Рейнарда разбудил сдавленный крик. С трудом открыв глаза, он обнаружил, что лежит лицом к лицу с Амадин Гросс. Пикантность ситуации прибавляло и то, что он был абсолютно голый.

Более того, во сне Рей сгреб девушку в охапку и подмял под себя, надежно придавив рукой и ногой. Тонкая ткань ночной сорочки, в которой спала девушка, ничего не скрывала, и он прекрасно чувствовал все изгибы тонкого девичьего тела. К удивлению,несмотря на худобу, грудь у нее оказалась округлой и мягкой.Тело мгновенно среагировало на близость. Понимая, что упирается ей в бедро, глаза Амадин расширились еще больше.

- Ч-что вы здесь д-делаете? - от волнения она даже начала заикаться.

- Ну как же? Лишаю вас невинности, как вы и просили, - хмыкнул герцог и все-так перекатился на спину, позволяя девушке встать. Она не заставила себя ждать, вскочила и пулей кинулась в ванну, громко хлопнув за собой дверью.

Не выдержав, Рейнард расхохотался. После вечерней магии затылок немного ломило, и он позволил себе поваляться в постели, с интересом наблюдая за дверью в ванную.

Не будет же Амадин прятаться там вечно. К тому же ему было любопытно, каков будет результат его вчерашних усилий. Долго ждать не пришлось. Из ванной комнаты послышался хлопок, затем - полный негодования вскрик.

Рей довольно усмехнулся, встал с кровати и подобрал среди одежды свой халат. Но не успел его надеть - дверь распахнулась, явив взору инквизитора возмущенную Амадин, закутанную в хлопковый отрез ткани. Мокрые волосы были перекинуты через плечо, а легкий дымок над макушкой подсказывал, что девушка пыталась высушить их при помощи заклинаний.

При виде обнаженного мужчины она охнула.

- Простите, но если вы за халатом, то, как видите, он необходим мне самому, - Рейнард невозмутимо завязал пояс. - Я бы мог напомнить вам, что, не забудь вы посетить вчера Николь, то явились бы обладательницей подобного предмета гардероба.

- Благодарю, я и так поняла свою ошибку, - процедила Амадин. - надеюсь, вы позволите мне одеться?

- Конечно, - он приглашающим жестом обвел комнату, - Надеюсь у вас всё в порядке?

Улыбку сдерживать он даже не пытался, эта мальчишеская шалость удивительно подняла настроение.

- В полном, - она просочилась в комнату и отгородилась от него дверцей шкафа.

Девушка явно хотела сказать что-то еще, но сдержалась, только упрямо поджала губы. Рейнард не стал смущать ее своим присутствием, а прошел в ванную комнату. в воздухе еще пахло как после грозы, а по потолку пробегали яркие всполохи. Герцог всмотрелся в плетения, довольно хмыкнул и шагнул под обжигающе-горячие струи воды.

Когда он, полностью одетый показался в гостиной, Амадин уже сидела за столом, а Лора хлопотала вокруг нее, стараясь подложить на тарелку лишний кусочек. При виде хозяина служанка сделала книксен и спешно ретировалась на кухню.

- Что это она? - Амадин проводила Лору взглядом.

- Лора знает, что по утрам я не люблю скопление народа.

Девушка хотела возразить, что вряд ли служанка может олицетворять народ, но в последний момент благоразумно промолчала.

Рейнард невозмутимо намазал джем на тост. Сейчас, в наглухо застегнутом мундире он казался неприступным. Даже влажные волосы, зачесанные назад и касающиеся воротника-стойки не портили впечатление.

Сейчас герцог ничуть не напоминал того мужчину, который прижимал ее утром к своему возбужденному телу.

При мыслях о том, что произошло, щеки опять полыхнули алым. Чтобы скрыть это, Амадин низко опустила голову и уставилась в тарелку невидящим взглядом. герцог, казалось, не заметил этого.

- Вы сохранили плащ Валентина? - небрежно поинтересовался он, когда завтрак был закончен.

- Разумеется.

- Возьмите его с собой. Накинете, когда будете заходить к Николь.

- Но… - возмущенно начала она и осеклась под суровым взглядом.

- Продолжайте, - вкрадчиво произнес герцог.

Девушка прикусила губу, а потом выпалила:

- Плащ… у меня ведь есть свой!

- Если вы про тот кошмар, что был на вас вчера, то сожгите его на заднем дворе, - на полном серьезе посоветовал инквизитор.

- О, простите, если он оскорбляет ваш изысканный взгляд, ваша светлость! - вспылила девушка.

Рейнард отложил недоеденный тост и взглянул на Амадин.

- Просто поразительно, как такая девушка, как вы не обращает внимание на очевидные вещи, - подчеркнуто спокойно начал он.

- Какие же?

- Амадин, вы - умная и привлекательная девушка, но глядя на вас все в первую очередь обратят внимание на лоснящееся от времени унылое платье…

- И что с того? - она с вызовом выпятила вперед подбородок.

- Ровным счетом ничего, кроме того, что мысли людей будут идти только в одном направлении: она - неудачница, поскольку не может позволить купить себе что-то более подходящее! - он опять занялся тостом, тщательно размазывая порцию джема. Рей прекрасно знал, что его слова задели ее за живое.

- Вот как? - тонко выкрикнула Амадин. - А они не думают, каково это - жить в столице, сколько стоят книги и… и…

От переизбытка эмоций она закрыла лицо руками. Рейнард понял, что перестарался, но отступать было поздно.

- Они не думают, - он взял ее ладонь в свою, вынуждая открыть лицо. - Их можно понять. Вы ведь и сама презираете своего отчима, в том числе и за то, что он не мог обеспечить достойную жизнь для своей семьи.

- Это другое!

- Разве?

Амадин вдруг вспомнила прежнюю жизнь. Убогую избу, грязный двор, отчима с вечно бегающими глазами, мать, перекраивающую очередное платье старшей дочери на младших. Она прикрыла глаза.

- Вы правы, - глухо произнесла девушка. - Я действительно презираю их. И вам не стоило применять ментальную магию,чтобы доказать мне это.

- Я и не применял, - усмехнулся Рейнард.

- А как тогда?..

- Я же говорил, что есть много способов добиться признаний и без этого, - он поднялся, все еще не выпуская ее руки из своей. - Я с удовольствием продолжил бы этот разговор, но, боюсь, тогда вы опоздаете на учебу, а вам еще надо взять свои вещи.

- Академия! - ахнула девушка.

Она стремглав взлетела по ступеням, слегка замешкалась, вспоминая, куда дела тот плащ, в котором приехала.

- Поторопитесь! - донесся до нее голос инквизитора.

Амадин судорожно заметалась по комнате. Плащ обнаружился в дальнем углу шкафа. Амадин подхватила его и спустилась в холл, перепрыгивая через ступеньку.

- Я готова, - она перекинула через плечо все еще влажную косу.

- Обдумайте что я вам сказал, - не взирая на молчаливый протест, он вынул плащ из рук Амадин и галантно накинул ей на плечи. - Заодно поразмыслите, что именно вы хотите купить.

- Вы действительно пойдете по магазинам со мной? - она изумленно обернулась у самой калитки.

- Не совсем, но я прослежу, чтобы вы добрались до Николь, а не свернули в ближайшую книжную лавку.

- Какая забота,- фыркнула девушка. Герцог сдержанно улыбнулся.

- Я не теряю надежды увидеть вас в нарядах, более уместных вашему теперешнему положению,- пояснил он.

- Моему положению, ваша светлость? - решила уточнить Амадин.

- Именно. В глаза всех вы - моя новая любовница. Хорош я буду, если не смогу купить вам десятка два платьев!

- Ах, вот в чем дело? Важно то, что все думают?

- В том числе. Как вы уже успели убедиться, деньги - это власть. именно они делают нас свободными.

- И зависимыми от презренного металла, - пробормотала девушка, садясь в карету.

- Возможно. Но, согласитесь, на сытый желудок презирать порочный свет приятнее, - он распахнул дверь. - Прошу!

Амадин вышла.

Карета уже стояла у калитки. Угрюмый кучер пробурчал что-то по поводу лошадей, получил в ответ улыбку герцога и, выждав пока пассажиры устроятся, хлопнул вожжами.

Всю дорогу Амадин ехала молча. Делая вид, что рассматривает улицы, она размышляла над словами своего спутника. Как ни крути, он был прав. Это злило даже больше чем воспоминания о снисходительно-презрительных взглядах, которые на нее частенько бросали в столице.

- Мы приехали.

Легкое прикосновение к ладони вывело девушку из задумчивости. Спохватившись, она выскочила из экипажа и поспешила в Академию. Рейнард задумчиво посмотрел ей вслед. Вчера вечером он отвлекся, но сейчас его мысли опять вернулись к Академии и тому, что происходило за ее стенами.

Он вдруг вспомнил, что рассказывала Амадин о магистре Сайлусе. Что если адепток действительно принуждают работать в доме Шуаз?

- Вы бы уже сели в экипаж, ваша светлость, - хрипло произнес кучер. - А то замерли, как памятник.

- Что?

- На службу, говорю, опоздаете. Нет, вы, конечно, начальство, вам можно…

Рей покачал головой и решительно захлопнул дверцу кареты.

- Приедешь в Академию к часу! - распорядился он и зашагал вслед за Амадин. Раз уж такая оказия, ему стоило поговорить с одним другом. Вернее подругой.

Академия встретила его шумом, сменившимся удивленным гулом, когда находящиеся во дворе узнали вошедшего. Адепты ошеломленно взирали на живую легенду, преподаватели хмурились, и спешили скрыться от пристального взгляда карающего меча империи. Амадин нигде не было видно. По всей видимости, уже убежала на лекцию или же спряталась в библиотеке, готовясь к очередному заданию.

Рейнард вдруг поймал себя на мысли, что ищет ее в толпе, и нахмурился. Холодно кивая в ответ на робкие приветствия он направился к административному зданию.

Интуиция его не подвела. Магистр Хлоя Вессмайер как раз выходила из дверей.

- Лис! - охнула она и сразу же спохватившись, поклонилась. - Ваша светлость, какими судьбами?

- Здравствуй, Хло, - улыбнулся инквизитор. - Я по твою душу,

- Вот как? - Она едва заметно вздрогнула. - Что-то случилось?

- В сущности ничего. Просто хотел поговорить.

- О чем?

- Ты же у нас ищешь таланты?

- Да, только толку с этого…

Хлоя устало вздохнула. Рейнард насторожился, словно гончая, почуявшая след.

- Ты что-то хочешь рассказать?

Хлоя пожала плечами:

- Вряд ли ты захочешь это слышать.

- Ну ты можешь попытаться, тем более, что я все равно здесь, - он очаровательно улыбнулся, хотя глаза оставались холодными.

- У меня лекция.

- Я подожду.

Хлоя недоверчиво моргнула.

- Лекция длится полтора часа.

- Я все равно собирался переговорить с ректором. Встретимся на старом месте?

- Да, конечно.

Хло поспешила к лестнице. Рейнард махнул ей вслед рукой и направился к лестнице.

Кабинет ректора располагался на втором этаже. Стучать герцог не стал. Просто распахнул дверь и вошел в приемную.

Сидевший за столом секретарь, невысокий полный мужчина с огромными залысинами, даже не поднял головы.

- Что у вас? - небрежно бросил он.

- Добрый день, - вежливо отозвался великий инквизитор.

Ему доставило удовольствие видеть, как меняется выражение лица собеседника. Секретарь засуетился и вскочил, с грохотом отодвигая стул:

- Ваша светлость…

- Доложите, - герцог л’Армори небрежно кивнул на массивную дверь, ведущую в святая святых академии.

- Сию секунду!

Секретарь исчез в кабинете, а Рейнард огляделся, равнодушно отмечая, что со времен его студенчества ничего не переменилось: все те же крашеные темно-зеленой краской стены с развешанными на них картинами, темная массивная мебель, затянутый зеленым сукном стол.

- Ваша светлость, вас ждут! - торжественно провозгласил секретарь, распахивая дверь.

Рейнард сухо кивнул и вошел внутрь, на ходу снимая перчатки.

- Ректор…

- Герцог л’Армори, - высокий седовласый мужчина поднялся из-за стола, приветствуя незваного гостя. - Чем обязан?

Рейнард заметил, что морщин на лице ректора прибавилось, а залысины стали еще больше, но озвучивать свои наблюдения не стал.

- Скажем так, я решил поинтересоваться подготовкой адептов…

Он усмехнулся, вспомнив признание Амадин. Наверняка, ректор уже видел подпись на векселе и сделал соответствующие выводы.

- Да, мне уже поведали о вашем интересе. Последний курс, как я понимаю? - ректор взмахом руки указал на один из стульев, находившихся у длинного стола для заседаний.

- Не только, - Рей присел и закинул ногу на ногу. - Слышал, вы подняли оплату за обучение?

- Да. Приказ из министерства. Кофе?

- Не откажусь.

Старик кивнул и отдал распоряжения секретарю, после чего вновь вернулся к именитому гостю.

- Признаться, я тоже был обескуражен этим приказом, - продолжал ректор.

- Но не стали возмущаться.

- Но кто я такой, чтобы возражать приказу министра?

- Вы - ректор академии магии, самого престижного заведения страны. Или я что-то упустил?

- Идти на конфронтацию с министерством? - ректор покачал головой. - Как думаете, сколько бы после этого я еще оставался во главе, как вы выразились, самого престижного учебного заведения страны?

- Минимум два года, - невозмутимо отозвался инквизитор. - Ровно столько остается до новых выборов ректора.

Старик в изумлении посмотрел на сидящего перед ним герцога. Он помнил Рейнарда де Треви еще адептом восторженно юным, желающим изменить мир. Сейчас перед ним сидел зрелый мужчина. Красивый, властный и очень опасный. "Лис" - так, кажется прозвали герцога соученики в академии. Сейчас это прозвище подходило ему даже больше. Матерый, хитрый лис. Под пристальным взглядом золотистых глаз старик поежился.

- Теоретически - да, - пробормотал он. - Но есть еще способы провернуть все раньше. Так что я не думаю, что мой протест был бы услышан.

- Возможно.

Рейнард замолчал, выжидая, пока секретарь ректора расставит кофе и покинет кабинет.

- Как я понимаю, количество стипендиатов вы тоже сократили? - продолжил он, когда дверь закрылась.

Ректор старательно постучал ложечкой о чашку, делая вид, что размешивает напиток.

- Пришлось это сделать, - признался он. - Дотаций не хватает и мы были вынуждены…

Рейнард украдкой закатил глаза. Нерешительность ректора и его нежелание противостоять глупостям министерства начинали раздражать. С другой стороны, подними он сам сейчас эти вопросы на заседании совета министров, это помешает начатому расследованию. К тому же, в этом Рей был почти уверен, приказ тоже подписали не просто так. Значит, кто-то в министерстве тоже заинтересован во всем этом.

- Но в вашем случае беспокоится не о чем, - торопливо продолжил ректор, заметив недовольный взгляд собеседника. - Уверяю вас, что ваша… гм… воспитанница получит диплом. С отличием. И если вам нужны гарантии

- Поверю вам на слово, - отмахнулся герцог.

Внезапно он ощутил себя заботливым отцом, хлопочущим за любимое чадо. Впрочем, это и к лучшему, пусть ректор считает, что он пришел именно из-за Амадин. Рейнард повертел чашку с кофе в руках и спросил, как бы невзначай:

- Скажите, а в последний семестр много адептов было отчисленно.

- Не знаю, - ректор явно не понимал, к чему этот разговор. - Я, конечно могу запросить..

- Не надо, - небрежно отмахнулся герцог. - Кстати, напомните мне, что происходит с отчисленными адептами?

- Их лишают магического дара.

- Вот как?

Ректор кивнул и переплел пальцы:

- Вы же понимаете, оставлять недоучек очень опасно.

- Разумеется. - Рейнард одним глотком осушил чашку и поморщился: кофе оказался прогорклым. - Простите, мне пора.

- Не смею задерживать, - ректор поднялся вслед за визитером, чтобы проводить его до дверей. - Что же касается интересующей вас особы…

- Да? - Рейнард на секунду замер.

- Я лично прослежу, чтобы ее гм… способности были оценены по достоинству.

- Благодарю, очень на вас надеюсь, - герцог кивнул на прощание и вышел. Коридор вдруг показался похож на склеп. Пахло пылью и тленом. От этого запаха в горле першило, и Рей поспешил вырваться на свежий воздух.

Несколько секунд он стоял и просто дышал, наслаждаясь запахом сырости и прелых листьев, а потом направился в один из внутренних двориков, где когда-то, будучи еще сам учеником академии, Рей назначал свидания адепткам. Осознав, что это было очень давно, великий инквизитор вдруг почувствовал тоску по тем беззаботным временам. Он фыркнул и недовольно покачал головой: что за ребячество.

Предложи сейчас кто Рейнарду де Треви вернуться на учебную скамью, он испепелил бы шутника одним взглядом. Но, тем не менее, ностальгия не проходила.

Радуясь, что занятия еще идут, герцог поторопился к назначенному месту встречи. Он прошел полпути, когда звон колокола возвестил об окончании лекции. Миг, и тихий двор снова наполнился гулом голосов.

Рейнард поспешил скрыться в арке, чтобы избежать очередного всплеска любопытства. Хлоя была во дворе. Стояла у полуразрушенного фонтана и задумчиво рассматривала трещины на мраморе.

- Ты же говорила, что у тебя лекция? - уточнил Рей, подходя к бывшей однокурснице.

Отводящие чары гарантировали, что им не помешают во время разговора. И не подслушают.

Хлоя оценила мощь плетения, немного добавила от себя и удовлетворенно кивнула.

- Да, дала им самостоятельную и вышла, пусть списывают, - отмахнулась Хлоя.

Она оценила мощь плетения, немного добавила от себя и удовлетворенно кивнула.

- Списывают? - он удивленно поднял бровь.

- Рей, если они знают, где найти ответы, это уже половина успеха.

- Возможно.

- Какие ответы хочешь получить ты?

От пристального взгляда инквизитора не укрылось, что женщина слишком напряжена. Значит, разговор с ним был не из приятных.

- Ты знаешь, как адептки оплачивают свое обучение? - спросил он напрямую.

- Как и все: векселями банков, - Хлоя усмехнулась. - Правда, предпочитают не именные.

- Слухи дошли и до тебя? - улыбнулся он.

- Разумеется. Рей, зачем тебе эта девочка?

- Тебе в подробностях?

- Нет, - Хлоя опустила голову.

- Странно, что ты вообще о ней печешься.

- Просто тогда именно я забирала ее…

- Вот как? - инквизитор остро взглянул на собеседницу. - И ты видела ее семью?

- Если это можно так назвать.

- Все так плохо? - Рейнард не был уверен, что им движет сейчас: возможность докопаться до загадки происхождения девушки или же желание узнать какой была ее жизнь.

- Бывает и хуже… у нее хотя бы был магический дар. Она смогла защитить себя.

- Ясно, - он помолчал. - Но я пришел не за этим, Хло.

- А зачем?

- Хочу понять, что происходит в академии. И, самое главное, как адептки получают неименные векселя.

Она вздрогнула и в изумлении посмотрела на него:

- А ты не догадываешься?

- Дом Шуаз?

- В том числе. Не знаю, кто и как их туда заманивает, и что обещает… А сейчас еще и оплату за обучение повысили, - в голосе Хлои слышалась тоска. - Как ты понимаешь, выбора у многих не осталось.

Рейнард обнаружил, что сжимает кулаки.

- Когда это началось? - отрывисто спросил он.

- Это всегда было, Рей. Как только девушкам из небогатых семей позволили учится в академии… - она махнула рукой.

- И все закрывали глаза.

- Раньше это было нечасто, но в последний год… да твоя гм… протеже яркий тому пример. Я не сомневаюсь, что ей занизили балл.

- Почему?

- Рей, я сама проверяла ее дар. Да и училась она… - Хлоя покачала головой. - Но доказательств у меня нет.

- Это касается только девушек? - утрчнил он.

- Ты знаешь, трудно отследить каждого, да и молодых людей учится гораздо больше.

- Но что-то тебя смущает?

- Некоторые, из тех же, небогатых, - она замялась, подбирая слова. - Начинают вести себя так, будто их точно не отчислят.

- То есть ты думаешь, они кому-то продались…

Инквизитор поморщился. Звон колокола, возвещающий о начале очередной лекции показался очень громким.

- Мне пора, - встрепенулась Хлоя.

- Мне тоже, - небрежно развеяв заклинание, герцог направился к выходу, но вдруг обернулся:

- Хлоя, скажи, а почему ты не пришла ко мне со всем этим раньше?

- А смысл? Чем ты отличаешься от остальных, Рей? Тем что щедро платишь и не скрываешь свое имя на векселе?

Глаза инквизитора сверкнули так, что она попятилась, но он быстро взял себя в руки.

- Да, наверное, ты права, Хло. Я ничем не отличаюсь от остальных.

Сухо кивнув, он направился к воротам, желая,наконец, вырваться из вязкой атмосферы благородного учебного заведения.

Она словно увидела девушку заново.

- Последний курс академии, - лениво процедил Рейнард.

- Институтка?! С каких пор… - под мрачным взглядом Николь осеклась. - Простите,ваша светлость, это - не мое дело.

- Именно, - подтвердил Рейнард. - Амадин, можно вас на пару слов?

Не дожидаясь ответа, он выдернул ее из кресла и отвел к окну, щелкнул пальцами, привычно сбрасывая небрежно сплетенное заклинание, отгораживая их от любопытных ушей.

- Ну,в чем дело?

- А? Что? - Амадин с трудом оторвалась от созерцания магических узлов. Её восхитила простота плетения, и девушка с трудом подавила в себе желание незамедлительно разобраться в узлах.

Рейнард картинно закатил глаза:

- Я спрашиваю, что вас только что разозлило до такой степени, что вы решили перебить весь фарфор у Николь?

- Не весь, а только одну статуэтку, - запротестовала Амадин.

- Лиха беда начало.

Под пронзительным взглядом девушка потупилась, а затем вскинула голову:

- Ну хорошо, раз вы так настаиваете… Весь этот разговор… возможно, вы привыкли рассказывать так о своих любовницах, но я… я вам не кукла!

Последние слова она выкрикнула ему в лицо и вздрогнула, ожидая неминуемого возмездия. Но вместо этого Рейнард улыбнулся.

- Бедное дитя, я вас задел? - он протянул руку и коснулся кончиками пальцев щеки девушки. - Простите меня, я не привык появляться здесь.

Мимолетная ласка заставила сердце сначала, замерев, ухнуть куда-то вниз, а затем вернуться на место и забиться часто-часто.

- Я не верю вам! - возразила Амадин из чистого упрямства.

- Вот как? И с чего вдруг мне посещать подобные заведения?

- Ну… у вас же были любовницы раньше?

- Были, - спокойно подтвердил герцог. - И ни одна из них не забывала посетить модистку! Так что вы можете гордиться собой,Амадин! Вы - единственная, ради кого я переступил порог этого заведения!

- Говорите, словно я вас заставила, - проворчала девушка, слегка польщенная его словами.

- Именно так. Вы - единственная кто вообще забыл о нарядах! Да и сейчас вас больше интересует мое заклинание, нежели возможность обновить гардероб.

Амадин, все это время украдкой рассматривавшая узлы плетения, пытаясь запомнить их простое изящество, покраснела, словно ее застали за чем-то неприличным. Но сразу же опять потянулась к заклинанию, уже открыто:

- Можно?

- Научу потом, - пообещал Рейнард, развеивая плетение. - Если будете хорошей девочкой и купите дюжины две платьев!

- Зачем мне столько?

Казалось, что одно упоминание об обилии нарядов привело Амадин в ужас.

- Ну как же! - охнула модистка, услышав две последние фразы.

Её глаза фанатично загорелись, модистка с радостью принялась перечислять наряды, необходимые для любой дамы:

- Утреннее чайное платье, платье для утренних визитов, дневное платье, платье для прогулок…

- Халат, - подсказал Рейнард, лукаво косясь на Амадин. Она фыркнула, но промолчала.

- Вечерние платья, их должно быть несколько, вы же не будете два дня подряд носить одно и то же! - продолжала модистка.

- Хорошо, - девушка подняла руки, признавая свое поражение. - Но если я куплю все эти платья, вы научите меня своему плетению?

- Научу, - пообещал Райнард, думая, что впервые в его жизни ему приходится уговаривать женщину купить наряды.

- Замечательно, - Николь захлопала в ладоши. - Ваша светлость желает присутствовать при примерке?

- Пожалуй… - герцог бросил взгляд на Амадин, и заметил, что ее подбородок подрагивает. - Пожалуй, нет. Слишком много дел. Предпочту полюбоваться итогами вашей работы.

- Постараюсь оправдать ваше доверие, ваша светлость, - широко улыбнулась Николь.

Инквизитор кивнул и обратился к Амадин.

- Я вынужден вас оставить. Экипаж так же будет в вашем распоряжении.

- Спасибо, выдохнула Амадин прекрасно понимая, что Рейнард не хочет ставить ее еще в более неудобное положение.

Герцог улыбнулся, осторожно взял ее руку в свою и поднес к губам.

- До вечера, - прошептал он. - и помните: заклинание в обмен на две дюжины платьев! Николь, меня можно не провожать.

Последнее предназначалось хозяйке дома. Махнув рукой, герцог вышел, а модистка обратилась к Амадин, внимательно рассматривая ее.

- Странно, но… - она тряхнула головой, прогоняя непрошенные мысли и продолжила более энергичным тоном. - Приступим!

- Странно что? - Амадин не собиралась сдаваться. Теперь, когда герцог вышел, она почувствовала себя более свободной.

- Странно, что герцог заинтересовался вами, вы совсем не в его вкусе, - совершенно спокойно пояснила Николь Эш, дергая за шнурок колокольчика. - А, Грета! Отведите мадемуазель в розовую примерочную и скажите, чтобы принесли все, что нужно!

последние фразы предназначались девице, явившейся на звон колокольчика так скоро, словно все это время она простояла под дверью. Грета окинула странную гостью удивленным взглядом, но ничего не сказала. весть о новом увлечении герцога уже разошлась по модному дому.

Проводив Амадин в комнату, представлявшую собой некую смесь будуара и гостиной, она осведомилась, предпочитает гостья чай или кофе и удалилась, исполнить распоряжение.

Кофе принесли незамедлительно, как и воздушное миндальное печенье. правда Амадин успела сделать лишь несколько глотков, поскольку Николь Эш ворвалась в комнату. Следом за ней катили монструозную конструкцию увешанную платьями, еще две девушки, несли в руках ворох чего-то яркого воздушного и кружевного.

Быстро разложив наряды на все имеющиеся свободные поверхности, Николь повернулась к Амадин.

- Ну, что ж, начнем! Раздевайтесь!

Девушка вздрогнула. сейчас модистка напомнила ей тюремную надзирательницу. Понимая, что платье все равно снимут, она послушно расстегнула пуговички. Шерстяная ткань скользнула на пол. Амадин переступила через нее, ежась под пристальным взглядом модистки-надзирательницы.

- Нет, это тоже никуда не годится, моя милая! Запомните, уверенная в собственной неотразимости женщина начинается с белья. А ваша сорочка подходит крестьянке, но отнюдь не… спутнице герцога. Грета!

Уже знакомая работница моментально достала из белоснежной кучи, сваленной на кресло, что-то белоснежное и полупрозрачное, украшенное пеной батистовых кружев.

- Вот. Другое дело, - удовлетворенно кивнула Николь.

Одна из работниц потянулась было к девушке, но Амадин отшатнулась.

- Простите, но это я предпочту сменить сама, - твердо произнесла она.

- Как пожелаете!

повинуясь знаку модистки, работницы моментально извлекли резную ширму и установили ее в углу. Амадин скользнула за нее и перевела дух. Напор модистки ошеломлял.

Девушка стянула свою сорочку и дрожащими руками надела то, что ей торжественно вручили. Тончайший батист приятно окутал тело.- Ну что, - Николь заглянула за ширму и улыбнулась. - Теперь другое дело!

правда, она сразу же снова нахмурилась:

- Панталоны и чулки тоже никуда не годятся! Берта! Три пары панталон, две пары шелковых чулок, две - шерстяных и позови господина Каприкорна!

Вторая работница сразу же выскользнула из комнаты.

- Господина Каприкорна? - Амадин представила как в разгар переодевания в гостиную так же стремительно и суетно врывается мужчина и нервно сглотнула.

- Разумеется, вам ведь понадобится обувь! А пока наденьте.

Вместо ботинок ей подали очаровательные туфельки на каблучке и без задников, эффектно расшитые серебристым шнуром.

Вернулась Берта. И Амадин поняла, что белье отстоять не удастся.

Тут же за ширму подали что-то батистовое в пару к невесомой сорочке. Девушка с тоской глянула в зеркало и принялась переодеваться. Пристальное внимание раздражало, но она напомнила себе об обещанном магическом плетении. Это помогло. Во всяком случае, стало ясно ради чего терпеть эти мучения. Переодевшись, она опять вышла из-за ширмы.

Модистка снова бросила на девушку оценивающий взгляд.

- Вас есть грудь, - констатировала она. - Что ж, значит подкладки можно будет не использовать.

- Подкладки? Создавать впечатление наличия груди там где ее нет?

- Именно, дорогая. Вся суть моды - создавать впечатление.

- Никогда этого не пойму, - пробормотала Амадин.

- Придется, - так же тихо сообщила одна из помощниц.

- Думаю дюжины комплектов белья на первое время хватит, - громко скомандовала модистка и добавила заговорщицки, - Очень рекомендую вот этот мизенский шелк с вышивкой. Герцогу такое нравится.

- Едва ли он такое наденет, - рассеянно ответила Амадин.

Николь Эш звонко рассмеялась.

- А теперь примеряйте несколько корсетов, мы подгоним их пока будем подбирать платья.

- Тут шнуровка сзади.

- Разумеется, под вечернее и бальное платье другие и не носят, - помощница ловко шнуровала ленты за спиной. Амадин терпела.

- Но я же не смогу его шнуровать.

- Боги с вами, шнуровать его должна горничная, - Берта еще немного затянула ленты, завязала и заправила их. - А - расшнуровывать мужчина.

Амадин поняла что краснеет и злится по тому, как зазвенели чашки на столе. Последнее время она была постыдно несдержанна, раз дар то и дело прорывался в таких спонтанных выплесках. Давно с ней не случалось таких конфузов.

Николь задумчиво посмотрела на фарфор, побарабанила идеальными розовыми ноготками по подлокотнику и скомандовала:

- Оставьте нас.

Остальные помощницы тут же мышками выскользнули за дверь.

- Послушайте, дорогая. - Николь поднялась прошлась по примерочной. - Мы обе тут потому, что нас объединяет одна задача.

Ваша - выглядеть достойно, моя - помочь вам в этом.

- Не бескорыстно, - Амадин поежилась и подхватила плед, лежащий в одном из кресел, чтоб накинуть на плечи. В примерочной было не слишком жарко, тем более в тонком белье.

- Естественно, я планирую содрать с его светлости за каждую оборку, - отмахнулась модистка. - И он это прекрасно понимает.

Амадин растерянно хлопнула глазами.

- Я, дорогая моя, понимаю, что происходящее для вас непривычно и неприятно. Хотя нет, не понимаю.

- Именно непривычно, но я потерплю.

- Вы не должны терпеть, вы должны, - Николь всплеснула руками, - Содействовать!

- Только если предложенные наряды не будут идти в разрез с моим пониманием приличий.

- Что?

- Я не готова носить запредельные декольте и вызывающие фасоны.

- Что ж, тут мы может прийти к компромису. А теперь не мешайте моим девочкам максимально быстро подобрать вам гардероб. Две дюжины платьев и половина дня - это почти несопоставимые понятия. Но вы же не хотите провести тут еще пару дней.

- Нет! - Амадин ощутимо передернулась.

Николь Эш усмехнулась, дернула колокольчик. (Помощницы ворвались обратно)

- Начнем мы с домашних платьев.

Поверх сорочки лег привычный короткий корсет.

Следующие минуты были наполнены шорохом ткани, взлетающим подолом, поддергиванием замявшихся рукавов. Николь, наблюдавшая за процессом из кресло и все помощницы задумчиво посмотрели на результат. К Амадин развернули пару зеркал, отодвинутых к стенам. Гладкий репс того сочного и одновременно нежного оттенка, каким обладают распускающиеся пионы облегал девичью фигуру, делая ее еще более хрупкой.

- Я похожа на исхудавшего поросенка, - безжалостно констатировала девушка после минутного разглядывания отражения.

- Да, розовый - определенно не ваш цвет. - Согласилась модистка с досадой на свой промах.

- Что ж, увозите это всё. Гардероб номер пять. Нет, вот это останется.

Суета с выдворением платьев из примерочной повторилась, Амадин же тем временем извлекли из розового безумия и принесли совершенно другие платья.

Это был очень тяжелый день. Шелка, бархат, атлас, шерсть. Амадин долго приходилось стоять неподвижно, пока работницы порхали вокруг нее, булавками закалывая ткань, чтобы посадить готовое платье по фигуре.Сначала ошеломленная, чуть позже девушка осмелела и забраковала несколько платьев, которые казались ей слишком вычурными.

- Но герцогу нравятся такие наряды, - попыталась возразить одна из работниц.

- Если его светлости нравится, пусть он и носит, - отрезала Амадин, слишкома уставшая, чтобы соблюдать вежливость. - Я же в этих оборках выгляжу глупо.

Работницы смутились, а модистка бросила на девушка задумчивый взгляд.

- Пожалуй, вы правы… Сдержанная элегантность… Это что-то новое!

И все снова пришло в движение.

Платья, бесконечные блузки, юбки, жакеты, а еще были сорочки, чулки белье… в какой-то момент в комнату внесли несколько пар туфель: домашние, уличные, для танцев… Пришлось мерять и их, а потом еще раз перемерять платья, на этот раз с обувью.

- Отпустить подол… здесь подобрать, нет, не так, длинее…Не хотите ли чаю?

- Что? - Амадин не сразу поняла, что обращаются к ней. - Да, наверное.

Она с наслаждением рухнула в кресло.

- Боже, я еще завидовала тем, кто может себе позволить ходить к модистке! Кто бы мог подумать, что это так тяжело!

Она осеклась, понимая, что выдала себя. К удивлению, Николь просто рассмеялась:

- Дорогая, это тяжело, потому что у нас сжатые сроки. Пришлось подгонять готовые платья. И по секрету: несколько моих клиенток остались без нарядов.

- Вот как?

- Конечно, ведь они одеваются в долг, а ваш… покровитель платит по счетам вовремя. Так что советую воспользоваться этим и выбираться ко мне на примерки.

- Вряд ли мне это понравится, - пробормотала Амадин.

- Почему же? У вас есть вкус. Приходите ко мне почаще, и я сделаю вас самой модной дамой полусвета! Уверяю, вы даже научитесь получать удовольствие от этих визитов!

- Мне кажется, я к такому никогда не привыкну, - Амадин откусила от нежной сдобы и отпила еще чая.

- Привыкнете! Где же еще можно обменяться свежими новостями и, главное, сплетнями - модистка весомо кивнула в подтверждение своих слов. - А когда расстанетесь с герцогом, я сделаю вам скидку и помогу найти щедрого покровителя.

- Спасибо. вряд ли мне это понадобиться.

- Прекратите, вы не сможете быть с герцогом вечно. Я понимаю, что Лис - щедрый любовник, но… любовник это не муж. всегда найдется кто-то моложе, лучше…

- Вы исходите из своего опыта? - зло уточнила девушка. Все эти разговоры вкупе с примеркой раздражали.

- Конечно, - кивнула Николь. - Как вы думаете, иначе смогла бы я открыть модную лавку?

Амадин пожала плечами. Похоже, в этом мире женщине достичь успеха можно было только одним путем.

Амадин отпустили только к вечеру. Пошатываясь, девушка добрела до экипажа, сиденья которого были завалены свертками и картонными коробками. Ровно две дюжины платьев, как и требовал инквизитор. Только сейчас идея обменять все это на единственное плетение не казалось очень удачной. Оглядывая покупки, Амадин с тоской подумала, что быть любовницей герцога л'Армори, великого инквизитора и карающего меча королевства оказалось труднее, чем она могла себе представить.

Девушка так устала что даже не стала переодеваться в свое форменное платье, а Николь намеренно не напомнила об этом. Амадин поехала в том, что примеряла последним: винно-красное чайное платье, расшитое золотым и черным шнуром. Шелк корсажа плотно обтягивал грудь и талию, юбка не была пышной, но оборки делали ее похожей на полураспустившийся бутон.

Девушка задумчиво разгладила ткань рукой, затянутой в светло-серую перчатку. и откинулась на подушки, задумчиво созерцая улицы. Свертки шуршали, норовя выскользнуть друг из-под друга на пол. На коленях сиротливо притулился с ее серым академическим платьем. Расстаться с ним девушка не пожелала, а Николь не стала настаивать.

К особняку они подкатили неожиданно быстро. Амадин вышла из кареты и задумчиво взглянула на свертки, пытаясь понять, как ей забрать их. По всему выходило, что придется ходить несколько раз. Кучер тем временем спрыгнул с козел и, привязав коней у ограды, решительно отодвинул девушку.

- Посторонитесь!

- Что? - она недоуменно посмотрела на него.

- Нужно же все это занести в дом, - вздохнул кучер, не то сокрушаясь по поводу лишней работы, не то выражая неодобрение расточительности хозяина.

- Я и сама могу, - возразила Амадин, уязвленная его тоном. Кучер взглянул на нее, словно на умалишенную.

- Вы-то может и можете, но вот что мне скажет его светлость? - не дожидаясь ответа, он подхватил сразу несколько картонок. - Так что, открывайте калитку.

Амадин ничего не оставалось, как подчиниться. Сгрузив покупки, кучер отправился за новой партией, а девушка осталась в холле в ужасе смотря на разрастающеюся гору покупок. Все это следовало распаковать, разложить и повесить. Впервые девушка пожалела, что у нее нет служанки.- сейчас последняя, - предупредил кучер, в очередной раз выходя на крыльцо.

Амадин проводила его взглядом и направилась на кухню. Открыв ларь, она почти сразу нашла то, что нужно. Дверь хлопнула, и Амадин поспешила обратно в холл.

- Ну все, бывайте! - кучер сгрузил свертки.

- Подождите, - окликнула его девушка.

- Да?

- Вот… для лошадей, - она сама смутилась, а слуга улыбнулся.

- Спасибо, - тепло поблагодарил он и вышел.

Амадин взглянула на свертки, и здраво рассудив, что все может подождать, отправилась наверстывать упущенное - необходимо было подготовиться к будущему коллоквиуму, хоть завтра и выходной.

Это оказалось не так и просто сделать. Опасаясь помять новое платье, Амадин не могла присесть так, как ей вздумается. Она попыталась снять наряд, но пуговички располагались на спине, и самой расстегнуть их не представлялось возможности. К тому же новый корсет был слишком жестким и не позволял извернуться. Оставалось либо ждать кого-то кто поможет справиться с нарядом, либо… Амадин покусала губу. Если бы можно было применить магию, но утром она успела убедиться, что хозяин дома обнаружил ее вмешательство и усилил защиту, давая понять, что не приветствует чужую магию в особняке.

Девушка обреченно вздохнула. Корсет сразу же сдавил тело, напоминая о себе. Амадин поняла, что у нее не остается выбора. Она присела в кресло, в котором вчера сидел инквизитор и прикрыла глаза, вводя себя в состояние легкого транса. Плетения сразу заискрили вокруг. Девушка тщательно рассматривала их, пытаясь найти слабое место. На этот раз прорех не было.

Зато в одном из узлов она заметила погрешность. Осторожно она подцепила нить чужой магии и потянула к себе. Внезапно яркая вспышка прорезала темноту комнаты.

- Ох!

Боль была такая, словно девушка схватила горячую сковороду. Амадин буквально выбило из состояния транса. На глаза выступили слезы. Несколько мгновений она сидела в кресле,жадно хватая ртом воздух, и только потом заметила, что герцог л’Армори стоит на пороге и задумчиво рассматривает ее.

- Добрый вечер, - он слегка наклонил голову.

- Д-добрый вечер, - пойманная на горячем Амадин не знала, куда деваться от смущения.

Но инквизитор, казалось не заметил, чем она занималась. Он привычно плеснул себе в бокал коньяк и расположился у камина.

- Полагаю, вы прекрасно провели время, - герцог развалился в кресле, вытянув длинные ноги ближе к огню.

Вкупе с его словами это разозлило Амадин, которая не могла позволить себе такой роскоши.

- О да, ваша модистка сначала уверяла, что вы в восторге от оборок, а потом предложила стать моей сводней! - фыркнула она.

Он лениво улыбнулся:

- Николь времени даром не теряет.

- Это все, что вы можете сказать? - от негодования Амадин вскочила.

Герцог нарочито медленно поднес бокал ко рту и сделал глоток, внимательно рассматривая девушку через хрусталь.

- Еще то,что вы прекрасно выглядите. Цвет вам к лицу.

Это было последней каплей. Кровь ударила в голову, и Амадин, не задумываясь потянулась к той магической нити, которую недавно нашла. Дернула, совершенно не заботясь о сохранности плетений.

- Осторожно!

Кажется бокал полетел на пол, но девушке уже было не до это: магическая волна, освобожденная из плетений, вот-вот готова была обрушиться на нее. Амадин почувствовала, как пол уходит из-под ног. Еще секунда… Она зажмурилась ожидая неизбежного, но ничего не произошло. Миг, другой…

- Можете открыть глаза! - голос инквизитора звучал сердито.

Девушка подчинилась. Первое, что она увидела был герцог. Взлохмаченный, он стоял посередине комнаты, зло прищурившись.

- И как это понимать? - на его щеках играли желваки.

Он очень пристально смотрел на Амадин, и она нервно сглотнула, буквально ощущая его руки на своей шее.

- П-простите, - пробормотала девушка.

- Вас что, не учили концентрации? Это же программа первого курса! - скупыми движениями он начал восстанавливать охранные плетения.

- Учили, - Амадин невольно залюбовалась его работой.

На первый взгляд резкие движения были четко выверены, а узлы отличались простым изяществом. Сама девушка, даже если бы и додумалась до такого плетения, провозилась бы с ним не менее часа.

- Тогда странно, что вы до сих пор не умеете это делать, - фыркнул инквизитор. - Вы же говорили, что были лучшей на курсе!

- По этому предмету у нас был всего лишь зачет.

Она ожидала в ответ чего-то едкого, но инквизитор только вздернул бровь:

- Даже так?

Доделав плетение, он покосился на собеседницу, а затем неуловимым движением вплел еще пару дополнительных заклинаний, после чего удовлетворенно кивнул:

- Вот так-то лучше. Во всяком случае, вам теперь придется попотеть распутывая это!

- Думаете, я не справлюсь? - приняла вызов Амадин.

- Думаю вы просто не захотите больше заниматься этим, - с нажимом произнес он. - Или я не прав?

Амадин промолчала, упрямо смотря исподлобья. Правила хорошего тона просто кричали, чтобы она оставила плетения в покое, но ведь только что ей бросили вызов, а она не привыкла отступать. Рейнард это понял и тяжело вздохнул.

- Скажите, зачем вам вечно взламывать мои плетения? -устало поинтересовался он.

- А как иначе мне высушить волосы? - девушка всплеснула руками. - Да я даже это платье расстегнуть не могу!

Она вскочила и продемонстрировала ему длинный ряд пуговичек, спускавшийся от воротника до самой талии.

- Действительно, неприятно, - посетовал инквизитор, хищно рассматривая изящную линию шеи. До этого момента Амадин предпочитала заплетать косу. Сейчас же ее волосы были подняты наверх и небрежно заколоты на затылке.

- Неприятно?

Она оглянулась через плечо. Возмущение было настолько неподдельным, что Рейнард невольно улыбнулся.

- Разумеется, чувствовать себя беспомощным очень неприятно, но, к сожалению, я не могу допустить к защите дома. Вам придется нанять служанку. Кстати, она же может разобрать ваши покупки, которые сейчас валяются в холле. Кстати, я заметил там ваше старое платье. почему вы не выбросили его?

- Потому что иначе мне не в чем будет ходить в академию. Там не поощрятся наряды, тем более такие, - она демонстративно покрутилась.

- Жаль, - притворно вздохнул Рейнард. - Но почему вы не заказали новое форменное платье у Николь?

- Потому что это было бы сверх двух дюжин, которые вы сказали купить. Что?

Амадин нахмурилась, заметив что инквизитор смотрит на нее с возрастающим изумлением.- Подождите, - медленно произнес он, слвоно пытаясь осмыслить то, что сейчас услышал. - Вы хотите сказать, что не купили платье, потому что…

- Вы и так оплатили мне все это. Я не намерена ввергать вас в лишние расходы.

Несколько минут герцог пытался подобрать слова, а потом расхохотался.

- Право слово, вы - изумительная женщина, - он дотронулся до ее подбородка и приподнял, вынуждая смотреть прямо в глаза.- Уверяю вас, я вполне могу выдержать расходы еще на одно платье.

- Мне опять придется идти к Николь? - Амадин погрустнела.

- Вас это не радует?

- Мне кажется это нерациональной тратой времени, - пожаловалась девушка. - Все эти примерки, чаепития… И, кстати, вы до сих пор не показали мне то плетение.

- Отложим это до завтра? я немного устал, пытаясь предотвратить катастрофу, которую вы чуть не создали. Кстати, как вам на этот раз удалось обойти защиту?

- С трудом. признаться, я почти отчаялась, но профессор Шурол говорил, что в плетении всегда можно найти зацепку, - она потеребила оборку платья.

- Ясно, - голос звучал сухо.

Амадин поняла, что инквизитор переживает по поводу своей ошибки и торопливо добавило:

- Но это не умаляет таланта того, кто создал подобную защиту.

- А теперь вы мне льстите.

- Ничуть. Ваши плетения бесподобны!

Инквизитор покачал головой.

- Почему мне кажется, что вы говорите так, чтобы задобрить меня?

- Потому что это так и есть, - беззаботно отозвалась Амадин.

Герцог тяжело вздохнул.

- И тут лесть! Ладно, повернитесь!

- Зачем? - сразу же насторожилась девушка.

- Предпочитаете спать в платье?

- Нет, но… - она умоляюще посмотрела на хозяина дома. - Может быть, вы все-таки позволите мне использовать магию?

- Аккурат седмицу до того, моя Марылька нервничать стала, всяк раз как я той дорогой еду, - мужичок в линялой солдатской куртке похлопал пегую меланхоличную кобылу по холке, - Так то она смирная, я ее в позатом годе у старосты выкупил. Как раз на новолетье дело было.

- Ближе к делу, - одернул его граф Аткинсон.

Рейнард сделал другу предупреждающий знак, прося не сбивать. Валентин тенью держался за спинами начальства и записывал.

- Так я и говорю, думал волки шалят. А потом как с дождями травы полегли да овражек подмыло их и видно стало, - свидетель махнул рукой на искомый овражек. - Ну не всех скопом, сталобыть, а ручонка торчала. Вернее то что осталось, потрудились звери. Но у меня глаз меткий, хоть и один, навидался я в войну такого.

- Как давно были обнаружены тела? - Рей оглянулся в сторону указанного, там в предрассветных сумерках возились маги из его ведомства и несколько деревенских парней с лопатами.

- Я то сразу в жандармерию подался, я гражданскую ответственность блюду.

- И что?

- А ничаво, погнали меня, мол никого в округе не пропадало. Но я в столичную не поленился наведаться, два дня назад, стало быть. А потом ваших понаехало.

Герцог скрипнул зубами. Два дня впустую! И местное отделение жандармерии взять на кпрандаш. Распустились. Это еще посмотреть надо, по разгильдяйству они от такого сообщения отмахнулись, или кто-то попросил их быть невнимательными.

- Ваше… э, милорд. А мне грамотка какая не положена?

- Грамотка?

- Да у меня жинка дюже до всяких бумаг охочая, даром что читать не умеет. Так будет грамотка-то? Я б может еще чего порасказал, - прищурил хитрых глаз мужик.

- А есть что рассказать? Было в окркге что подозрительное?? - на всякий случай уточнил его заместитель.

- Тихо тут. Дорога почитай не езжая, с тех пор как прямой тракт в обход оврагов сделали. Так что, токма ежели я проеду, да может бабы по грибы пройдут, - продолжал делиться словоохотливый мужик.

- И, конечно, об этом все знали… - герцог мрачнел все больше.

- Так а как же? дорога, знамо дело… грибов здесь много…

- Ядовитые теперь они, грибы ваши, - вмешался Валентин.

- Чей-та? - фыркнул мужик.

- Трупным ядом пропитались, - пояснил секретарь. - так что лучше их не есть, не дай создатель преставитесь.

Судя по тому, как мужик побледнел, грибы он ел совсем недавно.

- Так это… как же так… а?

- А вот так, - отрезал Рейнард, бросая на секретаря благодарный взгляд.

- Если жить хочешь - выкладывай все, как на духу.

- Так что выкладывать то?

- Кто по тракту в последнее время ездил?

- Так говорил я, никто… - мужик чуть не плакал. - Хотя… был один… заплутал он, дорогу спрашивал. Я аккурат из города ехал.

- Как выглядит?

- Да как? как все. карета такая, заляпанная, без гербов и сам в плаще, да без сюртука. ну как вы, - свидетель взглянул на инквизитора.

- Валентин…

- Я уже отправил за художником, монсеньор, - отозвался секретарь и заслужил еще один благодарный взгляд.

- Хорошо. Останься здесь. Нарисуете портрет - выдашь противоядие! - Рей дернул уголком рта. И грамотку выправи. Ли, ты идешь?

Граф Аткинсон кивнул и направился следом за герцогом.

- А Валентин молодец, - восхитился заместитель, уже обретя обычное расположение духа. - Как он его расколол!

- Да, - после увиденного разговаривать не хотелось.

- Кстати, Рей..

- М-м-м?

- Почему на тебе нет сюртука?

Герцог обернулся и смерил спрашивающего взглядом, от которого тот попятился.

- Так получилось, - Рей плотнее запахнул плащ. - Главное, чтобы художник не подвел.

- Не подведет. Это проверенный, судебный.

- А… - инквизитор с трудом подавил зевок.

- Тяжелый день? - усмехнулся Лайонел

- Скорее, неделя, а теперь еще и это, - Рейнард устало помассировал затылок. - Надо завтра доложить Карлу.

- Как он?

- По-разному.

Друг понимающе кивнул и не стал продолжать эту тему.

- Надо проверить жандармерию, - Рей первым прервал молчание. - Они два дня отмахивались от сообщений телах.

- Не хотели утруждать себя, поскольку понимали, что дело заберем мы?

- Возможно.

Рей передернул плечами. За городом было холоднее, и он уже несколько раз пожалел, что оставил сюртук Амадин.

- Холодно? - усмехнулся друг.

- Терпимо. Все лучше, чем жара: представь, как бы здесь пахло.

- Зато захоронение нашли бы быстрее.

- Вряд ли. А, Валентин! Вот и вы! Ну что, удалось?

- Я бы так не говорил… - секретарь протянул инквизитору листок.

Рейнард щелкнул пальцами и все трое склонились над портретом.

- Мне кажется,или он больше всего похож на судью Баррингтона? - поинтересовался граф Аткинсон.

- Действительно, сходство просматривается, - Рей всмотрелся в карандашные линии. - Интересно, что он делал на этой дороге.

- И без сюртука, - вмешался Лионель.

- Может быть, это не он? - усомнился Валентин и заслужил два скептических взгляда.

- У Баррингтона нет братьев. Только сестра. Вряд ли мадам де Вуарье стала бы разъезжать в мужской одежде, - поучительным тоном произнес граф Аткинсон.

- К тому же они мало похожи, - Рейнард сложил рисунок и протянул его секретарю. - Приобщите к делу.

- Да, монсеньор. Что-нибудь еще?

- Думаю, нет. Баррингтона допросим утром. А сейчас давайте по домам, завтра сложный день. Ли, ты с нами?

- Не откажусь!

Рей кивнул и первым заскочил в карету.

