– Тинатин, беги, – Тедди прошептала совсем тихо, зная, что принцесса ее услышит. Лишь бы она не попыталась остаться с ними ради Димки, лишь бы послушалась!

Но Тина не зря казалась им умницей. Не оглядываясь на нее или Димку, который вгрызся острыми зубами в хвост короля, девочка бросилась к лесу и вскоре скрылась за деревьями. Да и деревья ли это были? Они начали бледнеть и менять очертания, а потом и вовсе скомкались, словно лист с картинкой, чтобы снова стать плотными и настоящими. Только найти тропку, по которой убежала принцесса, теперь не было никакой возможности.

– Проклятая Болотная ведьма, – процедил король и с силой дернул хвостом, отчего Димка отлетел в сторону и кубарем покатился по траве. – И глупый пасынок! Дурачок, ты сам ее убил, ты разве не понимаешь? У меня она была как под материнским крылышком, а теперь за ней будут охотиться и люди, и мыши, да и сами крылатые тоже.

– Болотная ведьма ее защитит, – с ненавистью глядя на отца, прошипела Тедди, наклоняясь к Димке. На мордочке мышонка была кровь, он тяжело дышал, но махнул лапой, мол, не переживай.

– Вряд ли, – ухмыльнулся Алисо. Его усы воинственно встопорщились. – Я постараюсь, чтобы у нее и без того хватило забот.

Тедди с отчаянием оглянулась на Димку, а потом снова уставилась на отца, в мышином горле которого чуть светился и пульсировал ее Голос. И вернуть его она не видела ни одной подходящей возможности. Был один способ, о нем намекала Мара: нужно было своими собственными руками убить Алисо, и тогда Голос бы вернулся. Но на это она пойти не могла. И отец это прекрасно знал. Он вообще слишком хорошо ее знал, раз сумел обхитрить и завладеть Голосом. А ведь тогда, на поляне перед переходом, впервые столкнувшись с Алисо в этом мире, Тедди была уверена, что сумеет ему противостоять! И Димка тоже так думал.

… – Ну же, ты мне доверяешь? – Нетерпение было написано на человеческом лице Мусова, как бы он ни пытался скрыть его за беспокойством о Матильде, мнимым или непритворным – этого Тедди не знала. Она знала лишь то, что не сможет снова довериться отцу. Не сейчас, когда она видела Василия с откушенными еще юным Алисо пальцами, знала, как боятся его возвращения подданные Мары. И были еще они с Димкой, отправленные на верную смерть. Такое не забывается.

Кажется, отец это понял по ее лицу. На мгновение его лицо исказила злобная гримаса, но он быстро успокоился и снова улыбнулся.

– Хорошо, Тедди, – произнес он. – Мне всегда говорили, что переходный возраст детей – это ужас, бунтарство против родителей, поиск новых авторитетов. Я и сам был таким в твоем возрасте…

«Нет! – хотела крикнуть Тедди. – Ты не был таким! Ты был мышью, в конце концов!»

Но кричать она ничего не стала, лишь оглянулась на Тинатин и Димку, пытаясь понять, что ей делать. Они опоздали. На той стороне они еще могли просто остановить Алисо, он не рискнул бы перейти сюда без Тедди, теперь же он буквально пророс корнями своей слабенькой магии в родном мире и с каждой минутой становился сильнее.

Тина смотрела на ее отца широко раскрытыми глазами и, кажется, даже не моргала. В ее взгляде смешивались ужас и восторг, словно она увидела знаменитость. С окровавленным топором.

Димка же хмурился, не сводя взгляда с отчима. На мышиной мордочке такое мрачное выражение смотрелось потешно, но смеяться Тедди совсем не хотелось. Она снова уставилась прямо в глаза отцу.

– Ты можешь поклясться, что не виноват в смерти моей матери? – спросила она, и Голос ее дрогнул только на слове «моей». Она не помнила мать, зато отчетливо видела перед глазами тоненькую беззащитную Матильду, которая, может, затерялась где-то в этих лесах.

Отец на мгновение отвел глаза, и этого было достаточно.

– Какая же ты дрянь, – шепотом, чтобы не закричать на весь лес, произнесла Тедди и сделала шаг назад. На ее плече сжалась рука Тинатин – принцесса пыталась, как умела, поддержать новую подругу. Но Тедди не нужно было это. Она хотела спрятаться в лесу и дать волю слезам. Да как он мог! Как он посмел!

– Ты не понимаешь… – Алисо шагнул к дочери, но замер, остановленный воинственным рычанием Димки, заслонившего собой девочек. – Да убери ты мальчишку, он ничего не понимает! Как я могу поклясться в этом, если ты и моя дочь тоже! А это ты, ты своим рождением убила ее!

– Вы сможете поклясться в этом?

Нет, Тедди не смогла бы сказать такого, это подала голос Тинатин, а Тедди в ужасе замотала головой и закрыла уши руками. Пусть он не отвечает, это лучше, чем если он и впрямь сумеет поклясться в этом.

– Тебе я ничего не должен, девчонка, а моя дочь не хочет моей клятвы, – самодовольно ухмыльнулся Алисо. – Разве ты не видишь?

– Я не девчонка, – зыркнула на него Тина. – Я ненаследная принцесса Неблагой долины, Тинатин Бубо.

– Ух ты. – Теперь Алисо смотрел на принцессу так жадно, что Тедди испугалась за подругу. – С какой птичкой познакомилась моя дочурка! Мы потом поговорим с тобой, милая Тинатин. Сейчас я нужен своей Теодоре.

Тедди открыла рот, чтобы сказать, что вовсе не нуждается в отце, да еще таком, но не смогла произнести ни звука.

– Я слишком долго недоговаривал тебе о своей жизни, и вот к чему это привело, – печально развел руки Алисо. – Не хочешь или не можешь помогать мне – пусть. Мне сложнее будет среди мышей в таком виде, но, надеюсь, ты не позволишь им меня сожрать по их старой памяти.

– То есть, есть за что, да? – встрял Димка, продолжая стоять между отчимом и Тедди.

Алисо прищурился.

– Ну же, ты хочешь сказать, что никто не пытался попробовать на зубок вас или эту милую и отчего-то не пернатую принцессу? – переспросил в ответ он.

На очередную провокацию они не повелись. Хватит, что и до этого проболтались о слишком многом. Говорить о том, как Тина стала человеком, они не собирались. Ни один из них. Но их молчание было истолковано Алисо по-своему.

– Вот именно, – с нажимом произнес он. – Мыши кровожадны по своей природе, и с этим ничего не поделаешь, верно, Дмитрий? Скажи, в этой шкуре ты уже чувствуешь желание вцепиться мне в лицо, а?

Кажется, он попал в точку, потому что Тедди почувствовала, как дрогнула серая спина сводного брата, но он остался на месте.

– А ты, дочка… – Алисо не довольствовался этим, теперь снова глядя ей прямо в лицо, и Тедди лишь поразилась тому, что никогда не замечала, какие холодные и злые у него глаза. Даже не крысиные, а акульи. Бездушно, лишь с легким любопытством безумного экспериментатора, он наблюдал за дочерью, отчего Тедди чувствовала себя снова маленькой девочкой. – Ты наполовину мышь, хочешь ты того или нет. И твой родной мир – этот. Да ты и сама это поняла, не так ли?

– Мой, – неожиданно для себя ответила Тедди. – Он мой, но не твой. Тебя здесь до сих пор помнят и боятся.

– Очень на это надеюсь, – легко признался Алисо, заставляя дочь вздрогнуть. Почему-то она была уверена, что отец будет отнекиваться и утверждать, что это не так. – Они лишили меня всей моей жизни, странно было бы, если они не понимают, чем грозит им мое возвращение. Но все это потом. Я хочу найти Матильду и вернуть ее в привычный мир. Здесь опасно только для нее. И для меня, но это вас вряд ли волнует.

– Ты совершенно прав, не волнует, – буркнул Димка. Судя по тому, как подрагивал его хвост, он едва сдерживался из-за напоминания, что мать может сгинуть в этих лесах.

– Наследная принцесса Тедди могла бы отправить кого-то на поиски мачехи, – заметила Тинатин и покраснела. – Ну… мышь какую-нибудь. Она может ведь им приказывать.

Тедди прекрасно понимала, что хочет сказать Тина. Она не хотела вслух упоминать Нинку. Кто знает, куда делась их серошкурая подружка. Может, побежала за помощью или хотя бы сообщить о появлении в лесу ненаследного короля Алисо. В любом случае это был их шанс и болтать о нем не стоило.

– Отличная идея! – с энтузиазмом потер руки Алисо. – Давай, Теодора, покажи, как ты можешь призвать и приказать кому-то из моих подданных. Хотя, мне кажется, летуны в поисках могут оказаться полезнее. Призови кого-то из племени прелестной Бубо.

– Но… – Тедди так растерялась, что даже пропустила мимо ушей оговорку отца по поводу его подданных. – Разве…

– Ха-ха! – развеселился Алисо. Он с каждой минутой выглядел все увереннее и наглее. – Мара не рассказала тебе, да? И принцесса Тинатин тоже умолчала, что Голосом можно управлять кем и чем угодно, да? Как мило!

Тедди немедленно вспомнила, как уклончиво ответила Нинка, когда ее спросили о паузе во фразе королевы «управлять… мышами». Получается, ей не показалось и это было совсем не случайно?

– Тедди, я думала, ты знаешь. – Тина выглядела такой растерянной, что девочка ей сразу поверила. Что же до Мары, то та явно скрыла эту информацию.

Тедди посмотрела на отца, примериваясь Голосом. Это против Мары ей не удалось выстоять, а вот приказать более слабому Алисо… Только забыть хоть на минутку, что он ее отец.

– Даже не думай, – остановил ее тот. – Ты пожалеешь, если попытаешься управлять мной. Это никогда не удавалось моей матери, не удастся и тебе.

Тедди обещала себе, что ни словечку не поверит, что бы Алисо ни говорил. А сейчас вот поверила сразу. И словно растянутое до предела время, как пружина, сжалось, и ей стало смешно и неловко стоять вот так, на границе миров, и не пускать дальше отца. Подумаешь, ненаследный король! В первую очередь он слабый маг и мышь в личине человека. Он и сам никуда от них не денется, если не захочет погибнуть от летунов или местных людей, еще помнивших его отвратительный характер. Что до родичей Тинатин, то Тедди была уверена, что пернатые с удовольствием нарушат дружественный союз принцесс, если этому послужит гибель ненавистного Алисо.

Опять же, если он не врал и на самом деле прибыл сюда по следам Матильды, то он мог помочь в поисках матери Димки. Все-таки он знал этот мир куда лучше, и сбрасывать со счетов его опыт не стоило.

Судя по всему, Димка думал об этом же, потому что недовольно потер усатую морду обеими лапами и глухо произнес:

– Давайте, пока Тедди отправит на поиски кого-то из мышей или еще кого, мы расположимся на привал. В ногах правды нет.

– Полностью согласен, – дружелюбно кивнул Алисо. – К тому же у меня с собой много еды. Я же знаю, что тут с нормальной едой напряженка!

– И ладно бы только с едой, – пробурчал Димка, но достаточно тихо, чтобы Алисо мог легко сделать вид, что не слышит.

В мышиной шкуре он никак не мог приучиться делать когда-то простые для него вещи, например, разжигать костер, это ему пришлось доверить отчиму. Сам же Димка притащил уйму хвороста.

Пока Димки не было на поляне, а Тедди заглядывала за деревья и кусты, надеясь обнаружить Нинку или хоть самого завалящего соглядатая, ее отец развил бурную деятельность. Он застелил пледом поваленное дерево и усадил туда Тину, рядом выложил кучу свертков с разными яркими надписями – вся привезенная им снедь была из кафешек и ресторанов.

– Как тебя угораздило потерять крылья, а? – весело спросил он Тинатин как раз в тот момент, когда Тедди снова вернулась на поляну.

Но принцесса лишь нахохлилась так, словно все еще была птицей, и ничего не ответила. Неудача не обескуражила Алисо.

– Теодора, не стой столбом, – изменил он тактику. – Я же говорю, Голосом можно управлять кем угодно. Просто кем-то легче, а чем-то – тяжелее. Ну?

– Ой! – Тедди покраснела от досады. Как же ей в голову не пришло! Она же заставляла ягоды поспеть, неужели сложнее передать что-то и без того подвижным деревьям?

Как ни старалась, она не смогла вспомнить, далеко ли до полнолуния, и решила, что попытаться все же стоит.

Уверенности в своей правоте у нее, правда, было маловато, и потому она особенно придирчиво выискивала гонца. Наконец выбрала необычное дерево с золотисто-красным стволом и мелкими черными ягодами. Ей показалось, что в таком дереве и волшебства будет больше.

– Надо найти Матильду, – шепнула она, едва не прижавшись губами к шелушащемуся блестящему стволу. И чуть не расплакалась. Вот как объяснить, какая Матильда, да еще дереву? – Она самая лучшая и чужая тут. Она красивая и добрая…

Тедди прислонилась лбом к коре дерева и представила мачеху такой, как видела ее в их последнюю встречу. И дерево дрогнуло, погладило девочку своими тонкими ветвями и зашелестело листьями, словно на ветру. И сразу точно такой же шелест повторился дальше, еще дальше… Недовольно застрекотала встревоженная белка, а просьба Тедди все расходилась и расходилась по чаще, как круги от брошенного камня по воде.

– Сильна, – то ли с удовольствием, то ли с завистью – девочка не смогла разобраться – произнес тихо подошедший со спины отец. – А станешь и посильнее Мары, если она тебе это позволит.

Тедди вздрогнула. Отец, как и раньше, легко озвучивал вслух самые тревожные и беспокойные ее мысли. Она и сама задумывалась о том, что Мара вряд ли готова уступить ей главенство, это только на словах она любимая наследница, а на деле… стоит ей только заикнуться о том, что она не согласна с чем-то, как королева сомнет ее, как ненужный фантик, и не заметит даже.

– Пойдем к костру, тут ты сделала что могла, – мягко приобнял ее за плечи отец, и на короткое мгновение Тедди прижалась к нему в ответ, прежде чем снова отстраниться.

Испугавшись своей реакции, девочка излишне поспешно ринулась обратно на полянку, где уже сидел Димка и шевелил усами, принюхиваясь к запахам от пакетов. А вот Тина спала, свернувшись комочком на уголке пледа, свисающего с поваленного ствола.

– Разморило вашу подружку, – усмехнулся Алисо, принимаясь разворачивать ароматно пахнущие пакеты с едой. – Ну да мы ей оставим.

– То, что с мясом, можно не оставлять, она вегетарианка! – заявила Тедди, откусывая сразу полсандвича из любимого кафе. И как отец догадался их взять?

– Угм! – с набитым ртом подтвердил Димка, вгрызаясь в пиццу.

Алисо смотрел на них с улыбкой заботливой бабушки, наблюдающей за обожаемыми внуками. Только они были не внуками, а детьми… обожаемыми…

Тедди зевнула. Костер весело потрескивал, и от него летели крошечные искры, как ярко-красные, так и совершенно белые, как снежинки. Тедди взглянула на них еще раз, моргнула и потерла глаза. После сытной и привычной пищи она осоловела, и теперь ее тянуло в сон. Неудобная поза посапывающей почти на голой земле Тины теперь уже не казалась таковой. Скорее наоборот, Тедди прикинула, что могла бы улечься даже прямо на прикрытом пледом бревне. От костра шло тепло, приятно пахли потрескивающие сучья, и все остальное казалось таким далеким!

Тедди зевнула еще раз, на этот раз даже не прикрывая рта рукой, и присела рядом со спящей Тинатин. Еще пару минут она силилась удержаться от сна, да еще к тому же Алисо и Димка заговорили на интересную тему о магии этого мира, но вскоре она сообразила, что уже слова понимает через одно и нужно поспать хоть немного. Даже пары часиков ей должно хватить, вряд ли отец и Димка успеют наговориться, а там, кто знает, может, деревья найдут Матильду.

… – Отвечай, ну?! – Очнулась Тедди от того, что отец орал ей в ухо и тряс так, словно она была не человеком, а яблоней. Голова невыносимо разболелась, но глаза Тедди открыла. Лицо Алисо было белым от ужаса. – Ты была птицей? Отвечай!

Он продолжил кричать на нее, повторяя одно и то же, и ничего не понимающая Тедди попросту закрыла лицо руками и разревелась. Стало легче, даже головная боль отступила.

– Да, она была летуньей! – Димка наконец сумел протиснуться между Алисо и Тедди и теперь прикрывал девочку своей спиной. – Четверть часа! Что с того?

– Что с того! – процедил Алисо и резко развернулся, одним прыжком достигая костра.

Тедди и охнуть не успела, как он шагнул в огонь и принялся ожесточенно топтаться по углям и сучьям, заставляя пламя задохнуться и поникнуть. Клубы неожиданно едкого дыма почти полностью втягивались под длинный пегий плащ отца, но даже того количества, что достигло Тедди, хватило, чтобы заставить ее глаза слезиться, а ее саму закашляться.

– Что ты подложил в костер? – просипела Тедди, хватаясь за горло, пока Димка тряс крепко спящую Тинатин. Теперь ее сон уже не казался таким спокойным.

– Ты должна была рассказать, что обретала крылья! – словно не слыша вопроса, возмущенно заявил Алисо. То ли Тедди так казалось, то ли от втянувшегося под одежду дыма и сам плащ, и лицо отца потемнели. Но отравленным или сонным он при этом не выглядел. – В этом мире очень важно быть тем, кто ты есть, нельзя менять себя как вздумается! Сотни лет наши племена воюют между собой, и у людей достанет уловок против пернатых или нас, а мы знаем, что́ опасно двуногим или крылатым. И твоя подружка наверняка знает, какие слабые места у нас или людей. Проклятая Мара и без того ослабила нас с тобой, сделав меня человеком, но ты, глупая девчонка, летала!

– Что ты подложил в костер?! – взревел Димка, поднимаясь над Тинатин во весь свой мышиный рост.

– Да ничего не будет с твоей принцессой, – даже не поворачиваясь к пасынку, с презрением отозвался Алисо и добавил вполголоса: – Она недостаточно долго дышала этим.

Но его услышала даже Тедди, что уж говорить о мышином слухе Димки! С отчаянным воплем он бросился на отчима и непременно исцарапал бы его до полусмерти своими длинными крепкими когтями, если бы его не остановила Тедди.

– Стой! – отчаянно выкрикнула она, самую капельку вложив своего особого голоса.

Она очень испугалась. И за отца: пусть он и показал свою злобную сущность, но он испугался за свою дочь, за нее, разве нет? А это что-то да значит. Может, он не настолько ужасен, как думали мыши и люди, или просто изменился за годы вместе с дочерью? Нельзя тринадцать лет растить ребенка и совсем не измениться! А еще она боялась за Димку. И дело не только в том, что Алисо пусть плохонько, но владел магией, а Димка нет. На его стороне была сила и молодость, да и не ожидал отец, что тот так переживает за Тину, он же не знает ничего! А вот Тедди не хотела, чтобы брат убил ее отца, да даже покалечил! Пусть Димка не всегда был братом мечты, но он уж точно не являлся тем, кто убьет человека.

– Он хотел убить Тинатин! – Димка послушно остановился, но кончик его хвоста нервно подрагивал, указывая на то, что в любую минуту ситуация может измениться.

– Летуны – наши враги испокон веков, и временное перемирие ничего не изменит. – Алисо чуть отступил от пасынка, но напуганным не выглядел. Даже наоборот, он позволил себе слабую улыбку, которая выглядела куда искреннее, чем все, каковыми он одаривал их прежде. – В любом случае принцесса жива. Просто крепко спит. Не о чем и говорить.

– Есть о чем! – То ли Димка всегда был куда агрессивнее, чем представляла Тедди, то ли дело в серой мышиной шкуре, но брат не отступал и продолжал скалить зубы. – Если бы Тедди не побывала птицей и твой фокус удался, что было бы с принцессой?

– Она бы спала дальше. – Алисо скучающе повел носом, сейчас больше, чем когда-либо, напоминая огромную мышь, и это в человеческом-то обличье! – Долго… до самой смерти.

Димка зарычал так, словно был не мышью, а тигром, и Тедди испугалась, что не справится и не сумеет удержать его от убийства, но в этот момент Тинатин потянулась и села, по-совиному сонно моргая круглыми глазами.

– Кто-то идет, – хриплым со сна голосом произнесла она так, словно ничего и не случилось. Впрочем, для нее это наверняка так и было. И на бросившегося к ней Димку она взглянула с недоумением и чуть покраснела. Тедди вовремя успела перевести взгляд на отца, чтобы заметить, как сузились его глаза. Ох, не к добру это! – Вы разве не слышите?

Димка, убедившись, что с Тиной все в порядке, тоже прислушался. Уши его при этом забавно дернулись и поднялись.

– И правда кто-то идет, – сообщил он и, прежде чем Тедди успела обрадоваться, добавил озабоченно: – Это не мама. И… их много.

Не дожидаясь продолжения, Тедди поспешно схватила обеими руками еще тяжелый термос, памятуя, что нож или вилка против мышей или летунов куда менее эффективны. Димка схватил было тяжелый сук, но бросил и уставился на свои когти. Даже Тина, которая сама не поняла, как оказалась рядом с Тедди и за спиной у Димки, подняла какую-то пластиковую миску. Что она собиралась с ее помощью делать, Тедди спросить не успела, потому как кусты затрещали и из них на поляну кубарем выкатился мыш. В первое мгновение Тедди еще надеялась, что это Нинка, но вскоре узнала его. Это был один из тех неудачливых женихов, что сопровождали ее по лесу. Но не ныне безымянный Микэль, другой.

– Разрешите доложить, принцесса! – пискнул он, поднимаясь на задние лапы.

– Докладывайте, господин международный посол! – согласилась Тедди, вовремя вспомнив о повышении, которые дала тогда своим соглядатаям.

За спиной отец закашлялся от неожиданности, но скоро Тедди стало не до того, чтобы думать об Алисо.

Раздувшийся от собственной важности мыш выпалил:

– Ваша армия на подходе, принцесса! Мы готовы защищать вас в этой войне до последнего клочка шерсти!

– В войне? – повторила Тедди и переглянулась с Тиной. На лице некогда пернатой принцессы было написано такое же изумление. – Войне против кого, посол?

– Против их величества королевы Мары, конечно! – пояснил тот. – Ее войска идут по пятам за нашей армией, но мы должны успеть!

– Ничего не понимаю! – Тедди металась по поляне, пытаясь привести мысли в порядок. Получалось плохо.

Из леса все прибывали и прибывали мыши – ее армия, как утверждал Доркос – первый мыш, принесший недобрую весть и тут же назначенный сметливым Димкой генералом. Пока Димка на правах ее брата пояснял мышам, какую роль в войне играют генералы и прочие офицеры, насколько сам знал, конечно, Тедди пыталась понять, что происходит. Почему вдруг королева сменила милость на гнев, да настолько, что отправила против беглецов целую армию?

Кажется, последние слова она произнесла вслух, потому что Тина взяла ее за руку.

– Ты не о том думаешь, – шепнула подружка. – Это дело королевы – посылать целую армию или небольшой отряд. Может, она опасается твоего Голоса. А вот почему эти все мыши предали королеву и встали на твою защиту – непонятно.

Тедди остановилась. Тинатин была права. И девочка новым взглядом осмотрела свое прибывающее войско. Мыши были очень разные. У некоторых щеки были украшены крошечными яркими перышками, что выдавало в них местную аристократию, другие же не поднимались на задние лапы и держались подальше от Алисо. Впрочем, важные новоявленные «генералы» если и узнавали в человеке в плаще своего ненаследного короля, то искусно это скрывали. Тедди повнимательнее присмотрелась к отцу. Тот не выглядел удивленным или расстроенным и с любопытством прислушивался к тому, что говорил Димка, но приближаться к бывшим подданным не торопился.

– Что-то здесь не так, – шепнула Тедди принцессе. – А если я спрошу прямо?

Тинатин пожала плечами, что одинаково могло значить «попробуй» или «а толку-то?». Тедди предпочла выбрать первый вариант.

– Генерал Доркос! – негромко позвала она, опасаясь, что не найдет генерала среди кишащего моря серых спин и хвостов. Это среди двух-трех мышей она могла выделить одного, но не среди сотен!

К счастью, Доркос немедленно вынырнул рядом с ней и преданно уставился на королеву своими крошечными черными глазками.

– Моя принцесса? – пискнул он, ожидая вопросов или приказаний.

И Тедди неожиданно поняла, что все происходит взаправду. И если она сейчас скажет этому мышу броситься в топкое болото, даже не прикажет с помощью Голоса, а так, то он немедленно исполнит приказание. И Тедди испугалась так, что даже колени у нее подогнулись и пришлось опереться на подставленную руку. Почему-то она была уверена, что это Тинатин, но оказалось, что к ней подошел отец и теперь помогал ей не упасть.

– Генерал Доркос, – уже увереннее повторила Тедди и почувствовала, как одобрительно сжал ее руку отец. – Поясните, как вышло так, что вы на моей стороне и оставили их величество?

Доркос бросил быстрый взгляд на Алисо и потер свои воинственно торчащие усы.

– Королева стареет, – наконец произнес он. – Она сильна, но ее сила тает. А принцесса сильна даже сейчас, в этой отвратительной человеческой шкуре. Она смогла бежать из-под стражи – она хитрее Мары. Она лишила имени Безымянного – она жестока, она дала имя Нинке и не тронула никого, кроме Безымянного, – она щедра и справедлива.

Алисо кашлянул, отчего Доркос смешался и замолчал. Тедди и разозлилась на отца за это, и в то же время была рада. Слушать о себе в третьем лице, да еще оды своей жестокости – такое мало кому понравится.

– И еще королева сказала, что защита принцессы не станет предательством и при любом исходе выжившие сохранят хвосты, – добавил Доркос и таким знакомым жестом нервно обхватил свой хвост, что Тедди с новой силой заскучала по серой подружке Нинке. – А вот ваше высочество принцесса такого в ответ не говорила, и, как знать, если мы победим, королевская армия лишится хвостов…

В его голосе было столько надежды, что девочка не решилась разочаровать его, но и подтверждать его кровожадные мысли она тоже не стала.

– Но почему бабушка Мара решила развязать войну со мной? – только и спросила она.

Доркос открыл было рот, но тотчас тихо пискнул, упал на передние лапы и немедленно затерялся среди других мышей.

– Позволь мне предположить. – Приобняв ее за плечи, Алисо отвел Тедди в сторону от шмыгающих туда-сюда мышей. Это скорее напоминало пыхтящую кашу, чем боеспособную армию! – Я думаю, Мара догадалась, что я не стал скрывать от тебя природу Голоса, и испугалась того, что ты станешь сильнее с моей помощью.

Тедди вывернулась из-под руки отца.

– Так и знала, что все опять из-за тебя! – прошипела она. – Мара решила, что мы заодно, да? И теперь воюет не против меня, а против нас!

– Мы вместе сидели у костра и ели, – не стал оправдываться Алисо. Он ухмыльнулся. – Что еще могли подумать шпионы? Ты же учишься в школе, Теодора, должна понимать, что преломить хлеб с кем-то означает мирное соглашение. Хорошо еще, так много твоих подданных готово умереть по твоим приказам, и у нас есть шансы.

– Я… я… – Тедди расплакалась. – Я все исправлю! Я передам бабушке, что она все неправильно поняла, и войны не будет!

– Тедди, они идут! – Теперь ее за рукав дергал Димка. – Разведчики доложили, что армия королевы Мары близко. Твоя армия ждет приказов!

– Некогда ссориться, – поддержал Димку Алисо. – Мы можем поговорить о том, как все вышло, позже, но хотя бы верни мне мою внешность. В виде человека я беспомощен и не смогу защититься сам и помочь тебе!

– Я не могу, – с отчаянием пробормотала Тедди, пытаясь понять, может ли она нарушить обещание, данное Маре, если теперь та вела против них армию. – Я поклялась бабушке, что не сделаю этого.

Она достала из кармана оставшиеся мышиные горошинки, такие крошечные и бесполезные теперь. Может, превратить в мышь Тинатин и дать ей возможность скрыться вместе с Димкой? Это не их война, они ни в чем не виноваты!

– Клятвы, всюду эти клятвы, – с отвращением ответил Алисо. – Ты как наш далекий предок, что из-за клятвы разрушил столько жизней! О, он был горд собой, прокляв своего несчастного наследника, а вместе с ним и всех первенцев рода. Принцев, которым не суждено было стать королями!

– О чем ты? – Тедди смотрела на отца широко открытыми глазами, позабыв даже о горошинах в руке.

Ей на мгновение показалось, что она видит совсем другого ненаследного короля. Он ничем не походил на нынешнего Алисо, он был мышью, но не крепким зверьком, как Димка, хотя вряд ли был старше его. Шкура этого принца выглядела свалявшейся и тусклой, и сам принц едва стоял на ногах.

«Я дал клятву, отец!» – отчаянно пискнул он, едва не валясь на землю прямо под ноги мышиному королю, голову которого украшала уже знакомая Тедди корона.

«И я тоже дам клятву, сын», – ответил король… и на этом видение пропало.

– Это старая история. – Алисо поморщился, как от зубной боли. – Когда-нибудь я расскажу тебе ее, если захочешь. Сейчас же на это нет времени. Доверься мне, Теодора. Ты не можешь нарушить клятву, но ты можешь передать мне Голос. Ненадолго, достаточно для того, чтобы я вернул себе внешность. Если мне предстоит умереть среди своих в битве, я не хотел бы оставаться в этой ненавистной шкуре!

Тедди отшатнулась. Она давно уже думала о том, каково было ненаследному королю Алисо оказаться в чужом мире в человеческом обличье, но такого не ожидала. Столько ярости и боли было в этом восклицании отца, что она испугалась. Может, это стало причиной того, что она даже не подумала отдать Голос Димке или Тинатин, а может, шум битвы, который раздавался за кустами. Серая масса ее подданных уменьшалась, все больше воинов покидало поляну, скрываясь в чаще, откуда доносились воинственные вопли и скрежет.

Кажется, мыши и впрямь готовы были защищать ее ценой собственной жизни, но Тедди не хотела такого.

– Только я не знаю как, – беспомощно прошептала она, хватаясь за горло. Мара легко вынула Голос Димки и вернула ему обратно, но она – не Мара, и сейчас Тедди это понимала особенно хорошо. Ну почему бабушка поступила с ней так?

– Ты просто скажи, что согласна, я и сам справлюсь, – подрагивающим от нетерпения голосом произнес Алисо.

– Он что-то задумал! Не вздумай, Тедди! – выкрикнул Димка, но было уже поздно.

– Я согласна, – в то же мгновение прошептала девочка и тотчас закашлялась.

Ощущение было такое, словно она подавилась чем-то и теперь задыхается. Она кашляла и кашляла, когда то, чем она подавилась, царапало горло, поднимаясь все выше и выше, пока в очередном судорожном порыве кашля не вылетело из ее горла прямо в подставленные ладони отца. Алисо, не медля ни секунды, поднес ладони к лицу и втянул в себя крупную светящуюся горошину.

– Мышиный горошек, – просипела Тедди, ощущая, как пусто и гулко стало внутри. Словно она была скорлупой, из которой вынули ореховое ядрышко. Может, ей это только казалось. Она протянула отцу стручок с семенами, но тот только ухмыльнулся. Казалось, что он стал выше и его черты лица оплавились, потекли, как будто Тедди смотрела на отца сквозь слезы. Может, так оно и было, пусть своих слез она и не чувствовала.

– Теодора-Теодора, – с укоризной покачал он головой, и Тедди отодвинулась, обнаружив, что его нос вытягивается и сливается с верхней губой, превращаясь в мышиный и покрываясь шерстью. И без того мелкие глаза становились еще меньше, а уши подтягивались к макушке и разворачивались в мышиные. Девочка лишь разок моргнула, а перед ней уже стоял ненаследный король Алисо в его истинном обличье. – Неужели ты думаешь, что для владельца Голоса есть нужда в этих мелочах вроде ягод или горошин? Я легко могу превратить кого угодно в человека, мышь или летуна, и ничто мне не помешает!

– Я могла вернуть внешность Димке в любой момент… – упавшим голосом произнесла Тедди, и в этот момент она окончательно поняла, что отец это говорит не просто так. Он не вернет ей Голос, как бы она ни просила.

– Все верно, дорогая, а теперь позволь откланяться. Я должен остановить войну. – И Алисо проворно шмыгнул в серое войско.

Мыши, свои и чужие, расступались перед ним так, словно он мог убить одним прикосновением. Кто знает, может, так оно и было.

– Он хочет остановить войну, – неуверенно произнес Димка, подходя ближе к Тедди. – Может, он изменился за эти годы? А потом мы найдем маму и оставим Алисо с Марой разбираться, кто тут будет править.

– Вряд ли он изменился, – покачала головой Тедди. Она была благодарна брату за попытку утешить, но свою ошибку она поняла в ту же минуту, как лишилась Голоса. Новая мысль вспыхнула в ее голове, стоило ей лишь перестать себя жалеть. – Может, пока его нет, мы можем…

Поздно.

Она не успела даже договорить, как Алисо вернулся в окружении нескольких крупных мышей, стоящих на задних лапах.

– Мары самой здесь не оказалось, поэтому мы с легкостью одержали победу. Ее войска отступили, – ощерил в улыбке острые зубы Алисо и кивнул своей свите. Тедди и ойкнуть не успела, как оказалась окружена тремя мышами, двое оказались рядом с Тинатин, а Димке достались четверо сопровождающих. Почему-то «мы» Алисо не внушало надежд, да и сопровождающие с их мрачными оскаленными мордами не слишком напоминали охрану, скорее, конвой. – Пора мне навестить дорогую родительницу. Глаз с них не спускать, отвечаете головой!

Последнее он приказал сопровождению дочери и его друзей. Гвардия задрожала и плотнее сдвинулась вокруг принцессы и ее друзей.

«Димка бегун, я тоже бегаю хорошо, но Тина…» – мысли о том, как можно попытаться ускользнуть от конвоиров, быстро пролетели в голове Тедди. Однако все сводилось к тому, что всех заложников Алисо все равно не потеряет. Тина была самым слабым звеном, и она же больше всех могла пострадать от жестокости ненаследного короля. А значит, смысла в побеге не было. Похоже, Димка думал так же. Он кивнул на Тинатин и незаметно покачал головой.

– Когда ты вернешь мне Голос, папа? – наудачу спросила Тедди, чтобы сделать вид, словно не понимает, к чему все идет. Впрочем, она была бы рада, если бы ее подозрения оказались беспочвенными. Но не с ее счастьем.

– Ты ведь и сама понимаешь, зачем спрашивать? – не попался на ее уловку Алисо. Он двинулся к тропинке, и мыши, несильно подталкивая пленников, заторопились следом. Тедди оказалась достаточно близко от отца, чтобы продолжить беседу. Кажется, Алисо упивался новым могуществом и легкой победой и настроен был благодушно. – Остановить или направить целую армию одним словом – с таким может расстаться только глупец.

– Предположим. – Тедди покраснела от обиды, но сумела сдержаться. В панике она сплоховала, но сдаваться пока не собиралась. – Ты хотел могущества и украл Голос. Зачем тебе мы с Тиной и Димкой?

– Не украл, а взял то, что принадлежало мне по праву с самого начала. – Кажется, ей удалось задеть отца, потому что огромная мышь, которой он стал, больно схватила девочку за плечи и надвинулась, едва не касаясь острым носом лица. – А что ты предлагаешь? Убить вас троих и прикопать под елкой?

– Отпусти, мне больно, – не пытаясь вырваться из железной хватки, твердо произнесла Тедди. И пусть Голоса у нее больше не было, отец послушался и отодвинулся.

– Если он убьет меня, то мир между нашими народами рухнет, – сказала Тинатин.

И Алисо расхохотался.

– Как же легко с глупышками, – отсмеявшись, произнес он. – Да я буду только рад новой войне, девочка. Только вряд ли в бескрылой дурнушке кто-то узнает принцессу, так что я не стану торопиться…

Ему пришлось замолчать, потому что в этот момент Димка не выдержал и бросился на отчима. Тедди отскочила в сторону. Как ей повезло, что она не видела битвы мышей там, в лесу! И к лабиринту они шли другой дорогой, можно было не думать, много ли серых подданных – ее, Тедди, подданных – осталось на земле. Со стороны и Димка, и Алисо выглядели опасно, с оскаленной пастью и острыми когтями. Только Алисо не собирался вступать в драку с пасынком, он кружил по поляне, для верности опустившись на четыре лапы, и не подпускал Димку близко. Бросившиеся было схватить своего заложника мыши отступили, создавая круг, в центре которого были два соперника. То ли Алисо забыл о Голосе, то ли не хотел при других мышах использовать магию вместо честного поединка, но он молчал, лишь аккуратно пытаясь обойти Димку с хвоста.

Этот момент и выбрала Тина, чтобы отступить от увлеченных зрелищем конвоиров. Шаг, другой… Краем глаза Тедди заметила, как принцесса отступает к деревьям, но даже не шевельнулась, чтобы не привлечь внимания.

И только когда Тина остановилась, не решаясь покинуть поляну, Тедди не выдержала.

– Тинатин, беги! – шепнула она.

Отец стремительно обернулся на ее шепот, но Димка словно только этого и ждал и с силой вцепился в хвост отчима.

Когда же Алисо окончательно убедился, что вернуть принцессу не удастся, а проштрафившиеся конвоиры, сколько ни ныряли в лес, так и не смогли обнаружить ее следов, ох и разозлился же он!

– И впрямь, зачем мне два потомка, когда один не кровный, да к тому же ненаследный, – проворчал он, надвигаясь на Димку, которого за лапы держали два самых крупных мыша. – Обойдусь одной принцессой…

– Не смей! – взвизгнула Тедди.

– Иначе что? – с нехорошей ухмылкой обернулся к ней Алисо. – Что ты мне сделаешь без Голоса?

– Если ты убьешь Димку, я… – Тедди тянула время, пытаясь сообразить, чем она может напугать отца, который не любил никого. Ах, как тут не хватало Ниточкиной, которая могла подсказать ответ на любой вопрос! Девочка уставилась за спину отца, словно надеялась разглядеть там подсказку. И ей то ли показалось, то ли и впрямь за деревьями мелькнул мышиный силуэт. И пусть издалека все мыши были на одно лицо, почему-то Тедди решила, что это Нинка. А Нинка или какая-то другая мышь тем временем обхватила себя верхними лапами за шею, словно пытаясь задушить. Подсказка или Тедди только хотелось так думать, но размышлять об этом было некогда, и она продолжила: – Тогда я тоже умру!

– Ты не посмеешь что-то сделать с собой… – А вот прежней уверенности в голосе Алисо не было, и Тедди воспрянула духом. Беспокоится ли за нее отец на самом деле, это было не важно, но она нашла его слабое место!

– А мне и не придется, болотная ведьма связала наши жизни, – вдохновенно продолжила врать девочка.

Она поискала глазами Нинку, но неясная тень уже исчезла. Отец проследил ее взгляд и тоже увидел лишь шевелящиеся деревья.

– Ты врешь, – неуверенно произнес он. Димка же просто смотрел на нее широко открытыми глазами и рассеянно тер мордочку, избавляя усы от запекшейся крови.

– И теперь коли и погибнет один из нас, то погибнет и второй! – Если Алисо собирался поймать Тедди на вранье, ему не стоило столько лет доводить ее учителей. Вечно без вины виноватая, она научилась виртуозно врать и хотя пользовалась своим умением, как настоящий мастер, очень редко, но остановить или уличить ее было практически невозможно. – Болотная ведьма воспользовалась своим Голосом, и мне сначала стало щекотно в пальцах, а потом в шее и тут. – И Тедди шлепнула себя по лбу.

Последнее окончательно доконало бедного ненаследного короля.

– Дура! – взвыл он. – Какая же ты дура! Охранять обоих как зеницу ока!

Теперь все свободные мыши сгрудились вокруг Димки и Тедди, а до нее только сейчас дошло, чего боится отец. Жаль, что сказать Димке она не может: у мышей слишком тонкий слух! Но это можно было использовать. Получается, раз Алисо пользуется ее Голосом, то стоит ей погибнуть, как этот Голос исчезнет вместе с ней.

Тедди сглотнула. Неожиданно ей показалось, что в лесу очень холодно. Если она догадалась об этом так быстро, то какова вероятность, что этого не знает Мара и все те, кто ненавидит Алисо? А таковых в Неблагой долине должно было быть немало.

Похоже, ей и впрямь лучше было держаться поближе к своим конвоирам!

Убедившись, что Тедди едва не хватает его за лапу, да и Димка послушно бредет в окружении бдительных охранников, Алисо наконец успокоился.

– Ты сама поймешь, что так будет лучше, – добродушным тоном произнес он спустя полчаса пути. Процессия их плохо умещалась на тропинке, и свите то и дело приходилось притормаживать, чтобы острыми зубами кусать деревья за вывернутые корни, понуждая тех убираться с дороги. Так что, хотя ближайшие входы в лабиринт были совсем близко, идти им было никак не меньше часа. – Тебя сожрали бы. Не Мара, так ее приближенные. Наш народ жесток. А я присмотрю за тобой и братом. Ты вырастешь и когда-нибудь сама станешь королевой. Через много лет. Ты ведь уже поняла, что мы живем куда дольше людей? Если, конечно, нам повезет и твой Димка вместе с личиной получил и долгую жизнь.

То, с каким ужасом он посмотрел при этом на пасынка, заставило Тедди подумать, что отец только сейчас сообразил: неважно, потеряет ли он мальчика, убив его, или оттого, что тот умрет от старости, но вместе с ним он потеряет и Тедди. Никогда еще вранье не было таким полезным!

– Лучше расскажи мне, кем был тот мышиный принц, что первый поклялся и разозлил своего отца, – прервала его мысли Тедди.

Алисо остановился так резко, что его свита от неожиданности попадала на брюхо.

– Откуда ты знаешь, что это был принц? – прошипел ненаследный король, пугая Тедди своим диким видом.

– Просто так подумала, – пискнула Тедди и рефлекторно спряталась за Димку.

Алисо некоторое время разглядывал ощерившегося острыми зубами пасынка, а потом отвернулся и снова как ни в чем не бывало зашагал по тропинке.

– Ты правильно подумала, – наконец произнес он. – Это было еще до моего рождения. Наследный принц Шифик с отрядом исследовал долину и пропал. Когда он вернулся, оказалось, что он дал слово, которое навредило всему нашему племени, и дал его от имени отца. Это было единственной удачей во всей той истории. И после смерти короля клятва переставала давить на наш народ. Но король был зол и поклялся своими потомками, что не позволит старшему сыну быть королем. И вышло так, что это касалось всех старших сыновей, не только его, но и сына его дочери…

Он оборвал историю так резко, словно прикусил язык, и дальше они шли молча, а Тедди размышляла, что же такое совершил этот несчастный мыш и о чем умолчал отец. Почему-то ей казалось, что это действительно важно. И Димка, как назло, тоже молчал, и по его острой мышиной мордочке не было понятно, о чем он думает. Есть ли у него идеи о том, что скрывает Алисо, или он только и думает, удалось ли Тинатин добраться до Болотной ведьмы, или ее схватили мыши или даже свои летуны. Надо ведь понимать, что Сол вряд ли будет рад ставшей бескрылой человечкой сестрице!

Но додумать об этом Тедди не успела, ведь прямо из-под земли перед ними выросла Мара.

Разумеется, Мара не появилась просто так, а выбралась из тайного хода, но сделала это до того ловко, что произвела впечатление даже на привычного к такому Алисо. Впрочем, непокорный сын быстро пришел в себя и выступил вперед, сразу показывая, что он тут главный. Этому Тедди была даже рада, меньше всего ей хотелось разбираться, с чего бабушка вдруг сменила милость на войну. Неужели лишь из-за того, что они сбежали?

А вот Мара словно не заметила заступившего ей дорогу сына.

– Я надеялась уберечь тебя от этого, Теодора, – произнесла она, своим единственным зрячим глазом безошибочно находя за мышиными спинами внучку. – Лишиться Голоса, когда только его обретаешь, – болезненный опыт. Только стать королевой без него невозможно.

– Она не станет королевой, потому что я не собираюсь возвращать ей Голос, – нервно подергивая усами, заявил Алисо.

Он оглянулся на Тедди, и по его морде девочка с ужасом поняла, что сейчас в нем борются два чувства – боязнь остаться без Голоса и страх, что дочь может отнять у него ту власть, которую он до сих пор даже не получил. Тедди стало противно. И как она не замечала этого раньше? Как раз за разом игнорировала то, что дни рождения чаще отмечала в развлекательных центрах с няньками или гувернантками да нанятыми клоунами и фокусниками, а слова о своей любви к дочери отец неизменно сопровождал подарками, а не объятиями?

– Мальчишка, – фыркнула Мара, так и не глядя на сына. – Не Голос создает королеву, а наоборот. И не смотри на девочку даже, я не позволю больше ни одному несчастному случаю произойти в моем лесу.

– Недолго этому лесу быть твоим, матушка, – отозвался Алисо, но смотреть на Тедди перестал, отвел взгляд в сторону.

Как не вовремя! Тедди только понадеялась по его глазам понять, о каких несчастных случаях говорит бабушка. Впрочем, была в ее разочаровании и толика облегчения – умом она догадывалась, о чем идет речь, и узнавать наверняка ей не хотелось. Стоило догадаться, что ее желания были как на ладони для Мары и столь же мало важны, как и надежды Алисо.

– У тебя были две тетки, Теодора, – проговорила королева негромко. – Любая из них могла оказаться будущей королевой, но об этом мы уже никогда не узнаем. Алита утонула еще мышонком, а следов Теодоры мы не нашли до сих пор. Даже косточек.

Тедди не сразу поняла, что бабушка говорит не о ней. Так, значит, одну из дочерей Мары звали Теодорой? И вовсе не погибшая после рождения Тедди мать хотела так назвать свою дочь! Почему-то от этого девочке стало особенно горько.

– Это был несчастный случай, я сам тогда едва не утонул! – возмутился Алисо.

Тедди вспомнила про потерявшего пальцы Василия. Вот, значит, когда погибла Алита… Думать об этом ей не хотелось. Наверное, Мара и впрямь очень любила сына и готова была закрывать единственный глаз на его выходки, потому как спорить не стала, а повернулась к ним хвостом и начала спускаться в тайный ход, что находился прямо за ее спиной.

С трудом отведя взгляд от матери, Алисо подтолкнул Тедди спускаться следом. Девочка замешкалась, и между ними с королевой оказалось еще несколько мышей. Воспользовавшись этим, ненаследный король толкнул девочку в какой-то боковой ход. Она даже испугаться не успела, когда поняла, что они остались наедине.

– Я верну тебе Голос, если добудешь мне корону Мары, – шепнул Алисо дочери после того, как убедился, что рядом больше никого нет. – Она не подпустит меня даже на расстояние вытянутой лапы, но ты… ты совсем другое дело.

– И зачем тебе корона? – Тедди не собиралась говорить, что второй раз поверить отцу может только полная дура, а таковой она не была. Но возможность заполучить хоть немного информации заставляла делать вид, что она колеблется.

– Просто так? – скорее спросил, чем произнес, Алисо, но немедленно поправился: – Теодора, девочка моя, как ты не понимаешь! Мыши – это тебе не люди. Для них играет роль каждая мелочь. И у кого на голове корона, тот и правитель. Сейчас Мара усыпляет твою бдительность, делая вид, что беспокоится, но без Голоса ты никто и твоя жизнь немного стоит. Может, сама королева и не станет ничего предпринимать, но и удерживать своих подданных не станет. А ты должна понимать, что среди них есть всякие. Ладно еще, если ты никому из них не успела насолить, но даже в этом случае…

Тедди вздрогнула, вспомнив о больше-не-Микаэле, который к тому же вместе со своим отцом лишился хвоста. Вряд ли это могло расцениваться как «никому не насолила»!

К сожалению, отец заметил это, и его голос стал увереннее.

– Вот видишь, я нужен тебе, – убедительно добавил он. – И потом, я только прошу тебя, а мог бы заставить с помощью Голоса. Чем это не жест доброй воли?

– А может, наоборот? – Тедди стало смешно. Кажется, отец и впрямь был о ней совсем невысокого мнения, раз так просто пытался воздействовать! – Сначала ты вернешь мне Голос, а потом я добуду то, что тебе нужно. У меня есть повод больше не доверять папочке. А вот я тебя никогда не обманывала.

– Тем ужаснее будет, когда обманешь, – не слишком логично, но уверенно ответил Алисо и тяжело вздохнул. Хвост его ходил из стороны в сторону, то и дело касаясь ног Тедди. В полутьме заброшенного прохода это ощущалось жутковато. – Тебе же немедленно понадобится отправиться на поиски Матильды, и ты разом забудешь о том, что обещала помочь отцу. А без Голоса Мара меня со свету сживет.

– Неправда, – вырвалось у Тедди. – Она тебя любит!

– Ты права, дорогуша. – Тедди даже ойкнула от неожиданности, когда стена рядом с ней растворилась, обтекая высокую прямую фигуру мышиной королевы. – И я рада видеть, что ты учишься на своих ошибках.

– И давно ты здесь? – осведомился Алисо недовольно.

Тедди оставалось только покачать головой: и даже тени вины в его Голосе не было слышно!

– Достаточно давно. – Мара махнула лапой, выпуская множество зеленоватых огоньков – светляков. Тедди наконец-то могла видеть своих собеседников, что придало ей немного уверенности. – Алисо, ты же знаешь, что я не могу отдать тебе королевство. И дело не в том, что я опасаюсь за подданных. Наш род живет и умирает, чтобы снова возродиться и умереть. Но клятва моего отца не дает возможности обойти ее. В нашей долине ни один старший сын не будет наследником…

– В этой долине! – прервал ее Алисо. Усы его нервно задергались. – Мара, речь идет об этой никудышной долине. И что за дело мне до нее? Мне нужна армия, и я докажу, что не зря провел столько лет в изгнании! Мы завоюем тот мир, в котором я жил. Там нет магии, и даже без Голоса я мог устроиться довольно неплохо, а что мы можем наворотить там с нашей удвоенной силой!

– Папа, ты с ума сошел! – не выдержала Тедди. Такого она от отца ну никак не ожидала! – Людей на планете миллиарды, есть оружие, которое здесь никому даже присниться не могло в страшном сне. Да любую твою армию сомнут в лепешку!

У нее закружилась голова. Может, в ответвленном коридоре не хватало кислорода, а может, дело было в тех ужасах, что немедленно представились ее разгоряченному мозгу. Тедди не лукавила, когда упоминала оружие, но она была уже достаточно взрослой, чтобы понимать, как много вреда могут успеть принести огромные мыши, возглавляемые ее хитроумным отцом, прежде чем их остановят или уничтожат.

– Мой Голос, деточка, – самодовольно ответил ей Алисо и хихикнул. – Или правильно говорить «твой голос»? Телевидение и радио, интернет, наконец! Я передам приказ во все уголки мира, и он весь будет моим. Нашим. Армия же мне нужна лишь для того, чтобы без помех добраться до того места, откуда я начну свое вторжение в разум людишек. Мыши слишком долго ютились в этой долине, контролируя свою численность. Мы должны…

– Мы не можем даже пересечь горы, которые окружают долину, – прервала его Мара. Но, несмотря на жесткий тон, королева смотрела на сына с такой любовью, что Тедди забеспокоилась, не отдаст ли она корону своими собственными лапами. – А ты предлагаешь отправиться в тот мир, откуда мой старший брат едва вернулся, да еще и связанный той проклятой клятвой!

