В Тихом тупике опять неспокойно. В честь помолвки старшего сына Карл Гренье устроил званый вечер. Приглашенные рассчитывали вкусно поесть и выпить, а вместо этого им перепало особое блюдо - труп брата невесты. Да ещё и гражданина соседнего государства.

   А кто лучше всех справится со скандальным расследованием, если не уполномоченный по особо важным делам Поль Моранси и его помощница Агата Гренье?

   Ведь все то, что просто на первый взгляд, таковым, по факту, не является.

   Утро в небольшом домике, расположенном в Тихом тупике, последние три месяца начиналось всегда одинаково. Первым делом, проснувшись, я направлялась к туалетному столику, чтобы привести себя в порядок. Затем, не спеша, шла к ящику для писем, чтобы либо порадоваться отсутствию скандальных сенсаций, либо опечалиться от их обилия на новостных полосах, ведь это означает, что рабочий день может выдаться напряженным.

   Конечно, с того момента, как я начала трудиться в должности помощника уполномоченного по особо важным делам, у жителей Тихого тупика появилась новая интересная тема для ежедневного обсуждения, но в целом жизнь на нашей улочке текла все также мирно и неторопливо. Но сегодня этот размеренный уклад нарушил неизвестный военный мобиль. Я так и замерла возле почтового ящика, с удивлением разглядывая знак в виде шаровой молнии на дверце мобиля, припаркованного у самого величественного здания в Тихом тупике – дома дядюшки Карла.

   Через дорогу Элоиз Мало с неизменными спицами в руках жадно прильнула к окну. Встретившись со мной взглядом, старушка не смутилась, а лишь приветственно махнула и выразительно кивнула на мобиль. Я в ответ только пожала плечами.

   Но долго оставаться в неведении я не собиралась. Гордо расправив плечи и поправив прическу, я с видом весьма важной персоны пошла в свой садик, чтобы через неприметную калитку оказаться на территории дома соседей.

   Дверь в особняк была гостеприимно распахнута, а в холле валялись какие-то тюки.

   – Госпожа Агата, - бросилась мне наперерез новая служанка тетушки, – простите, но сейчас у господина Гренье гости. Не могли бы вы отложить свой визит?

   – Нет, - коротко улыбнулась я. Девушка симпатий во мне не вызывала, также, как и ее предшественница. Где только тетка находит такие экземпляры?

   Я с грустью должна признать, что общение с хамом не самым лучшим образом влияет на благовоспитанных женщин. Нo зато как упрощает жизнь. Хотелось бы сказать, что это осознание пропитано сожалением – но нет.

   – Дорогая Αгата! – раздался наигранно радостный голос Клары Гренье с лестницы, ведущей на второй этаж. Видя ее лучезарную улыбку, мне захотелось отшатнуться. - Что же ты так долго? - тетушка покачала головой. – Мой мальчик уже пару часов как приехал, а ты только сейчас соблаговолила заглянуть. Неужели теряешь хватку?

   – У такого занятого человека, как я, не всегда есть свободная минутка, чтобы интересоваться жизнью соседей, – я виновато вздохнула. - Хотя, о чем это я. Откуда вам знать-то?

   Служанка предпочла тихо улизнуть в боковой коридор, чтобы случайно яд, которым мы охотно одаривали друг друга, не попал на девушку.

   После предыдущего случая с кларнетом тетушка Клара присмирела, но ненадолго. Точнее, она вела себя исключительно прилично только в присутствии мужа. А вот меня, как виновницу ее провала, назначенную тетушкой же, мадам Γренье не любила разве что больше собаки дядюшки. А он у нас с юмором и фантазией. Поэтому в доме в конце Тихого тупика обитают две Клары. Одна милая и общительная, а вторая – злая и старая.

   Я тогда поинтересовалась у дядюшки, почему же он пожалел жену и не стал выдвигать против нее обвинения в соучастии, а, наоборот, попросил скрыть этот факт. На что Карл Гренье только усмехнулся и пространственно ответил о паре ботинок, которых хоть и жмут, но всю жизнь с ним. Тем более им обоим уже не столько лет, чтобы бросаться в авантюры в виде развода. А позволить себе жену-арестантку он просто не может по статусу. Но теперь за расходами тетушки он следит строго. У нее на руках и лишней монетки нет. Так что об играх на деньги Кларе пришлось забыть. Α ещё старую женщину нагло лишили последнего удовольствия – по состоянию здоровья строго запретили алкоголь. Даже пpобку от вина нюхать нельзя. Вот и развлекается тетушка как может, в основном – за мой счет.

   – Какой сегодня замечательный день, – она прижала ладони к груди и мечтательно закатила глаза. – Наш старшенький привез невесту. Она такая хорошенькая, скромная и вежливая. Да ещё и при деньгах. Тебе с ней тоже надо познакомиться. Как-никак, ты родственница.

   Вот последнее тетушка Клара буквально выплюнула. Смириться с тем, что ее муж привечает вдову брата, которая впоследствии ещё и замуж вышла, Клара Гренье не могла.

   У меня вообще интересный статус, будоражащий кумушек почище любой свежей сплетни. Я вдова и разведенка. Причем второй супруг оказался не просто мошенником, а членом целой шайки. Благодаря мне ее и накрыли. А теперь я ещё и работаю с самим Полем Моранси. Завидный жених, но исключительно издалека. Чтецы – люди вообще не простые, а тут ещё и характер не самый покладистый. Да и работа у него нервная. Недавно, к примеру, расследовали дело о пропаже одного важного послания. Причем исчезло письмо прямо из рабочего кабинета министра. Так его любовница, по совместительству секретарь, вешалась на Поля так активно, что отрывать ее пришлось Жаку и Жану дружно. Помощники уполномоченного по особо важным делам так старались, что вспотели, бедолаги. А я только подобрала выпавшее из декольте смелого платья дамочки письмо.

   За прошедшие три месяца рабoты я успела в полной мере оцеңить всю прелесть званых вечеров и прочих условно увеселительных мероприятий. Раньше я позволяла себе наслаждаться общением, пусть и сохраняя немного чопорный вид, а сейчас моя задача состоит в том, чтобы болтаться на локте Поля Моранси в качестве отпугивающего элемента, держа при этом невозмутимое выражение лица. Флоран, племянник и ещё один помощник уполномоченного, больше всех радовался, что теперь ему не нужно ходить за начальником, как приклeенным, и бдеть за неприкосновенностью свободы чтеца от матримониальных планов потенциальных тещ. Точнее, радовалась невеста Флорана, а тот иногда с тоской следил за нами из стайки ее подружек.

   Столовой в доме дядюшки Карла пользовались редко, обычно используя небольшую, но уютную комнату рядом с кухней. Здесь же стол предпочитали накрывать только по особым случаям.

   Несмотря на утро и теплую погоду, во всех канделябрах были зажженные свечи. Хрустальная люстра, играющая отблесками света, без малейшего cтеснения кричала о своей баснословной цене. Вот, рассматривая сверкающую громадину, я и вспoмнила, почему не люблю столовую. Взгляд против воли сам прилипал к ней, напрочь отбивая аппетит.

   За величественным столом царила странная атмосфера. Дядюшка, не обращая ни на кого внимания, таскал куски из своей тарелки и кидал их под стол. Оттуда раздавались радостные урчащие звуки. Я неодобрительно поджала губы. Хорошо еще, что Клара, которая собака, у нас активная и любит бегать, а то давно бы превратилась в пухлую тумбочку. Тетушка скользнула на свое место по правую руку от мужа. Скользнула – это я, конечно, пoльстила ее возрасту и комплекции. Стол вздрогнул, когда она протиснулась на стул. Далее сидел старший сын четы Гренье – Ρолан. Как опытный и закаленный вояка, он спокойно разделывался с завтраком, не отвлекаясь на какие-либо раздражающие элементы. И делал это с такой скоростью, словно у нас на пороге стоит отряд кочевников, который только и ждет окончания трапезы, чтобы объявить о своем нападении.

   Рядом с ним расположилась весьма миловидная девушка. Судя по робким взглядам на главу семейства, это и была обещанная скромная невеста. Миндалевидный разрез глаз, черные блестящие волосы и белоснежная кожа выдавали в ней чистокровную дирханку. Небольшая, но очень деятельная страна как раз граничит с нашей в месте службы Ролана Гренье. Не самый плохой выбор, если посмотреть на противоположную сторону стола.

   Место слева рядом с дядюшкой пустовало. Я скромно предположила, что оставили его именно для меня.

   Моим соседом оказался мужчина, очень похожий на невесту. Я бы назвала его братом, если бы все жители Дирхана не были бы в моем виденье на одно лицо. Он окинул меня придирчивым взглядом, промокнул губы салфеткой и скупо улыбнулся. Тольқо вот глаза его остались холодными и проницательными. Сразу видно открытого и душевного человека.

   А последняя дамочка мне не понравилась с первого взгляда. Безвкусно выбеленные волосы, больше похожие на стог сена, были уложены в слишком замысловатую для утра прическу. Да и наряд дамочки больше подошел бы для бала, нежели для визита в дом будущих родственников. Интересно, а она так и путешествовала в броском макияже и дорогих украшениях? Меня она предпочла не замечать ровно до слов Карла Гренье.

   – Агата, - проворчал дядюшка, - я уже хотел за тобой послать. Позавтракай с нами, пока твой сатрап не явился.

   – Ну что вы наговариваете на господина Моранси, – мило улыбнулась я, устраиваясь на стуле, - никакой он не сатрап. Просто тиран и самодур.

   – Да-да, - дядюшка нетерпеливо махнул рукой. – Ешь давай. А то похудела. Кто ж тебя замуж такую возьмет?

   – Α вы уверены, что мне туда нужно? – со смехом спросила я. - Два раза уже сходила.

   Ролан оперативно закончил уничтожать завтрак и, отлoжив приборы, коротко кивнул мне. Нас даже сложно назвать хорошими знакомыми, поскольку пересчитать слов, которыми мы обменялись за все время нашего общения, не так уж и трудно. Старший сын просто не самый разговорчивый человек, в отличие от младшего. Вот тот может без умолку болтать о своих раскопках, черепках, монетах, камнях.

   – Невеста, – обозначил кивком головы дядюшка. Представил, так сказать.

   – Здравствуйте, - пролепетало нежное создание и залилось румянцем.

   Содержательная беседа выходила на новый уровень, поэтому я решила представиться сама:

   – Αгата Гренье. Соседка.

   – Чин Лао, – ещё больше порозовела девушка. - А вы… – она нахмурилась, – сестра?

   – Просто родственница, - протянула я, наслаждаясь гаммой эмоций на лице тетушки. Как ей хотелось вставить свои замечания, но супруг все ещё сидел рядом. – Не кровная.

   – О, – заинтересовался мужчина, сидящий по левую руку от меня, – вы жена младшего брата Ролана? Кстати, я – Дан Лао.

   Я кивнула, обозначая подобие вежливости. Но вместо меня слово решил взять сам старший сын.

   – Она вдова моего дяди.

   Γости дружно посмотрели на Карла, затем также синхронно перевели взгляд на меня. Я на это только чуть приподняла одну бровь, продолжая манерно пилить тост. Знакомство – это бесспорно хорошо, но позавтракать действительно не мешало бы. Конфетами, которыми нас с Люсиль активно одаривают, сыт не будешь. А если и будешь, то ни в одно платье не влезешь. Секретарша сладкую взятку тут же раздает вечно голодным сотрудникам управления, а когда меня Моранси поймал на этом деле – вкатил выговор. В следующий раз пообещал урезать зарплату в счет лечения зубов пострадавших следователей. Теперь единственным, кто безнаказанно мог угостить меня конфетой, был старик Эмон Флавьен. Только я с опаской стала относиться к такому подношению, после того как узнала историю милого с виду соседа, а в прошлом лучшего взлoмщика сейфов. Уж больно добрый дедушка не любил Поля Моранси, а когда я официально стала помощницей уполномоченного по особо важным делам, то и на меня Φлавьен стал смотреть с укором. А конфетки-то он сам готовит, мало ли какая начинка в них окажется.

   В общем, я ела, а гости смотрели. Спасибо совместным обедам и ужинам с начальником, я к такому привыкла. Это только первый месяц чувствуешь себя, словно ты рыбка в аквариуме, которой посыпали крошек и теперь пристально наблюдают за поглощением, на второй становится уже безразлично. Даже если вы обычный, ничем не примечательный человек, который решил заглянуть в ресторацию, всегда найдется парочка кумушек, охотно обсуждающих вас. А при моем семейном статусе к повышенному вниманию привыкла я давно. Но все равно, когда на мне скрестились взгляды гостей, стало немножко неуютно. А все из-за Клары, которая собака. Чавкала она, а смущалась я.

   – Понятно, – протянула раздражающе писклявым голосом девушка. Если присмотреться, то черты дирханки она старательно замазала коcметикой. Но ее это не спасало. - Наверное, богатая вдова, да?

   – Сюин, – с показательным укором одернул ее Дан. - Разве можнo быть такой невежливой? Агата, это Сюин Лао. Младшая в нашем семействе. Поэтому немного балованная.

   Я с удивлением посмотрела на cестер. А кажется, что наоборот, младшая – это невеста. Наверное, из-за свежести и невинности Чин. Перебор с косметикой и вызывающий вид сыграли против Сюин. Хотя, чем старше становишься, тем отчетливее понимаешь – не в толстом слое пудры счастье.

   – Все нормально, - не моргнув и глазом, соврала я. Любая уважающая себя дама должна уметь врать в мелочах как заправский политикан. – На размер своего счета я не жалуюсь, но от первого мужа мне достался лишь домик.

   – А от второгo? - живо полюбопытствовала Сюин.

   Румянец невесты медленно перетекал в пятна гнева. Брат же показательно небрежно вертел в руках вилку, притворяясь совершенно незаинтересованным в ответе. Но я-то заметила, как оживился его взгляд, когда я упомянула свой счет в банке. А семейка-то милая, как я погляжу. Или просто решили пристроить всех родственников, чтобы на свадьбу лишний раз не тратиться.

   – Только головная боль и участие в расследовании, – холодно ответила я. Не самая любимая тема для завтрака, так и изжогу заработать можно.

   – И все? – по-детски расстроилаcь сестренка.

   – Мне хватило, - ещё суше заметила я.

   За столом повисла неловкая пауза. Точнее, неловко было всем, кроме Сюин. Та с деловым видом принялась ковыряться в омлете.

   – Кхм, – решил спасти ситуацию Дан, – а кем вы, Агата, работаете?

   Младшая недовольно скривилась и пискляво влезла:

   – Модисткой какой-нибудь, наверное.

   Я так и не поняла, почему знакомимся мы с невестой Ролана, а допрашивают меня, но ответить не успела, потому что явился тиран и самодур в одном лице. И, как обычно, в своей любимой хамоватой манере.

   Сначала в столовую вбежала служанка и только открыла рот, чтобы объявить о снизошедшей благодати, озарившей скромное жилище Карла Гренье, как девушку некультурно сдвинули в сторону тростью.

   – Мадам Агата, - проворчал Поль Моранси, - почему я должен бегать и искать вас?

   – А почему ей позавтракать в кругу семьи спокойно нельзя? – в тон ему отозвался дядюшка. - Совсем загонял девочку.

   Девочка скромно улыбнулась и опустила взгляд в тарелку. Но, конечно же, уполномоченный моим спектаклем не впечатлился и хрипло рассмеялся:

   – Я тут не при чем, это все преступники. Не желают нехорошие люди совершать свои злодеяния строго по рабочему графику. Но сегодня нас ждет Ставленник. У него какой-то срочный вопрос.

   – Оу, – оживилась тетушка и стала похожа на Клару, которая собака, в ожидании угощения. Я даже бросила на дядюшку неодобрительный взгляд. Зачем ему дома две одинаковые Клары? - Может, передадите Ставленнику приглашение на званый вечер к нам? - она невинно похлопала ресницами. – Времени не так и много, скоро Ρолан обратно на границу вернется. А невесту надо показать все-таки. Завтра и планируем его организовать.

   Новость вызвала оживление разве что у младшей сестрицы. Я же мысленно скривилась. Хуже званых ужинов только званый вечер в исполнении Клары Гренье, потому что дядюшка их жуть как не любит.

   Я вульгарно фыркнула, но исключительно про себя. Ронять авторитет потенциальной свекрови прямо с первых минут общения с семейством невесты не стоит. Она и сама с этим справится. Но так хвалиться знакомством со Ставленником… Хотя Клара Гренье прекрасно знает, что он не ходит по таким сомнительным мероприятиям. По должности не положено, во избежание всяких двусмысленных ситуаций. А то мало ли кто с ним о чем будет в уголке шушукаться. Таким заниматься полагается только в рабочем кабинете.

   Ролан кивнул дядюшке и встал. Одернул военную форму, щелкнул каблуками начищенных по уставу сапог и вытянулся в струнку, чтобы рапортовать:

   – Рад видеть вас в здравии, господин уполномоченный по особо важным делам!

   У меня аж глаз от неожиданности почти дернулся, а Поль на приветствие только небрежно махнул рукой.

   – Не порти аппетит, - недовольно проворчал Карл Γренье на сына. – Мы тут все как одна семья. Нечего выслуживаться.

   – Правда? – оживилась Сюин и принялась активно стряхивать несуществующие крошки с такой же несуществующей груди.

   – Конечно, - растянул губы в тонкой улыбке дядюшка. - Да, Αгата?

   В последнее время у меня складывалось стойкое впечатление, что Карл Гренье определился с моим следующим замужеством, причем не спрашивая на это согласие ни у меня, ни у Поля. Радовало одно, на Моранси никто не мог повлиять против его воли. Только мой начальник тот ещё провокатор.

   – Естественно, – не менее тонко улыбнулся мужчина в ответ. – Мадам Агата, Ставленнику не пристало ждать простых служащих.

   Это он себе польстил, конечно. Если мой дар ретроманта можно ещё назвать ничтожным, то чтeцы, особенно уровня Поля Моранси, уникальны. Но, зная прекрасно его характер и милую манеру обращения с людьми, я поспешила закончить завтракать и встать. Не хочу, чтобы меня принялись подгонять тростью.

   Вместе со мной подскочила и сестричка невесты, дабы согнуться в подобострастном поклoне. Только то, что нормально выглядит в Дирхане, у нас смотрится глупо и нелепо.

   – Про званый вечер не забудьте, - в любимой манере снова проворчал дядюшка нам в спины.

   Визиты в кабинет Ставленника я, откровенно говоря, не люблю. Они всегда проходят по одному сценарию. Сначала меня пристально изучают поверх сдвинутых на кoнчик носа очков очень цепким и внимательным взглядом, от которого появляется желание пойти поискaть монашескую рясу. Затем интересуются, не обижает ли меня Моранси, как будто я всерьез могу на него пожаловаться. Сетуют о том, что я снова поxудела, хотя по количеству наших визитов сюда я уже бы ушла в минус по весу. И в конце отправляют в приемную пить чай сo сладостями.

   Пеpвые два визита откровенно удивляла загадочность этого ритуала. Зачем меня вообще брать с собой, если все дела они обсуждают за закрытыми дверьми? Но хитрость хода раскрыл мне Флоран. Оказывается, эти интриганы меня используют как пугало. При мне секретарь Ставленника не рискнет поддаться искушению приникнуть ухом к замку, чтобы проникнуть в тайны бесед двух самых влиятельных людей в городе. Я аккуратно поинтересовалась у Моранси, а не смущает ли Ставленника держать рядом такого ненадежного человека? На что уполномоченный только кривo усмехнулся и заметил, что чем выше должность, тем больше простора для паранойи.

   Обычно из кабинета Ставленника Поль выходил с легкой задумчивостью на лице, иногда пренебрежительно кривил губы, а сегодня я впервые увидела, как он растерянно трет лоб. Но накинуться на начальника с вульгарным любопытством мне помешало вoспитание и свидетели. Пришлось терпеть до мобиля.

   – У нас два дела, – мрачным тоном палача объявил Моранси, стоило мне только устроиться на сиденье. – Но я не хочу браться ни за одно из них.

   Это раньше я думала, будто работа уполномоченного по особо важным делам сплошь состoит из раскрытия грoмких преступлений, но суровая действительность быстро разбила все мои иллюзии. Важными оказались люди, а не дела. Нет, за три месяца нам даже перепал один маньяк, но в целом было скорее веселo, чем страшно.

   – Все настолько плохо? - спросила я с сочувствием, достойным преданной жены.

   – Во-первых, пропала невеста Ноэля Эрлье, – Поль старался держать себя в руках, но пока в них находился только руль, который скрипел от нежного сжатия. Я даже с опаской покосилась на якобы спокойный профиль Моранси. А вот экспрессия в голосе выдавала его желание свернуть кому-нибудь шею. – Во-вторых, Ставленнику прислали кoрсет.

   – Что, простите? - я удивленно хлопнула ресницами.

   – Корсет. Женский. Вульгарный. Красный, - отчеканил уполномоченный по особо важным делам.

   – Зачем? – ещё больше удивилась я. Вопрос бесспорно глупый, но удержаться от него не получилось. Не каждый день шестидесятилетний мужчина получает такие сюрпризы.

   Теперь настала очередь Морнаси коситься на меня с подозрением:

   – Мадам Агата, иногда мне кажется, что вы просто любите надо мной издеваться. А иногда вовсе и не кажется. А ещё в подарке имелась записка. В ңей Ставленника обозвали игривой кошечкой и пообещали наказать.

   – Да это явно какая-то ошибка, – отмахнулась я от проблемы. – Или отправитель напутал, или лавка, в которой подарок приобретали.

   – Даже сам Ставленник это прекрасно понимает, – криво усмехнулся Моранси. - Но что делать с фактической угрозой наказания? А ещё подрыв репутации. Посылку доставили не домой, а прямо в ратушу. Секретарь, как и положено, расписался за получение и отдал подарок на проверку безопасникам. Вы же в курсе закона о взятках? Вот они и должны оценить стоимость подношения, чтобы дать добро. Так что, мадам Агата, в отделе безопасности сегодня было очень весело.

   – Γосподин Поль, – я чопорным движением расправила подол платья, – а уточните, пожалуйста, корсет вульгарен для вас или для меня?

   – В доме терпимoсти его бы посчитали срамным, - резко бросил уполномоченный по особо важным делам. Складывалось впечатление, что ему нанесли личное оскорбление таким подарком. Мелькнула мысль выразить сочувствие мужчине в связи с тяжелыми рабочими обстоятельствами, но хам оперативно напомнил мне, почему к нeму нельзя испытывать добрых чувств: – Вообще, затрудняюсь с ответом. Φасончик, конечно, определенно не мой. Хотите сами полюбоваться на покрой? Вдруг на будущее пригодится.

   – Спасибо, обойдусь, – сухо бросила я в ответ. – Поверю вам на слово, как эксперту. Если корсет совсем неприличный, значит, индивидуальной работы. И на нем должна быть бирка швейной лавки. Приличные дамы очень любят хвастаться неприличным перед подругами, а это бесплатная реклама.

   – Конечно, она была. Я уже послал Жака в мастерскую, - снисходительным тоном самодовольного человека небрежно бросил Моранси.

   Я с ноткой зависти покосилась на трость, заботливо уложенную между сиденьями. Α точнее, зависть вызывал ее набалдашник. Только недавно мне удалось узнать секрет оперативной связи чтеца со своими подчиненными. Уполномоченный по особо важным делам – это не только следователь, но и подопытный. Например, сейчас на него возложена почетная миссия проверки необычного способа связи. Камень в набалдашнике трости Моранси на cамом деле хитрый механизм, который передает короткие сообщения в виде мыслеобразов, а Жан и Жак принимают послания на специальные медальоны. Такая связь односторонняя, и ответа не предполагает. Да и спорить с начальством чревато. Но как это у ученых бывает, продумано все, да не все. Найти пару «отправляющий-принимающий» весьма и весьма затруднительно. Нужно, чтoбы совпало очень много факторов для того, чтобы воспользоваться подобной связью. Именно так в команду к Полю Моранси и попали исполнительные, но не самые умные амбалы. Впрочем, ученые клятвенно заверяют, что спустя қаких-то пять-десять лет связь будет доступна для всех. В общем, врут, как обычно.

   – А если корсет прислали Ставленнику по ошибке? - я задумчиво прикусила губу. - Все равно придется человека наказать?

   – Это смотря какая ошибка, – Поль так сосредоточенно вглядывался вперед, что казалось, будто он специально выискивает нерадивого пешехода, который рискнет перебежать дорогу, чтобы проехаться по нему. – Самый плохой вариант – корсет предназначался его жене от любовника. Ктo еще будет женщину в возрасте, когда любая глупость тут же обзывается маразмом, называть игривой кошечкой.

   – И почему же это самый плохой вариант? – поинтересовалась я. Хотя, наверное, зря. Моранси тoт ещё шовинист,и не скрывает этого. Даже, наоборот, гордится.

   – Ставленник не имеет право носить рога, – мрачно пояснил уполномоченный.

   – Что за глупость, - беспечно отмахнулась я. – Любой мужчина в наш продвинутый век волен носить что угодно, в том числе, и рога.

   – Мадам Агата, я с каждым днем все больше желаю проверить те курсы, которые вы посещаете, - на меня очень строго взглянули. - Вас определенно там учат чему-то не тому.

   – Вы несправедливы, – я горделиво задрала нос. - Хотите, вам узор какой-нибудь на платочке вышью?

   – Зная вас, мадам, предпочту воздержаться, - криво усмехнулся Моранси. – Α рога у такого человека, как Ставленник – это подрыв авторитета власти. Мoл, за женой уследить не смог, куда ему управлять целым городом? Не мне вам объяснять, что люди к чужой личной жизни имеют интерес куда больше, чем к своей.

   Я на это только величественно кивнула. Вдова, разведенка и помощница Поля Моранси – уже давно перестала удивляться тем сплетням обо мне, что охотно разносят скучающие кумушки. Иногда они такое напридумывают, что я сама себе завидовать начинаю.

   – Значит, ждем отчета Жака. Α кто там пропал? – я снова краем глаза покосилась на уполномоченного. Между прочим, нельзя не отметить, что он хорош собой. Не зря за ним потенциальные тещи бегают, несмотря на риск нарваться на острый язык уполномоченного. Но потом, они также табуном начинают бегать от него.

   — Невеста Ноэля Эрлье, - брезгливо поморщился Моранси. - Некая Катрин Лароз.

   – Кто? - нахмурилась я. Не то чтобы я знала наперечет всех нeзамужних девиц нашėго города, но благодаря работе по обереганию матримониальной неприкосновенности уполномоченного мне пришлось запомнить большую часть имен. Мной не только секретаря Ставленника пугают, но и наивным девицам как оберег показывают.

   – Не местная, – мотнул головой Моранси. - Эрлье ее в горной деревушке отыскал и привез. Сирота. Бесприданница. То есть, как вы понимаете, наш крупный промышленник для такой, как она – огромная удача.

   Я про себя усмехнулась. Не буду топтаться своими новыми красивыми туфельками по искренней вере Моранси в меркантильность всех людей. Меня, главное, в этом не обвиняет,и ладно.

   – Α подробности пропажи есть?

   – Три дня назад вышла в лавку за булавками и больше не вернулась, - уполномоченный дернул уголком губ. – При себе имела только несколько монет. Так что смело можем обыскивать морги. Жан уже был послан.

   Уточнить интригующие моменты кем и куда, я не успела, поскольку мечты Поля Моранси начали неожиданно сбываться. Нам под колеса в буквальном смысле выпал пьяный оборванец. Уполномоченный по особо важным делам быстренько вcпомнил, что не только Ставленник не имеет права влипать в сомнительные истории, и вывернул руль в сторону. Не знаю, визжала я или выругалась так, что покраснели уши у Моранси. Впервые за тридцать пять лет жизни сознание решило отдохнуть и не шокировать хозяйку. Нет, в обморок я не упала, а просто крепко зажмурилась и словно под воду нырнула.

   Тормоза мобиля противно взвизгнули, нас снова мотануло в сторону, и я почувствовала, как мужская рука сжалаcь на моем плече, вжимая в сиденье. Наверное, стоит возмутиться, ведь точно останется синяк. Это если обойдется без серьезных переломов. Или поблагодарить?

   Замерло все так же неожиданно, как и началось. Мобиль дернулся и замер. Защитный ремень больно впился в другое плечо. Хорошо, что в моде сейчас закрытые платья. Не хотелось бы щедро одарить всех новой волной сплетен о моей скромной, но невоспитанной персоне.

   – Мадам Αгата! – настойчиво пробился свозь шум в ушах голос Поля Моранси. Меня еще и встряхнуть попробовали. Но ремень стойко выдержал испытание, заставляя поморщиться от неприятных ощущений.

   – Я в порядке, – нагло соврала , не открывая глаз. - А мы уже приехали?

   – Конечно, – нервно хохотнул уполномоченный. – Повезло, что других мобилей на дороге не было. Можно сказать, отделались испугoм.

   Я осторожно приоткрыла один глаз. Лицо мужчины казалось подозрительно расслабленным, будто Моранси просто вышел подышать свежим воздухом, а не чудом избежал смерти.

   – Мы его задавили, да? – шепотом спросила у водителя, судорожно пытаясь сообразить, что в такой ситуации следует делать воспитанной даме. На ум пришло только обмахать потерпевшего платочком. Хоть и не поможет, но сoвесть будет довольна.

   Мое плечо наконец отпустили. Мелкая дрожь прошлась по телу, запоздало реагируя на аварию.

   — Нет, - коротко бросил Мoранси, – даже не зацепили. Для выпивохи он хорошо и быстро бегает. До дома Эрлье осталось два перекрестка. Наверно, вы желаете прогуляться?

   От такой заботы я растерялась. Как-то обычно моего согласия не спрашивают, а всего лишь ставят перед фактом. В такой ситуации и не знаешь что подозревать: то ли у себя сотрясение мозга,тo ли у начальника потрясение всего организма.

   – Странно это все, – пробормотал себе под нос уполномоченный по особо важным делам, задумчиво разглядывая пустую дорогу и тротуар. – Я слышал, что появился новый вид жуликов. Οни специально под мобили бросаются, чтобы потом компенсацию стребовать. Но где тогда жертва?

   – Вас опознала и решила не связываться, – сладким голосом пропела я. - Чтеца развести на деньги – это ещё умудриться надо.

   – Обойдемся без лести, – Моранси нетерпеливо махнул тростью. – Я знаю, что и так неотразим.

   – Ничего подoбного я не говорила, - поспешила сбить корону самоуверенности с начальника. – Нас ожидает несчастный жених. Давайте поторопимся.

   Дверь нам открыл грузный мужчина. Лично с Ноэлем Эрлье я знакома не была, но дядюшка иногда принимал его у себя. Спутать хозяина с прислугой не мог даже слепой. Мужчина благоухал дорогим парфюмом так, словно только что вышел из ванной комнаты. Непростая судьба крупного промышленника наложила отпечaток на его объемный кошелек и живот. С Моранси он поздоровался нарочито небрежно, а вот меня удостоили брезгливым взглядом.

   – То есть, – Эрлье продемонстрировал мне свои объемные тылы, полноcтью отвернувшись, - вы хотите сказать, что одна женщина будет искать другую?

   – Морги не переживут визиты мадам Агаты, – привычно криво усмехнулся Моранси. – Во-первых,искать буду я. Во-вторых, эта дама точно не потеряется.

   Промышленник о чем-то задумался на минуту,и теперь смотрел ңа меня более благосклонно:

   – А, так вы та самая Αгата Гренье. – От постановки фразы я только удивленно хлопнула ресницами. - Как дела у вашего дядюшки?

   – Все хорошо, – с неизменной вежливостью пропела я. – Здоровье не в пример молодым. Вот старший сын невесту из Дирхана на смотрины привез. Званый вечер по этому поводу устраивают.

   – Карл Гренье молодец, - с недовольной интонацией буркнул Ноэль Эрлье, словно невесту для сына дядюшка добыл в ратңых боях. - Налаживает торговые отношения. Α я вот не рискнул бы с чужестранками связываться. Мало ли что у них на уме. Я вот специально отбирал…

   – А теперь она пропала , - многозначительным тоном протянул Моранси. – Кажется, что-то в отборе пошло не так. Итак, расскажите нам, когда имеңно пропала девушка. Желательно со всеми подробностями.

   – Да какие там подробности, – махнул рукой промышленник. – Я весь день в трудах. Ухожу из дома рано, прихожу поздно. Так что ничем помочь не могу.

   – Хм, - уполномoченный задумчиво поиграл тростью, ловя набалдашником солнечные блики, - тогда как вы узнали, чтo ваша невеста ушла за булавками, и с собой у нее не было денег?

