Добро пожаловать на остров Дождевая тень* (Rainshadow — Рейншедоу). Вам предстоит открыть для себя совершенно новый аспект мира Хармони и узнать некоторые из секретов Тайного Общества.
В романах «Дождевой тени» вы встретите страстных мужчин и женщин, которых влечет на этот отдаленный остров в Янтарном море. Вы также познакомитесь с их друзьями и соседями по сообществу Шедоу-Бэй. Вас приглашают стать частью их жизни; жизни, которая глубоко вплетена в темную и таинственную историю острова.
Я надеюсь, вам понравятся романы «Дождевая тень».
*Дождевая тень — регион с относительно низким количеством атмосферных осадков по сравнению с окружающей местностью, находящийся на подветренной стороне горного хребта или другого географического объекта, который задерживает продвижение дождевых облаков, как бы отбрасывая «сухую тень».
1.0 — создание файла
Маленькая машина двигалась слишком быстро по узкой, извилистой дороге, змеившейся вдоль вершины скал. Шарлотта Энрайт услышала позади себя насекомоподобное жужжание крохотного двигателя и поспешно сошла с тротуара на относительно безопасную обочину. Мгновение спустя один из знакомых маломощных «Вайбов», которые туристы арендовали для передвижения по острову, вылетел из поворота.
Водитель нажал на тормоз, и машина с откидным верхом остановилась рядом с ней.
— «Эй, посмотрите, кто это», — сказал мужчина за рулем двум своим пассажирам. — «Это та странная девчонка в очках, которая работает на сумасшедшую старушку в антикварном магазине. Что ты здесь делаешь одна, Странная Девушка?»
Было еще достаточно светло, чтобы можно было разглядеть троих молодых людей в машине. Шарлотта сразу узнала их. Ранее они заходили в магазин «Антикварное зеркало», привлеченные не интересом к антиквариату, а слухами, циркулировавшими вокруг ее тети.
— «Разве никто тебе никогда не говорил, что опасно бродить одной по пустым дорогам ночью?» — спросил парень на пассажирском сиденье.
Его голос эхом разносился по пустынному участку дороги, ведущей к Заповеднику. От смеха двух его товарищей по Шарлотте пробежал ледяной озноб. Она пошла дальше, не оглядываясь. Возможно, если она будет игнорировать эту троицу, они оставят ее в покое. Она ускорила шаг, идя быстрее в быстро сгущающихся сумерках.
Водитель убрал ногу с тормоза и позволил Вайбу медленно катиться рядом с Шарлоттой.
— «Не убегай, Странная Девушка», — крикнул тот, кто сидел на пассажирском сиденье. — «Мы слышали, что после наступления темноты здесь происходят странные вещи. Парень в баре заверил нас, что если мы попадем в Заповедник в такую лунную ночь, то увидим призраков. Ты местная. Почему бы тебе не устроить нам экскурсию?»
— Да, да ладно, будь дружелюбной, Странная Девушка, — уговаривал водитель. — «Ты должна быть вежлива с туристами».
Шарлотта крепко сжала фонарик и не сводила взгляда с темного леса в конце Мертон-роуд.
— «Мы тебя подвезем», — сказал водитель насмешливо-развратно. — Давай, садись в машину.
— «Мы просто хотим, чтобы ты показала нам это место, которое они называют Заповедником», — настаивал тот, кто сидел на заднем сиденье. — «Судя по тому, что мы видели сегодня, на этой скале больше нет ничего интересного».
Шарлотта задавалась вопросом, как эти трое вообще нашли Мертон-роуд. Только местные жители и летние завсегдатаи знали, что старая дорога упирается в частный природный Заповедник, известный как «Заповедник Рейншедоу».
Троица из Вайба была привычным явлением на Рейншедоу в летние месяцы. Обычно такие прибывали на частных яхтах и парусниках, которые по выходным заполняли пристань. Всю ночь они шумно тусовались в тавернах и ресторанах у причалов, а когда бары закрывались, они продолжали кутить на своих лодках.
— «Иди сюда, черт возьми», — приказал водитель. На нем была рубашка-поло пастельных тонов, внутри на которой, вероятно, была дизайнерская этикетка. Его светло-каштановые волосы, очевидно, были подстрижены в дорогом салоне. — «Мы не причиним тебе вреда. Мы просто хотим, чтобы ты провела для нас экскурсию по жутким местам, о которых нам рассказал парень в баре.»
— «Забудь про эту уродливую сучку Дерек», — сказал мужчина на заднем сиденье. — У нее даже нет сисек. Попытка попасть в этот Заповедник — пустая трата времени. Вернемся в город. Мне нужно бухло и травка.»
— Мы проделали весь этот путь сюда, чтобы увидеть Заповедник, — настаивал Дерек, и его тон стал угрюмым. — «Я не отступлю. Эта сука покажет нам, где он». — Он повысил голос. — Ты меня слышишь, странная сука?
— Да, — сказал мужчина на пассажирском сиденье. — «Я тоже хочу увидеть это место. Давай заставим эту сучку показать нам.»
Пульс Шарлотты участился. Она шла так быстро, как только могла. Еще быстрее, и она побежит. Она была очень напугана, но ее интуиция предупреждала ее, что, если она побежит, трое мужчин побегут и будут преследовать ее, как стая диких животных.
— «Она игнорирует нас?» — спросил мужчина на пассажирском сиденье. — «Да, я думаю, она нас игнорирует. Это грубо. Кто-то должен научить ее манерам.»
— Чертовски верно, Гаррет, — сказал Дерек. — «Давайте научим ее манерам».
— «Это глупо», — сказал мужчина с заднего сиденья. Но двое других не обратили на него внимания.
Дерек остановил Вайб и вышел. Гаррет последовал за ним, как и парень на заднем сиденье, хотя и с явной неохотой. Шарлотта знала, что теперь у нее нет другого выбора, кроме как бежать. Она стремилась в лес в конце Мертон-роуд.
Дерек и Гарретт засмеялись и бросились в погоню. Ее единственной надеждой было добраться до темных деревьев. Если бы ей удалось добраться до Заповедника, она, возможно, смогла бы затеряться за деревьями. На острове было общеизвестно, что внутри Заповедника происходят очень странные вещи.
Стратегия имела риски. Она сама может заблудиться. Могут пройти дни, прежде чем ее найдут или ей удастся выбраться самостоятельно, если вообще сможет выбраться. По словам местных жителей, случаи исчезновения людей на территории Заповедника не были чем-то необычным.
Стук шагов стал громче. Дерек и Гаррет догоняли ее. Она слышала их резкое, сердитое дыхание. Тогда она поняла, что, вероятно, не сможет от них убежать.
Она была уже почти у цели, думая, что все-таки сможет спастись, когда чья-то рука сомкнулась на ее запястье и заставила ее остановиться.
Она повернулась, ее пара-чувства достигли верхних пределов ее таланта в ответ на захлестнувший ее адреналин и страх. Водитель, Дерек, схватил ее. Гаррет стоял рядом. Третий — стоял в стороне, явно обеспокоенный эскалацией насилия.
Когда ее чувства были на пределе, она могла видеть темные пара-нормальные радуги, отбрасываемые аурами трех мужчин. Ей не нужно было видеть вспыхивающие полосы ультрасвета (ультра светлый конец спектра), чтобы знать, что из них троих Дерек был самым неуравновешенным и, следовательно, самым опасным. Почему ей не достался более яркий и полезный талант? Возможность передать пси-гипнотическую команду или заряд ледяной энергии, который остановил бы Дерека, Вот, что бы ей сейчас пригодилось.
Ей оставалось только сражаться за себя. Она яростно махала фонариком. Краткая вспышка удовлетворения охватила ее, когда металлический ствол ударил Дерека по плечу. Она отпрянула для нового удара.
— «Кем ты себя возомнила?» — Дерек зарычал. — «Я тебе, сейчас покажу, как бить меня».
Его лицо исказилось злобной маской. Он яростно тряс ее. Фонарик выпал из ее руки. Ее очки съехались с носа.
Гарретт нервно рассмеялся. — Хватит, Дерек. Она всего лишь ребенок.
— Гаррет прав, — сказал мужчина с заднего сиденья. — Давай, Дерек, пойдем отсюда. Нам предстоит еще много выпить сегодня. Мне нужна моя травка, чувак.
— Мы никуда не пойдем, — сказал Дерек. — «Мы только начинаем веселиться».
Он отвел сжатый кулак, готовясь нанести удар. Шарлотта подняла обе руки в отчаянной попытке отразить удар. В то же время пнув Дерека в колено.
Дерек взвыл.
— «Ты с ума сошел?» — сказал Гаррет.
— Сука, — закричал Дерек. Он снова затряс ее.
Из леса материализовалась призрачная фигура. Шарлотте не нужны были очки, чтобы разглядеть обсидиановые оттенки знакомой ультра светлой радуги. Слэйд Эттридж.
Слэйд двинулся к водителю со скоростью и смертоносным намерением призрачного кота.
— «Какого черта?» — Гарретт вскрикнул от испуга.
— Черт, — завопил мужчина с заднего сиденья. — Я же говорил тебе, что это плохая идея.
Дерек не обращал внимания на опасность. В ярости он был одержим только желанием наказать Шарлотту. Он не осознавал, что происходит, пока мощная рука не схватила его за плечо.
— Отпусти ее, — сказал Слэйд. Он оторвал Дерека от Шарлотты.
Дерек закричал. Он выпустил Шарлотту и отчаянно попытался выбраться из хватки. Слэйд одной ногой выбил ноги из под Дерека. Дерек тяжело приземлился на тротуар, визжа от ярости и боли.
— «Ты не можешь так поступать со мной», — завизжал он. — «Ты хоть знаешь, кто я. Мой отец арестует тебя. Он подаст в суд на твою задницу.»
— «Это должно быть интересно», — сказал Слэйд. Он посмотрел на двух других. — «Берите его и убирайтесь отсюда. Появитесь здесь еще раз, и вы все окажетесь в отделении интенсивной терапии или, может быть, будете просто мертвы, в зависимости от моего настроения. Понятно?»
— «Черт, этот парень сумасшедший», — прошептал мужчина с заднего сиденья. Он побежал к машине. — «Ребята, вы как хотите, а я отсюда убираюсь.»
Он прыгнул на водительское место, завел маленький двигатель и включил передачу.
— Подожди, черт возьми. — Гаррет помчался к «Вайбу» и прыгнул на пассажирское сиденье.
Дерек, шатаясь, поднялся на ноги. — «Не бросайте меня, ублюдки. Он убьет меня».
— «Хорошая мысль», — сказал Слэйд, как будто эта идея заинтересовала его. — Лучше беги.
Дерек побежал в сторону «Вайба», который сейчас находился в полу развороте.
Он рванул вперед и сумел нырнуть на заднее сиденье.
Вайб завыл в ночи и исчез за поворотом.
Наступила напряженная тишина. Жуткую тишину нарушал только звук тяжелого дыхания. Шарлотта поняла, что это она пытается отдышаться. Она дрожала, но не потому, что ей было холодно. Это было все, что она могла сделать, чтобы стоять прямо.
— «Ты в порядке?» — спросил Слэйд. Он взял фонарик и вложил ей в руку.
— «Д-да. Спасибо.» — Она силилась сделать упражнение по глубокому дыханию, которому ее научил парапсихолог, и пыталась прийти в себя. — «Мои очки.» — Она огляделась, но все, кроме темно-светящейся радуги Слэйда, было нечетким. — «Они упали».
— Я вижу их, — сказал Слэйд. Он отошел.
— У тебя м-должно быть очень хорошее зрение, — сказала она. Господи.
— «У меня развито ночное зрение», — сказал Слэйд. — Побочный эффект моего таланта».
— «Ты о-охотник, не так ли? Но не о-охотник за привидениями, а настоящий охотник. Я так и думала. У меня двоюродный брат занимается охотой. Ты двигаешься так же, как и он. Как большой кот-призрак. Аркейн?
— «Моя мать состояла в Аркейне, но она никогда не регистрировала меня в Обществе», — сказал Слэйд. — «Она умерла, когда мне было двенадцать».
— А что насчет твоего отца?
— «Он был охотником за привидениями. Умер в туннелях, когда мне было два года.»
— «Боже». — Она обхватила себя руками и заставила себя дышать в медленном, контролируемом ритме, которому ее научили. — К-к-кто тебя вырастил?
— «Система.»
На мгновение земля ушла у нее из под ног. — «Какая система?»
— «Приемная семья».
— «Боже».
Она не знала, что еще сказать. На самом деле она никогда не встречала никого, кто вырос в приемной семье. Строгие меры, установленные колонистами первого поколения, были призваны закрепить институты брака и семьи, и они оказались очень успешными. За двести лет, прошедшие после закрытия Занавеса, законы несколько смягчились, но не сильно. В результате ребенок редко оставался сиротой. Почти всегда был кто-то, кто мог забрать ребенка.
Слэйда, казалось, это позабавило. — «Все не так уж и плохо. Я не был в системе долго. Я сбежал четыре года назад, когда мне исполнилось пятнадцать. Я решил, что мне будет лучше на улице».
По крайней мере, ее пульс начал немного замедляться. Дыхательные упражнения наконец-то начали действовать.
— Ты из Аркейна, не так ли? — спросил Слэйд.
— «Да, вся семья состояла в Обществе на протяжении нескольких поколений». — Она поморщилась. — «В основном это высокоуровневые таланты. Я самая невезучая в клане. Я всего лишь читатель радуги».
— «Что это такое?»
— «Я вижу в ауре радугу. Совершенно бесполезный талант, поверь мне». — Она попыталась сосредоточиться на Слэйде, когда он потянулся за ее очками. — Они, наверное, разбились?
— «Оправа немного погнулась, а линзы поцарапаны».
Она взяла у него очки и надела их.
Погнутая оправа сидела у нее на носу криво. Поцарапанные линзы мешали ясно видеть лицо Слэйда. Однако она точно знала, как он выглядит, потому что часто видела его в городе и на пристани, где он работал. Ему было девятнадцать, но было что-то в его резких чертах и нечитаемых серо-голубых глазах, что делало его намного старше и бесконечно опытнее. Другие мальчики его возраста были еще мальчиками. Слэйд был мужчиной.
Они с Рэйчел бесконечно размышляли о том, откуда он взялся и, что еще важнее, есть ли у него девушка. Если он и с кем-нибудь встречался, они были совершенно уверены, что она не местная. В таком маленьком городке, как Шэдоу-Бэй, каждый знал бы, если бы новичок, работавший на пристани, встречался бы с островной девушкой.
Летом он появился в заливе в начале туристического сезона в поисках работы. Бен Мерфи из гавани дал ему работу. Слэйд снимал комнату над магазином в порту. Он был вежливым и трудолюбивым, но держался особняком. Иногда он садился на паром в пятницу днем и уезжал на все выходные. Предполагалось, что он отправлялся в более крупный город на одном из близлежащих островов — может быть, в Сёздей-Харбор, а может быть, даже в Фриквенси Сити. Никто не знал наверняка. Но в понедельник утром он всегда возвращался на работу на пристань.
— «К счастью, у меня есть запасная пара в доме моей тети», — сказала Шарлотта.
Она сразу же поникла. Она чувствовала себя идиоткой, рассказывая о своих очках мужчине, который постоянно фигурировал в ее фантазиях. Не то чтобы Слэйд знал о своей роли в ее снах. Она была почти уверена, что для него она была просто странной девушкой, которая работала у своей сумасшедшей старой тети в антикварном магазине.
— Что ты здесь делаешь в такое время ночью? — спросил Слэйд.
— «А как ты думаешь, что я здесь делаю? Я хотела увидеть Заповедник. Моя тетя иногда о нем рассказывает, но не пускает меня внутрь.»
— «Не зря. Места здесь красивые, но опасные. Внутри легко заблудиться. Фонд, контролирующий Заповедник, не просто так установил эти знаки «Вход воспрещен» и забор.»
— «Но ты был там всего несколько минут назад. Я видела, как ты вышел из-за деревьев.»
— «Я охотник, помнишь? Я вижу, куда иду».
— «Ах, да, ночное зрение».
— «Ты уверена, что с тобой все в порядке? Твое дыхание какое-то странное».
— «На самом деле я борюсь с панической атакой. Я делаю дыхательное упражнение. Это так неловко».
— «Паническая атака? Что ж, у тебя была веская причина для ее появления сегодня. Нападения трех придурков на пустынной дороге было бы достаточно, чтобы напугать кого угодно.»
— «Атаки связаны с моим глупым талантом. Они появились, когда два года назад у меня проснулись способности. Сначала все думали, что это реакция на школьный стресс. Но в конце концов мама отправила меня к психиатру, который сказал, что это, похоже, побочный эффект моих новых чувств».
— «Звучит не очень», — сказал Слэйд.
— «Кому ты это говоришь. Если вокруг становиться горячо / атмосфера накаляется, меня начинает трясти, и мне трудно дышать. Несколько минут назад меня накалили, так что я расплачиваюсь за это сейчас. Но, я буду в порядке через пару минут.»
— «Тебе пора домой», — сказал Слэйд. — «Я провожу тебя и удостоверюсь, что эти парни не вернулись».
— «Они не вернутся», — сказала она с полной уверенностью. Наконец ей удалось сделать глубокий вдох. Ее чувства и нервы наконец успокоились. — Я не пойду домой. Я проделала весь этот путь, чтобы увидеть Заповедник».
— Твоя тетя знает, где ты?
— «Нет. Тетя Беатрикс сегодня села на паром во Фрэйт-Сити, чтобы посетить распродажу антиквариата в поместье. Ее не будет до завтра.»
Слэйд посмотрел на темный лес. Казалось, он колебался, а затем пожал плечами. — Я проведу тебя внутрь, но всего на несколько минут.
Восторг охватил ее.
— «Да? Это было бы замечательно. Спасибо.»
Он пошел обратно по дороге в сторону леса. Она включила фонарик и поспешила за ним.
— «Я слышала, как кто-то в продуктовом магазине сказал, что завтра ты собираешься навсегда покинуть Рейншедоу», — осторожно сказала она. — «Это правда?»
— «Планирую. Меня приняли в академию ФБПР».
— «Ты поступил в Федеральное бюро пси-расследований? Ух ты. Это так классно. Поздравляю».
— «Спасибо. Я уже собрал вещи. Завтра отчаливаю на утреннем пароме.»
Она попыталась придумать, что сказать еще. Ничего гениального в голову не приходило.
— «Как ты думаешь, эти трое напишут заявление на тебя?» — она спросила.
— «Нет.»
— «Почему ты так уверен в этом? Они, могут вспомнить, что ты работаешь на пристани».
— «Даже если и так, эти трое не пойдут к местным властям. Иначе, им пришлось бы объяснять, почему они приставали к тебе на дороге.»
— «Точно.» — От этого ее настроение улучшилось. — «И я тогда расскажу всем, как они на меня напали. Шеф Холстед знает меня, и он знает тетю Беатрикс. Он поверит мне, а не кучке пришлых туристов».
— Да, — сказал Слэйд.
Она была удивлена, услышав уважение в голосе Слэйда. Она взглянула на его профиль.
— «Я часто вас видела вместе летом, вы много беседовали», — рискнула она.
— «Холстед — это он предложил мне подать заявление в академию. Он даже написал рекомендацию».
В тот вечер Слэйд сделал для нее небольшую экскурсию по пара-нормальной стране чудес, которой ночью был Заповедник. А затем он проводил ее до дома, убедился, что она вошла в коттедж на обрыве и подождал, пока она не заперла дверь. Она слушала его удаляющиеся шаги, слушала, пока он не ушел, и единственным звуком было завывание ветра в деревьях.
На следующее утро она спустилась к паромному причалу. Слейд ее не заметил. Он прислонился к перилам, на плече у него висела спортивная сумка. Он был один. Паром ждало еще несколько пассажиров, но никто не провожал его в новую жизнь в Федеральном бюро пси-расследований.
Она осторожно подошла к нему, не зная, как он отреагирует. Она знала, что для него она была всего лишь ребенком, которому он помог выбраться из затруднительного положения, а затем развлек небольшой прогулкой по запретной территории Заповедника.
— Слэйд? — Она остановилась неподалеку.
Он наблюдал, как паром приближался к причалу. При звуке ее голоса он повернул голову и увидел ее. Он улыбнулся.
— «Я вижу, ты нашла свои запасные очки», — сказал он.
— «Да.» — Она почувствовала, как жар прилил к ее щекам. Эта пара очков была еще более занудной, чем новая, которую сломали прошлой ночью. — Я пришла попрощаться.
— «Да?»
— И сказать тебе, чтобы ты был осторожен, ладно? — добавила она очень серьезно. — «ФБПР преследует очень опасных людей. Серийные убийцы и торговцы наркотиками».
— «Я слышал». — Его глаза искрились от веселья. — «Я буду осторожен».
С каждой секундой она чувствовала себя все более неловко. Такими темпами у нее случится приступ паники, даже без использования ее тупого таланта.
Она протянула маленькую коробочку, которую принесла с собой. — «Я также хотела подарить тебе это. В благодарность за то, что ты сделал для меня прошлой ночью.»
Он посмотрел на коробочку, как будто не зная, что с ней делать. До нее дошло, что мужчина, у которого не было семьи, вероятно, не получал подарков. Он протянул руку и взял коробку.
— «Спасибо», — сказал он. — «Что это?»
— Ничего особенного, — заверила она его. — «Просто старый карманный нож».
Он снял крышку с продолговатой коробки и достал узкий предмет из черного кристалла внутри. Он с интересом изучил его. — «Как он работает? Я не вижу лезвия.»
Она улыбнулась. — «Ну, это необычный нож. Его сделал мастер по имени Вегас Такашима. Он умер около сорока лет назад. Он был членом Общества и делал каждый нож уникальным, поэтому его изделия пропитаны его творческим пси. Что бы он ни делал, клинки были практически неразрушимыми. В конце концов ты поймешь, как он работает, и когда это произойдет, ты увидишь, что он все еще хорош. Он прослужит еще десяток лет, а может быть, еще и столетие или два».
— «Спасибо.»
Она колебалась. — «Я настроила его для тебя».
Слэйд поднял брови. — «Ты можешь настраивать объекты?»
Она пожала плечами. — «При условии, что в них достаточно энергии. Я читаю радугу».
— «Что дает настройка пара-антиквариата?»
— «Ничего полезного», — призналась она. — «Но людям, похоже, нравится, когда я нахожу нужный объект и манипулирую частотами, чтобы они гармонично резонировали с их аурой. Просто трюк.»
Он достал нож Такашима и медленно улыбнулся. — «Приятные ощущения». — Он сжал в пальцах черный кристалл. — «Как будто он принадлежит мне».
— «Так работает настройка», — серьезно сказала она. — «Это не выдающийся талант, но моя семья считает, что я могу сделать карьеру в торговле произведениями искусства и антиквариатом».
— «Ты этим хочешь заниматься?»
— Нет.» — Она посветлела. — «Я хочу получить степень в области пара-археологии и работать в одном из музеев Тайного Общества. Или, может быть, пойти под землю вместе с учеными и исследователями, которые исследуют инопланетные руины».
— «Звучит захватывающе.»
— «Не так увлекательно, как ФБПР, но мне бы очень хотелось этим заниматься».
— «Удачи.»
— «Спасибо.»
Он сунул нож в карман куртки. Паром уже пришвартовался. Остальные ожидавшие, начали спускаться по пандусу. Слэйд закинул спортивную сумку повыше на плечо.
— «Мне пора», — сказал он.
— «Пока. Спасибо за вчерашнюю ночь. И не забывай быть осторожным, ладно?
— «Обещаю.»
Он слегка наклонился вперед и легко поцеловал ее в лоб. Прежде чем она успела решить, как поступить в этой ситуации, он взошел на паром.
Она стояла на причале, пока паром не вышел из гавани и не скрылся из виду. Прежде чем он исчез, она помахала рукой. Ей показалось, что она увидела, как Слэйд поднял руку на прощание, но она не была уверена. Ее очки были сделаны по старому рецепту, и предметы расплывались. Или, может быть, проблема была в слезах на ее глазах.
Утром она дала себе обещание. Что когда в конце месяца она вернется домой в Фриквенси Сити, она сделает новую модную стрижку и будет носить контактные линзы. Здравый смысл подсказывал ей, что вряд ли она когда-нибудь снова встретится со Слэйдом Эттриджем. Но на случай, если это когда-нибудь случится, она сделает все возможное, чтобы, он больше не целовал ее, как если бы она была его младшей сестрой.
Шарлотта сложила руки на прилавке со стеклянной столешницей и наблюдала, как два диких зверя вошли в дверь антикварного магазина «Зазеркалье / Зеркало». Один из них был определенно человеком, определенно мужчиной и определенно опасным. Второй был неряшливым комочком серого пуха с двумя ярко-голубыми глазками, шестью маленькими лапками. Пушок ехал на плече Слэйда Эттриджа, и Шарлотта была совершенно уверена, что в своей миниатюрной форме он может быть столь же опасен, как и его спутник человек. —
— «Добро пожаловать в «Зеркальный антиквариат» / магазин антиквариата «Зазеркалье», шеф Эттридж», — сказала Шарлотта. — Следи за Рексом. У меня строгая политика: сломал— купил».
Слэйд остановился в дверном проеме. Он окинул загроможденную комнату магазина быстрым оценивающим взглядом, слегка прищурив холодные, как маг-сталь, глаза. Рекс немного съехал с плеча, обнажив оборванное ухо, которое, похоже, было сильно искалечено в драке в прошлом. Его вторая пара глаз, те, которые он использовал для охоты, открылись.
— «В этом магазине еще жарче/ энергии больше, чем пятнадцать лет назад, когда им управляла твоя тетя», — сказал Слэйд.
Шарлотта была удивлена. — Ты помнишь, хм?
Слэйд посмотрел на нее. — «Ах, да.»
В чувствах Шарлотты промелькнуло небольшое волнение.
Ее фантазии о Слэйде так долго дремали, что она была убеждена, что переросла их. Но когда пять дней назад он сошел с утреннего парома, чтобы занять должность начальника полиции на острове Рейншедоу, она сделала шокирующее открытие. Свахи Общества отказались от нее, назвали ее несовместимой и обвинили в этом природу ее таланта. Но один взгляд на Слэйда, и она поняла, почему никогда не была довольна ни одним из мужчин, которых встречала. Какая-то часть ее всегда сравнивала своих партнеров с мужчиной ее мечты. Это было несправедливо, неразумно, но так оно и было. И теперь Мужчина Мечты был здесь, стоял прямо перед ней.
Рекс спас ее от необходимости придумывать резкий ответ. Пыльный кролик затарахтел и спрыгнул с плеча Слэйда. Шарлотта с беспокойством наблюдала, как он порхал через заставленное пространство и исчез в куче старинных кошельков и сумочек.
Слэйд осмотрел комнату. — «Раньше посещение этого места было похоже на прогулку в легкую грозу, но сейчас ощущения стали сильнее. Энергии стало больше».
— «Большинство людей не осознают всю эту пси в магазине», — сказала она. — «По крайней мере, не на сознательном уровне. Но интуитивно, что-то улавливают. Причина, по которой сейчас энергии больше, заключается в том, что моя тетя приобрела много новинок за последние пятнадцать лет перед своей смертью. Кроме того, я привезла с собой большую часть вещей из моего магазина в Фриквенси Сити, когда закрыла там свое дело и переехала на остров».
— «Трудно поверить, что прошло пятнадцать лет».
— «Да», — сказала она.
Незаметно она приоткрылась на встречу своим ощущениям и изучила радугу ауры Слэйда. Он не открыл свой талант, поэтому полосы темного ультра света были тусклыми, но этого было достаточно, чтобы сказать ей, что Слэйд не сильно изменился за эти пятнадцать лет. Он просто стал более чистой и сильной версией того, кем он был в девятнадцать лет: жестким, непреклонным, самодостаточным и сдержанным. Его глаза были холоднее, такими же холодными и мрачными, как маг-сталь, которую они напоминали.
Пятнадцать лет назад Слэйд мало улыбался, и она была почти уверена, что он никогда не был склонен к частым проявлениям беззаботности. Но судя по тому, что она видела в течение последних пяти дней, он, очевидно, потерял то немногое, чем когда-то обладал в плане чувства юмора и жизнерадостности.
— Из любопытства, — сказал Слэйд, — твоя тетушка, что ничего не смогла продать? Это место похоже на чей-то чердак, причем на чердак двухсотлетней давности.
Она засмеялась и поправила очки на носу. — «Все, что заботило тетю Беатрикс, — это коллекционирование модного антиквариата. Но во Фриквенси у меня было успешное дело/ бизнес и я рассчитываю зарабатывать деньги и с помощью «Зазеркалья». Поверь, я не умру с голоду. Я хороша в этом».
К ее шоку, уголки его рта слегка приподнялись в едва заметном намеке на улыбку. — «Я так понимаю, что ты все таки сделала карьеру в сфере продажи произведений искусства и антиквариата, как и хотела твоя семья?»
— «Да. Тётя Беатрикс оставила мне свой магазин и всю коллекцию после смерти. Я решила работать отсюда. Вступление в наследство заняло некоторое время, поэтому это место какое-то время было заперто. Я въехала пару недель назад. Я все еще провожу инвентаризацию и пытаюсь привести в порядок документы. Тетя Беатрикс не отличалась организованностью.
— «Заметно.»
— «Странно, что спустя время, мы оба оказались здесь, на Рейншедоу? Я имею в виду, каковы шансы?»
— «Черт побери, если я знаю», — сказал он. — «До недавнего времени возвращение на Рейншедоу не входило в мои планы».
— «Да?»
— «Я решил сменить профессию. И мне нужна работенка, чтобы оплачивать счета, пока я двигаюсь в новом направлении. Друг сказал мне, что здесь, на острове, открыта вакансия шефа, и я согласился».
— «Понятно.» — Как будто вся энергия в комнате внезапно угасла. Вот вам и небольшие вспышки волнения и предвкушения, которые пронизывали ее в течение последних пяти дней.
— «Да, но если я смогу помочь», — сказал он. — «Думаю, я пробуду здесь максимум шесть месяцев. Именно столько мне нужно, чтобы запустить новый проект. А ты?»
— «После смерти тети Беатрикс я планировала закрыть «Зазеркалье» и отправить товар в свой магазин в Фриквенси, но передумала. Вместо этого я продала свой магазин и приехала сюда».
— «Почему? Разве у тебя в Фриквенси плохо шли дела?
— «Наоборот, очень хорошо», — сказала она.
— «Верю на слово», — сказал он. — «Я всегда знал, что ты добьешься успеха во всем, чем бы ты ни решила заниматься».
— «Серьезно? Никто в моей семье не питал особых надежд. Что произвело на тебя такое впечатление?»
Он слегка подвинул одну руку. — Наверное, то, как ты пыталась отбиться от того ублюдка, который напал на тебя той ночью на Мертон-роуд.
— «Не то чтобы у меня было много вариантов в ту ночь».
— «Большинство людей замирают, когда сталкиваются с угрозой насилия. Они не могут мыслить ясно. А ты дралась».
— И проигрывала, — сухо заметила она.
— Но ты не сдалась без боя. Вот что имеет значение. Вот почему я согласился отвезти тебя в Заповедник той ночью. Я решил, что тебе многое задолжали после того, через что тебе пришлось пройти.
— «Ох», — сказала она. — Знаешь, в ту ночь я была напугана до смерти.
— «Это логичная реакция на ситуацию».
В дальнем конце магазина послышался приглушенный стук. Шарлотта услышала слабое зловещее жужжание. Она поняла, что больше не видит Рекса.
— Твой пушок, — вскрикнула она. Встревоженная, она выбежала из-за прилавка. — «Где он? Что он делает?»
— «Рекс не мой пыльный кролик. Мы напарники, вот и все».
— «Да, да, Не в этом дело. Дело в том, что ты несешь за него ответственность, пока он находится в этом магазине. Где он?»
— Возможно, он за тем причудливым столиком с зеркалом.
Жужжащий звук продолжался. Шарлотта услышала еще больше стуков и ударов.
— «Это туалетный столик — настоящий, первый век, предшествовавшей эпохе Раздора», — огрызнулась она. Она поспешила к изысканно инкрустированному туалетному столику. — «Он был создан самим Фенвиком ЛеМастерсом. Инкрустация выполнена из зеленого янтаря и обсидиана. Зеркало и рама оригинальные, ей-богу!»
— «Кто такой Фенвик ЛеМастерс?»
— «Просто один из лучших мастеров мебели своего времени. Также очень мощный талант, умеющий работать с зеленым янтарем. Коллекционеры платят тысячи за его произведения. Да, неважно.»
Она заглянула за туалетный столик и увидела Рекса. Пыльный кролик загнал винтажную фигурку в угол между шкафом первого поколения, от которого пахло древностями старой Земли, которые в нем когда-то хранились, и торшером второго поколения. Рекс немилосердно колотил по игрушке лапой, как будто мучил мышь или какую-то другую добычу. Пластмассовая фигурка высотой в фут (≈ 30,5 см) была одета в длинные развевающиеся пластиковые одежды, украшенные алхимическими знаками. Игрушка была вооружена маленьким кристаллом размером с кулак.
Неспровоцированное нападение активировало всю энергию, которая оставалась в старой, разряженной янтарной батарейке внутри фигурки. Кукла несколько раз поднимала и опускала одну руку, как будто защищаясь от Рекса. Жужжащий звук исходил от странного маленького кристаллического оружия. Каждый раз, когда рука двигалась, игрушечное оружие вспыхивало и искрилось слабым фиолетовым светом.
— Прекрати, — сказала Шарлотта Рексу. — «Сильвестр — очень ценный предмет коллекции. Их было изготовлено около пятисот штук».
Рекс проигнорировал ее. Он еще раз ударил по фигурке.
Она хотела было потянуться за фигуркой, но здравый смысл заставил ее замереть. Пушки могут быть опасны, если их спровоцировать.
Вместо этого она сказала к Слэйду. — «Сделай что-нибудь. Я серьезно. Некоторые коллекционеры из Аркейна готовы выложить как минимум тысячу долларов».
Слэйд подошел и встал рядом с ней. Он посмотрел на Рекса и несчастную куклу Сильвестра.
— Хватит, Рекс, — тихо сказал Слэйд. — «Не стоит связываться с Сильвестром Джонсом. По легендам, старый ублюдок мог о себе позаботиться».
К облегчению Шарлотты, Рекс перестал бить фигурку. Он сел на задние лапы и пристально посмотрел на Слэйда, что, по мнению Шарлотты, было пылким эквивалентом закатывания глаз с отвращением. Он отправился исследовать кучу старинных мягких игрушек.
— «Ух ты». — Шарлотта взяла фигурку и внимательно ее осмотрела. — «К счастью, я не думаю, что он причинил какой-либо ущерб».
Слэйд посмотрел на игрушку. — «Никогда не видел ни одного. Когда они были сделаны?»
— «Около тридцати лет назад. Дизайнером, очевидно, был Аркейн. Большинство покупателей, купившие для своих детей оригинальные фигурки Сильвестра Джонса, предполагали, что персонаж должен был быть колдуном из Старого Света. Но все, кто был связан с Обществом, сразу его узнали. Что-то вроде внутренней маркетинговой шутки». — Удовлетворенная тем, что фигурка не пострадала, Шарлотта поставила ее на туалетный столик. — «К счастью, Сильвестр, похоже, не пострадал».
— «Конечно. Мы говорим о Сильвестре Джонсе».
Шарлотта улыбнулась. — «Точно. Легенда гласит, что его было трудно убить.»
— Расскажи мне о взломе, — попросил Слэйд.
— «Верно.» — Она отряхнула руки. — Как я уже говорила Мирне сегодня утром, когда звонила в участок, мне кажется, ночью ко мне кто-то проник. Проблема в том, что я не знаю, было ли что-нибудь украдено».
— «Я могу понять, почему трудно определить, пропало ли что. Это место забито мусором».
Шарлотта впилась взглядом. — «Это антиквариат и коллекционные предметы».
— «Верно. Антиквариат. Расскажи мне о взломе, который, по твоему мнению, был», — сказал он.
— «Он вошел через заднюю дверь. Я уверена, что запирала ее вчера, когда уходила.»
— «В Шэдоу-Бэй, никто не запирает двери».
— «А я запираю. Я из города, помнишь? Во всяком случае, сегодня утром, когда я пришла, дверь была не заперта. А на полу что-то вроде грязных отпечатков.»
— Э-э ладно, — сказал Слэйд. — «Отпечатки— это уже интересно / серьезно».
— Ты не воспринимаешь меня всерьез, да?
— «За те пять дней, что я здесь начальник полиции, самое серьезное преступление, с которым я столкнулся, была якобы кража велосипеда Хойта Уилкинса. Как выяснилось на следующий день, он все еще стоял, у дерева, где Хойт оставил его, когда понял, что слишком пьян, чтобы ехать на нем домой из таверны «Дрифтвуд».
— Я слышала, что две ночи назад тебе пришлось разнимать драку в Дрифтвуде.
— «Разогнать драку в баре — это не то же самое, что провести полномасштабное расследование. В основном пытаешься увернуться от удара, пока разнимаешь пьяных идиотов.»
— «Но, это еще не все», — торжествующе объявила она. — «Вчера ты арестовал двух торговцев травкой, которые бросили лодку на якорь в гавани, чтобы скрыться от береговой охраны».
— «Оба этих парня были слишком увлечены своим продуктом, чтобы заметить, что их арестовали. Все, что я сделал, это бросил их в тюрьму, пока не приехали власти из Фриквенси, чтобы забрать их и травку», — сказал Слэйд.
— «Тем не менее, похоже, первая неделя была напряженной. Почему у меня такое ощущение, что тебе уже скучно?»
— Это так очевидно? — спросил Слэйд.
— «Если ты не хотел быть начальником полиции маленького городка, с какой стати ты согласился работать на Рейншедоу?»
— «Я же говорил, что мне нужно перекантоваться, пока я не смогу запустить свой проект».
— В ФБПР дела не сложились?
— «Скажем так, я готов к переменам. Теперь о проникновении».
— «Иди за мной.»
Она прошла в заднюю комнату магазина. Она прекрасно осознавала, что Слэйд следует за ней.
В задней комнате «Зазеркалья» было еще больше коробок/ ящиков, чем в торговом зале. Она почти до потолка была забита упаковочными ящиками и транспортировочными коробками, полными антиквариата и коллекционными штучками, которые ее тетя так и не удосужилась распаковать. Контейнеры образовывали узкий каньон, ведущий к задней двери. Так же в комнате находились новые ящики. В них были предметы, которые она решила взять с собой, когда закрыла свой магазин во Фриквенси.
— «Да, я не завидую тебе с инвентаризацией», — сказал Слэйд. — «Некоторые из этих ящиков выглядят так, как будто они простояли здесь десятилетиями».
— «Как я уже говорила, тетя Беатрикс не особо заморачивалась с организацией вещей».
— «Это выходит за рамки отсутствия организационных навыков. Знаешь, есть слово для людей с такими психологическими проблемами.»
— «Собиратель/ Плюшкин (Патологи́ческое накопи́тельство (также силлогомания, хоардинг, синдром Плюшкина, диспозофобия и др.) — вид навязчивого поведения, заключающийся в собирании и хранении неиспользуемых вещей, чаще всего — предметов домашнего обихода в настолько больших количествах, что они препятствуют использованию помещений по прямому назначению.)? Да, я знаю.» — Шарлотта остановилась. — «Что я могу сказать? Ни для кого не секрет, что моя тетя вела себя немного странно». — Она указала на узкую дорожку, образованную высокими стенами из ящиков. — «Это дверь, была не заперта сегодня утром, когда я пришла».
Слейд прошел вперед и присел на корточки прямо перед дверью. — «Хм», — сказал он.
— «Что думаешь?» — она спросила.
— «Похоже на след от кроссовок». — Слэйд выпрямился. — «Судя по беспорядочным следам, он провел некоторое время в этой комнате, а затем пошел торговый зал. Развернулся и вернулся сюда. Ушел тем же путем, которым вошел. Через заднюю дверь.»
— «Хочешь верь, хочешь нет, но это я поняла сама».
— «Да?» — Слэйд поднял брови. — «Ты когда-нибудь думали о карьере борца с преступностью?»
— «Очень смешно. Как Ты думаешь, что здесь произошло?»
— «Думаю, вчера кто-то обнаружил, что дверь открыта, вошел, осмотрелся и ушел».
— Я же говорила тебе, я заперла дверь вчера, — твердо сказала она.
Слэйд взглянул на замок на двери. — «Даже если это так, ее открыть раз плюнуть. Кредитка в щель и заходи кто хочет».
— «Я собиралась сменить замок, но у меня так много дел, что я просто не успела».
— «Отличная идея.»
Она нахмурилась. — Разве тебе не следует снять отпечатки пальцев или что-то в этом роде?
— «О, да, и, может быть, мне еще взять мазок на ДНК. Спасибо за совет.»
— Ты не принимаешь все это всерьез, не так ли?
Он посмотрел на нее. — «Если бы это был Фриквенси Сити и твой магазин ограбили, как ты думаешь, что бы сделали полицейские?»
Она сморщила нос. — «Немного. Наверное, просто попросили список украденного на случай, если какой-нибудь из предметов всплывет в ломбарде.»
— «Поскольку здесь, судя по всему, ничего не было украдено, а на Рейншедоу нет ломбардов, масштабы этого расследования несколько ограничены».
— «Черт возьми. Тебе действительно не нравится твоя работа, не так ли?
Слэйд пожал плечами. — «Это все временно».
— «Мне кажется, что у вас очень пофигистское отношение, шеф Эттридж».
— «Ладно ладно. Вот, что вероятно случилось. Вчера вечером после закрытия кто-то заметил, что дверь магазина открыта. Он вошел внутрь, быстро осмотрелся, чтобы убедиться, что все в порядке, а затем ушел. Как насчет такой теории?
— «Это жалкое объяснение. Но, очевидно, это все, чем я могу довольствоваться/ это все, что могут мне предоставить правоохранительные органы, поэтому остановимся на этом варианте». — Она повернулась и пошла в торговый зал. — Хочешь чашечку кофе?
— «Зависит от. .. Это взятка? Если да, то, думаю, следует добавить пончик».
— «Извини, пончиков нет. Что-то мне подсказывает, что взяточничество — бесполезно.»
— Почему ты так уверена в этом?
— «Интуиция. Но тебе повезло. У меня, чисто случайно, осталась половина буханки хлеба с кабачком, которую испекла для меня моя соседка Тельма Дункан».
— «Хлеб с кабачком от Тельмы Дункан, кажется, сейчас повсюду. Сегодня утром Мирна принесла в участок буханку. Рекс съел ее».
— «Всю буханку?»
— «Ну, он поделился с офицером Уиллис. Оказывается, Рексу понравился хлеб миссис Дункан.»
— «Это хорошо, потому что мне сказали, что еще долго будет производиться такой продукт. Миссис Дункан — потрясающий садовник, и как раз наступил сезон кабачков. Я отрежу кусочек Рексу.»
Она подошла к прилавку и развернула хлеб. Она прекрасно осознавала, что Слэйд наблюдает за ней, когда она отрезала кусочек и положила его на небольшую бумажную тарелку. Она поставила тарелку на стойку.
Слэйд оглянулся. — Рекс — это тебе, угощайся. Хлеб с кабачками».
Со стороны старинных кошельков и сумок послышалось приглушенное хихиканье. Появился Рекс. Он пробежал через комнату и вскочил на стойку. Он бросился к тарелке с хлебом и с явным энтузиазмом набросился на него.
— «Потрясающе», — сказала Шарлотта. — «Можно подумать, что после буханки, которую он умял на пару с Уиллисом сегодня утром, он способен еще съесть».
Рекс откусил кусок хлеба с кабачками и спрыгнул обратно на пол. Он исчез среди антиквариата.
Шарлотта налила кофе в фильтр. — Присмотри за ним, пожалуйста.
— «Трудно это сделать в таком захламленном месте».
— «Я предупреждаю тебя. . "
— «Помню— сломаешь-купишь».
— «Верно.» — Шарлотта налила воду в кофеварку и включила кофемашину.
Позади нее повисло короткое молчание. Она смотрела, как кофе капает в стеклянный кофейник.
— «Ты никогда не заключала Брак по Завету», — спросил Слэйд через некоторое время.
Вздрогнув, она обернулась. — «Нет.» — Она глубоко вздохнула. — «Еще нет.» — Она снова повернулась к кофемашине. — Я так понимаю, ты тоже никогда не вступал в БЗ.
— «Нет. Но я пробовал Брак по Расчету, но не сложилось».
Юридически признанный Брак по Расчету был разработан поселенцами первого поколения как краткосрочная договоренность, которая позволяла парам экспериментировать с обязательствами, прежде чем перейти к нерушимому Браку по Завету. Молодым людям позволялось попробовать БР, прежде чем сделать решительный шаг. БР может быть расторгнут любой из сторон по любой причине, без ущерба или нарушений. Если нет ребенка. Ребенок менял все. С юридической точки зрения Брак по Расчету переквалифицировался в Брак по Завету.
Юридические и социальные узы БЗ были прочными, как инопланетный кварц. Были попытки получить развод, но на данный момент это были единичные случаи, главным образом потому, что это был юридический и финансовый кошмар, не говоря уже о социальном и политическом самоубийстве.
Только очень богатые люди с хорошими связями могли позволить себе развод, но они обычно избегали этого, потому что последствия были серьезными. Политиков могли вышвырнут из офиса, если они осмелятся вырваться на свободу из-под власти БЗ. Генеральных директоров увольняли советы директоров. Эксклюзивные клубы отменяли членство. Приглашения на важные социальные мероприятия переставали поступать.
Большинство здравомыслящих людей, оказавшихся в капкане брака, просто соглашались жить раздельно. Но их социальная и юридическая ответственность по отношению друг к другу и потомству не ущемлялась. Семья была на первом месте. Всегда.
Боязнь промаха/ застрять в неудачном браке обеспечивала стабильность одной профессии, в частности, свах. Семьи делали все возможное, чтобы гарантировать, что сертифицированные консультанты по вопросам брака подберут подходящих друг другу людей.
— Знаешь, — сказал Слэйд, — я всегда полагал, что к этому моменту ты уже будешь замужем. Может быть, даже заведешь детей».
— Да? — Она улыбнулась через плечо. — «Я поражена, что ты вообще меня помнишь, не говоря уже о том, что думал обо мне последние пятнадцать лет».
Он полез в карман брюк и достал перочинный ножик из черного кристалла, который она подарила ему в то утро, когда он отправился в новую жизнь в ФБПР.
— «Я думал о тебе каждый раз, когда использовал его», — сказал он.
Восторг искрился в ней. — Ты хранил его все эти годы.
— «Это хороший нож». — Он убрал его обратно в карман. — Ты была права насчет клинка. Он все еще острый и прочный и он не раз спасал мою задницу».
— «Правда?»
— «Правда.»
Она улыбнулась, до смешного довольная. — «Ну, это же нож Такашимы. Сколько времени тебе понадобилось, чтобы понять, как его открыть?»
— Я все понял, когда паром достиг Фриквенси Сити. Чтобы им пользоваться, нужен небольшой талант.
— «Да», — сказала она.
— «Поскольку мы, кажется, на какое-то время застряли вместе на этом утесе, не хотела бы ты поужинать со мной сегодня вечером?» — тихо спросил Слэйд.
Хотя она фантазировала о нем с тех пор, как увидела, как он сходит с парома на прошлой неделе, приглашение, застало ее врасплох. Ей пришлось приложить немало усилий, чтобы ее реакция была спокойной и легкой.
— «Звучит здорово», — сказала она. — «Что касается ресторанов, здесь не так уж много вариантов. Как насчет Марины Вью?
— «Я рассчитывал, что мы поужинаем у меня», — сказал Слэйд. — «Я куплю свежего лосося».
— «Хорошо», — сказала она. — «Что мне принести?»
Он ненадолго задумался. — «Тебе, вероятно, захочется к лососю что-нибудь зеленое».
— «Немного овощей было бы замечательно. Помимо хлеба с кабачком, миссис Дункан завалила меня помидорами и базиликом. Я сделаю салат».
— «Моя острая полицейская интуиция подсказывает мне, что ты, вероятно, пьешь белое вино?»
— «Я также пью красное», — заверила она его. — «Это не значит, что я негибкая. Но белое лучше сочетается с рыбой».
— «Я куплю бутылку по дороге домой», — сказал он. — «У меня в холодильнике только пиво».
Из задней комнаты послышался слабый стук.
— «Рекс!!!!». — Шарлотта выскочила из-за стойки. Она бросила на Слэйда сердитый взгляд. — Я же просила присматривать за ним.
— «Извини.»
Рекс появился в проеме между двумя комнатами. Он держал небольшую черную вечернюю сумочку, усыпанную блестящими черными бусинами. В изящной сумочке едва могли поместиться помада и пудра.
Шарлотта стояла перед ним, положив руки на бедра. — «Брось клатч».
К ее изумлению, Рекс уронил предмет ей под ноги.
— Я думаю, ты ему нравишься, — сказал Слэйд. — «Обычно он игнорирует подобные команды. Что это такое?»
— «Очень красивый вечерний клатч от Claudia Lockwood. В хорошем состоянии он стоит несколько сотен долларов, а этот клатч в идеальном состоянии.»
Рекс сел и посмотрел на нее с выжидающим выражением лица.
— «Он хочет, чтобы ты бросила сумку», — сказал Слэйд.
— «НИ-ЗА-ЧТО. Эта вещь слишком ценная, чтобы ее можно было использовать в качестве игрушки для пушка.»— Она колебалась. — «Я не знала, что пыльные кролики любят играть в апорт».
— «Рекс не совсем играет в апорт», — сказал Слэйд. — Во всяком случае, не как собака. Но если ты бросишь предмет, он за ним побежит».
— «Что он с ним сделает?»
— «Растерзает», — сказал Слэйд.
— «Очевидно, ты очень осторожен с тем, что бросаешь».
— «Очень», — согласился Слэйд.
Она посмотрела на Рекса. — «Прости, Рекс. Я не могу позволить тебе разорвать ее на куски.»
Рекс совершенно неподвижно стоял на задних ногах, словно статуя.
Шарлотта рассмеялась. — «Думаешь, он пытается использовать пси-силу, чтобы заставить меня сделать то, что он хочет?»
— Я бы не удивился.
— «Ты не получишь сумочку», — сказала она Рексу. — А как насчет уточки?
Она подошла к стойке и взяла маленькую желтую резиновую уточку, стоявшую возле кассы. Она пару раз сжала утку. Утка пискнула. Рекс был наэлектризован от волнения.
Она бросила утку в заднюю комнату. Рекс побежал следом. Раздался стук. Послышалось несколько слабых, отчаянных писков. А потом наступила тишина, за которой последовало радостное тарахтение.