Тедди давно чувствовала себя нехорошо, но что-то в словах Мары подействовало на нее сильнее, и девочка привалилась к стене, закрывая глаза.

Видение перенесло девочку в незнакомое место. Сначала она увидела группу людей в странных одеждах, до которых даже деревенским из Несчастливого было далеко. Правда, приглядевшись, она обнаружила, что некоторые из них и впрямь похожи на несчастливцев. Только лица жестче.

А вот перед этими людьми стоял уже знакомый Тедди принц Шифик. Таким девочка его и запомнила – со свалявшейся шерстью, замученного и худого.

Разговаривали они на понятном Тедди языке, и оттого она догадалась, что и люди, и мышиный принц изъясняются на мышином.

– Нас осталось всего трое, ваш господин не щадит мою свиту, – жаловался мыш, тыкая лапой куда-то за спины людей. Там, похоже, было множество костров, и Тедди догадалась, что эта встреча не случайна, а людей в лесу куда больше. – Если он продолжит заставлять нас идти впереди войска, мы все погибнем!

– А вы что, думали даром наш хлеб есть? – ухмыльнулся один из людей, очень похожий на Егорыча.

– Не господин он нам, мы свободные люди, – добавил другой. – А вам так и надо, бесовскому племени. Коли вас боятся дикари, словно бесов каких, так тому и быть.

По его лицу можно было подумать, что разговор на этом окончен, но ни мыш, ни люди не торопились расходиться, словно ждали чего-то.

Наконец принц причесал мордочку и схватился за хвост. Не иначе как сильно нервничал.

– Мы присоединились к вам, чтобы спастись, – произнес он осторожно. – Мы знаем дорогу домой, но пешком нам не дойти. Слишком много сил было потрачено с того перехода, погибла половина свиты. Остальные сгинули у вас. Втроем мы не сумеем вернуться, но если вы сопроводите нас…

– И что это даст нам? – нетерпеливо прервал его тот, кого Тедди решила считать предком Егорыча.

Пока мышиный принц и люди торговались, девочка успела разглядеть одежду и покачивающиеся вдалеке на реке ладьи. Они не могли существовать в ее времени, а стрекочущие над головой сороки давали понять, что это и не мир летунов тоже.

– Вы сможете не рисковать своей жизнью и занять земли там, в моем мире, – уверенно произнес принц.

– Как же, вас тут всего трое, и то никто спиной поворачиваться не хочет, – усмехнулся в густые усы «Егорыч». – А там вашего племени сотни. И из нас неплохая закуска выйдет, так думаешь, царевич?

Все снова померкло, и Тедди, хватая ртом воздух, окончательно сползла по стенке коридора, привлекая внимание отца и бабушки.

– Видения бывают тяжеловаты, – сочувственно заметила Мара, обмахивая ее хвостом.

Алисо же при ее словах замер как вкопанный:

– Видения? – Тедди показалось, или голос отца дрогнул? – Ты что же, отравила ее? Ты не могла!

– Еще как могла, – успокоила его Мара, одновременно все сильнее тревожа внучку. – Поживи с мое без надежды передать корону истинной наследнице, тоже времени терять не будешь. Дочка у тебя сильна, не поддавалась видениям никак. Только когда Голоса лишилась, они ее и нагнали. Я правильно говорю, дорогуша?

Тедди с трудом кивнула. Она пока не могла понять, умирает она от отравления или нет, а кошмарные родственники не торопились ее успокоить или напугать.

– Но память предкам передается только незадолго до смерти короля или королевы! – Кажется, если Алисо что-то и беспокоило, то никак не жизнь и здоровье матери или дочери. – Если ты собралась умирать, ты должна была отравить меня!

Слушать этот бред было невыносимо, а еще Тедди заметила, что бабушка и отец вперились друг в друга взглядами, совсем не замечая ее саму. Так что она посчитала нужным потихоньку ускользнуть. Нет, она не собиралась бежать, как Тинатин. Она была чужая в этом мире и вряд ли успела бы скрыться, да и оставлять Димку этим родственникам она не собиралась. Вместо этого ей удалось наделать шороху в мышиной стае, на хорошей скорости ворвавшись в их кучу, и, расталкивая локтями охранников, пробраться к брату.

– Я уже думал, ты меня оставила. – На мордочке Димки отразилось облегчение. А потом он машинально стянул со стены тускнеющий огонек и сунул в пасть. Тедди вздрогнула. Об этом она совсем не думала. Неужели брат теперь станет таким же, как все остальные мыши? И пройдет совсем немного времени – для мышей уж точно немного, – как он будет верным подданным Мары… или даже Алисо.

– Я же обещала никогда тебя не оставлять, – через силу улыбнулась девочка.

Мысли от Димки перенеслись к собственной персоне. Чудо просто, что до сих пор никто не потребовал от нее стать мышью. Но рано или поздно королева или ненаследный король это сделают… И что тогда? Она тоже будет хрустеть светляками и трястись за собственный хвост?

За этими мыслями она не заметила, как они добрались до уже знакомой спальни, в которой их с Димкой оставили. Но в этот раз гвардия не покинула коридор, и негромкий мышиный писк совсем рядом со входом слышал не только Димка со своим чутким слухом, но даже сама Тедди.

– Защищают, – пояснил Димка и приложил лапу к носу, показывая, что нужно молчать. Сам же он продолжил говорить как ни в чем не бывало. – Ты же понимаешь, что у тебя немало врагов теперь. Ты же настоящая наследная принцесса, будущая королева.

– Ты имеешь в виду, что я могу покарать тех, кто сейчас против меня? – подхватила его игру Тедди. Писк в коридоре стих. Тедди сомневалась, что охранники ушли, но вели они себя теперь гораздо скромнее.

Необходимость сидеть молча девочку раздражала даже больше, чем вынужденное безделье. Там, за стенами их тюрьмы, Алисо уговаривал Мару пойти против людей в родном мире, где-то в лесу бродила Матильда, если она вообще еще была жива. Даже Тинатин, летунья в беззащитном человеческом обличье, была где-то там. И только они с Димкой – здесь. И поделать с этим ничего было нельзя. Да, в книжках герои немедленно находят какой-то выход и уж точно не сидят часами в норе!

В книжках… В книжках!

Тедди вскочила и принялась рыться в рюкзаке, который все еще был с ними. Как жалко, что ее чемодан на колесиках так и пропал где-то в лесу, там были краски, карандаши и бумага.

– Эй, вы там! – выкрикнула Тедди в коридор, заработав удивленный взгляд брата. – Помните, где вы на меня первый раз напали?

– Помним… Мы не нападали… Это были не мы! – вразнобой ответили из коридора, затем неразборчивый писк сменился осторожным. – А что?

Тедди прыснула со смеху. Все-таки мыши были забавными существами, если забыть о том, какими смертоносными могли оказаться их зубы и когти. Жаль, что Мара и Алисо никак не давали об этом забыть.

– Я там оставила свои вещи, – пояснила Тедди строго. Конечно, голос у нее сейчас был самым обычным, но ведь эти серошкурые привыкли слушаться и не дожидаясь приказа. Могло и повезти. – Мне они нужны, чтобы не умереть от скуки. Принесите их.

Труднее всего было не сказать «пожалуйста», но девочка справилась. Она и с людьми такими сталкивалась, которые за вежливостью видели слабость. Что ей мыши!

Кажется, она не учла лишь одного: мыши понятия не имели, что такое скука. Зато даже малейший шанс, что принцесса умрет от отсутствия чего-то, заставило их развить бурную деятельность. К несчастью, это привлекло внимание Алисо.

Тедди только успела нацарапать краем телефона на земляном полу, что «можно писать, а не говорить!» – и стереть это, как в их тюрьму ворвался ненаследный король.

– Зачем тебе чемодан? – с подозрением оглядев дочь, спросил он.

Пасынок подвергся такому же оценивающему взгляду, но Димке было проще. Он задумчиво покусывал свой хвост с таким видом, словно для него не было ничего более нормального и логичного. Так что Алисо снова уставился на дочь.

– А чего он в лесу лежит? – возмутилась та. – Неделю, не меньше! Кстати, а какое сегодня число у нас там?

Алисо потер морду, словно пытался сообразить, что Тедди может сделать с этой информацией. Наконец, не иначе как придя к выводу, что опасности это не несет, нехотя ответил:

– Сегодня восьмое июня.

– Восьмое! – ахнула Тедди. – Через три дня у меня день рождения!

Она замолчала. Против своей воли вспомнила, как почти год назад отец впервые сказал, что она обычная. Прошло совсем немного времени, едва наступила осень, это Тедди помнила слабо, и в их жизни появилась Матильда. Еще несколько месяцев пролетели так быстро, и они с ней и Димкой стали одной семьей. И пусть с Димкой она была знакома совсем недавно, но теперь она и впрямь свыклась с мыслью, что у нее есть брат. А год назад она даже помыслить о таком не могла.

Алисо скривился.

– Да, так и есть, – произнес он без удовольствия. – Но про празднование поговорим позже. Сейчас мы должны прогуляться.

– А я? – выступил Димка, пытаясь спиной закрыть Тедди. В этот раз у него не получилось. Алисо словно смотрел сквозь пасынка.

– А ты остаешься здесь и постараешься не навредить сестре, умерев каким-нибудь экзотичным способом, – отрезал ненаследный король. – Быстрее, Теодора. Королева не будет долго ждать.

– Мне хоть одеться как? – огрызнулась Тедди, вздрогнув от нехорошего предчувствия. Что бы там такого ни придумали Алисо и Мара, плохо было уже то, что они нашли общий язык. – Мы купаться идем или через лес пробираться? А то с тебя станется и в болото меня затащить!

Упоминание болота и, не иначе, воспоминание о Болотной ведьме вывели Алисо из себя. Он зашипел, шерсть на его шкуре вздыбилась, а хвост заходил из стороны в сторону, как будто он был из кошачьих. Впрочем, Тедди уже давно поняла, что сравнивать мышиный род с теми грызунами, что встречались ей в родном мире, было не совсем правильно. Это немногим лучше, чем называть Тину или Сола филином.

– Одевайся так, как собралась бы в горы, – рявкнул отец. – И побыстрее!

От его вопля Тедди тут же расхотелось спорить, и она быстро натянула кроссовки. Димка протянул ей куртку. В глазах у него стоял немой вопрос: «Ты думаешь о том же, о чем и я?»

Тедди едва заметно кивнула. Она понятия не имела, о чем думает брат, а она думала о том, что никто не переходил горы и не покидал долину. Может, этому есть причины? И не собирается ли отец избавиться от нее таким экстравагантным способом?

Сама девочка давно сообразила, в чем слабое звено у нее как хозяйки Голоса. Отец не мог убить ее или Димку, но он мог заточить их на долгие годы в каком-то заброшенном мышином подземелье, путь к которому не найдет Тинатин или Нинка. Где же Нинка, в самом деле?

Судя по хищному взгляду Алисо, он тоже понимал, в чем слабость его дочери, и не преминул бы воспользоваться этим сразу же, если бы понял, как это сделать.

Спорить было бесполезно, и, бросив прощальный взгляд на брата, Тедди вышла вслед за Алисо в коридор. После долгого пребывания в одном помещении воздух в коридоре показался свежим, а свобода – близкой. Однако немедленно примкнувшие к их процессии двое мышей быстро исправили это ощущение. Королева ждала сына и внучку на поверхности.

– Судя по тому, что летуны до сих пор не напали, принцесса Бубо не сгинула в лесу. Или ее семейство об этом не прознало, – заметила она вскользь, тем самым давая понять Тедди, что знает о том, как бежала некогда пернатая девочка.

И Тедди была благодарна ей даже за это.

По лесу они шли быстро. Куда быстрее, чем надеялась Тедди. Она и сама не понимала, чего ждет. Может, помощи от Тины, которая сама спаслась или нет, неизвестно. А может, просто какого-то чуда. В конце концов, до сих пор чудо случалось то и дело, и если уж верить в него, то именно здесь, где магия реально существовала! Хотя в этом Тедди окончательно запуталась. Она не могла понять, была ли наполнена магией сама долина или мыши и летуны. И если верно второе, то почему так вышло, что два настолько разных племени обладают похожей магией? Странное совпадение. А если первое – и за это говорило то, что несчастливцы не пользовались магией, – то она сама тоже не должна была владеть способностями.

– Иногда все сложнее, чем тебе кажется, принцесса, – шепнула ей Мара, незаметно отставая от Алисо и вплотную приближаясь к внучке. Заметив испуг на лице Тедди, она довольно прищурилась. – Такие юные мышки никогда не могли скрыть своих мыслей от короля или королевы. Не бойся. Никто не может отобрать навсегда нечто, принадлежащее настоящей принцессе.

И она осторожно коснулась острым когтем шеи девочки. Так легко и быстро, что Тедди едва успела заметить ее движение. А затем ей пришлось признать то, что она пыталась скрыть даже от себя: там, где Мара коснулась лапой, уже довольно давно щекотно ворочалось что-то. Точно так, как двигался ее Голос перед тем, как она отдала его отцу. Неужели Мара права и голос вернется? Или вырастет новый и тогда Алисо останется ни с чем? Если в чем Тедди и была уверена, так это в том, что два ее Голоса не смогут существовать одновременно.

Хорошо или плохо, но этого момента еще нужно было дождаться. Голос рос не торопясь, и Тедди была уверена, что посреди леса с двумя самыми могущественными мышами долины она оказалась из-за этого Голоса. Маре она не верила почти так же, как и отцу.

Лес тем временем становился все гуще. Ветки деревьев сплетались между собой, затрудняя путь. Только сейчас девочка сообразила, что так быстро шли они совсем не случайно. Это деревья предусмотрительно отодвигались с пути могущественных магов, не дожидаясь полнолуния или приказа. Здесь же, где лес был мрачный и безмолвный, деревья не двигались совсем. Не слышны были белки, не пробегали и другие местные шестилапые твари. Лишь оглушительная тишина сопровождала троицу: Тедди не сразу обнаружила, что их свита отстала и некоторое время они бредут втроем. Сейчас она была рада поговорить о чем угодно хоть с отцом, хоть с Марой, но они молчали и лишь шли и шли вперед, словно точно знали, куда идут. У самой Тедди никаких идей по этому поводу не было.

– Долго еще? – не выдержав, спросила она.

Алисо не удостоил ее ответом, вместо этого он принялся методично уничтожать какое-то ползучее растение, затянувшее тропинку впереди.

– Нет, дорогая. Мы почти пришли, – снизошла до нее Мара. – Ты не проголодалась?

– Очень, – буркнула Тедди, и впрямь чувствуя голод.

Нет, она ничуть не больше верила бабушке, которая была жестокой правительницей этих мест множество лет, но та хотя бы пыталась казаться милой даже сейчас, когда от Тедди ничего не зависело! Может, просто дело в том, что девочка не понимала чего-то и у нее оставался какой-то козырь, о котором знали другие? Как же сложно!

Тедди решила, что постарается внимательнее следить за Марой и Алисо. Если у нее был хоть один шанс обнаружить собственную силу, она не имеет права это упустить. Хотя бы ради Димки. И Тинатин, и… Матильды. Если она еще жива.

На мгновение Тедди решила было, что они забрели в чащу в поисках ее мачехи, но надежда быстро потухла. Будь это так, Алисо не преминул бы сказать об этом. Он же знал, чем можно шантажировать дочь, и до сих пор не стеснялся это делать.

Мара поколдовала над кустом малины и позвала внучку перекусить. Пока девочка ела ягоды, Алисо прорубился все-таки через заросли и скрылся за деревьями. Если королеву это и беспокоило, то она ничем себя не выдала. Так и не дождавшись объяснений, куда исчез отец, Тедди решила выкинуть из головы все мысли и как следует подкрепиться. Ягоды – это не то, чем она привыкла обедать, и девочка всерьез опасалась, что ей это совсем не поможет избавиться от голода, но выбирать не приходилось.

Она уже почти полностью обобрала кустарник, когда отец вернулся. Выглядел Алисо при этом потешно: усы стояли торчком, глаза были выпучены так, словно ему кто-то сапогом наступил на хвост. В общем, было от чего встревожиться.

– Там… там… – Алисо сглотнул и уже спокойнее закончил: – Там дальше свободный путь до самых гор.

Мара медленно кивнула и скрестила когтистые лапы на груди.

– А плохие новости? – неторопливо спросила она. Разумеется, странное состояние сына не прошло и мимо ее взгляда, о чем Тедди только думала!

Алисо быстро оглянулся, так, словно ждал погони.

– Путь расчищен огнем дракона, – наконец выпалил он и, словно эта фраза исчерпала все его силы, стек на землю.

– Ты уверен?

Тедди позавидовала спокойствию королевы. Сама она слишком долго подбирала какие-то слова, но так и не нашла ничего, кроме «Да ты гонишь!» или «С дуба рухнуть! Тут еще и драконы есть?». Впрочем, судя по морде Алисо, он сам до сих пор не подозревал о такой возможности.

– Нет, – процедил ненаследный король. Кажется, материнское спокойствие придало ему уверенности, он больше не трясся и даже сумел снова подняться на задние лапы. – Нет, мама, я не уверен! В долине никогда не было никаких драконов, я знаю это не хуже тебя! Да только вот они, следы от огня. И не обычного, а такого, что камни оплавились до самого предгорья. И отпечатки огромных лап тоже заставляют меня усомниться в том, в чем я был уверен. Как знать, может, за годы моего отсутствия произошло что-то еще, заслуживающее внимания?

– Или можно вспомнить о том, что до твоего возвращения никто и слышать не слышал о драконах, а стоило тебе провести в долине несколько дней, как тут тотчас обнаружились следы драконов. И обнаружил их тоже ты, – так же спокойно ответила Мара, вперив единственный зрячий глаз в сына.

«Да они подозревают друг друга!» – сообразила Тедди. Это было на руку ей и Димке, еще бы понять только, как это можно использовать…

– Где я мог взять дракона? В людском мире? – огрызнулся Алисо, и шерсть на его загривке шерсть встала дыбом.

– А где я могла его взять, по-твоему? – разъярилась наконец и королева. – Мы отрезаны от собственного мира и от этого. И сколько мои подданные ни ищут еще кротовины, они не могут найти. Конечно, некоторые из них пропадают в этих поисках, но каждая проверка приводит лишь к выяснению отношений между семьями, и пропавшие находятся, пусть и в основном в виде костей!

Кажется, это было какое-то завуалированное обвинение Алисо, которого Тедди не поняла. По крайней мере, ненаследный король поник, его усы обвисли, и он отвел взгляд от матери. Та же предпочла довольствоваться этим, немедленно прекратив ссору к большому разочарованию Тедди. Честно говоря, она надеялась, что дорогие родственнички хотя бы подерутся. Или со злости наболтают лишнего, а то ей позарез нужно узнать, зачем ее тащили через весь лес к каким-то горам.

Если подумать логически, выходило, что про горы и все, что было за ними, и мыши, и летуны предпочитали не вспоминать. Оба племени говорили лишь о королевстве Неблагой долины, и все тут. Жители же села Несчастливое, напротив, жаждали добраться туда, куда сама Тедди быстро и бодро дошла без особого на то желания. Впрочем, ее и не спрашивали даже.

Люди рассчитывали что-то найти за горами, или они просто хотели убраться из долины, где им приходилось держаться между летунами и мышами? Тедди этого не знала. Спросить в деревне она не догадалась, а теперь было поздно жалеть. Оставалось только гадать. На этом увлекательном занятии она и была бесцеремонно прервана Марой.

– Теодора, дорогуша, пойдем дальше, – позвала она внучку. Похоже, они с Алисо уже успели до чего-то договориться, потому что отец не возражал и не кривил мышиную морду. – Скоро стемнеет, хотелось бы проверить до того, как солнце сядет.

– Королева! – недовольно одернул ее Алисо.

И почему Тедди показалось, что бабушка пыталась ее предостеречь? Но от чего, вот бы еще понять.

Наугад она сделала вид, что колеблется.

– А что, если там и на самом деле дракон? – спросила она, сделав вид, что ужасно боится. Вряд ли ей поверит отец, но попробовать стоило.

– Если учесть, что твой отец вернулся живым, дракона там нет, – успокоила ее Мара. – Хоть я никогда не видела драконов, но слышала, что они на дух не переносят мелких воришек.

– Я тоже что-то читала такое, – согласилась Тедди, стараясь не смотреть на Алисо, чтобы не расхохотаться.

Ох, ну и бабушка! Только успеешь расстроиться, что она полностью под очарованием своего отвратительного сыночка, как оказывается, что она еще может удивить! К счастью, отец ничего не ответил на подначку, а Мара не спросила, что такое «читать». Все-таки не хотелось бы из-за желания поддеть отца потерять надежду на секретный способ переговоров с Димкой!

– Идите уже, – нетерпеливо щелкнул хвостом Алисо, сам же он двинулся последним, не иначе, как и в самом деле приняв шутку Мары за чистую монету.

Тедди, а за ней и Мара вскоре дошли до того места, где, по уверениям Алисо, порезвился дракон. Только теперь шутить на эту тему у Тедди больше не было никакого желания.

В ее городе зимой часто выпадало много снега, и тогда дороги расчищали тракторами. Там, где проходил трактор, оставались лишь следы гусениц, голый асфальт и лед, щедро засыпанный после трактора песком. По краям же оставались ледяные глыбы и холмики отброшенного снега. Вот примерно такое же, только из камней и пепла, Тедди видела сейчас. Только тот, кто расчистил путь, был раза в три шире самого большого трактора.

Девочка заподозрила было ловушку непонятно на кого и, главное, зачем, но, присмотревшись, обнаружила, что таких следов множество и далеко не все из них ведут ровно из леса к горам. Казалось, что существо, оставившее их, бесновалось, не в силах покинуть это место, а затем как-то справилось с собой. И покинуло. Тедди сейчас оставалось только верить в это.

– Иди, – грубо подтолкнул ее Алисо, едва не поцарапав острым когтем.

Тедди только успела понять, что скользнувший по лодыжке хвост не его, а Мары. Что же она хотела ей сказать?

– А вы? – наудачу спросила она.

– Мы идем следом, – ответил отец и снова подтолкнул ее.

Пришлось идти. Девочка двигалась как можно медленнее, по мере своих сил косясь на спутников. Те и впрямь если и отставали, то совсем ненамного – шаг, может, два.

Колея после дракона или какой другой огромной твари осталась широченная, песок и камни оплавились, а деревья и травы сгорели до пепла, так что идти было не в пример удобнее, чем по лесу. Но Тедди все равно не торопилась, пытаясь углядеть хоть какой-то знак, способный помочь ей что-нибудь понять.

Знака не было. Тем временем драконья дорога кончилась так же резко, как и началась. Впереди высились горы. Это были не те горы, что начинаются пологими склонами, а заканчиваются острыми вершинами, – нет. Такие горы, как здесь, Тедди в достатке видела раньше, когда с классом ездила на экскурсии по области. Почти отвесные дряхлые серые камни, где-то высоко покрытые травой и деревьями. Обычно такие горы вырастали вдоль русла рек, но вот как раз никакой реки Тедди и не видела. Она присмотрелась получше, надеясь разглядеть хотя бы высохшее русло, но все тщетно. Даже если оно и было, то давно заросло кустарником и невысокими деревьями.

– Почему ты остановилась, Теодора? – прервала ее мысли королева Мара.

Тедди обернулась. Она собиралась сказать, что просто задумалась, но то, как смотрел на нее единственный глаз бабушки, заставило передумать. Она присмотрелась. Кажется, Мара и Алисо не случайно стояли в шаге от нее и не приближались. Может, они боялись подойти ближе к горам? Но почему?

– Отвечай, девчонка, – нервно добавил Алисо, не давая дочери сосредоточиться.

Разозлившись, та топнула ногой и ответила:

– А я не могу дальше пройти! – И, когда королева и Алисо переглянулись, она наконец поняла, что попала в точку. – Мне что-то мешает, – вдохновенно продолжила она врать, заставляя и саму себя верить в это. Так было меньше шансов, что отец догадается, что она лжет. Что до бабушки… похоже, в этот раз они на одной стороне.

Наверное, Тедди надо было попытаться перелезть через горы, особенно если этого не могли делать мыши. Но ее останавливало сразу несколько причин. Во-первых, за спиной по-прежнему оставался Димка. Даже если поверить, что Матильде удалось избежать попадания в Неблагую долину и она сейчас обрывает телефоны в поисках детей и пропавшего мужа; если понадеяться, что Тинатин добралась до Болотной колдуньи – единственного места, где она могла чувствовать себя в безопасности, то Димка все еще был заложником.

Во-вторых, Тедди понятия не имела, что находится за границами долины. Если верить колдунье, это был мир летунов. И Тедди готова была поклясться, что все куда сложнее, чем казалось на первый взгляд. Люди могли сколько угодно называть Сола филином, а Кору – сорокой, но эти разумные существа с шестью конечностями не были ими. И если их большой мир находится за пределами долины, почему они не уходят туда, а продолжают сражаться с агрессивными мышами за каждый клочок земли? Что, если там, за горами, живут вовсе даже не летуны, а… хоть и драконы! Вряд ли они обрадуются гостям из долины.

Ну и, наконец, в-третьих, Тедди не могла быть уверена, что между долиной и большим миром нечто просто не пропускает мышей. Может, оно сжигает их заживо и до этого ей осталось всего пара шагов?

В последнее отчего-то верилось особенно легко, и Тедди на всякий случай плюхнулась на землю, чтобы ее никто не мог даже подтолкнуть дальше.

– Я мог бы приказать тебе, – вкрадчиво заметил Алисо.

Не напугай Тедди себя уже под завязку, она обязательно бы поверила и предпочла бы рискнуть вместо того, чтобы быть чьей-то марионеткой. Но страх и раньше заставлял ее соображать быстрее, вот и сейчас она даже не шелохнулась.

– Давай приказывай, – буркнула она, разглядывая свои грязные ботинки. Теперь и джинсы будут все в пепле, что за незадача! А стиральных машинок во всей долине нет… Тедди представила, как королева Мара стирает свой плащ в машинке, и захихикала.

– Видишь, даже ребенок догадался, что ты не можешь против нее ее же Голос использовать! – неправильно поняла ее смех Мара. Или уцепилась за возможность хоть что-то рассказать, кто ее разберет.

Тедди с трудом сумела удержать на лице выражение, будто она и до этого знала обо всем. Или что-то вроде того. Сделала умное лицо, одним словом.

– Да она не знала, пока ты не пояснила! – выплюнул Алисо. Кажется, над лицом еще нужно было поработать. – Теперь приказывай ей сама!

– А зачем? – удивилась королева. – Я внучке верю. Да и зачем нам, спрашивается, туда, если ты хочешь завоевать людской мир, в котором провел последние годы?

– На всю долину всего одна рабочая кротовина. – Кажется, Алисо ненадолго забыл про Тедди, а уж девочка сидела тише мышки, чтобы наконец понять, что движет ее отцом. – И она соединяет тот мир и эту долину. Если и есть другие переходы, то наши подданные не нашли их до сих пор.

– Это не объясняет твоего желания забраться в горы, – ответила Мара.

Тедди с трудом заставила себя молчать и слушать, хотя уже сообразила, куда клонит отец.

Как она поняла из объяснений Димки, кротовины, или червоточины, – это такие тоннели в пространстве и времени или же только в пространстве, только во времени. И через них можно попасть как в другой мир, так и в другое время своего мира. Откуда это знал Димка, Тедди так и не поняла, он что-то сказал про передачу по телевизору. Но Тедди не особо поверила. Если бы такое на самом деле существовало, разве не пытались бы все люди найти нечто похожее?

«Если бы из тоннеля на них полезла такая усатая морда, как у отца, нет, не пытались бы», – сама себе ответила Тедди и приготовилась слушать дальше. Она сама не отказалась бы найти проход в какую-нибудь приятную и мирную страну. С феями и принцессами. Подсознательно она догадывалась, что сказочные принцессы по непонятной причине почти всегда идут в паре если не с драконом, то с мышиной шкуркой или гнусным отцом-королем. Но мечтать не перестала.

– Эти кротовины могут быть в большом мире, – пояснил Алисо матери то, что Тедди поняла давным-давно. – Кто знает, может, там есть тоннель в наш родной мир, а там – огромная армия…

Он прервался из-за резкого скрежещущего звука – это смеялась королева. Даже Тедди перестала любоваться грязной обувью и уставилась на бабушку.

– Вот поэтому ты и не король, мой мальчик, – отсмеявшись, заявила Мара. – Из идеалистов получаются плохие правители и хорошие вояки. Как ты думаешь, сколько лет назад мы покинули наш родной мир?

Алисо скуксился.

– Память у нашего племени славится постоянностью, – запальчиво ответил он. – Они будут рады увидеть королевскую кровь!

– А почему ты решил, что у них не осталось королевской крови? – В этот раз усмешка королевы была горькой, если только Тедди правильно научилась разбирать эмоции на мышиных мордах. – Мой прапрадед неспроста покинул дом, им двигала вовсе не жажда наживы, как тобой, мой дорогой.

– Он… – Алисо не сумел сказать больше, но этого и не требовалось.

– Он был изгнанником, как и ты, – мягко ответила королева. – Его сверг младший брат, но позволил забрать с собой единомышленников. Наш родной мир был больше этой долины, но невелик, поэтому прапрадед рискнул и перебрался сюда. Когда он пришел в эту долину, здесь не было людей или летунов. Но разведчики, отправленные за горы, пусть и проходили свободно, обратно не возвращались.

При этих ее словах Тедди мысленно похвалила себя за благоразумное решение оставаться на месте.

– Я ничего об этом не слышал, – с подозрением произнес Алисо.

– Это знание передается по наследству.

Ох, не стоило Маре так нажимать на слово! Теперь Алисо разозлился еще сильнее. Правда, это было заметно только по его морде, встопорщенным усам и яростно горящим глазкам. А вот голос у него оставался спокойным.

– Ну так расскажи мне это сейчас, мама, – процедил он. – Я так понимаю, недолго нашим предкам удалось оставаться в одиночестве? И до того, как дядька притащил двуногих, откуда-то взялись и летуны. С чего ты вообще решила, что они пришли из большого мира, а не из такого же тоннеля, как наш?

– Такие вопросы могла бы задавать твоя дочь, но никак не ты, – укорила его Мара и обвела когтистой лапой вокруг. – В этом мире нет летающих существ кроме них, и все прочие живые существа с шестью конечностями. Отличаются от них лишь те, что пришли с людьми. Жаль, что мы не догадались перетащить из своего мира хотя бы личинок крастоноса, сейчас бы не сидели впроголодь.

Тедди закрыла рот обеими руками. Ей одновременно хотелось и спросить, кто такой крастонос, и в ту же минуту заявить, что не особо они и страдают, объедая людские деревни! К счастью, для первого вопроса у нее был такой же запутавшийся отец.

– Крастонос? – переспросил он с обескураженным видом.

– Это такой мясистый гриб, основная туша которого напоминает огромного и толстого червя, скрытого в земле, – пояснила Мара. – Сложно только найти его щупальца, выступающие на поверхности, – эта охота не для слабых духом. Крастонос может отводить взгляды и заводить в непроходимую чащу. Зато, если все-таки его находят, еды хватает на зиму крупному мышиному городу. А зимы в нашем мире долгие.

– Раз он может отводить взгляд от себя, он что же, разумный? – не выдержала Тедди.

Мара некоторое время молчала. Может, стеснялась признаться, что сама не знает. Все-таки она родилась уже в этой долине.

– Убежать не пытался, – она все-таки прервала молчание. – Значит, не разумный.

Вот и пойми ее, предупреждение это или угроза!

– Она не становилась мышью, а значит, должна перейти горы! – На Алисо их разговоры о разумности гриба не произвели ровным счетом никакого впечатления. Он все думал о своем. – И она была летуньей! На нее действуют травы! Я пытался усыпить Бубо, и она едва не уснула следом!

– Зачем, спрашивается, тебе было трогать принцессу Тинатин! – всплеснула лапами Мара, мигом отвернувшись от Тедди. – Она же залог союза с пернатым племенем, и это на пользу и им, и нам!

– Но не мне, – буркнул Алисо. – Сытое войско – это и не войско вовсе. Как за мной пойдет армия, если у них всего будет вдоволь, и не будет ненависти к чужакам?

– К чужакам? – прервала его Мара. – Да ты сам для них больший чужак, чем пернатые! И куда тебе рваться в большой мир, хоть через кротовину, хоть через горы, если ты не можешь уничтожить даже проклятие нашего рода, эти три деревни!

– Люди-то вам чем мешают?! – не удержалась Тедди.

Нет, ей совсем не нравились деревенские жители, кроме разве что Василия. Если уж совсем начистоту, то чужое воспоминание, что рассказывало об их предках, тоже совсем не впечатлило. Однако какими бы бравыми вояками ни были предки несчастливцев, в которых она узнала завоевателей Урала и Сибири, сами люди в долине были всего лишь их потомками.

Некстати она вспомнила, как Оля Ниточкина пыталась в докладе по истории рассказать о каких-то шишигах, проще говоря, бесах, которые сопровождали русских первооткрывателей. Что, если легенды не лгали и такое тайное оружие у Ермака и впрямь было? Только не потустороннее, всего лишь разумные мыши, нечаянно попавшие в чуждый для них мир и вынужденные служить людям. Но как это касалось праправнуков тех людей, что когда-то перебрались в новый для них мир?

Вспомнив о Ниточкиной, Тедди немедленно захотела встретиться с одноклассницей и рассказать ей, что шишиги никакая не сказка.

Вот тут-то девочка и одернула себя. Расскажет она что-то Ниточкиной, как же! Она даже не может точно быть уверенной, что вернется домой!

Даже если она убежит – не на это ли намекала Мара? Убежит и оставит Димку, понадеявшись на то, что ненаследный и некровный принц лучше никакого, к тому же проклятие прадеда Тедди не должно было коснуться Димки – он был младше сводной сестры на месяц, и если уж соблюдать эту глупую клятву, то именно он мог стать наследником Мары. Что до родной крови, то он сейчас сам выглядел как мышь, куда уж больше! Так можно было бы убедить себя и бежать. Понадеяться на помощь Болотной ведьмы и выбраться в родной мир. Только есть одно «но». Что она будет делать там одна, без отца, мачехи и Димки?

Тедди вдруг поняла, что пусть она и считает себя почти взрослой, но понятия не имеет, как готовить, где платить за квартиру и где, собственно, брать то, чем за нее платить.

Нет, в самом лучшем случае она продержится до конца лета, и это при условии, что Матильда оставила деньги там, где всегда хранила. А потом начнется школа, и ее обязательно вычислят. Отправят в приют или куда там отправляют тех, кому уже исполнилось четырнадцать? О, четырнадцать. Ей нужно будет получать паспорт. Может, и впрямь проще остаться в этом мире?

– Мы напрасно так долго находимся на открытом месте, да еще и рядом со следами дракона, – тем временем спохватилась Мара. – Скорее возвращаемся в лес!

– Дракон вряд ли сюда вернется, не бойся, – хмыкнул Алисо.

– Дорогой мой, я боюсь не дракона, – вздохнула Мара. Она остановилась и вытянулась, становясь на удивление не только словно больше, но и шире. Корона из когтей тускло засветилась. – Только все равно уходить уже поздно. Присмотри за девочкой.

Прежде чем Тедди успела сообразить, о чем говорит Мара, отец одним прыжком оказался рядом с ней, рывком поднял на ноги и крепко обхватил одной лапой за талию, а другой закрыл рот.

– Только пикни, и я рискну Голосом, – на грани возможностей слуха уловила девочка шопот Алисо.

Впрочем, она едва его расслышала не из-за того, что он сказал тихо. В это время воздух оказался наполнен шелестом так, словно кто-то переключил программу. Только что была тишина и пустое небо, и вот уже перед ними прямо на застывший и скользкий кусок горной породы опустились два летуна. На первый взгляд они походили на Сола и Тинатин в ее бытность в перьях, но лишь на первый взгляд. Точнее, женская особь – Тедди определила это по невысоким закругленным ушкам и более мягкому изгибу клюворта – была очень похожа на и принца, и на принцессу, так что девочка поняла, что видит перед собой если не королеву, то старшую принцессу. Ту самую, что убила родного брата, чтобы оставаться наследницей. Вспомнив об этом, Тедди понадеялась, что их посетила все-таки королева.

А вот ее спутник лишь на первый взгляд походил на летунов, в основном своим птицеподобным силуэтом. А вот лицо… или как это называется у птиц? В общем, та часть, что с клювом и глазами, менялась ежесекундно, так быстро, что Тедди видела лишь обрывками, как вдруг удлинялся или укорачивался клюв, а то и вовсе сменялся мышиной мордой или человеческим лицом. Померещилось ей или нет, но мгновение она смотрела даже в свои собственные напуганные глаза. В остальном же казалось, будто лицо летуна скрывает мельтешащая пестрая дымка.

– Чему мы обязаны возможности лицезреть Многоликого? – спокойно спросила Мара.

Но Тедди видела, сколько усилий старой мыши требовалось, чтобы не склониться в поклоне. Напряженность ее спины можно было заметить даже через мантию. Хотя тут девочка в который раз подивилась отваге бабушки. Какой бы сильной колдуньей она ни была, вот так, без свиты и армии оказаться в короне из когтей летунов и мантии из их перьев перед определенно не самыми последними из них и не дрогнуть…

Алисо пошел не в мать. За спиной Мары он попытался сдвинуться в сторону леса, прикрываясь дочерью. Тедди уперлась ногами, а потом с силой ударила ботинком по босой лапе отца. Тот еле слышно охнул, но волочь ее к лесу прекратил. Хоть что-то хорошее! Тедди собиралась присутствовать при этой встрече, чего бы ей не стоило.

– Где. Моя. Дочь, – четко и раздельно произнес многоликий летун. А что голос его при этом менялся от хриплого до писклявого и обратно к басовитому, то это внушало только больший ужас.

– Тинатин Бубо, – воркующим мягким голосом произнесла спутница Многоликого. Теперь окончательно было понятно, что это король и королева летунов.

«Летунов Неблагой долины», – мысленно поправила себя Тедди.

Странно, но царственные особы путешествовали без свиты, тогда как Сола сопровождали охранники. А охранники ли это были или же надсмотрщики, как за самой Тедди? Сол точно нуждался в таких, раз ночами воровал яблоки. Да и будь такая свита у ее отца, может, он не вырос бы таким… Хотя о чем она вообще думает, вырос бы!

– Тинатин в безопасности, – медленно произнесла Мара, и Тедди только сейчас сообразила, почему ей заткнули рот. Бабушка не собиралась признаваться, что потеряла принцессу! – И вы сами отдали ее нам в знак заключения союза между нашими племенами.

– Какой еще союз? Тина же совсем птенец! – возмутилась королева. Надо же, как похоже с тем, что говорила Тедди про Димку! – И потом, Сол устроил это без нашего ведома. Когда он сказал, что знает способ заключить союз, мы не подозревали о том, что речь идет о Тине.

– Разумеется, ведь вы уже слышали к этому моменту о том, что у меня появилась внучка, не так ли? – усмехнулась Мара. Ее корона стала светиться чуть ярче.

– Сол понесет наказание за обман, – прервал ее Многоликий своим странным меняющимся голосом. – Я не верю в безопасность дочери, когда вернулся твой сын, Мара.

«Кажется, Тину и впрямь любят!» – Тедди даже удивилась этому. Почему-то она привыкла думать о Тине и прочих летунах с точки зрения Сола, а вот о том, что его мнение может разниться с мнением родителей, она и не подумала.

– Как видишь, Алисо здесь, со мной, Многоликий. – Голос Мары посуровел, и Тедди в который уже раз с завистью подумала, что Мара будет защищать сына несмотря ни на что. Это он может надеяться ее свергнуть, быть злобным пакостником и обманывать свою дочь. Для нее он был любимым сыном, и никакие его ошибки не могли изменить эту любовь. Наверное, так бывает и с другими мамами. Тедди этого знать не могла и гнала от себя эти мысли. Лишь бы не вспоминать, кто в этом виноват. Потому что иначе ей придется как-то жить с тем, что убийца – да-да, убийца! – ее матери – это ее отец. И она находится с ним в одном и том же мире, стоит рядом и не пытается ничего сделать. Вот так.

– Сол не настолько глуп, чтобы предлагать сестру моему сыну. У принцессы есть брат.

Королева прижала когтистую лапу-руку к клюву. Похоже, она и впрямь ничего не знала и была уверена, что Тинатин погибла. Теперь она выглядела растерянной. Тедди понимала ее чувства. Бывало, поссоришься с кем-то чуть ли не до драки – и завтра все, ее не миновать. Готовишься всю ночь, думаешь, как если не победить, то хотя бы в грязь лицом не ударить. Приходишь, а противник и думать о тебе забыл. Или того хуже, решил извиниться. А из тебя сила, страх и неуверенность, того и гляди, во все стороны хлестать начнут – не удержишь! Еще в дискуссиях в интернете так бывает, если вдруг с тобой оппонент соглашается. И с королевами, как оказалось, тоже.

– Признанный мною ненаследный принц Дмитрий. Это он жених Тинатин, – добавила Мара рассеянно. – С него и спросите о своей дочери.

Тедди задергалась в лапах Алисо, пытаясь подать царственным особам знак, что Димка понятия не имеет, где Тина, как и сама Мара. Может, королевская чета, имеющая крылья, скорее нашла бы дочь! Но вот незадача: глупый Сол, похоже, перестарался с тайнами, и, наверное, королева и Многоликий даже не подозревали, что непривычно одетая человечка – та самая принцесса, о которой шла речь. И уж тем паче им никто не собирался рассказывать, как сейчас выглядит некогда пернатая принцесса, а значит, искать они ее могут долго. Если, конечно, не догадаются обратиться к Болотной колдунье.

Нет, если бы у самой Тедди под рукой была такая могущественная ведьма, она бы по всем вопросам обращалась сначала к ней.

Тем временем Многоликого заинтересовали следы на земле. Их было сложно не заметить, что и говорить. Только королева летунов, погруженная в мысли о дочери, и могла такое пропустить.

– Что это? – указал он острым когтем на расплавленные камни. Лапы у него были еще более тощие, чем у прочих летунов, но жилистые. Почему-то казалось, что он значительно старше и своей королевы, и даже Мары.

– Похоже на следы огнедышащего ящера. – Мышиная королева ответила с таким жаром, что Тедди даже засомневалась, что правильно поняла ее желание уйти отсюда до появления королевской четы. Может, Мара, наоборот, хотела, чтобы они увидели это? – Почти уверена, что с крыльями. Не иначе как из-за гор залетел, у нас-то в долине я таких огромных ящериц не видела. Маленькие встречались, но без крыльев и огня. Зато шестилапые. А у этого ящера сколько лап, мы пока не выяснили.

Ей пришлось прерваться, потому что к этому моменту лицо Многоликого начало меняться так быстро, что смотреть на это было больно глазам. И одновременно говорить вовсе не получалось бы. Даже у Мары, вот она и замолчала.

– Ты лжешь, Мара, – наконец произнес король летунов. – Таких существ никогда не встречалось за горами.

– Я всего лишь предположила, – ухмыльнулась мышиная королева, так жадно глядя на Многоликого, словно он знал ответы на все ее самые сокровенные вопросы. Хотя… может, так оно и было? Жаль, что Тедди не могла вымолвить ни слова, иначе она бы как спросила!

Девочка на мгновение перестала вырываться и поддалась желанию представить, что было бы, задай она свой вопрос. Неужели Многоликий знает, что находится за пределами долины?

Сзади шею защекотало что-то, будто прядь волос скользнула по позвонкам, а затем девочка услышала голос отца:

– Многоликий, ты действительно знаешь, что находится за горами?

Тедди, наверное, показалось, но Многоликий удивился. Но еще больше удивились обе королевы, впервые с начала этой встречи все их внимание сосредоточилось на Алисо и его пленнице.

– Мы встречались раньше, ненаследный король Алисо Второй, – медленно произнес Многоликий. – И тебе известно, что я последний живой из тех, кто пришел в Неблагую долину управлять и наблюдать. Тебе не стоило использовать против меня Голос. На меня это не действует.

– Это не я! – взвизгнул Алисо и оттолкнул Тедди так, что она, сделав несколько шагов по инерции, упала, больно ударившись локтями и коленками да еще и испачкавшись пеплом. – Это она! Она!

Кажется, всего несколько минут назад Тедди была возмущена тем, что ее игнорируют. Что же, бойтесь своих желаний, исполняются в короткий срок самые дурацкие из них. Теперь все смотрели лишь на нее, а она только и сумела, что неловко подняться на ноги.

– Кто ты, человечка? – мягко спросила королева летунов. – Ты не похожа на тех, что живут в нашей долине, и мне чудится, что ты летала, как мы.

И Тедди не нашла ничего лучше, как сказать правду. Нет, если бы она на самом деле сказала свою правду, назвалась Тедди и заявила бы, что она человек, – ничего бы не случилось. Но общение с Марой и отцом не пошло ей на пользу, и в голове у нее сложилось, будто их правда точно такая же, как ее. Поэтому, отряхнув коленки, она ответила:

– Принцесса Теодора.

Позади что-то забормотала Мара, но Тедди не успела даже оглянуться.

– Отлично, – произнес Многоликий. Он шагнул к девочке и крепко вцепился костлявыми верхними лапами в ее плечи. – Обмен. Будет обмен.

Прежде чем Тедди поняла, о чем речь, она резко оторвалась от земли. Что-то кричала Мара, визгливым писком казался голос отца, но все это осталось внизу, а над Тедди шумели крылья, в плечи больно вонзались когти, и она не могла оторвать взгляд от лица несущего ее Многоликого – до тех пор, пока от мельтешения голова не закружилась настолько, что она обмякла в лапах короля летунов, проваливаясь то ли в обморок, то ли в наведенный кем-то сон.

Конечно, мысль про наведенный сон не сразу пришла ей в голову, а лишь когда очнулась. Пробуждение ее не было приятным. Она лежала на чем-то жестком в полной темноте, щекой упираясь в колючую стену, которая – девочка нащупала руками – простиралась дальше, чем она могла достать. И разумеется, Тедди не успела даже освоиться здесь, как прямо рядом с ней зажглись, как фонари, два больших круглых глаза.

От неожиданности Теодора взвизгнула, да так громко, что глаза немедленно превратились в щелочки.

– Не ори, принцесса, тут и без тебя от каждого звука эхо, – недовольно прощелкали над ухом.

Тедди села.

– Сол? – неуверенно спросила она.

– Смотри-ка, запомнила, – развеселился пернатый принц. – Никак понравился? Вот и ко мне домой без спроса заявилась!

– Ничего себе дом! – присвистнула Тедди. Она успокоилась. Сол был летуном вредным и порой откровенно недобрым, но зла она от него не видела. Да и сидел в этой темнице он вместе с ней, так что выходило, что он товарищ по несчастью. – Это тюрьма какая-то!

Что такое «тюрьма», Сол не знал, а когда Тедди пояснила, неожиданно страшно оскорбился.

– С ума сошла, глупая человечка! Это мое спальное гнездо, между прочим!

– Что-то оно твердое для спального, – съязвила Тедди, нащупывая под собой толстые сплетения ветвей.

– Так ты сначала на мягком лежала, а потом ворочалась во сне да и свалилась на голый пол, – пояснил принц. – Аккурат к моменту, когда мне самому спать захотелось.

Глаза Тедди уже привыкли наконец к темноте, и она разглядела, что принц сидит на чем-то мягком, похожем по своему виду на мантию Мары. Так вот почему пернатые спокойно относились к одеянию мышиной королевы! Они и сами использовали свои перья для создания уюта. Правда, вот ей, Тедди, уюта не хватило. На Сола она не могла разозлиться, как ни пыталась. Уж очень потешно он выглядел, распушившись по всей своей лежанке, как курица-наседка, и пытаясь при этом сохранить воинственный вид.

– Хорошо, свалилась, и очень вовремя, – покладисто согласилась она, заслужив удивленный взгляд круглых светящихся глаз. Ага, не ожидал! Так его! – Но что мы с тобой вообще делаем тут вдвоем, если это не тюрьма? У вас дефицит с жильем, что ли, и всех провинившихся в одно место суют?

Разумеется, слова «дефицит» принц тоже не знал. Если так дальше пойдет, то разговор их затянется или Тедди придется научиться говорить попроще.

– Меня попросили присмотреть за тобой, пока ты не отойдешь от сна, – пояснил Сол. – Неизвестно было, как ты переживешь его колдовство, на человечках его никогда не испытывали. А вот мыши могут и не проснуться.

Против воли Тедди вспомнила, как ее отец пытался усыпить Тину. Кажется, с Многоликим у него было что-то общее. Зато теперь она поняла, что превращение в летуна, пусть и кратковременное, принесло ей больше пользы, чем вреда. Хотя судить еще было рано. Она пока что находилась в плену. Может, для Сола и нормально сидеть в наглухо закрытом гнезде, но она отлично помнила последние слова короля про заложника. Ее хотят поменять на Тинатин, но никто из мышей не знает, где пернатая принцесса…

– Я была крылатой, – рассеянно ответила она, думая о своем. Как же понять, что делается в королевстве летунов, когда она едва-едва начала разбираться в собственном мышином? Ха, стоило лишиться могущества, как она стала воспринимать мышей как своих. Поздновато как-то, нет?

– Тогда понятно, – с облегчением прощелкал Сол. Он совсем не удивился. – А снова стать можешь? Так тебе было бы удобнее в нашем королевстве.

– Нет, я… – Тедди прикусила язык, чтобы не проболтаться насчет потери Голоса. Не стоило рассказывать о себе слишком много. – Не могу.

– Ладно, – не стал любопытствовать Сол, умничка какой. – А король попросил меня за тобой присмотреть, чтобы убедиться, что с Тинкой был единичный случай.

– В каком смысле? – осторожно переспросила Тедди. Непонятно, что знал Сол, а чего не знал. С Тинатин случилось так много с тех пор, как брат сдал ее Тедди в качестве невесты Димке!

– Я за ней тоже присматривать должен был, – нехотя пояснил принц и с досадой добавил: – Кто же знал, что у короля на непутеху какие-то планы есть.

– А почему ты короля королем зовешь, а не отцом? – Тедди и в первый раз это заметила, но сейчас просто не смогла продолжать игнорировать.

Принц молчал долго. Тедди успела испугаться, что заговорила о чем-то, о чем говорить не принято, и убедить себя, что ничего страшного в этом нет, когда он наконец заговорил.

– Я же не первый наследник, чтобы отцом звать, – нехотя произнес он. – Да, сестрица старшая на престол не претендует, она главная над черными крыльями, ей хватает. И пока нет сиблингов, кому передалась многоликость, я наследный принц. Но мама снова на гнездо садится, так что, может, и недолго мне радоваться.

Кто такие сиблинги, Тедди знала. Можно было и просто сказать – братья и сестры, ну да Солу и так разговор непросто давался. А вот про многоликость было на самом деле очень интересно.

– А зачем королю такой же наследник? – спросила она, не рассчитывая, впрочем, узнать много.

Но ей просто несказанно повезло, Сол и впрямь знал очень много.

