— Удачи тебе на новом месте, — сказал торговец и крепко пожал руку на прощание, затем направился к своей повозке.

Эдвин с грустью посмотрел ему вслед. Путешествие в приятной компании закончилось, а трудовые будни начинались. Если до этого он не вполне осознавал во что вляпался, то сейчас, глядя на каменную башню, которая станет его местом проживания на ближайшие несколько лет, ему становилось грустно. А ведь он считал себя достаточно умелым магом воды. Не лучшим на курсе, само собой, но подающим определенные надежды. В связи с такой оценкой своих навыков, он рассчитывал остаться в столице на все время отработки.

— Чертова дуэль! — он вслух вспомнил причины нахождения на границе обитаемых земель.

Прелесть прохождения практики в Альтане — столице империи, заключалась не столько в цивилизации, доступных женщинах, безопасности, изысканных блюдах и театре. Маги в столице развивались куда быстрее. Да и чего уж греха таить, связи в высшем свете можно было найти там же. А связи, если маг хочет себе безбедное и счастливое будущее, просто необходимы.

Безоблачное будущее Эдвина, одного из многочисленных выпускников магической академии, было под угрозой. Практику его направили проходить в настоящую дыру, по-другому и не скажешь. Граница империи не страшна, если это не восточная ее часть. На востоке империя граничит с Пустошью. Образовалась она многие века назад, когда империя еще и как таковой не являлась. Раньше на месте пустоши жил народ эльфов, но в результате крупной войны за выживание вида их истребили. Война получилась кровопролитной и длительной, а земля эльфов превратилась в пустошь с бедной землей и отсутствием какой-либо жизни, как разумной, так и неразумной.

Как известно, время все лечит, и земля со временем пришла в себя. Несмотря на наличие лесов, рек и озер название не стали менять, а заселять территорию империя желанием не горела. Порой возмущения магического поля проявлялись весьма неприятно. Животные, заселившие бесхозную территорию, могли превратиться во что-нибудь большое и смертоносное (магия изменения, второй курс и пересдача экзамена из-за бурной ночи в постели первокурсницы Адрианы), а со всего мира на бывшую территорию эльфов начала стекаться нечисть и нежить. Место же идеальное — людей нет, территория огромна. Преступники тоже стремились попасть в Пустошь, ведь все знали — ни одна армия мира туда не сунется, а то, что нежить под боком, так это не страшно — порой суда и палача они боялись больше. Были и мелкие неприятности. Например, иногда всплывали ловушки со времен войны (магия рун и ловушек на третьем курсе, проклятый старик заставил его обезвреживать ловушку перед всем курсом. Эдвин навсегда запомнил, как ему растили новые пальцы в лазарете).

Такая территория не могла не привлекать всякого рода авантюристов, охотников за головами и органами редких существ (медицина на четвертом курсе, так близко Эдвин не был к вылету из академии никогда). Отряды охотников за сокровищами шли в бывшие земли эльфов десятками, а возвращались единицы. Без добычи, само собой. Конечно, были единичные случаи успешных поисков артефактов, но для самих охотников хорошо они не заканчивались. Артефакт конфисковывали в пользу империи, денежную компенсацию могли и не выдать, а за попытки продать на сторону — казнь в день поимки. Ни одного оправдательного приговора за всю историю (законодательная техника на первом курсе, которая по личному рейтингу Эдвина конкурировала за первое место самых бесполезных предметов для мага с философией).

Задачей Эдвина было помогать крестьянам соседних деревень и по возможности пресекать попытки проникнуть в леса эльфов. Само собой, и его куратор, и сам Эдвин понимали, что задерживать отряд вооруженных и обвешанных амулетами профессионалов станет только сумасшедший. Более изощренного способа убить себя сходу придумать сложно. А помогать крестьянам? Он дипломированный маг воды, а не сельская знахарка! Принимать роды у кобылы или помогать им копать брюкву (или что нынче крестьяне копают?) он не собирался. Начало ныть левое плечо.

— Чертов Освальд! — в сердцах выкрикнул Эдвин, сплюнул на землю перед башней и потер плечо правой рукой.

Магией лечения он владел слабо, а в академии его определенно не долечили. Все что ему остается — терпеть периодические неприятные ощущения ближайшие годы до возвращения в столицу. Иногда Эдвин думал, что если бы он добил Освальда как намеревался, то проблем можно было избежать. Все знали, что его дядя — ближайший друг ректора, и с Освальдом лучше дружить. Освальд и сам понимал, что быстрое продвижение ему обеспечено родословной и вовсю этим пользовался. Характер, понятное дело, у него был паршивый.

— Чего уж там, — пробормотал Эдвин.

Он решил не жалеть себя и не размышлять: «А если бы я…», потому что такие размышления только расстраивали его. Другого эффекта от них не было.

Судьбу Эдвина после дуэли решили быстро. Шел второй день лечения в лазарете при академии, когда посыльный декана принес ему официальное уведомление о распределении. Эдвин много размышлял, почему его это не насторожило тогда. Середина лета, распределение в начале осени, а ему дают назначение, пока он лежит в палате. Впрочем, после первых строк ситуация стала предельно ясной. Освальд, маленький мстительный гаденыш, решил отыграться за проигранную дуэль. Наверняка пришлось уговаривать дядю поговорить с ректором, ведь это услуга, и ректор может в любой момент попросить ответную.

'Выпускник Эдвин, вам надлежит отработать четыре года на благо империи. Ваше первое место службы и должностные инструкции указаны в приложении. В связи с его удаленностью и отсутствием регулярного сообщения, направление вручается заранее. Все необходимые предметы вам выдадут на складе при предъявлении приложения.

Куратор выпускников Ф. Терри, 1490 г.'.

Прелести бесплатного образования для талантливых магов во всей красе. Эдвин мог воспользоваться правом оплаты обучения и отказаться от распределения, но где он заработает десятки тысяч золотых будучи студентом?

Франк Терри (боевая магия, третий курс и второе место на турнире одиночных выступлений — Эдвину не хватило толики везения до победы) понимал ситуацию и как мог старался помочь Эдвину. Однако что может сделать преподаватель, если сам ректор решил испортить студенту жизнь? Как оказалось, довольно много. Будучи любителем приключений, Терри по собственному опыту знал, что может произойти на границе империи, и в чем нуждается маг, живущий там. Он существенно дополнил список необходимых вещей и, самое главное, выбил их из кладовщика академии (последний раз на такой опасный бой он выходил против печально известного некроманта Людвига в 1451 году). У Эдвина банально не хватило бы подъемных средств на все. Он так и не узнал, как Франк смог найти торговца, с которым он и добрался до границы империи. Этот медвежий угол никто кроме него не посещал, да и тот бывал наездами. Лекарство обменивал на урожай, привозил инструменты и многое другое. Цены были крайне невыгодными, но выбора у крестьян не было, потому что кроме достопочтенного торговца Генри к ним никто не ездил. Место службы молодого мага Генри знал хорошо и согласился подвезти Эдвина, чем здорово сэкономил на охране. На обратном пути рисков меньше — повозки с урожаем не такие привлекательные для грабителей.

Башня была старой, но выглядела надежно. Располагалась она на большой поляне, вокруг нее на полторы сотни метров не было даже маленького кустика. Дальше же начинался лес. Торговец Генри рассказывал, что недалеко протекает река. Стены башни были сделаны не из кирпичей, как принято сейчас в столице империи, а из огромных камней, которые не всегда даже были обтесаны. Лучшие алхимики разрабатывали состав для их скрепления, и Эдвин не был удивлен, что башня не развалилась. Цифры «703», вырезанные на камне по бокам лестницы, говорили сами за себя — башня была построена прямо перед войной с эльфами на границе их земель и успешно пережила и войну, и эльфов.

Деревянная дверь выглядела неважно, и Эдвин решил заменить ее в первую очередь. Пункт с плотником был первым, но явно не последним в его ближайших делах. Целенаправленно искать его он не собирался. Торговец Генри заедет в каждую деревню и разнесет новость о нем, так что уже через несколько дней можно ждать первых посыльных от крестьян с просьбами о помощи. Этот народ своего не упустит. Самому быстрому Эдвин и выдаст задание привести к нему плотника.

Спасибо Франку, вещей у него было много. Куратор, словно оказанной помощи было мало, еще и подробно разъяснил, что и зачем ему необходимо. Эдвин поднял первый мешок и потащил его к башне. День близился к обеду, но забот хватало, и хоть сегодня все разложить по своим местам он не успеет, а сложить все внутри обязан. Дверь открылась со скрипом давно несмазанных петель.

— Если бы тут были воры, это была бы лучшая сигнализация, — прокомментировал противный звук Эдвин и в список дел добавил пункт «Смазать петли или заменить их к матери ректора».

Первый этаж был без окон и перегородок. Массивный камин с уходящей к потолку трубой был единственным, что на нем находилось. Если здесь и была мебель, то крестьяне давно «приделали ей ноги». Каменная лестница в дальней от входа части закручивалась вверх. Рядом же зиял провал — куда делась крышка от входа в подвал оставалось только догадываться. Список работ для плотника пополнялся прямо на глазах. Судя по весу, в первом мешке были котлы и сковородки («Эдвин, там нет трактиров, учись готовить сам»). Начинающий маг отнес его поближе к камину и оставил там.

Второй мешок отправился к первому буквально через минуту. По характерному позвякиванию Эдвин сделал вывод, что внутри инструменты и ножи («Дрова тебе и крестьяне будут подвозить, но только на них не рассчитывай — придется и руками поработать»). С луком («Неужели водяной плетью будешь охотиться?») и удочками («Когда поймешь, что стрелять ты не умеешь, начни рыбачить») Эдвин обошелся мягче и аккуратно сложил в углу.

За десяток минут он перенес все мешки с улицы в башню и приступил к осмотру остальных этажей. Четыре этажа башни не отличались ничем — пустое пространство и лестница. Разве что почти на каждом этаже был камин со своей трубой. Если затопить все разом, то можно и без дверей в самые сильные морозы жить. Список необходимой мебели пополнился кроватью. Хорошо, что куратор добавил спальный мешок в список («А спать ты где будешь? Думаешь, крестьяне кровать не унесли?»).

Теперь предстояло подать весть куратору. Эдвин осторожно достал кристалл связи и отнес его на последний этаж. На четвертом этаже он положил его на пол и активировал. Маны (она же энергия для заклинаний) кристалл «съедал» просто неприлично много. Всего запаса Эдвина хватило только на короткое: «Прибыл». Сообщение ушло в академию к куратору, и отработка распределения считалась официально начавшейся. Где-то в академии в его личном деле пошел отсчет с четырех лет до нуля. Эдвин решил, что на последнем этаже будет рабочий кабинет. На третьем тогда спальня, на втором что-то вроде зала для отдыха и чтения, а на первом будет и кухня и прихожая. Подвал порадовал прохладой и почти сгнившими полками для хранения еды.

— Кстати о еде, — проговорил Эдвин и достал из мешка немного сухарей и вяленого мяса, после наскоро перекусил.

Питаться так регулярно у него желания не было. Следующим делом на повестке дня стояли дрова.

Юный маг прихватил большой топор и пошел в лес. Сегодня он твердо был намерен спать в тепле, а для этого нужен запас на ночь. Прогулялся до леса, выбрал не слишком толстое дерево и начал рубить. Через десять минут пришло осознание, что делает он это неправильно. Спустя некоторое время размышлений он понял несколько вещей. Первое — несмотря на небольшую толщину дерева, он его целиком не утащит. Пилить или рубить его на месте желания не было. Второе — это дерево, даже будучи срубленным и распиленным, гореть будет очень и очень плохо. Поразмыслив некоторое время, Эдвин повесил топор в петлю на поясе и пошел искать поваленное дерево. Как городской житель он додумался до того, что знает любой крестьянин — лучше найти сухое поваленное дерево, чем рубить свежее самостоятельно.

Нужное дерево удалось отыскать достаточно быстро. Эдвин воспользовался топором, чтобы обрубить все ветки и, с трудом приподняв ствол, потащил его к башне. Если первую половину пути он еще справлялся, то затем делал остановки каждые несколько десятков метров. Не раз и не два он собирался бросить свою ношу, но на чистом упрямстве сжимал зубы и продолжал путь. Эдвин добрался до башни, наконец бросил ненавистный ствол дерева перед входом и пошел обратно в лес. Запас дров необходим, а значит надо еще одно дерево.

— Только легче, оно определенно должно быть легче, — пробурчал под нос он. На ближайшие четыре года Эдвин сам себе собеседник.

Со вторым деревом получилось лучше. Оно было легким и совсем небольшим, поэтому прогулка с ним на плече не доставила неприятностей. Он даже ветки не стал обрубать — пойдут на растопку. Три часа работы пилой и топором возле башни превратили стволы деревьев в крупные дрова. Эдвин перенес их в башню, подкрепился сухарями с вяленым мясом и начал разжигать камин. К его великому сожалению он не получил даже скромного таланта к магии огня. Это приводило к тому, что любой костер он был вынужден разжигать вручную. Маги огня считались лучшими боевыми магами, с чем Эдвин был категорически не согласен. По его скромному мнению, умения вести бой и контроль заклинаний позволяли любую школу сделать смертельно опасной и эффективной. Мнением он ни с кем не делился, опасаясь насмешек.

Огонь Эдвин разжег быстро, и первый этаж башни постепенно начал наполняться теплом. Выпускник академии не привык к такой работе, поэтому с непривычки устал. Он подкинул достаточно дров, чтобы огонь горел долго. Перекусил и, постелив спальный мешок рядом с камином, улегся спать. Работы предстояло еще очень много, и если это место станет его домом на ближайшие годы, то устроиться он должен максимально комфортно. За мыслями о благоустройстве башни Эдвин незаметно для себя уснул.

Пробуждение вышло тяжелым. Ближе к утру камин потух, и башня впустила в себя предрассветный холод. Спать на полу оказалось крайне неудобно. Спальный мешок оказался недостаточно утеплен, и в результате Эдвин проснулся с болью в самых неожиданных местах. Кое-как поднявшись на ноги, он принялся прыгать на одном месте в попытках согреться. Пару минут упражнений немного разогрели его, и он принялся растапливать камин. Нужно срочно утеплять башню, иначе его практика быстро закончится — он банально замерзнет.

В отличие от башни, общежитие в академии хорошо отапливалось, спальное белье регулярно меняли слуги, а еду в столовой готовили если не лучшие, то точно не последние повара. И всего этого он лишился.

— И, конечно же, канализация, — закончил вслух список преимуществ прошлого места проживания Эдвин. Теплый туалет намного лучше кустов в лесу. Перечень необходимых вещей в башне стремительно рос.

Торговец Генри сказал, что до первой деревни в его маршруте полдня пути от башни. Вчера вечером он туда добрался и рассказал о нем. Ночью в путь никто без крайней необходимости не отправится, хоть и империя, но места дикие. Поднимаются крестьяне с рассветом, значит к обеду будет первый посыльный. Не верил Эдвин, что никого они не пришлют.

Наскоро перекусив сухарями и мясом, Эдвин составил план дел на день. Но прежде всего должна быть тренировка. Франк Терри, один из его любимых преподавателей в академии, вбил в него эту привычку намертво. Он всегда говорил: «У тебя нет благородного происхождения, но ты находишься в месте скопления дворян. Как ты думаешь, сколько раз ты с ними сцепишься?». Да, по закону все маги приравниваются к низшему дворянству, а между собой вообще равны. Но кто и когда этот закон соблюдал? Эдвин, потомок обычных горожан, и тот же Освальд ни разу не были равны. Что ему популярно объяснили некоторые студенты на первом курсе, с которыми он пытался подружиться. Это пренебрежение из-за своего рождения было ему непонятно. Единственное, что этот закон дал Эдвину, так это право быть вызванным на дуэль и вызывать на дуэль самому. Чем он активно и пользовался, пока его не перестали задирать.

Эдвин положил в рюкзак топор, пилу и флягу с водой. Можно совместить приятное с полезным, ведь дров на сегодняшний день и ночь не хватит, а тренироваться желательно на чем-то. Уже возле леса он заметил несколько крупных птиц на деревьях. Рот тут же наполнился слюной. Вяленое мясо с сухарями — это не еда на каждый день. Точно не для него. Он взял с собой различные крупы (если быть точным, то куратор запихнул их в мешок) и собирался заняться приготовлением завтрака сразу после тренировки. Башня как раз за этот час должна успеть прогреться. Но даже каша — не то. Как его растущий организм может обойтись без мяса? Птицы то ли заподозрили его в чем-то, то ли просто боялись людей, но он не успел их даже рассмотреть, как они улетели. Водяная плеть была самым дальнобойным заклинанием, но для нее десять метров — предел. Птицы же улетели, когда он приблизился на пятьдесят. Эдвину срочно решил осваивать лук и удочку. Но сначала тренировка.

— Вот мы и встретились снова.

Эдвин посмотрел на дерево, которое долго рубил вчера.

— Ты, наверное, думаешь: «А чего это он снова пришел, если я ему не по зубам?». Так вот, я отвечу.

И после последней фразы (которая в его голове звучала несколько лучше, чем на самом деле) он запустил в дерево водяную плеть. Выглядела она не так красиво, как называлась, но были у нее и преимущества. В отличие от стрелы (неважно, обычной или огненной), плеть поражала бо́льшую площадь. Небольшая спираль из тонкой струйки воды, извиваясь под самыми разными углами на огромной скорости, понеслась к дереву, чтобы разбиться о кору. Если ущерб и был нанесен, то внешних проявлений Эдвин не заметил. Несмотря на все преимущества водяной плети, у нее был существенный недостаток — она почти бесполезна против брони. Возможно позже, когда Эдвин увеличит свой запас маны и мастерство контроля, он сможет сделать заклинание быстрее и мощнее, но пока остается довольствоваться тем, что есть.

Арсенал молодого мага не отличался большим разнообразием и заключался в трех заклинаниях для боя: универсальный щит и два атакующих. Из боевых заклинаний водяная плеть была не только его любимым, но и самым мощным. В бою на ближней дистанции он использовал водяные ножи — тонкие полоски воды с высокой скоростью, но до ближнего боя Эдвин старался не доводить. Главное в тренировке — постараться выполнить заклинание быстро и правильно. Чем четче представляешь и формируешь его структуру, тем мощнее оно будет («А чем быстрее ты это делаешь, тем больше шансов дожить до старости» — Ф. Терри).

Ближайшей целью его тренировок было научиться пускать плети с двух рук одновременно. Эдвин, к собственному стыду, признавался, что все еще формирует плетения в ладонях. С другой стороны, половина архимагов империи действуют точно также. За полчаса он потратил всю энергию, но прогресса не было. Эдвин и не ожидал, что у него получится сразу. Даже через неделю результата не будет. К собственному неудовольствию, он отметил, что у дерева пострадала только кора.

Эдвин прогулялся по лесу в поисках подходящего для дров дерева. Каждый день ходить за ними он не хотел, а значит надо напрячь крестьян. Когда искомое было найдено, он обрубил ветки и с трудом потянул ствол к башне.

— Учись хорошо… говорили они, — бормотал он, и пот заливал глаза, а прогулка с деревом давалась трудно. — Станешь магом… будешь работать только мозгами… говорили они.

Эдвин плюнул на свою гордость и бросил ствол дерева. Не может дотащить его до башни, значит сделает перерыв и отдохнет. Хоть и осталось всего метров сто, но зачем надрываться? От него никто не требует силы и выносливости. Он все-таки маг, а не грузчик в порту.

Пару минут Эдвин отдыхал и любовался природой. Он родился и вырос в столице, которую покидал за свою короткую жизнь всего несколько раз в рамках учебы. Некоторые занятия необходимо проводить на природе (растениеводство и животный мир империи на четвертом курсе здорово выручали его — где бы он еще успевал высыпаться). Природа ему нравилась, но все же он готов был моментально променять этот простор и тишину на крики пьяных матросов и грязный трактир в порту. И чувствовал он бы в том трактире себя свободнее и уверенней. Как отбиться от пьяного матроса или даже нескольких он прекрасно представлял, а что делать, если та стая волков возле входа в лес решит на него наброси… Что?!

Эдвин проверил свой запас маны. За прошедшее после тренировки время он слегка восстановился, но разве что слегка. Пара плетей, несколько водяных ножей и ему придется браться за топор. Или лучше поставить защиту и использовать только водяные ножи? Или защита и топор? Топор вообще сможет пробить голову волка? А они очень ловкие и быстрые? Вопросы возникали в его голове один за одним, но ответов на них он не знал. Эдвин пришел к мысли, что может и не стоило прогуливать неинтересные предметы. Что-то там про животных было, он точно помнил. Кажется, волки не нападают на людей, если только они неголодные и небешенные. Он вновь посмотрел на тройку волков, приближающихся к нему. Не толстые, это точно. Но и голодающими их назвать было сложно. Тем не менее они упорно двигались трусцой в его сторону. Эдвин был уверен, что намерения у них не самые добрые.

— Иногда лучшая защита — это нападение, — сказал Франк Терри, прогуливаясь вдоль строя студентов. — Я вас отобрал как достаточно способных боевых магов, поэтому и работать вам придется вдвое больше. Хотя бы для того, чтобы доказать мне, что я не ошибся! Урок первый и самый важный — драки лучше избегать.

По строю студентов прокатились смешки.

— Вы этого все равно не поймете сейчас, поэтому к первому правилу мы вернемся чуть позже. Пока же я хочу рассмотреть другую ситуацию. По академии ходит история о том, как студенту вашего курса двое матросов сломали нос во время его похода в таверну ночью. Это правда?

Это была чистая ложь. Студент Тим Хилл, которому и сломали нос, ни слова не рассказал о той ночи, но по смешкам и аккуратным шуткам Освальда и его друзей было понятно, что никаких матросов там не было. Да и где это видано, чтобы маг, пусть и недоучка, не справился с матросней.

— Меня не интересует, насколько ты был пьян, и что там произошло.

Франк Терри остановился возле Тима и посмотрел ему прямо в глаза так, чтобы тот понял, что преподаватель все знает.

— Я несколько изменю своим правилам и расскажу, что вам делать, если драки избежать не выйдет, и вы это понимаете. Четыре добровольца, сделайте шаг вперед.

Добровольцев не наблюдалось, и это по какой-то причине обрадовало преподавателя.

— Что же, придется мне назначить добровольцев самостоятельно. Только теперь их будет пятеро, — недолго думая, он начал указывать пальцем на разных студентов. — Итак, вы изображаете пятерых матросов, которые хотят со мной справиться. Представьте, что мы в таверне, и вы немного выпили. А тут какой-то молодой и сопливый маг начинает сорить деньгами. Вы разозлились и решили его проучить. Для этого…

Франк Терри не стал продолжать импровизированное описание ситуации, и пока пять студентов слушали, открыв рты, он вырубил их всех одним молниеносным заклинанием. В прямом смысле молниеносным — их сильно потрясло от молний, прежде чем они потеряли сознание. Преподаватель повернулся к замолчавшему строю. Те были впечатлены жесткой расправой над студентами, раньше такого они точно не видели.

— Главное, что вы должны усвоить — нападайте первыми. Если вы видите, что драки не избежать, и соперник готовится к битве, то не дайте ему этого сделать — ударьте первым. Впрочем, вы, студенты, с первого раза ничего не понимаете, — сказал он, улыбнувшись. — Сейчас я назначу следующую пятерку добровольцев и объясню еще раз.

Волки остановились в десяти метрах от Эдвина и начали расходиться. Уже через минуту он был ими окружен. Было страшно, потому что все это происходило в полной тишине. Сначала он поворачивался за одним из них, но оглядываться на других было неудобно, и он решил сменить тактику. Энергию он экономил и щит вешать не стал. Постоял на одном месте, собираясь с силами (и с решимостью), а потом сделал рывок в сторону ближайшего волка и еще в полете отправил в него водяную плеть. Волк такой подлости от вкусной и теплой еды явно не ожидал, поэтому и сделать ничего не успел. Водяная плеть попала ему в заднее бедро и задела артерию. Другой причины для такого количества крови Эдвин не нашел. Все это он отметил краем сознания, сразу разворачиваясь на сто восемьдесят градусов и активируя универсальный щит. Если с первым он справился одним заклинанием, то можно перестать экономить ману.

Как показали дальнейшие события, щит он активировал вовремя. Не каждый сумеет сохранить самообладание, когда всего в метре увидит летящую прямо в лицо оскаленную пасть. Эдвин закричал и инстинктивно попытался защититься всем, что у него есть. Даже про щит забыл. Выставив перед собой руки в защитном жесте, он случайно сделал то, что тренировал уже очень давно, но никак не мог достичь — две водяные плети одновременно. Бедного пушистика изрезало со всех сторон, и умер он моментально. Инерцию прыжка же остановить не удалось, и волк врезался в Эдвина. Щит пропал от удара, маны оставалось совсем немного, а третий волк был рядом. Эдвин матерился, ворочался и стаскивал с себя волка. Двадцать секунд борьбы, и вот он свободен. Третьего волка, к его большому счастью, не было.

— Вот и сходил за дровами!

Эдвин еще не до конца отошел от схватки и его потряхивало. Он был зол, испачкан в крови и вонял псиной. При всем при этом, день только начинался, и работу по благоустройству башни никто не отменял. Хорошо хоть с мытьем проблем не возникнет. Маг воды сможет себя этой самой водой обеспечить даже в пустыне.

Вернулся к дереву, поднял его и потащил дальше. Дал себе зарок оглядываться чаще и никогда не тратить на тренировки абсолютно всю ману — он не в академии, где можно тренироваться до изнеможения без риска для своего здоровья. Этот день предельно ясно показал ему, что тут от размера и полноты наполненности внутреннего резерва зависит жизнь. Свою жизнь он ценил, любил и старался оберегать.

Схватка с волками показала неочевидный плюс его положения. Да, в столице можно тренироваться и обрастать связями. Да, там есть удобный туалет (Эдвин с грустью посмотрел в сторону леса. Как теперь туда ходить, если там волк может укусить за что-нибудь?). В столице есть библиотека с любыми заклинаниями — учи и тренируйся. Здесь же, на границе, нет ничего из перечисленного и многого другого. Но есть практика. Неизвестно почему, но в реальных боях и в тяжелейших условиях маги лучше развивали свой резерв и контроль заклинаний. Боевым магом не станешь, сидя во дворце в центре империи.

Эдвин не хотел стать добычей для волков или медведей. Он вообще не хотел становиться ничьей добычей, а значит надо тренироваться. Доступ к библиотеке у него все-таки был. Он может попробовать попросить торговца Генри связаться с куратором, чтобы тот передал несколько книг для обучения. Ничего серьезного Эдвин не получит, потому что такие книги не покидают читального зала и хранилища, но нешуточные заклинания он и не потянет.

Если относиться к этой ссылке как к шансу, то у него хорошая вероятность для развития в качестве боевого мага. Всесторонне развиваться он не сможет, но именно боевая часть магии его волнует больше всего. Трезво оценивая последствия дуэли, он начинал думать, что Освальд не сможет простить ему унижение. Четыре года в глуши притупят его злость и обиду, но Эдвин проучился с ним семь лет. Он помнил, насколько тот злопамятный и мстительный.

Выводы после схватки его серьезно озадачили. С этого момента придется забыть о расслабленности и отдыхе. Он должен стать сильным и умелым боевым магом, чтобы четыре года в глуши не стали его последними годами в жизни.

Эдвин донес дерево до башни, сбросил его перед входом и решил вернуться за волками. Есть их он не собирался, шкуру снимать не умел, но в книге про рыбалку, которую ему дал куратор, было что-то про приманку хищников. Эдвин искренне надеялся, что местные рыбы любят волчатину.

Волки не шевелились, но Эдвин решил не рисковать и с небольшого расстояния отправил по два водяных ножа в голову каждому. Два раза ходить и носить их на себе он не стал. Вместо этого обвязал первого веревкой, а второго взвалил на плечо. Левое плечо тут же напомнило о себе ноющей болью.

— Чтоб у тебя геморрой вылез, Освальд!

Проклятия мага, если не были проведены по всем ритуалам, никакой силы не имели. Если же маг проклял кого-то по всем правилам, то он очень хорош. Как минимум потому что смог изучить и практиковать темную магию и все еще был жив.

Путь обратно не занял много времени, но радостных впечатлений не принес. Волк на плече все еще кровоточил, и все это стекало по одежде. Эдвин с теплотой в душе вспомнил слуг в академии. Никто не замечал этих невидимых героев. Волк на веревке постоянно цеплялся за камни, застревал на ровном месте и бесил Эдвина все сильнее с каждым шагом.

Недалеко от башни маг услышал подозрительный скрип и тут же замер на месте. Не знаешь, что за звук — не рискуй. Так он и стоял, глядя на повозку, которая неторопливо выезжала из-за башни. Немолодая лошадь устала и укоризненно посмотрела на него, но не остановилась и подвезла повозку вплотную.

Среднего возраста крестьянин, с огромной черной бородой, смотрел на молодого мага и не мог найти слов. Пауза затянулась, и он выдавил из себя:

— Я тут вам это… господин маг… торговец про еду сказал, так я вам мясо привез, — ответил он и махнул рукой в сторону свертков и бочек в повозке.

Эдвин скинул труп волка с плеча.

— Да я тут тоже, так сказать, мясо принес.

Надо отдать крестьянину должное, он быстро пришел в себя — спрыгнул с повозки, подошел к тушам и принялся деловито их осматривать, что-то приговаривая. Наконец, придя к какому-то выводу, он повернулся к Эдвину:

— Эк вы, магик, не аккуратно-то бедных животин убили. Сильно шкуры попортили, но я возьмусь за половину.

— За какую половину? — растерялся Эдвин.

— Ну дык, за половину всего я их разделать готов и выделать шкуры. Вам не с руки будет таким заниматься, да и… — замялся крестьянин, не находя нужных слов.

— Да и не умею я, ты прав, — продолжил за него Эдвин. — Половина — это много, давай за пятую часть шкур и все мясо.

— Берусь! — воскликнул крестьянин и явно обрадовался результату, затем плюнул себе на ладонь и протянул ее Эдвину. На непонимающий взгляд того, он пояснил. — Так мы дело скрепляем перед богами.

У Эдвина моментально сформировалось собственное мнение по поводу взгляда богов на слюнявые рукопожатия, но он благоразумно его придержал. Пожимать руку не хотелось.

— У магов по-другому, — он попытался выкрутиться. — Наше слово и так нерушимо.

— Оно-то да, наверное, так.

Руку крестьянин убрал, вытер о штанину и взялся тащить волка к повозке.

— Меня Глебом звать, ежели что. Я главный в деревеньке Старино, она к вам ближняя самая. А вас Эдвином, стало быть. Торговец рассказал.

Эдвин потянул за веревку и подтащил к повозке свою ношу. Чем скорее они закончат с погрузкой, тем быстрее он сможет вымыться. Крестьянин ловко закинул обе туши на край телеги, связал их между собой и привязал веревку к борту.

— Тут речушка недалече есть, — продолжил крестьянин, словно собеседник ему и не нужен был. — Я там ливер достану, а остальное уж в деревеньке сделаю. Как готовы шкуры будут, я и в гости приеду, может, еще торг будет. На зиму хорошая вещь может выйти.

— Мне нужен плотник, — вспомнил Эдвин о своем списке дел. — Нужна новая дверь, ставни на окна, кровать, полки в погреб, крышка в погреб, забор простой вокруг башни сделать. И еда нужна.

— Эк вы загнули, — крестьянин задумался надолго. — Тут одного-то плотника мало будет. Повезло вам, что урожай собрали уже. С торговцем поменяемся, и мужики свободны будут. Каждый с деревом худо, да работать умеет. Чем платить-то будете?

— Монетами? — предположил Эдвин и прикинул сколько у него есть.

Ему дали небольшие подъемные в академии, но там было совсем немного. С другой стороны, порядок цен он даже не представлял. Еще личные накопления хранились в банке, только где этот имперский банк, а где он.

— Монеты — это хорошо. За пару десятков золотых все сделаем.

— Дам десяток серебра, — ответил Эдвин. Он настроился торговаться, потому что и серебра у него было чуть меньше десятка.

Глеб погладил свою окладистую бороду:

— Не, каждому мужику по золотой монете хоть надо дать, работа не на один десяток дней.

Замолчали оба.

— Есть восемь серебра, — решил выложить карты на стол Эдвин. — На весь список не хватит, но дверь и ставни с кроватью надо сделать. А как накоплю товара на обмен, пришлешь десяток мужиков и забор сделаем. А лучше пару десятков.

— Еда ваша будет, — выдвинул условие крестьянин.

— Нет еды, — отрезал Эдвин. — Тут бы самому не отощать. Вон, волка засолите, его и будете есть.

— Нельзя волка, господин магик. Мясо дюже вонюче, да и хвори оно приносит. Печенку только, да сколько там печенки этой, — махнул он рукой. — О будущем говорить — дело хорошее…

— Я тебя понял, — перебил его Эдвин. — Пойдем в дом, поговорим, что на восемь серебра и мои шкуры сделать можно.

— Шкуры сдаем торговцу по две серебряных. Ваши порченые, но за три возьмет.

Глеб прошел в башню, осмотрел просторное пустое помещение, заметил спальный мешок, неодобрительно покачал головой и поцокал языком.

— Господин магик, что ж вы так-то мало серебра взяли? Прошлый, помнится мне, с сотней золотых приехал. Давно это было.

— Освальд, маленькая ты скотина!

Эдвин понял, что его подъемные должны были быть существенно выше. Наверняка из-за какой-нибудь «канцелярской ошибки» или «недосмотра бухгалтера» сумма в ведомости изменилась. Кроме как мелкой пакостью своего противника это ничем быть не могло. Через кристалл он отправит сообщение об ошибке, и куратор, конечно, разберется. Только в эти места поедет торговец Генри в следующий раз не знает никто. Так что Эдвин свои подъемные получит, но очень нескоро. А кушать и жить в комфорте хочется уже сейчас.

— За десяток серебра сколотим вам дверь и ставни. Завтра пришлю мужика с досками и инструментами. Выедет с рассветом, у вас аккурат к обеду будет. Все сделает, вот только ночевать у вас будет. И лошадку тоже в башню спрячьте, у нас их мало, не надо волков кормить.

В результате сговорились на восьми серебряных, а шкуры Эдвин решил торговцу не сдавать. Три серебряных ему не помогут, а условная шапка и шуба зимой пригодятся. Процесс торга для Эдвина был непривычен, все-таки в столице везде ценники, и даже попытка торга может быть воспринята как личное оскорбление. Несмотря на новизну и явное отсутствие опыта в торговле, ему это понравилось. Молодой маг поставил себе мысленную отметку расспросить торговца Генри об этом искусстве.

— Ты, кажется, говорил, что мясо привез, — напомнил Эдвин крестьянину.

— А то, — довольно улыбнулся тот. — Гостинцы привез, да и торговец прямо сказал, что охотник вы неважный, и запасы ваши не бездонны. Там не только мясо.

Эдвин махнул рукой в сторону выхода:

— Показывай, мне еще помыться надо, а тебе в обратный путь ехать.

Они вышли из башни вместе с Глебом и направились к телеге. Крестьянин залез внутрь и начал подавать Эдвину свертки и бочонки, параллельно комментируя, что и где:

— Тут у нас капустка квашеная.

Эдвин принял в руки небольшой, но очень тяжелый бочонок и поставил на землю. Далее было маринованное мясо, которое Эдвин пообещал себе приготовить сегодня же, большой мешок картошки и мешки с луком и морковью поменьше. Призрак смерти от голода перестал маячить перед Эдвином, и настроение начало улучшаться. Даже схватка с волками представала перед ним в ином свете. Последним подарком оказалась большая пузатая бутылка самогона.

— Сам делал, чистейший продукт, — похвастался крестьянин. — Торговец даже согласен был выкупить весь запас, а это что-то да значит.

Эдвин от чистого сердца поблагодарил Глеба. Вдвоем они перенесли бочонки и мешки в сухой и прохладный подвал. Эдвин предложил вместе пообедать, но крестьянин вежливо отказался. Ему еще к реке ехать волков потрошить и шкуры снимать. Потом полдня до деревни и все это до ночи успеть надо.

— Вы если надо подлечить кого, то везите. Я же здесь для этого и нахожусь, — спохватился Эдвин.

— Спасибо, господин магик. Редко у нас болеют. Роды принять и простуду прогнать наша знахарка может, но если что, привезу к вам. Вы лучше искателей погоняйте, а то совсем страх потеряли. Скоро уже и девок портить начнут. Вольно им тут стало.

— И много таких смелых нарушителей у вас развелось? — заинтересовался Эдвин. С искателями ему связываться не хотелось, но это не значило, что сами искатели не свяжутся с ним.

— Да не, они мужики с понимаем. Да и команда Ховарда ничего покуль не сделала. А коль вы покажете, что маг тут, то и не станут делать. Побоятся они власти имперской.

«А может, не побоятся и прикопают меня прямо тут возле башенки», — подумал Эдвин.

Но вслух уверенным голосом сказал совершенно другое:

— Где сейчас этот Ховард? Поговорил бы с ним.

— Неведом где, они в эльфские леса недавно ходили. Кореньев и трав насобирали. Страхолюдину некую разделали-то и все это в город повезли. Пока продадут, пока погуляют, да обратно доберутся… Мож месяц еще не будет его.

— Тогда как появится, посылай ко мне кого пошустрее. Там с ним и поговорю.

— Добро, — Глеб широко улыбнулся. — Вы сами в леса ходить когда будете, тоже к нам заглядывайте. Обмен сделаем, посидим настоечки выпьем.

— Не пойду я в леса эти, — отрезал Эдвин.

— Прошлый маг тож так говорил-то, — усмехнулся крестьянин. — Только вот не усидел он в башне. На третий месяц в лес пошел, а потом и за уши его не вытащили бы. Неделями пропадал. Обратно в столицу нашу славную и уезжать не хотел.

— А звали его как? Не вспомнишь? — Эдвин заинтересовался.

— Мессир Портер, как не помнить. Много мы с ним моего самогона выпили, — ушел в воспоминания Глеб. — Вы знакомы с ним?

— Нет, не знакомы, — ответил Эдвин, однако имя это слышал.

Действительно, откуда обычный студент мог знать одного из самых молодых командиров отряда имперской службы безопасности? Информация очень интересная, и, возможно, Глеб подсказал ему хороший способ развиваться.

Крестьянин обеспокоенно посмотрел на небо.

— Поеду я, господин Эдвин. Дождь собирается, а дороги у нас не столичные. Плотник завтра приедет, если погода будет. Вы с ним поговорите, чтобы он бы вам коптилку-то построил. Запас на зиму сделаете, и мясо всегда будет. А коптить — дело нехитрое. В речушке рыбки наловите, а копченая рыба всему голова. Ее с пивом ой как хорошо есть. Я вам нашего свежего в следующий раз привезу.

Тепло попрощавшись с крестьянином, Эдвин принялся за дерево. Если Глеб был прав, а причин не доверять крестьянам в умении определять погоду он не видел, то закончить с дровами надо было быстро. Так скоро, как хотелось бы, у него не получилось, но определенная сноровка в управлении пилой и топором у него начала появляться. Еще и боль в мышцах начала давать о себе знать, но ее можно было перетерпеть. Закончив с дровами, Эдвин перенес их в башню и закрыл за собой дверь.

— Ну и денек, даже про еду забыл, — прокомментировал он все события и двинулся к камину.

Подкинул несколько поленьев, пристроил внутри небольшую сковороду для готовки мяса и пошел снимать грязную одежду. Повезло хоть, что он маг воды и добыть для него воду не представляло проблемы. Не повезло в том, что на улице прохладно и мыться пришлось быстро. Одежду он сразу стирать не стал. Выбрал несколько самых больших кастрюль и закинул туда ее замачиваться.

Спустился в подвал, взял несколько крупных картофелин и морковь с луком. Порылся в мешке в поисках ножа. Кое-как очистил все овощи и закинул к мясу. Готовить он не умел, но не раз видел и слышал, как это делается. Спустя двадцать минут он решил, что еда готова и можно пробовать. Мясо подгорело снаружи и недоготовилось внутри, но молодой маг буквально проглотил его. Диета на сухарях и вяленом мясе и не до такого может довести.

Звук капель дождя с улицы изменил планы на день, и Эдвин решил заняться башней. Сначала он прогулялся на верхний этаж к кристаллу и отправил куратору слово: «Подъемные». На большее его резерва не хватило, но куратор человек неглупый и легко поймет послание.

Затем он начал рыться в сумках и мешках в поисках книг. Развлечений не предвидится, из-за погоды на улицу и носа не высунуть. Остаются книги и учебники. Куратор говорил ему, что собрал немного «полезных на твоем этапе развития книг». Спустя несколько мешков поиска Эдвин нащупал в одном из них какую-то книгу. Взял с собой к камину, удобно устроился лежа на спальном мешке, чтобы было и комфортно и света достаточно.

— Так, что тут у нас?

Эдвин повернул обложку к камину, чтобы лучше ее рассмотреть.

— «Бестиарий Пустоши». Что же, звучит интересно.

Поначалу показавшаяся нудной книга заинтересовала Эдвина. Отвлекался от нее он только чтобы подкинуть немного дров в камин. Это был полноценный учебник по видам существ Пустоши и их повадкам, но сухой научный язык был щедро разбавлен историями из жизни охотников. Пометки утверждали, что достоверность историй стремится к ста процентам, а значит их можно было также рассматривать как учебное пособие. Так, страница за страницей Эдвин не заметил, как наступил вечер. Очнувшись от книжного наваждения, он нехотя отложил книгу.

Дождь никак не заканчивался, так что Эдвин наружу выходить не стал. Подсел поближе к камину и начал готовить ужин. На этот раз он подготовился лучше, нарезал мясо помельче в надежде, что ужин не сгорит. За этим простым и приятным процессом он задумался о прочитанном. По всему выходило, что животный мир пустошей добывать выгодно не только для кармана, но и для развития. Не считая развития в схватках, которые необходимы любому боевому магу, некоторые из органов представляли интерес непосредственно для него. Например, увеличение резерва ему точно пригодится. Его резерв напрямую связан с его возможностями в бою, и сейчас они недостаточно велики. Для этого подходило сердце коричневого паука. Лучше всего было сделать зелье, но даже употребленное в пищу оно работало. Резерв оно усиливало очень слабо, но эффект был научно доказан.

К огромному сожалению Эдвина, ни одно зелье бесконечно резерв не увеличивало. У каждого из них был определенный предел, и конкретно у зелья из пауков он был очень невысоким. Впрочем, это не мешало ему поразмышлять о последующей продаже зелий. Если он не сможет добыть что-то для себя, то он сможет это купить. Порой развитие мага вставало в звонкую монету.

— И академия разбрасывается ценными кадрами из-за мелочных обид, — горько произнес Эдвин. — Стоило им тратить тысячи золотых на зарплату учителям и ценные ингредиенты, чтобы меня в каком-то лесу волк съел.

Сразу после этой фразы он отвесил себе мысленную пощечину.

— Что за дела? Еще и недели не прошло, а ты уже сопли развесил, — начал он выговаривать самому себе. — Неужели так и будешь страдать и жалеть себя все четыре года? Так лучше сразу иди в Пустошь и убейся об какого-нибудь паука или вампира. Вампир даже спасибо скажет за то, что сам пришел. Сможешь в своем посмертии сказать, что не зря умер. Пользу принес!

После такой мысленной отповеди ему стало немного лучше, и он продолжил свое занятие.

«На улицу я голышом выбегал? Выбегал. Холодно было? Было. Простыть я хочу? Нет, не хочу», — примерно такие мысли у него крутились в голове, и все они постепенно приводили к бутылке самогона.

Решив, что терять ему нечего, он налил полкружки самогона и принялся за ужин. На этот раз вышло намного лучше, но все равно неидеально.

— Такими темпами я по возвращению в столицу смогу поваром в любую таверну устраиваться, — пошутил он сам про себя, жуя кусок пережаренного мяса.

Самогон оказался на удивление несильно крепким и очень приятным. Налегать на него он не стал и после половины кружки остановился. Вылечив таким способом и возможную простуду, и расшатанные нервы, он вновь улегся в спальный мешок и взялся за книгу.

Обильный ужин, немного крепких напитков и пережитое утром быстро сморили молодого мага. Незаметно для себя он уснул, и вот тогда выяснилось, что читать «Бестиарий Пустоши» на ночь было очень плохой идеей.

Во сне он то бегал от больших пауков по лесу, то наоборот, с топором в руке и безумным криком гонялся за ними с самыми плотоядными целями. Несколько раз Эдвин просыпался из-за грома на улице и особо страшных моментов во сне, но в целом первая половина ночи прошла спокойно. Эти неожиданные пробуждения даже сыграли на его стороне — он не забывал про утренний холод и во время пробуждений подбрасывал дрова в камин. В отблесках камина первый этаж башни казался зловещим, так что Эдвин старался заснуть побыстрее. Незадолго после полуночи очередной раскатистый гром привел к тому, что Эдвин вздрогнул во сне и проснулся. Присмотрелся к камину, но решил, что пока дров подкидывать не надо. Стоило ему попытаться закрыть глаза, как раздался громкий и требовательный стук в дверь.

— Кто?! — Эдвин попытался выкрикнуть уверенно и зло, но голос предательски дал петуха.

Никто не ответил, но и стучать в дверь перестали. Эдвин подошел к двери, встал немного сбоку от нее и сформировал почти готовое плетение. Таким нехитрым способом он сможет запустить водяную плеть за долю секунды.

В дверь снова заколотили кулаком, и молодой маг с испуга запустил в нее плетью. Дверь не пострадала, но трястись перестала.

— Именем императора! — раздался приглушенный рык за дверью.

«Оборотни и пауки именем императора приказывать не будут», — подумал Эдвин, но на всякий случай приготовил к бою еще одно плетение.

Еще секунду он собирался с духом, а потом глубоко вздохнул, и, задержав дыхание, словно перед прыжком в воду, открыл дверь.

До этого момента Эдвин считал, что на первом этаже башни плохая видимость, но после открытия двери он признал, что сильно ошибался. Темнота и сплошная пелена дождя сводила видимость к нулю. Тем не менее стучавший отлично ориентировался в темноте и зашел в башню. Эдвина на своем пути он словно не заметил — молодого парня быстро, но аккуратно сдвинули в сторону одним движением огромной руки. Следом за первым человеком зашли еще двое. Последний запер дверь и запустил под потолок небольшой светлячок — сразу стало светлее (магия света, Эдвину она неподвластна).

— Уф-ф-ф-ф, хорошо, — выдохнул зашедший и первым начал скидывать с себя верхнюю одежду.

Под кучей вещей стремительно образовывалось маленькое озеро. Затем он обратился к стоявшему в полном непонимании Эдвину:

— Подкинь пока в камин дровишек, согреться надо бы.

— Да вы собственно… да как вы… — Эдвин не мог найти нужных слов.

— Мы отряд егерей империи и преследуем опасного преступника, — на удивление мелодичным голосом сказал маг. — Он проходил недалеко отсюда в сторону Пустоши. Зная о башне, командир принял решение переночевать под крышей.

Командиром оказался здоровяк, шедший первым. К этому моменту он уже успел раздеться до исподнего белья и уже доставал из огромного рюкзака сменную одежду. Второй член отряда не проронил ни слова и тоже быстро раздевался.

— А от меня вам что надо? — Эдвин был растерян, но злился на себя за недавний испуг.

— Согласно законам империи, егерям при исполнении служебных обязанностей должна оказываться посильная помощь и что-то там про наказание дальше, — отметил командир отряда, оделся в сменную одежду и подсел к камину. — Не помню уже. В общем, твоя посильная помощь — это еда, тепло и ночлег. Если что понадобится еще, то я скажу.

— Ночлег на здоровье, еды у самого мало, — отрезал Эдвин.