— «Что-то мне подсказывает, что утка не выжила», — сказала Шарлотта. Она подошла к стойке и налила кофе. Она поставила кружку на стойку перед Слэйдом. Она изучала его холодные глаза.
— «Ты знаешь, кто был в моем магазине вчера, не так ли?» — она сказала.
— Да, — ответил Слэйд. Он взял кружку. — «Я поговорю с ним. Это больше не повторится».
Хэнк Левенсон бросил безголовую и бесхвостую рыбину на весы. — «Как-то многовато дорогого лосося из Эмбер-Ривер для одного человека. Планируешь побаловать пушка? Я всегда могу продать тебе кусочек поменьше и по дешевле для Рекса. Сомневаюсь, что он заметит разницу.»
Слэйд оперся одной рукой о стеклянную витрину и обдумывал варианты. Не было смысла пытаться скрыть правду. Новость о том, что он ужинал с владелицей антикварной лавки «Зеркало», к завтрашнему утру разнесется по всему заливу Шэдоу-Бэй, что бы он ни делал.
— «Я не уверен, что Рекс не заметит разницы», — сказал он. — «Он чертовски привередлив. Он получит порцию лосося, а остальное я планирую разделить с гостем на ужине.»
— Гость, да? — Хэнк снял с лосося чешую и завернул серебристую рыбу в коричневую бумагу. — «Это случайно не Шарлотта Энрайт?»
— «С чего ты взял?»
Хэнк фыркнул. — «Видел, как ты выходил из ее магазина сегодня утром. У меня такое чувство, что вы с ней могли бы поладить.»
Хэнку было под шестьдесят. Он вырос на Рейншедоу и был наделен суровыми, обветренными чертами человека, проведшего свою жизнь на воде или около нее. Когда он потянулся за полоской скотча, чтобы заклеить упаковку с лососем, под закатанным рукавом его рубашки появилась часть старой татуировки. Это был образ мифического морского змея.
— «Шарлотта считает, что вчера к ней кто-то пытался залезть», — сказал Слэйд. — «Я приходил проверить информацию».
— «Да?» — Хэнк поднял голову, его глаза слегка сузились от беспокойства. — Что-нибудь украли?
— «Кто бы знал?»
Хэнк фыркнул. — «Хорошая точка зрения. Это место завалено хламом. Беатрикс Энрайт была очень странной женщиной, и к концу она стала еще более эксцентричной. Она была одержима своим антиквариатом».
Слэйд вспомнил разговор, который он подслушал тем летом, когда работал на пристани. — «Я помню. Пятнадцать лет назад все считали ее немного странной.»
— «Со временем она стала еще более странной. Рейншедоу всегда привлекал чудаков. Мы хорошо знаем этот тип. Особенность Беатрикс заключалась в том, что она всегда покупала антиквариат на распродажах недвижимости и тому подобное, но, похоже, ее никогда особо не беспокоила продажа этих вещей, по крайней мере, насколько я могу судить.»
— «Ей удалось сохранить бизнес», — отметил Слэйд.
— «Да. Иногда у меня возникало ощущение, что она ищет какой-то конкретный предмет, но что бы это ни было, не думаю, что она его нашла. Что заставило Шарлотту думать, что к ней влезли?»
— «Сегодня утром она обнаружила заднюю дверь магазина незапертой. Это заставило ее нервничать. Но, насколько она может судить, ничего не пропало».
— «Городская девушка». — Хэнк понимающе кивнул. — «Рад, что ничего серьезного не произошло. Но с другой стороны, у нас здесь не так уж и много проблем».
— «Я это заметил», — сказал Слэйд.
— «Иногда в длинные летние выходные у нас возникают проблемы с некоторыми из лодочников. Немного пьянства и беспорядка. И, как ты уже понял на этой неделе, на островах всегда промышляют торговцы травкой.»
— «Заметил.» — Слэйд взглянул на часы.
— «Острова Янтарного моря всегда пользовались популярностью у контрабандистов, торговцев наркотиками и пиратов». — В голосе Хэнка была нотка гордости. — «Тебе могут рассказать много долгих историй. Пятьдесят лет назад по этим водам плавал сам капитан Гарри Себастьян. Легенда гласит, что он закопал свое сокровище где-то на Рейншедоу.»
— А затем он исчез, предположительно был убит своим бывшим деловым партнером, который считал, что имеет право на сокровища. Я знаю эту историю. Слышал ее пятнадцать лет назад.»
Хэнк подмигнул. — Говорят, призрак Себастьяна до сих пор ходит по Заповеднику по ночам.
— «Если я его увижу, я его арестую».
Хэнк рассмеялся. — «Даже не сомневаюсь в этом.»
Слейд еще раз взглянул на часть татуировки, которая была видна на руке Хэнка. Подобные татуировки он видел, в основном у старых контрабандистов.
— «Но вообще говоря, залив — очень тихое место», — с удовлетворением продолжил Хэнк. — Да, сэр, я бы сказал, что это идеальный городок для человека твоей профессии.
— «Почему— то все мне об этом говорят». — Слэйд потянулся за бумажником. — Что я должен?
«19, 95. Тариф, как местному».
— «Спасибо. Я ценю это.»
Хэнк передал пакет с рыбой и прислонился к стойке. — «Скажу, сэр, здесь, на Рейншедоу, нет таких проблем с преступностью, как в большом городе».
— «Я заметил.»
Никаких пси-одаренных преступников, — подумал Слэйд
— «Должен признаться, я не знал, чего ожидать, когда несколько месяцев назад в старом домике у озера открылась контора «Осмысление/ Размышление /Рефлексия», — продолжил Хэнк. — «Но до сих пор люди, приезжающие на ретриты, кажутся тихими и воспитанными. Они тратят деньги в магазинах. Шеф-повар покупает у меня рыбу, так что я не жалуюсь.»
— «Учитывая, сколько стоит посещение такого семинара по медитации на выходные, я сомневаюсь, что «Осмысление» привлечет ту толпу, которая склонна к бунтарству и погрому», — сказал Слэйд.
Хэнк усмехнулся. — «Здесь ты прав». — Он взглянул через окно магазина на Рекса, который сидел на перилах снаружи и любезно принимал похлопывания и воркование прохожих.
— Где ты взял пыльного кролика? — спросил Хэнк.
— «Он сам появился некоторое время назад», — сказал Слэйд.
— «Не знал, что из них получаются хорошие домашние животные».
— «Не получаются», — сказал Слэйд. — «Спасибо за рыбу. Увидимся.»
Хэнк просиял. — «Хорошо проведи время сегодня вечером, слышишь?»
— «Сделаю все возможное».
На веранде Рекс с большим интересом осмотрел упаковку с лососем.
— Забудь об этом, — сказал Слэйд. — «Это ужин, а не полдник. В участке я положу его в холодильник, а после работы заберу в хижину /лачугу».
Рекс, похоже, потерял интерес к лососю, но Слэйда не обмануть. Он спустился по ступенькам и осторожно настроился на сверх чувствительность / разбудил дар. Врачи в клинике предостерегали его, чтобы он не выходил за рамки минимального / базового уровня. Но он не смог устоять. Он должен был знать, насколько ухудшилось его состояние, должен был знать, сколько времени ему осталось, прежде чем его чувства полностью отключатся и он ослепнет.
Второе зрение включилось на несколько секунд. Уотерфронт-стрит с ее обветренными деревянными витринами, паромная пристань и пристань для яхт начали светиться жуткими оттенками ультра света. Следы людей, прогуливающихся по тротуарам, переливались радужной энергией. Но когда он усилил талант и попытался пробиться в зону, он почувствовал кипящую бурю энергии, которая ждала, чтобы окутать его. Хорошей новостью было то, что, казалось, темноты не стало больше, с тех пор, как он проверял в последний раз.
У него еще есть время, прежде чем его талант полностью исчезнет, но пси-силы, которые формировали его жизнь и сделали его настолько успешным в том, что он делал в течение последних пятнадцати лет, медленно, но верно поглощались штормом на краю спектра.
Он подавил бесполезную волну ярости, грозившую захлестнуть его изнутри. Не было смысла поддаваться гневу. Ему нужно двигаться дальше, потому что альтернативы не было.
По крайней мере, сегодня вечером он собирался поужинать с привлекательной, интересной женщиной. Прошло много времени с тех пор, как он был на свидании. Сьюзен ушла после того, как врачи и парапсихологи вынесли вердикт. Он не винил ее. Какое-то время казалось, что он, вероятно, совершит самоубийство. Они оба знали, что она ничего не могла сделать, чтобы остановить его погружение в пучину. Даже если он не приставит к голове магрез и не потеряется в дымке наркотиков и алкоголя, как ожидали некоторые, он никогда больше не станет тем мужчиной, за которого она планировала выйти замуж.
Сьюзен сократила свои потери, и он почувствовал облегчение, когда она это сделала. По крайней мере, ему больше не нужно было притворяться, что когда-нибудь он сможет вернуть себе способности; что когда-нибудь он сможет вернуться в Бюро.
Шарлотта Энрайт никогда не знала его в той жизни, которую он теперь считал другой жизнью. Для нее он был чистым листом. Никакого багажа. И он не будет торчать в Шэдоу-Бэй достаточно долго, чтобы у нее сложилось неправильное впечатление. Теперь она знала, что он планирует уехать через шесть месяцев. Он был рад, что решил эту проблему еще до того, как пригласил ее на ужин.
— «Они были просто двумя полузнакомыми людьми» — подумал он. — Ничего не мешало им хорошо провести время вместе. Она больше не была ребенком. Они оба были взрослыми людьми.
Он был буквально ошеломлен, увидев ее, когда пять дней назад сошел с парома. Большая часть города собралась поприветствовать нового начальника полиции, но именно вид Шарлотты в толпе пронзил его чувства и пробудил ощущения, которые он не мог определить.
Первая мысль, пронзившая его в тот день, была совершенно иррациональной
Это не имело смысла, но последние пять дней он не мог избавиться от ощущения, что провел все эти пятнадцать лет, пытаясь вернуться на Рейншедоу и посмотреть, здесь ли она еще.
Она определенно выросла за годы, проведенные в разлуке, но он узнал бы ее где угодно. Все элементы женщины, которой ей суждено было стать, были на месте тем летом, ожидая своего расцвета. И конечный результат оказался именно таким, как он предчувствовал. Интеллект, энергия и обещание страстной натуры осветили ее блестящие карие глаза в тот год, и теперь эти качества были более яркими.
—
В тот день он понял, что хочет ее больше, чем когда-либо в своей жизни. И он понимал, что она была единственным, чего он не мог иметь.
Полицейский участок Шэдоу-Бэй располагался в дальнем конце улицы на городской площади. Штаб добровольной пожарной части располагался прямо напротив небольшого парка. Почтовое отделение и офис по совместительству мэра Флетчера Кейна довершали идеальную картину маленького городка.
—
Девин Рид растянулся на одной из каменных скамеек в парке, вытянув ноги перед собой. На нем были кроссовки, джинсы, серая толстовка с капюшоном и новые солнцезащитные очки, которые он недавно купил. Вдобавок у него был совершенно скучающий, утомленный вид, который мог создать только тринадцатилетний мальчик.
Рекс рванулся вперед и запрыгнул на сиденье.
— Привет, Рекс. — Девин погладил пушка, а затем посмотрел на Слейда через новые очки. — Привет, шеф Эттридж.
— «Дев». — Слэйд остановился. — «Что ты делаешь сегодня вечером?»
— «Ничего особенного».
— «Как насчет прошлой ночи между полуночью и рассветом? Тогда ты делал что-нибудь особенное?
— «Хм?» — Девин отдернул руку от Рекса.
— «Ты был в антикварном магазине».
— Я ничего не сломал, клянусь.
— Но ты был внутри.
— Я обнаружил, что дверь не заперта, — быстро сказал Девин. — «Я просто хотел убедиться, что внутри все в порядке».
— Взял что-нибудь?
— «Нет.»
— «Это хорошо. Мне бы не хотелось тебя арестовывать. Это разбило бы сердце твоей бабушки.»
Девин был ошеломлен. — Ты бы арестовал меня.
— «Не задумываясь».
— «Я тебе не верю».
— «Давай проверим.»
Выражение лица Девина сменилось на угрюмое. — Я просто оказал мисс Энрайт услугу, вот и все. Я только проверил и убедился, что внутри магазина все в порядке».
— «В следующий раз, когда ты отправишься бродить по округе после полуночи и найдешь незапертую дверь, позвони мне или офицеру Уиллису.»
— Конечно, как скажите.
Рекс отправился исследовать фонтан, выложенный камнем и плиткой. Он любил играть в воде.
Слейд поставил ногу на скамейку и положил предплечье на бедро. Он не любил давать советы, но Девину определенно нужен был совет. Другой вопрос, послушает ли ребенок его или нет.
— «Твоя бабушка знает, что ты ускользнул из дома прошлой ночью?» — он сказал.
— «Нет.» — Девин теперь выглядел обеспокоенным. — «Она решит, что я употребляю наркотики или еще что».
— Я знаю, почему ты зашёл в магазин, Дев.
— Я же говорил тебе, я просто…
— «Ты почувствовал там энергию, не так ли? Я тоже ее чувствую. Оно поражает тебя, как ливень маленьких искр молний, не так ли? Немного поднимает настроение.»
— «Хм?» — Девин замер.
— «То, что ты там уловил, — это следы паранормальной энергии».
— «Ты имеешь в виду как в Старых Кварталах и Подземном мире? Инопланетная пси?
— «Похожее, но то, что ты чувствуешь в Зазеркалье, не является инопланетной энергией. Это человеческий пси».
— «Я не понимаю.»
— «Мисс Энрайт говорит, что его изрядное количество содержится в большинстве антикварных вещей в магазине. Очевидно, есть коллекционеры, которые готовы платить за подобные вещи большие деньги. Пойди разберись.»
Девин сначала выглядел шокированным, а затем обиженным. — Брось, ты думаешь, что я настолько туп, чтобы в это поверить? Ты еще скажи, что Санта-Клаус и Зубная фея реальны?
— «Я думаю, что в тебе просыпается экстрасенсорный талант, Дев, но не тот низкоуровневый, который все используют, чтобы резонировать с янтарем, чтобы завести машину или включить стиральную машину. Что-то гораздо более сильное.»
Дев покраснел. — «Думаешь, я могу быть охотником за привидениями? Что, возможно, я когда-нибудь смогу присоединиться к Гильдии?
— Ты когда-нибудь видел призраков?
Девин снова погрузился в себя. — «Нет. Несколько раз пробовал в Фриквенси, даже спускался в туннели с другими детьми. Они вытащили маленьких призраков, а я не смог».
— «Наверное, потому что у тебя другой талант».
— «Думаешь?» — Девин не пытался скрыть своего скептицизма. — «Какой?»
— «Во-первых, он не зависит от янтаря, хотя ты, вероятно, сможешь использовать янтарь, чтобы сфокусировать его».
— «Хм?»
— «Послушай, общеизвестно, что что-то здесь, на Хармони, ускорило эволюцию скрытых пси-способностей, которыми мы все обладаем. Вот почему мы можем использовать янтарь, верно?»
— «Верно. Мы проходили это на уроке естествознания. И что?»
— «Но вот что тебе не рассказывали на уроках естествознания. Некоторые из колонистов первого поколения уже обладали сильными природными способностями, когда прошли Завесу двести лет назад. Они вели себя сдержанно, потому что в Старом Свете пара-нормальные способности не считались нормой. Людей, которые утверждали, что обладают способностями, считали странными и даже опасными».
— «Серьезно?»
— «На Хармони, дела обстоят лучше, но многие люди все еще испытывают глубокий страх перед теми, кто обладает каким-либо мощным талантом, независимо от того, используют они янтарь или нет. И иногда для этого есть веская причина, опасаться сильных талантов».
— «Да ладно, никто не воспринимает всерьез эти фильмы и комиксы о преступниках-экстрасенсах и пара-нормальных убийц».
Слэйд подумал о своем последнем задании. — «Ты будешь удивлен».
— «Да?» — Дев уже начал казаться заинтригованным.
— «Природный талант, который, я думаю, у тебя есть, требует времени для развития. Пройдет несколько лет, прежде чем ты узнаешь, насколько ты силен. Это хорошо, потому что тебе нужно время, чтобы научиться контролировать и концентрировать свои новые способности».
— «М-м-м.»
— «Мой совет — держи в секрете то, что с тобой происходит, если ты не уверен, что разговариваешь с кем-то, кто тебя понимает и верит».
Дев посмотрел на него настороженно и неуверенно. — «Думаешь, люди будут чураться меня?»
— «Вероятно. Сильный талант обычно приходит с генами. Твоя бабушка когда-нибудь говорила с тобой о возможности того, что у тебя могут быть способности выше среднего?»
— «Ты шутишь? Ни за что. Если бы я спросил ее о чем-то подобном, она бы отправила меня к психиатру. Я бы оказался в психушке. Она и так за меня беспокоится. Меньше всего мне хочется заставлять ее думать, что я схожу с ума, как моя мама».
Ни в участке, ни в городе ни для кого не было секретом, что Девин был плодом незаконного романа. Годом ранее его мать покончила с собой. Отец ребенка, женатый человек, живший в Кристалл Сити, выполнял свои финансовые обязательства, но не проявлял к мальчику никакого интереса. У Девина была только его бабушка, Мирна Рид. Мирна заботилась о его благополучии. Но мальчику нужна твердая мужская рука.
— «Иногда проявление дара может быть немного пугающим», — сказал Слэйд. — «Ты не всегда понимаешь, что с тобой происходит. И другие люди могут подумать, что ты странный. Вот почему я советую тебе ни с кем об этом не говорить, по крайней мере, какое-то время».
— «А с тобой могу поговорить?» — тихо спросил Девин.
— «Да, конечно.»
—
— «Тебе нужно поговорить с кем-то еще, и как можно скорее», — сказал он.
— «С кем?» — спросил Девин.
— «Мисс Энрайт».
Девин выглядел обеспокоенным. — «Почему?»
— «А ты как думаешь?»
Губы Девина сжались. — «Ты хочешь, чтобы я признался, что это я был в ее магазине вчера?»
— «То, что я хочу, здесь не имеет значения. Важно то, что тебе нужно поступить правильно».
— «Я же сказал, что ничего не взял», — настаивал Девин.
— «Она это знает. Но тебе бы понравилось, если бы незнакомый человек побывал бы у вас с бабушкой дома, когда вас не было?
Девин выглядел встревоженным. — «Это незаконно».
— «Да. Даже если этот человек просто огляделся».
Девин на мгновение задумался. Его выражение лица сменилось молчаливой покорностью.
— Ладно, ладно, я скажу ей, что это был я, — проворчал он.
— «Отлично.» — Слэйд полез в карман рубашки и достал небольшой блокнот в проволочном переплете и ручку. Он открыл блокнот, щелкнул ручкой и написал сайт и пароль. — «Когда доберешься до компьютера посети этот сайт». — Он вырвал страницу из блокнота и протянул ее Девину.
— «Аркейн?» — Бровь Девина приподнялась. — «Это какой-то игровой сайт?»
— «Это не игрушка. Но если кто-нибудь спросит тебя об Обществе, притворись, что это просто какой-то дурацкий сайт, которых много в интернете».
— Откуда ты все это знаешь?
— «Потому что у меня тоже есть некоторые способности».
— «Да? Докажи. Скажи, о чем я думаю. Или, еще лучше, покажи, как ты взлетишь в воздух».
Слэйд улыбнулся. — «Не существует таких вещей, как чтение мыслей или левитация, хотя я знаю иллюзиониста, который может заставить тебя поверить, что и то, и другое возможно. Мы не говорим о способностях супергероя. Мы говорим о пси-чувствительности и, иногда, о способности манипулировать частью энергии в определенных областях спектра».
— «Что это значит?»
— «Посети сайт и все узнаешь. О том, чему ты там научишься, мы поговорим как-нибудь в другой раз. Мне нужно положить рыбу в холодильник».
Он убрал ногу со скамейки и направился в участок. Девин поднялся и пошел рядом с ним. Рекс выскочил из фонтана. Он запрыгнул на край и стряхнул воду со своей шерсти. Он помчался по лужайке, чтобы присоединиться к Слэйду и Девину.
— «Рыба для Рекса?» — спросил Девин.
— «Не по этой цене. Рекс может съесть остатки или поймать рыбу самостоятельно.»
— «Что-то много лосося для одного человека».
— Ко мне на ужин придет гость.
— «Ух ты, кто?»
— «Мисс Энрайт».
— «Святое дерьмо». — Девин резко остановился. — У тебя свидание?
Слэйд продолжил идти. — «Ты против?»
— «Конечно нет!!!.» — Девин бросился догонять. — «Просто бабушка и еще пара людей говорили, что вам двоим следует встретиться. И теперь у вас свидание».
— «Ты умеешь читать мысли».
— «Что?»
— «Неважно. Просто шутка». — Слэйд поднялся по ступенькам. — «Почему все думают, что нам с Шарлоттой следует встречаться? Потому что мы оба новички на острове?»
— «Наверное. Я не знаю. Я слышал, как бабушка говорила об этом с миссис Мерфи». — Девин сделал паузу. — «Я думаю, все боятся, что ты сбежишь/ уедешь».
— «Да?» —
— «Потому что парень, который был до тебя, не долго продержался, как и парень до него. Бабушка рассказала, что после смерти шефа Холстеда пять лет назад никто не задерживался на этом посту дольше нескольких месяцев.»
— «В отделах полиции небольших городков часто наблюдается высокая текучесть кадров».
— «Может быть, бабушка и остальные считают, что если у тебя будет подружка в городе, ты останешься здесь», — предположил Девин.
— «Интересная теория».
Слэйд открыл дверь и вошел в участок. Рекс и Девин последовали за ним. Слэйд автоматически снял солнцезащитные очки и сунул их в карман рубашки. Девин сделал то же самое.
Рекс пересек комнату и забрался на свое любимое место — картотечный шкаф высотой по пояс. Он с величественным видом уселся и приступил к осмотру того, что, считал своей территорией.
Мирна Рид сидела за своим столом, пристально глядя в экран компьютера. Она немного подпрыгнула, когда вошли Слэйд и Девин. Слэйд заметил на экране, что-то похожее на женские свитера и слова «Бесплатная доставка», прежде чем Мирна свернула окно. Одежда исчезла и на ее месте появилась заставка.
— «Привет, шеф». — Мирна повернулась на стуле.
Это была красивая женщина лет пятидесяти, которая держала себя в форме. Ее светлые волосы были завиты на затылке. Она посмотрела на Слэйда поверх очков для чтения, балансировавших на ее носу.
Слэйд знал кое-что о ней. Когда он устраивался на эту работу, первым делом он проверил анкетные данные офицера Уиллиса и Мирны Рид. Старые привычки умирали тяжело. Ему хотелось понимать, с кем он работает. Он знал, что Мирне было не больше семнадцати или восемнадцати лет, когда она забеременела матерью Девина, которая, в свою очередь, тоже забеременела в подростковом возрасте. Мирна никогда не была замужем. Сейчас она воспитывала тринадцатилетнего внука. Она явно любила Девина и была полна решимости сделать все возможное. Для Слэйда это все, что имело значение.
— Как дела в «Зеркальце»? — спросила Мирна.
Слэйд почувствовал внезапную тишину позади себя. Он знал, что Девин задержал дыхание.
— «В магазине не было никаких проблем», — сказал Слэйд. — «Шарлотта обнаружила, что задняя дверь была не заперта, но говорит, что ничего не пропало».
Мирна рассмеялась. — «Я видела этот магазин внутри. Как она смогла понять, было ли что-то украдено?»
— «Там немного тесновато», — согласился он.
— «Кажется, Беатрикс купила гораздо больше, чем продала», — сказала Мирна. — «Никогда не понимала, откуда у нее деньги, но они у нее водились, чтобы покупать антиквариат для магазина».
— «Думаю, она заработала достаточно на тех немногих предметах, которые сумела продать, чтобы держаться на плаву».
Мирна покачала головой. — «Женщина была одержима, это точно».
Девин заговорил. — «Я собираюсь в продуктовый магазин, купить газировку, а потом, может быть, посмотрю, тусуется ли Нейт на пристани. Нам нужно составить план похода на Хидден-Бич.
Слэйд посмотрел на него. — «Позже.»
Девин вынул из кармана солнцезащитные очки и привычным движением надел их на нос.
— Позже, — сказал он. Он направился к двери.
— «Будь дома к шести на ужин», — крикнула Мирна.
— Конечно, — сказал Девин через плечо.
В следующий момент он исчез с молниеносной скоростью, которой позавидовал бы любой охотник. Никто не мог двигаться быстрее, чем мальчик-подросток, идущий потусоваться с приятелем. Дверь за ним закрылась.
Мирна медленно выдохнула. — Полагаю, ты заметил солнцезащитные очки?
— Заметил, — сказал Слэйд.
— «Тот же бренд, что и у тебя. Заказал через Интернет. Он даже надевает и снимает их так же, как ты. Обеими руками, а не одной.»
— «Потому, что так, они служат дольше. Меньше изнашиваются крошечные петли».
— «Приятно осознавать, что за твоим методом стоит здравая логика, но я не думаю, что Девин подражает тебе по этому», — сказала Мирна.
— «Он думает, что я делаю модное заявление?»
— «Нет. Он думает, что ты выглядишь холодным, как камень, когда надеваешь и снимаешь очки. Как говорят дети, «очень ледяной».
— «Повторяю, что бы механизм не изнашивался». — Он взвесил пакет в руке. — «Что мне нужно знать, прежде чем я положу эту рыбину в холодильник?»
— «На улицах Большого города все спокойно». — Мирна изучала пакет с рыбой. — «Многовато для одного человека и пыльного кролика».
— «Рекс — троглодит. Но прежде чем ты услышишь это от других, у меня сегодня будет гость.»
Выражение лица Мирны прояснилось. — Шарлотта Энрайт?
— «Чудеса дедукции. Неудивительно, что ты работаешь в правоохранительных органах.»
Мирна проигнорировала его. — Самое время, я так тебе скажу. Первое свидание с момента твоего прибытия на остров.
— «Дай мне передышку. Я в городе меньше недели». — Он пошел по коридору к комнате отдыха.
— «У меня есть потрясающий рецепт соуса тартар», — крикнула ему вслед Мирна. — Я запишу.
Девин остановился перед входом в «Антикварное зеркало» и заглянул в окно. Он увидел, как Шарлотта Энрайт ходит по магазину. Она была одета в черные джинсы и черную футболку с короткими рукавами. На волосах у нее был маленький синий треугольный шарфик. Она распаковывала ящик.
Он начал разворачиваться, чтобы уйти, но не смог. Конечно, ему нужно извиниться, но Нейт ждал его на пристани. У них были планы отправиться в поход на Хидден-Бич. Он всегда мог извиниться позже. В пять тридцать, когда Шарлотта закончит работу. Она будет торопиться домой, и он сможет быстро покончить со всем этим.
Он неохотно открыл дверь магазина и вошел внутрь. Над головой прозвенел старинный колокольчик. Тонкие вибрации поразили его. Он словно прошел сквозь невидимый водопад. Интерьер антикварного магазина не то чтобы стал светлее, но ему казалось, что он освещается чем-то еще, по мимо обычного света. Он видел странные цвета, но у него не было для них названий.
Он остановился, отвлеченный интригующими ощущениями. Это чувство было таким ништячным. Иногда страшным, но невероятно пленительным/ обольстительным. Неохотно он вернулся в реальность. Неестественные цвета в атмосфере вернулись в норму. Он все еще смутно ощущал энергию, подобную сверкающему водопаду, но она больше не отвлекала его. Он понял, что может контролировать это чувство. Это тоже было очень круто.
— Привет, Девин. — Шарлотта выпрямилась из ящика, который распаковывала, отряхнула руки и подошла к нему. — Я рада, что ты зашел.
— «Почему?» — осторожно спросил он.
Стоило предположить, что Шарлотта догадается о прошлой ночи. Она была немного странной. Шеф тоже был странным, но по-другому, и это было нормально. Начальник — он мужчина и все понимал. Шарлотта, с другой стороны, была женщиной. Она ему нравилась, но она его беспокоила. Как будто она могла заглянуть ему в голову. Это была главная причина, по которой он не опасался заходить в магазин, когда он был открыт днем.
Была и еще одна причина, по которой он не заходил в магазин. Он не мог позволить себе что-нибудь тут купить. Ему просто хотелось созерцать эту атмосферу какое-то время. Владельцам магазинов не нравились люди, которые забредали в магазин и просто тусовались. Они были слишком похожи на магазинных воров.
Шарлотта улыбнулась. — «Я нашла кое-что, что, по моему мнению, идеально тебе подойдет. Я только что распаковала его». — Она повернулась и пошла обратно через комнату.
Он осторожно последовал за ней. — «Моя бабушка говорит, что твоя тетя никогда не распаковала до конца ни одного ящика».
— «Тетя Беатрикс не любила иметь дело с покупателями. На самом деле, я думаю, можно с уверенностью сказать, что она так и не поняла концепцию обслуживания клиентов».
— «Я не понимаю. Если ей не нравилось продавать эти вещи, почему она занималась этим бизнесом?»
— «Интересный вопрос. В семье мы всегда говорили, что она эксцентричная, и не заостряли на это внимания. Но между нами говоря, я думаю, что она всю свою жизнь что-то искала.»
— «Эм. Что?»
— «Не имею представления.»
— Ты когда-нибудь спрашивала ее?
— «Один раз. Она сказала, что это ключ. Я спросила ее, что он открывает. Она ответила, что он создан не для того, чтобы открывать. Его сделали, чтобы запереть то, что вообще нельзя было открывать».
— Как ты думаешь, она его нашла?
— «Нет.»
— «Печально.»
Шарлотта остановилась, уперев руки в бедра, и оглядела кучу мусора на полу. По крайней мере, ему это казалось хламом, но он знал, что для нее это антиквариат.
— Дай-ка я посмотрю, — сказала Шарлотта. — «Думаю, я положила его рядом со старым шоколадным горшком. Да, вот он. Она наклонилась и подобрала небольшой предмет.
Она взяла предмет в одну руку, а кончики пальцев второй руки опустила на зеркальный кулон, который носила на шее. Из подвески хлынул свет. Ему показалось, что он почувствовал небольшую вспышку энергии в атмосфере, но это трудно было проверить.
Шарлотта разжала руку и протянула предмет. — «Вот. Это твое».
Встревоженный, он сделал шаг назад. — «Я даже не прикасался к нему, клянусь».
Она улыбнулась. — Я знаю, но теперь он твой, если ты этого хочешь.
— Что ты имеешь в виду, говоря, что он мой/ для меня?
— «Просто так. Вот, возьми. Посмотри, что ты чувствуешь».
Он посмотрел на предмет в ее руке. Антиквариат представлял собой плоский янтарный диск примерно два дюйма (≈ 5 см) в поперечнике и полдюйма(≈ 1,2 см) в ширину. На нем была выгравирована компасная роза. Четыре направления компаса были украшены маленькими серыми кристаллами. Он был очаровательным.
— Вау, — выдохнул он. Он взял у нее янтарный компас и внимательно осмотрел его. Его было приятно держать в руке, тепло и уютно, как будто он было создано для него. Его пронзила дрожь осознания. — «Оно все еще работает?»
— «О, да. Это настоящий компас Дамиана Кавалона. Он был одним из первых исследователей туннелей. Навигация по катакомбам была невозможна с помощью стандартных надземных компасов. Они не функционировали в инопланетном пси. Он придумал первую конструкцию, которая могла работать в среде с тяжелым пси. За прошедшие годы в эту технологию было внесено множество усовершенствований, но любой охотник за привидениями скажет тебе, что нет ничего более надежного, чем компас Дамиана Кавалона старого образца. Большинство охотников до сих пор носят его с собой в качестве запасного варианта, когда отправляются в Подземный мир.»
— «Я не вижу циферблата или стрелки. Может быть, он сломался?»
— «Нет, он не так работает. Тебе нужно резануть янтарь, и кристаллы загорятся. Истинный север всегда ярко-синий. Попробуй.»
Он сосредоточил на диске немного энергии, столько же, сколько ему хватило бы, чтобы включить рез-экран или тостер. Ничего не произошло. Он добавил еще. Кристалл, указывающий на север, начал слабо светиться. Он медленно повернулся и увидел, как он становится ярче. Его охватило волнение.
— «Там север», — объявил он, указывая через улицу на дверь галереи Кейн.
— Очевидно, — сказала Шарлотта. Она улыбнулась.
— «Здорово», — воскликнул он. Затем реальность ударила его. Он вздохнул и протянул ей компас. — «Но эта вещь стоит дорого. Я не могу позволить себе что-то подобное».
— «Ну, мы можем договориться. Ты не хотел бы немного помочь мне?»
— «Да, конечно.»
— «Мне мог бы пригодиться кто-нибудь, кто помог бы мне навести порядок в этом месте. Протереть пыль, подмести и вымыть окна. Стекла в витринах настолько грязные, что покупатели не видят, что находится на полках. Хотел бы ты помочь мне с этим в обмен на компас?»
Его охватило волнение. Он крепко сжал пальцы вокруг компаса. — «Это было бы здорово. Когда мне начинать?»
Шарлотта огляделась. — «Как насчет следующей недели? Мне нужно закончить распаковку этих ящиков, и было бы хорошо завершить инвентаризацию, прежде чем я начну систематизировать и расставлять предметы».
— «Хорошо. Увидимся.» — Он направился к двери, а затем замер под сокрушительной тяжестью внезапного ужаса. — Подожди, я чуть не забыл. Возможно, ты не захочешь отдавать мне компас.
— «Почему нет?»
Он обернулся и приготовился. — «Это я был в магазине вчера».
Шарлотта скрестила руки на груди и посмотрела на него понимающими глазами. — «Ясно.»
— Я ничего не взял, честно.
— «Я верю тебе.»
— Я просто хотел посмотреть.
— «В следующий раз, когда захочешь посмотреть, заходи через парадную дверь».
— «Я не должен был этого делать».
— «Да», — сказала она. — «Зачем ты это сделал?»
— «Я не знаю. Просто захотелось. В любом случае, мне очень жаль».
— «Хорошо. Извинения приняты. Но больше так не делай».
— Ты заберешь компас?
— «Нет.» — Шарлотта улыбнулась. — «У нас договор. Увидимся на следующей неделе.»
— «Хорошо.»
Он побежал к двери, прежде чем она успеет передумать.
— Так, почему ты не вышла замуж? — спросил Слейд.
Шарлотта отпила немного белого вина и обдумывала ответ, наблюдая, как Слэйд раскладывает лосось на гриле. С лососем и огнем он поступил так же, как и со всем остальным: грамотно, хладнокровно, с минимумом суеты. Рекс, сидя на перилах крыльца, с восторженным вниманием наблюдая за происходящим на гриле.
— «Тебе действительно интересно?» — сказала наконец Шарлотта.
— Чертовски любопытно, — признал Слэйд. — «На протяжении многих лет, когда я думал о тебе, я говорил себе, что ты уже замужем».
— «Помнишь, я говорила тебе, что у моего таланта есть некоторые недостатки?»
Он остановился, держа металлическую лопатку в воздухе, и посмотрел на нее. — «Пятнадцать лет назад ты сказала что-то о приступах паники, когда ты сильно или много пользуешься даром. Разве ты не переросла это?
— «Не совсем. Теперь я гораздо лучше контролирую ситуацию. Но они редко, но случаются, если слишком долго концентрируюсь на таланте».
Он покачал головой. — «Определенно недостаток. Но какое это имеет отношение к замужеству?»
— «Все сложно.» — Она глотнула еще вина. — «Скажем так, с точки зрения профессиональных свах я — сложная пара».
— Так ты обращалась в агентство?
— «Конечно, я выбрала лучшее, по крайней мере, лучшее для члена Тайного общества».
— «Аркейнматч (Совпадение по Аркейну)?»
— «Да.»
— Я так понимаю, все прошло не очень хорошо? — он спросил.
— «Мне напомнили, что невозможно найти стопроцентное идеальное совпадение, и это особенно важно для сильных или чрезвычайно необычных талантов. Оказывается, я подпадаю под обе категории. Очевидно, это приводит к тому, что в парапсихическом профиле слишком много неизвестных или непредсказуемых элементов».
Он нахмурился. — «Ты же говорила, что твой дар подходит только для чтения радуги в аурах и настройки антиквариата».
— «Это все, для чего он годится. У меня чертовски большой талант в этом». —
— «Помнишь тот Брак по Расчету, о котором я упоминал?»
— «Да.»
— «Мы познакомились через сваху. Консультанты сказали, что наш рейтинг совместимости составляет восемьдесят два процента.»
— «Неплохо для сильного таланта», — сказала она.
— «Но это и не совсем верняк (попадание в яблочко). Мы со Сьюзен не хотели рисковать и решили попробовать БР».
— «Логично, поскольку оказалось, что вы двое не очень подходите друг другу. Что случилось?»
— «Все изменилось», — сказал он. — «Я изменился. Скажем так, я больше не вписываюсь в тот профиль, который зарегистрировал в агентстве».
— «Понятно.» — Хотя она этого не понимала, но было очевидно, что она не получит от него больше никакой информации. Справедливо. В конце концов, это было первое свидание.
По какой-то причине ей было трудно решить, что надеть на ужин этим вечером. Это должно было быть просто, учитывая место — барбекю на заднем дворе. Обшарпанная хижина Слэйда стояла на поляне на усаженном деревьями утесе с видом на каменистый пляж и темные воды Янтарного моря. Недалеко в тумане плавала россыпь островов, некоторые из которых были настолько малы, что напоминали огромные камни.
Температура весь день держалась около восьмидесяти градусов(≈ 26〬С). И только сейчас начала опускаться до семидесяти. Солнце не сядет еще часа три. Выбор ее гардероба должен был быть легким. Очевидным выбором были джинсы, пуловер и, возможно, свитер, который она наденет, когда вечером будет возвращаться в свой коттедж. Но она колебалась, слишком долго рылась в своем маленьком шкафу, прежде чем выбрать джинсы, темно-синий пуловер и свитер, чтобы надеть его по дороге домой.
— «Думаю, сто процентной гарантии ни в чем не бывает», — сказал Слэйд. Удовлетворенный тем, что лосось пошел хорошо, он отложил лопатку в сторону и взял со стола бутылку пива. — Ты хорошо разбираешься в вине?
Она взглянула на свой наполовину полный бокал. — «Спасибо.» — Она взяла бокал и сделала небольшой глоток. — «Мне всегда было интересно».
Он посмотрел на нее. — «Что?»
— «Как у тебя сложились дела в ФБПР?»
Слэйд опустился на одну из скамеек у стола для пикника. — «По большей части, хорошо. Можно сказать, что у меня талант к этой работе».
— Что именно ты делал для Бюро? Я понимаю, что ты был специальным агентом, но каких плохих парней ты преследовал?
Некоторое время он молчал. Потом сказал. — «Поставь меня в центр того, что кажется идеальным преступлением, или старого нераскрытого дела, и я смогу сказать тебе, использовал ли преступник паранормальное средство, для совершения преступления. Обычно мне также удавалось найти доказательства. У меня это настолько хорошо получалось, что в конце концов я начал работать в специальном отделе Бюро. Оно называлось «Офис».
— «Никогда не слышала.»
— Именно этого хочет Бюро. «Офис» существует исключительно с целью выявления и устранения худших из худших, одаренных преступников, которые используют паранормальные способности для совершения преступлений».
— «Ходят слухи, что у Гильдии охотников за привидениями есть агентство, которое занимается чем-то в том же духе».
— Да, но его агенты работают почти исключительно в катакомбах и подземных тропических лесах. Управление занимается открытыми делами. Но за последние несколько лет между ними сложились прочные рабочие отношения. Некоторые ситуации требуют сотрудничества».
— «Имеет смысл. Плохие парни, совершающие преступления на поверхности, пытаются скрыться в Подземном мире».
— «И наоборот», — сказал Слэйд. — «Нередко плохиш начудив под землей, пытается спрятаться в городе или поселке, где, как он знает, Гильдии нелегко его выследить».
Она подняла брови. — Или применить свое собственное правосудие, если она его найдет.
Слэйд улыбнулся своей редкой, мимолетной улыбкой. — «Я вижу, ты не большая поклонница Гильдий».
— «У них действительно есть определенная репутация», — признала она.
— «Все меняется. Ты должна знать это. Ты из Фриквенси. Эта Гильдия имела самую скандальную репутацию из всех. Теперь, когда у руля Адам Уинтерс, все будет по-другому, поверь мне».
— Ты знаешь Уинтерса? — она спросила.
— «Иногда мы работали вместе. Классный чувак.»
— «Ну, он определенно местный герой, я тебе скажу. Если верить хотя бы половине из того, что говорят, он и Марлоу Джонс, очевидно, спасли Подземный мир от неминуемого разрушения. Их свадьба станет самым большим светским событием сезона».
— «Одно можно сказать наверняка: женившись на Джонс, Адам навсегда связал Гильдию с Обществом».
— К лучшему или к худшему, — сухо сказала Шарлотта.
— «Я знаю, что Гильдии Фриквенси нужно улучшить свои имидж с социуме, по крайней мере, в твоих глаза».
— «Не помешало бы.» — Она откинулась на спинку стула. — «Если тебе нравилась твоя работа в ФБПР и в этом ведомстве, о котором ты упомянул, зачем все менять?»
Он выпил еще пива и поднялся, чтобы проверить лосося. — «Мне пора двигаться дальше».
— «
— «Ты упомянул, что у тебя есть проект», — сказала она. — «Что это? Или это секрет?»
— «Я молчу об этом здесь, на острове». — Он оглянулся через плечо. — И я был бы признателен, если бы ты ничего не говорила. Я не хочу, чтобы все знали, что я здесь ненадолго. Плохо для морального духа в участке.
— «Понимаю. Я никому не скажу. Чем планируешь заниматься?»
— «Я собираюсь открыть частную консалтинговую компанию по вопросам безопасности. Нанять нужных мне людей. У меня есть кое-какие связи в Бюро. Думаю, это поможет привлечь первых клиентов».
— Как продвигается?
— «Медленно, но идет». — Он повернулся к грилю. — Рыба скоро будет готова.
— Я принесу салат.
Она поднялась по ступенькам. Видимо, почувствовав, что скоро будет ужин, Рекс взволнованно заурчал, когда она прошла мимо него. Она открыла сетчатую дверь и вошла в небольшую гостиную хижины. Сразу стало ясно, что Слэйд не пытался превратить это место в дом. Все было аккуратно и упорядоченно. Это не стало неожиданностью. Если не считать компьютера на столе, Слэйда в комнате почти не было. Он относился к этому дому как к краткосрочному пристанищу, которое, очевидно, намеревался покинуть в скором времени.
Хижина была типичной. Мебель была крепкая, но потрепанная. Потертый диван и пара кресел для чтения, стоящих перед камином, выглядели так, словно стояли здесь уже несколько поколений. Две картины в рамках на стене представляли собой выцветшие типовые пейзажи Янтарного острова, которые, вероятно, находились в доме столько же, сколько и мебель. Были еще спальня и ванная, а также в хижине под высоким потолком имелась комната в мансарде, предназначенная для размещения дополнительных гостей. Мансарда выходила окнами на главную комнату, и к ней вела узкая деревянная лестница.
Она прошла по старому плетеному ковру и вошла в винтажную кухню. Открыв старенький холодильник, она достала миску с салатом из огурцов, помидоров, оливок и базилика, который она принесла с собой. Она полила салат приготовленной ранее заправкой и перемешала. Когда он был готов, она взяла тарелку и буханку хлеба с кабачками, которую принесла с собой, и вернулась на улицу. Солнце быстро садилось. Вечер становился прохладнее. — «К тому времени, как она отправится домой, ей понадобится свитер», — подумала она.
— «Сегодня ко мне заходил Девин Рид», — сказала она. Она поставила салат и хлеб на стол для пикника. — Я полагаю, это твоих рук дело?
— «Возможно, я подтолкнул его в этом направлении. Я понял, что он был наиболее вероятным подозреваемым». — Слэйд положил рыбу на блюдо. — «Девину только что исполнилось тринадцать. У него явно проявляется какой-то талант. Его влечет энергия в магазине. Но я уверен, что он ничего не крал».
— «Я подарила ему одну вещицу».
— «Что?»
— «Старый компас Дамиана Кавалона».
— «Оригинал?»
— «Да.»
Слэйд присвистнул. — «Хороший подарок. Он был в восторге?»
— «Кажется, он был доволен. Я немного поработала над компасом. Теперь он настроен под него».
— Мне нравится тот перочинный нож, который ты мне подарила.
Она пожала плечами. — «Это то, что я делаю. Говоря о юном Девине, я заметила, что он тусуется с тобой при каждой возможности. Похоже, ему даже удалось найти пару солнцезащитных очков, которые выглядят точно так же, как твои».
— «Я говорил с ним сегодня о том, что с ним происходит».
— «Пробуждение таланта?»
— «Верно.» — Слэйд сел на противоположную сторону стола. — «Он понятия не имеет, что происходит, и боится разговаривать с бабушкой, опасаясь, что она подумает, что у него проблемы с психикой».
— «Это разумное беспокойство. Он не первый ребенком, которого отправят к психиатру после того, как у него появится нестандартный, не связанный с янтарем талант. Как ты думаешь, какие у него способности?»
— Не уверен, — сказал Слэйд. — «Это все еще не сфокусировано».
— «Он потерял мать несколько месяцев назад. Такая травма может задержать или даже полностью подавить развитие чувств».
— «Он хороший парень, но у него были сложности».
— «Я понимаю, что на горизонте нет отца».
— Нет, — сказал Слэйд. — «У пацана только бабушка».
— «Мирне придется нелегко. В одиночку растить мальчика-подростка достаточно сложно. Попытка справиться с тем, кто демонстрирует серьезный талант, будет еще сложнее».
— «Особенно, если человек, занимающийся воспитанием, сам не согласен с концепцией нестандартного таланта», — сказал Слэйд.
— «Такое под силу только Аркейну? И даже внутри Общества очень сильные таланты заставляют нервничать других одаренных».
— «В этом вся суть силы», — сказал Слэйд. — «Это пугает. Я сказал Девину, что то, что с ним происходит, нормально, но большинство людей думают по другому. Я посоветовал ему молчать о своих новых способностях, пока он не подрастет и не научится ими управлять».
— «Хороший совет. Между тем, ему нужен наставник. Как бы ты это ни называл, то, что он сделал прошлой ночью, определенно соответствует определению незаконное проникновение».
— «Это больше не повторится».
— «Такой ребенок, как Девин, может выбрать скользкую дорожку», — сказала Шарлотта.
— «Я знаю.»
— Похоже, ты говоришь из личного опыта.
— «Да.»
Около одиннадцать часов он проводил ее до дома, подсвечивая фонариком неосвещенную дорогу, которая вилась между деревьями вдоль обрыва. Фонарик был ради Шарлотты. Несмотря на ущерб, нанесенный его способностям, его ночное зрение все еще было острым, особенно когда он был немного взвинчен, как сейчас. Весь вечер он пытался держать свои пси-токи плотно закрытыми, но одного нахождения рядом с Шарлоттой было достаточно, чтобы вызвать у него легкое возбуждение, достаточно, чтобы осветить мир слабым сверх сиянием. Достаточно, чтобы сохранить сладкую боль полувозбуждения глубоко внутри него.
Но без искусственного света Шарлотта шла бы в беспроглядной тьме. Темнота на острове была абсолютной, когда вы удалялись от небольшого делового района города и пристани для яхт. Уличных фонарей не было. Коттеджи и хижины, разбросанные вдоль скал и обрывов, стояли далеко друг от друга и были скрыты густым лесом. Ветви деревьев, загораживали свет, исходивший от звезд и луны.
Шарлотта взглянула на Рекса, который ехал на плече Слэйда. — «Вам двоим повезло. Вы оба можете видеть в темноте. Должно быть, это вас очень выручает».
— «Ночное зрение имеет свои плюсы». — Он задавался вопросом, как долго он будет обладать паранормальным зрением, позволяющим ему видеть в полной темноте. — Хотя, — подумал он, — ему это и ненужно, чтобы знать, что Шарлотта была поблизости. Каким бы псислепым он ни стал, что-то в нем всегда откликалось на нее.
— Когда Рекс появился у тебя? — спросила Шарлотта.
— Вскоре после того, как я вышел из… — Он резко остановился. — «После моего последнего задания. Я жил в квартире в Кристалл-Сити. Однажды ночью услышал звук на балконе. Я открыл дверь и увидел Рекса. Он просто сидел и смотрел на меня. Он выглядел так, словно чего-то ждал».
— «Еды?»
— «Я так и подумал. Я отдал ему остатки курицы. Он съел ее и ушел. На следующее утро он снова сидел на балконе с красивым маленьким камнем».
— «Каким?»
— «Очень зеленым, пси-зеленым. Я знал, что он притащил его из тропического леса».
Невозможно было ошибиться в уникальном кислотно-зеленом сиянии, которое было отличительной чертой многих из того, что построили давно исчезнувшие инопланетяне. Над землей древние руины Мертвых городов светились зеленым светом после наступления темноты. Внизу построенный ими бесконечный лабиринт катакомб днем и ночью освещался странным зеленым светом. Обширные просторы биоинженерных джунглей, погребенных глубоко в Подземном мире, были освещены искусственным зеленым солнцем.
Никто не знал, что случилось с инопланетянами, первыми колонизировавшими Хармони. Но человеческие антропологи и исследователи пришли к выводу, что что-то в окружающей среде планеты оказалось для них ядовитым. Пси-энергия, находящаяся в стенах и зданиях их элегантных, изящных городов, а также в чудо инженерной мысли, которым был Подземный мир, явно задумывалась как противоядие.
Но в конце концов силы природы, очевидно, оказались не по силам инопланетянам. Никто не знает, вымерли ли они просто как вид или же они прекратили существование и покинули планету. Как бы то ни было, они исчезли за тысячи лет до того, как на Хармони прибыли человеческие колонисты с Земли. Эксперты не смогли установить точную дату эры инопланетных колонистов, поскольку зеленый кварц, который они использовали для строительства практически всего, был неразрушим. На нем не было никаких признаков выветривания или эрозии.
— «Итак, Рекс принес камень из тропического леса, чтобы укрепить ваши отношения», — сказала Шарлотта, позабавившись. — «Как умно и дальновидно».
— «С тех пор он околачивается рядом», — сказал Слэйд. — «Иногда он на время исчезает, обычно ночью. Он начал делать это на Рейншедоу, с той ночи, как мы приехали. Иногда мы ходим в Заповедник вместе».
Она засмеялась. — «Не законное проникновение на чужую территорию по-прежнему незаконно?»
— Так же незаконно, как и пятнадцать лет назад, когда мы с тобой туда ходили. Но кое-что изменилось.
