Солнечный денек был спокойным и размеренным, ну так могло показаться со стороны. Майя с наслаждением сидела на покрывале, нарезала яблоко на подходящего размера кусочки, чтобы потом протянуть их трем обаятельным мордашкам. Каждая была в белом чепчике, закрывающий блондинистую макушку от солнца, а еще они были в светло-бежевых платьях, под которыми скрывались кружевные панталоны. Когда-то они тоже были бежевого цвета, но малышки успели посидеть попами на траве, поползать на коленках, поиграть с разными пачкающими элементами, так что теперь раскраска стала слегка боевой. Майя с умилением смотрела, как ее дочери с удовольствием мусолят яблоки уже появившимися зубками, с таким же умилением смотрели и няньки.

У каждой дочери была своя, и на то были весьма определенные причины, из-за которых молодая мама согласилась не только нанять няню, но сразу же взять троих. И это малышки еще не видели, что за пределами полянки была подготовка к боевым действиям, и так происходило каждый раз, стоило женской части большой и дружной семьи решить насладиться солнечными днями.

Майя погрузилась в воспоминания о прошедших пяти годах.

Парочка оборотней ее всегда веселила. Эти два оболтуса могли поднять настроение в любой момент, а когда ей было плохо, оборачивались в мохнатую ипостась и согревали своим теплом, позволяя зарываться пальцами в шерсть. Они терпели даже если их поливали слезами, а порой и кое чем еще. Увы, было две вещи, с которыми бороться оказалось невозможно: сон в животной ипостаси на ее кровати, и игры в саду. Майя уже пожертвовала его частью, высадив там шиповник с облепихой, а на границе устроила полосу из акации. Местный садовник, старательно срезает с нее шипы, но только с той части, которая выходит в общий сад, а на «лисьей» оставляет. Но все равно, стоило парням заиграться, шерсть порой оказывалась на цветах и клумбах. А с кровати их сгонял только гневный вопль девушки с самого утра, ведь прокрадывались они к ней ночью, по-пластунски и очень тихо, так, чтобы не разбудить Маю.

Дроу был простым, как тапочки. В том плане, что он никогда ничего не скрывал, не пытался спрятаться за красивыми словами, не водил ее за нос. Даже тогда, в день их знакомства, он просто благоразумно смолчал о некоторых деталях ее похищения и спасения, но это был максимум. Зато он всегда был рад побить ее обидчиков, даже если это были другие мужья. Особенно, если это были другие мужья. А его трофеи хоть и выглядели порой необычно, взять хотя бы кость умертвия, которая изогнулась под действием магии и стала похожа на сердечко, или панцирь гигантского побежденного жука, который хоть и вонял первый месяц, интересно переливался на солнце, от чего занял свое место в саду, почему-то заставляли улыбнуться и лишний раз растрепать и без того лохматую после боя черную голову.

Дракон — это дракон. Он чувствовал себя местным главой, то ли по возрасту, то ли потому что его вторая ипостась была крупнее всех остальных вместе взятых, от того на голове периодически блестела невидимая корона, а в его тоне была снисходительность. Во только он и к Майе относился как к королеве, которая по доброте душевной пригрела еще шестерку оболтусов. И такое отношение естественно льстило девушке, приятно побыть кем-то еще, кроме как обслуживающим персоналом. Да и в качестве ездового зверя Тасилион покорил Майю: жена теперь периодически упрашивала его «полетать», и муж никак не мог отказать в этой маленькой просьбе. Полеты прекратились лишь с началом беременности, кое-кто просто безумно боялся навредить и супруге, и еще не рожденному ребенку.

Эльф был само благородство. Он, как и вампир, любил пространные разговоры о великом, но еще обожал, когда его волосы расчесывают, порой уговаривал Майю даже помыть их. При этом он прекрасно чувствовал душевное состояние девушки, а еще лучше умел ее одевать. Ариентуриаленос стал ее личным модельером, еще и раскрыв себя как стилиста. Нет, шил эльф редко, дела не особо позволяли, но зато он проектировал и создавал образ наряда, который потом воплощали в жизнь портные. Из-за того, что часть мужей принадлежали к высшему обществу, Майе регулярно приходилось бывать на балах. И вот там она сверкала в нарядах мужа, покоряя присутствующих там мужчин и вызывая зависть женщин. Заиметь сразу трех мужей в Совете — слишком много для самой обычной попаданки, даже не владеющей магией, так считала часть великосветского общества. И как же было приятно Майе, когда языкастых кумушек осаживал сам эльф, вежливыми, но такими уничижительными словами, что ей оставалось только мило улыбаться, а потом, уже дома, благодарить своего спасителя. Девушка не была сильна в словесных перепалках, а скалку на балы мужья брать запретили.

Вампир стал ее личным врачом. Нет, не сразу, а когда закончилась его переходная стадия. Зато став полноценным магом крови, он стал лучше чувствовать супругу. Да, теперь кровь ему пить было не обязательно, но с ней его сила возрастала в разы, да и надо было как-то наказывать тех, кто нарушил покой их семьи, тем более, что это было его право и разрешено местными законами. А еще он стал опекать свою супругу, отдавая ей долг. О да, перейдя на новый уровень, он прекрасно помнил все свои выходки, все, через что прошла Майя, но теперь вампир мог себя контролировать. Сам факт того, что Маркус вообще вошел в переходную стадию, стал великим событием, которое он связывал с собственной женой. Вампиры уже давно остановились в развитии, и магов крови можно было пересчитать по пальцам. К тому же все они были преклонного возраста, что сразу повышало ценность Маркуса в глазах других вампиров — такая удача, и в таком раннем возрасте. Потому он стал чутким, заботливым, нежным, старался оградить жену от любых неприятностей, ну и в постели ловил ее малейшие желания, пусть для этого порой и надо было прочесть ее мысли. Ее тело стало ему знакомым до последней клеточки, потому любая болячка была заметна сразу. И именно он первый заметил, что супруга забеременела, а потом даже раньше врача сказал, что детей будет трое.

Наг тоже не остался в стороне. Он оказался весьма любвеобильным, во всех качествах. При этом он просто обожал касаться девушки: пальцами, хвостом, языком. Майя сама не поняла, как впала в зависимость от этих нежных касаний, и ее уже не напрягало, когда одна нога, а то она вся оказывалась в теплых объятьях сапфировых колец. Если эльф любил, чтобы его расчесывали, то Шарис сам хотел зарыться пальцами в волосы девушки. Иногда Майе начинало казаться, что ее в один прекрасный день всю вынюхают, так старательно наг зарывался носом в ее волосы или утыкался в шею и нежно касался языком. Ее саму начинало потряхивать от удовольствия, стоило нагу прижаться к желанной «добыче», а ужин на двоих заканчивался весьма предсказуемо на кухне. Менялись только поверхности: стол, пол, подоконник. Нет, Шарис тоже был интересным собеседником, с которым было приятно поговорить, но оставшись наедине, наг забывал слова и начинал говорить языком тела, пуская в ход все свои конечности. Остальные мужья порой ревновали, что кое-кто так быстро нашел подход к желанной Маей, но они быстро нашли, куда можно использовать способность Шариса. Теперь, если один из них, а то и несколько мужчин, становились причиной плохого настроения супруги, на переговоры присылался Шарис. И бедному нагу приходилось выслушивать сразу за всех коллег по браку, при этом использовать все свое умение, чтобы усмирить взбунтовавшуюся девушку и не дать ей самолично стать вдовой, хотя бы частично. А его умение разбудить в ней желание было так велико, что порой внимание супруги сразу перепадало и другим мужьям.

В общем Майя «подсела» на своих мужчин, и в какой-то момент сама поняла, что хочет большего. Да, каждого пришлось немного воспитать, но кто без недостатков. И вот она уже разгуливает с огромным животом, пугая папаш своим нежеланием смирно сидеть в кресле. Хотя нет, еще и живота не было, а страх за любимую в глазах мужчин уже был.

— А вдруг ты упадешь? Не нервничай, опять пульс подскочил, — возмущался Маркус.

— Как ты в положении летать собралась? — удивлялся Тасилион, не соглашаясь на очередной полет с супругой, даже в когтях.

— Ты что в саду забыла? — чуть ли не орали оборотни, увидев супругу с граблями. — Отдай, мы сами все уберем.

— Малышка, ты плохо кушаешь, — скулил Шарис, когда любимая не до конца доедала обед или ужин, который наг так старательно готовил.

— Зайка, я прошу, давай отложим уроки, — стонал Мирт, уже не желая тренировать супругу, хотя у нее живот лишь намекал на беременность, а не был сто процентной гарантией. — Я тебя смогу защитить ото всех опасностей. А вдруг ты упадешь? Тебе нельзя перенапрягаться.

Но девушка лишь загадочно улыбалась, снисходительно смотрела на своих семерых защитников и старательно играла на их нервах. Да, порой это были ее прихоти, а не вопрос жизни и смерти, но надо было же отыграться за то время, когда они дружно мотали ей нервы. И пока у нее есть индульгенция на ближайшие девять месяцев, она иногда будет позволять себе чуть больше, чем на самом деле хотелось. Она же не монстр все-таки, и прекрасно видела границы как своих возможностей, как и нервы супругов.