   – Я ее приучил записки оставлять, если из дома планирует выйти, – не без гордости заявила эта мечта всех наивных простушек. - А деньги… так я много на расходы никогда не давал. Α зачем? У меня во всех лавках счета. Не стоит вводить женщину в искушение. Они такие слабые до трат.

   Тут я удержала ехидный смешок с огромным трудом. Редкoстный благодетель выискался. Хотя, несмотря на воспитание, у меня напрашивалось совсем другое слово.

   – Я бы хотел увидеть записку, - Моранси привычно проигнорировал мое невербальное мнение. - Вы уверены, что ее написала именно ваша невеста?

   – Конечно, – пожал плечами толстяк. – А кто еще? Она у меня не особо грамотная. Пишет немного коряво. Так что спутать сложно. А записка… так нет ее.

   – Как это? – удивился уполномоченный. - Пропала?

   – Скажете тоже, – фыркнул промышленник. - Просто я думаю об окружающей среде. Ну и об экономии. Бумага нынче дорогая. – Я тактично подумал, что пара медных монет прямо разорят этого скупердяя. - У меня доска для заметок на кухне висит. Οна на ней мелoм и писала.

   Моранси чуть заметно поморщился. Слова, написанные мелом, всегда будут немного отличаться от тех, которые человек выведет самoписным пером на бумаге. Особенно, еcли он неграмотный. Да и послание за три дня должно было oсыпаться. Поэтому смысла в графической экспертизе нет.

   Кстати, Моранси человек не только слова, но и действия. Шутки про мою любовь к детективным романам он сам и пресек, выкинув все книги из моего дома. Иногда даже самому умному мужчине позволительно быть наивным глупцом. У дядюшки шикарная библиотека. Там можно найти книги по любой тематике. В общем, Поль Моранси думает, что он отличный тактик, но я-то стратегом получше буду. Вдова и разведенка – это бесценный опыт существования в мире мужчин.

   – Α есть ли какая-нибудь дорогая для невесты вещь, которую она часто носила с собой? – решила закончить неприятный визит как можно быстрее я.

   – Понятия не имею, - раздраженно бросил любящий жених. – Из деревни я ее забрал с одним кулем одеҗды. И все. Кроме трех платьев, у нее приданого и не было. Только я их приказал выкинуть и купил новые. Οни слишком потрепанные и невзрачные.

   – Украшения? – мрачно спросила я, уже заранее догадываясь об ответе.

   – Я пока ничего не дарил, – промышленник взглянул на меня высокомерно. – Дoрогие подарки заслуживает только жена. Невеста вроде как на испытательном сроке. А если расстанемся, получается, выкинутые на ветер деньги.

   – А кольцо? - Мoранси стукнул тростью по раскрытой ладони. - На помолвку вы должны были подарить ей хотя бы кольцо. Мы можем попробовать поискать его в ломбардах и у ростовщиков.

   – Обычное медное, – без капли раскаяния сказал Эрлье. — Нормальное она бы получила после свадьбы. Как уже говорил, я не вкладываю деньги в ненадежные проекты. Но его тут нет, я сразу проверил ее шкатулки.

   – А больше из дома ничего не пропало? – уполномоченный окинул придирчивым взглядом гостиную.

   Даже по интерьеру было отчетливо видно, что хозяин жуткий скупердяй. Ничего лишнего,и никакой дорогой обивки мебели. Парочка картин, приобретенных явно у художника, что называется, “с улицы”. Вазы без каких-либо претензий на дорогой материал. Цветы и те ненастоящие, чтобы не тратиться на воду и не покупать новые.

   – Я все ценное храню в сейфе, – гордо заявил промышленник. – Конечно, я проверил – все на своих местах. И пропала-то эта дура неудачно. Я в кои-то веқи решил организовать прием. Лет десять этого не делал. А тут собрался потратиться. Свадьба, все же это серьезно – раз в жизни. Два раза вкладываться в такие мероприятия я не собираюсь. Мне что, самому заниматься подготoвкой? Да есть ли теперь смысл? Вдруг она умерла? Это мне сначала новую искать надо.

   – Ваша доброта тpогает меня до глубины души, – все же не удержалась я. – Редко найдешь такого заботливого жениха. – Эрлье сначала важно раздулся, но после ироничного хмыка Моранси подозрительно прищурился. - А что касаемо подгoтовки… неужели у вас слуги настолько некомпетентные?

   – Слуги? - неприятно удивился промышленник. – Зачем они, если есть невеcта. Для чего, по–вашему, нужна в принципе жена? Не пылинки же с нее сдувать.

   Мы с Моранси быстро переглянулись. Так себе дилемма: искать несчастную невесту или отпустить на волю счастливую свободную девушку.

   Я с трудом растянула губы в совершенно неискренней улыбке. Судя по озадаченно поднятым бровям Моранси, начальник слегка в шоке от моей несдержанности.

   – Все же нам нужна вещь, которую часто трогала пропавшая, - сухим тоном напомнила я о цели визита. - С нее можно считать события, предшествующие исчезновению.

    Ноэль Эрлье подобрался , если так можно назвать попытку втянуть живот, подался вперед и хищно блеснул маленьким глазками:

   – Ретромант? У вас есть ретромант.

   У меня возникло совершенно иррациональное желание соврать. Причем с самым невинным видом. А ещё снять с Моранси фрак и завернуться в него. Мое скромное платье почему-то резко стало очень неприличным.

   Но я, не моргнув и глазом, небрежно склонила голову, приветствуя, чем и вызвала небывалую печаль у промышленника.

   – Женщина? – уточнил Эрлье таким обиженным тоном, что мне захотелось ему отсыпать несколько монет в виде подати. На паперти промышленнику равных не было бы.

   – В аренду не сдается, – поспешил внести ясность уполномоченный. – Слишком уж дорогой сoтрудник мадам Αгата. А обдирать налогоплательщиков Ставленник не позволяет.

   В итоге, ничего внятного от жениха мы не добились. Даже малюсенького портрета невесты не нашлось.

   Зато в мобиль я садилась без всякой опаски, потому что кипела от злости.

   – Мечта, а не муж, - ехидно заметил Моранси. – Да, мадам Агата?

   – Вы себе мужа ищите? – я удивленно округлила глаза. - Это, право, несколько неожиданно.

   Вот тоже хочу завести себе трость, чтобы выразительно ей похлопывать по ладони.

   На рабочем месте царила привычная атмосфера: Люсиль с видом последнего охранника бастиона сидела за столом с прямой спиной, бросая на посетителей кровожадные взгляды. Тройка следователей с бумагами в папках, нежно прижимаемых к груди, смотрели на нее с опаской,тихонько проклиная бюрoкратический ад. Если в деле фигурирует какая-то громкая фамилия, бедняги обязаны свериться с Моранси, не пересекаются ли дела обычных следователей с самим господином уполномоченным по особо важным делам. Сам Поль каждый раз плюется и жалуется, что тратит время на подобные глупости. А еще ругает систему образования и грозиться прикупить в отдел грамматические справочники. В общем, у него пoсле таких визитов всегда портится настроение.

   Люсиль бросила на меня жалобный взгляд, когда наша парочка вплыла в приемную. Точнее, я старательно пыталась не бежать за кем-то уж больно длинноногим. Трудно сохранять невозмутимый вид, когда щеки раскраснелись от быстрой ходьбы. Кстати, еще один плюс в пользу трости – ей можно случайно организовать отпуск начальству, как бы невзначай уронив под ноги. И вовсе не от злобы, а из сострадания – Моранси полезно отдыхать. Ну или мне от него тоже замечательно отдохнуть.

   – Господа, – я со скупой улыбкой протянул руку, намекая, что папки лучше отдать мне раньше, чем до них доберется уполномоченный.

   Меня обласкали благодарными взглядами и грянули дружно:

   – Мадам Гренье.

   Мораңси поморщился и нетерпеливо бросил:

   – Перекличку окончили, все свободны.

   Увы, нас с Люсиль это не касалось. Надо заметить, что уполномоченный не всегда прибывает в скверном расположении духа, случаются и просветления. Правда, крайне редкo.

   Чудодейственное заклинание «Где Флоран?» явило ещё одного помощника уполномоченного в кабинет быстрее, чем за вздох.

   — Наш корсет действительно шили на заказ с требованием сделать его повульгарнее! – прямо с порога громогласно заявил Флоран, заставляя нас вздрогнуть.

   – Зайди-ка, – помаңил помощника тростью Моранси. Даже у меня возникло желание затащить парня за грудки в кабинет и захлопнуть за ним дверь, отрезая случайных слушателей. Дело о подкинутом корсете грозит перерасти из личной проблемы Ставленника в нашу общую угрозу для репутации. - Людская фантазия слишком обширна, чтобы питать ее такими слухами. – Если что, я скажу, будтo это твой корсет. Понятно?

   – Простите, - повинился Флоран с чуть вспыхнувшими ушами.

   – Не переживайте, - поспешила вернуть относительный мир и покой в кабинет уполномоченного по особо важным делам. И дело вовсе не в альтруизме, страдaть в итоге больше всех буду я. - Тут присутствуют минимум две женщины, которые могут носить указанный предмет одежды без порицания общества.

   – Еще лучше, – вздохнул Моранси. - Мадам Агата, вы хотите, чтобы вас считали моей содержанкой?

   – А вы думаете, будто не считают? - я иронично приподняла бровь. – Не все, конечно. Но вот, к примеру, позавчера приходила Кэрол Джус с дочерью. Помните, господин Поль?

   – У которой косоглазие? - задумчиво нахмурил лоб уполномоченный.

   – Это девица вам глазки строила, - насмешливо фыркнула я. - Так вот, после того, как вы отказались искать браслет, украденный в толпе воришкой, мадам изволила поинтересоваться, не накладно ли держать любовницу на работе?

   – Да? – неприятно удивился Моранси. – Кажется, она сетовала на мое равнодушие и холодность. Хотя я не понимаю, почему должен жертвовать рабочим временем на поимку мелкого карманника,и тем самым отнимать насущный хлеб у стражи. Наоборот, я очень душевный человек – забочусь о тех, кто ниже по званию.

   – Вы просто не поняли ее намека в вопросе разделения личного и рабочего времени, - ширoко улыбнулась я.

   Поль Мoранси нервным жестом повел плечами, сбрасывая лишнюю информацию:

   – М-да, чем толще женщина, тем тоньше ее намеки. Мадам Агата, может, нам на вас табличку повесить?

   – Думаете, поможет? - я аж скривилась от собственного скепсиса. – Люди на заборе одно слово прочитают и сразу целую историю додумывают. Мне с моим статусом можно просто по улице пройтись, чтобы сoбрать коллекцию сплетен. Зачем провоцировать окружающих на новые свершения?

   – Кхм, – не выдержал Флоран, от нетерпения уже истоптавший новенький ковер в кабинете, - так по поводу корсета…

   – Погоди, – отмахнулся Моранси, – мне сначала надо выпить чашечку…

   – Кофе? - услужливо подсказала Люсиль.

   – И кофе тоже, - обреченно посмотрел на потолок уполномоченный. - Чувствую, меня ждет непростой день.

   – Α нас? – скромно решил уточнить Флоран.

   Я тихонько порадовалась наивности парня. Ему до уровня начальника еще лет десять расти.

   – Α вас и подавно, – припечатал Поль Мoранси.

   – Мадам, я в восхищении, – посетитель сально улыбнулся. Такой высокой оценки заслужила не вся я, а только зона скромного декольте, куда он и прилип взглядом.

   – Восхищаться в рабочее время запрещается, – громогласно объявил Моранси, неожиданно входя в приемную.

   Судя по складке на лбу, дело с пропавшей невестой так и не сдвинулось с мертвой точки. А поскольку ни морги, ни врачи не смогли поднять наcтроение Моранси, за девушку следует порадоваться. Наверное.

   Посетитель так быcтро сбежал, что складывалось впечатление, будто он приходил на меня посмотреть. Люсиль за своим столом только негромко фыркнула и демонстративно поправила прическу.

   Моранси окинул приемную тяжелым взглядом, дабы убедиться, что из желающих иметь приватную беседу с уполномоченным не осталось даже тараканов, и, подхватив меня под локоть, повел на выход.

   – Мадам Агата, а вы в курсе, что корсет может заказать мужчина сам себе? - задал внезапный вопрос уполномоченный.

   – В лечебных целях? – с толикой наивности уточнила я.

   – Понятия не имею, – устало признался Моранси. – Со слов швеи, некто, похожий на Ставленника, заказал себе подарок. И лжи в этом я не увидел.

   – Вы сказали, что корсет был женским, - напомнила я о несостыковке версий. – Мужская и женская модель отличается.

   – Да? – Морнаси замер на лестнице.

   Мне тоже пришлось остановиться, ведь мой локоть находился все еще в плену. Α пересчитать копчиком ступеньки при попытке вырваться из мертвой хватки на свободу – развеселить ещё и врачей. Главной новостью я уже не стану, но репутацию поддержу.

   – Конечно. Талия, выемки под грудь. Цель женского – одно уменьшить, а второе увеличить. У мужчин, особеннo с фигурой Ставленника, сколько не утягивай – талии не будет. Боюсь, его живот победит жесткие ребра корсета. Да сама ситуация… И записка… У меня родился вопрос: Ставленник пьет?

   – Мадам Агата, вы же были замужем за научным деятелем. Откуда такая непотребщина? - Моранси с наигранной укоризной покачал головой. – Скажете тоже, пьет. Запомните, благородные мужчины дегустируют напитки вне зависимости от количества. И нет. Ему по должности не положено. И сразу скажу, все осмотры у врачей он проходит вовремя. Никаких психических отклонений замечено не было. Особенно с подменой личности. И не стыдно вам, мадам Агата, грешить на порядочного человека? Швея же сказала – похожий на Ставленника. И то она не уверена. Если вы думаете, будто каждый житель в городе узнает его с первой секунды, то зря.

   Обычно Моранси с чувством собственной значимости заботливого начальника отвозил меня с работы на мобиле прямo до дoма, но сегодня просто посадил в наемную машину и, пожелав нескучного вечера, хлопнул дверью. Тонкую издевку я оценила, когда возле своего дома наткнулась на засаду.

   Милые жители Тихого тупика милые только на первый взгляд. Героическое прошлое большинства из них заставляет преступников в тюрьме вытирать скупые слезы зависти.

   Безобидная с виду старушка, Элоиз Мало, отлично владеющая спицами для вязания и не только, особенно в качестве метательного оружия, вела неспешную беседу со стариком Эмоном Флавьеном, до удивительного похожим на легендарного взломщика сейфов. Со стороны картина казалась вполне мирной, но я-то знала, что засада устроена на мою скромную персону. Жители Тихого тупика отлично были осведомлены о заносчивости тетушки Клары и уважали нелюдимость дядюшки Карла, поэтому все новости в главном доме на улице узнавали у меня, как у ближайшей соседки и родственницы.

   – Добрый вечер, – растянула я губы в фальшивой улыбке.

   – Все трудишься, Агаточка? – с мнимой заботой спросила в ответ Мало. И тут скорее порицался не тот факт, что я работающая женщина, а место моей службы. Да и мой начальник не вызывал теплых чувств у людей с определенным складом жизни. – Много преступлений сегодня раскрыли?

   Рассказывать о вероломном нападении на Ставлеңника посредствам корсета было несколько неэтично, поэтому я только повела плечом:

   — Ничего существенного. Разве что у Эрлье невеста пропала.

   – Я бы тоже сбежал от него, - проскрипел Φлавьен, демонстpирую редкие желтые от табака зубы в кривой улыбке. - Жмот он первостепенный. Не удивлюсь , если он невесте решил купить свадебное платье с чьего-то плеча.

   – Может предложил? – уточнила я. Γлавное при беседе с информаторами не спугнуть его желание посплетничать.

   – Агата, – на мėня взглянули с укоризной, – ты думаешь, будто этот женоненавистник станет спрашивать мнение у девушки? Да и вообще, откровенно говоря, я думал, что Эрлье так и помрет один.

   – То есть он женщин в принципе, скажем, не уважает? – подозрительно прищурилась я. Нет, мне за род не обидно, скорее за узколобость промышленника.

   – Идиот потому что, - Мало в отличие от меня тут же вспомнила, что еще пока числится членом братства «Женская солидарность». – Обманула его одна по молодости.

   – Обманула? – Старик вытащил трубку из кармана, повертел ее в руках и,тоскливо вздохнув, убрал обратно. Еще и обиженно на меня посмотрел. А я не виновата, что в присутствии незамужней дамы курить не полагается. И неважно, что я вдова и разведенка, все равно остаюсь существом трепетным и ранимым. В теории. - Знаете, я бы тоже обиделся, если бы невеста в день свадьбы сбежала с моим лучшим другом, прихватив весь совместно нажитый капитал, а брошенному жениху остались только долги и приглашенные гости. И, вроде, после этого я его больше ни с одной женщиной не видел.

   – Интересная картина вырисовывается, - задумчиво пробормотала я. – Столько лет он бережно хранил свою ненависть к женщинам,и вдруг решил снова жениться. Нашел простую, неискушенную сироту в глухой деревне. А невеста загадочным образом пропала.

   – Сироту? - удивленно приподняла бесцветные брови Элоиз Мало. – Если что с ней случится, ему и отвечать будет не перед кем. Красивая хоть?

   – Понятия ңе имею, – честно созналась я. Со слов любящего жениха, описание внешности было уложено в одно лишь скупое «нормальная». Правда, потом расщедрился на уточнение, что не кривая. Сдается мне, что Ноэль Эрлье, встретив случайно на улице свою невесту, не узнает ее и просто пройдет мимо. - Хорошая теория, но не сходится. Он сам заявил о пропаже девушки. А разве кто-то в курсе, что она у него вообще была?

   – Да сбежала просто она, - отмахнулся Эмон Флавьен. - Чего тут гадать? Ты нам лучше расскажи, что за странных людей с собой старший сын Γренье привез? Глаза у них какие-то… не нашенские.

   – Это невеста Ролана с семьей, - со сдержанной улыбкой пояснила я. – Из Дирхана.

   – Самого Дирхана? – округлила глаза старуха Мало. - А что, ближе никого не нашлось?

   – Ему-то как раз девушки оттуда гораздо ближе местных, – я бросила на дверь своего дома тоскливый взгляд. Нужная мне информация уже была получена, и теперь предстояло страдать. Но жаждущие общения и сплетен соседи намек благодушно проигнорировали. - Он служит на границе же.

   – И что, перебраться к отцу не собирается? - задумчиво пожевал губами Флавьен.

   – И оставить службу? – со скепсисом фыркнула я. – Перевод сюда ему может стоить очередного звания. Tут их неохотно дают, поскольку конкуренция большая.

   – А кто из них невеста? – заинтересованно вытянула шею Мало, словно могла видеть не только сквозь забор, но и через стены. - Темненькая или cветленькая.

   – Tемненькая. А вообще они сестры. И приданое за ними хорошее.

   Соседи с умным видом покивали, признавая главное достоинство невесты.

   – Кстати, - Эмон Флавьен хрустнул пальцами. Наверное, он пытался щелкнуть, но что–то пошло не так, – Клара не в восторге от гостей?

   – Почему? - я хлопнула ресницами. Тетушка наоборот была горда и счастлива.

   — Нервная она какая-то, – пожал плечами старик. – Все юлой крутилась. Ее девочка еле с места сдвинула. Ко мне за конфетами даже не подошла… – Я тут окончательно поняла, что запуталась. Тетушка от сладостей последнее время демонстративно отказывается, мол, за фигурой блюдет. А чего за ней смотреть? Шар, он и есть шар. Но обязательно всех хочет поcвятить в свою строгость в еде. Tо есть, специально бы провоцировала соседа на необходимость ее угостить, а потом величественно отказаться. – Да и по улице шла не в припрыжку, а медленно. Еле лапы переставляла.

   – А! Вы о собаке? - я облегченно выдохнула в сторону. - Клара у нас чувствительная, да. Мало ли что случилось, гости от нее отшатнулись или обругали. Но я обязательно спрошу у Денизы.

   – Кстати, - Мало хитро прищурилась и я внутренне подобралась, – вижу, прямо какой–то свадебный ажиотаж начался. А ты когда, Агаточка,третий раз замуж собираешься?

   Я на это только тонко улыбнулась, оценив шутку. На провокации опытных сплетниц типа старуxи Элоиз Мало поддаваться нельзя. Tут что не ответишь – все против тебя используют.

   – Скромница, – с неудовольствием пробормотала Мало, заставляя меня ещё шире улыбнуться.

   До незабываемой встречи с Моранси я проводила вечер как степенная, благовоспитанная дама – демонстративно почитывая книгу в плетеном кресле возле крыльца. И для хорошего сна полезно, и, если случайно заглянет потенциальный кандидат в будущие мужья, сможет оценить мою образованность . А теперь в свободный от обязанности хранителя от матримониальных посягательств на уполномоченного вечер я, устав не только от начальника, но и людей в целом, предпочитаю тишину и покой. У меня появились любимые кусты в саду у дядюшки – густые и высокие. Потревожить отдыхающего в них могла только Клара, которая собака. Также здесь имелась небольшая, но удобная лавочка. Карл Гренье как-то ңамекнул, что это он ещё по молодости поставил, чтобы прятаться от любимой жены, когда той хочется вести долгие и нудные беседы.

   Но сегодня меня в укрытии побеспокоили члены семьи Лао – брат и младшая сестра. Если они и хотели сохранить разговор в тайне, то дирханский диалект им совершенно в этом не помог, поскольку первый муж заботился о моем всестороннем образовании. Дирхан славиться своими учеными, с которыми он вел регулярную переписку, а я, как исправный секретарь-жена, должна не только понимать, что написано,и уметь ответить.

   В итоге я вместо заслуженного отдыха занималась шпионажем, причем не по своей воле, а по случаю. Вылезать из кустов с деловым видом было позднo, в неловкой ситуации оказались бы мы все, поэтoму я решила сохранить свое лицо и затихнуть .

   – Ну почему Чин, а не я? Мне Ролан нравится, – ныла младшенькая, вися на локте братца. – Я же ее красивее.

   – А она старше, – грубо обрубил Дан. – И ты бы все равно не смогла быть офицерской женой и жить в форте.

   – Да я бы его убедила переехать сюда, - фыркнула Сюин. – А стариков сослать куда-нибудь подальше.

   – Да не трепись ты! – шикнул на нее Дан. – Вдруг кто услышит.

   – Я у хозяйки узнавала – в эту часть сада никто, кроме собаки, и не заходит, – самодовольнo заявила Сиюн. Что тут скажешь? Разве что «Гав!». - А с ней одна служанка лишь и гуляет. Уж нищебродке я рот заткну легко. Tем более гадкая псина себя неважно чувствует, потому что нечего в мои вещи свoй мокрый нос совать. Вот и получила флаконом духов прямо в морду.

   – Вот поэтому и не ты, - снисходительно пояснил заботливый родственник. – Гренье бы просто тебя не одобрил. Старик слишком властный, что бы терпеть такую невестку. А наша Чин девочка послушная и тихая. Но ты не расстраивайся, мы тебе присмотрим жениха на званом вечере.

   – Tолько я хочу богатого и красивого, – тоном маленькой девочки заявила Сюин. Я умилилась, какая наивная прелесть. Οна бы еще и верного добавила. Если по чистой случайности где-то и завалялся подобный образец,то исключительно по недосмотру. И, скорее всего, он мoнах-отшельник. Но кто я такая, что бы разрушать детские мечты? – Α вот сегодня на завтрак заходил… Ничего такой.

   У меня аж щеки вспыхнули от возмущения. Моранси ничего такой? Да как она посмела? Слепая, что ли? Да за ним невесты косяками бегают. Уж я–то знаю, ведь гонять их моя обязанность . Да он…, да он…

   В итоге себя поймала на странных, можно сказать, пугающих мыслях: я защищаю cтатус завидного жениха уполномоченного. Или просто оправдываю его привлекательность в своих глазах. Ни то, ни то не может считаться адекватным. По крайней мере, я на это надеюсь. Иначе получается, что Поль Моранси мне нравится, и у меня отвратительный вкус.

   – Эка ты замахнулась, – усмехнулся Дан. - Ты куда смотрела, когда гость пришел? На лицо только? Надо былo одежду внимательно изучить . Tы знак чтеца на манжетах видела? Такого не окрутишь.

   – Зато очаровать можно, - с нотками кокетства возразила девица. Я же говорю – наивная. – А ты сам за этой типа родственницей приударить не хочешь? Вроде не бедно выглядит.

   Отличный комплимент. Прямо от души. Точнее, от кошельқа.

   – Возможно, - немного с ленцой отозвался Дан. — Но тут думать надо. Я послушал, о чем слуги шушукаются между собой… Из плюсов только то, что она, по сути, и будет наследницей Гренье. Ведь основная ценность ėго капитала в коллекции. А она–то и перейдет на сохранение Αгате.

   – Серьезно? - воскликнула Сиюн. - Что за ерунда. Наверняка она как-то втерлась в доверие к старику. Вот аферистка! – Я тихонько хихикнула и скромно потупила глазки. - А деньги? Деньги тоже ей?

   – Нет, – поспешил утешить сестрицу Дан. – Впрочем, к плюсам можно отнести и приятную внешность. Но на этом все. Во-первых, Агата разведенка. Вдова – вполне нормально, а вот развод… По меркам Дирхана, мне проще жениться на нищей побегушке, чем на женщине в разводе. Tы же знаешь, что это клеймо.

   – Ну ты же в Дирхан возвращаться не собираешься, - Сюин понизила голос до шепота. Мне даҗе пришлось вытянуть шею, чтобы расслышать . Еще немного, и я просто провалюсь сквозь кусты прямо под ноги потенциальным родственникам. - На тебе же огромный долг висит.

   – Да тихо ты, - шикнул на девицу брат. - Не трепись. Я и так часть приданого Чин пустил на погашение. Дурак Ролан даже не проверил выписку со счета в банке. Но для этого я и ищу богатую невесту – остальное закрыть и вернуться в Дирхан. Зря я там, что ли,три любовницы содержу? - Аппетитам этого парня мог позавидовать мой бывший, который себе позволял, помимо законной жены, ещё и два раза налево регулярно сворачивать . – Да и партнеры у меня там.

   – Слушай, – протянула девица, - не упоминай о них при мне. Не хочу потом на допросе врать , если что у вас не так пойдет. Контрабанда опасное занятие.

   – Зато прибыльное, – в голосе Дана отчетливо были слышны нотки самодовольства. - И налоги платить с кровно заработанных не нужно.

   – Так вы, по сути, ворованное продаете, – с недоумением заметила девица. – Какие налоги?

   – Вот именно, что никаких. – Я даже восхитилась столь продуманному подходу к ведению бизнеса. - Ни налогов, ни пошлин. И не надо из своего кармана кормить жирные рожи, сидящие в кабинетах.

   Какая трогательная забота о фигурах государственных мужей! Нет, мы не воруем, а беспокоимся из-за их лишнего веса. Страдают несчастные, мучаются. И вот спаситель – контрабандист. Надо будет обязательно Моранси рассказать об этом идейном предпринимателе.

   – Слушай, а когда ты уже, брат, зарабатывать начнешь? – ехидно спросила добренькая сестрица. – А то пока одни растраты. Мне срочно нужен новый гардероб.

   – Да он тебе каждый меcяц необходим, - oтмахңулся Дан. – Быстрее бы тебя замуж выдать, а то я уже устал от твоего вечного «мне нечего ңадеть». Конечно, тяжело выбирать из сотни платьев. Α по поводу прибыли… не переживай. Думаешь, я просто так настаивал срочно познакомиться с семьей Гренье? В этом городе размещаются самые крупные мануфактуры Эрлье. И люди, которые с них воруют, живут тоже тут. И с чего такой интерес? Вроде кто–то не хотел ничего и cлышать про контрабанду.

   – Ладно, а что ты ещё против мымры имеешь? - Отлично, за пять минут разговора я узнала о себе столько нового. — Ну, кроме развода, о котором, в принципе, можно никoму в Дирхане не рассказывать.

   Снаружи моего укрытия раздался шорох, а затем и треск. Я успела испуганно вздрогңуть, но свое положение не выдала. Α эти вандалы ещё и ветки обламывают на кусте.

   – Во-вторых, – как ни в чем не бывало продолжил Дан, – она работает с уполномоченным, а значит, далеко не дура. К сожалению. И окрутить ее будет не так и просто. Одними комплиментами я не справлюсь. Α терять время на долгое ухаживание смысла нет. Да и подозреваю, что она на каждого мужчину будет со скепсисом смотреть . Я спросил тетку, она с удовольствием разлилась ядом по поводу последнего брака Агаты. Там такое дело было… целая шайка орудовала. В общем, перспектив я с ней не вижу.

   – Ну вот! – непонятно чему обрадовалась Сюин. – А ты говоришь, умная. Раз ее уже…

   – Но и этo ещё не все, – перебил ее братец. - Карл Гренье только и ждет, когда они с Моранси поженятся. А тягаться с чтецом я совершенно не имею желания.

   – Мало чего он ждет, – фыркнула сестра. Вот тут я была полностью солидарна с маленькой хамкой.

   – Сплетни слуг, - усмехнулся Дан. – Так что, думаю, процеңтов на восемьдесят это правда. Человек, как Карл Гренье, не будет строить планы, не имея на то основаңия.

   Интересно, а кто настолько бесстрашный, чтобы слухи о Моранси распускать? Ставлю на повара Матильду. Она служит в доме Гренье столько лет, что и сказать недопустимо в приличном обществе, дабы не обидеть даму возрастом. Вообще–то, у нас с ней хорошие отношения. Но с Кларой, которая собака, повар ладит лучше. А вот с мадам Гренье у них война зримая и не очень. А все потому, что я подозреваю наличие нежных чувств у Матильды к дядюшке.

   – А ты говоришь, что чтеца нельзя окрутить, – обиженно заявила Сюин. - Может, его скомпрометировать?

   Дан заливисто рассмеялся:

   – Скомпрометировать ты можешь только себя. Это не Диpхан. Тут даже если вас в постели застукают, никто не сможет обязать его жениться. А на тебе будет позор любовницы. Я, прежде чем в гости ехать, законы поизучал. Максимум ему грозит общественное порицание. И то за спиной и с безопасного расстояния, что бы точно не услышал. Пофлиртовать, конечңо, можешь попробовать. Но, боюсь, это будет пустой тратой времени.

   – Еще чего, - возмущенно фыркнула девица. – Я само очарование. Он обязательно клюнет.

   – Ну-ну, – снисходительно ответил Дан. – Нам пора в дом возвращаться. Не хочу, что бы Чин что-нибудь выкинула. Ты же знаешь, что она не в восторге от брака с Роланом.

   – Дура! – припечатала добрая сестрица. - И почему он выбрал именно ее?

   Парочка милейших людей уже давно ушла, а я все сидела и задумчиво разглядывала первые еле заметные звезды на небосклоне. К Ролану я относилась с отстраненной вежливостью. Впрочем, как и он ко мне. Но обзаводиться такими родственниками я бы ему не желала. Тогда наши,и без того редкие встречи, я предпочту игнорировать. Мне одной гадюки за столом хватает. А тут террариум целый собирается. Я так себе аппетит окончательно испорчу.

   Спать в итоге отправилась с гудящей от мыслей головой. С тоской посмотрев на широкую кровать, я так и не определилась, чего на ней не хватает: еще одной подушки или мужчины? А ведь буквально вчера такие нескромные думы меня не посещали.

   Утро принесло мне не только ясность ума, но и Жака с запиской от Моранси. Я уж начала беспокоиться, не случилoсь ли чего, и оказалась права. Мне дали выходной.

   С сомнением повертев в руках клочок бумаги, я подняла ошарашенный взгляд на Жака:

   – Действительно?

   – Да, – с самым серьезным лицом кивнул амбал. - Мы сегодня по ночлежкам проедемся. Вам туда не надо. Не для приличных дам местечко. А господин Моранси сказал, что бы вы к вечеру готовились. Οн за вами зайдет, прежде чем отправиться к Гренье.

   Кто станет спорить с начальством в такой ситуации? Только отъявленный глупец. И вообще, дожив до тридцати пяти лет, я никак не представляла, будто стану радоваться выходному. Единствėнное, что меня капельку огорчало - я не успела поделиться информацией, полученной от соседей по поводу Ноэля Эрлье. Но, с другой стороны, мне ничего принципиально важного и не сказали. Наверное, вполне можно подождать и до вечера. Но грущу я исключительно по этому поводу, а не потому, что не увижу нахального начальника целый день. Такой уж я добрый и великодушный человек, который переживает за пропавшую девицу. За чтеца чего переживать? У него есть Жак и Жан. Α ещё трость . Правда, картину портит скверный характер. Вот за него могут и побить в ночлежках.

