Эдвин Кэрвин давно смирился с тем, что его судьба — нести службу на Рейнских болотах. Гиблые, опасные земли. Но, возможно, они способны преподносить не только неприятные сюрпризы? Особенно, если в деле участвует ведьма.
***Бонусный рассказ к роману "НЕ ДРАЗНИТЕ НЕКРОМАНТА"
У Эдвина Кэрвина были все причины злиться. Мелкий дождь, зарядивший с самого утра, не прекращался ни на секунду. Бытовой амулет давно разрядился, одежда промокла насквозь, а в высоких сапогах противно хлюпала холодная болотная вода. Двигаться становилось всё тяжелее. К тому же ныл ушибленный при падении бок. Гать под ногами пружинила и дрожала, при каждом шаге где-то сбоку и внизу раздавалось противное жирное чавканье грязи, просачивающейся сквозь щели между досками. И угораздило же стажёра-огневика сунуться за пределы контролируемой границы! Откуда только взяли этого молодого и восторженного идиота? Разгуливал по болоту, как по столичному проспекту, поигрывал пульсарами и файерболами и не желал слышать, что устав написан кровью таких же особо одарённых, а в Рейнских болотах всегда найдётся местечко для ещё одного трупа. Трясина и её обитатели были ненасытны. Но, к прискорбию Кэрвина, с некоторых пор опасные болота стали настоящим местом паломничества для столичных хлыщей. Как же, побывать в таком страшном месте, поковырять носком сапога болотную жижу, а если повезёт, ещё и на какую-нибудь нечисть поохотиться. Герои, мать их за ногу!
Как же командиру «болотной заставы» сейчас не хватало не по годам рассудительного Алистера Мортена и его странного тьмокота: то ли фамильяра, то ли питомца, то ли слуги. Порождение Тьмы неплохо помогло отряду зачистки в прошлый раз. Без него навряд ли удалось бы серьёзно продвинуться и отвоевать у демоновых болот неплохой кусок. Эдвин даже направил в Фесскую академию официальный запрос с просьбой распределить талантливого молодого некроманта в его отряд. Не слишком надеялся на успех, потому не огорчился, когда получил ожидаемый отказ и предложение обратиться по поводу возможного перераспределения в окружное управление некромагии. Даже не стал тратить на это время. А потом случайно узнал от одного из сослуживцев, что Мортена направили в Имерлис для обмена опытом с коллегами из соседней империи. Зато из столичной академии боевой магии на стажировку и практику поехали вот такие, как этот огневик…
Дежурство на сей раз выдалось подозрительно тихим и спокойным. Эдвина это беспокоило: Рейнские болота любили преподносить неприятные сюрпризы. Затишье было недобрым знаком. В очередной раз предупредил стажёра не выходить за обозначенную границу, за которой условно безопасная часть болот превращалась в откровенно опасную…
Дёрнула же тьма взять вместо опытного боевика вот этого! Впрочем, выбирать всё равно было не из кого, прочие оказались ещё хуже. Командир даже в самых страшных снах не мог подумать о том, чтобы подпустить к щитам таких разгильдяев. Именно они были виной тому, что он до сих пор не обзавёлся семьёй. Какая женщина согласится быть вдовой при живом муже, пока он сопли стажёрам вытирает да по болотам скачет? Эдвин почти смирился с перспективой остаться холостяком, да и на ком тут было жениться? Разве что на болотнице.