– Многоликий очень стар, – пояснил принц с благоговением. – Он возглавлял отряд, который отправился в Неблагую долину. Говорят, это была… как же это правильно… экспедиция. Я правильно сказал?

– Правильно-правильно, – успокоила его Тедди. Вот сама себя она спокойной не чувствовала, потому как совсем перестала понимать, что происходит.

Если верить словам Сола – а он и сам слабо понимал многое из того, о чем говорил, – он будто всего лишь пересказывал сказку или легенду. Впрочем, с учетом того, как давно это было, вполне могло статься, что это лишь легенда.

В этом мире повсюду жили летуны. Эволюция сделала их разными, чтобы они занимали разные ниши и не мешали друг другу. Они не искали подходящих деревьев или пещер для гнезд, а создавали сначала ветвистые конструкции, а на них укрепляли уютные однотипные помещения. Одни летуны занимались этим, другие выращивали грибы и травы, даже животных, многие из которых тоже летали, и требовалось немало усилий, чтобы загнать их в ловушку. Но самыми интересными были многоликие. Они обычно становились учеными, ведь их особая магия позволяла запомнить все, что встречалось за жизнь многоликого. А его вечно меняющееся лицо – это слепки тех, кого он видел за свою жизнь. Многоликие были лучшими наблюдателями, учеными, хранителями памяти целых птичьих городов. Таковым был и младший брат короля. Тогда у него было другое имя, ведь даже в том же городе, где он жил, многоликих было несколько.

– Ты только не говори никому, – запоздало обеспокоился Сол. – Или король меня ощиплет! Эта тайна нашей семьи.

– Не переживай, Тина – невеста Димки, так что мы почти что родственники, – успокоила его Тедди и поторопила: – Что там дальше было?

Снова кому-то обещать что-либо она не собиралась. Даже ценой неощипывания Сола.

А вот принц этого даже не заметил, похоже, не ожидал от Тедди такого коварства. Сколько бы он ни дразнил ее Алисо или Марой, а все же считал совсем другой. Впрочем, и девочке было бы жаль его в этом разочаровать. Точнее, саму себя.

– Экспедицию отправили в эту долину, чтобы разобраться, что в ней происходит, – бодро продолжил пернатый принц. – Тут постоянно кто-то пропадал, а иногда кто-то появлялся. Деревья вели себя странно, горы едва заметно шевелились, словно при землетрясении.

«Ага, землетрясения тут бывают», – мимолетом кинула в свою копилочку информации Тедди. Мир открывался перед ней неохотно, крошечными фрагментами.

– Потом я не знаю, что было, – честно признался тем временем Сол. – Вот Тина рассказала бы лучше, ее Болотная ведьма учила.

– Тины тут нет, рассказывай, что знаешь, – подбодрила его Тедди.

– Известно только, что однажды вся команда летунов оказалась словно замурована в долине. – Сол прочистил клюв. Кажется, ему было непривычно так говорить про свой дом. – Очередной посланец с новостями не сумел перейти горы. Он погиб там. Пытались еще двое или трое, у кого там осталась семья, но все напрасно. Многоликий предположил, что возмущение долины плохо влияло на весь мир, и король решил закрыть долину.

– Почему не вывели экспедицию? – удивилась Тедди. Не то чтобы она не верила Солу, но люди своих в беде старались не оставлять. Только если был совсем крайний случай. Долина, может, и была Неблагой, но уж никак не крайним случаем.

– Никто точно не знает, – уклончиво ответил Сол. – Но мама думает, что король опасался влияния брата на народ. И отправить его в эту экспедицию было лишь предлогом.

Тедди вздохнула. Может, Сол был и прав. Но она за последние дни привыкла, что многое не такое, каким кажется. Что до Многоликого, то он ей не слишком понравился. И может, это было связано с тем, как она сюда попала, или же с наведенным – теперь она была в этом уверена – сном. Но верить словам короля она пока не собиралась. У нее и своих королевских родственников хватало, что врут как дышат!

И тут же она вспомнила, как отец пытался заставить ее перейти горы. Вряд ли он всерьез желал ей смерти, все еще опасаясь за Голос. Может, он знал что-то, что не знают летуны? Или даже не так. То, чего не знает Сол.

– А переход через горы убивает прямо сразу? – продолжая думать о своем, спросила она, чтобы не сидеть молча в темноте.

– Почему сразу? – удивился принц. – Если бы мы знали, где проходит эта линия, проще было бы. Хоть часть гор бы себе забрали, а то места всем не хватает, еще мыши твои, да люди… тоже твои!

За вдруг вспыхнувшей злостью он попытался скрыть неуверенность, но Тедди не дала ему успокоиться.

– А как тогда вы узнали, что посланники погибли? – продолжила допытываться она. – Может, они просто решили не возвращаться?

– Да не знаю я, – распушил перья Сол. – Меня тогда даже не было!

Отвлеченная разговором – или поддразниваниями Сола, Тедди не сразу заметила, как в гнезде стало светлее. А когда обнаружила это, было уже поздно, и ветви за спиной Сола волшебным образом распутались. Проем увеличивался быстро и вскоре вместо глазка едва ли с ноготь вырос до таких размеров, что можно было различить силуэт Многоликого.

– Вижу, вы нашли общий язык, – в голосе короля не было эмоций, но почему-то Тедди решила, что он недоволен. – Сол, ты по-прежнему остаешься здесь, а с нашей гостьей теперь побеседую я.

– Оставь открытым гнездо, – буркнул принц, немедленно теряя интерес и к разговору, и к самой Тедди.

А неплохо отец его выдрессировал! Да, видимо, недостаточно, раз Сол умудрился провернуть эту операцию с Тиной так, что венценосные родители не успели даже сообразить. Тедди загрустила. Где теперь бедная пернатая девочка, да еще вынужденная пешком передвигаться по лесу? Даже ей, заложнице, не в пример лучше.

Впрочем, она передумала жалеть Тинатин, едва покинула гнездо вслед за королем. Многоликий терпеливо ждал ее, но Тедди не могла двинуться с места.

Вообще-то она не боялась высоты. И на то дерево с Димкой забралась без страха. Но с тех пор, как обнаружила, что в лесу живут птицеподобные люди или человекоподобные птицы, – поди разберись, как правильно, она пыталась понять, где именно они живут. Пусть деревья в лесу были покрепче и повыше, чем в обычном лесу, но не настолько, чтобы выдерживать гнезда. А после знакомства с Болотной ведьмой Тедди и вовсе не могла перестать об этом думать. Спросить Тину она не догадалась, и напрасно.

Сейчас девочка обнаружила, что стоит на краю шарообразного гнезда из ветвей, магией или еще как прикрепленного к краю пропасти, на дне которой текла речушка. И по обоим отвесным склонам, насколько хватало глаз, висели гнезда. Где-то одиночные, а где-то гроздьями, точь-в-точь как лягушечья икра в речке у берега. Если бы Тедди осмелилась посмотреть наверх, она бы обнаружила, что на краях пропасти стоят деревья, крепко обвивающие корнями камни, не давая им рассыпаться, и на этих деревьях тоже гнезда. Но девочке хватило и того, что она видит. Она отодвинулась от края, но обратно в гнездо не полезла, справедливо решив, что усыпят и все равно вытащат. Лучше уж самой.

К тому же, пусть она и не была мышью, но была их принцессой и перед лицом опасности не могла себя повести как рядовая мышь.

Так, уговаривая себя, Тедди вскарабкалась на гнездо и огляделась. К ее огромному удивлению, здесь оказались удобные ручки, за которые можно было хвататься, и что-то вроде рельс протяженностью во весь обрыв.

– Наши птенцы начинают покидать гнезда раньше, чем учатся управлять крыльями, – пояснил Многоликий. Похоже, он был впечатлен.

Тедди приободрилась. Осторожно, под чутким взглядом тысячи беспрестанно сменяющих друг друга глаз она карабкалась в указанную королем сторону, и с каждым разом у нее выходило все лучше. Одной рукой девочка продолжала хвататься за ручки в скале, и только это ее спасло, когда очередных двух или трех перекладин под ногами не оказалось.

Нет, это через мгновение Тедди уже держалась обеими руками, крепко прижавшись боком к холодному камню и пытаясь замедлить бешеное сердцебиение, а в тот момент она ничего не успела понять. Сделала шаг в пустоту и едва не вывернула плечо, когда нога стремительно пошла вниз, а за ней и вся она. Но удержалась.

– Эт-то ч-ч-то? – Не стучать зубами не выходило, но Тедди гордилась уже тем, что сумела выдавить из себя хоть пару слов.

Многоликий медленно поднялся в воздух и завис прямо перед девочкой. Только движения крыльев напоминали о том, что он не стоит в воздухе.

«И как они все-таки летают? У них должны быть очень легкие кости, – некстати подумала Тедди. – Как у птиц. Или дело в магии?»

Вторая мысль ее опечалила. С магией спорить сложно, и предугадать что-то тоже можно было даже не пытаться.

– Здесь птенцы учатся летать.

То ли Тедди привыкла к странной речи Многоликого, то ли что, но ей показалось, что она угадывает эмоции. Удивление и… досаду?

– Вы… вы хотели меня убить? – Девочка спросила наудачу, не рассчитывая на ответ.

Но Многоликий ответил:

– Возможно.

И скользнул вперед, понуждая следовать за ним. И как это понимать?

После незабываемого места, где птенцы якобы учатся летать, – его Тедди миновала, едва ли не слившись со стеной и цепляясь обеими руками за любые выступы, – дорога больше сюрпризов не приносила, да и прыгать по гнездам пришлось недолго, так что через полчаса девочка оказалась там, куда ее вел король.

Многоликий привел Тедди к глубокому проему в отвесной скале, который можно было бы считать пещерой, не будь он таким широким и недостаточно глубоким. Уставшей и порядком измученной девочке он напоминал открытый рот. Не самая лучшая ассоциация, но даже пугаться у Тедди сил не было. А вот ощутить под ногами каменную глыбу, а не пустоту или упругие ветви гнезд было неожиданно приятно.

В этой пещере – Тедди решила для себя все-таки считать зев в скале пещерой – ее и Многоликого уже ждали. Королеву Тедди узнала. Похожая на нее и Тину, но более тощая птица с короткими по-женски, но искусно заостренными ушками и злыми глазами, без сомнения, была старшей дочерью королевской четы. И то, что ее окружали так похожие на воронов летуны с черным оперением и мощными клювами, лишь подтверждало это.

В темном углу девочка с радостью обнаружила знакомое лицо – Болотную ведьму. И даже то, что чувствовала себя ведьма в этом каменном мешке немногим лучше самой Тедди, не уменьшило радость. Все-таки приятно знать, что хоть кто-то на твоей стороне. По крайней мере, она на это очень надеялась.

– Мышиная принцесса Теодора Мус, – провозгласил какой-то пестрый юркий летун, которого Тедди сначала не заметила, а потом не успела разглядеть. Невысокий глашатай мгновенно скрылся за широкими спинами черной свиты.

– Почему она выглядит как человек? – первая прервала молчание старшая принцесса. Да, похоже, Сол вообще мало с кем делился информацией в своей семье.

– Хороший вопрос, Дара. – Многоликий обошел Тедди и встал рядом с супругой. – Что скажете, принцесса Теодора?

Тедди оглянулась в надежде на подсказку, но даже Болотная ведьма ушла глубже в тень. Предательница. Объясняться ей не хотелось. Неизвестно, что на самом деле от нее хотят летуны и не ускорит ли она их решение, которое приведет к печальному результату? О том, что ее могут просто столкнуть с этого уступа вниз, она старалась не думать.

Помощь пришла с неожиданной стороны.

– Мне все равно, как выглядит принцесса. Возможно, Алисо перевел на нее свое проклятие, – выступила королева. – Вы ведь помните, что королева Мара прокляла его человеческим обличьем? Потом он пропал на много лет и сейчас явился снова, такой же мерзкий и серый, каким был всегда. Может быть, ему удалось избавиться от проклятия с помощью этого птенца и она ни в чем не виновата.

«В первой части ты права, – подумала Тедди. – А вот во второй… Если только нельзя обвинить в непроходимой тупости, тогда я и правда не виновата».

– Меня не интересует, почему наследная принцесса мышиного королевства выглядит так, – повторила королева. – Мне важно знать, где ее отец и бабка держат мою Тинатин. Я хочу видеть дочь, и, если ради этого придется вернуть принцессу Мус, я с радостью это сделаю.

Если до этого Тедди еще сомневалась, то сейчас она поняла совершенно точно – придется врать. Признаться, что Тинатин скрылась в лесу, да еще и в человеческом обличье, – это слишком. Однако и про Болотную ведьму забывать не стоило, так что врать надо было с оглядкой.

– Я не знаю, где Тинатин, – начала она осторожно. – Мне этого не говорили.

Уфф, тут, кажется, все пока правильно. Ей и правда никто ничего не говорил, потому что никто и не знал.

– Важно, что она сейчас выглядит почти как я… – Тедди замялась. Как бы она ни думала, говорить о том, что Тинатин такая же, только страшненькая, не хотелось. – Она сейчас человек.

– Как так вышло? – Королева схватилась верхними лапами за грудь, ее крылья уныло повисли.

«Интересно, она сейчас за сердце держится или у летунов другая анатомия?» – подумала Тедди и рассердилась на себя. Нашла на что отвлекаться! Хорошо еще, что они отошли от первого вопроса, вот в этом направлении и нужно продолжать работать.

– Мы хотели вместе бежать из мышиного королевства, – честно призналась она. – И у нас почти получилось.

Труднее всего было не смотреть на Болотную ведьму. Мало ли почему та до сих пор молчала. Влезать в чужие интриги Тедди ужасно не хотелось.

– И куда вы собирались бежать? – Это снова выступила Дара. Она щурила свои желтые до оранжевого оттенка глаза и недовольно пощелкивала клювом.

Вот как ей ответить, чтобы вышло правильно? Тедди поняла, что ужасно устала. Врать и изворачиваться – это было не для нее. Хоть она и привыкла быть одиночкой, этому немало поспособствовал отец и и их постоянно меняющееся окружение, но сейчас оказаться одной среди взрослых и откровенно настроенных против нее летунов было ужасно.

– В мой мир, – решила не врать она. – Мать моего брата, на союз с которым для Тинатин договорились Сол и королева Мара, пропала. Мы собирались ее найти.

Летуны переглянулись.

– Она говорит точно так, как рассказывала Болотная ведьма, – наконец произнесла королева с облегчением. – Значит, не врет.

Тедди оставалось лишь поблагодарить свою интуицию и то, что о пропаже Тинатин Болотной ведьме было неизвестно.

– Зачем вам нужна была мать принца? – Теперь заговорил Многоликий. А он так раздражал Тедди, что она не удержалась.

– Просто нам нужен хоть один взрослый, кто был бы за нас, – запальчиво ответила она. – Кто принял бы Тину как родную, кто любил бы ее, меня и Димку, хоть мы обросли бы перьями, шерстью или были вот такими!

– Тинатин очень нужна нам, – первым прервал неловкое молчание Многоликий.

Нет, что-то с ним было не так, иначе почему каждый раз, когда он открывал клюв со своими важными высказываниями, на девочку накатывало натуральное бешенство?

– Нужна, может быть, – ответила она со злостью. – Но недостаточно сильно, раз родной брат зовет ее «непутехой» и заключает на нее сделки. И как вы пропустили это, когда все ваши и мои подданные только и говорили о дружественном союзе?

Она так легко произнесла «мои подданные», что сама испугалась. Неужели и впрямь в ней заговорила кровь, и теперь она будет вынуждена вступить в схватку за престол?

– Мы слышали о дружественном союзе, – ответила королева раньше, чем Многоликий успел среагировать на такое хамство. – Он был заключен между двумя принцессами и не требовал изменения местожительства ни одной из них. Я была рада, что Тинатин сумела подружиться с наследницей королевы Мары, и не беспокоилась за нее. До тех пор, пока Болотная ведьма не сообщила, что вы были у нее и ушли. И что в Неблагой долине снова появился Алисо.

Против воли Тедди почувствовала себя виноватой, хотя уверенности в том, что они смогли бы удержать Алисо на той стороне, у нее становилось тем меньше, чем дольше она общалась с этим новым для нее отцом.

– Я такая же пленница в лабиринте, как и у вас, – пожала плечами девочка. – Разве что убить меня там пытались меньше.

Наверное, будь у короля какое-то одно лицо, можно было бы попытаться уловить на нем тень вины, но не в случае Многоликого. А прочие и вовсе решили проигнорировать ее намек.

– Мы обменяем тебя на дочь, – наконец произнесла королева, перед этим внимательно посмотрев на своего супруга. И что она могла понять в его дымке? – Как только Тинатин вернется домой, ты тоже вернешься к своим родственникам.

Тедди пригорюнилась. Ей не нравились оба варианта. Если Тинатин не найдется, ее прикопает где-то по-тихому кто-нибудь из этой странной семейки; а если найдется, она снова окажется под пристальным вниманием отца.

– Отдайте ее мне, – неожиданно потребовала Дара. Словно по невидимому Тедди знаку, черные раскрыли крылья. В пещере тотчас стало тесно. – Я присмотрю за ней лучше, чем вы смотрели за Тинатин.

Кажется, это даже не была просьба. Королева заколебалась. На старшую дочь она смотрела с опаской, но и соглашаться не спешила. Тедди скрестила пальцы. Попасть в лапы летунье, безжалостно убившей родного брата, ей вовсе не хотелось.

– Это наказание для Сола – присматривать за принцессой, – попыталась успокоить старшую дочь королева, но та лишь презрительно щелкнула клювом.

– Он за своим хвостом проследить не может, куда ему уследить за принцессой! У меня она будет в большей сохранности.

– Ты обещаешь? – неожиданно прервал ее король.

– Обещаю, – легко откликнулась та.

И, как и прочие обещания в этом мире, это снова должно было повлиять на жизнь Тедди. Что за напасть!

– Помни о том, что ты обещала. – И Многоликий повернулся к Тедди спиной, словно она ему была больше неинтересна. А потом и вовсе распахнул крылья и вылетел из пещеры.

Королева открыла было клюв, но после того, как король покинул собрание, молча отправилась за ним.

И сколько бы Тедди ни молила взглядом каждого летуна, чтобы они заступились за нее, все улетали. Остались только трое из черных летунов, Дара и сама Тедди. Болотная колдунья отбыла последней, кидая сочувственные взгляды на заложницу, но так и не сделав ничего, чтобы ей помочь.

Как назло, в голову Тедди лезли только самые ужасные мысли. Что-то о том, как же кошмарна старшая принцесса, что ей не перечат даже король с королевой! И когда та сделала шаг к Тедди, девочка рефлекторно отпрыгнула вглубь пещеры. Далеко ей упрыгать не удалось, разумеется. За спиной оказалась каменная стена.

– Ты боишься? – удивленно подняла ушки Дара. И тут же ее взгляд блеснул пониманием. – Ах да, тебе уже рассказали… И кто постарался, Кора или Сол? Или отец?

От страха Тедди не могла вымолвить ни слова, лишь сильнее прижималась к стене пещеры, ожидая, что вот-вот острые клюв и когти раздерут ее на части и даже трем молчаливым спутникам пернатой принцессы ничего не останется. Хотя по их безмолвным лицам сложно было понять, интересно ли им хоть что-то. Кажется, даже если сейчас бы прямо к пещере подлетел дракон, они бы и клювов не открыли.

Дара тем временем шагнула еще ближе, и Тедди закрыла глаза. Из-под плотно сжатых век брызнули слезы.

– Не трясись, принцесса, – раздался над ухом голос Дары. – Я слово дала.

– Звучит не очень убедительно, – пробормотала Тедди.

Глаза она зажмурила еще сильнее, словно так ей было менее страшно. Но проверенный факт: если ты можешь говорить, то не так уж тебе и страшно. Да и ничего до сих пор не происходило, и Тедди пришлось открыть глаза.

Дара стояла прямо перед ней, только руку протяни, и уткнешься в мягкие перья, точь-в-точь как у Тинатин. Вспомнив пропавшую подружку и то, отчего у самой Тедди такая незавидная участь, девочка разрыдалась уже по-настоящему.

– Ужас какой! – искренне поразилась Дара. – Это еще что за новости? Я такого не видела, но забавного в этом немного. Так, Ри и Рри, вы следите, чтобы за нами никто не последовал, а на тебе, Р`и, принцесса. Чтобы ни перышка с ее крыльев… тьфу ты, в общем, следи, как за собственными крыльями!

Для Тедди имена их спутников прозвучали почти одинаково, но те явно услышали разницу. Сначала из зева скалы вылетел первый, за ним в воздух поднялась Дара. Третьими летели пресловутый Р`и, крепко прижавший жилистыми верхними лапами девочку к груди так, что ее не беспокоил ветер или страх высоты. Она просто ничего не видела, кроме длинного острого клюва над головой. Наверное, последний летун летел следом, но проверить Тедди не могла. Бояться девочка уже устала, реветь на неизвестной высоте было глупо, и она просто размышляла над тем, что лезло в голову.

Например, о том, как же летают эти существа. Судя по силе того, кто ее нес, он никак не мог быть обладателем легких и хрупких костей. Значит, все-таки магия. В груди под черными перьями слышался быстрый перестук, и Тедди мучилась догадками: кажется ей или сердца все-таки два, причем бьются они отнюдь не в унисон? А если ей не послышалось, то как и почему они работают?

За этими мыслями она не заметила, как Р`и осторожно опустил ее на землю. А когда огляделась, то испугалась еще больше. Они были в горах.

– Чего ты снова трясешься? – с любопытством спросила Дара, склонив голову набок, как самая обычная птица, только большая.

Делиться тем, что она знала про горы, вот так сразу не хотелось, поэтому Тедди ляпнула первое, что пришло в голову:

– А у вас одно сердце или два?

На удивление, кровожадная принцесса не разозлилась, а спокойно ответила:

– Два. А почему ты решила об этом спросить?

– Не могу понять, как вы существуете, – честно призналась Тедди. – Сначала мне казалось, что мыши – просто огромные мыши, а вы – просто огромные птицы…

Тедди остановилась из-за странного звука. Принцесса смеялась.

– Ты забавная, – наконец произнесла она. – Понятно, почему Сол тебя побаивается. Что до наших сердец, хоть это и не твое дело, но поясню. Одно отвечает за круг кровообращения, который работает только для крыльев.

Тедди открыла рот. Она привыкла к «человеки» и тому подобному из уст Тины и Сола, и Дара ее поразила больше, чем она ожидала.

Увидев ее выражение лица, пернатая принцесса снова рассмеялась. Но в этот раз смеялась совсем недолго, вскоре ее глаза не мигая смотрели на Тедди с самым серьезным видом.

– А теперь рассказывай, что на самом деле случилось с моей бедной сестренкой на этот раз, – потребовала она.

Тедди не знала, как поступить. С одной стороны, ей невыносимо хотелось поделиться тайной, да просто попросить помощи, если уж на то пошло! Но Дара ее пугала. И место, куда они прилетели… Если это горы, то разве не все пернатые должны были держаться подальше от этих мест? Или Сол снова наврал? Непонятно.

Увидев, что Тедди колеблется, Дара в раздражении развела крыльями.

– Теодора, поверь, я желаю сестре только добра. Если кто и может ей помочь, то только я!

– Как помогла брату? – Язык стоило держать за зубами, но хорошие мысли в голову Тедди приходили с опозданием.

– Да, я его убила. – Надо же, Тедди была столь уверена: принцесса будет оправдываться, что такой ответ стал настоящим потрясением. А летунья тем временем продолжала: – Я росла любознательным птенцом и задавала много вопросов. Меня не любили, и, видя это, брат попытался меня убить. Я всего лишь оказалась быстрее. Но выжить в дальнейшем мне помогло то, что кто-то пустил слух, будто это не было случайностью. Меня стали бояться, и правды не знал больше никто.

Тедди покосилась на молчаливых черных.

– Р`и, Ри и Рри не выдадут, – на ее взгляд ответила Дара. – Они немые, и, кроме меня, их никто не понимает. У нас не очень любят тех, кто отличается.

– У вас? – снова не удержалась Тедди. – Да вы все разные, как птицы в моем мире! И это если не говорить о Многоликом!

– Это другое. – Дара покачала головой. – Я объясню позже, поверь. Лучше помоги Тинатин, если ты ее подруга. Где сейчас моя сестра?

И Тедди не выдержала. Тайна давно мучила ее, и то, как уверенно Дара говорила о своей сестре и что она может помочь, стало последним толчком.

Сбиваясь и путаясь, она рассказала все с самого начала. С того самого момента, как впервые увидела Тинатин. Не упустила она и того, что сопровождали Сола черные летуны. Впрочем, на Дару это не произвело должного впечатления. Она только хмыкнула и кивнула.

– Хорошо, – произнесла пернатая принцесса, когда Тедди закончила свой рассказ. – Как можно отличить Тину от другого человека?

– А вы вообще людей различаете? – спросила девочка.

Вопрос только на первый взгляд был глупым – вот мышей Тедди почти не различала. Кроме Мары, конечно. А вот Димку или Нинку могла узнать только вблизи, остальные и вовсе сливались в одно серое пятно.

– Различаем, – успокоила ее Дара. – Опиши.

Тедди задумалась. Ах, если бы она не попросила мышей добыть чемодан с красками и кистями, сейчас можно было бы нарисовать Тину! Она хоть и не слишком хороший художник, но все лучше, чем описывать. Как существу с клювом объяснить, какой у Тины нос, например?

Она вдруг сообразила, что смотрит на плоский и довольно ровный светлый камень, бывший частью горы. Дальше он порос мхом и кое-где крошился, но имеющегося куска хватило бы сполна.

– Здесь есть где-нибудь песчаные отложения или глина? – надеясь, что говорит не слишком сложно, спросила Тедди. Ей даже в мыслях страшновато было представить, что она собирается сделать. Те несколько занятий в школе живописи она считала совершенно бессмысленными, но вдруг ей и впрямь повезет?

– Есть. – Дара указала в сторону.

И Тедди со смущением поняла, что, прежде чем спрашивать, нужно было оглядеться. Рядом и впрямь виднелась насыпь песка, словно он вместо воды тек откуда-то сверху и остановился, столкнувшись с препятствием.

Ничего не объясняя, Тедди зарылась руками в песчаную руду, вскоре ей пришлось взять щепку покрупнее, чтобы разгребать влажный плотный песок. Она толком не знала, на что надеялась. На охру, или на кусок глины с красноватой киноварью, или еще на что, но вскоре пальцы наткнулись на вытянутый кусок чего-то твердого.

«Только бы не бревно», – попросила мысленно Тедди, продолжая раскапывать находку. Когда на поверхности уже виднелся крупный кусок, она ударила по нему обычным куском гранита и ахнула от неожиданности – так легко поддалась находка. На месте слома кусок был зеленовато-серый. Как называется этот минерал, Тедди не вспомнила бы даже под угрозой смерти, то ли волосконит, то ли волокнит или что-то вроде того. А вот что он редкий и большей частью встречается только там, где она жила, она помнила. Дом казался еще более далеким, чем до этого, и такое напоминание о связанности миров заставляло сердце биться сильнее. А еще этим минералом можно было рисовать, и, отбив пару кусков поровнее, Тедди выбралась из своей песочницы.

Рисовать куском минерала было странно, да и цвет был блеклым, не совсем таким, на какой надеялась девочка. Но все-таки она нарисовала портрет Тинатин, а когда заканчивала, у нее забурчал живот.

– Вот я дура! – щелкнула клювом пернатая принцесса. – Ты же есть хочешь! Ты питаешься тем же, чем люди внизу?

– Вроде бы да, – неуверенно согласилась Тедди. Еще бы знать, что Дара под этим подразумевает! Кусок сырого поросенка девочка точно съесть не сможет!

Но принцесса уже отправила одного из своих спутников вниз. Тедди представила, как он будет таскать по одному яблоку, и загрустила, но напрасно. Вскоре тот вернулся с круглым подобием гнезд, которые девочка видела в поселении летунов, в одном она даже успела поспать. Этот шар был выполнен из более тонких ветвей, а когда Дара приказала им раздвинуться, внутри оказалось множество фруктов и выдолбленный кабачок с водой. Вода из-за этого имела странноватый привкус, но выбирать не приходилось.

Тем временем Дара отправила Рри на поиски Тины. Тедди была уверена, что смысла в этом нет, мыши днем и ночью искали пропавшую принцессу, и если до сих пор не нашли, то предположения у Тедди были только самые печальные. Если же мыши справились и лишь по известной только им причине до сих пор не обменяли принцесс, то найти Тинатин под землей вряд ли удалось бы даже Рри.

Объяснять Тедди не стала, вместо этого рядом с Тинатин нарисовала Матильду, а потом и Димку. В его человеческом обличье.

Дара с удовольствием расспрашивала Тедди о ее мире и мачехе, брате, искусно избегая упоминания отца и бабушки. Тедди только диву давалась, насколько эта летунья отличалась от ее собственных представлений о жестокой старшей принцессе.

– А почему мы здесь, в горах? – наконец спросила она. – Я слышала, здесь опасно.

– Именно поэтому мы тут, – снова расхохоталась Дара. – Никто из разумных не рискует подходить близко к горам, но опасно становится дальше, я проверяла. Поэтому у нас тут тайное убежище. На всякий случай.

– На какой это случай? – насторожилась Тедди.

– На всякий, – так же уклончиво ответила Дара, и девочке пришлось смириться.

В этот момент вернулся Рри. Он опустился на небольшую площадку перед Дарой и принялся объяснять, что обнаружил. До сих пор молчаливые летуны лишь исполняли приказания своей принцессы, и посмотреть на его способ передачи информации оказалось любопытно. Черный летун не только изображал что-то лапами, он пританцовывал, вышагивал взад и вперед, мел хвостом… Тедди даже ущипнула себя за руку, чтобы не засмотреться и не забыть, что это не развлечение.

– Превосходная работа, Рри, – обрадовалась Дара и «перевела» для Тедди: – Тинатин в человеческой деревне, скрывается у трехпалого.

– Василий! – обрадовалась Тедди. Не так много времени прошло с тех пор, как она считала хозяина дома на окраине черствым сухарем, а сейчас радовалась любому упоминанию о нем, как о родном.

– Тину не трогаем, там ей безопаснее, – решила Дара. – А теперь поищите вот этого человека. – И Дара указала на портрет Матильды.

Она повернулась к Тедди и успокаивающе погладила ее по плечу когтистой лапой.

– Если твоя мачеха в Неблагой долине, мы ее найдем.

– А если она была здесь и покинула долину через горы? – Этот вопрос мучил Тедди с момента, как она сделала вид, словно не может пройти. Солгала.

На лицо Дары словно набежала тень.

– За горы нельзя пройти, – глухо произнесла она. – Я пыталась.

И больше Тедди ничего не смогла от нее добиться.

После того как три немых летуна так легко справились с предыдущими задачами, Тедди была уверена, что вскоре встретится с Матильдой, если только мачеха жива. Она даже продумывала, как станет объяснять ей, куда делся Димка и как они тут все живут, но летуны один за другим возвращались ни с чем. Тедди все равно отказывалась верить в то, в чем Дара больше не сомневалась. Теперь девочка думала, что Матильда вовсе не попадала в Неблагую долину или же покинула ее сразу.

Но она ошиблась, когда думала, что разведчики возвращались совсем уж ни с чем.

– Ри говорит, что Алисо собирает армию, – произнесла Дара, выслушав одного из пернатых помощников. – Как считаешь, он собирается отбивать тебя?

– Если бы! – фыркнула Тедди. Как по ней, отец был рад, что дочь не путается под ногами и не может даже попытаться вернуть Голос. Тем не менее ей стало страшно. Если армия не за ней, то есть только одна причина, по которой Алисо мог ее собрать. Он не отступил от мысли завоевать людской мир, и сейчас мало кто мог остановить его. Разве что Димка, но участь его тогда была тоже незавидна. – Я думаю, он хочет напасть на тот мир, из которого я пришла. Но это так глупо!

– Алисо, – щелкнула клювом Дара, – никогда не отличался дальновидностью. Даже я по твоим рассказам понимаю, что делать ему там нечего. – Она заговорщически опустила голос до шепота: – Когда ты мне рассказала о том, как люди у вас отличаются от тех, что живут в Неблагой долине, я сразу поняла: вот оно!

– Что «оно»? – не поняла Тедди, еще не готовая перескочить с мыслей об отце и его самоубийственных идеях на идеи Дары.

– Мир за пределами долины, – терпеливо пояснила пернатая принцесса. – Он тоже куда более развитый, чем у нас тут. И я уверена, что нас специально кто-то не пускает туда!

Тедди в этом была полностью согласна с принцессой, толку-то. Чтобы не предаваться мрачным мыслям, она заговорила о другом:

– Ты знала моего отца раньше?

– Я едва вылупилась, как стала считаться его будущей невестой, – злобно защелкала клювом Дара. – К счастью для меня, я еще была слишком юна, когда его прокляли. Да к тому же после гибели брата я часто пряталась в горах. К родителям я вернулась лишь после изгнания Алисо из долины. А теперь он вернулся…

Она замолчала. То ли вспомнила о том, что говорит об отце Тедди, то ли больше ничего не хотела говорить. Тедди ее в этом не винила.

– А почему ты… меня к себе забрала? – неловко спросила она принцессу.

Та уже выделила для гостьи свободное гнездо, в котором лаз оставался открытым, отчего Тедди и впрямь больше не чувствовала себя заложницей, хоть и прекрасно понимала, что уйти отсюда не сможет. И дело не только в том, что она слабо разбиралась, где именно находится, но и что идти ей по большому счету было некуда. Если с Димкой до сих пор ничего не случилось, то и не случится, а вот стоит ей вернуться, как ее будут шантажировать благополучием брата. И Тине сейчас лучше в деревне. Что до Матильды… Если не смогли найти разведчики принцессы, то кто сможет?

Уже темнело, на небе появились первые звезды. Принцессы поужинали фруктами и расположились в соседних гнездах. В гнезде внутри было точно так же, как у Сола, только места поменьше, отчего казалось только уютнее. В открытое отверстие в стенке гнезда виднелись яркие пятнышки звезд на темном небосклоне. Атмосфера располагала к продолжению разговора.

– Мне показалось, что ты можешь что-то знать, – ответила Дара из своего гнезда. Голос ее звучал глуховато, с легким рокотом, словно шум моря. На Тедди навалилась сонливость. – Что-то важное. Да и оставлять тебя с Солом… он не злой, конечно, но голова у него дырявая.

Тедди неожиданно вспомнила то, что ее разум гнал от себя все последнее время. Сон моментально улетел. Девочка высунулась из гнезда.

– Ваш отец хотел меня убить! – выпалила она.

Из соседнего гнезда показалась Дара. Судя по ее виду, она не только не спала, но и чувствовала себя куда бодрее, чем днем. Тедди сразу вспомнила, как раньше четко разделяла летунов по их внешнему виду на ночных и дневных, хищников и нет. Правильно ли это было? Она уже давно в этом сомневалась.

– Многоликий? – уточнила Дара с недоверием, словно у нее была дюжина отцов. – Не может быть.

И раньше, чем Тедди успела возмутиться и обидеться на недоверие, продолжила:

– Так вот почему он не стал спорить и оставил тебя мне. А я-то уж решила, что он и впрямь мне доверяет! Но он никого никогда не убивал, с чего бы ему хотеть твоей смерти?

– Я не знаю…

Этот вопрос волновал и Тедди. Она уже почти смирилась с тем, что ее пытался убить собственный отец. Как оказалось, к этой мысли можно привыкнуть до смешного быстро, если ты знаешь причины. Но Многоликого она впервые увидела за день до этого и ничего не успела ему сделать. Разве что он хотел развязать войну с мышами или погубить Тинатин. Но и того и другого можно было добиться куда более простыми методами!

Все это Тедди как на духу выложила Даре.

Пернатая принцесса задумчиво почесала клюв.

– Мне кажется, кто-то из вас скрывает что-то на самом деле важное, – наконец произнесла она. – И мой опыт подсказывает, что скорее это Многоликий.

– А мой опыт подсказывает, что не всякий, кто якобы убивал, на самом деле убийца – и наоборот, – ответила Тедди, даже не понимая, как сильно повлияют на ее будущее эти слова.

Дара выпучила свои и без того огромные круглые глаза и прошипела:

– Откуда ты знаешь?

И пусть Тедди имела в виду Многоликого, который вовсе не казался таким уж белым и пушистым, каким его видела старшая дочь, она сразу поняла, что летунья говорит о себе. Значит, она, может, и вовсе не убивала брата?

– Ладно, я солгала тебе утром. Это был несчастный случай, – на невысказанный вопрос ответила принцесса. – Он напал, я пыталась защититься… Когда это произошло, я чуть с ума не сошла от ужаса и горя. Я полетела в горы, надеясь найти там свою смерть. Ведь всем известно, что горы убивают. Я долетела до того места, куда утром мы принесли тебя, потом чуть дальше… и после уже не смогла лететь.

Принцесса что-то утаивала, но Тедди никак не могла понять что. Но сейчас она не врала, и это было важно.

– Так я сделала это место своим, а глубже пролететь не пыталась. Мыши тоже не могут пройти: я… я поймала одного мышонка и пыталась заставить перейти гору, но он не смог. Пришлось его отпустить. Но с людьми я не пробовала.

Тедди не ответила. Она чувствовала, что любое ее слово может оказаться принятым за согласие, а лезть в горы ей не хотелось. И еще ей не хотелось спрашивать, где Дара отпустила мышонка – если прямо здесь, то шансы его добраться до родных земель были очень невелики.

– Отец говорил, что нашел вас с Алисо и королевой Марой у подножия гор, – продолжила Дара, сообразив, что ответа так и не дождется. – Он думает, что вы собирались перейти их.

– А про следы дракона он там случайно не говорил? – возмутилась Тедди.

– Нет, не говорил, – в тон ей ответила принцесса, перья на ее крыльях и ушках приподнялись, придавая ей обманчиво мягкий вид. – Зато упоминал, что Алисо использовал против него Голос, хотя у ненаследнего короля никогда не было серьезной магии!

– Это мой Голос, – совсем тихо произнесла Тедди, машинально хватаясь за горло. Там внутри продолжало царапаться и ворочаться нечто, что могло стать ее новым Голосом. Чаще всего она просто забывала об этом, но теперь вспомнила. – Я не могу забрать его силой, но у меня может вырасти новый!

– Ты не понимаешь! – Дара выбралась из гнезда, вид у нее был напуганный и удивленный одновременно. – Это чуждая нам магия, и никто из нас не знает, как управляться с Голосом. Что если после появления у тебя нового Голоса старый навсегда останется с Алисо? Это беда для всей Неблагой долины, а может, и для твоего мира тоже!

– Но Голос есть не только у него. И у Мары, и у вашей Болотной ведьмы, мне Тинатин говорила, – попыталась поспорить Тедди. Принимать на себя весь груз ответственности ей совсем не хотелось, и это можно было понять.

– У Болотной ведьмы нет Голоса! – возразила Дара. – Это всего лишь отражение! Наша магия совсем другая!

– Как… другая? – Тедди гнала от себя мысли о том, что она и впрямь не слышала, чтобы Болотная ведьма заставляла кого-то Голосом.

Дара закатила глаза.

– Мы же из разных миров, Теодора! Как у нас может совпадать магия, ты об этом не думала?

Нет, Тедди не думала. Когда она видела, как растят ягоды и фрукты мыши и летуны, ей казалось это одним и тем же волшебством. Когда же она обнаружила, что мыши пришли из другого мира, она уже не вспоминала о магии.

– Тинатин знает какую-то тайну, – продолжила Дара. – Но не помнит. Совсем птенцом она подслушала что-то важное и кинулась рассказывать мне. Я была тогда в том возрасте, когда думаешь, что совсем взрослый, и оттого не желаешь слушать всяких птенцов. Я услышала лишь то, что это тайна нашей магии и Неблагой долины. Что-то о том, почему мы не должны избавляться от мышей, и все. Когда я захотела послушать дальше, было поздно. Тинатин отправили к Болотной ведьме, и оттуда она вернулась совсем другой. Милой непутехой, которая ничего не помнила о тайне.

– Она говорила, что у Болотной ведьмы ее спрятали от Сола, чтобы он не сделал с ней то, что ты сделала с братом… – Тедди еще не закончила предложение, как поняла, какую глупость сморозила. Но Болотная ведьма была против Алисо, разве нет? И Алисо был самым настоящим злом, не понарошечным!

Если бы кто-то еще неделю назад сказал, что Тедди будет цепляться за то, что ее отец злодей, обеими руками, она бы даже слушать не стала. Но нет, когда вокруг все оказывается таким сложным, любой предмет, который точно черный или белый, становится тем маяком, что ведет человека. Даже если человеку всего тринадцать лет.

Тедди только сейчас вспомнила, что уже завтра ей исполнится четырнадцать. Обычно она за неделю до даты предвкушала подарки, выбирала кафе или аттракционы, а тут вспомнила второй раз, и то случайно.

– Сол – глупый мальчишка, – махнула крылом Дара. – Ему бы и в голову не пришло навредить сестре. Не потому, что он добрый, а потому, что в его маленькой голове не умещается сразу много развлечений, а воровать яблоки у людей ему нравится куда больше.

Тедди прыснула со смеху. Тут Дара попала, как говорится, в яблочко.

– И вполне вероятно, что отправить Тину к мышам его тоже кто-то надоумил, – заговорила принцесса совсем другим тоном, словно эта мысль ей только что пришла в голову. Может, так оно и было. – Вот бы еще понять кто… Так, ложись спать, а утром я помогу тебе вернуться к твоим родным. Ты должна постараться вернуть свой Голос или хотя бы узнать, известно ли мышам о том, что находится за горами.

– А если у меня что-то случится, как ты узнаешь? – Тедди не знала, радоваться ей или огорчаться. Дара шла к своим целям, и то, что она не собиралась убивать девочку, было лишь немногим хорошим. Но рядом со своими «родными» она не могла надеяться и на это.

– Кто-то из моих будет наблюдать за тобой, когда ты на поверхности, – отмахнулась Дара. Ее мысли были заняты чем-то другим, и Тедди совсем не хотелось знать, чем именно.

– Ходы под землей выходят на поверхность в разных местах, они могут меня и потерять, – возразила девочка. – А если что-то серьезное и мне некогда будет ждать, когда Рри или Ри долетят до тебя и протанцуют «что случилось»?

Дара задумалась.

– У людей есть огонь, – наконец произнесла она. – Ты умеешь им пользоваться? Чтобы был дым, и высокий?

Тедди подумала, что Дара все-таки невероятно умна и сообразительна для летуньи. Даже обидно. И у нее, и у Димки были зажигалки и даже коробок спичек, запаянный в пленку, но использовать это в голову им не приходило.

– Договорились, – с тяжелым сердцем кивнула она. – Но как мне теперь уснуть, зная, что завтра придется столько всего провернуть?

– Ну, уж об этом я и сама смогу позаботиться, – усмехнулась принцесса. – На это моей магии хватит.

Она подошла ближе к зеву гнезда и уставилась на Тедди своими огромными глазами. И девочка едва успела откинуться на мягкую постель, как глаза ее закрылись, и она уснула точно так же, как в когтях Многоликого.

Всю ночь ей снилась взволнованная Тинатин в своем пернатом обличье, которая утверждала, что некоторые тайны лучше не знать, и исчезала раньше, чем Тедди успевала с ней согласиться. Несмотря на сумбурный сон, проснулась Тедди сама и чувствовала себя притом отлично выспавшейся.

Но Дара проснулась еще раньше, если вообще ложилась. И на завтрак девочку ждал сюрприз. Лепешки с тонко нарезанным копченым мясом! После вынужденной фруктовой диеты Тедди сначала набросилась на еду и лишь потом спросила с набитым ртом:

– Офкута?

Почему-то ей казалось, что это Тинатин ночью встретилась с кем-то из летунов и передала гостинец из деревни. Она напрочь забыла, что подруга понятия не имеет о ее сложной ситуации. Вряд ли кто-то постарался ей рассказать!

Дара принялась чистить клюв.

– В деревне Унылое время от времени оставляют человеческую еду на крышах, чтобы умилостивить нас, – наконец произнесла она. – Жители там чаще сталкиваются с нами, чем с серыми соседями. Обычно эту еду таскают любопытные птенцы или Кора, но я подумала, что тебе приятно будет поесть знакомой пищи.

– Да, шпашибо, – энергично кивнула Тедди и, наконец прожевав, добавила: – Прямо настоящий день рождения!

Видя непонимание на лице птицы, она пояснила:

– Этим днем четырнадцать лет назад я… вылупилась.

– О! – Впервые, пожалуй, Тедди видела, чтобы Дара не сразу нашлась с ответом. – Мы не считаем отрезки времени. Возможно, когда-то считали, сейчас нет.

– Но ты знаешь, что это такое, – заметила Тедди, облизывая испачканные ароматным мясным соком пальцы. Если она рассчитывала поймать пернатую принцессу на этом, то просчиталась.

Дара лишь повела крыльями:

– Мы живем рядом с людьми и мышами, сложно полностью игнорировать их жизнь. А для людей время значит очень много.

– Это точно, – вздохнула девочка. Может, и не желая того, но Дара напомнила ей, что пора возвращаться в мышиное королевство, а желания у нее не было вот нисколечко! – Ладно, чего откладывать. Отправляй меня на съедение.

– Мыши не едят себе подобных. В отличие от некоторых летунов, – серьезно ответила Дара, а Тедди с печалью подумала, что если чего-то ей и впрямь будет недоставать в этом мире, так это существ с чувством юмора. Вернуться домой она уже не надеялась.

Тем временем Дара подозвала одного из своих молчаливых спутников, кажется, снова Р`и. Если так пойдет дальше, Тедди научится их различать!

Настроение после сытного завтрака у девочки было боевое, иначе как объяснить тот факт, что через Дару она попросила летуна нести ее подругому. Так, чтобы она могла видеть, где они пролетают. Пожалела она об этом практически сразу, как только Р`и, согласно склонив свой острый клюв, перехватил ее крепкими верхними лапами за талию и поднялся в воздух. Прижатая спиной к грудной клетке летуна, Тедди попискивала от ужаса, глядя, как стремительно удаляется земля. В несколько сильных взмахов крыльями они покинули горы и полетели над лесом. Отсюда Тедди как на ладони видела практически всю долину, только вершины гор скрывались в дымке тумана.

Через некоторое время, устав бояться, Тедди начала получать удовольствие даже от закладывающего уши свиста ветра, бьющего в лицо, если только не опустить голову ниже и не начать рассматривать верхушки деревьев и собственные грязные ботинки.

Вскоре Тедди сообразила, что летят они не так, как в прошлый раз, – Р`и огибал какие-то места, а время от времени или уходил вместе с ношей в облака, или опускался к самым деревьям, отчего девочке даже приходилось поджимать ноги. Причину такого странного поведения Тедди угадала быстро: ее спутник не желал сталкиваться с другими летунами, которые понятия не имели о том, что принцесса решила отпустить заложницу. Интересно, а Даре ничего за это не будет от отца? Или она скажет, что съела девочку, и за это еще благодарность получит? Нет, уж на что мыши были странные, но с летунами все выходило куда сложнее. Уже дошло до того, что Тедди начала сомневаться в их родстве с птицами. Да, пернатые и внешне на некоторых птиц похожи. И все.

За этими мыслями она не сразу заметила, как Р`и начал плавно снижаться. Наконец он аккуратно поставил ее на землю, осторожно тюкнул клювом в плечо – и взлетел.

– Замечательно, – недовольно пробормотала Тедди, оглядываясь. – И как мне найти вход в лабиринт?

Место казалось знакомым, но не настолько, чтобы тотчас отыскать замаскированный лаз. Можно было, конечно, покричать или сесть и терпеливо подождать, пока кто-то не пробежит мимо, но тогда появление перед родственниками получалось бы совсем не таким, как успела себе вообразить Тедди. Она уже совсем было расстроилась, как рядом затрещали кусты и на полянку выбралась…

– Нинка! – обрадовалась Тедди. Серую подружку хотелось немедленно затискать в объятиях. Но мышь вдруг отпрыгнула в сторону и знакомым голосом нервно произнесла:

– Я вовсе не Нинка, принцесса, и вас впервые вижу. И вы меня тоже.

И до боли знакомым уже Тедди жестом вцепилась в свой хвост.

– Хорошо, – покладисто ответила девочка, недоумевая, что могло случиться в мышином королевстве за время ее отсутствия. – А как тебя тогда называть?

– Инка. – Мышь выпустила хвост и встала прямо. – Я главный шпион за ненаследным принцем Дмитрием.

– Ага, – медленно произнесла Тедди, еще не уверенная, что все понимает правильно. – А ты можешь меня провести к принцу, чтобы никто больше не заметил?

– Конечно, принцесса, – обрадовалась Нинка-Инка. – Я для этого и караулю здесь второе утро подряд!

Как оказалось, Тедди не зря полянка показалась знакомой – именно сюда приводила ее Нинка, когда произошла их встреча с Солом и Тинатин. В чем причина этого, девочка так и не смогла понять, но летуны неизменно использовали именно эту поляну для встречи с мышами. Та же встреча с Многоликим и его супругой на краю леса была, скорее, исключением из правил. Почему Нинка решила, будто Тедди удастся выбраться, и ждала ее тут, тоже понять было сложно. Видимо, она просто надеялась, что именно так все и будет. А вот что происходило в самом королевстве, Тедди узнать было очень интересно.

Нинка, убедившись, что подруга не собирается больше ее «узнавать», расслабилась и всю дорогу шепотом рассказывала последние новости. Кажется, с момента ее бегства от червоточины, когда в мир вернулся Алисо, она заметно подтянула свою магию: Тедди чувствовала легкое покалывание кожи, и ее догадки были подтверждены раздувшейся от гордости мышью – девочка шла почти невидимая. Если она продолжала бы молчать, то так все должно было оставаться до самого конца их пути. Тедди и не собиралась болтать, предпочитая больше слушать.

После того как ее забрал Многоликий, Алисо развел бурную деятельность. Он начал собирать армию, якобы для освобождения дочери, и одновременно искал Тинатин, но принцессы нигде не было. В отместку Димку снабдили двумя шпионами, которые неусыпно следили за каждым его шагом. Чемодан Тедди, кстати, принесли, и он теперь дожидался девочку в их с Димкой комнате, которая для мальчика стала тюрьмой. Но он не собирался опускать руки, и, когда от стены, как и в прошлый раз, отлепилась Нинка и ненадолго сумела наложить колокол тишины на них обоих, он сообразил объяснить ей, что новое имя будет означать совсем другую мышь. И даже прекрасно знающие ее в морду знакомые не смогут утверждать, что это она. Димка не имел магии или права наследования, но он был принцем и имел право награждать именем. Алисо об этом, по-видимому, забыл или слишком увлекся своей армией. Что же до королевы Мары, ее Нинка-Инка видела лишь издалека, и выглядела королева не слишком хорошо. Она сильно постарела за эти дни и, похоже, готова была уступить сыну.

Едва речь зашла о королеве, Нинка перевела тему, а затем и вовсе замолчала: впереди был лабиринт, и теперь двигаться бесшумно следовало обоим, если они хотели незаметно пройти мимо стражей. И пусть Тедди многое хотелось спросить у подруги, она терпела.

Неслышными тенями они миновали бегунцов, проползли по узким переходам, и лишь неподалеку от королевского зала Тедди остановилась, хоть Нинка и пыталась ее торопить, нервно покусывая хвост.

