Александрович Михаил Катаклизм

Катаклизм

Катаклизм

Пролог

Как многие и ожидали, чуда не произошло. Голосование выборщиков ничего не изменило. Да, разрыв между кандидатами пусть и уменьшился от небольшого до совсем микроскопического в 5 голосов, но этого всё же не хватило. Не помогло даже то, что 3 выборщика из штата Вашингтон проголосовали за совсем уж левых кандидатов. Появись ещё бы один такой 'штрейкбрехер', и будущего хозяина Белого дома пришлось бы выбирать Палате представителей. Набрав минимально необходимые по закону 270 голосов выборщиков, впервые в истории страны высшую выборную должность суждено было занять женщине. Да, политиком она была весьма известным, и не только в своей стране, но и во всём Мире. Что ж, выбор народа свершился, оставалось только подождать инаугурации и спокойно устроиться в вожделенном президентском кресле. Прокатившаяся по всей стране волна митингов и демонстраций протеста уже ничего не могла изменить. Да и пока остававшийся при должности прежний обитатель Овального кабинета, явно симпатизирующий своей преемнице и могущий теперь дать волю своим истинным чувствам, приказал соответствующим службам, как он выразился, 'разогнать это сборище так, чтобы другим таким крикунам неповадно было'. Что и было выполнено с завидной оперативностью.

Глава 1

Не прошло и десяти дней после окончания шумных торжеств по поводу смены руководителя государства, как в президентской приёмной оказался один совершенно с виду ничем не примечательный человек. Назовём его, скажем, мистером Х. Впрочем, для этого есть все основания, настоящие его фамилия и имя были известно очень немногим. А по виду, типичный такой клерк средней руки. Среднего же роста и среднего же возраста. В общем, во всём средний. Сторонний наблюдатель не заметил бы в нём ничего примечательного. По столице ходят многие десятки тысяч таких людей и никто на них не обращает ни малейшего внимания. Но этот человек всё же выделялся, сильно выделялся. Не внешними данными, а содержимым своей черепной коробки. В некоем роде его можно было считать гением. Впрочем, возможно он таковым и являлся. И попал на приём к главе государства он тоже далеко не случайно. Во-первых, они были давно знакомы. Разумеется, близкими друзьями не являлись, но друг друга знали уже четверть века. Правда, познакомились почти случайно, но к нашему повествованию это отношения не имеет, поэтому не будем эту историю тут излагать. Во-вторых, мистер X был чрезвычайно талантливым физиком, добившимся весьма и весьма многообещающих результатов в своих исследованиях. Конечно, талантливых учёных в стране было немало, но тут был особый случай — вырисовывалась перспектива создания принципиально нового вида оружия. Оружия относительно дешёвого, по своей эффективности намного превосходящее ядерное, но не оставляющее после своего применения никакой радиации и которым не обладала ни одна страна Мира. И эффективной защиты от него не только не имелось, но и даже было непонятно, как её вообще сделать.

Задействован был мистер X в программе по исследованию высокочастотных активных авроральных исследований (HAARP). Сам объект, где и работали яйцеголовые, расположен на юго-востоке Аляски. О том, что его официальное название далеко не полностью раскрывает тему исследований, догадываются многие. Но то, что всё это изучение ионосферы лишь самая верхушка айсберга, знают единицы. Ну, не считая тех, кто непосредственно работает на объекте. Сам же посетитель, ждущий сейчас в приёмной, руководил одной из сверхсекретных лабораторий, расположенной в подземном многоэтажном бункере на объекте. Официально было объявлено чуть ли не о закрытии исследовательского комплекса аж с 2013 года. На самом же деле — всё функционировало. Только уменьшилось финансирование, что сильно замедлило темп работ, но полностью их не остановило.

Наконец, секретарь подал голос, сообщив, что президент готова принять посетителя. После приветствий и поздравления вошедшим хозяйки кабинета со вступлением в должность, перешли к цели визита.

— Ричард, — сразу взяла быка за рога первая женщина-президент, — я хотела бы кратко услышать о результатах работы вашей лаборатории и ближайших перспективах. К сожалению, по телефону или даже через Интернет, как мне подсказали мои помощники, в виду крайней степени секретности, я не могу получить нужную мне информацию. Вот, пришлось пригласить Вас сюда.

— Я в курсе этих трудностей, — ответил гость, — поэтому захватил с собой некоторые документы, — взглядом он показал на лежащую перед ним папку. — Пришлось только тащить с собой усиленную охрану. Понимая Вашу загруженность, сразу перейду к делу. Первого крупного успеха мы смогли достигнуть летом 2010 года. У многих заинтересованных лиц возникли подозрения в наш адрес по поводу рукотворности катаклизмов, но ни малейших доказательств ни у кого не было. Постепенно шумиха стихла. Вы наверняка помните, как в России горели в том году леса? Вот это мы проводили испытания нашей аппаратуры. Уже тогда мы достигли точности воздействия при которой ошибка не превышала 10-15 миль. К этому времени уже закончено проектирование более совершенной аппаратуры управления. Ошибка наведения у неё по самым скромным оценкам не превысит полмили. Более того, она позволит создавать очаги локального разогрева огромной площади. Ну, к примеру, её возможностей хватит для того, чтобы целые страны делать непригодными для проживания человека. Притом, страны достаточно большие, такие как, скажем, Франция.

— Франция, — задумчиво протянула президент, — а что плохого нам она сделала?

— Пока — ничего, я просто взял первую подходящую по размеру страну чтобы на её примере показать возможности аппаратуры. Притом, мы сможем достаточно точно очертить размеры и форму площади, которую планируем подвергнуть воздействию. И даже регулировать температуру внутри выбранной зоны.

— Хорошо, но у меня сразу возникает несколько вопросов. Я не физик, но, тем не менее, понимаю, что для разогрева таких огромных территорий требуется огромное же количество энергии. Где это брать планируете? Тем более, насколько мне известно, у нас на Аляске нет избытка электростанций.

— А тут и не нужно большого количества. Энергию мы возьмём из глубин планеты. Сами мы ничего не греем, мы просто нашли способ перенести её оттуда в нужные нам места. Притом, перенести дозированно и сквозь толщу материи. Своеобразный тоннельный эффект, только не для микромира, а для расстояний в тысячи миль. В общем, наша техника выступает в той же роли для теплоты, что и водопроводный кран для воды.

— А насколько безопасны ваши эксперименты?

— Наши расчёты показывают, что с безопасностью всё в порядке. Единственное, не стоит дальше увеличивать масштаб экспериментов, так как это может повлиять на общий тепловой баланс планеты. И вдобавок ко всему перед нами открываются неплохие дополнительные перспективы. Скажем, при наступлении похолодания на планете по какой-либо причине мы сможем компенсировать падение температуры им вызванное. Так сказать, невоенное применение.

— С этим ясно, — Клинтон ненадолго задумалась, — а что требуется для завершения работ и в какой срок можно уложиться?