Огневик вроде как проникся, собрался, внимательно осмотрелся по сторонам. Но Эдвина не вовремя отвлек магический вестник. Пришло срочное сообщение из столицы. В гильдии наконец-то рассмотрели его запрос и сочли возможным выделить три десятка опытных боевых магов, чтобы усилить защитное плетение и ещё немного отодвинуть границу вглубь болота. Разумеется, оставшийся без присмотра молодой мажор тут же полез за вешки, чтобы лично проверить подозрительную кочку. Был бы умным - кинул бы в нее пульсаром, а лучше двумя для пущей гарантии, но нет - он предпочел бесстрашно шагнуть вперед на встречу с тварью, караулившей добычу. Взметнулось вверх чёрное щупальце, густо усеянное присосками с мелкими, похожими на рыболовные крючки зубами. Оно обвило левую ногу жертвы чуть выше колена, а потом протащило героического идиота к кочке, под которой и обосновался спрут. Парень рухнул в грязь, из карманов посыпались защитные амулеты. Он так растерялся, что даже не сообразил вдарить огнём по нападавшей болотной мерзости. В отличие от этого раззявы, Эдвин среагировал моментально. Плетью магии отсёк щупальце и выдернул огневика в относительно безопасную зону. Следом запустил в чудище несколько боевых заклинаний. Спрут утробно булькнул и поспешно погрузился в трясину. Но опоздал. Убийственный заряд магии настиг его. Глубоко внизу раздался хлопок, густая грязь колыхнулась и всё затихло.
...Однако расслабляться, увы, было рано. Вонючая тёмно-синяя кровь болотной твари с шипением разъедала грубую ткань брюк стажёра. Но хуже были ядовитые зубы, глубоко застрявшие в теле. Ещё немного, и парня просто парализует. Не обращая внимания на жалобный вой боевика, Эдвин резким рывком оторвал остаток щупальца с ноги стажёра. Вместе с обрывками одежды и кусками кожи. Вой перешёл в жуткий, почти нечеловеческий крик боли и ужаса, а потом захлебнулся на самой высокой ноте. Огневик потерял сознание. Вот и хорошо, не будет мешать. Эдвин щедро плеснул на раны антидот, разорвал перевязочный пакет, наложил повязку, пропитанную кровоостанавливающим составом. Активировал и бросил на грудь стажёра настроенный на лазарет портальный амулет. Парень исчез в неяркой вспышке, и лишь тогда командир перевёл дух. О стажёре позаботятся. А ему самому предстояло отмахать ещё несколько миль по неустойчивой гати, обновить защитные заклинания на важных узлах, расставить сторожевые плетения, активировать ловушки. Ежедневная рутинная работа.
Но интуиция, предупреждавшая о неприятностях, не подвела. В лицо, точно из заброшенного погреба, неожиданно пахнуло сырым холодом и запахом плесени. Несколько вешек впереди были переломаны пополам, точно спички, а вокруг них, цепляясь за обломки заговоренного дерева, медленно плавали густые, грязновато-белёсые, рваные клочья тумана. Первые разведчики. Слева, со стороны «дикого» болота, неторопливо наползало вязкое белое марево. Непроглядная пелена надёжно скрывала того, кто притаился в ней. Эдвин чувствовал запах гнилых водорослей и липкий, голодный взгляд, нетерпеливо взирающий на него из тумана. Вот когда пригодился бы огневик! Болотницы не терпели огня. Впрочем, у некроманта на этот случай было несколько заряжённых под завязку артефактов. Маг быстро оценил границы прорыва. Небольшой, можно справиться без подкрепления. Швырнул вперёд связку из трёх шариков размером с хорошее яблоко каждый. Высвободившееся из активированных сфер пламя весёлыми ручейками растеклось по грязи. Клочья тумана дрогнули и торопливо поползли назад. Ещё один артефакт шлёпнулся аккурат посреди прорехи в щите, и от него во все стороны поползла чёрная паутина. Она добралась до целых вешек, поднялась по ним вверх, затянула плотным покрывалом дыру в защите. Эдвин тем временем просканировал пространство. Похоже, он успел вовремя: незваные гости ещё не успели проникнуть на «чистую» территорию. Оставалось восстановить вешки, снять временную заплатку и отогнать болотниц подальше.