Зайдя внутрь, Амадин замерла, потрясенная раскинувшейся перед ней роскошью. Больше всего кофейня напомнила ей здание суда: расписанный потолок, стены, закрытые панелями с резьбой, края которой были покрыты тонким слоем патины, удобная кожаная мебель. три золоченые колонны делили кофейню на два зала, а между ними стояли кадки с экзотическими растениями.

Еле слышный кашель заставил девушку вздрогнуть и обернуться.

- Вы? - охнула она, моментально узнав секретаря великого инквизитора.

- Мадемуазель…

Валентин был удивлен не меньше. Он с восхищением рассматривал девушку.

- Вы прекрасно выглядите.

- Спасибо, - улыбнулась она. - Может, присядем? А то мы закрываем вход.

- Верно, - ответная улыбка была не менее теплой.

Валентин проследовал за девушкой к столику у окна и галантно отодвинул кресло.

- Что вам заказать? - учтиво осведомился он, присаживаясь напротив девушки.

- Не стоит утруждать себя, я сама… - попыталась запротестовать она, но Валентин выставил руку, прерывая все возражения.

- Я настаиваю!

- Ладно, - Амадин лукаво взглянула на него из-под ресниц. - Несколько дней тому назад вы принесли мне пирожное. Я бы хотела именно такое.

- И кофе?

- Да, конечно, но без коньяка.

Они дружно рассмеялись. Смех разрушил неловкость, которую оба испытывали и валентин окликнул официанта. Проговорив заказ, он снова повернулся к девушке.

- Как ваша учеба?

- Как всегда, - она пожала плечами. - профессор Шурол слишком требователен, а Фуагра - желчен.

- Он все еще начинает каждую лекцию присказкой про то, что рунная магия - это основа основ?

- Да, и жутко злится, когда кто-то начинает болтать! - подхватила Амадин.

- О, да! "Молодой человек! Вы никогда не достигнете успеха, если будете так невнимательно слушать!" - Валентин передразнил преподавателя.

При этом он сделал такое лицо, что Амадин опять рассмеялась.

- Надеюсь, вы никогда не делали подобное в его присутствии, - она посторонилась, чтобы официант мог поставить на стол пирожные и кофе.

- Ну… - Валентин скромно потупился. - Один раз я спародировал Фуагра в столовой, а он стоял у меня за спиной..

- Не может быть! - от волнения Амадин подалась вперед. - И что он?

- Ну… - Валентин потянулся к девушке и заговорщицки прошептал. - Экзамен я сдавал ассистенту!

- А вы хитрец!

Она подхватила ложечку и зачерпнула взбитых сливок, щедро украшавших пирожное, засунула в рот и зажмурилась:

- Восхитительно! И меня этого недавно лишили!

Она сделала ошибку, упомянув о дне их знакомства. Амадин поняла это, но слова невозможно было вернуть. Валентин выпрямился и помрачнел.

- Но ведь его светлость был прав, а я вел себя как последний болван! О, простите…

- Я знаю словечки и похуже, - приободрила его Амадин. - Я ведь выросла в деревне.

- Едва ли это может служить для меня оправданием, - он с какой-то мрачной решимостью сделал глоток.

Она кивнула и снова погрузила ложечку в воздушное пирожное.

Валентин замолк, стараясь не слишком откровенно смотреть, как девушка подносит к розовым губкам горку взбитых сливок и безе, как жмурится от удовольствия. Как украдкой слизывает прилипшую к губам крошку. Он не выдержал и перевел взгляд в зал, но легче не стало: теперь Валентин видел, что не только он подсматривает за девушкой. Мужчины скользили по ней оценивающими взглядами, а один из них поднял большой палец вверх, давая понять, что одобряет выбор Валентина.

Секретарь скрипнул зубами и демонстративно отвернулся.

- Вы хотите что-то еще? - обратился он к девушке, как только она покончила с пирожным.

- Нет, спасибо. Это было божественно! Знаете, я всегда мечтала о том, что когда-нибудь окажусь здесь… - она обвела зал восторженным взглядом.

- Вы никогда не заходили сюда? - изумился секретарь его светлости.

- В моем старом платье меня не пустили бы даже на крыльцо черного хода! - Амадин невесело усмехнулась, внезапно вспомнив, чему она обязана своим благосостоянием.

- Может,поужинаем вместе? вдруг выпалил Валентин и сразу же смутился.

- Что? - ахнула девушка.

- Поужинаем вместе. Скажем, завтра? - отступать было поздно.

- Но… я… - Амадин моргнула, пытаясь сформулировать то, что ее тревожило.

Валентин казался забавным, с ним было легко и просто, но ей не хотелось ни обнадеживать его, ни,что самое главное, обманывать герцога.

- Если вы беспокоитесь по поводу его светлость, то уверяю, он не будет возражать, -= секретарь мгновенно понял ее замешательство.

- Вот как? - Амадин в задумчивости размешивала остатки кофе, стуча ложкой о стенки чашки.

- Поверьте, я прекрасно его знаю. Более того, я бы ни за что не стал предлагать вам что-то неприличное.

- Даже зная, что я… - голос оборвался на самой высокой ноте.

- Особенно зная, что вы связаны обязательствами с его светлостью, - подтвердил девушке секретарь.

Рядом с ней он чувствовал себя очень опытным и мудрым.

- Уверяю, это дружеский ужин и он ни к чему вас не обяжет. В конце концов, вы не обязаны скрываться от всего мира, не так ли?

- Да, верно, - девушка вздохнула. - Но мне все равно это кажется каким-то неправильным.

- Прошлая… дама его светлости часто ужинала со мной, пытаясь выяснить его предпочтения.

Валентин почти не лукавил. Почти - потому что опустил, что предыдущая любовница, устав от постоянных отлучек инквизитора, пыталась соблазнить секретаря.

- Какое отношение вы имеете к предпочтениям его светлости? - округлила глаза Амадин.

- Решительно никакого, - усмехнулся Валентин. - Но не все это понимают. Особенно, те, кому его светлость оказывает покровительство…

- Я очень понятливая, поверьте, - она вдруг осознала, что упоминание прошлых пассий герцога ее раздражает. - И если вы думаете, что я соглашусь на ужин чтобы… для того… В общем, лучше не стоит.

Изнутри плеснуло острой обидой. Да, этот молодой человек в курсе ее положения, но от его предположения стало неприятно.

- Мне, наверно, лучше уйти, - девушка попыталась встать.

- Нет, нет, постойте, - Валентин взволнованно перехватил ее за руку. - Прошу, простите меня, я снова был бестактен, просто очень волнуюсь. Мне хотелось бы поужинать с вами.

- Только если избавите меня от выяснения о предпочтениях его светлости, - Амадин снова присела на стул.

- Конечно!

Он наконец заметил, что до сих пор порывисто сжимает нежную девичью ладонь, покраснел и поспешно убрал руку.

- Хорошо, я согласна - сдалась Амадин, ей не хотелось обижать Валентина, ведь он был добр, даже когда на ней была тюремное платье, а не элегантный костюм.

К тому же она подумала, что сможет закрепить на практике те знания, что удалось почерпнуть из книги этикета.

- Тогда заеду за вами, - искренне обрадовался молодой человек.

Она покачала головой:

- Просто скажите, куда следует приехать.

- Хорошо, - Валентин прекрасно понял, что она не желает оставаться с ним наедине. - Я дам знать, где закажу столик.

- Хорошо. А теперь, простите, мне пора. Нужно навестить одного человека

Она встала. Секретарь тоже вскочил:

- Позволите, я провожу вас.

- Не стоит.

Чтобы смягчить отказ, Амадин улыбнулась и торопливо подошла к витрине, на которой были выставлены сладости. Купив еще одно пирожное, она дождалась, пока официант упакует его в коробочку и вышла, махнув рукой напоследок.

Валентин взглянул на забытую ей газету с кричащими заголовками, одним глотком допил кофе и тяжело вздохнул.

Этого Амадин уже не видела. Благодарно кивнув швейцару, распахнувшему перед ней дверь, девушка вышла на улицу и направилась к академии.

Как она и предполагала, магистра Рутенс был в своей каморке. Он сидел, сгорбившись над столом и листал подборку старых газет, то и дело вчитываясь в пожелтевшие страницы.

Еще одна газета точь-в точь, как та, которую Амадин купила, а потом оставила в кофейне, лежала рядом. Слишком погруженный в чтение, старик не сразу заметил, что в каморку кто-то вошел.

- Добрый день, магистр Рутенс.

- А свиристелька, - не отрываясь от текста кивнул библиотекарь. - С чем пожаловала? Опять книги?

- Нет, вот! - Амадин гордо водрузила на стол коробочку. - Это вам!

- Мне? - библиотекарь все-таки оторвался от книги. при виде девушки его глаза удивленно расширились. - Надо же…

- Вам не нравится? - Амадин напряглась, заметив тень, скользнувшую по лицу наставника.

Одобрение библиотекаря значило для нее гораздо больше, чем приветливые взгляды всех жителей города. Магистр Рутенс улыбнулся.

- Отчего же!

- Но вы… - она замялась.на замялась, не в силах четко сформулировать то, что ее беспокоило.

- Немного растерялся, верно. Давненько хорошенькие девчушки не приносили мне сладости, - старик снова перелистнул страницу -

Ты подождешь, пока закончу? Хотя, нет, завари пока чай!

Девушка не стала возражать. Подхватив коробочку, она направилась к столику, расставила чашки и тронула пузатый бок артефактного чайника, оживляя его.

Как только вода зашумела, старый библиотекарь аккуратно отложил подшивку в сторону и подошел к Амадин, как раз заливающую кипятком ароматную заварку. Чайник фыркнул, над головами присутствующих поднялся пар. В каморке сразу запахло мятой и малиной.

- Что вы так старательно изучали? - Амадин наполнила чашку ароматным напитком и подала магистру.

- Да так, - отмахнулся он. - Проверял свою память.

- То есть? Амадин покосилась в сторону газеты, гадая, что в ней могло заставить библиотекаря изучать старые заметки. Рутенс перехватил ее взгляд и обреченно вздохнул:

- За городом обнаружили захоронение…

- Да, я читала. Газетчики наперебой утверждают, что из тел была высосана кровь.

- Чепуха! - библиотекарь хлопнул ладонью по столу с такой силой, что чашки жалобно звякнули. - Уж кому, как не тебе, свиристелка, знать, что высосать кровь не возможно! иссушение наступило в результате иного.

Девушка покусала губы, размышляя

- Магии? - неуверенно предположила она.

- Именно. А теперь подумай, свиристелка, когда лишение дара может привести к смерти.

Амадин задумалась. Внезапно ее глаза расширились, она с ужасом уставилась на магистра:

- Дети? Если начали обучать слишком рано, то…

- Магия убьет их, - кивнул библиотекарь. Он помешал ложечкой напиток, задумчиво смотря, как кружатся чаинки, и продолжил. - Лет пятьдесят тому назад инквизиция проводила подобный эксперимент.

- И что? - при упоминании об инквизиции Амадин насторожилась.

- Да в сущности, ничего. Кто-то из нижних чинов проболтался газетчикам. Новость разлетелась моментально, но через день шумиха стихла, а вскоре тело информатора нашли в Рире.

- Вот как, - пробормотала девушка. Настроение упало, и чаевничать расхотелось. От мысли о том, что инквизиция могла быть причастна к бесчеловечным опытам, по спине пробежали ледяные мурашки. А ведь Рейнард вчера ночью спешно покинул особняк, да и Валентин упомянул, что инквизитор несколько дней будет отсутствовать. Неужели заметает следы?

Амадин тряхнула головой. Не стоит даже думать о подобном. Отсутсвию инквизитора могли найтись и другие объяснения, и тогда она со своими подозрениями будет выглядеть глупо. Девушка почти наяву услышала короткий смешок и вкрадчивый бархатистый голос: “Знаете, таких извращений мне еще не приписывали…”

Амадин вдруг заметила, что магистр пристально смотрит на нее и покраснела.

- Простите, я задумалась, - пролепетала она.

- Это ты прости старика, - магистр нарочито вздохнул. - Запугал я тебя, свиристелка. Допивай, давай.

Амадин послушно присела, сделала несколько глотков и снова вскочила.

- Просто в голове не укладывается, - пожаловалась она. - Чтобы забрать магию нужны специальные механизмы, линзы…

- Глупости. Все эти новаторства просто собирают магию чтобы использовать ее в механизмах. Поезда, станки… Все существует только за счет магических стержней…

Девушка едва заметно передернула плечами. От мысли, что ее дар сейчас мог так же двигать какой-нибудь поезд по спине продрало холодом.

- Хотя сам ритуал забра магической силы древнее, чем это аббатство. Как ты думаешь, почему его построили именно здесь?

- Потому что здесь было капище?

Старик довольно кивнул, а Амадин снова поежилась.

- Зачем это, ведь передать силу людям нельзя.

- Власть, деньги, ресурсы - и ради меньшего люди идут на страшные преступления.

Магистр задумчиво отхлебнул чаю.

- А передать силу может и возможно, но технология утеряна.

- И хвала богам.

Магистр проводил девушку острым задумчивым взглядом, пересел за рабочий стол и придвинул писчие принадлежности. Следовало известить старого друга обо всем, что происходило в Сен-Кантене.

Из ворот академии Амадин вышла подавленной. разговор оставил в душе смутное ощущение непоправимой катастрофы, и гулять по городу расхотелось. Вместо этого она направилась в особняк и приступила к написанию новой работы.

Бытовые плетения. Когда-то, узнав об их существовании Амадин возликовала - можно было не тратить время на ежедневную рутину. Сейчас же, она откровенно злилась.

Ни одно из плетений не срабатывало в особняке инквизитора. Более того, при каждой попытке применить магию, девушку ощутимо било по рукам.

Вздохнув, она отодвинула документы и погрузилась в транс. Магические нити, опоясывающие комнату вспыхнули перед глазами.

Однако нити упорно не давались в пальцы и все попытки подцепить хоть один узел не увенчались успехом. Девушка понимала, что где-то должны быть начало и конец чар, но никак не находила их.

- Да что же это такое! - охнула она, очередной раз выпадая из транса и тряся кистью.

Ощущения были, словно она приложилась ладонью к раскаленной сковороде. Правда, боль мгновенно утихла. Тяжело вздохнув, Амадин снова принялась за работу.

Она опомнилась только когда часы пробили полночь.

С трудом разогнувшись, девушка направилась в свою спальню. Стоп. Она даже замерла на лестнице, ухватившись за перила. С каких это пор она стала считать эту комнату своей. Амадин обвела взглядом стены, в который раз отмечая неброскую роскошь обстановки. К хорошему привыкаешь быстро Очень быстро. Не стоит забывать, что на самом деле хозяин особняка, и что она здесь до тех пор, пока действует договор. С этими мыслями она отправилась спать.

И снова она, несмотря на теплую комнату и мягкую кровать спала плохо. Амадин снились кошмары. Она куда-то бежала. Неясные силуэты тянули к ней иссохшие руки, пустые глазницы тускло светились во тьме. Еле слышный шепот смешивался с лязгом металла. внезапно все перекрыл знакомый голос: “девушка идет со мной!” Граф л’Армори вышел из тьмы, протягивая руку. Амадин ухватилась за его ладонь. Инквизитор уверенно повел ее за собой. Шаг, еще, вязкая тьма отступила, а Амадин оказалась перед кругом камней. Двенадцать, вкопанных по кругу и тринадцатый, лежащий плашмя - алтарь. За камнями виднелись зеркала, отражающие растерянную девушку в уродливом сером платье. Инквизитор повернулся к ней, провел ладонью по щеке, заправляя непослушную прядь.

- Итак, Амадин, вы обещали исполнять все мои приказы?

- да, монсеньор, - почему-то сейчас казалось правильным назвать его именно так, как обычно называл Валентин - старая традиция, идущая из древнего прошлого, когда инквизиция была единственной карающей властью.

- Тогда ложись!

Он кивнул на алтарь.

- Но…

- Мне нужен твой дар.

Амадин проснулась и еще долго пыталась понять, почему она в комнате, а не на алтаре. В комнате царила духота, ночная рубашка промокла от пота и липла к телу.

За окном только занимался рассвет. В густых предрассветных сумерках казалось, что тени в углах живут своей жизнью. Амадин с трудом дотащилась до умывальника поплескала в лицо ледяной водой, разгоняя остатки кошмара. А потом и вовсе набрала ванну. Поколебавшись, добавила ароматного масла из хрустального пузырька, стоявшего на полке и с наслаждением погрузилась в обжигающе-горячую воду. Все-таки к хорошему очень быстро привыкаешь.

Амадин вылезла только когда вода остыла. Поежившись, она быстро вытерлась и вернулась в спальню. часть свертков так и осталась неразобранной, ее собственный халат был среди них, поэтому девушка, не коляблясь в очередной раз завренулась в знакомый синий шелк.

Преставив возмущение, которое бы обязательно высказал ей хозяин халата, она улыбнулась, и запахнув полы поплотнее, направилась вниз.

Лора еще не пришла, и Амадин была даже рада: служанка готовила очень вкусно, и девушка боялась, что скоро не влезет в свои наряды. Вряд ли инквизитор раскошелится на вторую дюжину платьев. Конечно, Николь обещала скидку, но все равно ее работы стоили безумно дорого. Даже за форменное платье пришлось выложить треть того, что она заработала, и Амадин утешала себя лишь тем, что новое платье окупиться курсовыми работами.

Сварив кофе, Амадин подхватила блюдце с печеньем и прошла в гостиную. За стол садиться не стала, предпочла с ногами забраться в кресло, стоящее у камина. угли почти прогорели. Спохватившись, девушка хотела разжечь огонь, но для этого надо было вставать, а ей не хотелось шевелиться. Впервые в жизни она завтракала одна.

Она не понимала, нравится ей это или нет. Не было ни мельтешения братьев и сестер, ни болтовни соседки над ухом. Только благословенная тишина, в которой она так нуждалась после ночных кошмаров.

Амадин отхлебнула кофе и задумалась, прокручивая в голове разговор с магистром Рутенсом. Сейчас он показался ей еще более безумным, чем вчера. С чего вдруг инквизиции браться за опыты пятидесятилетней давности?

Но червячок сомнения не покидал ее. Самое простое - спросить Валентина, и Амадин твердо оешила сделать это сегодня вечером.

Наверное, она задремала, потому что очнулась, когда в комнату вошла Лора.

- Доброе утро!

Это прозвучало очень громко. Амадин встрепенулась и бросила взгляд сначала на служанку,а потом на чашку с остывшим кофе, одиноко стоящую на каминной полке.

- Доброе, я… - она осеклась, гадая стоит ли объяснять служанке почему она спит у камина, завернутая в мужской халат.

- Не разобрали покупки, - кивнула Лора. - Оно и понятно, у вас теперь много дел! Одно одевание чего стоит…

Она выжидающе замолчала.

- Да,ты кажется говорила про племянницу! - Амадин с радостью ухватилась за намек.

- Ну…

- Мне действительно нужна горничная, половину платьев я ни в жизнь не сниму! - Амадин покраснела, вспомнив, кто исполнял роль горничной в последний раз и украдкой бросила взгляд на окно.

- Прежде чем их снять надобно их надеть,- резонно возразила Лора. - Уж это моя Герда легко может.

- А прическу?

- Конечно. Может,не такую изысканную, как у мадемуазель Дезире, но все же…

- Дезире? - насторожилась девушка, вспомнив роскошно одетую женщину, которая сопровождала инквизитора. - Кто она?

- Актриса и друг его светлости.

- Только друг? - это вырвалось само. Амадин поморщилась, понимая,что сболтнула лишнего, а Лора пожала плечами.

- Сами знаете мне многое не ведомо, а что ведомо, то я болтать не буду, вы уж простите.

- Да,я понимаю, - вздохнула девушка. - Так когда придет ваша Герда?

Племянница служанки появилась после обеда. Высокая широкоплечая девица с волосами цвета соломы вошла в комнату вслед за тетей,сделала положенный книксен и застыла,внимательно изучая будущую хозяйку. Амадин в свою очередь тоже не сводила взгляд с будущей горничной, судорожно гадая, что в таких случаях следует сказать.

- Скажите, вы любите попугаев? - ляпнула она первое, что пришло на ум.

- Не беспокойтесь, я ем все! - так же спешно выпалила горничная, и обе девушки рассмеялись.

- Я действительно не знаю, что у вас спрашивать, - Амадин развела руками.

- Ну, например можете спросить, у кого я служила раньше и потребовать рекомендации.

- Что толку спрашивать имена тех, кого все равно не знаю? - девушка пожала плечами. - А рекомендациям от Лоры я верю больше, чем всяким бумажкам. Так что, если вы поможете мне одеться и сделать прическу, я решу что вы - настоящее сокровище.

- Значит, я принята? - просияла Герда

- Если хозяин дома не будет возражать.

- Не беспокойтесь, мадемуазель, как я уже говорила, его светлость не станет вмешиваться, - улыбнулась Лора.

Герда оказалась расторопной и хваткой девицей. К тому же умудрялась при своем крупном сложении оставаться неприметной и двигаться тихо. Она споро разобрала гору покупок, с куда большей легкостью, чем Амадин перетаскав их в шкаф. Нашелся и халат и многочисленные комплекты белья из которого Амадин хотела выбрать самый скромный, но Герда решительно запротестовала:

- Вы не для того купили всю эту роскошь, чтобы хранить в шкафу!

она решительно извлекла на свет нечто воздушное, с обилием пенных кружев, оно напомнило Амалин пирожное, которым ее вчера угощал Валентин.Платье Герда тоже выбрала сама. Белоснежное, с высоким полупрозрачным воротником-стойкой и пышными рукавами, которые были перехвачены высокими манжетами. Длинная атласная юбка заканчивалась небольшим шлейфом, а ее подол украшал узор, выложенный черным шнуром.

Широкий пояс из такого же атласа перехватывал талию, подчеркивая плавность изгибов фигуры, а сбоку завязывался огромный бант.

В этом платье и с прической, которую ей создала Герда, девушка чувствовала себя очень взрослой. Она долго рассматривала свое отражение в зеркале, пытаясь понять, нравиться ли ей увиденное. по всему выходило, что да.

- Что-то не так? - Герда озабоченно взирала на хозяйку.

- Все хорошо, ты просто волшебница, - Амадин поспешила успокоить горничную. Она хотела добавить еще комплиментов, когда в руку впорхнул магический вестник. Прекрасно зная, что это от Валентина. девушка открыла послание.

“Ресторация отеля дю Норд. В пять. ВВ”

Амадин вздохнула. Это заведение считалось самым роскошным во всем Сен-Кантене, а может быть, и королевстве. По всей видимости, Валентин решил, что очредная любовница герцога не согласится на меньшее, или же основывался на опыте предыдущих встреч. Мысль о том, что у герцога были любовницы, почему-то вызвала раздражение.

Амадин еще раз взглянула в зеркало, но на этот раз в раздражением и злостью. Похоже, флер богатства вскружил ей голову. Она должна писать курсовые и думать о том, что ей делать после учебы, а не проводить время у зеркала или в модной лавке.

При воспоминаниях о модной лавке, Амадин ойкнула и покосилась на часы, гадая, успеет ли она забрать платье. Помощница модистки утвержддала, что они с трудом успеют к закрытию. Вряд ли заказ будет готов к пяти часам.

- Что же делать? - она и не заметила, как произнесла это вслух.

- Мадемуазель? - моментально отозвалась Герда. - Вы чем-то недовольны?

“Своей жизнью, я планировала все совершенно по-другому!” - подумала Амадин, но не стала произносить этого вслух.

- Похоже, я осталась без платья…

- Почему?

- У меня встреча в пять вечера, а салон Николь Эш работает до семи. Платье будет готово только к закрытию. Я не смогу забрать его!

- Вы и не должны, - возразила горничная. - Это - моя обязанность!

- Что? - охнула девушка.

- Обычно подобные поручения исполняют лакей или горничная, - охотно пояснила Герда.

Амадин шумно выдохнула.

- Я никогда не справлюсь с этим!

- С чем?

- С этикетом!

Она поморщилась, понимая, как патетически это прозвучало. Герда пожала плечами:

- А что с ним справляться?

- Ну как же! Все эти правила, вилочки, реверансы… - Амадин махнула рукой, понимая, что смешала все в кучу. - А еще есть танцы!

- Так всему этому научить можно, - горничная все еще не понимала степень отчаяния. - у моей предыдущей хозяйки так дочери учились.

- Наверное, у них была уйма свободного времени! - съязвила девушка.

- Почти не было, - Герда не заметила сарказма, или сделала вид. - Они все время были заняты: уроки танцев, домоводства, живописи, музицирования, этикета…

Амадин вздохнула обреченно и не стала продолжать тему. Если у модистки ее настигло понимание, что жизнь в высшем свете не так уж необременительна и ленна, то сейчас она окончательно убедилась, что едва ли смогла бы так бездарно растрачивать время.

Отдав Герде распоряжение относительно академических платьев она кинула в зеркало последний взгляд и спустилась вниз.

Заняться оказалось решительно нечем. Можно было закончить работу, но она опасалась испачкать чернилами наряд. Книги, имеющиеся в ее маленькой библиотеке она давно прочла.

- Сдается, музицируют знатные леди от скуки, - вздохнула она, аккуратно опускаясь на стул.

- Вы что-то хотели? - выглянула с кухни Лора.

- Нет, то есть… я решительно не знаю чем себя занять, - неожиданно призналась она.

- Поешьте, - пожала плечами служанка.

- Я же приглашена в ресторацию, - удивилась девушка.

На самом деле организм уже давно намекал, что неплохо бы подкрепиться.

- Хотя бы выпейте чаю, - предложила Лора, вытирая руки полотенцем. - Итак клюете словно птичка, едва ли в незнакомом месте у вас будет отменный аппетит.

Амадин представила как сидит посреди огромного зала с золочеными колоннами и хрустальными люстрами, а посетители, не хуже экзаменационной комиссии, тщательно следят ту ли вилочку она взяла.

- Чай. Я буду чай, - отогнала она пугающее видение. - И остались ли еще те волшебные плюшки?

За едой рука сама потянулась к учебнику этикета. Амадин проштудировала его несколько раз, чтобы Валентину не пришлось краснеть за нее. От этого занятия девушку отвлекла вернувшаяся из лавки Герда, которая высказала удивление, что юная хозяйка все еще дома. Амадин бросила взгляд на часы и охнула: стрелки неумолимо приближалась к половине пятого. захлопнув книгу, девушка вышла из дому так быстро, как ей позволяло новое платье.

Извозчика удалось поймать сразу за калиткой, а путь не занял много времени. не будь Амадин одета в дорогой наряд, она вполне могла бы добраться и пешком, но боязнь испачкать белое платье заставила в очередной раз раскошелиться. Амадин с какой-то грустью подумала, что вряд ли ее заработки покроют расходы, если она и дальше продолжит так тратить деньги. Впрочем, об этом можно было подумать и после.

До отеля дю Норд девушка добралась значительно раньше, чем ожидала. Пришлось просить проехать на пару кварталов дальше и тянуть время прогуливаясь до места по скверу. Тут, в центре было людно, спешили с работы клерки, прогуливались парочки, катили экипажи.

На хорошо одетую одинокую девушку постоянно косились. Одна пожилая дама поджала губы и презрительно отвернулась, а толстый господин, напротив, помахал рукой. Амадин нахмурилась, а потом, поняв, за кого он ее принял, вспыхнула и поспешила прочь. Лишь потом девушка невесело подумала, что предположение господина не слишком далеко от истины. Так что к отелю она подошла в расстроенных чувствах.

Вечерело и высокие окна купали мостовую перед входом в мягком желтом сиянии новомодных ламп.

Амадин замерла на противоположной стороне улицы, внимательно разглядывая ярко освещенный вход под бордовым козырьком. Невозмутимый швейцар с огромными усами, покашливал и то и дело распахивал двери посетителям.

мужчины в шерстяных пальто, дамы в мехах и бриллиантах… Они часто приветствовали друг друга, перебрасывались шутками, смеялись.

Девушка горько вздохнула. Сейчас она как никогда ощущала свою чуждость этому сверкающему миру. Она ведь и хотела добиться всего этого. Свободы, которую дает дар и диплом, независимости. Богатства.

И вот она пришла туда же, куда так стремилась, но несколько иным путем.

Амадин стиснула в кулачки подрагивающие пальцы, вздернула голову и решительно перешла дорогу. Если независимая жизнь свободной магички выглядит именно так, то почему она должна робеть, опасаясь даже приблизиться к этой жизни?

Швейцар столь же невозмутимо, как и прочим гостям распахнул дверь впуская красивую незнакомку в светлый, отделанный черным мрамором и блестящей медью холл.

Амадир прошла несколько шагов и замерла не зная, куда ей двигаться дальше. Над головой сияли люстры, изгибающиеся словно стебли диковинных металлических цветов со стеклянными бутонами плафонов. Эти же плавные линии повторялись в перилах уходящей ввысь лестницы, в сверкающей стойке, в створках витражных дверей. Никакого ресторана не было видно и в помине Амадин растерянно оглянулась на вход, подозревая, что совершила ошибку и вошла не в те двери. Но сбежать на улицу не успела.

Расторопный служащий, совсем молодой паренек, появился рядом с ней, словно сотканный из блеска начищенных полов и медных панелей.

- Мадемуазель, я могу вам помочь? - расцвел он улыбкой.

- Эм… Возможно, - она почему-то смутилась, заметив подобострастное восхищение в глазах. Скорее всего, неискреннее. - Мне назначена встреча в ресторации…

- О! Позвольте вас проводить, - улыбка стала еще шире. Молодой человек повел ее куда-то вглубь помещений, распахивая встречные двери.

Как оказалась, ресторация располагалась на противоположной стороне здания и выходила окнами на бульвар.- прошу, - паренек распахнул тяжелые двери и проинформировал метрдотеля. - Мадемуазель назначена встреча…

тот кивнул и вопросительно уставился на девушку а потом кашлянул.

- А, да, - спохватилась она, окончательно робея перед этим высоким полным служащим, выглядевшим так же важно, словно король. - Столик бронировал мсье де Валинуа…

- О, конечно! - при упоминании имени Валентина метрдотель расплылся в дежурной улыбке. - Следуйте за мной, мадемуазель.

Держась за его идеально ровной спиной, Амадин прошла очередной роскошный зал, на этот раз освещение было приглушенным. Валентин - его она увидела сразу - сидел за столиком у окна и всматривался в проходящих по бульвару девушек.

- Прошу! - метрдотель отодвинул стул.

Валентин вздрогнул и, увидев Амадин, моментально вскочил.

- Добрый вечер, - он церемонно поклонился.

- Добрый вечер.

Присутствие секретаря герцога придало уверенности и, поблагодарив кивком головы служащего, Амадин опустилась на стул так же грациозно, как и дама за соседним столиком. Во всяком случае, ей хотелось так думать. Валентин тоже занял свое место и подозвал официанта.

- Что вам заказать?

- Не знаю, - девушка пожала плечами. - Что-нибудь на ваш вкус.

- Я люблю пирожные, - заговорщицки произнес секретарь.

- Я тоже, - рассмеялась девушка и тихо добавила. - Спасибо.

- За что?

- За все, - она покосилась на официанта, терпеливо стоящего у столика. - думаю, будет лучше, если заказ сделаете вы. Я все равно не знаю здешней кухни.

- Хорошо, - кивнул Валентин и быстро надиктовал официанту. - Два консоме из рябчиков, форель в белом соусе и… - он снова взглянул на Амадин, после чего решительно добавил: - Бутылку лучшего белого вина!

- Бутылку? - охнула девушка, когда официант ушел. - Но…

- Считаете, этого мало?

- Напротив, слишком много…

- Тогда все в порядке, - он ободряюще улыбнулся.

- Но ведь это дорого, - робко возразила девушка.

- Уверяю вас, я вполне могу позволить себе это, - запротестовал Валентин.

Дама за соседним столиком, услышав обрывок разговора фыркнула и смерила его надменным взглядом.

Амадин кивнула.-

Ладно, итак, что вы хотели мне рассказать?

Она не договорила, потому что была прервала изумленным возгласом:

- Амадин! глазам своим не верю!

- Полетт? - охнула девушка.

Подруга подошла к столику, не сводя изумленного взгляда.

- Ты стала… Это же - творение Николь Эш, верно?

- Да.

- Хм… - Полетт взглянула на Валентина, который снова поднялся, чтобы приветствовать незваную гостью. - Мы знакомы?

- Валентин де Валинуа, - молодой человек поклонился. - Секретарь его светлости герцога л’Армори.

- Великого инквизитора? - брови Поллет взметнулись еще выше. - Как странно.

- Валентин, это - моя подруга и бывшая однокурсница Поллет л’Эрме, - вмешалась Амадин, понимая, что стоящие привлекают ненужное внимание.

- Бывшая? - удивился Валентин.

- Да, я вышла замуж и теперь… - Поллет горько усмехнулась и прикусила губу. - Впрочем, какая разница, не буду вам мешать…

- Если Амадин не возражает, вы могли бы присоединиться к нам, - внезапно предложил Валентин.

Поллет очаровательно улыбнулась.

- Ты же не возражаешь? - обратилась она к Амадин.

- Нет, но…

- Прекрасно, - Поллет опустилась на стул и обернулась к Валентину. - Наверное, это очень тяжело - работать у его светлости?

- Ничуть, - он покачал головой. - Я счастлив, что поступил на службу именно к нему.

- О! А это дело про иссушенные тела?..

- Я не имею права разглашать подробности…

Амадин почти не вслушивалась в разговор. Обычная светская болтовня наводила на нее уныние, как и принесенные официантом блюда. Ну, скажите, на милость, как правильно поливать рыбу соусом, который был подан отдельно? Украдкой она наблюдала за Поллет, завидуя, как подруга, не задумываясь, выбирает нужные приборы и при этом не прерывает беседу. Сплетни, новые спектакли, приемы…

Поллет честно пыталась вовлечь подругу в беседу, но каждый раз получала односложный ответ. Валентин виновато косился в сторону Амадин и порывался о чем-нибудь спросить ее, но не мог найти тему, пока не затронул учебу в Академии. Амадин оживилась. Впрочем, разговор снова съехал на сплетни, и девушка умолкла, предоставив Полетт щебетать о уме и таланте подруги.

Наконец, ужин подошел к концу. Амадин встала, желая прогуляться, но и тут Полет предпочла вмешаться, предлагая подвезти всех троих.

- Мой экипаж стоит у входа, - настаивала она, и Амадин нехотя согласилась, понимая, что подруга не желает оставаться наедине со своими мыслями. В какой-то момент девушке даже захотелось придушить Тристана л’Эрме. К сожалению, тогда ее не спас бы даже сам герцог.

Изящное ландо, запряженное парой гнедых, действительно стояло у крыльца ресторана. Они втроем сели в него. Кучер вопросительно посмотрел на Валентина, и тот, не задумываясь, назвал улицу, на которой располагался особняк герцога.

От Амадин не укрылось, что Полетт охнула, а ее слуга презрительно скривился.

- Послушай, если тебе неудобно, - начала девушка, но подруга оборвала взмахом руки.

- С чего вдруг? Я с радостью отвезу вас туда. И даже более того, навещу в удобное для вас двоих время!

- Но мы… - запротестовала Амадин.

- Мы с мадемуазель Гросс просто друзья, - твердо произнес Валентин. - Его свектлость попросил составить компанию мадемуазель, пока находится в отъезде.

- Его светлость? - переспросила Полетт, рассматривая Амадин, словно увидела впервые. - герцог л’Армори?

- Да, - подтвердила девушка, понимая, что глупо скрывать очевидное. - Я… он…

- Но он предпочитает блондинок! - выпалила Полетт и покосилась на кучера, напряженно прислушивающегося к каждому слову. - Ты обязательно должна заехать ко мне и рассказать все!

- Но… Полетт, ты уверена, все-таки ты - замужняя дама!

- И что? - фыркнула она. - Думаешь, это как-то может повлиять на нашу дружбу?

- не знаю, - Амадин даже обрадовалась, что путь оказался недолгим.

Экипаж остановился у калитки. Валентин выпрыгнул первым, помогая девушке выйти.

- Жду завтра после занятий! - Полетт помахала рукой на прощание и ландо тронулось. Амадин обернулась к Валентину.

- Извините за этот вечер, - вздохнул он, - но…

- Не берите в голову, мне все равно было бы тяжело поддерживать разговор в таком месте, слишком уж там роскошно… - грустно улыбнулась она.

- Возможно, - Валентин сдержанно поклонился. - в таком случае - до скорого свидания?

- Да, конечно.

Амадин открыла калитку и прошла по аллее, наслаждаясь одиночеством и запахом прелых листьев. Подумалось, что именно о таком она и мечтала: маленький уютный особняк, спряттанный среди деревьев. А еще более удобное платье. впрочем, последнее можно было легко исправить. Герда обещала дождаться ее, чтобы помочь раздеться. Воодушевленная этим, девушка зашла в дом и замерла. Герцог л’Армори стоял в дверях гостиной, скрестив руки на груди, и смотрел на Амадин, буквально прожигая взглядом

- Добрый вечер, - наконец процедил он. - Думаю, нам надо объясниться.

Покинув обнаруженное захоронение, Рейнард предпочел вернуться к себе в дом. Будить короля посреди ночи не стоило. Он и так придет в бешенство, узнав о случившимся, а герцогу хотелось провести в тишине хотя бы несколько предрассветных часов. Он ограничился только тем, что отправил магического вестника, искренне сочувствуя тем, кто окажется поблизости, когда король прочтет его лаконичное послание. Ну что ж, в каждой службе есть свои минусы, а слуги короля хотя бы получают хорошее жалование и вовремя.

С этими мыслями он переступил порог родового особняка. Дом встретил его гулкой тишиной. Слуги, получив приказ не дожидаться хозяина, давно спали, хотя камин в спальне был исправно протоплен, а ночная сорочка и халат заботливо лежали на спинке кресла. Заметив их Рейнард усмехнулся: его камердинер прекрасно знал, что хозяин предпочитает спать обнаженным, но все еще надеялся исправить эту вульгарную привычку.

Раздевшись, инквизитор долго стоял под теплыми струями воды, словно пытаясь смыть воспоминания о сегодняшней ночи, но все равно, стоило лечь в кровать, как мысли вернулись к кладбищу.

Яркие сполохи факелов, иссушенные тела, тоненькая ручонка, тянущаяся из земли. Рей потер глаза, будто это могло помочь. Он понимал, что упускает что-тоочень важно, но не мог сообразить, что именно.

По всей видимости он заснул, потому что его разбудил вестник, прилетевший от Карла. Магический голубь ощутимо клюнул в запястье, заставляя вынырнуть из вязкого забытья ночных кошмаров. Рейнард не стал прогонять назойливую птицу, к тому же это было бесполезно. Потянувшись, инквизитор снял с лапки примотанный цилиндр, вынул послание и развернул. Там было только одно слово: “Жду”.

Рей кивнул.

- Дай мне полчаса, - попросил он у голубя. Вестник курлыкнул и растаял в воздухе. Инквизитор неспешно поднялся. камердинера звать не стал, быстро привел себя в порядок и отправился к другу детства, благо, идти было недалеко.

Королевский дворец встретил его тишиной, которая нарушалась лишь истопниками. Те суетились, торопясь собрать золу и разжечь камины до тех пор, пока монарх покинет свои покои.

Не обращая на них внимания, Рей остановился в пустой галерее и сосредоточился на охранных плетениях. Манические нити, точно паутина, опутывали дворец, не позволяя проникнуть магии. Герцог тщательно прощупал все узлы, находя обрывки нитей и поправил, на всякий случай добавив еще парочку заклинаний.

Удовлетворенный работой, он беспрепятственно прошел мимо стоявших навытяжку стражников, небрежно отмахнулся от королевского камердинера и замер, пристально смотря на невысокую женщину, появившуюся на пороге королевской опочивальни в неглиже. Правда, настолько скромном, что оно могло сойти даже за дневное платье.

Темные волосы женщины были заплетены в косу, а под блекло-серыми глазами залегли тени.

- Ваше величество, - спохватившись, инквизитор почтительно поклонился. Слишком почтительно, чтобы скрыть промелькнувшие в глазах чувства.

- Герцог… - королева кивнула в ответ. - Вы слишком рано… или поздно?

Она усмехнулась собственной шутке.

- Полагаю, я вовремя, - Рейнард криво улыбнулся.

- Предавались порокам всю ночь, а теперь желаете похвастаться победами? - скривилась королева, считая, что именно неженатый герцог способствует разгульному образу жизни ее супруга.

- Разумеется. Простите, меня ждет король.

Карл сидел на диване, запрокинув голову и раскинув руки по спинке. Он наверняка слышал весь разговор, но предпочел не вмешиваться, прекрасно зная, что Рей и сам постоит за себя.

- Завтракать будешь? - не размыкая глаз, лениво поинтересовался король у друга.

- Разумеется. зачем приходила Шарлотта? - не дожидаясь позволения, Рейнард занял одно из кресел.

- А ты как думаешь? - Карл невесело усмехнулся. - Ей претит общаться со мной, но она хочет наследника. Разве я мог отказать жене в столь похвальном порыве?

- Мог.

Король все-таки открыл глаза и мрачно взглянул на друга:

- Но не отказал…ты ведь именно это хотел добавить?

- Нет, просто поинтересоваться, что ты будешь делать с разводом, если окажется, что твоя жена ожидает наследника? - зло поинтересовался Рейнард.

- А она окажется? - Карл тяжело вздохнул. - Иногда мне кажется, что это бы решило все проблемы…

- Только создало бы новые, - герцог замолчал, выжидая, пока лакей расставит на столе завтрак и выйдет.

Перед глазами снова пронеслось увиденное ночью. Что-то во всех этих телах смущало инквизитора, и он не мог понять, что именно.

- Возможно, ты прав… - король потянулся к чашке.

- Возможно? - герцог изогнул бровь. - Карл, хоть раз подумай головой!

- Я ей и думаю! - огрызнулся тот. - Все время! Даже сегодня ночью!

- Незаметно, - Рей последовал примеру друга.

- Не поверишь. Но в любом случае, наследника не будет. Не от этой женщины…

- Магия?

- Не только

- Даже так? - инквизитор отхлебнул кофе и с шумом втянул воздух: напиток оказался слишком горячим. - Шарлотта понимает тщетность своих попыток?

- Вряд ли. Я ей противен, но бедняжка так старается… Мне кажется она даже не в курсе откуда берутся дети, слишком набожна для этого.

- Думаю, храмовники давно просветили ее в этих вопросах, иначе она не посещала бы твою спальню так часто.

Карл провел рукой по лбу, словно пытаясь стрететь из памяти прошлую ночь:

- Бездна, Рей, я теперь понимаю, что чувствуют женщины, которых выдали замуж против их воли!

- Издашь указ, запрещающий это?

- А толку?

- Почти никакого. Ты же знаешь, как воспитываются юные девушки. Они искренне уверены, что брак - это ужин при свечах и здоровый сон. Желательно в раздельных спальнях.

- Они не спасают, - покачал головой король, - только разные зАмки… в разных странах.

- Отправишь Шарлотту на воды?

- Она не поедет. увлекалась сиротскими приютами и теперь рассказывает о них за завтраком, обедом и ужином.

- Звучит угрожающе., - Рейнард прекрасно знал об увлечении королевы, но понимал, что другу необходимо выговориться.

- Именно, - Карл одним глотком допил кофе и поставил чашку на блюдце. - Когда это начиналось, я полагал, что так она восполняет то, чего у нее нет, но сейчас… Рей, это какая-то мания, она говорит о них не переставая! Ладно, давай лучше о делах. Что за кровавая оргия произошла на окраине Сен-Кантена?

Инквизитор усмехнулся, все-таки королева приходила не зря. Она успела первой.

- О, уже оргия? Что еще донесла до тебя супруга?

- Что скандал неминуем, возможны народные волнения, поскольку новости появятся на первых полосах газет.

- Если бы волнения возникали каждый раз, когда находят труп, то зачинщики жили бы на Ратушной площади, - фыркнул инквизитор. - Но я усилю городские патрули.

- Ладно. Так все же, что случилось? Ты же не просто так отправил мне вестника.

- На окраине города действительно обнаружили тела…детские тела, - он на секунду прикрыл глаза, прогоняя ночные видения: тонкая, иссохшая рука торчит из земли, рот жертвы раскрыт в немом крике.

- Детей? - голос друга вывел из раздумья.

- Угу. Детей… разного возраста и пола…Но, знаешь, что самое странное? - Рейнард, наконец понял, что не давало ему покоя. - Их никто не искал…

- Тела?

- Нет, самих жертв, - он встал, и закружил по спальне, размышляя на ходу. - Судя по следам разложения, все они умерли приблизительно в одно время. Умерщвлены тоже. Значит, пропадали они из семей в одно и то же время. Но их никто не искал.

- Если они были из разных семей, был бы шквал заявлений о пропаже. Инквизиция бы не пропустила такое.

- Может ты просто не обратил внимание?

Рейнард остановился и с укором посмотрел на друга.

- Ты сам в это веришь?

- Нет, - король покачал головой.

Герцог л’Армори мог быть дерзок, насмешлив, но щепетилен, а еще - очень внимателен и неподкупен. Именно поэтому, молодой король, взойдя на престол, назначил друга Верховным инквизитором.

И то, что сейчас Рей был не на шутку встревожен, Карл посчитал дурным знаком.

- Как ты думаешь, что тогда может быть?

- Не знаю. Мне кажется, пойми я откуда взялись эти дети, я узнаю, почему и как их убили.

- “Как”? - переспросил король.

- Да. Способ убийства тоже непонятен.

- Что будешь делать?

Рейнард пожал плечами:

- Жду заключений судмедэкспертов. Пока что мои люди начнут проверять все обращения в жандармерию по поводу пропажи детей, осведомители порасспрашивают жителей трущоб, а Валентин изучит результаты экспертизы.

- Валентин?

- Мой секретарь. Намедни жаловался, что хочет настоящее дело, вот пусть и развлекается.

- Сомнительное развлечение, должен тебе заметить.

- Именно, - жестко отозвался герцог. - Заодно поймет, что расследование очень часто бывает мерзким и нелицеприятным.

- А ты сам все это время будешь прохлаждаться в объятиях новой пассии? - улыбнулся Карл.

- Ты о ком?

- Девушке, которую ты поселил в особняке на рю де Флери. Темноволосая и слишком похожая на Сесилию. Полагаю, эта именно та, которую ты вытащил из зала суда, а потом оплатил учебу в академии магии. Видишь, у меня есть свои осведомители.

- И сидят они в академии, - Рейнард криво усмехнулся. - Ректор?

- Бери выше. сам министр образования вчера рассказывал мне, что ты настаиваешь на дипломе с отличием для одной адептки.

- Он не добавил, что она - лучшая на курсе, а эти остолопы едва не лишили ее дара?

- С чего вдруг?

- С чего вдруг собирались лишить ее дара, и с чего я взял, что она - лучшая на курсе? - ехидно уточнил Рейнард.

- Первое. А потом второе.

- Как пожелаете, ваше величество, - инквизитор с издевкой поклонился. - Итак, лучшая, потому что за эти дни она дважды умудрилась обойти охранные плетения в моем особняке. После этого мне пришлось на всякий случай править защиту твоего дворца.

- А второе? - нахмурился Карл. - Почему ее хотели лишить дара?

- Потому что она отказала Сайлусу, полагаю.

- Что? при чем тут министр образования?

- При брате. Его кузен - проректор. Ты разве не в курсе, что преподаватели принуждают адепток ублажать их в салоне Шуаз?

- А они принуждают?

- Ну что ты! Девушки, конечно же приходят туда добровольно! - Рейнард не скрывал сарказма. - Так сказать, из любви к искусству…

- Сведения точные?

- Да, но доказательств, - инквизитор вздохнул. - Доказательств нет. Пока нет.

Последняя фраза прозвучала так, что король вздрогнул. Он задумчиво посмотрел на друга.

До короля доходили слухи о жестокости Главного инквизитора. Поговаривали, герцог л’Армори не гнушался пыток или магического воздействия, но это были всего лишь слухи. К тому же Рей не терпел тех, кто злоупотреблял своей властью, и обрел немало врагов среди тех, кто лишился хлебного места по вине герцога л'Армори.

На него писали доносы, пытались жаловаться на аудиенциях, но король только пожимал плечами и вызывал друга,чтобы выпить бокал-другой коньяка и предупредить об очередном злопыхателе Постепенно, поток желающих сместить инквизитора иссяк, но все равно недоброжелателей оставалось достаточно много.

- И как ты собираешься найти их? - как можно более небрежно поинтересовался Карл. - Посетить салон Шуаз? - И спугнуть всю шайку? Нет. Думаю, я раскручу этот клубок иначе. А вот что будешь делать ты?

- Как обычно: выслушивать кляузы на верховного инквизитора, - хмыкнул король, поднимаясь и тем самым давая понять, что дружеский разговор закончен.

Герцог тоже поднялся.

- Полгода, Рей, - жестко произнес его величество. - Ты обещал полгода.

- Да, - герцог постарался, чтобы это прозвучало как можно более небрежно. Карл невесело усмехнулся.

- Я не обижусь, если не получиться.

- Получится. Должно получиться.

- Хорошо. и, надеюсь, ты не забыл, что сегодня вечером я жду тебя с Ли в охотничьем домике?

- Карл! - Рейнард не смог сдержать укоряющий возглас.

- Все-таки забыл…

- Ну…- протянул инквизитор, припоминая, что друг приглашал его на попойку еще месяц тому назад. - Ты уверен что именно сегодня стоит?

Он кивнул глазами на дверь, за которой не так давно скрылась королева:

- Может перенести?

- Нет уж, мне как никогда нужно хотя бы посмотреть на женщину, которой я не противен, пусть и за деньги.

- Ладно, приеду, куда я денусь, - вздохнул Рейнард.

Вряд ли сегодня обнаружат что-то дельное, напиваться он не собирался, а Валентин всегда может отправить ему вестника.

- Вот и славно! И не опаздывай!

- Как прикажете, ваше величество! - шутливо поклонившись, герцог вышел.

Он успел покинуть дворец до того, как залы наполнились придворными, пытающимися урвать милости монарха.

Утренний город был пуст. Это насторожило, и Рей не сразу вспомил, что сегодня выходной день. Наслаждаясь тишиной и безмолвием, он медленно прошелся по улицам, ежась от холодного осеннего ветра, свернул в парк, располагавшийся напротив отеля дю Норд.

Тропинки были пустынны, только дворник лениво шуршал метлой, сгребая опавшие листья в кучу. Рейнард присел на скамейку, задумчиво рассматривая вход в отель.

Амадин, наверное, еще спит. Внезапно инквизитору захотелось нарвать на ближайшей клумбе астр, ворваться в особняк и разбудить девушку поцелуями. Поймав себя на этой мысли, Рей нахмурился, что за ребячество пришло ему в голову?

Похоже, Карл прав, и ему необходимо расслабиться. в этом свете приглашение в королевский охотничий домик показалось особенно актуальным. С этими мыслями герцог отправился домой, намереваясь вздремнуть хотя бы пару часов.

Рейнард проспал до вечера. Он спал бы и дальше, не разбуди его очередной магический вестник. Как всегда послание было лаконичным: “Просыпайся! Карета будет через тридцать минут!”

- Карл, Карл, - покачал головой инквизитор и зевнул.

Он потянулся и с сожалением покинул комфортное ложе и позвал камердинера.

- Ваша светлость изволит кутить? - вежливо осведомился верный слуга.

- Пожалуй, что да, - Рейнард легко облачился в вечерний костюм и тщательно расправил складки на галстуке. - Гийом, тебе не кажется, что к этому галстуку подойдет булавка с сапфиром?

- Она может затеряться, ваша светлость.

Рейнард перевел взгляд на слугу, но тот стоял с абсолютно невозмутимым видом. герцог кивнул:

- Да, ты прав. если что, Валентин знает где меня искать.

- Конечно, - камердинер накинул на плечи хозяина плащ и, подождав, пока тот наденет перчатки, распахнул дверь. - Приятного вечера, ваша светлость.

- Благодарю.

Герцог сверился с часами и вышел. Как и обещал Карл, темная карета без опознавательных знаков ждала у крыльца. Заметив тень, мелькнувшую за плотно задернутыми шторками, Рейнард на всякий случай навесил парализующее плетение и только после этого шагнул внутрь.

- Только не убей! - хмыкнул пассажир, развалившийся на одном из сидений.