Живот рос. Вместе с ним росла тревожность всех мужей, так что Майе пришлось контролировать не только свои желания, просто все, что она говорит. Любой взгляд в сторону заставлял мужчин искать, что там увидела их любимая, чего же ей еще принести. Любой «ох» и «ах» заставлял бледнеть даже вампира, который умудрился выучить анатомию человека лучше вампирской. И как бы Майя не пыталась, у нее просто не получалось все держать в себе, все-таки выносить тройню это вам не в парке погулять. Теперь рядом с ней был как минимум один, а то и парочка заботливых мужей-нянек, не дававшая и шагу без присмотра ступить. Как они решали вопрос с работой, Майя даже не пыталась спрашивать. Уже поняла, что мужья у нее слишком мнительные, при этом слишком засекреченные. Даже Мирт на подобный вопрос коротко отвечал: «Договорился» и все.

Маркус пересмотрел ее меню и теперь она ела отварное, пареное, запеченное в духовке или же свежее, например, салат. Никакого сырого мяса или рыбы — это же риски! Ничего жаренного — это вредно и плохо скажется на желудке! Никаких конфет, только натуральные сладости и в умеренных количествах! А лучше свежие фрукты и овощи, но на красное лучше не налегать. Шоколад чуть ли не по граммам отвешивал, за что Майя обижено звала мужа бессовестным кровопийцей, а после плакалась Шарису, заодно уминая на его плече пару шоколадных конфет, которые после запивала горячим шоколадом, приготовленным лично нагом. В общем Майя запоминала выкрутасы вампира, обещая самой себе, что еще отомстит, но потом. Он же все-таки хотел, как лучше, значит и ей можно сделать скидку, но не сильно, чтоб не привыкал.

Ариентуриаленос сходил с ума гораздо приятней. Ему хотелось, чтобы супруга слушала эльфийские песни, а еще звуки леса, говор птиц и зверей, которые должны были привить детям любовь к природе, а в идеале выработать эльфийское терпение. И пусть шестеро мужчин глубоко сочувствовали супруге, Майя была счастлива. Она легко засыпала под тихое, хотя порой заунывное пение, а мужа убедила, что дети слышат песни даже лучше тогда, когда она спит, мол ее сердцебиение успокаивается и создает меньше звуковых помех. Довольный эльф просто засиял от удовольствия, что его порыв оценили, и легко перенес прослушивание правильной музыки на вечер, ну и на дневной сон. Девушка не стала указывать мужу на то, что с началом музыкального этапа ее жизни, она перестала просыпаться в окружении двух меховых грелок. Это станет ее личным секретом, на будущее.

В общем каждый из семерки постарался сделать что-то хорошее для беременной, каждый по-своему вляпался, но Майя оценила порыв души и даже обещала отблагодарить их всех. Но позже, и соответственно тому, кто как ее радовал.

Рожала Майя дома. Все-таки у магического мира есть свои преимущества: врач с помощниками прибыл к ней в дом ровно в срок за пять минут до начала первых схваток. Девушка даже не сразу вспомнила, почему он решил заглянуть в гости, а потом было уже не до этого. Между схватками она старательно успокаивала мужей, пока врач не рявкнул на них и не заставил покинуть комнату, чтобы не отвлекать роженицу. Нанятая нянька, которая уже пришла, чтобы облегчить жизнь молодой маме, старательно помогала врачу избавиться от мешающих элементов, подпихивая растерянных и беспокоящихся мужчин в сторону выхода.

— Они просто беспокоятся, — извиняющимся голосом сказала Майя, когда ее немного отпустило.

— Да знаю я, — отмахнулся мужчина, отслеживая состояние пациентки, — Думаете они у вас одной такие? Это еще никто не бросается на меня в приступе ревности, что я его любовь своими мужскими ручками трогаю. И никто не пытается выколоть мне глаза за то, что я смотрю туда, куда не следует. Кто ж виноват, что у нас практически нет женщин-врачей, особенно гинекологов, приходится выкручиваться, как умеем. Так что расслабьтесь и думайте о детях.

Майя так и поступила, тем более малышки и сами не давали о себе забыть. Зато потом она с улыбкой смотрела на растерянных мужчин, осторожно держащих маленькие свертки на руках, а те, кому не хватило, заглядывали через плечо счастливчика, и не могла сдержать слез радости.

Так у них всех началась новая жизнь. И если раньше Майя хотела прибить вампира за дотошность, то теперь с радостью натравляла Маркуса на остальных новоявленных папаш, когда они хотели порадовать ребенка чем-то не тем. Отцы постепенно воспитывались, малышки росли, а Майя находила время наслаждаться жизнью. Еще бы, когда у каждого ребенка по няньке, а уборкой и готовкой занимаются нанятые люди.

И вот Майю зачем-то вызывают к себе жрецы.

Дождавшись вечера, когда все мужья будут дома, Майя решила отправиться к жрецам. Ее хотели сопровождать многие, но Маркус напомнил, что дом хоть и защищен, желающих проверить его на прочность может быть слишком много, а значит лучше, чтобы он один сопровождал девушку в храм.

— Вы же знаете, что я сейчас один из самых сильных магов, — с легкой усмешкой напомнил Маркус. — Неужели думаете, что меня может кто-то победить? А вот вас могут просто отвлечь и выкрасть ребенка, а то и сразу троих. Нет уж, сидите дома, уж должны справиться, имея на одно сокровище двух папаш. А если прошляпите кого-то — лично кровь высосу, всю, до последней капли.

Майя хоть и хотела сказать это другими словами, но решила не вмешиваться. Порой мальчикам надо было выпустить пар, и она не собиралась им в этом мешать. Потому доверила процесс разборок на тему: «Кто идет с женой к жрецам» своему вампиру. Накинув плащ, она поспешила из дома за супругом. До храма они добрались на одном коне, кое-кто не мог отказать себе в удовольствии и всю дорогу обнимал супругу, прижимая ее к себе как можно ближе.

— Еще немного, и я отдам тебе супружеский долг, — прошептала Майя, когда ее в очередной раз прижали к себе слишком сильно.

— Я не против, — муркнул Маркус.

— Думаю конь будет против. А я не настолько оголодала, чтобы заниматься подобным в седле, даже таком удобном, — попыталась остановить его супруга. — Я вообще воспитанная леди, и на людях ничем подобным не занимаюсь.

— Они не увидят, — шепнул вампир, — мы скрыты от чужих глаз плащом.

— Прекрати, не то пойдешь пешком, — огрызнулась девушка, понимая: если кое-кого не остановить, он может сунуть руки туда, куда не следовало бы.

— Не-а, ты меня не скинешь, — усмехнулся нахал.

— Тогда я пойду пешком.

— Не пущу.

— А ты проверь.

— Ну мышонок, — жалостливо протянул Маркус, — мы так мало бываем наедине, в последнее время. А я по тебе соскучился. И так приходится тебя делить с кучкой … мужей, а тут еще и дети стали забирать все твое время.

— А разве вы не этого хотели? — ввернула ему Майя, но пока прекратила сопротивляться, тем более, что и мужские руки успокоились и просто лежали на ее талии. — Женились на «заблудшей» душе, чтобы она вам наследничков родила. Родила, сразу троих, что не наследники, так не ко мне претензии.

— Каюсь, виноват, — согласился Маркус, не желая спорить. — Но неужели не могу хотеть просто быть поближе к тебе?

— Потерпи, — успокоила его девушка, — детки подрастут, и вы снова будете меня делить между собой.

Маркус проворчал что-то неразборчивое по поводу времени, но больше не спорил. Майя же, так сказать за понятливость, откинулась назад и улеглась на грудь вампира, чем явно порадовала мужа. Так они и добрались до храма. Макрус спешился сам, после помог супруге и подвел ее к дверям храма.

— Малыш, извини, но дальше ты пойдешь одна, — расстроено произнес вампир.

— Почему? — удивилась Майя.

— Жрецы сказали, что это будет личный разговор. Не переживай, с тобой ничего плохого не случится, а я буду ждать тебя тут, у входа.

Майя поцеловала мужа, и только после этого вошла в приоткрытые двери. Стоило ей пройти немного вперед, двери закрылись полностью, отрезая ее от мира. Пройдя еще немного по коридору, девушка вышла в огромный зал, где с трудом угадывался потолок. Несмотря на то, что на улице уже был вечер, тут как будто светило солнце, во всяком случае было очень светло, хотя источник света был не виден. Центр зала занимала зеленая поляна с огромным деревом по центру, больше всего похожим на дуб. Пели птицы, летали бабочки, на зеленой траве цвели цветы, и все это великолепие окружала анфилада колонн. Майя так засмотрелось на царящую идиллию, что не сразу обратила внимание на появившиеся из-за дуба фигуры. Они все были облачены в зеленые балахоны, сливающиеся по цвету с травой, а лица скрывали глубокие капюшоны.

— Приветствую тебя, заблудшая душа, — поприветствовал Майю тот, кто был по центру.

— Добрый … день, — смущенно ответила девушка. — Или вечер. Я не особо понимаю, тут так светло.

— Это — благословенное место, — в голосе говорившего жреца зазвучала улыбка, — Тут всегда светло, не важно ночь за порогом или день. Мир хранит тех, кто может его слышать и доносить свою волю до остальных его детей. Не бойся, подойди ближе.