— «Что?»
— «Во-первых, я теперь Шеф/ начальник полиции. Я могу пойти куда угодно на острове, не беспокоясь о том, что меня арестуют за вторжение на территорию».
— «Точно, я и забыла. У тебя же есть значок. Должно быть, очень удобно».
— «Что есть, то есть.» — Он сделал паузу, размышляя, что еще ей сказать. — «Но это не единственное, что еще изменилось».
Должно быть, она уловила серьезность, которую он вложил в эти слова, потому что довольно резко повернула голову, чтобы посмотреть на него.
— «Что ты имеешь в виду?» — она спросила.
— «Согласно записям шефа Холстеда, забор / ограждение был укреплен около пяти лет назад после того, как два человека сумели проникнуть в Заповедник и погибли на его территории. Поисково-спасательная группа Фонда вынесла тела. Тогда они отправили бригаду, чтобы усилить забор. Сейчас он определенно намного мощней, и пройти через него гораздо труднее, чем в ту ночь, когда мы там гуляли. Но это не единственное, что изменилось. Сам заповедник кажется другим, по крайней мере частично».
— «Да? Как это?»
— «Это трудно объяснить. Там, по прежнему, много красивых мест, но на некоторых участках энергетика темнее и тяжелее».
— «Я помню, что там было очень дезориентирующе в тот вечер», — сказала Шарлотта. — «Если бы ты не был со мной, я бы безнадежно заблудилась через десять или двадцать(≈ 10–20 м) футов».
— «В те дни пси-забора и страха заблудиться было достаточно, чтобы отпугнуть большинство людей. Но теперь я почти уверен, что только тот, кто обладает чертовски мощным талантом и такой же решимостью, сможет преодолеть барьер».
— «Ты сказал, что некоторые места кажутся другими?»
— «Пятнадцать лет назад я провел много времени в Заповеднике. Это было непреодолимое влечение для девятнадцатилетнего парня, у которого появился сильный талант».
— «Я помню», — сказала она. Она улыбнулась, вспоминая об этом. — «Меня тоже тянуло туда».
— «Два раза, когда я ходил туда на прошлой неделе, я наткнулся на некоторые вещи, которых определенно не было пятнадцать лет назад».
— «Какие?»
— «Пруды и озера, которые, кажется, кипят от темной энергии. Каньоны насыщены тьмой».
— «Мрачные/ темные/ зловещие Каньоны?» — повторила она, очарованная.
— Я не знаю, как еще их назвать.
— «Но красивые места все еще существуют? Например, тот луг, который ты показал мне той ночью. Он был похож на сказочную страну. Я никогда его не забуду».
— «Он все еще там», — сказал он. — «Все еще такой же красивый. Но сейчас кажется более нагретый/ раскаленный/ тяжелый по ощущению».
— Есть какие-нибудь предположения?
— «Еще нет. Но я провожу кое-какие исследования в Интернете и работаю над теорией. Ты когда-нибудь слышала о паранексусе?
— «Конечно. По мнению экспертов Аркейна, это естественная геологическая горячая зона паранормальных сил, место, где происходит слияние нескольких видов мощных природных энергетических потоков. Я думаю, что это похоже на вихрь. На Земле есть записи о таких местах, и я слышала, что такие нашли и здесь, на Хармони, в катакомбах.»
— «Связующее звено более мощное и сложное, чем вихрь, потому что в нем задействовано больше сил. В дополнение к энергии магнитного поля планеты существуют океанские течения и сильные приливы, а также тектонические и геотермальные силы, вовлеченные в эту связь. Когда они собираются вместе определенным образом в определенных местах, они производят много энергии, подобной той, что находится в Заповеднике».
— «Думаешь, это связующее звено?»
— «Да.»
— «Как ты исследуешь Заповедник?»
— «Я нашел несколько старых навигационных карт, корабельных журналов и дневников экспедиций Первого века. Они размещены онлайн в Университете Олд-Фриквенси. Я также нашел несколько отчетов об островах Янтарного моря, оставленных контрабандистами и пиратами. У меня еще не было возможности прочитать их все, но я вижу, что тема вырисовывается».
— «Какая?»
— «Некоторые из первых мореплавателей были убеждены, что на Рейншедоу обитают призраки инопланетян».
Она смеялась. — «Оригинально, но я думаю, можно смело игнорировать эту теорию».
— «Первая экспедиция, отправившаяся на ту часть острова, которая сейчас является Заповедником, исчезла. Было две спасательные экспедиции, но команды были вынуждены повернуть назад. Тела первой экспедиции так и не были обнаружены. Позже парочке экспедиций удалось попасть на остров, но ни одна из них не продвинулась далеко вглубь острова, и большая часть территории остается неизведанной и не нанесенной на карту».
— Когда Заповедник перешел в частные руки?
— «Хороший вопрос. Вскоре после Эры Раздора корпорация под названием (Amber Sea Trading Company) Торговая компания «Янтарное море» заявила права на большую часть Рейншедоу в соответствии со старыми законами о геологоразведке, которые были созданы для поощрения частных исследований и разработок.»
— «Когда появилось юридическое лицо под названием «Фонд Заповедника Рейншедоу»?»
— «Через несколько лет после того, как компания «Янтарное море» заявила права на остров, она учредила Фонд для управления Заповедником. С тех пор он находится под контролем Фонда. Холстед оставил номер телефона, по которому можно позвонить в случае, если кто-нибудь заблудится в Заповеднике. Фонд отправит поисково-спасательную команду».
— Как ты думаешь, почему ты можешь войти в Заповедник и не заблудиться? — спросила Шарлотта, очень задумчиво.
— «Черт возьми, если я знаю. Я могу, только предположить, что это как-то связано с моим талантом». — Или тем, что от него осталось, — тихо добавил он.
— «В первых экспедициях должны были быть, по крайней мере, несколько подобных охотников».
— «Это может объяснить, почему некоторым командам удалось изучить хотя бы часть Заповедника», — сказал он. — «Но очевидно, что такого таланта было недостаточно, чтобы позволить полностью исследовать остров».
— «Ты сталкивался с чем-нибудь внутри, что останавливало тебя?»
— «Э-э-э нет. Зловещие Каньоны — самое серьезное препятствие, с которым я сталкивался. И я бы точно не рискнул бы искупаться ни в один из прудов или озере. Но до сих пор я не испытывал той дезориентации, о которой сообщали выжившие, вытащенные поисково-спасательными командами Фонда. Хотя за последнюю неделю я ходил туда всего дважды. У меня не было возможности особо осмотреться.»
— «Планируешь пойти туда снова в ближайшее время?»
Его это позабавило. — Ты хочешь пойти со мной, не так ли?
— «Я никогда не забуду первый визит». — Ее голос стал задумчивым. — «Я мечтала повторно посетить Заповедник время от времени на протяжении многих лет».
— «Я сам несколько раз вспоминал о Заповеднике», — признался он. — Я возьму тебя с собой.
— «Отлично», — сказала она. — «Я очень хочу. .»
— Но не сегодня.
В кустах у обочины послышался слабый шорох. Рекс застыл на плече Слэйда. Он пригладил мех, и его вторая пара глаз, янтарная пара, которую он использовал для охоты, резко открылась. Он спустился на землю и исчез в кустах.
— Ух ты, — сказала Шарлотта. — «Природа в первозданном виде».
— «А чего ты ожидала? Пушки всеядны и хищники».
— «Может быть, это и правда, но, насколько я понимаю, есть причина, по которой были изобретены продуктовые магазины. Это делает все намного опрятнее». — Она взглянула на окутанный ночью лес, где исчез Рекс. — Я так понимаю, у него нет проблем с перемещением по Заповеднику?
— «Насколько я могу судить, у Рекса внутри нет никаких проблем. Но пушки прекрасно передвигаются и в Подземном мире. Похоже, они хорошо переносят тяжелую пси-среду».
Он остановился. Шарлотта тоже.
— «Что-то не так?» — она спросила.
Он направил луч фонарика на гравийную полосу, пересекавшую дорогу. — «Твой поворот к дому».
Она улыбнулась. — «Хорошо, что ты следишь за дорогой. Здесь так темно, что я даже не заметила ее. Если бы я была одна, я бы прошла мимо».
Они прошли по узкой, изрытой колеями дороге между деревьями и вышли на поляну. Когда кроны нависающих ветвей исчезли, звездное ночное небо засверкало во всей своей красе.
Шарлотта подняла глаза. — «Это невероятно?»
Он зачарованно наблюдал за ее лицом.
— «Да», — сказал он. — «Невероятно.»
— «Это была одна из вещей, которые мне нравились на острове», — сказала она. Она направилась к крыльцу, выуживая из сумочки ключ. — «Во Фриквенси, огни города в сочетании с сиянием руин не позволяют увидеть ничего, кроме луны и самых ярких звезд. Но здесь ночное небо всегда представляет собой потрясающее зрелище».
Он последовал за ней вверх по ступенькам, желая придумать, как продлить ночь.
Коттедж Шарлотты стоял на утесе с видом на скалистую бухту и несколько небольших соседних островов. В отличие от его собственной спартанской лачуги, ее жилище выглядело необычно и уютно. Маленький и компактный, он состоял из двух этажей, двускатной крыши и крыльца, опоясывающего дом. Корзины с цветами свисали с карнизов широкой крыши.
Он изучал сцену пару секунд, пытаясь понять, почему коттедж Шарлотты так отличался от его собственного. —
Шарлотта уже собиралась открыть дверь, когда огромные волны жуткого зеленого света захлестнули/окрасили небеса. Ночь осветилась так, словно ее зажгла сверхъестественная энергия. Она вскрикнула и подпрыгнула. Ключ звякнул о деревянное крыльцо.
— «Что за. .?» — она ахнула. — «О боже мой, смотри, полярное сияние. Увидеть его здесь, на острове, можно лишь несколько раз в год. Много факторов должно сложиться».
— «Я помню, летом, когда работал на пристани, видел полярное сияние», — сказал он. — «С тех пор я вижу его впервые».
Она засмеялась. — Может, это хорошее предзнаменование, а?
— «Это естественное атмосферное явление», — сказал он. — Не предзнаменование.
— «Дай мне минутку. Конечно, человек, который придумал такую фразу, как «Зловещие Каньоны», может позволить мне небольшую поэтическую вольность.»
Он улыбнулся. — «Ты права. Возможно, это предзнаменование».
Он выключил фонарик и они спустились по ступенькам, чтобы лучше рассмотреть захватывающее зрелище.
— «Поговорим о спецэффектах», — выдохнула Шарлотта.
— «Ни одна киностудия не смогла бы создать такое световое шоу».
Яркие зеленые огни бесконечно падали с ночного неба, создавая потусторонний эффект, ослепляющий все чувства.
В воздухе за пульсировала энергия. Слэйд понял, что Шарлотта открыла свои сверх чувствительные каналы, чтобы в полной мере насладиться эффектом полярного сияния. Его собственные чувства реагировали не на рябь, светящиеся огни в небе, а на энергию Шарлотты.
Тогда он понял, что сильно просчитался. Он сказал себе, что секс с Шарлоттой ничего не осложнит, просто двух взрослых влечет друг к другу. Но он ошибался. Секс будет очень сложным. Но в тот момент, очарованный выражением лица Шарлотты и атмосферой удивления и очарования, которая мерцала вокруг них, ему было наплевать на возможные осложнения.
Он обнял ее за плечи, остро ощущая нежное женское тело под легким свитером, который был на ней. Ее запах разжег огонь, разгоревшийся глубоко внутри. Он повернул ее к себе. Она не сопротивлялась.
— Шарлотта, — сказал он. И остановился, потому что не мог придумать, что сказать дальше.
— Я знаю, знаю, — сказала она, ее голос был немного хриплым. — «Ты не останешься на острове. У тебя есть планы на будущее, которые не предполагают пребывание здесь. Мы два взрослых человека, очарованные энергией и ночью, и бла, бла, бла».
— «Я не говорил бла, бла, бла, на самом деле я сказал, что мы два взрослых человека, которых непреодолимо влечет друг к другу».
Она положила руки ему на плечи и улыбнулась. Ее глаза светились.
— «Сойдемся на двух людях, которые случайно оказались вместе на острове», — сказала она.
Он притянул ее ближе. — Я такого, точно, не говорил.
— «Нет.»
— «Должно сработать.»
Он накрыл ее рот своим и поцеловал под сияющим зеленым ночным небом. В атмосфере вспыхнул жар и энергия. Шарлотта издала тихий вздох и растаяла у него на груди. —
Но огни страсти уже разгорались и становились жарче с каждым ударом сердца. Вопреки здравому смыслу он углубил поцелуй. Все хорошо. Он может справиться с этим. Он контролировал ситуацию. Это был просто поцелуй.
Рот Шарлотты приоткрылся. Он почувствовал, как ее пальцы сжали его плечи. Ее охватила дрожь. Осознание того, что она отвечает ему, делало его безрассудным.
Он провел руками по ее спине, пока его ладони не остановились на соблазнительном изгибе ее бедер. Он плотно прижал ее к своим бедрам и услышал резкий вдох Шарлотты, когда она почувствовала его эрекцию сквозь ткань джинсов.
— «Что такое?» — сказал он ей на ухо. — Разве ты не подозревала, как сильно я хочу тебя?
Ее пальцы сильнее сжались на его плечах. — Дело не в этом, — твердо сказала она. — «Это. .просто. . неважно.»
Она поцеловала его в горло, а затем он почувствовал ее зубы на мочке своего уха. Теперь она торопилась, как будто внезапно отчаянно хотела спрыгнуть с невидимой скалы. Он почти рассмеялся.
— «Не спеши», — сказал он. — У нас вся ночь впереди.
— «Нет», — сказала она. — «Не вся. Мы должны сделать это сейчас. Прежде чем я… Неважно.»
— Прежде чем, что?
— «Сейчас это не важно».
— «Как скажешь. Может, нам сначала стоит найти кровать?»
— «Одна есть в моем коттедже».
Он схватил ее за руку и потянул в дом. Ей удалось найти ключ там, где она его уронила, открыть замок, и они оказались внутри.
— Свет, — прошептала она. — «На стене.»
— «Он не нужен», — сказал он.
— «Ах, да, да, ночное зрение. Вау, как удобно».
— «Д-да.»
Он помог ей подняться по лестнице на второй этаж и пройти по небольшому коридору в спальню. Там он упал вместе с ней на кровать. Он продержался достаточно долго, чтобы снять с нее туфли и свои ботинки, а затем они сцепились в чувственном бою на одеяле.
Он нашел чувствительное местечко у нее на горле. Он играл с огнем, но был удовлетворен тем, что все еще контролирует ситуацию.
Он снял с нее очки и осторожно положил их на тумбочку. Без хрустальной брони линз она выглядела более невинной и уязвимой. Это вернуло яркие воспоминания о том, как она выглядела той ночью пятнадцать лет назад. Он наклонился и поцеловал ее в лоб.
— «А-а-а». — Она отвернулась и ударила его по плечам обеими руками. — «Не делай так больше. Я пообещала себе, что ты никогда меня так больше не поцелуешь».
— «Как?»
— Как тогда. Как будто я твоя младшая сестра.
Он ухмыльнулся. — «Поверь мне, я никогда не думал о тебе как о сестре, ни пятнадцать лет назад, ни тем белее сейчас».
— «Да?»
— «Есть вещи, которые мужчина знает с абсолютной уверенностью».
— «Тогда ладно. Если ты уверен.»
Он поцеловал ее в губы, позволяя снова вспыхнуть страсти. Когда она застонала и задрожала под ним, он расстегнул ее свитер и снял его. Он скользнул руками под ее синий пуловер. Тонкие косточки ее грудной клетки казались по птичьи легкими и нежными под его большими руками. Грудь у нее была маленькая, полная, упругая и спелая, соски между его пальцев напоминали ягоды. Он нежно сжал их, и Шарлотта, казалось, взлетела с кровати.
— Ах, — выдохнула она. — «Да.»
Она расстегнула его рубашку и запустила руки под нее. Когда он почувствовал ее ладони на своей обнаженной коже, его охватила еще одна волна жара.
Он поднял голову, чтобы посмотреть на нее сверху вниз. Глаза Шарлотты горели страстью. Он знал, что его собственные глаза также полыхали. Запах ее тела действовал на его чувства как наркотик, угрожая разрушить то, что еще оставалось под его контролем.
Он думал, что справится с этим, но ситуация быстро выходила из-под контроля.
Он не смог удержаться и прижал ладонь к промежности ее штанов. Он чувствовал ее тепло даже через ткань. Он обхватил ее и сильно прижал.
— «Да.» — Она вцепилась в него.
— «Теперь в ее хриплом голосе звучало нечто большее, чем настойчивость», — подумал он. Был элемент отчаяния. Он этого не понимал, но желание погрузиться в нее было настолько сильным, что он не хотел тратить время на вопросы.
Только когда он начал расстегивать ее джинсы, он понял, что его пальцы дрожат, а разум затуманен потребностью. Шок пронзил его. Атмосфера в маленькой, затененной комнате была слишком жаркой, слишком накаленной.
Его чувства обострились, и внезапно он оказался далеко за пределами спектра, направляясь в красную зону, вглядываясь в темную бурю пси-забвения, ожидавшую его.
— «Надо сбавить обороты», — сказал он себе. Он мог это сделать. Он потянулся и нашел контроль. Он все еще был тверд, как камень, готов взорваться, но смог частично отключить свои чувства. Темная буря отступила.
Он продолжил раздевать Шарлотту, но обнаружил, что она замерла под ним. Ее пальцы обвили его запястья. Она смотрела на него широко раскрытыми, расфокусированными глазами.
— «Нет», — сказала она. — «Нет, хватит. Пожалуйста.»
Его пронзила вспышка паники. —
— «С тобой все в порядке?» — спросил он.
— «Да, я в порядке. Извини. Просто все происходит слишком быстро. Я имею в виду, что мы не виделись пятнадцать лет, а теперь мы в постели».
— «Несколько минут назад у меня возникло ощущение, что ты не считаешь это проблемой».
— «Мне очень жаль. Это моя ошибка. Я знаю.»
В ее голосе звучала досада. Он наклонился над ней, опершись на локти так, чтобы обхватить ее лицо руками. — «Я не виню тебя. Я просто хочу знать, что происходит. Ты потухла, как погашенный свет. Что я сделал не так?
— «Нет. Это я. Проблема во мне. Извини.»
— «Перестань извиняться и скажи мне, что, черт возьми, пошло не так с концепцией двух людей, оказавшихся вместе на острове?»
— «Я думала, что это сработает», — грустно призналась она. — «Я должна была понять. Я допустила ошибку».
— Объясни?
— Подумай вот о чем, Слэйд, — серьезно сказала она. — «Это маленький городок, и ты — начальник полиции. Это делает тебя известной личностью в городе. В течение следующих шести месяцев или сколько ты планируешь находиться здесь, мы будем сталкиваться друг с другом на почте, в продуктовом магазине, в кафе, в книжном магазине. Понимаешь?.»
— «Нет. Объясни.»
— «Для нас обоих будет крайне неловко, если мы сегодня переспим, а утром один из нас придет к выводу, что все это было ошибкой», — сказала она.
— Ты решила, что кто-то из нас завтра об этом пожалеет?
Она прочистила горло. — «Я не уверена на сто процентов, но да, я думаю, что вероятность этого велика».
— И ты выбрала худший сценарий?
Она вздохнула. — " Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть.»
— «И кто из нас пожалеет о сегодняшнем сексе?»
— «Это имеет значение?» — В ее голосе звучала тревога.
— «Да.»
Она глубоко вздохнула. — «Ладно. Ты. Ты пожалел бы об этом».
На мгновение он был слишком потрясен, чтобы говорить. Через пару секунд он взял себя в руки, оттолкнулся от нее и сел на край кровати. Он посмотрел на нее сверху вниз.
— Откуда ты, черт возьми, это взяла? — он спросил.
Она приподнялась на локтях. — Ты уверен, что хочешь вдаваться в подробности?
— Да, черт возьми, — сказал он сквозь зубы. — Не то чтобы настроение уже не было испорчено/ Несмотря на то, что запал уже пропал.
Она глубоко вздохнула. — «Хорошо. Думаю, я должна объясниться».
— «Не плохо бы.»
— Несколько минут назад, когда ты сгорал от страсти?
— «И что?» — он сказал. — Насколько я помню, ты сама была чертовски возбуждена.
— «Я прочитала радугу твоей ауры», — сказала она тихо, извиняясь. — Видишь ли, секс всегда порождает много пси, и я сама была под кайфом и…
— «Мне не нужна лекция по парафизике. Что ты увидела в моей радуге, что заставило тебя застыть подо мной?»
— «Было очевидно, что ты испытываешь глубокое противоречие по поводу происходящего. Да, ты хотел секса, но у меня сложилось отчетливое впечатление, что в нашей близости было что-то такое, чего ты боялся. Я предположила, что это из-за мысли о том, что утром тебе придется встретиться со мной лицом к лицу. Или, может быть, ты беспокоился, что я буду слишком эмоционально вовлечена, и ты не хотела причинять мне боль. Я не знаю. Прости.»
— «Прекрати повторять это.»
Она села и соскользнула с противоположной стороны кровати. — «Я не знаю, что еще сказать». — Она нашла свои трусики и поспешно надела их. — «Если это тебя утешит, я часто сталкиваюсь с подобной проблемой».
— «Ты?»
Она натянула через голову свитер и схватила с тумбочки очки. Она надела их на нос. — «Возможно, именно поэтому Аркейнматч так и не смог успешно подобрать мне пару».
— «Шутишь.»
— «Каждый раз, когда мне организовывали свидание, с потенциальным женихом, я в конечном итоге видела радугу этого человека. Стоило мне ее прочитать, я понимала, что ничего не получится. После этого дела всегда шли под откос».
Он натянул ботинки, поднялся и посмотрел на нее через кровать. — «Что там с чтением радуги?»
Она с трудом натянула джинсы. — «Послушай, ты был честен в этом вопросе. Я понимала, что ничего серьезного между нами быть не может. Ты ясно дал это понять. Меня это устраивало. Плыть по течению. Как говорится, порезвиться время от времени. Но потом я увидела твою радугу и поняла, что ты предчувствуешь полномасштабную катастрофу».
Он запустил пальцы в волосы. — «Ты неправильно трактуешь ситуацию. Или мою радугу.
— «Я могу принять отношения без обязательств, но мне не нравится идея, что ты потом будешь сожалеть». — Она выпрямилась. — «У меня есть гордость».
Он изо всех сил старался следовать ее логике. Это было непросто. Через несколько секунд он отказался от попытки.
Он обошел кровать, приближаясь к ней. Она быстро отступила, пока не уперлась в стену. Он остановился в нескольких дюймах от нее и положил ладони по обе стороны ее головы.
— «Ты не так хорошо читаешь радугу, как думаешь», — сказал он.
Ее рот открылся. — «Но, Я лучшая. Спроси любого в лаборатории Общества, где меня тестировали.»
— «Твой талант может быть настолько хорош, насколько это возможно, но он далеко не непогрешим».
— «Что ты имеешь в виду?»
— «Может быть, у меня и есть некоторые опасения по поводу своего будущего, но я могу гарантировать тебе, что я бы не пожалел, что переспал с тобой сегодня. Ни за что на свете. НИ-КО-ГДА. Независимо от результата».
— «Но я видела напряжение в твоей радуге», — сказала она. — «Я знаю, что ты испытывал глубокие противоречия из-за последствий физической близости со мной».
— «Ты говоришь как парапсихолог. Лично с меня достаточно этой брехни».
Она вздрогнула. — «Мужчины ненавидят, когда я начинаю так говорить».
— «Ни хрена».
— «Я всегда умудряюсь все испортить еще на первом свидание. Хотя иногда бывает второе и даже третье. Пару раз я даже доходила до пятого».
— «Если ты ведешь такие беседы на каждом свидании, я понимаю, где возникают проблемы», — парировал он.
— «Честно говоря, я должна признаться, что пыталась держать язык за зубами в надежде, что я заблуждаюсь».
— Должно быть, тебе было тяжело.
— «Я давала всем претендентам от Аркейнматч, как минимум, три шанса», — заверила она его.
— Какая щедрость.
— «По сути, я давала шанс профессиональным свахам. Но в конце концов всегда оказывалось, что моя интуиция была права с первого раза. Более точна, чем их парапсихические профили. Если я пыталась игнорировать свою интуицию, у меня неизменно случалась паническая атака».
— У тебя сейчас паническая атака?
— «Нет.» — Она нахмурилась, как будто несколько смутившись. — Наверное, потому, что мы вовремя остановились.
— «Твоя интуиция подсказала тебе, что это я буду сожалеть, поэтому ты пошла на попятную до того, как узнала, произойдет ли это на самом деле. И еще до того, как ты узнала, будет ли у тебя паническая атака.»
— «Как я уже сказала, у меня есть гордость. Кроме того, я подумала, что так нам обоим будет легче в социальном плане. Следующие шесть месяцев нам придется жить на этом острове».
— «Из твоих уст это звучит как отбывание тюремного срока. Ты действительно думаешь, что после того, что только что произошло между нами, тебе будет легче иметь дело со мной на почте и в продуктовом магазине?»
Она медленно выдохнула. — «Я не очень хорошо с этим справилась, не так ли?»
— «Скажем так, мне хочется биться головой об эту стену». — Он оттолкнулся от нее. — Думаю, мне лучше вернуться к себе.
— Хорошо, один вопрос, прежде чем ты уйдешь, — быстро сказала она.
— «Теперь я почти уверен, что пожалею об этом. Что?»
— «У тебя возникли противоречия из-за секса со мной, из-за Брака по Расчету, о котором ты рассказывал?»
— «Нет. Там все прошло гладко.» — Он повернулся, чтобы уйти. — «Пойду-ка я отсюда, пока все не стало еще хуже».
— «Может быть, у тебя физическая проблема?» — сказала она очень серьезно. — Ты был у врача?
— «О боже, битье головой об стену не поможет». — Он продолжил идти. — «Думаю, по возвращению я выпью стакан виски Hot Ruins».
Позади него повисла долгая пауза.
— «Спокойной ночи, Слэйд. Мне жаль, что я все испортила».
Тоска в ее голосе остановила его на пороге. Он развернулся и пошел обратно к ней.
— Ты что-то забыл? — она спросила.
Он обхватил руками ее плечи и притянул к себе.
— Обещай мне кое-что, — начал он.
— «Что?»
— «Обещай, что не скажешь больше ни слова, пока я не уйду так далеко, что больше не смогу тебя слышать».
— «Хорошо.»
Он убрал руку с ее плеча и приложил к ее губам. — «Тс-с-с. Ни слова».
Она кивнула один раз, но ничего не сказала. Ее глаза были широко раскрыты, глубоки и полны недоумения, что ему очень понравилось.
— «Для протокола, — сказал он, — нет никаких физических проблем».
Она моргнула, но не попыталась произнести и слова.
Он убрал палец от ее губ и сильнее сжал ее плечи. Он обострил свои пси-чувства, но так, что бы не войти в опасную зону, но достаточно, чтобы Шарлотта почувствовала токи. Он поцеловал ее прежде, чем она успела, что-то сказать.
Этот поцелуй не был похож на предыдущий. Он не просил отклика. Сейчас он не пытался ее соблазнить. Его единственной целью было оставить неизгладимое впечатление.
Она не загорелась, когда его рот коснулся ее губ. Она застыла, потрясенная, ошеломленная, а может, просто ошарашенная. Он углубил поцелуй, позволяя ей почувствовать жар.
Он поднял голову. — «Второе свидание».
Она моргнула несколько раз. — «Что?»
Он коснулся ее полных губ указательным пальцем. — Ни слова, помнишь?
Она посмотрела на него с ошеломленным выражением лица. — «Хм?»
— «Забудь. Нет смысла пытаться заставить тебя молчать, не так ли?»
— «Возможно нет.»
— «Просто помни.» — Он снова прикоснулся своим ртом к ее губам. — «Второе свидание».
Он вышел из спальни прежде, чем она успела что-нибудь еще сказать.
Он вышел на крыльцо и ушел в ночь. Зеленые волны полярного сияния все еще заливали небо. Он понял, что его чувства все еще немного обострены. Он прошел по подъездной дорожке к дороге и направился к своей хижине.
Рекс материализовался из леса, приветствуя его, урча.
— «Похоже, твоя ночь прошла намного лучше, чем моя», — сказал Слэйд. — «Но будет второе свидание. Она мне должна».
Телефон зазвонил когда Шарлотта рылась в своей объемной сумке в поисках ключа от задней двери Зазеркалья. Вместо этого она достала телефон и взглянула на экран.
— «Привет, мам», — сказала она. — «И прежде чем ты спросишь: да, со мной все в порядке. Дела идут хорошо».
— Что у тебя было на ужин вчера? — потребовала Мэрилин Энрайт.
— «Лосось на гриле, прекрасный салат из овощей, выращенных в саду моего соседа, и домашний хлеб с кабачком».
— «Ты никогда в жизни ничего не готовила на гриле».
— «Это потому, что всякий раз, когда речь заходила о гриле, папа и Корт все брали в свои руки. Что-то насчет того, что это мужское дело, помнишь?»
— «Все дело в огне», — рассеянно сказала Мэрилин. — «Мужчины не могут сопротивляться открытому огню. Итак, если ты не готовила лосося сама, откуда ты его взяла? Ела вне дома?»
— «Нет, это была домашняя еда».
— Кто-то приготовил его для тебя?
— «Знакомый приготовил лосося на гриле. Но я приготовила салат. Разве это не считается?»
— Да, конечно, — Голос Мэрилин смягчился. — Похоже, ты заводишь друзей на острове.
— «Заводить знакомства — это нормально».
Мэрилин набросилась. — Как его зовут, дорогая?
— «Мама, мы уже говорили об этом. Ты обещала, что будешь уважать мою личную жизнь, помнишь? Мы обе согласились, что в моем возрасте женщина уже не обязана отчитываться перед матерью о своей личной жизни».
— «Я знаю, дорогая, но я мать. Я не могу не волноваться. Давай посмотрим правде в глаза: твоя личная жизнь имеет тенденцию быть несколько нестабильной, когда в нее вовлечены мужчины. Ситуация с Джереми Гейнсом несколько месяцев назад была весьма тревожной. Твой отец начал думать, что Гейнс может преследовать тебя.»
— «Джереми не был сталкером. Он был просто очень упорным».
— «Несмотря на это, мы все очень рады, что он исчез из поля зрения. Но нам с твоим отцом не нравится мысль, что ты находишься так далеко.»
— «Я уехала не на необитаемый остров, мама. Всего пара часов до Фриквенси на пароме. Сорок пять минут на гидросамолете.»
— «Технически, возможно. Но остров есть остров. Такое ощущение, что ты на другом конце планеты».
— «Мама, мне пора. Уже восемь, пора открывать магазин».
— «Я думала, ты открываешься в девять», — сказала Мэрилин.
— «Верно, но на этой неделе я пытаюсь провести инвентаризацию. Нужно сделать ее до того, как я откроюсь. Как только прибудет утренний паром, я займусь клиентами.»
— «Ладно, отключаюсь. Но сначала расскажи мне, как прошло твое свидание вчера».
— «Как, по-твоему, все прошло? Это была катастрофа, как обычно. Мне пора. Пока.»
— Подожди, кто он? — потребовала Мэрилин.
— Начальник полиции Шедоу-Бэй.
— Он зарегистрирован?
— «В Аркейнматч? Нет, больше нет. Не срослось. Я думала, что это нас роднит, но поняла, что ошибалась».
— «Как его зовут?»
— «Слэйд Эттридж. Раньше он работал в Федеральном бюро пси-расследований. Поговорим позже, мама.»
Она повесила трубку, положила телефон обратно в сумочку и начала открывать замок. Ей потребовалась секунда, чтобы понять, что дверь незаперта.
— «Девин, клянусь, если ты снова бродил по моему магазину, на этот раз я сообщу о тебе твоей бабке. Забудь о местных полицейских».
Она открыла дверь и вошла в заставленную комнату. По ее телу пробежала струйка беспокойства. Она слишком хорошо знала это ощущение. Ее интуиция сработала. Но этот зловещий гул в сознании сильно отличался от того, который она испытала вчера, когда обнаружила незапертую дверь.
До нее дошло, что задняя комната была в еще большем беспорядке, чем обычно. Крышки нескольких ящиков были оторваны. Содержимое было разбросано повсюду. Ящики старинного письменного стола были выдвинуты. Верхняя часть сундука Первого поколения была поднята. Пузырчатая пленка была сорвана с нескольких небольших старинных стеклянных предметов.
Вчера она почувствовала, что кто-то был в магазине, но это не наполнило ее острым, царапающим страхом. Она была раздражена, но не испугана. Сегодня ей было страшно. Она также была зла.
Она начала выходить из магазина. Она будет похожа на идиотку если снова позвонит Мирне в участок, чтобы сообщить об очередном взломе. На этот раз все будет в тысячу раз хуже, потому что ей придется иметь дело со Слэйдом после их ужасного свидания. Она еще не решила, как ей поступить в этой ситуации. Большую часть ночи она не спала, думая об этом. Никакого решения не нашлось.
Она заметила туфлю, торчащую между двумя стопками ящиков, когда отступила назад и потянулась за телефоном. Мужской ботинок.
Адреналин пронзил ее. Инстинкт вспыхнул в режиме «бей или беги». Она изо всех сил старалась приглушить свой дар. Меньше всего ей хотелось возвращаться внутрь, но у нее не было выбора. Ей нужно было убедиться, что мужчина действительно мертв, не истекает кровью и не страдает припадком.
Она обошла стопку деревянных ящиков. Нервирующее ощущение становилось сильнее по мере того, как она приближалась к телу. Когда она увидела лицо мужчины, распростертого на полу, она замерла.
Пульс проверять не пришлось. Хотя крови и признаков явного насилия не было, аура смерти была ощутима. Кроме того, страх и адреналин усилили ее чувства. Она ясно видела, что вокруг Джереми не было и намека на радугу. Ее отсутствие означало отсутствие энергии ауры.
Джереми Гейнс серьезно усложнил ей жизнь, пока был жив. У нее было ощущение, что теперь, когда он мертв, он доставит еще больше хлопот.
Она начала дрожать. Проклятие. У нее не было приступов паники уже несколько месяцев. Она немедленно приступила к упражнениям по глубокому дыханию, надеясь восстановить контроль, прежде чем ситуация ухудшится.
Это было все, что она могла сделать. Потребовалось несколько попыток набрать номер службы экстренной помощи. Но ей удалось сохранить самообладание, пока она докладывала о ситуации Мирне.
— Шеф уже в пути, — сказала Мирна нехарактерно авторитетно и совершенно профессионально. — «Не заходи в магазин, пока он не прибудет. Поняла?»
— Поняла, — сказала Шарлотта.
— «Ты в порядке?» — спросила Мирна. — Ты кажешься немного запыхавшейся.
— «Я в порядке. Спасибо.»
Шарлотта повесила трубку и опустилась на ступеньку. Она заставила себя дышать так, как ее учили, борясь с приступом паники. Она ненавидела принимать таблетки.
Слэйд присел рядом с телом, натянул перчатки, которые Мирна волшебным образом извлекла из задней части шкафа под копировальным аппаратом, и осторожно открыл свои чувства. Дымка насильственной смерти дрожала в воздухе. Ему не нужно было погружаться в свой дар, чтобы понять, что это убийство.
— «Кто это и что он делал в твоем магазине?» — сказал он Шарлотте.
— «Его звали Джереми Гейнс», — ответила Шарлотта. Она стояла на некотором расстоянии от тела, крепко скрестив руки под грудью. — «Он был моим бывшим клиентом. Я не видела его с тех пор, как уехала из Фриквенси. Я понятия не имею, что он здесь делал. Я даже не знала, что он был на острове».
Слэйд вытащил квитанцию о проезде из одного из карманов мертвеца. — Похоже, он прибыл на последнем пароме вчера вечером.
— «К тому времени я уже закрылась и ушла домой».
— А потом ты была со мной.
— «Да.» — Она замолчала.
Он знал, что она вспомнила, что они расстались около одиннадцати тридцати. У нее не было алиби на остаток ночи. Он изучал ее какое-то время.
— Ты выглядишь бледной, — сказал он. — «Ты в порядке?»
Ее губы сжались. — «Нормально. Когда я нашла тело, у меня случился приступ паники, но сейчас со мной все в порядке».
— «Ты уверена?»
— «Я уверена.» — Она подняла подбородок. — «Не волнуйся, у меня есть таблетки, на крайний случай».
Он понял, что она не хочет говорить о панической атаке. Честно говоря, он тоже не любил говорить о своих проблемах, связанных с органами чувств.
— «Был ли у Гейнса талант?» — он спросил.
— Да, — ответила Шарлотта. — «Он также является членом Тайного Общества».
— «Как ты.»
— «Вернувшись в Фриквенси, моими клиентами, в первую очередь, были коллекционеры с даром».
— «Как долго он был клиентом?»
— «Недолго.» — Она замялась.
— Можешь рассказать мне все, — сказал Слэйд. — «В конце концов я все узнаю».
Она поморщилась. — «Джереми был клиентом. Он был очень хорошо осведомлен об антиквариате и предметах старины. И у него были деньги. Я нашла для него пару стоящих вещей времен Эпохи Раздора. Затем он попросил меня найти для него определенный предмет стеклянную вещь из Старого Света конца девятнадцатого века. Снежный шар.»
— «Продолжай.»
— «Древности из Старого Света не являются моим профилем. Это гораздо более обособленный рынок. Большинство стоящих экспонатов находятся в музеях. Но это был интересный вызов, поэтому я согласилась посмотреть, что я смогу сделать. В конце концов я проследила слухи о снежном шаре из Старого Света до частной коллекции, владелице по имени Эвелин Ламберт. Миссис Ламберт была поражена тем, что мне удалось отследить цепочку до нее. Но она отказалась его продавать. Я уведомила Джереми, что она не заинтересована в продаже».
— «Что дальше?»
— «Джереми разозлился, когда я сообщила ему, что коллекционер, которому принадлежал Снежный Шар, не хочет его продавать. На самом деле он был в ярости».
— Ты открыла ему личность владелицы?
— «Конечно, нет». — возмущенно ответила Шарлотта. — «Я всегда уважаю и защищаю конфиденциальность своих клиентов. Многие коллекционеры очень скрытны. Миссис Ламберт была одной из них.»
— Что произошло после этого?
— «Миссис. Ламберт была настолько впечатлена моим упорством, что захотела поговорить о своих планах передать свою коллекцию одному из музеев Тайного Общества. Я подсказала ей, к кому обратиться. Мы подружились. Ей было за восемьдесят, и она жила одна. Ее дом был наполнен самой невероятной коллекцией стеклянного антиквариата. Она знала все, что нужно знать о стекле, не только колониальный антиквариат, но и древности Старого Света. Я пила с ней чай почти каждый четверг в течение двух месяцев, пока она не умерла. Я многому у нее научилась».
— «Когда она умерла?»
— «Несколько месяцев назад. Большую часть своей стеклянной коллекции она оставила Музею Общества в Фриквенси, и была так любезна, что завещала мне несколько очень хороших вещиц».
— «Что случилось с Джереми Гейнсом?»
Челюсть Шарлотты сжалась. Уголки ее глаз немного сузились. — «Вот тут все становится странным».
— «Поясни.»
— «Я думала, что Джереми исчез навсегда. Я не видела его несколько месяцев после его вспышки ярости в моем магазине. Но потом он внезапно снова нарисовался на горизонте, незадолго до того, как я решила переехать на остров. Он включил обаяние. У Джереми навалом было этого добра. Моя мать сказала, что это, вероятно, побочный эффект его таланта».
— Есть идеи, какой у него был талант?
— «Я никогда не спрашивала. Я не хотела сближаться. Но я предполагаю, что у него была сильная пси-чувствительность к старым паранормальным объектам, поскольку он был страстным коллекционером».
— «Ты когда-нибудь видела его коллекцию?»
Она поморщилась. — Знаешь, ты говоришь прямо как полицейский.
Он посмотрел на нее.
Она прочистила горло. — «Верно. Ответ — нет. Он никогда не предлагал мне ее показать, а я никогда не просила».
— «Чего он хотел, когда вновь появился в твоей жизни?»
— «Он сказал, что думал обо мне и хотел узнать меня поближе. Он сказал, что у нас так много общего. Он извинился за то, что вышел из себя в нашу последнюю встречу, и пригласил меня на свидание».
— «А ты?»
— «Я отказала. Я видела радугу его ауры в тот день, когда он вышел из себя. Мне не понравилось то, что я увидела». — Она вздрогнула. — «Мне больше не надо было читать его ауру после такого проявления ярости. Этого было достаточно, чтобы оттолкнуть любую здравомыслящую женщину».
— «Проблемы с управлением гневом?»
— «Определенно. Но кроме этого было еще кое-что, что мне не понравилось. Я видела такое раньше несколько раз. Ультра излучение в радуге Джереми было очень похоже на цветные полосы, которые я видела в радуге тех немногих, но настоящих социопатов, с которыми мне посчастливилось время от времени встречаться».
Волосы встали дыбом на затылке. — «Ты можешь увидеть такое в радуге?»
— «Да, но только тогда, когда кто-то действительно взвинчен. К сожалению, я не могу обнаружить червоточинку в человеке, который просто идет по улице. Радуга связана с аурой. Они порождены сильными эмоциями или сильными талантами. Или обоими. Вот почему я отказа. . ".
—
— «Думаю, я начинаю понимать, почему тебе не везло на свиданиях», — нейтрально сказал он.
Она медленно выдохнула. — «Иногда лучше не знать слишком много о человеке».
— «Возможно, в этом ты права».
С другой стороны, ее талант, заставлял ее быть одинокой все эти годы, — подумал он. — Как будто оберегал/ хранил ее для него. И именно он (ее дар) не позволит ему находиться рядом с ней.
— Ты потом видела Гейнса? — он спросил.
— «Да. Казалось, он стал одержим попытками убедить меня дать ему еще один шанс. Были телефонные звонки. Он присылал цветы. Он узнал мой адрес и однажды вечером появился на пороге с бутылкой шампанского. На следующий день он зашел ко мне в магазин, снова извинился и пригласил меня на кофе».
— «Сталкер?»
Она колебалась. — «Ну, моя семья беспокоилась, что он им стал, но я, честно говоря, не думаю, что это так».
— «Конечно нет, ведь это поведение не похоже на сталкерское».
— «Может быть.» — Но ее это явно не убедило. — «В любом случае, через неделю или дней десять он сдался и исчез. Я искренне верю, что он просто хотел, чтобы я снова начала с ним сотрудничать. Джереми был Джереми, и он предполагал, что обаяние ему поможет.»
— «Почему он так хотел возобновить работу с тобой? Я думаю, вокруг не мало хороших торговцев антиквариатом.»
Брови Шарлотты поднялись. — «Немногие могут чувствовать параантиквариат, как я. Я же говорила, я очень, очень хороша в этом. У меня есть определенная репутация в этой области. Джереми знал это. Вот почему он в первую очередь обратился ко мне. Он был очень серьезным коллекционером. Он хотел только лучшего».
— А лучшая — Ты?
— «Я определенно одна из лучших. Но это означает, что я могу позволить себе быть разборчивой, когда дело касается клиентов».
Слэйд рассматривал дорогую черную водолазку Гейнса, черные брюки и черные кроссовки. — «Похоже, он подготовился ко взлому и умер за работой».
— «Джереми не нужно было ничего воровать. Он мог позволить себе купить все, что хотел».
— Но ты отказалась иметь с ним дело.
— «Верно, но были способы обойти это. Гейнс мог спокойно нанять посредника. Я бы, наверное, никогда бы этого не узнала. Дилеры постоянно работают вместе, не раскрывая имен своих клиентов».
— «Когда я работал в Офисе, это не было моей областью специализации, но я слышал, что мир коллекционеров, специализирующихся на паранормальных вещах, представляет собой очень серый рынок, который часто скатывается до черного».
— «Коллекционеры, как правило, ведут затворнический образ жизни, эксцентричны и скрытны», — призналась она. — «Дилеры, которые не уважают этого, долго не задерживаются в бизнесе».
Слэйд изучал тело. — «Гейнс умер здесь, в твоем магазине, где-то ночью. Если он не преследовал тебя, то, должно быть, он охотился за чем-то, что, по его мнению, было у тебя, но что ты не продала бы ему, если бы он обратился на прямую».
— «Честно говоря, я не могу себе представить, чего бы он так сильно хотел из моей коллекции. Он предпочитал более экзотические предметы».
— «Но если ему действительно нужно что-то из твоей коллекции, почему он не воспользовался услугами другого дилера, чтобы получить это?»
— «Точно. Это не имеет никакого смысла.» — Она посмотрела на тело. — «Я имею в виду, какова вероятность того, что один из моих бывших клиентов, который по стечению обстоятельств одет во все черное, вломится в мой магазин и умрет от сердечного приступа там же?»
— «Не высока, но, к счастью для тебя, это именно то, на что это похоже: сердечный приступ или инсульт. У меня такое ощущение, что именно такое заключение сделает судмедэксперт из Сёздей-Харбор.»
— Но ты в это не веришь, не так ли?
— «Нет», — сказал он. Он поднялся на ноги. — «Это смерть паранормального характера».
Она выглядела шокированной. — «Ты хочешь сказать, что кто-то использовал дар, чтобы убить Джереми?»
— «Талант или устройство, генерирующее смертоносную паранормальную энергию».
Шок сменился недоумением в ее глазах. — «Какой прибор может генерировать такое излучение?»
— «Некоторые кристаллы можно алхимически изменить, чтобы они стали оружием. Но есть и таланты очень высокого уровня, которые могут убивать своей природной силой.»
Она вздрогнула. — За эти годы я слышала несколько ужасных историй. Как и все в Аркейне. Но я думала, что способность убивать пси-энергией — это просто еще одна легенда Тайного Общества.
— «Такое бывает крайне редко. Требуется чертовски много силы, и только определенные таланты могут быть смертоносными. Поскольку всегда создается впечатление, что жертва умерла по естественным причинам, убийство трудно заподозрить».
— Ты говоришь как эксперт в этом вопросе.
— Шарлотта, я занимаюсь обнаружением убийств с помощью паранормального воздействия. Или, скорее, то, чем я занимался, когда работал на Офис.
— «Точно. Извини. Я просто немного измотана. Не могу не отметить, что если Джереми убили, то очевидным подозреваемым являюсь я. У нас с ним была история, и у меня нет алиби на половину прошлой ночи».
— Верно, но у тебя талант читать радугу. Это не совсем та способность, которую можно использовать для совершения убийства.
Она посветлела. — «И у меня определенно нет ни одного из тех кристаллов, о которых ты упоминал».
Он открыл свои чувства и изучил сияющие темнотой энергетические лужи на полу. — «А кто-то имеет».
— «Ты уверен?»
— «В туннелях очень могущественный охотник за привидениями может совершить убийство на расстоянии, генерируя определенные типы призрачного света. Но наземным убийцам, которые достаточно сильны, чтобы убить своей энергией, почти всегда приходится иметь физический контакт с жертвой. Тот, кто убил Гейнса, сделал это с расстояния нескольких футов (≈ 1 м)».
— Ты можешь и такое определить?
— «Да», — ответил он.
— «Что дальше?»
— «Стандартная процедура. Я уведомлю власти Сёздей-Харбор и постараюсь связаться с семьей Гейнса».
— «Ты собираешься сказать им, что, по твоему мнению, Джереми был убит паранормальным способом?»
— «Нет. Как я уже сказал, медэксперт назовет это смертью по естественным причинам.»
— «Подожди. Признаюсь, я не была фанаткой Джереми Гейнса. Тем не менее, проигнорировать его убийство кажется неправильным. Где-то тут ходит убийца. Возможно, он все еще находится на острове.»
— «Я не говорил, что не собираюсь проводить расследование. Я просто сказал, что вряд ли найду какие-либо доказательства. Это не значит, что я не найду убийцу.»
— «Но если ты не можешь его арестовать, что ты будешь делать, если его найдешь?»
— «Это зависит.»
— «От чего?» — Она развела руки и замахала ими. — «Что это — полицейский произвол? Есть правила на этот счет. По крайней мере, должны быть… правила».
— «Когда дело доходит до преступлений, совершенных паранормальными способами, правила немного расплывчаты».
Она окинула его оценивающим взглядом. — «Другими словами, если ты решишь, что я убила Джереми, адвокат мне не понадобиться».
— «Если тебя это утешит, я не думаю, что это ты его убила», — сказал он.
Она смотрела на него, слегка приоткрыв рот. Ей потребовалась секунда, чтобы закрыть его.
— Хорошо, — сказала она наконец. — «Отлично. Я имею в виду, что это огромное облегчение».
— «Но если бы ты убила его, у тебя, вероятно, была на это очень веская причина».
— «Спасибо. Это должно меня успокоить?
— «Это лучшее, что я могу сделать на данный момент».
— «И подумать только, я беспокоилась о том, что мы оба будем чувствовать себя немного неловко на следующий день».
Флетчер Кейн приоткрыл чувства и изучил картину на столе. Изображение на холсте было похоже на другие, украшавшие стены галереи, — видение фантастического, потустороннего лесного пейзажа, освещенное жуткой фосфоресценцией. Картинка выглядела как заколдованная сказочная страна, но каньон, едва видимый сквозь заросли деревьев, придавал ей жуткий вид. Каньон был наполнен тревожной тьмой, которая медленно просачивалась в сказочный лесной мир, угрожая поглотить пасторальную сцену.
— «Сны становятся все хуже, не так ли?» — сказал он тихо. — «Я слышал, как вчера ты вставал и снова принимал лекарства».
Джаспер Гилберт выдохнул и подошел к окну. Он наблюдал, как небольшая толпа туристов бродит по бутикам и галереям на Уотерфронт-стрит.
— «Это не старый сон, Флетч», — сказал он. — «Они все разные. Что-то плохое происходит там, в Заповеднике.»
— «Не драматизируй. Я не сомневаюсь в твоих видениях».
Джаспер фыркнул. — «Даже если психиатры Гильдии подумают, что я сошел с ума из-за того последнего дела в Подземном мире?»
— «Ты не сумасшедший, и врачи Гильдии не понимают, что тебе всегда снятся странные сны». Флетчер постучал пальцем по краю картины. — «Но ясно, что твои сны о Заповеднике становятся все мрачнее и напряженней».
Джаспер сцепил свои большие руки за спиной и посмотрел через дорогу на вход в Зазеркалье. — «Два человека, связанных с антикварным магазином, мертвы. Сначала Беатрикс, а теперь этот, который, якобы, преследовал Шарлотту Энрайт. Каковы шансы?»
— «Беатрикс была пожилой женщиной. Она умерла от сердечного приступа.»
— «Гейнсу было всего около сорока лет».