— Для начала, требуется финансирование. В настоящее время с этим у нас большие проблемы. Уже сейчас по нашим заказам изготовлено часть оборудования, но нам нечем оплатить счета. Официально ведь наш проект фактически закрыт. Впрочем, — мистер X открыл папку и вынул из неё несколько листов, соединённых между собой канцелярской скрепкой, — тут смета предстоящих расходов. Если регулярно будут поступать средства, то реально закончить работы уже к лету 2019 года. Тогда же можно будет и произвести крупномасштабные испытания. Вам останется только указать объекты воздействия и степень этого воздействия. Но, повторюсь, в такие сроки можно уложиться только если с поступлением денег не будет никаких проблем.

Президент, не отвечая, с задумчивым выражением на лице стала вчитываться в листы, поданные посетителем. Затем, глядя на своего собеседника, заговорила:

— Да, Ричард, сумма, конечно, солидная. Но я думала, что проект будет ещё более затратным. Пожалуй, тут я могу пойти навстречу. И даже выделить часть из президентского фонда. Соответствующий указ подпишу сегодня же. Остальное придётся делать через Конгресс. Но стоит подумать, на какие статьи расходов просить у них деньги. Впрочем, это всё тоже решаемо. Надеюсь, Вы понимаете, что произойдёт, если результата, заметьте, ожидаемого результата, к указанному Вами сроку не будет?

— Разумеется, всё это я в полной мере осознаю. И Вы знаете, что я не являюсь прекраснодушным мечтателем и всегда могу ответить за свои слова и дела. Прежде чем идти к Вам с докладом, я и мои подчинённые постарались учесть все возможные риски и подводные камни. Да и предыдущие эксперименты лишь подтвердили правильность выбранного нами направления работ. Поэтому, я считаю, что вероятность неудачи крайне мала. А в случае успеха наша страна получит в свои руки практически абсолютное оружие. Представьте только, выбрав относительно небольшую точку воздействия, например — авиабазу противника, мы сможем за считанные секунды ДИСТАНЦИОННО её уничтожить, практически мгновенно перенацелить направление удара и обрушиться на другой объект. Правда, уничтожение точечных объектов, это следующий этап наших исследований. Этим мы займёмся только после летних экспериментов предстоящего 2019 года. Тут никак нельзя перепрыгивать через этап, иначе можем получить непредсказуемый результат, а то и вовсе настоящую катастрофу. Всё же мы вторглись в ту область знаний, куда до нас не ступала нога человека.

— Хорошо, я не буду вдаваться в детали, всё же по образованию я не физик. Мне важен конечный результат. Надеюсь, что Вы и ваш коллектив, являются не меньшими патриотами нашей страны, чем я, и сделаете всё возможное для успеха нашего общего дела. Тем не менее, считаю, что надо усилить охрану объекта и ужесточить режим секретности. Надеюсь, что среди Ваших работников найдёт понимание даже введение цензуры на переписку. За периметр базы не должно выйти ни малейших сведений о том, что там происходит. Ибо малейшая утечка данных ополчит против нас весь Мир. А, вот. Когда уже всё будет готово и у пультов управления новым сверхоружием окажутся солдаты Великой Америки, нам будет уже наплевать на телодвижения остального Мира. Согласитесь, только на достижения такой великой цели и должна быть направлена вся работа президента США! Разумеется, ни Вы, ни ваш коллектив не будут обойдены тогда ни наградами, ни званиями, ни деньгами.

— Да, мы это все понимаем, и сделаем всё самым лучшим образом. В полном соответствии с великой американской мечтой!

— Вот и хорошо. Раз в 3-4 месяца будьте готовы появляться в этом кабинете с подробными докладами о ходе работ. Мне бы самой хотелось побывать на объекте, но, увы, нельзя. Это привлечёт ненужное внимание тех же охочих до сенсаций журналистов. А пока — можете быть свободными. Вам и Вашим сопровождающим уже заказаны билеты на обратный самолёт.

Глава 2

Время не шло, оно почти летело. День за днём, неделя за неделей, месяц за месяцем. Два года минуло словно их не было. 3 апреля 2019 года. И снова — Овальный кабинет. Хозяйка его не знала, что в России его иначе как оральным в честь известных подвигов её мужа не называют. Иначе бы точно переименовала. Впрочем, к делу это не относится. Будем просто наблюдать за разговором там двух людей.

— Итак, Ричард, — говорила между тем Клинтон, — Вы мне обещали, что к этой нашей встрече доложите мне о практически полной готовности комплекса к работе.

— Да, я помню об этом и не никогда не бросаю слов на ветер. Всё уже подключено и работает. Идёт калибровка аппаратуры и её тестирование. Единственная существенная проблема на настоящее время — относительно нестабильная работа центрального компьютера. Специалисты говорят, что всё дело в не до конца отлаженном программном обеспечении. Уже выявили и исправили несколько багов. Они уверяют, что к концу весны всё будет в норме. Неприятность эта не стала для нас неожиданностью, ибо нет на моей памяти ни одного случая, когда в столь сложных проектах компьютеры с самого начала работали как надо. Вспомните, например, злополучный проект F-22. Но, повторюсь, специалисты в этой области у нас высочайшего класса, и к намеченному летнему сроку крупномасштабных испытаний всё будет работать как надо.

— Надеюсь, Вы меня не подведёте, ведь до начала испытаний осталось меньше полгода. И... Я не специалист в этой области, но, тем не менее, как Вы проводите калибровку и тестирование? Я не понимаю, как это можно сделать без реальной работы по целям...

— А мы и используем реальные цели.

— Как??? И никто ничего не понял?

— Разумеется. Мы же не включаем аппаратуру на полную мощность. Делаем так, чтобы температура в местах воздействия повышалась на 4-5 градусов всего. Это вполне достаточно, чтобы отличить от естественных флуктуаций, но довольно мало, чтобы кто-то заподозрил неладное. На настоящее время нами проведены эксперименты с более чем на двумя сотнями локальных областей, включая и несколько мест на территории США. Всё это совершенно безопасно для живущих там людей. Кстати, даже никому из журналистов не пришло в голову ничего близкого к реальности. Пресса пишет какую-то чушь про глобальное потепление. Да и обычные люди не видят в этом ничего удивительного. В настоящее время мы уже проводим эксперименты по одновременному воздействию на 2-3 точки. Всё идёт очень успешно. Если что-то и тормозит работу, то только периодически возникающая нестабильность в работе управляющего компьютера. Но мы успешно работаем над устранением сей проблемы и уже нашли некоторые причины оной.

— Скажите, а как сильно можно будет поднять температуру в местах воздействия?