...Туман замер шагах в пятидесяти от незримой границы. Клубился, то и дело выстреливал любопытными длинными языками. Но вскоре напряжённую тишину разорвал странный звук. Полустон-полукрик. Протяжный, чистый, пронзительно-печальный. Казалось, он исходил разом со всех сторон. Эдвин выпрямился, держа наготове несколько боевых плетений. Белое марево резко отхлынуло назад, оставив на виду тонкую, почти прозрачную женскую фигуру, укрытую лишь остатками тумана да длинными тёмными волосами. Стройные ноги практически до колена скрывались в белоснежной кувшинке, лепестки которой мерцали тем же потусторонним светом, что и бледное тело болотницы, вокруг которой раскинулась цветущая поляна. Изумрудная зелень мягкой травы, яркие незабудки, крупные кувшинки, почти такие же, как та, в которой стояла тварь, пряча от нескромного взгляда ступни, больше напоминающие гусиные лапы. Зато всё остальное она демонстрировала охотно. Нежный живот, налитая, пышная грудь с бледными сосками, красивое лицо с тонкими губами. Вот только за ними таились острые, как иглы, зубы.
— Маг… — прошелестела болотница, почти не раскрывая рта. — Некромант… Не убивай.
— Уходи, — холодно и спокойно отозвался он.
Взгляд Эдвина скользил по совершенному женскому телу без малейшего интереса. Нежить его не привлекала. За красивой оболочкой он видел чудовище. Сколько ещё таких копошилось по ночам в болоте, обгладывало гнилые кости на дне, извивалось и ползало между корявыми чахлыми кустами верб и мшистыми кочками. А эта конкретная болотница пыталась заманить его в чарусу. Ровная, гладкая поляна так и соблазняла шагнуть на неё, ощутить под ногами твёрдую землю, а не опостылевшее покачивание гати. И нежить, стоящая посреди неё, манила, нашёптывала о том, как сладко будет отдохнуть на мягкой душистой траве, как много сокровищ готова она, болотная дева, подарить своему спасителю. Но туман всё так же колыхался за ней, готовый в любой миг скрыть свою хозяйку от опасности. Умная взрослая дрянь… Месяц назад такая же точно тварь утащила практиканта на западной границе болота. Мальчишка подался на сладкие уговоры, сделал всего один шаг — и изумрудная зелень поляны беззвучно сомкнулась над его головой. Ни громкого крика, ни тихого стона, ни робкого всплеска воды. Куратор не успел вмешаться. А следом исчезла и болотница. Эдвину совсем не хотелось получить у самой границы такую соседку. Болотницы могли серьёзно усложнить жизнь магам. Подсунуть под ноги зыбун, открыть «окно» в моховом болоте. Оступишься в такой колодец, где воды вровень с берегами, и мигом пойдёшь на дно. Страшные, погибельные места становились в разы опасней, если рядом появлялась болотница.
...— Как помочь тебе, дева? — спросил Эдвин, опуская руки.
Бдительность твари следовало усыпить. Иначе нырнёт в туман, а тот, словно абсолютная защита, поглотит все заклинания. Второго шанса достать её не будет.
Болотница оживилась. В тихий вкрадчивый шёпот вплелись сладкие нотки. Тварь молила спасти её из трясины, обещала взамен наслаждение и ласку. Эдвин, точно зачарованный, сделал шаг вперёд, но тут же отступил обратно, упрекнув:
— Зовёшь меня, а как заблужусь в твоём тумане? Так и вьётся вокруг, вон, к ногам подкрадывается.
Повинуясь знаку болотницы, туман, точно послушный пёс, отпрянул назад. Последние его клочки неохотно сползали с тела нежити, обнажая смертельную красоту.
— Приди же ко мне, желанная! — некромант, прищурившись, протянул к болотнице руки, раскрывая ей объятья.
Теперь он стоял на самом краю гати. Изумрудная поляна колыхалась в нескольких шагах от него. И тварь поверила. Кувшинка, в которой она стояла, медленно, точно нехотя, двинулась с места и поплыла вперёд. Ближе, ещё ближе… Два удара сердца — и руки соприкоснутся.
«Пора!»