В зале были слышны голоса. Похоже, Алисо не предполагал, что кто-то может набраться наглости подслушивать королевских особ, но тут он просто не учел Тедди.

– Я и так позволила тебе занять трон и собрать армию, чтобы ты мог вернуть Теодору, – голос Мары звучал устало и сломленно. Тедди с трудом удержалась от желания вбежать в зал и показать, что она тут, живая и невредимая! И только Нинка удержала ее за руку, а через мгновение девочка и сама опомнилась и замерла. – Зачем тебе моя корона?

– Я король, и мне нужна корона, – Голос отца поднимался до противного визга, и Тедди поморщилась. Бабушка, может, и сама виновата, что он вырос таким, но даже слушать было неприятно.

– Ты не собираешься освобождать дочь, – даже не спросила, а словно точно знала, произнесла Мара. – Ты так и не можешь перестать думать о войне с тем миром! И эта девчонка, Матильда. Зачем тебе она? Тебе больше не нужен ребенок.

– Они все заплатят мне за то, что я мучился столько лет, – отозвался Алисо. – Что до Матильды… Никто не смеет оставлять меня в дураках! И потом, заложников много не бывает.

Ненаследный король злобно ухмыльнулся и продолжил:

– Мальчишка нам еще пригодится, и он будет послушным, если у нас будет его мать. И так пришлось птичку отпустить. А Теодоре лучше быть подальше от меня и моего Голоса.

– Ее Голоса. – Королева (или она больше не была королевой?) помолчала и добавила: – А что, если я отдам Теодоре свой Голос? Или ее брату.

– Ты не сделаешь этого! – В голосе Алисо слышался страх.

И Нинка не выдержала, сильнее дернула принцессу за руку и почти волоком потащила подальше от тронного зала.

– Никогда больше так не делай, – прошептала она, когда подруги оказались далеко. – Подслушивать королей! Тут и за меньшее хвосты рубят!

И она втолкнула Тедди в знакомое уже помещение.

– Тедди?! – Девочка с порога попала в крепкие объятия Димки, который от радости даже невысоко ее подбросил. – Инка, это твоя работа?

Нинка смущенно мялась у входа, словно стеснялась своего поступка.

Тедди тем временем огляделась и не обнаружила тех шпионов, о которых подруга говорила по дороге.

– А где шпионы? – спросила она.

Димке столько всего хотелось рассказать, но мало ли какие еще чужие уши могут это услышать!

– Шпионы! – Димка засмеялся. – У них в это время пересменка.

Тедди все еще ничего не понимала.

– То есть два шпиона меняются на двух других? – уточнила она и огляделась.

– Не такая я важная птица, чтобы на меня четырех шпионов тратили, – ухмыльнулся брат. – Тут у нас такое творится, ты не представляешь! Все шпионы трудятся без продыху, шпионят за королевой по приказу короля, за королем – по приказу королевы и даже друг за другом – от излишка усердия.

– А за принцем следят двое и я, – подхватила Нинка-Инка. – Они должны по очереди следить и меняться утром и вечером. Но им по отдельности скучно, так что дежурят они одновременно и вместе же уходят на пересменку.

– То есть ночью за тобой никто не следит? – сообразила Тедди.

Первая мысль была хватать Димку и бежать, но она сама себя остановила. Куда? Снова к Даре или на поиски червоточины? Без Матильды Димка никуда не пойдет, да и доверять Болотной ведьме, как раньше, Тедди уже не могла.

– Следить не следят, но в этом помещении всегда кто-то должен быть, – развеял последние ее надежды Димка. – Я пробовал уйти, когда узнал, что эти дурацкие мыши позволили забрать тебя. Но стоило мне покинуть комнату и сделать несколько шагов, как тотчас появилась целая гвардия. Пришлось наврать, что я хотел сыграть с королевой…

– Тш-ш, – вдруг шикнула Нинка, которая, как и много дней назад, одним ухом торчала в коридоре.

Димка замолчал, прислушиваясь.

Тедди сразу поняла, что они оба слышат и что недоступно ее слуху. Кажется, возвращались шпионы. Ну что же, она готова.

– Как считаешь, мой дорогой брат, у нас будет возможность сегодня отметить мой день рождения? – произнесла она с таким видом, словно сидела тут все эти дни. Димка вытаращился на нее, а потом сообразил.

– Сложно сказать, принцесса, – ответил он. – Ваши подданные совсем распоясались. Не иначе как забыли, в чем разница между назначенным правителем и наследным.

Ох! Это было немного чересчур. Бодаться с отцом за власть Тедди сейчас не хотелось, но она не подала и виду.

Стоящая у выхода Нинка удовлетворенно кивнула.

– Унеслись оба, едва лапами земли касаясь, – пояснила она Тедди. – Сейчас вернутся с Алисо или Марой. Смотря кто из них первый успеет.

Так Тедди поняла, что шпионы были из противоборствующих лагерей. Да, конечно, все мыши слышали, что королева Мара признала власть своего сына и назвала его королем, но Алисо неспроста жаждал получить ее корону: верили в его власть немногие подданные мышиного королевства, и внутри слаженного на вид механизма его армии на самом деле было множество приверженцев Мары, а то и принцессы Теодоры, многие надеялись на ее возвращение. Да что там говорить, были даже те, кто ставил на Димку, хоть он и был ненаследным принцем, неродным Маре по крови и не имел даже толики магии!

Нинка даже предположила, что за время, которое потребуется шпионам, чтобы добежать до тронного зала, они запросто могут сменить сторону и вернуться уже верными слугами самой Тедди.

– Вы, главное, подыграйте мне, – успела шепнуть Тедди, прежде чем Нинка снова шикнула и растворилась в стене.

– Что ты хотела бы получить в подарок, принцесса? – произнес Димка, делая вид, что продолжает начатую беседу.

– Даже не знаю. – Тедди понимала, что долго раздумывать у нее нет времени, поэтому ляпнула первое, что пришло ей в голову. – Может, дракона?

В это же мгновение в их комнату ввалились Мара и Алисо. Да, сейчас король и королева вовсе не выглядели высокомерно-холодными, какими любили казаться. Запыхавшиеся и удивленные, они едва протиснулись вместе через узкий ход. Сзади почтительно остановились два шпиона и отлепившаяся от стены Нинка-Инка. Только на морде Алисо отчетливо был виден ужас. Именно то, что нужно было Тедди.

– А ты, папа, – противным слащавым голосом произнесла девочка, – что приготовил мне в подарок на день рождения? Может, мой Голос?

– Откуда ты взялась? – рявкнул Алисо, не скрывая досады и испуга.

– Это тебе приходится обманом получать крохи чужой магии, – чуть повысила голос Тедди, рассчитывая, что за пределами комнаты уже столпились любопытные мыши. Впрочем, и шпионов, развесивших уши, ей хватало. – А у меня есть еще кое-какие возможности…

Вот как! И ведь не соврала ни разу! Димка же на нее смотрел с таким восторгом, что Тедди даже немного стало стыдно.

А вот Мара ее удивила. Отмерев, она бросилась к Тедди и сжала в объятиях.

– Наследная принцесса Теодора вернулась! – заявила она громко, и это слегка охладило радость Тедди от такой теплой встречи. Хитрая королева была рада ей не столько как внучке, сколько как еще одной фигуре, способной выступить против Алисо.

– Предположим. – На Алисо это тоже не произвело никакого впечатления, он продолжал сверлить дочь подозрительным взглядом. – Но зачем ты вернулась? За ним?

Он ткнул острым когтем в Димкину сторону.

– Я пришла за тем, что принадлежит мне, – Тедди прищурилась. – А что это, мой брат, мой Голос или мое королевство… позволь решить мне.

Внутри Тедди вся тряслась, но полные обожания взгляды шпионов, выглядывающих из-за Алисо, и королевы Мары помогли ей закончить эту фразу так спокойно, словно это и впрямь была правда.

– Вылитая я в молодости, – всхлипнула Мара.

– Ты ничего не получишь, – взвизгнул Алисо. – Ты нужна была лишь для того, чтобы я мог вернуться!

– Забавно, да? – Пусть дыхание Тедди перехватило от боли, что нанесли эти слова, она справилась. Удивительно, как много давал мышиный облик. Димке он совсем не мешал, скорее наоборот, серошкурый братец стал ей еще ближе, а вот такого же хвостатого Алисо Тедди постепенно переставала считать своим отцом. И пусть ей все еще было больно, она выстояла.

– Ты! – Алисо круто развернулся и набросился на одного мыша. – Где был, когда она появилась?

Мыш затрясся так, что едва не шлепнулся в обморок. Ему на помощь пришел Димка.

– Здесь он был, мы все здесь были, – заявил он с совершенно серьезным видом. – Я только глазом моргнул, и Тедди прямо в комнате появилась.

– Т-так и б-было! – закивал перепуганный шпион. Второй тотчас повторил за ним, и теперь рядом кивали целых два мышиных китайских болванчика. – Я т-только моргнул р-разок!

– Такой магии не бывает! – В голосе Алисо появился страх, который до сих пор ему не удавалось скрыть только на морде.

К счастью, у Тедди и на это тоже был ответ.

– Драконов тоже не бывает! – заметила она, разглядывая ногти.

Вообще-то этот жест она подсмотрела в фильме, но теперь всерьез уставилась на них. Заусеницы, черная каемка от земли, зеленоватые пальцы от минерала… Позорище!

Алисо не выдержал. Затрясся и шмыгнул в коридор, напоследок растолкав шпионов с такой силой, что они едва устояли на лапах.

– Я рада, что ты вернулась, – тихо заметила королева Мара. – Кажется, я совсем забыла, каким отвратительным бывает мой сын. Но как тебе на самом деле удалось сбежать от Многоликого? Он так стар и мудр, что многие уверены, будто он может предвидеть будущее.

– Значит, он предвидел, что я сбегу, – легкомысленно ответила Тедди, но сердце у нее забилось сильнее. Что, если она и впрямь попала в очередную ловушку и напрасно рассчитывала на Дару? Как же сложно жить в мире, где никому нельзя доверять!

Словно почувствовав ее тревогу, Димка тронул хвостом ее ногу, и Тедди выдохнула. Она может верить брату. И Нинке-Инке, а еще Тинатин. И Матильде, где бы она ни была. И это уже очень много, а эта мышиная возня… пусть летуны и мыши сами разбираются между собой и остаются в своей Неблагой долине.

– Ты не расскажешь, как у тебя это получилось? – терпеливо повторила королева Мара, но Тедди уже собралась.

– Нам и впрямь стоит поговорить, бабушка, – медленно ответила она. – Но о другом. Я не росла в этом мире и знаю о нем немного.

– У тебя больше не было видений? – перебила ее Мара. – О прошлом нашей семьи?

Тедди призадумалась. Последние дни были для нее непростыми, и она то и дело оказывалась без сознания, да еще и не по собственной воле.

– Мне снилась Тинатин, – наконец произнесла она. – С перьями. Она говорила, что некоторые тайны лучше не знать. И была очень взволнована.

– Тинатин? Ты уверена в этом?

Отчего-то Мара пришла в невероятное возбуждение, она забегала по комнате так, что шпионы предпочли упасть на четыре лапы и, пятясь задом, выбраться в коридор. Впрочем, там они наверняка остались подслушивать, Тедди готова была спорить на коробку красок.

– Ну да. – Тедди не понимала, что так беспокоило королеву, но постаралась вспомнить свой сон. – Она была точно такая, какой я ее помню, только разве что кончики ушек чуть более рыжеватые.

– Это она, – выдохнула Мара и рухнула на постель с таким видом, словно на ее плечи свалился по крайней мере дракон. – Тинатин.

И, прежде чем Тедди ответила, что и так сказала именно это, Мара продолжила:

– Тинатин Первая – королева летунов и вторая супруга Многоликого.

– В смысле, вторая? – не поняла Тедди, потом вспомнила про Матильду и покраснела как рак от своего глупого вопроса. – Оу. А мать нашей Тины?

– Она третья или четвертая, – отмахнулась Мара. – Я давно не пересекалась с Многоликим, чтобы следить за его жизнью. А вот Тинатин была моей подругой. И те слова о тайнах, которые лучше не знать, она говорила именно мне. Мы были юны… почти как вы сейчас, Теодора. Многоликий выбрал ее в жены, и сначала Тин была рада, а потом сказала мне, что некоторые тайны лучше не знать.

Она замолчала. Димка, Тедди и переминающаяся с лапы на лапу Нинка молчали тоже.

Наконец Мара продолжила:

– Тогда я видела ее последний раз. Она пропала, и никто не знал куда. Но ее слова я запомнила.

– Это хорошо, что запомнила, – Тедди крепко сжала лапу бабушки, заставляя поднять взгляд, – потому что пришло время, когда об этом нужно забыть. Я хочу знать все, что скрываешь ты и наше королевство.

На этот раз Мара молчала долго.

– Ты волен ходить куда хочешь, принц, – произнесла она, когда Тедди уже и не надеялась услышать хоть что-то.

– О! – Димка от неожиданности схватился за свой хвост, как это всегда делала Нинка. – Я очень рад, королева. Но почему?

– Потому что принцесса Теодора стала настоящей наследницей нашего королевства и останется ею в любом из миров, – ответила та, не сводя взгляда с внучки. – Ты хочешь знать нашу историю, девочка? Ты ее узнаешь.

И она нырнула в проход. Переглянувшись с братом, Тедди последовала за королевой. В коридоре было пусто, и только спина медленно удалявшейся в сторону тронного зала Мары виднелась вдалеке. Если у комнаты и толпились мыши, то они исчезли оттуда быстрее, чем их успела заметить Тедди. Девочка обернулась – Димка и Нинка топтались на месте, не решаясь последовать за ней. Но когда она сама бросилась догонять королеву, за спиной слышались шаги – оставить Тедди без поддержки друзьям оказалось страшнее.

По дороге им не встретился ни один, даже самый маленький, мышонок. Кстати, вот мышат Тедди не видела в лабиринте ни разу. Какие они, интересно? Какой должна была быть она, родись она тут, а не в своем мире?.. Тедди разозлилась на себя за несвоевременные мысли, которыми она так отчаянно пыталась отвлечь себя от того, что сейчас наконец-то узнает о том, что происходит в этом мире. Не то чтобы она всерьез рассчитывала найти ответ на все свои вопросы, но она была уверена, что королева знает нечто особенно важное.

Тем временем Мара добралась до тронного зала и остановилась у входа, пропуская Тедди, а за ней и Димку с Нинкой.

– Вреда не будет, – пробормотала она себе в усы. – Нет, не будет.

А вот когда она сама вошла в зал, раздался странный липкий шорох – Тедди не смогла бы описать его лучше, он напоминал ей звук, который возникает, если прольешь сладкий чай на пол и потом пройдешь по этому полу. Но здесь не было никакого чая, разумеется, сладкого или нет, – просто позади старой королевы вход закрывался, словно глина вдруг размякла и потянулась, стягивая края, как у раны.

Тедди с трудом подавила желание выскочить в сужающийся вход и лишь порадовалась, что у нее нет клаустрофобии, а вот Нинка ожидаемо рухнула в обморок.

– Это для того, чтобы нас никто не подслушал, – неторопливо пояснила Мара и так глянула своим здоровым глазом на Тедди, что девочка сразу поняла: знает. Знает, что ее подслушивали, и, похоже, знает, как именно внучка попала обратно.

– Понятно, – неестественно бодро откликнулся вместо Тедди Димка.

Впрочем, Мара его проигнорировала.

– Ты права, дорогуша, – продолжила она, сверля взглядом внучку. – Голосом все не ограничивается. Хорошо, что ты сама догадалась об этом. Ведь, кроме нас с тобой, Голоса нет ни у кого из мышей, но они не лишены магии, верно?

– Да, я так и подумала. – На самом деле Тедди сообразила это только что и теперь злилась на себя. Сколько можно было уже наловчиться делать, даже без Голоса! Она хотя бы могла научиться становиться незаметной, как Нинка! Но нет, у нее все сошлось на этом несчастном украденном Голосе!

– Хорошо, – с легким сомнением в голосе ответила Мара и кивнула на свой монструозный трон из черепов. – Садись, Теодора.

– З-зачем эт-то? – От неожиданности девочка начала заикаться.

Ей подходить к этому чудовищу не хотелось, тем более после того, как она видела его возможности разбираться, вырастать и снижаться. Может, конечно, это делала сама Мара, но легче от этих мыслей не становилось.

– Я не могу тебе многое рассказать, – пояснила королева. – У нас так не принято. Слова всего лишь слова, они могут означать совсем разное для тебя и меня. Мы по-разному живем и чувствуем, и слова для нас разные, даже если мы говорим на одном языке.

– И что же теперь? – Надежды Тедди на быстрое решение всех загадок лопнули, как мыльный пузырь.

– Рассказать я не могу, – продолжила Мара, словно не слушая ее. – Ты можешь это увидеть сама, как в свое время увидела я. Но у нас нет времени ждать, когда к тебе придут нужные воспоминания, а вот на троне они появятся обязательно. Садись, Теодора, не бойся. Этот трон будет твоим по праву.

– Свидетель! – вдруг пискнула продолжающая валяться на полу Нинка и толкнула лапкой Димку.

– Свидетель! – повторил тот.

Мара усмехнулась:

– А я так и думала, что вреда не будет.

Тедди не была уверена, что понимает, о чем речь, но расспрашивать не стала – успеет еще. Вместо этого она подошла к высоченному трону и осторожно коснулась ближайшего черепа, уже в красках представляя, как будет карабкаться по этим костям. Но груда дрогнула и с легким шелестом – так под ногами в осеннем лесу шелестели листья – рассыпалась, собираясь в новый трон прямо позади девочки. Один толчок острым клювом под коленки – и Тедди с удивленным писком упала прямо на выросшее за ней сиденье, которое немедленно вознеслось выше, снова становясь таким же неприступным и жутким, только развернутым спинкой к центру зала.

За спиной Тедди услышала смешок Мары.

– Ты ему понравилась, – заметила королева. – Не всех трон принимает сам.

Наверное, она еще что-то говорила и как-то объясняла особенности своего придирчивого трона, но Тедди ее уже не слышала. Королева была права: девочке достаточно было оказаться на троне, как видение нашло ее.

На этот раз она была рядом со своим прадедом? Прапрадедом? Точнее она не могла определить, но Мары рядом с этим мышом не было, даже крошечной. Да и сам мыш был довольно юн, почти как уже известный ей принц Шифик. Но это уже был король, хоть и совсем молодой. Тедди не знала, как поняла это, ведь не было еще никакой короны из когтей, не было трона, у этого короля не было ничего, кроме Неблагой долины, которая полностью принадлежала одним мышам. Они жили здесь уже некоторое время, то и дело шныряя в Проход между мирами как в обычную нору.

Новый мир был больше и светлее, теплее, но в нем было хуже с едой. Это король прекрасно понимал. Здесь нельзя было взять и вырастить огромную груду мяса на всех подданных. Здесь мясо, большое и маленькое, довольно резво бегало на шести конечностях. Выращивать с помощью магии плоды на деревьях или кустарниках тоже было недостаточно. Конечно, самые умные из его соратников уже наловчились делать магические ловушки на мелкую быструю живность, но этого все еще было недостаточно. Только не для того, чтобы перебраться сюда всем королевством.

А вот магия давалась здесь легко, даже легче, чем дома. Король пошевелил лапами, с интересом наблюдая, как от его «щекотки» ворочают корнями деревья. Для них это было в новинку, как и для самого короля: в его мире деревьев было мало, и все они были хлипкие, кривые и уродливые.

В этот момент его и отвлек бегунец. Такой же юный, как и сам король, он на четырех лапах подскочил на такой скорости, что ткнулся острым носом в бок короля, заставив того подпрыгнуть.

– Там! – рискнул мышонок, задыхаясь. – Там!

Король повернулся, и Тедди вместе с ним. Как раз вовремя, чтобы увидеть, как темнеет небо над лесом со стороны гор. Издалека девочке показалось, будто это летит стая воронов. Когда же пятно приблизилось, она поняла, что не так уж и ошиблась – это были летуны. Их было много, столько разом Тедди никогда не видела. Король зашевелил лапами, и отовсюду – из-под земли и из-за деревьев – к нему начали стекаться его подданные. Некоторые бежали на четырех лапах, другие на двух, но все они выглядели обеспокоенными и поднимали мордочки к небу, которое потемнело от широких темных крыльев.

Летуны были совсем близко, Тедди видела их острые клювы и когти. А еще она увидела Многоликого. Она не сразу поняла, что́ с ним не так, да и понять, что это именно Многоликий, она сумела не сразу. А когда поняла, то от неожиданности распахнула глаза, вырываясь из видения.

Со своего высоченного трона Тедди смотрела на королеву сверху вниз.

– Они… они все темные и похожи на наших воронов. – Почему-то Тедди была уверена, что ей не придется объяснять, о ком она говорит. – Но только Многоликий…

– Все так, дорогуша. – Мара улыбнулась. – Это трудно не заметить, правда, принцесса?

Тедди кивнула. Ее трясло. Вроде бы в этом видении не было ничего особо ужасного, но ей стало жутко от неприятного предчувствия.

– А что было дальше? – спросила она. Нет, девочка прекрасно помнила, что королева не собиралась ничего рассказывать, вопрос вырвался сам собой.

Однако королева словно забыла о собственных словах.

– А потом была битва… – Мара рассеянно погладила ближайший к ней остроклювый череп. – Нет, не сразу. Сначала они просто наблюдали. Ну же, Теодора. Ты можешь это увидеть сама!

Тедди кивнула и вдохнула полной грудью, заставляя себя успокоиться. Бабушка права. Если она хочет знать правду, у нее должно быть достаточно смелости, чтобы ее увидеть. Только сейчас она поняла, почему Алисо никогда не сможет стать настоящим королем. Дело не в Голосе или короне, даже не в клятве деда. Просто Алисо мечтал стать королем в королевстве, а здесь нужно было стать королевством, чтобы быть королем.

Тедди крепко сжала выдвинувшиеся подлокотники из крыльев летунов, уже не думая о том, кому они принадлежали, и снова позволила видению унести ее в прошлое, на сотни лет назад.

На первый взгляд она попала на то же самое место и с теми же участниками событий. Но нет, это король поглядывал на сидевших на деревьях летунов, остальных мышей не было видно. Король был старше, а Многоликий – теперь в остальном он был практически таким, как его подданные, – только обзавелся в своей памяти множеством новых морд неизвестного ранее ему вида, и оттого лишь по дымке стремительно меняющихся лиц Тедди его узнала.

Вдруг Многоликий поднялся во весь рост и закрутился на месте, постепенно спускаясь все ниже и ниже. Сейчас он походил на Ри или Рри больше, чем на самого себя. Без единого слова он дотанцевал до подножия дерева и остановился напротив мышиного короля.

Король, казалось, ждал его.

– Что тебе нужно? – произнес он, разглядывая высокого летуна с мощными крыльями и крепкими когтями на четырех лапах. Он словно не видел слетающихся отовсюду прочих летунов. Тедди с облегчением сообразила, что их не так уж много. Меньше, чем мышей, напавших на них с Димкой.

Многоликий, какого она видела совсем недавно в реальности, больше походил на филина и пусть довольно странно, но говорил. Этот же молчал и только шевелил когтями на верхних крепких конечностях, частично скрытых распахнутыми крыльями.

Находясь совсем рядом с мышиным королем, Тедди будто знала все, что знает он. Для нее теперь не было секретом, что налетевшие неизвестные существа сначала вели себя миролюбиво и не вмешивались в дела мышиного королевства, лишь следили за ними, причем даже не особо скрываясь. Но в последние дни что-то изменилось, и король не пытался гадать, что именно. Он и сам понимал, что его подданные не могут жить в этом мире, если будут постоянно натыкаться на этих незваных гостей. И ситуация, которая складывалась сейчас, была королю даже нужнее, чем Многоликому. Пока летун смотрел на короля, тот тоже не отрывал своего взгляда от соперника, но по колыханию магии вокруг чувствовал, как незримо собирается его собственное войско. Точно как в тот первый раз, но все же немного иначе.

С легким отвращением Тедди обнаружила в закоулках памяти предка, что его самые отважные бегунцы уже давным-давно поймали одного зазевавшегося летуна. В самых глубоких подземельях лабиринта тщательно проверили, насколько легко убить это существо, какие у него слабые места, какие сильные. Теперь даже самые последние мыши королевства знали расположение двух сердец летунов и слабого позвонка ниже основания шеи, обычно скрытого сильными мышцами крыльев.

Мыши были готовы к войне, но были ли готовы летуны, собиравшиеся ее развязать? Этого король не знал, а вместе с ним и Тедди.

Ожидание становилось все мучительнее, и Тедди не могла обвинять еще совсем юного короля за то, что он с ним не справился. Он больше не хотел тянуть время, поэтому поднял левую лапу и резко взмахнул ею:

– Война!

Мыши вынырнули из нор и из-за кустов, некоторые прыгали на спины летунов прямо с деревьев, на которые летуны сели куда позже, чем затаившиеся разведчики. Мыши вгрызались в основание шеи летунов, пытались рвать широкие спины, чтобы добраться до сердец, повисали на сильных лапах с мощными когтями. Но и противники словно ждали именно этого. Тедди закрывала глаза и уши, но это не спасало ее от криков мышей, раздираемых острыми клювами и когтями, от острого пряного запаха крови, от страха, который растекался по поляне, лез в нос и уши, прилипал к коже. Сами летуны умирали молча, словно их клювы не были приспособлены к речи. Впрочем, вскоре Тедди смогла убедиться, что это не совсем так. Но прежде, чем это произошло, ее саму ударило такой болью, что она с перепугу решила, будто и ее смог достать острый клюв из далекого прошлого. И только мгновение спустя поняла, что это боль короля, ее предка.

Она видела, как залитый кровью король рухнул рядом с Многоликим, который разглядывал свои окровавленные когти так, словно его удивляло деяние собственных лап. Многоликий тоже был в крови, его перья слиплись, на голове даже сквозь дымку виднелись кучерявые ушки перьев, которые встали дыбом, да так и остались, липкие от чужой крови.

Тедди, невидимая для соперников, бросилась на колени рядом с умирающим королем. Теперь не только лицо Многоликого, но и все вокруг было словно в дымке – сознание короля угасало, его серая шкурка, вся мокрая от крови и грязи, тяжело вздымалась.

Последнее, что успела увидеть Тедди, прежде чем ее выкинуло из воспоминания, был склонившийся над ними с королем Многоликий, который отчетливо и чисто произнес:

– Война.

Очнулась Тедди вся мокрая от пережитого ужаса, холодный пот промочил футболку, и в подземелье ей стало зябко. А еще отчетливо мутило.

– Попей воды, – предложила королева, и Тедди только сейчас заметила, что трон снова стал ниже, превратившись в широкий диванчик или даже лежанку. – Не переживай, он выжил тогда.

– Кто он? – спросил Димка, который не находил себе места с того самого момента, как Тедди забралась на трон. Его можно понять. Это Мара и Тедди понимали, что происходит, а Нинка могла догадываться. А для Димки все то, что переживала сейчас сестра, было непонятно и оттого страшно.

– Король, – ответила Тедди, спуская ноги с трона и снова касаясь крыльев-подлокотников. – Это с той битвы?

– Да. – Мара понимала ее так, словно все видение простояла рядом. Но кто знает, может, так оно и было? – Осуждаешь?

Тедди задумалась. Там, в видении, в первую минуту она ощутила отвращение от поступка короля и его бегунцов. И это при том, что девочка никогда не питала иллюзий по поводу серошкурого народца. Все-таки их первая встреча стала незабываемой. Но теперь Тедди не знала, что думать. Это было столько лет назад, а Тедди недостаточно ненавидела историю, чтобы не знать о кровавых войнах. Если люди убивали таких же, как они, с такими же руками и ногами, отличающихся только цветом кожи, языком или правдой, то что она может хотеть от мышей и летунов? Нет, Тедди не могла осуждать их.

– Но почему они все одинаковые? – спросила девочка. – И такие… дикие? Дара считает, что те летуны, что находятся за горами, куда более цивилизованы.

– Дара? – переспросил Димка, а Нинка так придушенно пискнула и не грохнулась в обморок только потому, что не хотела пропустить ничего интересного.

Тедди с досадой поморщилась. Проболталась все-таки! Ладно хоть при своих.

– Старшая принцесса. – За Тедди ответила Мара и прищурила здоровый глаз. – Какие у тебя интересные знакомства, Теодора!

– Мои знакомства не менее интересны, чем ваши, бабушка, – не растерялась та. – Мне почему-то кажется, что убить нас пытался один и тот же летун.

И она ткнула пальцем в шрамы. Да, Тедди блефовала. Но что ей оставалось делать, если она хотела увести разговор от Дары?

Королева коснулась лапой своего поврежденного глаза.

– Многоликий пытался тебя убить? – В ее голосе скользило неподдельное удивление, а Тедди с трудом сдержала радостный вопль – она попала в точку!

– Кто-то пытался тебя убить? – встрял Димка, но Тедди только отмахнулась от брата, сейчас ей было не до него.

– А что вас удивляет, королева? – Тедди кивнула на трон из черепов, подразумевая разделенные воспоминания. – Разве он не пытался убить нашего предка?

Сейчас ей не нужно было есть горошину и говорить слова, чтобы стать мышью. Она чувствовала себя ею, частью этой странной семьи, тайны которой узнать было необходимо, но с каждой минутой хотелось сделать это все меньше.

– Но об этом знаем только мы. – Мара покачала головой. – Он такой древний, что я даже не понимаю, почему он до сих пор жив. И ведь прочие летуны живут куда меньше, чем мы. Разве что Болотная ведьма – она появилась на свет чуть раньше меня. И летуны не знают о том, что он убивал. Совсем.

– Да объясните уже хоть что-то! – не выдержал Димка.

– Но самое странное не это, – снова проигнорировала его Мара, а Тедди даже не могла послать ему извиняющийся взгляд, боясь упустить хоть что-то из объяснения королевы. Ничего, потом она все перескажет брату и попросит прощения хоть десять раз подряд! – Я смотрела это воспоминание множество раз и поняла, что эти существа могли убить всех, если бы выбрали другое время. Или если бы к ним прилетела поддержка из-за гор. И тут получается так. Или это все летуны, которые были за горами…

– Нет, не подходит, – замотала головой Тедди, вспоминая разговоры с Дарой.

Мара не стала спорить или спрашивать, почему она так уверена, сразу перейдя к следующему варианту:

– Тогда может еще быть так, что те, которые за горами, не в лучших отношениях с теми, что прилетели сюда.

Тедди вспомнила проблемы собственного племени и кивнула. Алисо сколько угодно мог говорить, что хочет мести и поэтому ведет армию в другой мир, но правда была в том, что в этом ему было слишком тесно с матерью и дочерью.

– Есть еще один вариант, – прервал их согласное молчание Димка, уже уставший пытаться что-то понять. – Они на самом деле и не хотели убивать всех.

– Это звучит… кхм… – Тедди прочистила горло, чтобы дать себе время и не ляпнуть что-то вроде «глупо». – Странно. Они были совсем дикие тогда, Дим. Не говорили даже совсем.

– Кстати, это действительно странно, я не сразу заметила это в воспоминаниях, – оживилась королева. – Но вскоре после тех событий летуны начали меняться. Конечно, наш предок редко с ними пересекался, эта схватка заставила наше племя потесниться и позволить пришельцам занять половину долины.

– А ведь они живут на высоте, тогда как нам нужна подземная часть, – пробормотала себе под нос Тедди, даже не замечая, что говорит «нам».

– Вот именно! – подтвердила Мара. – Наши королевства могли бы переплетаться и практически не мешать друг другу, а вместо этого… случилось то, что случилось.

– Не могли бы, – снова встрял Димка и шлепнул лапой по плечу Тедди. – Ну, сестренка, проветри голову, если мозги совсем закисли. У них же одна и та же пища!

– Наверное, ты прав, – с сожалением согласилась Тедди. А мысль о том, что два королевства могли существовать в согласии, была такой соблазнительной! Тут она сообразила, что было не так в словах королевы. – Постойте, королева! Меняться? Уже тогда?

– Некоторое время Многоликого не было видно нигде в лесу. – Мара взобралась на трон и теперь смотрела на собеседников сверху вниз. – Бегунцы с риском для жизни совали свои носы в самые глухие уголки леса, но его не было. Король даже решил, что Многоликий погиб. Но затем тот вернулся и выглядел уже таким. К тому времени наш народ привык, что есть чужая территория и своя, да огромный пласт нейтральной территории, для охоты и собирательства, а незадолго до рождения моего старшего брата для нас оказались потеряны болота. Не то чтобы мы питались чем-то с болот, ягоды там растут кислые, да и ходить по топям небезопасно…

– Тогда там появилась Болотная ведьма! – сообразила Тедди и победоносно глянула на Димку, радуясь, что хоть что-то она угадала сама.

Димка только фыркнул в усы.

– Да все понятно, – произнес он со скукой, и только Тедди понимала, что эта скука для виду, а на самом деле его всего распирает от догадки. – Этот ваш Многоликий провалился в наш мир. В то время там сплошь тайга была, никаких людей, только звери и птицы. Вот и высмотрел себе внешний вид, и другие за ним.

– А как он это сделал? – Тедди стало обидно и в то же время жутко. Если это правда, то она напрасно смеялась, считая Сола филином-переростком. Эти летуны были чем-то совершенно необъяснимым. Вроде как в фильмах ужасов, которые Тедди не любила. Ладно хоть летуны не меняли внешность под кого угодно. С другой стороны, откуда ей быть в этом уверенной?

И она с подозрением оглядела своих собеседников. Особенно досталось бедной Нинке, которая вызывала повышенное внимание своими падениями в обморок.

– Сомневаюсь, что за столько лет мы не поняли бы, будь среди нас их шпионы, – казалось, Мара читает ее мысли. – Но догадка по поводу летунов из вашего мира мне кажется логичной. Шифик тоже говорил, что видел их во время Проклятого путешествия.

Тедди представила Мару совсем маленькой мышкой, расспрашивающей старшего брата о его приключениях. Вряд ли она тогда понимала, как тяжело ему говорить о том, что разрушило его жизнь, да еще и с той, кому предстояло занять его место на престоле.

– Они не летуны, просто птицы, – чтобы хоть что-то ответить, пробормотала девочка. – Крылья и две лапы. Они сильно отличаются размерами, от кулака до таких, что ростом с человека.

– Если наши предположения верны, то встретить страуса нам не грозит, – заметил Димка ровным голосом, но тут же прыснул со смеху.

Его смех заставил Тедди на мгновение вынырнуть из тяжелых дум, и она тоже засмеялась. Просто вспомнила смешные картинки, в которых страус нырял головой в нору крота или луговой собачки. Да, из страусов могли бы выйти шпионы! Хорошо, что они не водятся в средней полосе России!

Мара наблюдала за их весельем с кислым видом.

– Когда успокоитесь, прошу вспомнить, что мы до сих пор ничего не понимаем ни о летунах, ни о том, как не дать моему сыну уничтожить добрую часть подданных во втором Проклятом путешествии, а что оно будет именно таким, не нужно обладать ясновидением, – сухо произнесла она, а черепа с шорохом задвигались, вознося ее под самый потолок. Обиделась.

– Вспомнить! – Тедди подпрыгнула на месте. – Точно! Как можно заставить кого-то вспомнить что-то?

– Если знаешь, что именно, то с помощью Голоса. – Королева заинтересованно оглядела внучку. – Ты что-то раскопала, пока была в заложницах?

– Вроде того. – Тедди смутилась. Не совсем уж она сама раскопала, это ей Дара на блюдечке все принесла и, наоборот, отправила обратно – разнюхивать! – Тинатин отправили к Болотной ведьме не потому, что боялись за ее жизнь, а из-за того, что она что-то узнала. А после житья у ведьмы она уже не помнила.

– Не помнила что? – поторопил ее Димка. Упоминание пропавшей Тинатин заставило его занервничать, а Тедди сообразила, что не сказала ему даже, что знает, где находится принцесса!

– Неизвестно, – расстроенно пожала девочка плечами. – Вот я и хотела узнать, как можно заставить ее вспомнить.

– Чтобы заставить ее что-то вспомнить, ее нужно найти, – заметила королева. Она пригляделась к смущенно краснеющей ушами Тедди и ахнула. – Теодора, ты знаешь, где она?

– Знаешь? – подхватил и Димка.

– Знает! – ответила за них Нинка и посмотрела на Тедди с таким восторгом, что девочке стало неловко.

– Знаю, – согласилась она и прислушалась.

Какой-то неприятный звук уже некоторое время ненавязчиво прорывался снаружи, только сейчас он усилился, принимаясь терзать уши, как будто кто-то царапал ножом по стеклу. Даже Тедди стало не по себе, чего уж говорить о мышах с их чувствительным слухом!

– Алисо это, разве не понятно? Стену взламывает, – пояснила королева совершенно спокойно, словно такое тут в порядке вещей. – Лучше вам сейчас уйти. На время. Пока он не успокоится.

Судя по сомнению в ее голосе, она и сама не слишком верила в то, что сын «успокоится». Впрочем, Тедди и без того понимала, что им нужно найти Тинатин и постараться узнать, что скрывает ее память. И уж точно это сделать до того, как Алисо снова захочет избавиться от них или закрыть поглубже в лабиринте.

– Куда это? – все же уточнила Тедди, ведь и слепому было бы видно, что ломает стену ненаследный король со стороны входа.

Словно в ответ на ее вопрос в противоположной стене с легким шорохом открылся уходящий вверх лаз.

– Хороши были бы короли, если бы из тронного зала был один выход, – усмехнулась королева и поправила свою корону.

Тедди не стала больше тратить времени на вопросы и первая протиснулась в узкий лаз, отчего и не увидела, как королева ухватила Димку за лапу.

– Помни, что я тебе сказала, – шепнула Мара приемному внуку, после чего взгромоздилась на трон и подняла его так, что он загородил собой ход. Впрочем, стена и так закрылась сразу же, как только в лаз последней забралась Нинка.

Они остались в кромешной темноте. За этим секретным ходом не ухаживали. В нем не жили светляки, стены не были идеально сглажены и выровнены. Да что там стены! Ползущая первой Тедди со всего размаху наткнулась на торчащий древесный корень и теперь могла только радоваться, что пострадал лоб, а не глаз.

– И чего я первая полезла, если в темноте не вижу ничего? – вслух спросила она.

В узкой норе голос звучал глухо и странно отражался от стен. Хорошо хоть воздух был неожиданно свежий, не затхлый, чего Тедди немного опасалась. Все-таки секретный ход на то и секретный, чтобы пользовались им редко.

– Хороший вопрос, – весело откликнулся сзади Димка. – Ты другое скажи, сестренка. Ты фонарик перестала с собой носить?

Тедди ахнула и шлепнула себя по лбу. Кто бы сомневался, что попала она при этом точно по набухающей шишке! Но девочке было не до этого. Брат был прав. Пусть она то и дело лишалась своих вещей – вот и чемодан в который раз стал недоступен, – но фонарик был в кармане куртки с того самого дня, как они с Димкой обнаружили, что свет фонаря не нравится Солу. С трудом извернувшись в узком пространстве, она достала фонарик и включила. Ползти со светом стало веселее, хоть и немного медленнее. Впрочем, через несколько шагов она сама, без Димкиной подсказки, сообразила взять фонарик в зубы и двигалась теперь расторопнее. Еще полчаса, может, чуть больше, и Тедди увидела впереди выход. Чуть раньше девочка ощутила поток более холодного воздуха и теперь обнаружила, что они уже давно приблизились к поверхности. Просто на улице ночь, а света луны недостаточно, чтобы его можно было увидеть из норы.

Все-таки в подземельях легко потерять счет времени. Страшно подумать, как Димка жил там неделями. Нет, сама Тедди так не смогла бы.

Выбравшись, Теодора отползла в сторону и повалилась на траву, вдыхая полной грудью. Только сейчас она поняла, как сильно устала и хочет спать. В темноте она слышала шум воды, но даже подползти и умыться после подземного бегства у нее просто не было сил.

Следом выбрались Димка с Нинкой.

– Где это мы? – оглядевшись, спросил Димка.

То ли он был выносливее сестры, то ли мышиная личина давала свои преимущества. А может, и то и другое. С трудом снова открыв глаза, Тедди тоже огляделась и едва сумела сдержать стон. Только не это!

– Когда враг нападает, король или королева должен скрыться в самом безопасном месте, – пояснила Нинка. – На территории своего врага.

Именно там они и оказались. Перед ними протекала речка, а над ними возвышались стены ущелья, унизанные гнездами летунов.

– Снизу они похожи на осиные или пчелиные, – заметил Димка, пока разглядывал гнезда.

По просьбе Тедди проделывал он это из кустов. Снова лезть туда, откуда девочка выбралась лишь благодаря везению и стечению обстоятельств, Теодора не хотела.

– Да хоть на термитники, – отмахнулась девочка. Сама она лишь пару раз глянула наверх и тут же опускала голову, словно Многоликий и его подданные могли почувствовать на себе ее взгляд и спуститься. На самом деле же по всему выходило, что если они и спускались, то ближе к воде, где не было колючих густых кустов. Но даже в них она не чувствовала себя в безопасности. – Давайте отсюда выбираться!

– Очень здорово продумано тут все. – Оживившаяся на свежем воздухе Нинка шныряла кругом и не могла скрыть зависти. – По такой скале нам до них не добраться, даже если всем вылезти тут из-под земли.

– Это точно, – согласился Димка.

– Ерунда, – буркнула Тедди. Она не понимала, почему они до сих пор торчат здесь, когда нужно идти в деревню и искать там Тинатин! – Это снизу совсем никак не попасть, а сверху гнезда довольно близко к краю. Другое дело, что там я не была и не знаю, как добраться туда. Но это наверняка возможно.

– Ох, а тут кости! – раздался голос Нинки, которая продолжала шнырять по кустам.

Против своей воли Тедди снова подняла голову, и пусть снизу видно не было, она точно знала, что там находится.

– Вот здесь они учатся летать… видимо, не все справляются. – Тоном экскурсовода Тедди попыталась скрыть дрожь в голосе. Нет, не стоило ей думать о том, что и ее кости могли лежать тут. – Давайте уже уберемся отсюда, а?

На этот раз друзья ее послушались, и они двинулись вниз по ущелью, подальше от гнезд. Несколько раз им приходилось замирать на месте, и если Димка с Нинкой отлично сливались в темноте с кустами и травой, то Тедди на это надеяться не могла и только шептала про себя: «Пусть не заметят, пусть не заметят!»

Но то ли им когда-то и впрямь должно было повезти, то ли дело в тренировке магических способностей, а до леса они добрались без приключений, и ни один обладатель огромных крыльев, пролетавший за ночь над ними, не снизился, чтобы проверить, кто затаился внизу.

Идти пришлось долго, куда дольше, чем они двигались под землей, так что Тедди заподозрила, что без магии тут не обошлось. Как знать, не поддерживается ли весь лабиринт магией? Тогда от него лучше было бы держаться подальше, чтобы не попасться на глаза Алисо. К счастью, с ними была Нинка, которая отлично знала все входы и выходы королевства, кроме тайных, и, по ее разумению, сейчас они держались довольно далеко от них всех.

– Кстати, Нина, а куда ты пропала, когда появился Алисо? – даже сейчас избегая называть его отцом, спросила Тедди.

Димка и Нина переглянулись. Похоже, они многое успели обсудить в ее отсутствие. В такие моменты Тедди даже жалела, что отказалась менять внешность, но совсем недолго. Ведь для Димки это всего лишь маскировка, но если Тедди сама станет мышью, то она смирится с тем, что это и есть ее настоящий вид. А что бы там ни говорила королева, девочка к этому совсем не была готова. Пусть школа, вредная Нина, тихоня Оля или хамоватый Костик все сильнее стирались из ее памяти, как и воспоминания о том, что можно просто взять карточку и купить одежду или зайти в булочную на углу за свежим хлебом, она не хотела всерьез верить в то, что никогда не сможет вернуться к этому. Ее порядком раздражала немытая больше недели голова и влажные носки, которые она простирала в речушке прямо под гнездами летунов, а значит, она все еще человек. И будет держаться за это обеими руками так долго, как сможет.

– Когда я поняла, что сейчас появится ненаследный король, – начала наконец Нинка, – я испугалась. Очень испугалась. И спряталась. А потом бросилась за помощью к королеве. Но получилось только хуже.

– Нинка не могла знать, что Алисо так повернет нападение войск Мары, будто они идут против тебя, – пояснил Димка. Было похоже, что он немало думал об этом и еще больше успокаивал безутешную мышь, которая всего лишь хотела как лучше.

– А когда вы вернулись, королева приказала мне спрятаться и не высовываться, – продолжила Нинка. – Всем известно, что я… я…

– Что ты моя подруга, – подсказала Тедди, и мышь вся засияла, словно до сих пор не верила в то, что принцесса тогда не пошутила над ней. – Это правильно. Но как ты очутилась там, где мы с тобой встретились, и что за фокусы были с этой Инкой, я так и не поняла.

– Это я придумал, – за Нинку ответил Димка. – Ну, да ты это знаешь уже. Я вспомнил всю эту чехарду с именами, а Нинка меня все равно навещала, когда горе-шпионы уходили. А с новым именем она могла спокойно и шпионить за мной, и искать Тинатин или тебя. Что до вашей встречи, то просто повезло.

– Не совсем так, – вмешалась мышь. – На этом месте всегда встречались наши с летунами, и я лишь надеялась, что принцесса не сбежит от общих врагов, а вернется с сопровождением. Так оно и вышло.

Тедди остановилась. Конечно же! Ее сбило то, что вокруг были другие деревья. Привычка определять местонахождение по старым деревьям еще не скоро изживется, но здесь они ходят куда им вздумается! А вот небольшой подъем и узкий овраг аккурат у края поляны…

– Это то самое место, – прошептала она. – Там впервые встретились летуны и наше племя, там они воевали.

– Все так, принцесса, – согласилась Нинка.

Теперь Тедди пришлось пересказывать Димке свои видения, благо у них было время. А вот когда начало светать, их разговор прервала Нинка.

– Нейтральная территория, – объявила она. – Здесь можно меньше опасаться летунов.

– И больше – наших же мышей, – «перевела» для себя Тедди. – До людского села еще долго?

– А я вижу одно! – одновременно с ней воскликнул Димка. – Но это не Несчастливое. Здесь мы не бывали.

– Горемычное, – кивнула Нинка, приглаживая усики. – Обойдем?

– Почему это? – удивилась Тедди. Нет, она помнила, как их встретили впервые в Несчастливом, но еще их напоили горячим и накормили. А есть уж очень хотелось.

– Нинка хочет сказать, что мышиная принцесса с двумя мышами может быть не слишком хорошо принята в людской деревне, – объяснил Димка. – А делать нам тут особо нечего. Тинатин же в Несчастливом, ты сама говорила.

– Тогда я пойду одна. – Тедди упрямо выпятила подбородок. – Мой… отец собирается напасть на людей, и кто, как не люди, может попытаться остановить его?

– Как ты это представляешь? – удивился Димка, но Тедди уже шагала к деревне, из которой слышался глухой лай медведеподобных собак.

Она чувствовала спиной взгляды товарищей, которые осторожно следовали за ней, не приближаясь слишком к деревне, но находясь достаточно недалеко, чтобы прийти на помощь в случае чего. И от этого ей было совсем не страшно. Оказывается, отважной быть легко, если у тебя за спиной друзья.

И это бесстрашие сыграло ей на руку – собаки лишь окружили ее, но напасть не пытались, так и провожая до центра деревни, где Тедди безошибочно нашла дом старосты. У этого дом также был огорожен частоколом, а из крыши торчал нос лодки, словно ее разобрали на эту крышу. Входить во двор Тедди не стала, дождавшись, когда навстречу ей выйдет хозяин. Заросший черными волосами по самые глаза, он напоминал крупного медведя, для забавы одетого в людскую одежду. Только мясистый нос, торчащий из этих зарослей, говорил о том, что это человек.

– Добрый день, – вежливо поздоровалась Тедди.

– Благой, – с сомнением в голосе согласился мужик, уставившись на нее своими мелкими глазками. – Чьих будешь?

Тедди вздохнула, приготовившись снова разбирать малопонятные слова устаревшего языка. Интересно, а если она сама мужика покусает, он сможет говорить на мышином? А ответить что-то надо, староста ждет. Называться внучкой Мары не хотелось. Еще меньше хотелось говорить о том, что она дочка Алисо. В конце концов, она сама по себе тоже что-то значит!

Так, убедив себя, Тедди произнесла:

– Я Теодора Мус, прин…

– Принцесса мышиного королевства, – прервал ее староста и пояснил на ее немой вопрос: – Кора и тут летает.

– О! – Тедди почувствовала себя глупо. И испугалась. Что, если горемычные выдадут Коре, что она тут была? Тедди сомневалась, что летуны уже знают о ее бегстве, все-таки с Дарой мало было желающих связываться. – Вы не скажете ей, что я тут была?

Староста молчал, продолжая сверлить ее взглядом, и Тедди решила поговорить о том, зачем она пришла. И вовсе не о горячем питье или еде, как можно было бы подумать!

– Алисо тоже вернулся, и он хочет напасть на людской мир, – произнесла она. – Его нужно остановить.

– Ако дело до того, – пожал плечами староста. – Пущай пытает.

Тедди лишь понадеялась, что староста имел в виду «пытается», но отступать не собиралась.

– Это и ваш мир тоже, – с отчаянием произнесла она. – Вы ведь пришли оттуда! Неужели вы не помните? Ваши предки…

– Пращуров не замай, – прервал ее староста. – Древле было. Миновало.

С нетерпением ожидающие Тедди друзья обнаружили, что она едва не плачет.

– Они не хотят помогать, – жалобно протянула девочка. – Я и так объясняла, и сяк. Даже решила сначала, что он меня не понимает, нарисовала на дороге прутиком…

– Они тоже считают, что это их мир, – первым сообразил Димка. – И им только на́ руку, если Алисо уйдет в другой.

Тедди кивнула.

– Ты ведь не всерьез надеялась на их помощь? – уточнил Димка. – Серьезно, сестричка, они же едва сами выживают, куда им что-то предпринимать. Это уже не те завоеватели, что покоряли Урал и Сибирь, это обычные крестьяне, бесхитростные и напуганные.

– Наверное, ты прав, – шмыгнула носом Тедди. Она вздохнула и тщательно вытерла лицо от слез. Голос ее стал пободрее. – Правда, чтобы избавиться от меня, мне собрали немного еды. Как насчет завтрака?

– Я еще и поужинать за вчера могу, – обрадовался Димка.

Добытое в деревне они на ближайшей полянке честно разделили на троих, а запивали водой из ручья. После еды Тедди повеселела и уже не так злилась на горемычных.

– А отсюда долго идти до нашей деревни? – спросила она у Нинки, имея в виду Несчастливое.

Но Нинка ее и так поняла.

– Столько же, как от гнезд. – Во времени Нинка разбиралась плохо, даже несмотря на все попытки ее научить. – Но идти почти все время по людским дорогам, – может, быстрее дойдем.

Тедди кивнула. Да, хитроумные предки этих запуганных крестьян хорошо все продумали. Хотя страшно даже представить, сколько сил понадобилось им, чтобы выложить камнем вокруг деревень или вдоль дорог. Интересно, они быстро до этого додумались или сначала долго ругались, когда яблони или сливы сбегали к соседям, а то и вовсе в лес?