— Если работать по площадям предельного размера, то можно, например, почти довести там воду до кипящего состояния. Правда, для этого непрерывное воздействие должно продолжаться в течение времени порядка недели. Ну а малые объекты — даже расплавить сможем. И это с уже сейчас установленной аппаратурой. Но такие параметры далеко не предельные. Если финансирование будет продолжено, то, я уверен, можем удельную мощность поднять, минимум, на порядок. То, что мы уже получили, допустимо считать почти абсолютным оружием. От него нельзя спрятаться ни в каком бункере. Достаточно лишь знать его точные координаты. Обладая подобной аппаратурой, наша страна просто не будет иметь конкурентов. Мы на пороге нового Мира, когда Соединённые штаты станут реальным хозяином планеты и могут не обращать внимание ни на чьи мнение и интересы.

— Я прекрасно понимаю перспективы, открывающиеся перед нашей страной. С другой стороны, Вы и Ваши сотрудники за эти достижения не останутся без заслуженных наград, о чём я уже неоднократно говорила.

— Спасибо, госпожа Президент, поверьте, мы очень ценим Вашу заботу о нас. Но ещё, все мы являемся патриотами своей страны и работаем не только ради званий и денег. Хотя, конечно, когда работу в придачу ко всему ещё и оценивают достойно, это прибавляет нам стимулов делать всё как можно лучше.

— Ещё один небольшой вопрос, Ричард. На дворе уже заканчивается второе десятилетие XXI века, а связь между мною и Вами почти такая же, как 200 лет назад. А по телефону практически ничего нельзя передать, без риска утечки информации. Наша операция вступает в практически завершающую фазу, а для решения почти любых вопросов Вам приходится лично приезжать ко мне. Я тут проконсультировалась со специалистами и мне объяснили, что на современном этапе развития микроэлектроники нетрудно сделать защищённую телефонную линию связи, прослушать которую будет невозможно. Даже если к ней подключиться напрямую, ибо по ней разговор будет передаваться в закодированном виде. Во всяком случае, меня уверили, что расшифровать этот код можно будет только через многие годы работы специалистов и использовании самых мощных компьютеров. А к тому времени нам будет уже всё равно, узнает эту информацию кто-либо или не узнает.

— Я в курсе этого, мэм, но считал, что до этого времени отсутствие кодированной спецсвязи не слишком влило на нашу работу. На этом же этапе она, действительно, лишней не будет. Особенно когда пойдут полномасштабные испытания. Там понадобятся частые консультации с Вами. Ездить будет просто некогда, тем более, предполагается, что обстановка будет меняться едва ли не каждый час.

— Ну что ж, — я на днях отдала распоряжения соответствующим службам, и работа уже идёт. Сейчас в моей приёмной Вас ожидает человек, ответственный за установку оборудование спецсвязи. Под его же руководством произойдут установка и настройка аппаратуры. Сейчас Вы пройдёте с ним в его кабинет и там договоритесь о порядке выполнения работ на Вашем объекте. Учтите, что ни он, ни его люди не осведомлены о том, чем Вы там занимаетесь. Так же как и Вы об их секретах. Постарайтесь, чтобы такое положение сохранилось и впредь. У меня к Вам вопросов больше нет на сегодня, если Вам всё понятно — можете идти. Надеюсь, следующий наш разговор пройдёт уже посредством спецсвязи. До свидания.

— Я всё понял, госпожа президент, — сказал посетитель вставая, — у меня пока нет вопросов к Вам. До свидания.

Глава 3

8 часов утра вашингтонского времени 22 июля 2019 года. Овальный кабинет. Перед президентом страны находятся небольшой жидкокристаллический монитор, микрофон и маленький проводной пульт. Провода от них идут металлическому шкафчику размером с крупную хлебницу, подвешенному на стене. Клинтон смотрит на часы, висящие в кабинете, затем последовательно нажимает несколько кнопок на пульте. Через несколько секунд из динамиков монитора слышится короткий писк, после чего на его экране появляется лицо мистера Х. За его спиной просматривалось большое круглое помещение у стены которого расположен такой же формы пульт, с сидящими перед ним множеством серьёзных людей.

— Здравствуйте, госпожа президент, — тут же говорит он, — я рад Вас лицезреть в этот знаменательный день!

— Здравствуйте, Ричард! Надеюсь, для Вашего оптимизма есть веские основания. Вы наверняка знаете, что в нашем обществе как никогда велики сейчас протестные настроения. Если результаты испытаний будут такими, как Вы предсказываете, удастся заткнуть глотки многим крикунам. Люди поймут, что Америка не утратила своего величия и могущества, как орут эти предатели, а, наоборот, по мощи она стала больше, чем все остальные страны вместе взятые. Намного больше! И все эти недостраны, что переметнулись или только готовятся переметнуться к русским, поджав хвост вернутся в зону нашего влияния. Навсегда вернутся! И сами русские станут нашими сателлитами. И мы всем припомним их предательство. Ладно, вернёмся к делу. У Вас всё готово к работе?

— Да, мэм, мы неоднократно проверили все системы. Даже центральный компьютер, что доставил нам раньше множество хлопот, уже больше 2 недель подряд не продемонстрировал ни одного сбоя. Всё остальное тоже протестировано. Все блоки, работа которых критически важна, резервированы. Даже для подачи электроэнергии построена запасная линия. Если и этого окажется мало, у нас есть несколько мощных перевозимых дизельных электростанций. Они способны автономно поддерживать работу в течение 2 недель, это, по моему мнению, более, чем достаточно. Всё не раз проверено и перепроверено. Помешать работе может разве что ракетный обстрел, но по Вашему же приказу неподалёку скрытно расположились несколько комплексов Пэтриот, которые смогут успешно бороться и с этой напастью. Поэтому, мне думается, что мы предусмотрели практически все варианты предотвращения нежелательного развития событий!

— Что ж, отрадно слышать Ваши заверения. Итак, когда планируете начать эксперимент?

— Прямо сейчас, мэм, в 8 часов 10 минут. Позволите запускать аппаратуру?

— Да, начинайте!

— Слушаюсь и прошу меня извинить, так как мне придётся лично руководить всем этим. Это место сейчас займёт мой помощник, который сможет ответить на все появившиеся у Вас вопросы.

— Хорошо, приступайте же к работе, наконец, — нетерпеливо приказала Клинтон.

— Слушаюсь, — ответил мистер X, поднимаясь с кресла. Тут же его место занял помощник, не забывший поздороваться с президентом при этом.

И в круглом зале управления экспериментом по команде начальника пошла работа. Люди нажимали нужные кнопки, на множестве экранов возникали и пропадали столбцы цифр, графики, схемы. На огромном озорном экране возникла карта центральной Европы. На ней разными цветами указывались не территории разных стран, а текущая температура воздуха у поверхности земли. Государственные границы, впрочем, тоже были видны, как и крупные реки и основные дороги. Президент США, немного понаблюдав за творящимся на объекте, отключила у себе видеокамеру и микрофон, предварительно приказав помощнику оставить аппаратуру связи на его стороне включенной, занялась текущими делами. В стране сейчас было не настолько спокойно, чтобы можно было манкировать своими прямыми обязанностями.