- Ли! - герцог небрежно стряхнул магию с пальцев и расположился напротив друга и заместителя.

- Кто ж еще? Или ты ждал смазливую барышню? - тот протянул ему откупоренную бутылку шампанского. В этот момент колеса скрипнули и карета тронулась с места.

- Возможно, - понимая, что отказаться вряд ли удастся, Рейнард отхлебнул из горла.

Игристое вино с шипением хлынуло из бутылки, забрызгивая перчатки.

- Осторожнее! -Ли выхватил шампанское и с укором взглянул на друга. - Сегодня же моя очередь угощать выпивкой.

- Поэтому мы пьем игристое и экономим каждый глоток?

Рейнард тщательно промокнул перчатки белоснежным платком.

- В том числе. А, вот и виновник сегодняшнего вечера!

Экипаж остановился, дверца распахнулась и в проеме показалась фигура в черном плаще и надвинутой на лоб шляпе.

- Карл, что за нелепый вид? - поморщился герцог.

- Ты ожидал меня в короне и мантии? - язвительно поинтересовался тот, выхватывая из рук Лионеля бутылку.

- Это было бы менее заметно, чем твоя шляпа, - подтвердил Рейнард, на всякий случай проверяя защитные плетения экипажа. - Ли, прекрасная работа.

- Рад, что заметил! - отозвался тот, откупоривая и пуская по кругу вторую бутылку. - В охотничий домик?

- Есть варианты? - приподнял бровь Карл.

- Ты же хотел общения с теми, кто будет смотреть на тебя с обожанием, - ехидно заметил Рейнард.

- Спасибо, я весь день общался с придворными и теперь я хочу одного - напиться! - монарх с благодарностью принял из рук Лионеля очередную бутылку шампанского. - Рей?

- Воздержусь, - герцог мотнул головой.

- Ну конечно, ты же предпочитаешь Тристана и его друзей, - Карл еще раз приложился к бутылке. - Что на тебя нашло?

- Жажда знаний, - инквизитор криво улыбнулся. - Тристан - мот и кутила. Его доходы не перекрывают проигрыши.

- Ты же знаешь, что он расплачивается расписками, - хмыкнул Лионель.

- Возможно. Но именно он рассказал мне о прибытии барона Летарда… и его дочери.

- Кстати, как там твоя девушка-попугай? - поинтересовался монарх.

- Кто? - изумился Лионель.

- Та девушка, которую наш друг недавно вытащил со скамьи подсудимых, - с удовольствием пояснил король, игнорируя мрачный взгляд друга.

- А… Рей, так она у тебя?

- Угу. Мы приехали, - герцог распахнул дверцу и выскочил, показывая, что не расположен к откровениям.

Друзья многозначительно переглянулись и вышли следом.

Охотничий домик давно использовался не по назначению. Возведенный много столетий тому назад в королевских охотничьих угодьях, он давно оказался в черте города, несколько раз перестраивался, и теперь только убранство столовой напоминало о его изначальном предназначении.

Не дожидаясь хозяина дома, Рейнард первым проник внутрь и, игнорируя накрытый на троих стол, прошел к камину. Прикрыл глаза, одно за другим перебирая магические плетения. Брешь нашлась только с третьего раза. Это обнадеживало.

Осторожно связав магические нити и усилив узел двойным плетением, Рейнард вынырнул из легкого транса и подошел к столу, игнорируя пристальные взгляды приятелей.

- Что у нас кроме шампанского?

- Коньяк устроит? - Ли извлек из ящика, который прихватил с собой из кареты, пузатую бутылку.

- Вполне, - герцог разлил напиток по бокалам и подхватил один.

- Что с тобой твориться, Рей? - без обиняков начал король.

- А что творится?

- После приезда Сесилии ты сам не свой. Я полагал, там все давно в прошлом.

- Да, - инквизитор спокойно выдержал взгляд друга.

- Тогда что?

- Не знаю, - Рейнард покачал головой. - В любом случае, Летард и его дочь приехали не просто так… И эта девушка, Амадин, как две капли воды похожая на Сесилию…

- Внебрачная дочь Летарда? - предположил Лайонель.

- Это объяснило бы и схожесть, и ее магический дар.

- А у нее дар?

- Очень сильный, плюс трудолюбие и желание вырваться из своего окружения. Это она обнаружила прорезху в моих плетениях.

Лайонель уважительно присвистнул:

- Тогда твое увлечение ей понятно…

- Я оплатил ей учебу и предложил жить в особняке.

- Ударился в благотворительность? - хмыкнул Карл.

- Хочу взять ее на прием к Летарду, - Рейнард вдоволь налюбовался вытянувшимися лицами друзей.

- Рей, но это…

- Скандал, верно.

- Барон не простит.

- Он и не должен.

- А девушка? - поинтересовался Карл, садясь за стол и делая знак остальным присоединиться к нему. - Что она думает?

- В данный момент, полагаю, пытается найти новую лазейку и обойти мои плетения в особняке на рю де Флери, - усмехнулся инквизитор. - Чрезвычайно талантливая молодая особа!

- Кстати, а как она оказалась на скамье подсудимых?

- На нее пытались повесить поджог складов в Блодете, - охотно пояснил Лионель. - И разрушенную часовню. Вопрос только что она вообще там делала.

- Часовня?

- Девушка.

- Бежала, поскольку над ней нависла угроза лишения магического дара, - Рейнард покрутил бокал в руках. - Еще одно интересное дело… Похоже, преподаватели академии отсеивают способных но бедных адепток, принуждая их либо лишиться дара, либо работать в салоне Шуаз.

- Интересно, как они поступают с адептами… - усмехнулся король.

- Мужеложство под запретом смертной казни, так что бы применил магический договор… - Рейнард пожал плечами.

- Странное неравенство, - заметил Лионель. Герцогьпоморщился:

- Брось, ректор и его приятели никогда не воспринимали женщин всерьез. Вспомни хотя бы Хлою.

- Это да… - друг перевел взгляд на короля.- Хлоя была одной их первых…

- И до сих.пор торчит на побегушках, - подхватил инквизитор. - Хотя я ей предлагал… А ты что думаешь, Карл?

Король демонстративно закатил глаза:

- Мы все еще развлекаемся?

- Разумеется.

- Тогда следует признать, что вы оба умеете поднять настроение. Обсуждать захоронение будем или сразу напьемся?

Друзья рассмеялись, и больше о делах ни один из них не произнес ни слова.

Рейнард вернулся домой лишь под утро. Пьяный в стельку, он проследовал в свою спальню и рухнул на кровать.

Амадин испуганно сглотнула и попятилась, украдкой оглядываясь на дверь.

- Убежать вряд ли получится, - предупредил Ренард и отступил, пропуская ее в комнату.

Девушке ничего не оставалось, как подчиниться молчаливому приказу. Она переступила порог и замерла, потупив глаза. Рейнард шагнул следом и прикрыл дверь. Он мог бы этого и не делать, но почему-то показалось, что Амадин будет так спокойнее. Начинать разговор герцог не торопился.

- Признаю, я виновата!.. - начала она звенящим от напряжения голосом, который отозвался у инквизитора головной болью.

рейнард невольно поморщился и сухо обранил:

- Да что вы?

- Да, но… Уверяю, все было прилично!

- Ничуть не сомневаюсь в этом, - подчеркнуто галантно уверил ее герцог.

- Мы все время находились в общем зале.

- Какая неприятность… - Рейнард скривил губы в подобие улыбки. - Наверное, это испортило вам удовольствие.

Амадин поморщилась. Её угнетал этот разговор. Нет, не разговор, а скорее допрос, сродни тому, которому она подверглась в зале суда: вердикт уже вынесен и осталось лишь соблюсти формальности. В носу противно защипало. Чтобы не расплакаться, девушка до крови прикусила губу. Солоноватый привкус во рту отрезвил. Девушка тяжело вздохнула.

- К чему этот допрос? - устало поинтересовалась она. - Признаю, я вела себя неосмотрительно. Мне не стоило выходить без вас. Тем более с вашим подчиненным.

- При чем тут мои подчиненные?

Рейнард с трудом мог представить, что кто-то из тайной канцелярии согласиться сопровождать его любовницу, хотя, если подумать,.. Он усмехнулся:

- А, вы о Валентине?

- Он не виноват! мне просто… я сама пригласила его! - выпалила Амадин.

- Пригласили? - изумлению Рея не было предела. - Вы пригласили Валентина к Николь Эш?

- Зачем мне приглашать его к модистке? - опешила Амадин.

- Понятия не имею, вы сами только что сказали мне, что ходили туда в сопровождении моего секретаря.

- С вашим секретарем я ужинала в ресторане!

- Всего-то? - хмыкнул инквизитор.

- Вы не возражаете? - опешила Амадин.

- С чего мне возражать? То, что мы с вами подписали договор не означает, что вы должны проводить время только со мной.

Она выглядела такой растерянной, что злость улетучилась.

- Тогда почему вы рассердились?

Вместо ответа Рейнард кивнул на письмо, лежащее на столе. Амадин взяла его, пробежалась глазами по строчкам и опять недоуменно посмотрела на хозяина дома:

- Николь вернула деньги за платье?

- Разумеется. Более того,она дарит его вам.

- Странное решение, - девушка протянула письмо герцогу, но он покачал головой, и она просто положила его на стол.

- Отнюдь. Лучше она потеряет деньги за платье, чем такого клиента, как я. Почему вы не сказали записать все на мой счет?

- Потому что я покупала форменное платье, - Амадин пожала плечами, удивляясь, что приходится объяснять простые вещи.

- И что?

- То, что это - это платье никаким образом не входит в гардероб, предназначенный вашей любовнице и вряд ли бы вы увидели его… Смысл ввергать вас в лишние расходы?

Несколько секунд он смотрел на нее, не мигая, а потом тряхнул головой.

- Хотите сказать, что вы купили платье на свои деньги, потому что не захотели ввергать меня в расходы?

- Именно, - подтвердила девушка. - Вы же знаете, сколько они стоят!

- Знаю, - все так же медленно произнес герцог, подходя к ней вплотную. - Поскольку оплачиваю счета.

- Вот видите. К тому же платье было бы двадцать пятым по счету, а вы говорили о двух дюжинах, - она осеклась, встревоженно глядя в лицо собеседника.

Силясь успокоиться, Рейнард на несколько мгновений прикрыл глаза.

- Почему мне так хочется вас отшлепать? - иронично поинтересовался он.

- Потому что вы - извращенец… Ой!

Понимая, что сболтнула лишнее, Амадин прикрыла ладошкой рот. Вопреки ожиданиям, герцог негромко рассмеялся.

- Вот, значит, какого вы обо мне мнения, моя дорогая?

Он небрежно протянул руку, коснулся пальцами ее лица, приподнял голову за подбородок, вынуждая смотреть прямо в глаза.

- И какие же извращения вы от меня ждете?

От его вкрадчивого голоса по телу пробежала дрожь.

- Я… я…

Амадин хотела возразить, что ничего не ждет, но голос сел, а во рту пересохло. От воспоминаний, что происходило два дня назад в этой самой комнате дыхание перехватило. Девушка непроизвольно облизала губы.

Глаза герцога опасно вспыхнули. Одним неуловимым движением он склонился над девушкой и впился ей в губы.

От неожиданности дернулась, затрепыхалась, пытаясь вырваться, а потом вдруг неожиданно для самой себя ответила. Закинула руки на шею мужчине, зарылась пальцами в густые волосы. Рейнард издал полурык-полувздох. Его ладони скользили по гладкому атласу платья, поглаживая спину девушки. Поразительно, даже через ткань, она чувствовала тепло, исходящее от его рук. Прижимавшееся к ней тело было восхитительно напряженым. Хотелось вжаться в него, ощутить эту тяжесть на себе, в себе… Амадин всхлипнула, бессознательно выгибаясь навстречу мужчине.

Все закончилось так же стремительно, как и началось. Тяжело дыша герцог резко отстранился. Мгновенно лишенная опоры в виде мужского тела, Амадин пошатнулась, но Рейнард удержал ее.

- Как вам такие извращения, моя дорогая?

Голос звучал тихо и хрипло.

- Я… - голова все еще кружилась и мысли путались. - А это точно извращения?

Герцог рассмеялся.

- Если не хотите, чтоб я вас все-таки отшлепал и показал настоящие извращения - идите к себе.

Несколько долгих мгновений она колебалась, и он готов был поклясться, что вот вот услышит "хочу".

Но тут часы скрежетнули механизмом и принялись отсчитывать время. Амадин дернулась, словно выходя из транса, потупила глаза и подхватив юбки взлетела вверх по лестнице. Рей не удержался,послал ей легкий воздушный шлепок пониже спины. Девушка пискнула, обернулась сверкнув глазами, но всё же скрылась за дверью.

- Что на тебя нашло? - поинтересовалась Дезире часом позже, когда они все еще разгоряченные лежали на ее кровати. - Неужели твоя институтка оказалась ханжой?

Ее голова покоилась на его груди. Она слышала, как равномерно стучит его сердце. Рейнард покачал головой.

- Напротив… поэтому я сбежал.

- И пришел ко мне?

- Ты не рада?

- Не знаю, - Дезире приподнялась, чтобы заглянуть в глаза бывшему любовнику. - Конечно, я рада, что вызываю желание, но почему мне кажется, будто сегодня ты меня использовал?

- Потому что я тебя использовал, - герцог спокойно выдержал ее взгляд. - Брось, в последние годы мы только это и делаем: используем друг друга. или ты хочешь сказать, что влюблена в меня?

Дезире нахмурилась, но сразу же рассмеялась:

- Нет! Я слишком умна для этого!

- Вот видишь!

- Поэтому ты приходишь ко мне, когда в твоем доме изнывает от тоски молоденькая институтка…

- Изнывает от тоски?

- Я видела ее сегодня в ресторане. с твоим секретарем и Полетт л’Эрме. Не могу сказать, что ей нравилось место и компания.

- Л'Эрме? - Рей оторвал голову от подушки и глянул на любовницу, проверяя не послышалось ли ему. - Подожди. ты видела Амадин в компании жена Тристана л’Эрмэ?

- Да, а что в этом такого?

- Ничего, кроме того, что именно в его доме… впрочем, неважно… что ты о ней знаешь?

Глаза Дезире опасно сузились:

- Если это - допрос…

- Деззи, захоти я тебя допросить, уж явно не пришел бы к тебе… и не допрашивал в таком виде, - усмехнулся герцог.

- Кто тебя знает…

- Ты.

Она покачала головой:

- Увы…

Рейнард фыркнул и перекатился, нависая над ней:

- Мне кажется, или я слышу сожаление в твоем голосе?

Заливистый смех был ему ответом.

Герцог проснулся до рассвета. дезире все еще спала, подложив ладонь под щеку.Будить ее Рейнард не стал. Наскоро одевшись, он предпочел покинуть гостеприимный дом.

Он не прошел и двух кварталов, когда до боли знакомый мелодичный голос за спиной заставил вздрогнуть:

- Рей!

- Сесси?

Он обернулся и холодно посмотрел на бывшую возлюбленную.

Кутаясь в меха, совершенно неподходящие для этого времени года, она сидела в открытом экипаже.

- Преступники не дают спать? Или это преступницы? - она улыбнулась.

- Это лучше, чем нечистая совесть. А что разбудило вас, мадам?

- Я еще не ложилась. Тебя подвезти? - она призывно похлопала по сиденью, рядом с собой.

Рей скривился и хотел язвительно заметить, что он не ее собачка, но в последний момент передумал. Сесилия никогда не отличалась умом и без отца могла сболтнуть что-то.

- Почему бы и нет?

Герцог легко вскочил в экипаж, но сел не рядом, а напротив. Копыта звонко зацокали по мостовой. Рейнард всмотрелся в сидящую перед ним женщину. Темные круги, все еще горящие куражом глаза, следы мела на одежде.

- Много проиграла?

сесилия вздрогнула и закуталась в меха еще плотнее.

- О чем ты?

- О картах. Ты пристрастилась к игре? - откинувшись на спинку, он со снисхождением смотрел на Сесилию. - Поэтому отец привез тебя сюда?

- ПапА одиноко, и я сама попросилась сопровождать его. К тому же он дает прием, и ему нужна хозяйка дома…

- То есть ты бежала от кредиторов?

- Рей!

Она выразительно взглянула на кучера. Инквизитор усмехнулся.

- Если хочешь сохранить свои шалости в тайне от слуг, - назидательно произнес он. - То нанимай извозчика.

- То-то ты ходишь пешком, - хмыкнула Сесилия. - не хочешь, чтобы твой кучер прознал о твоих прегрешениях?

- Увлечениях, моя милая Сесси… Грешат женщины. У мужчин это называется увлечением.

- А у храмовников - прелюбодеянием, не так ли? - она зло рассмеялась.

- Блудом. Если оба не женаты…

- О, так твоя пассия не замужем?

Рейнард демонстративно закатил глаза:

- Откуда такой интерес к моей скромной персоне? Хочешь узнать, с кем я провел ночь?

- Почему бы и нет? Сен-Кантен полон слухов о твоем новом увлечении! Говорят, ты изменил своим вкусам, и она - брюнетка.

- С Дезире… - он вдоволь насладился вытягивающимся от удивления лицом. - Как видишь, ничего нового. Остановите здесь!

Последнее предназначалось кучеру. Слуга послушно придержал коней. Рейнард не стал дожидаться, пока экипаж полностью остановиться. Спрыгнул на ходу, махнул рукой на прощание и направился к своему дому. Он не стал оглядываться, но знал, что Сесилия провожает его злым взглядом.

Амадин взлетела в спальню, захлопнула дверь и прислонилась к ней спиной, словно эта преграда могла удержать хозяина дома от вторжения. Несколько минут она просто стояла, ожидая, что он все-таки последует за ней, но этого не произошло.напротив, входная дверь хлопнула, а из-под порога потянуло сквозняком, свидетельствуя о том, что кто-то вышел. Амадин вздохнула и перевела взгляд на Герду, явно ожидающую ответа:

- Что?

- Мне вас раздеть, или его светлость сделает это сам?

- Его светлость только что ушел, - как девушка не старалась казаться безучастной, голос звучал обреченно. - так что сними с меня наконец, это платье!

- Да, конечно, - Герда засуетилась, расстегивая многочисленные пуговки и крючки.

В зеркало Амадин видела, как суетится служанка, и как она сама стоит неподвижно, напоминая куклу.

Она и чувствовала себя куклой. Марионеткой в опытных руках кукловода, легко заставляющего ее плясать под нужную мелодию. Разница была только в одном: куклы - бездушны и им все равно, когда кукловод складывает их в ящик.

- Почему он ушел? - девушка и не заметила, как задала этот вопрос вслух.

- Герцог? - Герда охотно поддержала разговор, расшнуровывая корсет. - Как по мне, так правильно сделал. Он же с бодуна был, вот и ушел, что б не опростоволосится.

Амадин усмехнулась:

- Герда, его светлость не из тех, кто может опростоволоситься.

- Вот! Потому и ушел! - назидательно произнесла служанка, подхватывая корсет и подходя к шкафу. - Вам какую рубашку подать?

- Рубашку? - Амадин не сразу смогла переключиться на другую тему.

- Я бы взяла попроще, а ту, которая потоньше оставила для герцога, - посоветовала Герда. - Всяк мужчине приятно знать, что для него приберегают лучшее…

- Ну знаешь ли! - не выдержала девушка. - тЯ не собираюсь, как ты выражаешься, приберегать! И… и вообще, я буду спать без рубашки!

- Как пожелаете.

Мгновенно уловив приближающуюся бурю, Герда спешно ретировалась. Амадин выдохнула и присела на край кровати, чувствуя угрызения внезапно проснувшейся совести. Никогда раньше у нее не было таких перепадов настроения. и уж тем более, никогда раньше она не вымещала ничего на других.

Правда, и платьев, и служанки у нее не было. И любовника, который почему-то пренебрегал ею.

Тяжело вздохнув, девушка подошла к зеркалу, внимательно рассматривая себя. Сытая спокойная жизнь убрала темные круги под глазами и слегка округлила щеки. Но Амадин все еще была слишком худой. А еще - темноволосой. Кажется, Николь Эш упоминала, что герцогу нравятся блондинки.

Интересно, а если бы она обладала белокурыми волосами, ушел бы Рейнард из особняка? или все-таки последовал за ней наверх?

И как бы она сама смотрелась с белокурыми локонами? Амадин попыталась сотворить иллюзию и зашипела от боли: магия ударила ее по ладоням не хуже розги.

Еще несколько попыток окончились тем же итогом.

- Я ведь не обещала, что не буду этого делать, - спросила она у высокого потолка и устроилась на кровати. Дыхательные упражнения помогли успокоить взбудораженные чувства.

Очертания предметов стали расплывчатыми, а звезды за окном - слишком яркими.

Амадин осторожно потянулась к плетениям, точно кокон окутавшим дом,Магические нити переливались, узлы то и дело вспыхивали, тревожно реагируя на чужую магию. Амадин не стала распутывать их. Осторожно она нашла то, в которое была вплетена ее аура.

Нужно было всего лишь найти кончик плетения, чтоб подцепить к нему свое заклинание, но узорная вязь нитей, сотканная герцогом выглядела цельной и нерушимой. Амадин вглядывалась в заклинания, пока головная боль от перенапряжения не стала невыносимой.

Тяжело дыша, она вынырнула из транса и откинулась на подушки, стремясь восстановить дыхание. Нет, она не сдалась, просто отложила свою маленькую месть на завтра. Убаюканная этими мыслями, она все-таки уснула, радостно улыбаясь.

Утро наступило почти сразу. Амадин открыла глаза, как раз в тот момент, когда часы в холле отбивали время.

- Один,два… - машинально начала считать она. - Восемь… Восемь?!

сон ка крукой сняло. Девушка вскочила и заметалась по комнате, пытаясь схватить все сразу.

- Мадемуазель? - услышав шум, Герда поспешила в спальню к хозяйке.

- Я… я опаздываю! - выпалила девушка.

- Может тогда, вам лучше пропустить занятия?

- Что? - ахнула Амадин, словно служанка предложила ей прогуляться нагишом по городу.

- Ну… занятия же можно пропустить.

- Только не эти!

- Конечно, я дважды уже смогла обойти запрет, - не удержалась от мелкого хвастовства она. - Хозяин в целом не против. Скажем так, у нас с ним…эээ… состязание…

- Хозяин королевской резиденции не против, чтоб студентки вскрывали дворцовые системы безопасности? - маг недоверчиво поднял одну бровь.

- Дворцовые? Нет, у герцога Л'Армори дом небольшой, холл, гостиная и пара спален, - поправила Амадин и с удивлением поняла, что называет небольшим особняк, в десяток раз превосходящий дом в котором она родилась и жила столько лет. Как быстро она привыкла…

- Герцог… - Шурол покачал головой. - Когда-то он был лучшим на курсе…

- Был?

- Он получил диплом. Я предлагал ему остаться, но он выбрал служение короне. Через год его величество Георг приказал долго жить, и королем стал Карл… Он назначил герцога главой инквизиции. Вижу, не прогадал. Надеюсь, девочка, не прогадаешь и ты…

- Я тоже, - выдохнула Амадин еле слышно. - Но что с плетением? Не может же быть, что у него не было конца и начала, всегда есть кончик нити.

- Не всё что выглядит плетением им и является, - загадочно обронил профессор, - А вы, если не хотите продолжить серию опозданий, должны поторопиться к следующему занятию.

Амадин ойкнула и скомкано попрощалась.

Магистр Шурол бросил последний взгляд на рисунок студентки и поджег бумагу щелчком пальцев. На всякий случай.

- Сильно песочил? - Пьер перехватил девушку в коридоре и они поспешили на следующее занятие.

- Легко отделалась, - отмахнулась Амадин, придерживая хлопающую по бедру сумку.

- Ты подсунула ему доказательство теоремы Керми и сбежала, пока он отвлекся? - Пьер в ужасе уставился на подругу.

- Примерно, - рассмеялась она. - Пойдем, нам не стоит опаздывать!

Остальные лекции прошли слишком обыденно, и потому не отложились в памяти Амадин. Все время она просидела, раздумывая над словами магистра Шурола.

Благо, предметы были проходные, и не требовали особого внимания.

Сюрприз ожидал на последней лекции. Вместо молодого аспиранта, которой должен был читать лекцию об истории предсказаний, в аудиторию вошел магистр Сайлус.

- Добрый день!

Проректор махнул рукой, позволяя студентам сесть и скользнул глазами по аудитории. Взгляд на секунду остановился на Амадин, магистр зло усмехнулся и продолжил, как ни в чем не бывало:

- Понимаю, многие из вас разочарованы и ожидали совершенно иного, но ваш преподаватель заболел, поэтому я проведу замену.

Вздох разочарования пронесся по рядам, а Пьер обеспокоенно взглянул на Амадин. Девушка еле заметно пожала плечами. После недавней встречи она не боялась мстительного магистра, совершенно справедливо рассудив, что покровительство герцога надежно защитит ее от любых посягательств.

Она ошиблась.

- Адептка Гросс! - голос, напоминающий змеиное шипение заставил вздрогнуть.

- Магистр, - она встала и выжидающе взглянула на преподавателя.

- Перечислите основные предсказания вещей Кассандры! - потребовал он.

Девушка поморщилась. Вещая Кассандра дила в древние времена и отличалась плодовитостью по части предсказаний, большая часть которых не сбывалась, но все равно каждое слово женщины фиксировалось жрецами древних богов. С тем же успехом можно было считать капли в дождь.

- Основными удачными являются… - начала Амадин, но ее перебили.

- Разве я сказал "удачные",я сказал "все"!

- Но это… - попытался возмутиться кто-то с первых рядов.

- Невозможно? - Амадин вздернула голову, принимая вызов. - Извольте. Итак, первое пророчество, касающееся своей кошки Кассандра сделала в пять лет…

Она перечисляла наобум, фантазируя и смешивая выдумку с непреложными фактами, известными многим. По мере ее изложения магистр хмурился все больше, дважды он поднимал руку,чтобы прервать адептку,и дважды она делала вид, что не замечает этого жеста.

- А еще в возрасте тридцати…

- Довольно! - Сайлус не выдержал первым. - Вижу, вы прекрасно подготовились… наконец-то.

- У меня прекрасный учитель.

Амадин с достоинством выдержала злой взгляд, дождалась кивка, позволяющего занять свое место и только потом разжала руку, украдкой массируя ладонь, куда глубоко впечатались следы ногтей.

Пьер, выждав, когда преподаватель отвернется, склонился к подруге.

- Ты действительно помнишь все предсказания? - изумленно прошептал он.

- Спроси лучше, помнит ли их магистр, - хмыкнула девушка, чувствуя себя рыцарем, который победил чудовище.

Все утро у Рейнарда не выходили из головы слова, сказанные Дезире. Амадин и Полетт д’Эрме, жена Тристана… А ведь впервые он увидел Амадин именно в доме приятеля. И хотя сама девушка тогда уверяла, что ее никто не подсылал, Рейнард слишком много видел на своем веку. К тому же именно Тристан встретился ему в день суда и сразу завел разговор о Сесиль. В такие совпадения Рей не верил.

Как и в то, что Полетт случайно появилась в ресторане как раз в тот момент, когда там ужинали его секретарь и его мнимая любовница.

- Ваша светлость, все в порядке?

Вопрос камердинера прервал раздумья. Рей обнуражил, что стоит перед зеркалом, невидящим взглядом смотря на свое отражение.

- Все в порядке.

- Приказать подать экипаж?

Рей мотнул головой:

- Прогуляюсь.

Похоже, ходить на службу пешком становиться привычкой. Впрочем, это пойдет на пользу здоровью.

Пройдя квартал, герцог пожалел о своем решении. И уж в любом случае вряд ли сегодняшняя прогулка могла способствовать чему-то, кроме простуды - погода была премерзкой.

Мрачные тучи нависли над крышами домов, мелкая морось парила в воздухе, а ветер так и норовил залезть под отяжелевший от воды плащ.

В результате, когда Рейнард дошел до здания инквизиции, настроение было испорчено окончательно. Он мрачно кивнул дежурным на входе и хотел было скрыться от непогоды за тяжелой дверью, когда какая-то плохо одетая женщина метнулась к нему.

- Помогите, господин!

Рей действовал не задумываясь, охранные плетения вокруг него ярко вспыхнули, а в воздухе запахло майской грозой. Женщина отлетела на несколько шагов, рухнула на колени посреди огромной лужи и так и осталась там стоять, умоляюще смотря на инквизитора.

- Жить надоело?! - рявкнул на нее один из охранников на входе и тут же обратился к начальнику. - Простите, монсеньор! Спозаранку тут околачивается. Говорит, ребенка украли.

- Ребенка? - насторожился герцог.

Женщина подняла на него умоляющий взгляд.

- Помогите, прошу… я все сделаю… все отдам… Я…

Рейнард махнул рукой, прерывая бессвязную речь.

- Заявление приняли? - обратился он к охранникам.

Оба побледнели.

- Дык… ведь…

- Ваша светлость, это в жандармерию…

- Заявление - принять. Материалы дела мне на стол не позже полудня, - голос инквизитора не предвещал ничего хорошего. Где-то за спиной раздался всхлип и бессвязные слова благодарности, но их герцог уже не слышал.

раздраженный происходящим, он взлетел на второй этаж и прошел к себе в кабинет.

- Аткинсона и де Барри ко мне! - распорядился он вместо приветствия. - И кофе!

Валентин кивнул и поторопился исполнить приказ. Судя по всему, секретарь добавил от себя несколько слов о настроении главы Тайной канцелярии, потому что заместители вошли в кабинет едва Рейнард успел скинуть плащ.

- Что случилось? - поинтересовался де Барри.

- У нас пожар?

- Хуже. Ли, помнишь, я удивлялся, что никто не знает о таком количестве пропавших детей?

- Да, - Лайонель насторожился.

- Знаете почему?

Валентин внес три чашки кофе поставил на стол и сразу же удалился.

- Нет, но, полагаю, ты просветишь нас? - граф Аткинсон притянул к себе ароматный напиток.

Рей последовал его примеру и пригубил.

- Потому что никто не желает принимать заявления от родителей пропавших детей.

- Откуда такая информация? - поинтересовался дю Барри.

- Я только что встретил у входа женщину. Она утверждает, что ребенка похитили, при этом никто не принял заявление!

- Потому что это - дело жандармерии, - возразил дю Барри. - У нас и так не хватает людей, чтобы еще выполнять работу за них.

- Поэтому теперь именно мы расследуем дело о массовом захоронении детей… Есть подвижки?

Последнее адресовалось Лайонелю. Тот покачал головой:

- Пока нет. если ты помнишь, последние сутки я был немного занят…

- Ладно, дю Барри, возьмите под личный контроль!

- Поиск ребенка?

- И это тоже. Может быть, так мы выйдем на след тех, кто творит все эти зверства, - он сжал голову пальцами с с силой помассировал,прогоняя сон. - Бездна, как все…

- Невовремя? - подхватил Лионель с сочувствием и сразу же заслужил мрачный взгляд.

- Навалилось все в одно время.

- Так и представляю,как преступники согласовывают с тобой расписание,- съязвил Лайонель.

Маркиз дю Барри фыркнул и закашлялся.

- Это было бы очень любезно с их стороны! - Рейнард одним глотком допил кофе. - Но, увы, криминальные элементы - эгоистичные люди и не ценят время других. Кстати, о эгоизме… Барригнтон дал показания?

- Нет, - дю Барри виновато опустил голову. - Он пропал.

- Вот как? - в голосе инквизитора послышалась сталь.

- Мы его ищем, - вмешался Лайонель и сразу же заслужил суровый взгляд друга.

- Я бы удивился, если бы это было иначе. Что-то еще?

- Нет, - мотнул головой дю Барри.

- Тогда не смею задерживать.

Заместители переглянулись, Лайонель еле заметно пожал плечами. Это не укрылось от герцога, он сжал губы, но комментировать жест друга не стал. Дождавшись, пока они оба выйдут, инквизитор окликнул:

- Валентин, войдите!

- Монсеньор.

- Я слышал, вы вчера хорошо провели вечер.

Ему доставило удовольствие лицезреть, как молодой человек покраснел.

- Простите, монсеньор, это был просто ужин… И ранее вы не возражали…

- Я и сейчас не возражаю, просто место выбрано не слишком удачное. Метрополь слишком помпезен. Предлагаю вам поужинать всем вместе сегодня…

- Ваша светлость, поверьте… - снова начал Валентин, но инквизитор обрвал его взмахом руки.

- Валентин, я не имею ничего против вашей дружбы с моими гм… увлечениями. Поэтому и приглашаю вас. Кстати, захватите с собой вашу подругу как там ее…

- Подругу? - Валентин нахмурился.

- Разве вчера вы ужинали с Амадин вдвоем?

- Нет, но мадам д’Эрме не моя подруга, - уверил Валентин. - Скорее, она - подруга мадемуазель Гросс.

- Вот как?

- Да, они учились вместе, пока Полетт… мадам д’Эрме не вышла замуж.

- Полетт? - издевательски протянул Рейнард. - Вы с ней уже на короткой ноге?

- Почему бы и нет?

- Действительно… Поэтому, приводите ее сегодня, скажем часам к семи… в Делириум. Приглашение должно быть от вашего имени, не от моего. И, кстати, закажите столик на четверых подальше от окон!

- Да, ваша светлость.

Изумленный Валентин вышел, а герцог откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди. Судя по реакции, Валентин действительно до вчерашнего вечера не был знаком с женой Тристана л’Эрме. Тем интереснее получался расклад.

Рейнард подтянул к себе лист и, обмакнув перо в чернила, начал вычерчивать схему, пытаясь вписать всех героев этого фарса, пока что герцог остерегался называть происходящее драмой. Закончив, он тщательно промакнул рисунок пресс-папье и поднял лист, чтобы полюбоваться результатом. Все стрелки вели к Амадин Гросс.

А от нее - к Сесилии.

С минуту полюбовавшись этим, Рейнард зло щелкнул пальцами. огонек моментально вспыхнул в углу листа, с жадностью пожирая написанное.

Герцог задумчиво наблюдал, как слова становятся пеплом. наконец, язычки пламени коснулись пальцев, Рейнард поморщился и загасил магическое пламя. Скомкал почерневшую бумагу, совершенно не боясь замарать руки, и развеял пепел.

Горько усмехнулся: столько лет прошло, а он едва не попался, как подросток.

Он откинулся на спинку стула и с силой потер глаза, словно это могло прибавить ясность мысли. Сейчас Рей даже завидовал своим предшественникам, жившим лет на триста раньше - им не требовалось особых доказательств, чтобы отправить на костер с десяток-другой подозреваемых и тем самым навести видимость порядка в королевстве.

Именно видимость. Горько усмехнувшись, Рей достал из сейфа списки адепток и принялся внимательно изучать их.

Амадин ожидала, что после занятий герцог заедет за ней или пришлет экипаж, но этого не произошло, Немного постояв на условленном месте, девушка пожала плечами и направилась домой пешком, обуреваемая противоречивыми чувствами. С одной стороны, она была даже рада внезапному одиночеству и возможности побродить по городу, с другой… С другой, в этом следовало признаться самой себе, подобное пренебрежение со стороны герцога л’Армори задевало.

Конечно, Амадин не могла похвастать знатным происхождением и воспитанием, как Полетт, далеко ей было и до роскошных актрис и танцовщиц, которые ублажали мужчин, но ведь инквизитора никто не заставлял подписывать с ней договор и уж тем более - выдавать вексель.

Он сделал это добровольно, следовательно, имел на девушку виды. Оставалось только гадать какие.

Так ничего и не придумав, Амадин направилась на рю Флери. После шумных студенческих кварталов улица показалась особенно тихой. Здесь не было случайных прохожих, а наемный экипаж, проезжавший мимо, замедлил скорость, чтобы случайно не забрызгать хорошо одетую девушку водой из лужи.

Грустно улыбнувшись, Амадин направилась дальше. Особняк встретил ее теплом и запахом ванили.

- Мадемуазель, вы вернулись? - Герда выглянула из кухни.

- Да, решила не задерживаться в академии.

Это было полуправдой. на самом деле, встреча с магистром Сайлусом, хоть и окончилась победой Амадин, но все равно вынудила спешно покинуть учебное заведение.

- Садитесь, сейчас подам обед.

- А Лотта?

- Ушла уже. у нее ж время только до обеда.

Амадин кивнула и присела за стол. Сразу же перед ней появился горшочек, из которого пахло так, что моментально рот наполнился слюной.

Горка пышных еще теплых булочек и большая чашка с кофе заставили чувствовать себя почти на вершине блаженства. Неприятности сразу отступили, а столкновение с магистром потеряло остроту.

Амадин встала и по привычке хотела убрать посуду, но горничная ее опередила.

- Это мои обязанности, мадемуазель!

- Да, конечно…

Щеки полыхнули. Еще одна оплошность, подтверждающая, что она не принадлежит к кругу избранных. Полетт и в голову бы не пришло убирать за собой посуду. Досадуя на себя, Амадин достала книги и разложила их на столе, намереваясь заняться тем, что у нее получалось лучше всего.

- Может быть, вы хотите переодеться? - предложила ей Герда.

- Переодеться? - девушка нахмурилась.

- Да, в домашнее платье.

- Верно…

Пришлось идти наверх. Герда последовала за хозяйкой, Амадин обернулась, сказать, что помощь не понадобиться и нахмурилась: глаза горничной припухли и покраснели, словно она все утро плакала.

- Что случилось?

- Мадемуазель?

- Герда, тебя кто-то обидел? Это… - при мысли, что единственный мужчина, кто мог войти в дом - герцог л’Армори сердце неприятно кольнуло. - Это… его светлость?

- Его светлость? Нет, мадемуазель, я его давно здесь не видела, - отмахнулась служанка.

- Тогда кто?

- Ну… к чему вам это? - Тяжело вздохнула Герда. - Все равно словами делу не помочь.

- Может и помочь, - Амадин прищурилась, невольно копируя взгляд инквизитора. Правда, получилось плохо. - Так кто?

- Ну… - служанка помяла накрахмаленный до хруста фартук. - Это… моя кузина… ее отец задолжал и вот…

- Ее выдали замуж? - ужаснулась девушка.

Герда истерично расхохоталась:

- Замуж? Скажете тоже, мадемуазель! В публичный дом ее продали! Мадам Шуаз как раз искала на аукцион невинности! Вот и нашла…

Смех сменился всхлипами. Борясь с поступившими рыданиями, Герда сжала губы, старательно вытирая слезы краем фартука.

- Аукцион? - Амадин побледнела, вспомнив свой визит в этот публичный дом.

- Ага. Кто больше заплатит, тот и первый… - подтвердила служанка.

- Но… возможно… надо же что-то делать… Я… я поговорю с герцогом. Может быть, он что-то придумает…

- Вы сделаете это? - Герда с надеждой взглянула на хозяйку.

Девушка ободряюще улыбнулась и произнесла с уверенностью, которую не ощущала:

- Конечно.

Ей пришлось выйти за ворота, чтобы отправить магического вестника герцога. Послание вышло несколько сумбурным, Амадин не желала доверять бумаге, поэтому указала лишь то, что им необходимо увидеться и как можно скорее. Оставалось надеяться, что письмо быстро найдет адресата.

Вернувшись в дом, Амадин попыталась заняться учебой, но безуспешно: в голову постоянно лезли невеселые мысли. Время тянулось невыносимо медленно. Девушка то и дело поглядывала на часы, но инквизитора все не было.

Когда за окном стемнело, а герцог так и не пришел, Амадин окончательно отчаялась.

- Может его светлость занят по работе? Или же решил поехать в свой дом? - грустно предположила Герда.

- Может, - отозвалась Амадин и тряхнула головой. - Знаешь что, если он не хочет приходить ко мне, я сама поеду к нему!

Понимая, что ей придется выступить в роли просительницы, Амадин тщательно выбрала себе платье:

Из черного бархата с белыми шифоновыми вставками, оно делало свою хозяйку очень хрупкой. Волосы Герда убрала наверх, выпустив несколько тоненьких прядок на шею.

- Сюда бы очень пошли бриллианты, - вздохнула горничная, отходя, чтобы полюбоваться своей работой. - Или жемчуг.

- Увы, у меня нет ни того, ни другого.- Так попросите герцога. Он вам купит, - бесхитростно предложила служанка.

- Я и так ему многим обязана. А сейчас намереваюсь просить еще, - Амадин натянуто улыбнулась и начала спускаться по лестнице.

В этот момент входная дверь распахнулась.

- Ваша светлость! - девушка обрадованно устремилась навстречу хозяину дома.

- Вы куда-то собрались? - он окинул ее тяжелым взглядом.

- Да, я… вы получили мое письмо?

- Кажется, да.

- Кажется?

- Амадин, у меня много дел, - в голосе герцога слышалось раздражение. - Если вы присылали письмо, то я его получил, Возможно, оно у Валентина.

- Оно не может быть у Валентина! Я отправила магического вестника!

- В таком случае, оно просто уничтожено.

- Что? Почему?

- Защитная магия инквизиции. Но я рад, что вы уже готовы. Пойдемте!

- Как пожелаете.

В другое время она бы воспротивилась такому обращению, но сейчас, когда дело касалось помощи другой, Амадин не в праве была позволить себе эту роскошь. Она послушно направилась к двери и остановилась, заметив, что во взгляде герцога появилось удивление.

- Что-то не так?

- Вы не надели плащ… и перчатки.

Амадин прикусила губу. Очередная оплошность!

- Да, конечно!

Она обернулась к лестнице. Герда тотчас же появилась в дверях, неся необходимые предметы гардероба. Амадин покосилась на инквизитора. Он усмехался. Значит, понял, что служанка подслушивает.И, судя по блеску в глазах, не откажет себе в удовольствии поддеть только непонятно кого: не то саму Амадин, не то горничную.

- Спасибо, Герда! - девушка поспешила перехватить служанку. - Думаю, ты мне сегодня не понадобишься!

- Зря, - ехидный голос инквизитора заставил нахмуриться. - Как знать, возможно именно сегодня я предпочту вашу компанию, моя милая птичка, другой…

От тона, с которым это было сказано, кровь бросилась в лицо. Амадин крутанулась на каблуках и едва не упала со ступеней. Устояла, успев ухватиться за перила.

- В таком случае, ваша светлость, почему бы вам просто сразу не направиться в эту компанию? - ледяным, насколько это возможно, тоном произнесла она. Впустую. Герцог пожал плечами.

- Потому что я еще не решил, это же очевидно, не так ли?

Амадин прикрыла глаза и сосчитала до десяти, чтобы успокоиться. Она понимала, что инквизитор намеренно выводит ее из себя, но не могла определить причину подобного поведения. В любом случае, идти у него на поводу не следовало, особенно, если дело касалось судьбы невинной девушки.

- Простите, я не подумала, - покорно произнесла она и сразу же повернулась к Герде. - Тебе придется дождаться меня.

- Конечно, - уверила та, и Амадин поняла, что горничная в любом случае бы не заснула.

Завязав плащ, девушка направилась к дверям.

- Идемте же!

- Вы не надели перчатки, - заметил инквизитор.

- Я могу сделать это и в экипаже!

Амадин с вызовом посмотрела на него. Герцог небрежно кивнул:

- Как вам будет угодно!

Экипаж ждал их у калитки. Всю дорогу герцог молчал, кидая хмурые взгляды на свою спутницу, а Амадин не осмеливалась спросить, что так разозлило великого инквизитора. Слишком подавленная, она не решилась даже выглянуть в окно, чтобы не вызвать очередной приступ раздражения у своего спутника. Нервно расправляя перчатки, она то и дело ловила на себе холодный взгляд герцога. Он словно ждал от нее чего-то, но что именно, оставалось загадкой.

- Приехали! - кучер остановил лошадей.

Не выдержав, Амадин все-таки выглянула и облегченно вздохнула, увидев вывеску ресторации над старинным крыльцом.

- Поторопитесь! - одернул ее герцог.

Он выскочил первым и протянул руку. Пожав плечами, Амадин оперлась на его ладонь. Она знала, что мужчины часто бывают раздражительны, если голодны. Во всяком случае отчим часто кричал на маму, а замешкавшимся под ногами детям прилетало по подзатыльнику.

Погруженная в воспоминания, Амадин пропустила момент, когда темная дубовая дверь распахнулась. Внутри оказались неожиданно уютно: анфилада небольцих залов, отделенных друг от друга арочными сводами, каменные небеленые стены. Никакого хрусталя и позолоты в помине, только бронзовые канделябры, отражающие мягкий рассеянный свет. Амадин позволила снять с себя плащ, не переставая осматриваться, но стараясь откровенно не глазеть.

Впрочем ей и не дали.

Инквизитор тоже скинул плащ, небрежно кивнул встречавшему гостей мужчине, обменялся с ним несколькими словами, и уверенно повел девушку через зал.

Её внимание привлекла парочка, сидевшая за одним из столиков в темном углу. Мужчина и женщина что-то живо обсуждали, посмеиваясь друг над другом. Амадин покосилась на своего спутника. Как ей хотелось так же свободно вести себя, но рядом с великим инквизитором это было невозможно.

К удивлению девушки, герцог направился именно к этой паре.

- Добрый вечер, прошу прощения за опоздание, - вежливо произнес он.

Женщина обернулась, а мужчина спешно вскочил:

- Монсеньор!

- Полетт! - ахнула Амадин, переводя растерянный взгляд с подруги на секретаря его светлости. - Валентин… почему… что вы…

- Кажется, я забыл предупредить, что мы ужинаем не одни, - герцог смахнул с рукава фрака невидимую пылинку. - Прошу.

Он лично отодвинул стул для своей спутницы. Амадин присела на самый край, напряженно ожидая продолжения. Инквизитор никогда не отличался забывчивостью, и теперь девушка ожидала продолжения представления, участницей которого ее делали.

- Ты тоже не сказал, что мы будем не одни, - Полетт мягко укорила Валентина.

- Да, я… - он беспомощно взглянул на своего начальника.

- Это я попросил, - обманчиво-мягко улыбнулся герцог, занимая свое место. - Думал, вам с Амадин приятно будет увидеться через столько лет…

- Но мы только вчера ужинали вместе? - возразила Полетт. - Вы, видимо, не знали об этом!

- Вполне вероятно, - согласился Рейнард, делая знак официанту подойти.

Амадин зло прищурилась, но промолчала. Ей не хотелось устраивать сцену при посторонних, а то, что ужин непременно закончисться скандалом, она была почти уверена.

- Ваша светлость, большая честь для нас! - официант, немолодой мужчина с тщательно зачесанными залысинами, почтительно поклонился. - Что желаете?

- Разумеется, все самое лучшее.

- Да, конечно. Вино? Коньяк? Ликеры?

Герцог повернулся к Полетт, она пожала плечами:

- На ваше усмотрение, ваша светлость.

- Амадин?

Ренард наконец-то соизволил обратиться к ней. Девушка покачала головой:

- Просто воды.

- Попробуйте нашу фирменную настойку, - посоветовал официант. - Дамы всегда от нее в восторге.

- Я же сказала, просто воды! - это прозвучало резче, чем следовало.Моментально уловив настроение, официант кивнул:

- Как вам будет угодно. Ваша светлость?

- Мне и моему секретарю - как обычно.

Мрачный взгляд герцога, брошенный в сторону девушки не предвещал ничего хорошего.

- Странно, что вы вдруг решили пригласить меня одну, ваша светлость, - продолжала Полетт, словно не замечая гнетущей атмосферы.

- Вы не одна, - улыбнулся Рейнард. - К тому же вы - подруга Амадин, так что…

- Полетт, если ты еще не поняла, то его светлости донесли, что мы вчера ужинали вместе… - не сдержалась Амадин, которой порядком надоела эта игра.

- Амадин, я просто поставил герцога в известность! - возразил Валентин.

- Поступок, несомненно, честного человека! - фыркнула девушка, игнорируя удивленные взгляды подруги. - Но не вы ли уверяли меня, что герцог не станет возражать против ужина?

- Я и не возражаю, - лениво процедил Рейнард.

- Тогда к чему весь этот фарс?

- Простите?

- Зачем вы привезли меня сюда?

- Потому что я голоден и хотел поужинать в приятной компании.

- В таком случае - не смею вам мешать!

Амадин вскочила и направилась к выходу.

- Извините.

Рейнард тоже встал. Он догнал ее у дверей и цепко ухватил за локоть.

- Вы немедленно вернетесь за стол.

Пальцы, сжимавшие руку, казалось, были выкованы из стали. Амадин поморщилась от боли:

- Отпустите!

- Не устраивайте сцен! - приказал инквизитор.

Девушка хотела возразить, но запястье словно обожгло. Чтобы сдержать крик, она прикусила губу с ненавистью смотря на своего мучителя.

- Так-то лучше, - кивнул герцог. - Пойдемте.

- Зачем вы устроили все это? - Амадин едва не плакала. - Если вам так претит то, что я приняла приглашение вашего секретаря…

- Я уже сказал, что вы вольны ужинать с кем угодно, если это не противоречит моим планам, - отмахнулся Рейнард.

Он хотел еще что-то добавить, но возникший из воздуха сизый голубь прервал его. Покружив, вестник сел на плечо инквизитору.Как всегда при виде высшей магии, Амадин позабыла обо всем на свете. Исследовать, понять, а потом…

- Ай!

Девушка и не заметила, как потянулась к магической птице, которая незамедлительно ее клюнула.

- Похоже, вас ничто не учит осторожности, - инквизитор сложил посление и смахнул вестника с плеча. - Ответа не будет.

Голубь медленно растаял.

- Передайте господину де Валентинуа, что я жду его на крыльце и подайте мой экипаж! - распорядился герцог. - Ужин пришлите на рю де Флери.

- Как прикажете, - метрдотель лично поспешил исполнить распоряжения именитого гостя.

Амадин пристально посмотрела на инквизитора. От нее не укрылось, что он стал еще более мрачным. а на лбу залегла морщина.

- Амадин, мой экипаж отвезет вас домой.

- Но… - она вдруг вспомнила, что так и не рассказала про кузину Герды.

- Это не обсуждается.

- Мне необходимо поговорить…

- Потом! - он накинул плащ ей на плечи и проводил к экипажу. - Отвезешь мадемуазель на рю де Флери!

- Будет исполнено! - кучер причмокнул, понукая лошадей.

Амадин повернулась и приникла к окну, чтобы увидеть, как встревоженный Валентин выходит на крыльцо.

Всю дорогу до особняка, девушка не находила себе места. Она понимала, что кучер, преданный господину, вряд ли внемлет ее просьбам и развернет карету. Сгоряча Амадин хотела выскочить на ходу, она даже схватилась за дверцу, но потом сообразила, что герцог наверняка ушел из ресторации и она не знает, где его искать.

- Что же делать? - девушка снова откинулась на мягкие подушки, пытаясь придумать, как помочь Герде и ее кузине.

Герцог л’Армори ясно дал понять, что не приедет к ней вечером. Амадин так и не поняла, на что он злиться. Впрочем, ее это тревожило только в одном ключе: если завтра она заявиться к нему в кабинет, примет ли ее Великий инквизитор. И даже если примет, согласиться ли помочь. Вряд ли.

Рейнард де Треви был аристократом. Одним из тех привелигированных столпов общества, которым и дела нет до какой-то служанки.

- Приехали, мадемуазель!

- Как? Уже?

-Да минут пять стоим. Кони мерзнут! - в голосе кучера слышалось недовольство.

Девушка кивнула и поспешила выйти. Как только она захлопнула дверцу, кони радостно рванули вперед, подбадриваемые возгласами кучера.

Амадин неуверенно потопталась у калитки,трусливо думая, как избежать встречи с Гердой, а потом все-таки вошла.

Служанка ждала ее в спальне. при виде унылого лица госпожи, Герда вздохнула и опустила голову.

- Я не успела расссказать, схожу завтра утром, - попыталась оправдаться Амадин, но горничная покачала головой:

- Не стоит беспокоиться, мадемуазель.

- Но Герда…

- Герцог не в том настроении, чтобы уступать вашим просьбам, - служанка

Она помогла Амадин переодеться в ночную рубашку и поспешила выйти, украдкой вытирая слезы.

Девушка присела на край кровати и закрыла лицо руками. Если бы она смогла отправить герцогу вестника наподобие того, которого она видела… Хотя… Если она попытается… Допустим, стоит представить себе птицу… пальцы зашевелились сами, и сразу же ладонь пронзила боль, от которой на глазах выступили слезы.