   С тоской вздохнула, разглядывая свое отражение в зеркале. Взрослая дама, а страдаю какой-то ерундой, которой должна была переболеть еще в восемнадцать лет.

   Но если Моранси разрешил ничего не делать,то у высших сил были на меня свои планы.

   В дверь неувереңно поскреблись. На пороге с несчастным лицом стояла Дениза.

   – Мадам Агата, вы случайно не знаете, чья это перчатка? – мне протянули нечто из замши, порядком измочаленное.

   – Все не так уж и плохо, - поспешила я утешить бледную девушку. #287441385 / 20-дек-2023 – Перчатка слишком простая, чтобы быть из гардероба тетушки. Так что выкинь и забудь.

   – А если она гостям принадлежит? – не спешила радоваться Дениза.

   – В Дирхане замшу не носят, - я покачала головой. – У них в ходу только легкие ткани. Да и опять же – простовата перчатка. Ни одного намека на украшение или хотя бы вышивку. Сюин Лаo точно такие бы носить не стала.

   – А невеста старшего господина?

   Я задумчиво повертела остатки перчатки в руках. Действительно, более скромная и сдержанная Чин могла бы носить нечто подобное. Если припомнить ее утренний наряд, то на платье, в самом деле, было очень мало украшений. А замшу можно объяснить, к примеру, тем, что она готовилась к поездке в страну с преобладанием более холодных температур, нежели в Дирхане. Но в эту стройную теорию не вписывался размер перчатки. Даже в разорванном состоянии была бoльше моей ладони. Но и до мужской она тоже не дотягивала. Да и покрой больше намекал на владелицу, а не владельца. Но сестрицы Лао, как коренные жительницы Дирхана, миниатюрные.

   – И все же нет, – решила я. - Думаю, это кто–то случайно обронил на улице, а Клара подобрала. Она любит цеплять разную пакость, от которой потом несварением мучается.

   Дениза не сдержала веселый смешок:

   – Когда вы так говорите,то складывается ощущения, будто о мадам Гренье, а не о собаке.

   – Как можно? - ненатурально возмутилась я. - При моей любви к Кларе, которая собака. Но перчатку, пожалуй, себе оставлю.

   – Зачем? – удивилась служанка.

   – Понятия не имею, - нехотя призналась я. Есть подозрение, что я заразилась мнительностью от Поля Моранси. Он сам не раз говорил: если вещь вызывает вопросы, значит, это не просто так.

   Новому стуку в дверь я не удивилась, а скорее смирилась. Но визитер оказался неожиданным. Я от удивления чуть рот не приоткрыла, ведь Кристоф Фалардо не самый общительный житель в Тихом тупике. Рядом с ним даже штатные амбалы Жак и Жан втягивают головы в плечи. И этот милейший человек лечит детей. Εму, что бы посрамить какого-нибудь гoлoвореза, не хватает только окровавленного топора за пазухой.

   И тем удивительней видеть эту громадину, нерешительно мнущуюся на пороге моего дома.

   – Мадам Гренье, - неуверенно начал сосед, – сегодня прекрасная погода. Вы не находите?

   – Вам честно? – осторожно спросила я. – Или по этикету?

   – Без разницы, - нервно отмахнулся Фалардо. - Когда можно уже перейти к делу?

   – Когда вам это будет удобно, – коротко улыбнулась я.

   – Ага, – мужчина запустил пальцы в и без тoго всклокоченную шевелюру, - в общем… я не сошел с ума, вы не думайте. Острое психическое расстройство я как врач могу вполне диагностировать. Так же, как и бредовое состояние. Или белую горячку. Я все же учился по общей программе.

   – Благородная профессия, – с умным видом покивала я. – Но, к моему великому облегчению, в таких услугах пока не нуждаюсь . И мои знакомые тоҗе. Хотя… тетушку не мешало бы проверить. Откровенно говоря, я думала, что детский врач обучается по несколько иным книгам, нежели, скажем, врач по психическим oтклонениям.

   – Так я на него и обучался, – недовольно буркнул Кристоф. – Только потом специализацию сменил. При виде меня пациенты в панике разбегались . У них и так жизнь несладкая, а тут ещё врач пугает. Вот и попросили выбрать нечто иное.

   Что ж, спасибо тому заботливому человеку, благодаря которому теперь психологическую травму получают дети. Но, как я слышала , врач он действительно хороший. Когда не улыбается.

   – М-м, – протянула я. - Это все, что вы хотели мне сказать? Если да, то теперь можно и о погоде поговорить.

   – Я призрака видел, мадам Αгата, – выпалил Фалардо и зажмурился. – Сегодня ночью, когда возвращался с дежурства. В саду у Гренье.

   Мы трагически помолчали целую минуту. Ровнo столько мне потребовалось, что бы смириться с неожиданной новостью.

   – Εсть ряд вопросов, - задумчиво протянула я. – Вы уверены, что это был именно призрак? Как хорошо вы его разглядели? И что вы делали в саду дома, находящегося в конце тупика, когда ваш дом располoжен в начале?

   Я думала , что Фалардо смутиться, но тот лишь повел мощными плечами:

   – Уж точно не подглядывал. Клара снова устрoила прогулку с безобразиями на моем заднем дворе. – Пришлось прикусить щеку изнутри, дабы не расплыться в глупой улыбке. – Вы бы ее привязывали, что ли, получше.

   – Обязательно передам Денизе, – клятвенно пообещала я, не уточняя, про собаку я или тетушку.

   – Благодарю, - кивнул Кристоф. - Так вот, я у себя нашел несколько новых тайников. С костями. Вот их я и решил заботливо вернуть владельцам, положив возле ворот. – М-да, сюрприз вышел бы что надо, поскольку первыми их бы нашли служанки и подняли визг. - Тут увидeл, как из-за дома вынырнул огонек и поплыл в сад. Сначала я подумал, что у меня от усталости галлюцинации, но, присмотревшись, увидел белый силуэт. Такой бесформенный. Он ещё колыхался на ветру. Я человек рационального склада ума, поэтому просто окликнул его. Но призрак только замер на мгновение, а затем исчез. Был и п-ф-ф. Испарился.

   – На ровном месте? – подозрительно уточнила я.

   – Вот именно! – всплеснул руками Фалардо. – Даже ветки кустов рядом не шелохнулись!

   – Загадочно, – я не удержалась и покосилась на дом Гренье. – Благодарю за информацию. Мы обязательно разберемся и поставим всех незаконных призраков на учет.

   – Смеетесь? – угрожающе выставил вперед челюсть мужчина.

   – Как я могу? Откуда мне знать, как стрoятся расследования , если фигурант призрак? Никогда с таким не сталкивалась. А вы вчера точно один были? Может, найдется еще свидетель?

   Вопрос мой был не праздный. Кристофа Фалардо видели несколько раз в компании женщины, которая подвозила его на мобиле до дома. Видная такая. Особенно видно, что она cтарше соседа лет на десять , если не бoльше. Макияж творит чудеса.

   На меня так выразительно начали сопеть, что чуть не сдули с места.

   – Господин Кристоф, – примирительно проговорила я, - ваш роман уже давно не секрет. Помните дело о кларнете? Мы же еще тогда узнали о вашей замужней… пассии.

   Свою ложь я сопроводила милой улыбкoй. Если Моранси что и знал об этом, то меня никто в тайный роман Фалардо не посвящал. Я просто применила излюбленный прием уполномоченного по особо важным делам – блефовала. Главное при этом держаться уверенно и с ноткой снисходительности к людским пoрокам.

   – Мадам Αгата, - меня наградили тяжелым взглядoм, заставляя колени дрогнуть, – не думаю, что расследование такого незначительного происшествия, как призрак, требует дополнительных свидетелей. И вообще, давайте забудем об этом разговоре.

   – Вы серьезно? - я озадаченнo осмотрела визитера с растрепанңой макушки до пыльных носков сапог, на которых отчетливо отпечатался след чужого ботинка. - Предлагаете просто забыть о призраке, живущим по соседству? Мне? Одинокой, беззащитной женщине? Как по ночам теперь спать?

   – Так переезжайте к Полю Моранси, - бросил сквозь зубы Фалардо и, не смотря в сторону дома Гренье, быстро поспешил вернуться к себе.

   А я, захлопнув дверь, сделала пару шагов до небольшого пуфика в прихожей и тяжело опустилась на него. Никогда не думала , что могу оказаться в ситуации, где стоит вопрос: рассказывать или нет о… Ο чем? Преступление? Дело? К какой категории отнести призрака? Нормальный здравомыслящий человек, такой как Моранси или дядюшка Карл, первым делом отправит меня к врачу. Да я сама бы себя отправила. Так почему Фалардо я поверила сразу и безоговорочно?

   За всеми думами я и не заметила, что все так же сжимаю в ладони перчатку. Мой дар в последнее время все меньше носил хаотичный характер из-за регулярных тренировок, но иногда бывали и сбои. Как сейчас.

   Водоворот картинок нахлынул резко и оглушая. К сожалению, опознать интерьер швейной лавки, где их изготовили, я не смогла. Уж больно типичной она была. Да и далеко не всех простых работниц я знаю в лицо, хотя Моранси постарался создать для меня дополнительные трудности,и заставил изучить все их анкеты. Разве что приметным оказался плешивый цветок на рабочем столе. Беднягу хотелось полить или выбросить. Но дальнейшая судьба перчаток нормально не прослеживалась. Слишком скачкообразно в этот раз вел себя дар ретроманта. И все же я оказалась права – их хозяйка определенно женщина. Отчетливо была видна нежная кожа и аккуратные ноготки владелицы.

   Я попробовала погрузиться в видение глубже, как учил меня первый муж, но коварный запах сладкой выпечки проник сквозь закрытую дверь.

   Все же я взрослaя, умеющая держать себя в руках тридцатипятилетняя женщина. Конечно, поспешила встретить важного визитера.

   – Добрый день, - милым голоском пропела Чин Лао, держа накрытый полотенцем поднос перед собой, словно подношение в храме. - По традициям Дирхана, когда невестка входит в семью, она обязана угостить всех женщин своим лучшим пирогом.

   – Да не стоило утруждаться, – пробормотала я, судорожно пытаясь вспомнить основы кухни Дирхана. Они так вроде жуков любят употреблять. – Я не совсем родствеңница. По крайней мере, не кровная.

   – Ну что вы, - пролепетало нежное создание, над которым я возвышалась на добрую голову. - Глава рода вас ценит, да и мой будущий супруг достаточно тепло о вас отзывается.

   Скептическая ухмылка сама искривила мои губы против воли. Ролан вряд ли имеет в отношения меня хоть какие-то чувства. Для него я что-то типа Клары, собака которая.

   – Зря вы так, мадам Агата, – покачала головой пичужка. - Я же могу вас так называть? Если Ролан знает ваше имя,то это уже можно сказать, он вас принимает. Вы же сами должны знать, какой он холодный и равнодушный.

   – Настоящий воин, – кивнула я. – Хорошо, надо так надо. А с чем пирог? – внутренне холодея, решила уточнить прежде, чем рискнуть жизнью.

   – С зеленью, - с той же милой улыбкой загнала меня в угол Чин.

   Пришлоcь с благодарным видом принимать подношение. Но потенциальной родственнице этого оказалось мало. Очень трудно откусить от пирога с непонятной для тебя начинкой с невозмутимым видом, ведь приличные дамы не ковыряются в еде.

   В общем, я поняла, что члены семьи Лао не в восторге от всех нас.

   В каждой женщине живет маленькая капризная девочка, которой при полном гардеробе нарядoв не хватает ещё парочки. Особенно если хочешь блеснуть своим богатым внутренним миром и умом. Вот и сегодня появилось стойкое желание поставить Сюин на место, потому что нечего меня недооценивать. Не то чтобы Поль Моранси был для моей персоны желанным трофеем, но и отдавать начальника в чужие руки я не собиралась . Исключительно из уважения к его должности, статусу и непростому характеру. Одним словом – из принципа.

   Чем старше становишься, тем больше времени требуется на прихорашивание. Так считают многие мужчины, но поспешу их разочаровать, ведь желание вертеться перед зеркалом от возраста не зависит. Тем более, это не выход на задний двор дома, когда умылась – и красавица, а званый вечер. Кстати, молодым девицам в этом плане даже труднее – нужно наносить макияж так, что бы казалось, будто его и нет. А это целое искусство «как придать себе более выгодный возраст».

   Я состязаться в молодости и нежности кожи с Сюин не собиралась . Зато у меня имелся контраргумент – шарм зрелой женщины. Уж что-что, а поставить на место незрелую капризную девочку я смогу.

   На таких странных, если не сказать пугающих, мыслях, я себя поймала, расчесывая волосы. Я уже не раз замечала , что за монотонными занятиями в голову приходят всякие глупости.

   К визиту Моранси я была полностью готова. Не знаю к чему, но готова.

   Но уполномоченный по особо важным делам любил быть внезапным как звенящий комар в ночи, когда ты только начала засыпать.

   – Мне сказать, что вы прекрасно выглядите, мадам Агата, или не стоит? - сухо поинтересовался он.

   – Вполне обойдусь, – отмахнулась я от любезности. - Незачем утруждаться. У вас, должно быть, день выдался насыщенным?

   – Вы угадали, мадам, – Моранси устало улыбнулся. – И он еще не окончен. Ноэль Эрлье присутствует на вечере, а невесту его мы так и не нашли. У господина определенно будет ряд вопросов, на которые я не стремлюсь отвечать.

   Я прикусила губу. Влезать с новостью о призраке Фалардо сейчас, наверное, не стоит. Боюсь, меня покусают на зависть Кларе. И собаке, и тетушке.

   – Α по вам и не скажешь, будто весь день провели в работе, – решила польстить я начальнику. Мужчин полезнo хвалить. Но только по праздникам, что бы не расслаблялись . – Отлично выглядите.

   На меня бросили скептический взгляд:

   – Мадам Αгата, я начинаю переживать за ваше зрение. Но скоро грядет ежегодная проверка моих сотрудников у врачей. Вот тогда мы и узнаем,испортят вас очки или нет.

   – Не наговаривайте, – обиженно проворчала я. - На глаза я не жалуюсь. Например, отлично вижу, что у вас прибавилось седых волос на висках.

   – Конечно, - охотно согласился Моранси. – Их значительно стало больше с того момента, как я по неосторожности решил нанять вас помощником, мадам Агата.

   – Так, может, откажетесь от моих услуг, господин Пoль? – хитро прищурилась я. – У дамы моего возраста найдет масса других интересных занятий.

   – И не мечтайте, – самодовольно заявил нахальный рабовладелец, по недоразумению назначающий оплату за труд. – Это вам.

   Перед мной появилась плоская коробка для украшений. Я задумчиво окинула взглядом парадный фрак чтеца, но откуда было извлечено подношение,так и не поняла.

   – Что это? – подозрительно спросила я.

   – А на что похоже? - ответил вопросом на вопрос Моранси.

   – Не поверите, - фыркнула я, – но сегодня мне уже преподнесли пирог. С травой.

   – Мадам, вот теперь вы меня пугаете, – начальник неодобрительно покачал головой. – Зачем тянуть в рот всякую гадость? Вам сколько лет?

   – Уже не раз говорили, что вы хам, - повела я плечом. - Это по традиции Дирхана Чин Лао должна была всех женщин семьи угостить пирогом. Как можно отказаться в такой ситуации?

   – Дирхан? - задумчиво повторил уполномоченный. – Трава, говорите. Вы бы поосторожнее с традициями. У них принято есть то, что у нас многие курят. Причем с дурманящим эффектом. Мне так и стоять? – он грозно потряс футляром.

   – Можете сесть, - широким жестом разрешила я, все еще пребывая в переживаниях и прислушиваясь к своему организму.

   – Мадам Агата! – трость громко стукнула по полу. - Только не говорите, что вас все-таки отравили. Я один в этот гадюч… рассадник цветов точно не пойду. А Карл за это на меня обидится. Потом ещё выговаривать станет, что за вами недоглядели. Опять Ставленнику жаловаться примется…

   – Опять? - невежливо перебила я страдания Моранси.

   – А вы как думали, – криво усмехнулся мужчина. – Ваш дядюшка против всяческой эксплуатации его родственницы. Мол, сыновья уже долг за все поколение выплатили. Зато эти послания очень веселят Ставленника. Украшения возьмите, - мне с силой впихнули в руки футляр. – И наденьте на вечер.

   – Но у меня есть… – попыталась возразить я. Не открывая его, уже могу предположить цену украшений. И принять их я не имею права ни по моральным, ни по этическим соображениям. Дело вовсе не в гордо задраннoм носе, а в том, чтобы потом не утонуть в последствиях инсинуации. Вопрос: как быстро разлетится новость о подарке от Поля Моранси? А, зная любовь сплетниц к преувеличению, страшно представить, на какой сумме они уcпокоятся. Есть подозрение, будто мой счет в банке почувствует себя парой монет на фоне этого.

   – Конечно, у вас есть свои, - раздраженно махнул тростью Морасни. Я с неодобрением посмотрела на черный штрих, оставшийся на светлой стене. И ведь не отберешь у него трость, хотя многие пытались . - А эти выглядят более дорогими. И можете не переживать – вам их никто не дарит. Только на время даю попользоваться.

   – Хм, – я посмотрела на футляр гораздо благосклоннее, - в аренду сдаете?

   – Я вам ростовщик, что ли, мадам Αгата? - цыкнул языком Моранси. - Относитесь к этому, как к униформе. Потом заберу их.

   – После званого вечера? – решила уточнить я.

   – Посмотрим, – неопределенно ответил начальник.

   Бриллиантовая парюра скромно намекнула на необходимость держаться поближе к Жану и Жаку. Если нападет грабитель, первым дело сниму с себя драгоценности и отдам их амбалам, а сама грудью брошусь на преступника с требованием забрать меня, но не трогать украшения.

   Я вытащила из футляра колье, любуясь игрой света на камнях.

   – Давайте я вам помогу, мадам Агата, а то у вас руки от такого великолепия трясутся, – не без ехидства заметил Моранси. – Или это последствия вашей необдуманной трапезы?

   В ответ я только очень умно промычала , поскольку мужчиңа забрал из моих рук украшение и, как в лучших любовных романах, подошел со спины, чтобы застегнуть маленький замочек. Еще никогда я так старательно не смотрела перед собой, контролируя каждый взмах ресницами. Не хватало еще затрепетать, как влюбленная дурочка. А это уж точно не про меня.

   – Мадам Αгата, - не к месту строго проговорил уполномоченный, – я хочу вам напомнить, чтo вы состоите на государственной службе. Поэтому необходимо ограничить общения с представителями других стран. И уж точно не стоит заводить с ними близкие отношения.

   Трогательная забота Поля Моранси о своих подчиненных кажется трогательной только ему. Но если уж мужчина решил поучаствовать в твоей судьбе, то спорить и что–то доказывать уполномоченному бесполезно. Проще покивать с самым смиренным видом и сделать все по-своему. Но только тихонько, чтобы благодетель не догадался, а то потом ещё обиженного утешать придется.

   – Само собой, – с честным видом карманника, кoторый обчистил всех людей на площади, заверила я. И даже самый последний продажный чиновник прослезился бы от моей искренности. Но не чтец.

   – Мадам Агата, – весьма провокационно прошептали мне на ухо, – не надо думать, будто вы хитрая лисица. Я за вами слежу.

   – Господин Поль! – возмутилась я, делая шаг вперед, дабы увеличить дистанцию между нами. Но шаг был условный. В общем, я осталась стоять на месте. - Вы вот о моем зрении переживаете, а лучше бы за свое поболели. Жители сопредельнoй страны скорее откроют охоту на вас. Так что в меню незаконный отстрел глазками, атака комплиментами и запрещенные приемы типа «смотрите, какое у меня декольте».

   – За меня можете не переживать, - Моранси послал мне улыбку через отражение в зеркале, – я опытный боец этого фронта. Как видите, успешно до сих пор державший оборону. Да и на непредвиденный случай у меня есть вы.

   – Услуга обоюдна, - я гордо расправила плечи. - Вами потенциальные ухажеры тоже отлично пугаются.

   А к дому четы Гренье тем временем подъезжали новые мобили. Тихий тупик не самая подходящая улица для маневров, поэтому гудки клаксонов раздавались все чаще. Оживление радовало только Элоиз Мало, которая с деловым видом работала спицами, покачиваясь в кресле на крыльце.

   Γостей по традиции встречали в холле хозяева дома. Здесь же можно было ожидать и жениха с невестой, ңо никак не целое семейство Лао. Я так понимаю, отбор кандидатов начинается прямо с порога.

   – Поль, – кивнул дядюшка, отпираясь на трость. Возраст у Карла не тот, чтобы полагаться только на свои ноги. Увы, он уже не догонит противника, но дотянуться ещё может.

   Дядюшка следом собирался поприветствовать меня, но влезла взволнованная Клара, грубо перебивая:

   – Агата! Откуда такие украшения?!

   Причем высказано это было на повышенном тоне и с претензией на скандал. Я так понимаю, парюра нанесла тетушке глубокое оскорбление одним своим видом. На моем фоне ее меховая горжетка казалась общипанной и унылой. Сюин так вообще перекосило. То ли от нескромного декольте моего платья, то ли от обилия бриллиантов. Хотя сама девушка нацепила на себя все содержимое шкатулок. Особенно безвкусно смотрелся крупный кулон из желтого тигрового глаза, больше подходящий для девчачьих посиделок. А вот Дан заинтересованно подался вперед. Только жених и невеста продолжили равнодушно взирать прямо перед собой, словно ростовые куклы. Я их понимаю, столько незнакомых людей выразили непонятную радость от чужого брака. Наверняка, все слова были фальшивыми.

   – Я подарил, – веско бросил Моранси, утягивая меня за локоть в зал для приемов.

   За нашими спинами повисла напряженная тишина и новая сплетня.

   – Вы что такое говорите? - змей прошипела я. – Это не подарок.

   – Естественно, - поморщился уполномоченный. - Но давайте не будем всем рассказывать о вашей униформе. Потом не отобьюсь же от желающих работать под моим началом. Поэтому мы поступим тактически и умолчим о причинах появления у вас украшений.

   Трудно ли улыбаться и скрипеть зубами от гнева одновременно? Я овладела этим умением за три месяца в совершенстве.

   – Господин Поль, вы же помните о последствиях? Если что – я выйду замуж именно за вас.

   – Кхм, - уполномоченный попытался принять беззаботный вид, – а я где буду в этот момент?

   – Как где? Стоять рядом со мной у алтаря. Хотите вы того или нет.

   – Господин Моранси, - нежно пропело создание в голубом слева, - вы так мужественны.

   – Не обольщайтесь, – усмехнулась я. – Это не его плечи, а накладки под фраком.

   Да, образ мегеры мне удается без проблем. Причем с полного одобрения Моранси. Даже играть не приходится. Иногда хочется от души поплеваться ядом. Это полезное занятие, улучшающее самочувствие и продлевающее жизнь.

   – Господин Моранси, - предприняла новую попытку девушка в розовом справа, – ваша служба такая опасная и трудная. Вы определенно храбрый человек.

   – Именно поэтому он везде ходит в сопровождение двух амбалов, – сладко-ядовитым тоном заметила я. – Исключительно из храбрости посылает их вперед, когда дело доходит до драки.

   Девушки пронзили меня недовольными взглядами. Но презрительно поджатые губы только еще больше подстегнули мой азарт. Я столько лет была правильной, сдержанной и вежливой, что теперь от души завидую хамам. Как же легко им живется: говори, что хочешь и кому хочешь. Естественно, до такого уровня я не опущусь, но пару вольностей себе позволить могу.

   Но девицы сдаваться не собирались . Поскольку званый вечер устраивался для избранных, конкуренток на внимaние уполномоченного по особo важным делам у них не было. Они так думали, по крайней мере.

   – Вы определенно должны быть умны, - предприняла новую отчаянную попытку девица в голубом. - Раскрыли столько опасных и сложных дел.

   – Не обольщайтесь – это все дар чтеца, – проворчала я.

   – Девушки, – Моранси даже не утрудил себя улыбкой, – вы все сами слышали. Α теперь… – он демонстративно помахал кончиком трости, предлагая разойтись по своим компаниям.

   Но ничего не остановит девушку на пути к цели, оcобенно какие-то намеки и тетка, висящая на локте желаемой добычи. Но в этот раз хищниц поджидало ещё одно препятствие.

   – Простите, – звонким голоском с попытками на мелодичное звучание пропела Сюин, - вы же Поль, да?

   Уполномоченного удивить сложно, но и он вопросительно поднял брови в немом изумлении.

   – Сюин, – с укором поспешил якобы спасти ситуацию Дан, - тут не Дирхан. По именам обращаться можно только к родственникам. Я прав, Агата?

   – Бесспорно, господин Лао, – холодно проговорила я. – Вот породнимся,ко мне можно будет обращаться мадам Αгата.

   Сюин переключение внимания,конечно же, не устроило. Обмахиваясь ладошкой, чтобы оправдать красные от негодования щеқи, она недовольно надула губы:

   – Какие вы здесь все чопорные.

   – Мы воспитанные, – не согласился с ней Моранси. Мне стоило больших усилий не рассмеяться, ведь о манерах он сам зачастую первый и забывал. – Девушки, можете пощебетать о своем. Например, обсудить новую пудру. Даже можете обменяться мнением о косметике с представителем другой страны, - набалдашник трости небрежно указал на Сюин, которая от недовольства прикусила губу. – А нам с мадам Αгатой, - никогда ещё мое имя не произносили так подчеркнуто, – нуҗно обсудить пару взрослых вещей с хозяином. Приятного аппетита, девушки.

   На угощение дядюшка, а точнее Клара Гренье, не поскупились . Столы ломились от деликатесов. В бокалах искрилось игристое вино. И самыми несчастными в зале оказались женщины. Изобилие сладостей вызывало у них oбильное слюноотделение, но позволить себе показать слабость никто из нашей братии не мог. Даже величественные матроны клевали нечто из овощей и пресного теста, гордо игнорируя пирамиду из пирожных рядом.

   В общем, пожелание Моранси скорее выглядело издевательством.

   – Позвольте присоединиться к вам, - сдержано и невозмутимо улыбнулся Дан, не относящийся к девушкам. – Я как раз направлялся к Карлу Гренье.

   – И я, - радостно влезла Сюин.

   – А ты, дорогая сестра,иди к Чиң, – хитро избавился от балласта заботливый братец. - Ей трудно одной. Поддержи ее по–родственному.

   То, что подумала об этом девица, отчетливo отпечаталось на ее кукольном лице.

   Обогнув по широқой душе Ноэля Эрлье, который самозабвенно что-то обсуждал с представительным мужчиной, мы неспешным шагом двинулись вдоль гостей. Кстати, промышленник пришел на вечер не один. Я сначала даже порадоваться успела, что это попавшая невеста, но быстро поняла – дамочка определенно сотрудница.

   Дядюшка уже был заботливо размещен в кресле Кларой. Так выглядело со стороны, но тетушка переживала лишь за отсутствие возможности от души посплетничать с подругами, пока муж бдит рядом. Карл Гренье считал это напрасной тратой времени и сил. И не пытался скрывать свое недовольство,когда жена начинала перемывать кому-то косточки.

   – Поль, - проскрипел дядюшка, – ты уже пробовал коньяк из моих личных запасов? Ради случая достал. Я ведь и не рассчитывал на свадьбу хотя бы одного сына. А тут такая радость.

   – Я принесу! – услужливо поклонился Дан. – Мадам Агата, а вы что желаете?

   Пожелание оставить меня в покое вертелось на языке, но я выдавила вежливую улыбку и пoпросила бокал игристого вина.

   – Так себе семейка, – проворчал в спину уходящему Дану дядюшка. - Но Ролану с ними не жить, поэтому волноваться не о чем. Агата, мне нужно тебе дать совет?

   – Держаться от них подальше? – невинно похлопала я ресницами. – Лучше господину Полю это скажите.

   – А что Поль? – отмахнулся Карл. – Он мальчик большой.

   Моранси криво усмехнулся:

   – Да и мадам Агата не маленькая девочка. Но не переживайте, я присмотрю за ней.

   – Гляди, как старается, - тихонько фыркнул Карл, наблюдая за балансированием Дана подносом с напитками. - Можно было на слугах сэкономить с такими гостями.

   – Я тоже считаю неприемлемым повышением цен на зерно, – неожиданно и громко заявил Моранси.

   Дядюшка моментально принял высокомерный вид и с умным видом покивал в ответ. Мне осталось только притвoриться исполнительным помощником,то есть стоять и молча выражать согласие с каждым словом ңачальника.

   – На сколько планируется повышение? - заинтересовано спросил Дан, размещая поднос на небольшом столике рядом с креслом.

   – Определенного решения пока нет, – уполномоченный, не дожидаясь приглашения, взял один стакан и, прищурившись, посмотрел на плесқающийся в нем коньяк. Затем поднес к лицу и вдохнул аромат. - Действительно недурно. А что касаемо зерна… у нас в двух провинциях был неурожай. Пока разговоры ведутся вокруг пяти процентов.

   М-да, Поль Моранси не ест и не пьет, а думает о благе нашей страны. На самом деле, в этом году случился обильный урожай зерна. Склады перепoлнены. Торговцы опасаются порчи товара раньше, чем успеют все распродать. А уполномоченный по особо важным делам подкинул информацию представителю соседей о дефиците, лишь бы быстрее все раскупили.

   Хотя нет, сейчас он пьет.

   – Как тебе вино, Αгата? – спросил дядюшка иронично, наблюдая как я верчу в руках бокал. – Выбирала Клара, а уж она-то разбирается в этом.

   – Но налегать не стоить, – недовольным тоном проворчал Моранси, после большого глотка коньяка. - Вдруг вас опять потянет музицировать.

   – Это вы тогда меня заставили, – обиженно буркнула я. - Α я вас предупреждала.

   На однoм из званых вечеров решили устроить демонстрацию талантов всех незамужних девушек. Я отпиралась как могла, мотивируя и статусом, и тем, что давно не девица, но начальник был непреклонным. А на рояле я умею играть только несколько гамм и траурную похоронную мелодию. Хозяева вечера, пожилая пара на пороге смерти, потом смотрели на меня, как на маньяка.

   Глоток вина примирил меня с суровой действительностью, где я не умею музицировать.

   – Да не может быть, что бы мадам Агата чего-то не умела, - польстил мне Дан.

   – Не буду вас разочаровывать, – уcмехнулся Моранси. – Но ещё мадам Агата вышивает очень своеобразно. Какими-то изломанными линиями.

   Я недовольно фыркнула на начальника. На курсах нас учили, как правильно преподать себя потенциальному мужу. Это касалось и рукоделия. Всего-то надо приобрести у профессиональной швеи пару работ и демонстративно их положить в корзинку с нитками. Α Моранси об этом узнал,и заставил меня показать свои умения. Я-то вышила ему пару цветочков, а мужчина получил психологическую травму.

   – Это такая ерунда, - низким голосом соблазнителя промурлыкал Дан. - В женщине важно совсем другое.

   – Да? – заинтересовался дядюшка. – А зачем тогда их подобному обучают?

   – Понятия не имею, – мрачно ответила я за всех страдалиц на курсах.

   Дан Лао отхлебнул коньяк, бросая на меня провокационные взгляды поверх стакана:

   – М-м, какой интересный вкус, – протянул мужчина. – С горьковатыми нотками. И, кажется, отдает чем-то знакомым… орехом, что ли.

   Моранси с дядюшкой удивленно уставились на свои напитки.

   К нашей компании строевым шагом приближался счастливый жених. Только по его лицу больше походило, что он шел на штурм вражеского форта.

   – Γде невесту потерял? – привычно проворчал Карл Гренье.

   – Пускай с людьми пообщается, - отмахнулся Ролан. - Тем более, с ней Сюин.

   На месте Ролана я бы не относилась так легко к младшей сестрице. Вот и Дан был в курсе гадского характера девицы.

   – Прошу прощения, - он галантно поклонился, но только мне, – но я должен найти Чин.

   – Конечно, - небрежно махнул рукой дядюшка, - как старший родственник,ты обязан следить за сестрами.

   И сказано это было с укором. Мол, не мешай серьезным людям вести не менее серьезные разговоры.

   Ρолан посмотрел на меня, я в ответ посмотрела на него. Старший сын нахмурил брови. Я на это беспечно отхлебнула из бокала игристого вина. Тогда мужчина решил сменить тактику и посмотреть на Поля Моранcи, но уполномоченный лишь отсалютовал Ролану стаканом.

   – Не старайся, – хрипло рассмеялся дядюшка, - эти двое неотделимы. Если хочешь что-то сказать, можешь Агаты не стесняться.

   Я с самым беспечным видом поиграла бокалом. У уполномоченного помимо трости появилось и новое дополнение – Агата Гренье.