– Надо вернуться. – Тедди остановилась прямо посередине дороги, заставляя и двух мышей тоже остановиться. – Как я не догадалась! Если Тинатин спряталась в Несчастливом, то и Матильда могла добраться до одной из деревень, и там ее можно было бы найти!

Димка покачал головой.

– Я думал об этом, – срывающимся голосом произнес он. – Но мама не перестала бы меня искать или попробовала подать знак.

– И, если она перешла тем же путем, что и вы, она могла оказаться только в Несчастливом, – добавила Нинка. Похоже, это они уже обсуждали.

– Ладно, – неуверенно согласилась Тедди. Ей большого труда стоило не рассказать, что гвардейцы старшей сестры Сола обыскали все, но не нашли Матильду. С другой стороны, в лесу еще столько всего могло быть, что они не нашли… Вместо этого она попыталась приободрить брата: – А если она вернулась назад за какими-нибудь полезными вещами?

– Например? – буркнул тот. Судя по всему, такие разговоры все больше его расстраивали, а не ободряли.

– Например, за ружьем. – Тедди прикинула, что, если бы она сразу сообразила, куда они попали, тоже не отказалась бы от ружья. – А это такая штука, ее за полдня не достанешь!

– Точно! – Димка и впрямь обрадовался. Кажется, даже такая малость могла его обнадежить!

Тедди стало его по-настоящему жалко. Как он еще на всех не бросается, когда целыми днями думает лишь о том, где может быть его мать!

Идти по дороге было куда проще, чем через лес, но и жарче. Поля стояли пустые, лишь из земли кое-где виднелись свежие побеги. Похоже, их давно засеяли, и лишний раз хозяева полей не выбирались из своих деревень. Довольно продуманно для тех, кто буквально живет между молотом и наковальней.

– А если она пошла в другую сторону? – продолжала вслух размышлять Тедди. – Что там, за болотами?

Думать о том, что болота на то и болота, что не все их могут перейти, совсем не хотелось.

– Ничего там нет. – Нинка остановилась, чтобы вырастить себе несколько колосьев.

Димка и Тедди тоже остановились, причем Тедди принялась глазеть по сторонам, надеясь обнаружить ручей или овраг, где можно было бы пересидеть самое пекло. Напрасно.

– «Ничего» не бывает, – назидательно ответила Тедди, обмахиваясь сорванным лопухом. Хоть трава тут не кочует, как деревья, и то уже радоваться можно! – Ты хочешь сказать, что там сразу начинаются горы?

– Да, это я и хочу сказать, – немедленно согласилась Нинка. Она разделила колоски с Димкой. Тедди они сырые зерна не предлагали, да ей в такую жару и не хотелось есть. Разве что пить.

– Но горы – это еще не все. – Тедди потрясла головой. От жары она плохо соображала. Неужели она до сих пор не рассказала о том, что за горами? Странно, ей казалось, что они уже достаточно говорили об этом с бабушкой, чтобы это поняла и Нинка. Разве что она привыкла так думать и попросту не слышала то, что расходилось с уже привычным мнением. – За горами есть целая цивилизация летунов. Возможно, они куда нормальнее тех, что находятся здесь.

– Или, наоборот, сюда перебрались самые нормальные, – ответила ей Нинка, принимаясь кусать свой хвост. – В любом случае это не важно. Никто не может перейти горы.

– Отчего это? – Тедди была задета за живое таким пренебрежением к своей версии. – Ты тоже веришь в пропавших в горах летунов?

– Нет, я верю в то, что много наших пыталось пройти через горы, – пояснила Нинка. – И тебя, принцесса, туда пытались отправить неспроста. Нашему народу очень нужно больше места, и получается, или через горы, или в проход в ваш мир. Обратно нам ведь не вернуться.

Об этом Тедди помнила. Она надеялась, что рано или поздно своими глазами увидит, как так вышло, что люди построили деревню на мышином месте, но пока новые видения обходили ее стороной.

– Мне не показалось, что там действительно что-то удерживает от перехода, в горах, – призналась она. – Я просто сделала вид, будто не могу пройти.

– Умно, – неуверенно согласилась Нинка.

Дальше они шли молча, каждый думал о своем. А когда между полями возник реденький лесок, Тедди первая бросилась под спасительную тень, уже не вспоминая о теме разговора. Это все казалось совсем неважным.

А сразу за деревьями показалась знакомая деревушка. Теперь уже и сама Тедди не могла понять, как она могла перепутать две деревни. И кривое уродливое дерево во дворе Василия было видно даже из леса. А на самой нижней ветке этого дерева сидела и болтала ногами…

– Тина! – первый крикнул Димка и бросился вперед.

Тедди с Нинкой только и оставалось, что припустить следом.

Тинатин спрыгнула с дерева и кинулась обниматься. В руке она держала надкусанное яблоко.

– О, теперь я вижу, что вы с Солом родственники, – заметила Тедди, тиская подругу. Пусть Дара и говорила, что ее сестра тут, но, пока сама Тедди лично не убедилась, до конца не верила. – Он тоже на этом дереве яблоки грыз.

– А я хозяевам помогаю, – пояснила ни чуточки не смутившаяся Тина. – Выращиваю яблоки на самой верхушке и собираю. Осенью яблок много, половина сгнить успевает, их нет сил и возможности у хозяев ни сушить, ни варить. А сейчас, наоборот, яблокам все в доме рады.

– Как ты вообще сумела сбежать тогда, Алисо ведь за тобой мышей отправил! – прервал неинтересный ему разговор Димка. – Мы места не находили, пытаясь понять, где ты. Хорошо хоть Тедди точно знала, где искать!

Тинатин бросила настороженный взгляд на подругу, но ничего спрашивать не стала, вместо этого принялась рассказывать о своих приключениях. Спаслась она на удивление просто. Все-таки не напрасно она тогда подобрала второй стручок мышиного горошка, который оставила Тедди перед уходом к бабушке. Он ей и пригодился. Да, у Тины не было Голоса, но ей он и не понадобился. Достаточно было проглотить одну горошину, и четверть часа у нее было в запасе, она могла бежать бок о бок со своими преследователями, и они ни о чем даже не подозревали! Ей хватило трех горошин, чтобы добраться до Василия.

Трехпалый спрятал ее в своем саду, а потом и вовсе выделил место в сарае в обмен на вот такие фокусы вроде свежих спелых яблок в июне.

«У меня же день рождения. Был. Вчера», – запоздало сообразила Тедди.

Ей стало грустно и весело одновременно. Еще ни разу она не забывала о своем дне рождения, а ведь вчера с утра еще помнила! Но самый главный подарок она получила – они с Димкой, Ниной и Тиной были снова вместе и на свободе. Если бы еще найти Матильду, то совсем было бы хорошо.

Словно подслушав ее мысли, Тинатин вдруг шлепнула себя ладонью по лбу.

– Чуть не забыла! Василий говорил, что неделю или больше назад недалеко от гор видел женщину, одетую, как вы. И по описанию она похожа была на Матильду. Он окликнул ее, но она прошла мимо с таким лицом, словно вспомнила что-то важное.

– Так она все-таки здесь? – Ужас и радость смешались в причудливую гамму на мышиной мордочке Димки.

– Может, она перебралась через горы? – подхватила Тедди. – Или просто находится в безопасном предгорье. Как Дара.

И снова она упомянула старшую сестру Тины, только в этот раз ей не суждено было отделаться обещаниями «рассказать позже».

– Ты познакомилась с Дарой? – ахнула Тина. Матильда и предгорье временно оказались забыты. – И ты до сих пор жива?

– Твоя сестра вовсе не такая, как рассказывают, – заметила Тедди, внимательно следя за выразительным личиком Тинатин. Что, если подруга специально поддерживала общее представление о Даре? Но нет, Тина смотрела с удивлением и даже некоторым подозрением, что ли. Того и гляди спросит, об одной ли Даре они говорят. А Тедди решила, что самое время спросить о том, о чем ей рассказала старшая принцесса. – Да и ты сама тоже. Ты что-то узнала до того, как тебя отправили к Болотной ведьме, и забыла это. Или не забыла?

– О чем ты? – растерянно переспросила Тина, совсем позабыв про яблоко и про предыдущий разговор, хотя Димка недовольно притопывал одной ногой, давая понять, что разузнать о его матери куда важнее. – Меня отправили туда, чтобы со мной не случилось того, что случилось с одногнездовым братом Дары…

– Мы все знаем Сола, – прервала ее Тедди. – Он, конечно, редкостный дурак, но убить сестру? Ты сама веришь в это?

– Что ты хочешь от Тины? – потянул ее за руку Димка.

Но Тедди не обратила на брата никакого внимания, во все глаза глядя на пернатую принцессу, глаза которой забегали, словно она впервые задумалась над тем вопросом, что сейчас вслух произнесла подруга.

– Что ты видела или слышала, Тинатин? – продолжала напирать девочка, почему-то уверенная, что это обязательно поможет. – Ну же, вспомни. Что ты могла услышать от Многоликого, что тебе пришлось забыть?

Еще только произнеся имя короля летунов, Тедди поняла, что это ошибка. И впрямь, личико Тины побледнело и как-то потускнело все, глаза остановились в одной точке, и принцесса пробормотала:

– Не помню. Ничего не помню.

Тедди готова была побиться об яблоню. У нее почти получилось, и вдруг Тинатин снова замкнулась и выглядела так, что Димка занервничал.

– Не трогай ее, – потребовал брат. – Если это важно, то она и так вспомнит!

И докажи ему, что это не так. Нет, слушать не будет. У него все мысли заняты тем, что Матильду видели рядом с горами.

– Лучше расскажи, почему ты думаешь, что в горах безопасно.

Пришлось рассказывать. И если сначала Тедди собиралась ограничиться собственной историей о том, как она едва не перешла через горы, если бы не поняла намек королевы Мары, то потом разошлась. Рассказала о Даре и ее похожих на молчаливых воронов спутников. Об ее тайном штабе и даже о том, что она не убивала своего брата.

– Я вспомнила! – вскочила Тина и снова уселась прямо на траву, чтобы упавшим голосом пояснить: – Я вспомнила, что и правда забыла что-то.

– Это как? – теперь не понял уже Димка.

– Я что-то рассказывала Даре, но не помню что, – пояснила принцесса. – Я вспомнила, что мы дружили с ней. Почему я не помнила этого?

– Хороший вопрос, – пробурчал Димка. Кажется, он особенно болезненно воспринимал ситуацию, когда считал, что должен защитить сестру или подругу, и не мог. – Только кому его задать?

– Многоликому, – ответила вместо Тины Тедди. – Только я сомневаюсь, что он ответит.

– Он не мог! – запротестовала Тинатин.

Тедди лишь пожала плечами, чувствуя, как внутри скользким змеем сворачивается странное чувство, когда тебе неприятно говорить другому о его близком плохое, но ты рад, что такое не только у тебя. Она глубоко спрятала мысли о своем отце, но то, что у Тинатин отец может похвастаться еще большими секретами, немного грело ей душу.

– Подождите! – и начинающуюся ссору прервала Нинка. – Вы глубоко забираетесь в ненужные вам дебри. К чему все эти тайны? Сосредоточьтесь на чем-то одном.

– На поисках моей мамы, – тут же твердо произнес Димка. – И возвращении домой.

– Я не уверена, что смогу вернуться, – мрачно ответила Тедди. – Мне не к кому возвращаться.

– А мне некуда возвращаться, я тут живу, – жалобно добавила Тинатин.

– Вот, у вас и без тайн Многоликого хватает проблем, – кивнула Нинка и схватилась за хвост: взгляды ребят заставили ее занервничать.

– Какая ты умная! – восхитился Димка. – Странно, что это до нас никто не заметил!

– Если бы, – буркнула Нинка, энергичнее хватая хвост, словно это был спасительный круг. – Еще как заметили. Думаете, почему меня заставили на поклон к принцессе идти? Надеялись, что сгину.

– Зря надеялись. – Против воли Тедди разулыбалась, вспомнив, как познакомилась с серой подружкой.

– Не скажи, – возразила Нинка. – Они еще много чего придумали, и, если бы вы меня к себе не приблизили, быть мне уже без хвоста!

– Но теперь ты наша подруга, – успокоил ее Димка, а Тедди добавила:

– И это куда опаснее, чем быть просто умной мышкой. Но поворачивать уже поздно. Так что давайте все подумаем, куда могла деться Матильда, если она и впрямь здесь.

– Только подумаем подальше от деревни. – Тина кивнула на дом Василия. – Трехпалый сказал, что одну меня примет, но как только за мной придут, чтобы я немедленно уходила. Хорошо хоть вы пришли, а не мои родичи. Я больше всего боялась Сола увидеть.

– Сол, кажется, сейчас под домашним арестом, – вспомнила Тедди. – Ему досталось от твоей мамы за самоуправство.

– Правда? – От неожиданности Тинатин заморгала так быстро, что у нее из глаз полились слезы. А может, наоборот, она расплакалась и от этого моргала. Тедди не поняла. – Мама за меня беспокоится?

– Очень, – искренне ответила Тедди и поднялась на ноги. – Ладно, раз в деревне нам лучше не оставаться, то так тому и быть. Но куда мы пойдем, чтобы не попасться ни летунам, ни мышам?

– Снова к Болотной ведьме? – предположила Тина, вытирая мокрое лицо и с удивлением разглядывая ладони.

– Нет, я ей тоже больше не верю, – покачала головой Тедди.

– Я бы предложил поговорить нам всем с Дарой, раз она тебя отпустила, – проговорил Димка. – Но где ее искать? До гор пока дойдем, десять раз кому-нибудь да попадемся.

– Точно! – Тедди звонко шлепнула себя по лбу. – Я тупица!

– Вовсе нет, – галантно оспорил ее уничижительное мнение о себе Димка и с любопытством уточнил: – А если да, то почему?

– В лесу скажу, – отрезала Тедди.

– Я вот одного не понимаю: почему у нас все не как у людей? – недовольно поинтересовалась девочка, нетерпеливо притоптывая на месте, пока все поднимались на ноги.

– А как у людей? – заинтересовалась Тина, за время разговора вырастившая пяток яблок и теперь пытавшаяся удержать их в руках. Одно яблоко постоянно падало, а когда принцесса нагибалась за ним, падало другое.

– У людей обычно все вещи всегда с ними, – буркнула девочка. – Еда, рюкзаки, еще что-то. А у нас?

– А что у нас? – снова переспросила Тина.

Вопрос был с подвохом. Пусть одежда, а с ней и карманы были и у Тинатин тоже, она вряд ли сообразила, что в них можно сунуть что-то большее, чем стручок мышиного горошка, так что Тедди вывернула собственные карманы. Телефон, платок, зажигалка, фонарик и две смятые купюры до того грязные, что непонятно, какого номинала. С учетом того, какие на них у Тедди были планы, она лишь надеялась, что они меньше тысячи.

– Негусто, – подвела она итог и снова сунула все по карманам. – Ладно хоть двое из четверых умеют добывать еду, да и с ручьями тут в лесу нормально.

– На самом деле… – начал Димка и вдруг замолчал.

– Что «на самом деле»? – Тедди нахмурилась. Брат выглядел странно смущенным. – Ты о чем? Ты что-то научился делать?

– Нет. Не научился, – еще больше смутился Димка, а Тедди потеряла к этому разговору весь интерес.

Они довольно бодро шагали прочь от деревни и как раз добрались до небольшой полянки.

– Так, у тебя лапы, а я не умею разжигать костер, – заявила Тедди брату. – Давай попробуем соединить твои знания и мои возможности. Только костер должен быть с дымом, чтобы над деревьями видно было.

– На такой костер все сбегутся, – с опаской предположила Тина и на всякий случай отодвинулась подальше.

Тедди ее не винила, с кострами принцессе до сих пор не очень везло.

– Все, да не все, – туманно ответила Тедди. – Нам важно, чтобы те, кто нужно, успели раньше.

Все вместе они собрали гору сухого валежника, в которую по совету Димки Тедди и сунула сухих иголок и одну купюру. А потом щелкнула зажигалкой.

Костер занимался долго, стертые грязные деньги никак не хотели загораться, зато когда все-таки затлели, то тотчас вспыхнули, отчего огонь едва успел перекинуться на тонкую сухую ветвь. Димка посоветовал еще раздувать, и Тедди порядком испачкалась и надышалась дымом, прежде чем у нее получилось.

Но все это стоило результата. Ведь едва дым поднялся над верхушками самых высоких деревьев, вдали появилось несколько точек.

– Ого! – удивился и обрадовался Димка. – Ты прямо как Гендальф, когда он орлов позвал!

– Спасибо. – Тедди так измучилась, что у нее не было сил оспаривать такой неоднозначный для нее комплимент. – Только они не орлы.

Удивило и обрадовало ее, что Ри, Рри и Р`ри прилетели все втроем. Словно давно уже ждали ее знака. Конечно, это Тедди казалось ровно до того момента, как она удосужилась пересчитать товарищей. И по всему выходило, что Даре стоило прилететь со своими помощниками.

– И хорошо даже, я все равно высоты боюсь, – пискнула Нинка. – К тому же… к тому же кто-то должен узнавать, что придумает король Алисо! И вдруг он первый найдет Матильду?

Ребята переглянулись. Оставлять Нинку не хотелось до ужаса, но мышь была права. Иметь за спиной кого-то вроде Алисо и не оглядываться они себе позволить не могли.

– Но как мы узнаем, что у тебя есть новости? – Тедди уже почти согласилась, просто хотела, чтобы ее убедили.

– Я вас сама найду, – легко ответила Нинка и шмыгнула в кусты, тем самым лишая друзей возможности еще подумать. Как поняла Тедди, едва летуны с ними в лапах взвились в воздух, Нинка сделала за них выбор в самый нужный момент: едва они оторвались от земли, как на поляну с едва затушенным кострищем высыпали мыши. С высоты Тедди видела, как они шныряли по поляне, поднимаясь на задние лапы и глядя им вслед. И почему-то Тедди совершенно точно знала, что это не ее верные подданные, спешившие сообщить принцессе о своих самых искренних чувствах.

В этот раз летун держал ее за пояс, позволяя глазеть по сторонам и заодно запоминать дорогу к горам. Не то чтобы она надеялась в случае чего сбежать, но так было спокойнее.

Хуже всего было Димке. Он впервые оказался в воздухе с летунами, да еще в совершенно не приспособленной для полета мышиной форме. Но держался он хорошо, и о том, что ему было очень страшно, Тедди догадывалась только по обвисшим усам и хвосту.

Девочка издалека увидела горы и тот самый излом, рядом с которым у Дары было секретное место. Еще несколько взмахов крыльями, и они приблизились достаточно, чтобы увидеть и гроздья гнезд, и саму Дару, которая, нахохлившись, сидела рядом с ними.

– Дара! Я тут! – помахала рукой принцессе Тедди.

Она надеялась, что эта небольшая заминка позволит Тинатин собраться с духом перед встречей с сестрой. Хотя, скорее всего, у Тины были другие проблемы. Она неуверенно мялась в нескольких шагах от Дары, не в силах подойти ближе. Ни разу до сих пор Тедди не замечала за ней беспокойства по поводу изменившейся внешности, и на́ тебе.

– Иди сюда, дурочка ощипанная, – распахнула крылья Дара.

И Тина, всхлипнув от облегчения, бросилась в объятия сестры. И они заворковали точно птицы, перебивая друг друга: Дара жаловалась на то, как изменилась сестра после возвращения от Болотной ведьмы, а Тина едва не плакала, рассказывая, как боялась сестры наравне с одногнездовым братом Солом.

– Это надолго, похоже, – кивнула на них Тедди.

– Зашибись, – согласился Димка. – Скажи, а тебя не беспокоит, что эта бесплатная рабочая сила не разговаривает?

И он указал на воронообразных охранников Дары.

– Те, что с Солом были, тоже не говорили. – Почему-то Тедди сначала показалось это хорошим объяснением, но лишь до тех пор, пока оно не прозвучало вслух. – Послушай, Дим, они точно такие же, как те, что первыми прилетели из-за гор! И тогда так же выглядели все, кроме Многоликого!

– Вот и я о чем, – обрадовался Димка. – Это странно. Очень. И вдвойне странно, что этого никто не замечает.

– Нет, я заметила, – возмутилась Тедди. – Просто куча проблем куда важнее, все навалилось…

– Тедди, если верить твоим видениям и провести параллель, то это три крылатых… не знаю… неандертальца! И это, по-твоему, недостаточно интересно? Почему все изменились, а они нет?

– Это вряд ли поможет нам искать твою маму, – ответила Тедди и тут же испугалась, что обидела брата.

Но Димка лишь кивнул.

– Очень может быть, что это никак не связано, – глухо произнес он. – Но пока я не увижу что-то, наверняка связанное с мамой, я буду хвататься за любую ниточку, даже другого цвета. Это и есть надежда, понимаешь?

– Понимаю, – согласилась Тедди. – Я вот думаю, что мы просто знаем не обо всех кротовинах в этом мире. И твоя мама могла перескочить в еще один мир. Только я никак не могу понять, случайно ли оба перехода, о которых нам известно, в этой долине.

– Что ты имеешь в виду? – заинтересовался Димка.

– Может, это место какое-то особенное и все кротовины этого мира находятся здесь, а может, наоборот, за пределами долины можно найти больше переходов, – пояснила Тедди. – Только как это узнать, я так и не поняла.

– Зато я понял, – утешил ее Димка и, прежде чем Тедди успела спросить, что он понял, подошел к Рри и громко произнес: – Вы знаете, где есть проходы в другой мир?

Тедди хотела было сказать, что эти летуны молчат не просто так и они не говорят даже с Дарой, как Рри пришел в движение. Он подскакивал на месте и скользил лапами, водил хвостом и кружился на месте.

– Черт побери, – прошептал Димка.

– Это не опасно, он просто разговаривает так, – попыталась успокоить брата Тедди.

Но тот обернулся так резко, что она сама вздрогнула.

– Тедди, ты что, не видишь? – прошипел Димка. – Он же танцует!

– Я в курсе, – заверила брата Тедди, попрежнему не понимая, к чему он клонит.

– Только не говори, что не слышала про язык танца у пчел! – возмутился Димка. – Очень похоже на то, что изображает этот носатый.

– Птицы тоже иногда танцуют, – попыталась разубедить брата Тедди, но напрасно.

– Я чувствую, что прав, – твердил он. – Просто ты не можешь перестать видеть в нем птицу из-за того, что он похож внешне. А мне кажется, что эти пернатые куда ближе к насекомым, и это меняет очень многое, сестричка.

– Например? – Тедди не понравилось, как прозвучали последние слова.

– Например, мы можем напрасно считать, будто за пределами долины летуны более развиты, а здесь одичавшие особи. Может, все совсем наоборот, – пояснил Димка.

– А чего это Рри вам целую карту выплясывает? – Тем временем передвижения молчаливого летуна привлекли внимание Дары. – Так… так…

– Что он говорит? – заинтересовалась Тедди.

– Почему только ты его понимаешь? – одновременно с ней спросил Димка.

– А ты тот самый жених моей сестрички? – прищурилась Дара, не отвечая ни на один из вопросов.

– Это не совсем так, – вклинилась Тедди.

– Да, это я, – перебил ее Димка. – Только обычно я выгляжу иначе.

– Человек, я помню, – кивнула Дара. – Что же, я объясню, как сама понимаю это. Похоже, это как-то связано с горами…

Дара рассказала, что на самом деле таких летунов среди них осталось немного, но время от времени у них рождались птенцы, такие же, как и они сами, – молчаливые танцоры, черные как уголь, с острыми длинными клювами. И их никто не понимает, зато они вполне понимают обращенную к ним речь. Добавить к этому их физическую силу и острые клювы – и станет ясно, почему именно этот род летунов всегда привлекали к защите королевской семьи и приближенных. Единственный минус таких охранников был в том, что защитить они могли только от угрозы извне – от людей или мышей. Так, эта троица не пошевелила и крылом, чтобы помочь Даре, когда на нее напал брат, промолчали они и когда тот погиб. А вот в горы полетели за принцессой, и там измученная своими страхами Дара вдруг обнаружила, что понимает их.

– Так что он говорит сейчас? – нетерпеливо повторила Тедди.

– Он говорит, что в центре леса находится еще одна невидимая нора, – «перевела» Дара. – Только из нее никто не выходит. Лишь иногда кто-то попадает внутрь, и все.

– Ясно, – неуверенно произнесла Тедди так, что сразу становилось понятно, что ничего-то ей не ясно. Кроме разве того, что утешить этим Димку ей не удалось.

– Даже так? – тем временем переспросила Дара у танцора, и Рри закружился с новой силой. – То есть только ваш род никогда и не приближался к этим норам?

– Что, что он говорит? – Тедди все ногти изгрызла, пытаясь понять, о чем речь.

– Да я уже вроде бы сказала, – пожала плечами Дара. – Рри утверждает, что тот, кто проходит этими норами и возвращается, больше не остается прежним. Поэтому они никогда не приближаются к этим опасным местам.

– Прекрасно его понимаю, – фыркнул Димка. – Я вон перешел из своего мира, и пожалуйста – стал мышью.

– И принцем, – добавила Тедди, думая о том, что сказала Дара. Неужели это и правда было связано? И тогда, получается, Димка может оказаться прав.

– Мышиным, – ехидно уточнил брат.

– Жаль, что у Теодоры еще не вырос новый Голос и она не может вернуть Тине ее внешность, – огорченно произнесла Дара.

– Эм-м… да, – пролепетала Тедди, не решаясь признаться, что они собираются забрать младшую принцессу в свой мир. Сейчас спорить об этом было бесполезно, пока они хотя бы сами не поймут, куда им возвращаться.

Димка тоже прятал глаза.

– А что, у тебя может вырасти новый Голос? – заинтересовалась Тина, которая многое пропустила.

– Это еще что, я, кажется, могу немного управлять своим прежним Голосом, но только когда я вблизи с Алисо, – похвасталась Тедди.

– А ты пробовала? – неожиданно спросила Дара, сверля девочку взглядом.

– Ну… да… – стушевалась та. – Нечаянно, когда он пытался заставить меня молчать.

– Нет. – Дара защелкала клювом. Пришлось ждать, пока она успокоится. – Ты пробовала на расстоянии?

– Нет. – Эта мысль так поразила Тедди, что она немедленно уселась прямо на землю и принялась думать про свой Голос. По ощущениям было похоже, словно она прислушивалась к себе: не хрипит ли горло от приближающегося кашля? Но ничего похожего она не чувствовала.

Димка начал расспрашивать Дару о горах и о том, что за ними. Тина отыскала кривое сливовое дерево, неясно каким образом попавшее в горы, и с помощью магии вырастила две дюжины плодов. Свою долю Тедди жевала, так и не переставая думать о Голосе. И вот когда она уже совсем отчаялась и собиралась подняться, она что-то почувствовала.

Только не то, что ожидала. Она не могла управлять Голосом, но она чувствовала то, где он находится, и какие-то вибрации эмоций вокруг. Может, ей это показалось, но рисковать она была не намерена.

– Алисо очень рад из-за того, что нас нет рядом. – Она поднялась на ноги. – А значит, самое время это исправить.

– Довольно неоднозначно звучит, – заметил Димка, которому явно не хотелось покидать безопасные горы сразу же, как они тут оказались. – Похоже на то, что «назло мамке уши отморожу».

– Возможно, – на вид легко согласилась Тедди. А чего стоило ей не заскрипеть зубами от бессильной злости, знала только она да, может, наблюдавшая за ней Дара. – У меня нет матери, чтобы сравнить. Я просто чувствую, что должна быть там. И я не говорила, что мы должны оказаться там вместе.

– Я тебя не оставлю, – решительно заявил брат.

Злость Тедди немного утихла, но она покачала головой.

– Сейчас вы с Тиной будете для меня обузой, – пояснила она. – Алисо пойдет на что угодно, чтобы заставить меня слушаться. Но мне самой он навредить не может.

Конечно, Тедди прекрасно помнила о том, что ему не обязательно вредить ей, чтобы обезопасить себя. Достаточно запереть в глубине лабиринта. Но говорить об этом ни собиралась. В конце концов, рано или поздно, но ее Голос снова наберет силу, и тогда она выберется из любой темницы, куда бы ее ни посадил отец. Обещать такое же друзьям она ни могла.

– Я согласна с Теодорой, – вклинилась в их беседу Дара. – Вам безопаснее оставаться здесь, в горах. И лучше, если никто в моем племени не узнает, что Тинатин на свободе. Если кому-то, кроме пустоголового Сола, нужно было, чтобы сестренка пропала в мышиных лабиринтах, мы узнаем об этом только в том случае, если ее освобождение останется тайной.

– Но… – Димка растерянно огляделся, словно не ожидал, что все будут согласны с Тедди, однако даже Тинатин согласно кивнула. – Как я смогу тебя защитить, если что-то пойдет не так?

– Меня не надо защищать, – ответила девочка и неожиданно поняла, что это правда. С самого прибытия в этот мир она пыталась прятаться за брата и даже не замечала, как часто она оказывалась далеко от него и была вынуждена решать все важные вопросы сама. Раньше ей никогда не приходилось делать такого, ведь у нее был отец, и гувернантки, и учителя. Все вокруг знали, как будет лучше для нее, а она лишь мечтала взбунтоваться, чтобы доказать, что выросла. И вот она могла делать что угодно, и некому было ее останавливать. И что удивительно: оказалось, что бунтовать ей вовсе и не хочется. – Только перенести ближе к лабиринту. Это возможно?

– Разумеется. – Дара смотрела на нее так пристально, что казалось, знает что-то, неизвестное даже самой Тедди. – Рри тебя доставит на то же самое место. Только будь осторожна. Он рассказывал, что мыши были весьма недовольны, когда вы улетели.

– Ерунда. – По спине пробежал холодок, но Тедди не стала обращать на него никакого внимания.

К сожалению, она прекрасно помнила о том, как легко Безымянный мыш, еще до того, как стал безымянным, предлагал разделаться с гостьей-принцессой. Возможно, и она могла столкнуться с такими излишне исполнительными подданными Алисо. Если только он не предупредил всех, что ее нельзя трогать.

Рри крепко ухватил ее за талию, и Тедди подумала, что так можно и привыкнуть к полетам.

– Подожди! – К ней подскочила Тинатин и, порывшись в карманах, вытащила половинку стручка мышиного горошка. – Держи. Тебе нужнее!

– Спасибо, – только и успела ответить Тедди, как зашелестели крылья, и Рри вместе со своей ношей поднялся в воздух. Тедди махала брату и принцессам, еще не зная, что скоро встретится с ними снова, но при совсем других обстоятельствах.

Рри высадил Тедди на той же полянке, с которой забрал, но в этот раз ей не повезло сразу наткнуться на Нинку-Инку. А вот небольшая мышиная гвардия околачивалась по кустам, и они определенно ждали именно Тедди. По крайней мере, это стало понятно, когда они разом набросились на девочку и поволокли в сторону лабиринта. Справедливости ради стоит уточнить, что сначала они собирались ее повести, но Тедди не понравилось такое обращение. Пару мышей она пнула тяжелым ботинком, кому-то наступила на хвост и дернула за ухо… Так что не было ничего удивительного в том, что вскоре она оказалась поднятой в воздух добрым десятком лап и вот так, не в силах шевельнуть ногой или рукой, была переправлена к норе.

«Я похожа на гусеницу, которую несут муравьи», – подумала Тедди, перестав дергаться и уставившись в небо. На какое-то мгновение ей захотелось, чтоб появился Рри и забрал ее обратно, к Димке и Тине. Но она силой воли заставила себя отбросить такие мысли. Если она испугается сейчас, то уже никогда не сможет противостоять отцу.

– Явилась, – приветствовал ее в тронном зале отец. Мыши еще в узком коридоре позволили ей снова идти самой, но тут и Тедди сильно не упиралась – застрять в норе хорошего мало. Алисо стоял рядом с троном, на котором восседала разом постаревшая Мара, но Тедди не обманывалась его скромным положением, потому что на голове его была водружена корона. Теперь было самое время пожалеть, что Тедди не согласилась взять корону, когда Мара ей предлагала. Ей не хотелось оставлять королеву без защиты, и вот что из этого вышло. – Поняла, что лучше быть с семьей, чем с этими якобы друзьями?

– С такой семьей и врагов не надо, – привычно огрызнулась Тедди.

Но Алисо лишь махнул лапой, всем своим видом показывая, что не обращает никакого внимания на ее глупости:

– Жаль, что ты так привязана к этой отвратительной внешности. Может, пора уже вернуть себе настоящую?

– Это и есть настоящая! – Тедди отшатнулась в сторону, словно даже прикосновение ненаследного короля могло превратить ее в мышь. Хоть она и понимала, что он не может ей навредить с помощью ее собственного Голоса, но все равно было страшно.

– Глупости, – рассердился Алисо. – Ты моя дочь, а значит, ты такая же, как я. И, если уж нам приходится… дружить, я бы предпочел видеть перед собой приятную серую мордочку, а не это убожество.

– А я бы предпочла, чтобы ты провалился под землю, – отозвалась Тедди. – Но, похоже, нам обоим придется смириться с несовершенством мира.

– Моя дочь, – ухмыльнулся Алисо.

И Тедди немедленно замолчала. Непонятно, хотел ли отец этим ее похвалить или задеть, но второе ему удалось отлично. Больше всего она боялась походить на Алисо, и раз за разом он напоминал ей об этом.

– Если вы уже наболтались, я бы хотела поговорить с внучкой наедине, – подала голос Мара.

– Чтобы она снова сбежала, как в прошлый раз? – ухмыльнулся Алисо, не делая попытки уйти.

– Я не сбегу, – подала голос Тедди. – Я пришла сама, если ты не заметил.

Алисо еще колебался. Ему не хотелось идти на поводу у дочери, но и ослушаться мать, пусть и лишенную своей короны, он не мог.

– Иди, иди. – Мара вяло шевельнула хвостом. – Твои войска голодные, того и гляди разбегутся на поиски пищи.

Это возымело действие, и Алисо, злобно зыркнув в сторону дочери, словно предупреждая от каких-либо фокусов, юркнул в неприметный проход сбоку от трона.

– Бабушка, как же так?! – Тедди обняла старую мышь, трон которой снова стал низким и скорее напоминал диван, не будь он собран из черепов. Удивительно, несколько недель назад она и подумать не могла, что захочет сделать что-то подобное, а сейчас ей казалось, что страшная королева ей куда ближе, чем отец. – Почему ты отдала корону?

– Так вышло, милая, – вздохнула Мара. – Так вышло. Я и сама жалею, но вернуть ее теперь не смогу.

– Без короны тебя не станут слушаться подданные? – неуверенно предположила Тедди, полагая, что это самое худшее, что может быть. У нее отец забрал Голос, у Мары – корону и теперь мог в одну серую наглую морду управлять королевством.

– Ах, если бы все дело было в этом, – в сердцах махнула лапой старая мышь. – С этим несложно справиться. Все гораздо серьезнее!

– В чем тогда дело? – дрогнувшим голосом спросила Тедди, чувствуя, что ответ королевы Мары ей не понравится. Как назло, именно это предчувствие оказалось верным.

– Так в чем дело? – повторила Тедди, крепко сцепив дрожащие пальцы. Почему-то ей не хотелось, чтобы бабушка видела, как она нервничает.

Впрочем, та даже одним глазом замечала больше, чем другие. Жаль лишь, что на своего сына она смотрела ослепшим глазом, раз за разом позволяя ему верховодить в королевстве.

– Корона… – Мара помолчала, словно собираясь с духом. – Она делает его владельца почти неуязвимым.

Тедди ахнула, сообразив, чем это грозит им всем. Дело даже не в неуязвимости Алисо, а в том, что он, зная об этом, будет действовать наперекор всему.

– И ничего не поделать? – осторожно спросила девочка, пытаясь сообразить, что должно произойти, чтобы Алисо снял корону.

Словно догадываясь, о чем думает внучка, Мара медленно покачала головой.

– Конечно, есть один выход… – пробормотала она под нос скорее себе, чем Тедди, но сейчас девочка была готова хвататься за любую соломинку.

– Что? – свистящим шепотом спросила она и огляделась, словно из любого угла вдруг мог выпрыгнуть Алисо.

– От короны можно избавиться, – пояснила Мара. Похоже, она все-таки слишком хорошо понимала, что из себя представляет ее сын. – Но уничтожить ее может только живое пламя.

– Живое пламя? – повторила Тедди. Почему-то в голову лезли всякие глупости вроде прочитанной когда-то книги про огневушку-поскакушку. – Это что?

– В нашем мире были такие огоньки, что жили во влажных почвах, где в изобилии водились крастоносы. – Мара помрачнела. – Один такой с виду маленький огонек мог выжечь дотла.

– До костей? – ахнула Тедди, которая представила, как мышь превращается в факел, лишь коснувшись крошечного язычка пламени.

– Нет, – покачала головой Мара. – Выжечь всю магию. Ну и обжечь, конечно. Только магия куда важнее.

Что же, совсем недавно Тедди бы поспорила с этим, но, лишившаяся своего Голоса, она чувствовала себя буквально как без рук и теперь бы ни за что не рискнула коснуться такого огонька.

– Это вроде болотных огней? – уточнила она. – Я читала про такие в своем мире. Только не знаю, существуют ли они на самом деле.

– Люди просто идеальные улавливатели миров, они словно слышат то, что происходит в других мирах, и как могут делятся этим. В сказках или историях, – пояснила Мара. – Может, это было причиной того, что мой отец не уничтожил пришедших вместе с принцем, он рассчитывал узнать больше о других мирах.

– Не понимаю, – помотала головой Тедди.

– Тут нечего понимать, – отрезала Мара. – Все, что люди якобы сочинили, все ваши сказки и страшилки существуют на самом деле в одном из миров. Так что, если в вашем мире есть истории о драконах, значит, эти огнедышащие ящеры действительно существуют.

– У нас очень много таких историй, – уверила ее Тедди. – Но разве это равноценно тому, что драконы на самом деле существуют?

– Именно так. – Мара прикрыла глаза. – И потом, разве ты можешь в этом сомневаться, когда видела те следы у гор? Конечно, раньше в этом мире не было драконов, но и людей, и мышей тоже не было, так что… – Она замолчала.

– Предположим, – нарушила молчание Тедди. – Но если не драконы, то кто может быть еще?

В этот раз Мара молчала особенно долго. Тедди устала стоять и переминалась с ноги на ногу, не решаясь сесть прямо на пол.

– Здесь не селятся птицы из вашего мира, о которых говорили люди, – наконец произнесла королева. – Они пробовали приносить таких съедобных птиц белого и пегого окраса…

Она показала лапами размер птиц.

– Куры, наверное, – догадалась Тедди. И впрямь, ее же еще в первое посещение Несчастливого поразило, что там есть свиньи и, кажется, козы. А эти медведеподобные собаки? Тогда как кур и гусей не было.

– Да, возможно, – согласилась Мара. – Но они подыхали практически сразу, и, хочу отметить, никто не видел рядом с этими курами летунов. Возможно, они просто не могут жить в одном мире, я не знаю. Да только ни из вашего мира, ни из какого другого иных пернатых не появлялось. Я даже не уверена в драконе, ведь он тоже с крыльями. А ну как он уже погиб от этого неизвестного проклятия?

– Надеюсь, что нет. – Почему-то Тедди стало жутко от одной мысли, что огромный огнедышащий зверь может погибнуть лишь из-за того, что в этом мире живут летуны. – Но к чему ты вспомнила об этом?

– Я многое знаю о твоем мире, Теодора, – пояснила Мара. Она отвела взгляд и глухо продолжила: – Я должна была знать, где живет мой сын. И пусть я сама не выбиралась туда, а лишь слушала твой мир, мне этого хватило.

– Слушала мир? – Тедди всплеснула руками.

Только ей начинало казаться, что она привыкла к тому, что происходит вокруг, как кто-то удивлял ее снова и снова. Кто знает, может, в этом мире идет соревнование вроде «порази Тедди»? А что, вот такому она уже не удивилась бы.

Оказалось, что эта особенность передавалась королеве по наследству, хотя точно не было известно, кто и когда впервые использовал ее. Мара была уверена, что Болотная ведьма тоже знает толк в том, как слушать миры. На первый взгляд ничего сложного в этом не было. Но только на первый взгляд. Мышиная королева подходила к переходу между мирами достаточно близко, чтобы ей хотелось сделать еще шаг и оказаться там, но вместо этого она останавливалась и слушала мир.

На взгляд Тедди, было довольно странно, что сквозь кротовьи норы мир нашептывал сказки и легенды, а не последние новости, но Мара ответила на это, что ничего странного тут нет.

– Каждый хочет выглядеть особенно хорошо перед новыми знакомыми, даже мир, – пояснила она. Вот вычленять из этого вороха сказок и захватывающих историй правду было по-настоящему сложно. Так что Мара очень смутно представляла самолеты или многоэтажки, зато знала об огненных птицах.

– Фениксы, что ли? – блеснула догадкой Тедди. Все-таки она была довольно начитанной девочкой.

– Твой мир называл их жар-птицами, – ответила на это Мара. – Но я поняла, что это снова улавливатели из других миров. Впрочем, нам не помогло бы все равно – птицы не могут выжить в этом мире.

– Но что, если речь идет не о самой птице, а о ее перьях? – Тедди зашагала по тронному залу, размышляя вслух. – Из сказок я помню, что и перья использовали тоже. Вдруг это поможет?

– Болотные огни или перья жар-птицы – это не важно, – подвела итог Мара. – Надо добыть живой огонь и уничтожить корону.

– Тогда и ты не сможешь снова стать неуязвимой. – Тедди вздохнула. Нет, она не понимала такой любви. Мара буквально уничтожала все, что так долго держала в порядке. Королевство.

– Это ничего, дорогуша. – Старая мышь спустилась с трона и похлопала ее лапой по руке. – Я прожила долгую жизнь. Но я не хочу гибели моих подданных, что бы ты ни думала об этом. Я не способна противостоять Алисо, это так. И он знает это лучше прочих. Но ты, моя милая принцесса, настоящая наследница трона.

«Только он мне вовсе не нужен!» – хотела было крикнуть Тедди, но сдержалась. Она давно запуталась и понятия не имела, чего на самом деле хочет. Вернуться домой и продолжать учиться в школе, зная, что есть мир, в котором она нужна? Или остаться здесь и думать, кем она выросла бы там, в своем первом мире? Слишком сложный выбор в четырнадцать лет, она к нему была совсем не готова.

В этот момент в тронный зал без предупреждения ворвался Алисо и с подозрением оглядел родственниц.

– Хорошо, что вы еще здесь, – произнес он таким голосом, что Тедди сразу заподозрила неладное. – Надо решать сейчас по поводу этого мира, пока моя армия не вышла в человеческий. Теодора, я решил оставить в покое твоего сводного брата.

– Спасибо? – ехидно скорее спросила, чем поблагодарила Тедди, больно прикусив язык, чтобы не добавить что-то вроде «Зелен виноград». Нет, правда! Стал бы отец так великодушно отворачиваться от Димки, если бы он сейчас был здесь, а не там, где ненаследный король не мог его достать.

– Я бы даже вернул ему человеческую внешность, – продолжил Алисо, игнорируя тон дочери. – И пусть убирается обратно, – как знать, может, Матильда на самом деле дома, а я солгал, утверждая, что она отправилась за вами. И сейчас она переживает о сыне.

Это был подлый прием. И Тедди, без сомнения, поверила бы в это, если бы не знала, что Матильду и впрямь видели в этом мире.

– И что ты хочешь взамен? – тем не менее спросила она.

Делать вид, что готова согласиться с отцом, ей удавалось все лучше. Вот и сейчас он не заподозрил неискренности, да и Мара заметно заволновалась.

– Я хочу изменить твою внешность, – прямо ответил Алисо. – Ах, не делай такое лицо, моя дорогая! Я знаю, что тебе противны наши серые морды. Понятия не имею, как ты не убежала с криками от королевы Мары или от своего брата.

– Дело не в лицах, – вставила Тедди, но продолжать не стала. Объяснять, что дело в том, кого она на самом деле видит, когда разговаривает с теми, кого успела полюбить. И самое красивое лицо ничего не значит, если внутри человек уродлив. А Алисо… что же, в нем отвратительная внешность сочеталась с такой же сущностью.

– Я предлагаю тебе стать летуньей. – И снова отец проигнорировал ее ответ, словно давно все решил, и лишь делал вид, будто интересуется ее мнением. – Твое тело помнит это ощущение, и сложного ничего не будет.

Тедди вспомнила, каково ей было с крыльями. Полет кружил голову. А еще она могла не зависеть от молчаливых пернатых помощников Дары и летать где вздумается… Останавливало ее то, что предложение поступило от отца, а за несколько недель в этом мире ей пришлось накрепко запомнить, что хорошее для него никогда не станет таковым для его дочери. С трудом отбросив мысли о полете, она помотала головой.

– Напрасно отказываешься, – прошипел Алисо, разом растеряв всю благожелательность. – Я не смогу отпустить твоего Димку, если у меня не появится другого способа объединить семьи с летунами. Я не стану преследовать его или эту смешную девочку Тинатин, если ты согласишься на союз с Солом.

– Да этот индюк меня терпеть не может, – вырвалось у Тедди.

– Разумеется, ты посмотри на себя, – буркнул Алисо. – Голая кожа, крыльев нет или хотя бы хвоста. Да как тебе самой не противно такой быть! Но если ты станешь летуньей, мы сумеем договориться с Многоликим.

Тедди вспомнила Многоликого и то, как король летунов пытался ее убить. Да уж, они вполне могли договориться с Алисо! Интересно, не надеется ли отец, что Голос навсегда останется с ним, если Тедди изменится? Кстати, о Голосе. Тедди потянулась мысленно к нему так, как делала в горах. Сейчас отец стоял совсем близко, и могло получиться.

Кажется, Алисо что-то почувствовал, потому что ухватился за горло и злобно заверещал. От неожиданности Тедди отступила, и этого хватило, чтобы она потеряла сосредоточенность, а в следующее мгновение на нее обрушился ее собственный Голос. Она не понимала ничего, что говорил отец, он бормотал себе под нос и сверлил ее взглядом, но от его бормотания все тело зачесалось точь-в-точь как в тот раз, когда она вся обгорела на солнце.

– Теодора! – предостерегающе крикнула королева Мара.

Но Тедди и сама уже поняла, что происходит. Ее голос почти не действовал против самой девочки, но она недооценила злость Алисо и попалась в его ловушку, когда меньше всего ожидала. Нет, она догадалась, что творит отец, но лишь когда в ее груди больно застучало о грудную клетку второе сердце. В отличие от превращения с помощью ягод, такое насилие над всем ее существом шло медленнее и болезненнее. Именно это и спасло Тедди от полного превращения. Бугорки крыльев только начали появляться на еще гладкой спине, а девочка, стиснув зубы, уже преодолела боль и ухватилась мысленно за протянувшийся к ней от отца собственный Голос. Она вытянула вперед руку и расставила ноги пошире, словно собиралась тянуть канат, и впрямь дернула звучащий голос на себя.

– Не любишь голую кожу, да, – пробормотала она себе под нос. – Ну и хорошо.

Алисо снова отчаянно заверещал и задергался так, словно Тедди и впрямь тащила его на веревке, но в этот раз она даже не вздрогнула.

Из-за того, что Тедди вовсе не была уверена, что хочет видеть отца человеком, у нее что-то пошло не так. Конечно, ненавидеть мышиного короля в его истинном обличье было куда проще, чем того, кто тебя вырастил. Пусть это и был один и тот же Алисо, но Тедди просто не могла представить на месте его мышиной морды человеческое лицо. В результате же его серая шкурка то там, то здесь началась покрываться проплешинами. И, похоже, это сработало. Давление исчезло, и только бьющиеся вразнобой сердца да чешущиеся бугорки над лопатками напоминали о том, что Тедди едва снова не стала летуньей.

– Я не отдам тебе обратно Голос, ты поняла? – не хуже змеи прошипел Алисо и ухватился за корону. – Почему она смогла на меня напасть?

Второй вопрос он задал королеве, и Мара – она снова была спокойна, словно и не волновалась за внучку минуту назад, – терпеливо пояснила:

– Я говорила, что ты не сможешь воздействовать на нее ее голосом, но ты не стал меня слушать, Алисо. Она просто ответила тебе тем же, это не нападение, и от такого не защититься с помощью короны.

Раздосадованный король заскрипел зубами.

– Ты не могла меня проклясть хуже, чем этой девчонкой! – наконец процедил он, обращаясь к матери. И вроде бы Тедди давно не питала иллюзий по поводу отношений отца к ней, но глаза защипало от слез, а два сердца забились с такой силой, что в голове зашумело. Последнее, что видела Тедди, это округлый свод тронного зала – и она отключилась.

Пришла в себя девочка уже в знакомом помещении, где долгое время томился Димка. Да и ее собственный чемодан стоял тут же.

Тедди осторожно села и прислушалась – сердца стучали в одном ритме и вроде бы не собирались снова устраивать такой приток крови к голове. Только привыкнуть жить с этими изменениями ей еще предстояло, и Тедди понятия не имела, сколько ей потребуется на это времени. Но стоило ей зашевелиться, как в проем входа заглянула знакомая усатая мордочка.

– Нинка! – обрадовалась Тедди и поспешно поправилась: – То есть Инка, прости.

– Вы очень напугали всех, принцесса, – заявила Нинка-Инка, осторожно поглядывая через плечо с таким видом, что девочка сразу догадалась, что она не одна. Кажется, история повторялась и к ней снова приставили соглядатаев. – Ваш отец, ненаслед… король Алисо едва не потерял Голос от переживаний.

Тедди кивнула, мол, поняла. Похоже, ее блеф вовсе не был блефом, и Алисо впрямь мог лишиться ее Голоса, если с ней самой что-то произойдет. Беда была в том, что девочка понятия не имела, что произойдет, когда ее новый голос войдет в силу. Все указывало на два основных варианта – или Алисо навсегда станет обладателем первого Голоса, или тот попросту исчезнет, словно его и не было. И, как обидно это бы ни звучало, первый вариант выглядел более реальным. А Алисо, пусть это и было неприятно осознавать, слишком виртуозно управлялся с доставшейся нечестным путем магией, чтобы позволять ему продолжать ею пользоваться.

Только теперь все усложнялось тем, что проклятый мышиный король завладел короной и лишить его Голоса сейчас становилось еще сложнее. Нужно было живое пламя, а Тедди не обманывалась своей кажущейся свободой. Теперь ее точно никто и никуда не отпустит. Искать живое пламя придется Димке и Тине, а Нинка была тем существом, что могла передать информацию брату.

Как жаль, что она не была с ними в горах и теперь понятия не имела, куда бежать! Оставался еще вариант с костром и кем-то из летунов, кто мог увидеть сигнал… Тедди посмотрела на лапки Нинки. Нет, развести костер она не сумеет.

Впрочем, если решать проблемы постепенно, шаг за шагом, можно было что-то и успеть придумать. Так подумала Тедди и подошла к своему чемодану. Нинка настороженно следила за ее действиями, поминутно оглядываясь на коридор за своей спиной. Там было тихо. Кажется, задания запрещать принцессе все подряд от мышиного короля не поступало.