- Ах так! - злой азарт, прекрасное завершение сегодняшнего дня, охватил ее. - Говорите, любите извращения, господин инквизитор?

Она встала и прошлась по комнате, приводя мысли в порядок. Магия, особенно такая требовала полной сосредоточенности. Достигнув определенного спокойствия, девушка легла на кровать. Несколько глубоких вздохов, и она погрузилась в транс.

Очертания предметов стали расплывчатыми, а звезды за окном - слишком яркими.

Амадин осторожно потянулась к плетениям, точно кокон окутавшим дом,Магические нити переливались, узлы то и дело вспыхивали, тревожно реагируя на вмешательство. Девушка пыталась нащупать слабину, но пальцы соскакивали с идеально созданных плетений. Она уже вконец отчаялась, когда в голове промелькнула фраза профессора Шурола:

“Не все, что кажется плетением, является им!”

Амадин еще раз глубоко вздохнула и погрузилась еще глубже. Нить нашлась сразу. Крученая и запутанная, она создавала ложные узлы, так мешавшие перебрать плетение. Поколебавшись, амадин не стала ее распутывать, просто добавила несколько узлов, накрепко замкнув на нее ауру герцога.

После чего вынырнула из транса и почти сразу же заснула, улыбаясь в предвкушении сюрприза, ожидавшего хозяина особняка.

Несмотря на полуночные бдения, утром Амадин проснулась очень рано. Она долго нежилась под одеялом, прислушиваясь к монотонному стуку дождя за окном. Девушка с сожалением подумала, что опять придется тратиться на извозчика: брести под доджем через полгорода, а потом сидеть на лекциях в промокшем платье не хотелось. Горничную Амадин звать не стала, спокойно собралась сама, глотнула свежесваренный крепкий кофе, дымящийся в чашке, по привычке выхватила из тарелки две теплые булочки и выскочила прочь.

На этот раз ей повезло, извозчик появился почти сразу. Смерив девушку недоверчивым взглядом, он тем не менее довез ее до ворот академии. Запахнув плащ, Амадин пробежала по дорожкам, старательно огибая лужи, чтобы не заляпать подол платья и, отряхнувшись, зашла в аудиторию.

Пьер уже был там. сидел у окна и задумчиво смотрел на облетевшие ветки деревьев. Заметив подругу. он махнул рукой, предлагая сесть рядом.

- Ты сегодня рано, - заметил он.

- Да… так получилось.

- Поссорились?

- Что? С кем? - Амадин несколько мгновений непонимающе смотрела на друга, а потом улыбнулась. - Ах, ты о… нет… хотя я не понимаю, что он от меня хочет.

- Мне назвать все своими словами? - снисходительно хмыкнул Пьер.

Девушка демонстративно закатила глаза:

- Уверяю, я прекрасно знаю эти слова, как и то, что ты любишь непристойно шутить!

- Тогда что?

- Ничего,-она покачала головой. - Забудь.

- Как я могу забыть, если ты сидишь рядом с видом,будто кто-то умер!

- Лучше бы и умер… - Амадин тяжело вздохнула. - Просто… Не знаю…

- Ами, либо ты выкладываешь мне все, либо можешь пересесть на свободное место! - Пьер скрестил руки на груди.

Девушка слабо улыбнулась.

- Кто же тогда будет тебе помогать с решением задач на контрольной?

- Вот! видишь! И если ты не хочешь отягощать свою душу моим скверным баллом, тебе придется мне все рассказать!

- Ладно, твоя взяла, поговорим в перерыве!

Последние слова были заглушены звонком, возвещавшим о начале занятий, н Пьер все равно услышал.

-Ну, рассказывай, - насел он на подругу, когда контрольная работа закончились, и они вышли в коридор.

- Это… это касается одной моей знакомой… вернее, ее родственницы… Она…она попала к Шуаз и сегодня там пройдет аукцион…

- Какой аукцион?

Мари подошла к друзьям. Пьер скрежетнул зубами, а Амадин прикусила губу.

- Так что за аукцион?

- Ну так… тебе не стоит об этом знать,- начал Пьер, но Мари остановила его:

- Прекрати оберегать меня так, где не следует! Я прекрасно понимаю, что жизнь состоит не только из сада с розами и стен академии!

- Но, Мари…

- Пьер! - девушка уперла руки в бока.

- Аукцион в салоне Шуаз. Невинную девушку выставят на торги и отдадут тому, кто больше заплатит, - вмешалась Амадин, стараясь предотвратить ссору.

Удалось. Мари изумленно взглянула на нее:

- Как такое возможно?

- Как видишь, жизнь ведь состоит не из сада с розами и стен академии, - поддел Пьер и заслужил взгляд полный укора.

- Давайте я все расскажу по-порядку, - предложила Амадин.

Она очень быстро пересказала разговор с Гердой.

- Надо что-то делать! - встревожилась Мари. - Сообщить в жандармерию!

- Жандармы туда не сунуться, у Шуаз очень серьезные покровители.

- Ну тогда… может, инквизитору? - Мари с надеждой посмотрела на Амадин, та покачала головой:

- Я вчера пыталась рассказать, но герцог не стал меня слушать. И вообще, уехал…

- Значит, надо действовать самим! - Пьер был настроен очень решительно. - Что, если я появлюсь там и выкуплю девушку?

- Прекрасная идея! - мари даже хлопнула в ладоши, а Амадин горько усмехнулась.

- Ты знаешь, кто посещает салон Шуаз? Боюсь, что у тебя не хватит денег даже на первую ставку.

- Тогда надо помочь девушке бежать. Я могу прийти в дом под видом гостя и вывести ее!

- Пьер, но это же очень опасно! - возразила Мари. - Что, если тебя поймают?

- Ничего хорошего, - подтвердила Амадин. - Но сама идея хороша. Только в салон Шуаз пойду я.

- Что?!

Голоса Пьера и Мари слились воедино. Они хотели наброситься на Амадин с расспросами, но спасительный звонок лишил их этой возможности.

- Поговорим позже.

Она первой прошмыгнула в аудиторию и присела на первое свободное место. Пьеру с Мари оставалось занять парту двумя рядами выше и бросать многозначительные взгляды на спину подруги.

чем больше амадин размышляла над спонтанным решением, тем более правильным оно казалось. в конце концов, она уже бывала в салоне Шуаз и ей удалось уйти оттуда. Значит, и сейчас у нее все получится. Тем более, она гораздо более сильный маг, чем Пьер.

Именно эти соображения она и изложила, когда они втроем вышли из аудитории.

- Звучит логично, - одобрил Пьер.- Я могу страховать тебя у особняка, и если вдруг что пойдет не так - вытащить оттуда.

- Да, это будет разумно… - Амадин повернулась к Мари, смотревшей на них широко распахнутыми глазами. - А ты что думаешь?

- Что вы оба сошли с ума! Добровольно соваться в этот… особняк! - выпалила девушка. - Надо идти к герцогу!

- Мари, его светлость - аристократ. Если он до сих пор не прикрыл салон Шуаз, значит и сейчас вмешиваться не будет, - осадил ее Пьер. - Что ему какая-то девица. Амадин хотела возразить, но вспомнила с какой насмешливой небрежностью обращался герцог с ней самой и кивнула.

- Я думаю, да. Герцог не станет вмешиваться и ссориться с теми, кто покровительствует Шуаз ради какой-то служанки.

Мари насупилась, но замолчала.

- Давай так, - продолжал Пьер. - Занятия закончатся, ты узнаешь у своей горничной, когда аукцион и дашь знать мне. встретимся у особняка за полчаса до начала.

- Хорошо.

- Все-таки я против подобного плана… - еще раз попыталась возмутиться Мари, но ее никто не стал слушать.

Когда Амадин очнулась, то обнаружила, что лежит в незнакомой комнате. Голова раскалывалась, а во рту пересохло. Она попыталась пошевелиться и обнаружила, что прикована наручниками к кованой спинке узкой кровати. попытка освободиться при помощи магии не удалась: наручники оказались антимагические, и любая попытка сплести заклинание оборачивалась болью.

Девушка попыталась вспомнить, как оказалась в комнате, но мысли путались и ускользали, а на их место приходил ледяной ужас: что с ней собирались сделать, и кто именно.

Амадин откинулась на подушку и размеренно задышала, пыталась успокоиться. Постепенно в голове всплывали события дня: украдкой плачущая Герда, укоризненный взгляд Мари, сутулая фигура друга, прятавшегося за деревом у салона Шуаз.

Все-таки вспомнив, зачем она пришла и как попалась, Амадин вздрогнула. Что, если Шупаз решила выставить на аукцион и ее саму? Иначе зачем бы ее оставили прикованной в этой комнате?

- Пьер… он должен меня вытащить! - прошептала она, борясь с ледянящим душу отчаянием. - Он обязательно меня вытащит!

Девушка прислушалась к происходящему в особняке, но в ответ была гнетущая тишина. Магические амулеты надежно подавляли любой шум, и ей оставалось только гадать, что происходит в салоне.

Время тянулось невыносимо медленно. Руки затекли, глаза закрывались, девушка то и дело погружалась в тяжелую полудрему - последствия дурмана, которым ее накачали. Только страх помогал удержаться на краю сознания. Трусливая мысль - забыться и пусть с ней делают, заставила собраться с силами.

Амадин тряхнула головой. Она не должна сдаваться, Пьер обязательно ее вытащит, а значит, нужно оставаться в сознании, чтобы помочь ему.

Внезапно особняк вздрогнул, стекла со звоном посыпались на пол, а потом тишина лопнула, наполнившись топотом ног, резкими криками, женскими воплями. Амадин дернулась и опять зашипела от боли. Шум нарастал, перемещаясь на второй этаж, кажется за окном переговаривались зеваки.

- С дороги! - резкий окрик перекрыл шум. В эту же минуту дверь в комнату сорвалась с петель и рухнула на пол, а на пороге возникла высокая фигура.

- Рей! - прошептала Амадин, не зная, радоваться ей или дрожать от страха.

Послание, принесенное вестником, заставило герцога отменить тщательно спланированный ужин, за которым он хотел столкнуть Амадин с женой Тристана л’Эрме. “Баррингтон мертв. Тело обнаружили в анатомическом театре” - гласила записка, присланная дю Барри. Пришлось отправить Амадин домой, а самому вместе с Валентином ехать на место обнаружения тела. Конечно, можно было оставить все на откуп заместителю, но Рейнард предпочитал лично осмотреть и тело, и место, где оно было найдено.

Маркиз ждал их у крыльца.

- Смерть наступила в другом месте, - доложил он вместо приветствия. - Тело привезли якобы из лечебницы для бездомных.

- Якобы?

- Разумеется, я отправил людей осматривать лечебницу. Они вообще эту неделю не отправляли тела в анотомический театр!

- Интересно, куда они их девали, - хмыкнул Рейнард, заходя внутрь.

- Только не говорите, что мы и это должны расследовать! - полушутливо воскликнул дю Барри, хотя в глазах мелькнуло беспокойство.

- Нет. Пока что, - обнажедил его великий инквизитор, проходя по гулкому коридору к лестнице, ведущей в подвал, где и хранились тела. - Валентин, идемте!

- Осторожно, там крутые ступеньки и две последних заледенели, - предупредил их дю Барри.

Осмотр тела занял больше времени, чем они предполагали, и обратно на крыльцо все трое вышли, трясясь от холода - магические амулеты исправно работали, сохраняя тела от разложения.

- Ощущение, что его хорошенько высекли кнутом, прежде чем убить, - подал голос Валентин.

Герцог и маркиз переглянулись.

- Валентин, по-моему вы - единственный в Сен-Кантене, кто не в курсе гм… пристрастий нашего неподкупного судьи, - весело пояснил Рейнард и ухмыльнулся, заметив, что секретарь смутился. - Да, да… именно.

- Выходит, его убила любовница?

Инквизитор мотнул головой:

- Я бы не заявлял так категорично. Хотя надо выяснить, кто она и допросить, - он зевнул и сверился с часами. - Время уже позднее. Займемся этим завтра. Дю Барри, проследите, чтобы газетчикам перепало как можно меньше подробностей.

- Разумеется.

Герцог кивнул и поднял руку, останавливая извозчика

- Валентин, вас подвезти?

- Благодарю, монсеньор, но здесь недалеко, я лучше пройдусь.

- Как вам будет угодно.

Рейнард запрыгнул в коляску и назвал адрес. Ехать к Амадин не имело смысла, к тому же герцог до сих пор не был уверен, что девушка не ставленница Тристана. следовало сначала разобраться во всем, а уж потом либо продолжать отношения, либо придавив доказательствами, потребовать убраться. При мысли, что он больше не увидит сияющих темных глаз, сердце на секунду сжалось от тоски.

рейнард нахмурился и мотнул гловой. Что еще за сантименты вдруг полезли в его голову? Амадин Гросс - одна из многих, кто встретился на пути герцога, рано или поздно они расстануться, так к чему эти сантименты?

Хмыкнув, герцог решил, что это все от усталости и дал себе слово обязательно отдохнуть, только закончит текущие дела. С этими мыслями он зашел в дом.

Прекрасный ужин вернул хорошее расположение духа, а молчание камердинера, прекрасно улавливающего смену настроения хазяина, окоччательно подняло настроение, и Рейнард быстро заснул, с наслаждением растянувшись на белоснежных простынях.

Утром он позволил себе понежиться в постели, слушая, как дождь барабанит по стеклам, после чего все-таки направился на службу.

Поскольку новостей не было, то проводить совещание герцог не стал, чтобы не отвлекать заместителей от расследований, а сам занялся накопившейся текучкой.

За окном давно стемнело, а он все еще вникал в расчетные ведомости затрат на следующий квартал, когда в кабинет заглянул секретарь.

- Простите, ваша светлость, но…

- Какой пафос, рей, дружище! Я шел мимо и решил зайти позвать тебя в ресторацию!

- Чтобы выговорить мне за несостоявшийся ужин с твоей женой?

- Ты ужинал с Полетт? - приятель озадаченно нахмурился.

- Не успел, - Рейнард внимательно всматривался в его лицо.

- Странный выбор. Впрочем, дело твое. Но, предупреждаю, Полетт - ледышка.

- Ты так спокойно говоришь о своей жене?

- Что поделать? наследника у нас так и не появилось, а сама она мне порядком надоела, - пожал плечами Тристан.

Странный скрежет заставил герцога нахмуриться. Он бросил взгляд в сторону секретаря, который стоял на пороге, на щеках играли желваки, а кулаки были сжаты с такой силой, что костяшки пальцев побелели.

- Увы, мой друг, так часто бывает, - Тристан явно принял удивление, промелькнувшее на лице приятеля на свой счет. - Потеряв новизну, семейная жизнь кажется пресной, а супруги надоедают друг другу…

- Благодарю, что просвятил! - инквизитор и не думал скрыть сарказм. - И, действительно, почему бы нам не пообедать вместе? заодно ты мне расскажешь подробнее об опыте семейной жизни!

Он направился к выходу. Тристан, радостно предвкушая дармовой ужин, устремился следом.

Они спустились по лестнице и намеревались выйти, когда у дверей образовался затор. Всему виной была пухленькая девушка в форменном сером платье.

- Вы не понимаете! - звонкий голос разлетался под сводами инквизиции. - Это - вопрос жизни и смерти.

- Берг, что у вас? - поморщился Рейнард.

- Девица требует встречи с вами, монсеньор, - отозвался один из дежурных, постарше.

- Вот как? - инквизитор смерил девушку взглядом. Показалось, что он ее уже видел, только не мог вспомнить, при каких обстоятельствах. - И по какому поводу.

- Я бы предпочла рассказать вам все наедине, ваша светлость, - она смело смотрела ему прямо в глаза.

Рейнард усмехнулся. похоже, весть о его щедрости разошлась по академии и теперь его начнут осаждать юные институтки, желающие урвать немного герцогской щедрости.

- В таком случае, вам придется подождать, моя милая, я собираюсь пообедать…

- Но послушайте, это очень срочно!

- Разумеется, в инквизиции не бывает иного! - рассмеялся Тристан, дежурные тоже усмехнулись, а девушка вспыхнула:

- Амадин была права, вы не собираетесь слушать!

- Амадин? - Рейнард вдруг вспомнил, что видел эту девушку вместе со своей мнимой любовницей.

- Да, она отказалась идти к вам, и была права! - девушка в отчаянии притопнула ногой.

- Ладно, пойдемте. Тристан, подождешь меня!

не сомневаясь, что приятель последует его приказу, инквизитор провел посетительницу в ближайший кабинет и потребовал остальным выйти.

- Я слушаю, - скрестив руки на груди, он присел на край стола.

От такого явного неуважения девушка поморщилась, но возражать не стала. - Запинаясь, она начала пересказывать разговор с Амадин и Пьером. По мере ее рассказа, герцог мрачнел все больше, а когда девушка дошла до того, что Амадин с Пьером собирались посетить салон Шуаз, тихо выругался.

- Прошу прощения, - тотчас же извинился он, заметив, что девушка покраснела. - надеюсь, вы сказали им, что это - несусветная глупость.

- Да, но они не послушали…

- Почему вы сразу не пришли ко мне?

Мари обиженно взглянула на него:

- Я два часа провела на входе, пытаясь убедить дежурных впустить меня к вам!

Рейнард закатил глаза.

- Простите, - он встал и направился к выходу. - Берг, доставьте мадемуазель домой! И убедитесь, что она добралась в целости и сохранности!

- Я живу в общежитии академии, - начала Мари.

- Да хоть в центре бездны, - отмахнулся герцог. - Трис, прости, но ужин придется отложить!

- Что… -

Приятель попытался возразить, но герцог проигнорировал вопрос. Перешагивая через ступеньку, он вбежал по ступеням и вернулся к себе в кабинет.

- Валентин, Лайонеля ко мне, срочно! - приказал герцог изумленному секретарю. - И… и дю Барри тоже! и предупредите дежурный отряд, пусть будут готовы.

Заместители не заставили себя ждать.

- Что случилось? - дю Барри первым зашел в кабинет.

- У Шуаз аукцион. Похоже, мы сможем прижать ее, - Рейнард зло усмехнулся.

- Откуда сведения?

- Из надежного источника. Ли, присоединяйся! Мы едем к Шуаз!

- Неужели? - граф Аттинсон изобразил удивление. - Чем вам не угодили девушки Дезире?

- Они не общаются с Баррингтоном и Дезире не устраивает аукционы невинности.

- Рей, погоди - встревожился Лайонель. - Хочешь сказать, что ты…

- Устрою погром в самом известном борделе Сен-Кантена, ты верно понял. Насилие должно караться со всей строгостью!

- Но ты уверен, что девушка подтвердит, что ее держали насильно? Ты же понимаешь, что будет, если мы нагрянем туда просто так?

- Да, скандал случился бы неимоверный, и Карлу пришлось бы принести меня в жертву. но на этот раз у меня есть козырь.

- Вот как?

- Угу. к тому же Баррингтон был завсегдатаем у Шуаз, ты знал об этом?

- Предполагал. Думаю, это может стать поводом для того, чтобы войти туда..

Дю Барри только вздохнул, смотря на оживленных друзей:

- Стоит позвать жандармов?

Герцог мотнул головой:

- Нет. Может быть утечка.

- У нас может не хватить людей, придется оцепить особняк.

Герцог шумно выдохнул:

- Ладно, я скажу Валентину, чтобы занялся этим. Поехали.

Экипаж остановился за два квартала до особняка. Там герцога уже ждали люди из его ведомство, поднятые по тревоге. Рейнард выпрыгнул из кареты, кивнул Валентину, который стоял неподалеку, кутаясь в плащ.

- Монсеньор, все готово.

- Хорошо. Ли, ты заходишь первым, затем я. Дю Барри вы останетесь снаружи. Следите, чтобы и мышь не проскочила.

- У нас мало людей, - проворчал маркиз.

- Увы, сколько есть. Идем.

Первый этаж особняка был ярко освещен.

- Там что-то типа гостиной, где мужчина может пообщаться и выбрать понравившуюся женщину, - пояснил Лайонель, внимательно рассматривая тени, то и дело мелькавшие в окнах, занавешенных портьерами.

Рейнард кивнул.

- Второй этаж - спальни, продолжал заместитель. - Иногда весьма… специфические.

- Для любителей извращений, - вполголоса хмыкнул дю Барри.

Герцог кивнул, вспомнив недавний разговор с Амадин. Руки сами сжались в кулаки. Главное - вытащить девчонку, а уж потом он ей покажет, какой он извращенец. Выпорет так, чтобы она неделю не могла сесть!

- Судя по всему, аукцион только начался, - заметил дю Барри. - Спальни пока пусты.

Рейнард кивнул и нахмурился, заметив долговязую фигуру под одним из деревьев, почему-то соглядатай показался знакомым.

- А это кто?

- Не знаю, - Ли присмотрелся. - Убрать его.

- Только скажи, чтобы не убивали, вдруг пригодиться.

- Хорошо!

Две тени беззвучно метнулись к дереву, под которым притаился незнакомец. Сдавленный хрип, и молодой человек мягко осел на землю. Рейнард улыбнулся. все-таки в его ведомстве работали профессионалы.

- Ли, вперед! - скомандовал он.

Граф Аттинсон в сопровождении двоих людей поднялся на крыльцо и постучал. После недолгих препирательств дверь все-таки приоткрылась. Этого было достаточно: магическое плетение сорвалось с пальцев Лионеля и полетело внутрь.

- Вперед! - скомандовал Рейнард остальным.

Уже не таясь, его люди ворвались в особняк. Возмущенные голоса сменились воплями и угрозами. Герцог прислушался и покачал головой. При арестах аристократов всегда происходило одно и то же: шок, ярость, а затем, после ночи, проведенной в кутузке, как правило следовал и страх, раскаяние и признание. Рейнарду даже не приходилось применять магию. Почти не приходилось, кроме случаев поимки либо матерых преступников, либо тех, кто считал себя королем более самого короля.

В обоих случаях великий инквизитор предпочитал ставить его величество перед свершившимся фактом ареста и признания, вызывая на себя огонь недовольства остальных. Хороший монарх и плохой инквизитор - эта игра длилась с первых дней правления Карла.

Дождавшись, пока волна возмущения стихнет, инквизитор перешагнул тело охранника, лежащее посередине коридора и вошел в зал. Часть стульев лежало на полу, мужчины возмущались, а одетые в белоснежные полупрозрачные платья, девушки столпились в нише с испугом рассматривая высокую фигуру в черном. Амадин среди них не было.

- Где она? - не церемонясь, Рейнард направился к хозяйке борделя.

- Я не понимаю, о ком вы! Что вообще все это значит?

- Где девушка?

Глаза мадам насмешливо блеснули:

- Ваша светлость хочет поразвлечься?

- Я хочу забрать то, что принадлежит мне по праву. Где девушка?

Шуаз наигранно рассмеялась:

- Выбирайте любую! Они все здесь!

Она обвела рукой зал.

- Рей, похоже мы здесь ничего не найдем, - прошептал Ли, наклонившись к уху друга. - Спальни наверху пусты.

В зале нарастал ропот. Рей оглядел присутствующих, отмечая несколько весьма неожиданных лиц. Отошедшие от первого шока после вторжения эти люди, привыкшие с собственной безнаказанности, теперь возмущались произволом.

- Тихо, работает Инквизиция, - произнес он формальную фразу, и сжал висящий на цепочке символ власти.

Тишина опустилась на зал, но Рей отдавал себе отчет, надолго этого не хватит.

Он кивнул сам себе, прошелся по залу, выглянул в коридор и внимательно осмотрел стены. Показалось, что воздух у одной из стен подрагивает. Рейнард прищурился, вспоминая вид особняка снаружи.

- Прикрой меня, - коротко приказал он заместителю, ныряя в транс.

Как всегда, когда погружение происходило резко, дыхание перехватило, но Рей не стал тратить время, чтобы восстановить его. Магические нити вспыхнули перед глазами. Переплетенные в причудливые узлы они переливались в полумраке комнаты. Герцог не стал распутывать их, просто схватил и резко рванул.

Наверное, грохот слышал весь город. Особняк будто содрогнулся, а магические накопители обиженно зазвенели. Одна из стен, казавшаяся незыблемой растаяла, за ней оказалась еще одна, в которой виднелась обшарпанная дверь. За спиной кто-то ахнул, а мадам Шуаз побледнела и ухватилась за спинку кресла.

- Открывайте! - скомандовал герцог.

Ли махнул рукой. Магия сорвалась с пальцев, и рассохшаяся древесина брызнула щепками, открывая взглядам присутствующих узкий коридор и две двери, на этот раз обитые железом.

- Как интересно… - убедившись, что ловушки обезврежены, Рейнард переступил порог. - Говорите, все девушки здесь добровольно?

Шуаз молча следила за ним взглядом. Волнение и отчаяние, охватившие ее, подчеркнули морщины и обвисшие щеки, а белила и карминно-красная помада сделали лицо похожим на маску.

- Ли… - инквизитор взглянул на друга. Еще одна вспышка, и створки упали. Приглушенный девичий крик потонул в грохоте. Рейнард перешагнул порог, бросил взгляд в одну из комнат, где у окна виднелась скукоженная фигурка девушки и направился во вторую.

- Рей!

Амадин была там. Лежала, прикованная к кровати наручниками.При виде инквизитора она дернулась и зашипела от боли.

- Антимагические? - Рейнард помрачнел еще больше. - Интересно, откуда…

- Баррингтон? - Лайонель заглянул в комнату.

- Скорее всего, - герцог подошел и склонился над девушкой, щелкнул пальцами. Тяжелые браслеты расстегнулись, выпуская тонкие запястья.

Рейнард играючи выставил щит и весь заряд не сформированной, замешанной на злости и бессилии магии по касательной ушел в потолок. Громыхнуло.

За спиной послышались крики, девичий визг, что-то со стеклянным звоном обрушилось. Когда развеялись клубы пыли и перестала падать штукатурка Рэй соизволил убрать щит прикрывавший и железную кровать и девушку лежащую на ней.

Амадин тяжело дышала,проживая откат от такого спонтанного выплеска.

- Сильна, - одобрительно прокомментировал Лайонель, заглядывая в пробитую в перекрытии дыру и порывом воздуха развеивая остатки пыли. Сверху кокетливым привидением спланировала кружевная сорочка.

- Что со второй? - не оборачиваясь спросил он у приятеля.

- Пойду прослежу, - хмыкнул тот, оставляя их.

Девушка наконец пошевелила руками и застонала. Боль была такая, точно тысячи игл пронзили кожу.

- Затекли? - Рейнард подхватил девушку, помогая встать, быстрыми движениями размял плечи, убирая боль.

- Спасибо.

- Идти сможешь?

- Да, - она попыталась сделать шаг, но пошатнулась и прислонилась к плечу инквизитора.

Рей вздохнул и подхватил ее на руки и выходя в коридор

- Ли, разберешься здесь?

- Угу. Какие обвинения?

- Похищение и незаконное удержание, несанкционированное применение магии.

- Девушка вошла в дом совершенно добровольно! - попыталась возразить мадам Шуаз.

Инквизитор соизволил взглянуть на нее.

- Так же добровольно она приковала себя наручниками к кровати? - спокойно поинтересовался он.

- Почему нет? Вы же понимаете специфику моего заведения…

- Кстати, о специфике… Баррингтон мертв, так что можем предъявить и обвинение в убийстве!

- И каннабис… - прошептала Амадин, потирая виски.

- Что?! - при упоминании о траве, лишающей воли и погружающей в сон, оба мужчины переглянулись.

- Они… одурманили… табак…

- Вскрыть каждую половицу!

- Будет исполнено! - Лайонель широко ухмыльнулся.

- Вы… вы за это ответите! - прошипела Шуаз.

- Несомненно!

Невзирая на слабые протесты инквизитор подхватил Амадин на руки и направился к выходу. Лайонель догнал его на крыльце.

- Рей, погоди. Я понимаю, ты уезжаешь?

- Ты чрезвычайно догадлив! Полагаю, дальше вы справитесь и без меня.

- разумеется. Только скажи, кому именно мы предъявляем обвинения?

- Всем.Соучастие, сговор, бездействие… Да хоть темные ритуалы.

Лайонель тоскливо вздохнул, предвкушая бессонную ночь:

- Допрашивать сейчас?

Герцог мотнул головой:

- Завтра. Сейчас просто распихай по камерам. Благо, их предостаточно.

- Как пожелаешь! Учти, скандал будет неимоверный, и перед королем будешь отчитываться сам!

- Когда было по-другому? Главное никого не выпускать до моего распоряжения. Даже если они принесут грамоту с подписями пресветлых жрецов.

Не выпуская девушку из рук, инквизитор направился к карете, подъехавшей почти сразу. вокруг суетились люди: инквизиторы, жандармы, за оцеплением стояли зеваки, бурно обсуждая, что наконец-то стражи порядка занялись делом.

- Ваша светлость, подождите! - окликнул его дю Барри.

- Да?

- Что нам делать с этим? - он махнул рукой. амадин проследила взглядом и заметила неуклюжую фигуру друга.

- Это же Пьер! - девушка взглянула на герцога. - Он… он не виноват, он со мной…

Она сникла под острым, как бритва взглядом инквизитора.

- Его тоже в камеру! - приказал герцог и мстительно добавил. - Одиночку. Пусть посидит и наконец-то подумает!

Заскочив в карету, он захлопнул дверцу. Кучер одобрительно крякнул и тронул коней, унося хозяина прочь от шума и суеты.

Всю дорогу Амадин молчала, забившись в самый темный угол кареты. Она видела, как хмурится ее спутник, как сжимает кулаки, и ей становилось страшно. Девушка не знала, что было лучше: остаться в салоне Шуаз или же сидеть рядом с карающим мечом королевства, ожидая возмездия за свою выходку. В том, что возмездие последует, девушка не сомневалась. Слишком уж мрачным выглядел инквизитор.

Когда неровный свет мелькающих за окном фонарей попадал на лицо герцога, Амадин видела, как играют желваки на его лице, и ей становилось страшно. Она была полностью во власти этого человека, магический договор лишал возможности сбежать и исчезнуть.

Амадин судорожно вздохнула. Воображение, подстегиваемое остатками дурмана, который все никак не мог до конца выветриться из головы, рисовало самые неприглядные картины. Тело то и дело сотрясала дрожь. Стараясь унять ее, девушка обхватила себя руками, но это не помогало.

Карета остановилась, заставив девушку еще раз вздрогнуть.

Герцог выпрыгнул первым и протянул руку, помогая Амадин выйти.

Его пальцы казались обжигающе-горячими. Или это она так заледенела?

До дома - она вяло изумилась, что начала называть особняк на рю де Флери домом - нужно было пройти несколько шагов. Ноги подгибались, и она не была уверена, что сможет преодолеть этот путь. Инквизитор бросил на нее ледяной взгляд. Амадин выпрямила спину и сделала шаг, пошатнулась и сразу же снова оказалась в крепких мужских объятиях.

Не говоря ни слова, герцог подхватил ее и стремительно направился к крыльцу.

- Я могу сама, - запоздало смутилась девушка.

Еле слышное хмыканье было ей ответом.

Если дорога до кареты в герцогских объятиях показалась ей шуткой сознания, то за время пути дурман окончательно отпустил ее и она ощущала теперь и твердость рук, и жилистые плечи, за которые она невольно обхватила своего покровителя, прижалась к груди, и пронизывающий осенний холод отступил.

- Откройте дверь, - приказал герцог.

Амадин послушно коснулась пальцами двери, руны вспыхнули, позволяя хозяину особняка войти, не спуская девушку с рук.

Услышав шум, встревоженная Герда выскочила в холл.

- Мадемуазель,наконец-то, где… - служанка осеклась, испуганно смотря на хозяина дома.

- Еще раз посмеешь впутать госпожу в подобное - сгною за решеткой, - процедил инквизитор сквозь зубы. - Пока - свободна.

Горничной не требовалось повторять, и она, вжав голову в плечи, спешно ретировалась в свою комнатку.

- Это несправедливо, она не знала, что я… - Амадин попыталась заступиться за Герду, но была остановлена очередным мрачным взглядом.

- Еще слово, и я за себя не ручаюсь, - предупредил герцог, поднимаясь по лестнице.

Это было последней каплей.

- И что же вы сделаете? - Амадин гордо, насколько это было возможно в ее положении, выпрямилась. - Сгноите меня в тюрьме? Вышвырнете прочь?

Рейнард вошел в свою спальню, ногой закрыл дверь.

- Просто выпорю, - спокойно подтвердил он, ставя девушку на ноги. С секунду они смотрели друг на друга, а потом его прорвало:

- Маленькая дурочка! - он хорошенько тряхнул девушку за плечи. - Похоже, ты единственная в городе не знала, что охранник у Шуаз запоминает всех, кого хоть единожды видел! На что ты рассчитывала, суясь в это осиное гнездо? Неужели так сложно было засунуть свою гордость подальше и рассказать все мне?!

От несправедливых обвинений Амадин даже задохнулось. несколько мгновений она стояла и ловила ртом воздух.

- Мою гордость? - воскликнула она, когда спазм прошел. - Письма вам не доходят, вестники сгорают! А мне вы вчера и рта не дали раскрыть! Потащили в ресторацию, зачем-то пригласили Полетт…

- Она же ваша подруга, - Рейнард озадаченно нахмурился, понимая, что разговор уходит куда-то не туда.

- Нет, скорее знакомая, - Амадин покачала головой.- Мы учились вместе, и только…

- Но тем не менее наша первая встреча произошла именно в доме л’Эрме, - Рейнард слышал, как звенят стекла в рамах, это означало, что девушка на грани истерики, и в таком состоянии не станет лгать. - Помните, в саду вы свалились мне на голову?

Амадин кивнула.

- Да… В тот день магистр Сайлус… он ждал меня в одной из комнат у Шуаз…

В памяти снова вспыл тот вечер и ту стыдливую брезгливость, которую Амадин испытывала к самой себе, поднимаясь по ступеням. Девушка снова обхватила себя за плечи и, видя что инквизитор не сводит с нее взгляда, продолжила:

- Я… когда я поняла, что не смогу с ним… я убежала… и долго бродила по улицам. Полетт увидела меня и позвала в гости. предложила остаться на ночь…

- Зачем?

- Не хотела, чтобы муж приходил к ней. Сидя в спальне, я подслушала ваш разговор и решила, что… если уж… вы хотя бы симпатичный…

Она опустила голову, чувствуя себя преступницей, ожидающей приговора. Давно растрепавшиеся волосы упали волной, закрывая ее лицо. Герцог молчал, и она рискнула снова взглянуть на него.

- Рейнард, поверьте, я… я действительно хотела вам рассказать про аукцион, но вы так быстро ушли, и я не знала, к кому еще обратиться…

- Поэтому решили действовать самостоятельно? - он почувствовал, как его снова охватывает злость, но не на девушку, а на самого себя, на обстоятельства, заставляющие таких вот девочек продавать себя ради куска хлеба или лучшей доли…

- Мне казалось, что если один раз удалось, то получится и второй. Признаю, я была неправа… и я…я готова понести любое наказание, которое вы сочтете необходимым.

Все-таки в ней была порода. То, как девушка гордо выпрямилась, с вызовом смотря на Рейнарда, свидетельствовало об этом. Порода и еще гордость. почти никто из женщин, с которыми Рей был знаком, а знал он их немало, никто из их не стал бы так стоять, выслушивая его обвинения и с таким достоинством признавать свои ошибки. Они смущались бы, заламывали руки либо пытались обольстить герцога, стараясь смягчить его гнев, и клятвенно бы уверяли, что подобное больше не повторится. Да никто из них и не стал бы рисковать собой, чтобы спасти незнакомую девушку. Все переложили бы на его плечи.

Рей даже не знал, что злит его больше: то, что Амадин подвергла себя риску, или то, что усомнилась в нем. Пожалуй второе.

Уже более спокойно он взглянул на девушку. Она стояла, прислонившись к стене. Старое платье промокло, а на запястьях проступили следы от наручников. Узкие плечи подрагивали не то от холода, не то от страха.

Гнев герцога утих. В конце концов, он был даже признателен этой девушке. Без ее глупого поступка ему вряд ли удалось бы так легко прижать старую сводню.

- Думаю, вы достаточно наказали себя сами.

Стекла звякнули в последний раз и затихли. Амадин выдохнула и прикрыла глаза.

- Вы великодушны…

“Даже слишком,” - пронеслось в голове у Рейнарда. Он внимательно рассматривал девушку. Она все еще дрожала. Мокрая ткань платья облепила фигуру, а грубые башмаки со сбитыми носами вызывали глухое раздражение.

Не в силах больше терпеть её убогий наряд, герцог подошел к ней и совершенно по-деловому начал расстегивать пуговки платья.

- Кажется это будет сниться мне в кошмарах, - пробормотал он, пытаясь справиться с грубой тканью.

- Что… что вы делаете? - пролепетала девушка, закрывая застежку руками, чем ничуть не облегчила ему задачу.

- То, что надо было сделать с той самой минуты, когда мы оказались здесь - избавляю вас от мокрых вещей.

- Но…

Петли намокли, и пуговицы никак не хотели пролезать сквозь них.

- Стойте спокойно! - приказал Рейнард, с силой рванув ткань.

Амадин охнула, а пуговицы с дробным стуком посыпались на пол.

- Не хуже чем ритуально сжечь на заднем дворе, - он сдернул с нее остатки мокрой ткани.

- М-меня?

- Платье, хотя… впрочем, нет, вы слишком красивы, и было бы преступной небрежностью сжигать вас вот так сразу…

Пока она соображала шутит ли он, герцог снова подхватил ее на руки и внес в ванну.Поставил на ноги и отвернул вентиль до упора. В бассейн с напором полилась горячая вода, исходя клубами пара.

- Продолжим… - Рейнард обернулся к девушке.

Белье, в отличии от платья на Амадин оказалось новым и весьма соблазнительным. С Немного полюбовавшись соблазнительной картиной, Герцог потянулся к тонкому кружеву. Девушка вздрогнула и отпрянула.

- Я сама, - выдохнула она, пытаясь подтянуть тонкое кружево корсета повыше.

- Думаю, мы уже все обсудили, и пришли к выводу, что самостоятельность к добру не приводит, - заметил Рейнард, четкими скупыми движениями расшнуровывая корсет, пока тот не раскрылся достаточно, чтоб упасть к ногам девушки. Она вскрикнула, но это ничуть не смутило инквизитора.

Панталоны отправились туда же. Рейнард опустился на колени и с удовольствием провел по стройным бедрам, стягивая один за другим чулки из тонкого шелка. Пальцы коснулись ее кожи. Амадин только придушено всхлипнула и ухватилась за его плечо.

Она вся дрожала, и Рейнард не был уверен, что от холода. Конечно, можно было оставить ее в таком состоянии, но он хотел, наконец, увидеть Амадин целиком.

“В конце концов, я заплатил за это!” - мелькнула в голове циничная мысль.

Горько усмехнувшись, герцог поднялся, заодно увлекая вверх подол сорочки. Девушка наконец предстала перед ним обнаженной. Он с удовольствием оглядел ладную фигуру: тонкая талия, округлые бедра, высокая грудь, которую так хотелось накрыть ладонью. Девушка растерянно смотрела на него, не зная, что ей делать.

Все еще не зная,стоит ли ему остаться, Рей подтолкнул ее в направлении бассейна, не отказав себе в удовольствии легонько шлепнуть по округлой ягодице. Амадин сделала несколько шагов и обернулась:

- А я разве не должна вас… вам…

Рейнард окинул ее задумчивым взглядом. Формально, она принадлежала ему. Она жила в его доме, носила купленные им вещи, в конце концов у них был магический договор… А еще Амадин была брюнеткой. Cлишком напоминавшей Сесилию и разительно отличающуюся от нее. Бывшая возлюбленная сейчас наверняка билась бы в истерике после пережитого. Впрочем, интересуясь только собой, Сесилия вряд ли бы отправилась спасать незнакомую девушку.

Как могла она так рисковать собой, сунуться в этот гадюшник?. Ведь она подписала контракт и отдала ему право заботиться о безопасности.

Он не сдержался, прикусив сильнее, оставив цепочку злых поцелуев-укусов до ключицы. Обхватил второй рукой грудь, сдавил в пальцах темный розовый сосок.

К его удивлению девушка и не думала сопротивляться, она часто дышала сжимая бедра и всё еще подставляла свою шейку грубой ласке.

- Это кто из нас еще извращенец, - выдохнул Рейнард, прикусывая ей мочку уха, и ответить уже не дал. Повернул за подбородок и впился в приоткрытые сочные губы требовательным поцелуем.

Он целовал, жадно скользил руками по влажной коже, сжимал грудь и исследовал впалый живот девушки. Она звучала в его руках словно хорошо настроенный инструмент. Изгибалась, когда он играл с ее грудью, закинула руку ему на шею и зарылась в волосы,когда он рисовал узоры на ее животе, спускаясь все ниже, доверчиво развела ноги, стоило ему обозначить движение пальцами. А потом только дрожала и всхлипывала, захлебываясь удовольствием в его руках.

Пока наконец не выгнулась в последний раз, больно вцепившись в его волосы и не затихла.

- Кажется, мне сообщили ложные сведения об этом процессе,он вовсе не так страшен, - пробормотала Амадин, пытаясь восстановить дыхание.

- Мы только начали, у тебя будет шанс пару раз изменить мнение, - самодовольно произнес Рей. От напряжения и желания уже давно сводило мышцы и темнело в глазах, играть на этом чувственном теле было слишком интересно, чтоб прерывать удовольствие.

Зато теперь он планировал взять свое и приподняв девушку за бедра наконец вошел в расслабленное тело.

От горячей её узости он едва не финишировал даже не начав.

Амадин же лишь на мгновение сжалась от непривычных ощущений, а потом, расслабилась, принимая его на всю немалую длину.

Закушенная губа и сведенные брови выдавали, что это не далось девушке легко. И наверно стоило сдержаться и быть нежнее, но сейчас это было выше его сил.

Рей перевернулся, укладывая девушку животом на округлый мозаичный бортик, больше не сдерживался.

Осталась только узкая спина перед ним, его рука на белом бедре, темные волосы намотанные на кулак. Он пытался быть аккуратнее. Но каждый удар бедер извлекал из девичьих уст такой сладострастный стон, что хваленый самоконтроль герцога в который раз улетел в трубу.

Последней каплей стало то, что девушка вновь выгнулась совсем уж немыслимо и сжала его еще сильнее. Стекла и подвески в светильниках угрожающе зазвенели. Он только и смог, что притиснуть к себе еще содрогающееся в сладких судорогах тело и осесть вместе в остывающую уже воду. Перед глазами вспыхнули звезды и в теле образовалась удивительная легкость.

Несколько минут они просто лежали, омываемый мягкими волнами и пытаясь отдышаться.

- Нет, всё таки меня дезинформировали, - Амадин завозилась опускаясь в воду по плечи.

Рей полюбовался, на ее точеный профиль.

- То есть потеря невинности тебя больше не пугает? - усмехнулся он ей в волосы и повернул кран,снова включая воду.

- Едва ли у меня будет вторая возможность ее испытать, - мечтательно произнесла она.

- Есть целители, способные восстановить…

- Избави боги… Да вы издеваетесь?! - она извернулась и ткнула его кулачком в грудь. Волосы расползлись темными змеями, темные вишенки сосков царапнули по его животу.

- Ну целители действительно есть, - не стал отпираться Рей, любуясь гибким телом в воде.

- мой опыт подсказывает мне, что от невинности одни проблемы, - девушка завозилась, устраиваясь поудобнее. - Так что я очень рада, что ну… с вами.

- Потому что я хотя бы симптичный? - он откровенно забавлялся.

- Нет, - она осеклась заметив его приподнятую бровь. - То есть вы, конечно, симпатичный, даже красивый.

- Нечасто я получаю такие комплименты от женщин, - уголки его губ подрагивали.

- Опять вы смеетесь, - констатировала она.

Вместо ответа Рей притянул ее к себе, перебирая волосы. Мазнул пальцами по губам, обвел ключицу.

- Может лучше будет перебраться в спальню, - Амадин ощутила отчетливое шевеление животом и опасливо покосилась вниз.

- Сначала тебе надо промыть волосы от штукатурки, да и мне не повредит, - он заставил ее окунуть голову и нанес травяной шампунь.

- Вы ведь могли снять заряд, - спросила она, через несколько минут, отжимая пряди.

- И лишить общество такой наглядной демонстрации, почему не стоит воровать у инквизиции?

Утро наступило слишком быстро или слишком медленно,это как посмотреть. Она уснула в объятиях инквизитора, и пробудившись, долго нежилась под одеялом, наслаждаясь томной легкостью, наполнявшей тело. Рейнарда рядом не было.Оно и к лучшему, Амадин не знала, что ему сейчас сказать, как вообще обращаться: “ты” казалось слишком дерзким, а “вы” после того, что произошло этой ночью - напыщенным и глупым.

Повернувшись,, девушка коснулась примятой подушки. вдохнула терпкий мужской запах, свидетельствовавший о том, что прошедшая ночь ей не приснилась. За стеной послышался плеск воды, потом грохот и отборная ругань.

Дверь в ванну распахнулась, и на пороге возник мокрый герцог.

- Что за… - тряся рукой, словно только что обжег ее, он устремил гневный взгляд на Амадин.

- Ой… - прошептала девушка, вспомнив как вчера изменяла охранные плетения.

Охваченная вихрем событий, она совершенно забыла о них. И вот теперь месть инквизитору осуществилась - за магию, как и она сама, он получил по рукам.

- И это все, что ты хочешь сказать? - Рейнард двинулся к кровати.

- Ну… охранное плетение идеально! - торопливо выпалила Амадин, ерзая,чтобы отползти к самому дальнему краю.

- Неужели?

- Да, я только немного подправила, чтобы вообще никто не смог воспользоваться магией и…

Она взвизгнула, потому что инквизитор резко ухватил ее за лодыжку и притянул к себе.

- Ты за это поплатишься, - прошептал он, жадно накрывая ее губы своими.

Поцелуй закончился так же внезапно,как и начался, Рейнард перекатился, ложась рядом,и Амадин разочарованно вздохнула. герцог усмехнулся.

- Не сейчас, моя дорогая, мне надо на службу, да и тебе надо все-таки ходить в академию.

- Академия! - охнула девушка. - Который час?

- На первую пару ты уже опоздала, - хмыкнул Рейнард, лениво наблюдая за ее суетой. - А если будешь хорошей девочкой, то мы позавтракаем вместе, после чего я отвезу тебя, и ты успеешь ко второй.

- Но профессор Шурол… - девушка тяжело вздохнула. - Он уже делал мне предупреждение.

- Замечание.

- Что?

- Преподаватель делает только замечания,предупреждения об отчислении - прерогатива ректора, - Рейнард тоже с сожалением поднялся и потянулся к своему халату, но в последнюю минуту замер, вопросительно смотря на Амадин.

- Можете пользоваться им, - великодушно разрешила девушка. - Если принесете мой…

Герцог насмешливо посмотрел на нее:

- Тебе не кажется, что в этом есть что-то ханжеское - обращаться ко мне на “вы”, после всего, что произошло?

Ответа дожидаться не стал. Вышел, давая Амадин возможность привести себя в порядок.

Он уже сидел за столом, когда она спустилась, чтобы присоединиться к завтраку. Рейнард ожидал, что она облачиться в форменное платье, но был приятно удивлен, когда девушка показалась в гостиной облаченная в батистово-кружевное нечто, по всей видимости, призванное изображать утреннее платье.

Рей с удовольствием окинул взглядом хрупкую фигурку. Крамольная мысль опрокинуть ее на стол, сорвать все эти кружева, и пусть его заместители разбираются сами мелькнула в мозгу.

Инквизитор мотнул головой, прогоняя ее. Не хватало еще вести себя, как влюбленный мальчишка.

Стремясь скрыть заминку, герцог встал и отодвинул стул.

- Ты решила вообще не ходить в академию? - лениво поинтересовался он., снова садясь на свое место.

- С чего вы… ты взял?

- Платье, мне так и хочется сорвать его, - он невозмутимо наблюдал, как полыхнули алым щеки девушки.

- Я… вы… ты… - пряча взгляд, она поднесла к губам чашку с кофе. Рейнард рассмеялся:

- Амадин, если мужчина не хочет раздеть тебя, значит, либо он - идиот, либо тебе незамедлительно стоит сменить модистку!

- Интересно, что будет, если я стану ходит голой?

Ей доставило удовольствие наблюдать, как вспыхнули глаза собеседника.

- А ты попробуй, - вкрадчиво посоветовал он.

Девушка бросила опасливый взгляд на двери кухни.

- Герда вряд ли покажется, а Лотту я отпустил, - герцог совершенно правильно истолковал ее взгляд.

- Хорошо, - внимательно глядя на инквизитора, Амадин потянула завязки. Повела плечом, позволяя ткани скользнуть вниз, обнажая белоснежную кожу. Не сводя с предательского кружева взгляда, Рейнард шумно втянул воздух. В золотистых глазах вспыхнуло желание. Это раззадорило девушку еще больше, вторые завязки поддались легче, высокая грудь открылась жадному взгляду. Сорочки на девушке не было.

Кровь зашумела в голове, а потом отхлынула, зато в паху аж зазвенело.

Инквизитор одним неуловимым движением поднялся и притянул девушку к себе.

- Ты нарываешься,- проворчал он.

Она привстала на цыпочки и выдохнула прямо в его губы:

- Неужели?

- Хло? что тебе надо?

- Позволишь? - она указала на карету.

- Конечно, - герцог посторонился.

Проигнорировав руку кучера, магичка заскочила внутрь.Экипаж тронулся.

- Как ты поняла, что я буду здесь?

- Видела с какой стороны твоя… гм… протеже подходит к воротам. не надо быть большого ума, чтобы понять, что ты поселил ее в особняке на Флери…так что я прекрасно знала, каким маршрутом ты поедешь.

- Девчонка могла нанимать извозчика.

- И выходить за квартал от академии? - Хло приподняла брови, изображая изумление.

- Ладно, так зачем ты меня ждала.

- Сказать, что с утра были подписаны приказы об отчислении трех адепток.

- И почему меня должна заинтересовать эта информация?

- Потому что приказы были подписаны задним числом, вчера ты разнес самый известный бордель города, а сегодня этих адепток нет на занятиях. Я лично проверила.

- Совпадение?

- Слишком много совпадений, ты не находишь?

- Верно. Имена?

- Держи, - она протянула заранее заготовленный список.

- Спасибо, - инквизитор спрятал список.

- Что ж… не буду дальше задерживать. останови где-нибудь здесь.

- Как пожелаешь, - он дернул шнурок. Экиаж сразу же замер, как вкопанный. Хло вышла из кареты и повернулась.

- Что-нибудь еще?

- Не обижай ее, Рей. Она - славная девочка…

- Разумеется.

Дверца захлопнулась и карета покатила дальше.

После занятий Амадин не стала уходить сразу, а направилась в библиотеку.

- А, свиристелка! - услышав шаги магистр Рутенс выглянул из своей каморки. - Давненько тебя не было!

- Я… - девушка замялась, точно ее уличили в чем-то непристойном. впрочем, можно ли назвать пристойным то, чем она занималась с инквизитором. - Времени не было…

- Понятное дело - молодость, - проницательно усмехнулся библиотекарь. - А у меня для тебя вот…

Он продемонстрировал желтоватый конверт, надписанный каллиграфическим почерком.

- Письмо?

- Принесли два дня назад. Ты же когда из академии съехала, адреса не оставила, вот мне и отдали.

- Спасибо, - Амадин взяла конверт и вчиталась в адрес. - От отца Бенедикта?!

Глаза вспыхнули радостью. В памяти мелькнула сгорбленная фигура старика в коричневых одеяниях, его негромкий голос, объясняющий любознательной девочке счет, географию, основы плетений.

В первый годы учебы девушки в академии, они переписывались, начав зарабатывать, Амадин пыталась отправить священнику деньги, которые он отдал ей перед отъездом, но он отказался брать, сославшись на то, что не ростовщик.

Потом переписка сошла на нет, и вот - письмо. Девушка повертела в руках конверт.

- Ты почитай, а я пока заварю чай, - улыбнулся библиотекарю

- Спасибо! - Амадин опустилась на ближайший стул, нетерпеливо порвала конверт.