— У крестьян еще купишь, нашел проблему, — командир даже не стал слушать его оправдания и обратился к молчаливо одевавшемуся второму. — Рыжий, вон подвал, притащи еду сюда, будем готовить.

Рыжий все также молча направился исполнять приказ командира. Эдвин наконец нашел в себе силы сдвинуться с места и подойти к камину. Он молча порылся в посуде рядом, протянул командиру сковородку, а на пол поставил кастрюлю. «Формирование воды» — простейшее заклинание, которое преподают на первом курсе, чтобы с самого начала обучения маг мог тренировать свой резерв и контроль заклинания. Путешествующие маги этим заклинанием в разных вариациях заполняют фляги и кастрюли в походе. Буквально недавно Эдвин применял его на себе как душ. Кастрюля наполнилась почти моментально до самого верха.

— Поздравляю, парень! — командир явно был доволен. — Хочешь ли ты исполнить свой гражданский долг?

Эдвин не очень любил, когда его спрашивали о каких-то неизвестных ему долгах и отрицательно помотал головой.

— А надо, — ответил командир отряда, затем поднялся.

Только сейчас Эдвин смог его рассмотреть. Огромного роста, почти под два метра и широкоплечий, он как гора нависал над Эдвином. Командир егерей носил бороду, но это окладистая борода Глеба. Эдвин бы сравнил ее с шерстью бурого медведя — у командира короткая и плотная растительность шла от подбородка и до самых глаз.

Командир отряда повернул голову к третьему участнику:

— Миа, подойди.

Эдвин развернулся и увидел молодую девушку его возраста. Пока он общался с командиром, она успела скинуть свою мокрую одежду и надеть запасную. Невысокая и худая, c гордо поднятым носом, она настороженно смотрела на Эдвина. На бледном лице (как будто и не егерь вовсе) ярким пятном выделялись большие губы. Цвет коротких мокрых волос маг определить не смог.

«Симпатичная», — дал короткую оценку он.

Но командир отряда явно не это хотел показать, так что второй раз он осмотрел девушку внимательнее и обнаружил новые детали. В башне было тепло, но не настолько, чтобы на лице были капельки пота. В том, что это не следы дождя Эдвин был уверен. Бледное лицо оказалось вовсе и не бледным, а скорее серым.

— Она или ранена, или больна, — предположил он.

— Верно, — одобрительно прогудел здоровяк. — Я думал оставить ее на тебе и продолжить путь с Рыжим, но планы поменялись.

— Я могу продолжать путь! — вскинулась Миа.

— Я командир отряда и твой дядя. А значит, могу не только приказать тебе остаться, но еще и ремня дать, не глядя на твой возраст и свидетелей! — грозно посмотрел на нее егерь.

Тем временем Рыжий выбрался из подвала с овощами в руках. Не глядя ни на кого, он подошел к камину и начал чистить их, скидывая обрезки прямо в огонь.

— Ты маг, значит должен знать о лечении самого себя, — посмотрел командир Эдвину в глаза.

— Да, только опытные и умелые маги жизни и света могут проводить лечение самого себя, — ответил Эдвин. — Простым же магам необходима помощь лекарств или лекаря.

— Каторжанин оказался бывшим лесником и хорошо умеет ставить ловушки. Мы его уже несколько недель преследуем и почти нагнали, но вот досада, Миа вляпалась в одну из его ям и повредила ногу. Маг света она хороший, но себя подлатать не сможет. Скорость отряда снизилась, и он может уйти от нас. Я не оставлю преследование даже после границы, но с раненым магом мы его потеряем.

— Показывай, — понял Эдвин намек и обратился к Мие напрямую.

Та, немного прихрамывая, подошла к нему и сбросила свою куртку на пол башни. Усевшись на куртку, она сняла ботинок и закатала левую штанину до колена, обнажив умело наложенную повязку на лодыжке. Он принялся разматывать ее, стараясь не сделать девушке больно. Ближе к ране разматывать повязку Эдвин прекратил, намочил ее водой и двинулся к своим мешкам, в которых начал искать лекарства.

— Повязка приклеилась к ноге, надо подождать, но я и без этого чувствую характерный запах. Нога воспалилась, и пошло заражение, — констатировал он и повернулся к девушке. — Если ты продолжишь путь, то через пару дней ногу сможет спасти только опытный маг жизни, которого ты не найдешь в этой дыре. А значит ее придется отрезать. Хочешь стать в своем возрасте одноногой?

— Не хочу, — тихо ответила та, не поднимая глаз.

Эдвин наконец нашел обезболивающую и снимающую воспаление мазь и вернулся к Мие.

— Я сниму воспаление мазью и ускорю заживление магией, — комментировал он больше для настороженно смотревшего на него егеря. — Я не очень хорош в магии лечения, но мази и заклинаний должно хватить.

Повязка достаточно отмокла, чтобы ее можно было снимать. Ловкими движениями Эдвин убрал повязку, внимательно рассмотрел рану. Здоровяк следил за его лицом и, увидев, что тот даже не поморщился, одобрительно хмыкнул (практика по медицине на последнем курсе в столичном госпитале для бедных — первые три дня от вида и запаха ран его тошнило постоянно, но потом привык).

— Промываем, проверяем, снова промываем, убираем вот это, а вот сюда немного мази, потом вот сюда, здесь мы немного поколдуем… — Эдвин отвлекся от всего и, словно вернувшись на экзамен по медицине, строго по учебнику работал с раной. Использовав лекарства с запасом, он не пожалел и своего внутреннего резерва — обрабатывал своим единственным слабым лечебным заклинанием рану, пока не закончилась мана.

— Вот суп.

Эдвин удивленно посмотрел на поставившего возле него тарелку Рыжего. Это сколько он над Мией сидел, если тот уже успел и суп сварить? Повернулся к Мие — та заснула на куртке прямо в процессе лечения.

— Спасибо, — поблагодарил он рыжего егеря.

— Это тебе спасибо, — ответил вместо Рыжего командир и протянул руку. — Я Глен, командир отряда и дядя этой пигалицы.

— Эдвин, — в ответ он пожал протянутую руку.

— Это Рыжий, он следопыт, и как ты должен был заметить, не особо разговорчивый парень.

— Да ничего страшного, — спокойно ответил Эдвин. — Я и не набиваюсь в собеседники.

— Что скажешь о ране?

— Если оставить Мию в покое, вовремя менять повязки и следить за раной, то только маленький шрам останется. Если она будет дальше ходить и бегать, то рана может открыться и воспалиться опять.

Рыжий чуть громче ударил ложкой по тарелке, и Глен повернулся к нему.

— Думаешь, надо? — с сомнением в голосе спросил у него командир.

Рыжий нахмурился и перевел взгляд на девушку.

— Ну да, согласен, — продолжил вести этот странный диалог Глен. — Выбора у нас нет, а твоя идея не такая уж и плохая.

— Как вы его понимаете? — не выдержал Эдвин.

— Мы с ним уже больше пятнадцати лет по лесам разбойников гоняем, — усмехнулся командир отряда. — Как же мне его не понимать? Ты, кстати, Эдвин, по лесам ходить умеешь?

Эдвину не понравился поворот разговора.

— Нет, не умею, — ответил он. — И мне не нравится поворот нашего разговора.

— Мне тоже много что не нравится, — вздохнул звероподобный егерь. — Но маг нам с Рыжим нужен. А из магов у нас только ты и Миа. Забыл спросить: ты в этой башне что делаешь?

— Распределение со столичной академии магии отрабатываю. Прибыл недавно только.

Гулкий смех Рыжего прозвучал неожиданно громко. Он смеялся и не мог успокоиться, иногда даже похрюкивая. Командиру отряда тоже было смешно, но егерь смог сдержаться. Эдвин зло посмотрел на Рыжего, но тот не смутился и продолжил ржать.

— Ну будет тебе, — попытался обратиться к Рыжему Глен. — Видишь же, что парень хороший и явно не просто так оказался на краю империи.

Следопыт смеяться перестал и вопросительно посмотрел на Эдвина. Молодой маг для приличия помолчал некоторое время, а потом начал рассказывать. Он сам и не заметил, сколько всего накипело у него в душе, поэтому рассказ вышел долгим, со всеми подробностями, нелестными эпитетами про ректора и Освальда, и его, Эдвина, собственным мнением и планами. Глен и Рыжий, как внимательные слушатели, ловили каждое его слово и не перебивали до самого конца истории. Постепенно эмоции Эдвина сошли на нет, и он коротко описал события последних нескольких дней.

— Да уж, — прокомментировал рассказ Глен. — Попал ты, парень. Не простят тебе такого.

Некоторое время они просидели молча.

— Выпить хотите? У меня тут самогон есть, вчера крестьянин подарил, — решил сгладить неловкое молчание Эдвин.

— Выпьем, обязательно выпьем, — задумчиво сказал командир отряда. — Говоришь, ты выпускник, так?

— Да.

— Значит звание полноценного мага у тебя есть?

— Само собой, — удивился очевидному вопросу молодой маг.

— А кольцо имперского мага ты с собой не прихватил случайно? — спросил егерь и внимательно посмотрел на него.

— Да, где-то в мешке должно быть. Я же не девушка, чтобы украшения носить, — ответил Эдвин, однако все еще не понимал, к чему ведет егерь.

— Эх вы, молодежь. Чему вас только учат в этой академии. Неужели законодательную технику перестали преподавать? — при словах командира Рыжий одобрительно кивнул. — Кольцо магу зачем нужно?

— Подтверждение звания мага, — начал объяснять Эдвин. — Чтобы не показывать каждый раз заклинания, и каждая собака знала, кто ты.

— А еще им договор подтвердить можно, — продолжил егерь. — Знаю я, что теперь все к нотариусу и юристам ходят, но где ты в лесу найдешь их? А тут написал бумажку, приложил кольцо, и договор считается официальным.

— И-и-и-и? — Эдвин почувствовал, что здоровяк к чему-то его подводит.

— У нас во время преследования ранили мага, — как маленькому начал объяснять ему Глен. — Мы имеем право требовать от населения помощи, а по счастливой случайности население в лице тебя может заменить отрядного мага. Ты обладаешь нужным дипломом и квалификацией. Имперские законы суровы в наказаниях, но и щедры в вознаграждениях. Тебе уже положена награда за спасение одного члена отряда. А если с нами будешь участвовать в погоне, то за каждый день получишь денежную компенсацию в соответствии с умением и вкладом в общее дело. Премия полагается, если голову принесем.

— Почему голову? — зацепился за фразу Эдвин.

— Ну мы же не дураки — целиком преступника тянуть. Голову отрежем и доставим в лучшем виде.

— Ага, — сказал Эдвин и пошел за самогоном.

Вернулся он с бутылкой и тремя кружками.

— Много не наливай, нам завтра с рассветом выходить, — дал Эдвину распоряжение уже его временный командир. — И лист найди, будем договор делать.

Бумага нашлась в мешке с книгами, карандаш подал Рыжий, и они за десяток минут описали все обстоятельства заключения договора. Затем Эдвин, неловко натянув на палец кольцо мага, прислонил его к бумаге. Ничего не произошло.

— Что-то не так? — спросил он.

— Ну конечно, не так, — подтвердил командир. — Ты силу в кольцо пустил?

Эдвин покраснел и попробовал приложить кольцо еще раз, только на этот раз направил в него немного восстановившейся энергии. Кольцо вспыхнуло синим светом на долю секунды, на бумаге остался его отпечаток, а криво написанный карандашом текст ярко светился несколько секунд.

— Ну вот и все. Договор заключен, а текст уже и не сотрешь ничем. Можно и выпить, завтра отправимся. Эдвин, у тебя как с оружием и одеждой для леса?

— Нож, лук, топор из оружия. Одежда должна быть. Мешок спальный есть. Сухари и вяленое мясо есть…

— Этого достаточно, остальное у нас найдется, — прервал его перечисление егерь. — Теперь давай я расскажу, чья голова нам нужна. Мало ли, в нужный момент у тебя совесть проявится. После рассказа рука не дрогнет. Суэйн Адамс — жестокий убийца и грабитель. Был пойман около года назад и отправился на рудники. Как тебе может быть известно, на рудниках не живут слишком долго. Туда отправляют весь цвет преступников, чтобы они хорошо помучались перед смертью. Условия труда там адские, надсмотрщики не жалеют никого, и смерти среди каторжников никто даже не считает.

До этого Суэйн был легендой северной части империи. Он вырезал со своим отрядом несколько деревень, прежде чем его загнали в угол. Жестокий убийца не просто грабил, он получал удовольствие от мучений своих жертв. Даже опытные следователи зеленели во время исследования мест преступления. При его поимке практически весь его отряд уничтожили, а тех, кто был жив, отправили на рудники вместе с ним. Почему его не повесили и не зарубили на месте, я не знаю. Про него уже успели забыть, как он сбежал из места, откуда побег считался невозможным. При побеге он убил четверых надзирателей, из который двое были боевыми магами. По горячим следам за ним отправили погоню, он же начал прорываться на восток, к Пустоши. Каждый житель империи в курсе, что среди бывших земель эльфов любой преступник может найти укрытие от правосудия. Благодаря навыкам выживания в лесу и огромному опыту, он раз за разом уходил от преследователей. Власти восточных провинций отдали приказ всем отрядам егерей патрулировать леса, и в случае столкновения с Адамсом тотчас же отправить им сообщение через кристалл связи и продолжить преследование. Группа захвата выдвинется к отряду, ну и дальше все будет понятно. Или непонятно, если он опять окажется сильнее. Наш отряд нашел его следы вчера утром. Мы начали преследование, но Миа быстро поймала ногой ловушку. Вот и вся история.

— Я правильно понял, что он без оружия убил двух опытных вооруженных охранников и двух магов? После этого он через треть империи дошел до границы с Пустошью, постоянно отбиваясь от преследователей, а теперь опытный следопыт и воин вместе с магом, который был студентом еще три месяца назад, должны его догнать? — Эдвин показал на Рыжего и Глена. — Голову этого монстра мы должны принести?

— Да! — ответил Рыжий.

Эдвин повернулся к нему. Тот улыбался во весь рот.

Разбудили Эдвина незадолго до рассвета. Выспаться он не сумел, и хорошему настроению это не способствовало. Пока Рыжий неторопливо готовил еду, Глен успокаивал Мию. Она категорически была не согласна их отпускать в одиночестве. И хоть все аргументы Миа принимала, несмотря ни на что настаивала на участии в походе. Подействовали только угрозы исключить ее из отряда за невыполнение приказа. Видимо, Глен не кидал слова на ветер, и угроза не была шуткой.

— Да зачем он вам нужен? — решила оставить последнее слово за собой Миа. — Он ведь в лесу был от силы раз десять!

Глен не ответил на возмущенный крик своей племянницы, вместо споров он продолжил собираться.

— Позволь проверить рану и подлечить еще немного, — подошел с мирными целями Эдвин.

— Да пошел ты знаешь куда?! Засунь свое лечение… — крик взбешенной магички прервал звонкий подзатыльник от егеря. Она возмущенно обернулась, но наткнулась на злой взгляд дяди и не стала ничего делать.

— Действуй, — отдал командир приказ Эдвину.

В этот раз молодой маг чувствовал себя не так уверенно и во время всего лечения ощущал на себе взгляд Мии. Его это здорово нервировало, поэтому Эдвин убедился, что заражения нет, наскоро использовал лечебное заклинание несколько раз и забинтовал обратно.

— Повязки менять, мазь менять, вот эти травы заваривать как чай, — дал он указания ей. — Сегодня приедет плотник, если, конечно, крестьянин добрался и отправил его сюда. Он должен сделать нормальную дверь и кровать. В мешках можешь лазить, там найдешь одеяло, если понравится что-нибудь — пользуйся и не стесняйся. Единственное — не играйся с кристаллом связи на последнем этаже, это собственность академии, и он очень ценный.

Эдвин порылся в очередном мешке и нашел запасной нож.

— Держи, — протянул он ей его рукоятью вперед. — Можешь добавить его к оплате, чтобы он заготовил тебе дрова. Самостоятельно в лес не ходи, тебе нельзя нагружать ногу. Воды я тебе наберу несколько кастрюль, должно хватить.

Миа не нашлась, что ответить на такие четкие и подробные инструкции, молча взяла нож и опустила взгляд.

«Странно, еще недавно она была меня готова убить», — отметил про себя Эдвин.

Рыжий и Глен переглянулись и синхронно усмехнулись. Завтракали быстро и молча. Эдвин отметил, что Рыжий приготовил большую порцию. Миа не будет готовить еще минимум до завтрашнего вечера, даже если ест как взрослый мужчина. Следопыт, словно оправдывая свою профессиональную привычку быть незаметным, неприметно для самой девушки помог ей.

Собрались тоже быстро. Почти весь рюкзак Эдвину собирал егерь. Он разве что повесил себе на пояс нож, рассовал по карманам пустых склянок для крови (вдруг они встретят ценное животное?) и книгу «Разделка для новичков. Научитесь потрошить как профессионал за 15 минут». Егерь прочитал название и долго прятал улыбку, но мешать магу собираться не стал.

Когда они стояли возле двери и прощались с Мией, командир отряда протянул ему лук и неожиданно спросил:

— Эдвин, так когда-нибудь бывал на боевых операциях?

— Нет, откуда мне? — удивился Эдвин. — В дуэлях участвовал, так что крови не боюсь, если разговор об этом.

— Не об этом, да и дуэль это тебе не бой в лесу. Выстрелят в спину отравленной стрелой и все. Никакого кодекса не существует. Считай, что мы загоняем бешеное животное. Если видишь момент убить — убивай.

— Понял, — кивнул Эдвин. Не был он уверен, что сможет в спину убить человека, но пока не проверишь — не узнаешь.

— И запомни еще одно правило. Если я говорю замереть или не дышать — ты выполняешь в точности. Даже если приказ кажется тебе глупым или неправильным. Ослушаешься — я тебя сам убью, если мы выживем после этого.

— Понял, — уже увереннее ответил Эдвин. — Слушаться приказов — несложно.

— Много бы ты понимал…

Дождь закончился, но на улице было мокро и холодно. Эдвин проверил хорошо ли застегнул теплую куртку, поправил шапку и зашагал вслед за успевшими вырваться вперед егерями.

Вопреки его ожиданиям, они не бежали по следу и не спешили догнать преступника как можно скорее. Скорость была чуть быстрее обычного шага, что долго беспокоило Эдвина. Наконец он не выдержал и уточнил, почему они не торопятся.

— Мы идем достаточно быстро, — ответил командир. — У нас будет шесть часов на сон и всего пара привалов. Посмотрим, как через пару дней ты заговоришь о скорости.

— Пара дней? А сегодня мы его не догоним?

— Нет, сегодня не догоним. Он нас минимум на дневной переход опережает. Если вдруг не решит остановиться и ждать нас сутки на одном месте, то мы его увидим не слишком скоро.

— А с чего вы решили, что вообще догоните его?

— Рыжий местный и отличный следопыт. Он отлично срезает путь за счет знания местности.

На этом разговор закончился, и они продолжили путь. Через два часа пути Эдвин заметил, что куртка у него слишком теплая, и он начал активно потеть. И это ранним утром осенью. Еще через час он снял шапку и понес ее в руках. Осложнялось все тем, что дороги не было, они постоянно петляли между деревьями, а перепады высот попадались на каждом шагу. Он бы и запросил у командира небольшой отдых, но упрямство и гордость пока не давали этого сделать. Стыдно же, что девчонка наравне с ними ходила, а он пару часов прошел и устал.

За этими размышлениями они дошли до контрольной точки. Как объяснил командир, они с Рыжим так называют место, где остановились в поисках следов прошлым вечером. Отсюда они уже пойдут не так быстро — Рыжему следы надо будет найти, а ночной дождь многое испортил.

Эдвин так и не заметил, что темп ходьбы снизился. Возможно, Рыжий был отличным следопытом, а может Адамс оставлял много следов. Сам молодой маг не замечал никаких следов вообще. Преследование оказалось скучным. В приключенческих книгах (кто из молодых магов не читал таких романов?) все было быстрее — погоня, схватка, засады и ловушки, кровожадные медведи на каждом шагу. Реальность оказалась куда прозаичнее. Эдвин шел полдня, и у него болели ноги, ему было жарко, и он активно потел, а вместо кровожадных медведей его докучали не менее кровожадные комары. К обеду он был зол на весь мир, и только привал облегчил его участь. Никаких костров не было, они посидели двадцать минут, давая отдых ногам, пожевали вяленое мясо с сухарями и продолжили путь.

Единственное происшествие, если его можно назвать таковым, случилось через некоторое время после обеденного привала. Эдвин шел следом за командиром, но мысли его были далеко от этого леса. Он вспоминал веселые времена в академии, мечтал о светлом будущем после этого распределения. Если же отвлекался от своих грез, то составлял список необходимых предметов. Эдвин рассчитывал, что они вернутся в башню раньше торговца Генри, и он сумеет передать ему список необходимых покупок, которые тот привезет ему со следующим караваном. Из-за таких невероятно важных занятий он и не заметил, как Глен остановился и поднял согнутую в локте руку — универсальный знак остановки. Затормозил Эдвин носом о спину, что несколько разозлило командира.

Рыжий исчез из поля видимости, они же с егерем стояли без движения еще несколько минут. Следопыт наконец вынырнул из кустов (Эдвин отметил, что тот не произвел ни единого звука, сам же маг наверняка ломился сквозь кусты, как беременная лосиха, а в результате еще бы и застрял), отрицательно покачал головой и показал два пальца.

— Ожидаемо, — ответил ему командир и повернулся к Эдвину. — Хорошая новость, мы сокращаем отрыв от Адамса.

— А как определили?

— Впереди его место стоянки. По интервалам и определили. Кроме того, он потратил время и вырыл нам две ловушки. Хочешь глянуть?

Эдвин хотел, и они пошли рассматривать инженерный гений преступника. Ловушки молодого мага расстроили — волчьи ямы, только маленькие и неглубокие. Глубиной сантиметров пятнадцать, и стороны ее хорошо, если сорок сантиметров наберут. На глубине и в стенках торчат острые деревянные колышки разной толщины. Егерь же быстро развеял его недоверчивость:

— У ловушки главное не убить, а задержать врага. Пока ты будешь выковыривать колья из ноги, чистить рану и хромать к ближайшему лекарю, он уйдет в Пустоши и победит. К тому же, любое ранение в лесу невероятно опасно. Особенно в таком — диком и заселенном неизвестно кем.

Эдвин согласился с доводами егеря и принялся смотреть, как следопыт чуть ли не в прямом смысле роет землю носом. Рыжий наклонялся, нюхал каждую кочку, осматривал пространство под каждым деревом и наконец поднял руку, привлекая внимание Эдвина с Гленом.

— Тут, да?

Рыжий кивнул в ответ и показал пальцем на землю возле дерева.

— И что там? — спросил Эдвин. На его взгляд земля возле соседнего дерева выглядела точно так же. Да и возле остальных деревьев тоже.

— Тут он спал, — ответил ему егерь. — Ты не разбираешься в запахах, но они остаются надолго в местах стоянки. Учитывая специфический запах трав на месте его сна, я могу предположить, что наш друг ранен. Или обычный наркоман, увлекающийся обезболиванием. Эффекта выносливости эти травы не дают.

— Так что, вызываем группу?

— Вызвали еще вчера. Сейчас же мы подадим им еще один сигнал, чтобы они зафиксировали направление и не тратили время на поиск следов. Может так выйти, что через пару дней они нас догонят и перегонят.

— И что тогда?

— Как прикажут. Могут с собой взять, но про такое я ни разу не слышал. Скорее всего, обратно топать придется, только уже неторопливо.

— Ну и работенка…

— Это тебе не в башне сидеть, нас ноги кормят, — нахмурился командир отряда. — Рыжий, что там?

Следопыт подошел и отрицательно покачал головой.

— Тогда пойдем дальше, только кристалл активирую.

Глен достал из-за пазухи несколько малых кристаллов связи, выбрал один из них и кинул на землю.

— Эдвин, влей него побольше силы и продолжаем путь.

Большие кристаллы связи, как у Эдвина в башне, могли передавать сообщения, но стоили очень дорого. Малые же кристаллы повсеместно использовались как разведчиками, так и торговцами. Они не передавали сообщения, но у каждого был свой сигнал. Сейчас Глен оставил тот, что означал контрольную точку для группы захвата. Если они наткнутся на врага, то он активирует другой. Их может активировать любой человек, просто раздавив, но если влить ману, то кристалл не развалится.

До вечера отряд не нашел ни одного значимого следа, но Рыжий уверенно вел их сквозь лес, иногда меняя направление. Эдвин окончательно запутался, в какой они части леса, где какая сторона света и как выбраться обратно самостоятельно. С наступлением полной темноты они остановились на ночлег. Рыжий развел небольшой костер в ямке, который почти не давал ни света, ни тепла.

— Если продолжим идти, то можем потерять след, — пояснил егерь остановку. — Выступаем, как только начнет светать. Караульный из тебя никакой, так что просто ложись спать, мы с Рыжим по очереди в охране постоим.

Эдвин даже не стал спорить. Во-первых, они действительно правы, и он не умеет стоять в карауле. Во-вторых, он так устал от ходьбы за сегодняшний день, что заснул, едва устроился на спальном мешке. Стоит ли говорить, что он не выспался и проснулся перед рассветом в еще более испорченном настроении, чем за день до этого.

— Соберись, — ответил невероятно бодрый егерь. — Нам еще целый день топать.

— Когда я стану первым императором-магом в нашей империи, издам указ, который запрещает радоваться бодрым людям по утрам.

— Если станешь, то про старика не забудь и замолви словечко, — подыграл ему Глен.

— Стану-стану и дороги нормальные в этом лесу построю.

— Так дороги в этих лесах есть. Эльфийские еще, — глядя на его лицо, егерь уточнил. — Неужели не слышал?

— Нам преподавали историю, и я помню все прочитанное про Пустошь, — Эдвин начал перечислять, загибая пальцы. — Руины городов есть, ловушки есть, артефакты встречаются, агрессивные животные есть, преступники тоже есть. Даже нежить, которая питается преступниками, есть. А вот про что я никогда не слышал, так это про дороги.

— Ну что же, собирайся в дорогу, и пока отставание от Адамса еще велико, можем поговорить про эльфийские леса. Ходил я по молодости туда охотником за артефактами. С Рыжим так и познакомился. Потом вместе на имперскую службу и ушли.

— Вы ходили за артефактами? Правда? — вопросил Эдвин, у которого загорелись глаза. — А что нашли?

— Неприятностей на свою шею я нашел в первую очередь, — ответил ему егерь. — Продолжим истории позже.

Эдвин начал торопливо собираться, он очень хотел услышать историю реального охотника за сокровищами. Возможно, Глен видел не только артефакты, но и нежить. А может даже и зарубил пару сотен. Молодой маг пытался вспомнить все, что он слышал про охотников. Если есть живой пример, то надо узнать все, что только возможно.

Сразу вернуться к разговору с Гленом не вышло. Командир отряда приказал ему держаться позади, а сам вместе с Рыжим ушел вперед. Иногда они мелькали среди деревьев, и Эдвин всерьез начинал считать, что только ради того, чтобы он не потерялся. В какой момент рядом с ним материализовался егерь и испугал его, он не понял.

— Ну ты совсем невнимательный, — сказал ему командир отряда, похлопав по плечу. — Я же даже специально пошумел, чтобы ты заметил, что я сзади подкрадываюсь.

— В лесу постоянно что-то шумит, — недовольно ответил Эдвин. — Не умею я определять и разделять звуки.

— Это дело привычки, — добродушно ответил Глен. — Если много времени проводишь в лесу, то волей-неволей начнешь его понимать. Я примерно в твоем возрасте и сбежал сокровища эльфов в первый раз искать.

— Нашел?

— Конечно, нет, — улыбнулся командир. — Мой отец, еще крепкий на тот момент мужик, догнал меня в дневном переходе от границы. Думал, что он меня убьет, но получилось совсем иначе. Мы вместе продолжили путь, он показал пару невиданных мною существ, а одного даже добыл. Очень крупный паук, он мне еще неделю снился потом.

— Знаю таких, мне они тоже интересны, — вставил Эдвин.

— Да, он говорил, что маги покупают. Вернулись мы домой, продали органы паука, и после этого он всыпал мне за побег по полной. Но понимал, что не удержит меня силой и отправил к своему другу. Тот после ранения ушел из армии и за помощь по хозяйству и небольшую плату согласился меня тренировать. Много раз по первой спасали его уроки мою жизнь.

— А за артефактами когда пошли?

— Через год выбрался во второй раз, уже имея согласие отца на поход. Зашел на пять дневных переходов вглубь. Артефактов не нашел, но ценные травы собрал. Вернулся не сказать, чтобы богачом, но заработок приятный. Первый успех вскружил голову — я ведь не встретил ни единой опасности, а заработал прилично. Не успев до конца отдохнуть, я вновь отправился в леса. На этот раз я хотел зайти еще глубже и, возможно, даже поискать в руинах городов.

— Но встретили опасных существ?

— Да, в семи переходах от границы встретил почти самых опасных существ в этих местах. Опасней их только вампиры, некроманты и разумная нежить. Хотя по поводу вампиров и разумной нежити у меня еще есть вопросы.

— Это люди, да? — Эдвин не считал себя глупым парнем.

— Да, наткнулся на таких же искателей приключений, только их было трое.

— И зачем они на вас напали?

— Забыл спросить как-то, — улыбнулся воспоминаниям Глен. — Разделал их как новичков, но получил пару небольших ран. Тогда я еще не знал, что с собой всегда надо брать специальную мазь. Никаких учебников и книг не было, все определялось опытным путем. Я же понял, как вся живность любит запах крови. Выяснял я это, пока бежал к границе изо всех сил. С тех пор мазь всегда со мной. Кровь остановит, рану заклеит и запах уберет. По такому следу ни одно животное не пройдет.

Егерь ушел в воспоминания и замолчал, Эдвин тоже ненадолго задумался. Само собой получилось, что разговор прервался, но Эдвин пообещал себе составить список вопросов про эльфийские леса и получить на них ответы на обеденном привале.

До обеденного привала к разговору с Гленом маг так и не вернулся. Рыжий все больше беспокоился, и даже Эдвин почувствовал некоторую нервозность. На место ночевки Адамса они наткнулись незадолго до полудня, следопыт привычно все обыскал, а егерь пометил контрольную точку кристаллом связи. Расстояние до преследуемого сокращалось с каждым днем.

На обеденном привале, который составлял не более десяти минут, он задал командиру отряда несколько вопросов о волнении Рыжего.

— Адамс забирает в сторону. Случайно или нет, но он идет к границе по кратчайшему пути. Там же начинается ближайшая к нам эльфийская дорога.

— И сколько до границы?

— Если будем двигаться напрямую, то уже к вечеру ее пересечем, а завтра будем на дороге. Группе захвата еще два дня нас догонять. Если бы не смена маршрута, то еще на имперской территории бы задержали, также будет сложнее.

Эдвин решил воспользоваться случаем и задал один из беспокоивших его вопросов:

— А что за эльфийские дороги?

— Дороги на их территории. Армиям империи было удобно передвигаться именно по дорогам. Эльфы этим пользовались и оставляли там множество ловушек. Часть сработала, часть нет. Некоторые до сих пор ждут своего часа. За столько веков воздействия магического фона на них они могли как исчезнуть, так и сильно измениться. Дорога увеличивает твою скорость передвижения, но не гарантирует твоей безопасности. Я подозреваю, что разумная нежить и разного рода некроманты время от времени ставят новые ловушки.

— Без постоянной подпитки ловушка просуществует ровно столько времени, пока хватает маны, вложенной создателем изначально, — процитировал Эдвин академический курс. — Следовательно, ловушки давно должны были исчезнуть.

— Замечательно, — неизвестно чему обрадовался егерь. — Пригласи в гости автора этого учебника. Повожу его по лесам, покажу жертвы этих «исчезнувших» ловушек. Одна из них у меня на глазах сжала человека в шарик размером с кулак. Он просто не туда наступил.

«Да не может быть такого», — подумал Эдвин, но благоразумно не стал спорить.

Глен наверняка ошибся, и это была не ловушка эльфов, а что-то новое. Отряды других искателей баловались, или еще что.

Чем дальше они шли, тем сильнее начинал волноваться Рыжий, он даже коротко переговорил с командиром отряда. О чем шла речь, Эдвин не услышал, но если следопыт решил разговаривать, то дела их плохи. Спрашивать в очередной раз он не решился, и так в воздухе витало напряжение. До самого вечера они не проронили ни слова.

Место для стоянки выбирали долго: как пояснил егерь, сейчас вероятность нападения крайне высока. Именно граница леса империи и измененного леса очень опасна. Всякие гигантские пауки и вампиры тоже хотят кушать, а больше всего еды возится именно в обычном лесу. Вот на границу империи с бывшим государством эльфов и стягиваются голодные хищники — разумные и не очень.

Остановились на небольшом пятачке, свободном от деревьев. Настолько небольшом, что и полянкой его назвать нельзя.

— Надо поставить сигналки и ловушки на подходах к месту стоянки. У тебя в арсенале есть что-нибудь из этого?

Эдвин перебрал свой небогатый набор заклинаний. Пара атакующих, одно лечебное и несколько бытовых. Ничто из этого не подходило на роль сигналки, но кто не пытался подставить и подшутить над другими студентами?

— Есть одна штука. Это и не заклинание вовсе. Когда концентрация маны в одном предмете высока, при касании он как будто бьет маленькой молнией. Она не убивает и не калечит, но это очень неожиданно и неприятно. Могу две таких сделать, на большее резерва не хватит, — на всякий случай Эдвин озвучил и другие доступные ему заклинания.

— Дела-а-а… В академии столько лет учат, чтобы у мага пара заклинаний была? В мое время молодые маги были куда умелей.

— В академии не только заклинаниям учат, — попытался защитить честь академии Эдвин. А те, которыми владею, я довел до совершенства.

Егерь пробормотал что-то вроде: «Да-да, конечно» и замолчал. Эдвин задумался о своем невеликом арсенале. Учебники у него в башне есть, значит и новые заклинания он там найдет. Делать в башне кроме тренировок нечего, следовательно, в следующий раз он пойдет в отряде более подготовленным. Затем он задумался, почему с такой уверенностью размышляет о следующем походе. С удивлением понял, что несмотря на постоянную боль в мышцах и натирающий рюкзак, ему нравится бродить по лесу с нелюдимым следопытом и время от времени что-то рассказывающим егерем.

Пока Глен думал, как придумку студентов можно использовать, к Эдвину подошел следопыт и протянул кусок ткани и длинную тонкую палку.

— Ты хочешь эти предметы использовать?

Рыжий кивнул, а командир отряда подтвердил его просьбу:

— Делай, Эдвин, пусть использует как хочет. Маловероятно, что сработает, но в нашем деле даже мелкие шансы важны.

— Надо делать это на месте и после не прикасаться к ним. До утра вряд ли будет эффект, но пять часов я гарантирую.

Рыжий отвел его в сторону от лагеря и положил ткань под мох между двумя деревьями, ближе к одному из них. В центре этого прохода он кинул пару сухих веток, а длинную ветку, что принес с собой, точно также закопал под мхом уже около другого дерева.

«Выглядит как самодельная сигнальная ловушка, — восхитился простотой исполнения про себя Эдвин. — Наступит на ткань — получит неприятный разряд. Захочет обойти ветки посередине — наступит на хрустящую палку с другой стороны и опять же получит разряд».

Слив по половине внутреннего резерва в каждый из предметов, Эдвин ощутил неприятное для каждого мага чувство истощения. Мана уже начала восстанавливаться, но некоторое время он крайне ограничен в использовании боевых заклинаний. Одна надежда, что на них в ближайшие часы не нападут.

В лагере егерь развел привычный костер в яме и укладывался спать.

— Первым дежурит Рыжий, потом я. Ты ложись поближе к костру и не беспокойся, — после этих слов командир лег спать, и уже через минуту Эдвин услышал дыхание спящего человека.

— Да как тут заснуть после всех историй о ловушках и животных? — поделился он мыслями с пустым лагерем и полез в спальник.

Вопреки своим собственным ожиданиям, никакое волнение не помешало ему заснуть. Простой рецепт крепкого сна — с утра до вечера ходить по лесу, чтобы ноги от усталости отваливались. Никакие нервы и переживания не справятся с такой усталостью.

На лагерь опустилась ночь, и только костер, в который следопыт время от времени подкидывал небольшие ветки, освещал и грел спящих людей. Ночью лес переходит во власть ночных птиц и хищников, выходящих на охоту. После заката он наполнялся звуками, которые могли испугать неподготовленного человека. Вдалеке ухала сова, чуть ближе раздалось хлопанье крыльями другого хищника.

Рыжий сидел сразу за границей освещенного участка лагеря. Его глаза были закрыты, но в руках он крепко держал лук со стрелой на тетиве. Можно обладать идеальным человеческим зрением, но оно не поможет в ночном лесу, особенно в такую безлунную ночь. Все, на что остается надеяться слабому и неприспособленному к ночной охоте организму человека, так это на свой слух и ошибку подкрадывающегося ночного охотника.

Лес изменился буквально за секунду. Звуки исчезли разом, словно магией выключили звук. Рыжий открыл глаза и немного изменил позу. Он уже встречался с таким явлением. Когда на территории леса появляется опасный хищник, который представляет угрозу для всех живых существ, инстинкт выживания вынуждает забиться в нору волка и медведей. Чего уж говорить о более мелких представителях животного мира. Следопыт поднял ветку и не целясь кинул ее в сторону спальника командира отряда. Он не проверял, но спиной чувствовал, как тот проснулся, и беззвучно приблизился к нему.

Эдвин проснулся от громкого визга. Еще не разобравшись, что происходит, он начал выбираться из спальника с готовой к бою водяной плетью в руке. Когда он увидел, что происходит, сонливость пропала, словно ее и не было. Рыжий с луком стоял за правым плечом командира отряда и посылал в темноту одну стрелу за другой. Егерь с большим топором в руке выступал как щит для стрелка и напряженно вглядывался в лес.

Маг бегом преодолел расстояние до следопыта и встал рядом.

— Бей по ногам, шкуру не пробьешь, — голос Рыжего был хриплым и напряженным.

— Кого бить? — напрягся молодой маг, но ответа не дождался.

В лесу послышался шум и треск, и в освещенный круг вышел кабан. Это существо было бы кабаном, если бы не его высота в полтора метра в холке и длинные крупные верхние клыки в открытой пасти. Мощные лапы заканчивались копытами, а шкура даже на вид выглядела твердой. Эдвин сомневался, что заклинание плети пробьет ее. Надежда на лук и копье отряда.

— Энтелодонт, — опознал животное егерь. — Повезло, что небольшой.

Ситуация не располагала к разговорам, но огромная свинья стояла в пяти метрах от их импровизированного строя и не двигалась, внимательно рассматривая людей. Эдвин порылся в памяти и вспомнил:

— Они же вроде вымерли, — и добавил. — Еще до появления людей.

— Вымерли, — согласился с ним Глен. — Как раз до появления людей и вымерли.

— Но он же стоит перед нами! — Эдвин решительно ничего не понимал.

Настроение у командира было отменным:

— Ага, стоит перед нами, красавец. Раз нападать не хочет, то одновременно через секунду после того, как я закончу говорить, бьете его по ногам.

Эдвин приготовился и одновременно с выстрелом Рыжего метнул плеть. Худшие предположения сбылись, и ногу он не перерубил. У следопыта получилось лучше, и его стрела пробила переднюю правую лапу наполовину своей длины, выйдя с другой стороны.

Энтелодонт завизжал от боли и рванул на строй людей. Стрела в лапе сломалась, но не похоже, чтобы это его сильно беспокоило.

— В стороны! — крикнул Глен, но сам сделал шаг вперед и ткнул копьем в морду набегающего животного, попытавшись отпрыгнуть в сторону. Однако энтелодонт мотнул огромной головой и зацепил его, придав падению ускорение.

Следопыт с магом кинулись в разные стороны, продолжая обстреливать ноги животного. Эдвин временами промахивался и попадал в тело, у Рыжего навыка было больше, и почти все его стрелы сидели в передней правой лапе.

Энтелодонт пронесся мимо них и принялся разворачиваться для нового разбега. Глен к этому моменту поднялся и, прохромав к магу и следопыту, занял позицию перед ними с копьем в руке.

— Готовьтесь, — приказал он.

Животное начинало свой разбег.

Эдвин сменил заклинание и повесил на себя универсальный щит, про который забыл в первый раз. К сожалению, защитное заклинание у него было индивидуальным, и на соратниках он его использовать не мог. От плети никакого видимого эффекта не было, а ножи летят быстрее и могут помочь. Он начал метать заклинания в голову набегающего энтелодонта со всей возможной скоростью. Одно из них попало удачно и порвало ноздрю. Животному стало больно, и оно сбилось с намеченной траектории бега, сместившись левее. Эдвин осознал, что стал его целью, но метать заклинания не прекратил.

Позже ему объяснили, как лучше охотиться и противостоять таким тварям, но тогда, ночью в лесу, он смотрел в маленькие глаза огромной плотоядной свиньи и не мог сдвинуться с места. За полтора метра до мага нога подломилась, и туша кабана врезалась в мага, словно таран. Щит немного погасил удар, но после короткого и яркого полета маг врезался спиной в дерево и потерял сознание.

Прийти в себя можно разными способами, но вылитая на голову холодная вода к приятным не относится. Эдвин же был рад и этому, ведь если его будит человек, а не ест хищник, то они победили.

— Хватит, я в норме, — попытался отмахнуться он от разбудившего его человека.

Голова и спина были одним большим пульсирующим очагом боли. Глаза не открывались, и он осторожно их ощупал.

— Кровь засохла, нужна вода, — подсказал ему голос командира отряда.

Эдвин вслепую создал небольшой поток воды над головой и позволил ему пролиться на голову, одновременно протирая область глаз. Через несколько минут с земли поднялся злой маг, с окровавленной головой. Но зрячий и живой, что радовало как его, так и членов отряда.

— Где эта вонючая свинья? — разбитая голова и близость к смерти разозлили молодого мага.

— Вон лежит, герой, — улыбнулся командир отряда и махнул рукой в сторону. — После его падения и твоего полета с места битвы мы с Рыжим быстро добили его. Уж что-что, а попасть лежачей свинье в глаз что я копьем, что наш следопыт стрелой сможем. Дальше дело техники. Повезло, что он еще подсвинок, не успел вырасти.

— А если его родители рядом? — застыл на месте Эдвин. — Мы с ребенком еле справились, родители какого размера тогда?

— Выше меня в холке, — ответил Глен, самый высокий член их отряда и прислушался к вою волков в глубине леса. — Но не беспокойся, нет их рядом, лес бы сказал об этом.

— Ну если лес сказал, то тогда да, я спокоен.

Плохое настроение и сарказм идут бок о бок во все времена.

— Не ерничай, я знаю, что говорю, — спокойно сказал егерь. — Садись ближе к костру, я займусь твоей раной. Часть одежды в крови придется выкинуть, если живым хочешь остаться в лесу эльфов.

Эдвин кинул еще один взгляд на гигантское животное. Огромная голова занимала треть всего тела, и в его пасти поместилось бы сразу две человеческих головы и гарнир к ним. И это у молодой особи. Со взрослой он встречаться категорически не хотел.

Возле костра он наполнил водой кастрюлю, снял одежду и принялся терпеть осмотр, а затем и лечение от егеря. Рана на голове оказалась небольшой, но, как и любая рана в таком месте, обильно кровоточила. Ее промыли, зашили, а сверху наложили густой слой вонючей мази. Все это замотали тряпкой, и молодой маг стал напоминать раненного оборванца. Оборванца, потому что часть одежды сильно испачкалась в крови и ему выделили замену. Благо не на бал собираются — тепло и сухо, а остальное не важно.

Следопыт достал кастрюлю и начал пристраивать ее на огне. На недоуменный взгляд Эдвина, они ведь раньше так не делали, он показал в сторону мертвого энтелодонта.

— До утра нас никто не побеспокоит, можешь по этому поводу не переживать. Один его запах отпугивает от нашего лагеря на многие сотни метров вокруг любую живность.

— Глен, я не понимаю. Они же давно вымерли, откуда здесь эти животные? В академии целое исследование есть на тему исчезнувших видов.

— Если есть исследование, то, конечно, господа маги правы, — согласился егерь. — Раз маги говорят, что вымерли, значит вымерли. Если говорят, что ловушек эльфов нет, значит ловушек эльфов нет. Как же не верить магам? У них же об-ра-зо-ва-ни-е!

Эдвин решил больше не допытывать егеря. Захочет — сам расскажет, пока же можно было услышать лишь одни издевательства и шутки.

— Ты хромал, давай подлечу, — решил он сменить тему.

— Ничего серьезного, к утру само пройдет.

Егерю было приятно, что маг предложил лечение первым, не дожидаясь его просьбы.

Эдвин все равно незаметно (или он считал, что незаметно) отправил по очереди в каждую ногу по паре лечебных заклинаний и успокоился. Егерь же умело прятал улыбку.

— Что дальше делать будем? — больше для проформы уточнил маг, поглядывая на спальник.

— До утра нас никто не тронет, мы с Рыжим идем спать. Тебе же предстоит тяжелый труд. Лови! — егерь кинул в мага книгой.

Эдвин, само собой, ее не словил, и она пролетела мимо него в кусты. Когда он вернулся с ней в руках к костру, оба товарища уже спали. В свете огня он посмотрел на обложку: «Разделка для новичков. Научитесь потрошить как профессионал за 15 минут». Эдвин раскрыл книгу:

— Ну что же, это будет интересно.

— Я, конечно, предполагал, что ты извращенец, но не мог представить насколько! — егерь удивленно рассматривал труп напавшего ночью животного.

— Да я просто…

— Рыжий! Глянь, что этот изверг натворил, — позвал егерь следопыта.

Рыжий подошел, посмотрел на свинью, перевел взгляд на смущенного мага и вновь глянул на животное. Удивленно присвистнул, развернулся и ушел готовить еду.

— За что же ты с бедной свинкой так?! — продолжал сокрушаться егерь.

— Но я по учебнику! — Эдвин подбежал к книге, но остановился, когда увидел, что руки у него по плечи измазаны в крови и в чем-то другом. Он предпочитал считать, что только в крови.

— И одежду испортил, — Глен принюхался. — Это чем так воняет?

— Мной, — признался молодой маг. — В книге сказано разрезать от груди до паха, чтобы достать внутренности. Вот я и разрезал.

— И? — начал ухмыляться командир отряда. Было видно, что даже Рыжий возле костра активно греет уши.

— Мочевой пузырь я разрезал, — горько признал Эдвин. — Кто ж знал, что резать неглубоко надо.

— Любой охотник знает, дети в деревнях знают… — начал перечислять егерь.

Эдвин развернулся и гордо пошел к костру.

— Одежду спали, — донеслось ему вслед. — Рыжий, выдай ему что-нибудь и смотри, чтобы он не испачкался опять.

Одежду ему дали спалить только после завтрака. Мотивировали это тем, что вонь будет стоять такая, что хоть вешайся. После сожжения одежды отряд выдвинулся, и было невооруженным взглядом заметно, что у следопыта с егерем хорошее настроение. Отшутившись несколько раз по поводу живодерства Эдвина, егерь все же пояснил:

— Сегодня, крайний срок завтра, нас догонит отряд захвата. А если мы не будем сильно торопиться, а мы не будем, то завтра вместе с отрядом и преступника нагоним. Всем хорошо — мы свою работу сделали, а они в схватке поучаствовали. Поэтому преследование продолжаем, но не слишком быстро. Если пойдем со вчерашней скоростью, то догоним его уже к вечеру, а это нежелательно.

Пустоши (Эдвин каждый раз кривился, называя густые леса так) не впечатлили. Если бы его не предупредили, что они пересекли границу, то он не смог бы отличить эльфийский лес от имперского. Егерь на такое замечание улыбнулся и спросил, чего тот ожидал: темный лес в паутине, в котором никогда не видно солнца, а злобные упыри поджидают путника за каждым кустом? Эдвин смутился, но признался, что примерно это и ожидал увидеть.