Замо́к чемодана от лежания в лесу немного заржавел, но послушно щелкнул, когда Тедди на него нажала. Девочка помедлила. Чувство, словно она собирается заглянуть не в обычный чемодан, а в свою прошлую жизнь, ее не покидало.

Наконец она заставила себя отбросить все сомнения и одним рывком распахнула чемодан. Одежда и подарки для бабушки, которые точно не могли ей пригодиться, посыпались наружу, а Тедди продолжала ковыряться в вещах, пока не достала с самого дна свой альбом и карандаши. Краски она оставила в чемодане.

Что же, теперь у нее было все для того, чтобы написать письмо Димке, и она могла не беспокоиться – ни Дара, ни кто-то из мышей прочесть ее записку не мог, даже если бы Нинку с почтой перехватили. Да что там мыши, даже люди из деревни или Болотная ведьма и то не поняли бы ни словечка!..

– Вот я дура! – ахнула Тедди и прикрыла рот рукой. – Чуть не попалась!

– Что случилось? – заволновалась Нинка, но Тедди покачала головой.

Как объяснить подруге-мыши, да еще со слухачами в коридоре, что она так вовремя вспомнила про отца? Алисо столько лет прожил среди людей, конечно же он умел читать и писать, хотя Тедди даже представлять не хотела, как он этому учился. До сих пор ей казалось, что проклятие Мары не такое уж проклятие – у отца оставалось достаточно магии, чтобы устроиться на работу и раздобыть жилье. Даже найти себе жену, а потом убить ее он тоже исхитрился, с чего его можно жалеть?

Но это длилось ровно до тех пор, пока Тедди не представила, каково было еще юному мышонку в людском городе. Совсем непохожем на деревни в собственном мире, шумном, полном машин и людей. Нужно было не только говорить как люди, это вполне могла дать магия, но и читать, писать, пользоваться коммунальными услугами, работать, общаться, понимать что-то про деньги… Даже сама Тедди, всю жизнь прожившая в этом мире, не справилась бы, останься она одна. Может, это и было основной причиной, почему она не хотела возвращаться туда. А у Алисо просто не было выбора. Нет, Тедди не пыталась оправдать отца, он попал под это проклятие, потому что был злобным и завистливым с самого детства, и разрушил бы все, что пыталась удержать в порядке Мара, едва взошел бы на трон. Он и теперь пытался это сделать. Но сейчас девочка представила себя на его месте, и ей стало грустно.

– Что случилось? – повторила Нинка, на этот раз без особой надежды. Она уже поняла, что принцесса говорила не с ней.

– Все хорошо, Нина, я со всем справлюсь, – рассеянно ответила Тедди, и, когда она это говорила, в голове и впрямь вспыхнула мысль.

В детстве Тедди понятия не имела, почему отец не учит других языков, хотя даже родители ее одноклассников ходили на курсы. Мама Ниточкиной, например, учила китайский.

Теперь она понимала, в чем дело. Алисо с головой хватало того, что нужно для благосостояния в чуждом мире, и он куда больше времени тратил на раскачку собственной слабой магии, чем на занятия. Теперь это должно было сыграть на стороне его дочери.

Тедди вырвала листок из альбома и начала писать на английском. Она считала, что неплохо знает его, как и Димка. В школе у нее были одни пятерки, а если она что-то не знала, то переводила с помощью словаря или мобильника. Только сейчас у нее не было никакой помощи извне. И писать оказалось сложнее, чем она думала. Про живой огонь она написала быстро, но как объяснить, что имеется в виду? «Болотные огоньки». Знать бы, как по-английски «болото»! Вместо этого она написала «мокрая-сухая земля, где живет птица» – и успокоилась. Потом «дракон». Вроде бы все хорошо, но попади письмо в лапы Алисо – и он определенно справится с прочтением этого слова, оно же пишется практически так же, как на родном языке, только другими буквами. «Большой летающий зверь» – Тедди справилась и с этим. И так она останавливалась через каждую пару слов. Так что, когда она закончила письмо, Нинка уже принесла ей в лопухах несколько фруктов и овощей на ужин.

– Даже представить не можешь, как я хочу бутерброд с котлетой или пельменей, – вздохнула Тедди, принимаясь за еду. Пора было подумать о том, как передать весточку Димке.

– А что это? Бу… буиброд и перемени? – заинтересовалась Нинка.

– Не важно, – махнула рукой Тедди. – Это в любом случае готовится на огне… Вот оно!

– Где? – испугалась Нинка и на всякий случай подхватила хвост повыше.

Но Тедди было не до нее. Она перерыла рюкзак, заодно выбросив из него разные не очень нужные вещи, и достала металлическую кружку.

– Мне нужна еда, приготовленная на огне, – строго произнесла Тедди, так усиленно поднимая брови и подмигивая, что Нинка точно должна была догадаться. – Если бы принц был здесь, он бы смог развести костер.

Говоря о Димке, Тедди потыкала в записку пальцем, а затем одними губами добавила: «Передать ему, это важно!»

И Нинка мелко и быстро затрясла головой – поняла, она поняла!

Оставались сущие пустяки.

Спустяками вышло не так быстро, как надеялась Тедди, но в конце концов ей удалось с помощью все той же зажигалки развести огонь в кружке, а добавив пару таблеток сухого горючего, она могла рассчитывать, что Нинка донесет огонь до поляны и сумеет раздуть костер. Только на это и была вся надежда.

Когда Нинка покинула свою принцессу, Тедди взялась за работу с новыми силами. Она больше не собиралась сбегать без всего и рассчитывать, что все обойдется. Только не снова. Самые важные вещи для леса и компактную палатку она сунула в один рюкзак. А вот свой телефон Тедди положила в карман. Как Димка говорил, «это и называется надежда»? Что же, значит, надежда – это заразно, иначе почему вместе с запиской с Нинкой Тедди переправила брату телефон и зарядную банку? Но так ей стало спокойнее, а это уже дорогого стоило.

Наконец-то девочка смогла снять грязную одежду и переодеться в чистое. На себя она надела все, что нашла в рюкзаке. В лесу, может, и жарко, но там еще нужно оказаться, а вот в подземельях было довольно прохладно. Зато теперь у нее было множество карманов, и она могла запросто прятать в них разные нужные штучки. Среди нужного, что она бросила в рюкзак, оказался и альбом – кто знает, может, им еще придется переписываться с Димкой. Краски она тоже не стала оставлять в чемодане – весила коробка немного, а могла пригодиться. Плотно уложив все необходимое, Тедди надела рюкзак на плечи и застегнула на поясе. Все, теперь даже выкрасть или снова взять в заложники ее можно было только с этим рюкзаком. Да, сидеть и даже лежать с ним было не слишком удобно, но сейчас об удобствах Тедди думала в последнюю очередь.

Доедая последнее яблоко, она сообразила, что в том случае, если Нинке все удастся, она этого даже не узнает – подруга улетит в горы к Димке и… а вот карандаш она ей с собой не дала и ответ вряд ли получит. Не тогда, когда у порога днем и ночью торчат шпионы. Тедди уже закрывала глаза, чтобы задремать прямо сидя – все-таки она порядком устала, как что-то зашуршало, и в ее тюрьму заявился король Алисо, собственной плешивой персоной. Тедди с трудом сдержала улыбку. Выглядел король со шкурой с проплешиной жалко и смешно. Но его глаза были холодные и злые, так что девочка не произнесла ни слова.

– Куда-то собралась? – спросил он, кивая на рюкзак.

– Никуда, даже не надейся, – буркнула в ответ Тедди. Она ужасно хотела спать и от этого злилась больше, чем обычно.

– Напрасно. – Похоже, ненаследный король смирился со своими проплешинами, потому как голос его прозвучал бодро и даже в некотором роде миролюбиво, что уж было совсем удивительно. Впрочем, Тедди вскоре поняла, в чем тут дело. – Я очень рад, что тебя не нужно ждать и ты готова.

– Зачем ты собирался меня ждать? – с подозрением спросила девочка, в голову которой закрались нехорошие мысли.

Теперь она уже жалела, что не рискнула выбраться вместе с Нинкой. Тогда они легко бы переправились в горы, где были бы в безопасности. А теперь что? Она не могла даже быть уверена, что Нинке удалось вырваться к их друзьям! Нет, если сейчас Алисо хоть ненадолго оставит ее в комнате, она проверит, поможет ли мышиный горошек превратиться ей вместе с рюкзаком. В конце концов, одежда же остается внутри, под шкурой! Димка, по крайней мере, превратился вместе с ней.

Но отец словно догадывался о ее мыслях и уходить не спешил.

– Ты хотела в тот мир, – ответил Алисо, неприятно ухмыльнувшись, отчего в безгубом рту мелькнули острые кривые зубы. – Где родилась. Я легко могу тебе это устроить, моя дорогая. Ты пойдешь туда со мной и моей армией.

– Да я уже передумала десять раз, – возмутилась Тедди, похолодев от ужаса. Если они и впрямь уйдут, она не сможет даже передать весточку друзьям, ведь единственная, кому она тут могла доверять, была Нинка! Даже бабушка Мара была королевой, а значит, вела какую-то свою игру. Или же наоборот, вела свою игру и потому была до сих пор королевой. – Я с бабушкой хочу остаться. Она меня хотя бы не ненавидит!

– Я тоже хотел остаться здесь когда-то! – рявкнул в ответ Алисо, настроение которого стремительно менялось, он даже начал подергивать хвостом, чего у обычных мышей Тедди никогда не замечала. Не то чтобы она их много видела, но все-таки. – Но мое мнение никого не волновало. Привыкай, Теодора, такова жизнь королевских особ: за них всегда решают те, кто сильнее. И сейчас это я.

«Ну подожди, мой Голос созреет», – подумала Тедди, чувствуя, как в груди ворочается раздражение. Затопать бы ногами и хлопнуть дверью! Но она не детсадовка какая-нибудь, чтобы ногами топать, а двери тут не было. Хлопать нечем.

– Да зачем я тебе там нужна-то? – вместо этого ответила она, надеясь на то, что Алисо сам сообразит, что девочка будет ему только обузой.

– Детей и врагов держи поблизости и под присмотром, – снова ухмыльнулся мышиный король. – А ты, моя дорогая, объединяешь в себе обе категории. Так что оставлять все на самотек я больше не намерен. Пойдем.

Конечно, Тедди прекрасно понимала, что он вряд ли сможет ее заставить. Даже Голос ему не мог помочь. Но вот притащить гвардию и заставить вынести ее из лабиринта… нет, второй раз чувствовать себя гусеницей ей не хотелось. Да и опять же, когда друзья поймут, что ее нет в этом мире, они сообразят сопоставить это с уходом Алисо, а уж пройти мимо его и армии они вряд ли смогут.

Так Тедди заметно успокоилась и, когда Алисо от нетерпения начал притоптывать лапой по земляному полу, она послушно встала, поправила рюкзак и направилась к выходу.

– Только я спать очень хочу, – предупредила она. – Свалюсь где-то в кустах, сам виноват будешь.

– Не переживай. – Алисо даже не скрывал своей радости, хотя во взгляде его сквозило подозрение – за время в этом мире он привык, что дочь ему перечит. – Гвардейцы сохранили те носилки, что делали для пернатой принцессы, – поедешь с удобствами.

– С ума сойти, как круто, – буркнула Тедди, выбираясь в коридор.

В темноте было не очень просто ориентироваться, но девочка видела горящие глаза шпионов и поэтому пошла в другую сторону. Судя по тому, что догнавший ее отец возражать не стал, она выбрала правильный путь.

Радовалась Тедди недолго, потому что скоро сообразила, что высовывающиеся то и дело из разных ходов морды с горящими глазами на самом деле не случайны, а направляют ее в совершенно определенное место. Вот это было обидно! Но про все свои обиды, раздражение и усталость Тедди забыла, когда выбралась на поверхность. Под землей легко было забыть, какое время суток, а снаружи тем временем поднималась заря. Она золотила и окрашивала розовым верхушки деревьев, и это выглядело живописно и мирно. И тем сильнее был контраст, если перевести взгляд с верхушек к корням. И посмотреть там было на что. Когда-то Тедди казалось, будто их с Димкой преследовало серое море грызунов? Что же, тогда здесь был океан. Хотя нет, она снова ошибалась. Там и впрямь было море, грызуны кишели под деревом, на которое взобрались ребята, и в их действиях не было слаженности. Потому-то они с Димкой так удивились, когда мыши заговорили.

Сейчас же было иначе. Стройными шеренгами мыши строились и перестраивались так слаженно, словно всю жизнь только этим и занимались. Они все стояли на четырех лапах, и тут Тедди не могла знать наверняка, все ли они из низших рангов, или же таков был план Алисо и генералов. А что у такой армии должны быть генералы, девочка даже не сомневалась. Конечно, она и раньше знала, что подданные королевы Мары не безмозглые грызуны, но сейчас это было видно невооруженным глазом, и Тедди стало страшно.

Глупо было даже думать о том, что эта армия сможет завоевать родной для нее мир целиком, но вот опустошить ближайшие деревни и даже пару ближайших городов – запросто.

– Хороши, да? – Как оказалось, король не просто стоял рядом, он с жадным любопытством следил за лицом дочери и, судя по его довольному тону, был счастлив от того, что видел. – При должном руководстве они в самый краткий срок заполонят улицы, уничтожат связь и подчинят город мне. Давно в том мире никто не брал в заложники целый город, да, дорогая? А я смогу.

– Током не долбанет? – Страх сделал Тедди язвительнее и наглее, словно этой бравадой она надеялась скрыть свои истинные чувства, которые Алисо и без того читал на ее лице с легкостью. Не стоило ему в этом помогать. – И грызть не устанут?

– Грызть? – переспросил тот и расхохотался с таким удовольствием, что Тедди пришлось сделать усилие, чтобы не улыбнуться в ответ. Заразительный, счастливый смех. – Ты забыла про магию, Теодора. Они не будут ничего грызть. Их достаточно много, чтобы при должном старании они сумели отключить все электронные приборы в городе. А если повезет, то занятый ими участок мира вскоре станет таким же, как тут. С движущимися деревьями, магией и полным отсутствием так называемых благ цивилизации. Разве это не прекрасно?

– Вовсе не прекрасно, – сердито ответила девочка. – Ты сошел с ума и не замечаешь этого! Рано или поздно твою армию остановят и уничтожат – и тебя вместе с ней. И меня, если уж на то пошло.

– Ты просто маленькая глупая девочка. – Вот теперь голос Алисо звучал совсем иначе, от него тянуло холодом. Впрочем, длилось это ощущение недолго, он тотчас добавил уже мягче: – С другой стороны, это нормально для принцессы. А ты принцесса, хочешь ты того или нет. Ты многого не знаешь о том, как устроен мир. Кое-что просто придется не повредить, а только изменить. И мне достаточно будет лишь подчинить себе…

И он закрыл рот, довольно грубо подтолкнув дочь к принесенным носилкам. Тедди пришлось забраться в них. Вот тут ей и помог рюкзак, который она не снимала, – благодаря тому, что она его плотно набила, можно было сидеть как в кресле и даже дремать. Покачиваясь в носилках, которые бодро тащили немногочисленные гвардейцы, движущиеся на задних лапах, Тедди не заметила, как глаза сами начали закрываться. Солнце уже встало, но армия двигалась по прохладе под ветвями деревьев, и девочка наконец заснула.

Тедди снился странный сон.

Ей снилось, будто они уже в ее родном городе, идут по знакомым с детства улицам. Только вместо людей повсюду мыши. Большие, с пони, грызуны шныряют по дорогам, сидят в автомобилях и даже едут в трамваях. Выглядывают с балконов и ходят за покупками, прогуливаются с колясками. И на первый взгляд не было в этом сне ничего ужасного, Тедди ни наяву, ни во сне не боялась давным-давно подданных своей бабушки, но ей стало так жутко, что она тотчас проснулась с суматошно колотящимися сердцами.

За то время, что она спала и видела этот странный сон, они и впрямь успели добраться до города, и Тедди с облегчением убедилась, что ей все приснилось. Конечно, уже наступила ночь – они и так добрались до города куда быстрее, чем девочка могла вообразить, – и по улицам не гуляли люди или мыши, но Тедди со своих носилок видела, что силуэты за редкими светящимися окнами были человеческими, да и у круглосуточного магазина группа громогласно разговаривающих принадлежала к роду человеческому. Чудно́, обычно Тедди старалась обходить такие компании, чувствуя исходящую от них опасность. Но сейчас ее пугало другое. Что они окажутся слишком опасными для этой начинающей ссориться компании.

К счастью, мышиное море бесшумно проскользнуло мимо, и лишь фонарь рядом с магазином замигал, но не погас окончательно. Кажется, пришельцам, которых возглавлял отец Тедди, нужно было что-то совершенно другое. Но вот что? Этого она понять не могла.

Размышлениям Тедди всегда предпочитала действие, вот и сейчас завертела головой, пытаясь найти отца. Алисо нигде не было видно, в то время как его войско безмолвно волна за волной накатывало на город.

И вдруг раздался какой-то щелчок и вспыхнул такой яркий свет, что Тедди закрыла глаза руками. Ей показалось, что кто-то зажег прожектор, но это было лишь первое впечатление из-за царившего до сих пор полумрака. И свет был не ослепительный, да и шел не от одной мощной лампы, а от сотен телевизоров и компьютеров, включившихся разом во всех квартирах. Если в магазине или кафе был телевизор, то и он сейчас горел ровным светом, словно нашелся кто-то, решивший посмотреть его посреди ночи.

И на каждом экране был Алисо. Его серая противная морда виднелась на всех мониторах. Тедди еще ничего не понимала, пытаясь сообразить, как Алисо удался этот фокус. Неужели он проник на телестудию? Или где вот это все делают? К своему стыду, Тедди совсем не разбиралась в этом. Если бы здесь был Димка, он наверняка бы понял, что произошло!

Тем временем Алисо открыл рот, и Тедди вздрогнула, почувствовав знакомые вибрации Голоса. Своего, между прочим, Голоса!

– Слушайте меня, и только меня, – монотонно произносил Алисо, следя взглядом с экрана так, словно мог видеть каждого зрителя. – Я ваш повелитель и король. Слушайте и передайте тем, кто не слышал…

Этого Тедди уже выдержать не могла.

– Ты… ты говорил, что уничтожишь всю электронику, а вместо этого используешь ее! – выкрикнула она.

Девочка не рассчитывала на то, что он ответит. Где бы Алисо сейчас ни был, он находился далеко и не мог ее слышать. Только он сумел.

Его изображение на экранах – и когда мыши успели поднести носилки вплотную к магазину электротехники? – от самых крошечных до огромных, повернулось к Тедди и смерило ее насмешливым взглядом. А потом мышиный король ощерился в острозубой улыбке.

– Я соврал, – эхом из сотен экранов пророкотал он, и Тедди проснулась.

На этот раз по-настоящему.

Между просветами в кронах деревьев светило солнце, и Тедди с облегчением сообразила, что прошло совсем немного времени с момента, как она уснула. Они даже не добрались еще до болот колдуньи, что уж говорить о Переходе в другой мир. Спина и шея у девочки затекли, и она аккуратно начала ворочать головой, чтобы восстановить подвижность. Мало ли, с Алисо ко всему нужно быть готовым. Даже к тому, что носилки вдруг упадут или исчезнут и Тедди придется, не разбирая дороги, улепетывать отсюда.

Словно услышав ее мысли, к носилкам подошел Алисо и с подозрением оглядел дочь.

– Проснулась? – грубовато спросил он. – Есть хочешь?

– Смотря что, – осторожно ответила Тедди, памятуя о всеядности этих грызунов и предполагая, что отец вполне может зло подшутить над ней.

Тот фыркнул, без лишних слов расшифровывая сомнения дочери.

– Человеческую еду, разумеется. – Он протянул ей сверток, в котором оказался сандвич с вареньем. Да, два настоящих куска хлеба и варенье!

Конечно, Тедди не сразу поверила в его добрые намерения. Она обнюхала и оглядела хлеб со всех сторон и убедилась, что он точно такой, какой пекли в Несчастливом. Была еще опасность, что варенье содержит ягоды птичьей вишни и отец просто усыпил ее внимание, надеясь снова попытаться превратить в птицу. Да только оба сердца Тедди стучали ровно, ничего не опасаясь, а варенье на первый взгляд было клубничным.

– Я договорился с одной деревушкой, – пояснил отец, когда девочка наконец решилась вонзить зубы в бутерброд. – Жители с радостью согласились снабжать меня кое-какими запасами в обмен на охрану их полей от вредителей.

Эх, Тедди бы с удовольствием обсудила с самодовольным Алисо, насколько на самом деле были рады жители деревни и кто был теми самыми вредителями, от которых следовало охранять поля, но рот был набит свежим вкусным хлебом, и девочке оставалось только возмущенно мычать и трясти головой. Что, в свою очередь, не производило ровным счетом никакого впечатления на отца.

– Не разговаривай с набитым ртом, – только и произнес он, снова удаляясь куда-то в сторону. Правда, перед тем как уйти, он отдал кому-то распоряжение, и Тедди получила в руки свой помятый термос. В нем оказался травяной несладкий чай, но он был горячий, и это оказалось куда больше, чем девочка ожидала.

У нее даже промелькнула мысль, что отец не так уж плох, но усилием воли она подавила эту надежду. Надо же, стоило ее покормить и не пытаться убить хоть какое-то время, как она раскисла! И это после того, как ей приснился тот сон. А в том, что отец задумал что-то подобное, Тедди даже не сомневалась. Это было в духе Алисо и, что и говорить, выглядело довольно реально. Оставался еще небольшой шанс на то, что Голос действует не через оборудование, а лишь напрямую, но Тедди и сама понимала, что хватается за соломинку. Надеяться на это и ждать значило ничего не делать.

Вместо этого она решила поговорить со своими носильщиками. Неужели все мыши рады были покинуть привычные земли и идти завоевывать неизведанные земли просто потому, что им приказал ненаследный король? Или он использовал на них свой Голос?

Говорить с ней согласился только один мыш с коротким именем Скр. Казалось, кто-то из королей просто со скуки или от вредности не додумал нормальное имя, которое было бы удобно произносить. Впрочем, Скр был так горд тем, что имя у него есть, что Тедди не стала его разочаровывать. Толку от разговора было немного. Скр рвался в бой и от нетерпения покусывал усы, когда говорил.

– Вы понимаете, что там очень много людей и они вряд ли согласятся уступить свой мир? – спросила Тедди напрямую, когда поняла, что наводящие вопросы работают плохо. – Их много, у них оружие. Они совсем не похожи на этих несчастных в трех деревеньках, что боятся каждого шороха!

– Это не важно. – Скр повел носом и угрожающе встопорщил усы. – Мы сильнее. У нас магия и это… эффект неожиданности!

Тедди поежилась. Эффект неожиданности у мышей и впрямь был, что до магии… Ах, если бы она не дала отцу Голос, все могло быть иначе! Но поздно было представлять, как было бы, окажись она хоть чуточку умнее и дальновиднее.

– А как же королева Мара? – попыталась снова что-то предпринять девочка. – Разве все эти полчища мышей забыли, кто настоящий правитель долины? Кто наследная королева?

– Так-то оно так… – Скр немного смутился. – Только видите ли, принцесса Теодора, вы вот тоже наследница, а толку?

– Не поняла. – Тедди обиделась. – Алисо обманом вынудил меня отдать Голос, а вы, глупые грызуны, слушаетесь только тех, у кого он есть!

Пожалуй, не стоило вот так сразу обзываться, чтобы не терять собеседника, но, на счастье Тедди, Скр не обиделся.

– Говорят, королева Мара тоже потеряла Голос, – шепнул он заговорщически.

– Глупости! – возмутилась Тедди. – С чего вы взяли это? Всю жизнь она была с Голосом – и вдруг потеряла! Это не конфетка в кармане!

Сравнение прошло мимо Скр, у которого за всю его жизнь не было ни конфеток, ни карманов, но он рассудительно пояснил:

– Иначе она остановила бы короля.

Тут Тедди нечего было возразить. Мара и впрямь могла остановить зарвавшегося сына. Но отпустила его и Тедди в чужой мир. Может, просто устала с ним бороться, может, надеялась, что он не зайдет так далеко. Кто знает?

Девочка решила больше не спорить, а зайти с другой стороны.

– Неужели не жалко оставлять эту чудесную долину? – вздохнула Тедди. – Уже привычный мир, чудесный лабиринт и лес?

– Жалко, – согласился Скр. – Хорошо, что мы всегда сможем сюда вернуться.

– Да как же! – Тедди отставила плотно закрученный термос, чтоб не стукнуть им по голове этого мыша. – Ты что же, историю своего племени не знаешь? Забыл, как уничтожили люди Переход между вашим родным миром и этим?

Сейчас она была так зла, что говорила о мышах «вы» и «ваше племя», позволив себе позабыть, что она и сама принадлежит к этому же племени.

– Вы думаете, принцесса… – Скр был так ошарашен, что заговорил куда почтительнее, чем до этого.

Впрочем, злая Тедди не дала ему возможности продолжить. Мало ли до чего он там на самом деле додумался!

– Я думаю, что здесь остаются не только люди, но и летуны, которые вам вовсе не рады в своем мире, – резко ответила она. – И угадай, как скоро они узнают о нашем походе? Не торопись, вспомни о том, какая огромная армия движется через лес и что всем нам придется проходить мимо жилья Болотной ведьмы!

Если бы серошкурый Скр мог побледнеть, выглядело бы это именно так. Усы его печально обвисли, и, сдавленно пискнув «Я вернусь», он скрылся из виду.

Носилки качнулись, но тотчас выровнялись, когда вместо Скр плечо подставил другой гвардеец. А Тедди откинулась на рюкзак, пытаясь понять, правильно ли она поступила.

Долго размышлять ей не пришлось. Пару минут, не больше, – и рядом с ней буквально из воздуха материализовался Алисо.

– Моя дочь, – довольно пробормотал он, хотя глаза у него были напуганные, словно он представил, что может случиться, если им отрежут путь к возвращению. Может, так оно и было. И кто знает, вполне вероятно, что Алисо в красках представил, что было бы, додумайся кто-то до уничтожения кротовины в то время, пока он был в изгнании. – Умница. Вот всегда бы так и…

Он снова не договорил, но Тедди легко могла понять, что он имеет в виду. И не надо было бы убивать или делать что-то вроде этого.

Что же, она тоже могла так. Вместо того, чтобы возмутиться и потребовать заканчивать начатые фразы, она мило улыбнулась – самой стало противно – и спросила:

– И что ты собираешься делать, папочка?

Алисо поморщился, да и Тедди сама поняла, что тут уже перебор. «Папочкой» она не звала его даже в той, прошлой, жизни, где они оба были людьми и Тедди верила, что отец любит ее. Впрочем, несмотря на эту слащавость, она все же дождалась ответа. По-видимому, Алисо был слишком рад, чтобы не поделиться этим.

– Поставлю охрану у перехода, разумеется, – ухмыльнулся он. – Из тех, кто остался в долине. Негоже ослаблять свою армию. А еще я думаю оставить стражей с обеих сторон. Мало ли, среди моей армии окажется кто-то, желающий уничтожить переход…

И он так посмотрел на Тедди, что она снова вспыхнула от злости. Да за кого он ее принимает, интересно? Там же Димка! И Тина! И королева Мара, если уж на то пошло! Даже Матильда могла все еще быть в том мире!

– Ну-ну, не злись. – Алисо успокаивающе погладил ее по руке лапой, неправильно поняв причину ее ярости. – Это будет тебе уроком. Не будешь рассказывать свои планы кому не попадя.

Спорить с ним было бесполезно, вот и Тедди не стала. Только отвернулась в сторону и руку из-под его лапы выдернула. А когда повернулась назад – Алисо рядом уже не было. Так некстати она ощутила, что травяной чай больше не желает оставаться в ее желудке. На самом деле она терпела еще долгие пять минут, может, даже шесть и вертела головой, выглядывая короля, но с каждым шагом ее носильщиков держаться становилось все сложнее, вот она и не выдержала.

– Остановитесь, – как можно властнее произнесла она. Но носилки продолжали мерно двигаться посреди серого моря воинов. – Остановитесь сейчас же!

Нет, окрик не помог, но хотя бы к ней повернул морду тот мыш, что заменил собой Скр. А та предательская морда так и не вернулась.

– Мне нужно, – голос Тедди упал до шепота. – В кустики.

Что же, если она думала, что эта крыса, напрасно считающая себя мышью, что-то поняла, то Тедди очень заблуждалась. Ей пришлось куда подробнее объяснить свои желания, чтобы ее поняли. Но и тут носильщики не остановились.

– Мы не можем вас отпустить, принцесса, – хладнокровно пояснил мыш, почесывая то место, куда Тедди его ударила термосом. Нет, этим она не гордилась, но, когда больше нет сил терпеть, еще и не до такого дойдешь. – Вдруг вы убежите?

– Да куда я убегу?! – разозлилась Тедди, да так, что ее совсем еще крошечный Голос попытался прорезаться. – Вы можете окружить эти несчастные кусты и дождаться рядом!

То ли сработали увещания, то ли Голос, но мыши встали как вкопанные, позволяя бегущим на четырех лапах собратьям обтекать их и двигаться дальше. А они сами убрались с дороги армии и отыскали густые кусты, где и оставили Тедди, окружив ее, как она и предлагала. Правда, кусты были до того объемными, что, задумай девочка недоброе, она запросто смогла бы час, а то и больше прятаться в них, пока вся эта гвардия ее ищет. Им просто повезло, что у нее были другие планы.

Когда же Тедди с облегчением натягивала штаны, то услышала шум крыльев. Первая мысль была, что ее нашел один из Ри, но, увы, она оказалась неверной. Неподалеку от нее, скрытый от незадачливых охранников стволом высокого дерева, опустился Сол.

– Ты что тут делаешь? – спросила девочка без приветствия, радуясь тому, что он не прилетел несколькими минутами ранее. – Уже отпустили из-под домашнего ареста?

– Это был не домашний арест, – недовольно прощелкал Сол. – Я же говорил в прошлый раз, ты чем слушаешь? И вообще, что ты тут делаешь? Ты должна томиться у Дары, и это в лучшем случае!

– А в худшем? – полюбопытствовала Тедди, пытаясь наскоро придумать ответ, который бы отвел подозрения от старшей принцессы.

– А в худшем твои косточки должны были устлать ее гнездо, где бы оно там ни находилось, – ответил Сол и прищурил свои круглые желтые глаза. – Так как ты тут оказалась?

– Немного магии, немного обмана, – уклончиво ответила Тедди, надеясь, что этого окажется достаточно.

Так и вышло. Сол все-таки не отличался особой придирчивостью, и на этом спасибо. И тут Тедди наконец сообразила, что этот вредный летун вполне может помочь ей. Передавать, правда, что-то Даре через него было опасно, он вполне мог разболтать об их хороших отношениях со старшей принцессой Многоликому или Болотной ведьме. Но что, если он поможет притормозить движение армии?

К сожалению, ее идеи не вызвали у принца того отклика, что она ожидала.

– Тю! – свистнул он, выслушав о том, что происходит. – Да пусть хоть все уйдут, нам же лучше. Еще бы не вернулись, так совсем станет хорошо. Только разве от них дождешься?

– Но мне очень нужна твоя помощь, – растерялась Тедди. – Я же не прошу поднимать против них войну, просто отвлечь, чтобы мои друзья успели узнать о Переходе!

– Еще бы ты воевать меня попросила, – щелкнул клювом Сол. – Да мне дела никакого нет до вашей мышиной возни. И помогать я тебе не стану.

– Вот ведь индюк вредный, – рассердилась Тедди. – Погоди, вот соглашусь на уговоры Алисо выйти за тебя, тогда посмотрим, как ты закукарекаешь!

Конечно, Сол не понял ни про индюка, ни про кукареканье, но по тону догадался, что это обидное, и надулся.

– Да кому ты нужна без своего Голоса, – ехидно ответил он, поднимаясь на дерево. Пара взмахов крыльев – и он там. – Даже если король согласится, долго ты у нас не протянешь. Ты ведь и сама понимаешь.

– Вот ты гад! – с чувством ответила Тедди, с трудом удержавшись, чтобы не рассказать о зреющем в ней новом Голосе. В лесу везде были уши, в чем она довольно скоро убедилась, когда из-за дерева высунулась морда одного из ее охранников.

– С кем вы говорите, принцесса? – с подозрением спросил он.

– Ни с кем, – буркнула Тедди, глядя прямо на принца, который замер на ветке. – С жирным бессмысленным никем!

Хорошо еще, что у мышей было отвратительно со многими человеческими эмоциями и охранник принял ответ за чистую монету. Счастливый, что принцесса и не думала никуда пропадать, он почтительно проводил ее до носилок. А Тедди, забравшись на носилки, со смешанными чувствами проводила силуэт, сорвавшийся с дерева в темнеющее небо.

Помощи было ждать неоткуда. Можно попытаться найти Болотную ведьму, но – вот незадача! – теперь Тедди сомневалась, что может ей верить. А еще от долгого сидения у нее затекли ноги, что совершенно не улучшило настроения. К счастью, места начались знакомые, и уже вскоре армия должна была достигнуть болот, где находился Переход. Еще была надежда, что Болотная ведьма и без встречи с Тедди сообразит запутать дорогу.

Словно догадываясь о ее мыслях, рядом снова возник Алисо.

– Никто в своем уме не станет связываться с тем, у кого есть Голос, – заметил он негромко. – Не делай такую мину, Теодора. Твои мысли написаны у тебя на лице. Со временем ты научишься… но не скоро.

– Сам учись, если тебе надо, – пробурчала раздосадованная Тедди. – Это не я собиралась уйти и не оставить охрану рядом с Переходом!

– Кстати об этом, – почему-то обрадовался Алисо. – Я подумал, что ты захочешь поучаствовать в нашем походе как принцесса. Что на это скажешь?

– Не понимаю, с чего ты взял такую глупость, – буркнула Тедди, но отец привычно ее проигнорировал. Ей тоже стоило бы уже и привыкнуть.

– Скоро подойдут бегунцы, которых я собираюсь повысить до охранников границы, – пояснил он. – Ты можешь выбрать, кто будет стоять с обеих сторон, а я подтвержу твой выбор. Что скажешь?

– Да мне все мыши на одно лицо! То есть на одну морду, – возмутилась Тедди.

– Вот и хорошо, что ты согласна, – обрадовался Алисо. – Я пришлю их к твоим носилкам.

– Жду не дождусь! – крикнула ему вслед Тедди, просто чтобы последнее слово осталось за ней. Смотреть на бегунцов да еще и тыкать в них наугад ей не хотелось.

И когда перед ней появилась дюжина мышей на четырех лапах, сосредоточенно смотрящих в землю и не рисковавших даже глаз поднять на принцессу, ей стало попросту противно. Она разглядывала без особого интереса, решая, как лучше их поделить – ровно пополам или по диагонали. Опять же, в шахматном порядке было бы неплохо… Она остановилась и вернулась взглядом к предыдущей мыши. Точно такой же, как остальные, но не такой! Хвост ее, казалось, весь был изгрызен. И, судя по отсутствию ран или крови, делала это мышь сама.

«Нинка!» – ахнула Тедди еле слышно и огляделась: никто не слышал? Никто.

Теперь она рассматривала мышей куда внимательнее. И стоило ей приглядеться, как подле Нинки она обнаружила и брата. Вот же каков, а? И выглядит ровно обычная мышь, головы не поднимает, не подмигнет даже!

Хоть Тедди и казалось, что она злится, это было не так. Она до поросячьего визга была рада видеть друзей. Теперь она снова не одна, они получили весточку и успели нагнать армию! И пусть девочка понятия не имела, есть ли у друзей какой-то план, видеть их уже была радость.

Словно догадавшись, что она их узнала (и как только?!), Димка осторожно покачал головой. Едва заметно, но все же. И теперь ей оставалось гадать, что это значит. Конечно, это могло быть предостережение, чтобы Тедди не вздумала узнавать их и сообщать об этом отцу или кому-то еще. Но, если условиться, что Димка не считает ее полной дурой, это могло значить другое. Вот только что? Конечно, лучше всего было поставить Нинку и Димку пограничниками со стороны родного хотя бы Димке мира. В себе Тедди уже начинала сомневаться.

Она родилась там, это так. Но этот мир, с Неблагой долиной и мышиной королевой, которая оказалась бабушкой, недобрый и равнодушный к своей принцессе, проникал под кожу, заставляя ее все чаще думать об этом мире как о родном.

Но что, если это было бы ошибкой и Алисо только и ждет ее выбора? Разделить же друзей Тедди даже не думала, ей непросто приходилось одной, и лишить дружеской поддержки еще и брата она не хотела.

Тедди с силой стиснула зубы, так, что они заныли. Да, пока она делает вид, что присматривается к претендентам, но на самом деле лихорадочно соображала, что сделать. Как выбрать?

Когда рядом бесшумно появился Алисо, Тедди все еще не могла определиться и чувствовала лишь, как растет ее паника. Еще минута-другая, и она просто разрыдалась бы от этого напряжения. Казалось, какая ерунда, и ее выбор значил немного, если бы она ошиблась, никто не умер. Да и исправить неудачу было можно, но дело в другом. Тедди только сейчас осознала, как устала за эти дни, и теперь одного толчка хватило, чтобы ее решимость рухнула под грудой событий. Она сотню раз слышала про соломинку, переломившую спину верблюда, и никогда не понимала, о чем это. Не поняла бы она это и сейчас, но по другой причине – все ее мысли были заняты тем, что она снова может ошибиться.

– Выбрала? – Тем временем Алисо с любопытством и заметным удовольствием разглядывал ее лицо, словно читал эмоции дочери как книгу. Может, так оно и было.

– Нет, – буркнула Тедди в ответ и не глядя указала на первых попавшихся мышей. – Пусть вот эти с той стороны. Например.

– Это именно то, о чем я и говорил, – хмыкнул Алисо с таким довольным выражением усатой морды, что Тедди немедленно пожалела, что не может нахлобучить ему на голову ведро или что-то подобное. Ух как она разозлилась! Даже паника отступила, хоть и не исчезла совсем – пальцы еще дрожали, а вот коленки перестали подгибаться. И на том спасибо. – Ты только болтаешь о том, что принцесса. А стоило тебе оказаться перед настоящим выбором, так ты струсила и просто отделалась тем, что ткнула пальцем в небо!

– Это не так, – вяло попыталась воспротивиться жестоким словам Тедди, с возмущением наблюдая, как Алисо делит группу бегунцов на две так уверенно, словно все решил давным-давно. – Просто и дураку понятно, что ты не собирался на самом деле давать мне выбор!

Она с облегчением обнаружила, что Димка и Нина попали в одну группу и отошли в ту сторону, где маршировала армия, тогда как оставшиеся немедленно принялись обустраиваться в кустах совсем рядом с тем местом, где воздух словно стоял на месте, лишь иногда идя рябью, едва заметной глазу. Хоть в чем-то им повезло! Может, Димка на это и намекал, когда качал головой? Алисо просто выбрал все сам, как делал всегда. Когда Тедди была маленькая, она верила, что отец решает за нее все, включая выбор кружка и десерта ради ее блага, и была разочарована, когда он перестал выбирать ей одежду, вместо этого вручив карточку. Теперь она понимала, что это не всегда было так радужно, как ей виделось. Отец привык повелевать и решать и не собирался давать ей даже шанса научиться действовать самой. Если бы не Димка, она бы так и погибла здесь, не решившись воспользоваться Голосом. Кажется, Алисо рассчитывал именно на это.

– Идем, – потянул он ее за руку. – Пора проходить через Переход. Мы с тобой будем первыми.

– А если я не хочу? – Тедди вырвалась из его лап.

Ей нравилось злить отца, а еще это отвлекало его, и Нина с Димкой могли лучше спрятаться среди других мышей. Так, по крайней мере, утешала себя Тедди, не желая признаваться даже себе в том, что на самом деле причина только одна. Ей это нравится. Всю жизнь послушная и тихая, она теперь хотела топать ногами, визжать и кидаться шишками или чем придется. В этом была виновата магия мира, и думать, что это утешение такое же лживое, как и предыдущее, Тедди не собиралась.

– Да мне нет никакого дела, хочешь ты или нет, – резко ответил Алисо и махнул лапой охране принцессы, которая немедленно притащила носилки.

Пришлось Тедди забираться на них. Девочка представила, как будет смеяться и подтрунивать над ней Димка, когда все это закончится. Если закончится.

– Итак! – Алисо откашлялся и повысил Голос, используя магию. Как же Тедди хотелось вернуть свой Голос и как странно ей было слышать его сейчас! – Мы выходим!

Девочка вертела головой, ожидая, что появятся летуны или хотя бы одна Болотная ведьма. Может, люди этого мира или даже дракон явится и остановит Алисо? Димка говорил, что они практически попали в сказку, а в сказке всегда в последний момент кто-то останавливает злодея, иначе это не сказка, а чепуха!

Алисо резкими, хлесткими фразами определил порядок и первый шагнул в проход. Не оглядываясь, твердо уверенный, что никто ему не сумеет помешать. И, как бы это ни было обидно Тедди, тут отец был прав. Ее охранники словно зачарованные двинулись следом.

Со стороны это выглядело жутковато. Вот они идут и видят перед собой чуть мутноватый, словно затуманенный лес впереди, но один шаг – и Тедди видит уже только серые спины и хвосты идущих первыми мышей, словно их располовинило одним ударом острого ножа. Испугаться она не успела. Еще шаг – и там же пропадает половина носилок и ее собственные ноги.

Снова шаг – и она целиком оказывается в другом мире, и только несущие сзади мыши словно замешкались, в результате носилки оказались наполовину висящими в воздухе, как и половина рюкзака принцессы. Но Тедди не обращала на это никакого внимания, она жадно оглядывалась кругом, ища разницу между мирами, которые были так близки и так далеки одновременно.

И нашла, конечно. В обоих мирах наступал вечер, и если в Неблагой долине это означало лишь ложащиеся на верхушки деревьев сумерки, то тут распевался соловей. Одинокий и не такой громкий, как надеялась Тедди. Да что там говорить, она даже не была уверена, что это именно соловей… но он был!

Сзади уже напирали верные Алисо войска, так что носилкам с Тедди пришлось ускориться, и эпической встречи с когда-то родным миром у девочки не вышло. Единственное, на что у нее хватило ума, так это поторопить своих охранников. И пусть Голос ее еще не созрел, но и без него ей удалось добавить жа́ру в общую суматоху. Ведь построенные ровными шеренгами войска были хороши на поляне, а когда они принялись протискиваться через узкий проход между мирами, где одновременно в ряд могли пройти едва ли три или четыре мыши, получилось просто ужасно. Писк, толкотня и ругань. Алисо, эффектно прошедший в этот мир первым, мог лишь бессильно наблюдать за этим кошмаром, ведь он не додумался оставить кого-то с той стороны, чтобы привести в порядок войско и заставить выстроиться иначе.

«А дракон в такую узкую кротовину не пролезет», – неожиданно сообразила Тедди, с удовольствием следя за тем, как прямо в воздухе торчат туловища мышей, застрявших при Переходе и пытающихся пролезть по спинам товарищей, но застревающих теперь там. Писк стоял невообразимый. Будь кротовина ближе к городу или деревне, их бы точно услышали собаки. А так оставалось только хихикать в кулак, находясь в безопасности под деревом, куда забралась ее доблестная охрана, торопясь скрыться от битвы за каждый свободный сантиметр нового мира. Правда, смотреть ей мешали ветви, но какие это мелочи, право слово!

Ветви… Тедди задрала голову, вглядываясь в густую крону. Это дерево отличалось от того, на котором они с Димкой скрывались от мышей в первую их с ними встречу. Ветви были куда гуще, и среди листвы нельзя было разглядеть не то что неба, даже верхушки. Если бы Тедди не была уверена, что ее исчезновение сразу заметят, она бы рискнула. Только с рюкзаком – совершенно нереально.

Тедди снова посмотрела на Алисо, который на пригорке пытался безуспешно командовать своей армией. Ей могло и повезти.

Девочка стянула с плеч рюкзак и вздохнула с облегчением – плечи ныли, а ведь она только сидела с рюкзаком и никуда не шла! Но сейчас все должно было измениться.

Тедди еще раз бросила осторожный взгляд на отца, а потом на своих охранников. Мыши перекладывали ручки носилок из лапы в лапу и не отрываясь следили за тем, что творится у Перехода. Лучше момента нельзя было и желать.

Она достала из кармана рюкзака веревку и крепко привязала один конец к рюкзаку, второй же к своему поясу. Рюкзак она уложила на свое место, а сама подтянулась на ветке и через мгновение уже лежала на ней, прижавшись всем телом к шершавой коре. Носилки вместе с рюкзаком остались на месте. Она еще лежала так некоторое время, пока не убедилась, что охранники не заметили того, что вес носилок заметно изменился. Что же, ей это было на́ руку.

Она поднялась еще немного выше и только тут перекинула веревку через крепкий сук. Будь здесь Димка, он наверняка продумал бы все получше, но Димки не было, а Тедди нужно было скрыться от Алисо, чтобы получить хотя бы крошечный шанс остановить его.

С этими мыслями Тедди спустилась ниже, обдирая руки об кору и не замечая даже этого. Сложнее всего было мягко опуститься на носилки, а не спрыгнуть – это бы охранники точно заметили. Но и это принцессе удалось.

Теперь самое сложное – она потянула веревку, чувствуя, как одновременно тяжело приподнимается рюкзак, а она сама едва не продавливает носилки. Нет, такое лучше делать, находясь на земле. Жаль только, что выбора у нее нет. И она потянула еще. И еще.

Когда она догадалась часть упора перенести на ближайшую ветку, стало проще. Но вздохнуть спокойно девочка смогла, лишь убедившись, что рюкзак скрылся в ветвях. Тогда, балансируя на носилках, она закрепила веревку на одной из ветвей пониже и уселась обратно. Пару минут она позволила себе отдышаться.

– Чего стоим? – наконец прикрикнула она на свою охрану. – Король уже потерял меня, наверное, а вы тут к дереву прилипли!

Если те и заметили, что на носилках что-то изменилось, то от ее окрика не осмелились даже подать голоса, стремглав выносясь вместе с ней на поляну. Если учесть, что бегать с носилками мыши приучены не были, а оттого несколько раз пытались дергать носилки в разные стороны, огибая барахтающихся кучей товарищей, то можно понять, почему Тедди сопровождала их бег визгом, что ничуть не уменьшало суматоху. Сама же девочка чувствовала себя как на американских горках с препятствиями. И если таких до сих пор не было, то их стоило придумать!

– Стоять! – рявкнул Алисо, вложив слишком много голоса. По крайней мере, замерли не только охранники Тедди, но и все мыши, что заполонили все свободное пространство перед Переходом. Похоже, отец и сам смутился от своего вопля, потому что добавил уже мягче: – Теодора, что ты творишь?

Тедди оглядела живописное полотно неравной битвы мышей с самими собой и честно призналась:

– Творю что хочу!

Ей показалось, что морда Алисо побелела от возмущения, но, верно, лишь показалось – сквозь серую шерсть разве что разберешь?

– Убирайтесь вон, – прошипел король, махнув лапой. – Чтоб глаза мои вас не видели. Вон!

Что же, о таком Тедди даже мечтать не смела. Едва носилки вместе с ней скрылись за деревьями, как она растолковала охранникам: отец имел в виду, что они должны «убираться вон» по отдельности. Похоже, таскать тяжелые и неудобные носилки мышам давно надоело, иначе как объяснить то, что они немедленно согласились на ее не слишком-то продуманные уговоры и тотчас разбежались по кустам, оставляя ее наедине с носилками.

– Знала бы, что так легко получится, не стала бы рюкзак оставлять, – пробормотала себе под нос девочка, но долго сокрушаться не было времени, и она поспешила скрыться в лесу.

Сложность была еще в том, что она понятия не имела, могут ли мыши найти ее по запаху. С одной стороны, они же были животные, пусть и магические. С другой – она ни разу не видела, чтобы они что-то вынюхивали.

Хоть читала Тедди много, она смутно помнила, как можно отвести от себя погоню. Перейти через воду и выйти в другом месте, да еще рассыпать махорку. Тут мешало то, что она махорку представляла еще более смутно, догадываясь лишь, что это как-то связано с табаком. В любом случае ничего похожего у нее не было, оставалось уповать на воду.

И то ли широкий и бурный ручей, по руслу которого Тедди шла, не жалея кроссовок, помог, то ли Алисо просто не особо пытался ее найти, но погони не было. Расположившись на очередном дереве так, чтобы можно было видеть просеку, Тедди внимательно следила за тем, как маршируют серые войска в сгущающихся сумерках. Ее глаза изменились незаметно для нее самой. Казалось, совсем недавно она сетовала на слабое зрение, плохо ориентировалась в лесу, а на дерево впервые залезла только от страха.

«Это все привычка, организм привыкает к тому, что мне приходится карабкаться по деревьям, словно мартышке, и жить в этом диком обществе», – убеждала себя Тедди, сильнее съеживаясь в своем укромном местечке в основании двух ветвей. Она прижималась к шершавому толстому стволу, липкому от пахучей смолы, пытаясь отвлечь себя чем угодно, чтобы не думать, как ей удалось забраться на кедровую сосну и даже не переломать ногтей. Привычка тут была ни при чем, но обсуждать это даже с самой собой Тедди готова не была.

С этого дерева было отлично видно многое, а пушистые и длинные иглы (куда до них еловым!) отлично скрывали саму девочку от острых мышиных взглядов. Да и не имели привычки мыши смотреть наверх, что было уж совсем странно – с их-то историей с летунами!

Пока ждала, Тедди искала причину такой глупости, это было куда лучше, чем копаться в самой себе. Там никогда не знаешь, что выкопаешь. Лучше не рисковать.

Тем временем шеренги серых шкурок, поблескивающих в тусклом свете луны, начали иссякать. Кажется, Алисо торопился увести войска подальше от Перехода, словно боялся, что его магии не хватит удержать их в этом мире. И все эти потоки мышей хлынут обратно, в привычный, пусть и враждебный им мир.

И тем не менее торопиться со спуском Тедди не стоило. Она вздохнула. Плохо, когда все твои отличные идеи – сплошная импровизация. Даже если все пройдет успешно, ждать результата придется на голодный желудок. В рюкзаке у девочки был запас еды, но до него еще надо было добраться. А Алисо не тот человек… то есть мышь, чтобы просто оставить ее в покое, да еще в этом мире. Он запросто мог не только придержать небольшой отряд у Перехода, но и сам задержаться, отправив войска вперед. Благо по просеке они могут идти всю ночь, никуда не сворачивая, а утром попрятаться в лесу. До города пара дней пути пешком… И тут Тедди прыснула со смеху, зажимая рот обеими руками. Просто представила, как мыши чинно дожидаются электрички или автобуса, чтобы зря не ломать лапы дальними переходами. Едва ли не громче вырвавшегося смеха забурчал живот. Хорошо еще, Тедди находилась достаточно далеко от армии, даже для ее чутких ушей! Быть обнаруженной из-за бурчащего живота – вот уж бесславный конец ее затеи!

Она принялась рыться в карманах, надеясь найти хоть какой-нибудь леденец. Раньше у нее карманы всегда были набиты конфетами.

Вместо этого рука наткнулась на плоскую коробочку – телефон! Она достала его и нажала кнопку. Телефон она заряжала с помощью банки совсем недавно. Мало ли, пригодится. Только сейчас он у нее стоял на режиме полета – экономил заряд.