— Зачем вы меня позвали? — Майя все-таки вспомнила, что она тут не просто так, а значит надо перейти к делу.

Девушка как раз послушно подошла, так что теперь оказалась на поляне. Под ее ногами была трава, и ей почему-то захотелось разуться и походить тут босиком, но она не решилась на это в присутствии жрецов.

— Мир говорит тебе спасибо, — все три жреца поклонились, и лишь потом первый продолжил. — Когда он призвал тебя к нам, то надеялся, но не был уверен, что ты справишься со своим предназначением. Но ты доказала, что Мир не ошибся.

— Предназначение? — удивилась девушка. — Но … какое?

— Ты уже знаешь, что сейчас у нас мало женщин. Не буду погружаться в детали этой проблемы и как она зародилась, но Мир давно думал, как это можно исправить. И тогда он стал искать души, которые могли бы не только переместиться к нам, сюда, но и выполнить великую миссию по спасению. И ты как раз такая. Твоя душа сильна и справедлива, она не позволит случиться непоправимому и умереть нашему Миру в одиночестве, без любви.

— Но что я могу сделать?

— Ты уже делаешь, — жрец чуть склонил голову, помолчал, и лишь потом продолжил, видимо давая Майе возможность оценить все сказанное. — Ты родила чудесных дочек. Каждая из них в последствии родит минимум трех дочерей, и у всех них будет кое-что общее: они смогут родить от кого угодно. Твой род принесет в этот мир женщин, способных не только не дать ему умереть, но возродиться с новыми силами и любовью. Но это не итог, а только начало твоего пути. У тебя чудесные мужья, Мир старательно их выбирал, и они защитят тебя от любой опасности, а еще будут любить и уважать тебя всю твою жизнь. Потому они достойны того, чтобы ты родила каждому по наследницу.

— Трое женщин не смогут быстро возродить ваш Мир, — качнул головой Майя.

— Почему же трое? — удивился жрец. — Твоя роль еще не сыграна полностью, она только начата. Ты родила троих продолжательниц рода, после ты родишь наследника одному из своих мужей. А следом снова будет тройня. Каждый раз, чтобы родить наследника одному мужу, ты обязана принести в этот Мир три женских души в облике своих дочерей. А когда ты родишь всех семерых сыновей, тебя станут почитать как воплощение самой любви. Ты станешь той, кого в твоем родном мире звали бы богиней, обретешь бессмертие и сможешь следить за своими потомками, наставляя их, направляя, а может даже помогая исправить их судьбу, посылая к ним нужных людей, как это сделал Мир с тобой.

— Что? — Майя стояла с выпученными глазами, пытаясь переварить все услышанное и боясь пропустить что-то еще из сказанного, вдруг там еще одна «милость», от которой хочется разнести этот храм по кусочкам.

— Неужели ты думаешь, что Мир просто перенес тебя сюда? — жрец чуть слышно усмехнулся, — Он не просто призвал тебя, а притянул в нужное место. А после точно так же притягивал к тебе подходящих партнеров, которые могли тебя полюбить, и которым ты могла бы ответить взаимностью. Неужели ты думаешь, что повстречать на своем пути сразу стольких властных мужей — случайность? А то, что за первый месяц они успели посвататься к тебе, и никто больше? И никто не влез вперед них? Ты жила в большом городе, где свободных мужчин было гораздо больше, чем женщин. Нет, это все Мир направлял твой путь, убирая всех недостойных с дороги, охраняя тебя до поры до времени, и дав защиту, способную справиться со всеми неприятностями. Это Мир подтолкнул к тебе твоих мужчин, заставил обратит на тебя их внимание, порой оказаться там, где они не должны были быть, лишь бы свести вас вместе. И даже те из них, кто не имеет высокого положения в обществе, нужны тебе.

— То есть это не мужья искали себе инкубатор, — мрачно сказала девушка, понимая, что уровень аферы, в которую ее затащили, гораздо больше, — Это не мои мальчики хотят наследников, а целый ваш Мир решил, что ему нужно нарожать побольше женщин. То есть они даже полюбили меня по указке вашего Мира?

— Ну что ты, нет! — возмутился жрец, — Любовью нельзя управлять. Но ее можно спрогнозировать, видя души существ. Это недоступно обычному смертному, только Миру. Даже мы, жрецы, не имеем такой власти. А вот ты в итоге тоже сможешь видеть эти вероятности, Мир щедро платит за свое спасение.

— То есть сейчас я родила Миру троих продолжательниц рода, — нервно решила уточнить Майя, — потом ваш Мир подошлет их будущих мужей, которые выкрадут детей, и я снова должна рожать? И просто должна смириться с этим?

— Нет, нет, никакого воровства, — в ужасе замотали головой жрецы, — Как можно красть детей у матери?

— Именно это сейчас уже пытаются сделать, — констатировала Майя, а сама думала, что ей будет, если она найдет какую-нибудь палочку и стукнет местных жрецов, пару раз до потери сознания.

Говоривший жрец развернулся лицом к своим собратьям, и они странно замерли, не произнося ни звука. Девушка уже не знала, что делать, вдруг жрецы «зависли», а может это аудиенция закончилась, когда говорящий снова повернулся.

— Мир приносит тебе свои извинения. Он не ожидал, что ты вызовешь такой резонанс. Он слишком велик, чтобы отслеживать все, что происходит в его владениях одновременно, а мы не видели происходящего, чтобы ему донести. Отныне твоим детям ничего не грозит. Они могут спокойно гулять по дому, в личном саду, и ни один гость, пожелавший против воли увести ребенка, не сможет переступить порог твоего дома.

— Ага, а стоит им выйти за порог и все? Прощай мама, у меня новая семья? — съязвила Майя.

Жрец снова задумался, но теперь не стал отворачиваться, лишь сильнее склонил голову, как будто что-то слушал.

— Ты права, не зря Мир призвал именно твою душу, — жрец распрямился. — Отныне весь твой род находится под защитой. Твои потомки по женской линии никогда не будут невольны в своем желании вступить в брак. Не важно, есть ли у них мужья или нет, Мир даст согласие на соединение, только если девушка сама этого захочет. И никакой обман не сможет принудить их, а твой род отныне находится под защитой самого Мира. И горе тем, кто решится пойти против него. А теперь иди, если у тебя больше нет вопросов.

— Погодите, — тут же возмутилась Майя, — как это нет? Я вообще-то не горю желание рожать … сколько там? В общем не буду я рожать ни наследников, ни тройняшек. Вы хоть понимаете, какой это стресс для организма? Или я должна всю свою жизнь посвятить пеленкам? А не слишком ли это нагло, а?

— Тебя ждет бессмертие, — напомнил жрец. — Разве оно не достойный откуп за то, что ты немного времени посвятишь деторождению и воспитанию?

— Ага, а мужья вообще доживут до того времени, как меня отправите на родовую пенсию? — не успокаивалась Майя. — А если кто-то наследничком не успеет обзавестись, мне некроманта прикажете вызвать? Как-то не особо хочу общаться с зомби, даже если это когда-то любимый муж.

— У нас нет некромантии, как явления, — спокойно ответил жрец. — Смерть — это свобода духа, ни одно колдовство не имеет право мешать приходу конца. А твои мужья проживут достаточно, чтобы ты успела отдать им супружеский долг. Да тебе и торопиться не придется, даже если решишься на трехлетний перерыв после каждых родов.

— То есть мне график родов составить? — съязвила Майя. — Типа кому сколько жить осталось, и самых короткоживущих осчастливить в первую очередь? А ничего, что я — самая короткожительница из всех? И я даже на пенсии буду обязана рожать?

— Не переживай, Мир поддерживает тебя с первой минуты твоего сюда прихода. Он дает тебе силу, здоровье, продлевает твою жизнь достаточно, чтобы ты успела закончить свою миссию. Бессмертие — награда, а здоровье — способ его достичь, потому не беспокойся из-за такой ерунды.

— То есть меня тут Мир оздоравливает, — хмыкнула девушка, — а мужей тоже? Или им не нужен мировой допинг, они сами должны справиться?

— У тебя в мужьях самые сильные представители своих видом. Мир специально подобрал их так, чтобы ты не только положила начало сильной женской линии, способной вернуть Миру женщин, но и подарила сильных наследников сильным кланам. Твои мужья принадлежат к самым распространенным расам нашего мира.

— А почему оборотня два? — хмыкнула Майя, чувствуя, что ее крыша уже навострила лыжи и хочет помахать платочком, оставляя свою хозяйку в одиночестве, без возможности мыслить разумно.

— Тут был сложный выбор, — после небольшой паузы признался жрец. — Изначально тебя хотели свести с волком-оборотнем, сильным альфой, но тогда не получилось бы вывести тебя на всех остальных мужей. Пришлось пойти навстречу обстоятельствам и позволить кузенам первыми найти тебя. Мальчишки хоть и неопытные, но весьма шустрые и умные юнцы, так что они еще послужат на благо всему миру оборотней. Смогла же ты пробудить в вампире мага крови и инициировать его переход. Ты устала. Предлагаю тебе отправиться домой, твой муж ужа заждался тебя у дверей и весь изнервничался. Если у тебя еще будут вопросы, можешь прийти сюда через неделю, мы ответим на них. Постараемся ответить. А пока иди.