На этот раз обеденный привал сделали раньше. Уселись поудобнее и не торопясь начали поглощать свои запасы.

— Надо было мясо свиньи прихватить, — мечтательно заметил Эдвин, грызя сухарь.

— Ты все мясо искромсал, а после залил содержимым кишечника и мочевого пузыря, — резонно заметил егерь. — Кроме того, дам тебе один совет: никогда не ешь мясо хищников или всеядных животных, если тебе жизнь и здоровье дороги. В крайнем случае можешь съесть их печень, но мясо трогай только в обстоятельствах, грозящих тебе голодной смертью.

— Зачем тогда крестьянин забрал мясо волков? — Эдвин решил позже узнать о запретах на мясо.

— Для охоты, само собой! К ним регулярно приезжает торговец, который выкупает шкуры и прочие части животных. Лес эльфов под боком, с мясом волка можно ловушку и на кого-нибудь более ценного и опасного сделать. Торговец с радостью возьмет подготовленные органы, железы и далее по списку.

— Я с ним к башне добирался, — поделился молодой маг. — Он сказал, что выкупает у них урожай, а взамен привозит лекарства и инструменты.

— Это тоже, только цена урожая копейки, и на нем не заработаешь. В такую даль даже налоги не каждый год ездят собирать, а ты про урожай говоришь.

— Я и не знал, — сокрушенно ответил молодой маг.

— С чего бы тебе знать, ни один торговец сразу об этом всем подряд не расскажет, тем более если это источник его дохода. Не сказать, что скупка запрещена законом, но не одобряется. Пока до столицы довезет, в несколько раз ингредиенты дорожают.

После обеденного привала они позволили себе немного посидеть и отдохнуть, чего до этого не было. В то время как Рыжий внимательно слушал лес, егерь достал очередной кристалл и пометил контрольную точку. Эдвин же воспользовался случаем, и начал внимательно и вдумчиво читать учебник по разделке.

— Ты эту книгу лучше не читай, — отметил Глен. — Или в городе найди мясника, чтобы он тебя научил, или к Рыжему обратись — на обратном пути покажет, как надо, если найдем зверя. В разделке опыт нужен и никак иначе.

После обеда отряд неторопливо собрался в путь, а Эдвин стал размышлять о своем развитии. Новые заклинания необходимы. Как защитные — бешеная свинья играючи пробила его щит, так и атакующие — он не тешил себя иллюзиями по поводу своей боевой мощи. Талант к магии воды позволяет создавать заклинания, связанные со льдом, которые имеют гораздо бо́льшую пробивную способность по сравнению с водой. Еще неплохо бы научиться стрелять из лука, ловить рыбу, построить забор и многое другое. Как пояснил ему егерь:

— До зимы несколько месяцев, а у тебя нет запаса еды. Зимой ты не найдешь дичь и не словишь рыбу, — он немного подумал. — Точнее, рыбу словишь, но не факт, что на рыбе проживешь. Тебе надо закупить провизии у крестьян, благо только урожай хороший собрали. Набить мясо самостоятельно и прокоптить его хорошенько. И, конечно, башню оградить, придут ведь голодные дикие звери к тебе в гости.

— Подъемных нет, но я держусь, — ответил ему Эдвин. — Может, к зиме и получу их.

— Зимой никто копать землю не станет, — отрезал егерь. — А если станут, то тебе этот забор обойдется в состояние. Крестьяне своего не упустят.

Разговор прервал прибежавший следопыт. Эдвин привык, что Рыжий то пропадает, то вновь появляется, и уже давно перестал обращать на это внимание. В этот же раз он подбежал прямо к командиру отряда и повел его в сторону. Эдвин не стал стоять на месте и последовал за ними.

От основного маршрута они отклонились ненадолго, уже спустя несколько минут их путь завершился в овраге возле обглоданной человеческой кисти. Выглядело отвратительно, но страшнее всего был запах. К счастью, Эдвин смог сдержать свои рвотные позывы.

— Ага, — глубокомысленно произнес егерь. — У нас ослабленный калека. Тем лучше для нас.

— А с чего вы взяли, что он вообще жив? — решил спросить молодой маг.

Рыжий поманил его пальцем, и Эдвин с Гленом последовали за ним. Еще тридцать метров в сторону, и они увидел трупы нескольких волков, которые кто-то уже успел подъесть.

— Значит на него напали, но он отбился. Кисть потерял, но сам ушел, — командир отряда продолжил перечислять факты. — Мы знаем, что он был уже ранен, теперь ему еще хуже. Мазь из трав у него есть, стало быть от потери крови не умрет. Сегодня или завтра тоже. Без серьезной помощи его добьет воспаление или съедят звери. Можно вас поздравить, наши приключения скоро закончатся. Давайте вернемся обратно.

Эдвина беспокоил вид волков:

— Погодите, как он их убил?

— После того, как их почти полностью съели, я тебе не скажу, — ответил ему егерь. — Что-то подозреваешь?

— Ваш преступник не маг случайно? — высказал свои предположения Эдвин.

— С чего ты взял?

— На лапе у одного из них длинный след. Я похожий оставил, когда плетью в волка кинул.

Они еще немного постояли, размышляя над словами мага и повернули назад. Вернулись в овраг, где егерь достал очередной кристалл, и пояснил:

— Группе захвата будет определенно интересно это место.

Через час после находки они вышли к началу эльфийской дороги. Пора листопада еще не началась, но многочисленные деревья по бокам невероятно широкой (на взгляд Эдвина, больше десяти метров) каменной полосы делали свое дело. Наверняка во времена эльфийского государства по сторонам дороги не было ни деревца, а сама она сияла чистотой. Даже сейчас, Эдвин, который вырос в столице империи, с восхищением рассматривал результат труда эльфийских инженеров, который даже спустя века после смерти последнего эльфа демонстрировал их талант.

— Вот это да… — только и смог выдавить из себя маг.

— Да, выглядит мощно, — согласился с ним командир отряда. — Не стоит забывать, что этот путь не только красив и удобен, но и невероятно опасен.

Тем не менее он первым шагнул на дорогу и начал вместе с Рыжим рассматривать следы.

— Идет ровно по центру дороги. Ступаем так же.

— Может, параллельно дороге пойдем, если тут так опасно? — подал идею Эдвин.

— Там еще опасней, как раз для таких умников, — отрезал командир отряда. — На дороге есть шанс разглядеть ловушку, если опыта хватит. У меня с Рыжим опыт есть и его должно хватить.

Молодой маг успел уже забыть, какое это удовольствие — идти по ровной и твердой поверхности без помех под ногами. Он словно летел, и егерю пришлось несколько раз одернуть его, чтобы он не бежал впереди следопыта. Именно Рыжий и заметил первую ловушку. Отряд остановился, а Эдвин рассмотрел прямоугольную часть дороги без единого листика или ветки.

— В такую попадают только новички и любители побегать ночью, — прокомментировал Глен находку. — Адамс ее обошел.

— Что делает эта ловушка?

— Пока не попадешь, не узнаешь. Общие черты у ловушек есть, но действуют они самым непредсказуемым образом. Может разорвать на куски или поджечь, а может телепортировать в небо, — он остановился и обернулся. — Где уже эта группа захвата?

Эльфийская дорога не была прямой как стрела, но ее изгибы были относительно плавными. Эдвин выделил время и немного очистил один из участков. Нашел стык плит, но у него все равно не укладывалось в голове, как такое можно было построить. Интерес молодого мага к дороге не остался незамеченным:

— В эльфийские города тебе лучше не заходить. Пока будешь слюни на здания пускать, тебя живьем съедят, а ты и не заметишь.

— В эльфийские руины, вы хотели сказать?

— Да-да, руины, — усмехнулся егерь. — Маги же написали научную работу и доказали, что кроме руин ничего не осталось?

Эдвин угрюмо промолчал. Шутки про магов, которые все знают, но всегда ошибаются, ему начинали надоедать. Отряд неторопливо брел по дороге, несколько раз устроив привал прямо на ней. Вступать в бой с опасным преступником не хотел никто, но и откровенно саботировать преследование тоже было нельзя.

Все продолжалось великолепно до самого вечера. Они шли, Глен рассказывал магу про животных эльфийского леса, их повадки и вероятное происхождение. Почти во всех случаях виновником был магический фон или эльфы с экспериментами. Результаты экспериментов разбежались, те что могли плодиться — расплодились, и люди теперь пожинали плоды.

Ближе к закату они увидели вдали костер, прямо по центру дороги. Видимость была отличная, поэтому лежащего возле костра человека они тоже видели. В лесах есть и одиночные охотники, и отряды, но возле конкретно этого костра мог находиться только один человек.

— Вот же! — сплюнул в сторону егерь. — Надо было раньше останавливаться.

— Что делать будем?

— Теперь выбора нет, надо брать. Если мы не успели его догнать, то это одно, а если мы умышленно его отпустили, то будем долго объясняться в подвалах с заплечных дел мастерами.

— А почему «заплечных»? — спросил Эдвин. Он был в курсе, что так называют палачей и пыточных мастеров, но только сейчас задумался о причинах.

— Потому что на дыбе растянут! Пойдем, хватит языками чесать.

Они начали приближаться к костру медленно, но не особо таясь. Адамс ночью никуда не побежит, если дружит с головой. То, что ему в одиночку удалось добраться так далеко, уже невероятное везение. Теперь же оно закончилось. Когда им оставалось не больше пяти метров до костра, человек пошевелился и поднялся на ноги, глядя в их сторону. Длинные черные сальные волосы висели как сосульки, одежда была порвана везде, где только можно. Бритвой он не пользовался, и короткая неопрятная борода торчала во все стороны. Одна штанина была очевидно короче другой. Часть ее пошла на перевязочные материалы, которыми преступник и перевязал левое запястье. Отряд остановился.

— Стоило ожидать, что ищейки так просто от меня не отстанут, — отметил Адамс своим низким рычащим голосом.

Несмотря на грязный оборванный вид и несколько ранений, голос был полон скрытой силы. Не такого ожидал Эдвин от загнанного в угол и раненого преступника.

Егерь подошел чуть ближе:

— Сдавайся, и тогда мы…

— И тогда вы убьете меня безболезненно? — расхохотался Адамс. — Или будете рассказывать, что вы меня не тронете и отправите обратно на рудники?

— Убьем безболезненно, — глядя ему в глаза, ответил егерь.

Он уже двинулся вперед, когда Рыжий схватил его за плечо и оттащил на несколько метров назад к Эдвину.

— Глазастый у тебя помощник, — зло сказал Адамс и поднял с дороги топор. — Вот только вам это не поможет.

Следопыт выстрелил, но стрела на полпути превратилась в труху. Еще несколько выстрелов под другими углами ничего не дали, и результат был такой же. Рыжий указал пальцем куда-то в сторону дороги между отрядом и преступником.

— Обойдем, — коротко ответил командир отряда. — Эдвин, держись строго за мной, там ловушка.

Эдвин удивленно посмотрел в сторону Адамса.

«Вот это коварство! А ведь если бы не рыжий, то мы бы тут и остались».

Адамс был преступником, но в силе воли и сообразительности ему не откажешь.

Рыжий шел первым с луком наготове, справа от него с топором находился Глен, Эдвин же прикрывал тыл. Хотя больше было похоже, что следопыт с егерем прикрывают его. Отряд начал обходить ловушку слева, Адамс же синхронно смещался в противоположную сторону. Егерь не выдержал:

— Будь ты как мужчина, все равно же долго не сможешь от нас убегать!

— А я и не планирую убегать, — улыбнулся Адамс.

Эдвин отметил его крупные и острые клыки. Тем временем события развивались не совсем так, как могли представлять себе их егерь и следопыт. Адамс откинул в сторону топор, и пока бывалые воины на секунду отвлеклись, следя за его полетом, он достал из кармана небольшую бумагу, размером с игральную карту, и зубами порвал ее. Все, что успел сделать Эдвин, так это наложить на себя щит, прежде чем его и спутников сильнейшим потоком ветра унесло в сторону.

Очнулся он от громких споров. Голова опять была в крови, видимо, старая рана от сильного удара открылась. Рядом без сознания лежали следопыт с егерем. Спор же вел Адамс и человек в черном балахоне.

— Я сделал все, как договаривались! — рычал Адамс. — Вы хотели несколько человек, я привел за собой несколько человек и заманил в ловушку. Пусть и не ту, но они в вашем полном распоряжении.

— Это не наша ловушка! — не стал сдерживаться его собеседник в ответ. — Я понятия не имею, как она работает, и можно ли их оттуда достать.

— Мне какое дело? Договор выполнен?

— Выполнен, — скрипя зубами ответил ему некромант или чернокнижник (Эдвину больше не приходило в голову, кто мог прятаться в лесах и носить черный балахон, а любовь к черному у этой братии была необъяснимой). — Иди по дороге, там ждет мой помощник и телега. Он покажет тебе в какой стороне лагерь. Скажи ему, чтобы с телегой сюда пришел.

Эдвин попытался приподняться, но в левом плече, которое давно о себе не напоминало, что-то стрельнуло, и он, не выдержав боли, застонал.

— Я вижу, вы пришли в себя, — обрадовался балахонщик. — Не беспокойтесь, я разберусь с этой ловушкой, и мы вас оттуда вытащим.

Эдвин бросил в него несколько плетей, но они ударились о невидимую преграду в метре от него и разбились.

— Непроницаема для магии и физических объектов, — прокомментировал противник. — Круг диаметром около шести метров. Вы удивительно везучий, молодой человек.

Эдвин смотрел на мага, но не находил слов. В ловушке они, а не он. Товарищи без сознания, а маг опытнее и сильнее его. Вместо громких слов он повернулся к магу спиной и пошел к товарищам. Магия работала, и он окатил водой сразу обоих. Трехэтажный мат командира отряда показал, что тот жив и относительно в порядке. Рыжий же молча поднялся и начал копаться в рюкзаке, который с него так и не свалился. Достал оттуда сухари с мясом и принялся жевать, наблюдая, как к магу приезжает помощник на телеге.

— Не думал, что тут можно на телеге ездить, — прокомментировал Эдвин. — Дикие места же, лошадь съедят и все такое.

— А это не лошадь, молодой человек. Это даже не живое существо. Собрал из останков лесных существ, вспомнил молодость и студенческую практику в академии. А ведь химерология еще не была под запретом! Когда ее начали смешивать с некромантией, эти твердолобые чиновники запретили все одним махом не разбираясь! А ведь это такая перспективная ветка науки, — ударился в эмоциональные воспоминания маг. — Перспективы сложно переоценить, например…

Увлекшийся маг размахивал руками и кричал о невероятных достижениях и открытиях. Эдвин же рассматривал «лошадку». Он мог ошибаться, но вот этот инфернальный блеск в глазах оживленного существа говорит не только о химерологии с некромантией, но и о демонологии (карается казнью на месте). Только поэтому он заметил, как из-за повозки выскользнула тень, подкралась к помощнику и, сжав тому шею, утащила за пределы освещенного костром круга. Бедняга не успел проронить ни единого звука.

Что-то изменилось в лице Эдвина, поэтому маг прервался и начал оборачиваться. Сделать этого он не успел — из темноты вылетело полено, которое попало ему точно в голову.

— Ну наконец подмога подошла! — радостно выдохнул егерь и продолжил орать в темноту. — Вы там подольше копаться не могли?!

Из темноты вышел человек средних лет в черном удобном костюме для леса и охотничьих мягких сапогах. Если бы не обстановка и местоположение, то можно было назвать его дворянином на охоте. Он подошел вплотную к стене ловушки и улыбнулся, сверкнув острыми вампирскими клыками.

— Господа, боюсь, вы ошиблись, и я не ваша подмога.

Лектор ходил среди студентов и неторопливо вел рассказ:

— Вампиры невероятно опасные существа. И опасным их делает не только их скорость, есть существа быстрее, не их сила, она более-менее сопоставима с человеческими возможностями, хоть и находится на грани возможного. Даже не владение магией, которую они смогут освоить, если человек до превращения не имел способностей к ней. Самое главное оружие вампира — их ум. Будучи неотличимы от человека, вампиры могут хитростью и умом достичь того, чего невозможно добиться силой. Зачем им с вами сражаться, если они старше и умнее? — лектор обратил внимание на поднятую руку. — Да, мисс Картер?

— А как становятся вампиром? — уточнила немного полноватая брюнетка (к пятому курсу она немного похудела, и Эдвин ринулся брать ее штурмом. Получил в нос и узнал о себе много нового. Ничего не добился, хотя очень старался). Сразу после вопроса она мило покраснела.

— Что же, — улыбнулся лектор. — Это очень хороший вопрос, только, боюсь, он не связан с академическими знаниями. К обращению мы еще вернемся позже, а я хотел бы обратиться к дамам. Я в курсе содержимого современных женских романов и вынужден вас расстроить — если вампир вас укусит, вы не превратитесь в вампира. Результат будет больше смахивать на высушенный бескровный труп. Если же вдруг вампир не успеет доделать свое дело, как нам показали в прошлогодней постановке столичного театра, то вам повезло и вы выживете, но опять же, вы не станете вампиром. Самый надежный способ стать вампиром — родиться им. Есть еще ритуалы, но они не всегда срабатывают, а риск потери души велик. Кроме того, известны случаи, когда вампиры таких новоявленных соплеменников убивали самостоятельно. Кстати о способах убийства.

Вопреки досужим россказням, вампир не сгорает на солнце одномоментно. Молодой вампир получит сильные ожоги и скончается за несколько минут, но с возрастом они становятся все более устойчивы к солнцу. Чеснок — это сказка для крестьян. Хотя, если вам нравится ходить с чесноком на шее, запретить вам никто не сможет, законом такое не запрещено.

— Осиновые колья! — донеслось откуда-то с задних рядов.

— Осиновые колья действуют точно так же, как и металлические колья. Или колья из любого другого материала. Если быть предельно ясным, то колья не действуют. Они, конечно, причинят боль, и вампир будет испытывать дискомфорт, но точно так же и шпага сработает. Я предпочитаю меч или магию. Отрубание головы гарантированно убивает почти все виды существ. Магия же многогранна, и убить вампира магией можно множеством способов. Об этом обратитесь к моему коллеге Франку, он вампиров убивал и с радостью поделится опытом.

Вам лучше с ними не связываться ближайшие десятки лет. Если честно, я сомневаюсь, что кто-то из вас вообще столкнется с этими редкими существами. В столице они не водятся, а карета до Пустоши, где их можно встретить, не доедет. Если же вдруг такое случится, то не забудьте помолиться. Некоторые верят, что им это поможет.

Информация о вампирах пронеслась в голове Эдвина за долю секунды.

Вампир тем временем рассматривал границу ловушки.

— Занятно. Господа, я граф Томас Дерби, к вашим услугам. Что привело вас в наш дивный край?

«Господа» стояли ошарашенные увиденным и услышанным.

— Туризм, — выдавил из себя командир отряда.

Граф Дерби смеялся долго и громко. Сразу было видно, что на этой территории он король и никого не опасается.

— Это было смешно, — отсмеявшись, ответил он. — Тебя я съем последним.

Отряд напряженно замолчал.

— Я пошутил, — сказал вампир, сверкнул клыками и продолжил диалог с собой. — Или не пошутил?

— А вам этих не хватит? — спросил Эдвин, постепенно смелея.

Вампир, очевидно, не мог проникнуть сквозь стену ловушки.

— Да мне и без этих хватает чем питаться. Неужели вы не в курсе, сколько крови мне необходимо? — удивился граф. — Разочаровывает меня современное образование. Я тут, скорее, из спортивного интереса, ну а раз пришел на разборки, то решил принять вашу сторону. Мне тут еще жить, а темные маги мне никогда не нравились. Обряды эти непонятные, репутацию земель только портят.

— Вы как будто невинные овечки, — подал голос командир отряда.

— Невинные, как же без этого. У вас крестьяне не пропадают, скот мы тоже не воруем. В чем виноваты, в том, что другие? Опасность для вида представляем, как бедные эльфы? Так не волнуйтесь, нас мало, и ни для кого кроме лесной живности беды мы не несем.

— Кхм, — замялся бородач, не ожидая такого монолога.

— Впрочем, ничего такие разговоры не решат, — смутился вампир своей вспышке эмоций. — Господа, у меня для вас есть хорошая и плохая новость. Хорошая заключается в том, что есть я вас не буду, не зверь же какой-то.

— А плохая, что нас съест кто-то другой?

— Нет, до утра вы в безопасности. Я не знаю, как достать вас из ловушки — это вторая новость.

— Не страшно, — отмахнулся командир отряда. — За нами по пятам следует отряд, в котором достаточно квалифицированных магов. Они точно придумают.

— Раз вы не переживаете, то и я не буду. У меня есть просьба: расскажите, как в империи обстановка, что нового и интересного происходит? Если знаете про технические новинки, я буду также благодарен. У нас с новостями не очень, сидим как в медвежьем углу.

— А вас с какого года интересует? — Эдвин решил, что шанс пообщаться с вампиром выпадает даже не каждому тысячному магу, и решительно собирался его использовать. — Только и вы на мои вопросы ответьте.

— Обмен, — хлопнул в ладоши граф. — Обмен — это замечательно! Что же, я согласен. Мой первый вопрос не поменялся: что вы делаете в этих краях? Уж не посчитайте за оскорбление, но на охотников за сокровищами ваш отряд смахивает только частично.

— Преступника преследуем, — отвечать решил командир отряда.

Скрывать информацию смысла не было, поэтому он честно рассказал и про деяния Адамса, и про его побег с преследованием, свидетелем окончания которого граф и стал.

— Удивительно сильная личность. Такие ценятся в определенных кругах, — задумчиво подкинул полено в руке граф. — Позвольте я отлучусь ненадолго.

Он степенно развернулся и вышел за освещенную территорию.

— Он нас правда не съест? — решил уточнить Эдвин.

— Всякое рассказывают, — задумчиво пожевал губами Глен. — Слыхал я и про людей, которые дружбы с ними водили, но где правда, а где вымысел, я тебе не скажу. Но граф этот выглядит искренним челове… тьфу, вампиром, так что может и выживем. Если нет, то повоюем, я так просто не сдамся.

Они замолчали и стали ждать графа. Через некоторое время стоя ждать надоело, и они улеглись. Рыжий всем своим видом показал, что спать он будет до утра, или пока не начнется бой. В разговоре он участвовать не собирался.

Граф вернулся через час, подошел к краю барьера и негромко кашлянул. Эдвин и Глен проснулись сразу, Рыжий приоткрыл один глаз, увидел кто это и перевернулся на другой бок. Догорающие костры давали достаточно света, чтобы мешать ему спать.

— Я бы хотел продолжить нашу беседу, — начал разговор вампир. — Но прежде всего уточнить размер вашей премии за голову преступника. Мы сможем договориться за половину.

— Десятую часть, — поправил того Эдвин. — Зачем вам деньги?

— Деньги мне ни к чему, но есть вещи, которые необходимо покупать. Инструменты, например. Одежду можно сделать самостоятельно, но надежную обувь без навыка не сделать. Другими словами, нам необходимо множество вещей, которые можно только купить в имперских городах.

— За сотрудничество с вами нас всех будут долго пытать, а потом казнят на площади, — вспомнил уроки в академии Эдвин.

— Хорошее знание законов. Тогда не станем это обсуждать. Задавайте свой вопрос, юноша.

— Артефакты эльфов, — выпалил молодой маг.

— Видел, иногда находим. Самостоятельно из вампиров почти никто и не ищет. Поиск долгий, опасность даже для нас существует, а в результате это окажется какой-нибудь медальон против комаров. Сам не ищу и не смогу рассказать много нового. Будь у нас больше времени, я бы узнал. Я же хочу узнать про империю. Кто сейчас правит, с кем воюем, какие проблемы испытываем, или наоборот, как давно в империи все хорошо?

Эдвин политикой не интересовался, поэтому тоже не смог удовлетворить интерес вампира полностью.

— Правит Генрих IV, прозвища нет…

— Уже четвертый?

— Да, там недавно отравился и умер его отец, но он был немолод…

— Быстро время пролетело. Я помню, как на трон еще его дед забирался. Они все еще по старой традиции называют всех старших детей Генрихами, в честь себя любимых?

— Да, называют, — смутился Эдвин. Такого фривольного обсуждения правящей династии он никогда не допускал. — Ни с кем не воюем, урожаи хорошие, торговля идет, крестьяне не голодают и довольны. Даже не знаю, что еще вам рассказать.

— Да, — огорчился вампир. — Я тоже не знаю, что еще ты сможешь мне рассказать про ситуацию в стране.

— Расскажите про Пустоши, — что еще спросить Эдвин не придумал.

— Пожалуй, стоит рассказать, — согласился вампир. — Эти эльфийские леса — милейшее место. Людей почти нет, выживают небольшие группы и сильные маги, остальных съедают разные звери или мы. Есть небольшие поселения поближе к границе с империей, но они не здесь. Много нежити, но к границе они не суются, не нравится им здесь, много суеты. Когда тебе тысячи лет, ты поневоле начинаешь любить тишину и спокойствие. Сидят кто в склепе своем, кто в городах эльфов. Что-то изучают, ставят эксперименты, но в целом нежить никого не беспокоит. Мы с ними даже торгуем.

— Чем?

— Вампиры идеальные охотники, — улыбнулся граф. — А нежить постоянно нуждается в живом материале. Вот этих двоих я продам им. Животных, если интересных словим, тоже им можем продать. Эльфийские эксперименты над живностью время от времени неконтролируемо мутируют, а нежить любит все новое. Животные бегают везде, одной территории они не придерживаются. Есть руины эльфийских городов, мелкие разрушенные поселения, которые почти съел лес. Замки — целые и не очень. В глубине лесов даже небольшие городки, почти не пострадавшие есть. В целом если любишь тишину и спокойствие, то прекрасное место для жизни.

— Только ловушек много, — не удержался Эдвин.

— Что есть, то есть, — не стал спорить вампир. — Для юноши вашего возраста у вас серьезные проблемы с образованием. Где вас учили?

— В магической академии в столице, — слегка стыдясь своего уровня знаний, ответил Эдвин.

— Я имел честь там обучаться, — поднял брови вампир. — То ли я приукрашиваю события молодости, то ли уровень образования действительно упал. Расскажите мне про академию.

— Ну… я попал туда в двенадцать… потом учился…

— И выучился, — перебил его вампир. — Уроки изящной словесности вам не преподают, верно?

— Не преподают, — согласился Эдвин. — Законы преподают, философия есть…

— А философия зачем? — удивился вампир. — Академия все еще магическая?

— Магическая, — вздохнул Эдвин. — Но магия только в половине предметов.

— Еще меньше стало. Сколько заклинаний ты знаешь и умеешь использовать?

— Из основных я водяной плетью и ножами владею. Щит еще могу сделать. Простейшие манипуляции с водой не считаются заклинаниями, но владею хорошо. Есть еще немного исцеления, но там заклинание слабое.

— А почему так мало? Вас же годами там учат.

— Может быть, я не самый старательный студент, — виновато улыбнулся Эдвин. — А возможно, я отрабатывал эти заклинания все свободное время, чтобы до окончания академии инвалидом на дуэли не стать.

— С этого места поподробнее, — сверкнул глазами вампир. — С чего это ты должен был стать инвалидом?

— Дворяне не могут вытерпеть того, что с ними учатся обычные люди. Магам дворянство дают, но это ничего не меняет. Магия проявляется у детей по-разному, но раньше одиннадцати лет еще не было случаев. В академии по уровню мастерства все примерно на одном уровне. Дворяне задирают тех, кто дворянами не является и постоянно вызывают на дуэли. У них честь странная — не так посмотрел, и они уже обиделись до дуэли. Мастерство одинаковое, но уровень знаний разный. Родители помогают им деньгами, а деньги — это заклинания. Единственный способ победить такого на дуэли — быть быстрее. Первое свое заклинание я создавал почти полторы минуты. Со временем результат начинает улучшаться у всех, но чем больше я тренировал ножи и плеть, тем быстрее они выходили. Толку дворянину с его стены огня, если он создает ее десять секунд? — Эдвин повернулся в сторону и с двух рук метнул плети. — Я быстрее, но сильнее ограничен в заклинаниях. Тратить полгода на изучение другого я не хотел. Зачем, если у меня и так получается?

— Это до поры до времени, через пару лет вы будете последним, и скорость вас не спасет, — не согласился вампир. — Впрочем, сейчас спорить не будем. Ситуацию с академией я понял. Со времен окончания войны стало хуже, но ненамного. Во время войны был принят закон, согласно которому на обучение берут не дворян. Ситуация с магами была катастрофичной, и этот закон стал одним из гарантов победы. Со временем ситуация стабилизировалась, и дворяне начали поднимать головы. Об отмене никто не говорил, но к этому все само придет.

— А вы когда там учились? — задал вопрос Эдвин и смутился. — Я знаю, что возраст вампиров не определить по внешности, но вы сказали…

— Не переживайте, юноша, вы меня не оскорбили. Я учился там как раз под конец войны и даже успел на ней побывать. Вампиром я стал позже, но эта история не для вас, во всяком случае пока мы слишком плохо знакомы.

— Я никогда не слышал про графов Дерби, — еще больше смутился Эдвин.

— Очень интересная история. Я думаю, что вы можете найти всю информацию в имперской библиотеке. Она же еще на месте?

— На месте, но ближайшие четыре года я на границе проведу. Можно сказать, что меня изгнали из столицы за плохое отношение к дворянству.

И Эдвин коротко поведал о дуэли и результатах.

— Переживаете, что будете четыре года выживать, а на магию и времени не останется? — усмехнулся вампир. — Даже слово какое использовали — «изгнали». Меня за дуэль отправили на самую кровопролитную войну в истории человечества. Я тоже думал только о плохом, но ошибался. Это было невероятно поучительное для меня время. Как маг, я очень сильно вырос за эти годы и так быстро, может, и не развивался. В любой проблеме есть и возможности, а ваша ссылка сюда это вовсе не проблема, а одна большая возможность.

С графом Эдвин общался до самого утра. Глен в начале разговора еще пытался слушать, но ему быстро стало скучно, и егерь пошел спать. Было заметно, что разговору рад не только маг, но и сам вампир. Они успели обсудить историю, магию, вампир рассказывал про некоторые битвы, о которых Эдвин только слышал. Его версия существенно отличалась от версии учебника истории, но он сам там был, и причины обманывать у графа не было. Эдвин составил себе целый список необходимых книг.

Ближе к утру вампир еще раз ненадолго отлучился и вернулся с мешком.

— Вы очень интересный молодой человек, Эдвин. К сожалению, ленивый, но все мы в какой-то мере страдаем этим пороком. Я получил огромное удовольствие от разговора, и у меня для вашего отряда есть небольшой подарок. Я оставлю этот мешок здесь.

Граф заклинанием создал в земле яму и аккуратно уложил туда мешок. Секунда, и земля сомкнулась. Сверху вампир положил камень.

— Не забудьте выкопать.

— Спасибо большое.

Быть вежливым несложно. Особенно, когда перед тобой стоит вампир.

— Вам спасибо, — улыбнулся граф. — Пришло время покинуть вас. До моего дома путь неблизкий, а солнце мне неприятно. И ваши коллеги из другого отряда не будут рады меня видеть. До свидания.

— До свидания, — попрощался Эдвин.

Вампир неторопливо пошел по дороге прочь в глубь эльфийских лесов.

Так необходимая им вечером группа захвата прибыла ближе к обеду.

— Просыпайся.

Эдвина трясли за плечо, но сон не хотел отпускать молодого мага. Он попытался отмахнуться рукой, но получил чувствительный подзатыльник.

— А? Что? — Эдвин поднял голову и сощурился от яркого полуденного солнца, которое светило прямо в лицо.

— Кавалерия прибыла, — обрадовал его командир отряда. — Поговорить хотят.

Кавалерия была представлена тремя магами и тремя воинами. Все шестеро выглядели бывалыми солдатами, которые крепко знают свое дело. Магов выдавало отсутствие оружия — короткие клинки не считаются.

— Рассказывайте, — отдал короткий приказ маг, стоящий впереди.

— Преследовали, оставляли метки, попали в засаду, — коротко ответил Глен. — Потом пришел вампир и всех вырубил. Кроме мертвой лошади. Ее, наверное, с собой забрал, как и тела.

Маг принюхался:

— Вы пили? Какой вампир?! Где Адамс, которого вы должны были преследовать?

— Кхм, — прочистил горло Эдвин. — Я предполагаю, что мистер Адамс находится вон под тем камнем сбоку от вас. А мертвая лошадь сама убежала. Скорее всего, вампиру она не нужна.

Маг посмотрел на камень, который был размером с детский кулак, и перевел взгляд на Эдвина.

— Может, грибы? — предположил один из стоящих воинов. — Я слышал, тут есть такие, вроде выглядят как обычные, но после них всякое мерещится.

— Зрачки в порядке, потоотделения не наблюдается, дыхание ровное, — пробормотал маг.

— Да я вам серьезно говорю, — продолжил Эдвин. — Посмотрите под камнем, там ваш Адамс, в мешке.

— Точно грибы, — продолжил все тот же воин и добавил, обращаясь к соседу. — Я тоже такие хочу.

Один из магов отделился от группы и носком сапога пнул камень.

— Командир, тут, кажется, заклинанием школы земли пользовались, — обратился он к магу, который продолжал пытаться поставить диагноз.

Группа захвата окружила подозрительно ровное место, в котором земля была похожа на лист бумаги. Маги некоторое время рассматривали землю, после чего начали клинками ее разрыхлять. Спустя минуты из земли достали мешок. Несколько заклинаний для проверки показали, что мешок в порядке, и магических ловушек в нем нет. Опасаясь механических, его не стали развязывать и засовывать внутрь руку. Воин, шутивший про грибы, разрезал его сбоку и потряс — на землю вывалилась человеческая голова.

— Не грибы, — разочарованно протянул воин. — Жаль.

— Рассказывайте со всеми подробностями, — вновь развернулся к ним командир группы захвата.

Егерь выступил вперед и начал обстоятельный рассказ. Вместе с уточняющими вопросами мага импровизированный отчет занял примерно полчаса.

— …потом я заснул, а утром увидел нашего спящего мага. Вампир, должно быть, ушел еще ночью.

— Теперь вы, — обратился маг к Эдвину. — О чем с вампиром разговаривали?

— О девушках, историю обсуждали. Он политикой интересуется…

Воин-шутник прищурился, внимательно глядя на Эдвина. Его губы искривились в улыбке, но он словил предупреждающий взгляд своего командира и промолчал.

— Что еще? — маг был непрошибаем.

— Да всего по чуть-чуть, граф Дерби очень интересный собеседник.

— Дерби? — переспросил маг. — Знакомая фамилия.

— Может, вы сначала нас выпустите? — поинтересовался Эдвин. — В туалет очень хочется.

Рыжий и Глен обеспокоенно посмотрели на молодого мага.

— С такой ловушкой я уже сталкивался, — внимательно изучив барьер, рассказал командир группы захвата. — Она из новых, я предполагаю, что нежить себе таким образом людей ловит. Снять ее можно только имея ключ. К счастью, нас достаточно, чтобы ее перегрузить. Вы можете помочь со своей стороны. Или же можем подождать, пока явится сам владелец, и устроить на него засаду. Ловушка наверняка отправила ему сигнал, как только вы туда вляпались.

Маленький отряд дружно проголосовал против засады. Маги с другой стороны барьера стали в ряд и дружно начали бить различными заклинаниями. Эдвин всеми силами помогал им с другой стороны. Для себя он отметил, что один из магов оперировал водой и льдом. Барьер сдался через двадцать минут.

Пока Эдвин бегал в лес по своим делам, группа захвата упаковала голову назад в мешок и засобиралась обратно.

— Премию вам не обещаю, но слова ваши передам. В течение месяца загляните в управу города Кир за оплатой. Он ближайший, мы туда направляемся.

— Это где такой? — заинтересовался Эдвин. Наличие города под боком было приятным сюрпризом.

— В трех днях пути от твоей башни, — просветил его егерь. — Он в стороне от дороги из столицы, поэтому торговцы в него не всегда заезжают.

— Город большой? Что интересного там есть?

— Не знаю, что вам, магам, может быть интересно. Мои нужды простые — трактир и магазины.

— Мне филиал академии нужен или библиотека, — Эдвин всерьез собирался заняться своими навыками. — Можно мага, который уроки дает, но не очень дорогого.

— Все есть, но платно, — вмешался маг из другого отряда в разговор.

Эдвин решил не переживать по поводу этого. В город он пойдет за оплатой труда, как деньги заберет, так и про цены узнавать будет. Если будет дорого, то закупит еду и алкоголь и обратно в башню куковать.

— Слушай мою команду, — маг не кричал, но все сразу замолчали. — Строй походный и быстро уходим обратно. Не хотелось бы встречаться с вампиром, пусть он и был настроен дружелюбно ночью.

— Мы с вами, — ответил егерь за всех. — Адамса догнали, но обратно до нормального леса лучше держаться большой группой.

— Согласен, — не стал спорить маг. — До имперского леса вместе, потом мы в город, а вы куда хотите.

Отряд построился и пошел обратно, Эдвин же выждал некоторое время и подошел к магу воды.

— Ну наконец ты решился, — усмехнулся тот, хотя Эдвин еще и рта не успел открыть.

— Как вы…

— Ты уже час на меня такие взгляды бросаешь, что я или тебе понравился, или тебе что-то от меня нужно.

— Не понравился, — смутился Эдвин и тут же одернулся. — Не в том смысле, ну в смысле вы…

— Да понял я, — маг протянул руку. — Я Влад.

Познакомившись, Эдвин перешел к делу:

— Научи меня заклинанию атакующему. Я весь срок академии тренировал плеть и ножи для дуэлей, поэтому на остальные заклинания не обращал внимания. Это ошибка в долгосрочной перспективе (спасибо графу за крутую фразу). Хоть меня мой подход и спасал во время обучения в академии и дуэлей, но дальше он не сработает.

— Да, это ошибка, — согласился маг. — Рано или поздно заклинание доходит до одной скорости и не растет, а оппоненты в это время тренируют арсенал обширней. Ограниченность в заклинаниях — это серьезный недостаток. Но я не маг-учитель и не смогу тебе помочь, скорее, хуже сделаю. Учить и уметь делать — разные вещи. Могу только совет дать.

— Совет — это тоже неплохо, — расстроился Эдвин.

— Не гонись за эффектными заклинаниями, как это делают многие дворяне. Все эти «торнадо» и «штормы» ни к чему. Как показала моя практика, обычная игла льда намного эффективнее решает любой вопрос на уровне до магистра магии. Это потом уже пригодятся площадные и сильные заклинания. Из защитных продолжай осваивать универсальную школу, она за счет универсальности и ценится. Если захочешь, можешь и специализированные заклинания подучить, вроде той же стены льда, но они медленнее и похуже. Разве что ледяной доспех стоит изучения, но от него больше пользы, если ты воин.

— Спасибо, — поблагодарил Эдвин и поделился. — А то я плетью даже кору с дерева не могу сбить.

— Странный показатель. Алмазной струной ты тоже кору не снимешь, но шею она пилит на раз. Ну или с ножом сравни — ухо отрежет легко, а с корой ничего не сделает. А если будет регулярно тренировать, то и силу заклинания увеличишь. Может, и справишься с корой. А для тренировки резерва можешь просто материализовывать воду по пути. Нам в этом плане повезло, магу огня будет сложнее в лесу такое устроить и не выдать себя.

Эдвин еще раз поблагодарил мага и начал тренировку. Параллельно он размышлял над своим поступком — когда он бегал в лес по своим якобы туалетным делам (хотя и они тоже были), он решил оставить вампиру записку. Ее он закопал в землю, а сверху воткнул палку с намотанными портками для заметности (чистые портки было жалко, но использовать те, что на нем, он не рискнул). Его зацепили слова про зависимость от покупок у людей, и идея для бизнеса родилась сама по себе. Он кратко предложил графу совместное дело и описал, где его можно найти. Вампир наверняка вернется ночью на это место, чтобы проверить, остался ли отряд в ловушке.

План был прост и достаточно красив. Во всяком случае, в голове молодого мага все звучало стройно и красиво. Граф тащит ему золото (если есть) или ценные травы и существ (если золота нет). Эдвин человек и поэтому отправляется в город. Там он закупает инструменты, скот и необходимые графу вещи и тащит к башне. Затем обмен, и все довольны. Большие надежды он подавал и на знания графа. Чем не учитель, наверняка вампир знает много старых заклинаний. Или свои придумать успел, за длинную жизнь можно многое сделать. А может, даже эльфийские будут. Их не преподавали, но Эдвин знал, что они существуют. Будет чем удивить засранца Освальда на дуэли. Если же не будет заклинаний, то заработанных денег хватит на мага-учителя.

Проблема самообразования заключается в низкой скорости обучения. У каждого заклинания есть свой узор, который надо запомнить, идеально точно воспроизвести и наполнить энергией. Чем быстрее и точнее сделать, тем больше энергии можно влить, и тем стабильней заклинание. Если учить узор самостоятельно, то никто не покажет тебе слабые места и ошибки, и времени понадобится больше. Хороший же учитель и подскажет с какого места начать воспроизводить, и сколько энергии и в какие моменты надо вливать. Словом, сделает половину работы за тебя. Даже боевым опытом и связками заклинаний может поделиться, если захочет. Такие вещи дорогого стоят, и переоценить их сложно.

Почему он не согласился на предложение графа сразу? Да потому что маги-дознаватели в городе из него всю душу вытрясут, и если он им признается, что договорился с графом — ему конец. А так он с чистой совестью скажет, что граф предложил ему поделиться премией, но он отказался, и больше они эту тему не поднимали.

— Все гениальное просто, — усмехнулся Эдвин и спародировал голос коменданта общежития. — «Кто пролез ночью в женское крыло? Я знаю, что это был ты, Эдвин!». А я в присутствии мага, определяющего ложь, сказал, что я не лазил в общагу ночью! Ха!

— Неплохо, — прокомментировал Влад его фразу. — А чем закончилось?

— Маг потом отвел меня в сторону и сказал, что он в курсе, что я пролез туда днем и остался до ночи, — Эдвин поморщился. — Меня все равно наказали.

Весь день он активно тренировался, но всегда держал половину резерва. Он помнил историю с нападением волков и не рисковал оставаться пустым, даже несмотря на наличие магов рядом. Обратно отряд не бежал, но и не шел прогулочным шагом. Время от времени рядом мелькало какое-то зверье, но охотиться команды не было. Ближе к ужину отряд вышел на полянку и решил на ней остановиться на ночлег.

Маг огня показал, как быстро распалить костер, воины моментально собрали запас дров на всю ночь, а маг воды установил сигналки. Профессиональные сигналки, а не те самоделки, что Эдвин сооружал не так давно.

Эдвин решил, что сигналки и игла будут его ближайшими целями. После разговора с графом об академии он начал анализировать свою учебу, и ему не понравилось, что он надумал. С бывшими крестьянами и горожанами, которые были набраны в академию из-за закона, не бегали как с дворянами. Да, им давали необходимый минимум, но Эдвин вспомнил, как легко он сдавал некоторые экзамены, не зная предмета. Появлялось ощущение, что даже не изучай он предмет вовсе (как философию, пользу от которой нет даже в пьяных размышлениях после пары бутылок вина), ему бы все равно предмет зачли. К знаниям же дворян отношение было строже. Еще Эдвин решил узнать о распределении других магов-недворян. Очень ему не понравилась ситуация с попытками дворянства сделать доступность магии ограниченной. Классовой ненависти он не испытывал, но решил проверить все серьезность их нездоровых намерений.

Что бы произошло, останься он в столице? Саморазвитием он точно заниматься не стал бы, в этом он честно признавался. Эдвин знал, что, если можно не работать, он работать не будет. А саморазвитие — тяжкий труд. Он бы гулял в трактирах, ухаживал за дамами (мисс Картер с его потока никак не выходила из головы, Эдвин решил написать ей письмо) и в результате получил бы вызов на дуэль от дворянина. А дальше все — погост и посмертие. Молодому магу такое никак не могло понравиться.

— И надо поднять статистику убийств на дуэлях, — под нос буркнул он. — Наверняка из выпуска восьмидесятого года обычных магов и трети в живых не осталось.

С такими нерадостными мыслями он и лег спать. Мысли о мести Освальда, которые он от себя отгонял последние дни, вернулись обратно. И в свете информации о дворянах и нет они отдавали мрачной безысходностью. Четыре года — это много или мало?

От охраны его освободили, потому что он не умеет («Заснет, а его схарчат, над кем мне издеваться тогда?» © Глен). Планы поспать крепким сном до самого утра были нарушены рукой Рыжего, которой он ближе к полуночи закрыл ему рот. Второй же аккуратно потряс за плечо.

На этот раз Эдвин проснулся быстро и не стал задавать глупых вопросов. Если его разбудили среди ночи, значит ничего хорошего. Он немного отодвинулся от костра в тень и замер. Рядом занял позицию Глен и Влад.

— Лес замолк там, где мы прошли, — шепотом пояснил Влад. — Что-то нехорошее за нами двигается.

— Понял, — Эдвин мысленно проклял этот лес и его приключения.

— Без команды не бей, — предупредил Влад. — Надо понять, с кем дело имеем.

Ждать пришлось недолго, прошло не более получаса напряженного ожидания, когда на поляну вышли первые существа.

— Гули, — прошептал Влад сбоку. — Отруби голову или порази мозг. Не смотри на их обманчиво слабый вид. Они быстрые и сильные. Череп крепкий, и так просто не пробьешь.

Гулей Эдвин проходил в академии. Порождение темной магии некромантов, распространение заклинания запрещено, создание и использование запрещено вместе со всей остальной школой некромантов. Те десятки человек на службе у империи не считаются. Создавались гули из умерших людей, но внешний вид в результате создания сильно менялся. Руки удлинялись и заканчивались длинными пятипалыми ладонями. Каждый палец венчал толстый коготь длиной три сантиметра. Серая мертвая кожа местами была покрыта язвами. У некромантов были и свои заклинания, но не было ни одного случая в истории, когда такие маги отказывались от поднятых помощников.

Девять существ вышли и остановились. Они не торопились нападать, командир тоже не давал команды нападать. Эдвин рассматривал когти гулей и понимал, что не нравятся ему эти существа. На всякий случай он приготовил две плети. Ноги не перебьет, но с шеей может и получиться. Спохватившись, накинул на себя и универсальный щит.

Некоторое время обе стороны стояли, а напряжение в отряде нарастало. Все решило появление всадника на подозрительно знакомой мертвой лошади с красными глазами. Всадник был одет в черный балахон с капюшоном (Свет мешает что ли? Эдвина начинало раздражать это нездоровое влечение к балахонам и черному цвету).

— А вот и лошадь нашлась, — прокомментировал появление некроманта Глен.

— Значит это вы расправились с моими людьми? — прозвучал голос некроманта из глубины балахона. — Фас!

Отряд гулей ринулся в атаку.

Скорость гулей оказалась неожиданно высокой, но если некромант хотел застать кого-то врасплох, то у него ничего не вышло. Не успели гули забежать в зону действия заклинаний молодого мага, как лишились троих — земляные копья пробили их насквозь, и показались из спины. Маг земли не убил их, но обездвижил на некоторое время. Не тратя времени на добивание, он переключился на тех, что вырвались вперед.

Воины вместе с Гленом выстроились полукругом, прикрывая магов. Они готовились встретить тех гулей, что смогут добраться до отряда и дать магам время на их убийство. Рыжий стоял рядом с магами и пускал стрелу за стрелой. Одна из них нашла свою цель и пробила голову гулю.