«В некотором роде я и впрямь в полете, – хмыкнула себе под нос Тедди. Разговаривать с собой было неожиданно легко. Словно она снова была не одна. – А сколько раз за это время я была в воздухе…»

Она нажала кнопку, меняя режим, и уставилась на мгновенно подскочивший уровень сигнала. Телефон завибрировал, принимая одну за другой эсэмэс. Тедди думать забыла про мышей, принимаясь листать сообщения, которые казались ей самой значимой частью старого мира из тех, что до сих пор ей встречались.

Большая часть их была от Матильды. Щеки Тедди словно сами по себе стали мокрыми от слез, когда она читала короткие записки мачехи. Та сначала волновалась и спрашивала, куда они пропали, почему не отвечают на звонки и смс. Потом эсэмэс стали длиннее, Матильда пыталась в своих обращениях разобраться, что произошло, и приводила собственные размышления. И последние две были совсем короткие:

«Держись, милая, мама придет» и «Я иду».

Тедди даже не удивилась, что Матильда назвала себя ее мамой. Наверное, она писала эсэмэс им с Димкой вместе, да и относилась она к Тедди как к дочери. Просто сама девочка тогда это старалась не замечать. Как не замечала столько лет, что ее отец не… не… ее отец был мышиным королем. Не замечать такое было удобно и полезно. Только больно, когда носом в это все-таки пришлось уткнуться со всего размаху.

Резким движением руки смахнув с лица злые слезы и для верности еще вытершись рукавом так, что оцарапанная кожа заныла, Тедди продолжила листать эсэмэс. Там оставалось несколько информационных сообщений про погоду и ожидающиеся ураганы и… эсэмэс от Димки.

Прежде чем открыть ее, Тедди проверила дату. Сегодня. Димка писал ей сегодня!

Она завертела головой, словно рассчитывая увидеть брата в его человеческом обличье на соседней ветке. Но никого не было, она была одна.

Помедлив долю секунды – хотя бы такую слабость она могла позволить наедине с собой, Тедди щелкнула по сообщению, позволяя ему открыться.

«Позвони срочно».

Вот и все, что там было.

Тедди закрыла эсэмэс и на всякий случай снова посмотрела время отправления. Несколько часов назад. Что же, ей оставалось только надеяться, что Димка знал, о чем ее просит. В конце концов, это не ей разбираться, если посреди войска вдруг зазвонит телефон!

Мобильник снова завибрировал, сигнализируя о пропущенных вызовах. И все последние были с Димкиного телефона.

И Тедди решилась. Прижавшись спиной поплотнее к стволу сосны, она набрала номер. Пока шли гудки, мелькнула мысль, что Димкин телефон как-то попал к Алисо и это все – большая ловушка, но сбрасывать звонок девочка не стала. Стоило рискнуть, да и отец не выглядел как тот, кто легко согласился бы вспоминать постыдное прошлое в человеческом теле. Не сейчас, по крайней мере, и не ради дочери.

– Наконец-то! – раздался в трубке голос Димки. И до того это стало неожиданным для Тедди, что она вздрогнула и едва не выронила телефон. – Ты где, сестренка?

– Я? – Тедди огляделась. Вопрос был в общем-то логичный, у нее только и нашлось, что сказать: – Я на дереве.

Из трубки раздался тяжелый вздох Димки.

– Тедди, – проникновенно произнес он, – мы в лесу. Тут везде одни деревья!

И то ли от того, как это прозвучало, то ли от радости, что она и правда слышит Димку, а значит, больше не одна, Тедди неуверенно хихикнула, чтобы через мгновение залиться слезами.

Еще несколько минут ей понадобилось, чтобы успокоиться. Потом еще столько же – чтобы объяснить, где она оставила рюкзак и где находится сама. Следующие полчаса Тедди просто самозабвенно рыдала на дереве, чувствуя, как вместе со слезами приходит забытое облегчение. Она снова не будет одинока, а вместе они справятся. И Димка, и Матильда, – пусть последнее сообщение от мачехи и было отправлено в тот день, когда она исчезла, сейчас Тедди была уверена, что с ней все хорошо. Просто потому, что мама сказала, что придет, и она не нарушит этого обещания. Не в этот раз.

И когда она полностью и окончательно уверилась в этом, а слезы перестали жечь лицо и окончательно высохли, кусты рядом с сосной зашуршали, и на открытое место выбрались Нина и Димка.

– По спортивному ориентированию тебе зачета бы не видать, – заметил Димка, почесывая длинный острый нос. – Местность ты описываешь так себе, и, если бы не твое злобное бухтение, мы бы в жизни тебя не нашли.

– Я тебя тоже люблю, – буркнула Тедди, шмыгая носом.

Она была благодарна брату, что тот не сказал вслух то, что они оба знали: никакое это было не злобное бухтение, а совсем наоборот. Но признаться, что слышал, как она плачет, Димка не мог, как и сказать что-то, способное вызвать новый поток слез. Вроде того «хорошо, что мы снова вместе» или «теперь мы со всем справимся». Да она только подумать успевала о том, как он это говорит, и у нее уже наворачивались слезы!

– Спускайся. – Димка отвернулся и стал с преувеличенным вниманием разглядывать свой хвост. – Рюкзак мы твой нашли, а вот снять сами не смогли. Твой узел лапами не развязать, а грызть веревку… Сама понимаешь.

– Зато рядом с этим местом никого нет, – подала голос Нинка, нетерпеливо приплясывая вокруг дерева, пока Тедди осторожно спускалась, стараясь нащупать надежные сучки или неровности коры. Почему-то взбираться на дерево всегда куда проще! – Мы убедили остальных стражей перехода, что будем патрулировать вокруг, а им нужно просто сидеть рядом с ним и никуда не двигаться.

– Эти жирные мыши только рады были послушаться, – фыркнул Димка. – Они и без того чуть с ума не сошли, когда поняли, что придется остаться у Перехода.

– Уверена, что половина сбежит, – согласилась с ним Нинка.

Тем временем Тедди спустилась достаточно низко, чтобы спрыгнуть. Там ее, как мог, поймал Димка. Точнее, попросту не дал оступиться и плюхнуться на колени или спину. Этого было достаточно – просто знать, что кто-то хочет тебе помочь. Даже если это не всегда и получается.

– Нам это было бы на́ руку, – согласилась с подружкой Тедди. – А теперь рассказывайте, что делали вы, и как попали сюда.

– Это много времени не займет, – предупредила Нинка.

Мышь оказалась права. Пусть сама Тедди готова была рассказывать часами про свои приключения, у Димки все на первый взгляд и впрямь выглядело обыденно. Словно за хлебом сходить. Пока они шли до дерева, где девочка оставила рюкзак, Димка успел познакомить ее со всеми событиями, что произошли без ее участия.

Например, о том, как Дара предлагала Многоликому напасть на Алисо, пользуясь тем, что мышиный король готовит нападение на другой мир.

– Ее даже не заподозрили. – Димка покачал головой, то ли удивляясь этому, то ли восхищаясь старшей принцессой. – Она сделала вид, что все это придумала из-за кровожадной натуры, и они поверили, словно так и нужно!

Однако на этом хорошие новости закончились. Все, что услышал Многоликий в рассказе дочери, это то, что Алисо не будет в долине. Воевать с ним, рискуя остановить короля в шаге от его похода, король летунов не собирался, полагая, что вернет Неблагую долину куда быстрее, если позволит Алисо увести армию. А тут еще заявился Сол и стал предлагать помочь принцессе Теодоре в борьбе против отца. Как оказалось, если Многоликий чего и боялся, так это того, что его дети сойдутся в чем-то. Дара для него была недоступна, с ее-то молчаливыми стражами. Поэтому Многоликий просто в который раз посадил под домашний арест Сола.

– Получается, он все-таки попытался мне помочь? – растерянно уточнила Тедди. – А мне сказал, что не станет вмешиваться!

Димка лишь пожал плечами, всем своим видом говоря: он не понимает, что там делается в голове принца.

– Дурак пернатый, – припечатала Нинка, которой Сол совершенно не нравился.

Дальше история была как раз о ней. Димка сухо и коротко рассказал, как появилась Нина с новостями, запиской и телефоном. Дара потребовала, чтобы ее младшую сестренку не вмешивали больше и оставили под ее защитой. Димка с принцессой был полностью согласен, и они с Ниной вдвоем покинули секретное гнездо в горах. Смешаться с другими мышами, собирающимися в армию, было уже делом техники. Но требовалась незаурядная ловкость, чтобы попасть в число тех, кто остается охранять Переход, – это даже Димка отрицать не мог.

– Все очень просто, – смутилась Нинка. Тедди как раз полезла на дерево снимать рюкзак и слушала уже оттуда. – Вы, принцесса, хорошо придумали с этой охраной, иначе мы бы просто затерялись в этом войске, ему же конца и края видно не было! Но когда мы с ненаследным принцем Дмитрием услышали про охрану, тут же поняли, что это наш шанс.

– Так что вы предложили выбранным мышам взамен их места? – с нетерпением спросила Тедди, которая с трудом развязала узел, и рюкзак тут же рухнул вниз, только руку обожгло проскочившей между ладоней веревкой. Тедди негромко взвыла и замахала руками, едва не сверзившись с ветки вслед за вещами. Что же, в рюкзаке вроде бы не было ничего хрупкого.

– Если бы мы что-то предложили! – фыркнул Димка, задрав голову. – Ты сама собираешься падать, или я зря тут стою?

– Не дождешься, – пропыхтела Тедди, осторожно спускаясь с дерева.

Ладони еще жгло, и заново начало щипать царапины, полученные от лазания по предыдущему дереву. Нет, все-таки это было не ее. По крайней мере, до тех пор, пока она не вернет Голос и не сможет сама заживлять свои ранки. Она, конечно, понятия не имела, можно ли такое сделать Голосом, но это звучало довольно здраво.

– Если бы мы начали предлагать что-то взамен, эти мыши начали бы с нами торговаться, – Нинка раздулась от гордости, рассказывая о своем фокусе. – Нет, мы, наоборот, спросили, что они нам могут дать за то, что мы сменим их на этом скучном и опасном поприще и уступим места в войске, которое идет завоевывать новые земли и сокровища.

– Даже не знаю, восторгаться или пугаться тебя, Нина, – покачала головой Тедди, с трудом сдерживая смех. – Бедняжки, наверное, все кармашки повыворачивали, чтобы избежать опасной работы. Кстати о кармашках! А что они могли вам предложить? Я не заметила, чтобы у рядовых мышей была какая-то собственность.

– О, у нас много чего есть, – оживилась Нинка, и Тедди запоздало поняла, что и ее серая подружка тоже относится к так презрительно названные ею «рядовым мышам». – У нас есть наше время, наша жизнь. Мы сами, в конце концов!

– А? – Тедди так и замерла с открытым ртом, пытаясь понять, что имеет в виду Нинка. Неужто она пропустила и в ее королевстве существует рабство?

Мысленно назвав королевство своим, Тедди даже не заметила этого. Словно так и должно быть.

– Один мутный типчик с надкусанным ухом завещал нам свою черепушку, – мрачно пояснил Димка. – После его славной и, разумеется, нескорой гибели. Его товарищ оказался куда круче и завещал хвост при жизни. Не сейчас, а когда понадобится. Просто псих, на мой взгляд.

– Он нормальный, просто очень азартный, – вступилась за соплеменника Нинка. – Начали торговаться-то они с кончика хвоста, вот некоторые так на трети и остановились!

– Пожалуй, это та часть истории, которую я не готова узнавать в подробностях, – наконец решила Тедди. – Давайте лучше отойдем подальше и решим, какой у нас план.

– Я думал, у тебя уже есть план, – удивился Димка. – Ты так ловко провернула побег, да еще и со всеми вещами!

– В некотором роде так и было, – промямлила девочка. – Но я думала, что кто-то придет и поможет.

Они уставились друг на друга, а Нинка присела, чтобы не попадаться на глаза.

– Ладно, – неохотно прервал молчание Димка. – Мы тоже так примерно думали, даже к Болотной колдунье подались.

– Да ты что! – ахнула Тедди, разом забыв про то, что сама собиралась сделать так же. – Разве ей можно доверять?

– Да никто и не говорил про доверие, – вздохнул Димка. – Просто попросили остановить Алисо. А эта ведьма только больше тумана нагнала. И ладно бы хоть настоящего, так нет, словесного мусора. Говорит, мол, «все погибнет, но помощь придет, откуда не ждали, и вы будете не рады этой помощи».

– И ягодку птичью дала, – влезла в разговор Нинка. – На всякий случай.

– Отлично, – кисло ответила Тедди.

Уточнять, что она прекрасно понимает, кому в случае чего придется ягодой воспользоваться, раз нет Тины, она не стала. Мыши с помощью одной лишь ягоды в летунов не превращались.

– Но на план это все равно не похоже, – справедливо добавил брат. – Что делать будем?

Тедди залезла в рюкзак и достала приготовленную снедь. Собиралась она с запасом, и сейчас девочка была этому только рада. Как и найденной на дне чемодана и переложенной в рюкзак пачке печенья. Такое в городе она бы и есть не стала. Простое, без шоколада или орехов, сейчас оно казалось верхом блаженства.

– Сначала поедим, – веско ответила Тедди, честно деля всю еду на три ровные части.

– Хороший план, – одобрил Димка. – Корешки уже приелись, если честно.

Тедди вздрогнула, но тут же взяла себя в руки. Она и впрямь не слишком интересовалась тем, как живут остальные, пока она томится в королевском лабиринте и ест три раза в день собранные бегунцами ягоды или дикие плоды. И если даже они ей уже надоели, что она хочет от брата, который в мышином обличье не владеет магией точно так же, как не владел в человеческом?

За едой они согрелись и заметно оживились. И план появился сам собой. Конечно, его придумал Димка, но особо усилий не прилагал, Тедди бы заметила!

– Ты держись подальше от войска Алисо, – начал объяснять свою мысль брат. – Палатку захватила? Вот и молодец. Связываться будем с помощью телефона. Он у меня стоит на бесшумном режиме, услышать я сумею, как и спрятать.

Тедди открыла рот и тут же закрыла. Ее давно интересовал вопрос, как и где мыши прячут те вещички, что таскали с собой. Ей не приходилось встречать мышей, кроме разве что Нинки, с ягодами в лапах, свистками или черепами и туесками с водой. Туески мыши явно брали у людей, но воровали или обменивали, это Тедди не знала. Тревожная мысль о том, как Димке удается таскать с собой телефон незаметно для других, сменилась новой. Что-то о туесках и людях, проживающих много лет в Неблагой долине.

Конечно, воспоминания поколений мышей позволяли ей глазами предков видеть появление незваных гостей, но этого было мало. Требовалось подтверждение ее мыслям.

– А мы постараемся осторожно вернуться к войскам, – продолжил Димка, не заметив того, как успело измениться лицо сестры. – Только повод нужно найти…

– Пусть будто принцесса Теодора пыталась пробраться обратно в наш мир, а мы доблестно пытались ее остановить? – предложила Нинка, смешно шевеля усами. – Она спряталась в лесу, мы же с донесением прям к коро…

– А-а-а-а! – Раздавшийся со стороны Перехода вопль прервал Нинку и заставил всех троих вздрогнуть. Сама Нинка и вовсе упала плашмя на землю, да и Тедди была недалека от того, чтобы последовать ее примеру.

– Это оставшиеся охранники Перехода. – Димка, наоборот, весь вытянулся в струнку, и только уши его едва подрагивали, когда он прислушивался. – Пойду узнаю, что там случилось.

– Не ходи, – очнулась от ступора Тедди и схватила его за лапу. – Дим, а если там дракон?

– Он в этот Переход не пролезет даже, – не раздумывая ответил тот, и девочка поняла, что и брат размышлял на ту же тему. – Отпусти, сестренка. Я должен проверить.

– Хорошо. – Тедди сделала вид, что согласна, а когда брат исчез за деревьями, жестом позвала серую подружку, и они как можно тише скользнули следом. Близко подходить не стали. Слух у Нинки был отличный, и она вполне могла пересказать весь разговор принцессе.

– Кто-то прошел через Переход, – неразборчиво шептала Нинка, от переживаний снова принимаясь покусывать свой хвост. – Человек. Люди для этих все одинаковые, мышиные охранники не могут теперь даже внятно сказать, кто это был – мужчина или женщина! Дрыхли небось!

Нинка покачала головой, явно осуждая «этих», а Тедди лихорадочно пыталась сообразить, кто из людей это мог быть. Тина? Все-таки сбежала из-под опеки старшей сестры и ринулась в чужой мир вслед за друзьями? Матильда? Сумела выжить в этом лесу и нашла переход обратно? Кто-то из деревни, например трехпалый? Нет, зачем ему…

А что, если кто-то из мышей или летунов воспользовался ягодой, чтобы пройти мимо охранников? Полчаса вполне хватило бы. И потом ищи, кто это был! Получается, список растет прямо на глазах!

– Дальше ничего интересного не будет, – вздохнула Нинка. – Теперь Димка пытается убедить их, что это были вы, принцесса, и хотели пройти туда, а не оттуда. Но героические стражи не позволили, и вы скрылись в лесу.

– Пора и впрямь скрыться в лесу, – согласилась Тедди, подивившись сообразительности брата, который вовсю претворял в жизнь свой план.

Судя по испуганным мордочкам горе-стражей, чьи потрясенные глаза и трясущиеся хвосты были видны даже на таком расстоянии, они готовы были поверить во что угодно, если это не выставляло их совсем уж в невыгодном свете.

Тедди и Нинка вернулись к рюкзаку и к приходу Димки сумели довольно успешно, на их взгляд, сделать вид, что так и сидели на одном месте. Димка им, похоже, не поверил, но говорить ничего не стал. Лишь вздохнул тяжело и головой покачал.

– В общем, устраивайся с палаткой, но поближе к воде и подальше от Перехода, – скомандовал он. – И будь готова двигаться за армией. Кто знает, может, придумаем, как остановить Алисо и вернуть твой Голос.

Тедди машинально коснулась горла, где рос и зрел новый Голос, и молча кивнула. Да, оставлять все на друзей она и не собиралась.

– А мы пойдем передавать новости о тебе, – продолжил Димка. – Если Алисо будет думать, что ты пытаешься вернуться в долину, то не будет беспокоиться здесь.

– Да, будем надеяться. – Тедди зябко повела плечами. Снова расставаться с друзьями и оставаться наедине с лесом ей не хотелось, но она молчала. Димка был прав, и оставлять Алисо без постоянной слежки не стоило.

– Телефон только разряжаться быстро будет. – Димка поморщился. – Давай так. Включаем его вечером на полчаса, после заката. И так же утром.

– А если случится что-то между этим временем? – начала было Тедди и тут же сама себя прервала, разозлившись за трусость. – Да ничего не случится! Это наш мир, в конце концов!

– Да, наш, – согласился Димка после короткой и едва заметной паузы. – Удачи, Тедди.

– И вам.

Чтобы не разреветься и не превратить расставание в некрасивую сцену, девочка повернулась к друзьям спиной и стала преувеличенно внимательно потрошить рюкзак, вытаскивая свернутую палатку и колышки. Она плохо помнила, как Димка их ставил, но ведь в этом нет ничего сложного, правда?

Через полчаса, взмокнув несмотря на довольно прохладный ночной воздух, она наконец справилась с палаткой. Пусть один колышек выскакивал каждый раз, когда она влезала в палатку, само сооружение держалось ровно и не грозило упасть на девочку во сне, так что Тедди решила не желать большего. К тому же спать хотелось невероятно.

Она сунула в палатку рюкзак, отчего места сразу стало примерно в два раза меньше, и забралась внутрь сама. Сон не шел, и сквозь полиэстеровое дно палатки больно кололись какие-то бугорки и сучки. Запоздало она вспомнила, что брат подкладывал под палатку еловые лапы. Но вставать и что-то менять ей уже не хотелось. Так что она подложила под голову руку и попыталась уснуть.

Странно, в Неблагой долине ей так не хватало пения птиц, здесь же ночное щебетание просто выводило ее из равновесия. Отчаявшись уснуть, она достала телефон и проверила подключение к интернету. Сигнал был довольно слабый, но он был!

«У меня две зарядные банки, могу себе позволить, – как можно убедительнее напомнила она себе. – Это Димке надо экономить заряд. И потом, я же не в соцсетях посидеть хочу, а для дела».

Зря она вспомнила про соцсети. Так захотелось ткнуть на яркий значок и посмотреть, что нового у одноклассников, выложить фото с Нинкой, и пусть все думают, фотошоп или нет…

Усилием воли она свернула все эти мечты и открыла поисковик. Про Ермака она нашла множество ссылок, куда сложнее оказалось отыскать карту его пути через Урал. Но она справилась и с этим. Карта была плохонькая и нарисованная будто от руки, но по ней Тедди сумела найти знакомые места. А на другой карте обнаружила что-то совсем удивительное: та несуществующая станция, на которой они с Димкой вышли, располагалась так, что их путь лежал прямиком в загадочную зону рядом с Молебкой. А уж об этом Тедди слышала немало – то там видели инопланетян, то пропадали люди… Девочка уже нажала поиск историй, связанных с Молебкой, когда услышала шорох.

Она замерла и прикрыла экран мобильника рукой. Снаружи раздался голос, который, казалось, продолжал уже начатую фразу:

– …И ты веришь в то, что принцессу охраняет дракон? Да ты еще глупее, чем я думал!

И этот голос был печально знаком девочке.

Тедди почти не дыша прислушалась, а тем временем уже другой, тоже смутно знакомый голос ответил первому:

– Но королева Мара сказала…

Тедди вспомнила, где слышала его. Это был Скр, который уже как-то разговаривал с ней, а потом передал все Алисо. Странно, что он решился снова приблизиться к принцессе. Пусть он и знал, что она без своего Голоса, но все же.

– Королева Мара постарела, – жестко ответил первый, и Тедди едва не ахнула, окончательно поняв, кто это. – Она может придумывать свои сказки для таких глупцов, как ты, но мы не напрасно собирались ее свергнуть.

– Вместо этого лишились хвостов, а ты еще и имени. – Непонятно, чего в голосе Скр было больше – злорадства или сочувствия.

Но Тедди было не до того, чтобы вникать в такие мелочи. Если до этого у нее оставались сомнения, то теперь она знала точно – это Безымянный. Странно, она сейчас даже не могла вспомнить, как его звали до того, как она забрала его имя. Кажется, что-то на «М». Столько всего произошло, не упомнить! Но только не для этого мыша. И даже гадать не нужно, чтобы понять, зачем он явился. Отомстить.

Самое время было пожалеть, что Димка с Ниной ушли, а Голос еще слишком слаб, чтобы его использовать.

Тихо, чтобы не привлечь внимания раньше времени, Тедди потянулась к рюкзаку, где к клапану был прикреплен фонарик на длинной ручке. Она специально не убирала его далеко. Мало ли, придется сбегать ночью до кустиков, а сесть на ежа или провалиться в ручей девочке не хотелось. Им можно было попытаться напугать, благо яркого, искусственного света жители Неблагой долины не любили. Да и вместо дубинки на всякий случай можно было бы использовать – просто так сдаваться Тедди не собиралась.

На удивление ей не было страшно, она только злилась, что не предусмотрела этого. Оставлять обиженных врагов за спиной чревато, и она не справилась. Почему-то она была точно уверена, что в случае чего успеет добежать до Перехода, а там ее защитят охранники. Потом сдадут Алисо, разумеется, но это случится потом.

– Ты следи снаружи, трусливая душонка, а я полезу внутрь, – скомандовал Безымянный.

Тедди решила, что ждать больше нельзя. Зажав фонарик между коленями, она нажала кнопку и тотчас вытянула руки вперед и вверх, начиная шевелить пальцами словно щупальцами. По крайней мере, именно таковыми они выглядели на подсвеченной стенке палатки.

– А-а-а! Чудовище! – завизжал Скр.

– У-у-у! – завыла Тедди, разводя руки и еще сильнее растопыривая пальцы.

– Оно схватило меня, схватило! – заорал Скр.

И Тедди услышала, как он бежит прочь от палатки.

– Да какое еще чудовище! – начал было Безымянный, и девочка увидела его лапы, пытающиеся открыть палатку снаружи. И тут он заорал точно как Скр. – Чудовище! Дракон!

Лапы в проеме исчезли, и слышно было лишь, как вдалеке хрустят ветки кустов.

Тедди схватила обеими руками фонарик и направила в сторону входа в палатку, освещая силуэт… мыши? Одно мгновение – и в палатку просунулся знакомый острый нос, и Тедди с облегчением отвела луч света, а внутрь протиснулась Нинка целиком.

– Так помчались, что запросто догонят войско, – сообщила она и для справедливости добавила: – Правда, Скр побежал в другую сторону…

– Нинка! – Вот теперь Тедди окончательно поняла, что спаслась, а рядом ее серая подружка. Девочка бросила фонарь и обняла мышь. – Ты не представляешь, как я рада тебя видеть! Ты же меня спасла!

– Не скажите, принцесса, – покачала головой Нинка, отчего ее уши смешно мотнулись из стороны в сторону. – Вы и без меня отлично справились. Я сама чуть от страха не умерла, когда вы свое чудовище призвали! Решила немного помочь только. Подобрала две палки и огрела этого трусливого предателя ими с двух сторон. А потом и бесхвостого!

Теперь Тедди стало понятно, отчего бежали заговорщики. Как удачно, что Нинка оказалась рядом, что бы она там ни говорила.

– О, а как ты тут оказалась? – Тедди потеснилась, в палатке едва-едва хватало места им двоим. Но внутри почему-то было не так страшно, как снаружи. К тому же вдвоем. – Вы же вместе уходили с Димкой.

– Ну да. – Нинка привычно вцепилась в хвост. Нервничала. – А потом сообразили, что в армии будет много тех, кто меня знает. Выдадут еще ненароком или специально. На важную фигуру я не похожа. Да и за тебя переживали. И не зря, как оказалось.

– Это точно, – согласилась девочка и сунула руку в рюкзак. Раз спать все равно ложиться уже не было смысла, почему бы немного не повеселиться? – А вот важную фигуру мы из тебя сделаем запросто.

По просьбе принцессы Нинка сбегала за водой к ручью и заодно убедилась, что вокруг нет ни одной посторонней мыши. А Тедди тем временем приготовила краски и кисточки. Она брала их в путешествие совсем для другого, но все последовавшие за их поездкой события заставили забыть о рисовании. До этого момента.

Вернувшаяся Нинка была усажена на пол, и Тедди принялась рисовать. Осторожно нанося густую краску на щеки и виски мыши, девочка так искусно прокрашивала шерсть, что она начинала напоминать выложенные узором пестрые перышки. Точь-в-точь как у некоторых подданных ее бабушки.

Уже рассвело, поэтому смотреть на результат в зеркальце Нинка вылезла из палатки наружу. Вернулась она, едва ли не попискивая от восторга.

– Я так рада, что ваша магия вернулась к вам, принцесса! – заявила она с порога.

Конечно, слышать такое было приятно, но Тедди предпочитала справедливость, поэтому попыталась, как умела, объяснить подруге, что к магии это не имеет никакого отношения. Только Нинка ни в какую не желала ее слушать.

– Магия это, сильная магия, – твердо заявила она. – В вашем мире мало кто магию может творить, но вы, принцесса, сильная волшебница, это и королева Мара всегда знала.

– В смысле; «мало кто»? – Упоминание королевы Мары Тедди решила оставить на потом. Она и так не знала, как относиться к выдумке бабушки, что ее-де охраняет дракон. Выдумка была хороша, пусть дракона никто и не видел, но слухами земля полнится. Будь на месте Безымянного один Скр, это могло и сработать. – У вас всех есть магия. В отличие от меня…

– Она почти не работает в вашем мире, – перебила ее Нинка и всплеснула лапами. – Здесь словно все мешает магии. Не понимаю, как Алисо сумел прожить тут так долго. В этом мире душно, как в самом глубоком подземелье лабиринта. Даже для того, чтобы прокормиться, приходится тратить все силы. Армия голодает!

– Так это же прекрасно! – обрадовалась Тедди и поспешила пояснить: – Я не про армию, ты не подумай. Но тогда, выходит, и у короля ничего не получится. Его магия тоже ослабела, верно?

– А вот и нет, – покачала головой Нинка. – Голос действует точно так же, как и в нашей долине. Может, чуть меньше, но я этого не заметила. Надеяться на это не стоит.

– Похоже, ты права, – нехотя согласилась Тедди и погрузилась в печальные раздумья.

– Не думайте вы о короле, принцесса! – сердито прикрикнула на нее Нинка. – О себе подумайте лучше. Что, если Безымянный вернется? Второй раз может не получиться его напугать. Нужно вашу магию применить, вот что!

– Но это же никакая не магия. – Тедди заставила себя замолчать и по-новому посмотрела на коробку красок. Что, если…

Она уставилась на чистое небо. Если дождя так и не будет, у нее есть шансы.

– Мара говорила про дракона, – пробормотала она себе под нос. – Что же, пусть будет дракон.

Начинать было страшно. До сих пор казавшаяся тесной палатка превратилась в огромное пустое полотно, и Тедди попросту боялась положить первый мазок. Просто истратить все краски не хотелось.

Она сходила умылась и расчесала волосы. Заплела косичку, что порой забывала делать по несколько дней. Нинка терпеливо ждала «чуда», сидя на пригорке рядом с палаткой и лишь иногда принимаясь кусать себя за хвост.

– Поедим сначала, – приняла решение Тедди и достала немного запасов.

Тут Нинка даже спорить не стала – изголодалась, бедная.

Палатка стояла, совершенно не тронутая краской, и выглядела как немой укор. Пора было приниматься за работу.

– А что, если немного размяться? – неуверенно спросила Тедди, оглядываясь на подружку. – А то сведет руку, пока рисую…

– Творите магию, принцесса, пока не стало поздно! – пискнула Нинка и топнула лапой.

– Вот чего мне не хватало, когда я не могла реферат начать писать, – вздохнула Тедди и взяла кисточку. – Где ты была всю мою жизнь, подруга…

Ответа она не ждала, да Нинка и не стала отвечать, занявшись поиском съедобных корешков. А Тедди и впрямь стоило только взяться, и работа закипела. Она начала с морды, расположив рисунок так, словно дракон свернулся, как кошка, спрятав кончик носа между лап и прикрыв его хвостом, тогда как по другой стенке палатки оказались сложенные крылья и гребень. Особое внимание она уделила приоткрытому глазу, и в результате он получился точь-в-точь как настоящий. А когда от порыва ветра палатка вздрогнула, Тедди и самой показалось, что ее дракон дышит.

– Магия! Настоящая магия! – прошептала Нинка и бухнулась в обморок.

Тедди не стала на это реагировать – подруга и без того долго продержалась, с ее-то тонкой душевной организацией!

Тедди же критически оглядела результат и с удивлением поняла, что довольна. Дракон и впрямь вышел на удивление похожим на настоящего.

«А может, и те следы кто-то также успешно подделал», – неожиданно пришла в голову мысль, и девочка удивилась, как она раньше не рассматривала такой вариант. И похоже, она даже знает создателя этого мифа. Непонятно, зачем Маре нужен был дракон тогда, но сейчас слухи о нем могли защитить ее внучку хотя бы от самых пугливых недоброжелателей. Определенно лучше, чем ничего.

И Тедди сама не поняла, почему вдруг почувствовала грусть. Словно ей и впрямь хотелось, чтобы дракон существовал на самом деле. И пусть она понятия не имела, добрый он должен был оказаться или злой, разумный или не очень, тот факт, что он был всего лишь выдуманным, сильно расстроил ее.

– Не пора разговаривать с принцем? – Это очнулась Нинка, враз заставив Тедди забыть о своих непонятных мыслях.

Девочка торопливо включила на телефоне сеть и уставилась на экран. Нинка примостилась рядом прямо на мокрую от росы траву. Ждать пришлось недолго, телефон завибрировал, и на нем высветился Димкин номер.

– Дим, ты как?

Пусть Тедди и хотела первым делом рассказать про то, как на нее напал Безымянный и как они с Нинкой оборонялись, хитростью обратив неприятеля в бегство, это могло подождать. Они сейчас в безопасности, чего нельзя было сказать о брате, вынужденном скрываться в самой гуще армии, совсем рядом с Алисо. Да если король обнаружит, что Димка там, он может сделать что угодно! Насильно превратить в человека или шантажировать с его помощью Тедди и Матильду, если та все-таки найдет их. Только убить не сможет, опасаясь за свой Голос.

– Все хорошо. – Голос брата совсем не сочетался со сказанным, в нем сквозила тревога, но Тедди не успела испугаться, он раньше объяснил причину. – Сестренка, Нина у тебя?

– У меня. – Тедди сделала страшные глаза мыши, которая с преувеличенным интересом уставилась на какой-то выкопанный корешок. – А разве вы не вместе решили, что мне может понадобиться ее помощь?

– Какая помощь?! – возмутился Димка. – Она просто исчезла, и все!

– Вообще-то помощь мне очень даже пригодилась. – Тедди погрозила кулаком подруге, но перед братом собиралась защищать ее до последнего. – Просто я думала, что ты знаешь.

– Что случилось? – Вот теперь Димка и думать забыл о том, что Нинка сбежала. – Алисо?..

– Если бы! – Тедди вздохнула и принялась рассказывать. Да, она помнила, что батарейка на телефоне брата не вечная, а еще ему приходится держать мобильник лапами и скрываться от остальных мышей. Но если бы она не рассказала все, что с ними приключилось, то наверняка бы просто взорвалась.

– Мы довольно далеко прошли, – выслушав, произнес Димка сумрачно. – Лучше тебе поторопиться и подойти ближе к нам. В крайнем случае я должен быть не слишком далеко, чтобы успеть на помощь. Сейчас все ложатся спать в лесу или ищут съестное. Мы выдвинемся дальше только вечером. Мы почти дошли до какого-то крошечного поселка, но его мы будем обходить, а дальше Шали, их мы обойдем кругом и на этом потеряем время. Если тебе удастся дойти до Шалей, ты нас обгонишь.

– Хорошо. – Тедди достала сложенную карту, в который раз радуясь, что не понадеялась только на карту в телефоне, и присвистнула, оценив расстояние. – Да тут километров пятьдесят!

– Если будешь больше идти, чем отдыхать, к вечеру дойдешь, – откликнулся на это Димка и отключился. Перезванивать Тедди не решилась. Мало ли почему он так резко положил трубку. Может, решил, что разговор закончен, а может, заметил кого-то рядом. Нет, тут лучше не рисковать. Так что она собрала палатку, радуясь, что краска уже высохла, и, определив направление и отыскав подходящую тропку вдоль железнодорожных путей, двинулась в путь.

Конечно, ужасным искушением было сесть в электричку и проехать до Шалей. Даже безбилетником. Кто их проверяет, эти билеты, на таком скучном участке дороги? Только тогда пришлось бы оставить Нинку, а на это Тедди пойти никак не могла. Так что пришлось собраться и двигаться в дорогу так, чтобы подругу нельзя было заметить с путей. Нинка времени тоже не тратила зря: пока девочка шагала по прямой, подруга петляла кругом, то и дело принося какие-то ягоды или корешки. Тедди же размышляла о том, есть ли в том поселке, что первым попадется ей по дороге, магазин. Деньги у нее были, и мысли о том, что она на них может купить, просто сводили с ума. И она даже не думала о конфетах или мороженом. В мечтах она покупала батон и пакет молока. Или еще пару булочек. И колбасы или сосисок. У нее с собой была горелка – Матильда не очень доверяла их умениям разводить костры – и котелок, и она подумывала купить крупы и тушенку. Даже вспоминать об этом было мучительно приятно, и живот начинал урчать сильнее, хотя Нинка определенно отдавала ей большую часть своих съедобных находок.

Как же Тедди хотела накормить подружку едой из магазина! Нинке не нравился ее мир, ее беспокоила слабость магии и неприятный острый запах от металлических шпал, и Тедди ужасно хотелось показать ей, что в ее мире есть и что-то хорошее. Она знала, от Мары и воспоминаний, что тот мир, из которого мыши пришли в Неблагую долину, был суров. И пусть еды хватало на всех, в остальном там было непросто выживать, и мыши часто гибли.

Это и стало причиной их бегства в долину. Возможно, не окажись там летунов, со временем мышиный народец расселился бы по всему миру, который по условиям был схож с куда более приятным миром людей, но к тому же был напитан магией. Но летуны – или кто-то еще – закрыли Неблагую долину вместе с мышами и экспедицией Многоликого, а глупый принц мышей привел людей, и жить там стало совсем невмоготу.

– Ты увидишь, как много вкусностей существует в моем мире, – произнесла девочка, прижимая руку к животу, чтобы хоть немного заглушить бурчание. – Больше голодать не придется! Булки, сосиски, хлеб, печенье, шпроты…

Она перечисляла все, что могла вспомнить, и, казалось, это даже идти помогало. Тяжелый рюкзак почти не натирал плечи, а мысль, чтобы нагрузить обе руки пакетами с покупками, только придавала сил.

– Если у вас так хорошо, почему эти люди пришли в наш мир? – вдруг спросила Нинка, и Тедди даже остановилась от неожиданности.

– Кхм, – откашлялась она, прежде чем ответить. – У нас не везде одинаково хорошо, а уж столько лет назад… Я не очень-то знаю, но вроде бы там было не слишком лучше, чем у вас сейчас.

Она снова пошла быстрее, понадеявшись, что Нинка больше не будет задавать вопросов. Как вот ей объяснить, что историю Тедди не очень любила, а уж за пределами учебника и вовсе знала самую малость?

– А если им рассказать, что сейчас тут иначе, они уберутся обратно? – не отставала мышь. – Я понимаю, ты думаешь, что мы все кормимся с полей людей, но это не совсем так. И кто знает, может, если они уйдут, Переход в наш первый мир откроется снова?

– Ну… – Тедди снова остановилась и почесала в затылке. Вопрос был одновременно простым и сложным, и она сама бы с удовольствием задала его кому-нибудь знающему. Да даже Димке, в конце концов! Но здесь и сейчас была только она одна, и выкручиваться нужно было самостоятельно. – Это не так просто. Все люди в стране должны иметь какие-то документы. Нельзя просто взять и появиться, построить дом и жить.

– Почему? – удивилась Нинка. Кажется, она это всерьез, а не пыталась дразнить девочку. – Разве у вас мало места? Мы идем так долго, за это время мы бы прошли от одной человеческой деревни до соседней, если не дальше. А здесь мы не встретили никого. Почему бы не поселить их прямо здесь?

Тедди представила, как это выглядело бы, и ей стало нехорошо.

– Наверное, я неправильно выразилась, – слабым голосом произнесла она. – Один человек еще ничего, но сразу целая деревня неизвестно откуда – это вызовет подозрения. И тогда все узнают о Переходе между мирами и рванут туда.

– Зачем? – поразилась Нинка. – У вас же и так много места!

– Потому что там другой мир! – Вот как растолковать такое той, что с детства привыкла к магии и тому, что между мирами есть пути? Да никак! – Там что-то неизведанное и наверняка есть то, чего нет у нас. Да даже вы и летуны – это другие разумные существа, с которыми люди никогда не встречались. Не представляешь, как давно люди ищут доказательства того, что существуют другие разумные существа!

Нинка довольно долго молчала, а Тедди пошла быстрее, радуясь этой передышке. Они поднялись на холм и огляделись. Уже наступали сумерки и, хоть огоньки поселка виднелись вдалеке, дойти до них подруги не рассчитывали. Слишком велика была вероятность столкнуться с мышиной армией, которая сейчас должна была выбираться из леса и двигаться дальше в сторону ничего не подозревающего города.

Словно догадавшись, о чем она думает, Нинка махнула лапой туда, где предположительно находился Алисо со своим войском.

– Ну вот они мы, разумные существа, – пробормотала она себе под нос, но так, чтобы и Тедди было слышно. – Скоро о нашем существовании узнают. Сомневаюсь, что от этого кому-то станет легче или радостнее.

И Тедди оставалось только сделать вид, будто бы не слышит, потому как достойного ответа у нее не было. Вместо этого она начала ставить палатку на ночь, обещая себе, что в последний раз ужинает одними ягодами и ранними зелеными яблочками. Поселок был совсем рядом, и следующим утром они с Нинкой должны были подойти к нему. Если ничего им не помешает, конечно.

– Огонь не разводи только, – словно подслушав ее мысли, попросила Нинка. – Нюх у бегунцов хороший, а сейчас они особенно голодны и опасны.

– И не собиралась, – вздрогнула Тедди, забираясь в палатку и словно скрываясь в ней под защитой дракона. Пусть выдуманного. Другого у нее все равно не было.

Нинка осталась снаружи – сторожить.

Спала Тедди плохо, несмотря на бессонную предыдущую ночь и длинный дневной переход. Перед глазами мелькали обрывки чужих и собственных воспоминаний, то и дело в сон прорывались Многоликий или даже Алисо, который к концу сна снова обрел свое человеческое обличье и протянул к ней руки, желая обнять.

«Ну же, иди ко мне, – позвал он Тедди так ласково, что девочка всхлипнула во сне и перевернулась на другой бок. – Неужели ты поверила в то, что я мог так поступить? Ты же знаешь меня всю свою жизнь…»

И Тедди рада была бы ответить ему, что так и есть, и вовсе она не поверила, ее заставили в это поверить, да только не могла произнести ни слова. Оставалось ей только стоять и смотреть, как добрая улыбка отца сменяется острозубой ухмылкой Алисо, нос удлиняется, а кожа покрывается короткой серой шерстью.

Проснулась девочка вся в слезах и некоторое время еще не могла успокоиться. Только когда слезы высохли, она выбралась из палатки и огляделась. Нинки нигде не было. Звать подружку Тедди не решилась. Мало ли куда и почему она исчезла. Вместо этого она медленно сложила палатку и собрала рюкзак. Солнце уже поднялось, а Нинки так и не было. Зато пришло время снова включать телефон. В этот раз звонка не пришлось долго ждать, телефон завибрировал практически сразу.

– Дим, Нинка у тебя? – сразу спросила Тедди, даже без приветствия.

– Нет. – Кажется, брат был огорошен ее словами, но все равно не отказался от небольшого подтрунивания. – Сестренка, а если бы это был не я, а Алисо, например? Прежде чем что-то говорить, убедись, что это я.

– Ты тоже не слишком-то убеждаешься, – обиделась Тедди. Кусты зашуршали, и она подпрыгнула, оглядываясь на выползающую спиной вперед мышь. Впрочем, когда показалась разукрашенная красками мордочка, она с облегчением выдохнула. – Отбой, Нина тут. Просто куда-то уходила.

Мыши хватило совести смущенно уставиться в землю.

– Мы обошли Шали и движемся очень быстро. – В голосе Димки была слышна тревога. – Кажется, Алисо как-то ворожит, хотя понятия не имею, как ему это удается. Дорога не должна зависеть от Голоса! Но по всему выходит, что уже завтра мы остановимся недалеко от Билимбая, там рядом река и войско сможет плотно поесть рыбы. Алисо не дает своей армии грабить поселки, но надежды особой на голодных солдат нет, вот мы и обходим поселки как можно дальше.

– Что же мне делать? – растерянно спросила она, на карте в телефоне пытаясь найти населенный пункт с таким названием. Даже смотреть на это расстояние было страшно. Она сбила ноги и натерла плечи рюкзаком и устала до невозможности, пройдя куда меньше!

– Я не знаю, – с отчаянием ответил Димка. – Я думал, у нас есть еще дня три-четыре до города, и по дороге голодная армия разбежится или хотя бы потеряет настрой, а вместо этого – вот! Может, тебе добраться до Билимбая на электричке?

– Но Нинка… – Тедди замолчала, прекрасно понимая, что отстать от армии сейчас было бы куда хуже, чем оставить Нинку. Если у нее был хотя бы крошечный шанс остановить отца, она должна была им воспользоваться, и это становилось возможным лишь в том случае, если она будет рядом. – Дим, я придумаю что-нибудь.

– Хорошо, – с заметным облегчением выдохнул в трубку брат и отключился.

– Принцесса, не переживайте за меня! – Нинка, как всегда, быстро соображала. – Я доберусь чуть позже, но доберусь. Я отлично чую, где прошла армия. А благодаря вашей магии я смогу прикинуться важной персоной…

– Нет, мы с тобой расставаться не будем, – прервала ее Тедди. У нее появилась идея. Если бы она сохранила Голос, могла бы создать иллюзию на мышиной мордочке, как ее учила Болотная ведьма! Но чего нет, того нет. Приходилось выкручиваться. Пусть пока девочка не была уверена, что у нее все получится, для этого нужно было, чтобы в ближайшем поселке были магазины. Познания о том, что и где продается в небольших поселках, Тедди почерпнула из книг и фильмов. Так что она имела представление о сельпо, в котором можно купить хлеб и консервы. Ей же было нужно и многое другое. – Давай сначала доберемся до поселка.

– Как скажете, принцесса, – кротко согласилась Нинка, безмерно довольная тем, что ее не отругали за своевольное исчезновение.

Тедди уже все собрала, и им оставалось только двигаться в сторону видневшегося с холма населенного пункта. Конечно, стоило им спуститься ниже, как поселок пропал из виду, но подругам достаточно было знать, что они идут в нужном направлении.

Солнце еще не начало припекать как следует, когда они добрались до домов. Конечно, Нинке пришлось остаться у края леса – Тедди опасалась собак, да и заметить Нинку могли люди. Так что ей пришлось идти одной. В поселке ее ждала первая неожиданность. Он совсем не походил на то, что она ожидала увидеть. Пока она шла по дороге, ей даже казалось, что оказалась в одном из пригородов. Нормальные дома, пара кафе, памятник. Тедди прошла мимо сетевого магазина, точно такого же, как в родном городе, и включила мобильник. Интуиция не обманула ее, и по карте она быстро добралась до торгового центра, где было все, о чем только можно мечтать. И речь шла не только о продуктах. Теперь девочка могла быть уверена в том, что им с Нинкой легко удастся добраться до нужной станции, да и пару фокусов против войска мышей она тоже могла приготовить.

– В поход собираешься, девочка? – вяло спросила ее продавщица в продуктовом отделе, где Тедди хватала все, что попадалось ей под руку.

Короткое мгновение, которое она колебалась, вспомнив, что эти деньги Матильда дала им с Димкой на месяц-другой, сменилось жадностью дорвавшегося до цивилизации дикаря. Ей удалось устоять разве что перед яркими этикетками газировок, да и то лишь потому, что она сомневалась в своем желудке, измученном сухомяткой и перебоями с питанием.

– Ага, в поход, – ответила Тедди как можно небрежнее, но продавщица уже потеряла к ней всякий интерес и, едва пробив товары, углубилась в какую-то игру на телефоне.

– А телефон зарядить у вас где-то можно? – рискнула спросить Тедди, сообразив, что никто не собирается расспрашивать ее дальше, и то, что она совсем одна, тоже никого не интересует.

– На почте есть розетки, повыбирай журнал какой или марки, за это время подзарядишь, – не отрываясь от телефона, ответила женщина. – Или в отделе электронных товаров попроси. Может, не откажут.

Тедди поблагодарила продавщицу и вышла из магазина. Пакеты резали ладони, и она застыла в задумчивости, пытаясь решить, стоит ли воспользоваться советом, или зарядить телефон она пока может и от банки, которую в свою очередь можно будет зарядить в этом… Билимбае… Биринбее… Ведь ее ждет Нинка, если уж на то пошло. Именно это, а не полные сумки снеди, повлияло на ее решение, и на этом она готова была настаивать даже перед самой собой, не говоря уж о Димке.

Впрочем, кому-кому, а уж ему доказывать ничего не надо было. Тедди опечалилась, представляя, как голоден брат, вынужденный без крошки магии идти ночи напролет вместе с войском Алисо. Другое дело, если они смогут встретиться недалеко от следующей точки и она сумеет передать Димке бутерброды или хотя бы шоколада и орехов. Незнакомая прочим мышам еда могла вызвать подозрения, но не более того.

За этими мыслями Тедди даже не заметила, как добралась до места, где они договаривались встретиться с Нинкой. К счастью для девочки, она додумалась назначить встречу с другой стороны поселка – снова идти обратно у нее бы не хватило сил. Не очень далеко от вокзала было кладбище, за которым растянулось озеро. Или пруд. В этом Тедди тоже не слишком разбиралась. А вот к водоему вплотную подбирался лес, да и кладбище кое-где заросло. Тут они и должны были встретиться, и Нинка не подвела. Вынырнула из-за дерева и подхватила один из тяжелых пакетов. Идти Тедди сразу стало немного легче.

Недалеко от воды, но уже за пределами поселения они наконец остановились, и Тедди принялась разбирать покупки. Первым делом она нарезала кривых бутербродов, в которых куски колбасы были даже толще хлеба, но Нинка и не думала жаловаться. Молоко ей тоже понравилось, а вот от шоколада она отказалась. В результате Тедди съела батончик целиком и тут же почувствовала, что подружка была права – ей стало нехорошо. То ли слишком много еды сразу, то ли дело в сладком, но следующий час ее мутило, и обсуждать планы она была не в состоянии.

– Мы все равно дальше только утром поедем, – слабым голосом утешала она Нинку, которая, нервничая, измочалила весь хвост.

– Принцесса Теодора! – Нинка пыталась воззвать к ее благоразумию. – Я не смогу с вами пойти туда, где другие люди! Может, мне нужно прямо сейчас бежать, чтобы нагнать армию?

– Нет. – Тедди свернулась рядом со своим рюкзаком в тенечке, стараясь лишний раз не дергаться, чтобы не усиливать резь в желудке. – Я все устрою, верь мне.

И Нинке ничего не оставалось, как со вздохом усесться рядом.

Ближе к вечеру вместе с прохладой к Тедди вернулась возможность соображать и двигаться, и она тотчас принялась за работу. На оставшиеся батончики она смотрела с заметным отвращением. Но среди ее покупок были вещи и поинтереснее.

Огромные болотные сапоги и поистине безразмерный плащ найти оказалось несложно. Куда меньше она надеялась на что-то карнавальное, но, на ее счастье, в торговом центре был детский отдел, а там оказалась не только коробочка грима, но и маски. Дешевой маске под Гая Фокса предстояло с помощью этого грима скрыть крысиную морду Нинки. Конечно, сверху следовало набросить капюшон, но даже подобие человеческого лица в тени под ним было лучше остроносой серой морды. Еще Тедди взяла дешевый простой рюкзак и самую обычную удочку. И перчатки вроде тех, в каких работают в саду. Пусть лучше случайные пассажиры удивятся садовым перчаткам, чем мышиным лапам!

Подготовку будущего маскировочного костюма для серой подружки Тедди закончила к вечеру и тут же, к своему удивлению, обнаружила, что проголодалась. Они забрались чуть глубже в лес, где девочка расставила палатку и на горелке приготовила кашу с тушенкой, как давно мечтала. Она забыла купить соль, но то ли тушенка была сама по себе достаточно соленой, то ли она отвыкла от этого вкуса, только ничего восхитительнее ей до сих пор есть не приходилось. И Нинке, по ее словам, тоже.

Вечером Тедди сходила на вокзал и убедилась, что первая электричка идет в полпятого утра. Сразу взяла два билета, и с этими новостями она и вернулась к Нинке.

– В такую рань еще есть шансы, что многие поедут в сторону дач, – постаралась она успокоить нервничающую подружку. – А вот в сторону города – вряд ли. Мы бы даже до самого города добрались, но, боюсь, тогда мы столкнулись бы с людьми уже там.