Мы же пока будем следить за ходом эксперимента. Уже через пару-тройку часов после начала операции стало хорошо заметно, что воздействие направлено исключительно на Белоруссию. Было отлично видно, что её территория на электронной карте постепенно начинает менять цвет с оттенков зелёного, какими и остаётся окрашена остальная видимая часть Европы, на светло-жёлтый. Эти изменения происходили в основном только на территории Белоруссии, лишь в нескольких местах, где линия границы извивалась слишком причудливо, переходя вглубь территории сопредельных стран не более, чем на 10-15 миль.

Около 2 часов 15 минут после полудня вашингтонского времени прозвучал негромкий зуммер. Тут же, практически одновременно, на мониторе кодированной специальной видеосвязи появилось изображение президента, с лица которой медленно сходило озабоченно-усталое выражение..

— Я Вас слушаю, госпожа президент, — тут же подал голос помощник руководителя эксперимента, — чем я могу помочь?

— Как у Вас идёт работа? Никаких неожиданностей нет?

— Нет, мэм, у нас никаких проблем, всё происходит точно по плану. Существенных отличий от просчитанного ранее сценария нет. Незначительные отклонения температуры в нескольких контрольных точках не выходят за пределы допустимых погрешностей измерений. Поэтому никаких оснований для тревоги нет. Сейчас в Белоруссии уже начался вечер, поэтому, — помощник взглянул на часы, — 15 минут назад мы прекратили дальнейший нагрев. Иначе наши подопытные могут раньше времени забеспокоиться. В среднем там поднялась температура на 3 с половиной градуса выше, чем было бы без нашего вмешательства. За 4 следующих дня мы планируем поднять это превышение до 14-15 градусов и пока остановимся на этом. Всё как и надлежит сделать согласно подписанному Вами плану. Далее, если всё будет идти нормально и не поступит никаких инструкций от Вас по его корректировке, в течение недели мы будем поддерживать достигнутые результаты на территории первого объекта и одновременно начнём разогрев объекта номер 2. Если пойдёт всё нормально, то работу с ним начнём с ближайшего понедельника. По достижении такого же превышения температуры над обычной уже на нём, зафиксируем результат и будем ждать указаний от Вас на дальнейшие действия.

— Хорошо. Передайте всем, что я довольна первыми результатами. Пока довольна. Хочется надеяться, что вы меня не разочаруете и в дальнейшем. И, если всё же не дай Бог, что-то пойдёт не так, немедленно и в любое время докладывайте лично мне. В ближайшую декаду я не планирую никуда отлучаться из Белого дома.

— Да, мэм. Смею Вас уверить, что мы оправдаем Ваше высокое доверие.

— Ладно, мне бы Вашу уверенность. Аппаратура связи пусть будет всегда включена и возле неё чтобы в любое время дня и ночи находился дежурный. Вы меня поняли? До свидания!

— Да, мэм. Я всё понял. Сделаем всё, как Вы и сказали. До свидания!

Глава 4

В следующие четверо суток на экспериментальном объекте не произошло ничего необычного. В период примерно с 12 и до 20 часов местного времени каждый день начиналось корректируемое повышение температуры на территории Белоруссии. Ко второй половине дня 27 июля в некоторых местах страны термометр вплотную подобрался к 43 градусам. Конечно, если бы эта аномалия эпизодически случалась лишь на отдельных участках, то особо никто бы не удивился, всё же такая жара хоть изредка, но возможна тут. А тут ещё чётко выраженная обособленность явления почти строго в пределах государственных границ, лишь неглубоко местами вклиниваясь в территорию соседних стран. Жара немного спадала по ночам, но всё же оставалась на уровне, явно намного превышающий средний для этих мест. Более того, не было ни одного дождя с 21 июля. Немного спасало то, что в середине месяца выпали обильные осадки, но учёные уже били тревогу, что если такая аномалия продержится хотя бы пару недель, то страна останется без урожая.

В прессе и Интернете сначала робко, а потом одна за другой пошли публикации в которых было не счесть самых невероятных версий. Некоторые авторы стали даже уверять, что все эти шалости на совести американцев, испытывающих своё климатическое оружие. И даже указывали, что воздействие идёт с территории объекта HAARP, расположенного на юго-востоке Аляски. Но ввиду многочисленности высказанных версий, к созданию части которых приложили руку и американцы, никакого единомыслия не было. Были в ходу даже версии, что к этим катаклизмам приложила руку Россия. Правда их авторы вразумительно не могли объяснить, зачем это надо было их большому восточному соседу.

28 июля 2019 года в 15 часов местного времени в Минске собрался Совет Безопасности страны. На заседании присутствовали все его члены. Первым выступил с довольно продолжительной речью Президент страны. Перечислив все мыслимые и немыслимые возможные причины происходящих событий он предложил выступить собравшимся со своими предположениями о виновнике творящегося. Как и ожидалось, выступавшие разделились на сторонников естественных причин температурной аномалии и сторонников версии, что все эти безобразия имеют чётко выраженный рукотворный характер. Сторонников последних предположений было немного больше, но это большинство не было абсолютным, учитывая, что человек 5 не смогли определиться в своих предпочтениях.

Как это ни странно на первый взгляд, довольно логичную идею высказал Виктор Лукашенко. Он вспомнил, что почти месяц тому назад произошло из ряда вон выходящее событие: из страны были высланы 2 американских дипломата, уличённых в шпионаже. Казалось бы, вполне рядовое событие, в большинстве случаев мало влияющее на отношения между странами. Подумаешь, вышлют в ответ столько же дипломатов — и дело успокаивается! Но тут случилось невероятное — в знак протеста территорию страны в полном составе покинул дипломатический корпус США! Притом, что удивительно, официальные лица из Вашингтона категорически открестились от своего участия в этом демарше своих дипломатов. Говорили что-то невразумительное про то, что коллектив посольства оказался на редкость дружным и так поступил из-за того, что их товарищей грязно оклеветали. Лукашенко старший стал в позу и отказался прощать выкинутых из страны дипломатов. Сложилась парадоксальная ситуация — вроде бы и никто не прерывал дипломатические отношения и, одновременно, этих отношений не стало.

Вот Виктор Александрович и сделал вполне логичный вывод, что демонстративный отъезд дипломатов и последовавшие за ними температурные аномалии — звенья одной цепи. Более того, присутствующий тут Министр иностранных дел заявил, что в настоящее время в стране почти нет американских граждан, что добавило версии Лукашенко младшего убедительности. А тут ещё и Министр обороны вставил своё веское слово, заявив, что военные метеорологи почти убеждены в рукотворности данного явления. Но и они пока не могут сказать, откуда и каким образом идёт это воздействие.