Маг воды на огромной скорости запускал ледяные иглы, но гули перестали бежать по прямой. Существа начали петлять и делать кувырки в самые неожиданные моменты. Командир отряда начал свою дуэль с некромантом. Скорость сотворения его заклинаний восхищала. Иногда казалось, что они без перерыва летят в сторону противника. Некромант спрыгнул с лошади и закрылся щитом. Находясь под беспрерывным огнем, сложно и поддерживать защиту, и пытаться атаковать, но что-то он точно задумал. Основная цель командира была дать время отряду расправиться с гулями. В том, что отряд победит некроманта в одиночку, не сомневался никто (включая самого некроманта, который уже жалел о погоне без отряда сопровождения). Гули добрались до воинов, и Эдвин вступил в бой.

— Рыжий, некромант! — отдал приказ командир отряда.

Рыжий выпустил несколько стрел в нужную сторону. Невидимый барьер перед некромантом отразил все стрелы. Лошадь барьером прикрыта не была, поэтому стрела воткнулась ей в шею, впрочем, без особого результата. Разве что лошадь укоризненно посмотрела в сторону Рыжего.

Несмотря на огромное количество событий, с начала боя прошло не более пятнадцати секунд. Стараясь не задеть своих, он атаковал крайнего гуля двумя плетями сразу. Одна из них попала гулю в лицо, вторая спустя долю секунды врезалась в грудь. Тот явно не ожидал такой подлости и покачнулся, потеряв равновесие. Воин же, который сдерживал гуля, сумел воспользоваться подарком мага и быстрым движением всадил топор в лоб. Может, кости черепа и были крепкими, но такого они не пережили. Еще один гуль погиб.

По всей линии боя ситуация развивалась похожим образом. Воины сдерживали гулей, которых становилось все меньше. Спустя минуту такого противостояния возле них остался один гуль, к которому на помощь стремились трое задержанных магом земли. Впрочем, скоро эта тройка осталась единственной атакующей силой некроманта.

Некромант, который до этого сидел в глухой обороне, понял, что он определенно погорячился погоней. Не каждый день сталкиваешься с профессиональной группой захвата, которая обучена противостоять и магам, и существам Пустоши. Битвы с не самыми организованными командами охотников за сокровищами расслабили мага, и уверенность в своих силах не соответствовала реальности.

Эдвин почувствовал себя увереннее и подошел ближе (но все еще держал между собой и существом готового помочь воина). Первого из отставшей тройки он встретил водяными ножами, которые сорвали кожу с лица и шеи, но череп пробить не смогли. Он успел запустить еще несколько плетей, но и те лишь мешали гулю, не нанося реального урона. Гулю это не нравилось, и он начал обходить воина, намереваясь напасть непосредственно на Эдвина. Чужое лезвие из воды прилетело бедняге в голову и поставило точку в битве с молодым магом.

— Ты зачем его уродуешь? — раздался голос Влада. — Да, существа не самые приятные, но неужели сразу нельзя убить?

— Да я просто… — Эдвин хотел объяснить, что сила его заклинаний позволяет калечить только мягкие ткани и мышцы, а кости не получается.

— Ты еще не видел, как он свинью одну изуродовал, — подошел к Владу егерь и начал тому на ухо что-то нашептывать.

— Да ладно, вот прямо так? — глаза Влада по мере рассказа становились все больше.

Эдвин удивленно оглянулся. Его гуль был последним, но есть же еще некромант! Впрочем, когда он увидел, как Рыжий деловито вырезает свою стрелу из шеи некроманта, Эдвин понял, что и некроманта нет. Лошади рядом с трупом противника не наблюдалось.

Бой окончен с абсолютной победой отряда, и теперь время собирать трофеи. На гулях ожидаемо ничего ценного не было, так что командир отряда приблизился к трупу некроманта и начал лазить по карманам черного балахона. В карманах нашлась фляга с вином и склянка с неизвестным зельем. При помощи ножа и нескольких веточек пальцы с кольцами отрезали и закинули в мешок. Амулет с шеи сняли таким же способом, голову упаковали рядом с головой Адамса.

— Посмотрим, кто это, — равнодушно прокомментировал действия командир отряда. — Если за него назначена награда, то ваша премия будет ждать вас в городе. Также зайдите в таверну «Рога и виверна», там я оставлю вам долю с трофеев. По правилам нашего отряда, все делится в равных частях.

Эдвин заметно повеселел. Его финансовое состояние, которое на данный момент описывалось большим количеством слов, из которых почти все были нецензурными, явно шло на поправку. С таким отрядом он готов ходить в Пустоши хоть каждый день. На лице Глена и Рыжего были написаны примерно те же мысли.

— Странное название для таверны, — заметил Эдвин, когда оказался рядом с магом воды. — Это место сбора наемников?

— Нет, — ответил Влад. — Запомни, мы не наемники, не вздумай такое ляпнуть при командире. Мы состоим на имперской службе и приравнены к военным. Живем в бесплатной казарме или арендуем комнаты в городе, каждому удобен свой вариант. А про название спросишь у владельца, он там каждый день. Если захочет, то расскажет.

До рассвета поспать удалось немного, сразу после боя отряд стаскивал тела гулей к краю поляны и чистил форму от крови. Рассвет Эдвин встретил уставшим и недовольным, ведь идти предстояло целый день.

В дальнейшем путь обратно проходил без приключений. В известной только Рыжему точке леса (ориентировался он в нем лучше, чем Эдвин в столице) отряд разделился. Группа захвата двинулась в город, егерь же с магом и следопытом отправились в деревню.

— Захватим повозку, заедем по пути в башню и затем в город, — коротко поведал о планах Глен.

— Зачем повозка? — недоумевал Эдвин. — Миа до города дойти сможет, возить ее не надо. А золото много места не займет.

— Лучше не рисковать с ногой. Кроме того, разве ты не собираешься потратить золото в городе? Я могу назвать с десяток вещей, которые тебе понадобятся в башне. Это не считая продуктов. К тому же, лучше ехать на повозке, чем бодро идти пешком.

— У меня есть продукты, — слабо попытался протестовать Эдвин.

— Видел я, что у тебя есть, через неделю с таким разнообразием завоешь, а еще через месяц зубы на полку положишь.

— Если у меня эта полка будет, — задумался Эдвин, теперь даже возможный доход не покрывал все его пожелания по покупкам. А еще и учителя надо найти и оплатить. — Мне бы не помешала помощь в составлении списка продуктов и вещей.

— Помогу, конечно, и на рынок с тобой прогуляюсь. Знаю, где дешевле, да и торгуюсь лучше тебя.

Уже после пересечения границы империи отряд повел Глен, следопыт же пропал на целый день и появился только к вечеру. На следующий день он ушел еще до рассвета.

— Куда это он? — спросил Эдвин. Ему хватило приключений за последние дни.

— Охотится, — пояснил Глен. — В представлении городских, охота занимает полчаса, на деле же это долгий и сложный процесс. А после охоты еще разделать животное надо, что то же время занимает, если не кромсать лишь бы как (Эдвин в этом моменте немного покраснел). В деревню с пустыми руками ходить не принято. Можно, но неправильно это. Мы у них повозку с лошадью берем, надо и взамен что-то предложить. До деревни осталось недолго, свежим принесем, если добудем. Крестьяне люди небогатые, мясо могут месяцами не видеть. Да и тебе налаживать с ними отношения надо. Вам тут жить и друг другу помогать еще долго. Они добро помнят.

Некоторое время шли в тишине, и Эдвин размышлял о бедности крестьян. Империя была достаточно богатой, время от времени воевала и становилась еще богаче, но крестьяне почему-то были бедными. В академии мясо в столовой присутствовало всегда, и он никогда не думал, что у кого-то его может не быть. Некстати вспомнилась химерология, которая оказалась под запретом до того, как они вывели вкусное всеядное существо, быстро набирающее вес. Вот это изобретение сильно облегчило бы жизнь крестьянам.

— Глен, научишь меня охотиться? Стрелять из лука я за день не научусь, но может какие-нибудь основы охоты расскажешь.

— Снайпером ты и за месяц не станешь, — улыбнулся егерь. — Стрелять я научу, но охотиться ты можешь с помощью ловушек — силки на зайцев, ловушки для лосей… Впрочем, для лосей не буду учить, рано тебе еще. Зайцами обойдемся и змеями.

— А на что змей ловят? — удивился Эдвин, который ни разу не пробовал змею (и желанием не горел).

— На куриные яйца, конечно. На что же еще, — удивился егерь.

— Действительно, — скопировал его голос Эдвин. — На что же еще?

Глен пародию не оценил, и дальше пошла теория с обещанием показать, как собирается ловушка во время обеденного привала, но Рыжий все испортил своим появлением. В этот день удача ему улыбнулась.

— Пойдем, надо помочь, — скомандовал егерь. — Заодно покажу, как правильно зверя разбирать.

Эдвина не стошнило ни когда Рыжий с Гленом подвесили тушу оленя и начали доставать его кишки, ни когда продолжили отделять мясо и рубить кости. Самым страшным оказался не вид разделанного животного, а запах от его внутренностей. Единственной причиной, по которой ему не стало плохо в прошлый раз, когда он самостоятельно пытался потрошить свинью-переростка, он видел состояние аффекта после боя. Хотя допускал, что и сильный удар головой об дерево мог сыграть свою роль.

— Олень — животное немаленькое, — комментировал егерь в процессе. — Однако после разделки в нем мяса будет в два раза меньше. Еще ценятся рога и шкура, их любой ремесленник возьмет. Ну-ка, промой водой, удобно разделывать, когда маг воды под рукой.

Эдвин где надо промывал водой, когда просили — помогал отделять ребра. Иногда ему казалось, что его просят помочь в самые неприятные и кровавые моменты (что было недалеко от истины, у егеря с Рыжим были свои представления о юморе). Закончили быстро, мясо же завернули в снятую шкуру. Маг оценил иронию ситуации, но шутить по этому поводу не стал. К вечеру добрались до деревни, торжественно вручили Глебу мясо, которое тот с благодарностью принял. Отдарился он самогоном, который они в тот же самый момент и начали употреблять у него в гостях. Как только речь зашла про повозку, крестьянин только махнул рукой:

— Я-то и так в город собирался ехать, да и плотника забрать надо, небось уже все что надо сколотил вам в башне. Работу он знает.

После пошло обсуждение охоты, урожая, отрядов охотников за сокровищами и тактики охоты при помощи ловушек. Эдвин, не привыкший к забористому деревенскому самогону, начал клевать носом прямо за столом. В какой момент его подхватили на руки и занесли на печь, он уже не помнил.

Утро отличалось от предыдущих хотя бы тем, что его никто не разбудил, и он спал до победного конца. Проснулся, неторопливо умылся из ведра на кухне и вышел во двор. Глен помогал крестьянину колоть дрова, Рыжий запрягал лошадь в телегу, крестьянина видно не было.

— Проснулся наконец! — крикнул бодрый егерь. Складывалось ощущение, что ему хватает нескольких часов сна. — Глеб в сарае, зайди к нему.

В сарае было темно и прохладно. Крестьянин в самом углу складывал что-то в мешок.

— Мне сказали зайти к вам, — начал Эдвин.

— Раз в город едем, то поторговать надо, — Глеб повернулся к нему. — Будем сейчас бочки на телегу носить. Ты молодой, тебе эта работа в радость должна быть.

Спустя полчаса напряженной работы грузчиком спина Эдвина горела огнем и отказывалась сгибаться. В старости она ему обязательно напомнит об этом дне (если на хорошего целителя не накопит, но Эдвин собирался стать богатым и ни в чем не нуждаться). Незалеченное плечо стреляло так, что отдавало в ушах. После погрузки всех бочек на телегу, молодой маг с разрешения крестьянина закинул в телегу немного дров для башни, забрался следом и отказался покидать свое место. Пока Глен и Рыжий собирались сами и помогали крестьянину, Эдвин опять заснул. Будить его не стали. Егерь с крестьянином вел неторопливую беседу, чтобы скоротать время, следопыт двигался по лесу недалеко от дороги. Иногда Рыжий выныривал и проезжал часть пути на телеге, но вскоре вновь нырял в лес.

— Не водится вдоль дороги зверя-то, — прокомментировал его беготню крестьянин. — Зря старается.

— Он следы ищет, — объяснил крестьянину егерь. — Прибудем в город и доложим, что в таком районе следов не обнаружено. Если за кем гоняются, то сюда людей отправлять не станут.

— Умно, — оценил крестьянин и сменил тему. — Магик-то совсем молодой, рано ему на границе жить.

— А детям в вашей деревне не рано?

— Дети они-то дети, но за деревню только днем выбираются. А этот в башне и один.

— Справится, — голос егеря был уверенным. — Парень он умный, да и не шалят тут последние годы. Нечисть всякая сидит у себя в Пустоши (граф, шедший по следу отряда, икнул и удивленно потер свои покрасневшие уши), отряды искателей пошли мирные и власти боятся (отряд Ховарда с ним бы не согласился, но был занят размышлениями, как обложить данью деревни). Некого бояться тут. Если сам не полезет в леса эльфов, то ничего с ним не будет (Лич маг изучал следы вокруг своей испорченной ловушки и громко обещал себе наказать тех, кто заставил его днями переться впустую).

К башне прибыли после обеда. Эдвин проснулся и изучил заметные глазу изменения. Окна закрыты новенькими ставнями (стекло что ли в городе купить?), дверь тоже была новой. Дождей не было, и плотник работал на улице, готовые табуретки и наполовину сбитый стол стояли рядом с башней.

— Принимайте работу, господин маг! — сказал плотник, не отрываясь от работы.

Эдвин прошел в башню и уже на первом этаже заметил изменения. Рядом с лестницей обнаружилась новенькая поленница, в центре стоял грубый стол и два стула. Но самое главное ждало его наверху. Только человек, который днями ночевал на земле, сможет оценить кровать. Да, выглядела она неказисто и была без перины, но это не главное. Все, что нужно для спальни, он приобретет в городе, и наконец будет спать как дворянин, а не как уличный оборванец или воин в лесу. Холодная и твердая земля не смогла стать для него полноценной заменой. На вонючий спальник (спишь и потеешь, а потом снова в нем спишь) он уже смотреть не мог.

— Долго будешь со счастливой улыбкой на меня пялиться? — осведомилась у него Миа, лежавшая на этой самой кровати.

— Я не на тебя смотрю, больно надо, — рассеянно отозвался Эдвин. — Я так кровати радуюсь.

— Ну и дурак, — обиделась по непонятной причине девушка и засобиралась вниз.

Внизу уже накрывали на стол. Плотник сделал перерыв в работе, и они с Глебом открывали бутылку самогона. Увидев его взгляд, Глеб заверил мага, что они «зусим по чучуть», и работе это не помешает. Егерь и следопыт присоединились к попойке. Спустя час плотник вышел на улицу, быстро доделал стол и продолжил квасить до вечера. Выезд в город, очевидно, откладывался до следующего утра. Эдвина же волновало только одно — кто будет сегодня ночевать в его кровати.

В историю не войдет знаменитая «Битва за кровать», потому что ее как таковой не было. Эдвин начал намекать, что кровать его (переоделся в пижаму и улегся спать), Миа закатила скандал и давила на свое ранение и пол. Молодой маг старался объяснить, что для здоровья полезно и на полу поспать, а то что она женщина…

— Сам ты женщина, козел, я девушка!

— Так женщина или козел? — задался вопросом Эдвин.

…вообще отношения к делу не имеет. В конце концов, Миа решила достать козырь из рукава и, прихрамывая как раненый олень, пошла звать дядю.

Глен был не в настроении разбираться в том, кто прав, а кто виноват, особенно когда его от застолья отвлекают. Он напомнил, что и Миа и Эдвин все еще на службе, и своим приказом командира (и угрозой выпороть обоих ремнем) отдал кровать племяннице, а Эдвину приказал сесть за стол и взять кружку с самогоном. Приказ был странный, но Эдвин не стал спорить. Как и в прошлый раз, заснул он за столом, только в этот раз никто его не переносил. Время от времени он просыпался, когда кто-то стучал кружкой по столу или начинал петь любимые песни.

— И вот представьте себе, въезжает он такой в город, весь в помятых доспехах, в повозке лежит труп здоровенной шестиметровой виверны, хвост за повозкой волочится. За внутренности и кровь виверны платят золотом по весу, все ему завидуют. Он уже мечтает, как открывает свой трактир и живет до старости в свое удовольствие. Заходит к себе домой, и тут бах! — Глен влупил кружкой по столу. — Ему там жена рога ставит с соседним пьяницей!

Утро началось ближе к обеду. Эдвин и Миа, которые толком не выспались, испытывая мстительное удовольствие, будили помятых мужиков и отправляли на улицу к повозке. Лошадь, переночевавшая вблизи от леса без укрытия и испытавшая ночью все виды стресса, била копытом, желая убраться подальше отсюда.

Егерь и следопыт донесли плотника до телеги, закрепили его, чтобы он не свалился, и сами легли спать. Эдвин подозревал, что они закончили свои посиделки после рассвета. Еще не до конца протрезвевшего Глеба посадили управлять. Миа же с молодым магом свернули из спальников импровизированные кресла и устроились с комфортом.

Эдвин был не против поспать, но три тела в повозке храпели, словно свора старых бульдогов, а он недостаточно устал, чтобы ему это не мешало. Миа страдала по той же причине, поэтому первой пошла на контакт:

— А ты правда в столичной академии учился?

— Да, — Эдвин сидел с закрытыми глазами. Он еще не терял попыток заснуть.

— И как в столице? Я там никогда не была, — словно не замечая стремлений Эдвина заснуть, продолжила Миа.

— Столица огромна, — сдался Эдвин. — Даже я, живущий там с детства, не знаю всех ее улиц. А с двенадцати лет я попал в академию, и задача изучать город передо мной не стояла.

— А как ты туда попал? Меня родители с десяти лет к магу водили, чтобы он определил, есть ли дар.

— Случайно вышло. У меня родители рано умерли, поэтому я жил у родственников. Не сказать, чтобы меня там сильно жаловали, но и не издевались. Я был сам по себе, они сами по себе. Меня кормили, у меня была своя кровать и мне давали донашивать вещи их детей, — ударился молодой маг в воспоминания. — Конечно, мне, как и любому ребенку, нужны были родители, но раз их не было, я все свободное время проводил на улице.

— Бедняга, — пожалела его Миа.

— Да не стоит, — отмахнулся Эдвин. — Я же говорю, меня не обижали, и детство у меня было пусть и неполноценным, но сытым и в тепле. Просто в один день я разбил окно в доме, а оттуда в меня полетел снежок. И это в середине лета! Я испугался, и у меня случайно случился выброс сырой магии. Это обычно ни на что не влияет, но снежок оказался иллюзией и развеялся.

— И твои родственники отдали тебя в академию?

— Нет, что ты, — широко улыбнулся маг. — В тот же момент тот маг меня скрутил, изучил и отвез в академию. Ему даже приплатили за то, что он убрал необученного ребенка с магическим даром с улицы и привез в академию. Не знаю, сколько дали, но выглядел он довольным. Я же остался учиться там безвылазно до шестнадцати лет. Родственники в гости меня не звали, да и сам я не рвался. В академии у меня была полноценная комната, а не кровать. Мне давали носить новую мантию и кормили в любое время и лучше, чем дядя с тетей.

— Но четыре года взаперти!

— Академия — это маленький город в городе, — пояснил Эдвин. — Там есть парки, свои магазины и места для отдыха. Ходили слухи, что раньше там даже свой бордель был, который поставлял империи детей с даром круглый год.

— Отвратительно! — девушка покраснела.

— Ну конечно, отвратительно, — мечтательным голосом поддакнул ей маг. — Я это осуждаю.

— А чему тебя учили с такого возраста? Я в двенадцать пошла в школу и к шестнадцати закончила ее. Отправилась к дяде в отряд и уже самостоятельно училась.

— В столичной академии преподают очень много всего, включая бесполезную философию. Академия принимает кроме горожан и крестьян огромное количество дворян, и в их выпуске не должно быть людей, не знающих историю или этикет. Нас учили всему, что должен знать дворянин, потому что после полноценного первого курса мы становимся дворянами официально. Я к двенадцати годам умел читать вывески и немного писать. Понятное дело, что меня, как и многих таких мальчишек, требовалось научить элементарным вещам, прежде чем допускать к занятиям.

— Я бы хотела там учиться, — начала мечтать Миа. — Там же дворяне, этикет, все ходят красивые и нарядные.

— Ага, завела бы там подружек, вышла замуж за какого-нибудь виконта из древнего рода и все такое.

— Ну а чем плохо? Завидуешь?

— Нет, не завидую. Я не хотел бы выходить замуж за виконта, — ухмыльнулся Эдвин. — И тебе не надо завидовать, потому что дворяне таких как мы не считают себе равными.

— Ты ведь тоже дворянин!

— Из грязи в мелкое дворянство, — пояснил Эдвин. — Они таких еще больше не любят. Если крестьян вроде Глеба…

— А?! Что?! — раздался сонный крик крестьянина, который свое имя услышал. — Я не сплю!

— Надеюсь, мы в ту сторону едем, — высказался Эдвин. — Так вот, если на крестьян они внимания не обращают вовсе, то мелкие дворяне, которые еще недавно ковырялись в земле и выращивали картошку, им противны. И свое мнение они не стесняются высказывать по поводу и без.

— Но ведь есть и нормальные ребята, с которыми можно подружиться.

— Есть, — помолчал немного и добавил. — Наверное. Я ни с кем толком не сошелся. Не считая некоторых девушек.

— Ну так это же замечательно. Подруги даже лучше друзей.

— Эм-м-м-м, — замялся Эдвин. — Не то чтобы мы стали с ними друзьями… Ну разве что ненадолго… Мы как бы так сказать…

— Оу, — покраснела Миа. — Кажется, я поняла.

— Да, кхм, — замялся Эдвин.

— Я не понял! — донесся хриплый голос крестьянина. — Можно мне поподробнее описать?

Ближе к вечеру остановились на ночлег, растормошили егеря со следопытом, те выволокли не пришедшего в себя плотника и отправились делать костер и готовить еду. Ужинали в тишине, все кроме магов страдали от сильнейшей боли в голове, Эдвин же с Мией наговорились на день вперед.

— Вернусь в башню и с кровати неделю не буду слазить, — бурчал Эдвин, раскатывая спальник. — Сколько до города еще?

— Послезавтра к обеду доберемся, если не торопясь, — ответил крестьянин.

— А если немного поторопиться?

— То послезавтра утром будем, — флегматично ответили ему.

— А если мы совсем-совсем поторопимся и начнем двигаться до рассвета, а после заката продолжим?

— Ты торопишься сильно? — донеслось с другой стороны от егеря.

— Да! Тороплюсь поспать в нормальном месте, а не на полянке в спальном мешке!

— А чем тебе полянка не нравится? — недоумевал Глен, по сути живущий в лесах. — Рядом с костром тепло, свежий воздух, еда на огне приготовлена. Рыжий вон, самогон с собой взял.

— Никакого самогона! — хором крикнули Миа с Эдвином.

— Да мы по капельке, для хорошего сна, — начал оправдываться егерь.

Рыжий за его плечом вцепился зубами в пробку и пытался ее вытащить. Параллельно он тряс головой, поддерживая командира.

— Завтра стартуем до рассвета, — грозно предупредил его маг.

— Командир отряда я, так что сам решу, когда стартуем, — улыбнулся Глен. — Глеб, тащись сюда, разговор есть.

Эдвин проснулся до рассвета, как и планировал. Светать только начинало, и выбираться из теплого спальника ему не хотелось. Он напомнил себе, что еще сильнее ему не хотелось опять ночевать на земле. Напоминание сработало, и он начал выбираться из мешка.

Не стал никого будить и провел все утренние процедуры (умываться, когда создаешь воду прямо в руках, одно удовольствие). Подкинул в костер пару веток побольше и пошел будить Мию. Без ее помощи они не загрузят повозку телами.

Вдвоем удалось разбудить Рыжего, который кряхтя дотащил плотника и егеря до повозки, с помощью Эдвина их туда закинул и улегся спать дальше.

— Надо обыскать их и забрать все что есть, — решила Мия. — Если опять вечером остановимся, они снова нажрутся.

— Не остановимся, — ответил ей Эдвин и принялся поливать водой Глеба. — Остановок не будет, и мы доберемся до города сегодня.

Глеб не до конца осознавал, что проснулся, но запрячь лошадь он сумел. Уселся править ей и тут же захрапел.

— Дорога тут одна, управлять не надо, — пояснила Миа.

— Пойдем перекусим, — предложил Эдвин. — Эти пусть спят.

Миа приготовила на костре яичницу с кусочками оленины и зелени. После питания солониной и сухарями в походе Эдвин был рад любой горячей вкусной еде, которую можно было проглотить, не запивая большим количеством воды. Он от души поблагодарил девушку, съел за минуту свою порцию, залил костер водой и начал подгонять Мию.

— Да дай ты поесть спокойно, — огрызалась та.

— Я имел в виду, что мы перекусим быстро. Сама же не против оказаться в городе сегодня! — стоял на своем Эдвин. — Жуй быстрее и в телегу!

Этот день словно повторял предыдущий. Молодые маги время от времени рассказывали друг другу истории из жизни и обсуждали обучение. Рыжий, егерь и плотник спали в телеге, Глеб время от времени просыпался, смотрел на дорогу и засыпал вновь. В середине дня он предпринял попытку остановиться на отдых, чтобы перекусить, и вообще у него все болит («Седалище затекло, сил нет!»).

Робкие попытки пресекла Миа, а Эдвин же не дал разбудить егеря со следопытом, которые при помощи силы и авторитета могли заставить сделать остановку. Эдвин выделил крестьянину сухарей и вяленого мяса из своих запасов и предложил есть в пути. А если он так сильно устал, то они могут обменяться с ним местами.

Доверить рулить своим транспортным средством крестьянин не решился и после еды заснул на ко́злах.

К вечеру пришли в себя все участники попойки, и началось противостояние. Глен и Рыжий не торопились никуда и хотели сделать привал с ночевкой. Плотнику было все равно, Глеб поддерживал егеря и следопыта. Миа с Эдвином объединились в команду и активно спорили. Молодого мага радовало, что спор проходил на ходу. Он надеялся, что сможет продержаться еще часов пять, которые и оставались до города.

— Да пойми ты, мы же к полуночи только приедем! — горячился егерь. — Одну лишнюю ночь в трактире кто оплатит?

— Я и оплачу! — Эдвин не уступал.

— Так у тебя денег нет, а в долг тебя ночевать не пустят. Приедем завтра, получишь свою премию, может на рынок сходим…

— У меня есть деньги, — перебила дядю Миа. — Я ему одолжу.

— Тогда я приказываю вам остановиться на ночлег, как командир отряда, — Глен решил не сдаваться.

— А я отказываюсь выполнять приказ, — спокойно ответила Миа. — Мы же уже это проходили. В мирной обстановке вне боя и на дружественной территории ты не можешь приказывать.

Глен поскрипел зубами и продолжил сыпать аргументами. Как и у каждой сильной и умной девушки, у Мии нашелся ответ на все вопросы — она села и зарыдала.

Взрослые мужчины смутились, не зная, что делать. Крестьянин пробормотал что-то вроде: «Ну можно и ехать, чего уж там» и сосредоточился на дороге. Уже темнело, и его помощь лошади была нужна.

Спор утих сам собой, и все пять часов до города ехали в тишине. Миа уже не скрываясь улыбалась, радуясь, что получилось, как она хотела. Эдвин сидел с нейтральным выражением лица, но в душе поражался коварству девушек.

Плотник понял, что привала не будет, достал неизвестно откуда бутылку («Да мы же вас обыскивали!» © Миа) и устроил со знакомой компанией попойку прямо на ходу. Глебу не наливали, объясняя это ночной ездой. Эдвин сильно подозревал, что на четверых самогона просто не хватит, и они банально зажали бутылку. К воротам города они подъехали если не в полночь, то близко к ней.

Граф Дерби следовал по следу медленно. Не потому, что с вечной жизнью ты перестаешь торопиться и спешить, нет. И дело не в темной ночи, ночью он видел не хуже, чем днем. Молодой маг не производил впечатления человека, способного коварно заманить доброго вампира в ловушку и жестоко убить, но предполагать надо самое худшее. Это правило не раз спасало сперва жизнь человеку, а потом нежизнь вампиру.

Нечеловеческое обоняние вампира (конечно, он же не человек) подсказало о большом количестве крови впереди. Граф принял решение узнать, что там, и начал красться в тенях к месту, от которого активно пахло кровью. Через некоторое время его чуткий слух (нечеловеческий, само собой) уловил разговор. Не прерывая движения, граф начал подслушивать.

— И чего его понесло в погоню? — недоумевал молодой голос. — Ну убили пару человек, ну лошадь украли. Как будто это настоящая проблема.

— Самоуверенность, друг мой, — обладатель хриплого старческого голоса прокашлялся и продолжил. — Последние четыре боя этот придурок выиграл за счет быстрого рывка гулей. Он же не смог подумать головой и сравнить отряд искателей из трех или четырех не самых успешных воинов и почти десяток отборных имперских охотников на магов.

— Не смог подумать головой и лишился ее, — скаламбурил молодой и начал смеяться. Смех оборвался вместе со звуком крепкой затрещины.

Граф добрался до края полянки, на которой и состоялась битва, спрятался в кустах и принялся наблюдать дальше.

Двое говоривших оказались учеником и учителем, судя по тому, как старик щедрой рукой отвешивал мальцу затрещины и подзатыльники. Еще десяток людей бродил по поляне с неизвестной целью. Граф никогда не страдал от недооценки противника и не верил безобидному виду старика. Скорее всего, он и есть самый опасный человек на поляне. Оставалось только решить, что делать. Атаковать отряд он не хотел, это было опасно и не имело ровным счетом никакого смысла. Ну убьет он их, выпьет пару глотков крови (которые ему не нужны, фляга с кровью на поясе полна), а дальше что? Разумное существо, даже опасный хищник не будет убивать ради удовольствия (некоторые виды лишь подтверждают правило), а граф Дерби относил себя к опасным, но разумным хищникам.

— Бездельники! — окрикнул людей на поляне старик. — Собирайтесь, пойдем обратно. Все что надо я выяснил, больше тут делать нечего.

Граф начал выбираться из кустов. Он решил немного отойти назад, затем по дуге обогнуть полянку и продолжить свой путь. Внезапно он почувствовал чей-то взгляд и замер. Медленно, словно он двигался во сне, повернул голову. В соседних кустах в пяти метрах от него сидела знакомая мертвая лошадь с красными глазами, которые умоляюще смотрели на графа Дерби. В уголке левого глаза, словно большая капля смолы, застыла слеза. Стрела в шее торчала веткой и добавляла животному маскировки.

Люди на поляне сбились в походный строй и намеревались идти в их сторону. Неизвестно, почему они не увидели лошадь сразу, но шансов остаться незамеченной на их обратном пути у нее было немного.

— Что же, это все меняет, — пробормотал граф.

Внешний вид ворот и стен Эдвина не впечатлил. Он понимал, что сравнение приграничного городка со столицей будет неуместно, но настолько большой разницы все равно не ожидал. Некстати сравнивать размеры, но освещение! Ворота еле освещались, неудивительно, что отряд их увидел, только когда лошадка уперлась в них носом.

Глеб спрыгнул с повозки и принялся колотить кулаком по калитке чуть в стороне от входа в город. Спустя минуту сверху раздался сонный недовольный голос:

— Кто там шастает и честным людям спать на посту мешает?!

— Отворяй ворота́! — заорал Глеб. — Добрые люди спать хотят!

— Добрые люди в такое время не шастают! И другим спать не мешают!

— Че ты разорался?! — сверху появилось еще одно сонное действующее лицо.

— Да приперлись на ночь глядя, проверяй их еще.

— Ну так пусть ночуют под воротами, не пущать никого до утра.

— Я вам до утра стучать буду, — пригрозил Глеб.

— А я тебе проверку устрою, — ответил второй стражник сверху. — Небось что незаконное везешь.

— Переживу, — громко плюнул на землю Глеб и принялся стучать дальше, игнорируя все вопросы стражи.

Долгих пять минут потребовалось тем для принятия верного решения, они спустились вниз и вышли наружу. Открывали калитку они явно с дурными намерениями, о которых свидетельствовали дубинки в их руках. Хорошие такие, большие и твердые дубинки. Несмотря на то, что держали дубинки двое — один старый, а другой толстый, Эдвин невольно сглотнул вязкую слюну, глядя на эти орудия. Стражники не торопились пускать их в дело и начали орать на крестьянина. Глеб не струсил и начал орать на них в ответ.

Егерь и компания громко упали с телеги, чем отвлекли внимание крестьянина и стражников на себя. Силы сторон изменились, и стражники стали выкрикивать меньше оскорблений, да и кричать стали сами по себе слегка тише.

— Что тут происходит?! — раздался грозный голос Глена, но нечеткая дикция слегка смазала впечатление.

— Мне кажется, нам тут не рады, — сказал плотник и вышел из-за спины егеря с топором.

В тот же миг за ним появился Рыжий, прижал его рот своей рукой и утащил за повозку. Раздалось несколько приглушенных ударов и началась небольшая возня, к которой с интересом прислушивались все присутствующие. Звуки за повозкой замолкли, и оттуда вышел Рыжий. Он подошел к егерю и стал за его плечом.

— Не пускают, — развел руками крестьянин.

— А по какому праву? — егерь обратился к стражникам.

— После захода солнца ворота закрываются до рассвета, — вышел вперед стражник постарше. — Приказ градоначальника, и не вам его нарушать.

Эдвин наконец придумал, что делать и спрыгнул с повозки. Невольно он оказался ровно между стражниками и егерем, и на нем скрестились все взгляды.

— Кхм, — демонстративно прочистил горло он, запрокинул голову и создал небольшой ручеек воды. Выглядело достаточно эффектно. — Приказ вашего градоначальника мы уважаем, но он противоречит указу императора от 1263 года, согласно которому военные отряды и всех приравненных к ним следует пускать в приграничные города в любое время суток.

Стражники с сомнением посмотрели на покачивающегося егеря (Рыжий крепко держал его за плечо, чтобы он не упал). Эдвин всерьез задумался о пользе знания законодательства. Может, не такой и бесполезный предмет?

— И кто из вас военный отряд? — решили уточнить они.

— Мы все военный отряд! — раздалось из-за телеги.

Кажется, плотник пытался подняться. Рыжий посмотрел на Эдвина с Глебом в поисках поддержки — отпусти он плечо егеря, и тот упадет, но и плотник, который пытался выползти с топором из-за телеги, ситуацию ухудшит.

— Одну минуту, господа, — сориентировался крестьянин первым и пошел к плотнику.

— Не хотелось бы будить вашего градоначальника среди ночи с печальными известиями о попытке нарушить указ императора, — продолжил Эдвин, не обращая внимания на звуки ударов за телегой. — И еще больше не хотелось бы докладывать ему утром о нарушении этого же указа на случай, если вы решите оставить нас под воротами. Давайте договоримся.

— О чем договоримся?

— Мы проходим в город и никому не рассказываем о произошедшем, — Эдвин выразительно посмотрел в сторону дубинок в руках. — Нападение на воинский отряд, подумать только! Когда мы пройдем, вы идете спать дальше. Еще хотелось бы услышать от вас совет, где можно недорого поесть и переночевать. И так, чтобы лошадь с телегой под охраной пристроить.

Стражники отошли в сторону и начали шептаться. До Эдвина долетали лишь обрывки их разговора, но кажется тот, что постарше, хотел пропустить с миром, а стражник потолще настаивал на обязательном дорожном сборе. Возраст и авторитет победил, и отряд пропустили бесплатно.

— Езжайте прямо, никуда не сворачивайте, у нас тут казармы стоят, а дальше увидите трактир. У него шлем и кружка на вывеске. Там чуть дороже, но точно места есть и не воруют. Завтра уже в другое место перебраться сможете, — дал совет стражник.

— Спасибо, — поблагодарил Эдвин. — Я в этих краях надолго, позвольте на обратном пути завезти вам бутылку вина в знак благодарности.

— Да чего уж там, — замялся стражник и хитро посмотрел на мага. — Бочонок вина нам всегда пригодится.

Стражники отправились открывать ворота, а Эдвин стал помогать Рыжему отвести егеря в телегу. Тот не понимал, что все закончилось, и все еще рвался показать всем, кто главный. Кое-как справившись с егерем, они подняли плотника, лежащего в пыли без чувств, и закинули его на телегу как мешок. Только сейчас они обратили внимание, что Миа все это время спала, и даже крики ее не разбудили.

До трактира добрались быстро. Рыжий и Эдвин пошли внутрь, Глеба же с телегой и спящими телами оставили снаружи. На первом этаже было занято лишь два стола, и то стражниками. То ли зашли на кружку пива во время дежурства, то ли просто вышли поужинать. Сам зал был небольшой: десяток столов, барная стойка с входом на кухню возле нее в дальней части зала и лестница наверх в углу помещения. За барной стойкой стоял невысокий полный мужчина, к которому маг со следопытом и направились.

— Нам бы пару комнат и место для телеги с лошадью, — озвучил Эдвин пожелания. — И еды сейчас и утром.

Мужик хмуро осмотрел их.

— Есть жареная картошка с грибами и суп. Мяса нет и в ближайшее время не будет. Сколько человек?

— Шестеро. Каждому по супу и картошке.

— Шесть порций сейчас и шесть утром, еда для лошади, две комнаты… — начал перечислять тот. — Что еще?

— Пива три кувшина, — произнес Рыжий.

— И пиво, — согласился трактирщик. — С вас золотой.

— У тебя бывший императорский повар работает? — язвительно уточнил Эдвин.

— Мы местные, — пресек спор Рыжий. — Цены знаем, так что не трать время.

— Три серебряных, — скривился трактирщик.

— Если три серебряных, то и кувшинов с пивом будет не три, а шесть, — вставил свое слово Эдвин.

— По рукам, — трактирщик все равно оказался в выигрыше. — Заходите ужинать, я кликну младшего, он вашей лошадкой займется.

Рыжий с магом вышли на улицу и начали рассматривать лежащие на телеге тела. Егерь был пьян и спал, плотник же до сих пор не пришел в себя.

— Я их не потащу, — решительно сказал Эдвин и начал поливать спящих водой.

Полезное заклинание — и в душ сходить можно, и попить, и пьяных товарищей в чувства привести. За этим занятием их застала проснувшаяся Миа. Целительница понаблюдала за действиями мага, бросила в плотника несколько заклятий и, не выбираясь из теплого пледа, пошла внутрь трактира, из которого к ним выбежал заспанный мальчишка лет четырнадцати. Его конопатое лицо было похоже на лицо трактирщика, и Эдвин решил, что они родственники.

Глеб передал ему поводья, намекнул на расправу, если с товаром что-нибудь случится, и тоже пошел в трактир. Егерь и плотник, несмотря на водные процедуры, просыпаться отказывались.

— У нас в конюшне тепло, — нашелся паренек. — Постояльцев нет, места много. Загоним туда телегу, и пусть спят.

Рыжий согласно кивнул на его предложение, залез в телегу и начал устраивать егеря с плотником поудобнее. Когда они лежали ровно, он накрыл их и дал команду мальчишке:

— Двигай, если проснешься раньше их, то направляй в трактир. Завтрак им оплачен.

— Это самая длинная фраза, что я от тебя слышал, — восхищенно посмотрел на него Эдвин.

Следопыт хмыкнул и направился в трактир. За столом в центре зала обнаружилась Миа, поедающая свой ужин. Время от времени она прикладывалась прямо к кувшину с пивом. Еще пять порций еды и кувшинов стояли там же. Крестьянин о чем-то шепотом спорил с трактирщиком возле барной стойки. Рыжий уселся за стол, Эдвин же отправился к крестьянину потешить свое любопытство.

— … отличный. Могу мешками возить, — горячо втолковывал крестьянин трактирщику.

— Не нужен он мне мешками, не жрут у меня картошку такими объемами. Грибы сушеные возьму все, что есть, любое сало и мясо. Картошки хватает.

— Я ж еще цену не назвал, — сверкнул глазами Глеб. — Капуста квашеная есть, несколько бочек.

— Капусту я на рынке взять могу, — резонно заметил трактирщик. — Большая бочка по восемь монет идет.

— Я тебе по шесть отдам, — резко скинул цену крестьянин и, чтобы дожать, добавил, — а коль бочку вернешь, то и на пять сторгуемся.

— Бочку капусты возьму, — согласился трактирщик. — Почем грибы?

Молодой маг достаточно погрел уши, развернулся и пошел ужинать. Через некоторое время присоединился Глеб. Они съели свои порции, затем разделили оставшиеся две («Чего добру пропадать, сами виноваты»). Кувшины оказались небольшими, пиво вкусным, и уже спустя час неполный отряд поднимался в комнаты.

Рыжий и Миа отправились в одну, крестьянин и маг во вторую. Эдвин настолько устал, что успел только раздеться. Стоило ему лечь в кровать, как он провалился в сон.

Утром Эдвин проснулся самостоятельно, что его несказанно обрадовало. Кровать Глеба была пуста, но это и неудивительно, крестьянин в любой день будет по привычке просыпаться с восходом солнца.

Эдвин умылся, нашел уборную в конце этажа («Ну наконец не в кусты ходить!») и через полчаса после пробуждения спустился в зал на поздний завтрак. Еще на лестнице он увидел уплетающего картошку с грибами егеря, который махнул его рукой, приглашая присоединиться.

— Пока ты спал, я с Рыжим сходил за нашей платой, — заметил Глен, достал из кармана мешок и поставил его рядом с тарелкой супа, от которой молодой маг не мог оторваться. — Премию за Адамса нам дали, пусть и неполную. Итого тебе четыре с половиной золотых досталось. Сейчас поешь и заглянем в трактир «Рога и виверна», может, нас там доля с добычи ждет. Если так, то сразу после этого на рынок. У нас с Рыжим несколько дней отдыха после задания будет, но не больше недели. Не раз бывало, что нас раньше в леса отправляли, поэтому давай закроем вопросы сегодня.

Эдвин согласно кивнул.

— А где остальные?

— Глеб торгует на рынке, не зря же брал с собой все эти бочки. Миа у штатного целителя на проверке, ее раньше вечера, а то и завтрашнего дня ждать не стоит. Рыжий с плотником Глебу на рынке помогают. Всякое произойти может, вот они и подвизались охранять.

Эдвин доел, получая удовольствие от каждой ложки супа, и отправился на выход. Егерь уже давно только этого и ждал.

Дорогу к трактиру уточнили у первого попавшего под руку горожанина («Понаехали тут, а город запомнить не могут!»). Пока шли, молодой маг глядел по сторонам. В глаза сразу бросалось, что город старый, но эта не та благородная и воздушная старина больших витражей и высоких зданий. Каждое здание выглядело словно маленькая крепость — окна были небольшие, как бойницы — человек в доспехах туда не пролезет. Стены у всех домов были каменные, дерева практически не встречалось. Такие могут веками стоять, и ты не поймешь, когда они были построены — прямо как его башня.

Прогулкой молодой маг наслаждался. Пусть под ногами была не мостовая, но отсутствие оврагов и ям неимоверно радовало.

Трактир «Рога и виверна» находился ближе к центру города. Внутри он ничем не отличался от места их остановки, разве что был чуть просторнее. Они объяснили владельцу по какому поводу пришли, тот предложил кружку пива за счет заведения, пока проверят их личности. Егерь и маг решили не отказываться и уселись за стол.

— Рынок недалеко, — начал разговор егерь. — Предлагаю сразу закупить все необходимое. Загрузим к Глебу на телегу и завтра утром уедете обратно.

— А вы что делать будете?

— Отдохнем неделю, получим новое назначение и опять рванем в лес гонять преступников и искать браконьеров.

— Браконьеров?

— Да повадились некоторые ловить рыбу сетями или охоту на чужой территории устраивать, — пояснил Глен.

— А сетями нельзя? — уточнил молодой маг.

— Здесь нельзя, — отрезал егерь.

— Заходите в гости, если рядом будете. Скучно в башне одному, — Эдвин понял, что еще немного и он останется совсем один.

— Зайдем, не сомневайся. Я отчет на днях сдавать буду, так тебя расхвалю, не удивляйся, если будут привлекать для разных дел. Вроде и граница, но войск тут практически нет — угрожать с той стороны никто не будет. Вот людей и не хватает, особенно магов. Ты не слушай, что про армию и наши отряды говорят — если будешь ценным, то армия тебя бесплатно содержать и учить будет.

Эдвин принялся размышлять над словами егеря. Сидеть и тренироваться в башне смысл имело, но ни это, ни торговля с графом, если он, конечно, согласится на предложение, намного сильнее его не сделают. Освальд наверняка тренируется изо всех сил («Освальд в данный момент был в известном борделе, что с небольшой натяжкой тоже можно было назвать 'тренировкой изо всех сил»).

Армия же и походы в эльфийские леса в данном случае выглядели как спасение. Полноценно в армию он пойти не мог — четыре года в башне — это его плата академии за обучение. Но подрабатывать как в этот раз… почему бы и нет?

Размышления молодого мага были прерваны упавшим на стол мешочком с монетами.

— Поздравляю, ваш отряд стал богаче на шесть золотых, — улыбнулся маг воды Влад. — Предлагаю вечером это дело обмыть.

— Мы остановились в трактире «Шлем и кружка», — не стал отказываться от компании Эдвин. — Подходите вечером, посидим.

— Договорились!

Сразу после трактира Глен с Эдвином отправились на рынок. Большая площадь с палатками, телегами, прилавками и столами с товаром. Не столичный рынок, конечно, но достаточно большой, чтобы потеряться. На всякий случай маг закинул кошелек во внутренний карман и застегнул куртку.

— Наши с краю стоят, давай все туда нести. Что тебе первое надо?

— Инструменты, — вспомнил Эдвин разговор с графом. — И побольше, а то с моими умениями не проживут они долго. Топоры, пилы, лопаты, молотки с гвоздями… в общем, все.

Инструменты нашлись недалеко от Глеба и компании. Егерь начал торговаться с продавцом, Эдвин не лез к ним и смотрел по сторонам. За семь серебряных продавец выдал им все необходимое. Они отнесли это на телегу к крестьянину, озвучили цену за все и предупредили, что если он решит продавать их имущество, то не дешевле восьми серебряных.

Следующими покупками в списке Эдвина была одежда и много всяческих тканей разного качества. Одежду он рассчитывал использовать сам, ткани отдать графу. Не выдержал и там же добавил к списку покупок ковер. Минус два с половиной золотых (большую часть стоил ковер), но по мнению Эдвина, оно того стоило.

Подходя к телеге крестьянина, они заметили двух покупателей, впрочем, когда они подошли ближе, по напряжению в воздухе стало понятно, что эти люди ничего покупать не собираются.

— Ховард, не желаешь попробовать квашеной капустки? Вы же ее с собой в эльфийские леса постоянно у нас в деревне берете. А я тебе и другу твоему бесплатно попробовать предлагаю, — вдруг предложил крестьянин высокому воину в кожаной куртке с мечом на боку.

— Желаю, еще как желаю. Я к вам через две недели с отрядом загляну. И желаю, чтобы пять бочек капусты меня ждали. Как и другой урожай. А то мы вас от тварей из лесов перестанем защищать, а они возьмут и вырежут вашу деревню за ночь, — мерзко ухмыльнулся Ховард. — Мы друг друга поняли?

— Не поняли, — выступил из-за его спины Эдвин.

Ховард повернулся и с интересом начал осматривать Эдвина. По мере осмотра выражение его лица с настороженного менялось на противоположное.

— Что за юный защитник? — с некоторой брезгливость спросил он.

Выглядел маг действительно непрезентабельно. Одежда его за последнюю неделю побывала во многих передрягах, часть одежды вообще с чужого плеча была. Юный возраст и такая же юная небритость не добавляли авторитета Эдвину.