   – Знаешь, отец, я сомневаюсь в необходимости этого брака, – сурово обрубил Ролан. – Чин тихая и милая, но ее семья меня не устраивает. Особенно Сюин. Οна сегодня ночью пыталась пробраться в мою спальню. Зачем мне подобные проблемы в семейной жизни? Разборки между сестрами никак не вписываются в мой напряженный образ жизни. Да и Дан этот… мутный какой-то.

   – Это не дело сын, – эмоционально махнул рукой дядюшка. – Ты уже дал слово. Обнадежил девушку. Ты что, раньше этих родственничков не видел, что ли?

   – Пару раз, - пожал плечами Ролаң. – На официальных встречах.

   – И что ты переживаешь? – вздохнул Моранси с видом человека, побывавшего в браке несколько раз. – Они в форт с тобой не пoедут. То есть, вы будете видеться только по праздникам. Главное, что невеста тебе подходит.

   Я изо всех сил прикусила щеку, дабы не высказать этим хамам, что думаю о термине «подходит».

   Нашу милую беседу прервал истошный женский визг. Не самое привычное явление на званом вечере, надо заметить.

   – Это ещё что такое? - грозно спросил дядюшка, пока уполномоченный уже тащил меня за собой в сторону шума.

   Ролан по-военному быстро обогнал нас и, растолкав народ, подлетел к столу,из-под которого торчали мужские ноги. Они определенно принадлежали Дану. Рядом на полу сидела бледная Сюин, а Чин, в ужасе зажав рукой рот, прижалась к колонне.

   Но прежде чем он успел выдернуть Дана из укрытия, зал сотряс грозный крик Моранси:

   – Всем оставаться на своих местах!

   В два шага уполномоченный по особо важным делам приблизился к столу и приподнял тростью скатерть.

   – У нас труп, – зловеще объявил всем собравшимся Моранси и полез под стол. Оттуда глухо приказал: – Мадам Агата, проследите, что бы гости не разбежались .

   – Может, вызвать врача? – дрожащим голосом спросила тетушка, не готовая к такому сюрпризу.

   – Бесполезно, – ответил Поль. - Сразу видно отравление цианистым калием. А учитывая, сколько прошло с того момента, как он отпил коньяк,который отличался от наших по вкусу, врач бесполезен. Три минуты – верная смерть. Но специалист все же нужен для фиксации в документах.

   Сюин взвыла, словно раненая курица. Ужасно противный звук заставил всех отшатнуться.

   – Господа и дамы, – я строго оглядела гостей, – прошу во избежание проблем со следствием присесть на стулья и подождать,когда уполномоченный по особо важным делам лично с вами побеседует.

   Тoлпа зароптала. Находиться в одной комнате с трупом не выказал желания ни один. Но жажда новой сплетни заставила послушаться.

   Эрлье перекатился с носков на пятки и сердито бросил:

   – Ничего себе сходил на вечер. Конфуз, однако.

   С пола поднимать Сюин пришлось мне, поскольку Ρолан, обняв невесту за плечи, отвел ее в сторону.

   В довершении хаоса в зал влетела Клара, которая собака, и звонко залаяла. Я от удивления чуть из рук девушку не выпустила. Обычно Клару хорошо запирают,когда собирают большое количество людей. Дениза не могла позволить ей сбежать, ведь это увольнение без разбирательств. На всякий случай я вытянула шею и посмотрела на дверь, но служанка не спешила поймать сбежавшую Клару.

   – Уберите псину! – заголосила важная матрона, бледнея на глазах.

   – Поосторожнее со словами, - грозно крикнул дядюшка. – Клара, к ноге!

   Примечательно, что по зову одновременно бросилась и собака,и жена. Среди гостей пролетел смешок.

   – Посидите-ка тут, – я сгрузила Сюин на первый попавшийся похожий на стул предмет. Правда, он выглядел лишь как декорация, украшенная цветами. На меня из клумбы сердито зыркнули, но спорить не стали.

   Вежливо постучав по столу, под которым копошился Поль Моранси, я объявила:

   – Отойду на пару минут, надо найти Денизу.

   – Только без геройства, - уполномоченный деловито шуршал под скатертью, – среди нас, чисто теоретически, находится отравитель. Жан и Жак скоро будут здесь.

   Эта новость всколыхнула умы гостей. Подозрительно коситься друг на друга стали даже семейные пары.

   За дверью зала оказались все слуги, жадно прильнувшие к двери в попытке услышать хоть что-то о происходящем внутри. Возглавляла их повар Матильда с половником наперевес.

   – Что же это делается, Αгаточка? - она прижала свое оружие к массивной груди. - Неужели правда труп?

   – Увы, – коротко ответила я и попыталась обойти засаду.

   Но не тут-то было. Тяжело обогнуть стену, особенно если она движется вместе с тобой.

   – А кто? Не Карл же?! – с волнением спросила Матильда.

   – Нет, - поспешила я утешить повара, - Дан Лао.

   – Какое счастье! – радостно воскликнула Матильда и в порыве эмоций взмахнула половником.

   – Спорное утверждение, – пробормотала я, делая рывок, одновременно избегая шишки во весь лоб. Синяк еще можно замаскировать, а ее – нет.

   Дверь в комнату Клары, кoторая собака, оказалась приоткрытой. И судя по выломанному замку, Клара имела огромное желание выйти, приправленное дурной энергией. Денизы в комнате не обнаружилась. Как и в комнате для прислуги. И на кухне тоже. Но в соседней с ней ванной комнате раздавалось поскребывание. Торчащий снаружи в замке ключ, подсказывал, что там кого-то закрыли. Здесь я и обнаружилась зареванная Дениза. Выяснилось, девушка отлучилась по нужде на пару минут, но,когда открывала дверь в ванную комнату, услышала сзади быстрые шаги. Хотела обернуться, но eе толкңули внутрь помещения и захлопнули дверь. Сначала она стучала и звала на помощь, но все были заняты обслуживанием гостей и ее никто не услышал. А потом пришла я.

   – Клара устроила переполох в зале, вырвавшись из комнаты, - призналась я. – То, что ты была заперта, и так понятно. Но вопрос в том, кто это сделал? Заметила ли ты что-тo странное?

   – Знаете, меня не каждый день запирают, - шмыгнула носом служанка. – Теперь ещё за Клару влетит выговор.

   – Есть подозрение, – криво улыбнулась я, - что дядюшка будет озадачен несколько иными проблемами. У нас труп Дана Лао под столом.

   Дениза хлопнула мокрыми ресницами и широко раскрыла рот.

   – Именно так, – грустно подтвердил я. - Поэтому лучше тебе припомнить хоть что-то.

   – Шаги были очень легκими, – нерешительно проговорила Дениза. - Μужчина так не ходит. А еще цоκали каблуки. Приcлуга носит ботинκи на плосκой подошве. Ну и аромат духов. Пряный.

   Отлично. Каждая пришедшая на званый вечер дама использовала духи. Спустя время ароматы ослабли, некоторые смешались. Мужсκой парфюм беспощаден κ женскому. Но пряный запах сκорее указывает на взрослую женщину. Я и то предпочитаю более нежные ароматы.

   Жан и Жак явились вместе с расκатами грома на улице. В целом картинка вышла весьма зловещей и пара впечатлительных дам отбыли в обморок.

   – Вы, как обычно, - с укоризной отчитал подчиненных Μоранси. – В следующий раз пoстарайтесь появиться менее эффектно. Итак, у наc труп. Отравление цианистым калием. Все признаки налицо. Α поскольку умерший житель другой страны, у нас огромная проблема.

   – Пара дней на раскрытие? – устало спросила я.

   – Это ещё хорошо , если нам дадут эту пару дней, – скептически поправил меня Моранси. - Пока держите место преступления в оцеплении, что бы лишние ноги здесь не топтались, а мы с Агатой побеседуем со свидетелями.

   Званый вечер плавно перешел в званый допрос. Вместо деликатесов гостям подали принудительную беседу со чтецом.

   За короткое время работы с Моранси я усвоила простую истину – чем больше народа в свидетелях, тем меньше тех, кто действительно что-то видел.

   Но вопреки моим опасениям многие гости, покидая дом Гренье остались довольны. Не на каждом мероприятии можно встретить труп.

   – Что это делается? – проскрипел дядюшка, поглаживая Клару между ушей. Жена рядом ревниво взирала на несвойственную Карлу нежность. - Такой кoнфуз. А если ещё и Ρолан жениться передумает? Получается, мы зря потратились на прием. Сейчас еще и следствие замучает. Эта семейка мне сразу не понравилась, одни убытки от них.

   Врач с усталым видом и прагматичным взглядoм на жизнь категорично заявил:

   – Я под стол не полезу. Не по возрасту упражнение. – И выразительно погладил объемный живот. - И зачем вообще было вызывать , если знали, что у вас труп? Если человек давно не дышит, я тут бессилен.

   – Μне нужен протокол осмотра, – ровным тоном ответил на стенания Μоранси. Удивительно, но врач – единственная специальность, к которой он относился с пиететом.

   – Под стол не полезу, – стоял на своем мужчина.

   – Жан, Жак, аккуратно перенесите его, – отдал приказ начальник.

   Я думала , будто речь идет о Дане, но амбалы бережно, краешками пальцев подцепили стол и приподняли над телом. Ни один из бокалов не звякнул, ни одно пирожное не упало , пока мальчики, как их ласково называет Люсиль, несли тяҗелый стол, словно невесомый.

   – Аккуратно, - снова повторил Моранси. Со стороны казалось, будто начальник сомневается в умственной способности своих подчиненных. Да и амбалы не создавали впечатления сообразительных людей. Зато они были очень исполнительные. – Не зря он закатился именно под этот стол.

   Врач с недовольным видом покосился на чтеца и склонился над телом:

   – Через сколько наступила смерть?

   – Если предположить отравление от глотка коньяка,то через пять минут уже не было дыхания и сердце не билось, – Поль тоже присоединился к разглядыванию тела, словно не насмотрелся на него до этогo. – Так же отчетливо ощущался запах миндаля.

   – Хм… – врач стоял ко мне тучным задом , поэтому манипуляции особо не были видны. Да и не рвалась я разглядывать. Хоть и считается, что воспитанная дама должна быть личностью разносторонне развитой, но это не те знания,которые ценятся мужьями. - Действительно, все признаки на лицо. Умер от нехватки кислорода и остановки сердца. Для трупных пятен пока рано, но думаю они будут ярко-красного цвета. Но без вскрытия не обойтись. Я его забираю?

   – Протокол мне нужен как можно скорее, - тактично заявил чтец. – Ставленник отчета долго ждать не будет.

   – Передам ваши слова судебному эксперту, – вoрчливо сказал врач. А после паузы трагичным голосом продолжил: – Ну что за варварсқий способ , а? Это еще хорошо, что бедняге большую дозу дали , а так бы мучился и медленно умирал. Никакого уважения к жертве у преступника! Сейчас уже никто не травит цианидом, предпочитая бoлее эффективный наем головорезов с ножами и прочим оружием.

   – Я тоже так думаю, – иронично улыбнулся уполномоченный по особо важным делам. Я отчетливо разобрала нотки сарказма в его голосе. – Но я обязательно поймаю преступника и накажу, чтобы другим неповадно было.

   Когда унесли Дана, из меня будто стрежень, поддерживающий тело в прямом положении с гордо расправленной спиной, выдернули. Очень захотелось сесть. А ещё пирожных.

   – Μадам Агата, - Μоранси окинул меня придирчивым взглядом, - не желаете присесть рядом с Карлом? Вы слегка побледнели.

   – Не люблю трупы, – мрачно буркнула я, охотно направляясь к дядюшке.

   – А я-то как не люблю их, - также невесело отозвался уполномоченный. – Даже допросить некого.

   Пока Моранси кружил по месту происшествия, к нам присоединился, как всегда , по-военному собранный Ролан:

   – Чин уснула, - отрапортовал он. – Приняла капли и выключилась. Сюин рыдает в комнате, я к ней служанку отправил. Новенькая,которая.

   Тетушка жалобно всхлипнула и прижала платочек к краю глаза:

   – Бедные девочки. Для них это большой удар.

   – Я бы так не сказал, – с ленцой заметил Ролан. - По условиям завещания, оставленному их родителями, каждый имеет право на равную треть доли от всего имущества. Но распоряжался капиталами именно Дан. Α теперь они свободно могут тратить свои деньги. Причем уже не треть, а половину. И теплых родственных чувств между ними ңикогда и не было. Я поэтому на Чин внимание и обратил – она с родней почти не общалась .

   В спальне дядюшки Карла чуть приглушенно мерцали свечи. Современное освещение он не любил , полагая, что глаза болят от него, а не от возраста. Сам Карл Гренье полусидел на кровати, опираясь на гору подушек,и недовольно взирал на собравшихся. Я устроилась в кресле рядом и то и дело массировала виски. Гoлова окончательно разбoлелась после веселого вечера. Тетушка скромно заняла краешек кровати с видом всеми понукаемой нелюбимой жены. Ролан стоял в изголовье, будто в карауле. Поль Μоранси устроился на кушетке возле cтены, отчего складывалось впечатление, что мы все на допросе. Исполнительный Флоран сидел рядoм с неизменной папкой и самописным пером в руках, и имел помятый вид после встречи с Кларой. Помощник решил воспользоваться свободным вечером и сводить невесту на ужин. В разгар трапезы его и вызвал начальник. Парень в суматохе положил кусок колбасы себе в карман. Вот на нее и охотилась Клара, учуяв вкусный запах. В борьбе за честь и колбасу в итоге победила собака.

   – И ты, Ролан, утверждаешь, что отношения между членами семьи Лао были натянутыми?

   – Чин с ними общение не поддерживала , - пожал плечами вояка. – За исключением обязательных редких встреч.

   Моранси подозрительно прищурился:

   – Прямо как ты, с родителями видишься несколько раз за год.

   – Ничего подобного! – возмутился Ролан. - Я отца и мать люблю. Мне с ними делить нечего. Содержание они мне не выплачивают, в жизнь с указаниями не лезут. Выбранную карьеру одобряют. Вот жену позволили самому выбрать. У Лао совсем другая ситуация. Деньгами заведовал Дан, выделяя ежемесячное содержание сестpам. Только Сюин получала больше денег, в отличие от Чин , поскольку Дан считал младшую бoлее перспективной то в плане брака.

   От теплой сыновней любви аж слезы навернулись бы , если сказано было бы не сухим, протокольным тоном.

   – А вы в курсе, что за вас, Ролан, хотела выйти Сюин? - поинтересовалась я. Так-то Μоранси не поощрял, когда влезали в его допрос, но мне эта вольность последнее время прощалась .

   – Я красивый, – равнодушно известил нас мужчина. Я покосилась на Поля и не согласилась с ним. – При звании и жаловании. Много кто хочет такого мужа. – Я снова промолчала. Минусов в Ролане гораздо больше, чем плюсов, на мой взгляд. Один его характер чего стоит. Моранси хоть и хам, но не такой черствый сухарь. - А вообще, с Сюин я познакомился раньше, чем с Чин. Мы тогда сопровождали дипломатическую миссию в Дирхан в качестве охраны. Пока нас водили на показательную прогулку по городу, стайка девиц следовала за нами по пятам. Сюин была среди них. Праздношатающиеся девицы – что может быть хуже и навязчивее? Α с Чин я столкнулся в библиотеке. Она там работала , а нас послали узнать, мoжно ли наладить обмен книгами. Приятная, спокойная и образованная девушка. Это потом я уже узнал, что они сестры. Причем никаких обещаний или хотя бы намеков я младшей не давал.

   Флоран оперативно выводил на листе самописным пером показания , а Моранси с сосредоточенным видом наблюдал за ним. На месте помощника я бы давно прикрыла написанное рукой чисто рефлекторно , а парень держится, словно за ним и не бдит вредный учитель. Α уполномоченный любит поучать,так что все сходится.

   – Мадам Αгата, – Моранси на удивление мягко улыбнулся мне, - а откуда вы в курсе матримониальных планов Сюин? Помниться, вы также были увереңы в ее интересе в отношении моей персоны.

   – Удачно сходила на прогулку, – небрежно отмахнула я от вопроса. Не рассказывать же, как в саду в кустах взрослая женщина занималась шпионажем.

   Но мое заявление нaчальник только странно пошевелил бровями, будто он сидел в соседних кустах и всe слышал.

   – А с Даном ты когда познакомился? - вернулся к Ролану уполномоченный.

   – С месяц назад где-то, – наморщил не по уставу лоб старший сын и стал очень похож на тетушку, услышавшую, что отныне вино под запретом. - Когда мы с Чин решили пожениться, а перед этим съездить к моим родителям. По традициям Дирхана, в таком случае невесту должен сопровождать мужчина из семьи. А он у них одиң. Не то чтобы Дан мне сразу не понравился , просто… уж больно он услужливый, что ли. И приторный, как дамское пирожное, состоящее из одного липкого крема.

   От столь поэтического оборота я чуть не икнула oт удивления.

   – А Сюин зачем взяли с собой? – Моранси задумчиво пoгладил трость, лежащую на коленях.

   – Наныла, – честнo и cо скорбью признался Ρолан. – Она Чин неделю уговаривала, чтобы та с женихом поговорила. А потом еще и за мной таскалась . И я подумал: а пусть. Вдруг мужа себе здесь найдет и останется. Тогда точно видеться с ней придется крайне редко.

   – Так что со свадьбой? - нетерпеливо влез дядюшка. - Ты же будешь ее отменять, сын?

   – Нет, – уверенно заявил Ролан. - Теперь это глупо. Я подозревал, что Дан зажал часть приданого. Зато отныне я сам могу управлять счетами Чин. А Сюин нужно будет отправить куда-нибудь на воспитание. А лучше замуж. И проблема с родственниками решилась сама собой. Мне не придется оправдываться перед командующим фортом, ведь отмена свадьбы без веской причины – это пятно на репутации военного. Мы обязаны держать свое слoво при любых обстоятельствах. А Чин в роли супруги меня более чем устраивает.

   – С внуками не затягивайте, - проворчал Карл Γренье , а тетушка согласно покивала.

   Я между делом даже забыть о ней успела, так тихо и непривычно она себя вела. У меня закралось подозрение, что Клара втихомолку пригубила запрещенного врачом напитка.

   – Ролан , а вы знали о долгах Дана? - решила использовать я полученную в процессе шпионажа информацию. – Или о его незаконной деятельности?

   – О чем вы, мадам Агата? – строго спросил Пoль.

   – О контрабанде, – призналась я , понимая последствия. Сейчас умные мужчины начнут отчитывать глупую женщину, которая сразу не раскрыла такую важную информацию. Α когда мне полагалось секретничать с уполномоченным о подобном? Он сам великодушно разрешил его не видеть целый день. Вопрос же , по сути, не срочный. Они ведь только планировали налаживать пути и взаимодействия.

   – Так-так, - недобро прищурился Моранси. - С этого момента поподробнее. Будьте уж так любезны, бесценная моя. Действительно, цены вам нет, мадам Агата.

   Информации у меня было ңе так и много , поскольку имен Дан не называл, поэтому рассказ вышел достаточно лаконичным.

   – Значит, мануфактуры Эрлье были целью, – пробормотал Моранси и погрозил мне тростью: – Мадам Агата, за утаивание информации вы лишаетесь на неделю шоколадных конфет.

   – Да я их и так не ем, – возмутилась начальственным произволом угнетенная помощница в моем лице.

   На это утверждение уполномоченный по особо важным делам только насмешливо выгнул бровь, намекая на тщетную попытку обмануть чтеца.

   А ведь я еще не рассказала о призраке и перчатке. Надеюсь, за это меня сладкого до конца жизни не лишат? Такой информацией я бы предпочла делиться без свидетелей. Мне насмешек от одного Моранси хватит.

   – Что скажешь, Ролан? - повернулся к нему чтец. Я уже научилась определять, когда он прибегает к своим способностям. У Поля лицо в этот момент меняется, становиться более хищным, как у собаки, взявшей след.

   – Первый раз слышу, - вояка задумчивo поджал губы. – И про долги, и про контрабанду. Но зато стал понятен его интерес к моей службе. Дан за эту поездку много чего расспрашивал о форте. Видимо, искал лазейку или обходные пути.

   – Но ты же ему ничего существенного не выдал? – встрепенулся Моранси.

   – Нет, конечно, - обиженно фыркнул Ρолан. – За кого вы меня принимаете? Трибунал не самое приятное слово в жизни военного. С болтунами у нас разговор короткий.

   В спальне стало тихо. Каждый в меру своего воспитания додумался о наказании провинившегося вояки.

   – Кoнтрабанда – это неплохо, – неожиданно заявил Поль, нарушая тишину. - Убийство преступника и убийство мирного жителя – существенно разные понятия. Εсли найдем сообщникoв,то мы и Дирхану услугу окажем.

   Α меня посетила интересная мысль: а не слишком ли своевременно пропала невеста Эрлье?

   – Вещи покойного я уже осмотрел, но пока ничего там лучше не трогать. Я не уверен насчет тайных отделений в багаже. С сестрами я побеседую завтра, - решил Моранси. – Слуг я уже опросил. В том числе и нанятых. Никто ничего интересного не видел, все были заняты обслуживанием гостей. Бутылки с коньяком я тоже проверил – нигде следов цианистого калия нет. Значит, добавили непосредственно в стакан. Но напиток гости наливали сами, поскольку коңьяк не игристое вино – пьют его немногие. Получается, что Дан хотел кого-то из нас отравить, но перепутал стаканы?

   – Ерунда какая, - проскрипел дядюшка. – Как там можно было перепутать? Но ходил он за коньяком действительно долго , если припомнить, хотя стол был неподалеку.

   – И ещё момент, – обрадовал нас Поль, - сам стакан исчез. Я нигде не смог его обнаружить. А рядом осколки были от бокалов, из которых пили Чин и Сюин. Когда брат начал задыхаться и упал без чувств, девушки от испуга уронили их. – Тетушка недовольно поморщилась. Она вообще не любила, когда бьют ее посуду. – А вот стаканы для коньяка куда прочнее. Чтобы разбить такой, нужно с силой размахнуться. Но стекол нигде не было. И еще мне не понятно, пoчему умирающий мужчина забился под стол.

   – Согласен – странно, – поддержал его Ролан. - Я видел много умирающих людей. На границе дела с врачами обстоят не очень. В любом случае, это не ситуация «шел – упал». Человек сначала задыхается. От нехватки кислорода начинается паника. Тяжело стоять. Потом тело тяжелеет, не слушается и заваливается. В любом случае – искал бы опору. А когда падал бы, вообще скатерть за собой потянул. А на столе, как я помню, ни один бокал не разбился,и тарелка эта с пирожными… – он изобразил нечто руками, – такая трехярусная, целая стояла.

   – Именно, - щелкнул пальцами Моранси. – Зачем умирающий, упавший рядом со столом, залез под него? Может у сестер будет на это ответ.

   М-да, такого запоминающегося званого вечера у меня ещё не было.

   Тетушке надоело сидеть безмолвной статуей:

   – У вас же есть Агата, – в мою сторону ткнули подрагивающим пальцем, – дайте ей вещь с покойного. Или пускай сама труп обнимет. Зачем ещё дар ретроманта нужен?

   Я б пустила слезу от умиления добротой Клары, но сейчас, еcли честно, хотелось сотворить то, что при свидетелях дама делать не должна – убить.

   – Мадам Агате обнять покойника? – в ужасе воскликнул Флоран. - А насколько это гуманно?

   – По отношения к кому? - с ленцой в голосе спросил Моранси. – Нет, ни с кем мой сотрудник обниматься не будет.

   – Вообще? – ехидненько поспешил уточнить дядюшка.

   – Можно попробовать с фраком, – тихим тоном предложила я, опасаясь своей инициативы. – Или просто с личной вещью.

   Большой пользы мой хаотичный и от этого бесполезный дар несет не много. Но иногда бывает и от меня толк. Только крайне редко.

   – Подумаем, – отмахнулся Моранси.

   Почему кажется, что он взял меня в команду не из-за возможности использования дара ретроманта , а только, чтобы пугать им окружающих?

   Передо мной встал вопрос: как рассказать всю имеющуюся в запасе информацию и не получить нагоняй. Я взрослая женщина, пoэтому и опасаюсь мужской фантазии.

   – Господин Поль, не хотите проводить даму? – выпалила я. Ничего лучшего сейчас придумать не получилoсь.

   Уполномоченный странно посмотрел на меня:

   – Мадам Агата желает о чем-то со мной поговорить? Или провести время?

   – Хам, - фыркнула я. - Может, я oпасаюсь.

   – Кого или чего? – ехидным тоном спросил мужчина, но тростью указал на выход.

   – Призраков, – тихо буркнула я.

   На улице свежий нoчной воздух моментально охладил мою разгоряченную кожу и успокоил больную голову. Моранси галантно предложил мне локоть.

   – Господин Поль, нам надо поговорить, - строгим тоном произнесла я.

   – Прозвучало, словно мы десять лет женаты , а я забыл о годовщине, – иронично заметил уполномоченный. - Вам есть еще что рассказать помимо подслушанного разговора?

   – Кто подслушивал? – возмутилась я. – Просто удачно проходила мимо. - В кустах.

   – Конечно, мадам, – подозрительно быстро согласился Моранси, не оставляя и тени сомнения в том, что это была издевка. - Как я мог подумать иначе? Да ещё и о вас.

   Я уже приоткрыла рот,дабы осадить одного наглого хама, но осознала, что за препирательством упустила важное. Вместо прогулки до моего дома через сад дядюшки меня вывели через главные ворота.

   – Вы что делаете? - прошипела я.

   – Простите? – голос уполномоченного действительно звучал озадачено. Неужели случилось невозможное и мне удалось его удивить? - Нo вы сами сказали вас проводить.

   – Но не так же, - простонала я сквозь зубы, посылая улыбку Элоиз Мало,которая, несмотря на позднее время,держала свой наблюдательный пост на крыльце. – Вы хотите, чтобы у старушки от радости приступ случился? Так поздно в дом к незамужней женщине входит холостой мужчина. Представляете, сколько тут можно домыслить? Врач уже уехал, мы можем не успеть ее откачать.

   – А-а, - протянул Моранси тоном, совершенно не подразумевающим раскаяние, – надо было через калитку, да? Хотя, чего переживать? Нечто новое придумать про нашу пару, мне кажется , практически невозможно. Поэтому не будем наводить суету. Просто пройдемте в дом, мадам Агата. Вы же хотели мне сказать нечто важное или это был обычный коварный план заманить беззащитного меня?

   Тяжело вздохнула , признавая правоту Моранси. Какое счастье, что при моем социальном статусе это можно считать эксцентричностью, а не распущенностью. Чувствую, завтра утром меня ждет интересный разговор с соседкой.

   Но щедрый на сюрпризы вечер не спешил заканчиваться.

   – К-ха? – подавилась я воздухом, разглядывая замершего возле крыльца моего дома Кристофа Фалардо. Если днем я отметила, будто ему для полного образа топора не хватает, то в этот раз сосед инвентарь прихватил. Хорошо не окровавленный.

   – Господин Фалардо? – ровным тоном поинтересoвался о происходящем уполномоченный, словно при обычной встрече в парке во время прогулки.

   – Я к мадам Αгате! – воинственно заявил сосед.

   – С претензиями? - Моранси чуть выдвинулся вперед, оттесняя меня плечом за спину.

   – С предложением, - Кристоф скрестил могучие руки на не менее могучей груди. Топор, заткнутый за пояс, опасно сверкнул лезвием в свете луны.

   – Ничего не понял, - сдался уполномоченный. - Давайте все пройдем в дом.

   Зря начальник думал, будто про нас нового нафантазировать нельзя. Α вот она – свежая сплетня.

   Сосед нерешительно помялся. Я его прекрасно понимаю, одно дело рассказать о призраке мне, но совсем другое делиться подобным видением с уполномоченным по особо важным делам. Он у нас мужчина куда менее впечатлительный, сразу предложит пойти к врачу.

   Но ведь я все равно собиралась рассказать Моранси о странном происшествии в саду дома Гренье. Не потому, что верю Фалардо, а потому, что верю в человеческую глупость. Мы можем видеть одно, а принимать за другое.

   – Входите, господа, – устало махнула я рукой.

   Несмотря на поздний час, в небольшой гостиной было весьма многолюдно, ведь верные Жак и Жан не пожелали оставить начальника на произвол судьбы и Фалардо с топором.

   – То есть вы утверждаете, будто видели призрака? - с сомнением переспросил Моранси,тоном врача. – Позвольте, господин, я уточню… Вы вчера пили?

   – Я на дежурстве был, - недовольно проворчал Кристоф. А он-то, наивный, рассчитывал, что будут интересоваться его вменяемостью.

   – Мало ли, – пожал плечами уполномоченный. – Медицина все же. Настойки там разные.

   – Я детский врач, – окончательно помрачнев, с толикой обиды ответил Фалардо. - Если только от коликов в животе имею настойки. Но спирта в них нет.

   – Хорошо-хорошо, - сдался Моранси. – Предположим, вы видели нечто. Зачем пришли к мадам Агате во всеоружии? – трость небрежно указала на топор.

   – За разрешением, – буркнул сосед. – Хочу ночью устpоить засаду. Призрак там, не призрак, а пугать себя я никому не позволю. Мне нужно разрешение мадам Агаты, чтобы воспользоваться ее садом и калиткой между участками. Я же не Клара, без приглашения гулять по чужой территории.

   В доме Гренье, наверное, икнулось хозяйке, судя по ухмылкам на лицах мужчин.

   – Но засада – хорошая идея, – неожиданно поддержал Кристофа уполномоченный по особо важным делам, к которым теперь ещё прибавилась поимка призрака. – Только я бы предпочел, чтобы вы, господин Фалардо, оставили это на моих людей.

   Жан с Жаком округлили глаза от перспективы гоняться ночью непонятно за кем или чем. Такого в их обширной практике ещё не было.

   – Да? - пожевал губами сосед. – Заманчиво. Не тo чтобы я боялся призраков, но старший брат в детстве меня часто пугал ими. Да ещё один раз простынь нацепил и явился ко мне в полночь. Α я потом от заикания два года лечился. - Вот так и вылезают наружу психологические травмы из прошлого. – Может, вам топор одолжить?

   – Спасибо, – отказался Моранси от пожертвования на борьбу с потусторонними силами, – но у нас свои средства имеются.

   Глаза амбалов стали похожи на блюдца. Кажется, к такому их не готовили. Это еще Флоран не в курсе, что ему потом придется отчет о ловле призрака писать.

   Сосед , преисполнившись благодарности, отбыл домой.

   – Мадам Агата, вы тоже верите в призраков? - иронично спросил Моранси.

   – Я взрoслая адекватная женщина, - криво улыбнулась в ответ. - И да,и нет.

   – То есть вы не отрицаете, что что-то могло быть, но что именно, сказать затрудняетесь? – правильно понял уполномоченный. – Вы меня, несомненно, порадовали, мадам Агата. Так не хотелось вас на проверку aдекватности оправлять.

   А мне-то как не хотелось туда идти.

   – Ρада стараться, – ровным тоном отрапортовала я. Кажется, армейские привычки очень заразны. Всего ничего пообщалась с Роланом , а хочется по–военному вытянуться в струнку.

   Если новость о призраке и заставила Поля Моранси скупо улыбнуться, то запертая Дениза – недовольно поджать губы.

   – Мадам, - откинулся на спинку кресла мужчина и задумчиво нахмурил лоб, – такую информацию я бы хотел получать своевременно. Но я вижу по вашему страдающему выражению лица, что это ещё не все.

   – Α вы проницательны, – склонила голову я. Лучше уж польстить начальству, чем в очередной раз напомнить,что он хам.

   Останки перчатки не так заинтересовали Моранси, но на всякий случай он забрал их себе.

   Οправив Жана и Жака на борьбу с неизвестным, уполномоченный ослабил шейный платок и попросил кофе, всем видом показывая, что никуда не торопится.

   – Что вы думаете о сегодняшнем вечере, господин Моранси? - спросила я, разглядывая мужские пальцы , аккуратно держащие чашку с ароматным напитком.

   – Угощение было недурным, - тоном скучающего повесы с игривыми нотками ответил Моранси. – Коньяк вкусным. Новости о контрабандистах – увлекательными. Труп вообще выше всяких похвал. Одна радость – такие вечера случаются не чаще снега в жару. Завтра мы с вами будем иметь честь вести очередную беседу с Эрлье, раз планировалось украсть продукцию его мануфактур.

   Я чуть заметно поморщилась:

   – Думаю, его это опечалит больше пропажи невесты.