— Такое случается, Джаспер.
— «Две смерти за шесть месяцев, и обе связаны с «Зазеркальем». И теперь у магазина новый владелец».
— Я понимаю, — сказал Флетчер.
Его и Джаспера долгое время связывали профессиональные и личные связи. Они встретились еще когда оба были молодыми членами Гильдии. Как и большинство тех, кто работал в туннелях, они вышли на пенсию в возрасте сорока лет. Охрана корпоративных и академических экспедиций, исследовавших туннели, была тяжелой и рискованной работой. Призраки в катакомбах отнимали много сил, а пенсионное обеспечение Гильдии было очень хорошим.
Они поженились и переехали на Рейншедоу, чтобы осуществить свою мечту. Джасперу всегда хотелось сосредоточиться на искусстве. Флетчер был удивлен, обнаружив, что у него есть способности к бизнесу. Они составили хороший тандем в мире искусства, как и в Подземном мире. Много лет назад они обнаружили, что их талант охотников за привидениями позволял им проникать на территорию, ну часть, Заповедника, где Джаспер черпал вдохновение из жуткого пейзажа за забором.
— «
Сразу после этого загадочные люди, управлявшие Фондом, усилили силовое поле, действовавшее как невидимый забор. Джаспер и Флетчер теперь едва могли пройти через него, а когда им это удалось, они уже не могли ориентироваться на местности. Они не осмелились зайти вглубь, дальше, чем на несколько шагов, но этого было достаточно, чтобы понять, что что-то зловещие обитает на запретной территории.
—
Флетчер прошел через галерею и присоединился к Джасперу у окна. Вместе они наблюдали, как Слэйд Эттридж покинул «Зеркальце» и пошел по Уотерфронт-стрит к полицейскому участку.
— «Когда мы расскажем ему, что, по нашему мнению, внутри Заповедника происходит что-то опасное?» — спросил Джаспер.
— «Когда мы точно узнаем, что он подходит для этой работы. Когда мы будем уверены, что он останется на Рейншедоу.»
— «Они увезли тело на полицейском катере из гавани», — сказала Шарлотта. — «Шеф говорит, что я могу открыть магазин, когда захочу, но почему-то у меня нет настроения».
— «Я не виню тебя». — Рэйчел Блейк вышла из-за стойки с двумя дымящимися кружками чая. Она поставила обе кружки на маленький круглый столик. — «Обнаружение трупа утром — не лучший способ начать день. Ты как?»
— «Норм.» — Шарлотта взяла кружку чая. — «Сейчас. Когда я нашла тело, у меня случился приступ паники, но, эй, я думаю, что в данных обстоятельствах это закономерно».
— «Абсолютно. Трупа достаточно, чтобы вызвать у любого паническую атаку». — Рэйчел остановилась, поднеся кружку к губам. Ее темные глаза затуманились беспокойством. — «У тебя все еще есть проблемы с паническими атаками?»
— «Слава небесам, они не так часты, как когда я только постигала свой талант. Но если я слишком волнуюсь или сильно перевозбуждаюсь, уровень моего дара автоматически возрастает. И тогда, это может спровоцировать атаку. Сегодня днем я сосредоточусь на инвентаризации. Это отвлечет меня от того, что произошло утром».
Они были в маленькой кофейне позади издательства «Шедоу-Бэй Букс». Как и Шарлотта, Рэйчел провела много лет на Рейншедоу. Они были одного возраста, и, помимо обычных испытаний и невзгод подросткового возраста, их разделяла связь, возникшая с развитием талантов, которых ни одна не хотела или не понимала.
В те дни книжным магазином владела двоюродная бабушка Рэйчел и ее подруга. Но год назад пара неожиданно ушла на пенсию и предложила дело Рэйчел. Они велели ей делать с магазином все, что она хочет, а затем переехали в более солнечные края, в городок для пенсионеров.
Рэйчел призналась Шарлотте, что поначалу она была ошеломлена, потому что понятия не имела, что у пары есть финансовые средства для жизни в элитном поселении для пенсионеров.
Рэйчел превратилась в привлекательную женщину. В ней била живая энергия, которая была заразительной. Но Шарлотта чувствовала в янтарно-карих глазах подруги тени и тайны, которых не было много лет назад.
Летняя дружба между двумя женщинами перешла в длительный период спячки после того, как они отправились в колледж и начали вести взрослую жизнь. Но когда они обе вернулись на Рейншедоу, казалось, будто они никогда и не расставались. Предстояло еще многое узнать, но старая связь между ними возобновилась. Как будто они никогда и не расставались.
— Так этот Джереми Гейнс был твоим клиентом? — спросила Рэйчел.
— «Бывшим клиентом». — Шарлотта отпила чаю. — «Не могу себе представить, почему он прибыл на остров или что ему понадобилось в моем магазине вчера ночью».
— «Есть какие-нибудь идеи?»
Шарлотта криво улыбнулась. — «Ты говоришь как шеф. Ответ: «Понятия не имею».
— Как закончилось ваше сотрудничество с Гейнсом?
— «Плохо. И судя по тому, как ты сформулировала вопрос, я думаю, ты читаешь слишком много детективов.
— «Не то чтобы здесь, на Рейншедоу, было чем заняться», — сказала Рэйчел.
— «Это поднимает очевидный вопрос: почему мы обе вернулись?»
— «Не знаю, как ты, — сказала Рэйчел, — но мне нужны были перемены, и я всегда мечтала о книжном магазине. Ты не ответила на мой вопрос».
— «Я прекратила наше сотрудничество. Он разозлился. Какое-то время он пытался привлечь мое внимание».
— «Сталкер?»
— «Моя семья так считала», — призналась Шарлотта.
— «А потом он появляется здесь, в твоем магазине. Знаешь что? Могу поспорить, что он преследовал тебя. Вероятно, прибыл сюда, чтобы сделать какую-нибудь пакость в Зазеркалье. Именно с этого начинают сталкеры.»
— «Полагаю, это возможно», — сказала Шарлотта.
— «К счастью, он умер от сердечного приступа. Такие парни просто продолжают идти вперед, и насилие имеет тенденцию к эскалации. Единственный способ остановить их — убить».
По Шарлотте пробежал холодок. — «Ты говоришь исходя из опыта, не так ли?»
— Да, — сказала Рэйчел.
— «В городе ходят слухи, что парень, который умер в магазине Шарлотты, преследовал ее», — сказала Мирна. — Вероятно, хотел осквернить ее магазин или оставить там дохлую крысу, чтобы напугать ее. Хорошо, что он умер».
Слэйд остановился у стола и взял стопку распечаток. — «Удобно/ Вовремя».
Мирна хотела было сказать что-то еще, но ее отвлек Рекс, который прыгал по коридору от комнаты отдыха.
— О, отлично, — сказала Мирна. — «Похоже, он доел остаток буханки хлеба с кабачком Тельмы».
— Ты дала ему еще? — спросил Слэйд.
— «Либо так, либо я начну сбрасывать хлеб со скалы в Маяк-Пойнт. Ни один человек не сможет съесть столько хлеба с кабачком, сколько Тельма печет. У нее небывалый урожай кабачков, хватит и на продажу».
Рекс запрыгнул на стол Мирны и хихикнул в приветствии. Он схватил черный предмет.
— «Что это у него в грязных лапках?» — спросила Мирна. — «Лучше ему не приносить сюда мертвую птицу. Хм. Похоже на вечернюю сумочку, одну из тех крошечных, в которых дамы хранят помаду и пудру». Слэйд посмотрел на расшитую бисером сумочку.
— «Черт», — сказал он. — «Рекс, должно быть, пробрался в магазин Шарлотты, пока мы готовили тело Гейнса к транспортировке».
— Ой-ой, — сказала Мирна. — «Если это из «Зеркала», то, вероятно, это не просто старая вечерняя сумка. Вероятно, это ценный антиквариат.»
— Вероятно, — сказал Слэйд.
Рекс положил сумочку на стол. Он выбрал несколько блестящих скрепок и положил их в клатч. Когда он был удовлетворен, он схватил сумочку и спрыгнул обратно на пол. Затем он помчался в сторону офиса Слэйда.
— «Что-то мне подсказывает, что клатч, потерял часть своей ценности», — сказала Мирна.
— «Я спишу его на офисные расходы», — сказал Слэйд.
— «Кстати, как поживает Шарлотта? Должно быть, для нее было настоящим шоком наткнуться на мертвое тело».
— «Она сказала что-то об инвентаризации, так что я думаю, она поправляется».
— Не хочу менять тему, но как прошло вчерашнее свидание?
— «Мы оба его пережили», — сказал Слэйд.
Дверь открылась. Вошел Кирк Уиллис, единственный офицер Слэйда. Обеими руками он снял солнцезащитные очки.
Мирна улыбнулась, но ничего не сказала.
— Слышал, что мертвый парень был сталкером, — сказал Кирк.
Кирку было чуть за двадцать, это был высокий, все еще долговязый молодой человек, который выглядел ни старше девятнадцати. Он проработал в департаменте меньше года, когда Слейд занял пост главы департамента. Кирк не скрывал, что не был в восторге от своей работы. Он поступил в полицейскую академию только после того, как был вынужден признать, что его мечта о работе охотником за привидениями в катакомбах не осуществится. Кирк мог создать небольшой призрачный свет, но этого недостаточно, чтобы сделать его членом Гильдии.
Для Кирка работа в полиции была запасным вариантом. Попасть в небольшой отдел города, который представлял собой точку на карте, на острове, которого даже не было на многих картах, было для него душераздирающим опытом.
Настроение Кирка ненадолго улучшилось после того, как они разобрались с торговцами наркотиками, которые заплыли в гавань ранее на этой неделе, но Слэйд не ожидал, что вновь обретенная профессиональная гордость продлится долго. Он сочувствовал молодому человеку. В конце концов, он планировал сам убраться с острова к черту как можно скорее. Однако непрофессионализм не был оправданием для непрофессионального подхода. Ему нужно было поговорить с Кирком. Нужно выполнять работу, и пока Кирк получал зарплату от города, он должен выполнять ее хорошо.
— «Версия со сталкером имеет смысл», — сказала Мирна. — «Я слышала, что Гейнс был бывшим клиентом Шарлотты. Очевидно, он пытался с ней завязать отношения, но она отказалась».
— Объясняет, что он делал на острове, — сказал Кирк. — Верно, шеф?
— «Так и есть», — сказал Слэйд. — «И на данный момент это официальная версия».
Кирк и Мирна уставились на него, расширив глаза.
— «Официальная?» — осторожно повторил Кирк. — Вы хотите сказать, что она может быть ошибочной?
— «Мы собираемся провести расследование, чтобы исключить убийство», — сказал Слэйд. — «Но это будет наш скромный секрет. Никто из вас не скажет об этом ни слова за пределами офиса. Ни кому. Это понятно?»
— Поняли, шеф. — Темные глаза Кирка загорелись энтузиазмом. — Вы думаете, что кто-то его убил?
— Да, и прежде чем ты спросишь, это не Шарлотта.
Мирна прочистила горло. — И мы это знаем, потому что?
Слэйд поднял брови. — «Раньше я работал в ФБПР, помнишь? Я провел много исследований на месте преступления. Психические энергетические токи на месте убийства говорят мне, что Шарлотта не убийца».
Мирна кивнула. — «Ты эксперт в области паранормальной криминалистики. Но Ты уверен, что это убийство, а не сердечный приступ?
— «Уверен», — сказал Слэйд.
— Может быть, яд? — предложил Кирк. — «Говорят, некоторые яды сложно обнаружить».
— «Это правда», — сказал Слэйд. — «Но есть и другие варианты. Сильный шок от электрического разряда может остановить сердце. Мы узнаем больше, когда у нас будут три основы».
— Средства, мотив и возможность, — сказал Кирк. Теперь он практически дрожал от энтузиазма.
— «Верно.» — Слэйд посмотрел на него. — «Ты хорошо разбираешься с компьютером. Я хочу, чтобы ты проверил биографию Гейнса. Есть основания полагать, что он был замешан в торговле антиквариатом на черном рынке. Возможно, он нажил себе врагов.»
— Я начну прямо сейчас.
Слэйд посмотрел на Мирну. — Удалось найти родственников Гейнса?
— «Нет, как ни странно. Как будто у него нет семьи».
— «Скорее всего, он жил по фальшивым документам. Копай глубже.»
— Сделаю, — сказала Мирна. Волнение озарило ее лицо. Она расправила плечи и развернула кресло к компьютеру.
— Помните, — сказал Слэйд. — «Никто в этом офисе ни с кем не говорит о расследовании. Предельно ясно?»
— Ясно, — сказал Кирк.
— Ясно, — ответила Мирна. — «Ничего подобного здесь не происходило с тех пор, как те двое заблудились в Заповеднике пять лет назад».
Дверь открылась. Девин ворвался в участок. В волнении он забыл снять солнцезащитные очки.
— «Что такое сталкер, бабушка?» — потребовал он.
Они все посмотрели на Мирну.
— «Сталкер — очень плохой человек», — сказала Мирна. Она взглянула на Слэйда. — Верно, шеф?
— Верно, — сказал Слэйд. — «Очень плохой.»
Девин нахмурился. — «Как вы думаете, мертвый парень приехал сюда, чтобы навредить мисс Энрайт?»
— «Это возможно», — сказал Слэйд.
— В таком случае я рад, что он сдох, — яростно сказал Девин. Он развернулся и побежал обратно. — Мне нужно рассказать Нейту. — Дверь за ним закрылась.
Мирна вздохнула. — «Некоторые вещи кажутся намного проще, когда ты в таком возрасте».
— Да, — сказал Слэйд. — " Если вы что-нибудь найдете, я буду у себя в кабинете».
Он пошел по коридору. Рекс дремал на спине на ряду картотечных шкафов, выстроившихся вдоль стены. Все шесть лап были подняты в воздух. Украденный клатч находился неподалеку.
— «Надеюсь, тебе чертовски нравится эта сумочка, потому что именно тебе придется иметь дело с Шарлоттой, когда она обнаружит, что ты ее украл», — предупредил Слэйд. — «Не жди, что я за нее заплачу».
Голубые глаза Рекса резко открылись. Он перекатился на задние лапы, взял сумочку и спрыгнул на стол Слэйда.
Слэйд потянулся за усыпанной кристаллами сумкой. — «Дай, хоть, посмотрю на эту штуку».
Рекс угукнул и любезно отпустил клатч. Когда Слэйд взал его в руки, он почувствовал прилив энергии. Это было похоже на вдыхание дразнящего женского парфюма. Приятный и даже немного волнующий.
— «Ты получаешь энергию от этой штуки, не так ли?» — сказал он Рексу. — «Должно быть, это пси-версия кошачьей мяты для пушка».
Рекс радостно зарокотал. Он забрал сумочку и вскочил на широкий подоконник. Он начал бить по шнуру, который управлял решетчатыми шторами.
— «Не волнуйся, я не собираюсь отнимать это у тебя», — сказал Слэйд. — «Эта сумочка — твоя проблема. У меня достаточно своих».
Он опустился в старое кресло за большим потертым столом. Оба предмета мебели выглядели так, словно служили нескольким поколениям его предшественников. Он был почти уверен, что стол вместе со старыми деревянными стульями, решетчатыми оконными жалюзи и картотеками, заполненными пожелтевшими документами, можно отнести к антиквариату. Как и город, полицейский участок выглядел так, словно попал во временную петлю.
Стул застонал, когда он повернулся к компьютеру. Он подумывал купить канистру масла в магазине «Хербс Марин Снабп», но решил, что оно того не стоит. Он не задержится тут надолго, чтобы беспокоиться о ремонте и обслуживании.
Единственным предметом в офисе, который можно было назвать современным, был компьютер. Это не было от департамента. Это был его персональный компьютер. Он включил его и занялся скрупулезной проверкой личности Джереми Гейнса. Кирк мог бы справиться с обычной проверкой анкетных данных. Он мог получить доступ к полицейским и деловым записям, но у него не было доступа к файлам ФБПР. Если бы Гейнс был вовлечен в опасный мир пара-оружия, информация, скорее всего, была бы в файлах Офиса.
Полчаса спустя он сел и задумался о том, что обнаружил. Некоторое время он обдумывал возможные варианты, а затем поднял трубку и позвонил.
Закончив телефонный разговор, он встал и направился к двери.
Рекс схватил сумочку и спрыгнул на пол, чтобы последовать за ним. Слэйд поднял его и посадил себе на плечо.
— «На твоем месте я бы спрятал клатч», — сказал он.
Рекс проигнорировал его.
— «Да, папа, Я в порядке, действительно». — Шарлотта стояла за прилавком, прижимая телефон к уху одной рукой и изучая экран своего компьютера. — «Во всяком случае, не похоже, что меня собираются арестовать за убийство».
— «Арестовать». — Дэниел Энрайт был одновременно ошеломлен и возмущен. — Ты хочешь сказать, что существовала хоть малейшая возможность того, что тебя обвинят в убийстве этого ублюдка? Ты сказала, что власти считают это сердечным приступом.
— Да, да, сердечный приступ, — успокаивающе сказала Шарлотта. — Я просто хотела тебя успокоить.
— «Использование слов «арест» и «убийство» в одном предложении — не лучший способ меня успокоить».
— «Я не хотела тебя тревожить, правда. Все под контролем.»
— Я был прав насчет Гейнса, не так ли? — мрачно сказал Дэниел. — Он преследовал тебя.
— «Может быть.»
— «Что значит может быть? Иначе зачем бы он последовал за тобой на Рейншедоу?
— «Я не уверена, папа, но возможно, он собирался украсть что-то из моего магазина».
— И умер на месте? — Дэниел не пытался скрыть свой скептицизм.
— «Я знаю, это звучит маловероятно, но так и есть».
Тень заслонила свет, проникавший через стеклянную дверь. Шарлотта выглянула на улицу и увидела Слэйда. Рекс сидел у него на плече. Слэйд попробовал открыть дверь. Когда дверь не открылась, он посмотрел на нее через окно.
Прижав телефон к уху, она пошла открыть дверь.
— «На самом деле не о чем беспокоиться, папа», — сказала она. — «Местный начальник полиции очень компетентный человек — профессионал, который раньше работал в ФБПР. Он знает, что делает».
— «С каких это пор бывший агент ФБПР возглавляет полицейское управление маленького городка?»
— «Он решил сменить работу. Подожди секунду. Он здесь. Его зовут Слейд Эттридж.» — Она открыла дверь.
Слэйд вошел в магазин. Рекс издал возбужденные звуки. Он помахал вышитой бисером сумочкой перед Шарлоттой.
— «Так вот куда она пропала», — сказала Шарлотта. — «Я так и думала, что ее украли».
— «Что происходит?» — спросил Дэниел на другом конце провода. — Что украли?
— Ничего, неважно, — сказала Шарлотта. Она указала на телефон и прошептала Слэйду — «
— Позволь мне поговорить с ним, — сказал Слэйд. Он выхватил телефон из ее рук прежде, чем она успела возразить. — «Это Слэйд Эттридж. Да, мистер Энрайт, я начальник полиции на Рейншедоу. Верно. Да. Я понимаю, сэр. Нет, она не подозреваемая. Да, хотите верьте, хотите нет, но я знаю, что делаю. Я дам вам имя и номер моего бывшего начальника. Если у вас будут вопросы, вы можете позвонить ему и узнать обо мне немного больше. Есть ручка?»
Наступила пауза. Шарлотта услышала приглушенный голос отца. Она раздраженно подняла глаза к потолку. Конечно, у ее отца были вопросы. Дэниел Энрайт обладал стратегическим талантом. Он не стал бы генеральным директором успешной корпорации, принимая все на веру. Он всегда смотрел глубже.
Через несколько секунд Слэйд снова заговорил. — «Его зовут специальный агент Томас Уэст. Он работает в офисе Резонанс-Сити.»— Слейд продиктовал номер. — «Скажите тому, кто ответит на звонок, что я дал вам этот номер. Да, сэр, я присмотрю за Шарлоттой.»
Шарлотта поморщилась. — «Это так раздражает».
Слэйд встретился с ней взглядом, продолжая разговаривать с ее отцом. — «Да, сэр, я знаю, что между Шарлоттой и жертвой была какая-то история».
Шарлотта вздрогнула.
— «Да, я согласен. Смерть Гейнса более чем подозрительна в данных обстоятельствах. Если это было убийство, то оно было совершено паранормальным средством, и в ФБПР есть специальный отдел, который расследует такого рода преступления. Так получилось, что именно в этом отделе я работал, когда работал в Бюро. Да, сэр, я уже расследовал подобные вещи раньше.»— Слэйд остановился, прислушиваясь. — «Шарлотта сказала, что я меняю работу?»
Шарлотта улыбнулась. Слэйд поднял брови, но тон его оставался уважительным.
— «Да, сэр, я планирую открыть частную консалтинговую фирму по безопасности», — сказал Слэйд. — «На самом деле я буду обслуживать корпоратов связанных с Тайным Обществом, такие как Enright, Inc. Да, сэр, я знаю, что очень немногие консультанты по безопасности понимают проблему защиты данных и записей от агентов корпоративного шпионажа, обладающих паранормальными способностями. Это нишевый рынок, но, я думаю, потенциально прибыльный».
Наступила еще одна пауза.
— «Да сэр. Возвращаясь к Джереми Гейнсу, сегодня утром я проверил всю имеющуюся по нему информацию. Похоже, у него, было немало врагов. У меня есть основания полагать, что он занимался торговлей краденными предметами старины.»
Шарлотта моргнула. — «Джереми сотрудничал с черным рынком?»
— «Да, сэр, я буду держать вас в курсе», — сказал Слэйд в трубку. — «А теперь извините меня. Мне нужно работать».
Он разорвал соединение и вернул телефон Шарлотте. — «Твой отец звонит моему контакту в Бюро, пока мы разговариваем, чтобы убедиться, что я действительно смогу тебя защитить».
— Прости, — сказала она с сожалением. — «Моя семья всегда слишком меня опекала. Ты знаешь, как это бывает, когда ты самая младшая и единственная девочка.»
— Нет, — ровно сказал Слэйд. — «Я не знаю, каково это быть самой младшей и единственной девочкой».
Она покраснела. — «Извини. Просто поверь мне на слово. Дело не только в том, что я единственная девочка в семье, дело в панических атаках и в том, что они связаны с моим талантом. У всех сложилось впечатление, что я хрупкая. Неважно, расскажи мне, что ты узнал о Джереми. Он действительно торговал краденым?»
— «Похоже на то. Я провел поверхностное исследование, используя файлы Бюро. У меня не было времени проверить детали, но, насколько я могу судить, Гейнс плавал в мутных водах. Я думаю, что он на самом деле не был коллекционером, а был простым брокером».
— «Это объясняет, почему он никогда не предлагал мне показать свою коллекцию. Вероятно, у него ее просто не было».
— «Становится все интереснее. Он не просто торговал украденным антиквариатом. Есть веские основания полагать, что он специализировался на действительно опасных вещах».
Она нахмурилась. — Что ты имеешь в виду под словом «опасных»?
— Параантиквариат и предметы старины оружейного уровня. Объекты, которые достаточно сильны, чтобы убить».
— «Вот, черт. Я знаю, что существует рынок подобных вещей, но я никогда не приближалась к нему. Я же говорила, он пришел ко мне в поисках Снежного шара из Старого Света, красивой игрушки, а не какого-то пара-оружия.»
— И ты нашла Снежный шар.
— «Да. Но, как я уже упоминала, я никогда не называла ему имени миссис Ламберт.»
— Это не значит, что он не смог узнать ее личность. Если я прав насчет Гейнса, он был профессионалом. Он довольно долго выживал в очень опасном деле. Все, что ему нужно было делать, это следить за тобой, прослушивать телефонные звонки или выгружать данные с твоего компьютера, чтобы установить личность Ламберт».
Она похолодела. — Ты правда думаешь, что я привела его к ней? Я всегда старалась обеспечить анонимность своим клиентам».
— «Если Гейнс работал на рынке пара-оружия, у него были навыки и талант, чтобы взломать любую систему безопасности, которую ты установила».
Шарлотта почувствовала себя совершенно опустошенной. — Если ему удалось через меня найти миссис Ламберт, то, возможно, ее смерть была не естественной. Возможно, он убил ее. Возможно, я виновата в этом».
— «Не принимай близко к сердцу.» — Слэйд нахмурился. — «У тебя начинается атака. Дыши.»
— «Верно.» — Она заставила себя выполнить дыхательный ритуал. — «Черт, я ненавижу это».
— «Ты не виновата в смерти миссис Ламберт. Я все проверил. Она умерла в больнице по естественным причинам. Она провела там несколько дней. Ее семья была рядом с ней».
— «Ты уверен?»
— «Я уверен.»
— «Что же это нам дает?»
— Ты сказала, что Ламберт перед смертью завещала большую часть своей коллекции одному из музеев Тайного Общества?
— «Да, филиалу Фриквенси Сити. Музею досталось все, кроме нескольких экспонатов, которые она завещала мне».
— «Где эти предметы?»
— «Здесь.» — Шарлотта махнула рукой в сторону ящиков в задней комнате. — «В некоторых из тех ящиков, которые Джереми успел открыл. Но вместе с завещанием была опись, и могу тебя заверить, что Снежного шара из Старого Света в списке не было. Все более-менее ценное отправилось в музей».
— Я проверил, — сказал Слэйд. — «Сотрудники музея все еще распаковывают и каталогизируют стеклянные вещицы, полученные от Ламберт, и у них есть подробная инвентаризационная опись. Кто-то сейчас просматривает ее, чтобы узнать, значится ли в списке Снежный шар из Старого Света. Завтра я получу ответ».
Она была впечатлена. — «Ты выяснил всю эту информацию сегодня?»
— «Полезно иметь связи с Бюро».
— «Однозначно».
Слэйд осмотрел магазин. — «Гейнс считал, что здесь находится нужная ему вещь, предположительно Снежный шар. Он пришел сюда, чтобы найти его. Кто-то еще последовал за ним, чтобы убить его. Кто бы это ни был, должно быть, он тоже охотится за шаром. Вопрос в том, нашел ли его убийца?»
— «Если и так, то ему очень повезло. Предметы, оставленные мне миссис Ламберт, были упакованы вперемешку с вещами из моего магазина». — Она задумалась. — «Хм.»
— «Что?»
— «Все стеклянные вещицы, с которыми я имею дело, наполнены пси».
— «Параантиквариат — твоя специализация», — сказал Слэйд. — «И что?»
— «Я уверена, ты знаешь, что стекло вообще сложная штука, потому что оно не соответствует стандартным законам парафизики».
— «Что-то в том, что оно обладает свойствами как твердого тела, так и жидкости».
— «Верно. А стекло, наполненное паранормальной энергией, совершенно непредсказуемо. Более того, большое количество пси в стекле, упакованного в ящик, создаст огромное количество помех. Даже талант, обладающий сильной склонностью к стеклу, например, читатель стеклянного света, не сможет определить излучение, испускаемое конкретным предметом, если он окружен множеством других фоняших объектов». — Шарлотта оглядела заставленный магазин. — «И проблема увеличилась бы в геометрической прогрессии, если бы поблизости было много другой энергии».
— «И это определенно имеет место быть здесь», — заключил Слэйд.
— «Так что маловероятно, что убийца нашел то, что искал».
— «Это означает, что он может вернуться, чтобы еще раз все осмотреть», — сказал Слэйд.
Шарлотта поджала губы, размышляя. — «Было бы намного проще просто зайти в магазин, изображая из себя коллекционера интересующегося старыми снежными шарами».
— «Хорошая мысль», — сказал Слэйд. — Дай мне знать, если такой появится.
— Не волнуйся, ты узнаешь первым. Должна сказать, мне пришло в голову, что в этой ситуации есть положительная сторона».
— «Какая?»
— «Ты сам говорил, что тебе скучно на этой работе. Теперь, по крайней мере, у тебя есть чем себя занять.»
Край его рта слегка приподнялся. — «Я постараюсь не забывать думать позитивно. Я сообщил Уиллису и Мирне, что мы имеем дело с убийством, но приказал никому об этом не говорить. Хочу, чтобы все думали, что мы придерживаемся версии «Сталкер, который умер от сердечного приступа»».
— «Почему?»
— «Потому что, если повезет, убийца придет к выводу, что расследования нет и что ты для него не представляешь угрозы».
Она резко вздохнула. — «Ты считаешь, что тот, кто убил Гейнса, может прийти за мной?»
— «Я думаю, будет лучше, если ты и местная полиция будете уверены, что Гейнс был преследователем».
— Ты— местная полиция.
Слэйд подарил ей свою улыбку.
— «Да», — сказал он. — «Я.»
— «Итак, что ты собираешься делать?»
— «То, что я только что обещал твоему отцу. Присматривать за тобой».
На следующее утро Слэйд открыл дверь галереи Кейн и вошел внутрь. Рекс ехал у него на плече.
Флетчер Кейн, владелец галереи, стоял у стола с Джаспером Гилбертом, художником, чьи работы висели в галерее Кейна. Они рассматривали холст на столе. Когда вошел Слэйд, мужчины подняли головы.
— Добрый день, шеф, — сказал Флетчер вежливо и культурно. — «Надеюсь, вас не слишком напугали недавние события в Шедоу-Бэй. Я могу гарантировать вам, что в нашем прекрасном городе нечасто появляются трупы.»
— «В последнее время, мне часто об этом говорят», — сказал Слэйд. — «Хочу ввести вас в курс дела, господин мэр».
Его чувства были приглушены, но картины на стенах галереи шевелили волосы на его затылке. Изображения представляли собой ярко светящиеся пейзажи острова. Что отличало их от работ других местных художников, так это сюрреалистичность, потусторонность. Зелень была пси-зеленой, такой зеленый можно было найти только в руинах и Джунглях. Красные и желтые цвета были такими горячими, что удивительно, как они не подожгли холст. — «
Флетчер Кейн в настоящее время занимал пост мэра Шедоу-Бэй. Но он был больше похож на владельца скромной, но успешной галереи. Его худощавое телосложение, серебристые волосы и аристократические черты лица излучали утонченную элегантность. На его длинных пальцах блестели золотые кольца с янтарем. Нужно присмотреться, чтобы увидеть опасность за элегантным фасадом.
Джаспер Гилберт, с другой стороны, обладал той неряшливой эксцентричностью, которую можно было ожидать от художника. Он был большим и бородатым. Его толстовка и мешковатые штаны были испачканы пятнами старой и новой краски.
Обоим мужчинам было около семидесяти лет. Согласно предварительным данным, которые Слэйд собрал о них, они прожили на острове почти три десятилетия.
Джаспер посмотрел на Рекса. — «Распространяется ли правило, запрещающее подкуп сотрудника правоохранительных органов, на его пушка?»
— Нет, — сказал Слэйд. — «Насколько я вижу, Рекс не обращает особого внимания на правила».
— «Ну, в таком случае, я думаю, у меня осталось немного хлеба с кабачком».
— «Рекс будет в восторге», — сказал Слэйд.
— «Я принесу».
Он исчез в задней комнате.
Флетчер Кейн изучал Рекса. — «Что у него в лапе? Похоже на старую вечернюю сумку.
— Рекс украл ее из «Зазеркалья».
— «Украл? На профессиональном полицейском жаргоне это означает «ограбил»?»
— «Так и есть», — сказал Слэйд. — «Шарлотта сказала, что эта проклятая сумочка стоит несколько сотен баксов».
— «Даже не пытайтесь включить эту сумму в расходы департамента», — предупредил Флетчер. — «Как мэр, уверяю вас, я сразу это замечу».
— «Я постараюсь спрятать ее в канцелярских товарах».
— «Забудь об этом», — сказал Флетчер. — Как идет расследование?
— «Расследование продолжается, как мы, сотрудники полиции, любим говорить», — сказал Слэйд. — «Но на данный момент это выглядит так, как будто парень, преследовавший Шарлотту, внезапно умер в ее магазине».
— «Удобно», — заметил Флетчер.
— Да, — сказал Слэйд. — «Очень.»
Флетчер понимающе кивнул. — Но тебя не проведешь?
— Ни на минуту, — сказал Слэйд. — «Мой отдел знает, что мы расследуем убийство, как и Шарлотта. Я держу тебя в курсе, потому что ты мэр. Я понимаю, что это означает, что Джаспер тоже в курсе».
— «Приличное количество посвященных».
— «Да.»
— «Знаешь, как говорят: если два человека знают секрет, это уже не секрет».
— «На данный момент это все что я могу».
Джаспер вышел из задней комнаты с большим куском хлеба на тарелке. Он поставил тарелку на стойку. Рекс внимательно следил за каждым движением.
— Угощайся, Чудо-Кролик, — сказал Джаспер.
Рекс радостно усмехнулся и спрыгнул на стойку. Он отложил сумочку в сторону и с удовольствием набросился на хлеб с кабачками.
— «Этот хлеб выглядит смутно знакомым», — сказал Слэйд. — «Я рискну предположить, что это дело рук Тельмы Дункан».
— Хорошая догадка, — сказал Джаспер. — «Дело не в том, что это плохой хлеб с кабачками. Это скорее вопрос, кто действительно любит такой хлеб?»
— Очевидно, Рекс, — сказал Флетчер.
Все смотрели, как Рекс полирует хлеб.
— «Потрясающе», — сказал Слэйд. — «Он ест хлеб каждый день с тех пор, как мы приехали на остров, и он до сих пор не наелся/ и его до сих пор не воротит».
— «Счастливчик», — сказал Флетчер. — «Мы насытились примерно через сорок восемь часов с начала сезона кабачков. Не говори Тельме, но мы начали компостировать эту штуку.»
Джаспер прислонился к стойке. — Так что же на самом деле произошло в задней комнате «Зазеркалья», шеф?
— «Смерть от паранормального воздействия», — сказал Слэйд.
Флетчер и Джаспер обменялись нечитаемыми взглядами.
Флетчер снова повернулся к Слэйду. — «Это не хорошо. Работа охотника за привидениями? Некоторые охотники могут создать много призрачного света над землей.»
— «Нет, я видел людей, погибших от призрачного огня. Здесь другое».
— Есть какие-нибудь версии? — спросил Джаспер.
Слэйд дал им то, что имел. Оба мужчины усваивали информацию в задумчивом молчании.
— Антиквариат на черном рынке, — сказал Джаспер. — «Интересно. Я всегда считал, что в Зазеркалье нет ничего, кроме мусора».
— «Гейнс, возможно, охотился за реликвией, которая была отправлена из магазина Шарлотты в Фриквенси Сити», — сказал Слэйд. — «Она работала с некоторыми элитными объектами. Я зашел, чтобы попросить об одолжении.»
— Конечно, — сказал Флетчер. — «Чем мы можем помочь?»
— «Уиллис и Мирна хороши, но у них нет опыта в незаконной торговле антиквариатом. Не могу сказать, что у меня он есть. Когда я был агентом, это не было моей специализацией. Но я полагаю, что вы двое, вероятно, знаете о бизнесе столько же, если не больше, чем Гейнс. Было бы не плохо, если бы вы поделились информацией».
Джаспер выглядел заинтригованным. — «Вы думаете, что мы эксперты, потому что вращаемся в мире искусства?»
— «А также вы двое — члены Гильдии. В Подземном мире много контрабанды. Гильдии обеспечивают защиту каждой корпорации и исследовательской лаборатории, работающей в руинах. Это означает, что вы разбираетесь в контрабанде и разбираетесь в антиквариате.»
Флетчер и Джаспер снова посмотрели друг на друга, снова обмениваясь молчаливыми сообщениями. Затем они снова повернулись к Слэйду.
— «Из чистого любопытства, как, черт возьми, ты догадался, что мы оба были членами Гильдии?» — спросил Флетчер.
— «Я работал с некоторыми охотниками за привидениями», — сказал Слэйд.
Джаспер поднял густую бровь. — «Интуиция ФБПР?»
— «Ну, это и тот факт, что я пробил вас обоих через файлы Бюро».
Флетчер поморщился. — «Надо было предвидеть это».
— «Думаю, стоило этого ожидать, если просишь Адама Уинтерса порекомендовать кого-то на должность начальника полиции на Рейншедоу», — сказал Джаспер.
Внутри деревянного ящика было что-то очень мощное. Ледяная дрожь охватила чувства Шарлотты. Она уже распаковала около половины ящика. И изучала антиквариат в пузырчатой упаковке, оставшийся внутри. Невозможно сказать, что из этого испускало потоки энергии.
Дверной колокольчик звякнул, когда она доставала один из громоздких пакетов. Ее охватило чувство осознания. Ей не нужно было смотреть в сторону двери, чтобы понять, что это Слэйд. Она смотрела, как он вошел в зал. Его худощавое телосложение и широкие плечи выделялись на фоне дневного света, проникающего через окна. Рекс был с ним. Пушок приветственно заурчал.
Она положила громоздкий предмет в пластиковом корпусе, который только что вынула из коробки, и вошла в торговый зал и остановилась неподалеку.
— Доброе утро, — сказала она и посмотрела на Рекса. — Рада видеть, что Рекс наслаждается своим приобретением.
— Он таскает ее повсюду, — сказал Слэйд.
— А тебя не беспокоит, как это отразиться на твоем имидже, если тебя увидят с приятелем, который носит расшитый бисером клатч?
— Нет, — сказал Слэйд.
Она улыбнулась. — Конечно, нет.
— Я зашел, чтобы сказать, что только что разговаривал с судмедэкспертом из Сёздей-Харбор. Они решили, что Гейнс умер от сердечного приступа. Признаков насильственной смерти нет, и никто не заставит их сделать вскрытие.
— Как ты и предсказывал, — сказала она. — Но ты уверен, что Джереми убили?
— Без сомнений.
— Что дальше?
— Я изучаю биографию Гейнса глубже, но это займет время. Он был профессионалом и знал, как замести следы.
— Что именно ты ищешь?
— Клиентов, других дилеров, с которыми он, возможно, работал. Конкуренты. Когда убивают такого парня, как Гейнс, это почти всегда связано с бизнесом. Я подумал, что стоит еще раз осмотреть место преступления.
Она махнула рукой в сторону задней комнаты. — Ты знаешь куда идти.
— Спасибо.
— Я переместила кое-какие вещи, — предупредила она.
— Не имеет значения. Доказательства, которые я ищу, все еще будут там.
— Пси-след?
— Именно. — Он прошел в комнату и присел на корточки в том месте, где было тело Джереми. Шарлотта пошла за ним, но остановилась. Рекса не было видно.
— Где твой пушок? — спросила она.
— Он не мой. — Слэйд присел на корточки и изучил половицы.
Шарлотта быстро осмотрела помещение. Она нашла Рекса сидящим на высоких часах второго века. Рядом с ним лежал открытый клатч. Увидев ее, он невинно пофыркивал и хлопал своими невинными голубыми глазками.
Удовлетворенная тем, что Рекс не намеревался разрушить ее магазин, она подошла и остановилась в дверях задней комнаты. Энергия кипела в воздухе. Она знала, что Слэйд немного усилил интенсивность, не сильно, но определенно возбудился. Она скрестила руки на груди и оперлась плечом о дверной косяк.
Пока она смотрела, он провел кончиками пальцев по полу. Через мгновение он поднялся на ноги и медленно пошел к задней двери. Он присел на корточки во второй раз.
— Что ты видишь? — спросила она, очарованная.
— То же самое, что и в первый раз. Я сказал себе, что был прав, но теперь я не так уверен.
— Не уверен в чем?
— В причине смерти. — Он поднялся на ноги.
— Но ты сказал, что это произошло паранормальным способом.
— В этом нет никаких сомнений. Но как я уже говорил, возможность совершить убийство с помощью пси-энергии встречается крайне редко. Любой человек, способный убить с такого расстояния, должен быть необычайно сильным или иметь усилитель. Возможно и то, и другое.
— Верно. И?
Слэйд посмотрел на пол за дверью, его лицо стало отстраненным и задумчивым. — Я вижу остаточную энергию, которая была направлена убийцей при совершении убийства. Она мощная. Он медленно пошел обратно к тому месту, где было найдено тело Гейнса. — Но сам по себе это не смертельный тип таланта».
— Что это значит?
— Это означает, что убийца, должно быть, использовал какое-то устройство, чтобы совершить убийство. Дело в том, что параоружие оставляет следы точно так же, как маг-рез пушки оставляют гильзы. Эта штука не похожа ни на что, что я когда-либо видел раньше. Но определенно не энергия, основанная на кристаллах».
— Может быть, инопланетные технологии?
— Нет, инопланетные технологии оставляют свои уникальные следы. Нет никаких сомнений в том, что это человеческий пси, созданный с помощью пара-оружия. Но что бы это ни было, это не кристальное оружие.
— Было плохо осознать, что Джереми был вовлечен в черный рынок, но мысль о том, что он мог торговать пара-оружием, ужасна. Как он мог сделать такое?
Слэйд выглядел удивленным. — Мне действительно нужно на это отвечать?
Она вздохнула. — Нет. Он был социопатом, поэтому, думаю, неудивительно, что он не сомневался в том, каким антиквариатом и древностями он торговал. Удалось ли найти его сообщников?
— Кое-кого. Кейн и Гилберт дали мне имена некоторых крупных игроков на черном рынке. Я нашел еще несколько в файлах Бюро. Но для проверки нужно время. Сейчас этим занимается Уиллис.
— Что дальше?
— Как я уже сказал Кейну и Гилберту, расследование продолжается.
Она глубоко вздохнула и взяла себя в руки. — Учитывая все выше сказанное, не хотел бы ты поужинать сегодня у меня?
Он ответил не сразу, а просто изучал ее с нечитаемым выражением лица.
Она покраснела, сняла очки и сосредоточилась на удалении крошечного пятна с края футболки. — Извини. У меня сложилось впечатление, что ты, не против второго свидания. Если я ошиблась, ничего страшного. Я понимаю, правда.
— Ты не ошиблась, — сказал он совершенно нейтрально. — Что мне принести?
Ее настроение поднялось. — Наверно, пива. У меня его нет, и я не знаю, какое ты любишь.
— Отлично. Я принесу пиво. Во сколько?
Она пристально посмотрела на него. — Тебя действительно не беспокоит новое свидание?
— Какой дополнительный вред ты могла бы нанести моему эго на этот раз, ты и в первый раз хорошо постаралась?
Она прочистила горло. — Интересная позиция. Приходи к шести тридцати. Я как раз успею закрыть магазин и купить что-нибудь из продуктов.
— Отлично. Еще увидимся.
Он прошел мимо нее в торговый зал.
Шарлотта надвинула очки обратно на нос и поспешила за ним.
— Подожди, — окрикнула она его.
Он остановился, схватившись рукой за дверную ручку. — Что?
— Спасибо, — сказала она останавливаясь. — За второй шанс. На этот раз я постараюсь не облажаться.
— Звучит хорошо.
— Мы будем вести себя непринужденно, — пообещала она. — Просто друзья решили по ужинать.
— В противовес двум взрослым на острове?
— Именно.
— Ты этого хочешь?
— Наверное, так лучше, — сказала она. Задумчивое сожаление омрачило ее глаза.
— Почему у меня такое ощущение, что ты нервничаешь?
— Я нервничаю, — призналась она. — Я же говорила тебе, что когда дело доходит до свиданий, у меня паршивый послужной список.
— Может быть, тебе стоит перестать анализировать радугу в аурах на свидании.
— От этой привычки трудно избавиться, — сказала она.
— Возможно, тебе нужно больше практики.
— Возможно.
— Увидимся в шесть тридцать.
Она слегка расслабилась. — Отлично.
— Я принесу хлеб с кабачком.
— Не беспокойся. Сегодня утром Тельма Дункан оставила у меня на пороге две буханки.
— Рекс будет в восторге.
Из угла магазина донесся тихий отчетливый лязг.
— Рекс!!!! — Шарлотта вскрикнула. Она пристально посмотрела на Слэйда. — Твой пыльный кролик решил уничтожить мое дело!!!.
— Он не мой, — сказал Слэйд.
Шарлотта обернулась в поисках признаков массового разрушения. Она увидела движение возле задней стены и бросилась через заставленную комнату. Наконец она увидела Рекса. Он сидел на пыльном стеклянном шкафу, в котором хранилось множество маленьких предметов из янтаря и кристаллов. Он держал клатч открытым и как раз наклонялся, чтобы вытащить из шкафа предмет с верхней полки.
— Нет, — строго сказала Шарлотта. — Не трожь это. Это женский клатч от Мэрилин Стоун, и он стоит не меньше восьми сотен баксов.
— Забудь о клатче, Рекс, — сказал Слэйд.
Рекс перестал тянуть лапки и усмехнулся Шарлотте. Он склонил голову набок, что, без сомнения, казалось ему милым и доверительным жестом.
Шарлотта похлопала его где-то в районе макушки. — Я знаю, что ты задумал, паршивец — сказала она. — Ты пытаешься притвориться милым, приятным маленьким ангелочком, но ты меня не проведешь. Ни на минуту.
— Пойдем, Рекс, — сказал Слэйд от двери.
Рекс соскочил со стеклянного шкафа и помчался к Слэйду, тот подхватил его и сунул под мышку.
— До вечера, — сказал Слэйд Шарлотте.
В словах было мрачное обещание. Шарлотта замерла.
— А что вечером? — ей удалось спросить.
— Я отведу тебя в Заповедник после наступления темноты.
Ее охватило волнение. Она улыбнулась. — С нетерпением буду ждать. Я имею в виду, помимо хлеба с кабачком. Прошло пятнадцать лет с тех пор, как я в последний раз нарушала закон и вторгалась на запретную территорию.
— Я не хочу портить момент, но должен напомнить, что, технически говоря, ты не нарушишь никаких законов, если пойдешь со мной в Заповедник.
— Сказать, что я разочарована, было бы преуменьшением. Почему с тобой я не сделаю ничего противозаконного?
— Как законно уполномоченный представитель сил правопорядка, я должен пресекать любую незаконную деятельность.
— Но из-за забора, незаконной деятельности не так много.
— Это не значит, что я не обязан время от времени заходить и патрулировать это место.
Она смеялась. — Значит, сегодня у меня будет что-то вроде гражданской поездки?
— Только мы пойдем пешком.
Он открыл дверь и вышел на улицу вместе с Рексом. Она на мгновение оперлась на стойку, наблюдая за Слэйдом, пока он не скрылся из виду. В ее чувствах пронесся легкий трепет предвкушения
Она отправилась в заднюю комнату, чтобы закончить распаковку ящика. Теперь, когда Слэйда больше не было рядом, чтобы отвлечь ее дар, она снова почувствовала темную энергию, вытекающую из одного из окутанных пузырьками антиквариата внутри транспортного контейнера.
Она приоткрыла дар и потянулась к предмету, который доставала, когда Слейд ее прервал.
В тот момент, когда она прикоснулась к нему, она поняла, что именно этот предмет излучал сильную энергию. Предмет был удивительно тяжелым для своего размера.
Она осторожно начала разворачивать антиквариат. Через некоторое время, она смогла различить куполообразную форму. Холодок осознания и волнения пронзил ее. Антиквариат по форме был очень похож на Снежный шар.
Но когда она сняла последний слой пупырки, разочарование накрыло ее. Она держала в руках пресс-папье, а не снежный шар. Вещица была сделана из стекла, но была мутной, непрозрачной. Она осторожно встряхнула ее. Ничего не произошло. Внутри не было ни сцены, ни сверкающего снега.
Пресс-папье было довольно старым. Она одернула себя. —
Она положила папье на стол и взяла подробный список, прилагавшийся к завещанию. Она уже смотрела его, но хотела убедиться.
Насколько она помнила, в списке не было серого стеклянного пресс-папье из Старого Света. —
Был только один способ убедиться, что она имеет право на пресс-папье. Она свяжется с адвокатом семьи Ламберт, чтобы прояснить ситуацию. Между тем, первоочередной задачей было найти безопасное место для хранения объекта. Она вспомнила старый антикварный сейф, который ее тетя несколько лет назад установила в полу. Это было бы идеальное место.
Она взяла пресс-папье. Ее чувства все еще были открыты. Она не заметила, что предмет начал терять свою непрозрачность, пока не собралась положить его на полку в старом сейфе.
Внутри стеклянного купола появились первые намеки на небольшой пейзаж. Подобные изображения она видела на старых фотографиях в Музее Тайного Общества. Крошечный, изысканно детализированный городской пейзаж Старого Света был завершен, величественной башней с часами и внушительными зданиями. Он был знаком каждому, кто вырос в Аркейне.
Лондон, Англия. Конец девятнадцатого века, летоисчисление Старого Света. Эта эпоха была известна историкам и знатокам древностей как Викторианская эпоха.
Слейд долго созерцал античный предмет. Она наблюдала за ним с другой стороны стола, понимая, что тот поднимает свой дар. Она тоже. Ей казалось, что их усиленные ауры в сочетании с излучением неизвестного артефакта, находившегося между ними, делали атмосферу внутри магазина тяжелой и зловещей, словно энергия надвигающейся бури.
Через некоторое время Слэйд поднял глаза и уставился на нее взглядом полицейского.
— Ты хочешь сказать, что это может быть тот артефакт, который Гейнс хотел, чтобы ты нашла? Тот, который он намеревался украсть?
— Я так думаю, — сказала Шарлотта. — Я знаю, что он выглядит не совсем так, как предполагалось, но когда речь идет о паранормальных объектах. . Посмотри, что происходит, когда я генерирую немного энергии.
Она положила пальцы на купол и обострила свои чувства. Стекло прояснилось, медленно открывая миниатюрный пейзаж.
— Не похож ни на один город, который я когда-либо видел, — сказал Слэйд. — Ты уверена, что это город Старого Света, где была основана компания «Джонс и Джонс»?
— Я проверила по компьютеру. Эта башня с часами была курантами. Колокол называли «Биг Бен».
— Кто этот Биг-Бен?
— Черт возьми, если я знаю, кем был Бен. Но я уверена, что это тот город, который был домом для Аркейна и «Джонс и Джонс», в так называемую викторианскую эпоху.
— Кем была Виктория?
— Думаю, королевой. Она правила в период основания «Джонс и Джонс».
— Ты уверена, что Снежный шар настоящий, а не подделка?
— Поверь мне, это настоящая вещь.
— Но снега нет, — сказал Слэйд.
— Ну, этой штуке сотни лет. Неудивительно, что он больше не производит искусственный снег. Но в ней заложено много энергии. Я никогда не встречала ничего подобного.
— Должно быть, стоит целое состояние.
— О, да. — Она улыбнулась. — Я отправила электронное письмо адвокату, который занимался имуществом миссис Ламберт. Меня больше всего беспокоит то, что все это ошибка. Не удивлюсь, если этот предмет должен был попасть в музейную коллекцию. Я не могу рисковать, выставляя его на продажу, пока не буду точно знать, что он принадлежит мне.
— Я чувствую, что он излучает некоторую энергию, — сказал Слэйд. — Но я ее не узнаю.