“Мое милое дитя!

Давно не получал я твоих писем. Настолько,что заинтересовался но новостями из столицы.

И они опечалили меня."

Амадин с досадой прикусила губу и украдкой взглянула на библиотекаря. Однако тот был больше занят чаем.

"Юности свойственна пылкость, порывистость и спешность решений. Единожды встав на путь легкой жизни и праздных увеселений не всякий изыщет в себе силы обратиться вновь на путь добродетели. Однако же боги милостивы к упорным и благосклонны к раскаявшимся. В притче о прощении блудниц Деусом всеблагим…"

Девушка невольно вспомнила фривольное полотно из здания суда и закатила глаза.

"...возможно в ближайшее время пред тобою откроются новые пути. Ты разумная и талантливая юная барышня и сможешь принять верное решение.

Каждодневно молю богов о твоем благополучии.

P.S.: еще раз перечел труд Козьмира Прута и настаиваю на том, что эмпирические его методы не достоверны, в пятой и восьмой главе у него допущен ряд фактологических ошибок. Рекомендую так же почитать исследование двух его идейных прижизненных опонентов и их взгляд на эмансипацию."

Закончил на привычной ноте письмо отец Бенедикт.

Настроение все равно испортилось. Меньше всего девушка хотела чтобы духовный наставник и учитель, так много давший любопытной деревенской девочке, узнал о ее теперешней жизни. Она сложила послание и спрятала его за манжет.

- Что-то случилось? - поинтересовался библиотекарь, заметив, что девушка помрачнела.

- Нет, просто отец Бенедикт слишком беспокоиться обо мне. Пустое!

После письма чай показался не таким вкусным, как раньше, или же она просто привыкла к самому лучшему. Разговор тоже не клеился, и быстро допив, Амадин тепло попрощалась с библиотекарем, после чего вышла и направилась в гнездо порока - особняк на рю де Флери.

К зданию инквизиции подъехать не удалось - с раннего утра его окружили родственники и друзья тех, кто вчера был арестован в борделе. Защитные руны переливались так, что сияние было заметно за несколько кварталов. Следуя инструкциям хозяина, Льюис предпочел остановить карету на параллельной улице так, чтобы никто их не заметил, но в то же время, чтобы герцог мог оценить обстановку вокруг здания.

- Ваша светлость, может лучше домой? - кучер с опаской покосился на беснующуюся толпу. Кто-то пытался взломать магическую защиту, а кто-то - попросту выломать дверь.

- Нет. Интересно, с чего вдруг такой балаган… - Рейнард хищно прищурился.

- Знамо дело, полгорода в кутузки распихать! Странно, что еще ваш дом не подожгли.

Рей только хмыкнул и, надвинув шляпу поглубже, направился к зданию суда. Ему пришлось ссутулиться и смотреть только под ноги, но до дверей черного хода

он дошел незамеченным.

- Эй, ты…

Жандарм, охранявший вход, попытался окликнуть, получил в ответ убийственный взгляд и вытянулся в струнку.

- Простите, ваша милость, не признал! Сами видите, что происходит - он кивнул в сторону толпы. - Уж не знаю, что на них нашло.

- Разберемся, - пообещал Рей, проходя внутрь.

В здании суда все тоже бурлило. клерки столпились у окон, рассматривая происходившее на улице. Рейнарду пришлось рявкнуть, чтобы они разошлись по своим кабинетам, впрочем, инквизитор был уверен, что это ненадолго и как только он скроется с глаз, все опять займут свои наблюдательные пункты.

Его заметили, когда он шел по стеклянной галерее.

Сразу же вдогонку из толпы понеслись шум и улюлюканье, а кто-то посмелее даже попытался запустить магический шар, тот отразился от защитных заклинаний, окружающих оба здания, и прилетел смельчаку прямо в лоб. Яркая вспышка заставила прикрыть глаза.

Гул сменился испуганными выкриками. Инквизитор поморщился и прошел в свой кабинет.

- Наверное, стоит разогнать эту толпу под окнами, пока они не поубивали друг друга- обратился он к привычно вскочившему Валентину.

- Как вам будет угодно, монсеньор.

- Мне то как раз угодно, чтобы поубивали, - вздохнул герцог, - но… ладно, передай приказ разогнать и собери совещание! Приказ от моего имени! А, и список тех, кого вчера арестовали у Шуаз мне на стол!

Конечно, правильнее было бы подписать приказ у Карла, но тогда о короле пойдет дурная слава. Этого Рей допустить не мог. Особенно сейчас. Он не мог дать в руки королеве оружие против супруга. А вот против ненавистного инквизитора - легко. забрав список, который секретарь подготовил заранее, Рей сел за стол, достал бумагу, переданную Хло и начал сличать имена. Все три нашлись сразу.Три девушки, ученицы старших курсов. усмехнувшись, инквизитор достал документы, запрошенные им после первой встречи с Амадин и начал изучать личные дела.

От этого занятия его отвлекло покашливание. Подняв голову, Рей увидел, что оба заместителя занимают свои места за столом для совещаний. Судя по темным кругам под глазами и щетине оба не спали всю ночь.

- Какие новости? - поинтересовался Рей.

- Ты будто не видел, что творится перед входом, - ли криво усмехнулся. - Ребята еле сдерживают толпу. Кстати, как ты прошел?

- Через здание суда. Если ты не заметил, то стеклянная галерея соединяет оба здания. Давно они здесь?

- Кто? - не понял дю Барри.

- Смутьяны.

- Часов с девяти. Наверное.

Рей кивнул.

- Девять часов как раз то время, когда я обычно приезжаю на службу…

- Считаешь, их кто-то подослал? - насторожился лайонель.

- Не всех, конечно. Но кто-то знал, что я приеду и предполагал, что задержусь.

- Интересно кто.

- Тот,кому выгодна моя отставка.

- Рей, это - добрая половина Сан-Кантена.

- Думаю, круг гораздо уже. Ладно, надеюсь, дождь их разгонит. А, вот и он!

За окном дробно застучали капли, а потом завыл ветер. Рейнард с удовольствием прислушался. Все-таки он не ошибся в Валентине! Секретарь умело использовал погодные плетения, оставалось надеятся, что промокнувшие и продрогшие люди устанут ждать неизвестно чего и разойдутся.

- Допрашивать начали?

- Да, но пока безрезультатно. Аукцион все отрицают. Девушки заявляют, что приходили добровольно, их клиенты - что не платили за услуги… - дю Барри зевнул.

- Рей, ты уверен, что вчерашний рейд был необходим? - поинтересовался Лионель.

- У нас две похищенные девушки, одна из которых была в магических наручниках… По-моему, ответ очевиден.

- Одна из девиц, та,которую ты не увез с собой, утверждает, что ее продали за долги, но прямых доказательств нет. Родители вряд ли признаются.

- Приведи ко мне, - почти ласково попросил инквизитор.

- Ваша светлость стоит ли… - начал маркиз и осекся под жестким взглядом.

- Дальше, - потребовал инквизитор.

- Что касается второй девушки, то охранник утверждает, что она приходит не в первый раз…

Дю Барри виновато взглянул на начальника. Герцог кивнул:

- Во второй. в первый ее позвал Сайлус.

- Что? - оба заместителя непроизвольно подались вперед. - Какой Сайлус?

- Магистр. ныне проректор. Вы в курсе, что три адептки вчера были арестованы у Шуаз?

- Ничего себе… - охнул Лионель.

- Как выяснилось, это - привычный способ заработать на обучение… преподавателей, разумеется, ублажать приходится бесплатно.

Маркиз покачал головой:

- Ваша светлость, это - серьезные обвинения. У вас есть доказательства?

- Будут. Кстати, дю Барри, как продвигается дело по розыску ребенка?

- Мы опросили соседей. Отец женщины жаловался на крики младенца. Одна из соседок видела его выходящим со свертком. Она не придала этому значения, но вспомнила, когда наши люди начали расспрашивать, в результате отец призналсЯ, что продал внучку в приют. в какой - не помнит.

- Ментальное воздействие?

- Результат не дало.

- Кто-то стер память?

- Похоже на то. Мы проверяем приюты.

- Хорошо. Держите в курсе.

Очередной вестник возник из воздуха и опустился на плечо герцога.

- Вот и его величество, - Рейнард развернул послание и хмыкнул. - Простите, господа, но король жаждет лицезреть виновника сегодняшних утренних беспорядков в столице. Придется лично уверить его, что зачинщики будут найдены и сурово наказаны.

Инквизитор не стал дожидаться, пока заместители покинут кабинет и вышел первым, на ходу отдал несколько распоряжений секретарю и направился в королевский дворец. Проливной магический дождь разогнал толпу, осталось только несколько самых упертых.

Они встретили инквизитора улюлюканьем и криками. правда, звучало вяло. Хватило одного острого взгляда, чтобы и они спешно разошлись.

- Вот что людям дома не сидится? - пробурчал Леон.- Дождь льет, а они…

- А они хотят заработать… - Рей пожал плечами.

Кучер недоверчиво взглянул на хозяина:

- Кто ж за такое платит?

- Те, кто хотят моей отставки, разумеется, ты-то уж должен понимать! - ответил инквизитор и захлопнул дверцу кареты, давая понять что разговор окончен.

Не желая испытывать королевское терпение, Рей приказал подъехать к черному ходу. Увернулся от горничной, выносившей совок с мусором и по черной лестнице поднялся на второй этаж, попутно наводя трепет на слуг.

В коридоре никого не было, не было и в приемной, за исключением секретаря.Тот с сочувствием взглянула на инквизитора, получил в ответ мрачный взгляд и торопливо произнес:

- Его величество ждет вас.

- Я так и понял, - Рейнард вошел в кабинет.

Карл стоял у окна и задумчиво смотрел на парк. он прекрасно слышал скрип двери и звуки шагов, но не обернулся.

- Вижу, тебе уже все рассказали и даже приукрасили, - Рейнард не стал ходить вокруг да около.

- Кабинет министров прислал мне прошение о твоей отставке.

Голос монарха был ледяным. Не отрывая взгляда от окна, он мотнул головой в сторону стола, на котором лежали бумаги.

- Вот как? - Рейнард подошел и подхватил лист, пробежался глазами по строчкам. - Быстро они. И каков повод?

- Несоответствие должности, - король обернулся и накинулся на друга.- Ты вообще о чем думал, устраивая весь этот балаган?!

- Если ты о арестах в салоне Шуаз, то о законах, - инквизитор и бровью не повел.

Карл вспыхнул и сквозь зубы озвучил свои мысли по поводу соблюдения законов вообще и его друга в частности.

Герцога это ничуть не смутило. Отбросив прошение, он прошелся по кабинету.

- Не понимаю, что тебя так злит?

- Злит? Ты арестовал треть Сен-Кантена!

- Кто мог предположить, что в нашем обществе столько развратников и насильников?

- У тебя есть доказательства?

- Конечно, одна из девушек связана со мной магическим договором. Я нашел ее взаперти, в магических наручниках… согласись, это - весомый аргумент.

- Свидетели были? - пробурчал король, успокаиваясь.

- Как ты сам выразился, треть Сен-Кантена.

- Рей…

- Карл, это видели все.

- Как и то, что ты садился в карету с одной из спасенных. Как я понимаю, это та девушка, похожая на Сесилию?

- Да.

- Рей… - простонал король. - Опять? Тебе мало того, что было тогда?

- Карл, - голос герцога не предвещал ничего хорошего, но того было не остановить.

- Посмотри на себя! Выглядишь, словно кот, объевшийся сметаны!

- Это как? - прищурился инквизитор.

- Слишком довольным. Я, и не только я, прекрасно понимаю, с кем и как ты провел эту ночь.

- Похоже на зависть, - процедил Рей.

Взгляды схлестнулись. Минута, другая… стало слышно, как в печных трубах завывает ветер. Король не выдержал первым:

- Рей, я прошу тебя, не дай себя околдовать повторно.

Инквизитор шумно выдохнул, понимая, что буря миновала:

- Карл, я не желторотый юнец, и у меня все под контролем!

- Хотелось бы верить.

- Да. Я давно подбирался к Шуаз и Амадин была только поводом!

- А причина?

- Ты знал, что адепток академии Магии принуждали работать там?

- Что?

- Девушек. Старшекурсниц. Тех, кто был посмазливее и победнее. Один несданный экзамен, и… - он покачал головой.

- У тебя есть доказательства?

- Трое из них были задержаны вчера, а сегодня мой информатор сказал мне, что все трое были отчислены задним числом.

- И как ты докажешь подлог документов?

- Тот, кто готовил приказ, не знал одного: у меня есть копии досье всех адепток третьего и четвертого курса. Совсем недавно я запросил их.

- Совершенно случайно, разумеется?

- Конечно же, нет, - инквизитор зло улыбнулся. - Думаю, к концу дня, показания девушек будут у меня на руках.

- И что дальше?

- Ты подпишешь приказ о проверке Академии. Можешь, кстати, сделать это прямо сейчас, сэкономишь время мне и моим людям.

- Да пошел ты… в академию! - зло пожелал король, садясь за стол и все-таки начиная писать упомянутый документ. - Интересно, что ты будешь делать с арестованными?

- Мои люди сейчас подсажены в камеры и слушают. К вечеру они так же должны сдать отчеты и тогда я решу, кого отпустить, а кого привлечь за торговлю людьми и насилие.

- Ясно, - король поставил размашистую подпись, промакнул чернила и отложил перо. - Надеюсь, ты действительно знаешь, что делаешь.

- Не беспокойся. - Рей аккуратно выдернул приказ из-под руки друга, но складывать не спешил, ожидая, когда чернила окончательно высохнут. - Кстати, кто принес тебе прошение о моей отставке? Министр образования?

- Как ты догадался?

- Это было нетрудно. Что ж, если это все, я пойду.

- Лис, будь осторожен.

В ответ герцог улыбнулся и вышел. На этот раз он не стал таиться и прошел через галерею. Как Рейнард и предполагал, его там ждали. Невзрачная девица в голубом платье, с бриллиантовым вензелем, прикрепленном на груди, подошла к инквизитору, как только он показался в дверях.

- Ваша светлость, ее величество, желает вас видеть.

- Конечно, - он вежливо склонил голову, скрывая опасный блеск глаз. Девушка ничего не заметила, сделала знак лакеям открыть одну из дверей и направилась по коридору, ведущему в личные покои королевы.

Рейнард шел следом, с интересом размышляя, о чем пойдет разговор. В том, что истинной причиной были события вчерашнего вечера, он не сомневался, но королева все же не так глупа, чтобы торжествовать.по крайней мере сейчас.

- Ваше величество, герцог л’Армори, -доложила девица и отступила, пропуская его в личную гостиную.

Помимо королевы, там находилось несколько фрейлин. Все они с интересом уставились на инквизитора, словно предвкушая представление. Его не последовало.- Выйдите! - приказала им королева. Вздохнув, девушки поспешили исполнить приказ.

- Ваше величество, чем обязан? - холодно поинтересовался Рейнард.

- Присаживайтесь, - королева вяло махнула рукой в сторону кресла.

- Благодарю, - он последовал приглашению и выжидающе взглянул на жену друга. - Итак?

- Вы нетерпеливы.

- У меня мало времени.

- Ах да, та девушка… с темными волосами. странный выбор, вы весь всегда предпочитали блондинок…

- С тех пор, как вы окружили себя светловолосыми фрейлинами,мои предпочтения изменились.

- Жаль.

- Мне тоже… фрейлин.

- Простите?

- Такой крах планов о замужестве… вы ведь обещали каждой из них именно это?

Королева отвернулась, чтобы скрыть досаду.

- Ладно, - она тяжело вздохнула. - Признаю, я была неправа, когда хотела… когда лелеяла мечты, что однажды вы образумьтесь и перестанете утягивать моего супруга на путь порока.

- Что же изменилось?

- Простите?

- Вы сказали фразу в прошедшем времен, из чего следует, что вы изменили свое мнение.

- Ах,да… то, что вы совершили вчера… Это… признаю, я не ожидала от вас такой нравственности!

Перед внутренним взором Рея пронеслась вчерашняя ночь, Амадин в ванной, опершись на бортик, выгибает спину… Он негромко рассмеялся. Королева осеклась и недоуменно посмотрела на него, гадая, что именно могло развеселить собеседника,

- Простите, ваше величество, - инквизитор все еще ухмылялся. - Просто очень непривычно слышать от вас о моей нравственности в положительном ключе.

- Вы всегда считали меня своим врагом, может, для нас обоих настало время пересмотреть свои взгляды?

Рейнард нахмурился, гадая, знала ли королева о желании Карла аннулировать брак. Он заметил, как бъется жилка на ее виске, как она резко выдыхает через полуоткрытые губы. Она нервничала и очень сильно. Из-за чего?

- Вы нажили себе немало врагов, а вчерашний вечер усугубил это. - тем временем продолжала её величество. - Думаю, в свете утренних событий друзья вам могут пригодиться. Особенно те, кто имеет влияние.

- Вот как?

- Конечно. Не стану скрывать, я знаю о прошении от кабинета министров и я говорила королю утром, что не согласна с этим. Как бы я к вам не относилась, за короткий срок вы много сделали для этой страны.

- Благодарю за столь высокую оценку моей деятельности, - он еле сдерживался чтобы не рассмеяться ей в лицо. Все годы своего замужества королева только и делала, что пыталась очернить герцога в глазах Карла, и вот теперь…

- Меня учили признавать заслуги людей, - тем временем она протянула руку. - Так что, попробуем начать все сначала?

Он понимал, что отказывать нельзя не в коем случае. протянутая рука - знак дружбы и одновременно символ мужского слова,слова чести, оказаться от которого невозможно.

- Как вам будет угодно, ваше величество!

Инквизитор встал и почтительно поцеловал тыльную сторону ладони королевы. Усмехнулся, заметив ее замешательство. Ее величество явно ожидала, что он пожмет ей руку, как мужчине.

- Если на этом все, то я прошу разрешения удалиться - дела не ждут.

- Ступайте.

Мнимая доброта прошла, и голос звучал холодно. Рей еще раз поклонился и вышел. показалось, или вслед ему неслось змеиное шипение.

Амадин хотела пройтись пешком, но вдруг зарядивший противный ледяной дождь вынудил опять воспользоваться услугами извозчика.Тот, пользуясь случаем и непогодой, заломил стоимость и Амадин даже подумывала, не пойти ли пешком, но дождь усилился, и она с сожалением была вынуждена спрятаться под капюшоном коляски.

- Ишь, как врядил, не к добру! - извозчик хлопнул вожжами, лошадь медленно побрела по мокрой мостовой. - Вы уж барышня, звиняйте, торопить скотину не буду, кованая она, что ежели поскользнется?

- Да, конечно, - задумчиво ответила Амадин, снова доставая и перечитывая письмо от отца Бенедикта. Надо было ответить, но она пока не знала, что.

Мелькнула мысль показать это послание герцогу, но девушка тут же прогнала ее прочь. инквизитор и так сделал для нее очень много и не стоило втягивать его в свои проблемы. Тем более, это даже не проблемы, а просто переписка.

Герда выскочила навстречу, как только хлопнула входная дверь.

- Мадемуазель, я… - не в силах сдержать чувств, она рухнула на колени. - Спасибо! Спасибо вам… и простите…

- Перестань, - запротестовала девушка. - Поверь так поступил бы каждый…

- Неужели? - фыркнула служанка, все-таки поднимаясь и отряхивая передник.

- Я не знаю, и вообще, я замерзла, - пожаловалась девушка, обхватывая себя руками.

Горничная охнула и сразу же засуетилась: провела хозяйку наверх, открыла воду в ванной и пока огромная чаша наполнялась, помогла Амадин раздеться и хорошенько растерла ей руки и ноги. Та сопротивлялась, но очень вяло: забота служаки была приятна. Никто никогда не заботился о ней так.

Наконец, когда ванна была готова, Герда вышла, а Амадин, скинув пеньюар погрузилась в блаженное тепло. надежды забыться и просто насладиться роскошью и комфортом не оправдались: стоило только закрыть глаза, как воображение подсовывало события вчерашней ночи. Рейнард рядом с ней, он в ней, наматывает волосы на руку и тянет, заставляя прогнуться еще больше. Еще… еще…

Увлекшись воспоминаниями, она соскользнула с бортика. Опомнилась только когда вода сомкнулась над макушкой. сразу же вынырнула, отплевываясь от мыльной пены.

Волосы прилипли к лицу. Пришлось их снова мыть.

После, сидяу туалетного столика и расчесывая мокрые пряди, Амадин снова задумалась. Письмо отца Бенедикта растревожило старые сомнения: что будет дальше?

Желание инквизитора не бесконечно, в один прекрасный день он пресытиться ей, и ему захочется чего-то нового. И что тогда?

Сможет ли она вернуться к своей прежней жизни?

Ответа не было. Более того, при мысли о расставании с герцогом сердце тревожно кольнуло. Амадин вздохнула, понимая, что окончательно запуталась Отложив щетку, она надела домашнее платье. Одна из завязок была оборвана. При воспоминаниях о том, как это случилось, щеки обдало горячим румянцем, а из груди вырвался протяжный стон.

Амадин вздохнула и отложила щетку. решительно встала, намереваясь заняться тем, что получалось у нее лучше всего - курсовыми работами.

Через час она уже и думать забыла о герцоге. погруженная в работу, она только отмахнулась от Герды. впрочем, судя по появившимся под рукой чашкой кофе и восхитительными пирожками, ее знаки были поняты совершенно верно.

Погрузившись в работу, она потеряла счет времени и опомнилась только когда знакомый голос произнес:

- Снова занимаешься развратом?

- Рей! - она оторвала взгляд от бумаг, улыбнулась и снова погрузилась в работу. - Подожди, мне осталось несколько абзацев!

- Ты хоть бы свечи зажгла, - проворчал инквизитор, опомнившись от удивления. Впервые в жизни его встречали таким образом. Как правило, любовницы при виде него либо бросались на шею, изображая пылкую страсть, либо томно вставали с кресла так, чтобы он мог рассмотреть все изгибы роскошного тела.

Но не Амадин. Она вообще не заметила его появления, оторвалась от бумаг, которыми окружила себя, только когда герцог окликнул ее, и снова погрузилась в них, дописывая что-то и при этом шевеля губами.

Темные влажные локоны упали с плеча, она отбросила их, не отрывая взгляд от текста.

- Очередная незаконная работа? - не выдержав, Рейнард подошел ближе, склонился, тоже вчитываясь в строки. - Хм… неплохо.

- Спасибо, - Амадин поставила точку и отложила перо. Выпрямилась и охнула, массируя поясницу.

- Похоже, я засиделась!

- Не то слово. Если б хоть четверть моего ведомства работала с подобной самоотдачей, то у нас была б самая законопослушная держава на материке, -

Усмехнулся он, окидывая взглядом разложенные книги и бумаги с неровными записями.

- Может они недостаточно замотивированы?

- Что же толкает тебя на такой самоотверженный труд, - он словно невзначай обвел вырез платья девушки пальцами и потянул уцелевшую завязку.

- Я люблю знания, - она запнулась, завороженно следя за его действиями, дыхание моментально участилось. - И возможность ни от кого не зависеть.

Амадин замолкла, сообразив что сказала.

- Хочешь на волю, птичка? - Рейнад нахмурился, оперся на стол так, чтобы девушка оказалась зажата между его рук.

- Н-н-не уверена, - чтобы посмотреть ему в лицо, Амадин откинула голову.

Долгую минуту он всматривался в ее глаза, не выпуская девушку из кольца рук, пока она не опустила взгляд.

- Ты ужинала? - отстранился он внезапно.

- Кажется, да… - Амадин растерянно оглянулась на стол. Но Герда убрала посуду и булочки остались лишь смутным воспоминанием на краю сознания и легкой сытостью. - Или нет…

- А я вот совершенно точно нет, так что предлагаю совершить налет на кухню, - он Рей подал ей руку, и добавил тихо: - И осквернить заодно и тот стол.

- Что? - Амадин доверчиво последовала за ним на кухню, придерживая расходящуюся на груди ткань.

- Надо посмотреть, что оставила нам Лора, - он ловко вытащил из холодильного ларя несколько блюд, приоткрыл крышки и радостно потер руки. - Отбивные! Осталось только разогреть!

- Почему ты не держишь здесь слуг? - поинтересовалась девушка.

- Потому что я и так устаю от людей. К тому же нанять сюда слуг - твоя забота, - он попытался подогреть блюдо магией и выругался сквозь зубы.

Вспомнив, что никто из них так и не изменил охранные плетения, Амадин хихикнула, но сразу же испуганно охнула, глядя как инквизитор надвигается на нее.

- Похоже кто-то все-таки нарывается на наказание…

- Ты не.. Рей, не надо!

Последнее она взвизгнула, поскольку инквизитор резко притянул ее к себе. сам присел на край стола и почти силой уложил Амадин на колено.

- Ты не посмеешь! Ай!

Звонкий шлепок был ответом.

- Так что там по поводу не посмею? - почти ласково осведомился инквизитор, поглаживая место шлепка. По телу девушки прошла дрожь. Рейнард усмехнулся и перевернул ее, усадив на колени. Она доверчиво запрокинула голову, ожидая поцелуя.

- Нетерпеливая маленькая птичка, - прошептал он прямо в полураскрытые губы, а потом легко стряхнул девушку с колен, ставя на пол. спрыгнул со стола сам и ухмыльнулся, заметя разочарование на ее лице.

- Между прочим, кое-кто из нас голоден, - он прищурился, всматриваясь в магические плетения, окружавшие дом. - Хм… хм… Интересно, а если так?

Осторожно, почти бережно он распустил несколько узлов и заново связал их, на этот раз по-новому переплетая нити. Щелчок пальцев, и еда, оставленная на столе, слегка задымилась.

- Другое дело! - Рей подцепил отбивную и положил себе в тарелку. - Наконец-то!

- Звучит так, словно ты не обедал, - улыбнулась Амадин, присаживаясь напротив.

- Я и не обедал.

- Почему?

Герцог озадаченно посмотрел на девушку. Никогда раньше его любовницы не интересовались, почему он пропустил тот или иной прием пищи. Впрочем, они никогда и не спрашивали, ел ли он вообще.

- Много дел.

- Да, я знаю, что ты выпустил Пьера.

- А что с ним было еще делать? - проворчал герцог, снова приступая к отбивной.

- Не знаю. мне показалось, вчера ты готов был его закопать в землю.

- Я и сегодня не изменил своего мнения, - хмыкнул Рейнард, вспомнив, какую головомойку задал мальчишке в своем кабинете. - Но фактически, у меня на него ничего нет. В отличие от тебя.

- Меня?

Он кивнул и отложил вилку.

- Мне надо, чтобы ты дала показания против Шуаз… и академии.

- Академии?

- Вернее, магистра Сайлуса.

Рейнард смотрел на нее, не мигая. Амадин прикусила губу. С одной стороны, ей очень хотелось, чтобы магистр получил по заслугам, с другой - ее охватывал страх при мысли о том, как это может быть воспринято в учебном заведении.

- Если прижмем его, выйдем и на других, - продолжил уговоры инквизитор, чувствуя что девушка колеблется.

- Других? - она вдруг вспомнила свой первый визит в салон Шуаз, вонючее пыльное платье из красного бархата, тюбик помады, который ей дала Шарлотта. “Я думала, ты этого избежишь…”

- Из того, что ты мне рассказала, очевидно, что Сайлус действовал по накатанной схеме, вряд ли он придумал ее сам…

- Возможно, - согласилась Амадин.

Видя, что она все еще колеблется, Рей положил свою ладонь поверх ее, сжал тонкие девичьи пальцы.

- Помоги мне, птичка, - попросил он. - Я очень хочу их прижать.

Девушка судорожно вздохнула, но руку не выдернула. Несколько мгновений они просто смотрели друг на друга, она первая опустила взгляд.

- Хорошо, я… я расскажу все, что видела…

Амадин ожидала, что Рейнард поцелует ее, но он только сильнее сжал пальцы:

- Спасибо. Сможешь завтра днем.

- Да.

Он кивнул и разжал пальцы. Снова взял вилку и принялся за еду. Амадин задумчиво наблюдала за герцогом, не зная, чем заполнить неловкую паузу.

- Ты так и не поела, - заметил Рейнард, расправившись со всем, что было на тарелке.

Девушка покачала головой:

- Я не голодна.

- Неужели? - герцог изогнул бровь. его золотистые глаза лукаво блеснули. Судя по всему, сытный ужин и согласие Амадин дать показания против академии привело его в благодушное состояние.

- В таком случае вернемся в гостиную, - он пресек ее попытку убрать посуду, проводил до кресла у камина и замер в раздумьях.

- И что мы будем делать? - Амадин с искренним любопытством смотрела на него снизу вверх, задрав свой остренький носик.

Рейнард повернулся и смерил ее хищным взглядом, отметив и бурно вздымающуюся едва прикрытую кружевом грудь, и то что белья на девушке не было.

- О, сейчас мы займемся кое-чем весьма интересным, - он многозначительно поднял бровь.

- Ты наконец покажешь мне плетения? - оживилась Амадин.

Герцог почувствовал себя так, словно его окатили холодной водой.

- То есть более развратное времяпровождение ты даже не рассматриваешь? - он придвинул свое кресло ближе и уселся вытянув ноги.

Девушка пожала плечами:

- Твоя подруга уверенно утверждала, что эти кресла для разврата не подходят. К тому же ты не любишь, когда я здесь раздеваюсь.

Рей рассмеялся.

- Злопамятная птичка. Что ж, почему бы нам действительно не провести урок высшей магии? - он похлопал по подлокотнику, и девушка послушно присела.

- Итак, я должен тебе два плетения, - он с удовольствием приобнял ее за талию, провел большим пальцем по позвоночнику, с удовольствием наблюдая, как тонкий девичий стан непроизвольно выгибается. - Оба достаточно энергозатратны, так что оба показать не получится. С чего начнем?

Амадин покусала губу, размышляя, а потом решительно тряхнула головой:

- С вестника!

- Темные боги, кого я пригрел? - драматически вопросил у потолка Рейнард и продолжил деловым тоном: - Давай руку.

- Которую? - деловито осведомилась девушка и поерзала устраиваясь на подлокотнике.

- Какую не жалко, - зловеще обронил герцог.

Ритуальный клинок он вызывать не стал, хватило иглы, спрятанной за воротником.

Амадин ойкнула, когда он подхватил ее узкую ладошку и проколол мизинец, выдавливая каплю крови.

Следом пустил кровь и себе.

Короткое заклинание и обе кровавых бусины сцепились боками и повисли в воздухе, глянцево мерцая в приглушенном свете.

- Оберни пока палец, - протянул он свой платок девушке.

Девушка завороженно следила за происходящим и не отреагировала. Взгляд стал расфокусированным, она явно перешла на магическое зрение едва ли не быстрее чем он делал это сам.

Посмотреть там конечно было на что, короткое заклинание ключ заставляло защиту дома вывернуться навстречу чарам и принять кровь нового допущенного к активному колдовству в особняке.

- Амадин? - пришлось

- А, что? - она моргнула, с усилием выходя из транса, и обернулась. - Ах, да, спасибо. Это, это было очень впечатляюще.

Рей довольно усмехнулся. Изяществом решения он заслуженно гордился и реакция девушки польстила.

- Теперь ты можешь полноценно колдовать в этих стенах.

Он ожидал бурного восторга, но девушка только кивнула.

- Спасибо! Жаль я сама не додумалась что нужны были оба образца крови.

- Не припомню, когда я сдавал тебе кровь для экспериментов? - небрежно обронил герцог.

Амадин беспечно отмахнулась:

- Зачем сдавать? У меня есть договор. Заклинание - не аптечные весы и довольствуется любым количеством, - пояснила она. - Только со сроком давности образца я не разобралась.

- Магические договора такого типа сохраняют кровь пригодной для чар. До расторжения. Потому на них и ставится внушительная защита, - нехотя пояснил Рейнард, обдумывая неожиданно открывшийся нюанс.

Где еще он мог оставлять кровь? Договора можно было пересчитать по пальцам, но оставался еще и король. Кард тоже мог не рассказать всего лучшему другу. Герцог потер виски. Кажется, пришла пора сильно пересмотреть защиту дворца.

- Об этом в библиотеке совершенно нет литературы. Вообще об использовании крови в заклинаниях, - посетовала Амадин.

- Разумеется, ведь это запретная магия восходящая корнями к кровавым жертвоприношениям во славу темных богов.

- То есть инквизитор не гнушается запретных чар, - она округлила свои и без того огромные глаза становясь похожей на сову.

- Мне - можно, - с усмешкой сообщил он. - Но мы может еще подискутировать об этом если ты передумала осваивать вестник.

- Нет нет нет, - она подняла руки признавая поражение. - Не передумала! Что нужно делать?

На счет энергоемкого заклинания герцог несколько преувеличил, но несколько десятков повторений в желании достигнуть совершенства плетения вымотали девушку так,что в какой то момент она начала заваливаться и упала бы, не подхвати он ее вовремя.

- Ученица из меня сегодня не лучше, чем любовница, - пробормотала Амадин,устраивая голову у него на груди и пытаясь свернуться клубочком. - Я… я сейчас встану.

Глаза закрылись.

- Спи, - усмехнувшись, Рей погладил острые позвонки сквозь тонкий шелк.

Сам он тоже чувствовал усталость, приходилось раз за разом показывать и направлять чары, а потом и уничтожать резулат первых кособоких попыток. Амадин умироворяюще сопела, и он с трудом подавил в себе желание последовать ее примеру прямо в кресле. Зевнув, Рейнард подхватил девушку и все-таки отнес в спальню, осторожно, чтобы не потревожить, снял платье и вышел.

Когда она проснулась, Рейнарда рядом не было, хотя смятая подушка все еще хранила его запах. Амадин перекатилась по кровати и бросила ленивый взгляд на часы. Сразу же охнула, вскочила и стремглав кинулась в ванную. Рейнард был там. как раз закончил умываться и внимательно рассматривал себя в зеркало. Услышав шум за спиной, он обернулся.

- Птичка, к чему такая спешка?

- Занятия! Я опять опаздываю.

Инквизитор улыбнулся:

- Не торопись. Занятия отменили.

- Что?

Он еще раз пригладил волосы:

- В академии идут обыски. Занятия отменены.

- Вот как. Почему ты мне не сказал?

- Скажем так, увлекся, - он хмыкнул и направился к выходу.

Амадин проводила его задумчивым взглядом и открыла вентиль. Она долго и с наслаждением стояла под струями, от которых шел пар. Под конец горячая вода вдруг резко сменилась холодной, и Амадин, тонко взвизгнув, выскочила из душа, прекрасно понимая, кому обязана этой встряске. Но в любом случае, в голове прояснилось, и в гостиную она спустилась достаточно бодрой. Рейнард сидел за столом и с невозмутимым видом пил кофе. Хотя искорки в золотистых глазах подсказывали, что он ждет реакции на свою шутку.

Не желая идти у герцога на поводу, Амадин упрямо сжала губы и села за стол.

- Все в порядке? - Рейнард не выдержал первым.

- В полном, - она окунула круассан в джем и надкусила. Капелька варенья поползла по подбородку. Девушка вытерла ее и облизала палец. Глаза герцога потемнели, а взгляд стал хищным. Он потянулся к ней, но в самый последний момент передумал.

- Кажется Леон уже подъехал, - Рей с сожалением отложил салфетку. - Мне пора.

Амадин тоже поднялась и направилась следом за инквизитором. Замерла у дверей, ожидая, пока он накинет плащ.

Лотта уже звенела тарелками. Запоздалая мысль о том, что служанка все это время была на кухне и, если бы не Леон, стала бы свидетелем рпазвратной сцены, опалила щеки алым румянцем.

- Я всегда плачу слугам с лихвой в том числе за то, чтобы они не совали нос в мои дела, - Рейнард насмешливо взглянул на девушку, легко читая ее мысли. - Если бы наш завтрак гм… продолжился, Лотта просто бы ушла.

- Да, но она все равно бы поняла, что происходит.

- Она и так это знает.

- Верно.

Амадин усмехнулась, вспомнив разговор со служанкой.

- Не забудь, я жду тебя к обеду, - произнес Рейнард на прощание. - Лион заедет за тобой.

При упоминании о необходимости свидетельствовать против магистра Сайлуса, Амадин поежилась.

- Почему бы мне не поехать с тобой сразу? - отрывисто спросила она.

- Потому что я не хочу, чтобы ты смущала Валентина, сидя в приемной, пока я провожу утреннее совещание.

- И чем же по-твоему мне лучше заняться?

Острый взгляд инквизитора заставил девушку прикусить язык.

- Купи себе новое платье! - хмыкнул он и, не дожидаясь ответа, вышел.

Амадин горько усмехнулась. Несмотря на погоду, оставаться дома не хотелось, и одевшись потеплее, девушка отправилась на прогулку.

Вскоре она пожалела о своем решении. Вчерашний ливень сменился противным моросящим дождем. Ветер стих, но от земли тянуло промозглой сыростью, а облетевшие желтые листья шелестели под ногами. Пройдя абсолютно пустынный парк, девушка вышла к набережной, откуда виднелись остроконечные шпили академии.

Амадин прислонилась к парапету и долго смотрела на них, пытаясь понять, чем же обернется ее поступок. А что если придется выступать в суде? Вспомнив про заседание, девушка помрачнела еще больше.

- Амадин… Амадин Гросс, - окликнул кто-то.

- Магистр Вессмайер?- девушка мгновенно узнала магичку, которая приезжала в их деревню.

- Рада, что не забыли, - она подошла и стала рядом, так же, каки сама Амадин облокотившись на парапет.

- Трудно забыть того, кто в одночасье поменял твою жизнь.

- Его вам придется забыть.

- Кого?

- Лиса. То есть герцога л’Армори.

- Вы, - Амадин против воли зарделась.- Вы видели вексель?

- Я видела вас. Вместе с ним. И разумеется, осведомлена о векселе. А вы, как я вижу об обысках в академии.

- Я… Да, Рейнард сказал с утра, - не стоило отрицать очевидное. - Вы меня осуждаете?

- Я? - магичка покачала головой. - Я вам завидую.

- Почему?

- Потому что вы избежали того, что уготовано всем нам.

- Уготовано всем нам? Что?

- Терять невинность в объятиях потного старого магистра, ублажать его, чтобы остаться в академии, не вылететь с курса и не лишиться дара, - она прикрыла глаза. - Все стипендиатки проходят через это. Кроме тебя.

- Сайлус? - выдохнула девушка.

- И не только он, - магистр усмехнулась. - Я тогда завалила экзамен. Заболела, но все равно пошла, денег на целителя не было. В аудитории голова закружилась и я не смогла ответить… А потом ко мне пришел… неважно… Он предложил одну ночь в обмен на высший балл. Я согласилась. Сама понимаешь, не хотела лишаться дара. Идиотка. Я думала, что надо просто потерпеть…- она прикрыла глаза, словно защищаясь от видений прошлого. - С тех пор я не могу… ненавижу, когда мужчины прикасаются ко мне. И не я одна… Наша независимость - обратная сторона того, что пришлось испытать.

- Но почему вы рассказываете это мне сейчас? - прошептала Амадин.

Магистр хмуро взглянула на нее:

- Потому что именно из-за тебя Лис разворошил это гнездо. Потому что, не появись ты, он бы и не задумался, что происходит в академии.

- Страно что его это зацепило.

- Лис не терпит насилия.К нему все приходят добровольно, - она постояла еще немного, задумчиво смотря на темную рябь воды, на которой, словно кораблики, покачивались желтые листья. - Говорят, он ласков и щедр…

- Почему вы называете герцога Лисом? - не выдержала Амадин.

- Мы учились вместе. Уже тогда он был хитрым. И всегда выходил сухтм из воды. Вылитый лис, - женщина тяжело вздохнула, вспомнив беззаботные времена.

Амадин молчала, не зная, что сказать. Откровения магистра шокировали, и девушка не знала, стоит ли говорить Рейнарду об этой встрече. Часы на ратуше пробили половину первого. Это заставило магистра встрепенуться.

- Мне пора, - она слабо улыбнулась. -Прости, что рассказала… мне не надо было…

Не дожидаясь ответа, магичка развернулась и направилась по одной из аллей. Амадин проводила ее задумчивым взглядом, а потом решительно направилась в квартал, где находилось здание инквизиции. В конце концов Рейнард хотел покончить с насилием в академии, а она может помочь ему в этом, даже если это будет стоить ей собственного диплома.

Герцога на месте не оказалось. Это Амадин поведал дежурный у входа.

- Как? Но он… мне было назначено… - она хотела сказать, что Рейнард ничего ей не сказал но в последний момент сдержалась. Дежурному не стоило знать какие отношения связывают посетительницу с главой ведомства.

- Назначено,- он нахмурился. - Как, говорите, ваше имя?

- Гросс. Амадин Гросс.

- Ага. Вы присядьте, - он указал ей на скамью для посетителей. - Я мигом!

Амадин последовала приглашению, с интересом наблюдая, как с ладони дежурного срывается вестник. Ответ не заставил себя ждать. Вернее, не заставил Валентин, он сбежал по лестнице, перепрыгивая через ступеньку.

- Амадин! Его светлость вынужден был уехать, но предупредил, что вы придете!

- Уехал? - изумилась девушка. - Куда?

- Давайте поговорим в приемной, - секретарь выразительно покосился по сторонам.

- Да, конечно, - спохватилась Амадин.

Она проследовала за Валентином в знакомую приемную.

- Так куда уехал Рей… герцог?

- В Блодет, - герцог не стал скрывать пункт назначения, поэтому Валентин тоже не стал делать из этого тайну.

- Куда? - изумилась она.

- Блодет.

- З-зачем? - при воспоминании об аресте по спине прокатилась волна ледяных мурашек.

- Едва ли монсеньор перед кем отчитывается, - Валентин невесело улыбнулся, - но о вас он оставил распоряжение. Может хотите кофе?

- Нет, не стоит, спасибо, - Амадин покачала головой. - Или кофе и есть распоряжение его светлости?

- Что? Нет, конечно. Пойдемте, я провожу вас к графу Аткинсону.

- Зачем? - насторожилась Амадин.

- Как я понял, именно ему вы должны будете все рассказать, - Валентин открыл дверь.

Понимая, что спорить бесполезно, девушка покорно направилась за секретарем. Благо, идти пришлось недолго. Кабинеты располагались по соседству. Приемной у графа Аткинсона не было.

Когда Амадин вошла, хозяин кабинета сидел за столом и что-то писал, ожесточенно скрипя пером. Услышав, что хлопнула дверь, он бросил быстрый взгляд на вошедших и сразу же стремительно поднялся, отложив перо.

- Мадемуазель…

- Амадин Гросс, - подсказал Валентин.

- Амадин Гросс, - кивнул граф, с явным интересом изучая девушку. - Рад знакомству.

- Я, - от столь пристального внимания, она почувствовала себя не слишком уверенно. - Его светлость просил,..

Она вдруг поняла, что должна будет рассказывать незнакомому человеку то, что видела в борделе и окончательно смутилась.

- Пресвятые угодники! Да вы счастливица! - весело воскликнул хозяин кабинета, моментально уловив замешательство девушки.

- Простите?

- Его сиятельство просит! Нам всем он только отдает приказы, - граф лично отодвинул для девушки один из стульев.

- Вы служите в его ведомстве, - отозвалась она, покорно присаживаясь на самый край.

- Увы, - Лайонель снова занял свое место и достал чистые листы. - Валентин, останетесь?

- Увы, у меня много дел, - секретарь виновато улыбнулся и, дождавшись кивка графа, вышел.

- Что ж, приступим, - заместитель великого инквизитора вывел несколько слов витиеватым почерком. - Как я понимаю, вы бывали в доме мадам Шуаз?

- Только один раз! - уверила его Амадин, но тут же поправилась. - Вернее, два, если считать…

- Со вторым разом все понятно, но вот ваше первое посещение… Можно подробнее?

- Что именно вы хотите услышать?

- Все. с самого начала. Как вы вошли, кого увидели…

- Зачем вам это?

- Это уж нам решать. Давайте с начала. Как вы вообще туда попали?

Амадин выдохнула, понимая, что обратного пути у нее уже не будет.

- Магистр Сайлус прислал вестника… - она вспомнила недавний разговор у реки и поправилась. - Нет, не так. все началось еще до экзаменов…

по мере того, как она рассказывала, граф мрачнел все больше и больше. Перо скрипело по бумаге, а почерк потерял витиеватость. Он тщательно фиксировал рассказ девушки, то и дело хмурясь.

- Вы уверены, что все было именно так? - поинтересовался Лайонель, когда Амадин замолчала, чтобы перевести дух.

- Считаете, я лгу?

- Как я могу? Но, возможно, вы приукрасили свой рассказ.

- Я не склонна к метафорам и гиперболам.

- Ясно, - граф покрутил в руках перо. - Скажите, а помимо магистра Сайлуса, кого еще вы видели в салоне Шуаз?

- Н-никого, - неуверенно произнесла Амадин, в памяти возникла Шарлотта, протягивающая ей тюбик помады. "И ты здесь…"

- И все-таки, может, вы кого-то вспомните?

- Вряд ли…

- Ну тогда может опознаете? - гнул свою линию Лайонель.

- А если я скажу, что видела того самого судью, который потом вел мое дело вы поверите? - огрызнулась девушка.

- А вы его видели? - Лайонель подался вперед, не сводя с девушки взгляда. показалось, что у него даже нос заострился, как у гончей, которая взяла след.

- Да, я перепутала дверь и вошла не туда…

- И?

- Вы что, хотите узнать подробности? - охнула она.

- Разумеется. Судья Баррингтон мертв. Найден убитым и мы расследуем это дело.

- Он был с женщиной,- сдалась Амадин.

- Вы сможете ее опознать?

- Не знаю.

Граф Аткинсон вышел и почти сразу же вернулся, протянул Амадин папку.

- Взгляните.

Девушка осторожно открыла и начала выкладывать на стол карандашные наброски. В основном портреты женщин, хотя было и несколько мужчин. Трудно было даже представить, какую работу проделал художник

Охранника, который впускал ее в салон, она узнала сразу, как и саму мадам Шуаз, еще двоих она знала по академии, в том числе Шарлотту. Больше знакомых не было.

- Её здесь нет, - Амадин отодвинула папку.

- Вы уверены?

Девушка пожала плечами:

- Не знаю, но в любом случае, ее я не узнала.

- А кого узнали?

Она молча придвинула графу четыре портрета. Он кивнул и зафиксировал все в протоколе.

- Может, вы вспомните еще что-то?

Амадин прикрыла глаза, вызывая в памяти постыдную сцену, свидетельницей которой стала. Мужчина на четвереньках умоляет о наказании, а полуголая девица, ухмыляясь, манит Амадин пальцем и указывает на лежащую на кровати плеть…

- У нее были темные волосы и… шрам на шее, - девушка вдруг вспомнила еле заметный рубец, почти полностью скрытый бархаткой.

- Шрам? - собеседник подскочил, а потом, порывшись в столе, протянул девушке еще один рисунок. - Эта?

- Да, - Амадин всмотрелась в черты лица на портрете. - Это она.

- Спасибо, - граф выдохнул и улыбнулся. - Вы мне очень помогли.

- Неужели?

- Да. Это - известная в своих кругах воровка. Кто бы мог подумать, что Шуаз укрывала ее! - Он добавил несколько строк и протянул Амадин протокол допроса. - Вот. прочитайте.

Девушка пробежалась глазами по документу:

- Да, все верно.

- Тогда подпишите, - граф протянул перо.

Амадин послушно вывела свое имя.

- Больше от меня ничего не требуется?

- Думаю, этот вопрос лучше задать его светлости великому инквизитору, - Лайонель позволил себе усмехнуться. - Мне же приказано выдать вам экипаж.

- Приказано?

- Как я уже говорил, просьбы герцога - ваша привилегия. Нам достаются приказы. Пойдемте.

Он лично довел Амадин до крыльца и помог сесть в экипаж, после чего вернулся в кабинет. еще раз прочитал протокол и ухмыльнулся: похоже, эту схватку они с герцогом выиграли.

- Валентин, графа Аткинсона ко мне. Срочно! - приказал он, проходя в свой кабинет.

Ли явился незамедлительно. Глядя на покрасневшие воспаленные глаза друга, Рейнард почувствовал укол совести. В то время, как он сам развлекался с Амадин, Лайонель изо всех сил трудился, пытаясь распутать дело Шуаз.

- Что за спешка, и почему ты так рано? - радостно воскликнул друг.

- Что значит “рано”?

- Зная, что ты в особняке на Флери, я не ждал тебя до полудня.

- Вынужден тебя разочаровать, - сухо обронил Рей. - Мои удовольствия обычно не мешают работе.

- Обычно - да, - согласился граф Аткинсон. - Но ведь девушка - брюнетка.

- Господи, да есть в этом городе хоть кто-то, кто не в курсе моих сексуальных предпочтений! - взорвался герцог.

Друг посмотрел на него с сочувствием.

- Не хочу тебя расстраивать, но… кстати, зачем ты меня позвал?

- Для того, чтобы обсудить мои пристрастия, - не смог сдержаться Рейнард, но сразу же перешел на деловой тон. - Проверь на приворот.

- Кого?

- Меня.

- Что? Хочешь сказать, что эта темноволосая девчонка…

- Дважды обходила защиту моего особняка.

В ответ Лайонель только присвистнул.

- Ладно, садись, - граф подождал когда высокое начальство приземлится на жесткий стул и ослабит щиты.

Процедура,при содействии проверяемого, была не слишком сложной.

Лайонель проверил ауру Рейнарда и пожал плечами:

- Ты чист.

- Может что-то экзотическое? - Рей нахмурился.

- Если уж я ничего не нашел, - граф Аткинсон старательно давил улыбку, - То тут действительно нечто экзотическое. Кому сказать - не поверят. У великого инквизитора завелись чувства!

- Скажешь кому…

- Я могила, - открестился Ли с такой ухмылкой, что становилось понятно: королю проболтается. Не надо было становится провидцем, чтобы представить,что скажет Карл.

Рей поймал себя на мысли,что почти желал, чтоб это был какой-нибудь хитрый приворот. Это многое бы упростило. А с собственными неуместными чувствами придется справляться самостоятельно.

- Что ж, спасибо.

Лайонель опустился на стул, устало потер глаза.

- Что-то еще?

- Кофе хочешь?

- Не откажусь, как и от сытного завтрака.

- Нахал!

- Я, между прочим, торчу здесь почти безвылазно!

- Неужели, а как же та рыженькая актриса? - парировал Рей, подходя к дверям и отдавая приказ Валентину.

- Дезире донесла? - ухмыльнулся друг.

- Не только.

Секретарь проскользнул тенью, расставил чашки с кофе и так же тихо вышел. Рей проводил его задумчивым взглядом, а Лайонель продолжил:

- Феба прелестна.

- Не сомневаюсь.

Разговор прервал вестник. Рейнард легко поймал птицу и снял с лапки послание. Прочел, нахмурился и протянул заместителю.

- Рейвен просит помощи.

- Сам не справляется?

- Ты же знаешь, он не слишком силен и слишком консервативен.

- Да, знаю. Как ты его терпишь?

- Он исполнителен, честен и еще хорошо общается с теми, кто был у власти при отца Карла, - Рей побарабанил пальцами по столешнице. - Знаешь, а пожалуй, мне стоит съездить в Блодетт.

- Ты же не любишь поезда и провинциальные городишки.

- Верно, но нераскрытые дела я не люблю больше.

- Ладно, - Лайонел допил кофе и подхватил с тарелки сендвич. - Не буду мешать сборам.

- Спасибо, и Ли…

- Да?

- Сегодня должна зайти Амадин Гросс.

- Амадин Гросс?

- Моя любовница.

- Принять, спровадить, арестовать?

- Просто возьми показания, которые она даст. Не дави, девочка и так на нервах.

- Девочка?

- Ли, мне кажетсЯ, ты уже все сказал. Не стоит повторяться.

Граф кивнул и провел ладонями по лицу.

- Извини, устал. Это дело разрастается,как лавина в горах. Ты знаешь, что Шуаз уже трижды пытались освободить?

- Вот как?

- Рей, если у нас не будет неопровержимых доказательств, нас сожрут с потрохами!

Герцог улыбнулся.