Он сам это понимал, но в разговор обязан был вмешаться. Молодой маг сразу понял, что никем иным, кроме как искателем, на которого Глеб и жаловался ему при встрече, этот воин быть не мог.

— Да вот… — поковырял носком сапога землю Эдвин («Еще в порядке, но к зиме надо бы купить новую пару. Где бы только денег взять»). — Направили из столицы следить, чтобы в деревнях на границе все в порядке было.

— Следить? Тебя?! — захохотал Ховард. — И много ты сделать сможешь, если нападет кто на деревню? Выжмешь воду из воздуха и помоешь сапоги?

— Я сказал «следить», а не защищать, — маг создал немного воды, которая тут же пролилась на землю. — Возьмем выдуманную ситуацию…

— Гипотетическую, — вставил свое слово егерь.

— Да, я так и сказал… напал на деревню какой-нибудь отряд искателей. Ну надоело им ходить в лес эльфов. жизнью рисковать. Тем более, что не всегда даже прибыль есть. И решил какой-нибудь…. — Эдвин сделал вид, что придумывает. — О, допустим, звали этого недалекого парня Гавард («У Ховарда немного покраснело лицо»). И вот решил он жить как барон, своими деревеньками обзавестись… Край далекий, власти до этих мест дел и нет никаких. Да и кто считает эти деревеньки? Вот меня и отправили, чтобы мне эти крестьяне докладывали, что им не нравится, а я проверял и дальше в столицу это отправлял. Мало ли здесь знакомства у злодея есть, и никто крестьянам не поможет.

— Щенок, ты что себе… — Ховард покраснел и схватил Эдвина за отворот куртки.

Глен сделал шаг вперед, но драка не началась, вмешался друг Ховарда. Он что-то начал шептать тому на ухо и оттаскивать от мага. Наконец Ховард успокоился и с улыбкой повернулся к Эдвину и Глену:

— Еще увидимся!

— Зря вы так, — грустно сказал крестьянин. — Не забудет он вам оскорбления при всех.

— Не станет он ничего делать, — предположил Эдвин. — Столица хоть и далеко, но властей все равно все опасаются. А я в некотором роде живой ее представитель.

— Это же не так, — кашлянул сзади егерь.

— Это не совсем так, — улыбнулся Эдвин. — И некоторым людям об этом знать не стоит. Давай лучше дальше за покупками пойдем, надо до вечера все успеть. Глеб, ты утром поедешь?

Крестьянин оценил количество товара на телеге.

— Да, утром. До вечера должен распродаться, ежели что, то трактирщику дешево сдам.

— Вот, — повернулся Эдвин к егерю. — А мне еще кучу всего купить надо. Осталось бы самому понять кучу чего.

— Вы только еду не покупайте, — влез крестьянин. — Договоримся мы с вами, чай недалеко живем.

— Одной проблемой меньше, — вздохнул Эдвин и пошел осматривать другие товары.

В одной из палаток он нашел подушки и одеяла — купил сразу два комплекта (три серебряных). Немного подумал о сне вампира в холодном и жестком гробу (наверняка каменном) и, поторговавшись, купил еще четыре комплекта (пять серебряных). Даже если графу не пригодятся, то сам будет использовать.

Что покупать дальше он не знал. Инструменты у него есть и с запасом, значит дрова он себе обеспечит. Можно было бы купить материалов, но пользоваться ими он не умеет. Соорудить табуретку он, скорее всего, сможет, но на ней даже бездомному будет стыдно сидеть.

Проблема произошла чуть позже, когда Эдвин встретил свою слабость.

— Ну зачем тебе это? — увещевал его Глен. — Взял бы лучше самогона и на рыбалку сходил. Тем более, что удочка у тебя есть, сам видел. А самого Глеб подарит, я с ним поговорю.

Эдвин не отвечая смотрел на вывеску «Книги и вино» и восхищался человеком, который в одном магазине смог совместить все лучшее, что есть в этом мире.

— Давай лучше самогона тебе возьмем, будешь на рыбалку ходить, — не сдавался егерь.

— Рядом с границей рыба может сожрать тебя сама, насколько я понял, — отмел все предложения молодой маг и решительно открыл дверь в магазин.

В магазине было прохладно и светло. Над дверью звякнул колокольчик, когда дверь закрылась, и маг с Гленом оказались внутри. Первая часть просторного помещения была отдана под полки с книгами, вдали же стояли ящики и бочки с вином.

— Чем могу помочь? — выскользнула из подсобки юная особа лет пятнадцати.

— А не слишком ли ты юна для продавца? — подозрительно покосился на нее егерь с высоты своего огромного роста.

— О-о-о-о, — закатила глаза та. — Я сразу узнала постоянного посетителя. К сожалению, последняя коллекция книг знаменитой серии «Драконья власть» еще не пришла. Но я сама в нетерпении узнать, кого из драконов выберет принцесса. А может, она вернется к принцу…

— Но я не…

— Не перебивайте меня, я сама люблю необычные любовные романы со множеством линий и выборов героини («Эдвин подозрительно посмотрел на краснеющего Глена. Тот отрицательно замахал гривой»).

— Я извиняюсь, — понял правильную тактику егерь. — Мне не стоило говорить, что вы юны для продавца.

— Принимается, — кивнула пигалица и подмигнула егерю. — Но о романах вы все же подумайте, я никому не расскажу.

— Мне бы чего-нибудь дешевого, интересного и побольше, — высказал свои пожелания Эдвин. — И вина тоже побольше. На все могу дать два золотых.

— Я смотрю, вы совсем не умеете торговаться, — расстроилась девушка. — Если вас устроит старье десятилетней давности, а то и старше…

— Устроит как раз все старое, новое я уже читал. Только никаких любовных романов, будьте добры. Можно историю о рыцарях или о походах в Пустоши. Еще мне нравятся истории о поимке грабителей и убийц. Год назад я всю серию «Будни современной управы» до дыр прочитал.

— Да, «управа» очень хороша, — согласилась девочка. — Старые книги мы по весу продаем, они никому не нужны и побывали во многих руках, так что состояние многих из них могло быть и лучше.

— Беру все что есть, — согласился Эдвин. — Вечерами делать все равно будет нечего, а так хоть почитаю.

— Я должна вас предупредить, что не все из этих книг я читала, и некоторые из них, по словам моей маменьки, должны издаваться «на мягкой бумаге с отрывными страницами и запахом лаванды».

— Ага, — задумался на секунду Эдвин. — Все равно согласен. Мне пять бочонков недорого вина и книг на все оставшееся.

Книги и вино в ящиках носили на телегу в несколько заходов. Сколько потрепанных томов ему предстояло перечитать, Эдвин даже не считал — надолго хватит и ладно. Вино было не самого лучшего качества, но детство и студенчество научило молодого мага не воротить нос. Оставшиеся серебряные он решил потратить в трактире, но сперва отдал свою долю за ночлег и еду Глену — он передаст Мие, если с ней они так и не увидятся перед отъездом.

Ни егерь, ни маг не хотели оставлять крестьянина с небольшой охраной на рынке, поэтому в полном составе торчали на телеге, пока Глеб все не распродал. Крестьянин был более практичным, да и имелось у него в деревне и кузница и мастера, поэтому закупил он только железо для кузнеца и множество мелочей: цветные ткани, расчески, гребешки, заколки и платья («Мужики решили баб своих порадовать перед зимним запоем» © Глеб).

Рыжий сходил за лошадью («На площади долго держать нельзя, а то нагадят, а мне потом штраф плати» © Глеб), и всей толпой они отправились в таверну. Потратили некоторое время на правильное расположение груза на телеге, чтобы с утра времени на это не тратить, накрыли коробки с книгами (чтобы не намокли в случае дождя), на всякий случай накрыли бочки с вином (чтобы не украли) и пошли внутрь. Эдвин оплатил трактирщику комнату, заказал еды и много кувшинов пива (еда сразу, пиво позже). Сдачу предусмотрительно спрятал во внутренний карман и принялся ужинать. Неторопливый ужин (вездесущая картошка с грибами) прервал Влад. Маг воды плюхнулся на скамью напротив Эдвина, в руках у него было два кувшина пива.

— Вечер добрый, — сказал маг воды и отхлебнул из кувшина в правой руке. Второй же поставил перед Эдвином. — Нашел себе учителя или книги с заклинаниями?

— Даже не искал. Денег хватило закупиться необходимым только. И то наверняка что — то забыл.

— Повезло тебе, — усмехнулся Влад. — Нашел я у себя одну книжонку, тебе в самый раз будет. Сам по ней в свое время тренировался, да видимо, забыл продать.

— У меня денег нет, только если в долг, — сразу предупредил Эдвин.

— Не надо денег, — отмахнулся Влад и достал из-за пазухи небольшой учебник. — Верни главное, потом угостишь в трактире и на этом замнем. Это игла, которой я постоянно пользуюсь. В изучении сложная, но практикой и не такое можно постичь.

Эдвин еще раз поблагодарил Влада, отнес книгу к себе в комнату и спрятал ее в рюкзак. Сложил все необходимые вещи туда же и спустился в зал.

В начале они сидели только с Владом, постепенно подтянулись и егерь с Рыжим. Глеб и плотник пришли уже выпившие и в компании с воином-шутником из отряда захвата. Как выяснилось, они встретились в другом трактире и решили начать там. Дальше было пиво, потом самогон крестьянина («Да сколько ты его с собой возишь?» © Глен). В разгар веселья самогон попробовал трактирщик, и ушлый крестьянин тут же начал договариваться о поставках. После полуночи веселился и гулял весь трактир.

Снилось Эдвину, что он капитан корабля и плывет с командой отчаянных пиратов. Корабль попал в шторм и его болтает по океану, соленая вода летит прямо в лицо. Вот шторм закончился, и они направляют корабль в поисках очередного незадачливого торговца. Неожиданно матрос-помощник бьет его мокрой тряпкой по лицу…

— Ты чего творишь? — раздался голос, словно сквозь толщу воды. — А вдруг он в ответ пульнет чем-нибудь?

Эдвин открыл глаза и увидел небо, на фоне которого выделялся Глеб с бурдюком воды и плотник с мокрой тряпкой в руке. Под спиной отчетливо ощущались доски телеги.

— Так вот, что это за шторм был, — прохрипел маг.

— Бредит? — повернулся к Глебу плотник. — У кума такое было, когда я его топором по голове приложил нечайно.

— Воды, — хрипло попросил Эдвин.

Глеб передал ему бурдюк с водой, но эти капли словно впитались в язык и до горла не дошли. От открытого пространства вокруг кружилась голова и подташнивало. Эдвин кое-как сполз с телеги. Видимо, уже обеденный привал, и остановились они прямо вдоль дороги. Рядом лес, на ветке сидят и поют птички…

— Так я же маг воды, — прохрипел Эдвин.

Голова кружилась все сильнее, поэтому он сконцентрировался на ветке с птицей и постарался дышать ровнее:

— Спокойно создаем небольшую сферу перед собой… так… в сфере добавляем несколько рун и ключей… теперь начинаем запитывать ее маной…

Шарик льда рванул с огромной скоростью в сторону птички. Хлопок и от птицы с веткой осталось только несколько перьев и обломанное основание ветки.

— Я вам свою воду дам, — подбежал плотник. — Не колдуйте больше.

— Действительно, — согласился Эдвин. — Но надо бы записать, что это я такое сделал.

Записать не удалось — сразу после еды молодой маг заснул и проспал до вечера. Вечером Эдвину стало лучше, но он не рискнул колдовать. Наугад выбрал книгу и неожиданно на полночи увлекся чтением, подкинул еще веток в костер и лег спать сам.

Теперь башню Эдвин был рад видеть. На этот раз не торопились и подгадали путь так, чтобы выехать к ней до обеда. Так крестьяне и перекусить в тепле смогут, и домой успеют засветло.

После бурных событий маг твердо решил неделю выходить из башни только за дровами и в лес (вопрос с туалетом надо срочно решать, но как именно, он не знал). Крестьяне помогли занести все покупки на первый этаж башни. Все бочки вина кроме одной спустили в подвал, приготовили суп, сами перекусили и уехали. Договорились, что Глеб с плотником через две недели заедут в гости. Крестьяне надеялись, что Эдвин заготовит им дичи и мяса, а они в ответ привезут еще овощей. Обмен был не совсем равноценный, но когда плотник сказал, что построит коптилку (если Эдвин, конечно же, доплатит), то они быстро договорились.

Мешки с тканью и свертки инструментов Эдвин даже не стал трогать — их время еще придет. На данный момент не было ни желания, ни сил разбираться с этим. Он растопил камин в своей спальне, перенес туда бочонок вина и кружку и, устроившись на новом спальном белье, продолжил читать книгу. Первый день после возвращения из города он так и закончил. Планы на следующий день ничем не отличались. В первой половине дня он потренировался в плетениях, нарубил немного дров и принес их в башню. Заперся на засов (спасибо плотнику) и принялся изучать новое заклинание. Час усердного труда и он отложил учебник в сторону, взял книгу и пошел наверх к кровати и бочонку с вином. Когда прибудет граф — неизвестно, позовут ли его на помощь имперским отрядам вообще и, если позовут, то тоже не ясно, когда. Эдвин настроился на долгое ожидание. Для себя он день разбил на две части: до обеда он тренируется и делает дела по башне: уборка, готовка, дрова. После обеда он учится (сколько выдержит, занятие не самое веселое), а затем книги и вино. Раз или два в неделю он думал попробовать сходить на охоту или рыбалку, но все осталось в стадии планов. Однако он не оставлял планов поставить пару силков на зайцев и с поддержкой (кто его знает, кто водится в этих водах) сходить порыбачить.

Третий день прошел строго по графику, и Эдвин начал переживать по поводу своего намечающегося пристрастия к вину. За ужином он выпил чуть больше вина, чем обычно, и переживания ушли. Перед сном он разобрал покупки (разделил на две кучки) и начал размышлять, что можно попросить у графа взамен. С одной стороны, надо было просить золото, серебро или любые другие монеты (он был даже согласен на большое количество меди). Полученное золото (или любые другие ценные металлы и монеты) конвертировать в товары, а товары вновь менять на золото. Такой товарооборот поможет ему заработать и не думать о деньгах. Но если подумать, то откуда у графа золото в лесу? Между собой нежить золотом не рассчитывается, там его никто не добывает, и вряд ли там есть трактир «Для кровопийц», в котором его можно потратить на бокал крови и стейк человека (средней прожарки). Немного золота и монет у графа будет, но вряд ли он нашел эльфийскую сокровищницу.

В часе ходьбы от башни в лесу горел костер. Возле него сидело четверо — три воина и один маг. Ховард, а это был он, кто же еще, конечно же, размышлял о молодом маге. Убить его несложно, но перед смертью тот должен помучаться. Фантазии Ховарда, который раньше промышлял честным убийством, на такие зверства не хватало, но он правдиво старался и усиленно думал.

— Чего расстроился, командир? — Отто, великан с топором, не блистал умом, но в бою был незаменим. — Отрубим ему руки и выкинем в лес.

— Нет тела, значит и проверяющие из столицы не поймут ничего, — подтвердил невысокий чернявый лучник. — Если станут расследовать, студент он, пропадет, его даже искать не будут.

— Он хоть там?

— Да, сквозь ставни виден свет, а утром Отто видел его на тренировке. Он приехал и сейчас сидит в своей башне.

— Все готовы? — вопросил Ховард и осмотрел свой отряд.

Раздался нестройный гул голосов, и Ховард скомандовал подъем.

— У нас ночь на все про все, к утру башня должна гореть, а труп мага должен быть утоплен. Или не утоплен, но найти его никто не сможет. Теперь вперед.

После полуночи, когда дверь в башню начала трястись от ударов, Эдвин проснулся и понял, что ночь перестает быть томной. Как умный человек, он решил сначала выглянуть и сделать это с последнего этажа, на котором свет не горит.

Под звуки выбиваемой двери (было похоже, что ее рубили топором) он поднялся наверх и приоткрыл скрипящие ставни. Не успел высунуть голову наружу, как внутрь залетела стрела. Пообещал себе смазать их хорошенько, если выживет, конечно. Демаскирующий звук старых петель его больше не должен подвести.

— Интересненько, — пробормотал Эдвин, которому было не столько любопытно, сколько страшно. Он быстро спустился на первый этаж и крикнул сквозь дверь. — Вы кто такие?!

Удары стихли, и некоторое время царила тишина. Затем знакомый голос искателя за дверью ему ответил:

— Открывай, мы тебя не больно убьем.

— А без этого никак? Может, уйдете, и я забуду, что вы тут были?

— К сожалению, нет, — раздался притворно грустный голос Ховарда. — Ты меня оскорбил, затем угрожал, и все это при людях. Свою репутацию я ценю и такого не прощаю.

— Тогда не открою, — решительно ответил Эдвин, взглядом рыская по помещению.

Вещей было много, но ценным в данном случае не являлось ничего. Стрелять он толком и не научился, поэтому на всякий случай он вооружился топором. Основным его оружием должна стать магия, но окна контролировал лучник. Ничего горючего, что можно было бы скинуть, не наблюдалось, разве что бочонок с вином, но он не горит.

— Зато тяжелый, — и Эдвин помчался в спальню за бочонком.

По пути на самый верх он распахивал ставни на каждом этаже. Лучник не сможет контролировать сразу все открытые окна, значит шанс на успех есть. Бочонок был небольшой, и Эдвин успел его немного опустошить, но весил он все еще больше десятка килограмм. Башня строилась с расчетом на военные действия, поэтому окна ее были прямо над дверью — это дает защитникам возможность обороняться и радовать штурмующих подарками в виде камней и кипящей воды. Эдвин притормозил при мысли о кипящей воде, но решил, что времени не хватит. Дверь ему сделали хорошую, но долго против таких ударов она не выстоит.

Наверху он последний раз взглянул на вино, прислушался к методичным ударам топора по входной двери и одним движением сбросил бочку, тут же прячась обратно от возможных стрел. Стрел не последовало, зато последовал звук удара, крик и много мата со всех сторон. Великан орал, что у него сломана рука, остальные материли Эдвина на все лады. Через несколько минут все успокоились.

— Тебе конец, маг! — крикнул снизу Ховард.

— Убирайтесь, пока я самогон не скинул и не сжег вас к эльфийской матери! — в ответ выкрикнул Эдвин. Самогона не было, но блефовать так блефовать.

— Прикройте! — скомандовал Ховард, поднял лежавший на земле топор и принялся с остервенением рубить дверь.

Эдвин спустился ниже, подкрался к окну и, появившись в проеме на долю секунды, кинул вниз заранее приготовленные водяные плети. Над Ховардом моргнул щит, и плети разлетелись брызгами воды, не причиняя никакого урона.

— Еще и маг есть, — идеи у Эдвина заканчивались, а двери оставалось жить совсем недолго.

Несмотря на ночную прохладу и сквозняк, Эдвину стало жарковато. Он перебирал все возможные идеи раз за разом, но выхода не было. Оставался только вариант с прыжком из окна на другой стороне башни, но молодой маг сильно сомневался, что сможет далеко убежать от команды искателей.

Он спустился вниз к двери и приготовился встречать врага лицом к лицу. Шансов на победу в поединке у него, считай, нет, но лучше попытаться и погибнуть в бою (чего он очень не хотел), чем быть пойманным и подвергнутым пыткам (чего он не хотел еще больше).

Удары топора в дверь стихли, и Эдвин приготовился. Дверь держалась на честном слове — несколько ударов ее добьют окончательно. Придется новому жильцу опять крестьян нанимать. Ховард по какой-то причине не торопился, Эдвин тоже не собирался действовать первым.

В дверь вежливо постучали.

— Да ты издеваешься надо мной?! — не выдержал Эдвин.

— Господин маг, смею заметить, что у меня и в мыслях не было над вами издеваться, — раздался голос из-за двери.

— Граф? Вы здесь… но как?

— Вы пригласили меня обсудить одно интересное предложение, и я неторопливо пошел по вашим следам. Признаться, я заметил осаду вашей башни некоторое время назад и мне было весьма интересно понаблюдать за ее течением.

— Мне тоже было очень интересно, — ответил Эдвин. — Изнутри ощущения поострее будут.

— Не стоит язвить, я бы не допустил гибель моего возможного торгового партнера, — рассудительно ответил граф. — Вы позволите мне войти?

— А без моего разрешения вам ваша природа не позволит? — решил узнать еще про одну легенду Эдвин.

— Нет, мое воспитание не позволяет мне без спроса входить в дом.

Дверь в проеме слегка перекосило, поэтому Эдвину пришлось попотеть, открывая ее. Внутрь тут же зашел граф, еще раз поприветствовал его, скинул свой рюкзак возле стены и обратился к магу:

— Вы не поможете занести внутрь ваших друзей?

— Они… живы? — удивился маг.

— Разумеется, живы. Толку с них мертвых никакого.

Вместе с графом они перетащили бессознательных мужчин в башню. Граф связал их всех, немного поколдовал над бессознательным магом («Несколько часов не сможет создавать заклинания») и принялся разводить огонь в камине на первом этаже.

— Как вы с ними справились? — полюбопытствовал Эдвин. — Пусть они и не самый профессиональный отряд, но это все-таки воины с опытом.

— Эти воины с опытом просто дети по сравнению с настоящими профессионалами. Кроме того, я рассказывал вам, что успел повоевать с эльфами. Да будет вам известно, что я имел честь служить в «зеленых енотах». Мы были лучшими разведчиками на территории эльфов. Были случаи, когда эльфы в собственных лесах проходили в метре от нашего отряда и не замечали.

— Круто, — впечатлился Эдвин. — А правда, что даже самая некрасивая эльфийка лучше человеческой женщины?

— Нет, — повернулся к магу граф. — Не все, но большинство. Обсудим эльфиек или по делам поговорим?

— Да, кхм, — Эдвин вовсе не против был обсудить эльфиек, но решил не наглеть. — Я хотел бы с вами торговать. Вы сказали, что многие вещи можно приобрести только в империи. Но вам в города дорога закрыта, а я мог бы помочь.

— Почему вы мне доверяете?

— Кроме того, что вы дважды меня спасли? Вы выглядите здравомыслящим челове… кхм, — запнулся Эдвин. — Я хотел сказать…

— Я понял, что вы хотели сказать. Не скрою, мне интересно ваше предложение. Нам действительно не хватает многих вещей. Искатели, знаете ли, не ходят в лес с гвоздями, обувью нужного размера. Некоторые даже мыло с собой не берут!

— Я купил всего понемногу, — признался Эдвин. — Инструментов разных, тканей, постельного белья…

— Постельного белья? — граф удивленно приподнял бровь.

— Ну… вам, наверное, неудобное… в гробу… ну… — начал мямлить Эдвин.

— Что в гробу неудобно?

— Спать.

— С чего вы взяли, что я сплю в гробу? У меня кровать есть.

— Ну солнечный свет и…

— Плотные шторы у меня тоже есть, — внимательно посмотрел граф на стремительно краснеющего Эдвина.

— Я просто слышал, что вампиры спят в гробах, — цвет лица мага становился похож на цвет спелого помидора, но граф словно не замечал этого.

— Ах это… — граф прошелся по этажу и начал рассказывать. — Нет, вампиры не спят в гробах или саркофагах. Если вампир молод, и солнечный свет ему опасен, то он просто проводит светлое время суток в подвале. Но постельное белье я согласен взять. Не один живу, да и старое оно у всех. Что еще есть?

— Инструменты: молоток с гвоздями, лопаты, пилы, топоры…

— Беру все, — перебил его граф. — Замок старый, работать и что-то делать приходится постоянно. Инструментов не хватает, иногда чуть ли не мечами искателей этих недоделанных деревья рубить приходилось.

— Вы живете в замке?

— Да, после эльфов остались небольшие и не до конца разрушенные замки. Он в глубине земель, не там, где я вас встретил, так что довести и показать не смогу. Но место прекрасное — рядом река, где можно рыбачить, красивая природа и леса, богатые животными и растениями. Так приятно, знаете ли, после рыбалки съесть хороший кусок приготовленного мяса…

— Есть удочка, я сам не рыбак и могу вам подарить, — вспомнил Эдвин и тут же опомнился. — Стоп, вы едите мясо? Не только кровью питаетесь?

— Не надо подарков, я согласен выкупить ее у вас, — обрадовался вампир. — Вы не представляете, как мало любимых занятий у меня осталось. Рыбалка как раз одно из них, и хорошая удочка мне необходима. И да, я ем мясо. И овощи с фруктами. А кукурузу вообще обожаю, раньше ее в одной деревне выращивали, так вы не поверите, как мелкий воришка с мешком по ночам на поле лазил.

— А что еще вам нравится? Может, я помочь смогу…

Возле стенки зашевелился и открыл глаза Ховард.

— Ты разговариваешь с ним? — прохрипел он. — Тебе конец, маг! За такое тебя не просто повесят, тебя…

Договорить он не успел, граф оказался рядом и ударом ноги отправил искателя в нокаут.

— Не беспокойтесь, молодой человек, — граф на всякий случай добавил каждому из команды Ховарда по удару в голову. — Никто вас не будет казнить за наш разговор.

— Само собой, — согласился Эдвин. — Так что у вас за любимые занятия кроме рыбалки?

— Книги, театр, наука, — перечислял граф. — Мне кажется, что магия рано или поздно уступит техническим новинкам.

— Ну это вряд ли, — усмехнулся Эдвин. — Книги у меня есть, я их себе покупал, но могу дать вам часть почитать на время, абсолютно бесплатно, если что. Вы мне потом их вернете, а я новые дам, которые сам к этому времени уже прочту.

— А если купить?

— Ну как прочту, так сразу и покупайте, — предложил вариант Эдвин. — Я как раз последние дни только и делал, что читал и пил вино. Могу прочитанные продать и пару десятков дать на время почитать.

— Вино, — заинтересовался граф. — Знаете, у меня есть еще одно любимое занятие и связано оно с алкоголем…

— Кружку вина? — тут же сориентировался Эдвин.

— Не откажусь, — улыбнулся вампир.

— Не поможете достать бочонок из подвала? Прошлый я скинул на того здоровяка, — Эдвин указал пальцем на одно из бессознательных тел.

— Чудовищное отношение к благородному напитку, — покачал головой граф. — У меня, кажется, даже сердце немного заболело, когда я увидел это.

Они с графом достали бочонок вина (Эдвин показал, где подвал, и считал, что доставали именно они, несмотря на то, что его участие на этом закончилось). Молодой маг подал графу кружку, и они принялись обсуждать цены за ткани, постельное белье и инструменты. Эдвин торговаться не умел, но граф был заметно доволен и тоже торговался, скорее, для вида, без огонька. Полтора золотых за инструменты, полтора же за постельное белье (себе Эдвин решил оставить один комплект), одежду и ткани граф взял, не глядя («Новая одежда у всех разумных ценится, а по размеру подгоним, хватает умельцев») за золотой и четыре серебряных, и наконец один золотой и семь серебряных за удочку (Самая выгодная продажа. Эдвин решил купить еще с десяток удочек, они вроде бы стоили совсем ничего).

— Есть еще ковер, но я его для себя брал.

— Ковер подождет, место ограничено. Я бы выкупил у вас все вино, не императорское, конечно, но пить можно. Благородные крепкие напитки я также готов у вас выкупать или обменивать в любых объемах.

— Мне бы не помешал список необходимых вещей, — предложил Эдвин. — Меньше чем через две недели ко мне приедут крестьяне. Я договорюсь с ними на поездку в город и куплю все необходимое.

— Можно мне бумагу? Составлю список прямо сейчас.

Бумагу и принадлежности для письма Эдвин искал по своим мешкам некоторое время, за которое часть пленников опять успели очнуться, получить по голове и вновь потерять сознание.

Граф принялся неторопливо записывать что-то, рука время от времени замирала, пока он размышлял. Эдвин старался не мешать ему, но тот сам продолжил разговор.

— Вышло у нас несколько больше шести золотых. Я предполагал, что мы сможем сразу с вами прийти к соглашению, поэтому они при мне.

— Я бы хотел обсудить еще несколько моментов, — решился Эдвин. — Мне бы вместо денег еще что-нибудь.

— Например, что? — граф отвлекся от списка и внимательно рассматривал мага.

— Знания или заклинания, — признался Эдвин. — Надо стать сильнее, иначе меня убьют на дуэли.

— Можно что-нибудь придумать, — задумался граф. — Не обещаю, но несколько мыслей у меня есть. Что-то еще?

— Да, есть еще один товар… — задумчиво проговорил маг. — Думаю, он вас заинтересует, и я бы отдал вам его на реализацию за небольшой процент от прибыли…

Граф усмехнулся и посмотрел в сторону пленников.

— За скромное вознаграждение в две трети от цены я готов заняться этим мерзким и богопротивным делом. Беру троих, главный мне не нужен.

— Ну что вы, граф. Вы этим делом и так занимаетесь, поэтому я уверен, что за десятую часть от суммы продажи вы возьметесь за это несложное задание.

Торговались они недолго и сговорились на ровном разделе. Граф Дерби вытребовал еды для каждого из пленников.

— Почему без главного? — спросил Эдвин, который понятия не имел, что делать с Ховардом.

— Все просто, мой юный друг, — граф отпил из кружки, выдерживая паузу. — Вы должны самостоятельно его убить.

— Я не хочу его убивать, — ответил Эдвин.

Он действительно не хотел убивать человека. До этого никогда никого не убивал и не собирался начинать. Одно дело — в горячие боя или дуэли, но связанный и избитый человек совершенно другое.

— Верю, что вы не хотите, — спокойно продолжил граф. — Но что вы будете с ним делать? Отпустить вы его не сможете — он тут же расскажет обо мне в городе. Наше торговое начинание закроется, не успев толком открыться, а вас ждет короткая, но яркая карьера на городской площади.

— Отдать вам? — предположил Эдвин. — Бесплатно, всю прибыль с него себе заберете.

— Нет.

— Отдам вам его и всех остальных бесплатно, — продолжал давить Эдвин.

— Заманчиво, но все еще нет. Вы сейчас можете не понять, но делаю я это из лучших побуждений. Вам необходимо взрослеть и чем быстрее, тем лучше. Готовность и умение избавляться от своих врагов вам пригодится. Возможно, другой аргумент вам поможет — этот человек собирался вас пытать и убить.

— Да знаю я, — огорченно сказал Эдвин. — Но не могу я так…

— Это решение не всем дается легко, и я отчасти рад, что вы переживаете по этому поводу. Я не буду настаивать и давить на вас, тем более, что свое мнение я уже высказал.

— Я понимаю, что вы правы, — опустил голову Эдвин.

Граф не ответил и принялся пить вино. Они некоторое время молчали, граф пил и составлял список, Эдвин тоже пил и напряженно думал о Ховарде. Не мог он его убить, но и отпускать его было нельзя. Вампир отказался выполнять за него эту работу, и теперь необходимо было решать вопрос самостоятельно.

— Вы не поможете с погрузкой моих покупок? — уточнил граф у мага.

— Да, конечно, — отвлекся от своих тяжелых мыслей маг. — А куда грузить?

— О, я встретил замечательное существо по пути к вам, — улыбнулся граф. Он выглянул за дверь и громко свистнул. — Мы с ним подружились.

Раздался топот, и перед башней появилась подозрительно знакомая лошадь. Она была рада видеть графа, который достал из мешка яблоко и скормил его ей. Лошадь принялась громко хрустеть, косясь на Эдвина.

— Клыки? — подозрительно сощурился Эдвин, глядя на пасть лошади.

— Чего только не привидится в темноте, — граф развернулся и заслонил картину жующей лошади. — Несите веревки, будем навешивать груз.

Граф ловко навесил все покупки на лошадь, которая ничем не выдала наличие тяжести по бокам. Перед погрузкой оставшегося вина он наполнил им Эдвину кружку и все фляги искателей («Вам пригодится, по себе знаю»). Трех связанных и оглушенных искателей он кинул сверху на груз и пояснил:

— Когда очнутся — своими ногами пойдут. Спать, пожалуй, будут верхом, я на сон тратить времени не буду.

— Торопитесь?

— Земли империи, как никак, — пояснил граф. — Когда за границу выйду, опасаться будет нечего, а возле границы можно на разные отряды наткнуться. С патрулем я, скорее всего, справлюсь, но ни вам, ни мне лишнее внимание не требуется. Убийство патруля — это всегда форс-мажор, который расследуется тщательным образом. Бывали случаи в прошлые столетия, когда нежить собиралась в большие отряды и делала набеги на обжитые земли. Повторения никто не допустит, поэтому будут землю рыть, но выяснят, что именно произошло.

— Полностью с вами согласен, — кивнул Эдвин.

— Спасибо за гостеприимство, — принялся прощаться граф. — Список оставшихся покупок и деньги я оставил на столе. От тела главаря я рекомендовал бы вам избавиться в речке. Следов гарантированно не останется. И не затягивайте с его кончиной, он все-таки воин и может выбраться из пут. Если такое случится, то вас он жалеть не станет.

— Да, знаю я, — скривился как от зубной боли Эдвин. — Тяжело это.

— Первый раз убить хладнокровно и не в бою многим тяжело, а хорошим людям тяжелее всего, — приободрил его граф. — Но навык необходимый, впрочем, я уже все объяснял.

Граф раскланялся и повел лошадь с живым и не очень грузом в лес. Эдвин вернулся в башню и увидел зло сверкающего глазами Ховарда.

— Ну что, сосунок, с нежитью якшаешься, людей им продаешь? — ухмыльнулся тот. — Не погладит тебя имперская стража за такое.

— В твоем состоянии угрожать мне раскрытием — последнее дело, — Эдвин подошел к своей кружке с вином и сделал небольшой глоток. — Или ты настолько глуп, что не понимаешь этого?

— Кишка у тебя тонка убить меня, — хрипло рассмеялся Ховард. — Лучше отпусти, и тогда я подумаю о молчании. Разумеется, придется немного приплатить, но я вижу, что деньги у тебя водятся.

Эдвин промолчал и сел возле камина, попивая вино. Искатель был прав, он не был готов его убить. Эдвин участвовал в дуэлях, но никого не убивал, да и сложно убить, когда рядом куча лекарей следит за ходом поединка. Волки напали сами, а гули вообще неживые существа… В горячке боя он мог принять решение и пытаться убить человека, но сейчас, когда Ховард лежит связанный… Можно развязать и попробовать сделать поединок, но Эдвин дураком не был и даже ради успокоения своей совести на такой шанс идти не собирался.

— Собираешься с духом? — ехидно уточнил искатель со своего места. — Я тогда посплю, а то долго собираться будешь.

Эдвин оставил комментарии Ховарда без ответа. Отпускать его нельзя, этот человек молчать не станет. Сдаст его моментально или попытается убить на месте. Ни то, ни другое Эдвина не радовало. Если он его убьет, то куда деть тело? А как убить? Он оценивающе посмотрел на Ховарда. Нож точно не вариант, хладнокровно перерезать ему горло он не сможет. Еще и башню потом отмывать придется. Вывести в лес и оставить там? Не факт, что его кто-то съест, а вот перетереть веревки и убежать искатель сможет быстро. Вывести в лес, ранить в обе ноги и ждать, пока придут на запах крови, или тот истечет кровью? Молодой маг встряхнул головой, отгоняя этот способ. Слишком жестоко, и не пойдет Ховард самостоятельно никуда. Не станет он участь магу облегчать.

— Ты если долго будешь думать, то займись заодно готовкой еды, — вновь раздался голос искателя. — А то я с голода быстрее сдохну, чем ты храбрости наберешься.

Эдвин встал из-за стола, подошел к стене со сложенными пожитками, нашел мешок поменьше и ножом отрезал часть ткани. Несколько минут борьбы со связанным Ховардом, и во рту у искателя появился кляп. Оставшуюся часть мешка он надел ему на голову. По его расчетам это должно облегчить убийство. Лица не видно, звуков не доносится — можно представить на месте связанного человека манекен. Закидать убойными на близкой дистанции водяными ножами легко, главное — целиться в область шеи, чтобы наверняка. Надо просто не думать об этом слишком долго, а сделать и забыть как страшный сон.

Эдвин встал напротив Ховарда и уставился в область шеи. Искатель услышал шаги и активно заворочался на полу — решимость мага таяла с каждой секундой.

— Да давай уже, — подбодрил он себя. — Сформировал и кинул нож. Это так же просто, как разрубить полено.

И Эдвин сделал это. Он стоял еще минуту, заставив себя досмотреть до конца, как мешок пропитывается кровью, а Ховард дергается все слабее и слабее. А потом Эдвина стошнило.

Стало легче ему где-то через час. Сразу после убийства он прихватил все фляги с вином и вышел на свежий воздух, никаких волков он не опасался. Ночная прохлада немного проветрила голову, и магу стало лучше. Когда его перестало мутить, он посидел еще немного с флягой и решительно поднялся на ноги. Пока ночь, надо избавиться от тела. Днем могут заглянуть крестьяне или отряд егерей. Или в лесу по пути к речке он встретит тех же патрульных. Сейчас же шанс наткнуться на лагерь в лесу минимальный, да и огонь костра будет виден издалека.

В башне пахло металлическим запахом крови.

— Хорошо хоть не опорожнил кишечник, — мрачно прокомментировал маг. — А то знатно бы подгадил напоследок.

Для начала следовало снять все тяжелые вещи с трупа. Нести относительно недалеко, но каждый лишний килограмм через час пути будет давить на плечи мертвым грузом. Сапоги снялись легко, куртку же он банальным образом срезал. Искатель оказался полураздет, и Эдвин поднялся, рассматривая, что же еще можно сделать. Решение пришло быстро, и куртку искателя он пустил на повязки, которыми замотал трупу шею со следами крови. Так оставалась надежда, что сам он не испачкается.

— В мои времена раздевали красивых девушек, а не мертвых мужчин, — раздался голос графа с порога.

— Что?! — Эдвин резко обернулся в испуге. — Вы меня напугали! Я думал, что вы уехали.

— Забыл свой мешок, — указал граф на искомую вещь. — Решил вернуться, раз не так далеко отъехал.

— Ага.

В версию с мешком Эдвин верил слабо, но мотивы графа были не до конца ясны.

— Я осмелюсь предложить вам свою помощь, — в свою очередь, сказал вампир. — Речка не совсем по пути, но это не очень большой крюк. А вам не надрываться и нести тело на себе.

— Согласен, — не стал даже раздумывать Эдвин. Он честно оценивал свои силы и понимал, что труп взрослого мужчины нести будет очень и очень сложно. — Я хотел бы справиться с этим до утра.

— Значит не будем медлить.

Граф помог перенести тело на лошадь, и они отправились в путь.

— Как она выдерживает столько груза? — задался вопросом Эдвин.

— Укрепленные кости, улучшенные мышцы, немного мутаций и демонологии… — перечислил граф.

— Все запрещенное законом в одном создании.

— Полегче, это разумное существо и может обидеться.

Эдвин посмотрел на лошадь и наткнулся на внимательный взгляд красных глаз.

— Без обид, — шепотом сказал он и тут же приложился к фляге вина.

Лошадь кивнула в ответ, и они продолжили путь.

Разговор особо не клеился, потому что Эдвин время от времени уходил в себя и начинал переживать из-за случившегося. Да, Ховард хотел его убить, но можно было его судить. Правда, после того, что искатель увидел, выбор исчез сам по себе. Теперь ему с графом торговать и торговать.

— Раз вы не настроены на разговор, я могу рассказать что-нибудь из прошлого, — предпринял попытку растормошить собеседника граф Дерби. — Я заметил, что вы интересовались темой эльфов и прошлым.

— Скорее, эльфийками, — попытался пошутить Эдвин.

— Эльфиек еще есть возможность вживую увидеть, но боюсь, что это будет последнее, что вы увидите в своей жизни.

— Вживую? — молодой маг поперхнулся вином, которое он пил в этот момент. — Но ведь всех эльфов истребили.

— Это кто сказал?

— Исследования магов… — растерянный Эдвин начал испытывать чувство, словно он это уже проходил.

— Технически они, конечно, правы, всех живых эльфов умертвили, но некоторые из них стали высшими вампирами. И людей, любых людей они ненавидят. Люди истребили весь их вид, и я крайне не рекомендовал бы с ними сталкиваться. Останься вы одним из немногих людей, как бы вы относились к потомкам эльфов, которые уничтожили вашу расу?

— Я бы их ненавидел и пытался отомстить, — подумав, ответил маг.

— Верно, но сил для мести нет, а противник становится силен как никогда.

— М-м-м-м, — задумался Эдвин. — Смириться?

— Они слишком гордые для этого. Собственно, гордость их частично и погубила в войне.

— Это как?

— Знаете ли вы, что лучше всего развивается во время войны? — задал вопрос граф и тут же начал на него отвечать. — Люди и эльфы веками изобретали новые способы убить ближнего своего — оружие и заклинания. И тут же начинали поиски защиты: щиты, доспехи и те же заклинания. Во время войны пригодились все исследования и изобретения. Но если в мирное время на практике проверялось немногое, то в боях стало проще проводить эксперименты. Вам лучше не знать, сколько раненых покалечили свои же, пока научились отращивать конечности. И это лечебное заклинание.

— Действительно, — задумался Эдвин. — На это я с такой стороны не смотрел.

— Об этом мало задумываются, но война — двигатель как для медицины, так и для оружия. Сплавы, изобретенные во время войны, используются до сих пор. Ваша башня стоит крепко и простоит еще много веков.

— А что эльфы?

— Ах да, эльфы и их знаменитая гордость, — вернулся к рассказу граф. — Появлялось новое оружие, новые заклинания и типы брони. Мы, люди, перенимали все лучшие разработки у них и использовали свои. Гордые эльфы, несмотря на путь, ведущий к проигрышу, отказывались использовать человеческие разработки и заклинания. Лишь немногие из них, как правило, такие же разведчики, как и мы, не стеснялись использовать человеческие разработки. Был случай, когда эльфа осуждал свой собственный народ за успешную операцию. Он сумел ликвидировать одного из лучших полковых магов северо-восточного направления, но вместо награды получал лишь плевки вслед. За что? Да потому что он использовал более эффективные людские маскировочные заклинания на тот момент. И ходил с трофейным мечом разведчика, что добавляло ему косых взглядов.

— Меч разведчика?

— Гатан, он так назывался. Обычный клинок, если честно. Короче меча, но в лесу или в замке, куда мы забирались, он имел преимущество перед обычным одноручным мечом. Стоит заметить, что у эльфов был свой аналог с непроизносимым названием, как, впрочем, и весь язык эльфов. И качеством ничем не уступал людским. Мне кажется, что тот разведчик наслаждался вниманием и поэтому носил человеческий клинок.

— А что с ним стало?

— Не знаю, — рассеянно ответил граф, уйдя в воспоминания. — Учитывая, чем закончилась война, я могу сказать, что он однозначно умер. Крайне маловероятно, что стал нежитью.

— У вас была веселая молодость.

— Это сейчас, по прошествии времени все кажется веселым. Когда мы неделю под дождем ждали помощи, удерживая необходимую точку от превосходящих сил эльфов, было не так весело. Представь: проливной дождь, наш отряд в тридцать человек и узкий проход среди болот. Дышать нечем, еды мало, эльфы не дают покоя и постоянно атакуют, а если отходят, то начинают забрасывать заклинаниями. Наши маги спали по пару часов в несколько суток, и все, на что их хватало, так это держать щиты. Подмога опоздала на неделю. Отходить мы не имели права, атаковать не было сил. К концу недели нас осталось намного меньше, и почти у всех были раны различной степени тяжести. Некоторые раны начинали гнить, и сделать было ничего нельзя. Веселые воспоминания, не правда ли? Как вы представляете себе войну, молодой человек?

— Ну… — Эдвин принялся быстро вспоминать учебник истории. — Армия надвигается на вражескую территорию, захватывает города и время от времени сталкивается с чужой армией…

— Нет, — усмехнулся граф. — Отдельные отряды занимают ключевые точки и ждут, пока подойдет армия. Затем они продвигаются вперед и снова занимают ключевые точки. Это линия фронта, я привезу вам несколько автобиографий наших полководцев. Вы больше станете понимать, лишним не будет. Кроме того, армия — это постоянное безделье, с которым борются. Солдат не должен маяться, поэтому в моменты затишья его занимают всем чем только можно. Это я описывать не буду. А бой — это крики, стоны, вопль умирающих людей и лошадей. Если есть маги, то можно смело добавлять запах горящей плоти и множество других вещей. Я могу сказать так: на войне происходило множество веселых вещей, и у меня огромное количество историй, но вот выглядит поле боя всегда отвратительно.

— Я не хотел бы оказаться на войне, — признался Эдвин после рассказа вампира.

— К вашему сожалению, вы живете в империи.

— И что?

— Любая империя постоянно воюет. На это есть множество причин, и не всегда войны идут на истребление, как с эльфами. Но все крупные государства находятся в перманентном состоянии конфликта. С кем на этот раз мы не дружим, и кто у нас плохой? — усмехнулся граф.

— Несколько лет ругаемся с кем-то на юго-востоке, — припомнил новости маг. — Какие-то территории не можем поделить.

— Вот тебе и следующая жертва, — сделал вывод граф. — Сколько на материке осталось государств кроме империи?

— Три на юго-востоке, северные острова и одно на западе вдоль побережья, — географию Эдвин знал хорошо.

— Получается, что сначала все эти захватят, а потом обратят свой взгляд дальше. Чем больше страна, тем больше амбиции у правителей, — граф задумался. — Разве что северные острова могут не тронуть, у них такой холод собачий, что делать там нечего. Со мной в отряде был парень оттуда, рассказывал, как забыл бутылку самогона на улице, а она замерзла.

— Да уж, — оценил историю маг. — Там определенно жить нельзя.

Искатели вновь начали подавать признаки жизни, и графу пришлось отвлечься на них.

— Как бы они не умерли по пути от такого обращения, — заметил Эдвин.

— Мне главное границу перейти, а дальше проще будет. Это я с вами пешком иду, а мой друг сможет даже с таким грузом выдерживать приличную скорость, — он похлопал лошадь. — Я тоже могу бежать сутки без остановок и, возможно, даже быстрее. Мы, кстати, уже почти пришли.

До рассвета оставалось недолго, и видимость была приемлемой. Речка оказалась достаточно широкой, чтобы в ней можно было утопить население небольшого городка.

— И куда его сбрасывать?

— Погодите топить, — дал наставление граф. — Вы же не хотите, чтобы обглоданный, но узнаваемый труп всплыл возле какого-нибудь рыбака?

— С чего бы ему всплывать?

— Если сразу не съедят, хотя должны съесть сразу, я до сих пор не составил полный список водоплавающих существ, то еще как всплывет. Маловероятно, но делать надо наверняка. Лучше всего забить живот камнями и замотать сверху, а после этого… — он посмотрел на позеленевшего мага. — Впрочем, давайте так скинем. Лучше я сам сделаю, смогу подальше закинуть. Мокрая одежда должна на дно утащить, но на всякий случай…

Граф достал меч одного из искателей.

— Железо дрянь, даже не перековать. Будет вместо камней.

Он не стал приматывать меч к телу, а воткнул его в труп в районе шеи и давил, пока клинок полностью не ушел в тело. Затем с легкостью поднял тело искателя, немного раскрутился с ним на месте и швырнул в реку.

Эдвин и граф Дерби наблюдали за тем, как тело медленно начинает тонуть. Затем появились небольшие пузырьки, но вскоре и они исчезли. Еще с минуту они смотрели на гладкую поверхность воды, но ничего не происходило.

— Ну что же, пора прощаться, — протянул руку маг.

— Да, время пришло. Я прибуду к вам через две с половиной недели, вы как раз успеете съездить в город за всем необходимым. Остался один небольшой вопрос…

Граф развернулся к реке так быстро, что его силуэт для Эдвина размазался. На поверхности воды, где только что тонул труп искателя, появился огромный лопнувший пузырь воздуха. Вампир повернулся к магу и продолжил явно не так, как собирался изначально:

— Как быстро вы бегаете?