Троица неспешно отошла назад, а после скрылась за деревом, пока девушка пыталась осознать все услышанное.

— Эй!!! Стойте! Мы с вами не договорили! Я не согласная!!!

Майя резко побежала вперед туда, где исчезли жрецы. Испуганные бабочки слетели с цветов и сбились в красочное облако, цветы склонили свои головки, шелестя на ветру и пропуская злую посетительницу вперед, вот только самих жрецов уже не было. Майя обошла дерево три раза, но ни мужчин в балахонах, ни двери, где они возможно спрятались, не было. Расстроенная девушка медленно пошла в сторону выхода. И лишь попав в заботливые объятья вампира позорно расплакалась, ощущая несправедливость этого мира на собственной и такой родной шкурке.

— Мышонок, кто тебя обидел? — Маркус разрывался между желанием ворваться в храм и все там разнести, и не отпускать от себя расстроенную любимую.

— ЫЫыыыы, — только и могла выдать из себя Майя, слова не связывались в логичные предложения, язык отказывался покорно принимать нужную форму, а мысли вообще разбежались, так что в организме лишь царила обида на мир и жалость к себе и своей бедовой семейке.

— Ну маленькая моя, не плач, — вампир заметно нервничал, не зная, как остановить истерику. — Давай домой поедем? Или ты еще в храме что-то должна сделать?

— Нееееее, — проскулила Майя, — Д-д-д-домоооой.

— Хорошо, моя сладкая.

Маркус легко подхватил любимую на руки, раскрыл крылья и уже таким образом уселся на коня. Крылья пришлось сложить, чтобы не пугать животное, а вот супругу он не смог бы отпустить от себя ни на секунду. Так что со стороны они выглядели немного странно: мужчина сидя на коне держит на руках женщину, которая только попой слегка касается седла. Но Маркусу было все равно, с его физической формой он и не такое мог провернуть, а Майя просто прижалась к надежной груди и пыталась успокоиться. В таком виде они и добрались до дома, правда в пути девушка умудрилась задремать.

— С возвращением! — Никас с улыбкой встретил парочку на входе.

— Пссс, она спит, — прошептал Маркус, осторожно занося свою ношу в дом. — Я ее отнесу в кровать, а ты собери всех на кухне. Где дети?

— Спят, — немного удивленно, но уже тише ответил рыжий. — Что случилось?

— Пока не знаю, иди давай.

Вампир сумел аккуратно донести Майю до кровати, даже накрыл одеялком, а вот раздевать не стал. И не потому что не хотел, боялся разбудить. Немного полюбовавшись, он развернулся и тихо покинул комнату. Вся шестерка уже собралась в ожидании вернувшегося из храма, несмотря на то, что ночь была в разгаре.

— Ну и что случилось? — Тасилион первый подал голос, на правах старшего, пусть не мужа, а просто по возрасту.

— Не знаю, — Маркус рассеяно взлохматил волосы, — Меня в храме не ждали, потому я все это время просидел под дверью. Но наша малышка вылетела оттуда расстроенная, со слезами на глазах. Я ничего не смог у нее узнать, но она попросилась домой, потому я не стал ее пытать на месте.

— И что мы тогда тут делаем? — встрял Мирт.

— Пытаемся решить, что делать дальше, — огрызнулся вампир. — Сейчас она спит, не думаю, что стоит ее будить. А завтра … Есть два вариант: либо я ее кусаю и сам все узнаю, либо мы ее ублажаем и любовью, и лаской выпытываем правду. Первый вариант быстрее, а еще точнее, потому что солгать она не сможет. Зато второй … вдруг она хочет что-то от нас скрыть, а я узнаю, еще и вам расскажу. Не хочу, чтобы она обиделась на меня только за то, что я хотел ей помочь.

— Тогда давайте все-таки пытки, — Тасилион улыбнулся, а когда на него посмотрели как на умалишенного, он довольно облизнулся. — Не знаю, о каких вы подумали, я о любовных. Я устрою ей завтра незабываемый полет, а то она давно уже меня просила. Шарис — ну, ты сам знаешь, что надо делать. Ты на кухне почему-то сводишь ее с ума. Парни, присоединяйтесь, нам надо не просто задобрить нашу любимую жену, а сделать так, чтобы она сама нам рассказала свои самые страшные тайны. И да, Мирт, тебе придется наплевать на свои принципы и дать ей в руки меч.

— Какой меч! — возмутился дроу. — А если она пораниться? Да она детей регулярно на руках таскает, еще и такую тяжесть ей давать?

— Тогда сам реши, что ей дашь, — огрызнулся Маркус. — Наше сокровище хочет научиться сражаться, значит завтра ты именно этим и будешь заниматься. И не на подушках, а на чем-то реальном.

— Я даже мысли не могу допустить, что она возьмет в руки что-то опасное, — возразил Мирт, а его ушки нервно задрожали от негодования, — Ни одной супруге дроу еще не приходилось защищать саму себя! Это оскорбление меня как мужчины!

— Женские слезы — вот оскорбление мужчины, — встрял эльф. — Если моя малышка плачет, я верну шею любому, кто ее довел. И если она сказала, что хочет взять в руки оружие, значит ты, мистер «я тут главный драчун», дашь ей в руки подходящее оружие и покажешь пару приемов. Хотя можешь испечь ей торт, думаю от шока она его примет, может даже решит променять на него скалку.

— Сам разберусь, — буркнул Мирт себе под нос.

Они все уже пытались заниматься выпечкой, и у него она всегда получалась самая убиваемая: ею можно было только прибить кого-нибудь, потому что даже откусить кусочек, чтобы отравиться, не получилось бы. Сам Тасилион не рискнул пробовать на зуб его творчество, даже в облике дракона, заявив, что драконий стоматолог очень уж дорогое удовольствием, даже для их разношерстной семейки. В общем весь гарем разбрелась по своим комнатам, размышляя, как и супруге настроение поднять, и самому обскакать конкурентов.

Утром Майя проснулась от нежных поглаживаний. Она уловила аромат завтрака, но нежные и такие чуткие пальцы заставляли замереть, наслаждаясь такой привычной лаской. По щеке скатилась слезинка, и ее тут же прижали к мужской груди.

— Почему такая красавица плачет? — тихо поинтересовался Шарис, не прекращая наглаживать плечи девушки, переходя на ее шею или же скользя по предплечьям к кистям. — Неужели завтрак так плохо пахнет?

— Он чудесен, — прошептала Майя.

— Может я разучился дарить моей любимой наслаждение? — предположил наг, при этом слегка изменил пальцы, отрастив там когти, и нежно прошелся по спинке девушки, вызывая у той довольный стон.

— Ты — лучший, — всхлипнув ответила девушка.

— Тогда что печалит мое сокровище? — мягко спросил мужчина, нежно пройдясь кончиком хвоста по лодыжке.

Майя лишь сильнее прижалась к супругу, пряча на его груди лицо и стараясь не разреветься от нежности. Наг ошарашенно прижимал к себе девушку, уже не смея и дальше ласкать супругу с далеко идущими целями. Полежав обнявшись в тишине минут пять, он все-таки смог уговорить одну плаксу на завтрак. Майя кивнула и даже села, но получив поднос с едой, попросила оставить ее одну.

— Ну как? — прошептал песец, стоило Шарису покинуть комнату и закрыть за собой дверь.

— Никак, — буркнул наг.

— Мда…

Большего белобрысый себе не позволил, Шарис своим хвостом мог с легкостью придушить такого мелкого оборотня, как он. Потому он просто рысцой отправился к себе, еще раз продумывая свой план.

Бумажный самолетик влетел в раскрытое окно и приземлился на кровать перед Майей. Девушка задумчиво смотрела, как фигурка немного раскачалась, перевернулась, а после стала раскрываться в обычный белый лист с золотыми буквами.

«Наша дорогая Майя. Нижайше просим тебя спуститься вниз. Твои верные супруги больше не могут видеть несчастную тебя и умоляют уделить им пять минут твоего времени. После ты будешь делать вольна все, что захочешь».

Девушка озадачено перечитала текст. Нет, она и раньше получала записки от них, но таких вот пафосных еще ни разу. Сердце предательски кольнуло, ожидая какую-то пакость, и она больше не смогла лежать в теплой и уютной постели. Быстро подскочив и одевшись, даже волосы собрала в неаккуратный хвост, но почему-то тянуть время сейчас ей казалось преступлением. Спустившись на первый этаж, она никого не нашла, ни в одной комнате. Подойдя к выходу в сад, она дрогнувшей рукой открыла дверь и застыла. Вся ее семерка стояла стройным рядом, босые, в одних штанах, с обнаженным торсом. Едва она сделала пару шагов и вышла на улицу, гарем в полном составе слажено опустился на колени и склонил головы.

— Что … Что тут происходит? — прошептала Майя, голос почему-то решил ей отказать.

— Любимая, — начал Маркус, и девушка шумно сглотнула, — мы не знаем, что такого ты узнала в храме, а может быть мы что-то сделали не так, но мы готовы принять от тебя самое страшное наказание.

— Это какое? — прошептала девушка, с трудом удерживая себя на ногах.