- Ли, спасибо, но в случае неудачи - отвечать буду я. Один, - последнее он произнес с нажимом.

- Как пожелаешь!

- К тому же мы не проиграем. Доказательства весомы, а Амадин даст показания против Сайлуса.

- О, вот это нам будет не лишним! Примем барышню с распростертыми объятиями.

- Можно без объятий, - с нажимом поправил Рейнард.

- Уговорил, - Лайонель поднял руки. - И пальцем не трону!

- Ловлю на слове. К тому же тебе нравятся рыжие! - не удержался инквизитор.

Лайонель осклабился и вышел.

Рейнард вздохнул. Он действительно ненавидел поезда, суету вокзала, запах, исходящий от шпал. К тому же это поездка в Блодет даже ему самому казалась побегом.

К Рейвену вполне мог съездить Лайонель или дю Барри. С другой стороны, заместителям и так досталось по полной, к тому же некстати проснувшаяся интуиция подсказывала, что именно в Блодетте есть ответы на некоторые тревожащие его вопросы.

- Валентин, купите билет первого класса на ближайший поезд до Блодетта, и отправьте распоряжение моему камердинеру привезти багаж.

- Билет один, монсеньор? - по-деловому уточнил секретарь.

- Разумеется. и да, можете развлечь мою любовницу, в пределах разумного, конечно, - он ухмыльнулся, заметив, как щеки юноши полыхнули алым.

- Монсеньор, я никогда бы… - начал тот, но был остановлен взмахом руки.

- Я уже говорил, Валентин, что доверяю вам. И надеюсь на взаимность.

- Да, монсеньор. Могу я так же пригласить на ужин мадам д’Эрме?

- Об этом вам лучше поинтересоваться у ее мужа. Но я бы так не делал.

- Не приглашали бы?

- Не интересовался. Если женщина предпочитает компанию друзей собственному мужу, то ему а не друзьям стоит задумываться. И поторопитесь!

- надеюсь, последнее относилось к билетам, - пробормотал Валентин, как только дверь в кабинет захлопнулась, после чего ринулся выполнять распоряжения начальника.

Ритуальное обращение в устах Рейвейна казалось атавизмом, но Рей знал, что именно это обращение выдернуло его из забыться.

- Я не собираюсь снова терять сознание, - проинформировал он заместителя.

- Простите.

- Пустое, - поморщившись он встал и задумчиво посмотрел на оплавившийся кирпич. - Дети…

- Простите?

- Там были дети. Много детей.

- Но ведь…

- Детская магия нестабильна и ее не в коем случае нельзя использовать, верно. Но кто-то сделал это, - он посмотрел в глаза заместителя и четко произнес то, что не желал принимать. - Кто-то находит и убивает магически одаренных детей.

- Маньяк? - встревожился Рейвейн.

- Хуже. Этот человек четко знает, что он делает. Полагаю, то кладбище на окраине - его рук дело.

- Но зачем перевозить тела так далеко?

- Я не уверен, что убивали здесь, - инквизитор еще раз мазнул взглядом по стенам. - Здесь только магические ауры.

- И как они сюда попали?

- Понятия не имею. Пойдемте, больше здесь делать нечего.

Стараясь идти ровно, герцог направился к выходу.

- Монсеньор, осторожно!

Резкий толчок, и инквизитор рухнул на землю.Заместитель захрипел упал следом, придавливая его своим телом. От удара дыхание вышибло, перед глазами все поплыло. Где-то вдалеке шумели люди, испуганно ржала лошадь…

- Монсеньор! Вы живы? - Жандармы столпились вокруг него. По всей видимости, Рейвена подняли, потому что дышать стало легче.

- Вы ранены?

Герцог ощутил, как что-то теплое и липкое струиться по шее. Он провел рукой, а потом поднес пальцы к глазам. В нос ударил солоноватый запах. Кровь!

- Сможете встать? - Жандарм склонился над ним.

- Думаю, да.

Инквизитор ухватился за протянутую руку и осторожно поднялся. Огляделся. Вокруг валялись осколки кирпичей, вместо проемы в стене зиял провал. Не нгадо было быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что сдетонировал магический заряд, заложенный в стену. Странно, что его не обнаружили при осмотре складов.

Намереваясь указать оплошность, герцог поискал глазами заместителя. Рейвен лежал неподалеку, смотря в небо невидящим взглядом.Под ним расползалась темно-красная лужа.

- Кирпич угодил в основание черепа. Вариантов не было, - пояснил жандарм.

Несколько мгновений Рейнард ошарашенно смотрел на заместителя, закрывшего его своим телом. Он всегда считал, что Рейвейн его недолюбливает, считая молодым выскочкой. Он ошибся, но приносить извинения уже некому.

Пошатываясь, герцог подошел к лежащему на земле телу. Закрыл умершему глаза и положил на веки монеты, которые достал из кошелька. С трудом выпрямился и дернул с шеи один из рабочих артефактов.

Тело прошил судорога от высвободившейся энергии.

Высшая инквизиторская магия - запечатление места преступления - потекла с пальцев расплескиваясь по развороченным развалинам склада, обтекая стоящих людей и тело его бывшего заместителя.

- Развалины оцепить. Никого не впускать, - приказал Рейнард.

Жандармы попятились, служака с капитанскими нашивками козырнул и отправился выполнять распоряжение.

Сам он направился к экипажу, который так и остался стоять за оцеплением. Лошадь, впряженная в коляску, все еще всхрапывала и нервно косилась по сторонам, а возница разрывался между желанием убежать и остаться, чтобы узнать все сплетни. Рейнард лишил его сомнений. С трудом забравшись в коляску - руки словно налились свинцом, а грудь при каждом вздохе болела - он приказал ехать в гостиницу.

Обратная дорога прошла в молчании. Если возница и хотел порасспрашивать пассажира о том, что произошло, то одного взгляда хватило, чтобы полностью изменить намерения. Рейнард сидел нахмурившись и то и дело сжимал кулаки. Он не слишком тепло относился к заместителю при жизни и теперь корил себя за это. Хотя… Рейвейн тоже не выказывал особого расположения к начальнику. Но все-таки заслонил…

Покашливание кучера вывело из мрачных мыслей.

- Приехали, вашество, - протянул он, указывая на гостиницу. Рейнард запоздало сообразил, что коляска остановилась у парадного крыльца. конечно, можно было обойти гостиницу, но герцог очень устал.

Расплатившись возницей, который очень удивился этому, герцог прошел внутрь, распугивая постояльцев своим видом. За спиной слышались охи и ахи, и, кажется, одна из дам, сидящий в фойе, упала в обморок.

Игнорируя суету, Рей поднялся в номер. Мальчишка-оборванец сидел у окна, зло поглядывая в сторону караулившего его слуги.

- Ваша светлость, - при виде инквизитора Гарт вскочил и почтительно поклонился. - Господин Рейвейн тоже вернулся?

- Твой хозяин… - голос все-так идрогнул, хотть герцог очень старался сохранять спокойствие. - Мертв…

- Что? - слуга часто заморгал, словно это могло помочь понять услышанное. - Но как? Почему?

- Погиб при исполнении… - Слова давались с трудом. Рейнард провел рукой по лбу. - Надо известить семью…

- Но господин Рейвейн не был женат…

- Вот как?

- Да. Что же теперь будет? - Гарт разрыдался, закрыв лицо ладонями.

Герцог поморщился и потер ноющий висок.Больше всего хотелось скинуть испачканную кровью и кирпичной крошкой одежду, принять горячую ванну и напиться до беспамятства. Вместо этого он вынужден был смотреть на слугу, оплакивающего свою сытую жизнь.

- Хватит, - приказал инквизитор, выждав, пока стенания Гарта стихнут. - Иди и собери его вещи.

- И… и куда их?

- Принесешь все сюда.

Тон вкупе в титулом и должностью оказал нужное воздействие. Гарт судорожно выдохнул и поклонился:

- Да, ваша светлость.

Слуга направился к выходу и уже в дверях столкнулся с невысоким мужчиной в твидовом костюме.

- Простите, это - комнаты его светлости герцога л’Армори? - поинтересовался незнакомец, пытаясь отдышаться - по всей видимости очень торопился.

Гарт нерешительно оглянулся.

- Ступай, - распорядился инквизитор, - Я вас слушаю.

Последнее предназначалось незваному гостю.

- Ваша светлость, Фридрих Душес, помощник бургомистра к вашем услугам, - тот шагнул в номер. - Бургомистр и Начальник жандармерии прибудут с минуты на минуту.

- Чтобы что? - Рейнард осмотрел себя в зеркало, поморщился и принялся рассегивать сюртук.

- Простите?

- Вы оборвали фразу. Прибудут чтобы что? - он прошел в спальню, на ходу выаскивая запонки из рукавов.

- Засвидетельствовать…

Посетителя теперь не было видно,но всё еще было прекрасно слышно. Рейнард поморщился:

- Да, да, именно этого нам и не хватает именно сейчас.

- Я позволил себе послать за целителем..

- Прекрасно, - герцог скинул рубашку, - а теперь потрудитесь выйти и позволить себе не впускать сюда целителя, бургомистра и кто там к нам еще мчится?

- Начальник жандармерии.

- Этого пустите. Мне необходимо выдать ему распоряжения.

- Как вам будет угодно, ваша светлость!

- Мне угодно, чтобы меня сейчас оставили в покое! - рявкнул Рейнард.

- Да, конечно, простите, ваша светлость…

Герцог дождался, пока хлопнет дверь и вошел в ванную. Открыл воду и шагнул под горячие струи, смывая с себя кровь, грязь и ощущение полного краха.Очнулся Рейнард только когда вода вдруг стала ледяной, по всей видимости, ресурс магического стержня закончился.

Инквизитор судорожно охнул и выскочил. Какая смутная мысль мелькнула в голове, но холод вытеснил ее. Схватив полотенце, Рейнард тщательно вытерся и вернулся в спальню.

Бургомистр, конечно, подождет именитого гостя, но полностью игнорировать его не стоило. Рейнард прекрасно понимал устройство маленьких городков, где все знали друг друга, и лояльность королю обеспечивалось именно существующей на местах властью.

Инквизитор надел рубашку и потянулся за запонками, но их не было. Как не было и мальчишки-оборванца, про которого Рей забыл, охваченный переживаниями по поводу гибели своего заместителя.

Первое желание - кинуться за мальчишкой, Рей отринул прочь. Судя по часам, он простоял под горячими струями минут двадцать. За это время ушлый мальчишка мог оббежать половину города. Похоже, с запонками придется попрощаться.

Рейнард тяжело вздохнул и направился в фойе.

Бургомистр был там. Заложив руки за спину, он расхаживал по холлу гостиницы, важно надувая щеки. Его заместитель занял одно из кресел у окна и о чем-то негромко разговаривал с огромным краснолицым мужчиной в черном мундире - по всей видимости начальником жандармерии.

- Добрый день! - Рейнард сбежал по ступеням. - Прошу прощения, что заставил ждать!

- Ваша светлость! - начальник жандармерии вскочил, кресло с грохотом полетело на пол.

- Жан-Поль, вы как всегда неуклюжи! - укорил бургомистр, подходя к ним и склоняя голову. - Ваша светлость.

Его заместитель тоже поклонился.

- Чем обязан?

Инквизитор окинул троицу, стоящую перед ним взглядом, от которого они поежились.

- Я… мы… - начал бургомистр.

- Мы хотели бы выразить соболезнования по поводу гибели вашего друга.

- Заместителя, - проправил герцог.

- Простите?

- Джофруа Рейвейн был моим заместителем. Одним из трех. мы не дружили.

- Да, конечно, - бургомистр не смог сдержать вздох облегчения.

- Но это не значит, что я оставлю расследование его гибели вам! - предостерег Рейнард.

- Но…

- Я уже вызвал сотрудников своего ведомства. Они прибудут завтра.

Все трое тревожно переглянулись.

- Но ваша светлость… - попытался возразить заместитель

- Господа, это не обсуждается! У вас все?

Прекрасно понимая, что разговор окончен, все трое поспешили откланяться. Рейнард усмехнулся и вернулся к себе в номер. написал краткое послание Лайонелю и отправил с вестником, после чего с вздохом переоделся в испачканный костюм, взъерошил волосы и, выскользнув из гостиницы через боковой вход, отправился на поиски воришки.

Как и все личные вещи, запонки герцога были с магической меткой, поэтому Рейнард знал, куда идти.Под ногами хлюпали лужи, а проезжающие телеги то и дело обдавали прохожих грязью. Рейнард мысленно отметил, проверить, давались ли городу субсидии на мощение улиц. И заодно выяснить, на какие деньги посторен дворец бургомистра, крыша которого возвышалась над городом.

Как он и ожидал, район, куда его вела магия, оказался не из приятных. Кварталы застраивались стихийно, дома стояли очень плотно друг к другу, почти закрывая свет.

Прежде, чем погрузиться в лабиринт вонючих переулков, герцог сплел пару заклинаний и навесил на пальцы - время было позднее, а пропадать без вести ему не хотелось. Конечно, можно было взять жандармов и нагрянуть с облавой, но герцог понимал, что тогда скрыть мальчишку вряд ли удастся. А представители власти, наверняка, припомнят воришке былые прегрешения. Это было лишним.

Герцог не мог сформулировать, зачем конкретно ему был нужен этот мальчишка, но чувствовал, что воришка еще пригодится.

До нужного ему дома он добрался без приключений. Не считать же приключением пьянчужку, приставшего к инквизитору, чтобы разжиться парой монет для опохмела? Или облаявшую их дворнягу, которая поджала хвост и с громким визгом убежала прочь, едва Рей на нее взглянул. Пьянчужка, кстати, моментально протрезвев последовал за дворнягой.

Герцог хмыкнул и направился дальше. Нужная дверь обнаружилась не сразу,, в темноте почти она почти сливалась с грязной стеной здания.

Инквизитор дотронулся до растрескавшихся досок и поморщился - пальцы неприятно кольнуло охранным заклинанием. Магическое плетение оказалось примитивным, но сильным. Оно мгновенно поддалось, стоил герцогу потянуть . Отбросив плетение, герцог вошел внутрь.

Склад старьевщика (а в том, что это был именно склад, сомневаться не приходилось), был забит под завязку: странная мебель, потрепанная одежда, посуда с трещинами. сейф располагался в самом темном углу. Рейнард и не заметил бы его, если бы не магический сигнал. Запонки были там.

Взламывать замок начальник Тайной канцелярии не стал, предпочел позвать хозяина всего этого богатства:

- Эй, есть кто?

Звук шаркающих шагов заставил герцога ухмыльнуться. Старьевщик вбежал в помещение. Ружье, которое он держал в руках, подсказывало, что магией этот взлохмаченный старик не владел. Скорее, покупал заклинания у тех, кто мог их сделать.

- Стой, где стоишь! - старьевщик навел дуло на незваного гостя.

- Иначе что? Выстрелишь? - инквизитор усмехнулся, легко выпуская из пальцев парализующее заклинание.

- Я… - старик не успел продолжить, застыл, испуганно вращая глазами.

- Так-то лучше. Кстати, нейтрализующие чары я тоже снял, - Рей легко вынул ружье из рук хозяина склада, отшвырнул и только потом снял заклинание, заменив магической удавкой. - Ну, что, поговорим?

- Что вы хотите, господин? - заскулил старьевшик.

- Свои запонки, которые сейчас лежат в твоем сейфе. И где найти того, кто тебе их принес.

- Я… я ничего не знаю…

- Врешь, - Рейнард с мрачным удовольствием потянул за удавку, заставляя старьевщика захлебнуться в безмолвном крике. Правда, магическая петля сразу ослабла, чтобы ненароком не придушить пленника.

- Ах запонки, конечно! - старик направился к сейфу. - Простите, господин, я и не знал, что они ваши. мальчонка сказал, что отцовские…

- Опять врешь, - констатировал инквизитор.

- Ну как же… - старьевщик дрожащими руками открыл сейф, стараясь телом загородить содержимое от незваного гостя. - Где же они… а, вот!

Быстро захлопнул дверцу он обернулся и протянул требуемое.

- Мальчишка куда ушел? - Рей подхватил запонки, рассмотрел на предмет повреждений и магических заклинаний и небрежно сунул в карман, вызывая злобное негодование у хозяина склада.

- Откуда ж мне знать? - прошипел он. - Этих оборванцев здесь, как грязи…

Герцог дернул рукой, и старик опять зашипел, правда на этот раз сам - магическую удавку Рей не трогал.

- Вспомнил? - участливо осведомился герцог. - Или вмешаться в твою память?

- На вокзале ни промышляют, - старьевщик будто выплевывал слова. - Часто что подрезали несут мне.

- Их много?

- Трое или четверо… появились в конце лета, так и остались.

- То есть не местные? - насторожился инквизитор.

- Точно нет. Местных я всех знаю.

- Живут где?

- Да кто их разберет? Пару раз у часовенки видел. Ну той, которая порушена. Ее еще девица хотела магией снести…

- Какая девица? - насторожился Рейнард, догадываясь о ком пойдет речь.

-Да какая-то. Ее с месяц назад поймали. Она еще паровоз сломала и склады подожгла. Те, которые сегодня взорвались.

- Хочешь сказать, что взрыв тоже она?

Что-то в голосе инквизитора заставило старьевщика вжать голову в плечи.

- Она, не она… -забормотал старик. - Мое дело маленькое. Деньги заплатить, да потом подороже продать.

- Ладно, - Рей сдернул удавку, одновременно накидывая на хозяина склада новое плетение: - Через пять минут оно развеется. Мне просто не хочется получить от тебя пулю в спину!

Судя по злобе, полыхнувшей в глазах старика, предположения инквизитора были верными. Он покачал головой и вышел, тщательно закрыв за собой дверь и даже восстановив охранное плетение. Подумав, добавил пару узлов довольно улыбнулся - хозяину лавки придется потратиться, распутывая коварное плетение инквизитора.

К ростовщикам и скупщикам краденого герцог относился с особой брезгливостью. Они напоминали ему насекомых-кровопийц в южных странах - послеукуса такого насекомого человек умирал.Ветер усилился и снова закапал дождь. Рейнард передернул плечами и поглубже надвинул шляпу на глаза, чтобы защититься от ледяных капель. Не помогло.

Предательская мысль вернуться в гостиницу промелькнула в голове, но Рей прогнал ее прочь. Для начала надо было найти мальчишку. Вернее, мальчишек. Кажется скупщик упоминал, что их было несколько и что появились они относительно недавно. Вот только почему в Блодетте?

Мелькнувшая в переулке тень напомнила Рею о том, что он видел на складе. Что, если мальчишка ускользнул тогда и спасся? Тем более стоило его найти. Ледяная капля скользнула за шиворот, инквизитор поежился и прибавил шаг.

Ботинки противно хлюпали, когда он добрался до полуразрушеной часовни.

Окруженное лесами здание в темноте казалось еще более зловещим. Воздух вокруг словно колебался. Инквизитор прищурился и ругнулся: плетения!

Неумелые, громоздкие, они окружали развалины, создавая отражение.

Рейнар спокойно отодвинул их и вгляделся: так и есть! В здании горел костер.

Почти не задумываясь, инквизитор беззвучно прокрался внутрь.

Трое замызганных мальчишек сидели у костра, пытаясь согреться.

- В приюте у нас хотя бы тепло было , - капризно протянул один из них, самый младший. Он едва выговаривал звук "р" и отчаянно шепелявил.

- Забудь об этом, Свен, - одернул его уже знакомый воришка. - Хочешь исчезнуть, как и все?

Малыш в ответ затряс головой и захныкал. Инквизитор обратился в слух, но дети не стали продолжать.

- Ты не рассказал, где был сегодня, - напомнил воришке второй, лет семи. Именно его Рей видел, проезжая мимо часовни.

- Да так, нечего рассказывать, - пробурчал тот. - Чуть не попался, но убёг. Заодно и прихватил кое-что! - он гордо звякнул монетами. - Теперь мы богаты!

- Боюсь, мой друг, ты продешевил! - Рей выступил из темноты, одновременно кидая плетение. Дети попытались разбежаться, но безуспешно: магия парализовала их. Самый младший судорожно всхлипнул, на глаза набежали слезы. Стараясь двигаться плавно, Рей подошел и присел рядом с детьми. Протянул озябшие ладони к языкам пламени.

- Поговорим? - миролюбиво предложил герцог, ослабляя парализующее заклинание. Воришка насупился и упрямо сжал губы, двое его приятелей смотрели на герцога настороженно.

- Как я понимаю, ты воруешь, чтобы всех прокормить?

Мальчишка мрачно сверкнул глазами. Рей вздохнул: он никогда не умел разговаривать с детьми. Что вообще с ними делать? Запугать? Вряд ли это удастся. Задобрить? но это означает дать обещания, которые Рей мог и не исполнить, а он этого не любил. поэтому инквизитор предпочел продолжить.

- Как вы здесь оказались?

Снова молчание. Рей вздохнул и снова обратился к старшему:

- Молчать глупо. Ты же понимаешь, что я легко узнаю все сам.

- Так зачем тогда спрашиваете? - не выдержал тот.

- Потому что мне расскажут о тебе жандармы. а я хотел бы услышать твою историю.

От инквизитора не укрылись колебания, отразившиеся на лице мальчишки.

- Вы мне все равно не поверите, - пробурчал он.

- Тогда тебе вообще нечего терять.

Воришка взглянцул на приятелей, пытаясь заручиться их поддержкой и тяжело вздохнул:

- Ладно… мы… в общем это… мы сбежали.

- Это я уже понял. Откуда именно?

- Из приюта, - подал голос второй.

- Какого? - проявил завидное терпение Рейнард.

- Сен Бернадет - выдохнул воришка. От инквизитора не укрылся страх в его голосе. Порывшись в памяти, герцог вспомнил только один приют Сен Бернадет, но тот находился в столице. Огромное заведение, находившееся под патронажем саой королевы, и куда она так любила ездить лично.

- Зачем же вы убегали так далеко? почему не остались в столице?

Вопрос вызвал в памяти хрупкую девичью фигурку. А ведь Амадин тоже бежала из столицы.

- Мы к морю бежали, - шмыгнул носом самый младший.

- К морю? - брови герцога поползли вверх.

Общение с детьми никогда не было его сильной стороной, а теперь он и вовсе зашел в тупик. Но интуиция просто вопила, что именно эта троица связана как с событиями, происходившими в столице, так и со взрывом склада.

- Говорят в порту можно наняться юнгой, - пояснил воришка, понимая, что деваться некуда.

Инквизитор кивнул:

- Можно, но только весной, сейчас сезон подходит к концу. Так что, вы опоздали или слишком поторопились.

Мальчики разочарованно переглянулись. В эту минуту ветер снова дунул, принося с собой пробиравший до костей сырой холод. Рей поежился.

- А если бы остались в приюте до весны, то сидели бы в тепле, - назидательно продолжил он, выставляя щиты, чтобы оградить компанию у костра от непогоды. Теперь ветер задувал где-то снаружи. Огоньки пламени благодарно взметнулись вверх, стало заметно уютнее.

- Если бы дожили, - буркнул воришка и снова нахохлился.

- Дожили? - насторожился инквизитор. - Что это значит?

вопрос прозвучал очень резко. Мальчишки замолчали, переглядываясь. Рей тяжело вздохнул, понимая, что напугал их.

Он оглядел всех троих - ослабленные путы позволили им сесть - и обратился к шмыгающему носом младшему, безошибочно определив самое слабое звено:

- Может ты, Свэн, поделишься, чем было плохо в приюте? Раз уж твои безымянные друзья не хотят говорить.

- Вы тоже не представились, - вспыхнул воришка.

Инквизитор скупо улыбнулся: уловка сработала.

- Не поверю,что Гарт, слуга, который тебя охранял, не рассказал.

- Он сказал что вы столичная шишка из этих, - парень кивнул куда то на купол храма.

- Нет, к святым я отношения не имею, - ответил Рей, лениво разглядывая остатки росписи. Кажется, что-то из “изгнания грешниц”. - Но ты прав, я инквизитор. Что еще успел поведать словоохотливый Гарт?

- Что вы лишите меня дара и сгноите в тюрьме. Вы и взаправду это сделаете?

- Нет. Но мне действительно пора представиться. Рейнар де Треви, герцог л’Армори, Великий инквизитор и Карающий меч империи. - По глазам мальчишек инквизитор видел, что его титул и имя произвело впечатление. - теперь ваша очередь, господа.

- Что? - опешил воришка.

- Я назвал свое имя. Надеюсь, вы назовете свои.

- А это… - мальчишка вздохнул. - Я- Поль. А это Теон и Свен.

Герцог кивнул и продолжил:

- Итак, что же было в приюте?

Поль тяжело вздохнул и начал говорить. По мере его рассказа, Рейнард то и дело сжимал кулаки, а волосы на голове вставали дыбом. Сен Бернадетт был не просто приютом - он был построен много столетий назад, чтобы покровительствовать тем сиротам, у которых обнаруживался магический дар. Вот только за последние лет пять ни одного мага из приюта не вышло. Это Рейнард знал точно, до отъезда он успел часть документов, касающихся стипендиатов Академии. В них фигурировали дети крестьян или обнищавших дворян, но сирот, тем более из приюта там не значилось

- Мы это… со старшими не сильно общались, - тем временем продолжал Поль, радуясь, что может наконец-то выговориться.

- С Вейкой только, она добрая. Была, - вклинулся Свен и всхлипнул.

- Почему была?

- Увезли. Что-то рассказывали про новую жизнь и большое будущее. Я не знаю.

- Кто рассказывал? Куда увезли?

- Откуда ж нам знать? В один день во двор вышли погулять, а их уже нет. и потом Жозе и еще троих, кто постарше, в их комнату поселили. а к нам - мелюзгу, - он кивнул на Свена.

- Сам ты мелюзга! - обиделся тот. - Кто вам ключи вытащил?

- Тихо! - прикрикнул Рейнард и снова обратился к воришке. - Дальше рассказывай.

- А что рассказывать? Дальше и они пропали. А ладанки почернели.

- Какие ладанки?

- Ну мы это… у меня бабка ведуньей была. Она солдатам из деревни всегда ладанку делала и вторую - матери давала. Коль ладанка чернела, значит помер. Они и меня этому научила.

- И ты воспользовался знаниями?

- Дык в приюте нас магии учили. И как концентрироваться, и как узлы вязать…

- Что? - герцог подскочил. - Чему вас учили?

- Узлы вязать из магических ниток, ну как эти - Поль кивнул на едва различимые щиты.

Не выдержав, герцог виртуозно выругался, чем заслужил уважительные взгляды всех троих. Свен и вовсе приоткрыл рот. Это заставило инквизитора взять себя в руки.

- Что еще было в этом образчике милосердия?- сквозь зубы поинтересовался он.

- Где? - выпучил глаза Поль.

- В приюте, болван! - отозвался молчавший все это время Теон.

- А, так больше и не было. Вернее, мы ждать не стали. Ключи от ворот выкрали и сбежали.

- А в Блодетте почему остались?

Мальчишка потупился:

- Дак паровоз у нас того… задымился. Люди как ломанулись наружу. мы тоже… а там - жандармы, свист, топот, ну мы и врассыпную… поезд уехал, а на новый денег нет, да и смысл куда-то ехать? Здесь хоть крыша над головой.

- Ясно, - Рей поднялся и потер ноющую поясницу, мысленно отметив, что стареет. - Как вы понимаете, друзья мои, я вас не отпущу.

- Вы вернете нас в приют? - спросил

- Едва ли это будет разумно.

- Тогда что?

Герцог помолчал, перебирая в уме варианты. Хотел он того или нет, но дети являлись свидетелями, значит отпускать их нельзя. Мальчишки настороженно молчали, ожидая приговора.

- Значит, у всех вас дар, - протянул Рейнард.

- У меня и у Теона - да, а вот Свен…

В ответ инквизитор усмехнулся и внезапно выбросил вперед руку, одним движением сбрасывая заклинание с младшего из трех:

- Лови!

Золотистая капля сорвалась с пальцев и устремилась к мальчишке. Все это случилось так быстро, что Свен только и успел, что отмахнуться от магической искорки, и та, дрожа и переливаясь улетела к потолку. Разинутые рты мальчишек заставили инквизитора почувствовать себя фокусником на деревенской ярмарке.

- У Свена есть дар, - сухо сообщил он.

- И это можно вот так проверить? - выпучил глаза Теон.

- А у вас проверяли по-другому?

- Ну… - мальчишки снова переглянулись. - Им же важно еще силу дара понять…

- Ясно, - процедил инквизитор, прекрасно зная, что угрозы и физическое насилие наиболее действенный способ выявления одаренного мага. Взять ту же Амадин… Перед глазами пронеслось соблазнительное видение, которое Рей моментально прогнал.

- Вам придется дать слово,что вы больше не сбежите, - обратился он к детям.

- Слово? - протянул Теон недоверчиво, мальчишки явно не понимали, как это помешает им сбежать снова если что.

- Особое слово. Взамен я обещаю вам защиту.

Он знал, что поступает неправильно, тревожа и без того нестабильный магический дар детей, но иначе поступить сейчас он не мог. Хорошо, что мальчишки не заметили его колебаний.

- А тех кто Вейку убил найдете?

- Найду, - пообещал Рейнард де Треви.

- Тебе не кажется, что в твоей версии что-то не сходится? - уточнил граф Аткинсон, когда друг закончил.

- И приют, и захоронение находятся в Сен-Кантене, - кивнул инквизитор. - И если, допустим, детей можно перевезти, то вот тела…

- Может, это абсолютно несвязанные друг с другом происшествия? - Ли залпом осушил бокал и плеснул себе еще.

- Нет. Слишком много совпадений, Ли: возраст, количество и раскрытый магический дар, который и иссушил их.

- Но почему Блодетт?

- Не знаю. Пока что.

Рей произнес это так, что друг поежился. Пламя в камине взметнулось вверх, отражаясь в глазах инквизитора. Ли вздрогнул, прогоняя наваждение:

- В таком случае, начнем с того, что проверим хозяина складов. Вряд ли он причастен, но, может, вспомнит хоть что-то.

- Думаю, это тупик. Даже если что и было, то после вчерашнего документы уничтожили, - Рейнард тяжело вздохнул. - Понять бы почему Блодетт. И что именно здесь делали… Ладно, что в Академии?

- Обыски. Преподаватели в возмущении. Десять жалоб на нас, и пятнадцать на тебя лично. Все считают, ты мстишь.

- Вот как? За что?

- Версии разнятся, - осторожно отозвался Лайонель. - От недополученного компота до несчастной любви.

Рейнард против воли улыбнулся.

- С этим тоже скоро разберемся.

- Надеюсь на это, - граф Аткинсон осушил бокал. - Кстати, твоя… гм… институтка действительно помогла - благодаря ей мы легко раскрыли убийство Баррингтона.

- Вот как?

- Да, его убила его шлюха. Шуаз скрывала ее от властей, вот и поплатилась. Благодаря показаниям этой Гросс обе у нас в руках.

- Они признались? - изумился Рейнард.

- Ну… конечно пробовали все отрицать, но ты же понимаешь, - Лионель выразительно хрустнул пальцами. - У нас есть методы воздействия. так что теперь старой сводне не отвертеться!

- Хоть что-то хорошее, - отозвался герцог, невольно вспомнив об Амадин.

Ему вдруг захотелось прижать к себе стройное тело, зарыться лицом в темные волосы и хотя бы на мгновение забыть ужасы последних дней. Он тяжело вздохнул. Лайонель воспринял вздох как зевок и потянулся:- Ладно, если ты не возражаешь, пойду к спать, завтра нам предстоит тяжелый день!

Не дожидаясь ответа он вышел. Рей проводил его мрачным взглядом и плеснул себе еще виски.

Выйдя из дверей инквизиции, Амадин наконец-то вздохнула полной грудью. Стоило признаться хотя бы самой себе, что это мрачное здание подавляло. Возможно, дело было в том, что плетения, покрывавшие стены блокировали магию посетителей? или просто в гнетущей атмосфере коридоров?

В любом случае, показания даны. Она не знала, как после этого к ней станут относится в Академии. Но в любом случае, пока она под покровительством герцога, прямых нападок не будет. наверное, ей даже позволят получить диплом, хотя, в этом она не питала иллюзий, нападок не избежать.

Оставалось только надеяться, что ни старый библиотекарь, ни профессор Шурол не пострадали во время обысков. Один был слишком стар, а второй женат на своей работе. Вряд ли кто-то из них мог быть замешан в бесчинствах.

Погрузившись в свои невеселые размышления она медленно брела по улице, не замечая никого вокруг, за что и поплатилась.

- Ой! - она едва удержалась на ногах, налетев на высокого мужчину. Отпрянула, запуталась в юбке и поняла что падает.

- Светлые боги, - невольный виновник подхвативший девушку в последний момент обеспокоенно осмотрел ее, помогая твердо встать на ноги. - Простите! Вы не пострадали?

- Все в порядке, - девушка попыталась отстраниться, поправляя шляпку и чуть снова не полетела на тротуар, оборка подола попала под каблук, послышался треск. - Ох…

- Да как же в порядке, - не оценил ее порыва мужчина. - Вы пострадали по моей вине.

- Я была непростительно беспечна, - Амадин с сожалением взглянула на испорченную юбку.

- Едва ли, когда еще быть беспечными, как не в таком юном возрасте, - усмехнулся мужчина. - Это нам старикам стоит быть осмотрительными и внимательными.

- Вы к себе несправедливы, - дежурно улыбнулась девушка.

Он просиял.

- Скажите, вы ведь позволите мне загладить вину? - мужчина огляделся, - Самое малое, что я могу сделать - помочь вам добраться до дома.

Амадин представила как называет адрес рю де Флери и решительно помотала головой.

- Не стоит, я прогуляюсь.- В дождь?

- Здесь недалеко.

- Как я понимаю, проводить вас вы тоже не позволите, - он очаровательно улыбнулся. - В таком случае, могу я хотя бы угостить вас чашкой кофе? Вот в этом кафе.

Он указал на уютно освещенную витрину за которой стояло несколько столиков.

- Соглашайтесь, уверяю вас, это всего лишь дружеский жест. Кстати, позвольте представиться - барон Летард, - он поклонился, хотя Амадин показалось, что мужчина не сводит с нее глаз.

- Амадин… Амадин Гросс, - она решила не скрывать свое имя.

- Приятно познакомиться, - барон склонился над рукой девушки. - Так вы примите мое приглашение?

В этот момент дождь зарядил еще сильнее. амадин с досадой посмотрела на серое небо.

- Хорошо, только недолго, у меня много дел! - предупредила она.

Отчасти это было правдой, ей надо было нагнать учебу и завершить собственную работу по плетениям.

- Конечно, как отец я понимаю, что ваши родители начнут беспокоиться, пропади вы надолго…

- Они не в столице, - это вырвалось само собой.

- Вот как? - барон выждал, пока швейцар распахнет дверь и провел девушку внутрь небольшой кофейни. - могу я полюбопытствовать, что столь юная особа делает одна в большом городе.

- Я учусь, - это прозвучало очень сухо, и Амадин пришлось добавить, чтобы смягчить слова. - В Академии.

- О, вы - магичка?

- Да, - она присела на заботливо отодвинутый стул и сняла перчатки, потерла замерзшие руки.

- И на каком курсе?

- Последнем, - разговор нравился все меньше. Амадин уже пожалела, что поддалась порыву, надо было все-таки пойти домой.

- Вот как, - барон махнул рукой, подзывая официанта, быстро сделал заказ и снова обратился к Амадин. - Вы уже думали, что будете делать после получения диплома?

Девушка неопределенно пожала плечами:

- Скорее всего, останусь на кафедре.

- У вас уже есть приглашение?

- Нет, - Амадин отпила кофе и с горечью подумала, что после сегодняшнего визита в инквизицию, она вряд ли его получит. Настроение, и без того хмурое, стало совсем гадким.

- Если хотите… - начал было барон, но Амадин подняла руку, прерывая его.

- Спасибо. Я предпочитаю обходиться без протекций.

- Как пожелаете. Если передумаете - вот моя визитка, - он положил на стол карточку, на которой значилось его имя и подозвал официанта.

Расплатившись, барон еще раз поклонился и вышел, оставив Амадин в одиночестве.

Она допила кофе и задумчиво покрутила кусочек картона, на котором было выведено “Барон Летард. Отель Метрополь. Вторник, три часа дня”.

Хотя на визитке были всего лишь указаны приемные часы, стиль очень напоминал письмо Сайлуса, с которого и начались все злоключения, и Амадин предпочла оставить карточку на столе. Допив кофе, она попросила официанта вызвать извозчика и направилась домой.

Особняк без Рейнарда казался очень пустым. Переодевшись в сухое, Амадин отослала Герду и долго бродила по гостиной, словно это могло вызвать инквизитора. Пару раз она порывалась отправить ему вестника, но так и не придумала, что написать. Все слова казались слишком сентиментальными и оттого глупыми.

- Какая ему разница, как у меня прошел день? - бухтела девушка, перечитывая очередной черновик письма. - Да и остальное…

Она с отвращением порвала незаконченное письмо и бросила его в камин, сама присела в кресло, которое так любил хозяин дома. Пламя радостно взметнулось, превращая несказанные слова в пепел.

Амадин понаблюдала за огнем, а потом подхватила учебник и пересела за стол. Надо было наверстывать упущенное.

Просидев почти всю ночь над книгой и опомнившись только когда огонь в камине погас, а в комнате потянуло холодом, Амадин с трудом распрямилась и отправилась спать.

Кровать показалась огромной, а простыни - ледяным. Амадин проворачивалась полночи, прежде чем ее глаза, наконец, закрылись и она погрузилась в сон.

На это раз ей снились кошмары, Амадин куда-то шла по темным улицам, пока не очутилась у часовни, почти полностью скрытой строительными лесами. странно, но в окнах виднелись отблески огня. Не колеблясь, девушка шагнула через порог. Дальше была тьма…

Проснулась она поздно. после смутных видений, голова казалась очень тяжелой. С трудом поднявшись с постели, Амадин привела себя в порядок и спустилась позавтракать.Стол уже был накрыт, а Лора сновала на кухне. Заметив девушку, служанка приветливо кивнула и осведомилась, что готовить на ужин.

- Понятия не имею, - Амадин пожала плечами.

- В таком случае, поскольку его светлости нет в городе, полагаю, что мясной пирог будет кстати, - Лора вернулась к плите.

Амадин скрипнула зубами от злости. Похоже, герцог о своем отсутствии герцог известил всех, кроме нее. Или это сделал Валентин. В любом случае, на душе стало еще тоскливее.

“А что ты хотела? - мысленно спросила она сама себя. - Вряд ли могущественный герцог будет отчитываться любовнице…”

А вдруг его отсутствие просто предлог, а на самом деле он поехал к другой? К этой, актрисе… Дезире, кажется так ее звали? Сердце предательски заныло. Дезире была… Роскошна? Очаровательна? Желанна? Пожалуй, все сразу.

Рядом с ней Амадин чувствовала себя словно курица рядом с павлином. Никогда у нее самой не будет такой томной грации и такой уверенности. Может, Амадин и умнее, но кому в сущности, есть дело до женского ума?

В носу противно защипало. Амадин решительно моргнула, прогоняя непрошенные слезы. В конце концов, она знала, на что шла, заключая договор с герцогом. Но от этого легче не становилось.

Чувствуя себя как никогда чужой в особняке, девушка окликнула Герду, переоделась и направилась на прогулку. Благо, дождь наконец-то прекратился и из-за облаков проглянуло солнце.

Герда хотела было пойти с хозяйкой, но Амадин покачала головой - обуреваемая невеселыми мыслями она хотела побыть одна. осуществиться этому намерению не удалось. как только девушка вышла за калитку, ее окликнули:

- Амадин! Амади Гросс!

Она обернулась:

- Шарлотта?

та самая соученица, которую она видела в салоне Шуаз подошла ближе. Ее глаза лихорадочно горели, а руки, стискивающие промокшую ткань плаща, подрагивали.

- Что ты здесь делаешь?

- Значит, это - правда, - прошипела Шарлотта, игнорируя вопрос. - Ты - любовница герцога!

В ответ Амадин пожала плечами: к чему отрицать очевидное? К ее удивлению лицо Шарлотты перекосило от злобы.

- Какая же ты дрянь! - прошипела она. - Я-то помню, с каким отвращением ты смотрела на нас!

- Отвращением? - от изумления Амадин растерялась.

- Конечно! Мы же - шлюхи, продажные девицы, в отличие от таких как ты! Но что поделаешь, не всем так везет в жизни, и некоторым, чтобы выжить, приходится продавать себя за кусок хлеба!

- Ты говоришь так, словно я не сделала так же.

Надо было уйти, но Амадин слишком растерялась.

- Ты? - взвизгнула Шарлотта. - Ты живешь, как королева, одеваешься в лучшие наряды, тебе даже учиться не надо, диплом с отличием уже подписан!

- Что? - упоминание о дипломе привело в чувство. - С чего ты взяла?

- Да в Академии все только об этом и говорят! Твой герцог приказал выдать тебе диплом!

- Это - ложь! - вспылила Амадин.

- Неужели? Можешь спросить у ректора сама. не думаю, что откажет он любовнице Великого инквизитора. Да он даже экзаменов дожидаться не будет! - Она истерично рассмеялась.- Конечно, не будет!

- Хватит, - оборвала ее Амадин. - Я не желаю это слышать!

Она попыталась уйти, но Шарлотта больно схватила ее за руку.

- Идешь в Академию? Замолви и за меня словечко… - ее глаза вдруг увлажнились. - Меня отчислили… все из-за тебя!

- Отпусти! - испугавшись этих перепадов настроения, девушка попыталась вырваться, но Шарлотта намертво вцепилась в ее запястье.

- Ты никуда не уйдешь, пока не пообещаешь мне..

- Да пусти же!

Дальнейшее произошло в один миг. чугунные плетения ограды вдруг выпрямились и потянулись к Шарлотте. Переливаясь алыми искрами прутья обвили ее тело. Чугунные завитки сжали руки так, что она вынуждена была разжать пальцы.

Вместо того чтоб отскочить, Амадин растерянно замерла не зная как помочь. Шарлотта трепыхалась, словно бабочка попавшая в паутину, а прутья обвивали ее все сильнее, укутывая в чугунный кокон.

- Замри! - вдруг сообразила Амадин.

- Что?

- Не двигайся, - повторила девушка, с тревогой следя за вестником, сорвавшимся с одного из прутьев. Интересно, куда он направился. Она сомневалась, что к Рейнарду - вряд ли инквизитор будет лично карать тех, кто осмелился нарушить покой его любовницы.

Словно в подтверждение ее мыслей из-за поворота показалась карета. Казенный экипаж остановился около ограды, и оттуда выскочили два жандарма. Заметив Шарлотту, они многозначительно переглянулись.

- Что, не повезло тебе? - сочувственно поцокал языком один из них, подходя к пленнице. - Что поделаешь, аристократы - они такие… Сегодня одна, завтра другая, а уж герцог…

Он махнул рукой.

- Огаст, хватит болтать! - оборвал его усатый напарник. - нам не за это платят.

Он с опаской прикоснулся рукой к ограде. По чугунным завиткам пробежали сполохи, а потом они разжались, выпуская свою жертву. Амадин они почтительно проигнорировали. Девушка знала, что ее заметили, но оба стража предпочли не заострять на ней свое внимание.

Жандармы сразу же обступили ее с двух сторон.

- Вам придется поехать с нами, барышня, - предупредил Огаст.

В ответ Шарлота только горько усмехнулась.

- Разумеется, ведь вы все - псы герцога!

Жандармы переглянулись.

- Оскорбление при исполнении? Да вы, барышня, похоже совсем того…

Теперь уже без деликатности они подхватили Шарлотту под руки и двинулись к карете.

- Подождите, - Амадин устремилась за ними. - Постойте! Она… ничего же не произошло! Может быть, вы ее отпустите?

Огаст обернулся и с интересом взглянул на девушку.

- Простите, барышня, не могу, - вежливо пояснил он. - Вы же понимаете - у нас четкие распоряжения хозяина особняка.

- Да, но…

Дальше слушать жандармы не стали, споро запихнув Шарлотту в карету, они заскочили следом.

- Похоже, та - новая пассия герцога, - донеслось до Амадин.

- Темноволосая? С чего вдруг?

- Да об этом все говорят…

Карета покатила по мостовой, Амадин проводила ее злым взглядом и направилась обратно в дом. Лора все так же гремела посудой на кухне, но девушка была готова поклясться, что секунду назад она вместе с Гердой прильнули к окну, наблюдая за происходящим за оградой. странно, что ни одна из них не выбежала на помощь Амадин. Но, скорее всего обе служанки были осведомлены о защитных чарах особняка, потому предпочли не вмешиваться.

Поколебавшись, Амадин прошла на кухню.

- Лотта, это правда, что все любовницы герцога были светловолосые? - поинтересовалась девушка.

Служанка поставила огромную сковороду на плиту и обернулась.

- Так и не упомнить, - осторожно отозвалась она, вытирая руки передником. - Но да, большинство было блондинками.

- А… Дезире? - Амадин поняла, что вступает на скользкую почву.

- А что мадемуазель Дезире? - насторожилась служанка. - Светловолосая она.

- И долго она… - девушка набрала в грудь воздуха. - Долго она была любовницей его светлости?

- Я не считала, - Лотта снова повернулась к плите, делая вид, что занята готовкой.

- Лотта, пожалуйста!

Та снова обернулась:

- К чему вам это знать? Блондинки, брюнетки… Его светлость - щедрый человек, но влюбляться в него не стоит.

- Я и не пытаюсь, - фыркнула Амадин, коря себя за излишнее любопытство.

- Тогда и спрашивать нечего. Наслаждайтесь тем, что имеете, многим и этого не дано.

- Верно, - кивнула девушка, невольно вспомнив о Шарлотте и салоне Шуаз.

Стоило признать, что ей действительно повезло и не требовать от судьбы большего. Амадин бросила на кухарку задумчивый взгляд, но та уже занялась своими делами.

Девушке ничего не оставалось, как вернуться в гостиную. Книги все так же стояли стопкой на подоконике. Амадин прошла к ним, отобрала несколько и присела за стол, погрузившись в работу. Чтобы не говорила Шарлотта, времени до сдачи дипломной работы оставалось все меньше времени. А помимо нее следовало заняться и более перспективным проектом. Собственным.

Мысли, до этого момента сумбурные, упорядочились, как только Амадин открыла книгу. Здесь было все кристально ясно, и девушка с наслаждением погрузилась в текст. Теоремы и аксиомы завораживали, а их решения, в отличии от жизненных проблем было простым и однозначным.

Кажется, Лотта заходила и приносила что-то, но Амадин ее не слышала, слишком увлеченная структурой магических плетений. Она опомнилась только когда стало темно. Распрямившись, девушка встала, намереваясь зажечь свечи. внезапно они вспыхнули сами, дверь распахнулась, а на пороге показалась высокая фигура:

- Птичка вдруг стала совой?

- Рей! - она кинулась ему навстречу, чувствуя, как тревоги покидают ее, и все вокруг становится неважным. - Ты вернулся!

Блодетт Рей покидал в мрачном расположении духа. Он не стал осматривал склады вместе с Лайонелем, а вернулся в гостиницу и занялся детьми. Необходимо было спрятать их до того времени, когда он выдвинет обвинения против приюта Сен-Бернадетт.

Поразмыслив по дороге, герцог не нашел ничего лучше, чем отправить всех троих в сопровождении Гарта в одно из своих имений, расположенных неподалеку от Сен-Кантена. Он выдал слуге сопроводительное письмо и искренне понадеялся, что его управляющий пристроит всех троих в надежную семью.

После чего вернулся в столицу. Сен-Кантен встретил его сумерками, суетой на вокзале и мальчишками-газетчиками, выкрикивающими очередную сенсационную новость. Герцог невольно прислушался. мальчишки вовсю кричали о сенсационном убийстве судьи и о том, что салон Шуаз оказался притоном для воровок и убийц. Довольно улыбнувшись, Рейнард поспешил на улицу.

Извозчики, прекрасно знавшие расписание поездов, уже выстроились у здания.

- Вам куда, господин? - поинтересовался один из них, как только герцог подошел к ним ближе. Рейнард помедлил, прежде, чем ответить. благоразумие подсказывало ему, что стоит отправиться домой и поспать, но…

- На рю де Флери! - приказал он, заскакивая в коляску.

- Как пожелаете, - возница причмокнул языком и лошади лениво тронулись с места.

Дорога не заняла много времени, и вскоре коляска остановилась у чугунной ограды. С радостным волнением Рейнард взглянул на особняк. Света в окнах не было. Чувствуя себя разочарованным, герцог хотел было приказать отвезти по другому адресу, но сразу же передумал. Расплатившись с извозчиком, он направился к дому, здраво рассудив, что глупо обижаться на отсутствие того, кого он не предупредил о своем приезде. Но все равно, червячок сомнения не покида душу. Что, если Амадин ужинает с кем-то другим? например, с Валентином? Нет, он не то чтобы ревновал своего секретаря к любовнице, но мальчишка уж очень подходил юной институте. С ним она могла быть счастлива. Рейнард остановился, не донеся руку до двери. с каких это пор его беспокоит счастье любовницы?

Похоже, он стареет и становится сентиментальным. Или же на него повлияли события в Блодетте. с этими мыслями он перешагнул порог. В гостиной все-таки кто-то был. Шелест страниц, невнятное бормотание… Амадин! Она не ушла, а просто, увлеченная работой, позабыла зажечь свет.

Радостно улыбнувшись, герцог направился в гостиную, стремительно распахнул дверь:

- Птичка решила стать совой?

Ему доставило удовольствие видеть, как усталось на ее лице сменяется радостью.

- Рей! - Она кинулась к нему и повисла на шее - Ты вернулся!

Ее глаза сияли, а искренняя радость от встречи с ним развеяла все сомнения. Он уезжал, чтоб разобраться в себе, но едва ли лавина событий оставила ему время на раздумья. Зато встреча расставила всё на свои места: сейчас он определенно неравнодушен к этой женщине, она неравнодушна к нему, и им стоит насладиться их близостью сполна.

Рейнард огладил тонкий девичий стан не стесненный корсетом, уткнулся носом в шею, вдыхая запах волос, травяного шампуня и собственный запах девушки. Она доверчиво запрокинула голову, так что он не сдержался, лизнул и прикусил тонкую кожу, под которой пульсировала тонкая голубая ниточка вены.

Девушка протяжно охнула,задрожала и едва не осела на пол - ноги перестали держать ее. Пытаясь устоять, она вцепилась ему в отвороты сюртука.

- Рей! - не то простонала, не то выдохнула Амадин.

Это окончательно разрушило все старательно выстраиваемсый инквизитором барьеры. Он хотел эту женщину, да что там! Он сходил с ума по ней, и пропади оно все пропадом.

Не желая терпеть, герцог нарочито грубо он развернул и прижал Амадин к ближайшей стене. дыхание девушки участилось, а глаза заволокло страстью. Балансируя на грани желания, она прикусила губу, доверчиво ожидая продолжения.

Рей не заставил ждать. Крой платья с широкими летящими рукавами и глубоким вырезом позволил обнажить грудь девушки и тут же с удовольствием припасть к ней губами. Мысленно герцог еще смог поблагодарить тех, кто ввел этот фасон в моду. Потом мысли стали сумбурными.

Амадин уже не сдерживаясь стонала, цепляясь за его плечи и то ли мешала, то ли помогала стягивать строгий дорожный сюртук. Не переставая целовать грудь, шею, прикусывать тонкие ключицы он нетерпеливо выпутался из рукавов и теперь сражался с брюками. Ткань подола смялась так же легко, когда он подхватил любовницу под коленку, закинул стройную ножку себе на бедро и с наслаждением провел по нежной коже. И не обнаружил на девушке белья.

Остатки мыслей вымело из головы ураганом, брюки, что не поддавались рукам уступили магии. С почти болезненным наслаждением он одним движением вбился в тесное девичье лоно и замер на несколько долгих секунд, чувствуя себя в этот миг удивительно живым. Словно в этот миг спала с него печать прошедшей слишком близко смерти. Амадин недовольная его промедлением подалась навстречу цепляясь за его шею и вплетая пальцы в волосы на затылке.

- Маленькая нетерпеливая птичка, - усмехнулся он и скомандовал: - открой глаза!