Эдвин с беспокойством посмотрел на поднимающиеся пузыри на месте утонувшего тела.

— Не так чтобы я был лучшим бегуном, но достаточно быстро.

— Отлично, тогда можем обойтись без жертв. Часов через пять она потеряет ваш след. Я же легко оторвусь самостоятельно.

— Часов через… сколько? — уточнил Эдвин.

— Вы не сможете пробежать пять часов, да? — начал что-то подозревать граф.

— У меня выдалась тяжелая ночь, но даже в своей лучшей форме я не смогу быстро бежать пять часов, — пояснил Эдвин.

— Да, порой я забываю… Знаете ли, привык к своим силам…

Поверхность воды тем временем стала красной от крови.

— Нам не стоит, ну… поторопиться немного? — решил уточнить Эдвин.

— Не беспокойтесь, у этой милашки на завтрак уйдет еще минут пять-десять, не меньше. А я с ней и так справлюсь. Не хотелось истреблять редкие виды, но выбора, к сожалению, нет…

— Там вообще кто? — не выдержал маг.

— Милая маленькая ящерка, я так предполагаю, — ответил вампир.

— Маленькая?

— Не больше двух метров. Это без хвоста, конечно, высотой будет вам до живота или груди. Еще и ядовитая, кстати. Мегалания, может, слышали про такую?

— Так они же… — Эдвин запнулся. — Так они же обитали… обитают в жаре, тут климат не тот.

— А еще они вымерли, — усмехнулся граф. — Почти вымерли, как показала практика. Встречаются иногда, ближе к концу осени переселяются на юг бывшего государства эльфов, а куда оттуда уплывают — мне неизвестно. Наблюдал за ними долгое время, удивительные создания.

— Тогда почему мы еще не бежим?

— Они двигаются со скоростью быстрого пешего шага человека без остановок больше десяти часов, пока преследуют добычу. Единственный шанс уйти — двигаться быстро и долго, чтобы след стал слабый. Тогда они или след потеряют, или интерес к преследованию.

— А если я на лошади? — предложил Эдвин.

— Тогда мне придется скинуть кого-то из купленных людей, — с сомнением посмотрел граф. — Кроме того, мегалании — это не только бесполезное мясо, но и дорогие органы, ядовитые железы и замечательная твердая кожа.

— Вы собираетесь с ней сражаться? — решил уточнить Эдвин.

— Мы собираемся с ней сражаться, — выделил граф слово «мы». — Вам необходима практика и развитие потенциала, а я всегда мечтал о сапогах из их кожи. Кожу я снять помогу, органы поделим поровну.

— Не уверен, что у меня получится пробить ее шкуру.

— Не получится, конечно, вы меня поймите, но как маг вы пока можете быть лучшим среди таких же студентов. В наши времена боевые маги в вашем возрасте были сильнее. Не потому что были умнее, нет, в наши времена дуэли были до смерти, и во время дуэлей не только выживал сильнейший. Каждое убийство, каждая дуэль, когда организм на пределе, и ты борешься за выживание, ускоряло развитие мага. А у вас, поймите меня правильно, детский сад настоящий. Смысл в дуэли, если никто не пострадает, и все выживут?

— Посмотреть, кто лучше владеет магией? Тем более я не уверен, что целители так же быстро и охотно оказывали помощь простолюдинам.

На поверхность реки всплыла надкушенная рука. Не успело ее течение унести, как она исчезла во всплеске воды.

— Давайте подготовим площадку и обсудим план действий, — граф приложился к своей фляге, и Эдвин был уверен, что это не вино. — Лошадку отправим подальше, она нам в бою не нужна. Вы будете стоять на вот этом месте и отвлекать ящерку на себя. Помните, что она хоть и двигается со средней скоростью, но на коротких дистанциях может делать опасные рывки на несколько метров. Не рискуйте понапрасну.

— Я бы предпочел издалека понаблюдать за вами. Не хочется приманкой быть для здоровой ядовитой ящерицы.

— Не беспокойтесь, вам надо развиваться, а в бою это происходит быстрее всего. Я буду держать ситуацию под контролем, — граф на секунду запнулся. — Точнее, постараюсь держать ситуацию под контролем.

Эдвин отправился к указанному месту и принялся смотреть на берег.

— Почему все говорят, что именно в бою маг растет быстрее всего, но ни одной книги по этой области нет? — стоять и молча смотреть на берег было скучно, и Эдвин задал пришедший в голову вопрос.

— Есть и не одна, — усмехнулся граф. — Допуск не для студентов, вот и все. Примите это как данность и постоянно сражайтесь с сильными соперниками. Может, годам к пятидесяти и архимагом станете тогда.

Дальнейший разговор прервало появление ящерицы. И человека, который назвал мегаланию ящерицей, стоило поставить перед живой особью и спросить, где именно он ящерицу увидел. Длинные зубы, голова размером с бочку, мощные лапы с острыми когтями… Ящерицы должны при виде человека отбрасывать хвост и, теряя содержимое кишечника, убегать подальше. Сейчас же желание отбросить хвост появилось у Эдвина. Испугали его даже не размеры (хотя ящерица все еще выползала на сушу), а глаза.

Из курса истории он помнил, что этот вид появился очень давно, еще до людей. И раз «ящерицы» (Эдвин не мог заставить называть себя этих хищников ящерицами) еще существуют, то этот вид древнее людей. Все это было видно в глазах мегалании. Черные, словно засасывающие тебя внутрь, глаза древнего убийцы, когда первые люди прятались в пещерах, потому что служили лишь кормом для таких как они.

Молодой маг застыл, словно кролик перед удавом, и смотрел, как мегалания неторопливо выбирается на берег и постоянно высовывает раздвоенный язык, будто ощупывая пространство перед собой. Также неторопливо она и отправилась в сторону мага.

— Ну же! — крикнул граф, и Эдвин вышел из оцепенения.

Он бросил на себя универсальный щит, приготовил два плетения и стал ждать. Для себя он вывел оптимальную формулу боя: он держит дистанцию в восемь метров, бросает несколько заклинаний, но ближе пяти-шести метров не подходит. Полянка на берегу была небольшой и бегать придется кругами. Главное не поскользнуться, но на этот случай он рассчитывал на графа («Который в этот момент стоял в стороне и лениво подкидывал топор, наблюдая за событиями»).

Когда огромное животное пересекло черту в десять метров до мага, он бросил в нее две водяные плети, за долю секунды сформировал следующую пару и бросил вдогонку. Не стал искушать судьбу и отбежал в сторону. Опять сформировал две плети и стал ждать.

Спустя пятнадцать минут и треть резерва он начал подозревать, что план какой-то неправильный. Вампир стоял у кромки леса в тени дерева и жевал яблоко. Лошадь стояла рядом и с неподдельным интересом наблюдала за происходящим. В очередной раз Эдвин решил не бросаться заклинаниями бездумно, а посмотреть на результат четвертьчасовой беготни.

Морда твари была девственно-чистой. Плеть даже не поцарапала ее. Пятнадцать минут впустую, таким темпом он скоро устанет, у него закончится мана, и его съедят. На что вообще граф рассчитывал, когда предлагал ему этот план? Почему он не вмешивается?

Очередной круг по полянке Эдвин сделал поближе к графу.

— Может, поможете? Я немного устал, а толку нет! — крикнул он ему на бегу.

Ящерица, не обращая внимания на стоящих в стороне вампира с лошадью, бодро потопала за магом.

— Нет! — крикнул граф вдогонку магу. — Я все контролирую, продолжайте тренировки.

Эдвин честно продолжил тренироваться. Он бегал и кидался заклинаниями, один раз немного рискнул и подошел поближе, чтобы использовать водяные ножи. В глаза он не попал, зато тварь сделал рывок, про который он уже забыл, и Эдвин чудом успел убраться от нее подальше. Рано или поздно заканчивается все.

Изрядно уставший Эдвин пробежал мимо вампира («Который достал кружку и пытался налить вино, не снимая бочку с лошади») с криком:

— Маны нет, нужна помощь!

Вновь он услышал:

— Да-да, я вас слышу, я все контролирую.

Еще несколько попыток покидать заклинания, но мана так быстро не восстанавливалась. Бегал он уже на одном упрямстве и всерьез думал рвануть в лес. Его останавливало только наличие графа рядом. В лесу он уставший далеко не убежит, а здесь вампир, который обещал помочь. Оставалось только бегать и звать его.

Вампир, о котором шла речь, все-таки смог налить себе вина. Одним махом осушил кружку, поднял топор и пошел к бегающему и вопящему что-то нечленораздельное магу.

Эдвин увидел графа с топором и рванул к нему. Тем сильнее он удивился, когда вампир поставил ему подножку и отошел в сторону и назад. Мегалания приняла приглашение графа и даже немного ускорилась. Эдвин пытался отползти назад или подняться, но от усталости и страха руки не слушались. Когда оставалось несколько метров, сбоку от мегалании пронесся размытый силуэт графа. Маг услышал звук удара и треска, затем поднял голову.

Граф с довольным видом ходил вокруг ящерицы и приговаривал:

— А я еще тебя убивать не хотел… а кожа-то, кожа какая!

В голове ящерицы торчал топор. Если быть точным, то топор пробил череп ящерицы насквозь и пригвоздил ее к земле, по пути лезвие топора ломало кости и все встреченное. Эдвин мысленно прикинул, с какой силой ударил граф, и зарекся не воевать с вампирами. Вампир же продолжал ходить вокруг туши:

— Две пары сапог, пара курток… из хвоста можно ремней наделать… — затем обернулся к лежащему магу. — Молодой человек, кожа сама себя не снимет, давайте работать.

Несмотря на просьбу, работал граф в одиночестве. Он ловко снимал кожу с рептилии, ворочая тушу, словно игрушку. Эдвин сделал себе пометку побольше узнать о вампирах. Под монотонное бормотание графа («И шляпу надо сделать, мессира Блэр оценит») он уснул. Пока он спал, наступил рассвет, а граф успел снять кожу и занялся вырезанием и упаковкой органов. Он не стал будить мага, слишком много потрясений вышло на долю того за одну ночь.

Только когда все было готово и упаковано, он потряс за плечо сопящего Эдвина. Тот нехотя открыл глаза и сонно осмотрелся.

— Я приготовил вам органы и кожу, пока вы спали, — граф указал рукой на сверток со шлейками для переноски. — Печень и сердце вам лучше съесть сегодня же. Они полезны для увеличения объема маны и… кхм… увеличения мужской силы.

— А сердце? — пропустил мимо ушей последнюю реплику маг.

— Для памяти хорошо. Шанс, что в почтенном возрасте вы сможете узнать своих правнуков, увеличивается, как и память в целом. И заклинания будет проще учить. Не сказать, чтобы намного проще, но заметно. Многие маги используют тренировки памяти и медитацию, но по мне этот способ вкуснее и быстрее.

— Спасибо. Сегодня же все съем.

— Все не влезет, но пожарить точно все надо, — граф протянул магу еще один лист бумаги. — Это мерки вещей, которые я хочу получить из кожи. На обратной стороне инструкция для вас. Кожу надо немного подготовить к транспортировке в город. На мои обновки уйдет примерно треть кожи. Ваша половина, а оставшееся — в качестве платы за работу портному и сапожнику.

— Жирно им будет, — кашлянул маг. — Сам договорюсь.

— Не сомневаюсь, — улыбнулся вампир. — Впрочем, наше прощание с вами затянулось. Я хотел бы к вечеру покинуть границы этой гостеприимной страны.

— До встречи, граф Дерби, — протянул руку маг.

— До встречи, господин Эдвин.

Маг с трудом поднял сверток, надел его как рюкзак и побрел в сторону башни. Вампир сделал еще несколько глотков крови («Не напасешься ее, под солнцем гуляя») и вместе с лошадью начал бежать, постепенно ускоряясь в сторону границы.

Идти было скучно, пейзаж не радовал, а дальнейшие перспективы были туманны.

— А ведь мог быть в столице, тискал бы молодых горожанок по тавернам и бумажки перекладывал, — бормотал он, время от времени спотыкаясь о ямы ('Да откуда вообще в лесу ямы берутся? Лешие с лопатами бегают?! © Эдвин).

Немного поразмышлял на тему «Лучше скучно и не слишком денежно, но живой» и пришел к выводу, что вариант «Опасно, но большие перспективы» ему больше по душе. Наверное, до поселения в башне он согласился бы на любую работу в столице, на призрачные перспективы возвышения (он уже осознавал, что с его происхождением и связями в столице перспективы у него были призрачные).

Он уже почувствовал вкус свободной жизни («А сегодня я еще и вкус древней ящерицы попробую, ага» © Эдвин). Ему понравилась идея большого заработка на торговле с графом. Прямо в этот момент каких-то изменений в своем состоянии он не чувствовал, но слишком многие говорили про усиление через бой. Такой плотностью бои и приключения ему не нужны, но он уже всерьез задумывался о походах в лес. Если он регулярно будет тренироваться таким образом, то через четыре года он весьма неприятно удивит Освальда.

— Смертельно удивлю козла, — пробормотал Эдвин и с удивлением заметил, что не слишком боится мысли убить бывшего однокурсника. При воспоминании о смерти Ховарда его еще немного мутило, но никакой тошноты не было. Может, он слишком устал, а возможно, уже смирился.

Башня показалась на горизонте, когда Эдвин всерьез раздумывал сделать небольшой привал и поспать. При свете солнца последствия осады выглядели не так страшно, как ему казалось. Ну да, дверь держится на соплях и знатно порублена. Возле двери остатки бочки и лужи вина. Но больше повреждений и нет. Дверь легко заменят крестьяне, а если она за оставшееся до их приезда время развалится, то он сам что-нибудь придумает. На крайний случай будет стол с обратной стороны ставить и подпирать (Четвертый курс, какие-то шутники сняли дверь его комнаты и спрятали. Он привел в гости девушку и элегантно выкрутился — завел ее в комнату, а дверной проем задвинул шкафом).

Секунду маг раздумывал, что сделать в первую очередь — помыться, разжечь камин для еды или лечь спать. Победило желание стать сильнее, поэтому он принялся разжигать камин. Когда огонь начал разгораться, он хорошо вымыл пол от капель крови Ховарда и своей рвоты, затем снял с себя одежду и принял душ на улице.

Там же хорошенько промыл мясо и вернулся внутрь. Переоделся в свежее, разрезал небольшой кусок сердца на мелкие куски (остальное отправилось в подвал), хорошенько посолил и поперчил, затем оставил на доске.

— Я все же не животное, и хочу гарнир, — решил он вслух и пошел в подвал. — Если уж готовить мясо, то правильно.

Лук с картошкой отправились на сковородку, чуть позже к ним присоединилось мясо. Готовить он научился не слишком хорошо, но мясо уже не сгорало. С удивлением обнаружил возле камина заполненную вином флягу одного из искателей. Обрадовался объему фляги и налил себе кружку вина. Постепенно со стороны камина поплыли вкусные запахи. Эдвин уставший, но довольный сидел за столом и потягивал вино. Многое еще предстоит сделать, но в какую сторону ему двигаться он уже понял.

— Не так уж все и плохо, пожалуй, — он сделал еще глоток. — Я думал, что буду жить в землянке и делить малину с медведями. А тут и вино есть, и книги. Думал, что не будет развлечений, а тут то убийство, то вампиры, то еще кто.

На секунду задумался, что от людей проблем было больше, чем от обитателей лесов — эльфов. По пути сюда он опасался животных, нежити, вампиров и неизвестно чего еще. По иронии же судьбы из-за человека он отправился сюда, и именно люди здесь же пытались его убить.

Эдвин подумал о торговле: несколько обменов с графом, и он сможет нанять учителя или купить еще книг с заклинанием (стоит подумать, что лучше). К этому времени иглу худо-бедно должен освоить. У Освальда в столице лучшие учителя? Не страшно, он будет развиваться быстрее за счет леса эльфов. Кроме того, у него есть то, чего у Освальда не предвидится — мотивация. Бороться за свою жизнь — это вам не дворянок на балконах тискать.

Мясо оказалось неожиданно вкусным. Эдвин допускал, что во всем виновато вино и его зверский голод (попробуйте повоевать полночи, а потом еще утром сражаться). Тщательно съев все кусочки мяса, он подпер дверь столом и пошел в спальню. Если не удалось поспать ночью, то ничто не помешает сделать это прямо сейчас.

Утро у Эдвина началось еще до рассвета. Он потратил еще некоторое время, не желая выбираться из кровати. Он, конечно, решил крепко взяться за тренировки и занятия, но это вовсе не значит, что нельзя поваляться в кровати, если сильно хочется. Предавался лени Эдвин до самого рассвета.

Список оказался перечислением инструментов, специй и одежды. Присутствовали разные травы, семена, ванные принадлежности и многое другое. Для себя Эдвин отметил несколько предметов, которые также захотел купить. Большую бочку для купаний, например. Холода все ближе, а он моется на улице. Травы для заваривания тоже необходимы, и от простуды полезно, и по утрам пить приятнее, до этого он про них и не вспоминал.

Читая список семян, Эдвин задумался о растениеводстве. Камины присутствуют, и в башне постоянно тепло, на последнем этаже кроме кристалла для связи ничего и нет. Места много, земля в лесу хорошая, постоянно поливать растения он сможет, не выходя за водой, маг как все-таки. Мысли об этом захватили Эдвина, но оставалось определиться, что именно он будет выращивать и с какими целями. Еда, вроде той же картошки, отпадала сразу — дешевле у крестьян купить, у них ее много. Значит требуется что-то дорогое и недоступное крестьянам, чтобы успешно продать. Информацию о таких растениях можно поискать в городе. К сожалению, на занятиях по травоведению он больше времени уделял разглядыванию фигуры мисс Картер, а не информации о растениях. Несмотря на сложности на экзамене в прошлом и незнание предмета в настоящем, он не считал, что потратил время зря.

Про растения, которые требуют кроме почвы дневного света и полива с теплом еще и постоянную подпитку маной, он помнил. Но это единственное задержавшееся в его голове знание с занятий растениеводства.

А вот выделка кожи Эдвина серьезно смутила. Процесс оказался длинным и сложным, а многих инструментов у него не было. Внизу значилась короткая подпись: «Или очистите ее, закиньте в воду и в течение месяца отвезите в город, это будет надежней».

Маг спустился вниз, подкинул дров в погасший камин, и принялся его заново растапливать. С неудовольствием обратил внимание на количество дров. Если в город он не пойдет, то сегодня придется браться за топор.

— Совмещу с тренировками, — решил Эдвин.

На завтрак была приготовленная печень с луком и картошкой. Печень молодой маг не сильно любил, но выбора не было, и он давился ей. Слова егеря об однообразном питании начали обретать смысл, потому что всю зиму питаться одним и тем же он не сможет. Решив не откладывать дело далеко, он пережарил все остальное мясо и дал себе зарок съесть его как можно быстрее.

Намерение что-то сделать и действие бывают совершенно разными вещами. Например, желания учиться с утра до вечера не наблюдалось. Бросить занятия может каждый, но Эдвин пристыдил себя за то, что он решил их бросить, даже не начав, и открыл учебник заклинания ледяной иглы. Концентрация в одних узлах узора, вливание маны в другие точки… Он внимательно читал, заучивал и воспроизводил по частям до самого обеда. Когда на узор заклинания он уже не мог смотреть, тогда и сделал перерыв.

Перерыв молодой маг также использовал по полной программе — сходил в лес, заготовил дров, потренировал известные заклинания (тратить больше половины резерва на тренировку он не стал). В несколько заходов он перетащил все во двор башни, где до вечера рубил и пилил. После он с чистой совестью закрылся в башне, поужинал и лег в кровать с книгой. Тренировки — это хорошо, но и отдыхать надо.

Следующий день был практически точным повторением, разве что он занялся очисткой кожи. Кое-как очистил и закинул в воду. Сделал себе пометку купить лоханку и побольше ведер. На третий день ему надоела и ледяная игла, и рубка дров, и печень, которой осталось буквально на один прием. Больше всего ему надоело отсутствие нормального туалета. Он, конечно, не строитель, но маг воды и образованный человек, а значит и самостоятельно решить проблему сможет.

Зимой бегать в лес в кусты он не захочет, ходить в ведро в башне — тоже приятного мало. Проблема у Эдвина заключалось в том, что он все еще не представлял, что можно сделать. Единственным рабочим вариантом на данный момент была закопанная бочка и трубы к ней. Скажем, сделать в дальней части первого этажа комнату, пробуравить пол (осталось только решить, чем), вывести трубы за пределы башни под землей и вставить их в закопанную бочку.

— Спрошу у крестьян, они должны знать, — Эдвин все чаще начал разговаривать вслух сам с собой. Одиночество его не тяготило, но и наслаждаться он им не мог. — И надо срочно делать забор.

Дальнейшие дни пошли привычным путем. Утром — завтрак и учеба до обеда, потом тренировка и заготовка дров, а вечером — книга и отдых. Сколько в таком темпе он сможет продержаться Эдвин не знал, но заставлял себя работать.

Через несколько дней ледяная игла уже начала ему сниться, и он устроил себе перерыв. Как говорил его куратор Франк Терри: «Лучшим отдыхом является смена вида деятельности». Вместо изучения заклинания Эдвин начал делать силки для зайцев. Мясо закончилось, а на одних овощах он жить не хотел.

— И надо ледник сделать, — Эдвин вязал петли и за механическим занятием решил сам с собой обсудить планы на будущее. — Где это видано, что у мага и дворянина ни туалета, ни ледника нет. Хотя ледник не получится… надо сделать постройку на улице. И обязательно за забором. Похолодает, и буду там мясо хранить.

Далеко от башни он отходить не стал и разместил все петли в двадцати минутах ходьбы от башни. Заготовил еще немного дров и принялся отдыхать. На следующий день зарядил ливень с громом и молниями. На саму погоду Эдвин бы внимания не обратил, но в этот день он хотел проверить, словил ли хоть одного зайца. Выбираться проверять силки маг не решился, похвалил себя за предусмотрительную заготовку дров и остался в башне. Он вернулся к изучению заклинания.

Через день ливень стих, маг проверил силки (почти все сломаны, в одной петле сильно обгрызенный заяц) и вернулся к привычным тренировкам. Кроме учебы магии Эдвин заметил, что и сам стал выглядеть немного лучше. Жизнь в столице без больших физических нагрузок и с обильным питанием любыми блюдами расслабит кого угодно. В силу возраста и своей конституции Эдвин не заплыл жиром, но сказать, что он был в форме, нельзя было. Физические же нагрузки на свежем воздухе и не такое обильное питание уже начали делать свое дело, и молодой маг заметил, что не только выглядит, но и чувствует себя лучше.

День за днем и шаг за шагом распорядок дня превратился в рутину. Эдвин все чаще разговаривал сам с собой и неизвестно, чем бы это закончилось, если бы не приехал Глеб с плотником. Эдвин сам и не заметил, как прошло две недели. Про гостей он забыл, поэтому стук копыт и голоса за дверью башни стали для него сюрпризом. Маг быстро понял, кого к нему принесло и вышел встречать гостей.

Знакомая телега стояла возле башни, Глеб распрягал лошадь, а плотник лежал пьяный среди бочек с едой и каких-то тюков с мехом. Крестьянин осмотрел мага, который перестал бриться (зачем, если никто не видит), не сильно часто менял одежду (не пахнет и ладно) и уже изрядно оброс (цирюльников в лесу не водится). Эдвин, не замечая осуждающего взгляда, смотрел на телегу.

— Он вообще хоть иногда трезвым бывает? — уточнил Эдвин, глядя на плотника.

— Хех, — удивился Глеб. — Он в деревне никогда и не пьет, жена не позволяет. Стоит вырваться от нее, как не просыхает.

— Мне бы дверь сделать, — маг показал на чудом державшуюся дверь.

Крестьянин подошел к двери в упор, поковырял пальцем зарубки от топора и повернулся к магу.

— Кто ж это ее так?

Эдвин на секунду задумался. Можно рассказать про Ховарда, но тогда придется выдумывать, как он в одиночку справился с отрядом искателей. Про графа крестьянам знать нельзя. Или можно придумать что-то еще, но готовой истории у него не было.

— Знаешь, выпил я вина, что из города привезли, — начал Эдвин. — И как оно мне в голову ударило!

Крестьянин недоверчиво смотрел на мага. Эдвин же увлекся и не останавливался.

— За раз больше половины бочки выпил и разозлился, что сослали меня на границу. Скинул я бочку из окна, — маг показал на остатки от бочки возле дверей. — Потом схватил топор и как начал крушить башню. Но внутри один камень, мебели жалко, вот я и решил дверь рубить. Минутное помутнение.

— А почему снаружи рубили?

— Да чтоб я помнил, — развел руками Эдвин. — Проснулся к вечеру чуть живой, поправил здоровье вином и с горя пил все это время. Все вино выпил, бочки спалил и уже думал в город за новым идти, как вы приехали.

Глеб не поверил. Эдвин видел, что крестьянин не верил ни единому его слову, но вопреки всем мифам о крестьянах, маг уже убедился, что они могут неправильно говорить, не знать и многих вещах, но глупыми их назвать нельзя. Тот же Глеб был смекалистей многих его университетских знакомых. Вот и сейчас крестьянин не стал лезть в бутылку и доказывать, что Эдвин врет. Он принял его версию, посочувствовал, что вино закончилось, и попросил мага много не пить, потому что это вредно (плотник с телеги одобрительно промычал, мол «да, вредно»).

Эдвин пригласил их в дом, и Глеб заметил шкуру ящерицы в углу. Она все так же лежала в воде и внешне ничуть не изменилась. Крестьянин слегка побледнел и повернулся к магу.

— На рыбалку решил сходить, — пояснил Эдвин. — Так мне хвалили местную рыбалку, что не утерпел. А эта тварь удочку сломала, вот я и разозлился. Я тогда вино еще не успел допить, так что сильно себя не контролировал. Попала под горячую руку, вот и прибил ее. Как немного протрезвел, решил шкуру снять, хоть удочку окуплю.

— Эдак вы, господин магик, не только удочку окупили. За такую шкуру вы артель рыбаков нанять могете.

— Сапоги себе сделаю, — поделился планами Эдвин. — Несколько пар даже и еще чего, хватит на весь гардероб.

— Дело хорошее, — одобрительно покачал головой Глеб. — Вы только первым делом сходите в магистрат покажите. Они за уничтожение опасных животных на территории империи приплачивают. Сколько за такое дадут, не знаю, но заплатят.

— Можем не терять времени и отправиться в путь, — предложил Эдвин. — Вина нет, самогонка у вас с собой. Я даже согласен на козлы сесть до вечера, пока вы с другом в телеге посидите.

Крестьянин поразмышлял некоторое время и согласился. Вместе с магом они сложили шкуру, Эдвин захватил с собой список покупок для графа, книгу, чтобы не было скучно, и деньги, собрал овощей в дорогу, и они отправились. Немного подумал и захватил с собой учебник.

На этот раз Эдвин никого не торопил. Он управлял телегой, но по факту лошадка сама бежала по тропинке, а он читал книгу. Крестьяне пили и обсуждали новости деревни сзади. Иногда делали остановки для перекуса и справления нужд. Эдвин же это время тратил на тренировки.

В город въезжали после обеда. Не отклоняясь от традиции, остановились в том же трактире «Шлем и кружка». Разгрузили телегу и сложили весь товар, включая шкуру в углу. Глеб сразу же ушел торговаться с владельцем, а Эдвин последовал совету и отправился в управу.

По пути попался рынок, и маг не удержался — купил пирожки с мясом. Уплетая невероятно вкусную выпечку, Эдвин решил прогуляться по рынку. Время для списка графа еще не пришло, просто так прогуляться, вдруг на что глаз упадет и захочется купить. Нашел место, где торговали сыром и молоком. Молоко маг не любил, а сыр добавил в список. На всякий случай сделал пометку купить побольше — графу может понадобиться. Перечитал список графа, но не нашел там кукурузы, про которую тот рассказывал. Решил исправить это недоразумение и внес кукурузу в свой список. Даже если граф не будет покупать, то как минимум угостится. Эдвин сделал еще несколько пометок касательно покупок и отправился в управу.

Каменное трехэтажное здание находилось недалеко от рынка. Внутри обстановка неуловимо напоминала академию — широкие коридоры, постоянно спешащие люди и множество постоянно хлопающих дверей.

Самый первый кабинет был обязателен для посещения всеми людьми. Отстояв в очереди полчаса, он зашел внутрь и объяснил невысокому лысоватому чиновнику суть вопроса. Тот, не поднимая головы от бумажек, дал ему направление на третий этаж в комнату тридцать два.

Перед комнатой № 32 была небольшая очередь из четырех человек. Двадцать минут скуки, и вот он внутри.

— С чем пожаловали? — спросила на удивление молодая девушка, сидевшая за дешевым письменным столом.

Встреть ее Эдвин в городе, он бы ни за что не сказал, что она может работать в управе.

— Я тут ящерицу одну убил…

— Если хозяин ящерицы подает в суд, то вам в двадцать третий кабинет, — отрезала девушка.

— Нет, что вы, — улыбнулся Эдвин. — Мегалания, на границе с империей встретил. Мне сказали, что за умерщвление опасных существ премии дают.

— Так, погодите, — девушка встала и начала поиски в шкафу. — Нашла!

Она гордо водрузила на стол большой фолиант и принялась водить пальцем по алфавитному указателю:

— Так… Мегалодон… они вымерли… майюнгазавр, придумают же… ага. Мегалания, страница сто семьдесят девять.

Девушка принялась листать книгу, Эдвин же подошел поближе и заглянул туда сбоку. Ему самому было интересно, что там найдется. Нашлось там все: и рисунок, и размеры, и описания ценных органов со ссылками на эффекты от них.

— Вы хотите сказать, что убили существо, которое считается вымершим? — уточнила девушка.

— У меня есть ее шкура, я могу доказать, — попытался пресечь недоверие Эдвин.

— Ага, — девушка нашла фрагмент на странице и зачитала его. — «Шкура крепкая, ни стрелой, ни начальным заклинанием ее не пробить. Обладает рассеивающим эффектом, крайне сложна в выделке».

— Да, все верно, — вспомнил Эдвин свои попытки закидать существо заклинаниями. — А там написано, что она очень выносливая и ядовитая?

— Написано, — глянула в книгу девушка. — А вы как ее убили?

— Я учился в столичной академии магии, — скромно сказал Эдвин и немного покраснел.

Девушка решила, что это от природной скромности. Эдвину же было немного стыдно присваивать заслуги графа. Неловкое молчание начало затягиваться, но его прервал Эдвин:

— Так что по награде?

— А это не ко мне, — впервые улыбнулась девушка. — Я за лесных хищников выдаю награды. Волки расплодились в этом сезоне, поэтому управа мотивирует охотников.

— А куда?

— В пятнадцатый.

Маг попрощался с девушкой и отправился дальше. По мнению мага и многих других студентов, бюрократия в империи требовала упрощения. Их мнение, само собой, никого не волновало, и ни на что не влияло. В пятнадцатом кабинете все повторилось слово в слово. Разве что вместо девушки был бойкий старичок, который также нашел фолиант бестиария, нашел на сто семьдесят девятой странице мегаланию, удивился, поговорил с Эдвином, а потом обрадовал его, что он по речным хищникам, а это амфибия, значит ему в двадцать первый.

Из двадцать первого его отправили в двадцать шестой. К моменту, когда он открывал дверь кабинета в очередях, в сумме маг провел больше двух с половиной часов, и настроения ему это не добавило.

Кабинет ничем не отличался от уже виденных. Тот же дешевый стол, тот же шкаф. За столом сидел мужчина лет сорока.

— Добрый день, — поздоровался Эдвин. — Меня к вам отправили из двадцать первого за наградой.

— Добрый… уже день? — удивленно посмотрел на Эдвина мужчина. — Знаете, столько работы сегодня было, потерял счет времени.

— Ничего страшного, такое бывает, — успокоил его Эдвин.

— Да-да… — рассеянно похлопал тот по карманам. — Вы не подскажете, который час?

— Нет, к сожалению.

— А вот и они, — наконец достал он часы. — Ох ты ж! Да у меня уже десять минут как перерыв!

— Как перерыв? — неверяще уточнил Эдвин. — Я только что зашел!

— Вы только что зашли, а я прямо сейчас ухожу, — улыбнулся чиновник.

— Я тут полдня торчу уже!

— Не надо горячиться, молодой человек, — укоризненно посмотрел на него чиновник. — У меня есть свои нужды, и для них есть перерывы. Конечно, такие молодые и энергичные люди, как вы, готовы работать с утра до вечера без остановки, но я же немолод.

— А можно решить мой вопрос, а потом на перерыв? За мной никого не было в очереди.

— Нельзя, — сокрушенно покачал головой чиновник. — Перерывы строго регламентированы, и никто кроме начальства и дворян на службе империи не может их отменить.

— Ха! — от радости выкрикнул Эдвин. — А я дворянин на службе империи!

— И документ, разумеется, у вас с собой? Тот самый, который подтверждает все ваши слова, — подозрительно прищурился чиновник.

— М-м-м-м, нет, он в башне возле границы. Я там живу.

Чиновник посмотрел на его заросшую голову, на небольшую бороду, которая в силу возраста росла неравномерно и пучками, на одежду, которая больше подошла бы лесному разведчику (если ее помыть и подлатать) и сделал для себя какие-то выводы.

— Вы не похожи на дворянина, — крайне дипломатично заметил он.

— Я учился в столичной академии магии, и ее же приказом отправлен служить в ваши места на четыре года, — попытался успокоиться Эдвин и сформировал перед собой сферу воды, которая повисела некоторое время в воздухе, а затем шлепнулась прямо на ковер перед столом чиновника.

— Да это… вы что такое себе… — от удивления и потрясения у чиновника не хватало слов, чтобы выразить свои эмоции.

— Ой, — увидел результат своих действий Эдвин. — Я случайно, честно.

— Или это месть за то, что я отказываюсь вас принять?

— Нет, что вы, — начал оправдываться Эдвин. — За что мне вам мстить?

— За то, что я хочу уйти на свой перерыв? Законный перерыв, кстати.

— Но у меня же дело на пять минут, — попытался еще раз Эдвин.

— Знаете, молодой человек, что-то у меня сердце заболело от вашей настойчивости… еще эта выходка с водой… Надо вызвать уборку в кабинет, в нем решительно невозможно работать!

— Да это просто мокрый ковер!

— Еще и кричите на меня. Не могу я работать в такой обстановке. Пусть убирают кабинет, а я домой, все равно до конца дня не уберут.

Чиновник поднялся и направился в сторону двери.

— Вам здесь нельзя одному оставаться, — по пути он прихватил Эдвина за локоть. — Завтра после обеда продолжим. Если, конечно, успеют убрать, и у меня перестанет болеть сердце. Наверное, стоит сходить к врачу, пусть отпустит на неделю отдохнуть.

— А к кому кроме вас можно обратиться? — сдался Эдвин.

— За кого вам награду дать должны?

— Мегалания, ящерица такая.

— Тогда ни к кому, кроме меня, — отрезал чиновник. — Остальным по другим тварям специализируются.

Эдвин грязно выругался и со злости влепил кулаком по косяку двери.

— Ну все, — закипел чиновник. — Вы мне надоели, портите имущество только!

— Да это же каменная стена! — проорал в ответ Эдвин, баюкая свою руку.

Неизвестно, что привлекло внимание охраны (и откуда в управе охрана), но на спор и крики сбежалось сразу несколько человек. Эдвин и чиновник кричали друг на друга возле двери, когда дверь распахнулась, и в проходе появилось сразу несколько высоких и широкоплечих мужчин в форме и с дубинками в руках.

— Что происходит? — спросил первый, переводя взгляд с мага на чиновника. — Потрудитесь объяснить!

— Я пришел по дел… — начал было Эдвин.

— Молодой человек вломился во время моего перерыва, запустил заклинанием в ковер, — показал на мокрый ковер чиновник. — Требовал от меня разобраться с его делом, а когда я отказался, преградил путь и попытался на меня напасть! Это я не упоминаю про многочисленные оскорбления.

— Да не так все было! — развернулся Эдвин к чиновнику.

Как именно все было, и кто чиновник такой, он объяснить не успел из-за резкой слабости. Голова закружилась, и он потерял сознание.

Очнулся он на жестком каменном полу. Спина своей болью намекнула на способ его транспортировки. Эдвин непонимающе огляделся. Маленькое помещение, под потолком небольшое окно, закрытое решеткой. В одном углу солома, в другом туалет. Тот, кто видел камеру хоть один раз, узнает их сразу. Эдвин не был из их числа, поэтому до него начало доходить не сразу.

— Вот же пад…

Остаток фразы потонул в скрипе несмазанных петель. В камеру к Эдвину зашли гости. Два стражника с дубинами в руках прикрывали невысокого мужчину средних лет. Судя по отсутствию оружия, он являлся мозгами этой компании.

— Нарушаем общественный порядок, получается, — сходу начал он. — Угрозы, порча казенного имущества и нападение на государственного служащего. На каторгу, конечно, не потянет, но штраф и несколько недель исправительных работ — вполне.

— Вы кто? — прохрипел Эдвин.

— Я следователь, но с вами мы больше не увидимся. Не хватало мне еще такими делами заниматься. Завтра утром у вас суд, там сможете попытаться оправдать себя. Но мой вам совет, не тратьте много времени, это бесполезно.

— Найдите егеря Глена, — пришла в голову мага мысль. — Он подтвердит, что я дворянин на службе империи. Вместе с ним ловили Адамса, если помните про такого.

— Да тут каждый второй дворянин, — усмехнулся следователь. — С подробностями я вас ознакомил, поэтому спокойной ночи.

Следователь с сопровождением развернулся и вышел. Эдвин выругался и попытался создать сферу воды, чтобы напиться. Рисунок заклинания начинал расползаться еще при создании, и ничего не получалось. Эдвин вспомнил, что читал про такое в учебниках. Кажется, во всех камерах и тюрьмах в стены вмуровывали специальные талисманы против слабых и средних магов. Сильных старались убить при задержании или держали без сознания, пока не доставят в специализированную тюрьму. Существует ли она на самом деле и где находится, не знал никто, но слухи о пытках в этой тюрьме ходили регулярно.

— Значит остается только одно, — решил Эдвин и принялся колотить руками и ногами в дверь.

Несколько минут ничего не происходило, но молодой маг был упорным, когда это требовалось, и не останавливался. Вознаграждением ему вновь стал звук скрипящей открывающейся двери. Эдвин отошел пару шагов от нее, выставил ладони вперед, показывая свои мирные намерения, и начал говорить:

— Господа стражники, я всего лишь хочу пить. Магия здесь не работает, а до вас не достучаться.

«Господа стражники» переглянулись. Один из них развернулся и вышел за дверь.

— Это за водой, я надеюсь?

— За водой, за водой, — сказал стражник, доставая дубину.

Бил он Эдвина недолго, но больно. Вернулся второй стражник с кружкой воды, которую он оставил возле скорчившегося от боли мага.

— Будешь мешать спать, я ударю всерьез, — пригрозил тот, что прошелся по нему дубиной.

— А это было не всерьез, значит? — выдавил из себя маг.

Стражник молча вышел и закрыл за собой дверь.

Пару минут спустя двигаться было уже не больно. Эдвин пробежался руками по телу, ощупывая его, но никаких переломов не нашел.

— Вот он, профессионализм, — прохрипел он и подполз к кружке воды.

Вода была прохладной и вкусной, он с удовольствие утолил жажду и переместился на кровать из соломы. Она кололась и спать было неудобно, но избитый и уставший он смог заснуть.

Разбудил его противный скрип петель.

— Да я лично вам масло принесу! — спросонья заявил Эдвин. — Скрипят как неизвестно что!

— Как будто у нас самих масла нет, — на этот раз стражник был другим. — Специально так сделано. Выходи, пора тебе на общественные работы.

— Какие работы? — удивился Эдвин. — У меня суд с самого утра.

— Парень, ты только не нервничай, — начал стражник, и Эдвин занервничал. — Судья вчера неплохо погулял и в суд решил не являться. Подписал все приговоры еще в кабаке и наверняка сейчас спит. Вас тут двое всего, чего беспокоить людей, если все и так ясно?

— Да не виноват я! — заорал Эдвин.

— Я не спорю, — стражник смело посмотрел Эдвину прямо в глаза. — В соседней камере парень тоже не виноват. Не так посмотрел на дворянку, так она его в непотребстве обвинила. Получит плетей и будете вместе работать. И суд ничего не поменяет, я уже двадцать лет тут работаю. Если ты надеялся на показания свидетелей или приготовил пламенную речь, то зря. Никто ничего там не слушает. Мелкие дела всегда решаются в пользу обвинителей.

— Но это же неправильно!

— Неправильно, — согласился стражник. — Но в такой стране живем.

— Я дворянин, — Эдвин успокоился и принялся искать решение. — После этих работ я вызову судью на дуэль и прикончу. Или засужу и отправлю на каторгу.

— Громкое заявление. Если ты так сделаешь, то я лично угощу тебя в любом трактире города ужином и вином. Только неужели ты думаешь, что после этого что-то изменится?

— Думаю, что изменится.

— Эх, молодость… — улыбнулся стражник. — Придет другой такой же. А может, и хуже еще. Лучше вряд ли, поверь моему опыту.

— И на другого управа найдется, — уже не так уверенно продолжил маг. — Но меня трогать точно перестанут.

— Или будут мстить за своих и устроят веселую жизнь как тебе, так и твоим друзьям, — предложил вариант стражник и протянул руку. — Меня Бак зовут.

— Эдвин, — пожал руку стражника маг. — Значит, ничего не сделать?

— Ну почему же, — улыбнулся стражник. — Отработаешь срок, подтвердишь свое дворянство и вызовешь судью на дуэль. Если дуэль будет не на кувшинах вина или куриных ножках, то у тебя все шансы. Ты молод и спортивен, он же — старый и толстый. На любом оружии ты его победишь. Дуэльный кодекс я тебе в камеру принесу ради такого дела, изучи его внимательно.

— Я его наизусть помню, спасибо, — отозвался маг.

— Вот и замечательно, — повеселел стражник. — Надо будет своим рассказать. Ты не волнуйся, вы с напарником теперь полностью в моем подчинении на две недели. За вашу еду и условия отвечаю тоже я. Личные дела я изучил, не душегубы вы и не разбойники, а значит и условия у вас будут человеческие.

В соседней камере спал молодой парень, но разбудить его не получилось. Эдвин нахмурился и дотронулся до чужого лба, проверяя температуру. Жар был, и в результате будущего напарника мага из камеры пришлось выносить. После плетей он ослаб и был неспособен к движению.

— Полежит пока у себя в нормальной камере, — решил Бак. — За несколько дней должен оклематься.

— Я могу полечить, — предложил Эдвин. — Но не в здании, внутри у меня не выходит ничего. В своей камере он может и умереть, у него высокая температура, а заражение до добра никого не доводило.

Бак, судя по всему, был человеком неплохим, поэтому позвал несколько стражников. Они подхватили будущего напарника мага под руки и аккуратно понесли во внутренний двор.

Двор должен был использоваться как тренировочная площадка, но сохнущие на турнике штаны говорили о другом предназначении.

— На тот стол, — начал командовать Эдвин при виде удобной поверхности. — Лицом вниз, у него спина ранена.

Стражники посмотрели на Бака и, дождавшись одобряющего кивка головы, понеслись выполнять задание. Парня уложили прямо на стол, один из стражников достал нож и срезал с него рубаху. Вид исхлестанной спины Эдвина впечатлил.

— Это он на кого не так посмотрел? — решил уточнить он на всякий случай. — Не хотелось бы мне в ее сторону случайно глянуть.

— Я уточню, — хмуро смотрел на спину парня Бак. — Неправильно это.

— В такой стране живем, — вернул Баку его же фразу Эдвин. — Мне не мешать, я в целительстве не очень.

Здание немного фонило и затрудняло строить заклинания, но эффект был несравним с тем, что творилось внутри, поэтому Эдвин сконцентрировался, и дело пошло на лад. Параллельно с заклинанием лечения он промывал раны водой, которую ему подал Бак. Заклинание — это замечательно, но в данном случае любая помощь придется к месту.

У Эдвина закончилась мана, и он устало опустился прямо на землю.

— Вот теперь его в камеру. Еды только оставьте, организм сейчас будет активно требовать ее. Восстановлюсь и продолжу, пока что резерв все.

Во двор забежал молодой парень и направился к Баку.

— Там это… того этого!

— Что? — повернулся к нему Бак.

— Главного требуют, говорят, стражники военного арестовали!

— Да кто говорит?! — устал Бак от красноречия парня. — Скажи нормально!

— Отряды егерские, — испуганно ответил тот, не отводя взгляда от стражника. — Сразу несколько явилось, дюже злые.

Бак повернулся к двум стражникам, которые помогали тащить заключенного.

— Том, отнеси парня в пятую камеру и оставь ему еды побольше, — затем повернулся к Эдвину. — А с вами, господин маг, мы пойдем говорить с вашими спасителями, пока они не устроили чего.

Эдвин со стражником вошли в здание, и Бак тут же отправил паренька за посетителями.

— Веди их ко мне в кабинет.

Небольшая прогулка по коридорам, и вот они сидят в кабинете у Бака.

Стражник достал молоко и предложил Эдвину.

— Я бы на твоем месте занял стул заранее, — дал совет стражник. — Их всего три, а народа набьется много.

Эдвин признал совет логичным и устроился на стуле. Несколько минут они с Баком провели в тишине, потягивая молоко. О приближении группы поддержки мага оба узнали заранее по возмущенным переговорам в коридоре и топоту.

Разношерстная группа во главе с ранее виденным командиром отряда захвата ввалилась в кабинет, и место в нем закончилось. Половину из отряда Эдвин видел в первый раз, но молчал и не предпринимал никаких действий. Люди вразнобой начали что-то говорить, и на общем фоне ни одной цельной фразы маг не выловил.

— Давайте сразу начнем конструктивно общаться, — предложил Бак.

— Отпустите его, — внес предложение командир группы захвата и положил на стол металлическую бляшку с мордой лиса. — Тайная служба.

— Как будто я не знаю, — улыбнулся стражник. — Я его отпущу, поэтому тех, кто пришел сюда ради поддержки, я прошу покинуть здание.

Толпа всколыхнулась, развернулась и направилась в сторону двери. Вскоре в кабинете остался командир группы и Глен с Рыжим.

— Бак, мы же с тобой давно знакомы, — командир отряда уселся на последний оставшийся стул.

— Давно, — осторожно произнес стражник. — Но и ты меня пойми, Робин. Сделать я ничего не мог, потому что смена началась утром.

— Тогда объясни мне, пожалуйста, что за дела тут творятся?! — перешел на крик он. — Вы вконец ополоумели дворянина в свою помойку засовывать?!

— Давай не будем горячиться, — попытался успокоить его стражник. — Этого всего лишь недоразумение, и оно разрешится сегодня же.

— Ну что же, — нехорошо улыбнулся тот. — Расскажи мне, как все было, будем смотреть, кто из-за этого недоразумения пострадает.

— Прежде всего, повторюсь, что вчера смена была не моя. Поступило сообщение о нападении на чиновника. Охрана управы справилась самостоятельно, — стражник рассказывал и передавал с полки бумаги с мелким текстом. — Вот заявление и показания свидетелей. Заявление от чиновника, свидетелями стали два охранника.

— Нападал? — повернулся командир к Эдвину.

— Нет, — молодой маг решил отвечать на вопросы коротко и четко, чтобы не провоцировать никого.

— У нас тут лжесвидетельство намечается, — протянул Робин. — Дальше что было?

— Там про нападения, оскорбления и так далее, — протянул еще несколько бумаг Бак. — Далее его посадили в камеру дожидаться суда.

— Погоди, — влез Глен. — Ты почему не сказал, что дворянин?