– Нет-нет, мне нравится идея доехать до середины пути, – немедленно согласилась Нинка. – Если вы, принцесса, уверены, что вашей магии хватит, чтобы меня никто не заметил.

– Я уверена в своей магии. – Тедди врала, и они с Ниной знали это, но обсуждать не собирались.

Вместо этого девочка завела будильник на телефоне, и подружки легли спать. Нинка отказалась ночевать в «драконе», снова оставшись снаружи. Уговаривать Тедди ее не стала, и этой ночью она спала спокойно и крепко, так что звонок будильника стал для нее неожиданностью.

– Ладно, пора, – пробормотала Тедди сквозь зевок и выползла из палатки.

Больше всего она боялась, что Нина снова куда-то исчезнет, но мышь была на месте и вовсю умывалась лапками, заодно причесывая усы. Говорить ей о том, что вся эта красота скроется под маской, Тедди не стала. Они быстро позавтракали и принялись собираться. Часть оставшейся еды Тедди сложила в мышиный рюкзак, чтобы он не выглядел таким уж пустым, а после этого принялась наряжать подругу.

Хвост пришлось подвязать ремнем, а плащ плохо застегивался внизу, но в остальном идея была просто потрясающая, и шагов этак с десяти-пятнадцати Нинку можно было спутать с толстым, неповоротливым рыбаком. Большего им и не нужно было.

Конечно, Нинка жаловалась на сапоги, но семенила в них довольно быстро, и на вокзал они успели как раз вовремя, чтобы забраться в электричку.

– Тут странно пахнет, – бормотала себе под нос Нинка, сжавшись на сиденье тронувшейся электрички. – И оно движется. И пахнет. И движется все быстрее! Зачем оно издает такие звуки?

Тедди, убедившись, что в их вагоне и соседнем нет ни одного человека, лишь закатила глаза. Успокаивать Нинку не было никаких сил, как и необходимости. Похоже, это нервное бормотание было нужно мыши для того, чтобы не вопить в голос, и мешать ей девочка не собиралась. Ей куда важнее было уследить за тем, чтобы Нинка не выдала себя. Людей в электричке было совсем мало, но и этих хватит, если мышь начнет метаться по вагонам без плаща и маски. Нет уж, пусть лучше сидит и бормочет, что ей хочется. Ехать-то всего полтора часа!

И, не обращая больше внимания на глухо бормочущую Нинку, Тедди прильнула к стеклу, вглядываясь в знакомые пейзажи, пролетающие за окном. Удивительное дело, она ехала в другом направлении меньше месяца назад, а казалось, будто прошла целая жизнь. Еще одна. И она, Тедди, стала совсем другим человеком. Настолько другим, что уже уверенности не было в том, что человеком.

«И все-то ты врешь, – мысленно упрекнула она себя. – Давно ты поняла, что не такой уж человек, так, серединка на половинку. Зато трусиха на все сто процентов, вот и боишься себе в этом признаться, тянешь мышь за хвост!»

Стало легче. Тедди даже не занервничала, когда на следующей остановке – и что за поселок такой, кроме водонапорной башни и не видать ничего! – в вагон зашли двое пассажиров, мама с дочкой лет пяти. Похоже, укрытая с головой капюшоном Нинка не вызвала у матери девочки никаких добрых чувств, потому как она торопливо прошла в другую часть вагона, где и расположилась вместе с дочерью.

К чему Тедди не была готова, так это к тому, что любопытная малышка проявит к ним интерес. Конечно, находясь в другом конце вагона вместе с бдительной матерью, пытающейся отвлечь ее видами за окном, она не могла всерьез взяться за них и напугать Нинку, но ее звонкий голосок разносился на весь вагон, и не нужно было обладать чутким слухом мыши, чтобы слышать каждое слово.

– Мама, а зачем дяденька в перчатках? – И, не дожидаясь ответа, тут же задавала следующий вопрос. – А почему он прячется?

– Дяденька не прячется, – нехотя отвечала мама. – Он устал. Едет с рыбалки. Рыбку ловил.

– Я люблю рыбку! – тут же заявила девочка. – Можно я спрошу дяденьку, поймал он золотую рыбку или нет?

Вот тут Тедди пришлось удерживать Нинку на месте, чтобы перепуганная мышь не принялась метаться в попытке найти выход и сбежать в другой вагон.

– Дяденька хочет отдохнуть, – не согласилась мать, крепко удерживая малышку на месте.

Тедди не сомневалась в ее силах, но все-таки подхватила Нинку под лапу и потащила в другой вагон, где дремал укрытый газетой старик. Этот, по крайней мере, не питал интереса к соседям по вагону, и Нинка наконец могла успокоиться.

– Что это было? – из-под маски глухо спросила мышь, когда сумела унять дрожь в лапах и удочка перестала ходить ходуном. – Вот это маленькое?

– Ребенок. – Тедди покрутила головой. – Ты разве никогда не видела детей?

– Где? – ответила вопросом на вопрос Нинка. – Люди в нашем мире сами редко выходят в лес, да я и не была среди разведчиков. Единственный раз взяли на серьезную миссию, когда мы вас с принцем Дмитрием… кхм…

– Едва не съели, – любезно подсказала Тедди, ожидая, что подруга начнет жарко оправдываться и позабудет про свое беспокойство. Но та лишь горестно вздохнула, подтверждая самые серьезные опасения девочки.

– А мышат тоже матери раньше времени не показывают обычно, – продолжила Нинка. – Растем же мы быстро, хоть и живем долго. Годовалая мышь уже вполне взрослая, только глупая еще. А потом много-много лет совсем не меняемся.

– Нинка! – Страшная догадка пронзила Тедди. – А тебе сколько лет?

Больше всего она боялась, что услышит что-то вроде «пять лет» или «три года». Но вот чего она совсем не ожидала, так это того, что подружка застенчиво произнесет:

– Тридцать четыре. Я только на два года младше ненаследного короля Алисо.

– Сколько? – просипела Тедди, пытаясь сообразить, с чего и когда она решила, будто Нинка ее ровесница. Или она просто не задумывалась об этом? Что же, это звучало здраво.

– Очень тяжело расти в одно время с ненаследным принцем, – словно не слыша вопроса, пожаловалась Нинка. – Надо быть очень осторожной, чтобы не попасться ему под горячую лапу. Если даже наследная принцесса пропала и никто найти не сумел, на что было надеяться простым мышатам?

– Да уж, не на что, – машинально ответила Тедди, мыслями постоянно возвращаясь к возрасту подруги. – А ты знала его тогда?

– Видела, – нехотя произнесла Нинка и зашарила лапами, едва не роняя удочку. По-видимому, пыталась по привычке нащупать хвост, чтобы вцепиться в него зубами. – Все мышата знали, как выглядит принц. А кто не знал и соглашался с ним играть… не всех из них можно было встретить снова.

Против воли Тедди почувствовала жалость к отцу. У нее тоже было мало друзей, да и друзьями их можно было назвать лишь с натяжкой. Но от нее хотя бы не шарахались в школе и во дворе. А вот в кружках вроде художественного у нее было множество приятельниц. А Алисо с самого детства был изгоем в своем собственном королевстве. И кто мог сказать, что началось раньше: его жестокость или одиночество? Точно не Нинка, она родилась позже. Тедди не собиралась оправдывать отца, но и в рождение абсолютного зла она не верила.

Только вот Нинка с ней вряд ли согласилась бы. Страх перед Алисо укоренился в ней так глубоко, что страшно было даже подумать, что́ ей стоило перейти на сторону его дочери. И убеждать в своей правоте Тедди сейчас была не готова. Просто потому что и сама не была уверена, что права.

К счастью, на следующей станции зашло еще несколько человек, и они с Нинкой погрузились в осторожное молчание. По совету Тедди мышь наклонилась ниже, отчего капюшон полностью скрыл ее маску, и сделала вид, что дремлет.

Так они и доехали до своей остановки.

Выбравшись из вагона и достаточно далеко углубившись в ближайший пролесок, Тедди наконец вздохнула с облегчением.

– Шесть утра! – фыркнула она возмущенно. – Вот куда они едут в шесть утра?

– Можно мне снять это все? – робко спросила в ответ Нинка и, получив разрешение, с облегчением выскользнула из одежды и сапог. Маска, удочка и рюкзак – все осталось на земле, а сама мышь с радостью вцепилась в свой хвост. Тедди и не думала ей мешать, только собрала весь скарб и сунула в рюкзак. Подруга приходила в себя после первой поездки – лапы ее плохо держали и постоянно заплетались, да еще она решила немедленно избавиться от запаха резины и вагона. Так что она отошла ближе к деревьям и принялась остервенело чистить шерстку, а Тедди воспользовалась этой передышкой, чтобы включить телефон. От Димки был пропущенный вызов, так что девочка решила позвонить сама, уповая на то, что в крайнем случае телефон просто окажется выключенным.

– Где ты? – Взял трубку брат быстро.

– Мы с Нинкой приехали на ту станцию, что ты сказал. – Тяжелее всего было скрыть в голосе свой триумф, но Тедди с этим справилась. – Что дальше?

– Отлично! – А вот Димка не стал скрывать своих радости и облегчения. – Мы тоже тут, сейчас кину геоточку, чтобы вы точно знали место.

И отключился.

– Интересно, это точка, чтобы мы точно знали, куда идти или куда ни в коем случае не идти? – задумчиво пробормотала девочка, прикидывая расстояние между ними и синенькой жирной точкой на экране.

– Чего? – сунула любопытный нос Нинка.

– Ничего, – вздохнула девочка. – Современные реалии значительно упрощают любое приключение. И не могу сказать, что мне это не нравится.

– Я все равно не понимаю, – призналась Нинка.

– Это не важно. – Тедди погладила ее по лапе. – Сейчас другое интересно. Получится ли у меня провернуть один фокус и напугать папочкину армию. Только понадобится твоя помощь с магией, ты как?

– Я всегда готова помочь, принцесса! – бодро отозвалась Нинка и уже тише добавила: – Только магии у меня тут совсем немного.

– Много и не надо, – пообещала ей Тедди, сама толком не веря в собственные слова.

Магии или умений, но требовалось много сил, чтобы ее план воплотился в жизнь. Одно хорошо: тут ей не мешало то, что она плохо помнила разные нюансы конструкции своего фокуса – интернет здесь работал хоть и с перебоями, но довольно уверенно.

Осталось только выбрать уединенную полянку подальше от людских троп и мышиной стоянки, с чем Нинка справилась на ура.

– Дракона боитесь, – бормотала Тедди себе под нос, раскладывая на траве припасенные из торгового центра покупки. Нинка говорила ей, что к раскрашенной палатке еще раз пытались подойти какие-то отщепенцы, но были это снова Безымянный со Скр или другие беглецы, отставшие от основного войска, она разглядеть не успела. Подрагивающая от ветра палатка, напоминающая спящего дракона, напугала их так, что они задали стрекача раньше, чем Нинка успела их узнать. – Ну что же, будет вам дракон…

На траве перед ней лежал складной воздушный змей, цветная бумага, клей, планки и множество других мелочей, которые она собиралась превратить в воздушного дракона. Оставалось только все правильно приладить и убедиться, что с помощью магии эта махина уверенно будет держаться в воздухе.

Да, размерами она получится разве что с Нинку, но не зря говорят, что у страха глаза велики. Тедди собиралась проверить эту поговорку на практике.

Конечно, сам по себе воздушный змей мог напугать разве что самых трусоватых мышей, а Тедди отказывалась думать, что в войске они все такие. В конце концов, хотела она того или нет, это был и ее народ тоже. А кому приятно ругать своих? Но и изобретать велосипед она тоже не собиралась. Что толку тратить время, которого у нее и без того не слишком много?

К счастью, в поселковом магазине среди пучеглазых мягких игрушек и ярких машинок оказался большой и довольно недешевый воздушный змей. Тедди была уверена, что лежал он там давно и пролежал бы еще долго.

Она давно не видела, чтобы дети запускали змеев, а взрослые предпочитали игрушки посерьезнее, вроде квадрокоптеров. Ну, если нашлись бы те, кто в таких игрушках знал толк, то наверняка предпочли бы склеить своего. Невелика наука для умелого человека. Тедди и сама бы попыталась, не будь она куда больше обременена деньгами, чем временем.

Но теперь, имея в основе покупного пестрого красавца, она развернулась в полную силу: нарастила крылья, добавила змеиную выгнутую шею, в противовес ей – хвост, и гребень, конечно. Нашли свое место и светящиеся в темноте наклейки, под крыльями Тедди приладила пластиковые свистульки, которые от движения воздуха должны были издавать жутковатый свист. Даже она сама бы испугалась, если увидела бы такого в небе, а ведь ее палаткой было не напугать!

За своей работой она не заметила, как наступил вечер, и только привычное уже бурчание живота заставило ее отвлечься от работы. Спина болела нещадно, голову напекло, глаза слезились, и это если еще позабыть о перепачканных клеем и красками пальцах. Зато дракон получился – ух, как живой! Только маленький. Ну да в небе и непонятно будет. Может, он просто еще далеко летит.

Кряхтя и постанывая, как скрюченная ревматизмом старуха, Тедди сначала перенесла вес на колени, а потом наконец поднялась на ноги, чтобы обнаружить сидящую рядом Нинку, которая, похоже, так и не поднималась с места, зачарованно наблюдая за рождением «дракона». Нет, может, как и сама Тедди, отлучалась в кустики пару раз или к ручью воды попить, но точно не ела и не спала.

– Нинка! – ахнула Тедди. – Я-то ладно, увлеклась, а ты чего голодом сидела?!

– А я и не заметила, – смутилась Нинка. – Да и как я могу есть, когда принцесса волшебство творит?

– Ты это брось, – сурово ответила Тедди, хотя слышать такое было приятно. Она и сама думала, что дракон вышел на удивление хорош, но одно дело самой считать так, а другое – услышать от подруги. Совсем разные вещи! – Принцесса то, принцесса се. А вот возьму и поверю! А ведь ты хитришь больше: когда тебе удобно – так принцесса-принцесса, а как нет – я и не узнаю, куда ты бегаешь и что делаешь!

Тедди думала, что Нинка смутится еще больше, но та лишь задумчиво куснула себя за хвост.

– Все так, принцесса, – наконец согласилась она. – Вот и не поднималась выше простого бегунца, как ни старалась. Характер такой отвратительный, вроде и хочу слушаться, и не могу, укуси меня за хвост!

– Пока ты сама неплохо справляешься, – усмехнулась Тедди. Злиться на Нинку совершенно не было никакой возможности. – Давай, присаживайся, есть будем. А то на голодный желудок геройствовать невозможно.

«Геройствовать» им и впрямь пришлось немало. Для начала подружки должны были подобраться к месту, где остановилось войско, так, чтобы их не заметили. Не самая простая задачка, да еще для человека! Но тут Тедди вовремя вспомнила о магии, для которой не нужен был Голос, и вроде бы все получилось. К тому же совсем близко подходить вовсе не требовалось.

Дальше сложнее: залезть на дерево вместе с драконом и не хрустеть ветками, не изрыгать даже шепотом ругательства и не сверзиться вниз – на это требовалось больше чем магия – тут уже нужны были ловкость и удача. Справиться с этим было труднее, Тедди едва не уронила змея на голову топчущейся под деревом Нинке, но справилась и с этим. Оставалось самое сложное.

Теоретически Тедди знала, что лучше всего змея запускать на бегу, что в случае с деревом совершенно исключалось. Да и на самой верхушке ветер, к тому же уверенный и постоянный, ей никто не обещал, вот тут и нужно было приложить их с Нинкой и без того сильно уменьшившиеся магические способности.

Некоторое время змей просто лежал на ветках, словно и не замечая усилий девочки и подпрыгивающей внизу мыши. Тедди уже почти смирилась с провалом и готова была наудачу запустить его в воздух вручную, как вдруг он дрогнул и приподнялся. Сначала едва заметно, потом увереннее и выше, а еще через мгновение девочка с восторгом поняла, что может управлять своей игрушкой с помощью тоненьких ниточек и вести выше и дальше – туда, где собирались перед очередным переходом войска Алисо.

Понять, что их маневр заметили и оценили, было несложно. Крики и писк отлично были слышны на том дереве, где притаилась Тедди. В сумерках ей было с высоты не очень просто разглядеть серые шкурки паникующих вояк, но то, что мало кто из них сумел усидеть на месте, она отлично поняла и без этого. Судя по всему, некоторые особо резвые и сообразительные и вовсе разбежались в разные стороны, забиваясь поглубже под деревья и коряги.

И тут бы Тедди праздновать победу, если бы не Голос Алисо, разнесшийся далеко по лесу. Да что там думать и ходить вокруг да около – ее это Голос, ее!

– Стоять! – Удивительно, он ведь даже не кричал, а звук проникал под деревья, стелился по траве, пробирался в дупла и под вывороченные корни. Никуда от него беглецам не скрыться, да и Тедди тоже. – Вернитесь. Немедленно.

И мыши послушались, конечно. Тедди оставалось только кусать губы от злости, наблюдая со своего дерева, как все быстрее и быстрее стекаются ручейки серых мышиных спин на поляну. Словно она и вовсе ничего не делала, все напрасно! И вдвойне обидно было то, что она понятия не имела о такой силе своего Голоса. А ведь королева Мара намекала ей об этом. Но кто слушал тогда старую мышь?

А Алисо, как назло, еще подлил масла в огонь. Словно мало было того, что Тедди сама на себя злилась так, что дышать было тяжело, будто проглотила нечаянно кусок хлеба и он стал где-то поперек пищевода – ни кашлянуть, ни выдохнуть.

– Умница, дочка. – И Тедди понятия не имела, слышит она это в одиночестве или со всеми мышами, включая Нинку. Стыдобище какое! – Мне и самому следовало проверить, хороши ли мои воины, не побегут ли от первой опасности. Все-таки мне было полезно пожить в этом мире. Это я уже давно понял. Спасибо, дорогая.

И так это звучало ласково, что Тедди чуть с ветки не сверзилась и на одно, но очень длинное мгновение успела поверить, что все до сих пор – просто ошибка. И отец ее любит как прежде, и хвалит совершенно искренне. Только Алисо и искренность если и родились одновременно, то первый с бесполезной ему соседкой сразу разделался.

Одним могла себя утешить Тедди, пока слезала с дерева и пряталась в лесу подальше от отцовского войска, – задержать армию ей удалось. Пусть на поляну все вернулись едва ли не быстрее, чем сбегали от дракона, но Алисо и впрямь воспринял это куда серьезнее и до самого утра муштровал своих солдат, раздавая приказания командирам отрядов.

Тедди же полночи промучилась бессонницей, грызя себя поедом за то, что против своей воли снова указала королю на его ошибку. Да что же с ней не так?!

Дракон остался бессильно висеть на ветвях дерева, где он запутался после окрика Алисо. Нинка исчезла еще вечером, не иначе как отправилась вызнавать что-то у Димки. Тедди запоздало вспомнила о том, что хотела передать брату снеди, и еще сильнее разозлилась на себя. А ведь злиться на себя – самый тяжелый и бессмысленный труд. Или жалеть себя начнешь обязательно, или оправдывать!

Под утро девочка наконец заснула, но до того чутко, что мягкую мышиную поступь все-таки услышала и открыла глаза. Впрочем, он и не прятался – тень Алисо падала на палатку. Он просто стоял и молчал. Ничего не говорил и не пытался зайти. Тедди же боялась даже шевельнуться, зная точно лишь то, что это он, а не Нинка или иная мышь.

Снова выключить дрожащими пальцами фонарик и закрыть глаза Тедди смогла, лишь когда отец ушел. Так же тихо, как до этого появился.

Заснула после этого девочка не сразу, просто лежала с закрытыми глазами и сжимала в руках фонарик так, что пальцам становилось больно.

И не было ничего удивительного в том, что пробуждение ее было просто ужасным.

– Принцесса Теодора, беда! – Да от таких криков любой бы подскочил как подорванный, вот и Тедди не исключение. Не разобралась, где находится, вскочила на ноги, запуталась в палатке, еле выползла наружу, чтобы нос к носу столкнуться с Нинкой. – Мы проспали!

– Что проспали? Где? – Тедди протерла глаза и огляделась.

Погода была не очень: серенькое небо словно раздумывало, пролиться дождем или погодить, солнца не было видно из-за седых распухших облаков, и без телефона девочка ни за что бы не угадала, который час. Как хорошо, что телефон у нее был!

И только посмотрев на экран мобильника, Тедди окончательно проснулась.

– Уже вечереет, – тихо сказала она. – Войско сейчас уйдет вперед, а мы не сможем двинуться за ним – вечером все электрички забиты, все едут в город.

– Да не в этом дело, – замахала на нее лапами Нинка. – Они ушли утром, пока мы спали. И я даже не почувствовала, хотя сплю чутко!

– Алисо, – выдохнула Тедди, вспомнив стоявшего рядом с палаткой отца. – Я думала, он просто приходил и не решился поговорить или забрать меня с собой, а у него даже не было такого в планах! Он меня усыпил. Но как они идут днем? Их же видно будет!

Вопросы сыпались из нее, как из дырявого мешка, Нинка даже ушами замотала, не понимая, как ответить на все. Только девочка и не ждала ответов. Ей было многое и так ясно, а то, что она и в самом деле не понимала, сейчас не имело значения.

Что толку понять, как Алисо удалось повести войско днем, если все попытки остановить его проваливались у дочери одна за другой! Кто знает, может, его могущества окажется достаточно, чтобы ускорить их и спрятать от чужих глаз, и тогда ничего не подозревающий город столкнется с нашествием раньше, чем Тедди придумает еще что-то, способное остановить короля. Успеть до города первой и предупредить о нашествии она даже не надеялась – слишком много фильмов посмотрела, где никто и никогда не верит таким рассказам, да еще и связанным с магией.

Хотелось сесть и расплакаться, но Тедди решила, что именно этого от нее и ждет отец. И самое время сделать наоборот. Пусть она пока и слабо понимала, как это – наоборот. Зато точно знала, что расставленная палатка ей больше не пригодится.

Она быстро собрала вещи и кивнула Нинке:

– Веди, попытаемся их нагнать.

И Нинка бросилась вперед, останавливаясь лишь для того, чтобы проверить, успевает за ней Тедди или нет. Тедди не успевала. Рюкзак резал плечи, под ногами скользила глина там, где полчища мышей лапами протоптали целую дорогу в траве. Начал моросить дождь, и это было бы не так уж и плохо, куда лучше жары, если бы импровизированная дорога окончательно не раскисла под ногами. Но даже это девочка готова была стерпеть, да только когда они поднялись на холм и наконец могли видеть просеку до самого горизонта, мышиного войска нигде впереди не было видно.

– Где они? – жалобно спросила Тедди, тщетно пытаясь избавиться от ответа, который пришел в голову.

– Может, ненаследный король скрыл их невидимостью? – с надеждой в голосе предположила Нинка. – Это бы объяснило и то, что мы их не видим, и их переход днем.

– Увы! – Тедди стащила со спины рюкзак и с облегчением согнулась и разогнулась, чувствуя, как ноет спина от любого движения. – Боюсь, это значит совсем другое. Мы отстали куда сильнее, чем можно было думать. И по такой дороге мы их не догоним.

– Что же делать? – Нинка предсказуемо ухватилась за свой хвост. – Мы никак не сумеем исправить это?

– Мы? – рассеянно переспросила Тедди. – Мы наверняка не сумеем. Но вот я уверена, что смогу. Где твоя птичья вишня, Нина?

– Летать в этом мире опасно! – взвизгнула Нинка, когда сообразила, что придумала принцесса. – Вас могут увидеть, вы можете упасть и разбиться! Вы можете превратиться не полностью или не превратиться вовсе! Вы…

– Нина! – Тедди протянула руку. – Вишню.

И удивительное дело, вроде бы Голос еще недостаточно созрел – Тедди чувствовала, как бессильно ворочается он в горле, и она говорила своим самым обычным, – но Нинка послушалась. Похныкивая и показательно страдая, она потянула за тоненький волосок за ухом и через мгновение вытряхнула из свернутого листка немного помятую и сморщенную ягоду. Все-таки сохранила, ну надо же!

Но удивляться было некогда. И дело вовсе не в том, что армия Алисо уходила все дальше и дальше, возможно, в этот самый момент вплотную приближаясь к пригороду. Нагнать их для летуньи не было бы совершенно никакой сложности. Куда тяжелее выкинуть из головы все то, что в отчаянии наговорила Нинка. Будто Тедди мало того, что она сама способна придумать и чем себя напугать.

«Со мной ничего не случится, – пообещала девочка себе со всей уверенностью, на которую была способна. – Со мной случилось уже столько всего, что еще что-то будет просто перебором. Так не бывает».

Утешение было хлипким и откровенно проигрывало реальности, но другого все равно не было, хоть ты тресни.

Зажмурившись и скрестив пальцы на свободной руке, Тедди сунула вишню в рот и разжевала. В своем обычном мире, том, где она просто девочка, ходит в школу и живет в квартире с отцом, мачехой и сводным братом, а не ночует под кустом, скрываясь от мышиной армии, она бы в жизни не стала есть такую помятую и лежалую ягоду. Судя по слегка кисловатому привкусу, ягода уже начинала портиться, и оставалось только надеяться, что это не помешает магии. Не хватало только того, чтобы Нинка оказалась права и Тедди просто обросла перьями, и все. Пришлось бы взваливать рюкзак на плечи и идти дальше, только дорога стала бы еще сложнее. Ох, куда сложнее!

Хорошо еще, что жевала Тедди куда быстрее, чем предавалась сомнениям, так что выплюнула одну лишь косточку, хотя к этому моменту готова была передумать и избавиться от ягоды. Лопатки привычно потянуло назад ровно там, где у девочки уже были бугорки, оставленные заклинанием отца. А она-то еще пыталась понять, отчего ей так тяжело тащить рюкзак и неудобно спать на спине! Девочка попросту забыла об этих зачатках крыльев, как и о своих двух сердцах. Прямо первое место по рассеянности!

Пока Тедди ругала себя, крылья вырвались из ее тела, удивительным образом не разрывая одежду, а словно та становилась их частью. Кожа пошла мурашками, а потом из нее полезли перья. В прошлый раз Тедди была слишком напугана, чтобы следить за своим изменением, да и произошло оно так быстро, что она разве что моргнуть успела. Сейчас же Теодора не знала, в чем дело – в плохом принятии магии этим миром или в том, что она становилась летуньей осознанно, – но ощущения были совсем другие. Она даже успела порадоваться тому, что одежда преобразуется вместе с ней, – разрывать эту одежду изменившимся телом, а потом искать новую было бы совсем некстати. Вряд ли магия основывалась на таком же предположении, но Тедди была благодарна тому, что дело обстоит именно так.

Как и в прошлый раз, крылья развернулись и подбросили ее в воздух раньше, чем она успела сообразить, как именно летать. Нос растянулся и склеился с верхней губой, превращаясь в острый костяной клюв.

«А ведь если бы только крылья появились, я бы сошла за ангела», – сокрушенно подумала Тедди, сжимая и разжимая лапы с острыми загнутыми когтями. Больше посторонних мыслей в ее голове не было, – она почувствовала, как тянет спину из-за взмахов крыльев, и поднялась выше. Оставаться на уровне деревьев (где-то в глубине разума сохранилась мысль, что нельзя попасться на глаза, только вот кому – это Тедди не помнила) было непросто, но принцесса справилась. А потом мысли потекли привычным образом, и она вспомнила, кто она и что здесь делает. Радость нахлынула так внезапно, что Тедди едва не захлебнулась. Она снова летает, и магия, магия все-таки действует в этом мире!

– Я летаю! – промяукала Теодора – новые связки были плохо приспособлены для привычной речи. И как она могла забыть об этом?

– Летаете, принцесса, тут не поспоришь, – с земли крикнула Нинка. – Только это ненадолго, вы помните?

Тедди не помнила. Лишь сейчас, когда мышь – какая она маленькая с такой высоты! – сказала об этом, в груди девочки-летуньи шевельнулась тревога и пришло понимание всего – зачем она летает и как недолго это продлится. Ей нужно успеть нагнать Алисо, а потом… Она не знала, что будет потом, и все ее крылатое естество противилось попыткам думать об этом.

– Я поспешу, – ответила она Нинке и взмахнула крыльями, сразу же оставляя далеко позади серую подружку, вещи и все беспокойства о своем поступке. Как и куда теперь должна была добираться Нинка – об этом Тедди предстояло подумать позже. Только не сейчас.

Она недолго продержалась на уровне деревьев, справедливо решив, что в чаще поранит крылья, а на просеке ее заметят скорее, чем высоко в небе. А вот густые дождливые облака были словно созданы для того, чтобы в них скрывалась летунья.

«Только бы на самолет не наткнуться, вот будет номер», – встревоженная мысль пролетела в голове и пропала. Тедди догадывалась, что летит достаточно низко, чтобы всерьез опасаться самолетов. Что же до посадки этих гигантских железных птиц, то тут девочка могла быть спокойна – аэропорт находился совсем в другой стороне. А ей то и дело приходилось выныривать из облаков, чтобы попытаться обнаружить войско Алисо. И не будь у нее сейчас острого зрения летуна, ей никогда не удалось бы это.

Ни за что бы они с Нинкой не догадались, что ненаследный король так схитрит. Вместо того чтобы идти напрямую к городу ночью, он снова сделал крюк, обходя городок, попавшийся по дороге. И если бы не отставшие мыши, попавшиеся на глаза Тедди, она бы пропустила все войско, поднимающееся в гору. Сложнее всего было не выпустить когти – так привлекательно выглядели серые спины ничего не подозревающих мышей. Вместо этого Тедди быстрее заработала крыльями, чувствуя, что время уходит. Еще немного, еще чуть-чуть…

Она вихрем пронеслась над войском, ныряя в облака и чувствуя, как капли воды холодят ее кожу, утяжеляют перья и пробираются сквозь них к телу. Еще пара минут у нее была, и Тедди, обогнавшая короля едва ли на пару километров, камнем пошла вниз, лишь у вершины горы снова заработав крыльями. Этого хватило, чтобы падение было смягчено: когда крылья исчезли так резко, словно их и не было, падать было невысоко. И все-таки Тедди оцарапала руки и больно ударилась коленом, когда пропахала им по мягкой жирной земле, раскисшей от прошедшего дождя.

– Уй-й, больно, – прошипела она вслух, не боясь, что ее кто-то подслушивает.

Гора хранила молчание. Тедди поднялась на ноги и, хромая, выбралась на самое высокое место. С него был виден город вдалеке и тот, что она миновала в полете. Вот только войска Алисо еще видно не было, но тут девочка готова была подождать. Она вытерла грязные ладони сорванным листом лопуха и уселась на камень.

Хуже всего было то, что она понятия не имела, зачем отец тащил свое войско на Волчиху. Показать город впереди? Не слишком ли это пафосно даже для него? Тедди немного знала об этом месте. Пару лет назад ее класс ездил сюда на экскурсию, отец тогда не отпустил со всеми, сославшись на опасность и плохие автобусы. Тедди не спорила, ведь она была не единственной, оставшейся дома. Но одноклассники привезли такие чудесные фотографии, что Тедди не удержалась и попыталась уговорить отца поехать хотя бы вдвоем. Так что это место, где зимой катались на лыжах, а в другое время ездили ради красивых видов, ей было знакомо. И что-то в ее памяти царапалось, что-то важное про эту гору, но вспомнить она не могла.

Хотелось пить, а из-за дождя становилось холоднее, словно не лето, а ранняя осень, но Тедди терпеливо ждала. И лишь когда Алисо, а за ним и вся армия показались на вершине, она поднялась со своего места и встала на камень.

– Так и думал, что увижу тебя здесь, – кивнул отец, и Тедди неприятно кольнуло, что он даже не удивился. Что это, уверенный блеф или она сыграла ему на руку?

– Тогда ты знаешь, зачем я здесь. – Голос чуть дрогнул, и Тедди разозлилась на себя, отчего заговорила громче и отрывистее: – Я не пропущу вас дальше.

И пусть она снова не сумела воспользоваться своим Голосом, но идущие первыми мыши остановились и неуверенно затоптались на месте, поглядывая то на нее, то на короля.

– Не пропустишь? – неприятно ухмыльнулся Алисо. – Интересно, как ты собираешься это сделать, детка?

– Не важно, – упрямо ответила девочка, холодея от ужаса. – Ты ведешь народ на верную смерть, я не позволю тебе.

«Что ты болтаешь!» – ужаснулся внутренний голос Тедди, но она отмахнулась от него, сосредоточившись полностью на том, чтобы не выдать дрожь коленок. Очень отвлекает от причин страха, между прочим. Надо было запомнить.

– Смотрите! – Тедди махнула рукой за спины мышей, туда, где виднелся обойденный ими городок. – В этом маленьком поселении людей больше, чем вас вместе взятых. Если вы нападете неожиданно, может, даже сможете победить. Хотя и там есть полиция с оружием, охотники и просто те, кто возьмет в руки табуретку или скалку, и они станут оружием похлеще того, что можете противопоставить вы. А впереди город куда больше. У людей есть автомобили, вы же видели их, когда шли? Скольких из вас каждый владелец машины передавит прежде, чем вы сумеете что-то противопоставить им? А…

Она замолчала, обнаружив, что ее слова не производят ровным счетом никакого впечатления. Мыши просто моргали своими глазками-пуговками, и все.

– Они не слышат тебя, дорогая, – снова ухмыльнулся Алисо. – Пока ты собиралась со своей речью… Кстати, очень неплохо вышло, хоть и коряво. Для первого раза сгодится. Так вот, пока ты собиралась, я сделал так, чтобы они могли слышать только меня и мой Голос.

– Мой Голос! – Теперь Тедди разозлилась так, что ее трясло уже не от страха. – Мой, папа, Голос. Верни мне его, иначе…

– Иначе что? – прервал ее Алисо. – Что ты можешь сделать мне, Теодора?

И засмеялся. Да так мерзко, что у Тедди руки зачесались в него чем-нибудь кинуть. Хотя бы шишкой – и она нагнулась за такой.

Именно в этот момент она услышала жуткий звук.

Как можно определить, жуткий звук или так, баллов на пять из десяти? Кто и когда вообще придумал, что одни звуки жуткие, а другие нет? Этого Тедди не знала, хотя иногда задумывалась об этом после просмотра очередного ужастика с его скрипами и всхлипами. Только сейчас она явственно почувствовала, как вся покрылась мурашками, словно ей снова было холодно. И поднять голову, чтобы посмотреть, что произошло, стоило ей невероятных усилий. Трудно быть отважной, когда все, что у тебя есть, – лежалая шишка, а звук уже режет уши, неотвратимо приближаясь.

Когда-то давно Тедди видела жернова на старой мельнице, превратившейся в очередной музейный экспонат на свежем воздухе. Между двумя тяжелыми каменными бубликами перетиралось зерно и с шорохом сыпалось в отверстие. Тогда этот звук даже понравился девочке, он показался домашним и уютным. Таковым он был на мельнице, а вот на горе посреди леса вызывал другие ощущения.

Тедди наконец выпрямилась… и остолбенела. Теперь труднее всего было снова посмотреть на отца. Когда хулиган поднимает ногу, чтобы наступить на жука или муравья, куда посмотрит случайный свидетель – на ногу или на крошечную жертву? Теперь Тедди знала ответ, и необходимость смотреть прямо на Алисо причиняла ей почти физическую боль.

– Боишься? – Кажется, ненаследный король не слышал того, что слышала она, иначе не стоял бы так спокойно. Думать о том, что чудовище за спиной отца – его новое колдовство, было больно и жутко. – Правильно, что боишься, Теодора. Ты ничего не сделаешь мне, тогда как я могу запросто. Я не убью тебя – из-за Голоса, который мне не хотелось бы терять, но и вставать на моем пути я больше не позволю. Этот древний вулкан уже забыл, каково быть огнедышащей горой, но я сумею ему напомнить, даже если мне потребуется вся моя магия. Посмотрим, как город справится с лавой и пеплом!

На одно ужасное мгновение Тедди решила было, что отец говорит о чудовище, называя его горой и вулканом, но тотчас вспомнила – Волчиха и впрямь была древним вулканом. Настолько древним, что вряд ли всей магии Голоса хватило бы, чтобы его разбудить.

Это она и собиралась сказать отцу, когда чудовище вдруг пришло в движение. Словно ожившая высотка, никак не ниже семи-девяти этажей, оно двинулось к Алисо, и серое море расступалось перед ним бесшумно, словно чудовище владело какой-то магией. А вот Тедди подвели колени, и она бессильно опустилась на траву.

Дракон – игрушка Тедди теперь выглядела корявой детской насмешкой над этим чудовищным крылатым змеем – легко ухватил передней лапой не успевшего ничего сообразить короля и поднял в воздух.

Если Алисо и мог воспользоваться магией, то это следовало делать до того, как дракон поднесет его к огромной морде, но, похоже, от ужаса у мышиного короля отнялся голос.

– Она не может тебе ничего сделать, – прогрохотал дракон, и Тедди зажала уши. Чудовище оказалось разумным, но было ли это хорошо для них? – Зато я могу.

И дракон медленно сжал лапу. Тедди еле слышно вскрикнула – такой смерти отцу она не желала. Она вообще не желала ему смерти – и поняла это совершенно ясно только сейчас.

Слезы жгли лицо и туманили взгляд, и Тедди не сразу увидела, что дракон надвигается на нее. Само огромное туловище при этом даже не двигалось с места – только когтистая лапа и огромная, как микроавтобус, голова на длинной шее.

Тедди сморгнула слезы и попыталась отползти назад, но спиной уперлась в камень, на котором незадолго до этого сидела. В этот момент дракон чуть развернул лапу, и Тедди еле слышно охнула: в клетке из длинных и острых, как сабли, когтей сидел живой и невредимый Алисо! От ужаса его усы обвисли, а рот беспрестанно открывался, как у выброшенной на берег рыбы, но он был жив – вот что самое главное!

Тедди шмыгнула носом и рукой вытерла слезы с щек.

– Давай, милая, забери свое, – раздался шепот в ее ушах, совсем непохожий на грохот голоса дракона. Но и на голос в голове тоже похоже не было. Да только размышлять было некогда. Тедди понимала, что говоривший прав: был самый подходящий момент, чтобы вернуть Голос.

– Отдай то, что принадлежит мне, – тихо, но твердо произнесла девочка.

– Да забирай, – засуетился Алисо, буквально выплевывая светящийся шарик себе в лапы. – Чокнутая! Связаться с драконами! Да он тебя саму сожрет и не заметит!

И он кинул Голос девочке, надеясь, что она не поймает. Только Тедди и не нужно было его ловить – она просто протянула руку и почувствовала, как внутри все задрожало. А она еще переживала, что будет с ее растущим Голосом, если удастся вернуть прежний! Два волшебных светящихся ядра тянулись друг к другу, намереваясь слиться как можно скорее. И, не тратя больше времени на сомнения, Тедди сунула Голос в рот и проглотила его.

Это отвлекло ее достаточно, чтобы следующее событие стало для нее полной неожиданностью. Из застывшего войска мышей вдруг выскочил один вояка и бросился наперерез дракону. Было видно, что он пробивался через плотные ряды соратников – так запыхался да и выглядел помятым. Все это Тедди успела заметить прежде, чем поняла, что это Димка.

Тем временем сводный брат поднырнул под лапу дракона и вытянулся перед его мордой, своей спиной прикрывая Тедди.

– Не смей трогать ее! – выкрикнул он и оскалился.

– Дима, он не нападает. – Девочка не сразу сообразила, что заклятие отца действовало и на Димку тоже, а когда она вернула себе Голос, заклятие спало, и брат бросился на ее защиту. Вот и остальные мыши пришли в движение и спешно прятались за деревьями и камнями. – Мне кажется, дракон… наш друг.

Визгливо захохотал Алисо.

– Дурочка, драконов не существует! – заорал он. – И их друзей тоже!

– Ты права, Тедди, – неожиданно прогрохотал дракон и уставился на Димку. Голос неожиданно стал глубоким и мелодичным, уже больше похожим на тот шепот, что слышала девочка. Она ахнула, только сейчас сообразив, что дракон назвал ее по имени. – Сын… Я все-таки вырастила тебя драконом.

Смех Алисо стих, словно кто-то щелкнул выключателем. А вот Димка растерял весь боевой настрой, его уши опустились.

– Мама, разве ты не видишь? – еле слышно прошептал он. – Я мышь.

«Это Матильда?!» – хотела крикнуть Тедди, но не смогла.

– Ерунда, – отрезал дракон. – Это всего лишь форма. Ты – дракон.

– Самое время упасть в обморок, а я даже не знаю, как это делается, – простонала Тедди, закрывая ладонями глаза.

– То есть я тоже могу стать таким? – Димка задрал голову, разглядывая дракона.

Тедди отказывалась верить в то, что это ее мачеха. Таких совпадений просто не бывает! Это надо же было ее неудачливому отцу среди целой кучи обычных женщин нарваться именно на дракона!

– Нет. – Дракон печально качнул головой. – Не можешь. Это сложно, сын, но я объясню тебе позже.

– Но… таких совпадений не бывает! – озвучил мысли Тедди ее сводный брат. – Ты знала, что отец Тедди не человек? А он, он знал?

В голосе Димки отлично слышалось «а почему я не знал» и звучала обида. Был бы он девчонкой, уже разревелся бы, а так – держался из последних сил.

– Хороший вопрос. – И огромная голова дракона снова повернулась к Алисо, который силился протиснуться между когтей. – Драконы добровольно не покидают своего мира, ведь при переходе они теряют память.

– Теряют память? – разинула рот Тедди.

– По своей воле? – нахмурился Димка.

– Я уже отдал Голос девчонке, отпусти меня на землю, тогда отвечу, – нагло заявил ненаследный король. Похоже, обнаружив, что дракон его жена, он воспрянул духом. Тедди не стала ему напоминать, что он не только свою собственную дочь, но и сына драконицы отправил на верную смерть, и вряд ли Матильда не знает этого. – Ну же, Матильда!

И до того противным голосом он это произнес, да еще с нахальной ухмылкой, полностью уверенный в собственной безнаказанности, что Тедди немедленно забыла о том, как плакала из-за его вероятной гибели. В ней проснулась кровожадность, и втайне она пожелала, чтобы мачеха не послушалась и вместо этого сжала лапу. Не до смерти, но так, чтобы стереть эту ухмылку.

Но увы, она зря надеялась. Чуть дрогнула огромная лапа – и разжалась.

– Я отпускаю тебя, – медленно произнесла драконица и добавила: – Совсем. Ты меня понимаешь?

– Еще бы, – фыркнул Алисо, приглаживая встопорщившиеся усы. – Быть женатым на драконе – это не то, о чем я мечтал всю свою жизнь. Тьфу, когда я почувствовал в тебе запертую магию, я надеялся на то, что наш ребенок будет магом. А не на то, что ты огромная огнедышащая ящерица!

– Не смей обижать мою маму! – вскинулся Димка, но Тедди удержала его за лапу.

– Рада, что мы это прояснили.

Тедди впервые увидела, как дракон улыбается, а потом вдруг он начал уменьшаться, и хоть она и смотрела на ящера не отрываясь – ну разочек моргнула, не больше! – все равно не поняла, в какой момент тот стал Матильдой. Такой, какой она ее помнила – с пружинками волос, хрупкой и невысокой.

Алисо еще раньше оказался на земле и не стал задерживаться, тотчас шмыгнув куда-то в кусты, каковых на Волчихе было множество.

– Тедди, милая, не дай своим подданным разбежаться, – было первое, что сказала мачеха. И вот тут Димка не выдержал. Он вырвался из хватки сестры и бросился к матери, обнимая ее обеими верхними лапами и для верности еще и обвивая лодыжку хвостом. Как бы девочка хотела, чтобы и ей было кого так обнять! Но Матильда была права. Пострадать по этому поводу она успеет позже, а вот разбежавшуюся армию собирать по лесам и впрямь не хотелось. К тому же Тедди не понаслышке знала, на что способна даже одна оголодавшая мышь, слонявшаяся рядом с беззащитными поселками. Нет, это не стоило такого риска.

– Остановитесь. – Надо же, а Голос стал еще сильнее с тех пор, как она последний раз говорила с его помощью! Интересно, это из-за слияния с недозревшим или Алисо его так «раскачал»? Эх, как жаль, что она почти ничего не понимает во всем этом! – Мы должны вернуться домой вместе.

– Домой? – Вот и Димка отлип от матери, и на его острой мышиной мордочке появилось недоуменное выражение.

– Домой? – вздохнула и сама Матильда, но только удивления в ее голосе не было.

– Это же мой мир, разве нет? – Тедди почувствовала, что начинает оправдываться, и разозлилась на себя. Даже объяснить толком не может! – В этом мире у меня никого не осталось, я ведь только сейчас поняла, что ничего не знаю о семье мамы, была ли она и куда делась. А там… у меня бабушка.

– И трон, – хмыкнул Димка и вдруг щелкнул ее по лбу так неожиданно, что Тедди ойкнула. – Балда, а мы с мамой тебе что, чужие разве?

– Нет? – Тедди и сама бы себя стукнула за эту вопросительную интонацию, но быстро поправилась. – В смысле нет, не чужие. Но тебе не кажется, что этот мир… и не ваш тоже?

Она как можно тактичнее указала кивком на Матильду, которая сейчас, в человеческом обличье, уже не производила такого жуткого впечатления. Наоборот, если долго смотреть на нее, впору было забыть, что она – дракон.

– Точно, – совсем растерялся Димка, вновь поворачиваясь к матери и потирая шею. – Я так и не понял. Получается, я тоже могу превратиться в дракона?

– Оу… Нет, милый. – Похоже, Матильда и впрямь расстроилась. – Когда я говорила, что воспитала тебя драконом, я имела в виду совсем другое.

Она рассказала, что в ее мире каждый уважающий себя дракон связывал свою судьбу с человеком. Обычно принцем или принцессой. И истории о заточенных в замках или пещерах принцессах, охраняемых драконами, в другие миры проникали именно оттуда. Правда, о том, что драконицы находили свою судьбу так же, историй почти не сохранилось. А ведь достаточно было паре поколений драконов искать пару среди себе подобных, чтобы утратить разум и превратиться в огнедышащих ящеров, которые только и годятся, чтобы ими пугали.

Но сохранить разумность расы было куда сложнее, чем казалось на первый взгляд. Как будто мало драконам было проблем с рыцарями и охотниками за сокровищами, которые то и дело проваливались в кротовины драконьего мира, словно им своих не хватало, так еще и воспитание дракона требовало определенного внимания. Настоящий дракон должен был заботиться о близких, быть сильным духом, великодушным и стойким. А еще он везде рождается человеком.

Именно это и имела в виду Матильда, когда говорила, что воспитала сына драконом. Теперь ее род не должен был угаснуть или потерять разум – дети ее сына должны были родиться драконами.

– Класс, я буду тетей драконов, – обрадовалась Тедди. – Но все-таки что ты имела в виду, когда говорила о потере памяти?

– Это как раз очень просто – Матильда с облегчением улыбнулась, словно ждала какого-то другого вопроса. – Наш мир, каким я его помню, очень велик, и многие Переходы отмечены на картах. Не случайно, как ты можешь понимать. Драконы живут очень долго, и много лет назад заметили, что пропавшие члены нашего рода не возвращаются. Тогда как люди снуют туда-сюда без каких-либо затруднений. Потребовалась еще пара столетий и несколько жертв со стороны моих старших сородичей, чтобы понять: при Переходе в любой новый мир дракон теряет память. Он почти всегда сохраняет разум, но не память.

– Наверное, после этого драконы стали держаться подальше от переходов, да? – влез в разговор Димка. – А как тогда мы попали сюда?

– Я не помню, – призналась Матильда. – То есть я смутно припоминаю, что это связано с твоим отцом и тем, что я боялась за тебя. По-видимому, этот страх оказался сильнее, чем ужас перед потерей памяти. Все, что я смогла вспомнить – переходила в этот мир я в своем человеческом обличье, и полностью забыла о драконьем.

– Не представляю, как ты справилась, – удивилась Тедди. – С ребенком на руках в незнакомом мире, без денег и друзей…

– Я сама долго думала об этом, когда память частично вернулась, – ответила Матильда. – Но никак не могла зацепиться за что-то важное, что-то, оставшееся за пределами этих воспоминаний. Кажется, я пришла в какой-то центр помощи, но откуда я узнала о нем – загадка.

– А когда ты вспомнила, что ты – дракон? – Тедди на самом деле уже знала ответ. Но хотела услышать его от мачехи, и Матильда это понимала.

– Когда вы уехали и не позвонили, а Саша… – Она запнулась на имени, и Тедди с удивлением сообразила, что речь идет об Алисо. Как не подходило ему это привычное совсем еще недавно имя! – Он попытался воздействовать на меня своей магией, чтобы я успокоилась. И тогда я все вспомнила. То есть не все, конечно. Но достаточно, чтобы понять замысел мужа и отправиться на поиски Перехода, в который он обманом отправил вас. Больше всего я боялась, что снова потеряю память, но, кажется, это касалось только Переходов из моего родного мира.

– Вот ведь какой полезный оказался у меня отец, – с горечью произнесла Тедди и поискала глазами Алисо.

Только ненаследного короля рядом не было. Ведомые ее Голосом, вокруг собрались все мыши, которые были на расстоянии слышимости. Сидели смирно, лишь с опаской поглядывали на Матильду.

– Алисо долго владел твоим Голосом, теперь он на него не действует, – сообразил Димка. – Эх, надо было мне…

– Он никуда не денется, – успокоила ребят Матильда. – Что ему делать без Голоса и со слабой магией в этом мире? Скорее всего, он сейчас на пути в тот мир, откуда пришел. И если мы последуем за ним…

– Мы? – переспросила Тедди, и ее сердце бешено заколотилось. Честно говоря, больше всего ее расстраивало то, что сейчас следовало оставить Матильду и Димку и одной отправляться обратно, чтобы решать проблемы мышиного королевства и пытаться разгадать, что скрывают Многоликий и Болотная ведьма. Только сначала надо расколдовать Димку – ведь ее Голоса должно быть достаточно для этого.

– Неужели ты думала, что мы тебя оставим? – Теперь была очередь Матильды удивляться. – Мы же семья.

– Вот именно, и не забывай об этом, – согласился с матерью Димка. – Тебя и Тину. И Нинку! Где она сейчас, кстати?

– Я оставила с ней все вещи, телефон включен, просто позвоним и встретимся, – рассеянно ответила девочка, чувствуя, как щеки жгут слезы. Только на этот раз это были слезы облегчения.

– Тина и Нинка, – с удовольствием повторила Матильда. – Вы мне расскажете, что это за девочки? И чем вы вообще занимались, пока меня не было рядом?

Тедди и Димка переглянулись. Ох, рассказывать придется долго!

– Мы тебе по дороге расскажем, – наконец произнес Димка и подергал себя за ухо. – Идти долго, как раз вся история и уместится. Верно, Тедди?

– Точно, – согласилась девочка.

Она отправила несколько мышей на поиски отставших и потерявшихся соплеменников и двинулась в обратном направлении, шагая рядом со своей семьей – мачехой и братом. Три дня пути теперь не казались такими уж тяжелыми, да и вернувшаяся магия действовала даже в этом мире – это ли не счастье?

Об отце она и не вспоминала. И совершенно напрасно.