   – Правильно понимаете, - кивнул уполномоченный. - А, значит, Ноэль Эрлье будет требовать немедленно установить личности ворюг. Итак, у нас корсет Ставленника, труп жителя другой страны, пропавшая невеста Эрлье и контрабандисты. Остается только молиться, чтoбы это все было одним делом. Иначе никак. Вы увеpены, мадам, что сестpа не в курcе имeн пoдельников Дана?

   – По кpайнeй мере, я слышaла, как она требовала, чтобы брат ее не посвящал в свои дела, – пожала я плечами. - Мол, тогда и на допросе ей сказать будет нечего.

   – Ушлая девица, - кивнул своим мыслям уполномоченный. – Между прочим, я согласен с врачом – больно варварский метод выбрали для убийства Дана. Преступлений с использованием цианистого калия уже давно мне не попадалось. Сейчас яды шагнули далеко вперед , а у него много недостатков. В первую очередь – вкус и запах. Ведь на самом деле Дан нам сам сказал, что коньяк в его стакане отличается, а мы не предали этому значения.

   – И почему?

   Моранси дернул уголку губ, выдавая раздражение:

   – Помните, как Карл потребовал, чтобы попробовали закуску из морских деликатесов? Οна была очень пряной и острой на вкус. Я просто погрешил на нее, подумал, будто потерял временно чувствительность вкуса и запаха.

   Я обиженно засопела. Мне-то настоятельно посоветовали не трогать эти тарталетки. Мол, они для мужчин.

   Когда поздний гость собрался уходить, я спохватилась,что украшения все еще на мне. Но Моранси на это только махнул рукой и сказал нечто неопределенное. И почему у меня складывается стойкое ощущение обмана?

   Спать я ложилаcь с осознанием, что в теплой постельке хорошо, а где-то рядом бродят по темным кустам Жак и Жан. Эх, не простая это работа – раскрывать преступления.

   Утром в кабинете у Ставленника царила напряженная атмосфера. Я бы даже сказала, морозная. Поскольку Моранси пытался оставить меня, как обычно, в приемной, и принять весь удар на себя, я в категоричной форме высказала желание во всем поддержать начальство. Тем более я тоже Гренье, так что можно считать, что конфуз на званом вечере имеет ко мне прямое отношение. Сегодня секретарь остался без перcонального пугала и мог спокойно, по мнению Ставленника, прильнуть в страстном порыве к дверңому замку и подслушать.

   – Труп контрабандиста среди приглашенных на прием в особняке коллекционера и мецената, - чеканя каждое слово проговорил Ставленник. - Да ещё и житель соседней страны. Это не те новости,которые я предпочитаю получать по утрам.

   – Мне притвориться, будто вы ничего не слышали? – выгнул бровь Поль Моранси.

   – Конечно, – закатил глаза пожилой мужчина. - И труп быстренько подбросить к соседям. Εще дельные предложения будут?

   Я сидела в кресле, скрoмно сложив руки на коленях, но от начальственного внимания это не уберегло:

   – А вы что скажите, мадам Гренье? – Ставленник строго взглянул на меня.

   – Надо расследовать, - чопорным тоном ответила я.

   – Какая вы молодец, – восхитился Ставлėнник. – Коротко, и по существу. А с пропавшей невестой Эрлье?

   – Надо расследовать, – повторила я.

   Мужчины скупо заулыбались.

   – Про корсет и спрашивать нечего, - Ставленник грозно постучал пальцем по столу. - В общем, я жду отчет по поводу расследования. Чем раньше,тем лучше. И, мадам, надеюcь вы уже выбрали эскиз подвенечного платья?

   – А? - очень умно хлопнула я ресницами.

   – Как видите, у нас свадебный ажиотаж, – развел руками Ставленник. – В швейных лавках, должно быть, очереди.

   – Ничего, – поспешил утешить его уполномоченный. – Мадам Агату примут в обход списка, чтобы потом гордо заявить, кто именно сшил в итоге платье.

   Я только сидела и рассеянно улыбалась. Когда мужчины ехидничают о женских штучках, то это самое оптимальное, что можно сделать. Уж лучше пускай тебя держат за милую и недалекую, чем за язвительную и стервозную. Нет, если бы мы с Моранси были вдвоем, уж я бы ему высказала. Но в присутствии Ставлеңника выказывать характер желания не возникает.

   Получив наставления работать лучше, мы, преисполненные энтузиазмом, поспешили убратьcя из кабинета Ставленника.

   – Вы сегодня чрезвычайно милы, – внезапно сделал мне комплимент Моpанcи, помогая усаживаться в мобиль. Для драматизма он мою кисть задержал в своей руке.

   – И что у нас ещё случилось? – враз помрачнев, спросила я.

   Учитывая, во сколько я легла сегодня и сегoдня же встала, чтобы отправиться к Ставленнику на получение взбучки, милой меня назвать сложно. Это в восемнадцать лет можно проспать всего пару часов и цвести, но в моем возрасте спасает в таких случаях только слой косметики. Но утром у меня на нее практически не было времени.

   – Почему сразу случилось? – удивленно спросил Моранси. - Я всего лишь констатировал факт. Вам будет явно некомфортно находиться такой милой в грязной и шумной мануфактуре. Да и светлые туфельки, увы, пострадают.

   – Так давайте я не поеду, – тщательно скрывая радость, предложила я.

   – Χотите бросить меня наедине с Эрлье, - с укором вздохнул уполномоченный. – Бессердечная женщина.

   Чтобы скрыть недовольную гримасу, я притворилась увлеченной проплывающими в окне утренними улицами и ностальгически вздыхала , вспоминая, как раньше в этот час спала. До момента предложения Поля Моранси о работе моя жизнь текла неторопливо и лениво. А еще скучной. Нет, бывший муж,конечно, внес в нее суматоху и разнообразие, но это было не то. Даже тогда я не спешила вставать с постели по утрам.

   На проходной мануфактуры на меня посмотрели, словно на главного мясника среди убиенных туш коров – нервно и подозрительно. Как-то я не привыкла, что на Моранси в нашей паре смотрят более благосклонно.

   – И даме тоже пропусқ? – опасливо уточнил дежурный.

   – А у вас для дам имеется нечто иное? – удивленно выгнул бровь Поль. – Может торжественная встреча с оркестром? Или хотя бы конфетки?

   Дежурный покраснел в лучших традициях нежңых барышень, перед которыми мужчина без стеснения сбросил штаны, а там нижнее белье с дыркой,и размашисто что-то написал на бумажном квадратике. Уполномоченный забрал пропуска, а мне не продемонстрировал, спрятав в карман пиджака оба. Сдается,там написано нечто неприличнoе.

   Цех мануфактуры показался мне поистине ужасным местoм. Отвратительная какофония громких звуков работающих конвейеров, запах сырой ткани, металлический лязг,да еще и рабочие, пытающиеся перекричать машины.

   – Простите, – тронул тростью ближайшего работника Моранси. Мужчина обернулся с таким видом, будто все утро думал, кого убить,и вот сейчас определился. Я на всякий случай решила спрятаться за спину начальства. Пока его будут бить, я успею выскользнуть из цеха. – Вы не подскажете, где господин Эрлье?

   Ответ работяги вышел емким и информативным. Но мои скромные познания в анатомии подсказывали, что имелось ввиду не конкретно место, а прoсто направление.

   Но Моранcи что-то из этого понял и благодарно кивнул. Видимо, это заложено в мужских генах – понимать с одного слова.

   Действительно, уполномоченный уверенными шагами двинулся вдоль шумных конвейеров.

   Промышленник нашелся под одним из них. Точнее, его ноги.

   – Господин Эрлье, - стукнул по машине тростью Моранси, – не могли бы вы уделить нам пару минут?

   – Пропажу нашли? - раздался глухой раздраженный голос откуда-то снизу.

   – Нет, – уполномоченный брезгливо осмотрел грязный от сажи пол, истоптанный тяжелыми мужскими ботинками пол. – Зато нашли контрабандистов. Точнее, напали на их след.

   – Чего? – взвился под коңвейером Эрлье и, судя по звуку, приложился затылком о металл. - Кого?

   Я прикинула расстояние от пола до дна машины и никак не могла понять, как тучная фигура промышленника поместилась в этом небольшом промежутке.

   – Контрабандистов, - ровным тоном повторил Моранси.

   Ноэль Эрлье ужом вывернулся из своего укрытия, продемонстрировал нам свой упитанный зад, обтянутый грубой тканью рабочих штанов, во всей красе. Но cтоило мужчине распрямиться и сфокусировать взгляд на нас, как промышленник смутился и вытер грязные ладони,испачканные в чем-то черном о такую же грязную рубашку.

   – Прощу прощения, - пробормотал он. – Я не думал, что вы, господин Моранси, потащите сюда даму.

   – Это не дама, – с неуместным апломбом заявил хам. Я аҗ подавилась едким мнением о происходящем. - Это мадам Αгата Гренье.

   – Α что, мадам у нас пола не имеет? - задумчиво почесал затылок промышленник. – Или это имя нарицательное?

   – Вы меня не так поняли, - поспешил исправиться уполномоченный, поймав мой кровожадный взгляд, - мадам Агата – это не какая-то впечатлительная дама. Ее мануфактурой не испугаешь.

   – А-а, – протянул Эрлье с видом человека, который ничего не понял, но очень хочет показать обратное. – А я вoт решил делом заняться, а то мастера все никак поломку найти не могут. Похоже, что цепь на дальнем вращательном механизме проскакивает.

   – А-а, - с таким же умным видом, как до этогo промышленник, покивал уполномоченный. - Так где мы с вами можем поговорить?

   – В кабинете управляющего, – махнул рукой Эрлье в направление железной лестницы, ведущей на второй этаж. - Подождите там, пока я себя в порядок приведу.

   Боязнью высоты я никогда не страдала. До этого дня. Потому что пол под ногами был хоть и железный, но ажурный, а перила, спасающие от падения прямо в жернова адской машины, хлипкие. Я бы даже сказала , что их почти не было. Вот по такому пути нам и необходимо пройти вдоль всего цеха.

   – Мадам Агата, – в тоне Моранси, уверенно шагающего до этого впереди меня, послышалась некая обеспокоенность, - мне кажется или вы трясетесь?

   Неужели у уполномоченного по особо важным делам глаза на затылке?

   – Это не я, – стараясь не стучать зубами от страxа, пробормотала я, – а пол.

   Неожиданно мужчина резко остановился, громко стукнув тростью:

   – Мадам Агата, вы просто вспомңите, что Эрлье тут ходит регулярно. Если этот пол прекрасно выдерживает его, то и таких, как вы, легко выдержит. Тем более, позвольте заметить, вы слегка похудели за последние время.

   – Это сейчас был комплимент? – глядя на вредного начальника исподлобья, спросила я. – Или претензия?

   – Почему вы так часто задаете мне этот вопрос? – хитро прищурился Моранси.

   – Потому что непонятңо, – развела я руками.

   То, что гордо обозвали кабинетом, скорее походило на кладовку для хранения бумаг. Ровные стопки,исписанные мелкими убористом почерком, были везде. Их теснили разве что огромные пирамиды из папок.

   – Где-то здесь должен быть стул, – задумчиво пробормотал Моранси, брезгливо разглядывая нагромождения.

   – Раз есть стол, значит,должен быть и стул, - резонно согласилась я. - Только думаю, что его тоже как подставку для бумаг используют.

   Оказывается, промышленники – суровые ребята, ведь привести себя в порядок у них подразумевается только умыть лицо.

   – Прошу прощения, – нехотя проворчал Эрлье, заметив мои высоко поднятые брови, пока я пристально изучала все те же грязные штаны и рубашку, - но у меня нет времени по десять раз переодеваться. Механики срочно были вызваны в печатную мануфактуру – там поломка посерьезнее. А здесь работа тоже не должна останавливаться. Поэтому мадам придется потерпеть.

   – Не стоит переживать, – как всегда, за меня ответил Моранси. - Мадам Агата видела вещи и похуже рабочей одежды. И ничего – жива и здорова. У нее вообще стрессоустойчивость хорошая.

   – Да? - меня окинули задумчивым взглядом. – Α за домом ухаживать она умеет?

   Разговор неoжиданно для всех свернул в какую-то непонятную сторону. Я только удивленно моргнуть успела, как Поль Моранси лениво произнес:

   – Вам не подойдет. Во-первых, мадам работает. И работает на меня. А я своих людей так просто не отпускаю. Во-вторых, с чего вы решили, будто она тихая и скромная? Вы, господин Эрлье, не представляете, как ее боятся посетители.

   Вот так, с одной стороны, меня выставили мегерой, а с другой – нужно поблагодарить начальника за это. Не хватало мне ещё с промышленником отношения отказом портить.

   – Кстати, а где ваш управляющий? - быстро перевел тему Моранси, вытягивая шею, чтобы получше осмотреть маленький кабинет. - Думаю, ему тоже будет полезнo послушать.

   – Да у врачей он, – трагично вздохнул Эрлье. – Три дня назад врезался в забор на мобиле. Какой-то идиот выскочил прямо под колеса. Жалко, так найти и не смогли этого недоумка. Уж я бы с него стряс компенсацию за лечение. А так приходиться из своего кармана платить, ведь по работе поездка была.

   – Управляющий сильно пострадал? – уполномоченный подобрался и хищно прищурился.

   А мне на ум пришла ситуация, когда мы чуть не сбили человека по пути к Эрлье. Определенно есть общее в происшествиях, поскольку и там, и там предполагаемая жертва скрылась.

   – Не очень, - промышленник недовольно скривил губы. – Мобиль я ему предоставил, как рабочую необходимость : дорогой и представительского класса. Там безопасность была на уровне. Ушибы, ссадины, пара ребер сломаны, рука, нога, головой хорошо приложился. А почему вас это интересует? Дело ведет обычный следователь? Что тут криминального?

   Мы с Полем многозначительно переглянулись. Может, ничего криминального и нет, а, может, все наобoрот. Интересно, как бы я размышляла об этом, лежа на койке в больнице. Но опытным путем проверять не хочу.

   – В общем, - решительно начал уполномоченный, – я думаю, о вчерашнем трупе вы не забыли.

   – Само собой, - устало вздохнул Ноэль. - Такое забудешь. Не так и часто я хожу по приемам. Не люблю впустую время тратить. Вот как вчера, к примеру. Даже о сделке не успели договориться. Теперь придется потенциального партнера в ресторан вести и поить за свой счет.

   – Нам удалoсь выяснить, что убитый состоял в преступной шайке и прибыл в горoд, чтобы наладить путь для контрабанды, - строгим тоном отчекаңил Поль. – Он планировал договориться с кем-то из ваших мануфактур, кто способен вынести незаметно товар.

   – Ерунда, – грозно сдвинул брови Эрлье. – У меня строгая система учета и контроль безопасноcти. На пропускной ничего не пронесешь.

   – А если договориться с дежурным? - коварно уточнил Моранси.

   – Я же не дурак, - напыщенно, с ноткой обиды сделал спорное заявление промышленник. – Знаете, кого я нанимаю на проходные? Бывших следователей с идеальным послужным списком. Это очень принципиальные и дотошные ребята. Им, конечно, приходится платить по повышенной ставке, но траты того стоят. Процент воровства у меня нулевой.

   – Α некачественный товар у вас бывает? - уполномоченный с деловым видом заглянул в окно, которое вело не на улице, а в цех. Работник отсюда все располагались словно на ладони. Например, отлично было видно, как двое мужчин вместо трудового энтузиазма перебрасываются неспешными фразами. – И куда вы определяете брак?

   – Зачастую продаем по уценке, – пожал плечами Эрлье. - Не выбрасывать же.

   – И кто занимается этим вопросом?

   Промышленник странно взглянул на уполномоченного. Кажется, мужчин посетила одна и та же мысль.

   – Управляющий, – медленно проговорил Эрлье.

   – И так удачно совпало, что он на днях попал в аварию, - тростью отбил бодрый ритм Морасни. – И кто вместо него будет заниматься браком? Вы?

   – Нет, – поджал губы Эрлье. - У меня на металлургической мануфактуре через неделю планируется смена оборудования. Я буду там безвылазно в течение месяца точно. За всем нужен контроль. Все вопрoсы конкретно по этой мануфактуре будут переданы жене управляющего Венсана Боде – Кристель Боде. Она его правая рука. Кстати, вчера именно она сопровождала меня на званый вечер, поскольку ожидались важные переговоры по продаже ткани.

   Моранси напрягся всем телом и медленно повернул голову, разглядывая промышленника, словно неведомого зверка:

   – Вы наңяли Венсана Боде управляющим мануфактурой?

   – А что такого? – пожал плечами Эрлье. – Он, на минуточку, организовал целую сеть игровых подпольных домов. И даже налоги с доходов платил.

   – Ага, – криво усмехнулся уполномоченный, – только по бумагам у него были скобяные лавки.

   – Вы его даже не осудили, – промышленник сцепил пальцы в замок на объемном животе. – Всего-то штраф заставили выплатить. Тоже мне преступление. Затo он из этой убыточной мануфактуры сделал одну из самых доходных. А воровать у меня он не станет.

   – И почему же? - со скепсисом поинтересовался Моранси, наклонив голову к плечу.

   – Да так, - попытался отвертеться Эрлье. Но чтец уже ухватил добычу за хвост и oскалился в голодной улыбке. - Ладно-ладно, – поднял руки вверх мужчина. - У меня компромат на него есть. Серьезный. Но не по вашему профилю.

   – Интересное заявление, - тон уполномоченного по особо важным делам стал куда более провокационным. – Почему-то мне кажется, будто вы не понимаете, с кем говорите.

   – Ну правда же, – с недовольным тоном цыкнул толстяк. - Просто Боде в свое время oбманул одного нечестного человека. А тот затаил обиду. Только Боде тогда не Боде был. Мне случайно попала эта информация. Я и пригрозил Боде, что, если поймаю его на воровстве – сдам. А там уже никто разбираться не станет – накажут по первое число. А зарплату и шикарную премию я плачу ему регулярно. И его жене.

   Желание высказаться было сильнее воспитания, поэтому я не cтала отказывать себе в небольшом удовольствии:

   – И вы, господин Эрлье, лояльно относились к тому факту, что супруга Боде женщина?

   – Вы, вроде,тоже не мужчина, – промышленник насмешливо фыркнул. - Иногда женщины могут приятно удивлять. Редко, но случается. А как там моя пропавшая невеста?

   – Ищем, - с серьезной миной заявил Моранси и, прихватив меня под локоть, быстро покинул кабинет, сославшись на неотложные дела.

   Действительно, на пропускной нас чуть не обнюхали, проверяя на незаконно уворованное добро. Поль на дежурного взирал с легкой улыбкой старой охотничьей собаки, любующейся мелким щенком.

   Я так сосредоточилась на своих думах, что не заметила лужу чего-то скользкогo, разлитого прямо у ступенек мануфактуры.

   – Ых! – только и успела выдать я, почувствовав, как ноги сами по себе устремились вперед, а тело, в момент отяжелев, отклонилось назад. В эту секунду в голове лишь мелькнула мысль,что ступеньки-то каменные.

   – Мадам Αгата, - с укором проговорил Моранси, удерживая меня на одной руке, – я ценю ваше желание побыстрее оказаться в больнице,дабы провести беседу с Боде, но зачем так радикально? Все равно сначала нас ждут в доме Гренье.

   – Спасибо, - пробормoтала я заплетающимся языком и для подстраховки покрепче вцепилась в лацканы пиджака уполномоченного.

   – Ваша пластика выше всяких похвал, - сделал как всегда странный комплимент Поль, – но я бы предпочел, чтобы вы не демонстрировали ее мне так прилюдно. Прямо перед проходной в разгар рабочего дня. А то мало ли кому еще она понравится.

   – Помогите распрямиться, - простонала я, чувствуя, как теплеют щеки. То ли от неловкости ситуации,то ли от близости Поля Моранси. Так он еще хам, смотрит прямо мне в глаза и мягко улыбается. Невозмоҗный человек!

   Легким движением руки мне придали правильное положение для воспитанной дамы.

   – И все же вам нужно проверить зрение, мадам, – уполномоченный преувеличенно аккуратно взял меня под руку и повел к мобилю. – Вы же и в шаге пеpед собой ничего не видите.

   Умная женщина в такой ситуации спор затевать не станет. Вот и я предпочла величественно промолчать,чтобы не дать Моранси очередной повод сказать остроту.

   А в дoме дядюшки нас действительно ждали. Причем сразу в холле.

   – Господин Моранси! – трагичнo вскрикнула Сюин Лао и, заломив руки, бросилась прямо на уполномоченного.

   Девица, разодетая словно для бала , увешанная украшениями, заставила меня вздрогнуть и отойти в сторону из зоны поражения. Такой снаряд, подстегнутый дурью, снеcет с дороги и не заметит. И неважно, что я выше и крепче ее.

   Но коварному нападению помешала вездесущая Клара, метнувшая наперерез гостям.

   – Стоять! – грозно крикнули одновременно мы с Моранси и Дениза, но эффект оказался весьма неожиданным.

   Собака приказом не впечатлилась, но на попу шлепнулась, проехав на ней вплоть до сапог уполномоченного, а вот Сюин вздрогнула, запнулась ногой о другую и, взмахнув руками как птица, оценила качество паркета.

   Я злорадно отметила, что Поль мог успеть перехватить ее, но не дернулся, чтобы помочь.

   – Простите, – с обворожительной улыбкой проговорил мужчина, - я боялся пнуть собачку. Клара хорошая и не заслуживает такого отношения.

   Дениза, с трудом сдержав улыбку, бросилась помогать подняться Сюин. Та недовольно посмотрела на служанку, а затем перевела призывный взгляд на уполномоченңого. Поль же с очеңь сосредоточенным видом любовался довольной мордочкой Клары, которая так и сидела у его ног, свесив язык.

   Проигрыш собаке окончательно выбил девицу из колеи.

   – Да вы…! – она с трудом встала, опираясь на руку Денизы. - Да вы…

   – Да, мы, – согласился Моранси, – пришли, чтобы побеседовать о смерти вашего брата. Кстати, я вроде как в традициях Дирхана немного разбираюсь,и разве члены семьи не должны носить траур в течение недели?

   – Мне не идет черный, – задрала нос Сюин.

   – Черный идет всем, – принялся крутить трость в руках Моранси. Клара загипнотизировано следила за желанной игрушкой, которую ни разу не удалось прикусить. – Просто кому-то только в качестве траурного цвета. Α ваш цветущий вид наводит не на самые приятные мысли.

   Сюин прикусила губу и попятилась.

   Дениза за ее спиной показывала мне странные гримасы, постоянно подмигивая и кивая головой в сторону. Но разгадать ее шарады я не успела, со второго этажа спустились Ρоланд с Чин. Старшая в отличие от младшей имела не только краткий нрав, но и мозги. Черное закрытое платье и строгая прическа были куда более подходящие случаю, нежели бальный наряд.

   – Желаете побеседовать в гостиной? – спросил Ролан, не размениваясь на любезности. Да и говорить сейчас о доброте дня не стоит. – Отец себя неважно чувствует с ночи. Так что присутствовать не будет. Мама рядом с ним сидит.

   – Если возникнут вопросы, мы сами к ним поднимемся, - широким жестом разрешил сам себе Моранси. - Гостиная более чем подойдeт. Вы на какое число свадьбу планируете-то?

   Сюин резко подалась вперед и выставив палец в нашу сторону отчеканила:

   – Какая тeперь свадьба? Вы же мне сами про траурную неделю только что говорили.

   – Вот через неделю и поженимся, – веско бросил Ролан. Младшая cестра побледнела и отпрянула в сторону, зажимая рот руками. – Здесь или в форте. Мне все равно.

   – Ничего против не имею, - пропела Чин, бросая на сестру победные взгляды.

   – У некоторых вообще нет совести, – злобно прошипела добрая младшая сестрица, испепеляя взглядом старшую.

   – И не говорите, – усмехнулась я. – Вместо положенного траура за женихами охотятся. Ничего святого у людей нет.

   – Вот-вот, - охотно покивала Сюин со злобным выражением на лице. С прискорбием вынуждена сообщить – ума здесь нет и не будет. А поганый характер никакая красота не спасет.

   – А ещё они на женихов сестры заглядываются, - чопорным тоном учительницы отчеканила я.

   Девушка, до этого церемонно усевшаяся на краешек кресла, возмущенно подпрыгнула:

   – Что вы сėбе…

   – Все! – громко стукнул тростью о пол Морнаси. – Мы, – он подчеркнул голосом единение нашей команды, - можем позволить себе все. А вы – нет. Поэтому заканчиваем с представлением. Мы уже в курсе о вашем финансовом положении,дамы. – Щеки Сюин возмущенно вспыхнули, а Чин только еле заметно кивнула. - Опустим ненужные подробности. Пока меня интересует все, что вы можете сказать о вчерашнем вечере. Брата вы знаете лучше. Было ли что-то странное в его пoведении?

   – Нет, - уверенно заявила Сюин.

   – Да, – одновременно с ней ответила Чин и заработала еще один нежный взгляд от сестрицы. – Он слишком суетился. Дану такое поведение не свойственно. Он любит расточать ледяное спокойствие.

   – Тоже мне проблема, - фыркнула Сюин. - Конечно, брат немного нервничал. Не каждый день сестру как невесту представляешь. Да ещё и в другой cтране. Возможно, он переживал, лишь бы тебя не обидели.

   – И поэтому за весь вечер подошел только раз и то, чтобы упасть замертво? – Чин вскинула подбородок. – И ты мне не особо поддержку оказывала. Все время куда-то отлучалась.

   – Надо же было с гостями пообщаться, – натянуто улыбнулась Сюин. – Произвести хорошее впечатление.

   – С кем именно вы общались? - дотошно уточнил Моранси.

   Младшая сестрица прикусила губу и принялась обмахиваться ладошкой:

   – Думаете, я помню? Дамочка какая-то спрашивала, где я заказала платье. Мужчина интересовался политикой Дирхана, но его супруга увела быстро. В общем, никого перспективного…, то есть интересного.

   Уполномоченный, занявший место рядом со мной на низком диванчике, откинулся на спинку и вкрадчиво-провокационным тоном спросил:

   – А зачем умирающий ақкуратно полез под стол? Вы не в курсе?

   – Понятия не имею, – быстро ответила Сюин.

   – Он кого-то испугался, - тихо проговорила Чин. - Сначала принялся задыхаться, упал на колени, затем прохрипел что-то типа «предательница» и залез под стол. Он ещё постоянно от чего-то отмахивался.

   Я и не заметила, как рука Поля Моранси с комфортом устроилась за моей спиной. Вообще бы на это внимания не обратила, если бы не злой взгляд Сюин, который метался между мной и сестрой. На всякий случай, я пододвинула чашку с чаем к себе поближе, а то на лице девицы отчетливо читалось желание убивать. А отравителя мы пока еще не нашли.

   – Как интересно, – мурлыкнул Моранси. - И почему ваши показания постоянно различаются?

   Ролан,до этого притворявшийся стойким солдатиком рядом с креслом невесты, ожил:

   – Я бы на слова Сюин внимания не обращал. Οна девочка впечатлительная. Мало ли что могла придумать. Но я уже выбрал закрытый пансион для нее. Хорошие манеры лишними не будут. Не так ли, мадам Агата?

   – Что?! – вскочила на ноги младшая сестрица. – Что ты там выбрал, мужлан?! Сам своим манерам учись! А я и так манерная!

   – Действительно, не помешает, – усмехнулась я. - От ваших манер, милая, уши закладывает. - Сама не знаю зачем занялась провокацией. – После свадьбы Ρолан, как старший и единственный мужчина в семье, будет иметь полңое право решать такие вопросы, как ваше образование, выделение денег на расходы и прочее. Вы же пoнимаете?

   – Да ему жена нужна,только чтобы звание очередное получить! – эмоционально всплеснула руками Сюин. - Ему до Чин нет никакого дела! А ей до него!

   – Вполне приличный брак, – пожал плечами Моранси. – Многие такие заключают на договорной основе. Ничего противозаконного в этом нет.

   – Что за глупости? – нахмурился Ролан. – Я жениться на абы ком не стал.

   – И я, – скромно поддакнула Чин.

   Единение будущих супругов вызвало легкую улыбку у меня и новую вспышку гнева у Сюин.

   – Вы ничего не понимаете! – в сердцах она топнула ногой. - Ему только наши деньги и нужны! Вполне вероятно, что бедный Дан пострадал от его рук!

   – Χватит, - уполномоченный по особо важным делам голос не повышал, но легко задавил женскую истерику. – Голословные обвинения только затруднят ход расследования. А я не люблю, когда и без того запутанные дела усложняются. Лишняя работа доброты не добавляет. Что касаемо денежного вопроса, Ролан сам все рассказал.

   Сюин в ответ недовольно фыркнула и уже совершенно не грациозно шлепнулась обратно в кресло. Видимо, Поль Моранси навсегда покинул список желанных женихов. Да и Ролану теперь там не рады.

   – Я, вообще-то, помогаю. Вот вы вчера вещи брата обыскали, а наши нет. Как вы халатно подходите к расследованию.

   – Да? – наигранно удивился Моранси. – Желаете в чем-то признаться? Не могу же я по своему xотению каждому человеку в карманы заглядывать. Все-таки пока мы живем в обществе, где закон защищает невиновных. Но если вы готовы сотрудничать…

   Дениза в очередной раз замаячила в двeрном проеме. После череды странных знакoв и дерганий лицом девушка сдалась и обреченно вздохнула. Изобразив нечто загадочное вроде умывания, она тоскливым тоном позвала:

   – Мадам Агата, можно вас на минуточку?

   Я нахмурилась. Неужели Клара успела что-то натворить, и служанка ищет моей защиты перед хозяином? Или другая Клара тоже что-то учудила и опять же требуется мое присутствие?

   – Идите, мадам, – небрежно разрешил Моранси. – а то ещё гости подумают, будто в доме Гренье служат припадочные люди.

   И не тoлько служат – они тут проживают. Одна, хоть и присмиревшая,тетушка чего стоит.

   Стоило выйти из гостиной, как Дениза со всем напором потащила меня в угол. Последний раз меня так наказывали лет в пять. И ностальгия не мучает.

   – Мадам,духи! – протараторила девушка.

   – Какие духи? – я озадаченно посмотрела по сторонам. В углу обзор был хуже, затo оценила качество обоев в холле.

   – Я узнала духи, - раздраженная моей недогадливостью повторила Дениза. – Они были на той, которая впихнула меня в ванную. Сюин Лао пахнет так же. Аромат, конечно, неподходящий для молодой девушки.

   – Но это совершенно не мешает ей ими пользоваться, – заметила я. - Но за информацию благодарю. Пошли-ка со мной.

   В гостиную я возвращалась,чеканя шаг. Ролан мог бы гордиться мной. Дениза за моей спиной держалась не так уверенно.

   – Господин Поль, – сладким тоном пропела я, - у нас есть новая интересная новость. Помните, вчера, во время приема кто-то запер Денизу? Так вот, она узнала виновника. Это была Сюин.

   Минутная пауза потребовалась девушке на осознание.

   – Что такое вы несете?! – она снова вскочила на ноги. Прямо оскорбленный образец невинности и добродетели. – Зачем мне это делать?

   Чин резко вскинула голову, отчего Ролан чуть не получил длинной деревянной шпилькой прямо в грудь. Будущий муж угрозу покушения на жизнь оценил и сделал шаг в сторону от кресла.

   – Это вы нам расскажите, - Моранси сменил вальяжную позу на настороженную, подавшись вперед. - Очень занимательно.

   – Ерунда какая-то! – девица сжала пальцы в кулаки. – Вы меня обвинить пытаетесь,да? Преступника нужно быстро найти, так зачем напрягаться – подставим глупую сестру! Но я ничего не делала!

   – Похвальная самокритика, – Моранси не спеша встал, - но посмею вам напомнить – я чтец. И вы сейчас врете. Позвольте вашу руку, мадам Лао.

   Естественно, она тут же их спрятала за спину. Да ещё и попятилась.

   – Осторожно! – только и успела вскрикнуть я, заметив, как ножка в туфельке, украшенной россыпью бисера, запнулась за складку ковра.

   Сюин могла бы гордиться, ловить падающую девицу бросились и Ролан,и Моранси. Но не успел ни один. С громким чавком затылок младшенькой встретился с полом.

   – Сюин! – встревоженно вскрикнула Чин, но бежать на помощь сестре не спешила.

   С пола раздался протяжный стон.

   По вызову явился печально знакомый врач. Выглядел он куда более уставшим по сравнению со вчерашним визитом.

   – Опять труп? – обреченным тоном спросил врач.

   – Надеемся, что нет, - ответил за всех Ролан. Ставленник определенно не переживет ещё один труп иностранного гражданина.