Она покорно взмахнула ресницами. Он усмехнулся, подхватил её и под вторую ножку - девушка была совсем невесомая - вжал в стену и задвигался толкаясь в податливое тело.

Рейнард поймал ее взгляд, шальной, пьяный и мерцающий, но все таки глаз она не отводила. Цеплялась за его плечи, царапала шею аккуратными короткими коготками, от чего по позвоночнику простреливали волны удовольствия и ему стоило немалого труда не закончить сразу.

Но он держался, ему хотелось увидеть момент, когда она слепнет от удовольствия.

И он дождался и только когда она задышала часто часто и стиснула его прижимаясь всем телом - отпустил себя, взвинчивая темп.

Рязрядка наступила одновременно, выплеснувшись глубоким стоном из ее горла и его коротким вскриком. Потом они долго стояли, тесно прижавшись друг к другу, боясь пошевелиться, чтобы не рухнуть на пол, запутавшись в одежде. Рей опомнился первым.

- Осторожно, птичка!

Он бережно поставил девушку на ноги, убедился, что она обрела равновесие и только потом наклонился за брюками, которые так и не снял, как и ботинки, запылившиеся в дороге.

Застегнув брюки, герцог накинул рубашку и снова посмотрел на девушку. Она так и стояла, прислонившись спиной к стене. Взъерошенная, в помятом платье, спущенном до талии, с губами припухшими от поцелуев она выглядела олицетворением страсти.

Рейнард улыбнулся и подумал, что сам наверняка выглядит не лучше. Может только более удовлетворенным.

- У тебя, кстати, глаза светятся, - он шагнул к девушке, подцепил пальцем подбородок вгляделся в лицо. Глаза действительно едва заметно переливались.

- Ночное заклинание. Я привыкла читать в темноте, чтоб не мешать соседке.

Рейнард нахмурился.

- Ты знаешь, что оно сажает зрение? Сколько ты им уже пользуешься?

- Второй год. Но это не стандартное плетение, - быстро заверила его Амадин,видя как он хмурит брови. - Я тоже читала статью в магическом вестнике о последствиях "ночного взора" и доработала его. Мое плетение не слепит при резком изменении освещенности и не перегружает глаза.

- Ты бы озолотилась, если б обнародовала это плетение, - отметил Рей.

Он с каким-то новым интересом разглядывал девушку. Позабыв обо всем, она с восторгом рассказывала о магии. И это делало ее еще более соблазнительной.

- Пока я адептка - все мои исследования и патенты принадлежали бы академии, - вздохнула Амадин. - И что ты делаешь?

Рейнард прекратил обводить подушечками пальцев собравшийся в острую горошину сосок, натянул половинки платья обратно на плечи девушки и хрипло ответил:

- Кажется нам лучше пройти наверх, если мы не планируем осквернить еще пару стен в гостиной, - задумчиво отметил он. - И подоконники.

Амадин ойкнула, прижав ткань к груди и залилась запоздалым румянцем.

Рейнард проснулся привычно рано. Хотя времени на сон эта ночь уделила ему весьма скромно. Сегодня они остались в его постели: ни уходить самому, ни отправлять девушку во вторую спальню у него не было ни сил ни желания. Теперь соблазнительная птичка сладко спала, ухватив его ладонь и прижимаясь щекой. Рей попытался аккуратно отнять руку, но Амадин только завозилась , что-то простонала сквозь сон и сбросила одеяло.

Разумеется никакой сорочки на девушке не было. Ночью она не нашла сил даже дойти до купальни, так и отключилась прижатая к постели его телом. Рей самодовольно осмотрел девушку, словно сотворенный шедевр. Припухшие зацелованные и искусанные губы, на белой нежной коже бедра следы его пальцев - нужно будет свести - на груди несколько отчетливых засосов.Он подхватил один из разметавшихся по постели локонов. Темные, цвета мореного дуба, они вызывающе контрастировали с белизной простыней. Как и синяки с белизной кожи. Рей поморщился. Ночью он не был сдержан, даже не пытался быть нежным, но кажется девушке это нравилось. Независимая и упрямая в жизни в постели она наслаждалась его властью и азартно отвечала, принимая его грубые ласки.

Исцеляющее плетение щекоткой стекло на девичье бедро, вызывая волну мурашек. Амадин потянулась и не открывая глаз пробормотала:

- Я больше не могу, у меня там все болит, - и потянулась так сладко, что Рей едва не передумал идти на службу. Пришлось отвесить себе мысленную затрещину. Никогда он не ставил женщину превыше долга.

- Да я и рад бы, но не могу, - ответил он весело, отнимая наконец руку.

- Как не можешь?! - тут же распахнула глаза девушка.

- Не так, как ты подумала, - он дернул ее за кудряшку и расхохотался. - Но сейчас мне пора.

Она снова обнаружила собственную наготу и попыталась стеснительно прикрыться.

Рей снова рассмеялся и отправился умываться.

Все-таки ему пришлось заехать к себе - сменить одежду. Камердинер встретил его молчаливым упреком, который Рей полностью проигнорировал, не хватало еще, чтобы слуги управляли его жизнью.

Быстро переодевшись, он выскочил из дома и направился к ожидавшему его экипажу.

- Торопитесь, ваша светлость? - голос за спиной заставил вздрогнуть.

Инквизитор обернулся:

- Сесси?

Бывшая возлюбленная подошла к нему и протянула руку, которую он проигнорировал.

- Ты становишься назойливой.

- А ты грубым.

Герцог пожал плечами:

- Ты сама решила заговорить со мной.

- Да. Хотела оказать услугу. По-дружески, - она улибнулась и грациозно склонила голову. Рейнард усмехнулся. И с чего он решил, что она и Амадин похожи? Между ними нет ничего общего. Память услужливо подкинула вчерашнюю картину: Амадин растрепанная стоит у стены, темные локоны растрепались по плечам, а обнаженная грудь вздымается. Брюки сразу стали тесными. Он с трудом сфокусировался на своей собеседнице.

- Прости, что? - конечно, можно было просто повернуться и сесть в карету, но охваченный порочными мыслями, он не расслышал фразу и опасался, что такое поведение будет воспринято как бегство с поля боя.

- Она прекрасно проводит время без тебя.

- Кто?

- Твоя любовница. Кстати, говорят, она похожа на меня, - Сесилия кокетливо улыбнулась и взмахнула ресницами. - Это правда?

- Нет. И раз уж ты начала кляузничать, договаривай.

- Что именно?

- С кем конкретно твой шпик видел мою любовницу, - инквизитор улыбнулся одной из своих самых неприятных улыбок.

- С чего ты решил, что это мой шпик?

- Сессилия, - герцог поморщился. - Не делай из меня дурака. разумеется, ты наняла кого-то, кто следил за девушкой, чтобы потом сообщить мне все.

- Ладно, - она наигранно вздохнула. - Мне, конечно, очень неприятно, но…

Сесилия театрально замолчала. Рейнард закатил глаза.

Карл оказался занят: альманский посол испросил аудиенцию. Об этом Рейнарду сообщил секретарь. Герцог поморщился, досадуя на потерянное время. Конечно, пользуясь своей должностью, он мог войти в кабинет, но это означало бы вызвать международный скандал. Пришлось подождать. Игнорируя перешептывания и любопытные взгляды придворных, герцог прошелся по приемной и остановился у окна.

Его уединение длилось недолго.

- Рей, дружище! Где ты пропадал? - громогласный возглас заставил поморщится.

Тристан подошел и стал рядом:

- Мы тебя совсем потеряли!

Он хотел хлопнуть инквизитора по плечу, но в последний момент передумал, остановленный острым взглядом.

- Как видишь, нашли, - отозвался герцог.

- Живого и невредимого, - кивнул приятель. - Наслышан о Рейвене. Прими соболезнования.

- Спасибо, но я не его жена или мать.

- Терять подчиненных тоже неприятно, особенно если они закрывают тебя своим телом!

Рейнард обернулся и смерил Тристана мрачным взглядом:

- Уже и это все знают?

- Новости разошлись по Сен-Кантену быстрее ветра! - усмехнулся тот.

Рей стиснул зубы и снова посмотрел в окно. В ворота как раз въезжало ландо королевы. четверо драгун сопровождали экипаж, в котором восседала ее величество. Судя по всему, она прогуливалась по парку.

Инквизитор вздохнул: еще одна проблема, с которой надо было разобраться в ближайшее время. Вопрос только, где найти это самое время.

Кажется, Тристан еще что-то говорил, но герцог его не слушал. Он с нетерпением поглядывал на дверь, и как только она распахнулась, устремился ко входу.

- Ваша светлость, - посол, высокий тучный мужчина с алой орденской лентой через плечо, поклонился.

- Посол, - инквизитор последовал его примеру. - Какими судьбами.

- Простите, не знал, что вы в городе.

- Да, я вернулся раньше, чем планировал, - кивнул Рейнард.

- Слышал о вашем заместителе. Мои соболезнования, - посол внимательно всматривался в лицо великого инквизитора.

- Благодарю. Простите, меня ждут, - еще раз поклонившись, рейнард вошел в кабенет и плотно закрыл за собой дверь.

Карл сидел за столом. при виде друга он стремительно встал, подошел и крепко обнял:

- Рад видеть тебя.

- Живым, - с усмешкой закончил герцог, немного смущенный таким порывом.

- Рей…

- Да, бедняге Джоффруа повезло гораздо меньше.

- Что там произошло?

- Магическая ловушка. Похоже, заложили после пожара, иначе она бы сдетонировала в огне.

- Это означает…

- У меня два варианта. Ловушку поставили на всякий случай, либо…

- Либо у тебя в ведомстве крыса.

- Не исключено, - Рей вздохнул. - Но это еще не все, Карл. Склады использовались для контрабанды магических стержней.

- Ты уверен?

- Я видел… магические ауры тех, кто расстался с даром, - Рей на секунду прикрыл глаза и затем снова посмотрел на короля. - Это дети, Карл.

- Что?

- Дети, из приюта Сен-Бернадетт. Им раньше времени раскрывали потенциал, чтобы отобрать магию. вот откуда захоронение.

- Но…

- Магия убивала их, верно, - инквизитор тяжело вздохнул и произнес уже более спокойно. - Мне необходим приказ на проведение обыска в приюте.

- Рей…

- Карл?

- Сначала Шуаз, потом Академия…

- Ты же хотел навести порядок в Сен-Кантене. Шуаз скрывала преступницу и покрывала убийство судьи Баррингтона. Ей предъявили обвинения, и она созналась.

- А Академия?

- Взгляни, - герцог достал из кармана сюртука небрежно сложенные документы и протянул королю. Тот развернул и прочитал.

- Ничего не понимаю. Что за ерунда? И имя…

- Имя скрыто магическими плетениями. думаю, дня за три мою ребята их распутают. А вот остальное… Это ведь не ерунда, Карл! Это договор, по которому адепт обязуется оказать некую услугу в дальнейшем, тому кто кто оплачивает ему обучение или доверенному лицу. Найдены они среди документов магистра Сайлуса.

- Услугу?

- Выглядит невинно, согласись. Многие, уверен, не видят повода отказаться.

- Я-то прекрасно понимаю, чем это чревато, - Карл снова перебрал документы в руках и отбросил их на стол как ядовитую змею. - Вовремя придержанная кореспонденция, пущенный слух, переданные сведения. Похоже у нас…

- Переворот.

- Уверен? Насколько вообще надежны эти соглашения?

- Весьма. Да, я недавно сам заключил такой договор, - инквизитор усмехнулся. - Не могу сказать, что жалею о потраченных деньгах. Но это весьма специфические родовые чары, ими владеют немногие. Старые рода.

Карл покачало головой еще раз пролистал бумаги.

- Это сужает круг подозреваемых. Один, два, три… Откуда у Сайлуса столько денег?

- Правильнее было бы спросить - зачем ему эти договора, - заметил инквизитор. - И почему только старшекурсники.

- И какие у тебя идеи? - насторожился король

- Что это только вершина айсберга. Есть и еще. На каждый выпуск.

Карл скептически посмотрел на друга.

- Мне кажется, ты преувеличиваешь.

- Напротив, судя по тому, что мне недавно рассказала Хло подобное процветает в Академии очень давно. и если с девушками было все ясно, то я все гадал, как расплачиваются юноши. Ответ у тебя в руках.

- Это только предположения.

- Карл, ты сам недавно сказал, что ловушку в Блодетте могли поставить и на меня. Что означает…

- Предателя в твоем окружении.

- И в твоем тоже. Мы не знаем, насколько распространилась эта зараза. и, насколько ты помнишь, проверить древнюю магию не представляется возможным.

- Бездна! - выругался король. - Как бы я хотел, чтобы ты ошибался!

- Не поверишь, я тоже.

- И что теперь? Обыск в доме Сайлуса?

- Он ничего не даст. магистр не дурак и давно перепрятал документы. Думаю, пора сворачивать в академии. Сделаем вид, что мы изучаем изъятое, а я приставлю к Сайлусу хвост.

- Думаешь, он не догадается?

- Карл, он слишком беспечен и уже столько лет водит нас за нос. Сейчас он насторожился, но если мы будем бездействовать, то магистр уверует в свою безнаказанность. И тогда он обязательно ошибется. А пока я займусь приютом.

- Ладно, - король устало взглянул на друга. - Скажи, это когда-нибудь закончится?

Инквизитор усмехнулся:

- Вряд ли.

- Жаль.

- Ладно, если ты не возражаешь, я пойду. Валентин привезет документы на подпись.

- Иди. - махнул рукой Карл. Он задумчиво следил, как друг направляется к выходу. К самых дверей, не выдержав все-таки окликнул:

- Рей…

Инквизитор обернулся:

- Да?

- Береги себя.

- Постараюсь, - он криво улыбнулся и вышел.

Тристан все еще ждал в приемной. При виде приятеля, он кинулся к нему:

- Не желаешь пообедать?

- Нет, - Рейнард покачал головой.

- Жаль.

- Почему ты бы тебе не пообедать со своей женой? - вдруг поинтересовался инквизитор.

- С Полетт? - Тристан даже остановился, а потом весело рассмеялся. - Да ты шутишь!

- Почему?

- Потому что глядя на нее можно испортить себе аппетит. Мой тебе совет: никогда не женись!

- Приму к сведению, - разговор начинал раздражать, поэтому Рейнард предпочел попрощаться и уйти.

Выйдя из приемной, герцог не успел сделать и двух шагов, как его окликнули.

- Ваша светлость!

Голос не предвещал ничего хорошего. Рейнард обернулся и смерил смельчака ледяным взглядом. На министра финансов, маркиза де Грасси, это не произвело впечатления.

- На пару слов.

Фраза сопровождалась кивком в сторону одного из окон. Рейнард пожал плечами:

- Как вам будет угодно.

- Надеюсь вы позаботитесь о том, чтобы нас никто не услышал?

- Почему бы вам не создать плетение самому? - поинтересовался Рейнард.

Маркиз покачал головой:

- Магичить? Здесь? Когда все окутано вашей защитой?

- Верно.

Несколько пассов рукой, и защитное плетение повисло в воздухе, надежно защищая стоящих у окна от любопытных ушей.

- Итак? - поинтересовался инквизитор.

- Что вы нашли в Блодетте? - министр финансов взял быка за рога.

От этого вопроса герцог едва не расхохотался.

- А вы с какой целью спрашиваете? - иронично поинтересовался он.

Маркиз ничуть не смутился.

- Бросьте, вы прекрасно знаете, что не так давно из казны Блодетту были выделены деньги.

- Знаю.

- И, наверняка, знаете, что деньги были расходованы не по назначению.

- Да.

- Я это тоже заметил. не так давно. и хотел бы попросить вас повременить с докладом его величеству, пока я все не улажу.

Маркиз твердо выдержал взгляд Великого инквизитора.

- С чего вы взяли, что я ему еще не рассказал?

- На вас покушались. Да и в Блодетт вы поехали отнюдь не из-за растрат.

Рейнард склонил голову, признавая правоту собеседника, а заодно обдумывая услышанное.

- Я даю вам три дня, - наконец сказал он. - Три дня на то, чтобы разобраться и вернуть деньги, присвоенные бургомистром в казну.

- Благодарю, - министр финансов коротко поклонился.

Инквизитор махнул рукой, развеивая заклинание.

- Да, маркиз, - окликнул он собеседника, который направился к лестнице.

- Ваша светлость?

Рейнард сам подошел к нему.

- Почему Блодетт?

- Простите?

- Почему вы выделили деньги именно Блодетту?

- Я.. я не помню… - неубедительно ответил он.

- И все же?

- Кажется, кто-то из помощников подал записку. Я рассмотрел ее и включил город в приказ по бюджету.

- В таком случае, пришлите мне эту записку.

- Но…

- Или я найду ее сам.

Маркиз вздрогнул, прекрасно понимая, каким образом пройдет поиск злосчастного документа.

- Вечером она будет лежать у вас на столе. вместе с остальными документами по Блодетту, - уверил он.

Герцог скривил губы в подобие улыбки:

- Благодарю вас.

Больше во дворце его никто не задерживал.

Добравшись до здания инквизиции, Рейнард поймал себя на том, что всматривается в лица служащих, пытаясь понять, кто из них может быть связан договором. Выходило, что любой. Даже Валентин, как обычно вскочивший при виде начальника.

- Валентин, зайдите, - мрачно обронил герцог, проходя в свой кабинет.

- Монсеньор?

- Вы же окончили академию с отличием?

- Да, - секретарь недоуменно посмотрел на начальника, гадая, к чему этот вопрос.

- И, как я понимаю, проблем с учебой у вас не было?

- В каком смысле?- Вы же всегда сдавали экзамены?

- Д-да, иначе ведь невозможно.

- Верно. Ступайте.

Валентин поклонился и направился к дверям.

- А, еще одно, - вдруг остановил его инквизитор.

- Монсеньор?

- Нет, ступайте, - он махнул рукой. - И подготовьте приказы на обыск.

- Обыск чего, монсеньор?

- Просто подготовьте!

- Хорошо.

Если секретарь и удивился, то не подал виду. Дверь закрылась, а Рейнард так и остался сидеть, задумчиво постукивая кончиками пальцев друг о друга. Задай он Валентину вопрос про экзамены, тот может насторожится. Значит, надо было действовать иначе.

Рейнард с тоской взглянул на документы, лежащие на столе. Придвинул к себе лист бумаги и аккуратно выписал все, с чем ему придется разобраться. Начать следовало с академии.

Рейнард потянулся к соответствующей стопке бумаг, лежащих на столе. Протокол допроса Амадин Гросс лежал сверху. Открывая его, герцог поймал себя на том, что улыбается, и сразу же нахмурился. Пробежал глазами строки, внимательно вчитываясь в каждое слово. В сущности, ничего нового. Амадин достаточно подробно рассказывала ему про магистра. Но сейчас, когда ее не было поблизости, ее голоса, ее огромных темных глаз, с восторгом смотрящих на него, Рейнард смог уделить внимание деталям.

- Значит, Сайлус пригрозил, что она не сдаст экзамен… а потом, когда это случилось… - Рейнард побарабанил пальцами по столу. - Ладно. А что с остальными? Теми, кто работал на Шуаз?

Он потянул документ из другой стопки, тщательно выписал имена адепток и сверил с копиями ведомостей успеваемости.

- Три из пяти! Значит, две решили не рисковать… Это уже кое-что!

- Монсеньор, все готово! - Валентин вошел в кабинет, неся нужные документы.

Рейнард жестом подозвал его, заполнил недостающее в приказах и сразу же отправил вестника королю.

- Валентин, необходимо просмотреть ведомости успеваемости четвертого курса Академии и составить список тех, у кого вдруг возникали трудности со сдачей переводных экзаменов, - распорядился герцог.

- За какой период?

- За…

Рейнард задумался. Интересно, сколько это все длилось? Наверняка, не один год.

- За десять лет, - решил он.

- Только девушки?

- Нет, адепты тоже. Особое внимание уделите стипендиатам и тем, у кого были трудности с оплатой за обучение.

- Хорошо.

Валентин вышел, а Рейнард уставился в окно. Голова просто раскалывалась. Инквизитор чувствовал, что все события последнего месяца как-то связаны между собой, но пока не понимал как. Приют, академия, склады… Единственным связующим звеном была магия. А ведь Амадин утверждала, что Сайлус угрожал лишить ее магии…

- Валентин! - герцог рявкнул так, что хрустальные подвески на люстрах задрожали.

- Монсеньор?

- Списки адептов, которых лишили магии за последние три года! Живо!

- А ведомости?

- Подождут… Хотя нет, захватите последние три года третий и четвертый курс!

Секретарь вышел.

Рейнард нетерпеливо постучал пальцами по полированной столешнице. Время тянулось непростительно медленно.

Наконец, Валентин снова появился в дверях. рейнард едва удержался, чтобы не вскочить и не выхватить папки из рук секретаря.

- Вот, - два объемистых тома легли на стол. - Как вы просили. Что-нибудь еще?

- Да. Кофе, - бросил Рейнард, открывая документы. - И подписанные королем проекты бюджетов за последние три года.

- Оригиналы? - охнул секретарь, мысленно представляя бумажную волокиту, которая непременно будет сопровождать подобный запрос.

- Копии. Они должны быть у нас…

- Конечно, - Валентин тихо выдохнул, а Рейнард, больше не обращая на него внимания, углубился в изучение бумаг. Он опомнился, когда в кабинете стало темно. Стол был заставлен чашками из-под кофе, а бумаги разбросаны по столу.

Массируя затекшие плечи, герцог встал и потянулся, едва не охнув от боли. Щелчком пальцев он зажег свечи и внимательно посмотрел результат своих наблюдений. Валентина в списке не было, это обнадеживало. Значит, секретарю можно было доверять. Конечно, существовали и другие способы заключения подобного договора, например, ссуда или карточные долги, но его секретарь не игрок, да и ни разу не занимал денег, кроме…

К дому магистра они с секретарем подъехали в полном молчании. Квартира на третьем этаже, достаточно просторная, казалась маленькой из-за огромного количества людей, находившихся в ней: жандармы, инквизиторы. Из одной из комнат слышались женские рыдания, иногда прерываемые мужским баритоном.

- Жена? - герцог мотнул головой в сторону комнаты.

- Мать. Жена сейчас на водах, - пояснил один из инквизиторов.

- Одна?

- Уточняем.

- Хорошо. Где тело?

- В кабинете. Я провожу.

Вместе они проследовали по коридору. Кабинет оказался небольшим, или же так казалось из-за шкафов с книгами. Огромные, они полностью скрывали стены. Единственное окно было зашторено, бронзовая люстра лежала на полу, а на крюке в центре потолка висело тело. табурет валялся неподалеку. Запах нечистот, всегда сопровождавший повешение, разливался в воздухе.

За спиной шумно вздохнул Валентин.

- Еще не снимали? - Рейнард подошел ближе.

- Решили дождаться вас, монсеньор, - сопровождавший их инквизитор сделал знак жандармам у дверей, те двинулись к телу, но были остановлены герцогом.

- Не торопитесь. Записка есть?

- Нет, но все и так очевидно. Бедняга не выдержал тяжести обвинений…

- Возможно… - Рейнард еще раз внимательно осмотрел комнату. - Валентин, подайте табурет!

Секретарь поспешил выполнить приказ. Герцог подошел к повешенному, поставил табурет рядом:

- Вам ничего не кажется странным?

- Но… - Валентин озадаченно смотрел на тело, которое болталось гораздо выше деревянной поверхности табурета.

- Да, кажется, магистр долго подпрыгивал, чтобы угодить головой в петлю, - хмыкнул герцог.

Жандармы переглянулись, а дежурный инквизитор выпучил глаза.

- Мы же проверяли на ауры… пролепетал он.

Рейнард повернулся к нему:

- Как вас зовут?

- Дидье. Дидье Ле Громен, монсеньор.

- Господин ле Громен, не все преступления совершаются при помощи магии. Предсмертную записку нашли?

- Н-нет.

- Ладно, снимайте!

Веревку перерезали и тело с глухим стуком упало на пол. Герцог поморщился:

- Поаккуратнее!

- Простите, монсеньор.

Рейнард кивнул и склонился над убитым.

- Валентин, подойдите!

Секретарь шагнул вперед, с опаской смотря на распростертое тело.

- Он уже ничего вам не сделает, - герцог посторонился, давая молодому человеку возможность внимательно осмотреть тело. - А вот что можете сделать вы?

- Я? - Валентин неуверенно огляделся.

- Да, вы. вы ведь хотели настоящее дело. Пробуйте!

Секретарь прикусил губу. судя по морщинам на лбу, он пытался вспомнить, что вообще надо делать в таких случаях.

- Методические указания вам не помогут, - подсказал Рейнард. - Они придуманы для того, чтобы остальные не мешали осмотру места происшествия.

- Попробовать извлечь магическую ауру? - предположил секретарь.

Герцог сделал приглашающий жест рукой. Валентин стиснул зубы, сосредотачиваясь. Несколько пассов руками, и воздух вокруг заискрил, сгустился, складываясь в белесую фигуру магистра. он сидел за столом и писал, потом поднял голову, явно приветствуя кого-то.

Несколько фраз, и магистр поднялся, попятился, а потом попытался, обежав стол выскочить из комнаты, но упал где-то на середине, несколько раз дернулся и затих.

- Хорошая работа, - одобрил Рейнард.

Валентин выдохнул и украдкой достал платок, чтобы вытереть вспотевшие ладони.

- Итак, что мы имеем? - продолжал Великий инквизитор.

- Ну… убийца был знаком жертве? - предположил секретарь.

- С чего вдруг такие выводы?

- Иначе магистр не стал бы разговаривать, а сразу позвал на помощь, - не слишком уверенно продолжил Валентин.

- Верно. Более того, как вы могли заметить, вешали магистра уже мертвого… Это видно по ауре…

- Но зачем такие сложности? - переспросил инквизитор, который все еще вместе с жандармами находился в кабинете.

Герцог словно не слышал, задумчиво смотря на тело. В памяти мелькнуло недавно увиденное захоронение, тонкая ручонка, торчащая из земли…

- Проверьте его на наличие магии! - распорядился Рейнард. - Валентин!

Тот послушно начал новое плетение. Миг - полупрозрачная сеть окутала тело.

- Магии почти нет, - изумился секретарь.

- Да, узлы не распустились. Что ж, больше нам тут делать нечего. Пойдемте!

Не говоря ни слова они вышли из квартиры, прошли через толпу зевак, уже собравшихся у парадного входа и сели в карету.

- Итак, Сайлус поплатился за свои махинации, - Рейнард первый прервал молчание. - Кто-то явно опасался, что магистр заговорит.

- Но ведь… мадемуазель Гросс все уже рассказала, - возразил Валентин, по привычке запнувшись на имени Амадин.

- Да. Следовательно, либо этот кто-то не знает о показаниях мадемуазель Гросс, либо эти показания - вершина айсберга.

- Но что мог знать магистр? - изумился секретарь.

Рейнард обновил защитные чары на экипаже задумчиво посмотрел на помощника. Валентин прошел проверку, к тому же необходимо было, чтобы хоть кто-то кроме него самого знал, что происходит, и инквизитор решился.

- У магистра забрали магию.

- Что? - опешил Валентин. - Это как?

- Так же, как и у тех детей, тела которых были недавно обнаружены. Разница только в том, что Сайлус - магистр, и забрать у него все силы невозможно. Поэтому его повесили, инсценировав самоубийство.

- Но… почему?

- Скорее всего, кто-то заметил слежку за магистром. Кстати, надо будет обязательно устроить разнос нашим людям, напомните мне об этом!

- Хорошо, - пробормотал ошарашенный таким внезапным переходом Валентин и спросил. Рейнард кивнул и продолжил:

- Мы сейчас ведет три дела: захоронение, домогательства в Академии и пожар в Блодетте. Знаете, что их связывает?

- Нет.

- Магия. В одном случае, ее лишаются, как в Академии, в другом - продают, как это было в Блодетте.

- Простите, монсеньор, но я не понимаю.

- Хорошо, я объясню вам, но для этого мы с вами заключим договор, который вы подпишете кровью. Вы согласны?

- Д-да, конечно.

В инквизиции уже никого не было, за исключением дежурных. Рейнард прошел в кабинет, быстро написал договор и протянул секретарю вместе с тонким кинжалом, который извлек из рукава.

- Прочитайте и подпишите.

Валентин пробежал глазами по строчкам и смело уколол палец, после чего приложил к листу бумаги. Кровь моментально впиталась, преобразуясь в витиеватую подпись секретаря. Рейнард кивнул и повторив действия приложил ладонь к документу.

- Итак, Блодетт, - задумчиво протянул он, садясь за стол. - Узловая станция, куда приходит множество поездов, работающих на магических стержнях… вы знаете, Валентин, как производятся эти стержни?

- Разумеется, их наполняют магией. Часто - преступников…

- Или адептов-неудачников. Что связывает Блодетт с академией.

- Хотите сказать, магистр Сайлус…

- Намеренно занижал оценки. Не всем, только тем, за кем не стояли высокие покровители. Вам, Валентин повезло - вы не сколько талантливы, сколько трудолюбивы и усердны. к тому же вы полностью внесли оплату, и выгнать вас без разбирательств было весьма затруднительно. А вот других, особенно тех, кто учится на стипендию… Что значит один балл? Именно так и поступили с Амадин Гросс. Правда, ей предоставили выбор - либо лишение дара, либо бордель.

- Странно, но если магистру нужны были магические стержни…

- Стержни они наполняли по-другому… Дети! - последнее слово Рейнард произнес с горечью. - Дети с магическим даром. Их учили раскрывать свои способности, чтобы потом… - он замолчал, собираясь с силами, а потом продолжил. - Была одна загвоздка - такие стержни не имели официальной пломбы. Но и тут все было придумано. Стержни отвозили в Блодетт, на склад. Уздловая станция, куда приходит много поездов. Как только поезд останавливался, этот стержень меняли на тот, который был в паровозе. И потом легальные стержни везли в порт.

- Но откуда они взяли столько детей с магическим даром? - пробормотал опешивший секреатрь. Инквизитор рассмеялся:

- Валентин, не будьте наивным! Сколько хорошеньких служанок подвергаются домогательствам со стороны хозяев или их сыновей? Да и в салоне Шуаз вряд ли радовались рождению детей.

- Хотите сказать, что магистр специально заманивал девушек, чтобы они рожали детей с магическим даром? - опешил Валентин.

- Нет, до этого он вряд ли додумался. Скорее, просто наслаждался властью, что не слишком понравилось тем, кто стоял за этим. А когда мы начали расследование, то те люди испугались и предпочли устранить Сайлуса.

- Вы знаете, кто это?

- Увы, пока нет. Почему и решил рассказать вам все - гибель сначала Рейвена, а потом и Сайлуса может оказаться только началом череды смертей.

Валентин кивнул.

- Я не могу понять только одного, монсеньор…

- Да?

- Почему только девушки?

Рейнард усмехнулся и покачал головой:

- Не только. Молодых людей так же заманивали под клятву. В обмен на услуги в дальнейшем. Договор подписывали кровью.

- Но это же… - Валентин на мгновение замер уставившись перед собой и сопоставляя все данные, которые требовал последнее время его начальник и открывшуюся информацию. - Вы потому спрашивали меня про стипендию?

- Разумеется, - инквизитор зевнул. - Давайте все остальное завтра? Я чертовски устал.

- Простите, - Валентин вскочил. - Какие будут распоряжения?

- Поехали по домам. Завтра Лайонель должен вернуться. Послушаем, что он расскажет про Блодетт.

Герцог так и не пришел, Амадин прождала его полночи,прислушиваясь к каждому шороху. Пару раз ей казалось, что она слышит звук шагов, но это была всего лишь игра разбушевавшегося за окном ветра. Так и не дождавшись, девушка все-таки заснула.

Ее разбудил вестник. Магическим посланник приземлился на изголовье кровати и механическим голосом проинформировал, что с сегодняшнего дня занятия в Академии возобновляются по расписанию, после чего растаял в воздухе. Амадин вздохнула и откинула одеяло. Странно, еще несколько дней назад она бы с радостью поспешила на занятия, но сейчас при мысли об учебе, ее охватило недовольство. И дело было вовсе не в самой учебе, а в том, что творилось за стенами Академии. Девушке казалось, попади она за ограду, она снова испачкается в этой грязи.

Мелькнула мысль не ходить, сказавшись больной, но ей надо было отдать завершенную работу Теону Карамару, да и вообще, не стоило быть трусихой даже перед самой собой. Пришлось вставать.

Умывшись, Амадин позвала Герду. Позевывая, служанка появилась в комнате.

- Вы что-то сегодня рано, мадемуазель.

- Да, занятия возобновили.

- А, вот оно что, - Герда достала форменное платье. - Тогда поторопитесь, а я пока приготовлю завтрак.

- А Лора?

- Она придет позже.

Горничная вышла, а Амадин принялась собираться.

Герду она звать не стала, облачилась в форменное платье, которое теперь показалось ей очень простым и сбежала по лестнице.

Завтракать пришлось бутербродами. Поймав себя на мысли, что она недовольна этим фактом, Амадин застыла, так и не донеся чашку кофе до рта. Когда это она стала такой привередой? Еще летом такой завтрак показался бы роскошью. Пытаясь понять, что с ней произошло, Амадин задумчиво допила кофе, и вышла из-за стола.

По привычке она хотела нанять извозчика, но в последний момент передумала, решив прогуляться. Благо, дождя сегодня не было.

Дорога показалась очень долгой, и Амадин с унынием подумала о том, как быстро она привыкла к роскоши. Что же будет, когда действие контракта закончится? Ответа не было. Более того, при мысли, что ей придется расстаться с Рейнардом сердце предательски сжалось.

Поглощенная невеселыми мыслями, она подошла к воротам Академии и замерла, внимательно всматриваясь в оживленную толпу преподавателей и адептов.

- Привет! Все готово? - младший Карамар, заказавший очередную курсовую, подскочил к ней.х

- Да, конечно, - она открыла сумку и продемонстрировала увесистую папку. - Оплата вперед.

- Конечно, я бы не хотел оказаться на месте магистра Сайлуса, - хмыкнул парень.

Имя заставило вздрогнуть:

- На месте Сайлуса? - переспросила Амадин. - А что с ним?

- Ты что не в курсе, что твой… - он помялся и потом выпалил. - Сайлус мертв.

- Что? - ахнула Амадин. - Как?

- Понятия не имею. Думал, ты знаешь подробности. Ты же это… ну с герцогом… - он осекся под острым взглядом.

- Это - не твое дело, с кем я, - отрезала девушка.

Она повернулась и хотела уйти, но Леон ее опять окликнул:

- Эй, а работа?

- Да, - она подошла, выхватила из его рук увесистый кошелек и отдала папку. - Рекомендую прочесть перед тем, как сдать!

Все еще пылая негодованием, Амадин направилась на занятия. Она еле успела заскочить в аудиторию до звонка. Профессор Калахан, преподающий историю магии, недовольно поморщился, но ничего не сказал.

Амадин быстро прошмыгнула к Пьеру и плюхнулась на свободное место.

- Ты уже слышала? - прошептал приятель одними губами.

- Угу. Ужас просто.

- Почему ужас? - показалось, что друг обиделся.

- Хочешь сказать, это - радостное событие? - фыркнула Амадин. Профессор Калахан, в этот момент писавший на доске, повернулся и окинул притихших адептов строгим взглядом. Не найдя виновника, он снова возобновил объяснения:

- Итак, пятьсот лет назад был закреплен ритуал лишения магического дара, темнопоклонники культа…

- Могла бы быть и любезнее! - обиженно прошипел друг. - Хотя бы из уважения к Мари!

- А при чем тут Мари? - похолодела Амадин. Она с изумлением уставилась на друга.

- Адептка Гросс! - одернул ее профессор. - Думаете, если вы на особом счету у ректора, то вам все позволено?

Пришлось встать, демонстративно игнорируя взгляды однокурсников: насмешливые, завистливые… сочувствующих было совсем мало.

- Нет, профессор, - твердо ответила она. - Не думаю.

- А должны думать! - Калахан первый захихикал над собственной шуткой. - Хотя… полагаю, ваш покровитель какое-то время будет заботиться о вас и дальше…

За спиной раздались смешки. Амадин сжала кулаки.

- Мне передать ему ваши пожелания, профессор? - поинтересовалась она ледяным тоном, невольно копируя манеру общения герцога.

Смех за партами стих. Калахан нервно сглотнул и поправил вдруг ставший тугим галстук.

- Зачем же тревожить его светлость? - миролюбиво произнес профессор. - Думаю, мы сами можем решить возникшее недоразумение…

- Я тоже так думаю, - кивнула Амадин.

- Но я все-таки попрошу вас общаться с друзьями на перемене.

- Извините.

Не дожидаясь разрешения, Амадин села, а профессор опять вернулся к доске. Выждав минут пять, девушка снова обернулась к другу:

- Так что с Мари? Неужели Сайлус…

Настала очередь Пьера хмурится:

- А при чем тут Сайлус? А, ты про это…

- Да, Крамар перед занятием сказал. А ты про что?

- Я сделал Мари предложение.

- Что?! - сдавленно пискнула Амадин и снова заслужила сердитый взгляд профессора. Пришлось замолчать. С трудом дождавшись окончания лекции, Амадин повернулась к другу:

- Как? Когда?

- Ну… Академия была закрыта, мы гуляли, и вот… в общем, я подумал, что не хочу ждать…

- Ты молодец! - девушка порывисто обняла друга.

- Так, так, не успела отвернуться, а он… - раздался звонкий голос.

- Мари, - Амадин вскочила и кинулась к подруге. - Поздравляю! Я за вас очень рада!

- Я и сама не ожидала, - та ослепительно улыбнулась и нежно взглянула на Пьера.

наблюдая за чужим счастьем, Амадин почувствовала, как сердце странно кольнуло. Рейнард никогда… впрочем, их договор и не подразумевал никаких отношений, кроме договора. При воспоминании о договоре Амадин вздохнула. Мари обернулась к ней:

- Не переживай, Пьер сказал, что даст мне получить диплом. Правда, здорово?

- Да, - девушка кивнула. - Он у тебя молодец!

- Знаете что, а пойдемте праздновать? - предложил Пьер.

Девушки с энтузиазмом поддержали это предложение. Уйти с занятий оказалось сущей ерундой, и скоро они уже сидели за столом одной из рестораций. Конечно, не такой шикарной, как “Метрополь”, но вполне сносной, а главное, с хорошей кухней.

Амадин с улыбкой наблюдала за друзьями, то и дело ловя себя на мысли, что абсолютно не беспокоится за сегодняшний прогул. Наоборот, она была благодарна Пьеру, предложившему уйти с лекций.

Когда это она успела так измениться? В любом случае, над этим можно поразмышлять и позже.

Тряхнув головой, она присоединилась к всеобщему веселью.

Рейнард плохо спал эту ночь. Вопросов было слишком много, а ответов - слишком мало. Герцога не покидало ощущение, что он бродит кругами, то и дело упираясь в один и тот же тупик. Имея состав преступления, он не понимал, кому оно выгодно.

Ворочаясь на огромной кровати, и Рей сто раз пожалел, что не поехал на рю де Флери, чтобы забыться в объятиях Амадин. Поймав себя на этой мысли инквизитор ругнулся и встал. лучше он поработает, чем предаваться мечтам о темноволосой девушке, вскружившей ему голову.

Он замер, так и не завязав пояс халата. Вскружившей? Все-таки он попался. Клюнул на хрупкую фигурку, наивный взгляд и темные волосы. Опять?

Рей застонал. Какой же он болван! Мелькнула мысль избавиться от девушки, порвать договор и выставить ее из особняка, но герцог сдержался. Сначала надо было выяснить, что все-таки нужно от него и кому.

“Да и насладиться не помешает!” - прозвучал в голову внутренний голос. Герцог усмехнулся, прекрасно понимая, что все это - оправдание собственной слабости. Понимая, что он не уснет, Рейнард направился в кабинет.

Луна закатилась за крыши домов, а рассвет еще не забрезжил, но темнота не была помехой, герцог прекрасно ориентировался в доме, Слуги еще спали, и шаги инквизитора гулким эхом отдавались под высокими сводами.

Свечи Рейнард зажег только когда переступил порог кабинета, щелкнул пальцами и поморщился: пламя показалось слишком ярким. Он сел за стол и притянул к себе стопку бумаги, обмакнул перо в чернильницу и начал чертить очередную схему.

Именно за этим занятием и застал его камердинер, принесший хозяину завтрак.

- Ваша светлость, доброе утро!

- Что? - герцог оторвался от исчирканного стрелками листа, который рассматривал битый час, пытаясь сопоставить события. - Да, доброе…

Он потер воспаленные глаза и отложил бумаги.

- Плохая ночь? - Камердинер налил кофе в фарфоровую чашку.

- Плохой месяц, - отмахнулся герцог.

- Наслышан.

- Вот как?

- Увы, ваша светлость.

- И что же говорят? - герцог прищурился - слуга раздвинул шторы, и яркий солнечный свет хлынул в комнату.

- Вам хочется слушать сплетни?

- Разумеется.

Камердинер помялся, а потом взглянул в лицо своему господину.

- Говорят, что вы одержимы некой темноволосой дамой, живущей в вашем особняке настолько, что позабыли о своих обязанностях, ваша светлость.

- Неужели? - процедил Рейнард сквозь зубы.

- Простите, ваша светлость, но это всего лишь слухи.

- Которые активно муссируются?

- Верно.

- Как давно?

- Что? - не понял камердинер.

- Как давно бродят эти слухи?

Слуга задумался:

- Да почти сразу, как откопали то захоронение…

- Давно… ладно, ступай.

Поклонившись, камердинер вышел.

Медленно допив кофе, Рейнард вернулся в спальню, где верный слуга уже подготовил костюм. Чтобы привести себя в надлежащий вид понадобилось больше времени, чем обычно, зато, глядя на подтянутого и бодрого инквизитора никто не мог сказать, что он ужасно провел ночь. Разве что краснота в глазах выдавала, но ее можно было списать на то, что в последнее время герцог много сидел над документами.

На прощание кивнув своему отражению, Рейнард сбежал по лестнице и вышел на крыльцо, где его ждал экипаж.

Всю дорогу инквизитор обдумывал слова камердинера. Становилось понятно, зачем Амадин подослали к нему. Если, конечно, подослали. Впрочем, в случайности Великий инквизитор не верил.

Слишком погруженный в свои мысли, он не сразу понял, что карета остановилась и кучеру пришлось трижды окликнуть хозяина, прежде чем он опомнился и вышел.

В приемной его ждали. Лионель сидел у окна и, попивая кофе, наслаждался видом оживленной площади.

- Ну наконец- то! - со стуком поставив чашку мимо блюдца, друг вскочил. - Рей, в какой бездне ты пропадаешь?

- В разных, - герцог попытался улыбнуться,но получилось плохо. Мысль о том, что друг тоже мог подписать договор, не покидала его. Он бросил быстрый взгляд на Валентина, зарывшегося в бумаги. Судя по мученическому виду, секретаря одолевали такие же сомнения.

- Что в Блодетте? - инквизитор предпочел сменить тему.

- Существенно без изменений, - усмехнулся Лионель. - Пока что без.

- Разобрался?

- Разумеется. Бургомистр уйдет в отставку, часовню восстановят… что еще?

- Склады, - Рейнард зашел в кабинет и сделал знак следовать за ним.

- Да что склады? - Лайонель обреченно махнул рукой. - ты же понимаешь, что после взрыва…

- Ловушек больше не было?

- Нет.

- Из чего мы заключаем, что использовали только эту часть склада… - Рейнард поймал себя на том, что в последнее время много вздыхает. Ли пожал плечами:

- Знаешь, что я не могу понять? Зачем Рейвен позвал тебя. Он вполне мог справиться сам.

- Хотел выслужиться?

- Нет, тут что-то другое. В последнее время он ходил, как в воду опущенный. Я наводил справки?

- И что? - насторожился инквизитор.

- Рейвен играл. Проиграл очень крупную сумму, но быстро вернул долг.

- Сколько?

Услышав сумму, Рейнард присвистнул.

- Но это же… - потрясенный Валентин забыл о субординации.

- Два ваших годовых жалования, верно.

Рейнард задумался, пытаясь понять, как поступить.

- Ли, мне нужно, чтобы ты подписал договор, - наконец решился он.

- Договор? Рей, ты о чем?

- О договоре на крови. Я хочу, чтобы ты подписал его.

- Ты… ты с ума сошел? - Лайонель оскорбленно посмотрел на друга, столкнулся с его взглядом и пожал плечами. - Ладно. Какой текст?

- Коронационной присяги. Пойдет?

- Вполне. Но ты объяснишь, что это значит?

- После подписания. Валентин?

В экипаже Рейнард наконец позволил себе расслабиться. Пользуясь одиночеством он просто развалился на сидении, откинул голову и закрыл глаза. Знобило. Но закутаться в шерстяной плед, подобно старику или слабой женщине, было слишком большой слабостью. По всей видимости, он задремал, очнулся только когда карета остановилась.

Чувствуя себя словно с изрядного похмелья Рейнард с трудом встал с нагретого сиденья и выбрался на мостовую. Хлопнул дверцей кареты, и только потом сообразил, что Леон привез его на рю де Флери.

- Что-то не так, ваша светлость? - пробасил кучер, заметив, что хозяин не торопиться открыть калитку.

- Почему сюда?

- Так оно ж понятно: вы ежели к себе поедете, то всю ночь мысли о работе думать будете, о преступлениях там разных.

- А здесь не буду?

- Здесь вам думать не дадут, здесь от вас другое надобно…

- Точно, - Рейнард криво усмехнулся, подумав, что вопреки ожиданиям кучера его скорее заставят показать очередное заклинание, поскольку ни на что другое он просто не способен. - Ладно, езжай. Завтра заедешь.

- Как прикажете! - Леон щелкнул языком, и лошади неспешно зацокали копытами. Рейнард проводил экипаж взглядом, и повернулся к особняку. Света в окнах не было. Видимо, Амадин еще не вернулась.

Рейнард вдруг понял, что мысль о том, что она где-то веселиться без него неприятна, и спешно прогнал ее прочь. Еще не хватало ревновать любовницу. Не желая оставаться один, а вернее, признавать правоту Леона по поводу того, что он будет делать в одиночестве, инквизитор решил прогуляться. Ноги сами привели его на улицу Дебюсси, где располагались знаменитые ювелирные лавки.

Везде уже зажгли магическую подсветку, и теперь золото и драгоценные камни переливались в витринах. На молочном атласе и темном бархате призывно сверкали лучшие произведения столичных ювелиров.

Рейнард безразлично скользил глазами по витринам и не понимал, зачем его занесло сюда. Последний раз он посещал подобное место, когда выбирал подарки Сеси. И с тех пор зарекся. Дезире всегда четко знала что хочет, оставалось лишь оплатить счет. Для всех прочих любовниц хватало отправленного в один из салонов распоряжения доставить подарок на указанную сумму. Желательно бриллианты. иногда - сапфиры или изумруды, реже - рубины. Сбоев этот метод не давал.

Праздничный обед затянулся, и к дому Амадин подъезжала в темноте. Пьер с Мари высадили ее из коляски, и укатили дальше, веселые и немного хмельные. Не переставая улыбаться девушка впорхнула в особняк.Радость за друзей поднималась в ней, как пузырьки шампанского заказанного Пьером. Хотелось петь или танцевать, но она не умела ни того, ни другого. Раскинув руки. амадин просто покружила по комнате, налетела на стул, едва не уронила и охнула, больно ударившись бедром.

На звук выглянула Герда.

- Мадемуазель, наконец-то! я уж волноваться начала! Подавать ужин?

- Не стоит, я абсолютно не голодна! - все еще широко улыбаясь уверила девушка. - Ах, Герда! Пьер жениться на Мари! Это же прекрасно!

- У вас, господ, может и да, - рассудительно заметила служанка. - А у простых людей…

В памяти промелькнуло осунувшееся лицо матери, вечно занятой работой по дому, затем - испуганный взгляд Поллет, прислушивающейся к смеху гостей мужа. Радость поутихла.

- Пьер любит Мари и не позволит… - тихо прошептала она.

Герда только улыбнулась и вытерла руки о передник.

- Коли так, значит и беспокоится не о чем, - рассудительно сказала она. - Пойдемте, я вам помогу переодеться.

Амадин хотела отмахнуться и сказать, что это - лишнее, она и сама может раздется,но потом передумала.

- Да, конечно, - она легко вбежала в спальню.

Герда помогла снять платье, расплела косу и принялась расчесывать густые волосы девушки. Амадин прикрыла глаза. Эйфория прошла и теперь ее охватывала сонливость. Задремав, она не сразу заметила, что Герда остановилась.

- О, это блаженство… - Она повернулась и встретилась глазами с насмешливым взглядом. - Рей!

Девушка вскочила, намереваясь броситься ему на шею и пошатнулась.

- Осторожно! - инквизитор подхватил ее за талию, удерживая от падения. - Ты пьяна, птичка?

- Чуть-чуть, - смутилась она. - Я… Пьер сделал предложение…

- Кому? - Рейнард сам изумился тому, как жестко прозвучал его голос.

- Мари, конечно, - Амадин растерянно моргнула.

- А… - герцог натянуто улыбнулся. - Конечно. Маленькая назойливая девица, сдавшая вас, верно?

- Верно, - при напоминании о недавней эскападе девушка потупилась и поспешила перевести тему разговора. - Ты ужинал?

- Возможно, а может и нет… не помню… - он скинул сюртук на пуфик, галстук и жилет отправились следом.

- Тогда подожди, я сейчас, - Амадин направилась вниз. быстро составив на поднос еду, она отмахнулась от помощи Герды и поспешила вернуться в спальню.

Инквизитор уже спал. по-видимому, он прилег, намереваясь дождаться Амадин и моментально заснул прямо на покрывале.

Пришлось возвращаться на кухню. Позвав Грету, Амадин отдала поднос и снова поднялась на второй этаж, где замерла, гадая, куда идти.

С одной стороны, спальня герцога оставалась свободной, и можно было прилечь там, но с другой - Рейнард сам пришел к ней, хоть и без сил, к тому же он заснул в одежде. Последнее оказалось решающим.

Амадин решительно направилась в свою комнату.

С одеждой пришлось повозиться: инквизитор оказался очень тяжелым, к тому же он спал, как убитый, и Амадин стоило большого труда стянуть с него брюки. С рубашкой и вовсе не удалось, спящие инквизиторы исключительно тяжелы на подъем. Амадин отдышалась, сдула со лба налипшие пряди и поплелась за еще одним одеялом.

Стоило укрыть спящего, как он перевернулся на бок, трогательно заложив под щеку ладонь. Амадин уселась на край кровати и наконец позволила себя вволю насмотреться. Днем не решалась. Всё так он очень красивый. Во сне герцог л'Армори выглядел моложе и мягче. Она вдруг поняла, что инквизитор ровесник его величества, а значит ему не так и много лет. Пронзительные холодные глаза скрылись за по девичьи пушистыми ресницами. Расслабилась жесткая линия рта и хмурая складочка меж бровей.

Амадин не удержалась, обвела пальцами темные брови, легонько погладила скулу. И в следующее мгновение была поймана за руку и утянута в надежные объятия.

- Спи, - выдох шепот в затылок рассыпался мурашками по шее. В следующее мгновение инквизитор снова спал.

Она повозилась, устраивая голову на твердом плече и затихла. Сон не шел. Лунный луч проник в щель между портьерами и теперь Амадин задумчиво смотрела на него.

Когда-то, словно в прошлой уже жизни, изнуренная работой по дому она месчтала о том, как хорошо быть богатым аристократом. Никаких тебе дел, получай свои доходы и в ус не дуй. И чем ты богаче, тем сытнее жизнь. Что ж, вот рядом с ней один из самых влиятельных людей страны, который выкладывается на работе так, что крестьянину и не снилось.

Девушка завозилась, устраиваясь поудобнее. Герцог поморщился и только сильнее прижал ее к себе, лишая возможности шелохнуться. Интересно, а со своей женой он будет вести себя так же? Подумалось, что вряд ли. Да и с таким распорядком едва ли жена герцога л’Армори будет страдать от чрезмерного внимания, как Полетт.