Она поняла, что он имел в виду. Сила есть сила, и большинство чувствительных людей могли уловить ее вибрации, когда ее было много. Но одаренный может распознавать и работать только со сверхсветлыми токами, исходящими из определенных узких полос паранормального спектра, к которым он или она чувствительны /склоны.
— Если мы правы насчет Гейнса, и он занимался пара-оружием, — начал Слэйд. — Как ты думаешь, этот шар может быть оружием?
— Нет, — сказала она, уже твердо стоя на ногах. — Он, конечно, мощный, но он не похож ни на одно пара-оружие, с которым мне когда-либо приходилось иметь дело.
Слэйд улыбнулся. — И со сколькими ты имела дело?
— С немногими /Их очень мало. В моей сфере они встречаются нечасто. Но я контактировала с некоторыми и могу сказать, что эта энергия ощущается по-другому. Я уверена, что он так же силен, как любой артефакт-оружие, но не думаю, что он создан для того, чтобы убивать. По крайней мере, не сам по себе.
— Что он делает?
— Это прозвучит странно, но по ощущениям это немного похоже на генератор или двигатель.
Слэйд взял шар и поднес его к свету. — Может быть, он предназначался для питания или заправки оружия.
— Возможно. Но даже несмотря на то, что это не пара-оружие, я могу тебя заверить, что Джереми хотел бы заполучить его просто из-за его огромной ценности.
— А он разве не бесценен?
Настала ее очередь развлекаться. — Я давно поняла, что нет ничего бесценного, только не в моем мире. Независимо от того, насколько редким или ценным является предмет, у него есть цена и всегда найдется коллекционер, готовый ее заплатить.
— И, может быть, один или два, кто был бы готов убить за это?
— Несомненно.
Слэйд поднял брови. — Знаешь, пока я не встретил тебя, я понятия не имел, что торговля антиквариатом — такой опасный бизнес.
— Есть свои нюансы.
Он положил шар обратно на стол. — И этот конкретный, почти бесценный предмет может быть твоим.
— Я стараюсь не питать больших надежд. Логика подсказывает мне, что он должен быть отправлен в музей. Похоже, теперь у меня есть мотив для убийства.
— Похоже.
Слэйд положил кончики пальцев на шар. В атмосфере на мгновение потрескивала энергия. — Я говорил тебе, что не узнаю пси, исходящую от этой штуки, но я узнаю остаточные токи.
— Что ты имеешь в виду?
Он убрал руку с шара и посмотрел на нее.
— Ни один человек погиб, сжимая этот шар, — сказал он.
— Ты уверен?
— Да. Существует несколько слоев энергии. Но самому последнему как минимум сорок лет.
— Шар, вероятно, хранился в личном хранилище миссис Ламберт последние сорок лет, — сказала Шарлотта. — Теперь уже слишком поздно спрашивать, как она его приобрела. Она казалась такой милой старушкой. Я действительно не хочу знать, как он попал к ней в руки.
— Ты ведь сама говорила, меньше знаешь, крепче спишь. Она никогда не упоминала, что намерена оставить Шар тебе?
— Нет. — Шарлотта вздохнула. — Именно поэтому я подозреваю, что вскоре его отправят в музей Тайного Общества. Но кто знает? Возможно, мне повезет. Может быть, адвокат скажет, что миссис Ламберт хотела, чтобы он достался мне.
— Тем временем его необходимо хранить в безопасном месте.
— Так уж получилось, что много лет назад моя тетя установила в этом магазине великолепный старый сейф Гринлиф (Greenleaf) с янтарным замком. Сейчас на рынке, конечно, есть более сложные механизмы, но никто никогда не создавал замки лучше.
— В свое время я видел несколько сейфов Гринлиф. Они прочные. Похоже, это хорошее место для хранения Шара.
— Если я никогда в жизни больше не съем ни кусочка хлеба с кабачком, не думаю, что буду возражать, — сказала Шарлотта.
— Я думаю, что теперь Рекс считает его основным продуктом своего рациона. — Слэйд включил небольшой фонарик, который вынул из рюкзака, висевшего у него на плече. — Он будет раздавлен, когда сезон закончится.
— Я уверена, что он переживет это. Он пыльный кролик. Он живет настоящим моментом.
— Если не касаться кабачков, ужин прошел хорошо. Мне понравилось, как ты приготовила помидоры.
— Спасибо. Но должна сказать, у меня заканчивается энтузиазм, связанный с помидорами. К счастью, миссис Дункан говорит, что на подходе брокколи, капуста и горох, так что в ближайшее время в меню должны произойти некоторые изменения.
— Я никогда не был поклонником брокколи и не знаю, что делать с капустой, — сказал Слэйд.
— Моешь, сушишь, нарезаешь, смешиваешь с оливковым маслом и солью, а затем запекаешь в духовке, пока не станет хрустящие.
— Серьезно? — скептически сказал Слэйд.
— Напоминают картофельные чипсы.
— Я поверю на слово, — вежливо сказал Слэйд.
— Так и быть я приготовлю для тебя, как только миссис Дункан принесет мне партию.
— Ловлю на слове.
Когда они выехали из ее коттеджа на внедорожнике Слэйда, небо было еще светлым. Но когда вошли в лес в конце Мертон-роуд, быстро наступала темнота. Рекс, с сумочкой в лапе, путался у них под ногами, носясь туда-сюда, исследуя интересные камни и заросли кустов. Иногда он исчезал в зарослях только для того, чтобы через некоторое время снова появиться с каким-нибудь маленьким сокровищем — камнем или цветком — и показать им.
Ночь казалась многообещающей. Шарлотта остро ощущала искрящееся предвкушение, как будто вот-вот откроется важная дверь и все в ее жизни изменится. Она не чувствовала ничего подобного с той ночи, когда пятнадцать лет назад отправилась в Заповедник со Слэйдом. Нет, напомнила она себе, она испытала что-то похожее утром на прошлой неделе, когда стояла вместе с остальными и смотрела, как Слэйд сходит с парома, чтобы занять место Шефа.
— Это только показывало, насколько слаба ее интуиция, — подумала она, — потому что, если разобраться, два свидания ни к чему не обязывали.
Тем не менее, сегодня она чувствовала себя взволнованной. Другого слова для этого не существовало.
— Знаешь, я очень взволнована, — призналась она.
Слэйд улыбнулся своей кривой улыбкой. — Да, я вижу.
— Я не часто выхожу по вечерам.
— Насколько я могу судить, остальные тоже. Наверное, потому, что некуда пойти.
— Я не говорю о развлечениях. Я имела в виду, что мне трудно делать действительно интересные вещи.
— Какие?
— Я упоминала, что моя семья ожидала, что я в конечном итоге займусь продажей антиквариата. Они были правы. Но пятнадцать лет назад моей заветной мечтой было стать пара-археологом и работать в одном из музеев Тайного Общества.
— Припоминаю. Я так понимаю, что не срослось.
— Я получила степень и подала документы в музеи Общества в каждом из четырех городов-государств, а также во все обычные государственные и частные музеи. Но все мне отказали.
— Они объяснили причину?
— Извините, но мы не нуждается в вашем таланте, черт возьми. Но я провела небольшое расследование и самостоятельно узнала правду. Моя способность читать радугу не считается полезной в полевых условиях. У меня хорошее чутье на определение артефактов и антиквариата, но оно не уникально. Есть люди с гораздо более специфическим талантом в этой области.
— А как насчет того трюка с настройкой, который ты делаешь? — спросил Слэйд.
— В том-то и дело. Все считают это ловким трюком. Но я не могу использовать его даже для настройки стандартного рез-янтаря для его фокусировки. Он не работает так. Дело в том, что мой маленький трюк не имеет никакого академического применения.
— Но полезен для продажи произведений искусства и антиквариата?
— Да. Не мне жаловаться. Для меня он очень полезен с финансовой точки зрения. И мне действительно нравится эта работа. Моя семья испытала большое облегчение, когда я приняла решение заняться этим бизнесом.
— Почему?
— Они боялись, что работа с некоторыми очень сильными предметами старины из музейных коллекций вызовет у меня еще больше панических атак. — Она сделала паузу. — Я такая, чертовски, хрупкая и все такое.
Прежде чем Слэйд наконец заговорил, было долгое молчание.
— Ты не единственная, на кого повесили подобный ярлык, — сказал он. — Я такой же.
— Что? — Вздрогнув, она взглянула на него. — Серьезно? В тебе нет ничего хрупкого.
— Полегче. — Ему удалось произнести это обиженным голосом. — Может я и полицейский, но это не значит, что у меня нет чувств.
Она засмеялась. — Ты был агентом ФБПР и работал в этом специальном Офисе, а теперь ты начальник полиции, расследующий убийство паранормальным способом. Почему-то я просто не представляю, в каком месте ты хрупкий.
— Ты будешь удивлена.
Молчание, воцарившееся между ними, на этот раз было дольше. Шарлотта почувствовала, что Слэйд сожалеет, что выбрал именно этот путь разговора. Она подняла воротник куртки и ждала, расскажет ли он ей остальную часть истории.
Ночь была прохладной, но не холодной. Для похода в запретную зону она выбрала джинсы, свитер и куртку. Она прислушивалась к звукам опускающейся ночи. В траве щебетали маленькие существа. Легкий ветерок шелестел в ветвях и листьях. На деревьях чирикали птицы.
Слэйд продолжал молчать.
В конце концов она не выдержала.
— Ладно, ладно, кто назвал тебя хрупким? — спросила она.
Сначала она подумала, что он не ответит на вопрос. Но он, должно быть, пришел к выводу, что, поскольку он поднял эту тему и поскольку она ответила на его вопросы, он должен хоть что-то ей ответить.
— Команда врачей и парапсихологов в клинике, — сказал он.
— Вот черт. — Она остановилась, ошеломленная, и уставилась на него, пытаясь прочитать его радугу в тусклом свете. — Ты говоришь, что они загубили твою карьеру. Я в это не верю. Ты, должно быть, шутишь.
— Нет. — Слэйд остановился. Он не повернулся к ней лицом. Вместо этого он пристально смотрел вперед, на деревья, обозначающие границу Заповедника. — Хотя, честно говоря, я не думаю, что они использовали слово «хрупкий». Больше нестабильный и ухудшающийся, а также несколько других в том же духе. Но результат тот же. Все пришли к выводу, что я больше не пригоден для той работы, которой занимаюсь. И я тоже. Официальная версия гласит, что я беру отпуск, пока мои способности не стабилизируются и не восстановятся».
— Но?
— Но парапсихологи и врачи не думают, что у меня есть хоть малейший шанс, что я когда-нибудь смогу полностью использовать свой талант. На самом деле, ожидается, что ситуация будет ухудшаться.
— Что случилось?
— Длинная история, — сказал Слэйд.
По его тону она поняла, что он не в настроении рассказывать ей остальное. Еще нет.
— Ладно, — сказала она. — Но я должна сказать, что ты не ощущаешься пси- хрупким.
— Да? А тебе откуда это знать?
— Укуси меня. Это то, что я делаю. Я видела твою радугу, когда ты частично под даром. Все выглядит ясным, сильным и стабильным. Если бы состояние ухудшалось, этот факт отразился бы на основных пси-токах, которые я видела.
— Я думал, ты сказала, что я выгляжу противоречивым.
— Это я чувствовала, но сама радуга была сильной.
— Я уверен, что психиатрам было бы интересно узнать, что торговец антиквариатом заявляет, что я не пси-хрупок.
Ледяной остроты в этих словах было достаточно, чтобы она замолчала.
— Осталось не много. — Слэйд снова двинулся. Он направил узкий луч фонаря на землю перед ней. — Скоро ты почувствуешь забор.
—
Первая дрожь темной, зловещей энергии пробежала по ее чувствам. —
— Ты прав, — сказала она. — Энергия забора ощущается по-другому. Гораздо сильнее.
— И становится хуже.
— Похоже я поняла, что чувствовала Янтарная Шапочка, когда отправилась в гости к бабушке? — она сказала. — Или, может быть, я путаю с Гензель и Гретель.
— Была причина, по которой в сказках леса всегда считались опасными местами, — сказал Слэйд. — И этот конкретный лес никогда не исследовался. Добавь сюда фактор связи и то, что, черт возьми, должен защищать этот забор, и ты столкнешься со множеством неизвестных.
Вспышки энергии усилились, действуя на нервы. Это было похоже на прикосновение к множеству маленьких проводов под напряжением. Она вздрогнула и стиснула зубы от почти болезненного толчка.
— И еще много тяжелого пси, — выдохнула она.
— Следующие несколько ярдов (≈ 2 м) мы будем продираться сквозь сильный пси-шторм. Мой совет — двигайся быстро, пока мы не пройдем через силовое поле. Кажется, это помогает, по крайней мере мне. Скажи, если хочешь повернуть назад.
— Я не поверну назад, — зло сказала она.
— Я так и думал.
— Но сейчас определенно тяжелее, чем пятнадцать лет назад.
— Да.
Осторожно она обострила свои чувства. Обратной стороной было то, что теперь она могла воспринимать пси-электричество, которое вспыхивало и потрескивало в атмосфере. Она понимала, почему Заповедник имел репутацию места с привидениями. Любого, кто преодолевал барьер легко мог поверить, что повсюду воют и стенают призраки. Ощущения были тревожными, гнетущими и совершенно пугающими.
Плюсом перемещения со слегка обостренными чувствами было то, что Слэйд был прав. Быстрое передвижение немного приглушало ужасное чувство страха, которое грозило раздавить тебя.
Слэйд взял ее руку и крепко сжал. От физического контакта пси-энергия стала еще сильнее. Она поняла, что он использовал часть своего энергетического поля, чтобы защитить ее.
— Лучше? — спросил он.
— Да, спасибо.
Пси- шум, вызванный кричащими фантомами, теперь стал более терпимым.
— Еще чуть-чуть. — Слейд крепче сжал ее руку. — Это Рекс.
Она посмотрела вниз и увидела Рекса, спокойно идущего сквозь энергетическое поле, сжимая в одной лапе вечернюю сумочку. Все четыре глаза были открыты, он был полу распушенным, но не было никаких признаков того, что он испытывает какой-либо дискомфорт.
— Силовое поле, вероятно, настроено только на человеческие пси-частоты, — заметила Шарлотта. — Опять же, на что еще они могли быть настроены? Никто никогда не думал, как измерить пси животных.
Они вышли из-за деревьев на небольшую поляну. Тревожное энергетическое поле исчезло с ошеломляющей внезапностью. Пси-крик в ее голове затих. Она вздохнула с облегчением.
— Мы на месте, — сказал Слэйд. Он остановился и отпустил ее руку.
Она смотрела на невероятную сцену вокруг себя с чувством трепета и удивления. — Это совершенно потрясающе. Ты прав. Это намного сильнее и зрелищнее, чем пятнадцать лет назад. Это по-прежнему волшебная сказочная страна, но она гораздо более яркая версия оригинала. Я никогда в жизни не видела ничего подобного.
— В Подземном мире есть места, которые могут соперничать с этим, но я не знаю ни одного места на земле, — сказал Слэйд.
— Знаешь что? — сказала она мягко. — Это напоминает мне некоторые картины Джаспера Гилберта.
— У меня возникла подобная мысль.
— Думаешь, он был здесь?
— Он и Кейн оба охотники за привидениями на пенсии, я думаю, они сильны. Это означает, что у них есть талант к работе с янтарем и инопланетным пси. Возможно, этого достаточно, чтобы преодолеть забор.
Залитый лунным светом луг и небольшой пруд выглядели так, словно их нарисовали кистью, смоченной серебряным светом. Мягкое сияние, освещавшее пейзаж, имело явно паранормальную природу. Ультра сияние, излучаемое травой и листвой, было не единственной заметной энергией. Шарлотта поняла, что теперь ей стало теплее. Как будто кто-то включил отопление.
— Биофосфоресцентный эффект не так очевиден в течение дня, — сказал Слэйд. — Видимое излучение Солнца имеет тенденцию подавлять его. Но ночью паранормальная энергия проявляется, если у тебя достаточно таланта, чтобы видеть хотя бы часть ультра излучения.
— Я не могу поверить, что исследователи из Тайного Общества не создали здесь лабораторию», — сказала она.
— Насколько я могу судить, Аркейн даже не знает о существовании этого места, — сказал Слэйд. — Как и другие крупные лаборатории. Фонд, контролирующий Заповедник, проделал очень хорошую работу по сохранению секретности. Вопрос, почему?
— Интересно, что видят те, кто не может заглянуть глубоко в спектр паранормальных явлений, когда они смотрят на подобные сцены в Заповеднике.
— Согласно немногочисленным сообщениям, сохранившимся с давних времен, те, у кого были ограниченные пси-чувства, которым удавалось войти и выйти, думали, что видят призраков. Фантомы и духи. Мерцающие тени на краю поля зрения.
— А как насчет тех зловещих Каньонов, о которых ты упоминал?
— Никаких записей в старых дневниках я не нашел и, как я говорил, лет пятнадцать назад такого не было. Я уверен, что они новые. Хочешь посмотреть?
— Очень.
— Не далеко есть один.
Они пересекли лужайку. Шарлотта обострила свои чувства, завороженная и очарованная переливающимися полевыми цветами и травой, сверкавшими жутким серебряным свечением. Кусты сияющих папоротников окружали пруд, сиявший темно-обсидиановым светом.
Не только растительная жизнь излучала био-пси. Шарлотта услышала, как маленькая ящерица скользнула в листву, и мельком увидела украшенный драгоценными камнями хвост. Крылатые насекомые порхали и танцевали в ночном воздухе, словно сверкающие сказочные фонарики.
Они кружили вокруг пруда. Шарлотта увидела, что поверхность темна и зловеще светится.
— Что за черт? — прошептала она.
— Понятия не имею, — сказал Слэйд. — Более того, я не думаю, что стоит лезть в воду и выяснять, почему пруд светиться.
Она вздрогнула. — Согласна.
Когда они достигли деревьев, Слэйд снова взял Шарлотту за руку.
— Вход в каньон находится прямо за линией деревьев, — сказал он. — Вероятно, ты ничего не увидишь. Не волнуйся, я помогу. Я не позволю тебе заблудиться.
Они вошли в полосу деревьев. Тьма резко сгустилась. Один шаг и все очаровательные сказочные огни поляны погасли, погрузив Шарлотту в самую глубокую и густую тьму, которую она когда-либо знала. Пронеслись первые шепотки паники. Инстинктивно она перешла в режим глубокого дыхания. Рука Слэйда сжала ее руку. Она почувствовала его молчаливый вопрос.
— Я в порядке, — сказала она.
Осторожно она приоткрыла свои пара-чувства. Два призрака двигались в абсолютной темноте. Она поняла, что смотрит на Слэйда и Рекса. Вокруг одной из теней образовалась свирепая радуга.
— Я понимаю, что ты подразумевал под «Каньонами бесконечной тьмы», — сказала она.
— Ты что-нибудь видишь? — он спросил.
— Я определенно чувствую здесь энергию. Темную и страшную. Я вижу твою радугу совершенно ясно. Но вы с Рексом — всего лишь тени в темноте.
— Я думаю, это больше, чем может увидеть большинство людей, даже самых одаренных. Поблизости много энергии, но большая часть токов исходит из самого дальнего конца спектра, сверхтемного конца.
— А что видишь/ чувствуешь ты? — она спросила.
— Бесконечную ночь. Как будто из кошмара.
— Как ты думаешь, что создает сверх тяжелое сияние?
— Я не знаю.
— Ты обеспокоен?
— Энергия в больших количествах всегда вызывает беспокойство, и все, что здесь происходит, требует большого количества энергии. Изменения внутри Заповедника вызывают вопросы.
Она улыбнулась. — А тебе нравятся ответы.
— Да.
— Ты сам говорил, что Заповедник всегда был опасным местом.
— Истинно. — Он вывел ее из густой тьмы к краю светящегося луга. — Но я думаю, что это место становиться губительным. Фонд был прав, укрепив забор, но я не думаю, что этого будет достаточно.
— Похоже, это не спасает. Мы же вошли.
— Если мы смогли попасть сюда, другие сильные таланты тоже смогут это сделать. Но я сомневаюсь, что большинство из них смогут ориентироваться здесь. GPS и компасы не работают.
— А как насчет локаторов, которые охотники за привидениями используют в Подземном мире?
— Я пробовал один. Он тоже не работает. Они созданы для работы в средах, генерирующих большое количество инопланетного пси. Здесь другое. Это энергия нексуса или что-то подобное.
— Ты не уверен?
— Я уверен, что задействованы силы нексуса, но они могут просто усиливать то, что здесь на самом деле происходит, — сказал он.
— У тебя нет проблем с ориентацией.
— Я же говорил, что-то в моем таланте охотника позволяет мне ориентироваться в Заповеднике.
— Ну, я сейчас совершенно заблудилась, — сказала она. — Если бы тебя не было со мной, я, вероятно, смогла бы пересечь луг, но, оказавшись за деревьями, я снова была бы полностью дезориентирована. Я даже не хочу думать о том, каково было бы наткнуться на один из этих Каньонов. Человек мог бы блуждать здесь кругами вечно.
Он повел ее обратно на сказочную поляну. Она огляделась вокруг в поисках маленькой неряшливой тени, несущей клатч, но не увидела.
— Где Рекс? — поинтересовалась она.
— Наверное, заскучал и решил пойти на охоту. Я же говорил тебе, что он часто пропадает по ночам. То же самое было и в Резонанс-Сити. Там он уходил в туннели, чтобы потусить со своими приятелями.
— Возможно, в Заповеднике, есть и другие пыльные кролики. Возможно, он надеется встретить девушку. — Она подумала о сумочке-клатче. — Или парня.
— В Заповеднике, достаточно неизведанной территории, чтобы спрятать целое стадо пушков.
Шарлотта остановилась, чтобы впитать сияющий пейзаж. — Это место действительно необыкновенное. Сделай мою ночь, солги и скажи, что пятнадцать лет назад ты не приводил сюда других девушек.
— Нет.
Она вздохнула. — Мне следовало догадаться, что лучше не просить бывшего агента ФБПР солгать.
— Нет, я никогда никого сюда не приводил, — сказал он твердо. — Только тебя.
Она быстро повернулась. — Серьезно / Правда?
— Только тебя.
Она посмотрела в его горящие глаза.
— «Тигр, Тигр, жгучий страх» (стих «Тигр» — автор Уильям Блейк, перевод Константин Дмитриевич Бальмонт), — процитировала она шепотом.
— Что такое «тигр»? — спросил Слэйд.
— Хищный зверь Старого Света. Думаю, что-то вроде кота-призрака. Эта строка из старого стиха.
— Я напоминаю тебе хищного зверя?
— Нет, — ответила она. Она коснулась его сурового лица. — Но я всегда знала, что ты рожден, чтобы охранять и защищать. Я совершенно уверена, что ты мог бы быть таким же свирепым и безжалостным, как тигр или кот-призрак, если бы возникла необходимость защитить тех, кто слабее тебя.
Он протянул руку и поймал ее за запястье. Он повернул голову и поцеловал ее ладонь. Сильная тоска зародилась глубоко внутри нее, тоска, которая, как она знала, существовала все это время, непризнанная, в течение последних пятнадцати лет.
Слэйд посмотрел на нее со всей яростью, которая, как она знала, была заперта внутри него.
— Я не знаю, что ты увидела в моей радуге в ауре, что заставило тебя думать, что я буду сожалеть о том, что занимался с тобой любовью, — сказал он. — Но что бы это ни было, ты ошибалась.
— Да?
— Я хочу тебя, и мне плевать, чего мне это будет стоить.
— Ни сколько, — сказала она.
— Всегда есть цена. Я хочу, чтобы ты поняла, что я готов заплатить.
Он позволил рюкзаку соскользнуть с его плеча, а затем притянул ее к себе, обнял и поцеловал со всем темным огнем, который она видела пылающим в радуге его ауры. Инстинктивно она начала прикасаться к кулону на шее, но остановилась как раз перед тем, как ее пальцы коснулись серебряного зеркала. Возможно, дело было в окружающей их энергии. А может быть, ей просто не хотелось снова облажаться и упустить этот шанс, которого она жаждала все эти годы. Каким бы ни было объяснение, она знала, что на этот раз она очень постарается не смотреть на его радугу.
Ее рука отпустила кулон. Она схватила его за плечи, наслаждаясь гладкой силой, которую чувствовала там, и ответила на поцелуй со страстью, в которой едва признала свою собственную.
Поцелуй был отчаянным и всепоглощающим; поцелуй, непохожий ни на что, что она когда-либо испытывала. Она внезапно вздрогнула, но не из-за приступа паники; скорее, из-за силы грубого физического желания. Все в Слэйде было жестким, требовательным, неумолимым и беспощадным.
Он оторвал свой рот от ее губ и осторожно заключил ее голову в своих руках.
— Сегодня только ты и я, — сказал он. — Остальное не важно.
— Больше никого, — согласилась она.
Он крепко прижал ее к себе и снова поцеловал. Она обвила руками его шею и прижалась к нему, чтобы не утонуть в сверкающем, шипучем водовороте. Но она все глубже и глубже падала в бурлящую энергию. Слэйд застонал и прижал ее нижнюю часть тела к своей.
Он не пытался скрыть свой голод. Он был горячим и возбужденным и явно хотел, чтобы она это знала. Жидкий жар и сильное, настойчивое напряжение глубоко внутри нее нарастали. Он расстегнул ее куртку. Она нашла пряжку его кожаного ремня. А затем его руки скользнули вверх по ее телу под топ. Когда он расстегнул лифчик, он сжал ее соски. Она была настолько чувствительна, что вскрикнула от испуга.
Он поцеловал ее в горло. — С тобой все в порядке?
— Да, да. — Она возилась с молнией его брюк. — Я не такая хрупкая.
— М-м-м. — Он резко вздохнул и отстранился. — Я сам расстегну молнию.
В ужасе она замерла. — Я сделала тебе больно?
Его смех был полустоном. — Нет. Но время решает все.
Она скинула обувь, а он расстегнул молнию на брюках и сбросил собственные ботинки.
Он полез в рюкзак и вытащил пластиковый пакет. Он разорвал его и вытащил тонкое спасательное одеяло. Когда он разложил его на земле, одеяло оказалось на удивление большим.
Он уложил ее на одеяло, а затем опустился перед ней на колени. Он потянул ее за собой. Она засунула руки под его рубашку и позволила теплу его тела согреть ее. Она собиралась расстегнуть джинсы, когда он остановил ее.
— Позволь мне, — сказал он низким и грубым голосом.
Он расстегнул молнию и стянул ее джинсы. Ее трусики исчезли вместе с джинсами.
На мгновение он опустился на колени рядом с ней, изучая ее горящими глазами, как будто никогда раньше не видел ничего подобного, как будто он не хотел забыть ни одной детали. С сильными плечами, вырисовывавшимися на фоне ночного неба, с чертами лица, ярко запечатленными в пси-свете, он мог бы выйти прямо из ее самых ярких фантазий.
Он положил одну руку ей на бедро и провел теплой ладонью вверх, пока не обхватил влажное местечко у нее между ног. Ее тело мгновенно отреагировало на интимное прикосновение. Она подняла бедра, прижимаясь к нему. Он гладил ее медленно, пока она не сжалась так плотно, как пружина, пока не задрожала от силы насущной потребности, чтобы он оказался внутри нее.
Она схватила его за запястье и потянула рядом с собой. Он перекатился на спину, взяв ее с собой. Она упала на его твердое, как гранит, тело. Его твердая эрекция прижалась к ее обнаженному бедру.
Он расположил ее так, что она оседлала его, а затем начал работать рукой, пока она почти не закричала от жажды.
Он схватил ее за бедра и медленно вошел в нее. Как бы сильно она ни хотела его, ее тело поначалу сопротивлялось. Он был слишком большим. Она колебалась, не зная, сработает ли это.
Он почувствовал, как она замерла, и он тоже замер. Ей не нужно было видеть его радугу, чтобы понять, что он борется за контроль. Жар его тела и пот на груди говорили об этом. Слэйд всегда контролировал ситуацию.
— Хорошо? — вышло хрипло.
— Да, — прошептала она.
Осторожно она позволила ему проникнуть глубже. Ее тело медленно открывалось, чтобы принять его, но постоянное вторжение привело к тому, что напряжение внутри нее возросло до почти невыносимого уровня.
— Да, — сказала она. Она сжалась вокруг него. — Да.
Он обхватил руками ее бедра и начал двигаться, входя и выходя из нее в мощном, неумолимом ритме.
В конце концов она не смогла устоять перед искушением. Она должна знать правду. Она коснулась своего кулона кончиками пальцев и раскрыла свои чувства на полную.
Темная радуга Слэйда сияла в ночи. Тогда она поняла, что на этот раз он ничего не скрывает. Он сказал ей правду. Он хотел ее и ему было наплевать на последствия, какими бы они ни были.
Но ее интуиция подсказывала ей, что он все равно рассчитывает дорого заплатить за это.
У нее не было времени сомневаться в том, что происходит, и она пообещала себе, что не будет все портить, пытаясь анализировать его. Она убрала пальцы с кулона.
— Слэйд.
В следующий момент напряжение внутри нее высвободилось волна за волной глубоких, приносящих удовлетворение потоков. Она была брошена в самое сердце бури.
Пальцы Слэйда сжались вокруг ее бедер. Он вошел в последний раз. С хриплым рычанием он достиг нарастающей, оглушительной кульминации.
Вокруг них пылала серебряная поляна.
Слэйд почувствовал, как рядом с ним пошевелилась Шарлотта. Он открыл глаза и дар, увидел, как она сидит на одеяле. Она потянулась за трусиками и джинсами. Ее волосы были в беспорядке. В потустороннем сиянии луга она выглядела волшебно, загадочно и невероятно сексуально. Он мог бы смотреть на нее до конца ночи, до конца своей жизни.
Что-то перевернулось глубоко внутри него. Как долго он сможет видеть ее такой, всеми своими чувствами? Что бы ни случилось, он никогда не забудет эту ночь. Ему было интересно, вспомнит ли она его в последующие годы.
Он отбросил мрачные мысли. Он принял решение. Он не станет разрушать то, что осталось от ночи, вопросами, на которые нет ответа.
Он приподнялся на одном локте. — Привет, красавица.
Она остановилась, натягивая джинсы, и посмотрела на него через плечо. Ее глаза все еще светились.
— Привет, красавчик, — сказала она.
Ее голос был сексуальным, хрипловатым, что снова разжигало угли. Он пытался придумать что-нибудь умное, но ему ничего не приходило в голову. Он не хотел говорить. Ему хотелось затащить ее обратно на одеяло и заниматься с ней любовью снова и снова, прежде чем он навсегда потеряет свой талант.
Но, несмотря на все свои тепло- и водонепроницаемые свойства, высокотехнологичное одеяло никак не смягчало почву под ним.
Он наблюдал, как она частично влезла в джинсы. Затем она встала на колени, чтобы натянуть штаны на бедра.
— Уже поздно, — сказала она. Она встала и поправила топ и куртку. — Нам обоим завтра на работу.
Он неохотно сел. Одеяло под ним сморщилось.
Шарлотта смотрела, как он застегивает джинсы.
— Я бы хотела услышать всю историю, — сказала она.
— Какую? — Он наклонился, чтобы поднять одеяло. Его осенило, что он чувствует себя невероятно расслабленным, лучше, чем за последние несколько месяцев. Возможно, лучше, чем когда-либо за всю свою жизнь.
— Ранее ты сказал, что врачи в клинике обозвали тебя «хрупким». Я спросила, почему. Ты сказал, что это долгая история. Нам предстоит долгий путь домой. Я подумала, что сейчас самое время рассказать мне эту историю.
Шарлотта напряглась. — Не спрашивай. — сказала она холодно.
Он сосредоточено складывал одеяло в небольшой квадрат и спросил — Не спрашивать о чем?
— Почему женщины всегда хотят поболтать после секса. Если говорить лично обо мне, то нет. Как правило, нет. По моему опыту, это неизменно приводит к плохому результату. Но с другой стороны, все мои свидания заканчиваются плохо.
— По крайней мере, ты последовательна.
— Есть такое. Но, мне нужно знать, почему ты оказался здесь, на Рейншедоу.
Он думал об этом, запихивая одеяло обратно в сумку.
— Какого черта, — сказал он наконец. — Это не секретная информация и она есть в моем личном деле в Бюро, и в карточке клиники Аркейна.
— Господи, — сказала она. — Да, что же случилось?
От немедленного ответа его спас знакомый рокот. Рекс бежал по светящемуся лугу. Добравшись до них, он прыгнул на плечо Слэйда. Он все еще держал маленькую сумочку.
— Ну-и-ну, где ты был, Большой Парень? — сказала Шарлотта. Она протянула руку, чтобы погладить Рекса. — Могу поспорить, что ты ходил на охоту, не так ли? Я даже не хочу думать о том, чем ты ужинал сегодня.
Слэйд знал, что он, вероятно, антропоморфизирует (можно перевести как «очеловечивать». то есть, придавать облик, схожий с человеческим.), но, судя по веселому поведению Рекса, у него было подозрение, что пушку повезло. После этого ему не пришлось вести сложную, разрушающую настроение беседу.
Он перекинул одну лямку рюкзака через плечо. — Пойдем.
Они пересекли поляну, прошли мимо обсидианового пруда и подошли к полосе деревьев. Слэйд собрался с мыслями, ища точку входа в кошмар, который переживал каждую ночь.
— Это случилось на моем последнем задании, — сказал он наконец. — Это было простое задание — расследовать и устранить в случае необходимости. Лаборант из скромной правительственной лаборатории погиб в результате несчастного случая на дайвинге на одном из островов в море. Казалось бы, обычное дело, но каждый раз, когда сотрудник государственной лаборатории пропадает или неожиданно умирает, Бюро изучает ситуацию.
— Значит, ты проверял несчастный случай и пришел к выводу, что это было убийство?
— Нет, я пришел к выводу, что смерти вообще не было, — сказал он. — Ну, вообще был мертвый парень, и его убили во время погружения, но он не был пропавшим лаборантом. Однако он был убит паранормальным способом, замаскированным под сердечный приступ. При трупе были документы пропавшего лаборанта.
— Итак, ты открыл дело, — сказала Шарлотта.
— Это моя работа. Оказалось, что лаборант вполне себе жив и работает на наркобарона по имени Мастерсон, у которого был обнесенный стеной / забором дом, больше похожий на крепость, на одном из близлежащих островов.
— Что, черт возьми, может понадобиться наркобарону от государственного лаборанта?
— Ты наверно удивишься, но торговля наркотиками высококонкурентная, — сказал Слэйд.
— Ну и дела. Кто бы мог подумать?
— По очевидным причинам успешный наркобарон должен оставаться на шаг впереди конкурентов. Так уж получилось, что лаборант специализировался на фармацевтике. Мастерсон хотел, чтобы он создал новый дизайнерский /эксклюзивный наркотик для серого рынка.
— Клубный наркотик, — сказала она. — Тот, который не совсем незаконен, потому что химический состав был изменен ровно настолько, чтобы исключить его из списка запрещенных фармацевтических препаратов.
— Правоохранительные органы всегда на шаг отстают от химиков в торговле наркотиками.
— Значит, этот наркобарон похитил лаборанта с целью заставить его создать новый наркотик? — она спросила.
— Насколько я могу судить, никакого принуждения не было, — сказал он. — Мастерсон использовал более традиционный подход. Он заплатил лаборанту чертовски много денег и предложил ему долю в будущей прибыли.
— Я полагаю, ты нарушил их планы?
— Однажды ночью я проник в дом, хотел обыскать лабораторию. Я уже собирался взломать сейф из маг-стали, но тут ситуация усложнилась.
— Как?» — спросила она.
— Я не знал, что Мастерсон собрал нескольких алкоголиков и наркоманов, чтобы использовать их как лабораторных крыс и протестировать на них наркотики. Их заперли на нижнем уровне подвала. Я спустился, чтобы освободить их.
— Конечно, ты же такой, — сказала она очень уверенно. — Это твоя работа. Что было дальше?
— Я вытащил заключенных из подвала, но когда вернулся, чтобы открыть сейф, меня ждал Мастерсон, лаборант, и пара головорезов Мастерсона. Первым я одолел Мастерсона. Очевидно, они не ожидали, что я смогу это сделать.
— Из-за его таланта?
— Он был своего рода охотником. Я так и не узнал точную природу его способностей.
— И как тебе удалось это?
— По-старинке. Магрез.
— Ой. Да. Верный способ и рабочий.
— Да, если ты быстрее другого парня. охранники скрылись. После смерти босса у них не было причин оставаться. Но на пути к отходу они вели сильный прикрывающий огонь. Один или несколько выстрелов попали в канистру с бензином в углу комнаты. Произошел взрыв. Это мгновенно убило лаборанта-отступника, потому что он стоял близко к канистре. Следующее, что я увидел, — вся лаборатория охвачена пламенем и густым темным дымом.
— Как ты пережил взрыв? — она спросила.
— Я был на лестнице в подвал, используя ее как укрытие. Каменные стены защитили меня от худших последствий взрыва, но не от газа, находившегося в канистре. И когда бежал к спасению, вдохнул газ.
— Что за газ? Какой-то наркотик?
— Никто не знает, что это было, — сказал он. Его рука стиснула фонарик. — Позже команда разобрала руины, но они не нашли ничего, кроме остаточного следа химических веществ, которые, как известно, обладают некоторыми психофармацевтическими свойствами. Предполагается, что газ был новым экспериментальным наркотиком.
— Какой эффект это оказало на тебя?
— Это не нанесло никакого вреда моим легким, но подействовало на мои чувства как кислота.
Шарлотта резко остановилась. — Ты был псиослеплен?
Он остановился, потому что у него не было выбора. — Временно. Я не мог использовать свой дар в течение нескольких недель.
— Какой ужас. Но твой дар восстановился.
— Частично, — сказал он. — Эксперты говорят, что он, вероятно, не восстановиться полностью.
— Я не понимаю. Ты использовал дар, чтобы определить, что Джереми Гейнс был убит паранормальным способом, и можешь перемещаться внутри Заповедника.
— На данный момент я нахожусь на седьмом уровне по шкале Джонса.
— Это хороший уровень. Немного выше среднего.
— Раньше был девятый, — сказал он.
— Ясно.
Она помолчала какое-то время, переваривая то, что он сказал. —
— Ты уверен, что новые измерения точны? — спросила она наконец.
—
— По словам врачей, вероятность того, что я недолго буду Семеркой, составляет восемьдесят пять процентов», — сказал он. Он снова начал движение. Его тон оставался спокойным. — Они предупредили меня, что моя аура нестабильна в областях, связанных с пси-чувствами. Мне сказали, что, по всей вероятности, мое состояние будет только ухудшаться.
Она поспешила идти рядом с ним. — Что это значит?
— Это означает, что мне, среди прочего, придется найти новое направление работы, — сказал он. — Как я уже говорил, именно это я и пытаюсь сделать на Рейншедоу.
— Пожалуйста, не пытайся отмахнуться от меня, Слэйд. Я хочу знать, что с тобой происходит.
— Зачем / Почему?
— Почему? — Она широко развела руки в жесте разочарования. — Из-за того, что мы только что делали там, на поляне, ради всего святого. Мы теперь любовники.
—
— Послушай, — сказал он, — правда в том, что никто не знает, что произойдет с моим талантом. Эксперты не знают, стабилизируюсь ли я в какой-то момент или вообще потеряю парачувства. Мне сказали готовиться к худшему сценарию. Еще вопросы?
— Нет. — Она коснулась кулона на шее, а затем решительно покачала головой. — Но я думаю, что эксперты неправильно интерпретируют твою ауру. Или, может быть, они не видят достаточно далеко в спектре. А может быть, они просто не понимают, на что смотрят. Знаешь, такое часто случается, когда дело доходит до анализа высококлассных талантов.
— Итак, теперь ты обученный читатель ауры?
— Нет, — сказала она. — Но я знаю, что вижу в твоей радуге. Я говорила, что радуга — это отражение основных ультрасветовых цветов ауры человека.
— Ты хочешь сказать, что можешь увидеть в моей ауре что-то, чего не увидел эксперт? Спасибо, но нет. Я не могу позволить себе тратить время на эту чушь о силе позитивного мышления.
— Верно, — ответила она. — Мысли негативно. Таким образом, никогда не будешь разочарован.
Резкость ее тона застала его врасплох. Обычно она была такой веселой, такой солнечной и сердечной. —
— Я просто пытаюсь быть реалистом, — прорычал он, занимая теперь оборонительную позицию.
— Что происходит, когда ты доводишь свой талант до предела?
— Мне сказали не рисковать.
— Почему?
— В теории, чем больше я использую свой талант, чем сильнее я его использую, тем быстрее все будет ухудшаться, — сказал он.
— Я не понимаю. Всем известно, что если сильный талант длительное время находится в красной зоне, он или она наверняка может временно истощить свои резервы. Но для полного восстановления требуется всего пара часов.
— Люди в клинике предупредили меня, что я, вероятно, не оправлюсь от серьезного ожога, — тихо сказал он.
— Но, зная тебя, ты немного поэкспериментировал, верно?
—
— Я должен был убедиться в этом сам, — признался он.
— И?
— Скажем так, я усвоил урок. Я увидел свое будущее, и ничего хорошего там не ждет. Все, что я могу сделать, это попытаться выиграть как можно больше времени.
— Что именно ты испытал, когда после взрыва раскрутил свой талант до максимума?
Они оказались среди деревьев. Серебряный луг исчез за ними. Густая тьма опустилась, как саван. Он использовал свой талант ровно настолько, чтобы провести ее сквозь защитное поле.
— Бурю, — сказал он. — Это было похоже на надвигающийся ураган или торнадо.
Она коснулась зеркального кулона. — Это не то, что я видела в твоей радуге сегодня, когда ты отвел меня к Каньонам.
— Тогда я открыл свой дар лишь наполовину.
— Мне было достаточно увидеть твою истинную ауру. Я видела ее прошлой ночью, когда ты меня поцеловал, и сегодня снова, когда ты занимался со мной любовью.
Он изучал крошечный зеркальный кулон на ее шее. Лунный свет блестел на нем. Ему было не по себе от осознания того, что Шарлотта, похоже, способна разгадать его секреты. Но он тоже знал о ней кое-что. Он знал одно: она не станет ему лгать.
— Что именно ты видела? — он спросил.
— Много мощного ультра излучения. Я не могу дать название всем основным цветам, потому что никогда раньше их не видела, но могу сказать, что они исходят из дальнего конца спектра и что частоты излучения очень стабильны. Нет никаких признаков нестабильности.
— Что это значит в моем случае?
— Ну, во-первых, это означает, что у тебя есть какой-то серьезный талант, о котором ты, кажется, даже не догадываешься, — сказала она.
— Что бы не было в этой буре, но когда я включаю энергию на полную, это не мой старый талант. Я его не узнаю, Шарлотта. Энергия кажется мне хаотичной. Это никогда не является хорошим знаком, когда мы говорим о человеческом пси. Ты знаешь это так же хорошо, как и я. Хаос в спектре — один из верных признаков того, что человек либо сходит с ума, либо теряет рассудок.
— Это не хаос. Я говорила уже, что полосы света в радуге сильные и стабильные.
— Тогда почему я не узнаю энергию?
— Я не знаю, — призналась она. — Тебе придется это выяснить самому.
— Как, черт возьми, мне это сделать?
— Точно так же, как ты поступал, когда осознал свой талант еще в подростковом возрасте, — терпеливо сказала она. — Также, как я это делала. Как Девин в конечном итоге постигнет экстрасенсорную природу своего дара. Ты работаешь с ним и экспериментируешь, пока не поймешь, как его фокусировать и контролировать.
Он похолодел. — Черт возьми. Ты хочешь сказать, что я открываю новый талант?
Она улыбнулась. — Расслабься, ты не становишься Цербером. Ты не сойдёшь с ума.
Цербер — это жаргонное прозвище Аркейна, обозначающее тех, кто развил более одного вида талантов. Такие люди были настолько редки, что стали предметом жутких мифов и легенд. Настоящие мультиталанты обычно умирали в подростковом возрасте или лет в двадцать. Проблема, по мнению экспертов Общества, заключалась в том, что человеческий разум не мог справиться с высоким уровнем стимуляции и острым сенсорным восприятием, которые сопровождают многочисленные таланты. Церберы неизменно сходили с ума и самоуничтожались. Большинство зарегистрированных случаев говорило, о покончивших с собой в юном возрасте, но некоторые выживали, чтобы стать парапсихопатическими убийцами.
Когда дело доходило до дара «Цербера», политика Тайного Общества была простой и понятной. Уничтожить. Не чурались ни какими средствами. За время работы в Офисе он узнал, что ФБПР и Гильдии придерживаются схожей политики.
— Ты уверена? — спросил он.
— Абсолютно.
— Потому что я должен сказать, что Тайное Общество, Бюро и Гильдий, преследующих меня, — только этого мне не хватало, чтобы сделать мою жизнь полной, богатой и завершенной.
— Ну, ты же сказал, что тебе немного скучно быть начальником полиции на Рейншедоу.
— Я не шучу, — сказал он. — Как ты можешь быть уверена, что у меня не разовьется второй талант? Без обид, но ты зарабатываешь на жизнь продажей антиквариата. Ты не парапсихолог и даже не чтец ауры.
— Я просто знаю. — Голос Шарлотты был ровным. Она обхватила себя руками и снова пошла, очень быстро. — Ты прав. Вероятно, тебе не следует прислушиваться к советам такого неквалифицированного таланта, как читатель радуги.
Он сделал два длинных шага, чтобы догнать ее, обхватил пальцами ее руку. — Я не имел в виду, что не доверяю тебе.
— Я знаю. Это моему таланту ты не доверяешь. Поверь, я понимаю.
Хладнокровно она попыталась вырваться из его хватки. Он хотел удержать ее, но знал, что она будет с ним бороться. Он отпустил ее и сжал в руке фонарик.
— Мне очень жаль, — сказал он. — Но я провел последние три месяца, борясь с последствиями того, что этот газ сделал со мной. Мне сказали, что мой талант и моя жизнь никогда не будут прежними.
— Что ж, я думаю, что эксперты, которые сказали это, были правы. Я сомневаюсь, что твой дар и жизнь когда-нибудь вернутся к тому состоянию, которое было для тебя нормальным до того, как тебя поразил газ.
Он нахмурился, едва осмеливаясь позволить себе даже самый слабый лучик надежды. — Ты правда считаешь, что я не ослепну?
— Нет. — Она колебалась. — Но я думаю, что определенно существует вероятность другого плохого исхода.
— Что может быть хуже?
— Жить с большим количеством мощной энергии, которую ты не знаешь, как сосредоточить или контролировать. Такая ситуация действительно сведет тебя с ума.
Он глубоко вздохнул. — Ты думаешь, что мне следует развивать свой талант. Начать работать с темной энергией, которую я вижу на краю своего спектра.
— Здесь применима древняя поговорка Общества:
— Не могу поверить. — Девин остановился среди деревьев и посмотрел вниз с крутого гранитного утеса на каменистый пляж внизу. Небольшую лодку с подвесным двигателем вытащили на берег. — Какие-то придурки нашли Хидден-Бич.
Нейт остановился рядом с ним. — Я не узнаю лодку. Они не арендовали ее у папы.
Нейту Мерфи только что исполнилось тринадцать. Он был лучшим другом Девина на острове. Нейт вырос на Рейншедоу и знал все скрытые бухты и секретные заливы вдоль неприступной береговой линии. Девин завидовал его знанию лодок и всего, что связано с водой. Нейт всю свою жизнь работал на пристани своего отца и был действительно хорош, когда дело касалось подобных вещей. У него даже был собственный каяк, и он учил Девина управлять им.
Девину очень хотелось рассказать Нейту о проснувшемся у него экстрасенсорном таланте, но он был почти уверен, что Шеф прав. Нейт, вероятно, счел бы его странным.
— Как они нашли это место? — спросил Девин. — Ты сказал, что яхтсмены почти никогда не заходят на эту сторону острова из-за отливов. Ты говорил, что сойти на берег невозможно.
— За исключением Хидден-Бич, — заметил Нейт. — Наверное, они нашли его случайно. — Он опустил свой рюкзак на землю и сел на него. — Накрылась наша сегодняшняя охота за сокровищами капитана Себастьяна.
— Может быть, эти ребята скоро уйдут. — Девин огляделся. — Интересно, где они?
— Вероятно, пытаются посмотреть, как далеко они смогут проникнуть внутрь Заповедника. Время от времени кто-то пробует это на спор или просто чтобы посмотреть, что получится. Скоро они узнают, что не смогут пройти через забор.
— Если они вторгаются на территорию, шеф Эттридж может их арестовать.
— Он этого не сделает, — сказал Нейт с холодной уверенностью.
— Почему нет? Начальник работал в ФБПР. Да эти ребята крутые. Но он арестовывал серийных убийц, наркобаронов и действительно опасных парней.
— Я не говорю, что он не может их арестовать, просто он этого не сделает. Зачем беспокоиться? Всем известно, что забор не позволяет большинству людей проникнуть внутрь Заповедника более чем на пару футов. Люди, которым удается проникнуть внутрь, живыми оттуда не выходят. Зачем сажать людей в тюрьму за попытку убить себя?
— Логично, я полагаю.
— Что будем делать? Найдем другое место для поиска сокровищ или подождем и посмотрим, скоро ли уйдут те парни с лодкой?
Девин колебался. Логичным решением было двигаться дальше вдоль береговой линии. По периметру Заповедника было много других интересных мест для изучения. Но больше всего его интриговал Хидден-Бич. Ему хотелось еще раз взглянуть на пещеру.
— Мы планировали эту поездку несколько дней, — сказал он. — Эти ребята, вероятно, скоро уйдут. Давай подождем и посмотрим, что произойдет.
— Хорошо.
Они вытащили из рюкзаков пару энергетических батончиков и присели на корточки ждать.
— Ты серьезно считаешь, что мы найдем сокровища капитана Себастьяна внутри пещеры? — спросил Нейт через некоторое время.
— Может быть. — Девин не был уверен, что еще сказать, поэтому решил промолчать.
Вход в пещеру на пляже был почти невидим: узкая расщелина в скалах, которая неожиданно расширялась, как только попадаешь внутрь. Когда они в последний раз исследовали ее, Девин почувствовал внутри пещеры что-то интригующее, что-то, что нужно было найти, но понятия не имел, что именно. Какая-то часть его была уверена, что секреты, спрятанные внутри пещеры, ценны. Однако он не мог объяснить Нейту, откуда он это знал, не объяснив свои новые чувства.
— Интересно, нашли ли эти, которые приехали сюда на лодке, пещеру и пошли ли искать сокровища, — сказал Нейт. — Возможно, они сейчас там.