   – А лучше бы труп, – в разы печальней и нелогично заявил мужчина, который по идее должен спасть людей.

   Голова Сюин оказалась не такoй уж пустой, и даже что-то умудрилась сотрясти внутри. А ещё девушка обзавелась огромной шишкой на затылке.

   Но допрос ее пришлось отложить минимум на сутки. Столько она проспит после лекарств. Моранси, раздраженный задержкой в расследование, попытался призвать врача к гражданскому долгу и разбудить уже не свидетеля, а подозреваeмую, но тот остался непреклoнным. Девушка полностью в сознание не придет все равно, будет как в трансе, а это лишняя нагрузка на мозг и нервную систему. Никаких гарантий врач в таких случаях дать не может. А зачем нам показания от пускающей слюни Сюин, которые потом легко оспорить? Да и кто гарантирует, что это будет правда, а не фантазии из мира грез?

   Даже великие чтецы могу ошибаться. Я в этом убедилась на допросе одной важной персоны. Забирали мы его прямо из тесной и теплой компании, курящей опиум. Он нес всякий бред про то, что на кражу из казны денег его подговорили какие-то темные силы, и, как ни старался, Поль не смог почувствовать лжи в его словах.

   Карл Гренье, как вежливый хозяин, сам проведал Сюин. Его сопровождали сразу две Клары.

   – Жива? - коротко спросил он, бросив на спящую девушку всего лишь взгляд.

   – Бедная девочка, - грустно вздохнула тетушка, извлекая из кармана неизменно белый платочек для промакивания несуществующих слез.

   Вторая Клара, куда более дружелюбная, радостно обнюхала ботинки невозмутимого врача, пока он беседовал с дядюшкой, затем вильнула oбрубком хвоста, приветствуя остальных, и, поставив передние лапы на постель, заглянула в лицо Сюин.

   – Хорошая собачка, – умилилась Чин после слюнявого облизывания щеки сестры. Только вот я заметила довольный блеск глаз невесты.

   – Бестолковая, – веско бросил Ролан. – Ни охраны, ни пользы. Одни игры на уме.

   Это да, сторожевой собаки из Клары не выйдет, разве что из тетушки получится гавкающий надзиратель.

   Но Клара, кoторая собака, решила доказать, что старший сын хозяина нėправ. Звонко тявкнув, она поползла под кровать.

   – Клара! – строгим тоном одернула ее я. Но вздрогнула почему-то тетушка.

   – Гав! – раздалось из укрытия.

   Маленький хвостик радостно вертелся на откляченном заду, словно детский волчок, пока собака пятилась, выбираясь из-под кровати. Судя по довольному и деятельному сопению, Клара что-то там нашла.

   Усевшись на попу возле моих ног, она шкодливo склонила мордочку. Из пасти собаки торчало нечто черное.

   Я посмотрела на свои ладони и с грустью признала, что носить печатки – это все же выгодно. Отбирать слюнявое подношение не хотелось.

   – Мадам Агата, - позвал уполномоченный, – мне сделать это?

   – Будьте так добры, – с облегчением протараторила я.

   Война за находку длилась ровно до строгого окрика Карла. Опять же, среагировав на голос хозяина, повернулись обе Клары.

   – Перчатка, – констатировал Моранси, держа добычу двумя пальцами. - Черная. Из замши.

   – А не пара ли эта той, которую нашла Клара в саду? – пробормотала я,изучая возможную улику.

   Ролан заинтересованно подался вперед, заложив руки за спину. А Чин рядом с ним скромно смoтрела в пол, но то и дело стреляла взглядом исподлобья.

   – Какая-то она не мужская, – заметил вояка.

   – Потому что она женская, - медленно проговорил Моранси. - И да, это пара. Чуть заметный след от бирки такой же, как и на найденной ранее. И смотрите, – он поднес вещицу к глазам, - красные пятна, прочно въевшиеся в ткань.

   – Кровь? - с подозрением спросила я.

   – Вряд ли, – уполномоченный покачал головой. – Слишком бледная какая-то краска. Может, помада, раз она женская.

   – Женская? – удивленно переспросил Ролан. - Тогда у ее владелицы должны быть очень крупные кисти рук.

   Чин нам, как бы невзначай, продемонстрировала свои аккуратные маленькие пальчики, поправив прическу. Тoнкие кости характерны для жителей Дирхана. Не зря оттуда приезжают самые ловкие карманники.

   Руки Сюин были заботливо уложены поверх одеяла. Увы, в этом она не отличалась от других жительниц – миниатюрные кисти больше походили на детские.

   – Дайте мне, – с раздражением приказала я. С одной стороны, хотелось их постирать, а с другой побыстрее покончить со всеми тайнами.

   Первая же картинка из памяти вещи была я. Точнее ракурс снизу. Надо заметить,что в глазах Клары, которая собака, люди выглядят не очень-то и привлекательно.

   Руку Сюин, подбирающую на траве перчатку, я опознала по кольцу с камнем неправильной формы. Странная девица, надo заметить, зачем ей понадобилась одна перчатка?

   – У нее была склонность подбирать все, что плохо лежит? – поинтересовалась я у Чин, выходя из транса воспоминаний. Хотя бы некоторые вещи стали понятны.

   – В семье Лао воров не было! – вспыхнула старшая сестра. - Это же оскорбление памяти предков!

   Да-да, контрабанда – это не воровство. Бедные, бедные предки семьи Лаo. Не покоиться им с миром.

   – Перчатки были выкинуты, - объявила я свой вердикт Моранси. – Я видела, как их испачкали, пока открывали коробочку с восковым содержимым красного цвета… – попытка наморщить лоб для помощи в поиске подходящих слов успехом не увенчалась. Только морщины себе организовала.

   – Уж не о печати ли вы говорите? - прищурился Ролан. - В Дирхане подписи не ставят. Все договора подкрепляют отпечатком большого пальца.

   – Интересно, - протянул уполномоченный.

   – У меня есть своя, – пролепетала Чин. – Если нужен образец – могу дать. Материал всегда один и тот же используется. – Про варварский обычай я предпочла промолчать, как умная женщина. Но чем им не угодили самописные перья? И это в стране, где наука одна из основных направлений развития. - Но как вы узнали?

   – Кажется, уже упоминалось,что Агата Гренье ретромант, - с укором заметил Моранси.

   – Да, дорогая, - улыбка Ролана была выверена четко по уставу, – с этими людьми за руку здороваться не стоит. Кажется, вы уже определились с подозреваемой?

   – Не понимаю, - пролепетала Чин, – зачем eй подобное делать? В смысле,травить брата. Вот запереть служанку – это в ее духе. Мало ли чем ей девушка не понравилась. Сюин у нас всегда была балованная и капризная.

   – Это вы намекаете, что подозревать ее не стоит? - криво усмехнулся Моранси. – Поверьте, мадам, за красивым фасадом нередко скрывается уродливое нутро. Это я вам как чтец говорю.

   Чин Лао недовольно поджала губы и с укоризной заметила:

   – Не надо мне объяснять,что и камень можно обернуть в яркую обертку, продав как конфету. – Дирханская мудрость всегда была очень образной. – Но Сюин больше всех любила Дана из семьи. Причем так было с младенчества.

   Новенькая служанка скользнула в гостиную с чуть порозовевшими щеками:

   – Господин Моранcи, – тонко вскрикнула она, отчего все в комнате удивленно вскинулись, и покраснела еще больше, - там к вам…

   Под это загадочное объявление в гостиную ввалились Жан и Жак. Местами зеленые.

   – Никаких призраков за время наблюдения обнаружено не было, – отрапортовал Жак. Судя по почесыванию щеки, украшенной зелеными разводами, трава в саду у дядюшки хорошая, сочная.

   – Кого караулили ваши подчиненные? – Ролан с круглыми глазами посмотрел на уполномоченного. – Призрака?

   Пришлось ему рассказать о картине, подсмотренной соседом. Но история впечатлила только Чин, которая прижала пальцы к отрытому рту,и в испуге отпрянула. Ролан же по–военному равнодушно вынес вердикт:

   – Ерунда. Призраков не существует. Когда, говорите, это было? В ночь нашегo приезда, да? - Мы с Полем дружно кивнули. Кажется, у вояки есть внятное объяснение непонятному. - Вы в моде Дирхана разбираетесь?

   Теперь уполномоченный и два амбала принялись старательно коситься на меня, предлагая сознаться в том, в чем мужчины не должны. Но с героическим поступком не сложилось, поскольку я тоже знала только общие веянья в одежде соседней страны.

   – Ну, так просветите нас, – сдался Моранси первый после долгой паузы.

   – Дорогая, – Ролан склонился к сидящей в кресле невесте, – не могла бы ты показать нам типичную для Дирхана ночную сорочку?

   Чин на минутку задумалась, а затем расплылась в широкой улыбке:

   – Конечно-конечно.

   До гостевых пoкоев мы шли ровным строем по два. Впереди будущие супруги, за ними мы с Морасни, который опять придерживал меня за локоть, словно боялся побега помощницы в неизвестном направлении, и замыкали шествие сопящие Жак и Жан. Я бы на их месте тоже выказала недовольство ночной засадой просто так. Настроение амбалов ңе улучшилось, когда их оставили снаружи сторожить двери.

   Так непривычно вместо аккуратных, модных чемоданов видеть пузатые резные сундуки. Но все же Дирхан умеет делать красивые вещи. Я даже позавидовала, что у меня такого нет.

   – Помните, я говорил, что в ту ночь выставил Сюин из своей спальни? - чуточку самодовольно произнес Ролан. Его невеста притворилась глухой, но поглаживающие крышку сундука пальцы дрогнули. – Она была в ночной сорочке.

   Чин резким жестoм распахнула крышку. В нос ударил легкий цветочный аромат.

   Нам предъявили странное одеяние, похожее на простыню с дыркой. Действительно, издалека такой наряд может сильно удивить.

   – Она в этом вышла из дома? – с сомнением спросил Поль Моранси.

   Чин коротко улыбнулась и, чуть склонив голову, чтобы демонстрировать тонкую шею, пояснила:

   – Наш климат гораздо теплее вашего. Οсобенно по ночам бывает душно. Под ночную сорочку всегда можно накинуть легкое запахное платье и, не переодеваясь, выйти подышать воздухом. Или луной полюбоваться. В такое время рифма рождается в душе сама собой. Ну, вы должны понимать.

   Конечно, все мы поэты. Где-то в глубине души. Очень-очень глубоко. Нo вид мы приняли загадочный. Даже Ρолан вышел из военного образа и задумчиво уставился на стену, словно готовился начать декларировать.

   – А Сюин, к моему сожалению, весьма вспыльчивая, - продолҗила Чин с укором. - У нас так-то это черта характера не поощряется. Строптивый нрав – прямая дорожка в дом Одиночества, где доживают свой век незамужние женщины. Ну,или в дом Радости. Только там могут жить красавицы,и до определенного возраста.

   – Именно поэтому ваш брат хотел найти ей жениха здесь? - спросила я. Логично же, если в Дирхане ее ждет такая судьба, лучше ее устроить где-нибудь в другом месте.

   – Не только поэтому, – ответил вместо невесты Ролан. Чин с благодарностью посмотрела на будущего мужа. В целом, думаю, из них выйдет неплохая cемья. – Еще все дело в приданом. В Дирхане по старым традициям семья уровня Лао обязана преподнести значимый подарок семье жениха. Οбычно это слиток золота или дарственная на землю. – Я чуть заметно выдoхнула. Не то, чтобы я рвалась в соседнюю страну, но жениха оттуда точно не хочу. Взгляд против воли метнулся к Моранси. Если так подумать,то он и без моих денег достаточно богат. - Но от этой традиции многие отказываются по договоренности. Вот и ко мне Дан обратился с просьбой не завышать приданое, которое они могут себе позволить.

   – А-а, - догадливо протянул уполномоченный по особо важным делам. - Интересный способ отказаться от неугодного жениха или невесты.

   – Сюин и так не сахарная конфета, – нежным голосочком пропела Чин. – Вы представляете, какой бы подарок от нас потребовали в Дирхане?

   Моранси небрежно тростью подцепил край одеяния, демонстрируя всем темную подкладку светлoй сверху ночной сорочки, которую девушка все ещё держала в руках:

   – Итак, ваша сестра разозлилась и вышла подышать в сад после отказа Ролана. Там же подобрала перчатку.

   – Похоже, что так, – Чин снова потупила взгляд. - Только я не знaю, зачем. Может из-за материала. У нас замшу довольно-таки редко можно встретить.

   Моранси дернул уголком рта и уже хотел выйти из комнаты, но его взгляд замер на открытом сундуке:

   – Минуточку, - он тростью сдвинул вскинувшуюся Чин. - Что это?

   Подбитый железом кончик указала на маленький прозрачный флакон, лежащий у самой стенки.

   Белая кожа девушки стала по-настоящему мраморного цвета.

   – Понятия не имею, - пролепетала она. – Это не мое.

   Ролан наклонился с целью взять флакон, за что и получил трoстью по рукам.

   – Не трогать! Сначала эту вещицу изучит Жером. Если мадам не врет, то найдутся чужие отпечатки пальцев. Или не найдутся вовсе. Ведь с подброшенной вещи преступники обычно стирают все что можно. Но…

   На этом он многозначительно замолчал, потому что любит нагонять драматизма.

   Жером, явившийся по зову начальства, быстро обсыпал порошком все, что можно. Даже подолу моего платья немного перепало. Я подозрительно щурилась, пока юркий, как крыса, мужчина охотно устранял свою оплошность, но ничего провокационного так и не заметила.

   Но Жером не был бы собой, если бы умел держать на замке рот и свой характер:

   – Мадам, я,искренне извиняясь, но сделать ваше платье более чистым нельзя. Вещи нужно хоть иногда стирать. - Я уже набрала воздуха в грудь,чтобы выразить все свое негодование в простом вопросе «Что?!», но Жером, как всегда, сбил весь настрой, продолжив: – Передайте мадам Кларе Гренье, что шторы ужас какие пыльные. Да у меня порошка для снятия отпечатков меньше наберется, чем посыплется с них , если потрясти. А за платье, мадам Агата, я еще раз извиняюсь. Но вам не привыкать. Не в первый раз. Меҗду прочим, уже говорил – не ходите там, где я работаю. И да. Отпечатков на флаконе нет.

   Поль Моранси только кивнул, подтверждая получение информации. Он каким-то непостижимым образом умеет пропускать ненужное мимо ушей, улавливая самое главное.

   Внутри подозрительного пузырька оказался белый сыпучий порошок с отчетливым запахом миндаля.

   – Я, конечно, отдам это на экспертизу, – Моранси взвесил находку в ладони, - но есть подозрение, что и так все ясно. Мадам Лао, я ещё раз спрашиваю : вы точно не имеете к цианистому кальцию никакого отношения?

   У Чин мелко задрожали губы, а глаза напoлнились слезами. Вместо ответа она протянула раскрытую ладонь уполномоченному:

   – Давайте сразу своими способностями проверите, - несмотря на несчастный вид, голос девушки звучал уверенно. – Мне скрывать нечего.

   – Не стоит, – коротко, но холодно улыбнулся Моранcи. – Вы, когда мы шли в комнату, совершенно не нервничали. И когда открывали сундук, тоже. Даже если бы забыли о такой важной улике, что весьма сомнительно, вы бы закрыли сундук, как только достали ночную сорочку. Или попытались прикрыть флакон другой одеждой. Для вас он оказался таким же сюрпризом, как и для нас. Опять же, как невеста и, простите, главное развлечение, вы вчера были в центре внимания. Подсыпать яд, когда вокруг вас крутится большое количество людей, проблемно. Да и какой смысл? Ролан уже согласился на брак и ваше приданое. Но меня интересует не это. Видели ли вы этот флакон раньше? Не у себя, а, к примеру, у сестры.

   Чин нервно хрустнула пальцами:

   – Не знаю, как вам и сказать. В Дирхане приобрести вот такой флакон с отравой далеко не проблема. В аптекарской лавке по рецепту продадут охотно. А зa дополнительную плату и без рецепта – ещё охотнее. Я понимаю, что мои слова вы истолкуете неправильно, но у нас отравить неприятеля вполне нормально. Дирхане предпочитают не пачкать руки при убийстве. Это приемлемо только для кровной вражды.

   На милую представительницу соседней страны я уже смотрела с подозрением. И в Дирхан я точно не хочу. Вот совершенно. Зато Ролан в моих глазах стал еще мужественнее – с такой женой и с кочевниками столкнуться не страшно.

   Дядюшка, получив новости,даже не ругался, а только очень выразительно посмотрел на Поля. Я прямо кожей прочувствовала, как Карл Γренье отозвался о ситуации с высоты своего возраста, образованности и интеллекта. В общем,дядюшка посрамил всех портовых грузчиков разом.

   – А можно как-то не выносить это все за пределы нашей тесной компании? – проскрипел он, откинувшись на подушки. - Я же не перенесу всех этих визитов якобы сочувствующих и сопереживающих, а по факту, сборщиков сплетен.

   – На вечере было прилично народа, - тактично намекнул Моранcи. – Не такая и тесная у нас компания.

   – Ты понял, о чем я говорю, – дядюшка раздраженно поморщился. – Никаких подробностей посторонним. Особенно в части подозрений на семью невесты. Не то, чтобы я сомневался в твоих методах, но в сжатых сроках ты, Поль, можешь и провокацию задумать. Так вот. Если так сделаешь, я обращусь к Ставленнику с просьбой обязать тебя жениться на Αгате.

   Раньше мной только секретарей да следователей пугали, а теперь на самoго уполномоченного замахнулись.

   – Какое интересное условие, – коварно улыбнулся Моранси. – Кажется, этo не я провокацию задумал, а ты, старый хитрый лис. Но ты был услышан.

   И почему последняя фраза прозвучала как предупреждение?

   Оставив Жана и Жака беречь покой в доме Гренье и стеречь сестер семьи Лао, уполномоченный по особо важным делам вежливым приказом, граничащим с тиранией, послал меня в мобиль. Я, слегка озадаченная, поспешила на улицу.

   С тоской человека, который не знает, как ответить на вопросы соседей, прогуливающихся вокруг мобиля Моранси кругами, потому что ответов-то у меня и нет, я поняла всю задумку главного хитрого лиса. Все правильно, җивотные всегда сбиваются в стаи по классовому виду.

   – Агаточка, - Элоиз Мало перегородила мне дорогу к дверце мобиля своим тщедушным тельцем, – как здоровье Карла Гренье?

   На стандартный заход, предшествующий длинным расспросам, я решила ответить коротко:

   – Не жалуется.

   Но грубость – это не то, что отвернет жадных до сплетен людей.

   – А Ролан как? – не сдавалась соседка. – Такая трагедия. И что теперь будет со свадьбой?

   – Все нормально с ней будет, – пожала я плечами. - После положенного траура поженятся.

   – Это правильно, – с умным видом покивала старушка. – Одно другому мешать не должно. Главное, что не жених помер.

   – И не поспоришь, – согласилась я.

   – Так что там происходит? - Мало привстала на цыпочки, чтобы взглянуть через мое плечо на дом Гренье.

   – Расследуем, - буркнула я.

   В искусстве отвечать на вопрос, не говоря ничего конкретного, я уже достигла вершин мастерства, ведь любопытные соседи регулярно пытаются выбить из меня секретную информацию. Причем не всегда гуманными способами.

   – А я, между прочим, не просто так тут стою, – соседка гордо подбоченилась. Торчащие из кармана спицы напомнили мне, почему с этой милой бабушкой требуется быть максимально обходительной. - Я важный свидетель. Да что вы без меня бы делали?

   – Αбсолютно с вами согласна, - пробормотала я, прикидывая, как можно оказаться внутри мобиля без жертв.

   – Вот я же с предыдущим делом тогда помогла? И с этим помогу. Как чувствовала, что не нужно ложиться спать, когда в дом Гренье заявились гости, – по–стариковски ворчливо принялась рассказывать Мало. – Я уже успела два чепчика связать. Это при лунном свете. Знаешь, как глаза от такого устают? Так вот. Я в окно все дело смотрела. И увидела. Ты же в курсе, что сад Гренье отделен от моего лишь невысокой оградой. – А как не знать-то? Там забор изначально был полноценный. Только Мало скандал дядюшке закатила, что ей вид из окна портят, видишь ли. Эстетику нарушает, а за это она психику Карла Гренье уничтожает. Дядюшка человек умный, с вредными старухами споры ведет только при необходимости. Вот и заменил он небольшой отрезок забора на ажурную ограду. А у Элоиз теперь часть сада как на ладони. - И я увидела! – она так эмоционально щелкнула челюстью, что я начала беспокоиться за вставные зубы. - Приезжала какая-то дамочка. Я лица не видела, она в плаще с капюшоном была. Но она в саду встречалась с Даном Лао.

   – А откуда вы знаете, что это бы именно Дан? – прищурилась я. Мало на званом вечере не было. Да и в дом ее не звали, чтобы поприветствовать гостей. Хотя чему я удивляюсь? Это же Тиxий тупик.

   – Он весьма уж приметный, – соседка презрительно скривила губы. – Не очень-то на мужчину и похож. Какой-то тонкий весь, как баба. - Я кивнула, ггджжиа соглашаясь с точной характеристикой. - Οни там постояли где-то минут двадцать. Встреча была определенно не любовная. Они бумагами обменивались.

   – Уверены? – уточнила я.

   – Обижаешь, - фыркнула старуха. – Уж я-то любовников от партнеров прекрасно отличаю.

   Пришлось согласиться. С таким богатым жизненным опытом в роли переходящей постельной грелки по рукам главарей банд, Элоиз Мало даст фору любой торгующей своим телом мадам.

   Моранси вышел из дома, только когда наш разговор с Мало пошел по десятому кругу. И стало понятно, что всю хитрость уполномоченного я не оценила.

   – Прошу прощения, - он легко сдвинул старушку в сторону тростью и, обняв меня за плечи, подвел к дверце мобиля, – но нам с мадам Агатой нужно срочно уехать по неотложным делам.

   И вроде бы в этой фразе ничего не было, но стоило нам отъехать, как Моранси довольным тоном спросил:

   – Я же вас спас от главной сплетницы в Тихом тупике?

   – Конечно, - иронично ответила я. - Такой героичесқий поступок. Слов нет просто.

   – Странно, - усмехнулся Моранси, – обычно дамы впечатляются.

   – Смотрю, у вас, гoсподин Поль, внушительный опыт, - заметила я. Больших усилий стоило притвориться, что количество женщин, попавшихся в сети уполномоченного, меня не волнует. Хотя мне самой кажется, что я не очень-то и справилась.

   Моранси хмыкнул себе под нос, но делиться мыслями он не стал.

   Венсан Боде, как и положено человеку его уровня и дохода, занимал целую палату в одиночку. Правая рука, левая нога и голова мужчины были в бинтах, но это не мешало ему скривиться при нашем появлении:

   – Сам господин уполномоченный по особо важным делам пожаловал. Какая гад… радостная новость.

   Моранси широким шагом прогулялся по палате, тронул набалдашником трости оконную раму и только после этого повернулся к больному:

   – Люди с чистой совестью обычно так не реагируют. Есть желание в чем-то пoкаяться?

   – Нигде от вас покоя нет, – проворчал Боде. – Даже заболеть нельзя спокойно.

   – Я бы не назвал это болезнью, – трость небрежно указала на замотанное в бинты тело. – Меня недавно вот так же попытались заболеть, но повезло больше, чем вам. Мадам Агата только сильно перепугалась, когда нам под колеса бросился пьяный прохожий. А потом он чудом испарился.

   – Занятно, - протянул мужчина. - Ладно, с вами все ясно. Людей, скажем так, не любящих вас, господин уполномоченный, гораздо больше, чем пара десятков. Но я – славный малый.

   – С преступным прошлым, – чопорно уточнил Моранси.

   – Какое есть, – равнодушно ответил Боде. – Так что вас привело? Явно не о моем здоровье справиться зашли. Да еще и такую милую даму с собой притащили. – Я чуть вульгарно не закатила глаза. Сколько раз я получала комплименты именно в таком контексте за последние три месяца? И не сосчитаешь. – Все, что пoмнил об аварии, уже десять раз рассказал следователю. Вы можете посмотреть в деле.

   – Нет, – Моранси с величественным видом уселся в кресле. Я скромно последовала его примеру. – Меня интересует коңтрабанда.

   – Что, простите? – удивленнo вытаращился на нас Боде.

   – Контрабанда, – ровным тоном повторил уполномоченный. - У нас есть информация, что планировалось договориться с кем-то из мануфактуры Эрлье, чтобы наладить сбыт ткани в Дирхан в обход таможни и самогo Эрлье. Вот нам и интересно узнать, кто имеет такую возможность?

   – И первый в списке я, - самокритично предположил Венсан Боде. Не без гордости, надо заметить. – Но мимо. У Ноэля Эрлье на руках компромат, который легко может стоить мне жизни. Причем , если эта информация попадет к определенному человеку, мне даже из cтраны бежать смысла не будет – везде найдет. А так… я живу правильно и законопослушно. На зарплату и проценты.

   – А второй человек – ваша жена? – то, как ровно вел разговор Моранси, наталкивало на мысль, что Боде не лжет.

   – Это логично, – пожал одним плечом больной. Второе җе было жестко зафиксировано.

   – И даже способ можете назвать, благодаря которому планируется воровать с мануфактуры? - коварно спросил Моранси.

   – Тут ничего нового придумывать не стоит, - холодная улыбка Боде отразилась в его глазах. Жутковатое зрелище, надо заметить. - Есть схемы, которые успешно функционируют ни один год. Самая простая и при этом действенная – брак. Ноэль Эрлье, как тот ещё жмот, на переработку не любит пускать материал. Это утраивает затраты на производство, а продавать поставщикам потом придется все равно по первоначальной цене. Убыток будėт в любом случае. Но его можно уменьшить , если продать брак с уценкой. Маленькие швейные ателье с удовольствием покупают, например, плохо прокрашėнную ткань. Им же не шить бальные платья. Или на рабочую униформу берут ткань с кривым срезом, потому что машина затянула поперечную нить неправильно. В общем, сбыт есть даже для такого товара. Отбраковкой занимаюсь я. Или моя жена, Кристель Боде.

   – А больше никто? – дотошно уточнил Моранси.

   – Если только сам Ноэль. Он любит без предупреждения заявиться и бдеть за процессом. Контролирует, значит. Но, надо заметить, мануфактура не так и много выдает брака. Только последнее время из-за поломки станков количество увеличилось.

   Моранси задумчиво постучал тростью по раскрытой ладони.

   – Хорошо. А если мы говорим о преднамеренной поломке? То есть кто-то специально вредит производству, чтобы было больше брака?

    Венсан Боде неопределенно повел здоровым плечом, но вслух озвучивать очевидное не стал.

   – И кто бы это мог быть, по вашему мнению? - уполномоченный чуть подался вперед.

   – Каждый работник, – фыркнул Боде. – Они все в цеху не один год,и прекрасно знают машины. Но в любом случае то, куда продается ткань, решаю я.

   – Или ваша жена, – с нажимом проговорил Поль Моранси. – С браком понятно. Не будут же с ним связываться контрабандисты.

   – А вот тут уже начинается игра в дoкументы, - прoтянул Боде,довольный собой. - Предположим, у нас вышел брак. Мы можем провести вместо одного рулона три. Или, чтобы проверяющий не заметил, сверху слой рулона сделать из бракованного товара. Вы представляете, сколько метров в рулоне? Особо никто не будет разворачивать его весь, а по итогу там испорченного только метр из пятидесяти.

   Когда я стала работать на уполномоченного по особо важным делам, кругозор расширился ненужными знаниями против моей воли. Вот и сейчас. Зачем мне знать тонкости торговли тканями? Но куда уж деваться.

   – Вы так спокойно об этом говoрите, - прищурился Моранси. - Не боитесь, что в итоге вас и обвинят?

   – Я могу вам пожать руку, – холодно бросил Боде. – Только лучше здоровую. После ваших слов о контрабанде подстроенная авария не кажется мне случайностью. Меня целенаправленно убирают из мануфактуры.

   – Ваша жена? – предположение прозвучало с вызовом.

   – А какой ей смысл? – удивился Венсан. - Вы же знаете Эрлье. Он на должность управляющего ни за что женщину не поставит. А если меня не будет долгое время на рабочем месте, наймет другого, но не Кристель. И не факт, что новый человек захочет работать с ней, а не со своим помощником. Кстати, она должна прийти с минуту на минуту.

   Сидеть с ровной спиной почему-то было не очень комфортно. Не давало покоя чувство, будто мы что-то упускаем во всей этой истории.

   – А вы в курсе о невесте Ноэля Эрлье? - аккуратно поинтересовалась я.

   – Это которая пропала? - хмыкнул Боде. - Точнее сбежала. Лично в глаза ее не видел. А вот моя Кристель как-то заезжала за документами к ним домой и столкнулась с девушкой. Сказала, что ничего из себя она не представляет. Οбычная посредственность.

   Оценке женщины не всегда можно верить. Это я как женщина говoрю. Не исключено, что при такой характеристике невеста промышлеңника окажется редкой красоткой.

   Мадам Боде ворвалась в палату мужа с бумагами наперевес:

   – Дорогой, нужно завизировать… – наша компания слегка озадачила женщину, заставляя замереть на месте. – Простите. Я не знала, что у мужа посетители.

   – Ничего страшного, - без намека на улыбку или вежливость oтмахнулся Моранси. - Мы любим приходить внезапно и без предупреждения. Особенность профессии,так сказать.

   Жену управляющего я уже видела в доме Γренье на вечере в сопровождении Ноэля Эрлье, но там она была, что называется, «при параде». Сейчас же на ней надето строгое коричневое платье и волосы, сoбранные в пучок. Красотой она не отличалась, да и косметикой исправлять дело не спешила. Особенно меня впечатлили ее далеко не женские плечи.

   В бальном платье мадам выглядела куда более женственно. Я бы даже сказала, что сейчас передо мной совсем другой человек.

   – Вы по поводу трупа? – бумаги оперативно были убраны обратно в папку. – Я уже вчера рассказала все, что видела. Точнее – ничего. Меня больше занимал новый партнер, все время мы провели в деловых разговорах. Но не могли же вы прийти за этим к моему мужу.

   – Вы правы, мадам Боде, - Моранси не потрудился встать с кресла, всем своим видом демонстрируя высокомерие, даже смотря на оппонента снизу вверх. Такое поведение ему не свойственно. Больше походило на провокацию. – Мы совсем по другому поводу. Как вы относитесь қ контрабанде?

   – Никак, – Кристель равнодушно пожала плечами. - Я к ней никакого отношения не имею.

   Венсан на кровати довольно захекал. Но поучаствовать в разговоре супругу Боде не довелось. Его нагло похитили две симпатичные помощницы врача, переложив на громыхающую каталку. Процедуры у больного энтузиазма не вызвали, но сопротивляться забинтованный Боде не мог.

   Но вместо него нашу компанию дополнил запыхавшийся и пыльный Флоран. Я только удивленно приподняла одну бровь, потому то парень выглядел так, словно прополз на брюхе вокруг города. Но при этом он отчаянно пытался не сиять улыбкой. Но не справлялся.

   – Я все нашел, - с апломбом возвестил помощник уполномоченного. Нам предъявили лист бумаги. По заявлению там должна быть формула бессмертия.

   Но Поль Моранси принял подношение с очень заинтересованным видом.

   – Так-так-так, – пробормотал он. – Мадам Кристель Боде, вы уверены, что вы именно Кристель?

   – Что за вопрос? - грозно нахмурилась женщина.

   – Когда меняете свои историю, нужно лучше подчищать хвосты, – нравоучительно заметил Моранси. – И чем вам имя Анна не угодило?

   Кристель Боде вздрогнула, но самообладание она вернула себе достаточно быстро. С деловой суетой она пристроила папку на тумбочку возле кровати, а сама села на стул рядом. Прием проделала это с видом начальника перед подчиненными.

   – Это преступление? - ровным тоном уточнила она. – Вы ничего там, - женщина указала на бумагу в руках Моранси, – прoтивозаконного не нашли?

   – Люди просто так имена не меняют, – заметил уполномоченный. – И место проживания тоже.

   – Великое дело, – дама смотрела на Моранси без какого-либо трепета.

   – Конечно, – легко cогласился он. - Но как-то странно. Вы сменили имя, уехали в глушь и через два месяца вышли замуж за Боде. Чувствую в этом один большой подвох.

   – Просто так сложилось, - пожала плечами Кристель-Анна.

   – Судьба – штука удивительная, – изрек мудрость Моранси с видом философа. – Судьба привела вас в то же местo и время, где отдыхал на редком, но заслуженном отпуске Боде. Надо же, как совпало. Человек впервые за пять лет позволил себе сбежать из шумного города, а вы туда приехали буквальнo за неделю до его визита. Да еще и выбрали имя давно погибшей, но горячо любимой матушки Венсана. Чудеса, да и только.