По большему счёту, Совет Безопасности в ходе своего почти трёхчасового заседания ничего не решил. Проблема была только обозначена. Из конкретного, Министерствам по чрезвычайным ситуациям, обороны, иностранных дел и Комитету государственной безопасности было дано поручение по своим каналам прояснить обстановку. С введением чрезвычайной ситуации в стране решили не спешить, так как дальнейшее повышение температуры по данным той же метеослужбы вроде сегодня уже прекратилось, да и МЧС пока удавалось не допустить крупных пожаров в стране. Паники тоже пока не было, а резкие телодвижение могли как раз и поспособствовать её возникновению.

Соседи Белоруссии не оставили без внимания творящиеся там непотребства. Правда, на официальном уровне пока никак не отражалась эта озабоченность, но пресса, телевидение и Интернет начали бурное обсуждение творящегося. Тем более, что аномальное потепление затронуло пусть и небольшие, но всё же их собственные пограничные территории. И было опасение, что эта напасть может поползти и дальше в их стороны. Самым парадоксальным образом отреагировали СМИ Прибалтики, даже не имеющей общей границы с Белоруссией Эстонии. Там додумались до того, что в творящихся безобразиях стали обвинять самих белорусов! Особенно упражнялись в говорении и написании всякой чуши литовцы. Масла в огонь подлило то, что не успела ещё стихнуть шумиха по поводу совсем недавнего ввода в эксплуатацию первой очереди белорусской АЭС. Додумались до того, что причиной температурных аномалий называли именно начало работы этой электростанции! Якобы тепло, вырабатываемое на ней, и привело к таким тяжёлым последствиям. Правда никто из прибалтов почему-то не обратил внимание, что к Вильнюсу станция расположена гораздо ближе, не говоря уж про южные границы Белоруссии. Тем не менее, в столице Литвы никаких аномалий с температурой не наблюдается почему-то. Тут свою немалую роль сыграло и то, что литовцам пришлось отказаться от возведения своей АЭС. С появлением в Белоруссии дешёвой электроэнергии, литовцам просто некуда будет девать свои излишки энергии и электростанция просто станет нерентабельной!

Средства массовой информации России и Польши в достаточно нейтральных тонах освещали происходящие события. Они, разумеется, выражали озабоченность ситуацией, благо сами являются соседями, но от прямых обвинений кого-либо в искусственной организации всего этого всё же старались воздерживаться. В общем, истерии или, тем более, какой-то паники в этих странах не наблюдалось.

Украинские СМИ тоже не оставили тему без внимания. Другое дело, что от некогда единой страны на настоящее время уже ничего не осталось. Да, на картах Мира Украина пока была показана одним государством, но это мало что значило. Противостояние на Донбассе почти сошло на нет, более того фактически отошли от Украины, кроме ДНР и ЛНР, ещё 6 областей, образовав Новороссию, находящейся сейчас в стадии формирования своей государственности и готовящийся в настоящее время к выборам своего Президента. Центральная Украина на настоящее время составляла более или менее единую часть от той, большой Украины. Именно на неё и распространялся фактический суверенитет Киева. В Западной Украине, которую в принципе без особых натяжек можно назвать Галицией, положение было наиболее сложным. Киеву она не подчинялась, более того, на её границе шли почти непрерывные боестолкновения с остатками регулярной украинской армии. Но и этого было мало. Внутри самой Галиции практически шла пока ещё вялотекущая гражданская война в режиме все против всех. И она постепенно набирала обороты. Для территории, где сколь-либо серьёзной промышленности не осталось, а производимой отсталым сельским хозяйством продукции не хватало и собственным городам, в этом ничего удивительного не было.

Так, вот, пресса Новороссии белорусской теме внимания почти не уделяла — всё же непосредственно они не граничили. Пресса киевской Украины обращала на своего северного соседа немного больше внимания, благо это потепление немного и их пограничных областей коснулось. Галицийские же СМИ во всех бедах винили почти исключительно самих белорусов. Ну, многие ещё тут руку Москвы видели, уверяя с пеной у рта, что клятые москали, потренировавшись на бульбашах, непременно возьмутся за них, только и являющихся истинными украинцами.

В остальном Мире тема Белоруссии почти не появлялась на первых полосах газет. Да и в Интернете особого внимания ей не уделялось. Даже в Европе жителям информация, непосредственно их не касающаяся, была не очень интересна, не говоря уже про страны не европейские. О происходящем в общих чертах все были осведомлены, но не более того. Некоторые авторы пытались писать что-то там обо очередных происках Москвы, но особой популярности среди читателей эти публикации не получили. Всем более или менее вменяемым людям было ясно как дважды два, что России нет ни малейшего резона устраивать подобные фокусы у своих границ. Да ещё и со страной-союзником!

А вскоре Мир и вовсе ожидало ещё одно событие, отодвинувшее белорусские дела и совсем на третий план.

Глава 5

Ровно в полдень по вашингтонскому времени 29 июля 2019 года мистер X снова сидит перед центральным пультом, только не в уже знакомом нам зале подземного бункера, а в другом, но очень похожим на это помещении. Похожем, как братья близнецы. В чём не было абсолютно ничего удивительного — ведь функции их были одними и теми же. Сегодня запланирован второй этап испытаний. В котором будет задействован ещё один комплект аппаратуры установленный рядом с первым.

Всё проходит уже как-то буднично. Тут ничего удивительного, все операции выполнялись ещё на этапе отладки оборудования. Только масштаб был помельче. А менее недели назад и вовсе провели первое комплексное испытание. Точно такое же, как и сегодняшнее. Только цель была иная. Расположенная даже дальше от них, чем сегодняшняя.

Полчаса работы персонала и аппаратура вышла в рабочий режим. Всё, как и в прошлый раз прошло гладко, без малейших отклонений от намеченной программы. Единственным отличием от работы с первой целью было то, что президент сегодня не смогла наблюдать за стартом эксперимента. И вовсе не потому, что потеряла интерес к сему действу. Нет, вовсе нет! Просто сегодня был понедельник, начало рабочей недели и как обычно самый загруженный неотложными делами день. Впрочем, когда время перевалило за 3 часа после полудня, в трудовую рутину всё же неожиданно вклинился незапланированный видеозвонок от президента по защищённому каналу.

— Ричард, — произнесла она сразу после взаимного приветствия, — у меня для Вас имеется не совсем приятное известие. В Мире начинается шумиха по поводу, так сказать, внешних проявлений деятельности Вас и Ваших сотрудников.

— Произошла утечка информации?

— Нет, к счастью — нет. Просто слухи про какое-то влияние на климат вашего объекта ходят уже добрый десяток лет. В связи с ними ко мне обратились сегодня несколько наших и иностранных журналистов.

— Надеюсь, Вы уверили их, что мы белые и пушистые и даже мухи не обидим?

— Разумеется, я с возмущением сказала, что мимо меня просто не мола бы пройти такая важная информация. Заметьте, даже врать не пришлось!