— Надеюсь нет. Эта пещера наша.
Они жевали энергетические батончики и пили воду из бутылок. Время шло. Девин собирался предложить им съесть еще порцию энергетических батончиков, когда услышал тихий гул голосов. Звук доносился не из близлежащего леса, где начиналась ограда Заповедника. Он исходил из скрытого входа в пещеру сокровищ на пляже.
— Я не верю, — сказал он тихо. — Они нашли его.
— Да, — сказал Нейт. — Но они уже уходят. У нас еще есть время, чтобы поискать сокровище.
Внизу двое мужчин вылезли из щели в скале и вышли на открытое пространство. Прилив страха пронзил Девина, когда он увидел магрезы на их бедрах. Рядом с ним замер и Нейт.
— Вот, дерьмо, — прошептал Нейт. — Они, должно быть, контрабандисты или торговцы наркотиками.
— Настоящие пираты, — подумал Девин. Он почувствовал покалывание в затылке.
— Давай, убираться отсюда», — сказал он.
— Если мы двинемся, они нас увидят, — сказал Нейт.
— Ладно, ладно.
Девин замер. Рядом с ним Нейт, казалось, едва дышал.
Словно почувствовав, что за ними наблюдают, один из мужчин поднял взгляд. Его глаза встретились с Девином. Он потянулся за пистолетом.
— Компания, — прорычал он своему спутнику.
Второй поднял глаза. — Пара детишек.
— Не имеет значения. Они нас видели.
Оба мужчины направились по тропе, которая вела к вершине утеса. Они двигались очень быстро, быстрее, чем Девин видел за всю свою жизнь.
Он вскочил на ноги. — Нам нужно выбраться отсюда.
Нейт наблюдал за мужчинами, поднимавшимися по тропе. Его словно парализовало от страха.
— Ну давай же. — Девин наклонился и схватил друга за руку. — Бежим.
Нейт вскочил на ноги. — Мы не сможем. У них оружие.
— Они не смогут последовать за нами в Заповедник.
— Мы тоже не сможем попасть внутрь.
— Думаю, возможно, я смогу нас провести, — сказал Девин.
Он не знал, откуда пришли эти знания. Какой-то голос в его голове кричал ему, что Заповедник — их единственная надежда. Он побежал к деревьям, таща за собой Нейта.
— А что насчет забора? — Нейт ахнул.
— Думаю, я смогу помочь тебе пройти через него. Только не отпускай мою руку, ладно?
— Ты уверен?
— Не похоже, что у нас есть выбор.
Он почувствовал первые искры, подсказавшие ему, что они вошли в странное энергетическое поле, обозначающее внешнюю границу невидимого забора. Рядом с ним Нейт резко и испуганно вздохнул.
— Ты в порядке? — спросил Девин.
— Ага. Я так думаю. Я никогда не заходил так далеко внутрь. Это больно.
Девин рискнул оглянуться.
Мужчины уже были на вершине утеса.
— Они направляются в Заповедник, — крикнул один из контрабандистов. — Мы не можем позволить им уйти.
Девин услышал выстрелы, но ни он, ни Нейт не упали, поэтому он решил, что стрелки промахнулись. Он бежал так быстро, как только мог. Нейт был рядом с ним. Причудливая энергия теперь пульсировала повсюду вокруг них. —
— Я их больше не вижу, — крикнул один из контрабандистов. — Я чувствую забор. Это все, что мы можем сделать.
Оба мужчины резко остановились.
— Забудь о них, — сказал второй. — Заповедник позаботится о них.
— Как прошло свидание с Шарлоттой вчера? — спросила Мирна с порога офиса.
Слэйд даже не оторвался от списка имен на экране компьютера. — Если еще один человек задаст мне этот вопрос, мне, придется уволить всех в отделе.
Рекс сидел на столе. Клатч был расстегнут, он был занят выбором скрепок. Он сделал паузу, чтобы поприветствовать Мирну. Она подошла к столу и пару раз похлопала его. Затем она изучила Слэйда.
— Уволить всех, а? — она сказала. — Нас всего двое?
— Да.
— Все прошло так плохо или так хорошо?
Он сделал вид, что не услышал вопроса. — Где Уиллис? Он закончил проверку алиби известных соратников Гейнса?
Кирк Уиллис материализовался в дверях. — Только что закончил, шеф. — Он вошел в офис и положил перед Слэйдом папку с файлами. — Никто из людей из этого списка, не посещал остров в этом году, не говоря уже о ночи, когда умер Гейнс. Каков наш следующий шаг?
Слэйд отвернулся от экрана и открыл папку. — Есть правило, применимое к таким ситуациям. Оно исходит от следователя из Старого Света, от какого-то Шерлока. Что-то вроде того, что как только ты исключишь вероятное, то, что останется, каким бы невероятным оно ни было, и будет ответом.
Мирна нахмурилась. — Что, черт возьми, это значит?
— Это означает, — сказал Слэйд, — что существует высокая вероятность того, что наш убийца все еще находится здесь, на острове.
Кирк и Мирна уставились на него с недоверием в глазах.
— Ты действительно так думаешь? — спросил Кирк с сомнением, но заинтриговано.
— Да, — сказал Слэйд.
— Я не могу поверить, что кто-то из местных является убийцей, — медленно сказала Мирна. — Это такой маленький город. Все друг друга знают.
— Ты забываешь о гостиницах типа «ночлег и завтрак», разбросанных по всему острову, и о людях, посещающих эти ретриты «Осмысление» в домике у озера», — напомнил ей Слэйд. — Мы можем узнать имена и адреса гостей у трактирщиков.
— Что именно мы ищем? — спросила Мирна. — Мы уже знаем, что у большинства из них, вероятно, нет твердого алиби. Любой из них мог ускользнуть из гостиницы или домика и встретиться с Гейнсом в «Зазеркалье».
— Но большинство из них, вероятно, не являются серьезными коллекционерами антиквариата, которым занимается Шарлотта», — сказал Слэйд.
Кирк покраснел. — Вы хотите, чтобы я узнал, является ли кто-нибудь из них коллекционером?
— Я хочу знать о любых связях, которые кто-либо из них может иметь с антиквариатом или торговлей антиквариатом.
— Сделаю, — сказал Кирк.
— Я знаю, что ты можешь, — сказал Слэйд. — Но делай это тихо. Я не хочу, чтобы убийца заподозрил, что мы считаем, что это убийство или что мы ищем его на острове. Он уйдет следующим паромом, и мы вообще его потеряем.
— Почему ты думаешь, что он не уехал на следующий день после убийства? — спросила Мирна.
— Я не думаю, что он получил то, что хотел, — сказал Слэйд. — Он остался здесь, потому что, насколько ему известно, расследование убийства не ведется. Он чувствует себя в безопасности. Мы хотим, чтобы он продолжал так думать.
— Я ушел, — сказал Уиллис. Он отвернулся от дверного косяка, готовясь выйти.
— И еще одно, — сказал Слэйд. — Хорошо поработал над алиби. Я знаю, что некоторые люди в этом списке были очень скрытными. Я впечатлен тем, что тебе удалось подтвердить их местонахождение в ночь убийства.
Кирк немного зарделся. — Да, ну, мне всегда нравилось работать с компьютером.
— Хороший, а главное полезный навык для этой работы. Возвращайся, как только получишь информацию о гостях острова.
— Да сэр.
Кирк повернулся и быстрым шагом пошел по коридору. Мгновение спустя входная дверь за ним закрылась.
Мирна понимающе улыбнулась Слэйду. — Молодой офицер Уиллис, безусловно, проявляет гораздо больше энтузиазма по отношению к профессии правоохранительного органа с тех пор, как ты прибыл на остров. Я думаю, он начинает чувствовать себя настоящим полицейским.
— Это его первое расследование убийства, — сказал Слэйд. — Этот опыт, как правило, оказывает такое воздействие.
— На самом деле, я думаю, что это первое расследование убийства, которое мы проводим на острове с тех пор, как Летти Портер решила, что с нее достаточно того, что ее муж напивается и избивает ее. Она напоила его в последний раз, отвезла в «Точку Желания Смерти» и столкнула. Тело так и не нашли. Это было почти двадцать лет назад.
— Что случилось с Летти Портер?
— Она до сих пор живет здесь. Хижина на Хиггинс-роуд. Сейчас ей за семьдесят. Шеф Холстед в то время был новичком. Ему так и не удалось доказать убийство. Не то чтобы он сильно старался. Если спросишь меня, то Джордж Портер это заслужил. Он был ужасным пьяницей.
Слэйд откинулся на спинку стула и постучал пальцами по столу. — Она убила один раз.
— Забудь об этом, — сказала Мирна. — Поверь мне на слово, Летти Портер совершенно не интересуется антиквариатом. А зная Летти, даже если бы она по какой-то причине захотела убить Гейнса, она бы воспользовалась ближайшим тупым предметом.
— И все же, попробуй узнать, где она была в ночь смерти Гейнса.
— Хорошо. — Мирна взглянула на часы. — Ещё нет и четырёх часов. Я могу прямо сейчас сбегать к ней домой.
— Давай.
Мирна начала уходить, но заколебалась. — Знаешь, я немного волнуюсь за Девина и Нейта.
— Разве это не день большой охоты за сокровищами?
— Да, но они уехали рано утром, — сказала Мирна. — Я ожидала, что они вернутся к обеду. У них с собой только несколько энергетических батончиков и немного воды. Это тринадцатилетние мальчики. Они, должно быть, уже умирают с голоду.
— Может быть, они живут за счет земли.
— Поверь мне, несколько ягодок не утолят голод мальчишек этого возраста. Недавно я звонила маме Нейта. Лауринда сказала, что она тоже ожидала, что они вернуться пораньше, но она не волнуется.
— А ты?
— Девин — городской парень. Он не знает, как ориентироваться на острове.
— Нейт знает.
— Я знаю. — Мирна прикусила нижнюю губу. — Я слишком над ним трясусь, не так ли?
— Он растет. Ему нужно расправить крылья. Этот остров — гораздо более безопасное место для этого, чем большой город.
— Я это знаю.
— Но ты волнуешься.
— Просто с утра у меня появилось странное чувство. — Мирна вздохнула. — На острове есть несколько опасных мест. Крутые скалы. Отбойные течения в бухтах и заливах. Что, если один из мальчиков упал?
— Другой бы вернулся в город за помощью, — сказал Слэйд.
— А что, если они попытаются преодолеть забор и заблудятся внутри Заповедника?
— Когда в последний раз островной ребенок совал нос за забор?
Мирна вздохнула. — Насколько мне известно, этого никогда не случалось.
— Забор работает, Мирна, — сказал Слэйд.
— Есть и другие вещи, которые могут случиться с мальчишками, — сказала Мирна.
— Беспокоиться — это нормально, — парировал он.
— Ну и дела, спасибо Босс. Я чувствую себя намного лучше сейчас.
— Извини, — сказал Слэйд. — Это было не очень обнадеживающе, не так ли? Слушай, Девин сказал, что они с Нейтом собираются на Хидден-Бич заняться поиском сокровищ. Они бы выбрали Мертон-роуд. Ты могла бы съездить туда и посмотреть, как у них дела.
— Ты шутишь? Я не могу. Это очень огорчит Девина, если я сделаю это на глазах у Нейта.
— Верно. Давай так: я поеду и проверю их.
Мирна выглядела чрезвычайно благодарной. — Спасибо, Шеф. Я ценю это.
Слэйд посмотрел на Рекса. — Пойдем, приятель.
Предчувствуя новое приключение, Рекс затарахтел, схватил клатч и прыгнул на плечо Слэйда.
Слэйд посмотрел на Мирну. — Было высказано предположение, что общение с пушком с сумочкой может отрицательно повлиять на мой имидж как закоренелого борца с преступностью.
— Не смеши меня, — сказала Мирна. — Это очень красивый клатч.
Нейт схватил Девина за руку. — Ты это слышал?
— Ой. — Девин вздрогнул. — Да, отпусти, чувак. Больно.
Они сидели бок о бок, прислонившись спиной к массивному гранитному камню. Неподалеку водопад падал в бассейн. Был только вечер, но в Заповеднике быстро и рано темнело. Последние лучи солнца исчезли несколько минут назад, и наступили глубокие сумерки.
Преодоление странного энергетического барьера было тяжелым для них обоих, хотя Девин подозревал, что это напугало Нейта больше, чем его самого. Тем не менее теперь им предстояла перспектива провести ночь в Заповеднике, и он хотел этого не больше, чем Нейт.
По крайней мере, двух контрабандистов не было видно.
— Опять этот жуткий звук, — прошептал Нейт. — Может быть, это те двое.
Девин пристально всмотрелся в густую тьму между деревьями. Он решил, что Нейт ничего не выдумывал. Что-то шевельнулось в тени. Он мог бы поклясться, что на пару секунд увидел пару светящихся глаз, но в это было трудно поверить, потому что всякий раз, когда он сосредотачивался, ему казалось, что в небе светится множество маленьких, странных вещей. Он очень быстро понял, что Нейт не видит все эти страшные светящиеся в темноте штуки, поэтому решил не упоминать об этом. Нейт и так был достаточно напуган. Один из них должен сохранять спокойствие.
— Нет, — сказал он. — Это не контрабандисты. Если бы они нас нашли, они бы нас уже пристрелили. Ты слышал их в бухте. Они сказали, что не могут последовать за нами в Заповедник.
— Они думают, что то, что здесь находится, нас достанет. Не знаю, как ты, но мне от этого легче не становится. Кто знает, что здесь водится?
— Ты прожил на Рейншедоу всю свою жизнь. Если бы здесь были опасные дикие животные, ты бы о них слышал.
— Я имею в виду не диких животных. Я говорю о другом. За прошедшие годы в Заповеднике пропало много людей. Что, если они не просто умерли? Что, если они все еще здесь?
— Призраков не существует.
— Откуда ты это знаешь?
—
— По крайней мере, здесь не слишком холодно, — сказал он. — Если нам придется тут ночевать, мы не получим эту гипо-штуку.
— Гипотермия, — автоматически сказал Нейт.
— Ага. Что.
Девин достал старый компас, подаренный ему Шарлоттой Энрайт. Он крепко держал его в руке. Он уже обнаружил, что внутри Заповедника он не работает. Когда он попытался использовать его раньше, он увидел, что все четыре направления компаса светятся одинаково ярко. Невозможно было определить, где север. Но было приятно держать его в руках. Он успокаивал.
— Я хочу пить, — сказал Нейт через некоторое время. — Я принесу воды.
— Я с тобой. — Девин поднялся.
Они подошли к бассейну в гроте и посмотрели на пенистую воду.
— Хм, — сказал Нейт. — Что-то странное с этой водой.
— Что?
— Не видно дна, — сказал Нейт. Он посмотрел на бассейн, как будто был очарован им.
— Камни на дне темные, поэтому вода кажется темной. Вот почему ничего не видно, — сказал Девин.
— Ох, чувак, там что-то есть, — прошептал Нейт.
— Рыба, может быть, — с тревогой сказал Девин.
— Что бы это ни было, оно большое. Не знаю, как ты, но мне не так сильно хочется пить, чтобы опускать руку в эту воду.
— Это просто рыбина. — Девин начал наклоняться вперед, чтобы зачерпнуть немного воды.
Что-то темное кружилось на глубине. Он почувствовал внезапное непреодолимое желание нырнуть в бассейн. Тьма внизу звала его. Его сердце начало колотиться. Он наклонился еще немного вперед.
— Ты с ума сошёл, чувак? — крикнул Нейт.
Он схватил Девина за руку и оттащил его от края.
Девин чувствовал себя так, словно только что проснулся от кошмара. Он глотнул воздуха и сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоить учащенный пульс.
— Спасибо, — выдавил он.
— Давай, нам нужно убираться отсюда, — прошептал Нейт.
— Если мы начнем бегать по Заповеднику, тогда нас точно никто не найдет никогда.
— Нас все равно никто никогда не найдет, — сказал Нейт. Он не сводил глаз с темной поверхности воды.
— Неправда, — сказал Девин. — Шеф нас найдет.
Слейд остановил внедорожник в конце Мертон-Роуд и некоторое время сидел тихо, положив руки на руль. Его чувства охватила первая дрожь беспокойства.
— Это нехорошо, — сказал он Рексу. — Мы должны были встретить их где-нибудь по пути.
Рекс сидел на спинке пассажирского сиденья, откуда ему открывался вид из окон. Почувствовав беспокойство Слэйда, он пророкотал.
— Нам лучше все проверить. — Слэйд открыл дверь. — Если Девин действительно решил провести Нейта в Заповедник, и окажется, что они заблудились, я буду очень зол.
Сжимая в лапе клатч, Рекс обошел спинку сиденья и прыгнул на руку Слэйда. Оттуда он вскарабкался на плечо.
Они пробирались сквозь деревья вдоль вершин скал. Слева отвесные каменные стены погружались в холодные бурлящие воды Янтарного моря. Слэйд знал, что скала уходит еще на несколько сотен футов под воду. —
Пятнадцать минут спустя он стоял на вершине невысокого утеса над Хидден-Бич. Нейта и Девина не было видно. Он пытался избавиться от плохих мыслей, но его пробирал холод. Его охотничья интуиция говорила ему правду, хотел он это признать или нет.
Он спустился по неровной тропе к каменистому пляжу. Мелкие камешки и мусор сыпались из-под его ботинок.
Пляж был чистым. —
— Мальчиков конечно приучали убирать мусор, но должны остаться какие-то следы, — сказал он Рексу. — Мы говорим о подростках. Они не могут поддерживать такую чистоту даже в своих комнатах.
Он обострил свои чувства. Действие было автоматическим. Он не ожидал ничего найти, он не хотел ничего найти, потому что единственным пси, который он мог обнаружить, было жгучее излучение, указывающее на насилие. Благодаря своему таланту он мог уловить только плохие новости. Но где-то в процессе он перешел в режим охоты. Пути назад не было.
Вспыхивающий кислотный свет, который он боялся увидеть, был разбрызган, как кровь, по камням на пляже.
— Дерьмо, — очень тихо сказал он Рексу.
Рекс зловеще зарычал, спрыгнул на землю и начал искать.
Энергия была довольно свежая, решил Слэйд, ей всего несколько часов. И она не принадлежала ни Нейту, ни Девину. Он знал обоих мальчиков. Ни один из них не мог оставить такой холодный и злой отпечаток. То, на что он смотрел, оставили взрослые. Два, если он правильно анализировал. Отпечатки подсказали, что они оба обладают неким талантом. Холодок стал ледяным.
Рекс находился в дальнем конце пляжа, исследуя камни. Он выглядел очень сосредоточенным на том, что он обнаружил.
Время терять было нельзя, но по какой-то причине он почувствовал необходимость выяснить, что привлекло внимание Рекса. Он пересек пляж и изучил камни.
— Что ты нашел? — тихо спросил он.
Рекс потрогал один камень, как будто хотел с ним поиграть. Но в его поведении не было ничего игривого. Он тоже был настроен на охоту.
Слэйд присел. — Давай посмотрим, что у тебя.
Он поднял камень, готовый к тому, что многоногий обитатель берега убежит. Но это был не краб, на свету блестела стреляная гильза. Здесь, в бухте, недавно кто-то стрелял. Или с вершины скалы.
Он взглянул вверх, рисуя траекторию полета гильзы. Яркий солнечный свет слепил глаза. Он прокрутил сценарий в уме. Стрелки были застигнуты врасплох, когда находились на пляже. Они бросились по тропе вверх. Не требовалось никакого экстрасенсорного таланта, чтобы догадаться, что мальчиков заметила парочка головорезов, которым не нужны были свидетели.
—
Охотничья лихорадка охватила его. Он вынул блокнот из кармана рубашки, вырвал лист бумаги и взял в руки гильзу. Он сложил бумагу вокруг гильзы и убрал обратно в рубашку. Хотя талант можно было использовать для выслеживания преступников, в суде очень редко принимались доказательства паранормальной природы. Судьям и присяжным по-прежнему нравились веские доказательства.
Он поднялся на ноги и посмотрел на Рекса. — Как, черт возьми, ты узнал, что гильза важна?
Рекс пристально посмотрел на него и мрачно зарычал.
— Пойдем, — сказал Слэйд.
Он пошел по тропе. Рекс бросился за ним.
На вершине утеса Слэйд остановился, пытаясь думать, как пара подростков, которые случайно застали врасплох пару мужчин с оружием.
Наиболее вероятный ответ, который он не хотел признавать, заключался в том, что паразиты убили мальчиков и сбросили тела и рюкзаки в глубокие холодные воды Янтарного моря. Но он пока не будет рассматривать эту версию, пока не исключит все другие возможности. У мальчиков могло быть время сбежать.
Он заставил себя искать ультра излучения, указывающие на пролитую кровь. Его охватило облегчение, когда он не увидел ничего на земле. Он подавил эмоциональную реакцию, потому что она мешала охоте. И все же это была полезная информация, убедительный факт. Ему могли бы пригодиться еще несколько фактов такого рода.
— Крови нет, — тихо сказал он Рексу. — Они стреляли в мальчиков, но не попали ни в одного. По крайней мере, здесь.
Это оставило множество столь же ужасных возможностей. Бандиты могли загнать мальчиков в деревья, схватить их и убить в другом месте.
Но был еще один возможный сценарий. Недалеко отсюда находился внешний край энергетического забора, обозначавшего Заповедник. Оба мальчика знали об этом.
Он посмотрел на Рекса, который теперь пристально смотрел на деревья, где начинался забор. У Слейда сложилось впечатление, что он ждет. Ждете, пока я начну охоту? Рекс вел себя так, как будто они были командой.
Осторожно он усилил свой талант еще на одну ступень. Первые шепотки темной энергии штормового света на дальнем конце спектра мелькнули в его чувствах. Он решил, что не может рисковать еще больше. Если бы Шарлотта ошиблась, он мог бы получить тотальную и полную псислепоту прямо здесь и сейчас. Ему нужен был его дар, чтобы найти мальчиков.
Но Девин и Нейт были в панике, когда бежали. Они оставили следы, достаточно яркие, чтобы их можно было увидеть с помощью чуть усиленного дара. Одна группа следов светилась сильнее и ярче другой.
— Умные мальчики, — тихо сказал Слэйд. — Они отправились в Заповедник.
Интуиция Девина могла подсказать ему, что он сможет преодолеть барьер. Возможно, он даже понял, что сможет провести Нейта с собой. Это был бы неприятный опыт, но пара напуганных детей могла не заметить штормовую энергию, когда спасались бегством. Адреналин подпитывал бы их. Это был сильнодействующий наркотик, и он оставлял бурлящие следы.
Слэйд направился к линии забора.
Отпечатки стрелков не пересекали невидимого энергетического барьера. Слэйда охватило облегчение. Бандиты не отправились за мальчиками в Заповеднике. Это имело смысл. У них явно был какой-то талант, но не слишком сильный, вероятно, не настолько, чтобы заставить их рискнуть отправиться в Заповедник.
Слэйд помчался за Рексом, который нетерпеливо бежал впереди. Настроение Рекса изменилось. Он восторженно гудел, очевидно, наслаждаясь происходящим. Было очевидно, что он шел по следам мальчиков. Он знал и Девина, и Нейта. Возможно, он думал, что это какая-то пси-игра в прятки.
Благодаря своему дару Слэйд без труда проследовал по тропе в более густые заросли деревьев. Гнетущая энергия забора теперь была сильна, но он входил в Заповедник достаточно часто, чтобы иметь возможность прорваться через нее. Девину и Нейту тоже удалось пройти через это. Их пси-отпечатки были видны и вели вглубь Заповедника.
Последний выброс энергии кошмара, а затем Слэйд преодолел барьер силового поля. Он остановился, чтобы сориентироваться и перевести свой талант на более низкий уровень. Когда он посмотрел вниз, он все еще мог видеть светящийся след.
— Оказавшись внутри, они, вероятно, ушли не далеко, — сказал Слэйд.
Но Рекс не слушал. Он рванул вперед со своей сумочкой.
Слэйд пошел по следам обходя валуны и еще одну рощу деревьев. Рекс исчез в лесу, весело тарахтя. Некоторое время спустя Слэйд услышал голос Девина.
— Здесь, — сказал Слэйд. Он вышел из леса на небольшую полянку.
Он окинул сцену одним взглядом. Девин сидел на камне и гладил Рекса. Нейт был рядом. Его лицо просветлело, когда он увидел Слэйда.
— Шеф Эттридж, — сказал он. — Ты нашел нас.
— Я же говорил тебе, что он вытащит нас отсюда, — с гордостью заявил Девин.
Он в последний раз похлопал Рекса и вскочил на ноги. Он бросился к Слэйду. Как и Нейт.
Был смущающий момент, когда казалось, что оба мальчика собираются обнять Слэйда. Он вздохнул с облегчением, когда подростки неловко остановились неподалеку.
— Отличная работа, — сказал он, чтобы скрыть неловкий момент. — Вы спаслись и оставались на месте, пока кто-нибудь не придет за вами. Ваши семьи будут гордиться вами. Я тоже.
Девин и Нейт ухмыльнулись.
— Два мужика стреляли в нас, — сказал Нейт.
— Мы думаем, что это были контрабандисты, — добавил Девин.
— Девин смог провести нас сквозь забор, — сказал Нейт. — Я не думал, что он сможет, но он сделал это. Это была странная прогулка, скажу я вам. Я думал, моя голова взорвется или что-то в этом роде.
— Я знаю, — сказал Слэйд.
Торжественное выражение лица Девина померкло. — Я знаю, что нам не следовало идти в Заповедник, шеф.
— Ты сделал то, что должен был, чтобы спасти Нейта и себя. Это было правильное решение.
Девин покраснел, но снова ухмыльнулся.
— Ты поймал тех двух, которые гнались за нами? — он спросил.
— Нет, — сказал Слэйд. — Они давно исчезли, и пляж был тщательно зачищен. Я не смог найти ни рюкзаки, ни велосипеды.
— Эти два придурка, наверное, сбросили их в воду, — пробормотал Нейт. — Мой велосипед был совершенно новым. Папа сказал, что если я допущу, чтобы с ним что-нибудь случилось, он не купит мне новый.
— Я поговорю с твоим отцом, — сказал Слэйд. — Думаю он учтет обстоятельства. Давайте выбираться отсюда. Вы можете рассказать мне всю историю по дороге домой.
— На них были кепки, — сказал Девин.
— И у них было оружие, — добавил Нейт.
— Я знаю, — сказал Слэйд. Он посмотрел на землю под ногами Девина. Следы мальчиков все еще светились. — Девин, у тебя есть янтарь или что-то с вкраплениями кристаллов?
— Только мой компас. Но здесь он не работает.
— Дай посмотреть.
— Держи.
Девин выудил из кармана компас. Слэйд забрал его у него. Все четыре кристалла ярко светились.
— Ха, — сказал он.
— Я же говорил, что он не работает, — сказал Девин. — Он так светится с тех пор, как мы прошли через забор.
— Он не работает как компас, — сказал Слэйд. — Но я думаю, что он работает как своего рода устройство слежения. Это может объяснить, почему ваши следы были такими четкими.
— Что это значит? — спросил Девин.
— Не знаю, но это интересно. — Он вернул компас Девину. — Мы побеспокоимся об этом позже. Ребята, нам нужно вернуть вас домой.
Нейт снова выглядел обеспокоенным. — Означает ли это, что нам придется вернуться через забор?
— Боюсь, да, — сказал Слэйд. — Но на этот раз будет проще по двум причинам.
— Каким? — спросил Нейт, все еще настороженно.
— Причина номер один, мы сделаем это все вместе. Приготовьтесь, мы возьмемся за руки.
Девин фыркнул. — Да, именно так мы сделали в первый раз, да, Нейт?
Нейт закатил глаза. — Почему это имеет значение?
— Трудно объяснить, — сказал Слэйд. — Но это так.
— Какая вторая причина? — спросил Девин.
Слэйд улыбнулся. — Всегда легче пережить подобное, когда знаешь, что ждет тебя на другой стороне. В данном случае это будет ужин.
— Знаешь, если ты намереваешься уйти с этого поста и покинуть Рейншедоу, прекращай играть в героя, — сказала Шарлотта. Она поставила на стол форму с горячей ароматной лазаньей. — Теперь, когда Мирна и офицер Уиллис, а также все остальные в городе знают, что ты можешь проникать в Заповедник, чтобы спасти потерявшихся детей, местные жители сделают все возможное, чтобы ты не сбежал с острова через несколько месяцев.
— Сегодня я не был героем. — Слэйд изучал лазанью с большим нетерпением. Ему пришло в голову, что он очень хочет есть, особенно домашнюю стряпню Шарлотты. — Дети спаслись сами. Все, что я сделал, это зашел в Заповедник, чтобы забрать их.
— Ну, если ты не заметил, возможность попасть в Заповедник в этих краях считается впечатляющим подвигом. Возможность отследить пару человек на территории считается просто потрясающей. Впервые, если так подумать, спасательная операция проводилась без необходимости звонить властям Заповедника. И впервые за многие годы люди, нуждавшиеся в спасении, были найдены живыми.
— Наверное, я первый начальник полиции, который обладает даром», — признался Слэйд.
— Или, по крайней мере, обладаешь нужным даром, — сказала Шарлотта. — Очевидно, что не все способности одинаково хорошо работают в Заповеднике. У меня изрядный талант, но я убеждена, что не смогла бы найти выход, не говоря уже о том, чтобы выследить парочку детей.
Она отрезала две больших куска лазаньи и разложила их по тарелкам. Одну она поставила на холодильник для Рекса.
Она поставила перед Слэйдом вторую тарелку с лазаньей. Себе она отрезала кусочек поменьше и села за стол.
Шарлотта подумала, что пригласить Слэйда на ужин сегодня было импульсивным поступком. Она не собиралась этого делать, потому что пришла к выводу, что ему нужно немного пространства. В конце концов, в эти дни ему приходилось иметь дело со многими тяжелыми вещами. Она знала, что он не позволяет себе верит/ надеяться, что он не пси-ослепнет. Он не тот человек, на которого можно давить или манипулировать. Ему нужно время все осознать. Отсюда ее стратегия «дать мужчине немного пространства».
Но когда он зашел в ее магазин вскоре после возвращения в город с мальчиками, она передумала. Тени в его глазах и мрачное выражение лица сказали ей, что, в отличие от остальных, он не был в праздничном настроении.
— Я так понимаю, это еще не конец? — она спросила.
— Нет, — сказал он.
Времени на разговоры не было, потому что родители Нейта вышли, желая поблагодарить его за то, что он привел их сына домой целым и невредимым. Но у нее сложилось отчетливое впечатление, что Слейд хочет поговорить и ему определенно нужно расслабиться. Поэтому она отбросила свою тщательно продуманную стратегию и пригласила его на ужин. В любом случае она хотела услышать каждую деталь спасения.
Реакция Слэйда была настолько непринужденной, что она поняла, что он планировал появиться у нее на пороге, с приглашением или без него.
— Хорошо, увидимся где-нибудь после шести, — сказал он.
Он вышел на улицу с Рексом на плече, чтобы встретиться с Верном и Лориндой Мерфи.
Шарлотта оперлась локтями на стойку и некоторое время смотрела в окно, размышляя, злит ли ее отношение Слэйда. Он вел себя так, как будто ничего не изменилось в их отношениях после прошлой ночи.
В итоге она решила проявить терпимость. В конце концов, у него был трудный день. И кроме того, если честно, он не знал, что она приняла некоторые важные решения относительно будущего развития их отношений. — Нельзя винить мужчину за то, что он считает, что ничего не изменилось, если ты не объяснила ему эти изменения, — сказала она себе.
Только когда Слэйд расстался с Мерфи и пошел в участок, она заметила в окне галереи Кейна знакомые фигуры и поняла, что она не единственная, кто наблюдал за разговором Слэйда с Мерфи. Флетчер Кейн и Джаспер Гилберт тоже наблюдали.
Даже, несколько часов спустя, она все еще не была уверена, почему воспоминания о Кейне и Гилберте, наблюдавших за Слэйдом через витрину магазина, все еще витали в ее памяти, как призрак. —
— Что-то интересное/ странное в том старом компасе, который ты отдала Девину, — сказал Слэйд.
— Что?
— Все четыре кристалла в компасе горели, когда я нашел их. По пути я заметил, что его следы светились намного ярче, чем отпечатки Нейта. В то время я предположил, что это потому, что у Девина есть талант. Но теперь я не так уверен.
— Думаешь, компас генерировал какую-то энергию?
— Может быть. Ты сказала, что настроила его под него?
— Верно.
— Эти старые компасы были сделаны из янтаря и кристаллов. Это всегда мощная комбинация. У меня такое ощущение, что, настроив его на радужные частоты Девина, ты сделали что-то, что помогло ему усилить свою природную энергию, по крайней мере, пока он был возбужден. Возможно, именно так ему удалось провести Нейта сквозь забор. Следы Дева были настолько яркими, что, я думаю, любой сильный охотник смог бы их найти.
— Ты хочешь сказать, что старый компас работает как устройство слежения?
— Да.
— Что это значит? — она спросила.
— Я не уверен, но если он работает как устройство слежения, возможно, его можно будет превратить в указатель направления, подобный тем, которые используют охотники за привидениями в Подземном мире. Это, в свою очередь, может позволить любому, у кого есть хоть какой-то талант, перемещаться по Заповеднику.
— Может быть, он работает только с определенными талантами. Девина, например. Но мы пока не знаем, какими способностями он обладает.
— Да. — Слэйд вернулся к лазанье.
— Так что же на самом деле произошло сегодня и почему я думаю, что ты не рассказал всем всю историю? — сказала она.
Слэйд даже не моргнул, услышав этот вопрос. Он как будто этого ждал. Он взял вилку и отрезал большой кусок лазаньи.
— Два бандита, преследовавших Девина и Нейта до Заповедника, возможно, были контрабандистами, но если так, то это не стандартная проблема, — сказал он.
Она остановилась, ее собственная вилка зависла в дюйме над лазаньей. — Что ты имеешь в виду?
— Они оба были одарены. Я видел это по их следам. Девин говорит, что они двигались очень быстро, так что я думаю, это охотники. Но они не хотели рисковать и идти в Заповедник, даже чтобы выследить свидетелей, так что у меня есть подозрение, что это были лишь сенситивы среднего уровня. Либо это, либо их талант охотника не позволяет им перемещаться за забором.
— Парочка одаренных охотников, ставших контрабандистами, не самым большой сюрприз в мире. Если подумать, охотники идеальны в двух профессиях: в преступной жизни или в борьбе с преступностью.
— Истинно. — Слэйд съел еще немного лазаньи. — Но у меня есть предчувствие по поводу этих двоих.
— Что ты думаешь?
— Убийство паранормальным средством в сочетании с опасным артефактом неизвестной силы и парочка талантов с оружием, появившихся в маленькой бухте на окраине Заповедника, составляют слишком много совпадений.
— Ты думаешь, что контрабандисты имеют какое-то отношение к убийству Джереми?
— Такое приходило мне в голову.
— Это они его убили?
— Не исключено. Это кажется логичным, поскольку он также занимался незаконным бизнесом. Но Гейнс был убит паранормальным способом. Пара из Хидден-Бич предпочитала оружие.
— Значит, здесь может быть замешан еще один человек?
— Может быть.
— Что-то много «может быть».
— Так всегда бывает, когда дело начинает складываться в единое целое. — Слэйд посмотрел на форму с лазаньей. — Я бы не отказался от еще одного кусочка.
Она улыбнулась и взяла лопатку. — Как дела у Нейта и Девина?
— Они оба описывают этот опыт как странный и причудливый, и они все еще немного потрясены. Но теперь, когда все закончилось, они уже на пути к тому, чтобы стать звездами среди своих сверстников на острове.
— Этот статус должен помочь Девину завести новых друзей, когда начнется школа.
— Ах, да. Удивительно то, что они прошли через все это с четкими воспоминаниями. Судя по старым записям, это весьма необычно.
— Ты можешь входить и выходить из Заповедника, не испытывая чувства дезориентации. И ты брал меня с собой. Я помню каждое мгновение внутри… — Она замолчала, понимая, что краснеет.
Впервые с тех пор, как он вернулся в город, в глазах Слэйда светилось сексуальное веселье.
— Ты помнишь каждую деталь? — вежливо сказал он. — Я тоже.
Она нахмурила брови. — Ты знаешь, что я имею в виду. Очевидно, что некоторые таланты могут без проблем проходить сквозь забор.
— Это объясняет, почему с Девином все в порядке. Я предполагаю, что он смог каким-то образом защитить Нейта. Но я не уверен, что забор или энергия внутри Заповедника являются причиной всех сообщений о дезориентации и потере памяти среди горстки людей, которых удалось спасти.
— У тебя есть другая теория?
— За последние пятьдесят лет те немногие люди, которые были спасены в Заповеднике, были найдены командами, посланными Фондом «Рейншедоу» или его предшественником, «Амбер Си Трейдинг» (компания «Янтарное море»).
— Члены спасательных команд, вероятно, обладают даром и могут отслеживать то же, что и ты.
— Конечно, — сказал Слэйд. — Но это не объясняет проблем с памятью у выживших. Что, если в команду спасателей входит не только какой-нибудь пара-охотник, но и парагипнотизер или, может быть, сновидец, который может гарантировать, что у спасенных не останется никаких четких воспоминаний о своем пребывании в Заповеднике?
Она замерла. — Но это незаконно. Зачем Фонду заходить так далеко и идти на такой риск?
Слэйд пожал плечами и откусил еще кусок лазаньи. — Очевидно, чтобы защитить тайны Заповедника.
Ледяная дрожь пронзила ее чувства. — Какие секреты?
Слэйд посмотрел на нее. — Я еще не знаю.
Рокот из гостиной заставил Шарлотту взглянуть на холодильник. Рекса не было видно.
— Что он задумал? — спросила она беспокойно.
— Я думаю, он хочет уйти.
Она вскочила и бросилась в другую комнату. Рекс ждал перед дверью. Она открыла ее для него. Рекс весело попрощался и спрыгнул с крыльца, крепко сжимая клатч в одной лапе и исчез в ночи.
Шарлотта закрыла дверь и вернулась на кухню. — Рекс не обычный пыльный кролик.
— Кто знает, что нормально для пушка?
— Интересная мысль, — признала она.
Слэйд встретился с ней взглядом. — Я тоже ненормальный. Мне нужно знать, что, черт возьми, происходит с моим талантом. Сегодня вечером я решил провести несколько экспериментов.
— Ты можешь провести их здесь, со мной.
— Нет, — сказал он. — Плохая идея. Я не знаю, чего ожидать.
— Есть только два вероятных исхода, — начала она, стараясь говорить как можно более спокойно и разумно. — Первый, эксперты правы, и ты получишь тяжелый пси-ожог, от которого уже не оправишься. Второй, права я, и в этом случае ты сможешь справиться со всем, что происходит с твоими парачувствами. В любом случае нет причин проходить через это в одиночку.
— Так я работаю, Шарлотта. Один.
— Может быть, раньше ты работал именно так, но на Рейншедоу, все по-другому, — сказала она.
— Да? — Он улыбнулся, но в его глазах не было веселья. — Что изменилось?
— Я. Так что смиритесь, шеф, сегодня вы будете не один.
Казалось, какое-то время он боролся с этим, затем покачал головой. — Нет.
— Назови мне хотя бы одну вескую причину, почему я должна позволить тебе сделать это в одиночку. Если не считать твоего природного упрямства.
— Ты сказала, что есть два исхода, но что, если ты ошибаешься? А что, если есть третий?
— Какой?
— Что, если окажется так, что я смогу получить доступ к штормовому свету на дальнем конце моего таланта, но не смогу его контролировать?
Она коснулась кулона на шее. — Что бы тебя ни ожидало, я абсолютно уверена, что ты сможешь это контролировать. Но если я ошиблась, я узнаю об этом раньше тебя. Я остановлю тебя.
Она не была абсолютно уверена, что сможет это сделать, но не собиралась давать ему понять, что у нее есть небольшие сомнения. В любом случае, возможность того, что он не сможет контролировать свой талант, беспокоила ее меньше всего. Он собирался провести свой эксперимент сегодня вечером, с ней или без нее, и она не могла позволить ему столкнуться с его худшим кошмаром — пси-слепотой — в одиночку.
Он поднялся и подошел к окну. Он долго смотрел в ночь, а затем повернулся к ней.
— Отлично, — сказал он. — Мы сделаем это вместе.
Слейд сел на диван. Он подождал, пока Шарлотта пройдется по дому и выключит свет. За некоторыми примечательными исключениями, пси-энергию можно было прорабатывать и днем, и ночью. Но, по мнению большинства экспертов из Тайного Общества, в темноте легче сфокусировать дар. Энергия солнца и искусственного освещения не обязательно ослабляла талант, но могла мешать контролю. По крайней мере, это отвлекало.
Шарлотта погасила лампу на журнальном столике. Гостиная погрузилась во тьму. Она села в старое мягкое кресло для чтения и поджала под себя обтянутую черными джинсами ногу.
— Начинай, как будешь готов, — сказала она. — Я буду следить за твоей радугой. Если что-то пойдет не так, ты узнаешь об этом.
Он посмотрел на нее. Она была темным силуэтом, вырисовывавшимся на фоне ночи, заполнявшей окно позади нее. Он немного приоткрыл свои сверх чувствительные каналы, чтобы лучше видеть ее. Ее глаза слегка блестели от пси. Он чувствовал отголоски в воздухе, которые говорили ему, что она слегка взволнована. —
— Спасибо, — сказал он, не раздумывая.
— Без проблем.
—
Шарлотта сняла кулон с шеи и взяла его в ладонь.
Он усилил интенсивность своего таланта, наблюдая за грозой, которая всегда ждала его в паранормальном мире. Он выскользнул из зоны комфорта и продвинулся дальше в спектр. Первые слабые тени силы запульсировали вдалеке.
— Я чувствую бурю, — тихо сказал он. — Не так уж и далеко.
— Ты полностью контролируешь ситуацию, — сказала Шарлотта. — Как ты себя чувствуешь?
Он задумался над вопросом, оценивая свои чувства. — Хорошо. Но я улавливаю потоки тяжелой энергии снаружи. Дальше я не заходил с тех пор, как надышался газа.
— Отраженные полосы первичного ультра излучения в твоей радуге устойчивы и сильны. Нет никаких признаков волн-убийц или нестабильности.
— Я слышу тебя, но с моей точки зрения это похоже на грозу или ураган. Я знаю, что должна быть какая-то естественная закономерность, но не могу обнаружить ее снаружи.
— Ты всегда называешь это штормовым фронтом/ураганом», — сказала она.
— Это ближайшая аналогия, которую я могу подобрать.
— Может быть, это не аналогия. Возможно, то, что ты ощущаешь, — это настоящая пси-гроза или паранормальный ураган.
Он сосредоточился на бурлящей, кипящей темноте. — Может быть. И что?
— Энергия есть энергия. Это один из старейших законов парафизики. Более того, параэнергия работает по тем же принципам, что и обычная энергия.
— К чему ты клонишь?
— Мне кажется, что если твой талант способен создать сверхлегкий шторм, то кажется логичным, что задействованные силы будут организованы так же, как и обычный шторм, вокруг ядра. Подумай о сердце бури.
— Ты хочешь сказать, что я смогу контролировать этот чертов ураган, если найду спокойное место в центре?
— Я не знаю, — сказала Шарлотта. — Но мы не куда не спешим.
Он увидел, что кулон светился серебристым светом в ее руке.
— Ты сказала, что все выглядит стабильным, — сказал он.
— Да.
— Похоже, единственный способ узнать, что происходит, — это отправиться в шторм.
— Я думаю, ты прав, — тихо сказала Шарлотта.
—
— Прежде чем я это сделаю, нужно сделать еще кое-что, — сказал он.
— Что?
— Если в центре бури окажется хаос, я, возможно, не переживу этого.
— Ты выживешь, — яростно сказала она.
— Физически, возможно, но мы оба знаем, что я говорю не об этом. Если все закончится именно так, я хочу, чтобы ты знала, что ты ни в чем не виновата. Я принял это решение.
— Ради всего святого, Слэйд, сейчас не время драматизировать.
— Ты будешь чувствовать себя виноватой, если ничего не выйдет.
— Нет, правда, не буду, — настойчиво сказала она.
— Будешь. Я этого не хочу. И я, черт возьми, не хочу, чтобы ты думала, что тебе придется продолжать спать со мной только потому, что ты подтолкнула меня пойти на риск.
— Перестань так говорить. Прекрати прямо сейчас.
— Я сам хотел этого, помнишь? — он сказал. — Если выгорю, значит выгорю. Если парапси и медики были правы, то рано или поздно это все равно должно было случиться.
— Какую часть о позитивном мышлении ты не понимаешь? — твердо сказала она. — Забудь обо мне и сосредоточься на той буре, которую ты собираешься взять под контроль.
— Точно, — сказал он.
Он горел, как в старые добрые времена. Адреналин и другие мощные биохимические вещества, связанные с максимальным усилением его чувств, хлынули в его кровь яростной, будоражащей волной.
Но мгновение спустя он понял, что все не так, как в старые времена. Он внезапно полетел навстречу темным ветрам шторма, и это было не похоже ни на что, что он когда-либо испытывал.
Ураган пси потряс все его чувства, включая превосходное зрение и слух. Молния сверкала и искрила. Потоки ревели вокруг него, отсекая все остальные ощущения.
Мгновение спустя мир потемнел, и он плыл через великую пустоту. Он словно ступил в самые дальние уголки беззвездной вселенной.
Это был он, центр бури, и здесь ничего не было. Он пережил воющий торнадо, но теперь официально стал псислепым. Погасли не только его парачувства, но и все его нормальные чувства. Он не мог видеть, слышать, трогать, обонять или пробовать на вкус. Шарлотта исчезла, оставив его одного в бесконечной буре.
Но он все еще мог чувствовать бурлящую энергию вокруг него. Это не имело смысла.
Слова Шарлотты вернулись к нему, сверкая, как молния в пустоте.
Ему нужно было найти способ контролировать энергию штормового света. Он сосредоточился по максимуму, вытягивая энергию, которую он никогда раньше не мог направить.
Его чувства вернулись с ошеломляющей скоростью. Он снова мог видеть не только в обычной плоскости, но и в далеком паранормальном спектре. Его охватило возбуждение. Единственным ощущением, которое могло сравниться с этим, был секс с Шарлоттой. Он знал, что до конца жизни эти два события навсегда останутся в его памяти связанными.
— Да, это работает!!!!.
Шарлотта улыбнулась. — У меня сложилось такое же впечатление.
Кулон в ее руке сверкнул серебром.
Он открыл все свои чувства дикой энергии, которую теперь мог контролировать. Он вызывал молнии и направлял потоки, о существовании которых никогда не подозревал. Гостиная пылала паранормальным огнем.
— Лучше немного сбавить обороты, — сказала Шарлотта.
— Не волнуйся, я все контролирую.
— Да, но ты играешь с пси-огнем. — В голосе Шарлотты теперь звучала осторожность. — Есть подозрение, что моя страховка не покроет такой ущерб.
— Это невероятно. — Он едва мог сосредоточиться, чтобы ответить. Можно опьянеть от такой власти. Возможно, он уже пьян.
— Слэйд, — Голос Шарлотты стал резче. — Я думаю, хватит.
— Почему?
— Потому что ты скоро перегоришь. Одно дело довести себя до предела. Самое худшее, что может случиться, — это то, что ты на какое-то время истощишь свой резерв. Но речь идет о контроле над талантом.
С неохотой он ослабил свой талант. Гроза быстро рассеялась. Он полностью отключил свои пси-чувства и вернулся к своим нормальным чувствам. Но опьяняющая смесь стремительного восторга, облегчения и эйфории все еще охватывала его. Он находился во власти самого сильного дожигания, которое он когда-либо испытывал в своей жизни. Он также был физически возбужден, сильнее, чем вчера. Он скоро отрубится, но не сейчас.
Он посмотрел на Шарлотту.
— Спокойно, Большой Мальчик, — твердо сказала она.
— Что? — Он не мог оторвать от нее глаз. Он сдерживал себя, что бы не подхватить ее на руки и не помчаться по короткому коридору в спальню. Нет, забудь о спальне; он хотел взять ее прямо здесь, на полу или у стены.
— Нет причин притворяться, что ты не понимаешь, о чем я говорю, — сказала она. — Просто чтобы ты знал, твои глаза все еще пылают. Я не наивная дурочка. У меня случаются приступы паники, если я переусердствую, но у большинства людей, у мужчин, реакция другая.
— Да-а-а?
— Я слышала все эти шутки. Я знаю о задействованной парафизиологии. Биококтейль, созданный в результате сильного дожигания, приводит к резкому выбросу тестостерона, адреналина и других гормонов, связанных с физическим возбуждением. Забудь. Мы пытаемся провести здесь научный эксперимент.
Его захлестнула волна неотложной потребности.
— Я сказала, забудь об этом, — добавила она для пущей убедительности.
— Хорошо, — ответил он.
— Перестань смотреть на меня так.
— Хорошо, — повторил он снова. Но не смог отвести взгляд.
— Давай поговорим о том, что только что произошло, — сказала Шарлотта.
Она говорила спокойно и деловито, что, несомненно, должно было снизить напряженность в атмосфере, но это не повлияло на его возбуждение. —
— Только что, — заставил себя произнести он, — я обнаружил, что не ослепну. Только что я открыл совершенно новый уровень дара.
— Я понимаю. Но что с ним можно сделать такого, чего нельзя было сделать раньше?
— Я понятия не имею, кем стал, — тихо сказал он.
— Не говори так, будто у тебя появился новый талант. Ты просто стал сильнее.
— Может быть. Что бы это ни было, я знаю, что справлюсь. Вот что я узнал сегодня.
— Понимаю. — Она барабанила пальцами по подлокотнику кресла. Ее брови сошлись вместе над оправой очков. — Я полагаю, что может потребоваться некоторое время, чтобы интуитивно понять, как направить всю эту энергию в нужное русло.
— Я разберусь с этим как-нибудь в другой раз. — Голод съедал его заживо. Он поднялся на ноги и подошел к окну.
— Ты в порядке? — тихо спросила Шарлотта.
— Конечно. Мне просто нужно поработать над этим, — сказал он. — Я собираюсь пробежаться.
— Хорошо, но, пожалуйста, будь осторожен. Пройдет совсем немного времени, и тебя срубит. Прежде чем это случиться, обязательно доберись до кровати. У людей может сложиться неправильное впечатление о новом начальнике полиции, если его найдут спящим на обочине.
Он проигнорировал ее попытку пошутить. Он был не в настроении. — У меня еще есть время.
—
— Слэйд, — тихо сказала Шарлотта.
Этого было достаточно. Он повернулся и посмотрел на нее. Она стояла. Он увидел, что она отключила кулон и вернула на шею. Зеркало больше не светилось. Тоска внутри него превратилась в вой нужды. Он так крепко сжал дверную ручку, что было удивительно, как он ее не раздавил.