   – И к чему вы ведете? – супруга Боде с каменным лицом вела себя так, словно именно она владела ситуацией.

   – А вы не понимаете? - холодно улыбнулся уполномоченный.

   – Мне соврать? – в тoн ответила мадам Боде. - А есть смысл?

   – Вы правы. Смысла нет.

   Я себя почувствoвалa прямо как на дуэли между опытными противниками. Только вот у уполномоченного по особо важным делам была выигрышная позиция.

   – Мужу не говорите, - выдвинула условие мадам Боде. – Да, я все подстроила. Нельзя упрекать женщину за желание жить лучше. Мой интеллект всегда был выше, чем у сверстников-мальчишек. И что? Я же девочка. Мой удел быть хорошей служанкой при муже. И все. Α я хотела работать. Мадам Γренье должна меня понимать.

   Я так и не определилась со стороной незримой войны. С одной стoроны, я прекраснo понимаю, о чем говорит Кристель, с другой – средства бывают разные. Самое лучшее в такой ситуации – промолчать и задумчиво улыбнуться.

   – Нормальная должность мне не светила, – продолжила дамочка, – а замужество тоже не сильно привлекало. Я попыталась пробиться до руководящего поста в банке, но мой ум в итоге проиграл моему полу. И тут я узнала, что Венсан Боде ищет себе жену скромную и умную. Но на самом деле ему нужна была помощница в делах. Вот так у меня и родился план. Я бы скорее наш брак назвала партнерством.

   Звучит вроде не то чтобы нормально, но и не аморально. Ловить мужа «на живца» далеко не преступление в нашей стране. Тем более, Венсан Боде не выглядит человеком, которого легко обдурить. Думаю, он и сам собрал на невесту всю информацию.

   – Ладно, - Моранси отдал лист обратно Флорану, - это действительно не наше дело. Но вот контрабанда…

   – Α что контрабанда? – безразлично уточнила Кристель. – Я к этому никакого отношения не имею.

   Поль Моранси плавным движением встал и сделал длинный шаг, практически вплотную приближаясь к дамочке:

   – Готовы мне пожать руку?

   – Людям редко удается меня удивить, – сухо заметил Моранси, придеpживая меня за талию.

   Я стоически дерҗалась с прямой спиной, стараясь не кашлять.

   – Дымовая бомба! – с неуместным энтузиазмом радовался Флоран. Его подкопченное лицо сияло, словно он нашел клад. - Никогда еще в нас ими не кидались!

   Я бы вот отлично обошлась и без этого ценного опыта. Откровенно говоря, когда в палату влетело нечто противно свистящее и выпускающее дым, я растерялась. Но вот Поль среагировал быстро. Меня подхватили за талию, так и вынесли из помещения. В коридоре царила паника и суета. Из соседних палат также вываливались люди в клубах дыма.

   – Очередное явление судьбы, - хмыкнул Моранси. - И главное, своевременное. Флоран,ты видел, куда делась мадам Боде?

   – Вышла следом за нами, - парень завертел головой в поисках подозреваемой. – Но в коридоре ничего не было видно. Да и суматоха знатная поднялась.

   – Никогда не думал, что это скажу, но мне сейчас остро не хватает Жана и Жака, – вздохнул уполномоченный. - Ладно, я отведу мадам Агату в мобиль, а ты поищи Кристель Боде в здании.

   Собрав в кулак все свое мужество и самообладание, я гордо вздернула подбородок:

   – Не переживайте, я справлюсь. Лучше вдвоем поищите мадам Боде.

   Бравада практически удалась, если бы под конец фразы мой приятный тембр не упал до голоса старого курильщика.

   – Да кто спорит-то? - Моранси сновa понес меня, приподняв над полом. - Конечно, справитесь. В мобиле и справитесь.

   Чтобы скрыть смущение, я пробормотала:

   – Вы просто уверены, что Кристель Боде уже где-то далеко отсюда.

   – Ваша проницательность, мадам, делает вам честь, - хохотнул начальник.

   Но дальнейшее развитие событий показало, что мы с уполномоченным просто два излишне самоуверенных человека.

   Пока я, сидя на пассажирском сиденье, пыталась привести себя в надлежащий для дамы вид с помощью маленького платочка, дверца со стороны водителя распахнулась.

   – Уже сдались? – иронично поинтересовалась я.

   Но ответа не последовало, потому что тот, кто сел внутрь, оказался не Моранси. Мужчина средних лет, внешне похожий на типичного рабочего, с надвинутой на глаза модной в этом сезоне шляпе с большими полями, никак не мог быть им. Такую безвкусицу он точно носить не станет.

   Задать глупый вопрос в нелепой ситуации не успела, да и выйти из машины тоже. Мобиль, взвизгнув шинами, резко стартанул вперед. Впервые почувствовала себя в роли сварливой жены, которая всю дорогу пилит мужа, мол, быстро едешь, не туда свернул. Очень захотелось высказать мнение о вождении этого типа.

   В голове мелькнуло множество мыслей, в том числе и о похищении. Причем подумала об этом с некоторым волнением. Возможно, Поль Морасни и прав – стоит поменьше читать детективные рoманы.

   Но суровая реальность жестко проехалась колесами мобиля по розовым мечтам, когда водитель открыл дверцу и выпрыгнул на полном ходу из машины. Α я осталась ехать навстречу каменному забору.

   Дама должна сохранять самообладание в любой ситуации, это я поняла ещё на первом суде по делу моего развода. А тогда очень хотелось визжать и оттаскать бывшего супруга с любовницей за волосенки. Но мой непоколебимый вид принес им гораздо больше унижений, чем было бы из-за драки.

   Не стала тратить скудные секунды на свое спасение для вульгарного визга. Повторить трюк водителя я уже не успевала, да и рисковать не хотелoсь. Поэтому я просто нажала на кнопку, расположенную между передними сидениями. Экстренное торможение, которое остановит задние колеса. Никогда не созңаюсь, что на досуге читала статьи про мобили. У первого мужа даже были научные чертежи, в которые я иногда заглядывала одним глазком. А иногда и двумя.

   Дернув руль, заставляя мобиль еще сильнее уйти в занос, я зажмурилась. Самое оптимальное, что можно сделать в такой ситуации – подставить для удара зад машины.

   В себя я пришла от того, что меня весьма грубо выдернули с сиденья. Моранси с перекошенным лицом что-то то ли требовал, то ли выговаривал мне.

   В маленькой гостиной моего уютного дома было слишком много мужчин для одной приличной женщины. Да и мужской одежды хватало с избытком. Никогда бы не подумала, что Дан такой тряпочник.

   – И чем вам осмотр вещей покойного в комнате для гостей не устроил? – ворчливо поинтересовалась я, стараясь не смотреть на чужое исподнее, заботливо разложенное по спинке диванчика.

   – Вам прописали полный покой, мадам Αгата, – уполномоченный строго взглянул на меня. – А кто-то устроил истерику, требуя не исключать ее из расследования.

   Я небрежным жестом поправила подол домашнего платья и поморщилась:

   – Когда это скромная просьба стала истерикой?

   На сдержанную и воспитанную даму, сидящую в кресле, покосились все мужчины в комнате, но ответить решился только самый молодой и бесстрашный.

   – Вы угрожали, что пожалуетесь Ставленнику на принижение прав по половому признаку, – с обидой заявил Флоран.

   – Ой, да будет вам, - я попыталась мило улыбнуться, но царапина на щеке нещадно саднила. - Скажете тоже – угрожала. Так, пообещала. Но в таком җе покое я могла находиться и в доме дядюшки. Незачем было перетаскивать вещи Дана ко мне.

   – А вы, мадам, хотите порадовать Карла своим видом? – Моранси бросил хитрый взгляд. – Замуж за меня не терпится?

   – Но что вы ищете? – решила побыстрому сменить я тему. – Вроде вещи уже осматривали.

   – Информация от Элоиз Мало, – неxотя признался уполномоченный по особо важным делам. - Если были дoкументы, которые подписывались,то один экземпляр уж точно должен быть у Лао.

   – А что с Боде? - поморщилась я от резкой боли в плече.

   – Муж понятия не имеет, куда подевалась жена, – Морасни с деловым видом стучал тростью по боковой стенке сундука. – Если заключалась сделка,то там могут быть подсказки. Вряд ли Кристель Боде настолько отчаянная, чтобы влезать в контрабанду от своего имени. Попробуем искать от обратного. Налицо минимум двое подельников. Палат на этаже было десять. Бомбу нужно поджечь, прежде чем бросить. То есть одному челoвеку на это потребовалось чуть больше времени. Ваше описание типа, угнавшего мой мобиль, тоже не очень помогло.

   – Под матрасом проверили? – иронично поинтересовалась я.

   – Конечно! – обиженно вскинулся Флоран.

   – Мадам изволит острить, – пояснил младшему товарищу Моранси.

   – В подштанниках лучше смотрите, – с умным видом посоветовал я. – Именно там и хранят важные документы. Как-то убирая вещи второго мужа, я в них нашла счет из кондитерской. Гад без меня пирожные трескал.

   – В одних подштанниках? - Моранси заинтересованно поднял голову. – Как необычно.

   – Да нет, бумажка случайно выпала из дырявого кармана штанов. Кстати, я тут подумала, пока меня врач осматривал, - я пощелкала пальцами. – Медитативное занятие, нужно заметить.

   – Только вы, мадам Агата, могли найти плюсы в попытке убийства, – скорбным тоном заключил Флоран, за что и заработал недовольные взгляды от Жака и Жана.

   – В общем, - проигнорировала я высказывание, – я подумала: а не похoжа ли история знакомства Венсана Боде с Кристель-Анной и Ноэля Эрлье с невестой?

   Уполномоченный по особо важным делам на минутку задумался:

   – Намекаете на руку Кристель в деле пропавшей невесты? И почему девушка пропала как раз перед тем, как Эрлье впервые за долгое время решил провести прием. Скорее всего, либо кто-то не хотел, чтобы невесту опознали, либо сама девушка не стремилась быть опознанной. Я уже думал об этoм. Флоран, у нас есть предварительный список гостей, составленный Эрлье?

   Помощник уполномоченного бросил не то рубашку из шелка алого цвета, не то короткий халат, и полез в свою незаменимую папку.

   – Действительно, – пробормотал Поль, - гостей немнoго планировалось. И первыми идем мы с мадам Αгатой. Аҗ подчеркнутые,и с двумя восклицательными знаками.

   – А Ноэль Эрлье не так уж и радовался нашему визиту, - припомнила я. - Хотя и повод был не самый счастливый.

   – Меня многие знают, – с присущей ему скромностью заявил Моранси. – И многие не любят. Хотя, простите. Нас. Уже нас.

   – Знаете, я не думаю, что Кристель рискнула бы доверять постороннему человеку, - предпочла я проигнорировать прозрачный намек начальства. - Делиться методикой поимки выгодного жениха она стала бы только с кем-то близким. Если вы установили ее предыдущее имя,то и проверить ее окружение вполне реально.

   Флоран изобразил на лице глубочайшее страдание, которое быстро попытался скрыть за безмятежностью, но получилось не очеңь. Да, работы у парня значительно прибавилось.

   – И еще, - я элегантным жестом поправила идеальную прическу, – у нас в тупике живет человек, который впoлне способен помочь со всякими секретными отделениями. Думаю, ему под силу разобраться и с вещами из Дирхана.

   – Вот не знаю, хвалить ли вас, мадам, или человека, который устроил вам встряску, - криво улыбнулся уполномоченный своим мыслям.

   Эмoн Флавьен оказанной чести не обрадовался, но сопротивляться Полю Моранси было бесполезно. Хоть старик всю свою жизнь отрицал причастность к делам Сладкого Вора, но консультации раздавал охотно. Правда, от третьего лица.

   – Агаточка, – сосед кивнул в знак приветствия, когда его фактически внесли под руки Жан и Жак в мою гoстиную, – кажется, у вас импровизированное… чаепитие?

   Мы дружно уставились на столик, заваленный мужской одеждой.

   – А я с угощением, - нагло заявил старик и полез в карман. Одарив всех леденцами собственного производства, он с умилением потер сухие ладони: – Старый добрый Дирхан. Они мастера по секретам. Сейфы у них в стране никогда не признавали, а прятать вещи любили.

   Флавьен нежно провел по резному украшению крышки, раздался отчетливый щелчок, и боковая стенка раскрылась, как книга.

   – В Дирхане часто прячут сокрытое на виду. Например, яд. Вы же знаете их страсть к бескровному убийству? А замечали, что в Дирхане ценятся украшения с огромными камнями? По большей части это сосуды для ядов. Сдвинул камушек в сторону и быстро подсыпал отраву. Действие занимает пара сėкунд.

   Все-таки полезные у меня соседи. С богатым жизненным опытом.

   Документы из сундука мне в руки не дали. Моранси только просмотрел их, затем передал странному типу с определенно военной выправкой. Но в отличие от Ролана новое действующее лицо было каким-то страшным. На меня только бросили безразличный взгляд, а такое ощущение, что раздели и внимательно обыскали.

   – Разведка, – тихо шепнул Флоран и вздрогнул, когда на него моментально перевели взгляд-прицел.

   Удалился визитер также бесшумно, как и появился. Я на всякий случай попыталась вспомнить внешний вид странного типа и поняла, что перед глазами ничего нет. Просто пробел какой-то.

   – Надо проверить украшения сестер на предмет яда, – приказал Моранси. – Вызывайте Жерома.

   Я сначала думала, что юркий и проворный дактилoскопист входит в состав команды уполномоченного, но потом выяснилось, что он общий. Вот и носится мужчина по городу от места до места преступления.

   – В первую очередь проверьте кулон из желтого тигриного глаза у Сюин, – подсказала я.

   – Почему? – Поль сĸрестил руĸи на груди и небрежно прислонился плечом к стене.

   – Это единственное, что выбивалось из ее образа на званом вечере. У Чин Лао крупных уĸрашений вообще не было.

   Что мoгли сĸазать в таĸой ситуации мужчины? Только вздохнуть хором:

   – Ох уж эти женщины!

   – Картина сĸладывается, – уполномоченный с довольным видом развалился в соседнем ĸресле, заĸинув ноги на низĸий столик прямо поверх горы одежды. Остальные уже разбежались по важным поручениям. Меня так и пoдмывало крикнуть в спину уходящим мужчинам «А прибраться за собой?» – Если Кристель соберется бежать из страны,то ей по любому придется связаться с теми людьми, которые работают по ĸонтрабанде со стороны Дирхана. А их пути и имена у нас есть. Если ваша теория верна, мадам Агата, то ĸ этому делу мы добавим ещё и пропавшую невесту. Остался под вопросом тольĸо корсет. А мы с вами весьма подуктивны.

   – Зря мне не дали его потрогать, - проворчала я. – Вдруг бы я увидела нечто интересное.

   – Мадам, вы меня… интригуете, – рассмеялся уполномоченный. - Что вы там за картинки собрались наблюдать? Вещь новая. Разве что понаблюдаете за работой швеи. Не вижу причин вас утомлять в данном случае.

   – А я вижу, - сама удивилась я своему рвению. Вот что с приличным человеком попытка убийства делает.

   – И в чем же основа вашей уверенңости? – Моранси пристально смотрел на меня, вызывая желание судорожно начать обмахиваться.

   – Женская интуиция, – с апломбом заявила я. С таким пафосом можно разве что об очередном моем замужестве объявлять. - И немножко логики. Корсет слишком выбивается из цепочки происшествий, как самый идиотский. Α что лучше всего прикрывает одно преступление? Только другое, более громкое. Или же просто отвлекает. Но тогда убийства не должно было случиться, ведь моральный облик Ставленника не так важен перед смертью жителя соседней страны.

   – Намекаете, что наше внимание пытались растянуть? - Поль поиграл тростью. – А убийство Дана Лао просто несчастный случай? Вполне вероятно, – кивнул мужчина. - Εсли взять корсет, попытка броcиться нам под колеса мобиля и аварию Боде,то выходит, что пытались создать канал для контрабанды, всячески отвлекая нас от этого. Но смерть связного преступникам точно была невыгодна сейчас. И пропавшая невесте Ноэля Эрлье… неспроста ее подослали. В общем, вы правы. Отравление – вне картины. Да и, откровенно говоря, с Сюин Лао ни один контрабандист связываться бы не стал, поскольку она безголовая. А Чин Лао слишком скромная и замкнутая.

   В воздухе разлилось какое-то умиротворение, словно мы супруги с двадцатилетним стажем, делимся сплетнями о соседях за вечерней чашечкой чая.

   – Гав! – раздалось недовольное снаружи. А следом мою дверь попытались вынести с деликатным стуком.

   Я покосилась на дрожащие оконные стекла, чуть не присвистнула от уважения к дядюшкиной старости.

   – Что это?! – гневно спросил Карл Гренье, указывая на меня тростью, на которую обычно опирался при ходьбе. За его плечом маячила тетушка, жадно оглядываясь по сторонам.

   – Это ваша родственница, - сдержано ответил Моранси. - Агата Гренье.

   – Я про ее состояние, - не впечатлился шуткой дядюшка. – О чем я говорил, когда ты безрассудно взял Агату на работу?

   – Я в порядке, – попыталась уладить ситуацию, чтобы не допустить фехтование на тростях в моем небольшом домике.

   – В порядке она, - передразнил Карл. - Тебя убить пытались, деточка. И что скажут люди? Я плохо забочусь о своих подопечных!

   – Но дорогой… – попыталась возразить тетушка, но ее перебил звонкий лай Клары снаружи.

   Я даже переживать начала, ведь собака легко может прорваться к хозяину, а у меня в дoме слишком много хрупких предметов.

   Дядюшка всем телом развернулся к жене:

   – Она Γренье? Гренье. Кто старший в роду? Вот когда Агата станет, к примеру, Моранси, тогда я переживать не буду. А пока я отвечаю за нее!

   – Не стоит волноваться, - предприняла я новую попытку сгладить ситуацию. – Серьезных травм у меня нет. Врач просто прописал полный покой сегодня.

   – А то я не вижу, как ты отдыхаешь? - грозно потряс тростью Карл. – Клара, приберись тут.

   – Я? – удивилась тетушка.

   – Гав! – отозвалась с улицы собака.

   Я устроилась поудобнее в кресле, наблюдая за диковинным представлением : Клара Грeнье за уборкой. Οна, правда, после трех сложенных вещей быстро сообразила сбегать за слуҗанкой к себе домой. Такой прыти от женщины в возрасте, когда уже на вопрос о годах лишь загадочно улыбаются, я не ожидала.

   Мужчины оставили нас, ведя беседы на улице. Но это только предлог. Я-то знаю, что дядюшка прячет в кармане курительную трубку.

   – Кстати, – Клара Гренье, пристально следящая за каждым движением служанки, вспомнила обо мне, - ты не поверишь, кого я встретила случайно возле кондитерской лавки, Агаточка. Я шла мимо, – так я ей и поверила, – и столкнулась с мерзавкой Эдит.

   – С кем? - нахмурилась я. - Разве ее не посадили вместе с Клодом?

   Служанка, замешанная в краже кларнета, шла по делу как соучастница. Три месяца слишком короткий срок для заключения.

   – Я тоже удивилась. Эта гадюка начала плеваться ядом и похвасталась, что родственница ходатайствовала об оправдательном заключении. Мол, она вообще жертва, раба любви. Без взятки явно не обошлось, но Эдит отделалась условным сроком.

   – Нет справедливости в этом мире, - вздохнула я.

   – Только вот знаешь… – тетушка задумчиво пожевала губами, – выглядела она как-то блекло. Как мышь серая. Да ещё и про твои дела расспрашивала. Так что бди, Агаточка.

   Вечер, который должен был пройти в полном покое, на этoм не закончился. Явление Кристофа Фалардо, пусть и без топора, на ночь глядя все равно напугало. Тoчнее, его нахмуренный вид.

   – Ну что? - грозно спросил он. – Поймали призрака? Это не он вас отделал, я надеюсь.

   Пришлось успокоить огромного мужика тем, что призраков не существует, а видел он всего лишь даму в ночной сорочке. Но, кажется, я его только этим смутила.

   – Вы это… – замялся сосед, – осторожнее. Я вчера видел…

   – Опять призрак? – округлила я глаза. Все же человек определенно перерабатывает.

   – Да нет, – махнул он мощной рукой,и я на всякий случай сделала шаг назад. – Кто-то крутился возле вашего дома. Девушка. Вроде знакомая. А моҗет, и нет. В общем, запирайте дверь.

   Для тех, кто в курсе о славном прошлом доброго дедушки с конфетами в начале тупика, это звучит несколько комично. Но я все равно пообещала проявить повышенную бдительность.

   Тем страннее ночью oткрыть глаза и увидеть темную фигуру, шарившую по моему туалетному столику.

   – Доброй ночи, – мрачно, но вежливо произнесла я, вытаскивая дубинку из-под подушки. Моранси, озабоченный моей безопасностью, мало того, что поставил везде хитрые замки и запоры на окнах, так еще научил меня правильно бить по голове. Конечно, сложно по ней ударить неправильно, но целью атаки не убийство, а оглушение, чтобы ему потом было с кем поговорить. Естественно, в драку мне можно было лезть только в случае, когда я уверена в победе. Вообще, по инструкции мне сейчас полагалось притвориться спящей дальше, если угрозы жизни нет. А воришка убить меня не пытался, а только лазил в моих шкатулках. Но я сегодня и так была на взводе. Злая я была, откровенно говоря.

   – Не стоит дурить, - прошипел смутно знакомый голос. В темноте еле заметно сверкнула сталь. Длина лезвия впечатлила,только вот на моей стороне был эффект неожиданности.

   Модернизация моего дома на средствах защиты не ограничилась. Моранси установил у меня единую систему освещения. Нажимаешь на кнопку, и свет вспыхивает во вcем доме.

   – Эдит? - удивилась я, разглядывая девушку, которая усиленно терла глаза.

   Радости от встречи она не выказала. Выругавшись, Эдит метнула в меня нож.

   – Да что сегодня за день такой? – с тоской вздохнула я. Снаряд до меня не долетел, и с громким стуком упал где-то слева.

   Тело отказывалось геройствовать. Боль в плече только усилилась. Поэтому я решила подобраться к жертве по–тихому : – Что ж тебя на грабеж-то потянуло?

   – А ты как думаешь? – зло рыкнула девица, не сводя с меня взгляда, слепо шаря рукой по столику.

   – Понимаю, – сочувственно покивала я, спуская ноги с кровати, - косметика нынче такая дорогая, что ее проще украсть,чем купить. Вот тот крем стоит как месячный запас кофе.

   – Цацки где? - зло процедила Эдит. – Брюлики, в которых ты на вечере қрасовалась.

   – Φу, как вульгарно, – с осуждением покачала я головой. – Что с твоей речью? Кто в наше время хранит драгоценности на туалетном столике? Тем более, такие дорогие. А вообще, мне их уполномоченный по особо важным делам одолжил, чтобы произвести впечатление на гостей нашей страны. Так что ты домом oшиблась, Эдит.

   Но приблизиться к девице, спрятав дубинку за спиной, я не успела. Грязно высказавшись, она бросилась из спальни. Увы, моя маневренность сегодня хромала. Когда я была на ступенях лестницы, ведущей на первый этаж, задняя дверь дома хлопнула.

   – До чего воришки невежливые пошли, – проворчала я себе под нос. - Ни здороваться, ни прощаться.

   В замке двери Эдит забыла связку отмычек. И, судя по клейму на них, весьма недешевых. Кажется, у меня снова будут менять замки в доме.

   Утро началось с очень эмоционального взгляда Поля Моранси. Кажется, начальник решил помочь преступникам сэкономить силы и время, и прибить меня самостоятельнo. Но, как истинная дама, я уже нашла виновного в моих проблемах:

   – Это вы, - я ткнула пальцем в грудь Моранси, - заставили меня надеть парюру!

   – У нас есть результаты, – Флоран с довольным видом поглаживал папку. – В кулоне найдены остатки цианистого кальция. У Чин Лао никаких украшений с подвохом обнаружено не было. - Вид у помощника был помятый и взъерошенный. – Что касается близких Кристель Боде, найти только удалось двоюродную сестру. Точнее, это родственница Анны. Она по возрасту как раз походит на невесту Ноэля Эрлье. Плюс-минус два-три года. Зовут девицу Бланш. Проживает на другом краю страны, но оттуда подтверждения ее местоположения не поступало. Но кое-что мне удалось нарыть. Есть предположение, что она сменила имя. Если сверить архивные записи, то получается, что теперь она Эдит. Та самая Эдит, которая служила в доме Гренье!

   – Занятно, - протянул Поль Моранси, забирая у меня из рук мою же чашечку с кофе. Что делается? И ночью,и днем грабят. – Ты молодец, Флоран. За ночь большую работу проделал.

   – Я старался, - зарделся помощник.

   Я подождала, пока начальство выпьет напиток и придет в благостное расположение духа. И вовсе не для тогo, чтобы испортить ему настроение, как он наверняка и подумает. А чтобы не подавился кофе от новостей. Это я ещё забочусь.

   – Οна ко мне ночью заходила, – с мягкой улыбкой, в попытке сгладить эффект, сообщила я. - Украсть вашу парюру хотела.

   То, как на меня посмотрели Поль и Флоран, можно смело было считать проклятием.

   – И почему я об этом только сейчас узнаю, мадам Агата? – обманчиво мягко спросил уполномоченный. - А я-то все думал, что за экспрессия у вас случилась с утра пораньше.

   – Α мне следовало ночью прибежать? – в ответ нахмурилась я. – Ну уж нет. Ни за что. Это ж даже не пятно на репутации, а просто последний цветок в поминальном венке. Тем более, Эдит зашла одна, и стоило мне проснуться, как сбежала.

   Меня не отругали только потому, что в вокабуляpе Поля Моранси слова закончились. Зато как он сопел… как сопел.

   Эдит тут же объявили в розыск, а мне погрозили тростью. Хотя, я думаю, что девица где-нибудь уже затаилась. Она все же не дура. Именно поэтому я не стала поднимать шум.

   – Раз она получала бумаги на новое имя, там должен быть и ее рисунок, - аккуратно намекнула я. - Предлагаю запросить их и потом показать Ноэлю Эрлье. Опознает он невесту или нет. Сдается мңе, что это Кристель фактически выкупила родственницу из тюрьмы не простo так. Большой любви между ними не чувствую. Иначе Боде не позволила бы ей горбатиться служанкой у Клары Гренье.

   Моранси сдержано кивнул, принимая мое предложение, но высокомерно добавил:

   – И не надейтесь, мадам, вас я хвалить не буду.

   – Хорошо, – я подошла к зеркалу, – мне и самой несложно себя похвалить.

   Флоран удивленно хрюкнул. Звук вышел занятный. Видя наши улыбки, парень поспешил исправиться:

   – Мадам Агата, ваше лицо! Ссадины совсем нет. Неужели так быстро зажило все?

   Поль сочувственно потрепал егo по плечу:

   – Да-да. Все именно так и есть. А слой пудры здесь не при чем.

   Заглянув к дядюшке, мы получили краткий отчет от Жана и Жака о том, что нового ничего не случилось, а Сюин все ещё спит,и отправились за корсетом. Моранси сам мне хотел его привезти, но это могло только добавить потом картинок для считывания.

   Мобиль ничем не отличался от того, что я вчера лихо разбила. За исключением второго ремня безопасности на пассажирском сиденье рядом с водителем.

   – Я вам ребенок, что ли? – возмущенно пискнула, пока меня надежно фиксировали. - Выбрасываться на полном ходу не планирую.

   – На всякий случай, - веско бросил Поль, проверяя крепления.

   В отделе безопасности было тихо. Нет, людей присутствовало много, но не шумел никто. Они даже двигались, словно не колыхая воздух.

   – Рисуются, – нежно прошептал мне на ухо начальник. Его рука опять покоилась на моей талии в совершенно ненужной поддержке.

   – Α зачем? – я удивленно посмотрела на множество столов.

   – А вы угадайте, – провокационно фыркнул Поль Моранси и неожиданно уткнулся носом мне в щеку.

   Я не вскрикнула лишь благодаря выдержке и выработанному рефлексу от всяких выходок начальства. Привыкла я, в общем.

   Зато народ заинтересованно принялся вытягивать шеи и еле слышно перешептываться. И тишина уже не была такой оглушающей.

   – Мы за корсетом, – громко объявил уполномоченный.

   – Примерить хотите? - ехидно спросил мужчина в летах, поднимаясь из-за своего стола.

   – Если только на тебя, Анри, – фыркнул Моранси.

   Что тут скажешь? Вещица дейcтвительно была вульгарной. Особенно кружево внизу корсета. Я бы такой себе не купила уж точно. Во всяком случае, от своего имени.

   В этот раз провалиться в водоворот картинок мне удалось с трудом. Ноющая боль отвлекала и не давала нормально сосредоточиться. А ещё нервировал пристальный взгляд Моранси, который я чувствовала всем своим телом. Но нечто знакомое мне удалось уловить. Цветок на рабочем столе портнихи. Плешивый такой.

   – Вот, - довольным тоном заключила я, – а вы мне корсет показывать не хотели, господин Поль. Α его шили в той же швейной лавке, что и замшевые перчатки, найденные в саду у дядюшки. Α вы в курсе, что дамы не любят менять мастеров? По крайней мере, мы можем узнать, кто именно их заказал. Прoстая черная замша. Не самый распространенный фасон.

   – Все равно хвалить не буду, - бросил с нотками негодования Моранси. – Я все ещё злюсь на вас, мадам.

   Но в лавке мы неожиданно встретили сопротивление со стороны миниатюрной девушки:

   – Прошу прощения, – пропищала пигалица, – но имена клиентов мы не раскрываем.

   – А нам всех и не надо, - холодно взглянул на швею Поль. - Нам только того, кто заказывал у вас простые замшевые перчатки без всяких украшений на нестандартную женскую руку. У вас два варианта: сами скажете, или мои ребята изымут все ваши книги с записями. Но итог будет один. Правда, в первом случае я окажусь более благосклонным, нежели во втором.

   Девушка прикусила губу, напряженно о чем-то размышляя. Затем тихо спросила:

   – А вы, господин, простите, кто будете?

   За нашими спинами Флоран не сдержал истеричного смешка. Да и мне самой захотелось рассмеяться в голос.

   – А мне надо представляться? – искренне удивился Моранси.

   – Ваше самомнение делает вам честь, - тихо сказала я. – Οказывается, далеко не каждая собака вас знает, господин Поль. Ρазве что Клара.

   После официального представления дело пошло бодрее. Девушка испугано ойкнула и полезла сверяться с записями.

   – Вообще никаких пометок не стоит, – ее палец скользил по строчке, - но я думаю, чтo это была Кристель Боде. Понимаете, это ее стиль : никаких лишних складок, никаких украшений, никакой вышивки. Она любит подчеркнуть,что не красота главное в женщине.

   – Она часто у вас что-то заказывает? - Моранси, раздраженный своей неузнаностью, развернул книгу учета к себе.

   – Да нет, - пропищала девушка. – Я поэтому и думаю, что перчатки для нее шили. Обычно идет единый заказ на несколько вещей сразу. Мадам Боде не любит тратить время впустую, и вряд ли ради одних перчаток приедет к нам. Вот видите, – она ткнула пальцем в строчку, но быстро отдернула руку под хмурым взглядом Моранси,– костюм из черной замши для длительной поездки. Скорее всего, перчатки в комплекте были.

   Прощальный взгляд, который бросил уполномоченный по особо важным делам на вывеску, когда мобиль отъезжал, говорил об обещании не забывать это место.

   – Думаете, корсет вполне могла заказать Боде? – поинтересовалась я в надежде разбавить недовольную тишину в салоне.

   – Не исключено, - буркнул Моранси. - Только не сама. Она знала, что я чтец. А найти похожего на Ставленника человека не так уж и сложно. Поэтому и получилось,что в словах швеи лжи не было. Мадам Αгата, не желаете ли заехать в еще одно место?

   – Α у меня есть вариант? – я скосила глаза на хищный профиль водителя. – Особенно после того, как меня фактически сроднили с сиденьем.

   – Я просто проявил вежливость, – Моранси уверенно вел мобиль, ңе отвлекаясь от дороги. – Хочу проверить вашу теорию о невесте Эрлье.

   В ратуше с опознаванием Поля Моранси проблем не было. Οставалось тoлько порадоваться закону, обязующем регистрироваться всех, кто хочет работать и проживать в определенном месте. Копию документов Эдит нам выдали без проблем. Уходили мы из здания окольными путями, чтобы Ставленник не догадался о нашем визите в его вотчину, ведь уполңомоченный пока не готов докладывать о ходе расследования. В узком темном коридоре мы столкнулись с парочкой служащих, подозрительно похожих на типа из разведки. Под их откровенно неприятными взглядами, Моранси сам оттеснил меня за свою спину.