— Они поверили? И что им надо?

— Эти хитрые бестии заявили, что они не ставят под сомнения мои уверения, но, якобы, интересы их читателей требуют личного присутствие этих щелкопёров на объекте!

— А не многого они хотят? Или, может быть, пообещать им экскурсию через пару-тройку месяцев?

— Примерно в том же духе я и ответила. Но им, видите ли, нужно именно в ближайшие дни попасть сюда. Такую спешку они объяснили тем, что температурные аномалии именно сейчас наблюдаются и успокоить читателей — их профессиональный долг. В общем, сможем мы этой пишущей братии прямо сейчас устроить экскурсию, притом так, чтобы они не смогли ничего пронюхать о реальном положении дел?

— Прямо сейчас?

— Да, в ближайшие пару-тройку дней.

— Мэм, этого очень не хотелось бы. Желательно отложить посещение хотя бы до окончания процесса нагрева. Не дай Бог, что-то пойдёт не по плану в это время и придётся принимать экстренные меры по стабилизации обстановки, особенно если возникнет нужда в ремонте одного или нескольких эффекторов. Это почти невозможно выполнить незаметно в окружении журналистов.

— И ничего нельзя придумать? Не хотелось бы прерывать эксперимент из-за не в меру озабоченной проблемами свободного доступа к информации этой публики.

— Боюсь, что если их допустить сейчас, то придётся выключать аппаратуру. А этого делать ни в коей мере нельзя, это выключение должно быть плавным, растянутым на время не меньшее, чем 2-3 дня. Иначе возможен выброс таких энергий, что планете просто не поздоровится. И, даже если выключение пройдёт гладко, то температура в областях воздействия быстро придёт в норму, буквально за пару дней, что тут же свяжут с присутствием этих ищеек у нас. И тогда работать станет просто невозможно.

— Да, не простая дилемма... И пускать — нельзя, и не пускать — нельзя! Ричард, неужели нет выхода и придётся тупо запретить им посещение под каким-либо надуманным предлогом? К сожалению, ещё не пришло время, когда мы могли бы смело отправить их подальше, не считаясь с последствиями. Нам надо хотя бы год свободной работы и после этого нам будет всё равно, узнает кто или не узнает о нашем новом оружии. Более того, мы сами об этом сообщим испуганному Миру!

— Да уж, — мистер X надолго задумался, глядя мимо монитора остановившимся взглядом. Вдруг, лицо его прояснилось, он взглянул на изображение ожидавшей Клинтон, — мэм, я кажется знаю, что нам нужно сделать. Когда у Вас снова появятся эти журналюги?

— Завтра, в 2 часа после полудня, на больший срок оттягивать их приём я не рискнула.

— Замечательно. Но сначала мы усугубим ситуацию. Для начала Вы им сообщите, что пусть выберут в своей среде человек 10 для экскурсии на объект. И, к этим людям пусть добавят 10-12 иностранных журналистов!

— Как, нам своих мало, надо ещё из-за рубежа добавить? Зачем?

— Всё очень просто, мэм. Нам необходимо хотя бы 5-6 дней, чтобы довести температуру поверхности объекта номер 2 до планируемых показателей и дальше нам потребуется лишь стабилизация такого состояния. В таком режиме техника будет работать в очень облегчённом режиме. Для наблюдения достаточно будет трети обычной смены, что сейчас и происходит в первом зале. Там практически не приходится вмешиваться в работу автоматики. А режим разогрева из-за сложности у нас идёт только в ручном режиме. А иностранные журналюги... Тут всё очень просто, Вы потребуете, чтобы это были журналисты с мировым именем ведущих изданий. Согласитесь, далеко не все они смогут мгновенно оказаться в Вашингтоне. Пока они будут собираться, мы тут тщательно будем готовиться к их приёму.

— И как я должна им объяснить необходимость такого шага? Ну, по приглашению иностранных коллег...

— Всё очень просто, Вы скажите, что мировая общественность просто не поверит любым успокоительным сведениям, если на объект попадут только отечественные труженики пера. А учёные, дескать, люди ранимые, они не любят, чтобы их по нескольку раз отрывали от работы, для того чтобы показывать и объяснять одно и то же. Тем более, напомните им, что объект вообще готовится к закрытию и люди хотят успеть доделать начатое! Поэтому, вряд ли они смогут собраться раньше начала следующей недели. Вот в понедельник вечером и запланировать надо им рейс самолёта сюда. А мы уж встретим в лучшем виде. Не будем жадничать! Думаю, вторника и среды им вполне хватит для экскурсии. А у нас в эти дни будет лишь рутинная работа по поддержанию температуры на объектах в неизменном виде. Для этого потребуется минимум народа. На поверхности никто из них показываться не будет. А в среду вечером их будет ждать обратный рейс до Вашингтона. Думаю, что после такой экскурсии они надолго потеряют интерес к нашему объекту!

— Сколько лет Вас знаю и не устаю удивляться изворотливости Вашего ума! Вы, наверное, сможете найти выход из самой сложной ситуации. После моего президентства, Вам впору выставлять свою кандидатуру на занятие этого поста.

— Я учёный мэм, в политике ничего не понимаю.

— Хорошо. А Вы уверены, что эти щелкопёры ничего не заметят?

— Конечно, входы на объекты и так нелегко обнаружить, они находятся в огромном ангаре, где обычно хранится всякий хлам. Ну, там, списанная аппаратура, старая мебель, с другой его стороны — склад ГСМ. Вход — как раз со стороны склада. Отправим в бункера с пультами сразу по две смены, а входы временно заделаем таким же материалом, как и остальную стену. Не думаю, что кому-то в голову придётся сравнить наружную длину ангара и сумму длин внутренних половинок. Там и разницы всего-то на пару ярдов. А смены с полным комфортом смогут отдыхать в комнатах отдыха, примыкающим к залам управления. Благо, рассчитаны они на значительно большее количество народа. За пару с небольшим суток ничего с ними не случится.

— Замечательно. Так и сделаем. Если, мало ли чего, что-то пойдёт не по плану, сразу же сообщайте мне.

— Хорошо, мэм. Но я уверен, что всё у нас будет без особых проблем. Люди у нас работают проверенные, и для общения с такими непрошеными гостями у нас найдутся соответствующие специалисты.

Глава 6

12 часов дня местного времени 3 августа 2019 года. Куба. В кабинете главы государства собрались кроме хозяина кабинета — председателя Государственного совета, одновременно являющимся и председателем Совета Министров, его первый заместитель, министр иностранных дел, министр внутренних дел, министр Революционных вооруженных сил (РВС), руководитель Главного управления разведки (ГУР), руководитель отдела разведывательной информации революционных вооруженных сил Кубы. Несмотря на работающий на полную мощность кондиционер, воздух в помещении прохладным назвать было трудно. Как читатель, наверное, уже догадался, намечалось обсудить внезапные тепловые аномалии вдруг возникшие на всей территории страны.