— Нерадивых мужей выгоняют из дома, — хмыкнул вампир, не поднимая головы, — босиком, без права прикрыть позор, поднять головы или забрать хоть монетку. А некоторых еще надо обрить, хотя можешь это сделать со всеми нами. Мы видимо сильно провинились перед тобой, что ты на нас даже смотреть не хочешь. Мы тебя принудили к браку, и до сих пор не смогли …

— Нет! Нет! — завопила Майя. — Это не вы мне жизнь сломали, а я вам! Это я вас собрала, точнее из-за меня вы оказались … тут все. Я виновата!

Девушка разрыдалась, и дракон первым оказался рядом с ней, подхватив плачущую на руки. Переглянувшись, мужья решили, что их казнь пока откладывается, а вот проблему решать надо. Потому гарем в полном составе гуськом вернулся в дом, устроившись в гостиной, а Тасилион так и не спустил с рук любимую. Правда Винс все-таки метнулся на кухню за стаканом ледяной воды, что бы Майя смогла вернуть себе контроль над голосом.

— А теперь, дорогая, можешь объяснишь, что ты имела ввиду? — проникновенно прошептал Тасилион на ушко девушке.

— Это не вы меня тут использовали, как выяснилось, — буркнула девушка, — а я.

— Интересно, — чуть ли не муркнул Маркус, сидя в кресле. — Можно мне поподробнее: как ты, попав сюда из немагического мира, сумела на новом месте ничего и никого не зная так удачно выбрать мужей, которые сами тебя подбили на брак, еще и сама же видимо подготовила все те ситуации, которыми мы просто любезно воспользовались?

— Ну, не совсем я, — призналась Майя, — даже совсем не я. Ладно, нас тут всех дружно использовали, но в итоге все равно виновата я.

— Если думаешь, что мне от этого стало понятнее, ты переоцениваешь мои умственные способности, — Маркус улыбнулся, даже такой разговор уже гораздо лучше, чем то, что было. — А теперь давай хотя бы самую суть, ну чтобы мы дружно ужаснулись твоему коварству, а уже потом будем детали узнавать. Или я тебя сейчас укушу и узнаю все твои постыдные тайны.

— Не надо, — Майя даже вздрогнула, а Тасилион неодобрительно глянул на вампира. — Просто мне жрецы тут рассказали, что наша встреча — это не случайность. Им видите ли надо мир спасать, потому они селекционный эксперимент затеяли.

— Ого! — Ариентуриаленос не сдержался и прицокнул, чего эльф себе никогда не позволял. — Даже интересно, что же это за эксперимент такой, что тебя довели до слез. Или ты вспомнила свою прежнюю профессию и теперь должна нас разобрать на части?

— Жрецы, а может сам Мир, — девушка всхлипнула, и ее сразу же чуть крепче прижали к мужской груди, — в общем они дружно решили, что мне надо нарожать кучу девочек, потому выбрали самых сильных представителей мужчин, то есть вас. Это был простой расчет: где я окажусь, куда вы придете. Нас просто столкнули лбами и теперь ждут, когда я … стану матерью-героиней.

— И? — Маркус внимательно посмотрел на жену.

— Что и? — не поняла та.

— И где тут твоя вина?

— Если бы не я, каждый из вас встретил бы свою любимую, а вас вроде как ко мне приворожили, привязали или как это у вас тут называется, — наконец-то Майя озвучила то, что ее все это время беспокоило. — Вас лишили выбора, как вы не понимаете?! И я в этом виновата! Они даже думали, выбирали, с кем меня лучше свести. И если бы альфа оборотней не был таким упрямым, то скорее всего я оказалась у него в стае. Но после встречи с ним, жрецы теряли управление над тем, кто еще запишется ко мне в мужья, потому его и отмели.

— Погоди, ты про того самого, кто до сих пор к тебе в мужья набивается? — решил уточнить Мирт.

— Если я правильно поняла, то да, — кивнула Майя, — это твой любимый напарник по гонкам в лесу за нечистью. Так что как видишь, ему оказывается повезло, а вам нет.

— С чего ты это взяла? — проникновенно спросил Тасилион, прошептав это на ушко любимой, от чего мурашки побежали по всему телу.

— Вы неслучайно оказались рядом со мной, — прошептала девушка. — Вас как телят на привязи привели и заставили жениться.

— И? — все так же проникновенно спросил Тасилион. — Почему ты считаешь, что нам не повезло? Мне кажется все как раз наоборот. Ты — самый ценный дар, который мне преподнес наш Мир.

— И мне, — подхватил Ариентуриаленос. — Я не был пьян или одурманен, когда увидел тебя. Я сам попал под твое очарование и старательно думал, как бы побыстрее привязать тебя к себе. Ты же была не единственная девушка в парке, и даже то, что я там был впервые, совершенно точно не особо повлияло на мое умение видеть красоту. Я видел и тебя, и других девушек, а еще цветы, небо, статуи, но выделил из всего этого именно тебя, плачущую, расстроенную, но такую милую. И ты сразу разбудила во мне желание тебя защитить, что я и решил сделать, выбрав тебя своей супругой.

— Даже обычный вампир, я молчу про таких, какой я теперь, не поддается никакой ментальной магии, — Маркус не стал ждать и тоже присоединился к объяснениям, — потому на меня никак не могли воздействовать. Обратить мое внимание на тебя — да, но потом это был мой и только мой выбор. Или ты думаешь, мне кто-то нашептал: «Прихвати ритуальный кекс, тебя ждет встреча с будущей женой»? Его как бы неделю готовить надо, точнее ингредиенты под него, а потом скушать максимум за 12 часов. Даже боюсь представить, сколько сил пришлось бы угрохать на меня, чтобы я послушно все это выполнил, не зная цели. Открою маленький секрет: если не успеть дать ритуальный кекс, или невеста от него откажется, то минимум полгода мне придется ждать новой попытки. Минимум — потому что решение о готовке выдают старшие рода, а они могут из вредности и продлить срок ожидания. Обычно такое наказание применяют к тем, кто постоянно дергает старших, но никак не может в итоге жениться, но у стариков настроение вечно скачет, всегда может и на невиновного кара пасть.

— Малышка, ты — наше сокровище, — Никас моментально оказался у кресла, и Майя даже улыбнулась, так как была уверена, что в этот момент его хвостатая ипостась активно махала бы тем самым хвостом. — Мне абсолютно все равно, случайно ты в том лесу оказалась или намеренно, но без тебя наша жизнь была бы пресной и неинтересной. А уж невесту мы бы себе до сих пор искали бы. Мы, между прочим, весьма привередливые женихи. И ради тебя мы тоже на многое пошли, каждый из нас какое-то время был изгоем в своей стае за то, что не поделился информацией о новой «заблудшей» душе. Мы не хотели, чтобы тебя использовали, потому и пытались спрятать от всего мира, хотели рассказать о брачных ритуалах, просто не успели. А попади ты в наши стаи, тебя бы выгодно «отдали» замуж за тех, с кем в итоге хотели бы сотрудничать. Нас бы наградили за такой подарок стае, каждого в отдельности, но дальше решали бы твою судьбу уже вожаки. Вполне возможно тот же альфа волков стал твоим мужем, так как он сильный союзник. Мы поступили может не очень хорошо, проведя обряд сразу же, но хотели тебе только блага. И мы ни разу тебя ни к чему не принуждали, потому что хотели стать тебе друзьями, а потом уже чем-то большим.

Оставшиеся парни промолчали, но от их красноречивых взглядов у Майи снова глаза оказались на мокром месте.

— Мальчики… Как же я вас всех люблю.

Еще минут десять потратили на то, чтобы Майя смогла успокоиться, перецеловалась со всеми желающими, то есть со всеми, ее немного пощекотали, почесали спинку, помассировали голову, зацеловали все открытые участки тела — мужчины старательно пытались доказать, что им действительно нужна одна зареванная девица, и для удовольствия даже не обязательно ее утянуть в постель. Когда все успокоились, у некоторых в руках оказались чашки с самыми разными напитками, а Майя все так же сидела на коленях у дракона, с удовольствием прижимаясь к его груди и ощущая всеобщую поддержку, Маркус заставил девушку рассказать все, что ей наговорили жрецы. В комнате повисло молчание.

— Нет, я всегда понимал: чем больше у девушки мужей, тем ей тяжелее, так как каждому надо наследника родить, — признался Тасилион. — Я потому не особо торопился с поиском невесты. Хотя нет, я просто ревнивый и не хотел, чтобы моя любовь рожала от кого-то еще, но это только мечты. Но чтобы таааааак.

— То есть они даже сроки так ненавязчиво обозначили, — задумался Маркус. — А если тебе надо больше времени на перерыв? Нет, я хочу наследника, и даже готов потерпеть, но … Любимая, я даже не могу представить, какой ты будешь после всех этих родов.

— Толстая и страшная? — буркнула девушка, представив свое тело после таких испытаний.

— Уставшая и хрупкая, как крыло бабочки, — нежно ответил вампир, от чего Майя покраснела. — Я хочу от тебя наследника, но в такой постановке вопроса мне очень хочется поговорить со жрецами.

— А Мир сильно обидится, если я случайно храм сломаю? — невинно поинтересовался Мирт, разглядывая что-то в пустых ладонях.

— Случайно? Этот как? — решила уточнить Майя.

— Ну шел, шел, споткнулся о камушек и упал на храм, честное слово случайно. Ну или дракона в него случайно запустил, во время выяснения, кому ты первым будешь рожать наследника. С твоими планами вполне естественно, что желающих занять лучшее место в очереди будет много.