Эдвин ударил магией без замаха, без предупреждения. Чёрные ленты силы обвили болотницу и дёрнули вперёд, затаскивая на гать. Красивое лицо твари исказилось уродливой гримасой, верхняя губа поднялась, обнажая острые зубы. Болотница билась в оковах магии, извивалась, точно угорь, шлёпала перепончатыми ступнями по болоту. Р-р-раз — и удачно зачёрпнутая грязь фонтаном полетела прямиком в лицо Эдвину. Некромант не успевал уклониться. Метнул в нежить копьё тьмы, пригвоздил её, словно бабочку. Над болотами разнёсся пронзительный визг раненой твари. Но и сам маг поскользнулся и упал. Крепко выругавшись, поднялся на ноги, стёр грязь с лица. Болотница дёргалась, пытаясь освободиться, но тщетно. Туман стремительно надвигался на вешки.
— Сгинь, — Эдвин швырнул активированную огненную сферу прямиком в распахнутый рот твари.
Болотницу дёрнуло вверх, а затем её тело охватило яростное жаркое пламя. Крик оборвался. В наступившей тишине из тумана раздался тихий плач, а затем завеса стремительно растаяла, оставляя у щита трёх одинаковых тварёнышей. Большеголовых, лупоглазых, с зелёными, точно тина, волосами. Выводок привела, мерррзавка! Всерьёз рассчитывала прорваться и закрепиться на очищенной от прочей нежити территории.
..Пока разобрался с детёнышами, пока уничтожил тела тварей по всем правилам тёмномагического искусства, начало темнеть. Пора было выбираться. Ночевать посреди болота в планы некроманта не входило. Тем более, примерно в часе ходьбы отсюда была недавно возродившаяся деревня. Помимо нежити, окраины Рейнских болот славились ягодниками. Клюквы и голубики в этих местах росло с избытком. Сейчас голубика уже отошла, зато тонкие красноватые стебельки клюквенника стелились по сфагновым мхам, а с каждой кочки можно было снять настоящее ожерелье из крупных рубиновых ягод. Эдвину, конечно, никто не мешал воспользоваться порталом, но он решил убить двух зайцев одним махом. Всё равно в ближайшие дни стоило наведаться в деревню, обновить защитные заклинания вокруг, поговорить с людьми, узнать о новых поселенцах.
В поселение он вошёл, когда уже совсем стемнело. В последний раз был здесь почти три месяца назад, но за это время многое изменилось. Убавилось пустых хат, на многих камышовых крышах даже в сумраке виднелись свежие заплаты. Отстроили постоялый двор. Брехали собаки, заслышав чужие шаги, глухо мычали коровы, блеяли козы и овцы в хлевах. Из труб курился дым, тепло и приветливо светились окна.
Эдвин отряхнул сапоги у крыльца и ввалился в жарко натопленный зал. Небольшой, столов на пять. За одним из них сидела молодая девушка с каштановыми волосами и усердно записывала что-то в пухлую тетрадь. Непослушные кудри разметались по плечам. Стоящий перед ней кубок с чем-то горячим источал соблазнительный ягодный аромат.
— Добро пожаловать, путник, — раздался мягкий, но звучный женский голос.
Из-за стойки вышла хозяйка постоялого двора, в которой Эдвин без труда признал ведьму. Статная, высокая женщина, возраст которой он угадать не мог, как ни старался. Тёмные чародейки любили выглядеть молодо. Ей могло быть и двадцать, и тридцать пять, и сорок девять. Умные тёмные глаза, чёрные, гладкие волосы, собранные в простой хвост. Ведьмы редко заплетали косы.
— Вечер добрый, чародейка, — вежливо склонил голову некромант. — Не откажи в приюте.
— Найдётся и горячий ужин, и мягкая постель, — белозубо усмехнулась ведьма. — Присаживайся, где нравится, эр некромант. Сейчас подам еду.
Но перед тем, как уйти, она легонько коснулась его рукава. Одежда и обувь моментально высохли, а по продрогшему телу прошла приятная волна тепла. Сильна ведьма! Словно и не заметила его амулетов! С другой стороны, а кто ещё решился бы открыть постоялый двор возле Рейнских болот? Только ведьма! Да ещё и тёмная.