— Я сказал, — вспомнил Эдвин события вчерашнего дня. — Он мне не поверил. Тогда я показал ему, что я маг, но не удержал сферу, и она забрызгала ему ковер. Мокрый ковер — это нападение или оскорбление?

— Да, вот заявление о порче казенного имущества, — протянул Бак бумагу. Командир отряда взял ее изучать, и Эдвин готов был поклясться, что услышал что-то про «подтереться».

— Когда тебя на границу отправляли, предупреждали, что народ тут дикий и не всегда знает, что маги из столичной академии дворяне? Говорили, что кольцо носить надо? — уточнил Робин у молодого мага. — Тут отряды егерей есть, и каждый из них укомплектован обычным магом, иногда бывшим крестьянином. Отношение к магам не как в столице, где вам дуют в ж… где за вами бегают все.

— Да, кажется, что-то такое было, — с трудом вспомнил кучу наставлений куратора молодой маг. — Кто же знал, что этот чиновник меня в камеру сразу засунет. Если бы нормально общались, я бы все успел объяснить.

— К чиновнику надо сходить, — повернулся к стражнику Робин. — Такое прощать нельзя.

— Я отправлю людей, — Бак вышел из кабинета, но спустя минуту вернулся. — Приведем сюда и будем разбираться.

— Вы уже один раз разобрались, — отрезал Робин. — Работать буду я, хоть это и не задания для тайной стражи.

— Со вчерашней сменой сам разберусь, в это не лезь, — попросил Бак.

— Ладно, — согласился Робин. — Мы закончили на произошедшем в управе, но это явно не все. Что было дальше?

— А дальше был суд, — усмехнулся Бак. — Самый гуманный суд в мире. Судья еще ночью вынес приговор, прямо в трактире.

— И часто у вас такое?

— Ой, только вот не надо перед парнем строить неизвестно что! — не выдержал стражник. — Честное слово, если бы я тебя не знал, то поверил бы даже, что ты не в курсе. Постоянно такое происходит, и что-то тайная стража несильно влазит в эти дела. Или ты не замечаешь ничего, пока дворян не трогают?

Представитель тайной стражи некоторое время молчал, глядя на злого стражника.

— Значит один чиновник не поверил, что я маг и дворянин, и засунул меня в тюрьму, а второй высокопоставленный чиновник не стал устраивать суд и вынес приговор заранее, — коротко описал ситуацию Эдвин. — И часто такое происходит?

— Постоянно, — хмуро ответил Робин.

— И что вы делаете, чтобы это исправить? — недоуменно продолжил маг. — Вы же тайная стража, вы как раз за такими людьми и должны охотиться.

— Делаем, не переживай, — все так же хмуро продолжил представитель тайной стражи. — Самых зарвавшихся спускаем на землю, но всех нельзя ловить и сажать.

— Почему?

— Потому что! Маленький еще, чтобы такое понять, — не выдержал Робин и повернулся к стражнику. — Судья какой?

— Мортон.

— Дворянин?

— Да, — подтвердил стражник. — И наш юный друг уже решил вызвать его на дуэль.

— Если вызов от Эдвина, значит оружие выбирает судья. В чем он хорош?

— В алкоголе и девицах легкого поведения, — хмыкнул стражник. — Еще пожрать любит.

— Значит шансов никаких, — резюмировал Робин. — Дело серьезное, так что можно требовать дуэль до смерти.

— Я, если честно, не думал про смертельную… — начал Эдвин. — Но могу.

— Если боишься, что рука не поднимется, то все равно вызови на смертельную дуэль, — дал совет стражник. — Он попробует отказаться, но когда не выйдет, начнет откупаться. Судья у нас человек небедный. Дальше сам решай, или простить его и принять деньги…

— Что далеко не самым мудрым ходом с твоей стороны будет, — перебил стражника Робин.

— … или принять деньги в обмен на несмертельную дуэль…

— Чтобы эта скотина затаила зло и попыталась тебе отомстить, — закончил за стражника представитель тайной стражи и повернулся к Эдвину. — И именно последний вариант я тебе и предлагаю выбрать.

— Чтобы мне мстили?

— Да, — глядя на выражение лица молодого мага, Робин решил пояснить. — После вызова на дуэль у тебя есть три варианта: принять деньги и отказаться, убить его, принять деньги и покалечить. В последнем варианте он будет мстить и захочет убить тебя медленно и мучительно. Возможно, даже пытать будет. Так?

— Если вы про варианты, а не про пытки, то пока да, так.

— В первом случае ты получаешь деньги, но теряешь честь. Это, к слову, важный момент.

— Это я понимаю, — кивнул Эдвин. — Вариант просто взять деньги я не рассматриваю.

— Во втором случае ты сохраняешь свое достоинство, показываешь всем, что надо думать, что делаешь, и последующий судья первые полгода будет осмотрителен и не будет наглеть, — Робин на секунду задумался. — Хотя, наверное, даже полгода не продержится, то ли место проклятое, то ли добираются самые паршивые люди в большинстве своем.

— Этот вариант мне нравился еще недавно, — честно признался маг.

— Позволь я объясню плюсы последнего, и ты будешь выбирать. В последнем случае ты его не убьешь, но сохранишь свою честь и получишь деньги. Я бы даже не лез к тебе с пояснениями и пожеланиями, не будь ты молод. Вот честно, если бы передо мной сидел взрослый маг…

— То он бы не попал в такую дурацкую ситуацию, — невинно подал голос Бак.

— …то он, конечно, вряд ли попал в такую ситуацию, — продолжил Робин. — Но я бы позволил разбираться ему самому. Тебе же, я уверен, нужны деньги, а мне необходим судья. Поэтому ты вызываешь его на смертельную дуэль, он откупается только частично. Ты его на дуэли больно и обидно бьешь, и он некоторое время спустя решает отомстить. В городе он это делать не будет, поэтому найдет наемников, чтобы они наведались к тебе в башню.

«И встретили счастливого графа», — подумал Эдвин.

— В башне мы их примем, допросим и выйдем на судью. Обычно через исполнителей на заказчика практически невозможно выйти, ибо много посредников и особенности сферы деятельности. Но мы будем следить за судьей с самого начала, поэтому всех перехватим. В результате тебе — месть и деньги, мне — пойманный за руку судья и метка в личное дело, а людям в городе — спокойствие в судах на ближайшие несколько месяцев. Что скажешь?

— Кроме денег мне зачем в этом участвовать? — уточнил Эдвин.

— А денег недостаточно?

— Лишними они точно не будут, — согласился молодой маг. — Но я явно лезу на крупного чиновника и могу в дальнейшем от его друзей получить.

— Сомневаюсь, что у такого есть друзья.

— От того, что вы не уверены, мне как-то не легче, — Эдвин уже всерьез раздумывал банально убить судью на дуэли. — Но друзья и после смертельной дуэли могу мне мстить.

— Если они есть, — стоял на своем Робин. — А что кроме денег нужно?

Эдвин и сам не был в курсе, что кроме денег можно было просить. Отработку распределения ему не уменьшат, в столицу не вернут. Ему относительно всего хватает, а чего не хватает, он может купить.

— Надо подумать. Слишком много желаний.

— Озвучь, и вместе выберем, — с улыбкой предложил Робин.

— Мисс Картер с моего потока сюда на месяц?

— Не знаю, кто это, но у нас серьезный разговор, — попытался пресечь шутки Робин. — Есть у меня вариант для тебя, раз ты никак не решаешься. Привлечем тебя к операции официально как внештатного агента. Это будет неплохим подспорьем в будущем.

— И чем же?

— В твоем личном деле будет стоять пометка о лояльности императору и отметка о помощи тайной страже. Делать карьеру во многих местах с такими вещами гораздо проще. Если твой будущий начальник не дурак, то он будет знать, что просто так бывших студентов к операциям не привлекают. А если операция пройдет успешно, то получишь благодарность и направление в столицу с предложением выдать тебе медаль по нашей части. Да и повод есть — в операции по поимке Адамса ты участвовал, в операции по судье тоже. Чем не повод наградить такого храброго юношу?

С такой стороны Эдвин на ситуацию не смотрел, поэтому пропустил мимо ушей обращение «юноша» и принялся размышлять. Перспективы действительно выходили неплохими. С таким началом карьеры он по возвращению в столицу может даже в саму тайную стражу устроиться. Гоняться за преступниками он не горел желанием, но они и другими делами занимаются. При дворе, например. Дело не одного года, но все в его руках.

— И еще кое-что, — решил попросить он.

— Не будет ли наглостью?

— Мне ваши грамоты и медальки не нужны, если по приезду в столицу меня грохнут на дуэли, — отрезал Эдвин. — Мне нужен учитель.

— Ну это легко.

— Нормальный учитель с боевым опытом, который поможет мне стать отличным магическим бойцом, — на всякий случай пояснил он.

— Хорошо, — не стал спорить Робин. — После операции подыщем.

— И быструю лошадь, — решил наглеть Эдвин. — С крестьянами на телеге два дня добираюсь, а мне башню надолго оставлять нельзя.

— Лошадь сам купишь, — закончил разговор представитель тайной стражи. — Пойдем поедим что ли? Бак, у вас тут кормят или как обычно?

— Кормят, — стражник встал из-за стола. — Отличная столовая у нас.

— Мы пойдем, пожалуй, — подал голос егерь. — Закончилось все хорошо, а Эдвина мы потом навестим сами.

Последовала небольшая прогулка по коридорам, в течение которой поредевшая компания молчала обдумывала произошедшие события и их последствия. В столовой пахло настолько вкусно, что Эдвин очнулся уже над пустой тарелкой. Он посмотрел на стол и увидел, что тарелка была далеко не первой.

— Ну и горазд ты поесть, — уважительно произнес Робин. — А ведь с виду худой, и не скажешь, что столько еды в тебя влазит.

— Извините, — смутился Эдвин.

— Никаких извинений не надо. Если хочешь еще еды, то подходишь и берешь.

— Нет, я уже объелся.

— Тогда предлагаю идти к судье, произнес Робин. — Самое время словить его, пока он не проснулся и не узнал все новости.

Сразу пойти к судье не вышло. На выходе их пеструю компанию перехватило двое стражников.

— Привели? — сходу спросил у них Бак.

— Никак нет, — отрапортовал стражник. — Нет его на работе. Начальство говорит, что вчера перенервничал и с сердцем дома слег.

— Ну так сходите к нему домой!

— Сходили, — с виноватым видом ответил второй. — Нет там его, и хозяйка комнаты говорит, что и не живет он там. Приходит письма забирать раз в неделю только.

— Н-да, — под нос прошептал Робин. — Совсем распустились стражники.

Бак, видимо, услышал, потому что покраснел еще больше. Видано ли, что они не могут найти чиновника в своем городе. Тем более, что чиновник этот даже не прячется.

— Идите к судье, — сквозь зубы произнес стражник. — Я тут сам разберусь.

К дому судьи шли неторопливо. Эдвин дышал свежим воздухом и наслаждался свободой. Робин изредка кидал на него взгляды и улыбался своим мыслям.

— Дуэльный кодекс помнишь? — спросил вдруг Робин.

— Да, я его наизусть заучил.

— Сразу ты судью не вызвал, потому что оскорбил он тебя удаленно. Значит вызывать буду я, как секундант. Можно отправить ему письмо, но я не хочу давать ни минуты лишней времени на раздумья. Кто знает, до чего он додумается. Каким оружием владеешь лучше всего?

— Магией, само собой.

— Очень смешно, — не отреагировал представитель тайной стражи. — И все же?

— Лучше, наверное, меч использовать, — ответил Эдвин после обдумывания. — У нас были занятия и с рапирами, и с другим оружием, но с мечом я получше обращался.

— Насколько получше?

— Звезд с неба не хватал, но запомнил, что его надо держать острием от себя, — ответил Эдвин. — Да справлюсь я! Особенно, если он действительно не умеет ничего.

— Баку я в этом вопросе доверяю. Если он сказал, что Мортон старый, и ты победишь, то так и есть. Он знает достаточно про всех более или менее значимых людей этого городка.

— А что с чиновником будет?

— Для начала его найти надо, — усмехнулся Робин. — Стража отчиталась, что не смогла найти обычного чиновника, и это при посторонних. Бак сейчас землю рыть будет, но найдет его. А потом отправит нужники чистить стражников, что не сообразили, при ком такие новости сообщать можно, а при ком нет.

— Я никому рассказывать не собирался.

— Как и я, но Баку все равно стыдно. А с чиновником будет разбирательство и суд. Он не дворянин, и на дуэль ты его вызвать не сможешь, но в то же время твоя честь задета, хоть ты до сих пор и не придаешь такому понятию должного значения.

— Всего лишь шевалье, — усмехнулся Эдвин.

— Это не важно. Дело будет решаться в суде, и по итогам суда назначат наказание для чиновника. Будь это обычный простолюдин, то его судьба незавидна, тут же чиновник, это несколько повыше. Могу и не вешать за такое. Не знаю я, если честно. Пусть об этом у судьи голова болит.

Слово за слово, и они подошли к каменной ограде. За которой виднелся внушительный особняк.

— Это он на зарплату судьи построил? — невинно уточнил Эдвин у Робина.

— Нет, но время от времени различные люди делают судьям дорогие подарки. С подарков свыше определенной суммы они платят налоги, конечно же. И все довольны, — пояснил тот.

— Я не доволен, — ответил Эдвин.

— Это легко исправить, ведь мы затем сюда и пришли, — Робин повернулся к двери и принялся ногами стучать в дверь.

Долго Робину стучать не пришлось. Уже через минуту дверь открылась, и перед ними предстало лицо слуги. Это был уже пожилой мужчина, одетый недорого, но опрятно.

— Судья Мортон не принимает, — сразу перешел к делу слуга и попытался закрыть дверь.

Робин успел поставить перед дверью ногу, достал жетон тайной стражи и сунул его под нос слуге.

— Меня примет.

— Вам придется долго ждать, — продолжил настаивать на своем слуга. — Не меньше пары часов, раньше вас принять не смогут.

Эдвин подумал, что судья еще спит, и будить его никто не собирается. Ждать несколько часов у него не было никакого желания, впрочем, как и у Робина.

— Не придется, — улыбнулся Робин. — Я секундант моего друга и много времени не займу. Разбудим твоего хозяина, я официально передам ему вызов, и на этом все закончится.

Робин не дал времени на ответ и прошел вперед, отодвинув слугу плечом. Эдвин следовал за ним. Территория вокруг дома была ухоженной. Аккуратные дорожки из камня, беседка для чаепитий, много цветов. У судьи, или у того, кто это делал, определенно был вкус. Выглядело красиво и дорого.

— Мой друг будет ждать в беседке, — указал на молодого мага Робин. — А мы с вами прогуляемся немного. Ведите.

Эдвин устроился в беседке и принялся ждать. Ожидание затягивалось, начинало ныть плечо и чесаться спина.

— Сразу после вызова в душ! — решил Эдвин.

Робин отсутствовал недолго и вернулся в сопровождении подтянутого мужчины в костюме. Молодой маг сделал вывод, что для судьи тот слишком молод.

— Знакомьтесь, это шевалье Эдвин, которому судья нанес удар по репутации, — Робин повернулся к магу. — Секундант судьи Мортон, граф Шивус. Дальний родственник судьи, гостил в нашем славном городе по торговым делам.

— Прежде всего я хотел бы извиниться перед…

— Извиняйтесь, — перебил того Робин. — Судья извинится во время поединка.

— Мы не отказываемся от поединка, — повернулся граф Шивус к Робину. — Но доводить до смерти из-за такого…

— Если мне не изменяет память, а она мне не изменяет, то я точно помню, что пару лет назад в столице вы убили на дуэли барона за то, что он столкнулся с вами в таверне и случайно облил своим напитком.

Робин не ошибался, потому что архивы тайной стражи на судью и ближайших родственников были в его полном распоряжении.

— Вы хорошо информированы, — сухо отметил граф Шивус. — Я хотел бы обсудить одно небольшое дело наедине с молодым человеком.

— Две сотни, — коротко ответил Эдвин.

— Молодой человек весьма ловко решил воспользоваться ситуацией, — быстро понял граф Шивус, о чем идет речь. — Но вы должны знать, что за две сотни золотых я сам его убью. Сорок!

— Как низко вы цените свои родственные связи, — покачал головой Эдвин. — Сто восемьдесят, и я обещаю его покалечить не слишком сильно.

— Давайте за шестьдесят вы его вовсе не будете калечить.

— Сто шестьдесят, вы хотели сказать? — вопросительно поднял бровь Эдвин. — Давайте сто шестьдесят, и я отрублю ему всего одну ногу. Одну, а не все конечности, как планировал изначально!

— Почему вы такой кровожадный? Возможно, семьдесят пять золотых немного успокоят вашу жажду рубить конечности?

— Сто семьдесят.

— Было же меньше? — прищурился Шивус.

— Правда? — наигранно удивился Эдвин. — Наверное, я хотел сказать сто семьдесят пять.

— Вы как-то неправильно торгуетесь. У меня бюджет девяносто пять золотых. Больше мне не выделили, и если вас это не устроит, то убивайте его бесплатно.

— Договорились, — Робин довольно потер руки. — Девяносто пять золотых и смертельная дуэль заменяется на несмертельную.

— До первой крови?

— Ногу можно сломать бескровно… — задумчиво проговорил Эдвин, глядя на облака.

— И никаких ног! И рук!

— Хорошо, — согласился Эдвин, у которого в голове начал рождаться план.

— Сегодня в четыре часа, на мечах, — кинул на стол большой, приятно звякнувший мешочек граф Шивус и ушел в дом не прощаясь.

— Все отлично прошло, — Робин повел молодого мага на выход. — Словил судью с дикого похмелья, я даже не уверен, что он до конца понял, что произошло. К стражникам не пойдем, пусть сами чиновника ищут. Тебе надо немного отдохнуть и подготовиться.

— Я бы помылся для начала. И, может, немного поспал.

— Ты где остановился? Пойдем, проведу.

По пути к трактиру они молчали. Организм Эдвина нуждался во сне, а сам Эдвин хотел помыться и раздумывал о бокале вина перед сном. Робин строил планы на будущее и пытался придумать способ унизить судью при всех. В трактире Эдвин помылся и завалился спать. Робин обещал разбудить его ближе к времени дуэли.

Дуэльная площадка отличалась от виденной в столице. Если в столице из дуэлей устраивали шоу с множеством зрителей, то на границе тщательней следовали дуэльному кодексу и не поощряли такой подход. Места для зрителей имелись, но их было, во-первых, мало, а во-вторых, на них могла присутствовать только аристократия. Эдвин кивнул своим мыслям, логично, что крестьян и горожан не допускали до зрелища поединка аристократов. Сама площадка представляла собой квадрат восемь на восемь метров. Сразу за ним находились лавки для зрителей, а под потолком висел круглый артефакт. Когда на арене проливается кровь, он краснеет, что в дуэлях до первой крови является сигналом к остановке боя.

— Готов? — спросил Робин, стоявший рядом с ним в углу арены.

В противоположном замер граф Шивус и судья Мортон. Судья был полным и низким.

— Готов, — придавая уверенности голосу, ответил Эдвин (Робина его уверенность не обманула). — Хочу уже побыстрее закончить, а то есть хочется.

— Это правильный настрой! — хлопнул его по плечу Робин. Пусть он не видел необходимой уверенности в молодом волшебнике, но подбодрить его лишний раз ему ничего не стоило.

Места постепенно стали заполняться, мелькали платья, время от времени слышался женский смех. К магам подошел секундант судьи.

— Вы готовы? Можем начинать.

— Нет, еще не готовы, — ответил Робин. — Готовы мы будем ровно в четыре часа пополудни. Как и договаривались.

Секундант остался недоволен, но сделать ничего не мог, поэтому был вынужден ретироваться.

— Подождем, пока больше людей соберется, — пояснил Робин. — Судья Мортон хочет легко отделаться, но свидетелей его позора должно быть больше.

— Помню, — коротко ответил Эдвин и взглянул на большие часы на стене. До четырех оставалось еще двадцать минут.

— Придумал, что именно сделаешь? — уточнил у него Робин. — Мне тут знакомые шепнули, что на дуэли в столице ты руками оторвал чресла своему сопернику. Если сможешь повторить, то это будет лучший результат.

— Что сделал?! — воскликнул от неожиданности Эдвин, чем привлек к себе множество заинтересованных взглядов. Молодой маг наклонился прямо к уху Робина и зашептал. — Не отрывал я ничего, что за глупости! Плеть я водяную кинул и случайно попал! Я вообще не туда целился, и вообще!

— Что «и вообще»? — заинтересовался Робин.

— Ничего! — отвернулся Эдвин. — Придумают еще, руками оторвал.

— Да я просто передаю, что услышал, — задумчиво пробормотал Робин. — Так что с судьей делать будешь?

— Чресла руками оторву! — злобно рыкнул Эдвин.

Дама, находившаяся неподалеку, услышала последнюю фразу, негромко вскрикнула, покраснела и тут же начала шептать на ухо своей соседке. Соседка принялась кидать заинтересованные взгляды на Эдвина.

— Богадельня какая-то, — выразил тот свое мнение по поводу происходящего. До четырех часов оставалось совсем немного.

Судья оглядел стоящих в центре арены дворян с секундантами и еще раз уточнил:

— Последняя попытка помириться.

— Отказываюсь, — уверенно сказал Эдвин.

Судья Мортон промолчал.

— Правила вы знаете, дуэль до первой крови. Сдаваться можно не ранее, чем через минуту боя. Артефакт над вами покажет, когда появится кровь.

Судья протянул каждому из них стандартный одноручный меч, подождал, пока они разойдутся по разным углам и вместе с секундантами отошел за пределы арены. Раздался звук гонга, и Эдвин, перехватив меч, медленно двинулся на судью.

Судья решил не терять лицо и, сжав меч покрепче, пошел навстречу. Шел судья медленно, поэтому встретились они чуть ближе к его углу. Мортон ударил бесхитростно, но неожиданно сильно для Эдвина. Меч судьи полетел параллельно земле, и его путь мог бы закончиться в боку молодого мага, но основы фехтования оказались вбиты крепко. Небольшой подшаг, блок, и пока судья не опомнился, удар коленом в пах.

Судья Мортон заорал, выронил меч и схватился за причинное место двумя руками. Он то проклинал Эдвина, то начинал подвывать. Артефакт на арене показывал, что крови нет. Эдвин дождался, пока голова судьи будет находиться на небольшом расстоянии от земли, а сам судья будет смотреть в пол, и нанес удар. Это, скорее всего, был не самый сильный удар в его жизни, но именно в этот он, можно сказать, душу вложил. Пара шагов разбега и сапог носком снизу врезается в лицо судье. Хруст был слышен на последних рядах, а брызги крови долетели до первого ряда.

— Что за город-то, — Эдвин воткнул меч в землю и под молчание зрителей и красный свет артефакта побрел к выходу с арены. — Как ни приеду, какие-то приключения.

Робин встретил его в углу арены, пристроился сбоку, и в полном молчании они двинулись на выход. Волю эмоциям представитель тайной стражи дал, когда свидетели остались позади.

— Ну ты молодец! И между ног врезал, и по лицу со всей дури! Кроме переломов носа и челюсти я видел улетевшие зубы. Если такое его не разозлит, то ничего не поможет.

— Ага, — односложно ответил Эдвин.

— Думаю, как придет в себя, начнет действовать, — Робин уже строил планы. — Я выделю тебе тройку… нет, пятерку помощников. Будут тенью рядом с тобой. Когда узнаем, что судья нанял наемников, будет брать. Ты не переживай, я благодарность в столицу отправлю, может, и медаль дадут!

Эдвин сидел за столом башни и вяло ковырял тарелку с кашей. Вечерело, но спать он еще не собирался. Молодому магу было скучно, однообразие ему надоело. С момента дуэли с судьей прошло больше двух месяцев, но события неслись быстро лишь первое время после дуэли.

Нападение, произошедшее через два дня после дуэли, Эдвин банально проспал и, если бы не готовность его охранников, быть ему похороненным. Также, пока он спал в своей комнате в трактире, его охрана аккуратно обезвредила напавших наемников (Эдвин даже не проснулся). Судью брали той же ночью, поэтому он узнал об окончании тайной операции (в которой он принимал непосредственное участие и за которую был представлен к награде), когда спустился на завтрак — к нему подсел сияющий Робин и объявил, что в охране молодой маг больше не нуждается. Всех взяли, и они уже начали говорить. Учителя ему нашли, и он может отправляться к нему в любое время.

С учителем договорился заниматься в башне. Наличие огромных денег, по меркам молодого мага, изменило его планы. В первую очередь он закупил неимоверное количество материалов и инструментов, загрузил несколько телег и нанял десяток рабочих. Все это одним большим караваном отправилось к башне. По счастливому совпадению, один из нанятых уже работал в башне при прошлом маге и смог внятно объяснить, как у прошлого владельца был устроен туалет. Эдвин, не колеблясь ни секунды, нанял еще несколько каменщиков, которые разобрали в нужном месте пол, провели трубы за пределы башни и вывели их в закопанную бочку, а после начали работать внутри башни.

Остальные работники в это время делали забор вокруг башни и хозяйственные постройки. Так во дворе появился навес для хранения дров (который Эдвин при помощи рабочих забил до отвала), небольшая деревянная пристройка к башне со стороны камина для лошадей (в которой стояло его новое приобретение — молодая лошадка по имени Лошадь), коптильня для холодного копчения мяса и рыбы в углу двора (он с учителем охраняли рабочих возле речки, а они забивали коптильню рыбой, половина из которой доставалась им) и небольшой сарай (пока использовался как склад). Молодой маг решил, что пока есть деньги и возможность, надо устраивать свою жизнь по полной. Башня обзавелась мебелью, внутренними стенами и проходами, на окнах красовались новенькие стекла. После окончания всех работ маг с уверенностью мог сказать, что теперь это место стало комфортным, и его было не стыдно назвать домом.

Вереница телег и список покупок в десятки пунктов успешно замаскировал и потребности графа Дерби. Сам граф, хоть и прибыл вовремя, вынужден был выждать целый месяц, пока суета возле башни закончится, но в качестве компенсации за ожидание получил бочку неплохого вина. Довольны остались все. Большая стройка вокруг и внутри башни длилась месяц, во время которого молодой маг использовал своего нового учителя с утра до вечера. Месяц ежедневной усиленной работы только над боевой магией дали результаты. Эдвин пытался вспомнить, сколько учебных часов в год академия уделяла боевой магии, но точно вспомнить не смог. Даже примерные подсчеты показывали, что немного меньше его месячной практики. В ходе занятий он уверенно освоил ледяную иглу (над скоростью надо было еще поработать), выучил малый щит из универсальной магии для защиты — небольшой диск появлялся в районе ладони, им можно было отклонять или принимать на него заклинания. Отклонение было сложнее, но тратило меньше энергии щита. Взялся за ледяные шипы, но был в самом начале пути. Ледяные шипы позволяли создать прямо под противником выстреливающий вверх полутораметровый шип из льда, который при должном умении накалывал противника как бабочку на булавку. Во время восстановления маны учился стрелять из лука (толком и не научился, но при большом везении мог попасть в дерево с тридцати метров).

После месяца стройки и тренировок Эдвин отправил работников и учителя обратно в город. Получилось подгадать так, что они отправились туда вместе с Глебом, который вез очередную поставку для трактира. Эдвин договорился, что тот продаст всю его копченую рыбу за небольшую часть прибыли. Глеб не торговался даже для вида, было заметно, что он не против заработать больше, практически ничего не делая.

После отъезда всех людей он поторговал с графом и устроил себе отдых. Тренировки сократил до минимума, после ежедневных мучений с учителем он уже не мог о них думать. Весь второй месяц после дуэли он начинал день с короткой тренировки и затем отдыхал. Целыми днями он читал, пил вино и ничего не делал.

К концу второго месяца Эдвину стало невыносимо скучно. Развлечений кроме книг и вина не было, но ежедневно одно и то же успело наскучить. В городе у него каждый раз были неприятности — суеверным молодой маг не был, но просто так туда отправляться он не хотел. Будет заказ от графа, будет и поездка в город. Он выдержал еще несколько дней и вот, два с небольшим месяца спустя дуэли, он сидел, ковырял кашу вилкой и размышлял о своей судьбе. Читать книги надоело, пить он уже не мог, в город не хотел.

— Да что же делать? — спросил у стен Эдвин.

Молодой маг начал понимать, что мессир Портер — житель этой башни в прошлом и восходящая звезда столичной тайной стражи в настоящем, не просто так, по словам Глеба, «неделями в лесу пропадал». Как тут не пропадать, когда в лесу хоть что-то происходит? Эдвин всерьез рассматривал вариант с походами в лес в поисках приключений, лишь бы не сидеть в башне и не дуреть со скуки.

Оставив кашу на столе, Эдвин переместился к камину, там его ждало кресло из ткани с опилками внутри. Простейшая и крайне удобная альтернатива дорогим креслам из других материалов. Вино и книга ждали его. Если первые дни он еще с интересом следил за приключением главного героя, то спустя месяц ему было все равно. Единственное, что его удивляло — как автор смог написать такую длинную серию книг. Когда он уже был готов выкинуть книгу в камин, раздался вежливый стук в дверь.

Башня была окружена забором, что не мешало стучавшему проникнуть внутрь. Эдвин решил, что, скорее всего, это граф, но перестраховался и выглянул на улицу со второго этажа. Внизу стоял граф в новом походном костюме и шляпе из кожи ящерицы, остальные предметы гардероба были еще в процессе создания в городе, и Эдвин планировал их забрать при следующем визите. Он торопливо спустился вниз и впустил гостя.

— Доброго вечера, — улыбнулся граф. Клыки, которые были особенно заметны при встрече, уже давно перестали пугать мага.

— Был бы он добрым… Вам помочь завести лошадь в стойло?

— Оу… это… — смутился граф. — Не стоит, я отпустил его побегать по лесу… эм-м-м… зайцев половить…

— Зайцев, кхм, ага, — Эдвин подавился и немного покашлял. — Тогда прошу, проходите. Вы по делу или просто в гости?

— По делу, — граф протянул Эдвину новый список. — Весь список не нужен, но основные позиции подчеркнуты.

Молодой маг пробежался глазами по списку.

— Это будет легко. Вопросов, зачем мне травы для алхимии и различные реактивы, не возникнет ни у кого.

— Я заметил, что вы необычайно грустны этим вечером. Что у вас могло произойти? — проявил участие граф.

— Ничего не произошло, — вздохнул Эдвин. — Вот уже который день совсем ничего не происходит.

— Так это же замечательно! Вы не рискуете жизнью, вас не пытаются убить, вам не приходится мокнуть под дождем, ночуя в лесу… — граф присмотрелся к меняющемуся лицу парня. — Кажется, я забыл сделать поправку на возраст. В вашем возрасте молодые люди необычайно активны, и скука их убивает. Странно, что вы еще не нашли выход из ситуации, ведь он вам известен.

— Охотиться на тварей? — с сомнением спросил Эдвин.

— Именно, — широко улыбнулся граф.

— Нет, спасибо, — отказался маг. — Мне хватило ящерицы.

— А что вам бедные звери сделали? — удивился граф. — Я говорил про людей. Преступников, которые бегут к нам в лес. Тот парень, который нас познакомил (граф широко улыбнулся после слова «познакомил»), далеко не единственный перебежчик.

— Охотиться на людей, которые бегут от смертной казни, потому что совершили страшные преступления? Убийц, некромантов и всех тех, кто со мной легко расправится?

— Ну с убийцей, вы, предположим, справитесь, — возразил вампир.

— А с некромантом?

— Возможны варианты, — увильнул от прямого ответа граф. — Все зависит от вас. Какие у вас цели?

— Цели? — не понял Эдвин.

— Ну да, цели, — граф взял себе кружку с вином. — Они бывают краткосрочные и долгосрочные. Долгосрочная у вас, скорее всего, не отличается от целей большинства магов: стать великим и богатым волшебником, который живет вечно. Остальное — детали, которые от мага к магу меняются, но несильно.

Эдвин слегка покраснел, он не думал, что о его мечтах так просто догадаться.

— А вот краткосрочные цели у вас могут быть различные, поэтому я и спрашиваю, — продолжил граф.

— На мне висит отработка обучения…

— Варварский обычай, я согласен. Давно следовало его отменить, пользы от него почти нет.

— Отменить или нет — решать не мне, поэтому еще почти четыре года я должен быть здесь. Есть вариант выкупиться, но сумма обучения явно завышена.

— Конечно, завышена, — усмехнулся граф. — Если бы она была честной, то академии это было бы невыгодно. В мое время завышали в два раза, но все могло измениться. Точную сумму знаете?

— Надо уточнять, но речь идет о тысячах, если не десятках золотых.

— Хм, — задумался граф. — Со мной вы точно не сможете наторговать на такую сумму. И вас заметят, и у меня таких количеств золотых монет нет. Я, знаете ли, не коллекционирую золотые монеты, а у нас они не в ходу.

— Я и не рассчитывал досрочно покинуть эту башню, если честно. Но заработать до возвращения в столицу хотел. Как и натренироваться, чтобы меня там не убили.

— Мне кажется, я все-таки смогу вам помочь, — задумчиво посмотрел на мага граф. — Разумеется, не бесплатно.

— И что же вы хотите, если деньги вас не интересуют?

— Нам еще много чего требуется, и вы нам это предоставите. Без наценок, само собой. Я же, в свою очередь, помогу вам поохотиться и проведу в развалины эльфийского города.

— Но ведь оттуда уже все выгребли?

— Смотря на чьей территории находятся. Вампиры в эльфийские города не заходят практически, люди из искателей не проходят вглубь территории и довольствуются только ближайшими, а нежить контролирует маленькую территорию и не всегда интересуется артефактами.

— Вы хотите помочь мне найти артефакт и выбраться отсюда? — засиял Эдвин.

— Ох уж эта молодежь, — усмехнулся граф. — Я не профессиональный искатель сокровищ, вы должны понимать. Не факт, что мы вообще что-то найдем. И риск умереть в процессе поисков тоже есть, ловушки никто не отменял.

— Неважно, — Эдвин уже весь был в поисках сокровищ. — Я увижу настоящий эльфийский город! И, может, даже найду эльфийские предметы! Или эльфийские заклинания! Да, я хочу найти эльфийские учебники.

— Вы умеете читать на эльфийском? — улыбнулся граф.

— Я… нет, но вы умеете! — не смутился маг.

— Не считая того, что я не буду переводить вам всю книгу, я хочу отметить, что учить заклинания проигравшего народа не стоит. У них они оказались не такими эффективными, и это одна из причин их поражения. Давайте сначала немного вашими навыками займемся, — остудил его пыл вампир. — Вы еще не готовы идти в дальний поход. Раньше весны точно не будете готовы. Ближайшие несколько месяцев мы будем отрабатывать ваши навыки в настоящих боях.

— Преступники, я помню. Надо будет съездить в город и посмотреть заказы на преступников. Как минимум станет понятно, за кем охотиться надо.

— Надо за всеми подряд, — заметил вампир. — Принесете головы в управу, а там разберутся, где, чья и сколько вам за них платить.

— У меня с управой тяжелые отношения, — вспомнил маг. — Чиновника чуть насмерть плетями не забили из-за меня.

— Из-за вас? Не расскажете?

— Он не признал во мне дворянина и бросил в камеру на ночь, обвинив в нападении…

— За такое вешают, — перебил его граф.

— …уже не вешают. На следующий день его долго не могли найти, а в результате выяснилось, что официально он снимает маленькую дешевую комнату, а на самом деле проживает в доме, который ему не по карману. Доказать взятки не смогли, но вина очевидна. Вешать не стали, видимо, друзья помогли, но с работы выгнали и дали плетей. С тех пор в управе со мной не спорят, но настолько тщательно следуют правилам и придираются к каждому документу, что невозможно там находиться. Я свое заслуженное вознаграждение смог забрать только после вмешательства знакомого из тайной стражи. Каждый чиновник ссылался на правила и гонял меня по другим кабинетам.

— Это они умеют, — усмехнулся граф.

— Как-то так, в общем, — выразил все свои мысли на данный момент Эдвин.

— Раз мы вместе пойдем в дальний рейд, то нам потребуется много разных предметов, — граф взял со стола свой список и стал дописывать. — Все, что после последнего пункта, необходимо только для вас. Как для ближайших поисков людей, так и для дальних рейдов на бывшие эльфийские территории. Все, что связано с заживлением ран и первой помощью, можно брать в любых объемах. Люди достаточно хрупкие существа, а мне вы нужны живым.

— Возможно, это покажется наглостью, но не могли бы вы меня научить каким-нибудь заклинаниям? — осмелел Эдвин.

— Мог бы, наверное, — задумался граф. — В последние пару десятилетий я использовал в основном магию крови, но и другие школы я превосходно помню. Вам надо что-то определенное?

Эдвин задумался о возможной дуэли с Освальдом и предстоящей охоте на преступников.

— Что лучше всего работает против универсальной защитной школы?

— Хороший вопрос. Единого мнения нет, как и самого лучшего или самого мощного заклинания. И с оружием, и с магией действует простое правило: «Есть цель, и есть средство». То есть для выполнения определенной задачи лучше всего подходит определенный инструмент. Кто-то назовет лучшим оружием двуручный меч, но он не подойдет для битвы в ограниченном пространстве или для тайного устранения неугодного лица. Так и везде.

— Я сформулирую по-другому: каким бы заклинанием вы действовали против универсальной защитной школы?

— Магией крови, — не задумываясь, ответил граф. — Но для моего заклинания вам может банально не хватить резерва. Магия крови крайне требовательна к количеству энергии. Проверим, когда начнем обучение.

— Спасибо, что помогаете, — поблагодарил Эдвин.

— Вы помогаете мне, я помогаю вам, — улыбнулся граф. — Это взаимовыгодное сотрудничество.

— И все же вы человечней многих людей, которых я встретил в последнее время, — признался молодой маг.

— Потому что я все еще остаюсь частично человеком, — граф стал серьезней. — Несмотря на это, вы никогда не должны забывать, что человеком я не являюсь.

— Да, помню я это. Когда стану императором, займусь правами вампиров. Наше закостенелое законодательство давно пора немного поменять.

Следующие часы были заняты планированием вылазки, уточнением списка покупок и экскурсов в историю. Граф был отличным рассказчиком, а Эдвину нравилось слушать о событиях многовековой давности от их непосредственного участника. Порой он ловил несоответствия с тем, что было написано в современных учебниках истории.

После полуночи граф попрощался и отправился обратно в лес. Напоследок будущие напарники договорились встретиться возле башни через неделю. Эдвин должен был готов выступать с графом на охоту, а при себе кроме амуниции иметь несколько бутылок вина и современный учебник по истории.

— Решили освежить курс истории? Это очень правильно, в наше время молодежь забывает о таких полезных предметах. Вам бы все молниями бить, да деньги зарабатывать, — пожилой продавец в лавке одобрил выбор Эдвина. — Что-нибудь кроме учебника надо?

— А у вас есть история дворянских родов? — пришла в голову Эдвину мысль. — Меня интересуют старые родовые фамилии, можно даже времен войны с эльфами. Очень интересно, кому мы победой обязаны.

— Хм, — продавец задумчиво рассматривал потолок и вспоминал. — Желание похвальное, но такую древность только в столице найти можно.

— А про вампиров? Я живу прямо на границе с эльфийскими лесами, сами понимаете, кто там водится.

— Только романтические книги и то не у меня, — скривился продавец.

— Спасибо, тогда это все, — поблагодарил Эдвин, затем расплатился за последнее издание учебника истории и двинулся к трактиру.

После встречи с графом Дерби прошло меньше двух дней. Выехал в город он следующим же утром с рассветом. Лошадь двигалась достаточно быстро, чтобы он мог к ночи добраться до города. Переночевал в трактире и утром двинулся за учебником истории. Торопиться смысла не было, но Эдвин решил в первую очередь купить все необходимое и только потом гулять по городу и искать, чем заняться.

Каждый раз в городе Эдвин находил приключения, поэтому сразу после покупки учебника отнес его в трактир. И учебник цел будет, и Эдвину спокойней. В лавку с травами он пошел после обеда, где все оплатил и обещал забрать через три дня. Собрался идти на рынок, но по пути встретил Глена с Рыжим, что предопределило весь остаток дня — проснулся только в середине следующего дня. Пробудился он в своей комнате, что его неимоверно порадовало, в отличие от его самочувствия.

— Надо меньше пить, — Эдвин с трудом дотянулся до пустой кружки и сформировал сферу воды, чтобы наполнить ее.

Магам воды в этом плане невероятно повезло, любым другим пришлось бы идти за водой самостоятельно. Возможно, несколько проще было некромантам, но Эдвин с такими знаком не был и не хотел знать, как они выкручиваются по утрам — сами или при помощи поднятых трупов.

Эдвин еще некоторое время полежал в кровати, но желудок потребовал еды. Ничего не оставалось сделать, как встать с постели. На обед трактир порадовал его жареной картошкой с луком и мясным супом. Мяса в супе обнаружено не было, несмотря на запах. Впрочем, такие мелочи не смущали Эдвина, и он выбрался побродить по рынку. Он собирается охотиться на людей… Молодой маг остановился. Он совсем не обращал внимания, но мысль, что он будет убивать людей, его ни капли не беспокоила. Он понимал, что люди они не самые лучшие, и на каждом из них висит смертный приговор, но с тем же Ховардом вышло сложнее — пусть тот и пытался его убить, но Эдвин с трудом решился.

— Меняюсь, — философски заметил он и продолжил путь. — К лучшему или худшему — неизвестно.

Рынок встретил привычной суетой с рядами прилавков и телег с товарами. Эдвин планировал быть в городе еще два или три дня, так что бегать со списком в руках и в мыле он не собирался. Сегодня целью было изучение всего рынка, вдруг за что глаз зацепится. Взгляд остановился на удобных седельных сумках, которые Эдвин тут же приобрел.

Сразу после рынка молодой маг направился к портному. Он очень надеялся, что заказ графа уже готов, да и самому не терпелось примерить обновку. Маг уверенно двинулся в сторону лавки портного. Помещение находилось неподалеку, и прогулка много времени не заняла. Портной работал в небольшой, но очень светлой комнате. Его лавку по внешнему виду даже сравнивать со столичными магазинами было стыдно, но все, у кого он спрашивал, уверяли, что у портного золотые руки, а что лавка маленькая, так это чтобы за аренду много не платить. Все равно отбоя от клиентов нет.

— Есть тут кто? — оглядел пустое помещение Эдвин.

В комнате никого не было, но через несколько секунд после его слов где-то за дверью раздался звук падения, нецензурные восклицания. Все затихло, и незаметная дверь возле прилавка открылась. Оттуда степенно вышел невысокий портной в идеально сидящем костюме. Он шел уверенно и не торопясь, и ничего, кроме небольшого прихрамывания, не говорило о недавнем падении. Портной встал за прилавком и повернулся к магу.

— Добрый день, молодой человек, — поздоровался он. — Ваш заказ готов, и мы можем обсудить размер оплаты. — Прошу, присядьте.

Эдвину показали на маленький кофейный столик в углу, куда он и проследовал. Сам портной скрылся в соседнем помещении, но уже через минуту выбрался оттуда с большим свертком в руках.

— Проверите качество? — спросил портной у Эдвина.

— Нет, что вы, — поспешил успокоить того молодой маг. — Я вам доверяю.

Похвала портному была приятна, и он, поставив сверток возле столика, устроился на кресле напротив мага.

— Я хотел бы забрать оставшийся материал в счет оплаты работы, там примерно одна пятая той шкуры, что вы мне дали. Мне кожа понравилась, и я бы с удовольствием с ней еще поработал.

— А сколько будет стоить работа в монетах? — на всякий случай уточнил Эдвин.

— Хм, несколько испорченных игл, лучшие зачарованные нити, материал для подкладки… — начал перечислять портной, набивая цену.

— И все перечисленное не стоит и золотого, — перебил того маг.

— Стоит и даже больше. За одни нитки я отдал пять золотых! Не меньше пятидесяти за все.

— За пятьдесят мне в десять раз больше могут сделать в столице, — не уступал Эдвин.

— В столице за пятьдесят золотых вас даже слушать не станут, — усмехнулся портной.

— Предлагаю компромисс, — у мага возникла идея. — Там осталась пятая часть шкуры, что довольно много, верно?

— Да, около того.

— Вы сделаете еще одно изделие, — и сразу уточнил, видя реакцию портного. — Небольшое. А остаток заберете себе в уплату.

— Зависит от того, что делать придется, — прищурился портной.

— А вот это вы мне скажите, — улыбнулся Эдвин. — Я хотел бы сделать подарок для одной девушки…

— В борделе приемлемые цены, — намекнул ему портной. — Обойдется вам в десятки раз дешевле. Он как раз недалеко отсюда.

— Нет, я уж как-нибудь по-своему, — не стал соглашаться Эдвин. — Так вот, надо что-то подарить, но я понятия не имею, что может понравиться девушке, и что вообще девушки могут носить из такой кожи.

— Хм, я вам так сразу и не скажу, — задумался портной. — У меня есть знакомые модницы, но пока я с ними смогу встретиться, пока мы обсудим варианты и детали… Вы готовы подождать неделю или полторы?

Маг прислушался к своим ощущениям. Проблема заключалась в том, что человеком он был легко увлекающимся, и если ему что-то захотелось, то терпеть было невероятно сложно.

— Нет, я через несколько дней уеду и даже примерно не скажу, когда вернусь в город обратно. Можем поступить проще — я доверяю вашему мастерству, о нем ходит множество историй…

Портной приосанился и продолжил слушать Эдвина.

— …и самое главное, что во всех этих историях упоминается о вашей кристальной честности и невероятном вкусе в предметах гардероба. Я доверю вам самостоятельно выбрать и сделать из половины оставшейся кожи подарок, а вторая половина достанется вам как оплата. В качестве компенсации остальных материалов и инструментов и оплаты за то, что вы отправите посылку по необходимому адресу, я доплачу вам… — маг вопросительно посмотрел на портного.

— Семь золотых за материалы с инструментами и пару золотых оплатить вино и цветы для знакомой.

— Неужели она настолько вам неприятна, что ее общество вас тяготит? — улыбнулся Эдвин.

— Ладно, — сдался портной. — Семь золотых за материалы и инструменты. Давайте свой адрес.

Эдвин написал на бумаге небольшую записку, приложил к ней адрес и вручил портному.

— Спасибо, что помогаете, — поблагодарил маг. — До свидания.

— И все же бордель обойдется дешевле, — в спину сказал ему портной. — И нервы сбережете.

Эдвин усмехнулся и вышел из лавки, оставляя последнюю фразу портного без ответа. Что делать дальше он не представлял и направился в сторону магазина оружия. Хоть он и маг и оружием толком пользоваться не умеет, но, как и любому парню, ему нравилось смотреть на качественные орудия убийства.

Магазин оружия располагался при кузнице, за прилавком стояла немолодая женщина, скорее всего, жена кузнеца. Если судить по доносящимся из-за стены звукам, то можно сделать вывод, что сам кузнец находится в процессе работы.

— Доброго дня, — поприветствовала его женщина. — Первый раз в нашем магазине?

— Доброго, — ответил Эдвин. — Да, первый, я ничего конкретного не ищу, но вдруг что приглянется.

— Расскажите для каких целей, может, я смогу показать, что вам приглянется.

— Ну… м-м-м… для охоты, — выдавил из себя Эдвин.

— А почему так несмело? Охота — это полезное дело.

— Потому что охотник я так себе, — нашелся маг. — Лук у меня уже есть.

— А топор?

— Дрова же я рублю, — усмехнулся маг. — Конечно, у меня есть топор.

— Не для дров же, — совсем не обидно рассмеялась женщина. — Топор, а точнее небольшой топорик, в деле разделки туши необходимая вещь.

Эдвин представил, как будет разделывать темных магов и побледнел.

— Не н-н-надо топорика, — внезапно начал заикаться он.