— Не надо меня никуда запускать, я тебе не змей, — усмехнулся Тасилион. — У меня и без тебя силы в воздухе могут неожиданно закончится, так что крылья уже не удержат, и я шлепнусь на первое попавшееся место, стараясь избежать лишних человеческих жертв. А храм хоть и большой по размеру, жрецов там не особо много, меньше, чем на рыночной площади. А они еще немного вдали от жилых помещений, мимо редко кто прогуливается без дела, то есть жертв там явно будет меньше, чем в городе.

— Ну почему я просто песец! — взвыл Винс, — Я даже кладку им не смогу процарапать.

— Ты придешь в храм, и им придет песец, — хихикнула девушка, — А еще лучше бери брата, и устройте в храме благотворительный вечер: утепление на зиму бесплатно экологически чистой шерстью. Мальчики, спасибо, но я не хочу, чтобы вы пострадали из-за меня.

— То есть ты так просто примешь все это предназначение? — удивился Шарис. — Та, которая меня гоняла шваброй по всему дому за маленькую дырочку в обоях?

— Малыш, — Майя улыбнулась немного кровожадно, вспомнив тот случай, — а ты вспомни размер той самой дырочки, а? Ты же сам от меня через эту дырочку так резво уползал. А еще вспомни, сколько там провисели новые обои, которые я по всему вашему Мухосранску искала. Двадцать три часа! А таких рулонов больше нет, потому что такую краску перестали завозить, что-то у них там с логистикой или еще чем. Потому точно таких же обоев нет, максимум такой же рисунок, но оттенки уже другие. То есть только мы дружно закончили ремонт в гостиной, как его снова надо делать. И ты хотел, чтобы я тебя поцеловала, погладила по головке и разрешила новые дырки в стенах делать?

— Но все-таки, — слово взял Ариентуриаленос, уводя разговор от злополучной дыры, так как сам подначил нага на проказу и не желал теперь, чтобы его сдали за компанию именно сейчас, — ты просто так это все оставишь?

— Они ждут меня через неделю. Сказали, что я смогу задать вопросы, если у меня они возникнут, — задумчиво выдала Майя. — Не знаю, успею ли научиться работать кинжалами за это время.

— Тогда мы просто пойдем вместе, — шепнул Тасилион, — мы же одна семья. И спасительниц этого мира ты будешь рожать от нас, а нам их придется содержать. Думаю, надо хорошенько продумать все вопросы, которые мы зададим жрецам.

— Вы пойдете со мной? — девушка удивленно оглядела супругов, у каждого горел в глазах огонь решимости, — А если меня решат наказать?

— Значит им придется наказать нас всех, — тихо ответил Мирт. — Тас прав, мы — семья. И только мы имеем право трепать тебе нервы, ну и малышкам тоже можно.

Майя рассмеялась. Ее мальчики, регулярно играющие на ее нервах, все-таки действительно лучшие. И сейчас она была рада, что Мир выбрал именно их, а со всем остальным они точно справятся.

В храм все семейство прибыло рано утром. Судя по всему, жрецы не особо были рады видеть компанию таких размеров, но Майя буквально впорхнула внутрь, мило улыбаясь со словами: «А вот и ваша спасительница пришла». Следом быстро зашли все семеро мужей, а потом еще и няньки с детьми.

— Слушайте, — начала девушка, все так же мило улыбаясь жрецам, но теперь в глазах появилось легкое чувство вины, — я наконец-то решила воспользоваться вашим приглашением, но тут проблема маленькая. Мне надо по магазинам пройтись, обновить гардероб и себе, и всему своему гарему, который вы так любезно предоставили. Вот только детей с собой таскать не могу, может они уже под защитой, но мои нервы к этому еще не привыкли. Так что я оставлю их тут, под вашей опекой, вы же сами хотели, чтобы я вам девочек нарожала, обещали защиту дать. Мы ненадолго, обещаю. Закончим со всеми делами, и сразу же вернемся.

Пока Майя весело щебетала, няньки споро посадили детей на полянке под деревом и очень быстро ушли за спины мужчин.

— А как же… — растеряно начал один из жрецов, даже капюшон не мог скрыть его недоумения.

— Ну я же не могу заставить вас следить и за детьми, и за взрослыми, — возмутилась Майя. — Не переживайте, у вас останутся только дети, всех остальных я заберу. Я же понимаю, вы ответственны за весь Мир, слушаете его, передаете инструкции. Я не буду злоупотреблять вашим благородством, оставлю только тех, кого вы и так защищаете. Покедова!

Майя так же легко вылетела из храма, последней, и ее мужчины закрыли двери. После чего оборотни подхватили любимую под руки и с улыбками и веселыми разговорами повели в сторону гудящей рыночной площади веселым гудящим табором.

Девушка с трудом добралась до первого закоулка, куда тут же залетела, скрываясь с глаз.

— Милая, все хорошо, — Маркус моментально оказался рядом с ней, прижал к себе и поцеловал в шею. — Дети сытые, чистые, с ними ничего страшного не случится.

— А вдруг они не доглядят? — девушка с трудом сдерживалась, чтобы не побежать назад и не забрать три своих сокровища, — Может не стоило им сразу троих отдавать?

— И как бы ты смогла выбрать, какую дочь отдашь на волю эксперимента? — ехидно уточнил вампир, а получив гневный взгляд жены улыбнулся. — Майя, это же твоя идея. Кто сказал: «Вот сами бы попробовали хотя бы денек с детьми побыть»? А тут не денек, а всего пара часов. Их не надо кормить или переодевать, всего лишь следить, чтобы далеко не убежали, не упали и не ударились, ну и в рот не тянули бы всякую гадость, так как зубки активно лезут. Сущая ерунда, разве нет?

— Я про зубы не предупредила! — Майя ломанулась в сторону храма, но Тасилион ловко подхватил девушку за талию и взвалил себе на плечо.

— Любимая, они справятся. Они Мир слушают, а еще передают то, что он мог упустить. А если сам Мир тут проводит эксперименты, то уж в детях он должен разбираться. Они же так ждали спасительницу, чтобы она свой род тут родила, в большим объемах, между прочим. Так почему ты хочешь лишить их радости общения с будущим? Пошли, тут одно кафе есть, там просто шикарный стейк.

Тасилион так и вышел из проулка, неся на себе супругу. Он прекрасно понимал, что та не сможет сдержаться и ломанется к детям, но раз уж они решили провести воспитательный урок, надо было довести это дело до конца. И следующие два часа каждый по очереди отвлекал Майю от ненужных мыслей, и бдительно следил, чтобы она не сбежала раньше времени. Один раз Мирт поймал девушку, когда та вылезала из окна, отпросившись якобы в туалет, за что получил кулаком в грудь, гору обещаний, в том числе и горячую страстную ночь, а то и не одну, упреки, что он ее не любит и издевается и все остальное в этом духе. Но дроу и ухом не повел, сгрузил девушку на скамейку в открытом кафе, куда она должна была сама вернуться, и снова удалился нести караул.

— Изверги, — буркнула Майя, недовольная тем, что побег не удался и судя по всему все будущие тоже можно сразу отложить, — не пускаете мать к детям.

— Мы всего лишь помогаем тебе осуществить твою же мааааленькую месть, — заметил Шарис, который как раз развлекал девушку. — Ты сама потом спасибо скажешь.

— Но …

— Никаких но, — Шарис мягко улыбнулся, — лучше пошли поплаваем. Тут недалеко чудное озеро.

— А пальцы, об которые ты можешь почесаться, есть? — с улыбкой решила уточнить Майя.

— Маленькая моя, не издевайся, — проскулил наг. — Я и так тут сдерживаюсь, чтобы ничего не сломать, и тебя не напрягать, зная, что ты о другом сейчас думаешь. Я же не виноват, что линяю.

— Пошли на озеро, — с улыбкой согласилась девушка, помня, что вода облегчает процесс линьки, — Я даже немножко тебя там почешу. Но немножко.

Шарис радостно притянул девушку к себе, обвив ее ноги кольцами хвоста, с удовольствием поцеловал, заставляя табун мурашек бежать по женской спине и рукам, а после взяв на руки драгоценную ношу, быстро пополз в сторону озера. Следом за ними, максимально скрываясь от супруги, отправилась и оставшаяся шестерка мужей. Лишь нянек отпустили, до самого вечера, подарив им внеплановый выходной.

Парни старались, основательно занимая мысли своей супруги и не давая ей думать о детях, который были где-то там. Они тоже волновались, но знали, что в случае необходимости жрецы всегда могут легко вызвать к себе любого жителя, а значит не так уж все и страшно там. Но три часа — это максимум, на который у них хватило сил и фантазии, потом пришлось покориться воле супруги.

Майя во главе своего гарема, вошла в храм легкой и пружинистой походкой, излучая само радушие.

— Всем доброго дня, еще раз. Как вы тут поживаете? Уверена, вы просто в восторге от моих милашек, но их уже пора кормить, так что я вынуждена их забрать. Но если хотите, могу привести их попозже.