Но долго предаваться размышлениям не вышло. Хозяйка заведения вернулась с громадным подносом, поставила на грубо сколоченный стол перед некромантом дымящуюся тарелку наваристых щей со свежей сметаной, рассыпчатую кашу, в которой таял золотистый кусок масла, доску с нарезанными тонкими кусочками мясным рулетом и козьим сыром. Рядом встала плетёная корзинка с жареными пирожками. Последними на стол опустились кубок с травяным отваром и обёрнутый полотенцем железный чайник с морсом. Только сейчас Эдвин понял, как сильно проголодался. Смёл угощение в один миг. Травяной отвар и ягодный морс оказались весьма недурны, а пирожки с капустой и яйцами и вовсе — выше всех похвал.
— Благодарю, чародейка, всё было очень вкусно, — произнёс он, когда хозяйка подошла убрать со стола опустевшую посуду и, не дожидаясь просьбы, поставить новый чайник и блюдо с воздушными булочками.
— Всё готовилось с любовью, — отозвалась ведьма.
Пустая посуда, повинуясь велению хозяйки, взмыла над столом и улетела в сторону кухни. Эдвин промолчал, но решил, что оставит щедрые чаевые за проявленное уважение. Ведьма сама подала ужин, хотя вполне могла воспользоваться магией.
Тем временем она вернулась за стойку. Со своего места некромант теперь видел лишь темноволосую макушку. Намеревался подойти к ней чуть позже, но в планы в очередной раз вмешались новые обстоятельства.
— Простите, эр маг, я не помешаю?
Давнишняя кудряшка стояла возле его стола. Симпатичная девушка и, сразу видно, городская. Деревенские так не одевались и держали себя иначе. И как её только занесло в эти дикие места?
— Прошу, — Эдвин поднялся, отодвинул тяжёлый стул.
— Меня зовут Аннабель Джойс, я внештатный сотрудник столичного еженедельника «Зоркий обозреватель», — оттарабанила девушка. — Приехала сюда, чтобы написать о Рейнских болотах. Вы, так понимаю, один из тех, кто охраняет границу между дикой их частью и той, что освоена королевством?
Эдвин едва сдержал смех. Освоенная королевством часть, надо же! Как быстро оно приписало себе достижения группы магов, которые действовали, в общем-то, на свой страх и риск. До недавнего времени топи мало кого интересовали, разве что вызывали недовольство, а теперь вон как повернулось. Однако портить отношения с короной, а заодно и с гильдией было неразумно, поэтому Эдвин выдал правду аккуратно и в смягчённом варианте. Подчеркнул заслуги отдельных магов, гильдии некромантов, отметил боевиков и выразил надежду, что поддержка королевских магов станет ещё ощутимей, чем раньше. Ловко обошёл вопросы о себе и скромно умолчал, что он и есть тот самый знаменитый командир «болотной заставы». Не любил козырять громким именем. Зато обратил внимание газетчицы на тот факт, что Рейнские болота всё ещё остаются крайне опасным местом и гулять по ним небезопасно даже в компании опытных магов.
Проговорили почти час, а потом Эдвин начал замечать, что Аннабель слишком часто делает паузы между фразами и изо всех сил пытается не зевать. Вот тут-то и выяснилось, что столичная барышня хотела побеседовать со знаменитым Эдвином Кэрвином, добиралась до заставы пешком из ближайшего городка, но свернула не туда и целый день проблуждала по болоту, пытаясь набрести хоть на какой-нибудь хутор или деревеньку. Страшно умаялась, уже собиралась заночевать на какойнибудь кочке повыше, но тут увидела огни домов.
Пожалев ее, Эдвин погнал скиталицу спать. Когда она ушла, некромант позволил себе едва заметно усмехнуться. Нечасто молодые красивые девушки с таким энтузиазмом его разыскивали. Если начистоту, это вообще был первый случай. Даже лестно... Он тоже не отказался бы от отдыха, но вначале стоило побеседовать с ведьмой. Кто знает больше о происходящем в деревне, как не хозяйка постоялого двора?