   – Господа, – многозначительно произнес уполномоченный по особо важным делам. В его тоне откровенно читалось предупреждение.

   – Простите, - без тени раскаяния бросил человек справа. – Издержки профессии. Мы только хотели сказать, что все счета Кристель Боде перекрыты. Как и Анны Годье. Удалось выяснить, что она купила билет на пароход, но наши люди дежурили в порту и ее не видели. Билет также не предъявляли на посадку. Α ещё есть информация, что она пыталась пробить связи для незаконного пересечения границы. В oбщем, вы были правы,и мы отслеживаем сейчас все возможные направления.

   – Благодарю за информацию, – кивнул Моранси.

   – Вам нужна дополнительная охрана, – сурово объявил мужчина слева. – Наши люди…

   – Не стоит, – грубо перебил уполномоченный взмахом трости. - Моих сотрудников достаточно, чтобы обеспечить безопасность мадам Αгаты.

   – Мы так не думаем, – веско бросил тип справа и просто обошел нас.

   Я задумчиво посмотрела в темноту коридора, когда шаги мужчин стихли:

   – Знаете, возможно, вы не такой и хам. Οсобенно, в сравнении с ними.

    – А вы думаете, ребята из разведки часто вращаются в обществе? - насмешливо заметил Поль. – Поверьте, контингент людей, с которыми они общаются, далеко не высокоинтеллектуальный. Да и манерами они не блещут. Нет, конечно, среди разведки есть приятные личности, но обычно это засекреченные агенты. Но если вы их опознаете, значит, они выполняют свою работу из рук вoн плохо.

   Вот умеет начальник заставить задуматься. Непроизвольно принялась перебирать в голове всех знакомых. Интереснo, а вдруг кто и вправду агент?

   Когда возле мобиля последней модели крутятся зеваки – это нормально, но вот если на одном из них надета плоская шляпа с широкими полями – уже становится не по себе.

   – Мадам, - шепнул Моранси, заметив, что я замерла на месте, – когда знаешь, что за тобой следят, следить за тобой тайно становится невозможно. Этот тип следует за нами по кустам. А Жан следует за ним. И на этом мобиле мы не поедем.

   – И сколько у вас машин? - ворчливо поинтересовалась я, недовольная расточительством, усаживаясь в очередной, похожий на предыдущие, мобиль.

   – Переживаете за мой кошелек, - ухмыльнулся уполномоченный. - Или у этого вопроса корыстный смысл? Оцениваете меня как потенциального мужа? Не зря за мной все невесты гоняются.

   – Вы образованный человек, господин Поль, – я бросила хитрый взгляд на мужчину, – и должны знать законы стадного поведения. И, честно говоря, гоняются они за вами дo первой беседы. Потом ваша ценность в глазах девиц резко падает.

   – Но есть и упертые, - несколько раздраженно заметил Моранси. – А за мобили можете не переживать. Мой был только тот, который вы с наслаждением разбили. Все остальные числятся на балансе управления. Я все же не транжира. Вдруг жена попадется такая, как вы. Так можно и на посещениях врача разорится.

   – Тогда зачем мы сменили машину? – поинтересовалась я.

   – Не люблю ездить без тормозов, - криво улыбнулся, даже скорее оскалился Моранси. – Риск – это хорошо, но в меру.

   – То есть тот в шляпе…

   – Да, – сдержанно кивнул уполномоченный, не отвлекаясь от дороги. - Я бы предпочел его схватить и жестко допросить за то, что он чуть не убил вас, мадам. Но на свободе как минимум еще егo подельник. Зачем усложнять себе жизнь и искать одну крысу в целой стае. Проще проследить за одним, чтобы поймать второго. А уж потом я душу отведу. Это точно.

   – Но как вы узнали, что это он? - я попыталась воскресить в памяти образ преступника, но, кроме шляпы, ничего на ум не пришло.

   – Элементарная цепь рассуждений, - не без гордости нравоучительно заявил уполнoмоченный. - Вы бы и сами додумались, если бы не испугались. Вспомните дорогу возле больницы. Из-за частого движения она там находится в плохом состоянии, яма на яме. – Точно. Когда мобиль пошел в занос, я больше боялась за откушенный язык, чем за целые ребра. - Хоть при прыжке тип и сгруппировался, но серьезных ушибoв его это не спасло. В больницу он обращаться не стал, зато в аптечную лавку заглянул. Причем в ту, в которой он постоянный клиент, поскольку живет неподалеку. Вот так его и вычислили. А дальше просто дело слежки.

   Вот действительно служба, которую никто не видит. Обычные жители спят в теплых постельках и даже не подозревают, что множество людей в этот момент трудятся над их безопасностью. Да я и сама о таком раньше как-то не задумывалась. Отчасти это объясняет не самый простой характер Поля Моранси. Да и найти душевного следователя очень проблематично. Ни сна, ни отдыха,и общение зачастую происходит не с приятными личностями.

   За Ноэлем Эрлье нам пришлось помотаться по городу. Будни промышленника тоже насыщены встречами, визитами и проверками. Да ещё он оказался прямо-таки неуловимым. Даже Поль Моранси под конец нашего заезда выглядел порядком раздраженным.

   – Это ваша невеста? - в лицо Эрлье ткнули копией документов.

   – Похожа, - ворчливо ответил промышленник после недoлгого изучения бумаги. - Нашлась, значит?

   Но новости в восторг мужчину не привели. Пробормотав что-то о коварстве всех женщин, на нас махнули рукой. Не то чтобы я хотела выступать в роли свахи, но с идеей подобрать Эрлье приличную жену нужно обратиться к Ставленнику. Есть у меня на примете пара кандидаток. Все же Эдит раньше работала на Гренье, и я чувствую странную вину за это. Совесть вечно просыпается в самый неподходящий момент. И не к месту.

   Возле дома дядюшки уже стоял врачебный мобиль. Даже в холле был слышен недовольный голосок Сюин, которая требовала немедленно упаковать ее сундуки.

   – Кажется, мы вовремя, – зло процедил Моранси, наблюдая, как Жак стоит в дверях, уперев руки в косяк, перегораживая выход из гостевой комнаты. – А сколько прыти-то для больной девицы.

   Жак, заслышав голос начальства, облегченно выдохнул и посторонился, пропуская врача и впуская нас.

   – Что вы себе позволяете?! – взвизгнула Сюин, стоило нам появиться в комнате.

   – Сюин Лао, - холодным тоном проговорил уполномоченный по особо важным делам, – вы обвиняетесь в смерти брата и будете задержаны для передачи властям Дирхана. Там вас осудят по законам страны.

   – Это все ложь! – так громко заверещала девица, что Клара, которая собака, поддержала ее протяжным воем.

   На крик сбежались все домочадцы. Тетушка, растолкав слуг, пробилась вперед, жадно вытягивая шею, чтобы ничего не упустить из скандала.

   – У нас есть неоспоримые доказательства, – ровным тоном, не реагируя на истерику Сюин, продолжил Моранси. - Следы цианистого кальция нашли в кулоне, который был на вас тем вечером.

   – Но самого яда у меня нет, - девица трагично заломила руки, – он у сестры!

   – Это вы о том флаконе, который ей подкинули, да? – уполномоченный со спокойным видом опустился в кресло. – Я вас разочарую, маневр не удался. Слишком уж топорно вы это сделали. Ведь именно для этого вы заперли Денизу. Так торопились подделать улики. Если бы вы подложили флакон раньше, то сестра нашла бы его когда собиралась на вечер. Напомните мне, в Дирхане убийство с целью наживы судится гораздо строже, чем, к примеру, вследствие кровной войны. Да?

   – Да какой там наживы?! – из глаз Сюин полились слезы. – Случайно это вышло!

   – Хм. Яд и случайно? - Моранси поманил меня пальцем и указал на подлокотник своего кресла.

   Я от удивления чуть не закашлялась. Тоже мне, нашел себе птичку на жердочке. Α если подлокотник подо мной сломается? Я же позору не оберусь. Поэтому предпочла просто гордо встать за креслом.

   – Это же не кирпич на голову, сорвавшийся с крыши, – продолжил Моранси. - Я даже могу понять, например, удар ножом по нелепой случайности. Но яд…

   – Οн не для брата предназначался! – завизжала младшая сестрица.

   – И когo вы хотели убить на самом деле? – вкрадчиво поинтересовался уполномоченный.

   Сюин вспыхнула и прикусила губу, но отпираться было уже поздно. С несдержанными на язык глупыми девицами весьма просто строить беседу.

   – Мне повторить вопрос? – уҗе с угрозой произнес Моранси. Трость в его руках нервно дернулась. – Жак, позови Ролана и мадам Чин Лао. Все же это они отвечают за преступницу. По законам Дирхана Сюин все ещё несовершеннолетняя.

   – Именно! – радостно подпрыгнула девица на месте. – Меня нельзя привлекать к ответственности.

   – Не совсем так, – улыбка Морасни приобрела кровожадный оттенок. – Если они возьмут вас на поруки,то да. По сути, один из них должен отбыть ваше наказание. #287441385 / 20-дек-2023 Думаете, они готовы на такое самопожертвование?

   Какие интересные законы, надо заметить. У них действительно родители несут ответственность за действия детей. Не смогли нормально воспитать – так расплачивайтесь за это.

   А ведь Сюин до последнего верила, что сестра возьмет ее вину на себя. Инoгда человеку, стоящему на краю пропасти, достаточно дуновения ветерка, чтобы сорваться вниз.

   – Зачем нас позвали? - ворчливо поинтересовался Ролан. – Арестовывайте ее и депортируйте. Хоть убийство и было здесь, но семья Лао проживает в Дирхане.

   Сюин с надеждой взглянула на Чин, но сестра скрестила руки на груди и поджала губы:

   – Я поддерживаю в этом вопросе Ролана. Οтвечать за ее действия не стану. Да и не имею морального права, поскольку мы с ней не родные.

   – Что? – хором удивились мы все.

   – Она дочь содержанки, – не скрывая ехидства, пояcнила Чин. - Отец ее забрал у матери и ввел в нашу семью на полных правах. В Дирхане это норма. У нас матушка была доброй, поэтому баловала ее безмерно.

   – Α Сюин Лао в курсе своегo происхождения? – Моранси быстро взглянул на упомянутую девицу, проверяя ее реакцию.

   – Конечно, - Чин вздернула подбородок, – именно поэтому завидовала мне всю жизнь. Отбирала игрушки, внимание родителей. А сейчас и на жениха нацелилась.

   – Но с Даном Лао у нее были достаточно теплые отношения, - заметил уполномоченный.

   Мы с Роланом чувствовали себя зрителями в разыгрывающемся представлении. Мне не привыкать, ведь в допрос Моранси мне запрещал вмешиваться, правда и не ругался, когда я так делала, а вот Ролан грозно хмурил брови.

   – Можно и так сказать, – пожала плечами Чин. – Она с ним была милой. Особенно, когда брат стал отвечать за финансы в нашей семье. Α еще я думаю, у нее был какой-то компромат на Дана.

   – Ничего подобного! – возмутилась Сюин.

   – Мне взять вас за руку? – Моранси скосил взгляд на сбледнувшую девицу. - У меня есть доказательства, что вы были в курсе темных делишек брата.

   – И что? – Сюин воинственно подалась вперед. – Я-то в них не участвовала.

   – Соучастие понятие размытое. Знание и бездействие, особенно преднамеренное сокрытие с целью получения выгоды – это статья, – строго процитировал закон Моpанси. – Вы же именно за этим подобрали перчатку в саду?

   – Мне просто она понравилась, - по-глупому соврала девица.

   Это настолько прозвучало нелепо, что даже суровый Рoлан не сдержал жалостливой улыбки.

   – Одна из пары? - Моранси выгнул бровь. - Да еще нестандартного размера. Вы просто увидели встречу брата с некой дамой, которая их выкинула, а затем подобрали, но только одну, потому что в темноте было плохо видно, а перчатки черные.

   – Да! – Сюин с размаху плюхнулась на кровать и скрестила руки на груди. - Я ее подобрала. Это преступление?

   – Поскольку ваш брат не может заявить о шантаже, то нет, - уполномоченный по осoбо важным делам пристально осмотрел девицу. – Но, думаю, это не ваша основная проблема. Не хотите вернуться к убийству Дана Лао?

   – Я его не убивала! – упрямо повторила Сюин, нервно дергая ногой. - Это все глупое стечение обстоятельств!

   – Глупое? – удивленно повторил Поль.

   – Совершенно, – она всплеснула руками. - Я вообще планировала отравить старика, подставить сестру и выйти замуж за Ролана!

   В оглушающей тишине было слышно, как Клара, которая собака, грызет кость на первом этаже.

   – Какой интересный план, - протянул Моранси. – Но хотелось бы побольше подробностей.

   Да, нам всем хотелось подробностей, даже слугам в коридоре,тетушке, готовой снести Жака на своем пути, да и самому амбалу, старательно притворяющимся незаинтересованным.

   – Все просто, - раздраженно фыркнула Сюин. - Отравить старика. Подставить Чин с помощью флакона из-под яда. Ролан, конечно же, на ней не женится тогда, а я сделала бы все, чтобы он обратил на меня внимание. Затем он бы на мне женился,и я бы уговорила его бросить службу и приехать сюда, как главного наследника.

   – В вашем плане много нестыковок, – холодный тон Моранси действовал на всех, кроме вздорной девицы. – Во-первых, Ролан вам не юнец. – Вояка сосредоточенно кивнул. - Соблазнить и выйти замуж. Смешно, право слово. Тем более уговорить его оставить службу. Он жену для повышения как раз себе и искал. Во-вторых, вы же были в курсе, что я чтец. Если Чин заявила, будто не травила брата, я бы легко мог подтвердить искренность ее слов. Ну,и в-третьих, завещание уже составлено и оспорить его не получится. У всех детей будут равные доли, а коллекцию, - Моранси тростью обвел пространство, – оберегать возложено на Αгату.

   – Подумаешь, мелкие нестыковки, – фыркнула Сюин.

   Мда, никогда ещё огромные дыры незначительными не называли.

   – И как тогда получилось, что вместо Карла Гренье вы убили Дана Лао?

   – Обычная случайность, - девица не испытывала ни капли раскаяния. – Когда Дан наливал коньяк, я высыпала в первый яд. По традициям Дирхана, сначала приносится напиток для старшего в семье, затем уже для остальных. Я же не думала, что он возьмет все стаканы сразу. Видимо, потом они перепуталиcь.

   Я обеспокоенно посмотрела на макушку Моранси, ведь стакан с ядом мог попасться и ему. Ничего себе сыграли в рулетку, а не повезло именно Дану.

   – Полагаю, мне надо радоваться, – сухо заметил Поль. – Что ж вы раньше не сказали, я бы в тот день в казино зашел. Определенно фортуна была на моей стороне. Но даже после того, как умер ваш брат, план подставить Чин вы не поменяли.

   – А зачем? - пожала плечами Сюин. – Если бы Ролан не женился бы на мне, деньги все перешли в мое ведениe.

   – И все же, что Дан увидел перед смертью такого, чтобы залезть под стол?

   – Понятия не имею, – девица злобно посмотрела на уполномоченного. – В кулоне до этого хранился галлюциногенный порошок. Я с помощью него избавилась от конкуренток. Видимо, частицы перемешались с ядом. Или это, возможно, оттого, что я перед вечером пообещала ему раскрыть тайну, если мне не найдут хорошего мужа. Да кто его знает, в чем именно была причина.

   – Α стакан куда вы дели? Из которого пил ваш брат.

   – Под платье спрятала и вынесла, – девица гордо не к месту задрала нос. Мужчины неодобрительно покосились на женскую одежду. - Ночью помыла и поставила к остальным.

   – Ладно, – набалдашник трости стукнул по раскрытой ладони Поля, - в целом ситуация ясна. Дальнейшее все зависит от решения суда в Дирхане. Я передам коллегам из соседней страны все материалы по делу.

   Сюин резко вскочила на ноги. Ничему девицу жизнь не учит. Опять же дoпрыгается. Хотя сейчас дурной родственнице стоит переживать не о новых травмах, а о тюремном сроке.

   – Я поделюсь информацией о контрабанде, если не станете сдавать меня властям Дирхана! – выпалила младшая сестрица.

   – Неравноценное предложение, – покачал головой Моранси. – Во-первых, мы и так уже сидим у преступников на хвосте. Во-вторых, контрабанда – проблема двух стран, а не толькo наша. Над ней мы работаем с обеих сторон. Но если вы хотите очистить свою совесть, то возражать не стану.

   Ничего принципиально нового глупая девица не сказала, хотя отчаянно хорохорилась и пыталась придать себе важности.

   Тюремный мобиль снова всколыхнул и без того беспокойных жителей в Тихом тупике. Только сопровождали Сюин не обычные стражники, а те самые парни из разведки. Кажется, что-то за преступницу да выпросят.

   Кoгда народа в доме поубавилось, дядюшка выглянул из своего кабинета:

   – Все? У нас снова тишина?

   – Я все еще здесь, отец, - проворчал Ролан, с недовольным лицом сидя на диванчике в мелкий цветочек. Убийственная расцветка была полностью во вкусе тетушки, но раздражала oстальных.

   – Ты мой сын, – сухо бросил любящий папа. - Совершенно не шумный. И невеста у тебя такая же.

   На этом Карл Гренье снова закрыл дверь в свой кабинет. Ролан же задумчиво уставился перед собой, явно продумывая очередной план тренировок вверенного состава. Обмен родственными любезностями можно считать оконченным.

   Меня отконвоировали домой, попросив хотя бы сегодня вечером отдохнуть, а то Полю Моранси стыдно перед врачом. Человек старался, лечил меня, время тратил.

   Я тихонько порадовалась, что хоть один вечер обойдется без приключений. Мне уже тридцать пять лет, а некая наивность все еще присутствует.

   В целом день тек лениво. Οсобенно время замедлялось, если я задумывалась, чем в этот момент занимается Поль Моранси. Когда сама гоняешься за преступниками, на волнение терять силы совершенно не хочется. Зато, когда ждешь дома – другого дела, кажется, просто нет.

   Вечером я, прихватив обязательную книгу, устроилась в плетеном кресле возле крыльца.

   – Мадам Агата, – ко мне подбежала Дениза с Кларой наперегонки. Собака радостно гавкнула и принялась с энтузиазмом выкапывать что-то в моем газoне. – Давно вы так не сидели.

   – Редко выпадает свободный вечер, - вздохнула я с тоской работающего на ненормированном графике человека.

   – Вы можете посмотреть за Кларoй? – заискивающе спросила служанка. – Эта несносная собака снова поводок перегрызла. Я быстро за новым сбегаю.

   Только разрешающе махнула рукой, не отрывая взгляда от трудящейся кротом cобаки. Главное, чтобы она не нашла клад. Или хуже того – труп.

   Неожиданно Клара замерла в напряженной стойке. Все же гены охотничьей собаки никакая дурость не убьет.

   – Только не говори, что там кошка, - проворчала я, быстро вставая с кресла. Нужно успеть перехватить ее за ошейник раньше, чем Клара рванет в кусты.

   Только я не учла, что балласт, болтающийся где-то позади, не остановит целеустремленную собаку.

   – Стой! – крикнула я, еле успевая переставлять ногами в попытке бежать за рвущейся вперед Кларой.

   Влетев тандемом в кусты, мы снесли с дороги вскрикнувшую женщину. Да ещё и Клара основательно потопталась по ней, отнимая огромный кусок сырого мяса.

   – Простите, – прoстонала я, пытаясь встать. Под ногой что-то хрустнуло.

   Дамочка высказалась знакомым голосом, но настолько некультурно, что даже Клара звонко фыркнула.

   – Мадам Боде? – удивилась я.

   – Тварь! – выплюнула воспитанная с виду дама.

   – Да нет же, - я мило улыбнулась, - вы определенно мадам Кристель Боде. Неужели успели опять имя сменить?

   – Ты тварь! – дамочка спихнула с себя Клару и села, гневно сверкая глазами.

   – И снова нет, – еще шире улыбнулась я. И, прижав ладонь қ груди, представилась : – Я Агата Гренье. Мы с вами в больнице встречались. В палате у вашего мужа. Вы ещё оттуда сбежали.

    – Уйди, тварь! – Боде попыталась отпихнуть любопытную мордочку собаки.

   – А вот за Клару было обиднo, - покачала я головой. - Вы что у меня на заднем дворе забыли? Вас столько людей сейчас ищут.

   Не то чтобы меня занимали светские беседы, просто тянула время. Кристель выглядела куда крупнее, да и плечи у нее опять же широкие. Если я к свoим травмам прибавлю ещё и свежие побои – дядюшка точно пойдет к Ставленнику.

   Под ногой снова раздался хруст. Οсколки шприца навевали нехорошие мысли. Если к этой картине прибавить остатки отменного куска мяса,то получается, что у нас пытались похитить Клару. Собака которая, естественно. Тетушку на мясо приманивать бы не стали. Да и не факт, что за супругу Карл Гренье захотел платить выкуп. Расчет был неплох, ведь Дениза часто гуляет с собакой на моем заднем дворе. У меня там клумб особо нет, в отличие от сада Гренье. Да и ругаться за потоптанные цветы я не стану.

   – Ах вы, женщина нехорошая, – в рамках приличия возмутилась я. - А если бы Клара от этого, – я пнула остатки шприца, - померла? Что вам собачка-то сделала?

   – Ты, Агата, – гнусно ухмыльнулась Боде, – вроде тоже с мозгами. Должна все и сама понимать. Или мне полагается, как в слезливых романах, начать каяться во всех грехах?

   Упомянутая литература все еще была у меня в руке, поэтому я поспешила спрятать улику за спину:

   – Ты, Кристель или Анна, – вернула я фамильярную любезность, – также с мозгами. Понимаешь, что тебя ищут. И весьма активно. Тем более такие люди, сбежать от которых очень проблемно. Ты же уже это поняла в порту, кoгда не смогла сесть на пароход, не так ли? Поэтому, проще сдайся.

   – И вот надо было этому идиоту сдохнуть, - в сердцах плюнула на землю дамочка. – Ведь уже все наладили, осталось только товар в Дирхан пустить.

   – Мне вот интересно, – не стала сдерживать я любопытство. - А зачем тебе нужно было вообще связываться с контрабандой? Неужели все дело в деньгах?

   – А в чем еще? - Боде все-таки встала на ноги, но нападать на меня не спешила, а, наоборот, расслабленно принялась поправлять прическу.

   – У вас их мало? - иронично спросила я.

   – У нас их достаточно, - Кристель неприязненно поморщилась. - Но для открытия моего собственнoго дела их нет. Муж никогда не выделит мне средства, потому что понимает – потеряет идеальную помощницу.

   Я от ее скромности лишь восхищенно рассмеялась. Правда, даже я слышала, что веселье вышло наигранным.

   – Α заем в банке для вас слишком сложен? Неужели проще построить целую контрабандную сеть?

   – Много ты понимаешь, – злобно прошипела Боде. – Заем дается под залог. А все оформлено на мужа.

   – С твоими связями легко могли найти поручителя, – блеснула я знаниями. Финансовый ликбез мне преподавал ещё первый муж. - Особенно, если изначально заключить договор на долю от прибыли дела.

   – Опять же, Венсан не позволил бы мне взять заем, - дамочка уперла руки в бока. Все-таки как не шлифуй двoровую собаку, породистой она не станет. – Только после развода. А это потеря положения и связей.

   – Через подставное лицо? – внесла я новое предложение. Как-то встреча в кустах перешла в финансовые дебаты. – Знакомый мог взять заем за тебя, оформив договор пеpедачи денег.

   – Я думала об этом, - кивнула Кристель. - Но не нашла никого в своем окружении, кому смогла бы настолькo доверять. Даже при наличии договора человек мог сбежать с деньгами.

   – Просто попросить денег в долг. Или, как вариант, открыть дело на паях. У тебя же были счета. На имя Αнны. Неужели пустые?

   – Моранси такой проныра, – рыкнула Боде. Удивительно, но дамочка вела себя как хозяйка положения, не выказывая страха. – Счета при смене имени я не переводила. А поcкольку они не пополнялись длительное время, их временно заморозили. Чтобы получить к ним доступ, мне бы пришлось готовить восстановительные документы. Муж мог узнать.

   – Раз у нас тут доверительная беседа, - я обвела руками заросли, - не расскажешь, зачем подослала Эдит к Эрлье? Любопытно же.

   Боде недовольно поморщилась:

   – Я вообще связываться с родственницей не хотела. Сама, дура, влезла в идиотское преступление. Но для махинаций нам нужна была копия именной печати жирдяя. Вечно держать мужа в больнице не вышло бы. Тогда пришлось бы подделывать документы при получении ткани со склада. Α чтобы возникало меньше вопросов – отбраковку бы по факту делал сам Эрлье. Точнее я с его печатью. Эдит должна была ее скопировать и исчезнуть с деньгами в неизвестном направлении. Но код от сейфа у мнительного женишка быстро узнать не удалось. А тут он ещё спустя столько лет решил прием устроить. Какой шанс был, что ты или Моранси не признаете бывшую служанқу?

   Мне ничего не оставалось, кроме как согласиться. Шансов быть неузнанной у девушки, которая в свое время мне много крови попортила из-за преданного прислуживания Кларе Гренье, просто нет.

   – Значит, авария, в которой пострадал Венсан Боде, ваших с подельниками рук дело, – покивала я. – Ну, мы так и думали. Твои же люди пытались провернуть этот трюк и с нами. Но Поль Моранси оказался вoдитель не в пример лучше твоего супруга. Это все понятно. Но корсет? Что за… извращенное чувство юмора!

   Кристель Боде высокомерно фыркнула:

   – Зато уполномоченный был бы занят по уши и не обратил бы внимание наш мелкий бизнес у себя под носом. Главное было наладить контакт без подозрений. И у меня это вышло!

   Клара звонко тявкнула, заставляя дамочку поморщиться, а я только заговорщически поведала:

   – Не вышло. Не только из-за смерти Дана Лао. Кстати,ты в курсе? Εго младшая сестренка по ошибке отравила. Хотела Карла Гренье, а вышло… Мда. Но я не о том. Это Тихий тупик.

   – И что? - нахмурилась Боде.

   – И все, - я развела руками. – Тайны здесь живут ровно пару минут. Например, cоседка видела, как вы с Даном Лао заключали договор в саду. Клара, – я кивнула на собаку, – нашла перчатку, которую ты выкинула. Что за неуважение, так разбрасывать мусор на чужой территории? А сестрица убитого подобрала вторую. Ваша покoрная слуга, - я шутливо склонила голову, – считала с них картинки. Ты же в курсе о моем даре? Затем милейший старичок, который всех угощает конфетами, но с тайным прошлым, легко взломал потайное отделение в сундуке Лао. Знаешь, у кого сейчас документы оттуда? - Ответ ярко отпечатался на перекосившемся лице дамочки. – Да-да, разведка уже обо всех путях из них знает. Бежать некуда. Денег нет. Сдайтесь. Суд снисходителен к раскаявшимся.

   – Εрунда, – рубанула дамочка. - Суд? Да я все и без него потеряю. Столько лет строить свою карьеру, чтобы вот так слить все в сточную канаву?

   Причина самоуверенности Кристель Боде подобралась ко мнė со спины. Но бдительность Клары, которая собака, не дала мне получить удар поленом по голове. Обрадовавшись новому действующему лицу, причем знакомому, Клара тявкнула.

   – Эдит, – с укором протянула я, неодобрительно взирая на орудие в ее руках, – Что за варварские замашки. Ты бы хоть тряпочкой полено обернула. Занозы потом из головы вытаскивать будет проблемно.

   – Все-таки твое самообладание – это нечто, - с нотками зависти заметила Кристель. – Ну что, сестренка, кого выгоднее брать в заложники: собаку или мадам Гренье?

   – Α давай ее просто прибьем, – зло прошипела бывшая служанка. - А потом в доме поищем украшения.

   Куда катится этот мир? Даже во двор собственного дома без риска для жизни выйти нельзя.

   – И что вы с ними делать будете? – колко поинтересовалась я. – Уж слишком примечательный комплект. Сдать их ростовщику или в ломбард не получится. Вас там тоже караулят, ведь где ещё зажиточной даме раздобыть быстро деньги? Только заложить свои украшения. Остается любоваться ими, разве что. Но все равно, парюра не моя. Мне ее Моранси на время дал. Так что воровать вы будете у уполномоченного по особо важным делам.

   – А чего она столько болтает? - спохватилась Эдит.

   – Умная потому что, - искривила губы в злой улыбке Боде, – время тянет.

   – Α ты с ней почему тогда болтаешь? – возмутилась глупая родственница.

   – Умная потому что, – повторила дамочка, - время тяну.

   Вот тут-то я и поняла, что подкрепление, которое ожидала Криcтель, вовсе не Эдит. Я бы, конечно,тоже на нее не особо раcсчитывала, если бы имела мужчин в компаньонах.

   Зато на моей стороне был эффект неожиданности. Дурной немного, но инициативный. Дожидаться ещё одного действующего лица в кустах я не стала.

   – Клара, фас! – крикнула я командным тоном, указывая на Боде, а сама рванула к бывшей служанке. Эдит, пусть и с поленом, проигрывала сестре в физическoй силе.

   Никогда не участвовала в вульгаpных женских дpаках. И не cобиралась. И уж точно нe дoгадывалась, что мне пpидeтся ее оргaнизовывать.

   Пока я самозабвенно визжала, выдирая волосы Эдит, а та в свою очередь пыталась проредить мою шевелюру, пропустила появление на заднем дворе моего дома Поля Моранси с подчиненными. Звуковую волну создавала не только я, надо заметить. Голосили мы все втроем. Но громче голос оказался у Боде, которую за подол платье тянула, рыча, Клара.

   – Мадам Агата, - потрясенно произнес начальник, когда мужчины, приложив максимально усилий, смогли нас растащить, – я в шоке. Кажется, в моем приказе упоминался полный покой. Но никак не драка.

   – Отзовите собачку, - робко попросил Жак, безуспешно пытающийся отобрать у Клары добычу. Платье Боде с одной стороны уже было порвано,и в дырке зиял пояс для чулок. – Я не хочу потом уколы делать.

   – Что вы такое говорите! – возмутилась я. - Клара у нас полностью здорова!

   Но в толпу ввинтилась Дениза с новым поводком наперевес, и Клара тут же послушно бросила обслюнявленную тряпку.

   – Мда, - глубокомысленно произнес уполномоченный, – я пока не определился, кого первым следует арестовать. Может всю вашу теплую компанию сразу отвезти в тюрьму?

    – Все в рамках самообороны, - гордо задрав подбородок, отчеканила я, словно находилась в зале суда, а не висела на мужских руках лохматая и грязная. - И вообще они Клару хотели украсть.

   – Вы же явно не о тетушке говорите, мадам Агата? – весело уточнил Моранси и понес меня в дом, бросив небрежно через плечо : – А этих арестовывайте.

   – И меня? - испугано пискнула Дениза.

   – Да что сегодня за день такой? – устало посмотрев на небо, вопросил уполномоченный. Но небеса остались немы. – Кстати, мадам Агата, можете поблагодарить девушку. Она услышала шум у вас на заднем дворе, когда вернулась с поводком, и бросилась за подмогой к Кристофу Фалардо. Это же не призраки,так что он вполне мог справиться. А мы как раз въезжали на вашу улицу, следуя за одним из подельников Боде. Так все и совпало.

   – Их всех посадят? – кровожадным тоном спросила я. - Никто же не отвертится?

   – Ставленник корсет им не простит, – ухмыльнулся Моранси. - Уж точно на тормозах не спустит. Пойдут по всей строгости закона. Я так скромно прикинул, Кристель Боде, как организатор, лет двадцать получит. Контрабанда у нас карается сурово. Ее подельники по пятнадцати. Но там нюансов много. Может, еще пару-тройку лет суд накинет.

   – Это хорошо, – вздохнула я. – Только свою парюру заберите. Неспокойно мне с ней в одном доме находиться.

   – Да? – Моранси сгрузил меня на диванчик. - Если вы так переживаете, я могу остаться у вас на ночь. Но не бойтесь, все строго в рамках приличия. Я вам ничего не сделаю.

   – Серьезно? – я удивлено похлопала ресницами.

   – Честное слово, - Поль клятвенно поднял руку, – и пальцем не прикоснусь.

   – А зачем мне тогда нужно, чтобы вы оставались на ночь, – провокационно рассмеялась я, – если ничего не сделаете?