Пока Майя говорила свою пламенную речь, она с интересом оглядывала окружающее пространство. И ей пришлось приложить усилия, чтобы улыбка не превратилась в смех. Три балахона висели на ветках дерева и были то ли постираны, то ли вымочены, и сейчас мирно сушились. А вот жрецы, что оказались без прикрытия, выглядели немного ошалевшими. Один эльф и два человека были одеты в простые светлые рубахи и такие же штаны. Один ходил по полянке, согнувшись пополам и удерживая девочку за руки, довольный ребенок старался шагать точно по цветам. Вторая девчушка сидела на попе и тянула в рот все, до чего дотягивались ее руки, а парень так же старательно у нее все это забирал. Вокруг уже лежали какие-то обмусоленные амулеты, даже яблоко, но ребенок хотел чего-то натурального. Майя чуть не дернулась, когда дочурка умудрилась поймать какого-то жука и даже попыталась донести его до рта, но жрец шустро заменил его на какую-то веточку, видимо уже зная, что бывает, если не дать замену. Третий жрец строил рожицы, но его подопечная сидела со слезами на глазах и строила из себя буку, но не ревела, и это радовало. Вокруг было много чего разбросано, поломано, вроде даже что-то разлито, как минимум на полу рядом с полянкой.

Услышав и увидев маму, малышки моментально направились в ее сторону, кто пешком, а кто и на коленках. Майя быстро подбежала к ближайшей дочери, подхватила ее на руки, поцеловала, пощекотала и тут же отдала Шарису, так как к ней уже ползла следующая. Проведя один и тот же ритуал три раза и осчастливив троих отцов, Майя с легкой мстительностью наблюдала за тем, как жрецы облегченно выдыхают. Они хотели было облачиться в привычные балахоны, но то ли их влажность, то ли факт того, что их уже и так видели, а может просто усталость заставили парней просто встать в привычное трио. И Майя с удивлением узнала, что все это время говорила с человеком.

— Вижу, вы ощутили на себе, что такое трое детей, — хмыкнула девушка, — Поверьте, когда они подрастут, проблем будет ничуть не меньше. Я так понимаю, что мне не отвертеться от роли спасительницы мира, точнее родительницы, но хочу вас предупредить. Дети — дорогое удовольствие не только с точки зрения денег, но и нервов. А так как я полюбила всех мужей, что вы так заботливо мне выбрали, и не хочу, чтобы они раньше времени решили помереть, лишь бы отвертеться от меня и родительского долга, я буду приходить с детьми к вам в храм. Вы же радеете за спасение Мира, действуете от его лица, вот и позаботитесь о результатах его эксперимента. Думаю, один день в неделю я все-таки буду дома, а в остальные дни — буду навещать вас всем своим семейством. Тут у вас тихо, спокойно, безопасно. Кстати, а с питание у вас как? Не ходить же каждый раз в город. А одежду вы откуда берете? Индивидуальный пошив? Нам бы тоже надо будет, особенно на детей. Малыши вообще имеют привычку быстро расти, а потому им надо регулярно обновлять гардероб.

— Может мы можем как-то решить этот вопрос? — жрец пытался выглядеть спокойным, но что-то в его облике, а может голосе заставило Майю улыбнуться.

— Да что же вы так переживаете? — заботливо спросила девушка. — Мы с вами делаем общее дело. Вы — передаете желания Мира жителям, я — исполняю его волю и работаю, то есть рожаю на благо самого Мира. Так в чем проблема?

— Мы … Видимо мы немного недооценили сложность процесса, — вынужденно признался жрец, вызывая у Майи довольный оскал, — Может быть нам надо просто обсудить все детали? Все-таки ты на самом деле уникальная «заблудшая» душа, без которой Мир не сможет выжить, но и у тебя должен быть шанс воспользоваться своей наградой в итоге.

— Я рада, что мы нашли точки соприкосновения, — девушка довольно улыбнулась. — Ну что, поговорим сегодня или мне прийти в следующий раз? Я сама доброта и с легкостью дам вам время на отдых. Вот только учтите, вопрос о том, приду ли я еще раз к вам в гости вместе со всей своей семьей или нет, не до конца решен.

— Думаю мы сможем все обсудить через пару дней, — выдал жрец и громко сглотнул.

— Тогда до встречи, — девушка помахала рукой и поспешила удалиться из храма.

Весь оставшийся вечер Майя посвятила дочуркам, наверстывая потерянное ей время. Она любила детей вообще, и своих тем более, но разум от этой любви не теряла. А раз уж ей мужья решили помочь, то почему бы не затребовать себе более мягкие условия по спасению мира.

В храм явилась делегация из трех представителей. Майю одну ну никак не хотели отпускать, каждый старался доказать, что он обязательно должен быть рядом, так что в итоге чуть не случилось войны. Так как мужчины в основном спорили между собой, напоминая о всех своих возможных достоинствах, что едва не переросло в межрасовый конфликт на отдельно взятой кухне, решение пришлось принимать Майе. Для начала она разогнала зачинщиков боевых действий умиротворительной скалкой и совестебудительным полотенцем, и уже потом перешла к мирным переговорам. В итоге ее сопровождали Тасилион, как самый старый, то есть старший из всей семерки, над этим с особо большим удовольствием посмеялась парочка оборотней, и Маркус — самый занудный, над этим ржали все, даже дракон.

В храме все было спокойно, как будто и не было тут детского нашествия, хотя прошло пару дней и логично, что порядок успели навести.

— Приветствую, Майя, — жрецы снова стояли, как в прошлый раз, но девушка уже видела больше, чем иные посетители, да и знала больше, потому ее больше не пугал официоз.

— И вам доброго дня. Надеюсь вы не против, что я не одна. И так пришлось долго уговаривать мужей, чтобы все не пришли. Да, спасибо за покровительство, жизнь под защитой стала гораздо легче.

— Вам уже пригодилась защита? — в голосе жреца прозвучало удивление.

— Да. Опять попытались украсть моих дочурок, но не смогли даже зайти, — Майя улыбнулась, защита Мира работала просто отлично.

— Но у тебя остались некоторые вопросы, — констатировал жрец.

— Да. Для начала — это Мир сделал так, что я родила сразу тройню?

— Да, — жрец даже чуть кивнул, — Все-таки это не простое дело, а еще у тебя особенные дочери. Мир сделал так, что все семь мужей одновременно являются их отцами, без вмешательства Мира это было просто не реально.

— Мда, — задумалась девушка, основы детопроизводства она все-таки знала еще по своему миру, и не думала, что в этом что-то особо сильно отличается, — То есть без решения Мира не было бы ни девочек, ни тройни?

— Скорее всего да. Шансы, естественно, есть всегда, но маленькие, а твоя дети — уникальны, так что без Мира их бы не было.

— Тогда пусть вам Мир соизволит не запускать подобный процесс чаще чем раз в десять лет.

— Чего? — невозмутимость жреца дала трещину.

— Ну, вам же надо, чтобы я спасла ваш Мир, — решила пояснить девушка. — Точнее даже так: вашему миру надо, чтобы я нарожала вам девочек. Так вот: либо не чаще, чем раз в десять лет, либо вообще никак. Сомневаюсь, что Мир сможет устроить непорочное зачатие, а я знаю один идеальный способ, как не забеременеть.

— Ты про защиту из родного мира? — снисходительно поинтересовался жрец.

— Ага, называется воздержание, — хмыкнула Майя.

— Что?

— Как?

Мужья не смогли сдержаться, хотя обещали молчать. Но когда на кону стоит такой важный вопрос, они не могли все оставить на самотек.

— Именно, — важно кивнула Майя, даже не оборачиваясь представляла, какие сзади разочарованные лица, — Насилие у вас неприемлемо, а я как-нибудь обойдусь. В итоге у вас и новый род не получится, и будет как минимум семеро голодных до женского внимания мужчин. Как думаете, они будут на меня злиться или на вас? А я же им еще наследников должна рожать. Вы сказали, что мир поддерживает мое здоровье, но не мужей, так что я просто подожду, пока не останутся самые долгоживущие. Но ведь это будет уже совсем не то.

Жрецы молчали. Хотя Майя уже догадалась, что таким образом они просто общаются с Миром: и либо ищут выход из положения, либо ждут его решения. Позади нее слышалось пыхтение и какой-то невнятное бурчание, но пока оборачиваться было нельзя.

— Мир решил пойти тебе навстречу, — после долгой паузы заявил жрец, — Очень жаль, что ты не можешь понять важности возложенной на тебя миссии, но пока у нас нет альтернативы. Тебе дается перерыв в десять лет, для рождения дочерей, но тогда не жди помощи в рождении наследников для каждого мужа.

— Разберусь с этим как-нибудь по старинке, — кивнула Майя.

— Твоим мужьям Мир тоже укрепит здоровье, чтобы они оставались такими же активными, как сейчас, и это не сказалось бы на выполнение тобой своей миссии.

— Отлично, — девушка довольно улыбнулась.

— Но при таких условиях, тебе увы не будет дано бессмертие после выполнения тобой главной цели.

— Превосходно, — Майя даже захлопала в ладоши.

— Э … Ты не расстроена? — удивился жрец.

— Нет, — подтвердила Майя.

— Но почему? Обычно люди ищут бессмертие, хотят продлить свою жизнь дольше положенного. А сколько они молятся об этом!