— Мне пора идти, — сказал он.
— Нет. Я хочу, чтобы ты остался здесь со мной.
— Ты уверена?
Она улыбнулась и подошла к нему. Оказавшись прямо перед ним, она обвила руками его шею.
— Я АБСОЛЮТНО уверена, — сказала она.
Дверь закрылась с щелчком. Слэйд прекратил попытки подавить всепоглощающий огонь внутри себя. Он схватил Шарлотту и поднял в воздух. Она прижалась к нему и обвила ногами его талию.
— О боже, — прошептала она.
Он не пытался говорить, потому что знал, что не способен говорить связно. Вместо этого он поцеловал ее, позволив ей почувствовать всю страсть, разлившуюся по его венам.
А потом он понес ее в спальню.
Она открыла глаза, смутно осознавая, что снаружи все еще темно и что ее разбудил какой-то звук. Ее пульс забился немного быстрее.
Ей потребовалось несколько секунд, чтобы сориентироваться. Незнакомым грузом рядом с ней был Слэйд. Он уснул почти сразу после быстрого и горячего секса. —
Звук раздался снова, слабое, приглушенное шуршание.
Она неохотно откинула одеяло и встала с кровати. Слэйд пошевелился, но не проснулся. Она надела халат и пошла по холодному коридору. Добравшись до гостиной, она остановилась, чтобы отодвинуть занавеску и выглянуть в окно.
Рекс сидел на крыльце и пристально смотрел на дверь, гипнотизируя ее. Она опустила занавеску и отперла дверь.
Рекс неторопливо пересек порог, приветствуя ее. Клатч все еще был при нем, но он не выглядел таким наполненным, как раньше.
— Ты отдал скрепки, не так ли? — тихо спросила она. — Пытаешься произвести впечатление на новых друзей в Заповеднике?
Рекс радостно загудел и направился на кухню.
— И куда это ты собрался? — спросила она.
Она последовала за ним на кухню и включила свет. Рекс сидел на полу, его взгляд был устремлен на другую дверь, ту, которая открывала холодильник.
— Что? Ты ожидаешь, что я снова тебя накормлю? Ты только что вернулся с охоты, не так ли?
Рекс не отвел взгляда от дверцы холодильника. Она сдалась и открыла его. Вместе они изучили содержимое.
— Ой, смотри, — сказала она. — Тебе повезло. Остался хлеб с кабачком.
Рекс немного подпрыгнул и загудел.
Она достала из холодильника завернутый в фольгу хлеб и положила его на прилавок, нашла в ящике стола нож и отрезала здоровенный кусок. Она положила ломтик на тарелку и поставила ее на холодильник. Рекс вскочил на верхнюю часть прибора и с обычным энтузиазмом принялся за свой ночной перекус.
Шарлотта завернула оставшуюся буханку хлеба и положила ее обратно в холодильник. Она собиралась закрыть дверь, когда поняла, что тоже голодна. Она достала кусок сыра чеддер и отрезала себе кусочек.
Она откинулась на стойку и изучала Рекса, пока ела сыр.
— Что между тобой и парнем в моей постели? — тихо спросила она. — Как-то вы с ним связаны, мы это знаем. Это потому, что вы оба в душе охотники?
Рекс сосредоточился на своем хлебе.
— Дар вернулся, и вероятно, Слэйд вернется на свою старую работу в Бюро. Или, может быть, он решит заняться своим новым бизнесом. В любом случае, он уедет через несколько месяцев.
Рекс доел перекус и спрыгнул на пол. Он вылетел из кухни и исчез.
— Я буду скучать по вам обоим, — тихо сказала она пустой кухне.
Она доела сыр и вернулась в полутемную гостиную. Она осторожно передвигалась в темноте, боясь споткнуться о Рекса, но его не было видно.
Она прошла по коридору к двери спальни. Пара светящихся голубых глаз наблюдала за ней с ее подушки. Рекса не было в гостиной. Он свернулся калачиком на ее стороне кровати.
— О нет, нет, — тихо прошипела она. Она делала отпугивающие движения рукой. — Уходи. Нам троим места не хватит.
Рекс не пошевелился. Его вторая пара глаз открылась, обнажая янтарные угли. Она колебалась, не зная, как поступить. Это было не обычное животное. Несмотря на свою странную привязанность к Слэйду, Рекс был диким существом. Она где-то читала, что по-настоящему диких животных невозможно приручить. Она могла бы попытаться с силой выгнать его из кровати, но не знала, как он отреагирует. Он может решить защитить свое место. Она знала достаточно о пушках, чтобы понимать, что они могут быть опасны, если их загнать в угол. И даже если бы ей это удалось, вероятно, вся ее подушка была бы покрыта мехом пыльного кролика.
Единственным выходом было попытаться разбудить Слэйда и попросить его выгнать Рекса с кровати. Но, это невозможно, если только ей не удастся активировать его инстинкты выживания. В тяжелом послеожоговом сне это было единственное, что могло вернуть человека в бодрствующее состояние. Проблема заключалась в том, что у Слэйда был охотничий, очень мощный талант. Если бы его основные инстинкты сработали, он, несомненно, проснувшись был бы готов к бою. Он мог случайно причинить ей вред, прежде чем поймет, что это она.
Она была обречена провести ночь на диване.
— Ты выиграл, — сказала она Рексу. — Но утром нам троим предстоит долгий разговор. Не советую вводить это в привычку.
Она могла бы поклясться, что Слэйд слегка пошевелился при звуке ее голоса, но не проснулся. Рекс закрыл все четыре глаза.
Она оставила двух охотников спать в своей постели и пошла к чулану. Она нашла запасную простыню, одеяло и подушку и притащила их в гостиную. Диван был не удобным, но это ненадолго. Рассвет уже скоро.
Спустя некоторое время она устроилась на подушке. Когда она натянула одеяло на плечи, лунный свет блеснул на ее кулоне. Она прикоснулась к серебристому металлу и подумала о том, что видела раньше, когда Слэйд достиг высших пределов своего таланта.
Все это время комнату наполняли волны энергии, энергии Слэйда. Горячие, опасные течения возбудили ее чувства и разожгли кровь. Ей пришлось сильно сконцентрироваться, чтобы увидеть радугу, отбрасываемую ее кулоном. Ее целью было убедиться, что отражающие полосы энергии, созданные его аурой, были сильными и устойчивыми.
Слэйд сказал, что он еще не знает, что он сможет сделать с новым аспектом своего таланта, но одно можно сказать наверняка. Какова бы ни была природа его способностей, они будут основаны на его основном таланте. Он был охотником.
Он был опасен до того, как во время своего последнего задания надышался загадочными парами взорвавшегося газового баллона. Теперь он был еще более смертоносным.
Слейд проснулся с первыми лучами солнца и осознанием того, что он не один в постели. —
— Рекс, — сказал он в подушку. — Что ты сделал с Шарлоттой?
Рекс ткнулся носом в его руку, пробормотал приветствие, а затем быстро спрыгнул с кровати. Слэйд открыл глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как он выбегает из спальни. Мгновение спустя открылась входная дверь.
Голос Шарлотты разнесся по коридору. — Не спеши. Надеюсь, ты вернешься не скоро. В любом случае у меня закончился хлеб с кабачком.
Слэйд застонал и сел на край кровати. Шарлотта появилась в дверях. На ней был розовый махровый халат и пара таких же тапочек. Ее волосы торчали в разных интересных ракурсах. Она выглядела так, словно провела ночь не совсем спокойно.
— Доброе утро, — сказал он.
— И тебе того же. Как себя чувствуешь?
Он задумался над вопросом. — Хорошо. Действительно хорошо.
— Повезло тебе. А меня скрутило и все болит из-за того, что я провела большую часть ночи на диване.
Он вздрогнул. — Рекс?
— Он вернулся поздно, заставил меня покормить его, а затем занял мою сторону кровати.
— Тебе следовало его выгнать.
— Легко тебе говорить. Лично я стараюсь не вступать в споры с тем, у кого больше зубов и когтей, чем у меня.
— Рекс не причинил бы тебе вреда.
— Ты уверен в этом? Я видела его глаза для охоты открытыми. Мне говорили, что это плохой знак.
Он посмотрел вниз и с облегчением заметил, что на нем трусы. Он поднялся на ноги.
— Совершенно уверен, — сказал он.
— Он дикое животное, Слэйд. Похоже, он установил с тобой какую-то пси-связь, но я не думаю, что ты или кто-либо еще сможет предсказать, как он отреагирует, если кто-то другой попытается им помыкать.
— Я прошу прощения за поведение Рекса, — сказал он. — Ты не возражаешь, если я приму душ, прежде чем мы закончим этот разговор?
— Только после меня. Это я вынуждена была спать на диване.
— Знаешь, мы могли бы принять душ вместе. Тогда нам не придется беспокоиться о том, что у нас закончится горячая вода.
Она одарила его одной из своих лучезарных улыбок, и на пару секунд его надежды возросли.
— Это очень маленький душ, и меня не беспокоит, что не хватит горячей воды, потому что я иду первой, — ласково сказала она. — Кстати, не мог бы ты снять белье, пока я буду в душе? Я хочу его постирать.
По какой-то непонятной причине это было больно. Он напомнил себе, что секс был горячим и потным. Простыни, вероятно, нуждались в стирке.
— Конечно, — сказал он.
— На моей стороне кровати шерсть пушка, — объяснила она. — И на моей подушке.
Он расслабился. Именно Рекса она хотела смыть со своих простыней, а не его.
— Нет проблем, — сказал он. — Я сразу займусь этим.
Она повернулась, прошла половину коридора и исчезла в ванной. Мгновение спустя он услышал шум воды.
Он посмотрел на подушку Шарлотты. Было несколько одиноких серых волосков, но повреждения не показались ему такими уж серьезными. Тем не менее, он знал достаточно о женщинах, чтобы понимать, что они могут быть привередливы в таких вещах.
Он свернул одеяло, бросил его на стул и принялся снимать простыни с кровати.
Бодрящий аромат свежее заваренного кофе приветствовал его, когда он вышел из ванной. Он последовал за ним на кухню и нашел Шарлотту у плиты. Она медленно провела лопаткой с длинной ручкой по большой сковороде со сливочной яичницей.
Мгновение Слэйд стоял в дверях, позволяя себе роскошь наблюдать, как Шарлотта готовит завтрак для них двоих. На ней были черные брюки и темно-синий пуловер, облегающий ее нежно округлую грудь. Ее волосы, еще влажные после душа, были заправлены за уши и закреплены тонкой черной повязкой.
Он взял себе на заметку, что в следующий раз, когда придет на ужин к Шарлотте, нужно захватить свежую рубашку, смену нижнего белья и бритву. Тот факт, что вчера он забыл взять с собой кое-что необходимое, говорило о том, как долго он не ходил на свидания.
Шарлотта в знак приветствия подняла лопатку и улыбнулась. — Готов?
— Конечно, — сказал он и осмотрелся. — Рекс вернулся?
— Еще нет. На троих яиц не хватит.
Он взглянул на маленький столик. Он был аккуратно заставлен двумя зелеными салфетками, столовыми приборами и кружками. В центре стояли масло и банка мармелада.
— Чем помочь? — он спросил.
— Можешь налить апельсиновый сок и кофе.
— Я могу справиться с этим. — Он открыл холодильник и достал сок. — Нам нужно поговорить.
— Я думала, мы уже все решили, — легкомысленно сказала она.
Он старался не позволить нотке мороза в ее голосе обеспокоить его.
— Не о нас, — сказал он. Он закрыл дверцу холодильника и посмотрел на нее. — О моем таланте.
— Ах, да, твой талант. — Она сняла сковороду с плиты и разложила яйца на тарелки. — И что там?
— Я был бы признателен, если бы ты никому ничего не говорила, особенно членам твоей семьи.
Она взглянула на него, приподняв брови. — Почему?
— Потому что твоя семья связана с Аркейном, а я не хочу, чтобы «Джи и Джи» или кто-то еще знал, какое влияние на меня оказал газ.
— Понятно. — Она поставила сковороду. — Я понимаю и согласна.
— Да?
— Моя семья тесно связана с Обществом, но это не значит, что я не знаю, как обстоят дела в организации. Я прекрасно понимаю, что редкие и необычные таланты вызывают беспокойство у некоторых членов Общества. Это удваивается, если эти таланты сильны. Я не думаю, что есть какие-либо сомнения в том, что ты сейчас зашкаливаешь. Десятый уровень с очень большой звездочкой.
— Невероятный и неизвестный талант, — тихо добавил он.
— Ранее неизвестный аспект твоего основного таланта, — поправила она.
— Не важно. — Он налил сок в два стакана. — Аркейн нервничает, когда слова «неизвестно» и «запредельно» встречаются в одном предложении. То же самое и в Гильдиях, и в Бюро.
— Я знаю. Не волнуйся, я не собираюсь обсуждать твой талант с кем-либо еще, включая членов моей семьи.
Он был рад, что она не собиралась с ним спорить. Он поставил бутылку апельсинового сока обратно в холодильник и взял кофейник.
— В одном ты была права: мне понадобится время, чтобы понять, что изменилось в моем даре.
Она отнесла тарелки к столу и села. — Вероятно, ты не поймешь этого, пока впервые не воспользуешься им интуитивно. Мы оба знаем, что именно так проявляются экстрасенсорные способности.
Он сел напротив нее. — И иногда люди узнают это на собственном горьком опыте.
Она взяла вилку. — Не волнуйся, теперь ты знаешь, как контролировать и управлять энергией, которую ты способен сгенерировать.
— Ты уверена в этом?
— Абсолютно.
Он ел яйца и думал. — Как это было у тебя?
Она одарила его злобной улыбкой. — Мы говорим о вчерашнем вечере или о моем таланте?
Он ухмыльнулся. — Я думал о твоем таланте, но если ты хочешь обсудить вчерашний вечер…
— Забудь прошлую ночь. Большую часть времени я провела на диване, потому что мою кровать оккупировал пыльный кролик.
Он застонал. — Не напоминай. Это больше не повторится. Кстати, я оставил простыни на стиральной машине.
— Спасибо. Я позабочусь о них, прежде чем отправлюсь в Зазеркалье.
— Я не знаю, почему Рекс вчера занял твою сторону кровати. У меня он никогда не спит на кровати. На самом деле, он обычно отсутствует большую часть ночи. Появляется во время завтрака.
— Есть подозрение, что он охранял тебя, — сказала она теперь очень задумчиво.
— От тебя?
— Нет. — она сделала паузу. — Я думаю, он присматривал за тобой, пока ты спал после ожога. Каким-то образом он понял, что ты не просто спишь. Должно быть, он чувствовал, что ты уязвим, пока не проснешься. Он твой друг / напарник. Он прикрывал твою спину.
— Знаешь, говорят, что мы не должны очеловечивать животных.
— Именно. Но твои отношения с Рексом определенно странные.
— Не спорю. — он намазал маслом тост. — Ты собиралась рассказать мне, как ты открыла свой дар.
— Когда мне было тринадцать, я начала видеть слабые радуги на различных отражающих поверхностях, но только тогда, когда поблизости был кто-то еще. Первые несколько месяцев я не осознавала, что происходит, но вскоре обнаружила, что если сильно сконцентрироваться, радуга становится ярче.
— Ты не понимала, что видишь ультра излучение радуги?
— Некоторое время. И другие тоже не понимали, потому что это не только малоприменимый, но и как правило, очень слабый талант. Многие люди, обладающие такими способностями, никогда не осознают, что видят. Они замечают отблеск радуги в зеркале или окне и предполагают, что это всего лишь игра света. Кроме того, поскольку талант не особо впечатляет, он не изучен. Он плохо изучен и недостаточно описан в литературе.
— Так как же ты поняла, что происходит и, что ты можешь сделать со своими способностями?
— Это был долгий процесс, — сказала она. — Когда я рассказала матери о радуге, первое, что она сделала, это отвела меня к офтальмологу, который пришел к выводу, что с моими глазами все в порядке. Если не считать того факта, что мне нужны были очки.
— Но ты продолжала видеть радугу.
— Конечно. И она становилась все более яркой. Мои родители наконец начали задаваться вопросом, есть ли связь с моими экстрасенсорными чувствами, потому что у меня определенно не было признаков развития какого-либо другого таланта. Понимаешь, у каждого в моей семье есть талант.
— Говорят, что в некоторых семьях присутствует сильный генетический компонент.
— Да, но психическая генетика чрезвычайно сложна. Мой талант не проявлялся никогда в генеалогическом древе. В любом случае, следующая встреча, которую мама организовала, была у экспертов по редким талантам в одной из лабораторий Общества. Они провели множество тестов и в конце концов объявили, что у меня необычайно сильный радужный талант. — Шарлотта махнула рукой. — И на этом все закончилось, насколько это было возможно для всех.
— Но ты сделала это делом своей жизни, торговец антиквариатом.
Она посмотрела на него поверх своей кружки, ее глаза светились тайнами. Он почувствовал, как волосы зашевелились у него на затылке, как это всегда было, когда он чувствовал тайны.
— Да, — сказала она. — Это очень полезно для меня с финансовой точки зрения.
Он посмотрел на кулон, который она носила. — Расскажи мне об этом украшении.
— Об этом? — Она коснулась кулона пальцами. — Я наткнулась на него несколько лет назад на распродаже. Я понятия не имела, что это такое, но знала, что он мне нужен. Позже я поняла, что он немного похож на настроенный янтарь. Он помогает мне точнее сосредоточить свой талант.
— Интересно.
Она выглядела нерешительной. У него возникло ощущение, что она собиралась рассказать ему еще что-то о кулоне, но в следующий момент передумала. Она выглянула в окно.
— Готовься, — сказала она легкомысленно. — У нас гость.
Он проследил за ее взглядом и увидел Тельму Дункан, быстро идущую по дороге к коттеджу. Она была одета в свою стандартную униформу: большую джинсовую рубашку, богато расшитую яркими цветами, крепкие брюки и пару поношенных ботинок. Ее седые волосы прикрывала широкополая соломенная шляпа. В одной руке она несла корзину.
— Что-то мне подсказывает, что мы будем есть хлеб с кабачками еще неделю, — сказал Слэйд. — Рекс будет счастлив.
Шарлотта поставила кружку и поднялась. — Признаюсь, хлеба с кабачком мне хватило до следующего лета, но я надеюсь, что она принесла еще помидоров и базилика. Их я могу есть круглый год.
— Ты же понимаешь, что миссис Дункан увидит, что я завтракаю у тебя, — сказал он. — Она сделает очевидные выводы. К полудню новости разнесутся по всему городу.
Шарлотта остановилась в дверях кухни и посмотрела на него. — Ну и что? Все равно все думают, что мы спим.
— Предполагать — это одно. Подтверждение фактов свидетелем, который видел нас за завтраком, поднимает качество сплетен на совершенно новый уровень.
Шарлотта подмигнула. — Местные жители решат, что их хитрый план работает.
Он на мгновение задумался об этом и медленно улыбнулся. — Они сделают правильный вывод.
Она выглядела удивленной, а затем приобрела восхитительный розовый оттенок и исчезла в гостиной. Он взял свою кружку, поднялся и остановился в дверном проеме между двумя комнатами.
Шарлотта открыла дверь сияющей Тельме Дункан.
— Доброе утро, — сказала Шарлотта. — Зайдешь? Ты как раз вовремя, присоединишься к нам со Слейдом на кофе.
— О боже, шеф здесь? — Тельма посмотрела на Слэйда и сумела изобразить удивление, как будто его не заметила раньше. — Доброе утро, Слэйд. Прекрасный день, не правда ли?
— Согласно прогнозу погоды, сегодня вечером будет шторм, — сказал Слэйд.
— Да, ну, конечно. — Тельма безмятежно улыбнулась. — В этом вся суть жизни, не так ли? Всегда что-то темное маячит на горизонте. Хитрость в том, чтобы наслаждаться солнечным светом, пока он есть. — Она протянула корзину Шарлотте. — Я принесла тебе кое-что из своего сада и еще буханку хлеба. Я знаю, как он тебе нравится.
— Большое спасибо. — Шарлотта взяла корзину и с энтузиазмом осмотрела ее содержимое. — Еще помидоры, да, и горох, я вижу, уже на подходе. Поразительно. Базилик просто великолепен. Мне следует поставить его в воду.
Тельма выглядела довольной. — Должна сказать, что помидоры и базилик этим летом были особенно хороши.
— Я никогда не видела столько прекрасных продуктов, — сказала Шарлотта. — Ты потрясающий садовник.
Тельма усмехнулась. — Не знаю, насчет невероятного, но мне очень нравится мое маленькое хобби.
— Пойдем на кухню и выпьем кофе, — сказала Шарлотта.
— Спасибо, дорогая, но мне правда не хочется прерывать ваш завтрак.
— Чепуха, ты ничему не мешаешь, — сказала Шарлотта.
Она направилась на кухню с корзиной. Слейд уступил ей дорогу.
— Ну, если так, — пробормотала Тельма. Она пристально посмотрела на Слэйда своими мерцающими серыми глазами. — Где Рекс?
— Кто знает? — сказал Слэйд. — Он ушел на рассвете. С тех пор я его не видел.
— Я уверена, что он вернется. Кажется, он тебя усыновил. Очень странное поведение, правда. Я не знала, что пыльные кролики могут быть хорошими домашними животными.
— Они не такие, — сказал он.
Слэйд почувствовал Рекса, и пыльный кролик материализовался из леса.
— Я знал, что рано или поздно ты появишься, — сказал он. — Если ты собираешься тусоваться со мной, нам придется поговорить о некоторых правилах.
Рекс весело заурчал и прыгнул на плечо Слэйда. Он устроился со своей сумочкой.
— Правило номер один, — сказал Слэйд, — не занимай женскую сторону кровати. Понял?
Рекс радостно пробормотал, но в остальном не подал виду, что он разбирается в тонкостях человеческого сексуального этикета.
Они свернули с главной дороги и вышли на гравийную, которая вела между деревьями к коттеджу. Первый холодок пронзил чувства Слэйда, когда они вышли на открытое пространство, окружавшее хижину. Он остановился. На его плече зарычал Рекс.
Они оба внимательно посмотрели на коттедж. Слэйд понятия не имел, что происходило в мозгу Рекса, но его собственная охотничья интуиция подала предупреждение. Его первой инстинктивной мыслью было: «
Он вернулся к деревьям. Рекс напрягся. —
Он усилил свой талант. Он больше не беспокоился о том, что его поглотит тьма; тем не менее, он был осторожен. Он знал, что может контролировать бурю силы, но это было бесполезно, пока он не придумал, как ее сосредоточить. Ему сейчас не стоит отвлекаться.
Чтобы увидеть пси-отпечатки на земле, не требовалось много энергии. Было два разных набора. Следы выходили из-за деревьев справа и обходили хижину, исчезая за ней. Преступники не хотели, чтобы их застал врасплох кто-то, идущий по дороге. Они вошли через кухонную дверь.
Теперь вопрос заключался в том, находится ли эта парочка все еще внутри дома. Он внимательно изучил флуоресцирующие отпечатки. От дома к дороге вели еще две дорожки.
Он пробирался через лес к следу удаляющихся отпечатков. Рекс тихо зарычал. Когда они подошли, Слэйд присел и внимательно осмотрелся. Отпечатки были знакомы. Он видел их вчера на Хидден-Бич. Двое мужчин, преследовавших Девина и Нейта в Заповеднике, очевидно, решили, что начальник местной полиции будет проблемой.
— Я думал, нам придется отправиться на их поиски, — тихо сказал Слэйд Рексу. — Может быть, даже проведем настоящее расследование. Но они облегчили задачу. Они пришли за мной. Наверное, вчера сильно разочаровались, когда поняли, что меня нет дома. Я уверен, что они попробуют еще раз.
Рекс рычал.
Слэйд вернулся на крыльцо. Входная дверь была заперта. Он дошел до заднего крыльца и поднялся по ступенькам. Как он и ожидал, мерзавцы взломали замок кухонной двери. Он покачал головой с отвращением.
— Похоже, они даже не пытались быть не заметными, — сказал он.
Он открыл дверь и прошел на кухню, снова открывая свой талант. По давней привычке он какое-то время просто стоял, впитывая тишину. Пустые дома всегда имели уникальную атмосферу. Он не уловил никакой энергии, которая указывала бы на то, что в помещении кто-то скрывается. Он подошел к шкафу и открыл дверцу.
Рекс зарычал снова. Слейд понял возмущение. Это была их территория и на ней побывали чужаки. Нельзя допустить повторения этого.
— Мы их найдем, — сказал Слэйд.
Рекс спрыгнул, все еще гладкий, и направился в переднюю комнату хижины.
Слэйд был слегка удивлен, обнаружив, что его ноутбук все еще надежно спрятан на самой высокой полке шкафа. Не самый оригинальный тайник, но, с другой стороны, он не пытался защитить секреты Бюро, а всего лишь бизнес-план. Потеря компьютера была бы досадной и дорогостоящей, но не катастрофой.
— Они не очень хорошо обыскали это место, — сказал он.
—
Из гостиной донеслось низкое глухое рычание Рекса. Слэйд подошел к кухонной двери.
Рекс стоял на задних лапах, пристально глядя в коридор, ведущий в ванну и спальню. Он отбросил свою любимую сумочку.
— Что такое? — спросил Слэйд. Он прошел через небольшое пространство. — Они облажались и оставили что-то после себя? Это было бы полезно. Доказательства — это всегда хорошо.
Он услышал звук, как только добрался до Рекса. Скрежет и стук леденили его чувства. Он посмотрел в коридор и увидел большую механическую куклу ростом почти три фута (≈ 90 см), идущую к нему. У гномоподобной фигуры были длинные белые волосы и развевающаяся борода. На голове у него была мягкая бархатная шапка. Он был одет в искусно вышитую зелено-золотую мантию, украшенную древними алхимическими символами. Стеклянные глаза куклы сверкали темной жуткой энергией.
— Сукин сын, — сказал Слэйд. — Сильвестр Джонс.
Он смутно помнил старую легенду Общества, что-то о викторианском часовщике, создавшем несколько очень опасных заводных игрушек.
Порыв льда и молния поразили его прежде, чем он успел вспомнить детали, угрожая заморозить как его паранормальные, так и нормальные чувства. Сила поставила его на колени. Рекс присел рядом с ним, яростно рыча. Он был полностью прилизан, мускулистый маленький хищник.
Слэйду потребовались все силы, чтобы не рухнуть на пол. Его сердце колотилось. Он едва мог дышать. Атмосфера вокруг него сгущалась. Он умирал, убитый чертовой заводной игрушкой.
Рекс прижался к его бедру. Слэйду удалось положить на него руку. Рекс тоже дрожал.
Часовой механизм Сильвестра остановился неподалеку. Его стеклянные глаза излучали ровный и продолжительный заряд смертоносной энергии.
Слэйд похолодел. Он крепче сжал рычащего Рекса и прошептал единственное имя, которое имело для него значение.
Вспышка ужаса пронзила Шарлотту, когда она вышла на крыльцо. Холодная дрожь ударила вместе с ветром, принесшим бурю. Ощущение было настолько зловещим, настолько ошеломляющим, что у нее перехватило дыхание. Происходило что-то ужасное.
Она не знала, откуда пришло понимание, что Слэйду грозит опасность, но не подвергала сомнению это знание. Эксперты Общества утверждали, что телепатии не существует, но никто в Обществе не сомневался в реальности интуиции. Она даже не пыталась сказать себе, что ей что-то воображается. Она выдернула ключи из сумочки и побежала к своей машине.
— Это, чертовски, глупый способ умереть, — подумал Слэйд. Он так и видел запись в своем файле Бюро: «Агент Слэйд Эттридж убит большой куклой».
Он все еще стоял на коленях перед Сильвестром, рычащий Рекс прижимался к его боку. Они как будто пытались оказать друг другу психологическую поддержку посредством физического контакта. И, возможно, именно это и происходило.
На этот раз он произнес это про себя, не вслух, но это имело тот же успокаивающий эффект. Это помогло ему сосредоточиться, и это было то, что ему нужно больше всего в тот момент. Он призвал всю силу своей воли, ту же волю, которую он использовал, чтобы контролировать свой талант, и по максимуму открыл свой дар.
Он вошел в область штормового света своего таланта. На мгновение ураган угрожал дезориентировать его, но он преодолевал разрушительные потоки, пока не нашел жуткое спокойствие в центре.
Энергетический шторм вспыхивал вокруг него разноцветными молниями. Это был удивительно простой и совершенно интуитивный процесс определения длин волн, необходимых ему для нейтрализации энергии игрушки Сильвестра. Давление смертоносной энергии, быстро уменьшилось, но ему потребовалось все, что было в его силах, чтобы поддерживать подавляющие потоки. Он не мог пошевелиться. Все что он мог сделать еще один вдох. Вся его энергия должна была быть направлена на противодействие смертоносным потокам. Он знал, что не сможет противостоять долго.
С другой стороны, часовой механизм, похоже, был способен генерировать бесконечный поток энергии. Оно не подавало никаких признаков ослабления. Каждый раз, когда он ослаблял потоки контрапункта, энергия куклы Сильвестра мгновенно усиливалась. Ему нужно было найти способ выключить его и быстро, прежде чем он истощит свои чувства. Если он не появится в участке сегодня утром, Мирна пошлет кого-нибудь его искать, может быть, Девина. Кто бы ни прошел его проверить — станет жертвой Сильвестра.
Он крепче сжал Рекса, желая, чтобы пыльный кролик понял.
— Взять /Апорт, — сказал он. Это все, что он смог произнести, одно-единственное слово.
Он убрал руку с Рекса. Устойчивый поток энергии от куклы стал немного сильнее. В ответ он привлек еще больше штормового света. Он ослабил потоки, насколько мог, чтобы дать Рексу шанс.
Рекс бросился к механизму, двигаясь, как ловкий и быстрый хищник, которым он и был. Он подскочил к горлу Сильвестра и с грохотом ударил по устройству. Сила его импульса опрокинула куклу. Устройство рухнуло на пол. Механические руки и ноги сердито, но беспомощно метались.
Слэйд внезапно освободился от парализующей энергии глаз. Он снова мог дышать. Его пульс замедлился.
Сильвестр смотрел в потолок, стеклянные глаза дребезжали в глазницах, пока кукла пыталась найти новый фокус. Рекс рычал, кидался и пытался вонзить зубы в деревянное горло механизма.
— Рекс, достаточно. — Слэйд поднялся и пошел вперед. — Он не стоит сломанных зубов.
Рекс попятился от брыкающейся куклы, все еще рыча. Слэйд подошел ближе и присел, стараясь держаться подальше от стеклянных глаз. Он перевернул Сильвестра лицом вниз и начал искать панель доступа. Должен был быть какой-то способ дерезнуть устройство.
Он нашел панель на спине под мантией. Открыл ее и осмотрел элегантно сконструированный часовой механизм внутри. Там был маленький старомодный металлический ключ. Он осторожно вынул его. Кукла замерла.
Он все еще находился в коридоре, изучая заводной механизм Сильвестра и продумывая возможные сценарии, когда услышал рев машины Шарлотты на подъездной дорожке.
— Проклятие. — Он схватил свой сотовый, увидел пропущенный звонок и набрал ее номер.
На всех окнах шторы были задернуты, но он оставался низко, почти полз по полу, чтобы не отбрасывать тени, пока шел через гостиную. Рекс наблюдал за ним из коридора, чувствуя, что охота еще не окончена.
Слэйд присел на корточки у стены и заглянул в щель в жалюзи. Он видел, как Шарлотта остановила свой маленький автомобиль на подъездной дорожке.
Должно быть, она сжимала телефон, потому что ответила сразу. В то же время она открыла дверцу машины.
— Слэйд, — выдохнула она, бросаясь к крыльцу. — Ты в порядке? Несколько минут назад у меня появилось это ужасное чувство.
— Со мной все в порядке, но у меня ситуация. Я не хочу, чтобы ты в это ввязывалась.
— О боже мой, что случилось?
— Послушай меня и делай именно то, что я говорю. Я почти уверен, что кто-то наблюдает за домом. Ты сейчас здесь, так что нам придется сделать так, чтобы все выглядело правдоподобно. Постучи во входную дверь. Не получив ответа, действуй так, как будто ты решила, что меня нет дома. Возвращайся в машину и уезжай в город. Сходи в кафе. Выпей кофе. Оставайся там, где вокруг тебя люди. Никому не рассказывай, что происходит. Жди, пока я тебе не позвоню и не сообщу, что всё чисто. Понятно?
— Я вызову офицера Уиллиса.
— Нет, я не хочу, чтобы он столкнулся с парой охотников. Просто делай то, что я сказал. Еще кое-что. Если это не сработает, позвони Адаму Уинтерсу, Боссу Гильдии Фриквенси Сити. Поняла? Скажи ему, чтобы связался с J&J. Это их проблема.
— Понятно. Но-. .
Он отключился, не дав ей возможности сказать.
Сквозь щель в шторе он наблюдал, как она отключила собственный телефон. Она бросила его в сумочку, поднимаясь по ступенькам. Она быстро постучала и колебалась несколько секунд, словно ожидая. Затем, нахмурившись, она спустилась по ступенькам, села в машину и завела двигатель. —
Он вернулся в зал. С большой осторожностью он поднял безжизненную куклу Сильвестра и отнес ее в ванную. Он положил ее лицом вниз в ванну. Он был уверен, что устройство невозможно активировать без ключа, но когда дело касалось старых легенд Общества, никогда ни в чем нельзя быть уверенным. Если повезет, ванна послужит щитом в том маловероятном случае, если механизм каким-то образом снова включится.
Он вернулся в коридор, закрыл за собой дверь ванной, а затем закрыл дверь спальни. Он достал магрез из кобуры и проверил патроны.
Удовлетворенный, он опустился на колени и пополз в гостиную. Стараясь не отбрасывать тени на жалюзи, он поднялся по узким ступенькам на чердак. Когда ты охотишься, ты должен думать, как твоя добыча. По какой-то причине, которую он никогда не понимал, добыча редко поднимала голову вверх. Люди изначально готовились к опасности спереди, сбоку и, если были очень умны, сзади. А угрозу сверху замечали в последнюю очередь.
Он добрался до чердака/ мансарды и растянулся на полу. Рекс взбежал по ступенькам и присоединился к нему. Низкий деревянный барьер окружал мансарду, но Слэйду было видно, что происходит за краем лестничного проема. С этой точки ему была хорошо видна входная дверь и часть кухни. Он устроился с пистолетом в руке и приготовился ждать.
— Они скоро вернутся, чтобы забрать Сильвестра, — сказал он Рексу. — Они не захотят рисковать, что кто-то другой доберется до него первым. Эти ребята должны знать, что если Бюро, Тайное Общество или Гильдии пронюхают об этой игрушке, у них возникнут БОЛЬШИЕ проблемы, с которыми им не справиться.
Рекс хрюкнул в ответ. Все четыре глаза были открыты.
Слэйд взглянул на часы. Это не займет много времени. У убийц, вероятно, был способ отключить механизм с безопасного расстояния. Это было единственное объяснение.
Призрачные кончики пальцев коснулись его шее. Не обычная охотничья атмосфера. Больше похоже на плохую энергию, которую он почувствовал незадолго до того, как вошел в лабораторию на острове четыре месяца назад. Его интуиция подсказывала ему, что что-то в плане вот-вот пойдет не так. Рядом тревожно профыркал Рекс.
Слэйд без тени сомнения понял, что она в опасности. Как по команде, зазвонил его мобильный. Он схватил его с пояса и посмотрел на экран. Входящий номер принадлежал Шарлотте. Он похолодел.
Он рассматривал телефон, как будто это была змея. Все внутри него призывало ответить. Это был единственный способ убедиться, что с Шарлоттой все в порядке. Но охотник внутри него знал:
Телефон зазвонил снова.
—
Телефон замолчал. Слэйд тихо положил его на пол. Он слушал ветер, пробирающийся сквозь деревья, окружавшие хижину, и заставил себя задуматься.
Шарлотта была еще жива. Ублюдки заметили, как она уезжала и решили не рисковать. Они схватили ее.
Но не убьют, пока не зачистят дом. Он был в этом уверен. Они подумают, что она может понадобиться им в качестве заложницы. Когда они убедятся, что он мертв, они, вероятно, попытаются инсценировать сцену убийства-самоубийства. Это был логичный вариант. Учитывая его парапсихическую историю, никто в Бюро или Аркейне не удивится, узнав, что он сошел с ума и убил любовницу и себя.
Рекс тихо зарычал. Он внезапно сосредоточился на кухне. Несколько секунд спустя Слэйд услышал шаги на крыльце. Три набора, а не два. С ними была Шарлотта.
Дверь кухни открылась. Слэйд наблюдал, как двое мужчин осторожно вошли в дом, толкая вперед Шарлотту. Ее очки исчезли. Ее рот был заклеен полоской скотча. Ее руки были связаны за спиной. Она выглядела разозленной.
— Двигайся, сука, — сказал один из них. Он толкнул ее вперед. Она споткнулась и упала на одно колено.
Второй дернул ее на ноги.
Слэйд подавил ярость, поджигавшую его кровь. Любые эмоции в такое время только мешали. Он не принесет Шарлотте никакой пользы, если не будет хладнокровным.
Ее похитители были одеты в ветровки, брюки и ботинки. Волосы одного были собраны в хвост. В ухе второго сверкнула серьга. У обоих были кепки с козырьками, как и описывали Девин и Нейт.
Слэйд искренне надеялся, что парочка не снимет кепки. Козырек, как правило, закрывали вид на верх. «Хвост» вынул магрез. Его пальцы в перчатке обхватили плечо Шарлотты. Другой мужчина держал в руке большие старомодные золотые карманные часы. Циферблат часов был направлен от него. —
— Тело должно быть в гостиной, — сказал «Хвост». — Эта, чертова, кукла уже должна была выдохнуться, но не рискуй. Используй часы.
— Если ты так переживаешь за куклу, почему бы тебе не выключить ее? — не выдержал «Серьга». — Я разберусь с женщиной.
— Заткнись, — сказал Хвостик. — Мы и так потеряли кучу времени из-за бабы. Проверь проклятую куклу и удостоверься, что полицейский мертв. Двигайся. Нам нужно избавиться от тела, прежде чем кто-то еще начнет шнырять вокруг.
— Да, конечно, — пробормотал Серёжка.
Внизу, под мансардой, Серёжка осторожно прошла в гостиную, стараясь держать часы прямо перед собой. Еще два шага и он скрылся под мансардой, Слэйд пропустил его. Пистолет был не у Серёжки, и, по крайней мере, на данный момент он был сосредоточен на поиске и деактивации смертоносной игрушки.
— Я не вижу полицейского, — крикнула Серёжка своему спутнику. Он осторожно выглянул в коридор. — И куклы.
— Проверь спальню и ванную, — приказал Хвостик. — Полицейский мог пройти это расстояние, прежде чем рухнул, а кукла могла еще какое-то время двигаться, прежде чем отключиться.
Серёжка нерешительно шагнула в зал. С каждой секундой он становился все более нервным. Карманные часы в его руке слегка дрожали.
— Дерьмо, — сказал он, быстро пятясь из зала. — Это нехорошо. Я не вижу ни полицейского, ни куклы. Двери ванной и спальни закрыты. Я знаю, что они были открыты, когда мы оставляли куклу.
— Не паникуй. — Хвостик толкнул Шарлотту вперед и последовал за ней. — Полицейский, вероятно, полз, прежде чем умереть. Возможно, он добрался до ванной или спальни. Проверь обе комнаты.
— А что насчет куклы?
— Слушай, идиот, ты что-нибудь слышишь?
— Нет, — призналась Серёжка.
— Значит, она отключилась, как и положено. Найди тело.
Серьга исчезла в коридоре. Слэйд услышал, как медленно открылась дверь ванной. Свет зажегся внутри и вылился наружу.
Наступило короткое напряженное молчание. «Хвостик» подтолкнул Шарлотту на пару шагов дальше в гостиную. Теперь он находился прямо под чердаком.
— У нас проблема, — крикнула Серёжка. — Нам нужно убираться отсюда.
— Какого черта? — Сказал Хвостик.
Его внимание было сосредоточено на зале. Инстинктивно он направил пистолет в том же направлении. Энергия вспыхнула в небольшом пространстве. Он прокачал свой талант.
Шарлотта подняла голову и увидела Слэйда. Она сильно пнула Хвостик по ноге. Это был ловкий, рассчитанный ход, который подкосил Хвостик. Он сильно пошатнулся и закричал от ярости, но не упал. Его дар охотника помог ему устоять на ногах.
— Сука, — прорычал он.
Он направил пистолет на Шарлотту. Но Слэйд уже прыгнул на него. Сила удара повалила их обоих на пол. Слэйд услышал грохот пистолета по половицам, но у него не было времени схватить его. Хвостик был быстр. Он извернулся с гибкой, жилистой энергией кота-призрака и достал нож.
Слэйд попытался схватить мужчину за руку с ножом. Глаза Хвостика сверкали яростью и пси.
Слэйд открыл дар, и полетел прямо в грозовой свет на конце спектра. На этот раз ему не потребовались никакие инструкции. Расширив свои чувства, он видел опасные пси-потоки таланта Хвостика. Он точно знал, что делать. Он вытащил темную энергию и сосредоточил ее.
Хвостик напрягся, как будто в него ударила молния. Мгновение спустя он обмяк.
Времени осмысливать произошедшее не было. Второй мужчина закричал.
— Убери, убери, — закричала Серёжка.
Слэйд перекатился на ноги как раз вовремя, чтобы увидеть, как Рекс вцепился в шею Сережки сзади, маленькие когти впились в ветровку и, возможно, даже в кожу.
В отчаянии Серёжка попыталась прижаться к ближайшей стене, намереваясь раздавить Рекса.
— Рекс, — сказал Слэйд. — Достаточно. Я его держу.
Рекс ловко отпрыгнул, извернулся в воздухе и легко приземлился на лапы. Он посмотрел на Серёжку, тихо рыча.
Серёжка была явно травмирована, но из-под ветровки достала пистолет. Не обращая внимания на Слэйда, он направил оружие на Рекса.
Слэйд поймал руку с оружием, поднял свой талант и потянулся в шторм.
Серёжка обмякла и рухнула на пол.
Слэйд быстро обошел комнату, собирая оружие. Он нашел в ящике своего стола две пары наручников, и использовал их, чтобы закрепить запястья мужчин, находившихся без сознания.
Он подошел к Шарлотте. Она смотрела на него широкими горящими глазами, пока он осторожно убирал ленту с ее рта.
Она ахнула, вдыхая большие глотки воздуха. Он вытащил карманный нож Такасима и освободил ее запястья.
— Ты в порядке? — потребовал он.
— Да, конечно, — выдавила она. — Однако напугана до смерти. И они сломали мои очки. Ублюдки.
— Что случилось?
— Они следили за домом, как ты и говорил. Они заблокировали выезд на своей машине. Этот гад с хвостиком дал понять, что прострелит мне лобовое стекло, если я не выйду из машины.
— Я знал, что они вернутся за часовым механизмом, — сказал он. — Они не могли оставить куклу на месте убийства.
— Они говорили об этом по дороге. К тому времени я поняла, что ты, должно быть, уже наткнулся на куклу и разобрался с ней. Я поняла, что ты, вероятно, устраиваешь ловушку. Я также знала, что я все испортила.
— Ты не знала, что произошло, и не было времени рассказывать. — Он осмотрелся. — Ты видишь те золотые часы, которые были с собой у второго?
— Прости, — сказала Шарлотта. — Я плохо вижу без очков.
Рекс появился из-под дивана и взволнованно что-то бормотал. Он взмахнул золотыми карманными часами и бросился к своему клатчу. Он открыл сумочку и положил часы внутрь.
Шарлотта прищурилась. — Он только что положил часы в клатч?
— Да, — мрачно констатировал Слэйд.
— Удачи в возвращении.
— Я позволю Аркейну разобраться с этой проблемой. — Слэйд потянулся за телефоном. — Я позвоню Уиллису и попрошу его забрать этих двоих.
Шарлотта нахмурилась. — Подожди. У них таланты охотников, не так ли?
— Я думаю, были, чуть выше среднего уровня.
Шарлотта слегка склонила голову набок. — Были чуть выше среднего?
— Теперь они просто обычные плохие парни. Уиллис справится с ними.
Шарлотта прочистила горло. — Почему они обычные?
Он посмотрел на нее. — Помнишь, ты сказала мне, что я, вероятно, не пойму, что я могу сделать со всей этой энергией штормового света, пока не окажусь в положении, когда мне нужно будет ее использовать?
— Да.
— Несколько минут назад я узнал, на что я способен со своим талантом.
— Но что именно ты сделал?
— Я сжег их парачувства. Они псислепы.
Ее рот отвис. — Навсегда?
— Я думаю, что да. Не могу быть уверенным, потому что никогда раньше этого не делал, но это было похоже на постоянный пси-ожог.
— Оставь игрушку в ванне, — приказала Марлоу Джонс по телефону. — Не трогай. Не позволяй никому прикасаться к ней. Похоже, ты успешно деактивировал ее, но ванна обеспечит дополнительную защиту на случай, если она все еще способна генерировать энергию. Ты уверен, что она лицом вниз?
— Я уверен, — сказал Слэйд. Он стоял в ванной, прижав телефон к уху, и смотрел на куклу Сильвестра в ванне. — Но я думаю, что она безвредна, пока ключ вынут.
— Эттридж, не стоит рисковать.
— Ну, черт возьми, диковина не может оставаться в моей ванне. Мне нужно время от времени принимать душ.
— Мой ассистент сейчас разговаривает по телефону с сотрудниками лаборатории музея. Специалисты по переезду и транспортировке должны прибыть завтра днем. У специалистов есть способы борьбы с паранормальными артефактами. У них есть специально оборудованный фургон.
— Приятно знать, — сказал Слэйд. — Но сегодня вечером на нас обрушится сильный шторм. Мы готовимся к последствиям от ветра и дождя. Паромный причал может выйти из строя на пару дней. Сотрудникам лаборатории, возможно, придется подождать день, чтобы попасть сюда.
— Я дам им знать. Ты говоришь, что кукла похожа на Сильвестра?
— Копия Старого Ублюдка. — Слэйд вышел из ванной в коридор. — Извини. Иногда я забываю, что он один из твоих предков.
— Поверь мне, никто в семье Джонс никогда этого не забывает», — сказала Марлоу. В ее тоне была огромная глубина чувств.
— Расскажи мне немного об этом заводном оружии.
— Оригинальные часовые механизмы были созданы блестящим часовщиком по имени Миллисент Брайдуэлл еще в конце девятнадцатого века в Старом Свете. Миссис Брайдуэлл продавала устройства особым клиентам, которые искали машину для убийства, которая не оставляла бы на месте происшествия никаких веских улик. Из записей моего предка, Калеба Джонса, я поняла, что в то время игрушки доставили J&J много хлопот.
— Что с ними случилось?
— Большинство из них исчезло после того, как «Джонс и Джонс» раскрыл дело, которое известно как дело о Ртути. Но некоторые появились пару сотен лет спустя, в двадцать первом веке. Это было тогда, когда Фэллон Джонс руководил J&J.
— Какой по счету Джонс?
— Неважно, поверь мне на слово, он был одним из легендарных чтецов хаоса. Ему достались всякие интересные случаи. Недобросовестные экстрасенсы, Ночная тень, диковинки миссис Брайдуэлл.
— Да, это было очень интересно, — сказала Марлоу, просияв. — Ты говоришь, что устройство в твоей ванне все еще в рабочем состоянии?
Слэйд подумал о холодной энергии, которая почти заморозила его сердце. — В этом нет сомнений.
— Этот механизм похож на технологию Старого Света?
— Нет, спусковой механизм и другие детали новые, — сказал он. — Как и костюм. Очевидно, все было создано на Хармони.
— За исключением глаз. Могу поспорить, что они оригинальные. Они являются источником убийственной энергии, и никто так и не придумал, как воссоздать блестящую работу миссис Брайдуэлл. Нет абсолютно никаких записей о том, что ее работа была продублирована. Брайдуэлл нашла способ наполнить стекло мощной энергией и удерживать ее в стазисе до тех пор, пока она не будет высвобождена механическим способом. Ее механизмы можно использовать снова и снова, как оружие. Совершенно уникальное.
— Теперь вопрос в том, как, черт возьми, эта штука оказалась на моем острове?
На другом конце послышалась легкая заминка.
— Твой остров? — нейтрально повторила Марлоу. — Адам сказал, что, работа на «Рейншедоу» была сугубо временной. Он сказал, что ты собираешься уйти через несколько месяцев.
— Верно, — сказал Слэйд. — Но сейчас я здесь, и у меня есть работа. Так что на данный момент это мой город и мой остров. Есть идеи, как сюда попала эта диковина?
— Нет, — сказала Марлоу. — Но, J&J расследует этот вопрос.
— Начни с торговца, который работал на черном рынке паранормальных артефактов. Джереми Гейнс.
— Хорошо. Расскажи мне о Гейнсе.
— Первое, что тебе следует знать, это то, что он мертв, — сказал Слэйд. — Убит паранормальным способом. Он занимался пара-оружейным бизнесом, и похоже, что его убили двое контрабандистов, которых я только что арестовал, но я в этом не уверен. Я посмотрю, чего я смогу от них добиться, но они, очевидно, мускулы, а не мозги.
— Что еще ты о них знаешь?
— Офицер Уиллис звонил как раз перед тем, как я позвонил тебе. Он быстро проверил биографию и подтвердил, что это парочка мелких преступников. Они, кстати, братья. Не самый горячий янтарь в ящике, но у них, очевидно, было достаточно охотничьего таланта, чтобы сделать их пригодными для преступной жизни. Из Фриквенси Сити присланы ордера на их арест. Следующий мой звонок будет в полицию. Я не хочу, чтобы они были на моем острове.
— Ты сказал, что у них таланты охотников. — Марлоу говорила сознательно. — Наверное, будет трудно удержать их в тюремной камере.
— Охотники с очень слабым талантом, — сказал Слейд, делая столь же сильный акцент на своих словах. — Я не думаю, что J&J стоит принимать какие-то особые меры для этих двоих.
— Ты уверен, что система справится с ними?
Слэйд подумал о зонах энергии, которые он погасил в аурах двух мужчин. — «
— Если они выйдут из тюрьмы, — сказал он, — то это произойдет благодаря не их таланту. Не могу гарантировать, что сделает суд.
— Хорошо, — сказала Марлоу. — Я поверю тебе на слово. Есть идеи, почему эта пара контрабандистов убила Джереми Гейнса?
— Я еще не задавал им вопросов, но у меня есть один подходящий сценарий. Мы знаем, что существует рынок пара-оружия.
