заглядывать под низкие ветви и так далее.

Беда только, что все трое слишком сильно взяли влево. Тумас шел по лесной дорожке, а потом повернул направо и вышел на лесную тропинку, где полицейские и папа Тумаса не проходили. Они шли через совсем другую часть леса.

Сегодня у хозяина Трасселя был выходной.

А он обещал, что возьмет Трасселя за город и они будут гулять долго-долго.

Так он и сделал. Хозяйка приготовила внушительный пакет с едой, и Трассель с хозяином отправились на площадь, чтобы сесть на загородный автобус.

Автобус как раз стоял на площади.

— Отправимся в какое-нибудь красивое место? — спросил хозяин Трасселя. — Я в городе недавно, — прибавил он, — и еще плохо знаю окрестности.

— Отсюда на любом автобусе можно доехать до какого-нибудь красивого места, — сказал водитель — это как раз был водитель Лангер, который подвозил Тумаса накануне. — Но если вы хотите погулять в лесу, я советовал бы вам поехать в Суггебуду. Там исключительно красиво. Автобус отправляется через пять минут.

— Отлично, — сказал хозяин Трасселя. — Поедем в Суггебуду.

И Трассель радостно завилял хвостом-обрубочком.

Было ослепительно-яркое, разноцветное осеннее утро. Березы с желтыми листьями, осины — с красными, клены — с красно-желтыми. Небо синее, а озера — еще синее.

Автобус ехал в Суггебуду.

Перед домом Нурбергов стоял полицейский автомобиль.

В автобусе стали показывать на него, перешептываться и шушукаться.

— Это из-за пропавшего малыша, — сказал водитель хозяину Трасселя. — Его как раз ищут.

«Надо помочь», — подумал хозяин.

Как же прекрасно было за городом! Трассель принялся скакать и носиться туда-сюда. Хозяин на всякий случай взял его на поводок.

Трассель стал дергаться и тянуть ремешок. Он хотел в лес. Туда же собирался и его хозяин.

Трассель припустил по той же лесной дороге, по которой шел Тумас, а потом по той же тропинке. Хозяин с трудом за ним поспевал. Решал теперь Трассель.

Очень скоро они оказались на лугу и увидели серый сарайчик.

Конечно же, это был Тумас!

Когда он напился воды из ручья и собрался вернуться в сарай, чтобы оттуда отправиться к проселку, он, представь себе, снова заблудился!

Как же трудно искать дорогу в лесу! Но теперь хотя бы рассвело.

«Я знаю, что в двенадцать часов солнце на юге, — размышлял Тумас. — Когда обе стрелки показывают прямо вверх».

Но что за радость знать такие вещи, если неизвестно, идти тебе на юг или на север!

«Скоро надо будет поесть, иначе мне придется по-настоящему плохо», — думал Тумас.

Тут-то он и услышал собачий лай!

Собака лаяла совсем недалеко. Тумас прибавил шагу. Он пошел на лай. А Трассель, с хозяином на поводке, тоже пустился бежать. Все ближе и ближе к Тумасу.

И вот они выскочили прямо друг на друга — Тумас и Трассель.

Трассель подпрыгивал и лизал Тумасу щеки, а Тумас гладил Трасселя и чесал его за ухом.