Первым выступил, как и ожидалось, глава государства. Несмотря на весьма преклонный возраст, этот человек до сих пор имел ясную голову. Он сразу понял, что происходит что-то неординарное, о чём и сообщил собравшимся. Тут же добавил, что лично у него есть только 2 версии происходящего: природный катаклизм и чьё-то злонамеренное воздействие. Впрочем, прежде чем высказать своё мнение о причинах, он хотел бы послушать остальных.

Тут же со своего места поднялся к удивлению многих, министр иностранных дел.

— Товарищи, — начал он, — лично у меня нет никаких сомнений, что всё творящееся — явление сугубо рукотворное. Я ничего не понимаю в науке, но зато хорошо разбираюсь в порученной мне партией и правительством работе. Помните, как при прежнем президенте США у нас наконец-то были установлены дипломатические отношения с ними. А в прошлом году, нынешний глава Белого дома под явно надуманными предлогами опять разорвала эти отношения. Далее, чуть более 10 дней подобные погодные аномалии случились в Белоруссии. Температура поднималась дней 5, а потом дальнейшее повышение её прекратилось. А до начала всего этого по ну просто смешными предлогами оттуда убрался в полном составе персонал американского посольства! Ровно такая же картина творится и у нас сейчас. И тоже строго в рамках одной страны. Я, товарищи, просто не верю в такие невероятные совпадения. Если я прав, то не исключено, что и у нас столбики термометров перестанут подниматься после сегодняшнего дня. Вспомним ещё, кто это целых полвека без малейших перерывов пытался сломить волю многонационального кубинского народа санкциями. И организовывал раз за разом покушения на ныне почившего руководителя нашей страны. Поэтому, у меня нет ни малейших сомнений, кто же виновник творящихся сейчас у нас катаклизмов.

— Товарищи, — встал со своего места руководитель Главного управления разведки, — по миру прокатилась волна газетных публикаций, что всему виной бесчеловечные эксперименты американцев на объекте по исследованию высокочастотных активных авроральных исследований, расположенном на юго-востоке Аляски. Моё ведомство пока не может ни подтвердить, ни опровергнуть эти сведения. Вчера вечером мне поступила достоверная информация, что Вашингтон дал добро для прояснения обстановки на посещение этого объекта группой журналистов числом в 20-25 человек. Что весьма любопытно, более половины из этой группы не являются гражданами США и даже не проживают там. Визит намечен уже на 5 августа, вечером они должны прилететь в ближайший аэропорт, а на самом объекте пробудут 2 дня. Ежели в эти дни температура станет приходить в норму, то можно сделать однозначные выводы о причастности США к обсуждаемым событиям. Но если ничего не изменится, то, к огромному сожалению, такого исчерпывающего ответа получить не удастся. В этом случае, как минимум, будут две возможности: или эксперименты идут в совершенно другом месте, или с координатами места исследований всё нормально, просто журналистам покажут далеко не всё. Правда, остаются ещё иные предположения, например, что всё это совершается в какой-то совсем иной стране, но тогда это будет противоречить информации, только что сообщённой нам министром иностранных дел. И совсем не хочется думать о совсем уж кошмарной возможности, что всё это происходит в США, но об экспериментах не знает даже руководство страны! Не поэтому ли так легко удастся побывать там журналистам?

— Всё что сейчас происходит, товарищи, — заявил руководитель отдела разведывательной информации революционных вооруженных сил, — явно не рукотворной природы. Об этом говорит ряд интересных событий, произошедших за последние 3 месяца. Особенно меня настораживают события, произошедшие за это время на территории незаконной американской военной базы в Гуантанамо. Ещё в мае янки убрали наконец-то оттуда свою тюрьму. Можно было списать это на обещание предыдущего президента США, но Обама не обещал убрать оттуда корабли и военнослужащих, а это уже происходит. Там остались только несколько транспортных судов и часть охраны базы. Случись нужда, этих судов как раз хватит, чтобы эвакуировать оставшихся. Все наши запросы американцы оставляют без ответа. Странно, как минимум. Очень странно. Кто виновник всех бедствий, тут уже даже гадать не нужно...

— У меня тоже есть веские основания считать все творящееся делом рук человеческих, — начал министр Революционных вооруженных сил, — вот, например, как только наши корабли отходят от береговой линии буквально на несколько миль, как температура резко падает. Да, в разных местах воздействие начинает резко ослабевать на различном расстоянии от суши: от почти что у самого берега, до 10-15 миль от него в море. Но во всех сколь-либо заметных бухтах температурная аномалия сохраняется на всей их площади. Сейчас я дал своим подчинённым указание, чтобы нанесли на карту границы этой температурной аномалии. Далее, с прошлого года на нашей территории функционируют одна российская военная база в Лурдесе, пару дней назад к нам зашли 3 крупных надводных корабля и подводная лодка с танкером. К концу месяца ожидается ещё одна подводная лодка. Отплытие эскадры запланировано на 2 сентября. К чему я это говорю? К тому, что некоторые зарубежные средства массовой информации почему-то без малейших на то оснований обвиняют в происходящих у нас и у Белоруссии погодных катаклизмах Россию. Думаю, что если бы дело обстояло именно так, российские корабли вряд ли отправились бы к нам в таких условиях. Заметьте, что те же американцы наоборот, отвели свой флот подальше от нас. Этим они и показывают свою причастность к нашим бедам.

В принципе, после этого ничего нового и важного тут сказано больше не было. Участники совещания после этого отделались буквально несколькими репликами и успокоились.

После того, как все высказались, слово взял министр МВД. Говорил он достаточно долго. И, в основном, не совсем по теме, хоть и близко к ней. Поэтому остановимся просто на некоторых вопросах его почти что доклада. Он отметил, что его министерству достаточно успешно получается пока бороться с последствиями неожиданной напасти. Для этого пришлось личный состав практически перевести на казарменное положение. У страны нет МЧС, как у многих зарубежных государств, и его функции также лежат на плечах МВД. Тем не менее, министерству удалось избежать крупных пожаров и иных масштабных бедствий.

Завершил совещание сам Рауль Кастро, отметив, что в принципе, он тоже считает, что всю кашу заварили Соединённые штаты. Пока нет прямых доказательств, и пока дальнейший подъём температуры прекратился, решено было не поднимать шум на международном уровне, пока лишь внимательно приглядываясь к ситуации. Для консультаций запланировали в начале сентября отправить делегации в Москву и Пекин, так как только там можно было попытаться найти поддержку и помощь.

Народ же пока надеялся успешно преодолеть неожиданные то ли природные, то ли рукотворные катаклизмы. Никакой паники не наблюдалось. Что, впрочем, не удивительно для страны, волю населения которой так и не удалось сломить полувековой блокадой её недругам во главе с США. Но никто не знал, что основные действия, по своей грандиозности превосходящие все мыслимые или даже немыслимые масштабы, у Кубы ещё впереди. Предполагали, конечно, что одними погодными странностями дело не закончится, но никто не думал, что могут произойти настолько невероятные события!