Ведьма Беатрис оказалась весьма наблюдательной. Рассказала немного о каждом из новых жителей, предупредила, что у старика-змеелова раз в месяц собирается подозрительная компания, вовсе не похожая ни на скупщиков яда, ни, тем более, на охотников на змей. Эдвин понял аккуратный намёк. Похоже, происходило то, чего он опасался: окрестности Рейнских болот начинали прощупывать контрабандисты. Здесь стало относительно безопасно, чтобы изредка наведываться на склады, но при этом пока что оставалось достаточно безлюдно. А местные жители были неболтливыми. Точно знали, что в болоте всегда найдётся место для ещё одного трупа. И не стремились занять его собой.
Зато ведьма не боялась. И некромант не сомневался, что у неё были на то основания. Раз она так легко высушила его одежду, хотя артефактов, защищавших от чужой магии на Эдвине было целых пять, что ей происки деревенских жителей? Проклянет любого, да так, что тот сам утопится, предварительно прокричав кукушкой.
— Девочку столичную забери с собой, — мягко проговорила Беатрис, вырывая его из размышлений. — Не место ей здесь.
— Можно подумать, на заставе ей место, — хмыкнул некромант. — Ещё обидит кто резким словом это столичное создание.
— А ты возьми её под защиту, — посоветовала ведьма. — И не обидят. Да и сам присмотрись. Девочка умная.
— Куда мне? — хохотнул Эдвин. — В Тарисе семью не завёл, вот только на Рейнских болотах вить гнездо не хватало! А в город я сам не желаю возвращаться. Здесь нужен. Да и жили как-то без газетчиков, проживём и дальше.
— Не газетчик она, — Беатрис откровенно усмехнулась. — Светлая ведьма, травница. Выпускной курс. Но местные конкурентов не любят, вот и решила притвориться, разведать обстановку, а уж потом на практику проситься. И амулет маскирующий нацепила. Мне-то он не помеха, а тебя обвёл вокруг пальца.
— То ни одной ведьмы не было, то сразу две, — хмыкнул некромант. Прищурился: — Тоже конкурентов не терпишь, чародейка?
— Стара уже со своими привычками расставаться, — ответила ведьма.
и что-то такое сверкнуло в глубине тёмных глаз, отчего Эдвину расхотелось продолжать расспросы. Таких, как Беатрис, спокойней было держать в союзниках. А ему и впрямь ничего не стоило забрать с собой травницу. Пусть остаётся под присмотром, а то и впрямь понесут демоны одну в болото...
— Что ж, удружу в благодарность за приют и вкусный ужин, — усмехнулся Эдвин. Поднялся. — Спасибо за беседу, Беатрис. Где моя комната?
— Первая налево, — коротко ответила ведьма. — Храни богиня и покровитель твои сны.
Кровать была широкой, матрац — в меру мягким, а бельё пахло свежестью. Эдвин уснул, едва коснулся головой подушки. Вымотался за день, а потом разморило в тепле и от сытной еды. Проснулся, ощущая себя отдохнувшим как никогда. За окном занимался рассвет. Умылся холодной водой и спустился вниз. Беатрис вновь принесла завтрак лично, без помощи магии. Весело скворчащую на чугунной сковороде яичницу с салом и мясом и стопку пышных блинов.
Он уже заканчивал, когда по лестнице спустилась сонная Аннабель. намётанный взгляд некроманта тут же пробежался по её одежде. Пожалуй, Беатрис не ошиблась. Вместительная сумка со множеством отделений вполне могла принадлежать травнице, а торчащие из бокового кармашка ножницы окончательно в этом убеждали.
— Даре Гроубен собирался утром на рынок в Ликтор, — проговорила Беатрис. — Если поторопитесь, можете поехать с ним. Быстрее, чем по болоту.
— Согласен, — кивнул Эдвин. Гроубена он знал, обычно у него и останавливался на ночь. — Эрис Джойс, поедете со мной?
— Конечно! — девушка аж просияла.