— Никто никогда не разорялся на продаже оружия, паранормального или любого, — согласилась Марлоу. — Это как наркобизнес. Покупателей всегда много.
— Если я прав насчет того, что Джереми Гейнс участвовал в торговле пси-оружием, ему, вероятно, нужна пара крутых парней, чтобы заниматься доставкой. Это суровый рынок.
— Истинно.
— Пара, которую я задержал, знает, как управлять лодкой, и они знают достаточно о Рейншедоу, чтобы выяснить, где на острове они могут спрятать незаконные артефакты между доставками. Очевидно, что они уже некоторое время используют остров как перевалочный пункт для своей продукции.
— Ты думаешь партнеры что-то не поделили? Два контрабандиста поссорились с Гейнсом и решили, что он им больше не нужен?
— Может быть. —
— Очнутся? — Голос Марлоу стал резче. — Они оба в отключке? Ты сказал, что их только что заперли. Какие преступники спят после ареста? Они должны требовать адвокатов.
— Оказывается, на острове не так уж много адвокатов. Когда я расправлялся с плохими парнями, произошла небольшая потасовка. Мне придется это опустить. Мне здесь нужно многое сделать: попытаться закрыть дело и подготовиться к шторму.
— Какое это имеет отношение к шторму? — потребовала Марлоу.
— Большое. Сегодня шторм. Завтра будет много поваленных деревьев, перекрывающих дороги и вызывающих отключения электроэнергии. Вероятно, изрядный ущерб будет нанесен ветром.
— И?
— Местное отделение полиции — самое близкое к агентству по чрезвычайным ситуациям подразделение Рейншедоу. У меня один офицер и секретарь. На рассвете мы все будем заняты оценкой ущерба и проверкой людей, живущих в более отдаленных частях острова. Многие жители склонны вести себя немного эксцентрично и замкнуто. У некоторых даже нет телефонов. Я позвоню тебе, когда у меня будет дополнительная информация.
— Понятно. — Марлоу прочистила горло. — Как твои дела на Рейншедоу? Новая работа устраивает?
— Пока нормально, — сказал Слэйд.
— Хорошо. Это хорошо. Рада слышать. — Она деликатно помолчала. — Ты хорошо себя чувствуешь?
— Если ты намекаешь на мои парачувства, а это, как я полагаю, твой настоящий интерес, то ситуация не ухудшилась.
— Я так рада. Адам рассказал мне о том, как взрыв повлиял на твои чувства. Мне очень жаль.
—
— Мой талант стабилизировался, по крайней мере на данный момент, — сказал он. Он сохранял спокойствие и ровный голос, давая понять, что больше не хочет говорить на эту тему. — До свидания, Марлоу. Передай мои наилучшие пожелания Адаму. Увидимся на свадьбе.
— Подожди, не вешай трубку…
Слэйд отключился.
Адам Уинтерс повернулся и увидел, как Марлоу положила трубку. По напряжению в уголках ее глаз он мог сказать, что она раздражена.
Очевидно, почувствовав ее раздражение, Гибсон, пушок компаньон Марлоу, прыгнул на стол и предложил ей энергетический батончик High-Rez из своего драгоценного запаса. Гибсон был членом клуба High-Rez Energy Bar of the Month. Каждые четыре недели он получал коробку угощений от Гильдии охотников за привидениями Фриквенси Сити. Гибсон помог спасти Подземный мир, но придумать, как отблагодарить пыльного кролика за службу, выходящую за рамки служебного долга, было непростой задачей. Однако он, похоже, был в восторге от ежемесячных поставок энергетических батончиков.
— Спасибо, Гибсон, — сказала Марлоу. Лицо ее засияло любовью. Она взяла энергетический батончик и снова переключила внимание на Адама, начав разворачивать закуску. — Слэйд просил передать тебе наилучшие пожелания. Сказал, что приедет на свадьбу.
Адам поднял брови. — Он сказал, что приедет на нашу свадьбу?
— Ага. — Марлоу откусила энергетический батончик. — Кажется, он в довольно хорошем настроении для парня, который должен стать псислепым.
— Неужели?
— Сказал, что будет занят на Рейншедоу. Думает, что дело о заводных диковинках почти закрыто. Конечно, мне еще предстоит много работы. Мне нужно выяснить, есть ли еще игрушки Брайдуэлл. Одна из реальных проблем заключается в том, что ни один из музеев Тайного Общества не имеет точных записей о том, какие артефакты были законно провезены через Занавес, не говоря уже о том, что коллекционеры провезли контрабандой.
— Ты сказала, что у Слэйд все хорошо?
— Да.
— Он упоминал о статусе своего таланта?
Марлоу какое-то время задумчиво жевала. — Сказал, что его талант стабилизировался.
— Я рад слышать это.
— Он сказал еще кое-что. Он назвал Рэйншедоу своим островом.
Адам кивнул. — Он серьезно относится к своей работе. Это же Слэйд. Он законник до мозга костей.
Марлоу отдала фольгированную обертку от энергетического батончика Гибсону, который усмехнулся и помчался, чтобы добавить ее в свою коллекцию оберток.
— Слэйд сказал еще кое-что, — продолжила Марлоу.
— Что?
— Он сказал мне, что два охотника, которых он арестовал, не будут проблемой для обычных правоохранительных органов после того, как они очнутся.
— Они спят?
— Насколько я могу судить, они уснули во время того, что Слэйд назвал дракой, которая произошла, когда они ворвались к нему в дом.
— Это тогда, когда они держали Шарлотту Энрайт в заложниках с намерением убить ее.
— Да.
Адам медленно улыбнулся. — И теперь его не беспокоит, что они смогут использовать свой талант, чтобы сбежать из тюрьмы.
— Неа. — Марлоу доела остатки энергетического батончика. — Ты думаешь о том же, что и я?
— Талант Слэйда не только стабилизировался, но и может иметь несколько иную природу, чем до взрыва? Да, именно об этом я и думаю.
— Думаешь, это будет проблемой?
— Нет, — сказал Адам. — Я его знаю. У него ген защитника. Это закодировано в его ДНК.
— Способность пси-ослепить другой талант — это сложно.
— Не сложнее, чем работать с Горящей Лампой.
— Хорошо, — согласилась Марлоу. — Поверю на слово.
— По очевидным причинам мы не будем раскрывать наши подозрения и предположения другим, — сказал Адам.
— Точно нет. Люди сойдут с ума. Интересно, поймут ли когда-нибудь эти два охотника, почему оба ослепли?
— Если у них есть хоть немного здравого смысла, они поймут, что еще легко отделались.
Марлоу нахмурилась. — Думаешь?
— Я знаю, ты даже представить не можешь, что сделал бы я, если бы тебе кто-то угрожал, — просто сказал Адам.
— Ой. — Она улыбнулась. — Верно. Им повезло, что они остались живы, не так ли?
— Да, — сказал Адам. — Но тогда, вероятно, и для этого есть причина.
— Какая для этого может быть причина?
— Слэйду нужна от них информация.
— Точно. — Марлоу кивнула.
— Как я уже сказал, он прирожденный борец с преступностью.
Дверь кабинета открылась. Заглянул Рик Пратт, помощник Марлоу.
— Не забудьте о встрече с организатором свадеб, Босс, — сказал Рик. — Вы с мистером Уинтерсом должны быть там через двадцать минут. Сегодня важное решение относительно цветов.
Адам застонал. — Знаешь, все было бы намного проще, если бы мы просто сбежали.
Рик строго посмотрел на него. — Ты не можешь сбежать. Ты Босс Гильдии, и это церемония заключения Брака по Завету. Ваша свадьба станет событием сезона, в Фриквенси.
— Что-то такое слышал, — сказал Адам.
Марлоу рассмеялась. — Да ладно, насколько сложно выбрать цветы?
Адам посмотрел на нее и снова влюбился, так же, как в первый раз, когда она въехала в его жизнь на мотоцикле. Любовь Марлоу светилась в ее глазах. Он знал, что так будет до конца их жизни.
— Я сделаю все, чтобы свадьба состоялась, — поклялся он. — Пошли выбирать цветы.
Шарлотта работала на компьютере, компьютеризируя инвентаризацию, когда в магазине зазвенел колокольчик. Она ждала Слэйда, а в магазин ворвались Девин и Нейт.
Они принесли прилив энергии от надвигающейся бури. Ветра и дождя не ожидалось еще несколько часов, но небо быстро темнело. На неспокойных волнах глубоких вод, окружающих остров, появились белые пенистые гребни.
— Мисс Энрайт, нам нужно, чтобы вы помогли нам выбрать кое- кому подарок на день рождение, — сказал Девин. — Действительно крутой подарок, вроде компаса, который мне подарили.
— Девин говорит, что ты точно знаешь, чего он захочет, — добавил Нейт. — Но не слишком дорогое, потому что у нас мало денег. Мы можем потратить восемь долларов сорок три цента.
— Кроме того, это секрет, — добавил Девин. — Ты не можешь ему сказать. — Ребята остановились перед прилавком. Они сияли от волнения.
— Хорошо, помедленнее, — сказала Шарлотта. — Во-первых, для кого подарок?
— Для Шефа Эттриджа, — сказал Девин. — Мы собираемся устроить ему вечеринку по случаю дня рождения.
— Чтобы поблагодарить его за то, что он вытащил нас из Заповедника, — добавил Нейт. — Моя мама говорит, что это хорошая идея, потому что у Шефа на острове нет семьи, которая могла бы отпраздновать с ним день рождения.
— Бабушка сказала, что поможет, — сказал Девин. — Она собирается испечь торт.
— Понятно. — Шарлотта сложила руки на стеклянной стойке. — А когда день рождения у шефа?
— В пятницу, — сказал Нейт.
— Так скоро? — сказала Шарлотта. — Откуда вы знаете?
Было странно обнаружить, что она не знала даты дня рождения Слэйда. Наверняка женщина должна знать такое о мужчине, прежде чем лечь с ним в постель. Но подобные вещи не должны иметь значения, когда у тебя просто кратковременный роман. Он также не знал когда она родилась
— Бабушка сказала, — сказал Девин.
Шарлотта задалась вопросом, как Мирна узнала дату. Затем ей пришло в голову, что даты рождения были повсюду, от водительских прав до заявлений о приеме на работу. День рождения Слэйда, несомненно, был указан в некоторых формах, которые он заполнял, когда занял должность начальника.
— Не так уж много времени, чтобы спланировать вечеринку, — сказала Шарлотта.
— Нам нужно многое организовать, — подтвердил Девин. — Но сначала мы хотели убедиться, что найдем шефу действительно хороший подарок.
— Который будет не дороже восьми долларов сорока трех центов, — подчеркнул Нейт.
— Я посмотрю, что можно сделать, — пообещала Шарлотта.
Девин ухмыльнулся. — Спасибо, мисс Энрайт. Я знал, что ты нам поможешь.
Ребята выбежали из магазина. Шарлотта дождалась, пока они уйдут, и встала с табурета. Раскрутив свой талант, она медленно шла по магазину, нащупывая путь через море низкоуровневых пси-потоков, заливавших Зазеркалье. В огромной коллекции должен был быть какой-то предмет, который подойдет Слэйду и его уникальной ауре.
Она остановилась перед стеклянной витриной, в которой были выставлены предметы, украшенные кристаллами и янтарем. Что-то в часах будоражило ее энергию.
Она открыла дверцу витрины, залезла внутрь и достала часы. Эти часы были антиквариатом начала второго века, созданные часовым мастером из Аркейна. Это было бы хорошим напоминанием о том времени, когда Слэйд работал на острове, и, возможно, напоминанием о времени, проведенном вместе.
Она коснулась кулона. Энергия в часах запела. Она знала, что сможет настроить их для Слэйда.
Шторм в полную силу обрушился после десяти часов вечера. Молнии танцевали в небе. Яростный порывистый ветер хлестал деревья и дребезжал в окнах. Дождь барабанил по крыше.
Слэйд стоял, обнимая Шарлотту. Вместе они наблюдали за спецэффектами природы через окно ее гостиной. Они оба были измучены. Энергия шторма пробудила их чувства. Он был возбужден, но не думал, что должен винить в этом шторм. Просто близость к Шарлотте имела такой эффект. Одной мысли о ней было достаточно, чтобы заставить его затвердеть.
Рекс сидел на подоконнике. Он игнорировал шторм. Он был занят тем, что доставал золотые карманные часы из клатча и возвращал их обратно. Он делал это снова и снова, как будто это была новая игра.
— Я люблю штормы, — сказала Шарлотта. Она скрестила руки на груди и прижалась к Слэйду, положив голову ему на плечо. — Это энергия. Так захватывающе.
Он крепче обнял ее. В коттедже выключили свет. Стробоподобные вспышки молний осветили лицо Шарлотты всеми неотразимыми красками и оттенками женской тайны.
Он медленно повернул ее к себе.
— Захватывающе, — сказал он.
Она улыбнулась в пылающих тенях, и он внезапно загорелся огнем. Он поднял ее на руки и понес в затемненную спальню. Там он поставил ее на ноги.
Обеими руками он снял с нее очки и осторожно положил их на журнальный столик. Он заключил ее лицо в свои ладони и поцеловал.
Она ответила, как всегда, со страстью, которая согрела его душу. Она обвила руками его шею и открыла для него рот.
Он снял с нее одежду и уложил в постель. Ему потребовалось всего несколько секунд, чтобы избавиться от брюк, ботинок и рубашки. Он медленно опустился на нее сверху, оперся на локти и обхватил ее голову руками. Он целовал ее глубоко, пока она не начала задыхаться и извиваться под ним.
Он медленно опускался вниз по ее мягкому, гладкому телу, восхищаясь чувственными изгибами ее груди и женственной полнотой ее бедер. К тому времени, когда он запутался пальцами в треугольнике мягких волос ниже ее живота, он отчаянно нуждался в ней. Но он хотел, чтобы она была первой.
Он прикоснулся к ней рукой, а затем ртом, позволяя ее пряному, влажному теплу опьянить его чувства. Она была влажной и тугой. Ее пальцы вцепились в его волосы.
— Слэйд, — выдохнула она.
Спустя несколько мгновений он почувствовал, как ее высвобождение струится сквозь нее. Она все еще пульсировала, когда он снова забрался на ее тело и вонзился в нее. Он толкнулся один раз, второй, а затем оргазм пронзил его.
Снаружи бушевала буря, освещая ночь.
Шарлотта стояла на крыльце и направлялась к своей машине, когда услышала звонок телефона. Она вытащила его и взглянула на экран. Она улыбнулась, когда увидела имя звонившего.
— Доброе утро, Тельма, — сказала она. — У тебя все в порядке?
— На самом деле нет, дорогая.
— С тобой все в порядке? — быстро спросила Шарлотта.
— Да, да, конечно. Я не хотела тебя тревожить. Моему саду был нанесен серьезный ущерб, и сильный ветер снес часть крыши теплицы. Электричество, конечно, отключено.
— Слэйд сказал, что и в городе тоже самое.
— Все можно починить, — сказала Тельма. — Проблема в том, что у меня во дворе упало дерево. Оно блокирует подъездную дорогу. Я не могу вытащить машину, а мне нужно съездить в город, чтобы забрать кое-какие вещи. Я подумала, не могла бы ты меня подвезти?
— Конечно. Я как раз собиралась проверить Зазеркалье. Сегодня рано утром Слэйд проехал мимо, когда ехал в город, чтобы оценить ущерб. Он сказал, что в магазине все в порядке, но у него не было времени зайти внутрь. Хочу убедиться, что нет протечек. Я заеду за тобой примерно через пять минут. Устроит?
— Идеально. Я выйду на дорогу. На подъездной дорожке так много мусора, что ты не сможешь подъехать к дому.
Шарлотта открыла дверцу машины. — Я уже в пути.
— Спасибо, дорогая.
— Это меньшее, что я могу сделать после великолепного хлеба с кабачком, базилика и помидоров, которые ты мне подарила.
Тельма усмехнулась. — Я благодарна, что у меня есть соседи, которые ценят овощи. Увидимся через несколько минут.
Телефон замолчал. Шарлотта положила его обратно в сумочку и осторожно выехала на главную дорогу. Ветви, ветки и перенесенный ветром мусор засоряли подъездную дорогу и узкую полоску тротуара, вьющуюся вдоль вершины скал.
Слэйд ушел рано, чтобы организовать свой небольшой штат и ряд добровольцев. К этому моменту они все уже были на месте, выявляя разрушения такие, как обрывы линий электропередачи, и проверяли, все ли в порядке с теми, кто жил один. Когда он позвонил ранее, он сообщил ей, что дорога в город достаточно свободна.
Тельма ждала на перекрестке. Она была закутана в выцветшую ветровку и держала накрытую корзину в руке. Она открыла дверь со стороны пассажира и села в машину.
— Доброе утро, дорогая, — сказала она. Она поставила корзину себе на колени. — Боже мой, это была настоящая буря, не так ли?
— Говорят скорость ветра была семьдесят миль в час, — сказала Шарлотта.
— Слэйд, наверно, будет очень занят весь день.
— Похоже на то. Когда он звонил, он направлялся к дому Зика Ходсона, чтобы убедиться, что все в порядке.
— Да. Зик уже не молод. Ему сейчас, должно быть, восемьдесят пять или восемьдесят шесть лет, и он всегда держался особняком. Никогда не имел телефона. Он мог умереть в своем доме, и никто об этом не узнал бы в течение нескольких недель.
Телефон Шарлотты зазвонил снова. Она затормозила, чтобы ответить. Экран высветил имя Слэйда.
— Привет, — сказала она. — Как продвигается проверка?
— Пока ничего серьезного, — сказал Слэйд. — Ты как?
Настойчивость в его голосе удивила ее.
— Я в порядке, — сказала она. — Я еду в город. Тельма со мной. Она позвонила несколько минут назад и попросила подвезти.
— С ней все в порядке?
— Да, но подъезд к ее дому перегородило дерево, поэтому она не может взять машину.
— Хорошо, — сказал он. — Езжай осторожно. Повсюду висят сломанные ветки деревьев. Некоторые из них большие. Если что-то упадет на лобовое стекло, это нанесет серьезный ущерб.
— Я знаю. Я буду осторожна.
— По всему острову отключено электричество, паромный причал и пристань для яхт повреждены. У нас не будет паромного сообщения в течение как минимум сорока восьми часов. Уиллис сказал, что некоторые гости ВВ-отеля недовольны тем, что оказались в ловушке на острове. Посетителям ретрита это тоже не нравится. Но если не считать нытья, ничего серьезного. Я позвоню тебе позже.
— Хорошо, — сказала она и отключилась, затем положила сотовый в сумочку.
Тельма понимающе улыбнулась. — Я так понимаю, что хитрая стратегия города, направленная на то, чтобы удержать шефа Эттриджа на работе, работает. Кажется, он очень беспокоится о тебе, Шарлотта.
Шарлотта почувствовала, как ее щеки потеплели. — Мы со Слейдом встречаемся, но это все. Я не участвую в местном заговоре.
— Я понимаю, дорогая, — сказала Тельма. — Но этот факт только делает ситуацию еще более романтичной, тебе не кажется?
Шарлотта рассмеялась. — Ты неисправима.
— Я долго живу одна, но не забыла, что такое романтика и страсть, — сказала Тельма. — Я сомневаюсь, что кто-нибудь когда-нибудь забудет такие вещи.
— Да, — сказала Шарлотта. К лучшему или худшему, но она наверняка будет помнить Слэйда всю оставшуюся жизнь.
Небольшое центральное ядро города пережило шторм в удивительно хорошей форме. Все магазины, ориентированные на туристов, были закрыты, но продуктовые, хозяйственные и садовые магазины работали и вели оживленную торговлю.
— Тебя высадить у «Все для сада и огорода Сплиндера»? — спросила Шарлотта.
— В этом нет необходимости. Я выйду с тобой у «Зазеркалья» и прогуляюсь до «Спиндера».
— Ты уверена? Мне не тяжело.
— Я уверена.
— Мне нужно всего несколько минут, чтобы убедиться, что в магазине все в порядке. Потом мне нужно заехать в продуктовый. После этого я отвезу тебя домой.
— Прекрасно, — сказала Тельма. — Спасибо.
— Пожалуйста, — ответила Шарлотта.
Она проехала по переулку за магазином и припарковалась у задней двери «Зазеркалья». Она и Тельма вышли из машины. Тельма помахала рукой и направилась к дорожке, отделявшей Зазеркалье от соседнего магазина.
Шарлотта поднялась по ступенькам и сняла замок с двери. —
Она открыла дверь и вошла. Внутри было темно. Она автоматически включила настенный выключатель. Лед прошел по ее спине, когда свет не зажегся.
Тельма заговорила позади нее. — Электричества нет, помнишь, дорогая?
Шарлотта быстро обернулась в дверях. Тельма поднималась по ступенькам. Она держала ручное зеркало в стиле барокко из серебра и золота, зеркальная поверхность которого была направлена на Шарлотту. На раме и ручке старинного зеркала блестели темные кристаллы. На металле были выгравированы странные алхимические знаки. Невозможно было сфокусироваться на отражающей поверхности зеркала. Это было похоже на лужу ртути. Поверхность кипела энергией.
— Ртутное зеркало, — прошептала Шарлотта. Торговец антиквариатом в ней задал первый вопрос, который пришел в голову. — Оно должно быть в музее Общества. Откуда оно у тебя?
— Здесь не место болтать о таких вещах. — Тельма достигла верхней ступеньки. — Заходи. Не хотелось бы, чтобы нас кто-нибудь увидел.
Шарлотта двинулась вперед, намереваясь столкнуть Тельму со ступеньки. Но Ртутное Зеркало вспыхнуло потрясающим сиянием. Сила короткого взрыва пронзила Шарлотту. На мгновение мир вокруг нее взорвался жуткой сверхсветлой молнией.
Она схватилась за дверной косяк, чтобы удержаться на ногах, и интуитивно отключила свои чувства. Это был единственный ход, который она могла придумать, который мог бы обеспечить хоть какую-то защиту. В руках сильного таланта зеркало было смертельным оружием.
— Так лучше, — сказала Тельма, ее голос стал жестче. — А теперь вернись в магазин.
Все еще ошеломленная, Шарлотта медленно повернулась и прошла небольшое расстояние по темному помещению. Тельма быстро последовала за ней. Она закрыла и заперла дверь.
— Что тебе нужно? — спросила Шарлотта. Ей потребовались все силы, чтобы сохранить свой голос спокойным.
— Двигатель Брайдуэлл», — отрезала Тельма. — А ты как думаешь, глупая курица?
— Какой двигатель?
— Согласно старому лабораторному дневнику, он похож на Снежный Шар.
События сложились с тошнотворной ясностью.
— Ты работала с Джереми Гейнсом, — сказала Шарлотта.
— Мы были партнерами более трех лет, пока он не решил кинуть меня с самой крупной сделкой.
— Ты убила Джереми?
— Мы собирались разделить прибыль от двигателя Брайдуэлл. Но Гейнс стал жадным.
— Надеюсь, это не стало большим сюрпризом, — сказала Шарлотта едко.
— Нет, но я ошибалась, думая, что он понимал, что я ему нужна так же, как и он мне. — Тельма фыркнула. — К сожалению, он был слишком близорук, чтобы увидеть это. Он планировал заполучить двигатель и продать его самостоятельно.
— Ты убила его с помощью куклы Сильвестра?
— О нет, я использовала зеркало на Гейнсе, — сказала Тельма. — Видишь ли, в ту ночь мне пришлось действовать быстро.
— Теперь я понимаю. Когда я решила найти Снежный Шар для Джереми, я случайно привела его к миссис Ламберт. Он понял, что она была владелицей, которая отказалась его продавать.
— Однажды он проник в ее дом, но не смог найти двигатель.
— Он не смог бы его найти, даже если бы знал, как он выглядит, потому что она хранила его в специальном хранилище.
— Он собирался снова попробовать поискать его, но к тому времени Ламберт уже договорилась о передаче своей коллекции стекла в музей, — сказала Тельма. — Сотрудники упаковали, как мы предполагали, все предметы. Стекло вывезли и хранили в запасниках музея.
— Затем у миссис Ламберт случился сердечный приступ, и она скончалась в больнице, — продолжила Шарлотта.
— Мы пытались придумать как проникнуть в хранилища музея, но это казалось невозможным. Джи и Джи недавно упрочил /обновил меры безопасности. Затем Гейнс нашел копию описи предметов, которые миссис Ламберт передала музею. Но в нем не было никакого предмета, напоминающего двигатель Брайдуэлл. Но он узнал, что тебе были завещаны некоторые предметы.
— Но к тому времени наследство, которое перешло ко мне, находилось под замком в хранилище банка Ламберт, где оно и оставалось до тех пор, пока с имуществом не разобрались.
— Мы с Гейнсом ждали, пока ты не заберешь наследство. Все это время Гейнс пытался тебя соблазнить. — Тельма скривилась в отвращении. — Он привык очаровывать женщин и всех остальных. Клянусь, это было частью его таланта. Но он понял, что ты не собираешься падать к его ногам. Поэтому он сел и стал ждать, когда ты получишь наследством Ламберт.
— Затем я снова испортила его планы, отправив все на остров вместе с большей частью содержимого моего магазина.
— Он был в ярости, — сказала Тельма. — Но именно тогда он наконец решил рассказать мне о сделке, которую он заключил. Покупатель предложил ему огромную сумму, больше, чем мы с Гейнсом когда-либо зарабатывали на одной продаже. Этого было достаточно, чтобы уйти на пенсию.
— Почему он рассказал тебе о сделке, которую организовал самостоятельно?
— Когда он узнал, что Шар находится здесь, на острове, он понял, что ему понадобится моя помощь, — сказала Тельма. — Я совершенно уверена, что он планировал убить меня потом.
— Но ты убила его первым.
— Я пришла к тому же выводу, что и он, — холодно сказала Тельма. — Я решила, что мне больше не нужен партнер.
— Ты убила его в моем магазине, чтобы в случае расследования я была вероятной подозреваемой.
— Я не очень беспокоилась о новом начальнике полиции, — сказала Тельма. — Эттридж вообще не оказался бы на Рейншедоу, если бы был хорошим полицейским. Но «Джонс и Джонс» другое дело. Иногда агентство настаивает на расследовании. Но, к счастью, всех устроила очевидная причина смерти. Острая сердечно-сосудистая недостаточность. Они также поверили в очевидную причину присутствия Гейнса в твоем магазине. Он якобы преследовал тебя.
— Но той ночью ты не смогла найти двигатель Брайдуэлл.
Лицо Тельмы исказилось от ярости. — Я работаю с энергией стекла. Я была уверена, что энергия двигателя будет достаточно мощной, чтобы выделиться даже среди всех этих объектов. Но я была неправа.
— Да, была. Двигатель не греется, пока кто-нибудь его не запустит.
Глаза Тельмы сверкнули. — Ты нашла его? Где он?
— Да нашла, — успокаивающе сказала Шарлотта. — Сейчас принесу.
— Если ты попытаешься меня обмануть, клянусь…
— Он тебе нужен или нет?
— Неси.
Шарлотта подошла к старому сейфу. Она ввела код. Когда дверь из магстали открылась, она полезла внутрь и достала предмет из тусклого серого стекла.
— Это не двигатель Брайдуэлл, — рявкнула Тельма. — Это не может быть он. Это просто старое пресс-папье. — Она подняла зеркало выше. — Я предупреждала тебя. .
— Смотри, — тихо сказала Шарлотта.
Она коснулась своего кулона и направила немного энергии в сердце Шара. Купол начал светиться. Сначала он стал полупрозрачным, а затем прозрачным. На миниатюрный викторианский пейзаж, как снег, падал ураган крошечных стеклянных частиц. Мощные потоки пси закружились в атмосфере магазина.
— Да, — выдохнула Тельма. — Я чувствую это сейчас. Отдай его мне.
— Будь осторожна, — сказала Шарлотта. — Он пси-горячий.
— Я-же-говорила-тебе, что-могу-справиться-с-энергией-стекла.
Тельма схватила Шар свободной рукой. Она смотрела на него, как зачарованная.
— Это невероятно, — начала она. — Я чувствую его силу. Совершенно невероятно.
— Это стоило убийства?
— Разве ты не знаешь? — Тельма не сводила глаз с Шара. — Он был вершиной творения и главный секрет Миллисент Брайдуэлл. Согласно старым записям, созданное ею устройство, позволяло ей наполнить стекло энергией таким образом, чтобы его можно было использовать в качестве оружия.
— Она использовала Шар, чтобы создавать свои заводные диковинки?
— Да.
— Откуда ты это знаешь?
— Что? — Тельму, казалось, отвлек кристальный снег внутри шара. Ее лицо напряглось.
— Мне просто интересно, откуда ты точно знаешь, что это двигатель Брайдуэлл, — тихо повторила Шарлотта.
— Это все есть в дневнике, — рассеянно ответила Тельма. — Именно оттуда я впервые узнала о существовании двигателя. — Ее пронзила видимая дрожь. Она ахнула в ответ и нахмурилась. — Он невероятно мощный.
— Да, — сказала Шарлотта. — Откуда у тебя дневник?
— Конечно же, твоя тетя нашла его для меня. Расшифровав его, я поняла, что слухи, которые я слышала, были правдой. Один из колонистов Первого поколения пронес двигатель через Занавес. Я рассказала об этом Гейнсу. Ему удалось найти отремонтированную куклу Сильвестра, но не двигатель. Я рискнула и попросила твою тетю найти некий Снежный Шар из Старого Света девятнадцатого века. Но она начала задавать слишком много вопросов.
Очередная дрожь интуиции пронзила чувства Шарлотты.
— Ты убила тетю Беатрикс, не так ли?
— Как я уже сказала, у нее закрались подозрения. Я с сыновьями в течение нескольких лет вела очень прибыльный бизнес на острове, продавая предметы из Зазеркалья коллекционерам с материка. Беатрикс никогда не подозревала об этом. Все, что ее заботило, — это поиск какого-то старого артефакта, который она называла Ключом. Кажется, она даже не замечала пропажу антиквариата, который мои сыновья выносили из задней комнаты.
— Твои сыновья?
— Броуди и Мак. Двое мужчин, которых Эттридж арестовал. Я позабочусь о том, чтобы вызволить их из тюрьмы позже. Это будет не сложно. В конце концов, они оба охотники. Но сейчас двигатель — мой главный приоритет.
— Джереми продавал вещи, которые ты крала у моей тети, не так ли?
— У него были связи, — сказала Тельма. — Наше партнерство работало хорошо, пока он не попытался кинуть меня со Снежным Шаром. — Она вздрогнула. Ее глаза сузились от боли. — Слишком много.
— Я знаю, — тихо сказала Шарлотта. — А будет еще больше.
Она услышала, как открылась задняя дверь магазина. Дрожь осознания, охватившая ее, подсказала ей, что прибыл Слэйд. Он бесшумно вошел в дверной проем между двумя комнатами. Краем глаза Шарлотта увидела еще одну тень, гораздо меньшую, идущую за ним по пятам. Рекс.
Но Тельма этого не заметила. Она как застывшая смотрела на Снежный Шар.
— Почему Броуди и Мак не использовали Ртутное зеркало на Слэйде? — спросила Шарлотта.
— Пф. Ни один из них не достаточно силен, чтобы генерировать убийственную энергию с помощью зеркала. Вместо этого я попросила их использовать оружие. Но что-то явно пошло не так. Неважно, с шефом я разберусь позже.
— На твоем месте я бы об этом даже не думала, — сказала Шарлотта.
— Ерунда. Я навела справки о нем, когда он устроился на работу. Кажется, когда-то у него был талант, но сейчас он просто перегоревший агент ФБПР. Согласно его парапсихическим записям, его состояние ухудшается и будет продолжать ухудшаться. — Тельма начала сильно дрожать. — Что происходит?
— Среди одаренных людей талант видеть радугу ауры не считается особенно полезным, — тихо начала Шарлотта. — Но оказывается, что если ты действительно хорош в этом, то можно настроить энергию определенных объектов так, чтобы она резонировала с аурой человека.
Ужас осветил черты лица Тельмы, но она все еще не могла отвести взгляд от двигателя.
— О чем ты говоришь? — она ахнула.
— Так уж получилось, что то, что можно настроить на положительный резонанс, можно настроить и на. . противоположный эффект, — сказала Шарлотта.
— Нет.
Тельма изо всех сил пыталась отдернуть руку от Снежного Шара. Когда это не удалось, она с силой ударила предметом о ближайший стол. Стекло не разбилось. Внутри купола над древним городом Лондоном продолжал падать зловещий снег.
Тельма сильно вздрогнула. Она открыла рот, чтобы закричать, но не издала ни звука. Ее глаза закатились. Она резко рухнула на пол.
Двигатель выпал из ее безжизненных пальцев и с грохотом приземлился. Снег исчез. Купол потемнел.
Слэйд вошел в комнату с пистолетом в руке. Он ненадолго присел, чтобы проверить пульс на горле Тельмы. Шарлотта наблюдала за ним, вцепившись в край ближайшего стола, чтобы удержаться на ногах. Шок от того, что она сделала, пронзил ее. Ее пульс сильно замедлился.
Слэйд поднялся на ноги, сунул пистолет в кобуру и притянул Шарлотту к себе.
— Все в порядке, — сказал он ей в волосы. — Она еще жива, если тебя это беспокоит.
Шарлотта поняла, что ей не хватает воздуха. — Я не была уверена, что произойдет. В этом Снежном Шаре было так много энергии.
— Что ты сделала с Шаром?
— Обычно я настраиваю предметы так, чтобы они гармонично резонировали с аурой человека. На этот раз я перевернула /изменила п-п-процесс. Я настроила течения Шара так, чтобы они заглушили собственные частоты Тельмы.
Он посмотрел на Тельму. — Ты на какое-то время резанула ее ауру. Достаточно, чтобы она потеряла сознание.
— Что-то в этом роде, д-да. — Она коснулась кулона. — Только когда я начала настраивать предметы, я поняла, что могу сделать такое. Но до сих пор у меня никогда не было причин пробовать это, и не было возможности провести эксперимент. Я не была уверена, что это сработает.
Слэйд тихо присвистнул. — Будь я проклят. В оружие можно превратить практически любой антиквариат, наполненный пси-энергией.
— Да.
Он медленно улыбнулся. — Если станет известно, что можно делать с антиквариатом, это не пойдет на пользу твоему бизнесу.
— Эта мысль пришла мне в голову несколько лет назад. Вот почему я никогда никому не рассказывала об этом, даже своей семье. Ты единственный, кто знает.
Он отодвинул ее немного от себя. — И ты единственная, кто знает, на что я способен со своим талантом.
— Н-не волнуйся, я могу х-хранить тайны, — прошептала она.
— Я тоже.
— Отлично. А теперь, если ты меня извинишь, у меня начинается паническая атака.
— Дыши, — приказал Слэйд.
— Верно. Я могу это преодолеть.
В девять тридцать того же вечера Слейд бездельничал на диване Шарлотты с телефоном в одной руке и пивом в другой. Он подпер лодыжки пуфом и смотрел, как пламя вспыхивает в очаге, пока излагал Марлоу Джонс краткий обзор событий.
— Броуди и Мак Дункан жили по фальшивым документам, — сказал он. — Потребовалось время, чтобы узнать их настоящие имена. Сегодня днем их передали полицейским Фриквенси Сити и предъявили ряд обвинений. Они сдают дорогую мамочку так быстро, как только могут. Тельма Дункан находится в запертой палате парапсихологического отделения Мемориальной больницы Фриквенси Сити. Похоже, у нее случился инсульт. Она растеряна и дезориентирована, и никто не думает, что она полностью восстановиться.
— В отделе полиции есть детектив, который является членом Общества, — сказала Марлоу. — Он присматривает за некоторыми делами. Он говорит, что, по мнению властей, мальчики Дункан и их мать входили в небольшую группу грабителей, которая специализировалась на антиквариате.
— Насколько это возможно, — сказал Слэйд. Он поймал взгляд Шарлотты.
— Я позвонила сотрудникам музея и предупредила их, что помимо диковинки Сильвестра им придется перевезти еще два объекта: ртутное зеркало и двигатель Брайдуэлл. Они очень взволнованы.
Слэйд наблюдал, как Рекс запрыгнул на кофейный столик. Открыл сумочку-клатч и достал блестящую, инкрустированную кристаллами дамскую сумочку, которую Шарлотта убедила его обменять на золотые часы. Он еще не придумал, как ее открыть, но, похоже, это его не беспокоило. Он явно считал все игрой.
— Есть четвертый объект, — сказал Слэйд. — Золотые часы, которые, кажется, способны отключить диковинку.
— Я сообщу перевозчикам.
— На этом все, — сказал Слэйд. — Время ужина.
— Ужин? Уже почти десять часов.
— На Рейншедоу, было очень много дел, из-за проблем с Тельмой и ее мальчиками, а также из-за уборки после урагана. Поговорим завтра.
— Подожди, не вешай трубку. Теперь, когда твой талант стабилизировался, ты вернешься в Бюро?
— Нет, — сказал Слэйд. Он смотрел, как Шарлотта поставила на кофейный столик тарелку с сыром и сэндвичами с маринованными огурцами. — Я не вернусь на свою старую работу.
— Ну, в таком случае, — спокойно сказала Марлоу, — может тебя заинтересует контракт от «Джонс и Джонс»? Сейчас у меня больше работы, поскольку некоторое время назад мы с Адамом получили всю эту известность. Мне бы действительно пригодился кто-то с твоим профессиональным опытом. — Она сделала паузу. — И твоим талантом.
Шарлотта села рядом со Слэйдом и положила ноги в тапочках на пуфик. Он обнял ее и позволил себе расслабиться в ее теплой, яркой энергии.
— Я остаюсь на Рейншедоу, — сказал он. — Хороший маленький городок. Мне нравится эта работа. Меня все устраивает. И, если я смогу оказать тебе какую-нибудь услугу, дайте мне знать.
— Спасибо, буду иметь в виду, — сказала Марлоу. — Но ты уверен, что хочешь остаться на этом куске камня там, в Янтарном море?
Слэйд думал о глубокой уверенности, которая зародилась в нем с тех пор, как он прибыл на остров.
— Я уверен, — сказал он. — Спокойной ночи, Марлоу.
— Увидимся на свадьбе, — ответила она.
— Я буду не один.
— Хорошо, — сказала Марлоу. — Даже прекрасно.
Он отключил телефон и потянулся за сэндвичем.
Шарлотта внимательно наблюдала за ним. — Ты сказал ей, что останешься на Рейншедоу.
— Да, планирую. — Он откусил большой кусок от сэндвича.
— Я рада, — сказала Шарлотта. — Остров нуждается в тебе.
Он проглотил кусок сэндвича и посмотрел на нее. — Думаешь?
— Теперь мы оба знаем, что в Заповеднике что-то происходит. Кто-то должен следить за ситуацией. Кто сделает это лучше бывшего спецагента ФБПИ?
— Я принял решение остаться на острове не из-за Заповедника. — Он положил не съеденную часть сэндвича обратно на тарелку. — Я сделал это из-за тебя.
Шарлотта замерла. — Ты уверен?
— Я никогда в жизни не был более уверен ни в чем. В тот день, когда я сошел с парома и увидел, что ты ждешь меня, я ощутил это до мозга костей. Как будто я провел последние пятнадцать лет, пытаясь вернуться к тебе. Если ты покинешь остров, я пойду за тобой. Но пока ты остаешься здесь, я тоже остаюсь. Ты мое будущее. Я тебя люблю.
Ее улыбка и глаза внезапно засияли. — О, Слэйд.
— Большую часть моей жизни дом всегда был там, где я находился в любой момент времени. Но когда я увидел тебя на пристани на прошлой неделе, я понял, что дом там, где ты. Проблема была в том, что мне нечего было тебе предложить. Я думал, что псиослепну. Меньше всего я хотел от тебя жалости. Поэтому я попытался все свести к короткой интрижке, а затем уйти, прежде чем ты поймешь, что со мной происходит. — Он глубоко вздохнул. — Но я не знаю, смог бы я это сделать.
Она нежно коснулась его челюсти кончиками пальцев. — Ты бы так и сделал, потому что ты бы сказал себе, что для меня так было бы лучше всего. И тогда мне пришлось бы гнаться за тобой, что было бы очень неловко.
— Но ты бы последовала за мной?
— Не задумываясь, — сказала она. — Я тебя люблю. Я поняла, что мы созданы друг для друга, в тот день, когда увидела, как ты сходишь с парома. На самом деле, я знала это с пятнадцати лет, но сказала себе, что это было всего лишь подростковое увлечение. Теперь я знаю. Это была настоящая любовь.
Внутри него развернулось странное, пьянящее ощущение. Ему потребовалось мгновение, чтобы признать это, потому что он так долго держал это запертым в самой глубокой части своего существа. Но теперь, когда он смог освободить его, он мог дать ему определение. Радость.
— Ты всегда была где-то в глубине моего сознания, — сказал он. — Вот почему я сохранил перочинный нож, который ты подарила мне в то утро, когда я покинул остров. Это единственное, за что я цеплялся в своей жизни. И теперь я буду держаться за тебя. И никогда не отпущу.
— А я никогда не отпущу тебя, — поклялась она.
Он притянул ее к себе и поцеловал. Теплая, яркая, неизменная энергия любви мерцала в атмосфере вокруг них.
Рэндольф Себастьян ответил на телефонный звонок, которого боялся с тех пор, как возглавил «Себастьян Инк.» и ему доверили семейные тайны.
— Себастьян, — сказал он.
— Слэйд Эттридж. Я новый начальник полиции на острове.
Рэндольф крепче сжал трубку. Его охватил холодок интуиции. По холодному, сдержанному голосу Эттриджа он мог сказать, что новый начальник полиции — человек, с которым нужно считаться и, вполне возможно, будущая проблема.
— Моя помощница сообщила мне о вас, когда переводила звонок, — сказал Рэндольф. — Чем могу помочь, шеф Эттридж?
— Согласно записям, оставленным одним из моих предшественников, ваша семья контролирует Фонд заповедника Рейншедоу.
— Правильно.
— Что-то происходит внутри Заповедника, — сказал Слэйд. — Мне нужно знать, что там происходит.
В Рэндольфе промелькнула тревога. Спустя столько лет тайны Заповедника зашевелились.
— Забор сломался? — он спросил. Но даже когда он спрашивал, он знал, что хватается за соломинку. — Я могу послать ремонтную бригаду.
— Забор на месте, по крайней мере, насколько мне известно.
— Я не понимаю. Кто-то пересек черту? Наши сотрудники службы безопасности сделали этот забор более безопасным пять лет назад после того, как паре нарушителей удалось проникнуть внутрь. Произошло ли еще одно вторжение? Вам нужен поисково-спасательный отряд?
— Нет, мне нужны ответы. Что защищает этот забор?
Рэндольф крепче сжал трубку. Он поднялся и подошел к окну в своем кабинете. Он стоял и смотрел на Каденс Сити. Штаб-квартира Торговой компании «Янтарное море» представляла собой современную бизнес-башню, расположенную на окраине старого Квартала колониальной эпохи. Рэндольфу открывался великолепный вид на Древние руины инопланетян в центре города. Зеленые кварцевые стены и эфирные башни сверкали на солнце, словно были сделаны из изумрудов. Ночью Мертвый город светился зеленым пси-светом, давая достаточно света, чтобы осветить улицы Квартала.
—
— Краткий ответ на ваш вопрос, Шеф, таков: я не знаю, что охраняет забор, — сказал он.
— Этого недостаточно. Мне нужно защитить город.
— Уверяю вас, жители залива Шедоу в безопасности, пока они воздерживаются от проникновения на территорию Заповедника, — сказал Рэндольф. — Но крайне важно, чтобы никто не пересекал забор.
— Вы не хуже меня знаете, что знак «Посторонним вход воспрещен» является непреодолимой притягательной силой для некоторых людей.
— Забор практически непроницаем.
— Нет, — сказал Слэйд. — Это не так. Ранее на этой неделе мне пришлось вытащить пару подростков оттуда.
— Что? — Ужас охватил Рэндольфа. Ему потребовалась секунда, чтобы распознать в этом вспышку паники. — Двое детей проникли на территорию? Ты ходил за ними? Тебе удалось их найти? Я не верю.
— Поверь, — сказал Слэйд. — Мне нужно знать, с чем я имею дело. Если для этого потребуется эвакуация острова, мне придется связаться с властями. И мне понадобятся действительно веские причины для этого.
— Я не могу назвать вам никаких причин, — сказал Рэндольф, — потому что я не знаю, что происходит внутри Заповедника. Все, что я могу сказать, это то, что все в безопасности, пока они остаются снаружи. —
— Я хочу ответы.
— Я немедленно отправлю главу службы безопасности Себастьян для расследования и оценки ситуации. Завтра он будет на острове.
— Я встречу его.
Телефон затих в руке Рэндольфа. Он еще постоял у окна, собираясь с силами и пытаясь прояснить свои мысли. Через некоторое время он набрал номер. Внук ответил сразу же.
— Что случилось? — спросил Гарри Себастьян без предисловий.
— Рейншедоу. Я не хочу говорить об этом по телефону. Как скоро ты сможешь быть в моем кабинете?
— Пять минут.
Рэндольф положил трубку. За тридцать лет руководства компанией он удвоил семейное состояние. Это была самая легкая часть. Самым сложным в управлении Себастьян Инк. было управление сложной динамикой разросшейся семьи Себастьян. Его сильный интуитивный талант сделал его силой в деловом мире, но он был далеко не так полезен, когда дело касалось его своенравных, упрямых, умных и очень талантливых родственников. Два его внука сводили его с ума больше всего.
Через четыре минуты дверь открылась. Гарри вошел в комнату. Его назвали в честь его предка-пирата, и с его черными волосами, аскетическим лицом и холодными зелеными глазами он был живым воплощением человека с портрета, висевшего на стене офиса. Но только намного позже, когда проявился его необычный талант, все в семье поняли, что он похож на настоящего Гарри не только внешностью.
— У нас проблема на Рейншедоу? — спросил Гарри.
— Если хотя бы часть легенд о тайнах, похороненных там нашим предком, правдива, — сказал Рэндольф, — у нас на острове очень большая проблема.
В пятницу вечером Шарлотта стояла с Рейчел на открытой террасе ресторана «Шорберд», держа в руках стаканы с лимонадом. Вместе они созерцали толпу. Слэйд находился в центре группы с большим ножом в руке. На столе перед ним стоял огромный торт, покрытый шоколадом и лимонной глазурью. Надпись на торте гласила: «С Днем Рождения, Шеф».
— Знаешь, я думаю, он действительно был удивлен, когда вошел несколько минут назад, — сказала Рэйчел.
Шарлотта рассмеялась. — Ошеломленное отсутствие дара речи очень похоже на это. Кто бы мог подумать, что мы сможем устроить настоящую вечеринку-сюрприз для бывшего агента Бюро, который также является членом Тайного Общества?
Девин и Нейт стояли перед столом в эйфории от успеха запланированной вечеринки. Мирна и Кирк Уиллис стояли рядом. На лицах обоих были широкие улыбки. Все владельцы магазинов на Уотерфронт-стрит, включая Флетчера Кейна и Джаспера Гилберта, а также большинство постоянных жителей острова вышли на улицу. Рекс сидел на перилах со своим клатчем. Его внимание было приковано к торту.
— Быть агентом ФБПР не означает, что ты можешь предвидеть вечеринку-сюрприз, — сказала Рэйчел. — И у человека, который в своей жизни мало праздновал, не будет никаких оснований ожидать, что пара детей соберет целый город для вечеринки по случаю дня рождения.
— Нет, наверное, нет, — сказала Шарлотта.
Рэйчел улыбнулась. — Но что-то мне подсказывает, что Слэйду теперь есть что праздновать.
Слэйд поймал взгляд Шарлотты через пространство и подмигнул. Он отложил большой нож для торта в сторону.
— Это особенный торт, — объявил он. — Мирна сказала мне, что бы я отрезал первый кусок специальным ножом.
Он полез в карман и достал карманный нож Такашима. Шарлотта почувствовала, как на глазах у нее навернулись слезы.
— Подожди, — вскрикнула Мирна. — Ты не можешь разрезать мой красивый торт грязным ножом. — Она достала из сумочки пакет, разорвала его и достала салфетку.
Слэйд послушно вытер блестящее лезвие, затем отрезал аккуратный квадрат торта и положил его на бумажную тарелку.
Мирна поспешила занять его место у торта. — Остальные куски я нарежу сама, шеф. Рекс получит следующий кусок.
Рэйчел посмотрела на Шарлотту. — Кто-нибудь сказал Рексу, что дни славы бесконечного хлеба с кабачком прошли?
— Мы надеемся, что он пойдет дальше, — сказала Шарлотта. — Пушки очень легко адаптируются. Они умеют изменять частоту, в отличие от некоторых из нас.
Мирна большим ножом для торта отрезала для Рекса большой квадрат шоколадно-лимонного торта. Она положила торт на бумажную тарелку и поставила на перила. Рекс радостно усмехнулся и принялся поедать угощение с таким же энтузиазмом, как раньше уплетал хлеб Тельмы Дункан.
— Для тебя вечеринка-сюрприз действительно стала сюрпризом, шеф? — спросил Девин в пятый или шестой раз.
Слэйд улыбнулся ему. — Я был очень удивлен, поверь мне.
Толпа засмеялась.
— Мы взяли со всех обещание хранить это в секрете, — объяснил Нейт.
Слэйд оглядел лица людей. — Рейншедоу мог бы преподать Бюро несколько уроков, когда дело доходит до сохранения секретов.
Раздался еще один смех. Слэйд пробрался сквозь толпу и остановился возле Шарлотты и Рэйчел.
— С днем рождения, шеф, — сказала Рэйчел. — Если вы меня извините, я собираюсь встать в очередь за своим куском.
Она поспешила уйти.
Шарлотта посмотрела на Слэйда.
— Как торт? — она спросила.
— Намного лучше, чем хлеб Тельмы Дункан, — сказал Слэйд. В его глазах загорелось выражение глубокого удовлетворения. — На самом деле, я могу однозначно заявить, что это самый лучший торт, который я когда-либо ел за всю свою жизнь.
Шарлотта улыбнулась.
Девин помахал в воздухе маленьким, ярко завернутым подарком. — Пришло время открыть ваш подарок, шеф Эттридж. Мы с Нейтом приготовили это для тебя. Это из «Зазеркалья».
Слэйд улыбнулся Шарлотте. В его глазах она увидела жар и обещание любви, которая продлится всю жизнь.
— В этом случае мне не придется беспокоиться о возврате его в магазин, — сказал Слэйд. — Что бы это ни было, это будет именно то, что я хотел.
Он поцеловал ее в губы на глазах у друзей и соседей. В толпе раздался рев аплодисментов.
Слэйд поднял голову.
— Вы все приглашены на свадьбу, — крикнул он.