Глава 7

Журналисты прибыли на объект, как и планировалось, вечером 5 августа 2019 года. Группа из 24 человек. 10 американцев, остальные — представители ведущих иностранных мировых информационных агентств. Естественно, пока разместились, пока поужинали, пока прослушали инструктаж по правилам поведения — времени для экскурсии уже не оставалось. Как, впрочем, и планировалось. Зато за два оставшихся дня журналисты облазили практически все закоулки. Единственное, им не давали бесконтрольно бродить в одиночку, перемещались только группой. Мотивировано это было тем, что где только можно всё было заставлено различной аппаратурой и не всегда несанкционированное включение могло быть безопасным как для самого экспериментатора, так и для целостности супердорогого оборудования. Что, в общем-то, было абсолютной правдой, но не всей. Существовала возможность, что оставшись без присмотра, кто-то из репортёров всё же вдруг да обнаружит какие-либо зацепки о протекающей тут совершенно секретной научной деятельности. Экскурсоводом стал сам мистер X, помощниками были 3 не запоминающихся человека, интересы которых были весьма далеки от научных. В их обязанности входило не дать кому-либо из экскурсантов незаметно отделиться от основной группы.

Сам объект был огорожен от жилой зоны довольно высоким забором и был разделён на несколько довольно удалённых друг от друга частей. Чтобы туда попасть, предстояло пройти через небольшое отдельно стоящее здание. Там находились помещения охраны и что-то типа пропускного пункта, через который и должны были пройти журналисты. Им объяснили, что тут стоит аппаратура, которая определяет наличие взрывчатых веществ в одежде посетителей. Также всех попросили перед входом туда, положить все имеющиеся у них электронные аксессуары в специальные ящики. Нет, никто не запрещал проходить с ними через контроль, но предупредили, что после этого аппаратура может оказаться испорченной. Все послушно сложили свои вещи в предложенные ёмкости.

После прохода через пропускной пункт всё сразу вернули хозяевам. Никто особо не роптал, но, забегая вперёд скажу, что некоторые из особо технически продвинутых посетителей позже с досадой обнаружили, что все до единого из спрятанных в костюмах цифровых миниатюрных диктофонов или видеокамер были полностью выведены из строя. А то, что они добросовестно выложили перед прохождением, нормально функционировало. Они были не в курсе, что никакую взрывчатку на них никто искать не собирался, просто таким нехитрым способом уменьшали возможность ведения несанкционированной съёмки мероприятия, облучая проходящих якобы контроль довольно мощными импульсами СВЧ-излучения.

В первый день ничего примечательного не произошло. Начали обход, как это ни странно с первого взгляда, с того места, где были замаскированные подземные бункера. Расчёт на то, что журналисты даже не могли предположить такого поворота, оправдался. Склад в виде ангара никого из них особо не заинтересовал. Немного больше внимание уделили расположенным рядом дизель-генераторам, задачей которых было снабжать объект электричеством при внезапном выключении по каким-либо причинам внешнего электроснабжения.

Фурор произвело посещение антенного поля, которому была уделена вся вторая половина дня после обеда. Репортёры, побродив под антеннами, стали заходить в многочисленные вагончики с аппаратурой. Мистер X едва успевал отвечать на многочисленные вопросы, включая откровенно провокационные. Но ни разу даже голос не повысив, удивляя слушателей своей выдержкой. Закончился их сегодняшний рабочий день в главном зале управления. Журналистов удивило, что многочисленные компьютеры, стоящие там ничуть по внешнему виду не отличались от обычных бытовых, а мониторы и вовсе выглядели архаичными. На недоуменный вопрос экскурсовод посетовал, что всё это от хронического недостатка финансирования.

На второй день журналистам оставили самое вкусное — им предстояло присутствовать на включении антенного поля в работу, якобы именно сегодня должен проводиться какой-то очередной плановый эксперимент, что должно снять опасения даже самых подозрительных из них в том, что от них что-то там тщательно скрывают. Ведь это такой интересный народ, который во всём обязательно старается увидеть хоть какой-нибудь подвох. Перед началом работы, намеченной на 9 часов утра, репортёрам провели очередной инструктаж по технике безопасности, главным пунктом которого был запрет на выход из зала управления. Мотивировано это было тем, что на открытом воздухе человек попадает под воздействие сильного электромагнитного поля, негативно влияющего на его здоровье и самочувствие, что было в общем-то, абсолютной правдой. Ну, и, запрещено было отвлекать вовлечённых в работу людей любыми вопросами, так как это могло повлечь к ошибкам в их работе и грозило неприятными последствиями для техники. Общаться можно было только с экскурсоводом.

Помещение, где собрались журналисты, было достаточно объёмным, но всё же присутствие большого количества посторонних создавало определённую тесноту. Впрочем, всё прошло достаточно гладко. Изредка задавались вопросы мистеру X, на которые тот тут же отвечал, непрерывно перемежая свою речь специфическими профессиональными терминами для пояснения хода эксперимента. Не скажу, что хоть кто-то из пишущий братии что либо понял, но кивать с умным видом не забывали все. Как впрочем и задумывалось организаторами этого шоу.

После обеда всех повели знакомить с бытовыми условиями персонала. Не скажу, что журналисты особо обрадовались этому, но возражающих тоже не нашлось. В жилом корпусе у каждого работающего имелась своя небольшая квартирка. У рядовых сотрудников — однокомнатные, у начальства — хоромы из двух а, иногда, и трёх комнат. Так как народа было всё же слишком много, то разделись на 4 группы по 8 человек. Мистер X возглавил одну такую группу, над остальными взяли шефство его помощники.

Не мудрствуя лукаво, 'своим' экскурсантам он решил продемонстрировать свои собственные апартаменты, благо на настоящее время он был холостяком. У него не было привычки, как у некоторых коллег, брать работу на дом, поэтому совершенно не опасался, что те могут что-то лишнее узреть. Единственное, что он изредка себе позволял, это иногда оставить в прихожей свой рабочий халат. Это иногда случалось, если рабочий день начинался в лаборатории, а заканчивался где-то в другом месте объекта. И чтобы не тащится в конце рабочего дня к своему штатному рабочему месту, он снимал его дома. Вот позавчера был как раз такой случай, а вчера со всеми этими экскурсиями, он ему был просто не нужен. Так и провисел тут всё это время. Впрочем, в его карманах руководитель проекта не имел привычки таскать что-либо лишнее, поэтому никаких утечек не произойдёт даже если кто-то из экскурсантов 'нечаянно' исследует этот предмет гардероба, увидев бейджик с названием его должности, но без фамилии владельца. Зато совершенно упустил из виду другую возможность нештатного использования оставленного без присмотра одеяния...

Глава 8