— Тогда посоветую нож для снятия шкуры, обычным ножом снимать сложно, — женщина продемонстрировала короткий нож с непонятным крюком на обухе.

— Вы знаете, а какие еще есть? — Эдвину нож был не нужен, но у графа наверняка такого нет. — Один я бы точно взял.

Как по волшебству на прилавке появился ряд ножей, которые на профессиональный взгляд молодого мага отличались только рукоятками. Он посмотрел на продавщицу в поисках помощи. Та поняла, что клиент не разбирается, накинула пару десятков процентов цены сверху и принялась объяснять. Эдвин почти ничего не понял и купил наугад. Продавщица одобрила его выбор, но отпускать не собиралась.

— Только вчера сделали новую партию наконечников для стрел, — похвасталась она. — Раскупают за пару дней, берите, они лишними не будут.

Эдвин взял.

— Еще я могу предложить вам…

Эдвин позорно сбежал.

— На сегодня хватит с меня рынка, — принял он решение за дверью.

Молодой маг направился в трактир. По пути он зашел в книжный, приобрел несколько новых детективов, с которыми и провел остаток дня в своей комнате.

Последующие дни до отъезда прошли без происшествий. Эдвин закупил все необходимые травы, заглянул на рынок со списком графа, набрал корма для лошади и еще раз встретился с Гленом и Рыжим. Во избежание тяжелого похмелья, встречался днем. Они прекрасно поговорили, маг с радостью узнал, что их команда едет на месяц вглубь империи, а значит встретить их в лесах эльфов не выйдет. Перед отъездом оставалось посетить лавку и закупить корм для лошади и узнать про всех разыскиваемых преступников.

— С какой целью интересуемся? — внимательно рассматривал его администратор. — Да и с портретами еще.

— Живу в башне на границе, — коротко ответил Эдвин. — Если нападут, то я должен знать, стоит ли голова нападавшего хоть что-то.

— И поэтому вы просите выдать вам портреты с описанием каждого преступника?

— Да, я же так и сказал.

— Всех-всех? — еще раз уточнил администратор.

— Да, — Эдвин не понимал, в чем проблема просто выдать ему эти несколько листиков.

— Ну что же, — сдал администратор. — Вам придется оплатить стандартную пошлину и оплатить работу художника. Выдам я вам сейчас, но ему придется делать еще одну копию.

— Хорошо, — Эдвин полез в карман за мелочью.

— Три золотых.

— Сколько?!

— Ну а как вы хотели? — удивленно посмотрел на него администратор и достал толстую пачку листов. — Это только первая часть, всего их восемь.

— Восемь? Это за последние сто лет?

— Двадцать, — нехотя признал администратор.

— Давайте за последние пять, — решил Эдвин. — Тех, что умерли от старости, можете себе оставить.

— Один золотой, — собеседник мага не скрывал досады и сразу предупредил. — Мы не на рынке, цена не обсуждается.

Маг заплатил, забрал листы с портретами и ушел. Настроение было немного подпорчено, но он купил корм для лошади и вернулся в трактир. Все дела были сделаны, утром можно было выезжать. Вечер Эдвин провел с новой книгой, которая оказалась не такой интересной, как он ожидал, а с рассветом двинулся в путь. Лошадь была нагружена сверх меры, но он сумел добраться до башни до ночи. Остаток времени до отъезда на охоту он провел в башне, занимаясь повседневными делами. Граф, как и положено пунктуальному дворянину, явился ровно в назначенное время.

— Готовы к незабываемым впечатлениям? — осведомился он первым делом, сверкнув своей фирменной улыбкой с клыками.

— Почти, — ответил Эдвин. — Надо только лошади корма насыпать на неделю, а то неизвестно, как долго мы в лесах будем темных магов искать. Я даже список с портретами приобрел.

— Похвально, весьма похвально, — граф прошелся по первому этажу башни и кинул заинтересованный взгляд на кучу сумок. — Это то, о чем я думаю?

— Да, — спохватился маг. — Я еще вам в подарок вот это взял.

Эдвин начал рыться в мешках в поисках ножа.

— Я не особо в них разбираюсь… Вернее сказать, не разбираюсь вовсе, но мне кажется, что вам должно понравиться…

— О-о-о-о, — протянул граф при виде ножа. — Это весьма великодушно с вашей стороны. К сожалению, я не приготовился и не смогу отплатить вам так же, но обязательно это сделаю.

— Ну что вы, не стоит, — засмущался молодой маг. — Это я от чистого сердца, так сказать, вы же с ящерицей мне помогли, и вообще…

Что именно «вообще» он сформулировать так и не смог. Еще час они потратили на разбор покупок и примерку обновок из шкуры мегалании. Несмотря на один и тот же материал и крой курток, Эдвин сходу отметил, что граф Дерби выглядит намного лучше него.

— Вещи оставим здесь, — начал объяснять вампир. — С собой возить лишнего не будем. Берите еду, лекарства и спальный мешок. Думаю, что управимся не за неделю, а даже раньше.

— А искать мы будем их как?

— Я уже присмотрел несколько, так сказать, охотничьих угодий, — хищно улыбнулся граф. — Вы не задумывались, почему маг развивается быстрее всего в бою?

— Это одна из основ развития, — процитировал Эдвин учебник. — Стресс там, и все такое…

— «И все такое», — задумчиво произнес граф. — Современное образование расстраивает меня. Неужели вам самому не было интересно узнать об этом феномене поподробнее?

— Ну… было… наверное… — Эдвин не хотел признавать, что на самом деле не было.

— Я примерно так и понял. Видите ли, с запретом изучения многих школ магии теряются и знания. Все дело в душе убитого соперника. В мои времена не смогли объяснить, почему это должна быть именно битва, а не жертвоприношение, но думаю, за столько веков ответ уже нашли. Разве что вы еще недостаточно влиятельны, чтобы вам дали доступ к такой литературе.

— Душа убитого мага меня усиливает? — нахмурился Эдвин.

— Не только мага, что вы. Любое существо, с которым вы сражаетесь на смерть способно вас усилить. Если вы победите, конечно. В случае с бедной ящерицей я нанес последний удар, и вы получили крохи развития, но все равно получили.

— А к чему вы это рассказываете? — заподозрил неладное Эдвин.

— Молодой человек, вы хотите стать сильным магом и победить своего противника на дуэли, верно?

— Да.

— И вы сами сказали, что он сейчас наверняка тренируется в столице с лучшими учителями.

— Тоже верно, — согласился Эдвин.

— Значит в ближайшей перспективе он станет лучше вас и при встрече банально убьет.

— Ну не так чтобы наверняка…

— За четыре года пропасть во владении заклинаниями между вами станет огромной, — отрезал вампир. — Поэтому у меня есть отличный план. Вы будете биться насмерть с темными магами без моей помощи.

— И умру в муках? — предположил Эдвин.

— Или победите, — возразил вампир. — Собирайтесь, у нас на ближайшую неделю крайне насыщенные планы.

Эдвин в последний раз прошелся по двору и проверил, все ли двери он закрыл. Дверь в башню на замке, лошадь закрыта в своем помещении с кормом и водой на десять дней, ворота он закроет сейчас. С собой он приготовил небольшой рюкзак с необходимыми мелочами, спальник и оружие (взял на всякий случай, но сильно надеялся, что до этого случая не дойдет).

— Я готов, — повернулся маг к графу. — Пойдем?

— Не пойдем, а поедем, — граф громко свистнул и стал ждать. — Если точнее, то вы поедете. Наш общий знакомый любезно согласился нас подвезти, иначе пешком мы будем неделями идти. А время, как это известно любому образованному человеку, это деньги. А в вашем случае оно еще и ограничено.

— А вы не поедете?

— Я способен быстро передвигаться и без этого, — улыбнулся вампир. — Это люди медлительные.

Эдвин согласился и стал ждать. Не прошло и нескольких минут, как вдали показалась знакомая лошадь с красными глазами. Она неслась с огромной скоростью, но резко остановилась возле пары героев.

— Залезайте, — скомандовал граф. — И, пожалуйста, держитесь как можно крепче. Если вы на такой скорости слетите, то собрать вас не смогут даже лучшие целители, которых, к тому же, в лесах не наблюдается.

Молодой маг благоразумно последовал совету вампира. Оглянувшись на башню, он мысленно пожелал себе удачи.

— Готовы, — граф посмотрел на мага, и, дождавшись утвердительного кивка головой от мага, дал команду. — Поскакали!

Лошадь рванула с места со скоростью молнии, и Эдвин чуть не свалился сразу же. Спустя минуту, успокоив свои нервы и немного освоившись, он смог повернуть голову и посмотреть по сторонам. Не видно было практически ничего, но силуэт бегущего рядом графа он разглядел. Первое, что он для себя понял — ни одна живая лошадь не сможет развить такую скорость даже на ровной дороге. Они же неслись сквозь лес, огибая деревья и перепрыгивая поваленные стволы. Вся жизнь вовсе не проносилась перед глазами мага, но было очень страшно. Он прижался к шее лошади, зажмурился и мысленно повторял про себя, что он не умрет молодым.

Спустя десять минут, которые показались для мага вечностью, трясти стало меньше — лошадь приноровилась двигаться плавнее. Эдвин рискнул открыть глаза, увидел пролетающие мимо деревья, вновь испугался и закрыл. Чтобы как-то себя отвлечь, он начал планировать предстоящий бой с магом. С какого заклинания лучше начать? Принимать чужие заклинания на свои защитные и контратаковать или лучше увернуться самостоятельно, но потерять секунды на формирование своего? Вариантов было много, и в практическом плане никаких тактических преимуществ от его размышлений не было, но как способ отвлечься это неплохо работало. Бег продолжался до утра. С рассветом они замедлились и вскоре остановились на небольшом свободном пятачке леса для завтрака и перерыва.

— Наконец! — воскликнул Эдвин и свалился с лошади в прямом смысле.

Ноги затекли и не могли держать его в вертикальном положении, руки болели настолько сильно, что маг был не уверен, что сможет поднять даже кружку.

— Отлично пробежались, — граф был доволен и бодр. — Давно думал заняться своей физической формой, да вот только повода не было. И не зря думал, скажу я вам, изрядно ослаб я.

— То есть вот этот ночной бег на нереальной скорости — это ваша плохая форма? — уточнил Эдвин, лежа на земле. — А хорошая тогда какая?

— Еще быстрее и дольше смогу бежать, — пояснил граф. — Впрочем, тренировки — совсем другая история.

— Мне надо отдохнуть, — указал на очевидное маг. — Я не смогу продолжать путь в таком темпе и свалюсь.

— Всем надо отдохнуть, — граф прищурился, глядя на светлеющее небо, и снял с пояса флягу. — Вам бы тоже подкрепиться, до вечера остановок не будет.

Эдвин застонал и попытался подняться. С помощью графа ему удалось встать на ноги и дойти до седельных сумок. Эдвин достал полоску сушеного мяса и кружку для воды. Посмотрел на лошадь, залез в другую сумку и предложил ей морковь. Красноречивый презрительный взгляд был ему ответом на угощение.

— Ну не хочешь, сам съем, — Эдвин с хрустом отломал кусок моркови.

— Не переживайте, — раздался голос графа из-за спины. — Пока у нас перерыв, наш друг сам обеспечит себя едой. И справляется, должен заметить, лучше многих людей.

Лошадь дождалась, пока Эдвин снимет сумки, и медленно пошла в лес.

— Удивительно создание, — глядя ей вслед, сказал граф. — Люди порой случайно создают шедевры.

Эдвин проследил за его взглядом и пожал плечами.

— Куда мы двигаемся?

— Нашел вам небольшое поселение, если его можно так назвать. По сути, хутор, в котором живут четверо преступников.

— И что они там делают? — заинтересовался маг.

— Кхм, — прокашлялся граф. — Они там живут. Как обычные люди. У них есть огороды, на которых они растят пищу, время от времени ходят на рыбалку и охоту за мясом… А вы чего ожидали?

— Ну… эм-м-м… черного замка, в подвалах которого заперты пленники для экспериментов. Ну или склеп со злобным некромантом внутри.

— А чем питаться злобный некромант будет? — ехидно уточнил граф. — Кроме того, я не видел еще ни одного некроманта, который предпочтет жить в склепе, а не в теплом деревянном доме с камином. Впрочем, некромантам добывать еду проще всего — если у них есть доступ к телам, то работниками они обеспечены.

— Вы хотите сказать, что мертвецы работают на огороде? — ошарашено спросил Эдвин. — Но это же…

— Гениально, да! — сиял граф.

— Отвратительно! — одновременно с графом сказал Эдвин.

— Почему? — не понял его вампир. — Работник не просит есть, пить и спать. Работает от заката и до рассвета без остановок. Не пропускает ни сантиметра земли и тщательно выполняет работу.

— Но это же человек!

— Бывший человек, — поправил его вампир. — И не всегда хороший человек, кстати. Хороших людей в эльфийских лесах бродит мало. Я бы относился к этому, как к полезному изобретению и весьма рациональному использованию своих сил и умений.

— Ладно, — не стал спорить Эдвин. — И я должен напасть сразу на четверых?

— Это уж вам решать, — ответил вампир. — Я могу помочь с планированием и что-то подсказать, но это будет именно небольшая помощь. За вас составлять план или делать работу я не стану. Воспринимайте меня, скорее, как проводника, который доставит вас до нужного места и укажет на цель.

— Расскажите мне об этой четверке все, что знаете. Мне пригодятся любые сведения.

— Двое магов и двое обычных людей. Люди, вероятнее всего, разбойники, и убежали от казни — очень ловко обращаются с луками и умеют выслеживать зверя. Не советую вам оставлять следы рядом с их территорией, они заметят, и тогда охота начнется на вас.

— Или надо избавиться от них в первую очередь, — предложил маг.

— Или так, да, — согласился с ним граф. — Но план ваш, поэтому решать вам.

— Можно по отдельности встретить, — задумался Эдвин. — Избавиться от них по одному…

— После первого убийства маги, которые не дураки, поймут, что происходит что-то странное, и будут ходить только вместе и постоянно держаться настороже, — испортил одной фразой его план граф. — Думайте, времени хватает.

Эдвин задумался. Как бы он не крутил свои возможности, выходило, что он в любом случае встретится с парой, которая готова к бою. Вопрос заключается только в том, что ему выгоднее — пара магов или смешанная пара из мага и воина.

— Ловушки они заметят, — проговорил он вслух свои мысли.

— Вы не умеете ставить ловушки, — улыбнулся вампир. — Я же, повторюсь, не буду делать за вас всю работу. Знаете, почему в академии магии не учат боевым заклинаниям все годы? Почему у вас множество различных предметов из самых разных областей науки? Зачем вам история, литература, философия и многие другие вещи?

— Чтобы мы это знали на всякий случай? — наугад предположил Эдвин.

— Нет, — покачал головой вампир. — Главное оружие мага — это не его заклинания, хоть многие и считают, что именно в них сила.

— А что тогда?

— Вот это, — граф подошел к магу и ткнул указательным пальцем в лоб. — Вот это, называется мозги, и даны они магу для того, чтобы он их развивал и ими пользовался. В столичной академии вы получили высшее образование, которое подразумевает под собой не только уверенное владение магией, но и знания во всех областях. Вы не видите смысла в философии, но поверьте, ее изучение развивает ваше мышление. Вы можете забыть о философах и их учениях. Сам факт, что вы это проходили и размышляли на эти темы, делает вас немного умнее. Изучай вы только боевую магию, превратились бы в дебила. Опасного, причем. Таких много было на войне.

— Опасных деби…

— Да, — не дал договорить магу граф. — Людей не хватало, война шла серьезная, и никому не нужен был боевой маг со знанием этикета или ораторского искусства. В краткие сроки брали всех, у кого есть магический дар, обучали простейшим заклинаниям атаки и защиты и выпускали в бой. Те, кто выживали в первый год войны, были опытными убийцами. Ни образования, ни манер, ни знания законов. Как вы считаете, много ли дуэлей в те времена было между такими магами? Убивать они умеют, а думать нет. Неуравновешенные люди с умением убивать — это страшно.

— Наверное, много.

— Дуэли запрещали, но их это не останавливало. После войны они вернулись в империю, и еще несколько лет было очень весело. Герои войны, маги! Они требовали к себе уважительного отношения, и когда не получали его, устраивали убийства. Не налили бесплатно в трактире — спалить трактир и всех внутри. На рынке толкнули и обозвали — убить наглеца.

— Сейчас разве сильно что-то поменялось? — возразил Эдвин. — Дворяне примерно так и поступают, только замаскировали это под дуэли.

— Поменялось и сильно, поверьте мне. Если вас не убедили мои аргументы, то просто почитайте учебник истории из старых, много интересного узнаете. И поверьте, все эти «лишние предметы» вовсе не лишние. Они развивают ваш мозг, и вам предстоит его хорошенько напрячь по пути к хутору. Скачем до вечера, делаем небольшой перерыв и скачем вновь. Утром устраиваемся на стоянку, и вы хорошенько высыпаетесь. После этого я хочу услышать ваш план, потому что вы начнете действовать.

— Я тоже хочу услышать свой план, — буркнул под нос молодой маг. — А с чего вы вдруг начали мне что-то объяснять?

— Во-первых, вы мне нравитесь, и я пытаюсь вам помочь. А во-вторых, вы хотели, чтобы я обучил вас заклинанию. И раз я согласился стать вашим временным учителем, я буду обучать вас не только заклинанию, но и многому другому. Почему бы не начать с теории построения заклинаний?

— Или, может, с истории? — предложил свой вариант Эдвин. — Расскажите про эльфов.

— Про эльфов, так про эльфов, — согласился вампир. — Итак, базовые контуры заклинаний известны всем, и многие замечают, что чем сложнее контур, тем сложнее заклинание, но в то же время можно использовать модульную систему для контуров…

— Это не про эльфов, — возразил Эдвин.

— Про эльфов, — усмехнулся вампир. — Про эльфов… На чем я остановился?

— Модульная система.

— Ах да, так вот… — и граф продолжил лекцию про эльфов, которая была похожа на лекцию по теории построения заклинаний.

Лекция продлилась два часа, за которые Эдвин успел отдохнуть, и был готов продолжать путь. Как раз к этому времени из леса выбралась лошадь и подошла к месту их стоянки.

— Это кровь? — присмотрелся к морде лошади маг.

— Кхм, — граф подошел к лошади, достал платок и стер пару капель крови. — Наверное, поцарапалась, когда бегала по лесу.

— Ага, — согласился Эдвин, не отрывая взгляда от красных демонических глаз лошади. — Поцарапалась, конечно. Я так сразу и подумал.

— Отправляемся, — скомандовал граф, и Эдвин полез на лошадь.

Путешествие к хутору Эдвин запомнил слабо. К его окончанию он был измотан, у него болели все мышцы, включая те, о которых маг даже не подозревал. Когда они прибыли на место, граф снял его с лошади и устроил возле дерева. Эдвин не был даже уверен — заснул он или банальным образом потерял сознание.

— Скорее всего, потеряли сознание, — прервал рассказ мага граф. — Я на вас случайно наступил, но вы не отреагировали.

Ближе к вечеру Эдвин пришел в себя, и самочувствие стало намного лучше. Мышцы еще болели, но молодой организм быстро восстанавливался.

— Мы приехали, — сказал ему граф. — Хутор недалеко отсюда, направление и ориентиры дам, когда вы будете готовы отправляться. Можно услышать ваш план?

— Ну… Я думал прежде всего начать с…

— Отличный план! — прервал его граф. — Я в восторге! Видите то высокое дерево? Это ваше направление. Через полчаса ходьбы вы наткнетесь на небольшую речушку. За ней лес немного поредеет, и вы легко наткнетесь на поляну с хутором. Не заблудитесь.

— Мне бы вашу уверенность, — Эдвин полез в сумку за едой. — Не думаю, что ночью кто-то из них будет ходить по лесу, а значит куковать мне в разведке до утра. Это не мой вариант, так что я лучше к утру и отправлюсь.

— Разумно, — согласился граф. — Тогда на часть ночи я составлю вам компанию.

Эдвин перекусил и устроился полулежа в спальнике. Так ему и тепло было, и риск заснуть во время разговора стремился к нулю.

— Расскажете что-нибудь про эльфов? — спросил молодой маг.

— Вам разве не следует оттачивать детали вашего безупречного плана? — усмехнулся граф.

— Я на фоне рассказа буду этим заниматься, — ответил Эдвин и добавил. — Все равно многие детали надо будет после разведки менять. Я же не знаю, кто куда ходит и чем занимается. Вдруг они все четверо сидят взаперти и выходят только на огороде поработать?

— Хм, — пришла в голову мысль Эдвину. — Может, поджечь хутор, пока они спят?

— А вы уверены, что они не потушат пожар в зародыше? — усомнился граф. — А потом одной дружной и злой группой выйдут узнать, кто это такой смелый им дом спалить решил.

— Поджечь и убежать?

— Тот же вопрос, — возразил граф. — Кроме того, вы не сможете наверняка знать, что дом быстро загорится, а вы, к сожалению, не маг огня. Вдобавок, я попросил бы вас не сжигать хутор, он может пригодиться.

— Чем?

— Не вам, — пояснил граф. — Мне.

— Тогда вернемся к эльфам, — вспомнил Эдвин начало разговора. — Расскажите о войне с ними.

— Война с эльфами… — граф замолчал, вспоминая. — Страшная вещь на самом деле. Я был свидетелем многих войн, но война с эльфами была моей первой. К тому же, там я участвовал напрямую как воин со стороны империи. Мне не повезло оказаться на войне в тот момент, когда эльфы поняли, что скоро все закончится. Знаете, почему армии сдаются, а в войнах заключается мир?

— Потому что дальше одной из сторон сражаться не хватает сил?

— Не совсем так, но пойдет, — произнес вампир. — Страна сдается, выплачивает контрибуцию победившим, расстается с частью земель, и всем, что вынесет армия победителей с собой, но уже через десять-двадцать лет, все вновь сытые и довольные. Тогда было по-другому: эльфы поняли, что проигрывают, и империя однозначно дала им понять, что пощады не будет, и война идет на истребление. Вот тогда стало тяжело. Тяжело сражаться с воинами, которые не надеялись выжить и ставили своей целью нанести максимальный ущерб силам врага за оставшуюся жизнь. Нелегко видеть, как добивают детей и стариков, насилуют, а потом убивают эльфиек. Война, молодой человек, это не только подвиги. Я бы даже сказал по-другому: подвигов почти нет на фоне всего остального. А все остальное — это грязь, кровь и страдания. Вы наверняка видели картины, посвященные боям с эльфами, верно?

Эдвин кивнул, не решаясь открыть рот и прервать рассказ графа.

— Я участвовал в некоторых из запечатленных сражениях и могу сказать, что картины не передают и десятой части всего. Запах кишок, крик умирающих лошадей и покалеченных существ… Если вас будут отправлять на войну, то не торопитесь туда попасть. А рассказ об эльфах… как-нибудь в другой раз. Я оставлю вас, но буду неподалеку. На меня не рассчитывайте, я в ближайшее время наблюдатель и, если что, могу не успеть вас спасти. Не рискуйте понапрасну и действуйте наверняка.

Эдвин остался один. Обещанного рассказа он не получил, план составлять без разведки он не мог, на ночь глядя идти к хутору не было смысла. Как человек, который не так давно был студентом, он сделал самое разумное в такой ситуации — лег снова спать. Ему не мешало, что он недавно проснулся и уже через полчаса сопел в спальном мешке. После полуночи он проснулся, развел огонь и просидел возле костра почти до самого рассвета.

— Ну что же, — подбодрил Эдвин себя. — Пора начинать!

С собой он взял лишь небольшой набор лечебных зелий и суточный запас еды, спальник и большой рюкзак оставил на месте ночевки. Украсть здесь его некому, а бегать нагруженным маг не хотел.

Видимость была плохой, но Эдвин справлялся. Речку он нашел быстро, с трудом переправился, избавил одежду от воды, но вот с хутором пришлось попотеть. На рассвете он все-таки увидел его и для лучшего обзора забрался на дерево. Листья скрывали его, а магу же с высоты было только лучше видно.

Через десять минут без движений тело начало затекать, и он медленно поменял позу. Еще через двадцать минут ему пришлось опять ерзать на ветке в попытках устроиться поудобнее. Обитатели хутора оказались любителями поспать, и за несколько часов, что Эдвин наблюдал за хутором, движения не было.

Сидеть в засаде оказалось сложнее, чем он себе представлял. Во-первых, это было скучно. Во-вторых, сидеть без движения в неудобном положении было физически тяжело. Через некоторое время Эдвин уже не мог терпеть. Ему хотелось то попить, то в туалет, то почесаться. Усилием воли он себя сдерживал, но вечно терпеть он был не способен. Когда из трубы появился дым, он даже обрадовался.

— Наконец хоть кто-то проснулся! — воскликнул маг, вновь замер и внимательно изучал хутор.

Несмотря на появившийся дым, обитатели не торопились выходить наружу. К обеду единственное происшествие заключалось в том, что один из магов в черном балахоне сходил в сарай за каким-то свертком и вернулся в дом. Активное шевеление началось только после обеда. Сначала один из мужчин принялся рубить дрова, через некоторое время появился второй и, взяв в руки двуручную пилу с топором, они вместе отправились в лес. Второй захватил еще и удочку, что предполагало их разделение. Эдвин решил, что стоит проследить и посмотреть, что будет дальше. Если они действительно разделятся, то он начнет с рыбака. А если не разделятся, то по ситуации.

К счастью для Эдвина, к знакомой речке они пошли не по его маршруту, а значительно в стороне. Выждав несколько минут, он принялся слезать. Слежкой он никогда не занимался (не считать же за слежку сбор информации о понравившейся девушке?), поэтому было немного страшно. Отступать он не собирался, но замирал после каждого громкого звука.

— И абсолютно зря, — вновь вклинился в разговор граф. — В лесу этих звуков полно и бояться каждого шороха бесполезно. А ваши противники давно ушли.

Так или иначе, но маг следовал в направлении соперников. Окончательно его успокоил раздавшийся звук пилы. С таким фоном и работой они его точно не услышат, поэтому Эдвин начал красться уверенней. Он не забывал оставлять между собой и предполагаемым местом врагов деревья, чтобы они ненароком не увидели крадущуюся тень хищника.

— Не увлекайтесь, молодой человек, — засмеялся граф. — Вы должны помнить, что я присутствовал там, и если говорить про тень хищника, то это я. Вы же напоминали… не знаю даже такого неуклюжего животного, но наверняка это травоядное, которое впервые оказалось в лесу. Простите меня, конечно, за такое сравнение. Продолжайте, «тень хищника».

Так или иначе, но Эдвина никто не заметил, и он залег неподалеку от двух преступников. Заросшие, в старой одежде, они были похожи на бездомных, которые убежали в лес. Впрочем, маг отдавал себе отчет, что выглядеть они могут как угодно. Опасности, исходящей от них, это не умаляет. Расстояние было слишком большим для заклинаний, ближе же подходить было страшно. Эдвин начал наблюдать, пытаясь придумать план. Основной проблемой было то, что он не знал, является ли один из них магом. Как он успел заметить, у магов болезненная любовь к темным балахонам, но в лесу в таком долго не походишь, поэтому он склонялся к мысли, что оба были обычными людьми. С ними он справится, главная задача — не дать им предупредить магов или убежать. И это было уже сложнее, потому что рвани хоть один из них на хутор, он может не успеть ударить в спину. Чтобы сократить дистанцию для повторного удара, придется бежать быстрее противника, а Эдвин не был уверен в своих силах.

«Игла убьет наверняка, а вот плеть у меня вечно прилетает не туда, куда я целюсь, — размышлял молодой маг. — Если одного убить иглой, а второго обездвижить, то прежде всего он начнет орать, чего мне не надо. В горло я ему не попаду, и тогда он вообще убежит».

Преступники, не зная о его темных мыслях, продолжали пилить дерево. Эдвин решился подползти ближе, но они все равно оставались за пределом дальности его заклинаний. Собравшись с духом, он продвинулся еще немного, затем вжался в землю на несколько минут. Молодой маг обратил внимание, что его соперники слишком увлечены работой, и прополз еще немного.

Тем временем два человека увлеченно пилили дерево и обсуждали дальнейшие планы. Один предлагал сходить порыбачить, второй же рыбалку не любил и после работы хотел вернуться в дом. Увлеченные спором, они не замечали ничего вокруг, поэтому для одного из них сосулька в глазу собеседника появилась неожиданно. Тем не менее он не растерялся и бросил нож в рванувшего к нему убийцу.

Минутой ранее Эдвин принял решение атаковать. Причина была весьма проста — он боялся, что если не нападет сейчас, то позже атаковать сразу двоих он уже не решится. Тактику выбрал весьма простую: в первого кидает иглу, со всех ног бежит в сторону второго, чтобы сократить дистанцию, и добивает второго.

Безупречно прошел только первый этап плана. Маг сделал ледяную иглу и отправил в того, что казался быстрым бегуном. Не глядя на заваливающееся на спину тело, он рванул ко второму преступнику. Тот оправдал все опасения мага и метко бросил нож в лицо Эдвина, и магу пришлось доказать, что многочисленные тренировки не прошли даром. Не снижая скорости, он выставил на пути ножа руку с малым щитом и отбил нож на лету. Пока соперник удивленно молчал и не двигался (секунду, не больше), Эдвин сократил дистанцию и вбил два водяных ножа ему в горло. На этом короткая схватка закончилась, и молодой маг неэстетично плюхнулся прямо на землю в попытках отдышаться.

— Да, у вас на удивление хорошая реакция, — похвалил вампир. — Я уже подумывал спрыгивать с ветки и идти вам на помощь, но вы ловко обращаетесь с щитом. Соперники оказались слабоваты, и мозги вы так и не использовали. Был простой и незаметный способ избавиться от этой двойки, но вы его упустили. Поразмышляем вместе над другими вариантами после окончания истории. Продолжайте.

Эдвин некоторое время сидел рядом с истекающими кровью, остывающими телами. План оказался авантюрным, и он до сих пор не мог отойти от ножа, который сумел отбить прямо перед лицом. С магом, неважно, один он или нет, такое могло не сработать. Нужен был хороший план, и первое, что следует сделать — избавиться от тел и следов. Маги — не следопыты и не смогут понять, что здесь произошло.

Эдвин снял куртку с первого убитого и обмотал ей голову ее бывшего хозяина.

— Испачкаться в крови, которую потом сложно отмыть, и все это в лесу, полном хищников? Нет, спасибо, — приговаривал Эдвин, тщательно заматывая голову первому трупу. — Мне тебя еще до речки нести.

Неумело взвалив труп на плечи, Эдвин пошел в сторону реки.

— Честное слово, хоть покупай учебник «Как правильно носить трупы», — говорил он сам с собой, не подозревая, что граф бесшумно следует прямо над ним по деревьям.

Возле леса он сбросил труп на землю и уставился на замотанную голову.

— Черт, забыл совершенно, — вспомнил он про доказательства убийства преступника для управы. — И как я тебе голову отпилю?

При мысли о разделке еще недавно живого человека магу стало дурно. Одно дело издалека магией убить, и совсем другое — разделывать труп, словно ты мясник. На такое Эдвин пойти был не готов, но выбора не было, если он не хотел добровольно отказаться от награды.

Эдвин размышлял о вопросе «разделывать или не разделывать» по пути ко второму телу. На втором крови было больше, и Эдвин потратил больше времени, старательно заматывая труп и стараясь не смотреть в сторону топора или пилы, уж больно странные мысли они навевали. Второй труп оказался толще и нести его было намного сложнее, но и с этим значительно окрепший на свежем воздухе (и переноске трупов) Эдвин справился и с этой задачей.

Эдвин смотрел на два тела на берегу небольшой речки и держал в руках топор. Граф с высоты ближайшего дерева с искренним любопытством наблюдал за ним.

— Ну что же, если рубить аккуратно, а голову предварительно замотать, то даже брызг крови не будет. И мешок заранее приготовить, чтобы туда складывать.

Эдвин нанес удар топором по месту, где по его представлению под слоем ткани пряталась шея. Затем еще раз, но во второй раз он попал чуть левее. Третий удар пришелся еще левее, а четвертый правее. Эдвин разозлился на собственную криворукость и начал бить почти неприцельно.

— Давайте опустим описание этого момента, — сухо сказал граф. — Я осуждаю извращения, связанные с осквернением трупов. Вам всего лишь надо было отрубить голову, вы же порубили его от подбородка до груди. И то не сразу справились. Как ваш новый учитель, я попытаюсь избавить вас от этой пагубной привычки.

Эдвин аккуратно сложил две головы в мешок и столкнул тела в воду. Головы он спрячет, а о телах позаботятся обитатели речки.

— Осталось убрать следы крови, — Эдвин оглядел берег с двумя лужами крови и вмятинами на месте, где находились шеи трупов. — И я устраиваюсь помощником мясника в первом же городе, пока не научусь основам!

Справился с уборкой неидеально, но со стороны следов почти не было заметно. Эдвин рассчитывал, что маги не найдут даже этого места, не говоря уже о поисках следов. Затем он закинул мешок с головами в кусты на другом берегу.

Молодой маг прошел обратно к месту схватки и принялся убирать там. Подпиленное дерево с опилками он трогать не стал — если маги увидят, что кто-то избавлялся от следов, их это насторожит. Пока же будет выглядеть так, словно их сообщники пилили и куда-то ушли.

— Внезапно перестали пилить дерево и ушли… эм-м-м… рыбачить? — попробовал на вкус свою теорию маг. — Да ну, бред какой-то.

Эдвин стал тщательно убирать опилки и следы крови. Надо замаскировать место так, чтобы его не нашли. Водой смыл кровь где мог, а где не мог — замаскировал землей. Если не присматриваться к каждому дереву подряд, то немного подпиленное можно даже не заметить. Инструменты маг отнес к реке и там притопил. После чего вернулся на опушку, забрался на свой наблюдательный пункт и принялся следить за событиями.

— Ну что же, господа маги, теперь посмотрим, что сделаете вы, — улыбнулся он, когда через несколько часов началась непонятная суета во дворе.

Маги, вопреки его ожиданиям, не побежали в лес. Они вместе обошли двор, посовещались, и вернулись в дом. В течение часа они пару раз выглядывали во двор, но в лес соваться не спешили.

— Ну и что мне с вами делать? — разговорился сам с собой Эдвин ближе к вечеру, когда стало ясно, что в лес никто не пойдет. — Наверняка ведь ждете нападения и всю ночь будете ждать.

Эдвин взглянул на солнце, что уже клонилось к закату.

— Попробуем по-другому тогда, — принял он решение и стал устраиваться на ветвях дерева.

Ложиться спать на такой высоте было страшно, поэтому Эдвин привязал себя и к веткам, и к дереву. Даже если он свалится со своего импровизированного ложа, то ничего с ним не случится.

По расчетам мага, его противники должны в напряжении ждать нападения всю ночь, а к утру сильно устать и, возможно, даже уснуть. План не блистал хитростью и гениальными тактическими ходами, но Эдвин решил придумать что-то еще. Сейчас главное, чтобы он был утром бодр и полон сил. Это небольшое преимущество может оказаться критичным в определенный момент.

Первое время сон не шел, и Эдвин принялся размышлять о предстоящем нападении на дом. Перебирал варианты один за одним и не заметил, как заснул. Спал молодой маг плохо, время от времени просыпался от различных звуков и неудобного положения. После полуночи он проснулся окончательно и понял, что накануне сна он чувствовал себя лучше.

— Ничего, сейчас мы разомнемся, — посмотрел Эдвин на горящие в доме окна. — Придумаю только, как их выманить.

Впрочем, долго думать он не стал. Граф попросил дом не палить, но про сарай разговор не шел. Кроме того, засевшие в доме маги не в курсе, что он не собирался сжигать дом вместе с ними и наверняка перепугаются при запахе дыма. А если подпереть дверь…

— План начинает обретать детали, — продолжил думать Эдвин. — Дверь могут выбить или из окна вылезти… Не пойдет. И чем я вообще буду подпирать дверь?

Затем Эдвин принялся думать про поджог сарая. Он не маг огня, как ему его вообще поджечь? Распалить костер прохладной ночью у стенки и надеяться, что никто не заметит? Может, еще и дров нарубить для такого дела незаметно?

— Непонятно, — высказался вслух Эдвин и принялся слазить с дерева.

На опушке он посмотрел на отблески света из окон дома и, не рискуя идти открыто, начал двигаться вперед на полусогнутых ногах, готовый упасть на землю в любой момент. Не исключено, что оба мага сейчас прислушиваются изо всех сил и готовы кидать заклинания на звук.

Замирая время от времени, маг приближался к хутору. Странно, что они жили без забора. Лес не так безопасен, как могло показаться.

— И вы бездарно забыли об этом, — прокомментировал граф. — Ведь два свежих тела — это отличная приманка. Умный человек воспользовался бы этим, чтобы привлечь какого-нибудь хищника, дождался бы схватки магов с ним и добил выжившую сторону. Минимум усилий и максимум результата. Вам надо больше думать. Продолжайте.

От дома Эдвин старался держаться как можно дальше и первым делом направился к сараю. Строение оказалась не таким капитальным, как ему казалось издалека. К счастью для него, дрова лежали неподалеку. Эдвин подошел с правильной стороны. Между ближайшей стеной дома с окном и ним располагался сарай и колодец. Этим он обеспечивал себе шанс быть нераскрытым и неуслышанным.

— Чем я занимаюсь… — шептал Эдвин, складывая дрова колодцем. — Развожу в эльфийском лесу костер под боком у темных магов. А ведь еще не так давно я жил в столице (в общежитии академии)! У меня блестящие карьерные перспективы (на самом деле, не были). Я мог проходить практику при дворе (место там не каждый граф мог своим детям обеспечить)!

Несмотря на все возмущение своими действиями, Эдвин продолжил нелегкий труд диверсанта. Сложил костер, убедился, что место выбрано правильно, а небольшой огонек не будет видно из дома, и начал его разжигать. Десять минут работы ножом над поленом для получения щепок, и появился маленький огонек.

— Надеюсь, ты не потухнешь, — обратился Эдвин к костру. — У меня на тебя большие планы.

Костер не потух и, более того, начал стремительно набирать силу. Эдвин издалека наблюдал за ним и ждал действий со стороны магов. Костер не только должен выманить их, но и ослепить, а он будет атаковать из темноты. Во всяком случае, таков был план.

Как и любой другой план, столкновения с реальностью он не выдержал. Началось все с того, что маги появились с другой стороны дома. Вероятно, выбрались из окна, но Эдвин не видел и не слышал этого. Будь он возле сарая, его ожидал бы неприятный сюрприз.

Маги были подготовлены. Один держал даже издалека видимый купол защиты, второй же внимательно осматривался по сторонам. Эдвин медленно лег на землю и принялся следить за ними, не отрывая глаз. Вот они подходят к уже начавшей гореть стене. Пожар еще можно остановить, но одним ведром воды тут не отделаешься. Они совещаются, голосов не расслышать, но мага воды среди них точно нет.

«Я такой пожар за несколько минут потушить могу, — усмехнулся про себя Эдвин, глядя на медленно отступающую к колодцу парочку магов. — Такой щит должен много энергии требовать, а чтобы вы не расслаблялись…».

Эдвин нащупал камень и лежа бросил его в сторону магов.

Обычный камень произвел эффект, как от огненного шара. Стоит отметить, что бросок был удачным. Пока один маг набирал воду, второй стоял спиной к колодцу и лицом к Эдвину. Камень ударился в щит ровно перед ним, чем изрядно напугал противника Эдвина и вызвал знатный переполох.

В первую очередь маг у колодца перестал крутить ворот и отпустил рукоять. Затем они оба развернулись в предполагаемую сторону атаки и начали бросать заклинания. Тот, что держал защиту, оказался магом земли и бросал плотные сгустки, внешне похожие на камни. Второй был магом тьмы и бросал то ли копья праха, то ли что-то еще. О заклинаниях этой школы Эдвин знал мало и видел их впервые.

Заклинания пролетали над Эдвином, но он все равно решил сместиться в сторону. По совпадению, которое его не радовало, его противники верно определили сторону, и теперь молодой маг рисковал словить случайное заклинание.

Пока полз в сторону, наткнулся на еще несколько камней, которые взял с собой. Стоило потоку заклинаний уменьшиться, как он бросал камень и начинал менять позицию. Долго так продолжаться не могло, и Эдвин это понимал. Его противники это тоже понимали, поэтому после очередного броска не стали отвечать заклинаниями. Маг земли вновь поставил защиту, а темный начал крутить ворот.

«Так, значит», — зло подумал Эдвин, глядя, как его броски игнорируются.

Он сместился ближе, буквально на границу света и тени, и принялся ждать. Стоило магам приблизиться, как он бросил подготовленную иглу в ближайшего. Щит она ожидаемо не пробила, но была достаточно мощной, чтобы маги предприняли ответные действия.

Темный бросил в сторону Эдвина сгусток тьмы, но ожидаемо промахнулся. Маг земли вылил ведро на все сильнее горевшую стену сарая и встал рядом с темным. Эдвин принялся подгадывать момент атаки. Если щит не индивидуальный, то в момент полета заклинания изнутри он должен его пропустить. Так называемый эффект «моргания» — когда на долю секунды он пропадает и возникает вновь. Это одна из причин непопулярности групповых щитов. Под защитой этой группы заклинаний можно только отступать или безвылазно сидеть в обороне. Маги попались нервные, поэтому принялись проводить контратаки даже после бросков камней, хотя могли сохранить хладнокровие и под прикрытием щита потушить пожар, а затем заняться Эдвином. Щит достаточно мощный, чтобы с первого раза он его не пробил, что он и продемонстрировал броском своей иглы. Разве что его соперники не знали, что это самое его сильное заклинание.

Время от времени он кидал из темноты заклинания и считал, сколько занимает реакция на его действия. Эдвин отправил иглу в полет, за доли секунды она преодолела расстояние между ними и ударила в щит. Вот маг земли напрягает правую руку и напряженно всматривается в темноту. Он немного дергает рукой перед тем как отправить в полет заклинание, словно он кидает камень самостоятельно. Маг земли дергает рукой, и заклинание отправляется в полет.

— Ау! — вскрикнул от неожиданной боли Эдвин.

Увлекшись подсчетами, он проворонил полет камня и словил его собственной головой. Универсальный щит оказался для заклинания противника слабым и не смог полностью погасить инерцию. Это вообще проблема всех щитов против физических объектов. Тот же сгусток тьмы он, скорее всего, выдержал бы. Больно не было, но Эдвин почувствовал, как кровь начала течь по голове. Ощущения были, как от теплой воды.

Маг земли воодушевился и принялся бросать в ту же сторону еще больше заклинаний. Эдвин упал на колени и внимательно следил за рукой противника. Маг земли напряг кисть и начал делать вращательное движение, и Эдвин в тот же момент бросил в него ледяную иглу. Заклинания разминулись на месте пропавшего щита, но если маг земли промахнулся, то Эдвин нет…

— Ну а дальше вы знаете, — закончил историю Эдвин.

— Знаю, — согласился граф. — Бездарный обмен заклинаниями стоя друг напротив друга, пока у темного не закончились силы. Будь у вас резерв поменьше, победил бы он.

— Но ведь победил я, — возразил Эдвин.

— С моей помощью и совершив огромное количество ошибок. Неужели вы считаете, что все дуэли магов так и должны проходить? Маги просто становятся друг напротив друга и лупят заклинаниями, пока у одного не закончится сила?

— Ну нет…

— Вашим образованием надо срочно заняться. Удивительно, что вы вообще дожили до своих лет!

— Сараем заняться не надо?

— Его уже не спасти. Давайте поедим, если тут есть еда. Вы отправитесь спать, а я займусь трофеями и головами. Если у них есть ледник, то оставим в нем.

— Согласен, — ответил Эдвин и широко зевнул.

— И займитесь раной. Завтра отправимся обратно, потом я поищу еще цели для ваших тренировок.

В столицу весна пришла раньше обычного, чем воспользовались многочисленные заведения, тут же выставив на улицу столики. В одном из заведений и сидел Освальд, перед которым дымилась чашка чая. Он твердо усвоил уроки политики и прямо сейчас готовился пожинать плоды. Его собеседник появился с небольшим опозданием. Обычный мужчина среднего возраста в небогатой одежде. Мимо такого пройдешь на улице и не заметишь. Но его главное преимущество именно в незаметности. Любая система состоит из множества механизмов, и так называемые «винтики системы» бывают не настолько надежны, как хотелось бы самой системе.

— Вы принесли? — сразу перешел к делу Освальд.

Мужчина перед ним не сел за столик, а так и остался стоять рядом.

— Да, — собеседник Освальда положил на стол папку. — Это копии, можете забирать их себе.

— Отлично, — довольный Освальд придвинул папку к себе. — Оплату вам передадут, как договаривались.

Его собеседник ушел. Освальд неторопливо допил чай, расплатился и направился к себе домой. Академия магии была неприступной и тщательно охраняла все свои секреты, но слишком много немагов были постоянными работниками, ведь академия погрязла в бюрократии не хуже любого государства. Добывать личные дела студентов его выпуска оказалось не слишком сложно: несколько запросов нужным людям, пара монет в трактире, и вот ему советуют отчаянно нуждающегося в деньгах работника, который готов ему помочь.

— Правильно мне говорили: «Осел, груженый золотом, возьмет любую крепость». И хорошо, что золота потребовалось намного меньше.

Империя всегда ценила лояльных и активных магов и поощряла самых талантливых из них. Да, у аристократов были преимущества перед магами из простолюдин, но бывало, что и они пробивались во двор и командовали настоящими дворянами.

— Дворяне! — Освальд плюнул на землю, выражая все свое недовольство дворянским статусом крестьян и горожан. — Родились в навозе и считают себя равными нам!

Лучшие студенты могли оказаться при дворе, а Освальд четко запланировал туда попасть и сделать там карьеру, а для этого ему были необходимы данные о соперниках. Всем известно, что академия тщательно собирает информацию о своих выпускниках, и копии личных дел он нес к себе в кабинет, чтобы внимательно изучить и воспользоваться информацией в своих целях. Обладание правильной информацией порой бьет сильнее всяких заклинаний.

Освальд был не таким вспыльчивым и нетерпеливым, как раньше. У учителей, с которыми он занимался все свободное время после выпуска, получилось передать ему свой опыт, а дядя, не последний человек в политике, также смог повлиять на него. Он устроился за столом и начал просматривать дела. Если с момента выпуска в них не появлялось новых отметок, то его они не интересовали. На первое такое дело он наткнулся через минуту поисков.

— Мисс Картер, вы меня удивляете, — обратился он к листу бумаги. — Думаю, я до вас доберусь еще… в хорошем смысле, конечно.

Освальд усмехнулся при мыслях о «хорошем смысле» и отложил дело мисс Картер в сторону. Через некоторое время туда отправилось дело его одногруппника Торвальда — сильный маг земли неплохо проявлял себя в строительстве.

Время шло, Освальд постепенно откладывал в сторону не интересующие его дела, а стопка конкурентов постепенно вырастала. Вскоре он добрался и до дела Эдвина.

— Доблестный служащий никому не нужной границы, — Освальд усмехнулся. — Интересно, сколько раз там тебя дикие собаки изнасиловали? Чем ты меня удивишь?

Освальд открыл личное дело Эдвина, и усмешка пропала с его лица. Вся его напускная легкость пропала в один момент, а глаза принялись бегать по пометкам.

— Поимка преступника и участие в секретной операции тайной стражи… в медали отказано… охота на опасное существо… в медали отказано… охота на темных магов и преступников… подтвержденных устранений… сколько?! В медали отказано…

Освальд принялся думать. Он был раздражен активностью своего врага, но ничего поделать не мог. Или мог?

— А медали у нас в столице вручают, наверное… — задумчиво проговорил вслух Освальд. — И наверняка личное присутствие потребуется…

На лице дворянина появилась хищная улыбка.