— И? — Майя с улыбкой посмотрела на жрецов. — Если я буду бессмертной, я увижу, как умирают мои мужья, мои дети, внуки, правнуки и так далее. Я не хочу этого видеть. Я не хочу прожить одинокую и скучную жизнь, если рядом со мной не будет тех, кого я люблю. Вы продлите мою жизнь, и этого будет достаточно, чтобы я смогла ее разделить с любимыми. А направлять потомков — пусть Мир и дальше этим занимается или найдет кого-то более … спокойного и уравновешенного. Поверьте, если я стану богиней, вы у меня все тут взвоете. Я дома-то порой скалки ломаю об некоторых особо толстолобых супругов, а если стану богиней, боюсь представить, какой урон нанесу лесу, пусть и подниму навык работы с деревом на особо высокий уровень. А как мне еще прикажете гонять моих потомков от моих же потомков? Это сейчас легко будет отследить где брат с сестрой, а спустя пару поколений да с вашими замашками, это будет проблематично.

— Это не проблема для нашего Мира, — мягко ответил жрец, — Твои дочери — уникальны, тебе об этом уже говорили. Они не будут обычными сестрами тем, кого ты назовешь своими сыновьями. Ты уже знаешь, что они — плод творения Мира, а уж эту мелочи он точно учел. Получается, что твой женский род будет сам по себе, отдельно от мужчин, и родственниками они будут только на словах.

— А им так же придется много рожать, как и мне? — решила уточнить Майя.

— Нет. Твои старшие дочери принесут всего по три наследницы женской линии, как и все последующие, ну и рождение наследников так же остается за ними. А когда ситуация не будет такой бедственной, как сейчас, они станут обычными женщинами, — успокоил ее жрец. — Надеюсь это тебя успокоит.

— Да, вполне, — Майя улыбнулась, — Тогда … Мы, наверное, пойдем домой.

— Идите, — жрец величественно кивнул.

Вся троица направилась на выход в полной тишине. И лишь в почти закрывшуюся дверь чуткий слух вампира как будто уловил брошенную фразу: «А может в этот мир привести не одну богиню, а еще семерых богов? Что-то в них есть, что сможет заменить …». Но возвращаться и уточнять Маркус не решился. Все-таки это их супруга настолько безбашенная, что позволила себе спорить с Миром. Они сами на такое не решились бы, если бы от этого не зависело счастье любимой. И только ради нее вся семерка пошла на такой риск. К тому же он и сам сюда заглянет, но позже. Слишком уж его зацепили сказанные слова, что он вошел в переходную стадию на пути к магу крови только благодаря Майе. Захотелось узнать чуть больше деталей, но лучше потерпеть, пока жрецы не отойдут от наглости новой Спасительницы.

Дома их ждал привычный бедлам. Дети развлекались тем, что доводили отцов до седых волос, мужчины пытались справиться с детьми. Теперь у них была всего одна нянька, точнее одна нянька и один воспитатель, и эта парочка работала по очереди. После того, как дети оказались под защитой целого Мира, больше их никто не мог украсть, а значит и держать лишних людей не было смысла. Найти трех женщин-нянек вообще было безумно дорогим удовольствием, а мужчин не брали по понятным причинам. Теперь же из трех оставили лишь одну, а к ней в пару наняли молодого эльфа-воспитателя. После будет и школа, и дополнительное обучение, пока же можно выдохнуть.

— Моя воительница, — Тасилион приобнял супругу за талию и прижал к себе, — Может быть слетаем тут на одну полянку, пока нас никто не увидел? Нам же теперь никто не будет помогать делать наследников, надо потренироваться.

— Так зачем куда-то лететь? — Маркус не собирался так просто уступать наглой ящерице, потом он ухватил Мауй за руку и поцеловал ее ладошку, не отрывая взгляда от девушки. — Моя комната как раз ближайшая, а звуки мы приглушим.

— Вставай в очередь, мышонок, — хмыкнул дракон, не отпуская свою жертву.

— А может я тебе чешую сейчас начищу, так что тебе долго оборачиваться не придется, пока новая не отрастет? — не успокаивался вампир. — И мы с моей ненаглядной чудесно проведем вечер, пока ты будешь тут прибираться.

— А силенок-то хватит? — рыкнул дракон, уже не желая сдерживать напряжение, которое копилось еще с храма.

— У меня на всех силенок хватит, — усмехнулся Маркус, — И на тебя, и на супружеский долг. Я даже думаю, что Майя мне сможет родить не одного, а двух наследников.

— А ты ничего не попутал? — зарычал дракон, заводя девушку за спину и разворачиваясь к вампиру.

— Ну что ты, я как раз прекрасно знаю, чего хочу и как это буду делать, — не сдался Маркус, и обнажившиеся клыки показали степень его боевого настроя.

— Да я тебя сейчас раскатаю! — проревел Тасилион, кидаясь на противника.

Майя и хотела бы вмешаться, но после храма чувствовала себя как выжатый лимон. Потому она просто медленно пятилась к стеночке, пока ее не перехватили сапфировые кольца и не затащили в какую-то комнату.

— Моя маленькая, — нежно прошипел Шарис, — как же я по тебе соскучился.

— У вас тут все в порядке? — немного ошарашено спросила Майя, не ожидавшая похищения сразу на входе в дом.

— Все отлично, — наг не отпуская колец принялся ласкать любимую руками, раздвоенным языком, дарил невесомые поцелуи и периодически смотрел на Майю влюбленным взглядом, — Может сбежим от этих драчунов, пока они заняты?

— А они ничего не разнесут? — осторожно поинтересовалась девушка, хотя уже с большим удовольствием отдавалась ласкам.

— Как разнесут, так сами и построят, — отмахнулся Шарис, не отрываясь от пойманной добычи. — А ты, если убежишь, до вечера будешь вся в заботах. Любимая, позволь себе немного отдохнуть, а я помогу. Тебе надо сбросить стресс, и я знаю отличный способ. Ласковая моя, как же я хочу тебя.

Предложение нага выглядело слишком многообещающим, так что Майя не смогла ему отказать. Вот чуткие пальцы пробежались по женской ключице, осторожно спуская вниз. Шарис нежно провел ими по розовой коже, чуть оголив грудь, при этом не касаясь самих сосков, чем вызвал судорожный вздох. Кончик его хвоста уже подлез под юбку и ласкал внутреннюю часть бедра, благо размер колец позволял и жертву слегка обнять, и не заставлял женские ножки стоять слишком уж плотно, допуская одного разведчика. Но хвост — это одно, а язык — совсем другое, Шарис мог действовать всеми конечностями одновременно, хотя порой девушке казалось, что они в принципе живут сами по себе. И вот уже цепочка поцелуев повторила путь пальцев, а губы приближались к заветной цели.

Майя не выдержала напряжения, отняла голову нага от своей груди и сама страстно поцеловала его в губы. Ей хотелось уже оседлать эти кольца, прижаться к любимому, и не важно, что они в какой-то небольшой подсобке, а не в спальне, где есть кровать. Шарис весьма умело мог пользоваться хвостом, мог не только им возбуждать и хулиганить, но и позволял с удобством устроиться в самых необычных местах и позах. Вот кольца уже освободили ножки, зато на талии девушки образовался эффектный пояс, способный удержать Майю в воздухе долгое время.

Очередной страстный поцелуй был неожиданно прерван куском штукатурки, упавшим на головы влюбленных. Он был невесомым и тонким, но он был не один, обсыпая белой пылью супругов. В качестве сопровождения над ними раздался грохот, видимо кто-то умудрился повредить контур заклятья тишины, что было наложено на большую часть комнат и не позволяло окружающим слушать то, что твориться внутри. Грохот повторился, как будто слон запустил бегемотом в стену, и Майя тяжело вздохнула.

— Прости, любимый, — со злостью в голосе сказала девушка, постаравшись посмотреть на нага с нежностью, не он же виноват в случившемся. — Кажется кто-то сильно против того, чтобы я уделила время тебе, а не ему. Надо найти этого призывателя, пока он весь дом не разнес. Не помнишь, где моя скалка?

— Там, на входе как раз новая партия лежит, — Шарис быстро освободил супругу от своих колец, еще и хвост убрал с прохода, чтобы на него случайно не наступили, — Солнышко, тебе нужна помощь?

— Спасибо, я справлюсь. Лучше проверь, как там малышки, а потом найди Маркуса, чтоб мог залечить несчастных.

— Несчастных? — Шарис сделал акцент на последнее слово.

— Ну не один же самоубийца так дом мутузит, — оскалилась Майя, те, кто посмел лишить ее заслуженного удовольствия, точно легко не отделаются, — Если один, то можешь сразу готовить могилку, и Маркуса можно не звать.

— А если там Маркус? — решил уточнить наг, тем более, что как раз вампир и дракон вроде бы начинали драку, пусть и на первом этаже.

— Тогда приготовь бинты, маг крови сегодня будет сильно не в форме. Иди, дорогой, вечером продолжим.

Шарис послушно и максимально шустро покинул комнату, решив выполнить указание супруги и проверить детей. А злая Майя, которая как раз настроилась на то, чтобы получить немного любви и ласки, подхватила новое орудие воспитания и направилась наверх. Если ее лишили законной любви, она сейчас кого-то полюбит скалкой, от души, чтобы впредь не смели препятствовать женскому удовольствию и обламывать в такой неподходящий момент.

Пару недель спустя.