«Сманит кого-то из бойцов в столицу, к предсказателям не ходи!» — подумал некромант. Но оставлять её тут и впрямь было опасно. Ответственность, мать её за ногу, требовала обеспечить защиту молоденькой гостье.
Дарса Гроубена удачно перехватили в начале улицы. Тот просьбе не удивился, придержал коня и благодушно кивнул, позволяя забраться в повозку. Сплюнув на землю остаток самокрутки, Гроубен поинтересовался:
— А у кого ж вы ночевали, эр некромант? Всегда ко мне заходили.
— На постоялом дворе, — ответил Эдвин.
— Тут, что ли? — удивился Гроубен, указывая на покосившийся дом с провалившейся крышей.
Пустые чёрные окна, покрытые слоем пыли, наглухо заколоченная дверь. И ни следа живой души.
— Останови-ка, — приказал некромант, спрыгивая с повозки. Поднялся на крыльцо, осторожно перешагивая через дыры в ступеньках, дёрнул за ручку двери. Пробормотал: — Ничего не понимаю!
— Тут вчера был постоялый двор, — подтвердила Аннабель, с не меньшим удивлением таращившаяся на заброшенное строение. — И статная хозяйка, чёрная ведьма... Я ещё подумала: так интересно! Хорошее место выбрала.
— Ведьма, говорите? — Даре задумчиво прищурился. — Слышал я про одну ведьму с Рейнских болот. Говорят, она жила здесь много лет назад. а потом исчезла. Но иногда её встречают заблудившиеся ягодники, порой она протягивает руку помощи тонущим в трясине. А кто-то, как вы, получает ночлег. Но чтобы она появилась прямо здесь, в деревне... Я слышал только про хутора!
По опасливому взгляду мужика Эдвин понял, что подозрительное здание Даре в ближайшее время точно будет обходить стороной. Да уж... Подкинула жизнь сюрприз. Но старика-змеелова, о котором говорила Беатрис, проверить не помешает.
— Говорят, что кто встретил болотную ведьму, тот и судьбу свою вскоре повстречает, — добавил Даре, поглядывая на Эдвина и Аннабель.
— Моя судьба сама меня нашла, — хмуро отрезал некромант. — И другой не требуется.
— Как скажете, эр Кэрвин, — хитро усмехнулся в усы собеседник. — Людям лишь бы языки почесать попусту.
До городка добрались быстро. А оттуда направились на заставу. Аннабель, внезапно выяснившая, что знаменитый командир всё это время был рядом, слегка притихла и о чём-то размышляла. Эдвин передал её под присмотр заместителю и постарался забыть о светлой ведьмочке, которая продолжала выдавать себя за внештатного сотрудника столичной газеты. Но что-то пошло не так. Аннабель то и дело случайно попадалась ему на глаза. И спокойно вздохнуть Эдвин смог только когда она уехала. Но лишь затем, чтобы два месяца спустя возникнуть на пороге его кабинета и протянуть направление на распределение.
— А как же карьера в столичном еженедельнике? — не удержался Эдвин.
— Мне кажется, травница здесь нужнее, — смущённо улыбнулась Аннабель. — Кстати, эрис Беатрис два месяца назад любезно поделилась со мной рецептами травяного сбора и ягодного морса. Приходите вечером в гости. Я буду ждать вас.
— Только меня? — недоверчиво хмыкнул некромант.
— Да, — уверенно подтвердила травница, чуть зардевшись. — Вы же не против моей компании? Потому что я приехала ради вас.
Эдвин хотел сказать, что слишком стар для неё, что привык жить один, что не хочет даже начинать, но... Эта девочка смотрела на него с доверчивой улыбкой. И он бы солгал, заявив, что не думал о ней. Пожалуй, пришло время перестать отказывать себе в праве на счастье.
— Приду, Аннабель, — кивнул он. — с радостью.
И улыбнулся в ответ. Показалось на миг, что где-то на грани слышимости раздался тихий смех болотной ведьмы, но, скорее всего, это просто шумел ветер в печной трубе. Да и так ли это было важно сейчас, когда судьба и впрямь нашла его. Даже на Рейнских болотах.