Хотя Амадин вовсе не страдала.Это откровение заставило ее нахмурится. Наверное, в ней что-то было не так? Ей определенно нравилось происходящее между любовниками в постели и не только в ней. С Рейнардом было интересно, не важно, занимались ли они любовью, завтракали или же Амадин обучалась магии.

Возможно, дело было в ее происхождении, так далеком от аристократического, или же в том, что она не была замужем за Рейнардом и воспринимала все не как повинность, а как приключение?

Хорошенько поразмыслив, Амадин пришла к выводу, что многое зависит и от самого мужчины. Она повернула голову и снова всмотрелась в лицо герцога. Наверное, Рейнард будет хорошим мужем.

Но не ей.

С этой мыслью девушка и уснула, завернутая в теплые объятия.

Ее разбудил поцелуй. Легкое прикосновение губ, напоминавшее касание крыльев бабочки.

- М-м-м? - пробормотала девушка, не открывая глаз.

- Спи, спи, - знакомый насмешливый голос ворвался в сладкие грезы.

Вопреки приказу она приоткрыла глаза:

- Рей?

- Ты ожидала увидеть рядом кого-то другого? - инквизитор навис над ней.

- Не думала, что ты проснешься так рано… - она томно потянулась. При виде того, как она выгибается, глаза герцога хищно вспыхнули.

- Мне кажется, вчера я не уделил вам должного внимания, мадемуазель Гросс, - прошептал он, задумчиво скользя пальцем по краю кружевного выреза сорочки.

- Это значит, что ты хочешь научить меня еще одному плетению? - оживилась она.

- Что? - Рейнард ошеломленно моргнул, а потом негромко рассмеялся. - А ты корыстна, моя птичка! Кстати, о корысти…

Встал и огляделся. Заметив сюртук, герцог подошел и порылся в карманах, затем извлек на свет небольшую коробочку:

- Подойди.

Заинтригованная, девушка встала и, ежась от утренней прохлады направилась к нему.

- Встань к зеркалу, вот так, - он повернул ее лицом к туалетному столику, а сам открыл коробочку и осторожно надел подвеску на шею.

Чувствуя прикосновения пальцев на коже, Амадин замерла, внимательно рассматривая отражение в зеркале. Перед ней была назнакомка. Тонкий шелк персиковой сорочки мягко подчеркивал изгибы тела, темные волосы, откинутые инквизитором, струились по плечу, подчеркивая молочную белизну кожи, в полутьме комнаты казалось, что черты лица стали еще тоньше, а глаза - больше. Мужчина за спиной казался огромной тенью. Или кукловодом. В голову почему-то пришло именно это сравнение.

- Нравится? - хрипло спросил он.

Амадин не сразу поняла, что речь идет об украшении.

- Д-да… - она наконец посмотрела на попугая, сидящего на ветке.

- Лгунья.

- Неправда! - запротестовала девушка. - Просто… я… - она опустила голову, внимательно рассматривая подвеску. - Она необычная.

- Да, сапфиры привезут позже, - уведомил Рейнард, отходя обратно к кровати. Амадин недоуменно моргнула. Неужели ей удалось задеть его? Как иначе объяснить ту нарочитую небрежность, с которой он говорил.

- Я… мне не нужны сапфиры, - выдохнула девушка.

- Поменять на бриллианты?

- Нет. Не надо. Вообще ничего не надо… - вопреки желанию голос дрогнул.

- Глупо. Любовнице необходимо принимать подарки.

Амадин повела плечом. Настроение испортилось окончательно.

- В таком случае подвески мне вполне достаточно. Как и векселя, который ты выдал на оплату учебы.

- Учеба скоро закончится, как и наш контракт, - безжалостно напомнил он. - А потом?

- Не знаю, - растерянно прошептала она.

От безжалостных, но таких правдивых слов в носу противно защипало. Амадин отвернулась к зеркалу и прикусила губу, сдерживая всхлип.

Рейнард все равно услышал и скрипнул зубами. Только женских слез ему не хватало! Не желая продолжать ставшей тягостной сцену, он скрылся в ванной комнате.

Амадин еще долго сидела перед зеркалом, прислушиваясь к шуму воды. Наконец, он прекратился, затем хлопнула дверь. Значит, герцог прошел в свою спальню. Девушка тяжело встала, вызвала Герду и тоже отправилась приводить себя в порядок.

Когда Амадин спустилась в гостиную, герцога уже не было. Лотта спокойно проинформировала, что его светлость ушел, едва притронувшись к завтраку.

Значит, не желал разговаривать с ней. Настроение и без того невеселое, стало еще хуже. Неужели она успела надоесть Рейнарду?

Возможно. Привыкший к опытным женщинам, герцог вполне мог пресытится наивной девушкой. Вполне вероятно, что он быстро найдет ей замену или же утешится в объятиях Дезире.

- …оставил письмо, - продолжала Лотта, протягивая конверт. - говорит, что вам.

- Да, спасибо, - Амадин бросила беглый взгляд на желоватый прямоугольник. При виде знакомого почерка, глаза изумленно распахнулись. - Это же… от отца Бенедикта!

Она торопливо разорвала конверт и вчиталась в аккуратные строки.

В своей неспешной манере священник извещал, что у его друга, давно уехавшего в Кнайтхофф, небольшое прогрессивное герцогство, есть вакансия для мага, и отец Бенедикт взял на себя смелость порекомендовать свою воспитанницу. Совсем недавно он получил ответ: друг в восторге от успехов юной адептки и с радостью примет ее на работу в свою исследовательскую лабораторию. Далее следовали координаты для магического вестника.

Амадин задумчиво повертела письмо в руках. Кнайтхофф. Странно, что этот друг вспомнил о старом священнике именно сейчас. В памяти всплыло предыдущее письмо отца Бенедикта и то, как он настоятельно советовал Амадин сосредоточится на учебе, а не тратить время на плотские утехи. Тогда совет старика только позабавил. Но теперь, после сказанного Рейнардом в спальне, Амадин задумалась. Что с ней будет, когда контракт закончится? Герцог л’Армори - привлекательный мужчина, любая куртизанка сочтет за честь стать его любовницей и получить в подарок сапфиры. Амадин задумчиво покрутила подвеску, которую так и не сняла, а потом решительно спрятала ее под воротник платья.

Послание будоражило, хотелось действовать сразу, поэтому Амадин решила пропустить первую лекцию, а вместо этого отправить послание загадочному другу крестного. В конце концов, по истории магии предполагался только зачет.

Желая произвести благоприятное впечатление, она полчаса возилась с вестником, сверяясь с координатами, указанными в письме. Еще столько же мучительно подбирала слова, исчеркав несколько листов. И только с третьей попытки рискнула отправить свое послание. Аккуратно сложенное письмо поднялось в воздух и растворилось в магической вспышке.

- Вы не опоздаете, мадемуазель? - Лотта выглянула из кухни.

- Ну… я решила пропустить.

- Оно и правильно, - кухарка тотчас поставила перед ней блюдце с пышными подрумянеными булочками. - Вот, может еще кофе?

девушка задумалась, а потом кивнула.

Она полагала, что незнакомому магу потребуется день, чтобы прочитать ее послание, но к ее удивлению, ответ не заставил себя ждать. Амадин как раз допивала кофе, когда небольшой вестник приземлился на край стола и нежно курлыкнул, привлекая к себе внимание. Она облегченно выдохнула, улыбнулась и взяла письмо. Магистр Кьяри извещал, что рад заочному знакомству, что впечатлен силой дара мисс Гросс и надеется поработать с ней вместе. Единственное, в связи с отсутствием диплома, ей необходимо предоставить выписки об академической успеваемости - чистая формальность, поскольку магистр наслышан о усердии юной магички.

Понимая, что последние ее успехи связаны отнюдь не с учебой, Амадин горько усмехнулась. Спрятав письмо в карман платья, она позвала Герду и попросила принести плащ. Снаружи вроде бы распогодилось, но холодный ветер пробирал до костей.

Пришлось в очередной раз тратиться на извозчика. С другой стороны, это позволяло сэкономить время и успеть в ректорат до лекции Шурола.

В Академии после визита инквизиции и смерти магистра Сайлуса царила натянутая беззаботность. Все старательно делали вид, что ничего особенного не произошло, но напряжение почти осязаемо висело в воздухе. Особенно явственно оно ощущалось в административном корпусе. Преподаватели, некогда вальяжно шествовавшие по коридорам, сейчас старательно избегали пристальных взглядов, сухо кивали друг другу и торопились скрыться в аудиториях.

В ректорском крыле было подозрительно пусто. Амадин нервно потерла ледяные ладони и постучала.

- Войдите! - это прозвучало очень резко.

Девушка повиновалась.

- Добрый день.

Секретарь, невысокая женщина с сединой в темных волосах, смерила ее строгим взглядом, сразу же смягчившимся, как только женщина поняла, кто вошел в приемную.

- Мадемуазель Гросс, - слащаво произнесла она. - У вас что-то срочное?

- Да… то есть нет, то есть… - девушка подошла ближе. - Мне предложили работу, и я бы хотела попросить выписку об академической успеваемости.

- Конечно, конечно, одну минуту, - залебезила секретарь, игнорируя удивленные взгляды адептки. - Кажется, мы делали запасные копии, когда получали запрос инквизиции.

- Инквизиция присылала вам запрос? - изумилась Амадин.

- Да, вы же понимаете - расследование… - женщина сухо улыбнулась, перебирая бумаги в папке. - А, вот она! Подождите, я заверю ее у ректора.

- Спасибо, - пробормотала опешившая от такой любезности девушка.Секретарь скрылась за дверью, но тут же выглянула в приемную. - Мадемуазель Гросс, прошу, зайдите!Немного нервничая, девушка переступила порог. Ректор сидел за огромным столом, но при виде девушки, он приподнялся, как это было принято в аристократических кругах.

- Мадемуазель Гросс, присаживайтесь.

- С-спасибо, - она опустилась на указанный стул.

- Мне сказали, вам нужна ведомость, - старик скривил зубы в подобие улыбки. Получилось жутковато.

- Да, я… мне предложили работу, - она смущенно замолчала, не зная, что еще сказать. Ректор кивнул:

- Как я понимаю, вашим будущим работодателям необходимо убедиться в ваших успехах?

- Да, - Амадин чувствовала себя не в своей тарелке.

- очень приятно, что наши выпускники легко находят работу, - улыбаясь старик поставил на бумаге размашистую подпись и протянул девушке. - Вот. В принципе, если желаете, можете сдать выпускные экзамены досрочно.

- И что для этого надо? - Амадин недовречиво смотрела на ректора, гадая, не шутка ли его предложение.

- Просто написать заявление. Мы назначим комиссию и вы легко сдадите все на отлично.

- Подождите, - девушка нахмурилась. - А как же дипломная работа.

- Мадемуазель Гросс, вы за это время написали столько работ, что мы легко закроем глаза на подобную формальность, - замахал руками ректор. От резкого движения папка, лежащая перед ним упала к ногам Амадин, бумаги рассыпались.

Девушка наклонилась, чтобы поднять их и застыла, сжимая в руках собственный диплом. - Но… как…

- Такое возможно? - ректор хмыкнул. - Мадемуазель Гросс, давайте не будем лукавить. Я не знаю, каким образом вы обрели покровительство герцога л’Армори, но…

- Хотите сказать, это Рей… - голос оборвался на высокой ноте, Амадин вздохнула и продолжила уже более спокойно. - Это герцог приказал вам?

- Скажем так, он обеспокоился несправедливостью по отношению к вам и мы с радостью пошли ему навстречу… Вы же замолвите за меня словечко перед его светлостью? - старик молитвенно сложил руки на груди.

Амадин с минуту смотрела на него, борясь с брезгливостью, а потом повернулась и вышла.

- Во всяком случае, я не готова это делать после того, как получу… - она запнулась, повторяя давно заученную фразу, и с отвращением взглянула на бумаги, которые сжимала в руке.

Дезире вздохнула, улыбка на секунду сползла с ее лица, а морщины стали четче.

- Мы всю жизнь продаем себя, - отчеканила она. - Так или иначе.

- Но из-за этого, - девушка так резко взмахнула дипломом, что тот едва не улетел в реку. - Мне будут предлагать постель,а не научную работу.

Она с удивлением заметила, что они приехали на рю де Флери.

- Ха! Те кто будут предлагать вам постель, сделали бы это независимо от всех бумаг. А тот кого интересует ваш талант едва ли будет прислушиваться к досужим сплетням, - Дезире приказала кучеру остановиться, развернулась к Амадин и окинула ее оценивающим взглядом и припечатала, - Но как любовница вы заработали бы гораздо больше. Подумайте об этом.

Девушка упрямо сжала губы и вышла.

После неудачного начала дня Рейнард выскочил из дома, как ошпаренный. Впервые за много лет он лично выбрал подарок, и в ответ получил только задумчивый взгляд и молчание. Возможно, подвеска показалась Амадин слишком дешевой. Впрочем, и упоминание о сапфирах не вызвало у нее должного восторга.Что ж, урок на будущее: никогда не изменять своим принципам. Да что вообще на него нашло, что он опять повел себя, как сопливый мальчишка?

Злость клокотала, требуя выхода, и отослав кучеру вестника, инквизитор направился на службу пешком. Благо, на улицах было не слишком людно, а немногочисленные знакомые, заметив яростный взгляд и сурово сжатые губы герцога сами переходили на другую сторону улицы. Он почти дошел до здания инквизиции, когда его доглан Лионель.

- Рей, погоди!

- Да? - герцог обернулся и холодно посмотрел на друга.

- Говорят, ты вчера скупил ювелирный магазин? - небрежно поинтересовался тот, совершенно не смутившись от грозного тона.- Меньшую его часть, что-то еще?

- Да, - Лаонель кивнул охранникам на входе в здание и понизил голос. - Тел оказалось больше, чем метрик на пропавших детей.

- Значит, был не один приют, - пожал плечами Рейнард. Настроение, и без того плохое, при упоминании о погибших, окончательно испортилось. - Допроси директора приюта.

- А чем я занимался, пока ты обогащал ювелиров? - усмехнулся заместитель.

- Понятия не имею, но надеюсь, что прямыми обязанностями.

- Директор утверждает, что ничего не знал.

- Магическое воздействие применяли?

- Я оставил эту прерогативу тебе.

Рейнард поморщился.

- Хорошо. Где он?

- В камере.

- Скажи, чтобы доставили к обеду.

- Хочешь, чтобы он помариновался подольше?

- Вроде того, - герцог не желал признавать, что слишком зол, а эмоции в таком деле всегда вредят и больше всего тому, кто применяет магическое воздействие.

- Ладно, - они как раз поднялись на крыльцо. лионель махнул дежурным, Рейнард ограничился коротким кивком.

- Кстати, вот еще что, помнишь женщину, которая требовала, чтобы занялись поисками ее ребенка?

- Угу, - он с трудом сообразил о чем речь, слишком уж давно это было.

- Мы нашли его!

- Кого?

- Ребенка. Представляешь, отец женщины обнаружив магический дар у малыша, продал его в Сен-Бернадетт.

- Вот как?

- Угу. заплатили целый золотой, - Лайонель скривился.

- Интересно, откуда такие деньги?

- По ведомостям они не проходят.

- Разумеется. Еще один повод поговорить с директором приюта.

- Как пожелаешь, - граф Аткинсон остановился у дверей своего кабинета. - Я тебе сейчас нужен?

- Нет, - Рейнард мотнул головой и направился к себе. Валентин, традиционно вскочивший при виде начальника удостоился кивка, после чего герцог распорядился принести корреспонденцию и скрылся в своем кабинете.

Слова заместителя не шли из головы.

- …монсеньор? - донеслось до него.

Инквизитор поднял взгляд. Валентин стоял и выжидающе смотрел на него.

- Что?

- Какие будут указания, монсеньор?

- Принеси не карту Сен-Кантена и окрестностей.

Если секретарь и ожидал другого ответа, то и бровью не повел. Подхватив папку с бумагами, он вышел, чтобы почти сразу вернуться, неся указанную карту.

- Прошу.

- Спасибо. - Рейнард всмотрелся в пергамент.

Рисунок напоминал паутину: очертания улиц, веером расходивиеся по обе стороны от реки, их пересекало несколько прямых линий - проспектов, связывающих воедино старую и новую части Сен-Кантена.

- Валентин, вы знаете расположение сиротских приютов? - вдруг спросил инквизитор.

- Примерно.

- Покажите.

- Здесь, здесь и вот здесь, - секретарь ткнул в карту там, где проходила граница бедных кварталов.

Рейнард кивнул:

- Два из них находятся рядом со старыми храмами, и один, Сен Августин построен на развалинах аббатства, - он ткнул пальцем в карту и прочертил прямую линию по проспекту, как раз выходящему на южный тракт. - А захоронение мы нашли здесь, - палец переместился чуть южнее.- Вот как они везли тела. У всех под носом!

- Вы уверены, монсеньор? - забеспокоился Валентин.

- Более чем. Интересно, что, помимо ритуального круга их объединяет?

- То, что это - приюты, монсеньор? - подал голос Валентин.

- Возможно…

- И что все приюты в Сен-Кантене находятся под патронажем ее величества…

Рейнард оторвал взгляд от карты:

- Что ты сказал?

- Я… - Валентин дернул вдруг ставший тесным воротник. - Это же не секрет, что ее величество опекает несчастных сирот…

- Конечно. И ведь именно так заведено в Альмандии, верно?

- Да, монсеньор, - секретарь моргнул, не понимая, куда клонит начальник.

- И в Альмандии почти нет магов. именно поэтому они разрабатывают различные механизмы, предпочитая покупать у нас магические стержни…

- Н-наверное… никогда не задумывался над этим, монсеньор.

- Так подумайте! - рявкнул Рейнард. Правда, сразу же устыдился своего порыва. - Простите, Валентин, мне не стоило…

Секретарь ошарашенно кивнул:

- Да, конечно… В смысле, вам не надо извиняться…

- С такой снисходительностью недолго стать тираном и самодуром, - наставительно произнес инквизитор и, заметив тень, мелькнувшую на лице секретаря, уточнил: - Или все уже считают меня таким?

- Я не слушаю сплетни! - возмутился тот.

- Значит, считают,- Рейнард откинулся на спинку кресла. - Что ж, не будем их разочаровывать. Валентин, я хочу, чтобы вы сегодня выступали секретарем при допросе свидетеля.

- Допрос обычный? - напрягся тот.

- Магический.

Валентин слегка побледнел и нерешительно взглянул на начальника.

- Вы вполне можете отказаться, но это поставит крест на вашей карьере, - продолжил Рейнард.

- Я согласен.

- Прекрасно. Скажите графу Аткинсону, чтобы арестованного привезли к часу. И мой вам совет: не обедайте до допроса.

- А после?

- После вы вряд ли захотите, - инквизитор откинулся на спинку стула, наблядая за реакциями секретаря.

К чести Валентина, он не дрогнул, только стал немного бледнее обычного.

- Как прикажете, монсеньор!

- Хорошо. Ступайте!

Секретарь вышел, а Рейнард проводил его невидящим взглядом и снова задумался. Как бы не хотелось, но с обвинениями королеве придется повременить - прямых доказательств у него не было. Сыпать обвинениями сейчас означало только насторожить противника. Инквизитор встал и задумчиво прошелся по кабинету. Уличить королеву было невозможно. Пока невозможно.

Герцог зло усмехнулся. Пожалуй, стоит очень подробно поговорить с директором приюта. Возможно, это даст несколько зацепок. Рейнард бросил взгляд на часы. Наверное, он еще успеет поесть. В отличие от секретаря инквизитор не раз проводил допросы и прекрасно знал, что его ждет упадок сил.

Он открыл дверь и столкнулся с Тристаном, топчущимся в приемной.

- Монсеньор просил… - при виде начальника секретарь осекся.

- Договаривайте, Валентин! - приободрил его инквизитор.

- Просил не беспокоить, - послушно повторил тот.

Тристан перевел озадаченный взгляд с секретаря на герцога.

- Зачем ты тогда вышел, Рей?

- Услышал твой голос и не мог удержаться, чтобы не поприветствовать, - с иронией отозвался он.

Тристан расплылся в широкой улыбке:

- Прекрасно! Мое предложение пообедать все еще в силе.

- Боюсь, что не сегодня, много дел.

- Да, я слышал, что вы закончили с Академией и разгромили Сен Бернадетт. чем вам не угодил приют?

- Скажем так, там было слишком много злоупотреблений, - отмахнулся инквизитор. - Ты за этим пришел?

- Ну что ты! Я все еще рассчитываю пригласить тебя на обед!

- Боюсь, что вынужден тебя разочаровать, слишком много дел.

- Да, в Сен-Кантене же не один приют! - Тристан заливисто рассмеялся собственной шутке.

- Именно, - подтвердил Рейнард сузив глаза.

- И какой следующий?

- Святой Агаты.

Улыбка Тристана стала еще шире, плечи расслабились.

- Рей, тебя проклянут все, кто еще не проклял! - воскликнул он.

- Рад, что тебя это беспокоит.

- Почему?

- Это показывает, что ты - настоящий друг! А тепреь, прости, меня ждут дела.

Инквизитор снова скрылся за дверью своего кабинета. Валентин дождался, пока разочарованный встречей Тристан покинет приемную, и только потом шумно выдохнул.

- Вы ничего не желаете мне рассказать?

Вопрос заставил подпрыгнуть на месте. Валентин обернулся. Герцог снова стоял в дверях.

- Как я понимаю, вы все-таки пригласили Полетт л'Эрме в ресторан? - он смерил секретаря насмешливым взглядом.

- Да! - Валентин с вызовом взглянул на инквизитора. К его удивлению, насмешек не последовало. Герцог только кивнул и по-деловому продолжил:

- В таком случае, будьте осторожны. За ужином при свечах обычно следует кофе в постель, а Тристан не так уж и прост.

- Предполагаете, что он вызовет меня на дуэль?

- Опасаюсь, что он попытается заставить вас служить его целям.

- А какие у него цели,монсеньор?

- Пока не знаю,но если вы не заметили,то в последнее время он ходит сюда, как на службу. А ведь Тристан всегда был бездельником.

- Он играет.

- Что? - Рейнард осекся. - Что вы сказали?

- Полетт, - Валентин смутился при упоминании имени возлюбленной. - Она недавно жаловалась, что ее муж проиграл крупную сумму. Правда, потом вроде отыгрался…

- Или заключил договор, - протянул герцог. - Можете выяснить,в каком клубе это было?

- Но монсеньор…

- Да будет вам,Валентин, - отмахнулся герцог. - Несомненно вы договорились с мадам л'Эрме о повторном свидании. Скорее всего, на завтра или послезавтра. Заведите разговор и словно невзначай спросите…

- Я бы не хотел…

Рейнард смерил секретаря тяжелым взглядом.

- Хотите, чтобы я приказал?

- Простите, - Валентин опустил голову.

- Всегда отделяйте чувства от разума. И не позволяйте первому главенствовать над вторым!

Герцог ожидал споров или возражений, но секретарь только кивнул:

- Да, монсеньор.

Почему-то скрежетнув зубами от такой покорности, Рейнард снова скрылся в своем кабинете. О том, что он собирался пообедать, герцог вспомнил, только когда доложили, что арестованного привезли для допроса.

Медленно разминая кисти рук, герцог направился на первый этаж в допросную. Валентин уныло последовал за начальником. Судя по лицу, секретарь предпочел бы остаться в приемной, но этого герцог позволить ему не мог. Юноша не раз говорил, что хотел бы заняться настоящими делами, вот пусть видит, что расследования лишены романтики, а допросы - грязная, отвратительная работа, которую необходимо делать, чтобы сохранить жизни другим.

Кивнув охранникам, замершим у неприметной двери, инквизитор приложил ладонь к косяку.. Охранные руны вспыхнули, беспрепятственно пропуская его в небольшую комнату, тщательно оплетенную магическими заклинаниями, которые подавляли все звуки.

Директор приюта был там. Полный, лысоватый мужчина в мятом твидовом костюме сидел на стуле, испуганно оглядываясь по сторонам. Некогда белая рубашка была испачкана, а галстук, по всей видимости, директор снял. Что ж, полдела сделано. Рей прекрасно знал, если допрашиваемый начинал развязывать галстук, значит, он был напуган, и расколоть его - дело времени.

- Добрый день, - инквизитор присел на второй стул и сделал знак Валентину сесть за стол в углу комнаты. - Итак, господин Кляйн…

- Ч-что, з-зачем вы привели меня сюда? - голос старика подрагивал.

- Я? Если вы не заметили, то я зашел после вас, - инквизитор хищно улыбнулся. Директор сглотнул:

- Вы понимаете о чем я!

- Нет.

- Вы ворвались в мой приют, перевернули все вверх дном, разбили хрустальную вазу и надели на меня наручники. и все это на глазах у детей!

- Вы переживаете за них? - герцог чуть наклонил голову вбок.

Вопрос инквизитора застал господина Клаяйна врасплох, и вторая заготовленная тирада пропала втуне.

- За кого? - только и смог промямлить он.

- За детей.

- А, да, конечно… бедные сироты!!! - это прозвучало фальшиво.

- Особенно Вейка, - в памяти всплыло имя, услышанное от воришек Блодетта.

- В-вейка?

Судя по тому, как арестованный побледнел, удар достиг цели.

- Да, Вейка… Что вы с ней сделали?

- Это… это не я, поверьте! - теперь уже и рубашка вдруг стала тесной. Директор приюта рванул воротник, пуговицы с дробным стуком посыпались на пол.- А кто? - Рейнард не сводил с него хищного взгляда.

- Я… я не знаю…

- Где она?

- Она оказалась одаренной девочкой. И уехала в другое место, продолжить обучение, вместе с другими.

- Судя по всему, вы собирались присоединиться к ним? - ироничино поинтересовался инквизитор. - Иначе как объяснить, что вас взяли на выезде из города с крупной суммой?

- Я,.. я собирался на воды… знаете, нервишки шалят…- директор наигранно улыбнулся.

- Неужели? Понимаю. Возможно из-за этого…- инквизитор эффектно щелкнул пальцами, вызывая видения. на самом деле он давно заготовил нужное плетение, и теперь активировал его.

Воздух заколыхался и сгустился, рождая образы: бледные дети, тянущие руки, словно прося о помощи. В углу сдавленно охнул Валентин.

Повинуясь жесту, видения двинулись вперед. Шаг еще… тонкие голоса:

- За что?

- Почему?

- Господин директор, Вейка…

В воздухе запахло нечистотами.

- Не надо, прошу! - дирекктор приюта закрыл уши руками и повернулся к инквизитору. Лицо было залито слезами.- Ваша светлость, прошу… Не надо, я не виноват…

- А кто?

- Я… я не знаю…

Еще один щелчок пальцами. силуэты детей раздвоились.

“Вейка, Вейка… - зашелестело вокруг. - Он убил ее… убил…”

- Нет! Это не я!!! Слышите не я!!!

- Тогда кто? - Инквизитор скрестил руки на груди, с отвращением глядя на всхлипывающего мужчину. Обрюзгший, в дорогом костюме и без галстука со слезами, струящимися по щекам он выглядел жалким.

- Сайлус! Магистр Сайлус!

- Вот как?

- Да. Это он… он пришел ко мне и предложил… Он придумал идею рпазвития дара у детей, и ее надо было опробовать…

- И вы согласились?

- Приюту нужны были деньги, а магистр располагал средствами…

- Неужели? И вы ни разу не поинтересовались, откуда он их брал?

- Конечно нет! - Кляйн, казалось, раздулся от негодования. - Зачем мне знать то, что не следует!

- Например, чтобы рассказать мне… Поверьте, это поможет…

- Но я не знаю. Он просто приносил деньги. Значительные суммы.

- Как часто?

- Раз в три-четыре месяца, - завуалированное обещание смягчить обвинение вкупе с видениями подействовало, и господин Кляйн охотно рассказывал все, что знал.

- Сколько?

- Всегда по-разному. но не меньше ста золотых.

- Это немного.

- Для вас - да. Но за один золотой можно накормить весь приют, за два - купить одаренного ребенка…

- Вы покупали детей?

- Постоянно, - директор вошел во вкус и с удовольствием делился с инквизитором. - Вы не представляете, сколько в Сен-Кантене тех, кто желают избавиться от незаконных детей: горничные, кухарки, да и сами оплошавшие папаши, желающие спрятать результат измены.

- Вы знаете их имена?

- Нет. Они всегда отдавали детей через посредников.

Рейнард чувствовал, что все больше увязает в этом болоте. Все, что происходило было отвратительно, и самое отвратительное, что это происходило перед его носом.

- И что происходило дальше?

- Мы… Сайлус хотел попытаться развить магический дар детей.

- Каким образом?

- Всегда по-разному. Мы хотели разработать систему…

В углу хрустнуло перо. Рейнард бросил грозный взгляд на источник звука. Валентин смущенно пробормотал извинения и быстро достал новое.

- Мы действовали во во благо науки, - продолжал директор приюта.

- Неужели? - процедил инквизитор. - Вы знаете какой процент смертности при раскачке дара в раннем возрасте?

- Между прочим никто не знает точно, а мы собирали статистику и можем сказать…

- Статистику? - Рей чувствовал как гнев почти вырывается из-под контроля. - Это дети!!!

Директор пожал плечами:

- И что с того? Что их ждало в жизни? Отбросы общества, от которых отказались собственные родители. Будущие шлюхи и преступники. Слабосилки, едва способные зажечь свечу. Рано или поздно они все равно бы попались и были бы лишены дара. А мы делали из них магов, достойных академии.

- Вы их убивали.

- Это допустимые потери, чтобы в будущем страна получила будущих сильных магов, - с жаром возразил директор.

- Допустимые потери?

Глаза заволокло кровавым туманом.

- Монсеньор, монсеньор… - донеслось сквозь алую пелену. рейнард опомнился и обнаружил себя сжимающим горло директора приюта. Тот хрипел, глаза закатились и он вот-вот готов был потерять сознание. Инквизитор разжал руки, арестованный рухнул на пол. На дряблой шее проступали алые пятна.

- Допустимые потери, - повторил Рейнард, доставая платок и вытирая пальцы, словно они были испачканы чем-то.

- Вы не понимаете, - продолжил директор тяжело дыша. - Все это - малая плата за то, что могло произойти.

- Но не произошло.

- Не скажите, - запротестовал директор.. - Смертность на начальном этапе обучения стала меньше, дар развивался. Да, потом приходилось лишать детей этого дара…

- Вы лишали их жизни.

- Это все - на благо науки!

Герцог л’Армори не сводил с него тяжелого взгляда. Фанатик, истинно верующий в то, что творит - что может быть страшнее?

Молчание затягивалось. Директор приюта, хоть и дышал тяжело, но выглядел гораздо бодрее. Он был уверен, что мотивы полностью его оправдывают.

- Так что если вы хотите, ваша светлость, эти исследования можно продолжить.

Инквизитор дернулся, как от удара. перед глазами снова всплыло захоронение, детские тела, тускло освещаемые светом луны и факелами жандармов.

- А магистр Сайлус? - поинтересовался он внезапно охрипшим голосом. Прокашлялся и продолжил.

- Он мертв, да вы и сами знаете. Кстати, вы же наверняка смотрели его бумаги. Там должны быть его методики и описания… - оживился господин Кляйн. - Подумайте, ваша светлость, что можно сделать, имея ваши полномочия…

- Замолчите, - рявкнул Рейнард, не выдержав. - Андреас Кляйн. Вы обвиняетесь в заговоре против короны, массовом убийстве детей и убийстве магистра Сайлуса. Вам грозит повешение, так что хорошо подумайте, что сказать, чтобы смягчить приговор.

- Я не убивал! - возмутился директор.

- Вы только что признались, что способствовали этому. и даже призывали меня способствовать вам…

- Я предлагал вам научный эксперимент! Я не убийца!

- Нет. Вы гораздо хуже. Валентин, вы закончили?

- Да, монсеньор, - судя по голосу, секретарь тоже находился под впечатлением от услышанного.

- Пойдемте.

- Ваша светлость, подождите! - директор приюта кинулся наперерез инквизитору. - Вы не можете отрицать пользу…

Герцог отшвырнул его с такой силой, что тот ударился о стену, и не говоря ни слова, вышел.

Заместители ждали в приемной. Оба. Негромко переговариваясь, они сразу же замолчали при виде входящих.

- Ну что? - Лайонель вскочил и на правах друга устремился к Рейнарду. Дю Барри только выжидающе посмотрел на начальника.

Тот покачал головой:

- Тупик.

- Темная бездна! - ругнулся граф Аткинсон.

- Ты даже понятия не имеешь, какая! - Рейнард забрал у секретаря протокол допроса и протянул заместителям. - Ознакомьтесь.

Он направился в кабинет. Дверь закрывать не стал, зная, что и Ли, и дб Барри проследуют за ним, как только прочитают протокол. Благо, читать было недолго.

- Что ты собираешься делать? - поинтересовался граф Аткинсон, возникая в дверях.

Рейнард дождался, пока дю Барри войдет, и пожал плечами:

- Не знаю. Сайлус мертв и ниточка оборвалась…

- Кстати, о Сайлусе, - спохватился дю Барри. - В приюте рядом с кругом мы нашли магические стержни.три из них по оттиску ауры подходят магистру.

- То есть его каким-то образом заманили туда и попытались запечатать дар?

- Это - наиболее вероятная версия. Судя по тому,что один из стержней заполнен наполовину, магистр вырвался.

- Странно, что он поспешил домой, вместо того, чтобы бежать из города, - заметил Лайонель.

- Ничего странного, - отозвался инквизитор. - Наверняка, хотел взять документы и деньги. Но убийца настиг его… это, кстати объясняет и магическую слабость магистра…

- Вполне, - кивнул Лайонель. - Но кто убийца?

- Полагаю, де Морталь, - Рейнард отвернулся к окну. Ночь уже вступила в свои права. На улицах вспыхнули фонари, неподалеку в театр выстроилась очередь на вход, а сквер, в котором днем прогуливались дамы и их кавалеры, опустел.

- Плохо,- вздохнул дю Барри. - У Морталей дипломатическая неприкосновенность.

- Да, если они не прибыли с частным визитом.

- Сигизмунд де Морталь живет в посольстве.

- Он в Сен-Кантене?

- Прибыл три недели тому назад. Разумеется, за ним следят, - дю Барри положил на стол папку. - Никаких подозрительных действий.

- Разумеется, - эхом отозвался Рейнард. - Он далеко не дурак. И прекрасно осведомлен о наблюдении.

- Нам продолжать?

- Конечно. Если мы отзовем людей, это насторожит де Мортеля больше.

- Хорошо. Еще указания будут?

Рейнард окинул заместителя задумчивым взглядом, решая можно ли ему доверять полностью.

- Мне кажется, в деле замешана королева, - наконец произнес он.

- Что? - дю Барри выпучил глаза, а Лионель, до этого времени сидевший неподвижно, усмехнулся и подался вперед.

- Ее величество не первый год покровительствует приютам. Она часто там бывает.

- Вы понимаете, что это - очень серьезное обвинение? - продолжил маркиз.

- Понимаю, поэтому и не выдвигаю официально, - кивнул Рейнард. - Прямых доказательств нет, а интуицию к делу не пришьешь. Хотя о ее детском увлечении де Мортелем известно всем. А теперь он в Сен-Кантене.

- Думаете, она изменяет королю? - насторожился дю Барри.

- Думаю, она изменяет королевству. Нашему королевству, разумеется.

- У тебя есть доказательства? - хмуро поинтересовался Лайонель.

- Если бы они были, то сейчас я бы не разговаривал с вами, а допрашивал ее величество, - Рейнард невесело усмехнулся, подумав, сколько проблем могло бы решиться сразу, найди он хоть одну зацепку.

- Может, за королевой установить наблюдение? - предложил дю Барри.

Великий инквизитор покачал головой:

- Я думал об этом, но если она поймет, что за ней следят, то затаится.

- Что если подкупить кого-то из ее слуг?

- Кого? Те, кто лоялен к нам вряд ли пользуются доверием королевы.

Дю Барри замялся.

- Знаете, одна из фрейлин - подруга моей младшей сестры, - вдруг сказал он. - Я могу поговорить с Клодиль, возможно подруга ей что-то рассказывала…

- О незаконно проводимых обрядах? - герцог изогнул бровь.

- Если королева замешана в этом, ей необходимо встречаться с де Морталем. Вряд ли они доверились бы вестникам. К тому же дар у ее величества, как и у всех алемандцев, очень слабый.

- Возможно, вы правы, - кивнул Рейнард. - И девушка что-то знает.

- Или придумает, - хмыкнул Лайонель, заслужив мрачный взгляд инквизитора.

Впрочем, графа это ничуть не смутило, и он продолжил:

- Ведь это так романтично: тайные встречи с возлюбленным, который пронес свои чувства сквозь года… девушки любят такие истории.

- Не все, - возразил Рейнард, внезапно вспомнив про Амадин.

Его юной любовнице явно не понравилась бы подобное. Хотя… радовалась же она за друзей. С досадой заметив, что отвлекся, инквизитор мысленно ругнулся и снова обратился к дю Барри:

- В любом случае, попробовать стоит.

- Хорошо,- он кивнул и вышел. Лайонел бросил на друга насмешливый взгляд и вышел следом, а Рейнард снова сел за стол.

После допроса руки подрагивали, а перед глазами проносились лица детей: испуганные, опустошенные, лишенные магии и жизни.

"Во имя науки…" - зазвучал в мозгу голос Кляйна. Рей тряхнул головой, прогоняя воспоминания. Сколько еще таких фанатиков в Сен-Кантене!

Пытаясь абстрагироваться от невеселых мыслей, инквизитор перебрал документы, конверт скользнул на пол. Приглашение от барона Летарда! Он и забыл, что бывший посол и по совместительству отец Сесси сегодня устраивал прием.

Инквизитор задумчиво повертел конверт в руках. Интересно, какие цели преследовал барон, передавая ему приглашение? Тогда Рейнард решил, что это - очередная попытка свести его с Сесилией, но сейчас казалось, что мотивы лежат гораздо глубже. В любом случае, если он хотел выяснить, чем руководствовался барон Летард, приглашение стоило принять.

Мелькнула шальная мысль явится в сопровождении Амадин и насладится скандалом, но герцог прогнал ее: это было бы несправедливо по отношению к девушке, чей самый большой проступок состоял в том, что она не отреагировала должным образом на его подарок.

Рей сверился с часами. Он вполне успевал заехать к себе, переодеться и отправится на прием.

Судя по тому, удивлению, с которым его встретил камердинер, слуги в доме явно не рассчитывали на приезд хозяина. А пожелание подать ужин и вовсе повергло всех в состояние шока. Пришлось довольствоваться бульоном и рагу, которое кухарка готовила для слуг.

Это заставило герцога задуматься о том, что в последнее время он слишком много времени проводил в особняке на рю де Флери. Этот не прибавило настроения, и в отель Рейнард входил мрачнее тучи.

Он протянул приглашение одному из лакеев на входе. Тот почтительно поклонился и провел инквизитора к дверям, из которых доносился гул голосов, перекрывающий музыку.

- Прошу, ваша светлость.

Герцог кивнул и переступил порог, цепким взглядом обводя пестрое собрание: мужчины во фраках и белых жилетах, женщины - в ярких нарядах с развившимися при магическом свете украшениями.

- Ваша светлость? - Сесилия на правах хозяйки поспешила к ему, протягивая руку.

- Добрый вечер, - инквизитор склонился над ее ладонью ровно настолько, насколько требовали приличия.

- Ваш приход неожиданность для нас… - она решила изобразить светскую даму.

- Неужели? - фыркнул герцог. - Хочешь сказать, ты не знала, что твой отец вручил мне приглашение?

- Я не знала, что ты придешь.

- Иначе что? - он с насмешкой смотрел на стоящую перед ним женщину, отмечая слишком откровенный вырез и обилие румян на лице. Похоже, она была в отчаянии и срочно искала себе покровителя.

- Сесси, вот вы где! - Тристан вынырнул из толпы и подскочил к стоящим. При виде инквизитора он заметно побледнел. - Простите, я помешал?

- Ничуть, - Рейнард осклабился. - Прошу меня извинить, я должен поприветствовать хозяина вечера.

Небрежно кивнув приятелю, он направился к барону, стоявшему у окна рядом с высоким светловолосым мужчиной, в котором Рейнард узнал старшего из братьев де Мортелей. Тот тоже заметил приближающегося герцога, и тронул своего собеседника за плечо, привлекая внимание. Летард обернулся.- Герцог л’Армори? Рад, что вы все-таки снизошли до моего скромного вечера.

- Барон, - инквизитор вежливо кивнул хозяину приема. - Вы мне льстите…

- Отчего же? Я к вам всегда тепло относился. К тому же мне приятно, что один из самых могущественных людей Сен-Кантена принял мое приглашение.

- Не сомневаюсь, - взгляд инквизитора переместился на де Мортеля. - Насколько я помню, мы не были официально представлены друг другу?

- Мы встречались на свадьбе тогда еще его высочества Карла и нашей принцессы, - произнес он, растягивая гласные.

- Верно, я и забыл.

- Наверное, считали нашу встречу не стоящей внимания?

- Скорее был слишком занят возложенными на меня обязанностями друга жениха.

Де Мортель кивнул.

- Что ж, рад продолжить знакомство.

- Взаимно, - Рейнард подозвал лакея и взял с подноса бокал с шампанским. - Часто бываете у нас?

- В Сен-Кантене? - на всякий случай уточнил де Мортель. - Иногда. По делам.

- Да, у нас с Альмандией много совместных торговых предприятий, - кивнул герцог.

Если бы он не всматривался в лицо собеседника, то и не заметил бы, что тот напрягся:

- С чего вы решили, что моя стезя - торговля?

- Зачем иначе сюда часто ездить? - пожал плечами инквизитор.

- Звучит так, словно вам не нравится Сен-Кантен.

- Мне не слишком нравится, что в нем происходит, - Рейнард не сводил взгляда с де Мортеля. Тот криво улыбнулся:

- Разве не вы, ваша светлость, несете ответственность за порядок в стране?

- Конечно, и я очень не люблю, когда кто-нибудь в него вмешивается.

- Последние события очень ярко это проиллюстрировали, - криво улыбнулся де Мортель, явно намекая на разгром борделя.

- Вам виднее.

- Простите?

- Вы же смотрите со стороны, - спокойно пояснил герцог, отставляя бокал нетронутым.

Мужчины сцепились взглядами. Повисло тягостное молчание, которое никто их них не собирался нарушать первым. Рейнард чувствовал, как вокруг них образуется пустота: остальные гости, чувствуя напряжение, предпочитали обойти противников стороной. Инквизитор чувствовал, как подрагивают магические щиты его плетений, по всей видимости дю Мортель пытался найти брешь. Глаза Рея вспыхнули, он подобрался, улучшая момент, чтобы ответить. Казалось, что воздух сгустился и начал подрагивать. Заметив это, барон Летард на правах хозяина все-таки вмешался в безмолвную дуэль:

- Герцог, насколько я помню, вы считались ценителем хороших вин. Не окажете мне честь?

Де Мортель нахмурился, но отошел, а Рейнард еле заметно выдохнул, понимая, что сейчас не в том состоянии, чтобы в одиночку противостоять достаточно сильному магу.

Он даже позволил проводить себя к столу и представить немолодой паре альмандских аристократов, путешествующих по миру в поисках диковин. Они наперебой принялись рассказывать новому знакомому о своих находках, из чего герцог сделал вывод, что друзья давно перестали общаться с ними.

Прервав на полуслове, герцог коротко извинился и отошел к окну, внимательно рассматривая публику, собравшуюся в зале. В основном альмандцы, хотя среди них мелькнуло несколько знакомых лиц.

Танцев не было, зато слуги старательно расставляли столики для игры в карты. А ведь многие из тех, кто заключал договор сначала проигрывали в карты. Интересно, если после борделя он разгромит еще пару игорных клубов, его проклянут или назначат поборником нравственности?

Рейнард подавил неприличный смех, рвущийся наружу, и направился к одному из столов, когда вестник клюнул ладонь. Инквизитор убедился, что никто не обращает внимания на него и только после этого развернул записку от дю Барри.

"Сегодня все были отпущены по домам. В последнее время это происходит достаточно часто. Похоже, наши что-то упускают."

Упускают или старательно не замечают? Заживший уже порез от принятых клятв фантомно заныл. Рей поморщился, хуже нет чем не доверять собственным людям.

- Неприятные вести? - Тристан возник за спиной.

- Ничего стоящего, хотел поиграть, но мест уже нет, - герцог мотнул в сторону толпы, окружившей игроков.

- Разумеется, подобные приемы и устраиваются для того, чтобы альмандцы могли пощекотать себе нервы.

- Вот как?

- Да, ты разве не знал, что в Альмандии карточные игры запрещены?

- Как-то не задумывался об этом. Неужели все так плохо?

- Да. Никаких игорных клубов. Разве что дружеские камерные посиделки за карточным столом, да ставки у букмекеров на бега.

- Неожиданно.

- Да, многие ездят в Сен-Кантен именно затем, чтоб пощекотать нервы и вдоволь наиграться. Некоторым даже везет, - последние слова Тристан произнес с завистью.

- Хочешь совет, как разбогатеть? - хмыкнул Рейнард.

- И как же?

- Прекрати играть.

С этими словами герцог отошел, пытаясь отыскать де Мортеля. Чутье подсказывало, что именно сегодня упускать его нельзя. Ему даже удалось накинуть следящее плетение.

В любом случае, после такого герцог л’Армори вынужден будет подать в отставку и оставить короля одного. Этого Рейнард допустить не мог.

Он постарался вспомнить все, что знал об охране альмандского посольства. Если верить неподтвержденным данным, помимо стандартной магической защиты, вдоль забора была натянута стальная проволока, по которой посредством магических стержней пускали чистую энергию. Согласно сведениям, соприкосновение с такой штукой было весьма болезненным, к тому же она разрушала все плетения. Испытывать изобретение на себе инквизитор не жаждал.

Все еще размышляя, он подошел к окну. Беглого взгляда через тонкую занавесь хватило, чтоб оценить красоту расставленной ловушки. Пара газетчиков с новомодными запечатлителями уже толкалась у ворот. Из подкатившей коляски выскочил еще один, тут же ввязываясь в вялую перепалку с коллегами.

Похоже их приглашали позже, не рассчитывая, что Рей очнется рано утром. Но эта пронырливая братия имеет свое чутье на сенсации и прибыла раньше.Вздохнув, инквизитор сплел заклинание.

Отвода глаз хватило только чтоб дойти под прикрытием все тех же облетевших кустов до до входа для слуг. Шишка на голове отозвалась тупой болью, а не успевший толком восстановиться резерв - тошнотворным чувством под ребрами.

К счастью охраны у крыльца не оказалось. Видимо, альмандцы надеялись на технические изобретения больше, чем на бдительность людей. Дверь была закрыта на засов - слабая преграда для того, кто владеет магией. перешагнув порог, Рейнард закрыл дверь и замер, пытаясь понять, куда идти в темноте коридора.

Где-то впереди побрякивала посуда и доносились ароматы готовящейся пищи. Организм в очередной раз намекнул, что ему нужен отдых и питание - желудок неожиданно заурчал.

- Марк, это ты? - донеслось глухое воззвание из глубины дома. Сверху лестницы громыхнуло ведро, потом послышались шаги.

Рей чертыхнулся и скатился по ступеням в подвал.

Первая комната оказалась истопной, другого названия на ум не пришло, в ней стояла огромная железная печь, множество труб которой разносили тепло по особняку. Укрыться там было негде, поживиться нечем и эту комнату наполненную сухим приятным после промозглой улицы жаром пришлось покинуть.

Следующее помещение оказалось прачечной. Об этом свидетельствовали корзины с грязным бельем и огромный, в человеческий рост, мерно гудевший жбан, из которого то и дело выплескивались капли мыльной пены. Тут же стоял саркофаг с магическим стержнем, от которого подавалась энергия для вращающегося в жбане барабана. Глядя на на агрегат Рейнард усмехнулся. Как бы не старались альмандцы при помощи технических изобретений одержать главенство над остальными, все равно они слишком зависели от магии.

Шаркающие шаги прервали размышления. Прятаться было негде, и Рейнард притаился у двери, навесив на пальцы очередное заклятье.

Шаги стихли. Лязгнуло железо, из соседней комнаты дыхнуло жарой. Наверняка, истопник решил подбросить угля в печь. Рейнард осторожно приник к щели между створкой и стеной. сутулый старик в фартуке поверх грязной рубахи и огромном нелепо сидящем на голове картузе копошился у печки.

В голове инквизитора созрел план. Почти бесшумно он вошел в комнату и только тогда кашлянул. Старик не отреагировал.

- Эй! - чуть громче окликнул его Рейнард, и только потом понял, что истопник глухой. Это облегчало задачу, хотя и порождало угрызения совести, которыми инквизитор предпочел пренебречь. Он спокойно кинул плетение в старика, заставляя замереть на месте, после чего отобрал фартук и картуз.

При виде засаленой ткани Рейнард брезгливо поморщился и на всякий случай усилил охранные заклятия, вплетя туда защиту от власоедов и прочей живности, которая могла перескочить на него с чужой одежды. Конечно, сил это тне прибавило, но лучше так, чем потом три недели страдать от чесотки. Вымазав лицо углем, инквизитор осторожно прикрыл дверцу печи и спокойно вышел из особняка.

Газетчиков у посольства прибыло, но не их, ни караульных не заинтересовал сутулый истопник. Припадая на одну ногу, он вышел из ворот, и направился в сторону городской ратуши.

Рейнард прошел несколько кварталов, прежде чем перестал подволакивать ногу и выпрямился. С наслаждением отбросив картуз и фартук, он направился к единственному дому, где его не будут ждать газетчики.

Заспанный лакей долго не хотел пускать его, пока на шум не спустилась сама Дезире. Судя по взъерошенным волосам и припухшим губам, эту ночь она проводила не одна.

- Мы не подаем по утрам… - она вгляделась в стоящего на пороге мужчину. - Рей?!

- Извини, кажется, я испортил тебе удовольствие, - от напряжения голос звучал хрипло.

- Пришлешь мне бриллианты, проходи, - она мотнула головой в сторону гостиной.

Герцог послушно направился туда, но не успел сдалть и пяти шагов, как над головой раздался знакомый голос:

- Деззи, что случилось? - Лайонель выглянул из дверей спальни. - Рейнард?!

- Привет, - почти весело кивнул другу инквизитор.

- Что ты здесь делаешь? Еще и в таком виде? - граф Аткинсон с изумлением рассматривал запачканное лицо начальника и безнадежно измятые брюки. - Почему ты весь в саже?

- В угле, - поправил его Рейнард. - И если ты хочешь объяснений, то спустись в гостиную. впрочем, я, конечно, могу подняться в спальню…

- Нет. В моей спальне не будут разговаривать! - возмутилась Дезире. - Тем более мужчины! Так низко я еще не пала! Разговаривать мы все будем в гостиной!

- Как пожелаешь, - герцог понял, что одним бриллиантовым колье он не отделается. Прекрасно ориентируясь в доме, он прошел в указанную Дезире комнату и развалился в кресле, выжидая когда заместитель и сама хозяйка займут свои места.

- Итак… - Дезире выжидающе посмотрела на герцога. Он повернулся к Лайонелю, занявшему место рядом с хозяйкой дома на диване.

- Нас никто не подслушает?

Граф Аткинсон пожал плечами и быстро создал нужное плетение.

- Теперь нет.- Хорошо, Дейзи, твой лакей сможет подтвердить, что я провел ночь здесь?

- Ты поругался со своей институткой и жаждешь мести? - рассмеялась она, запрокидывая голову.

Рейнард криво усмехнулся:

- Я сбежал ил альмандского посольства.

- Что ты там забыл?

- Как ни странно, ничего, хоть и получил удар по голове, - демонстративно игнорируя удивление присутствующих, инквизитор провел рукой по волосам, чтобы нащупать шишку.

- Подожди… - Лайонель непроизвольно подался вперед. - Ты хочешь сказать, что на тебя напали на территории посольства.

- Угу.

- А что ты вообще там делал? - поинтересовалась Дезире, расправляя кружевные рукава пеньюара. - Насколько я помню, это - территория другого государства.

- Я… - инквизитор осекся и внимательно посмотрел на Дезире, словно гадая, можно ли рассказывать все при ней.

- Рей, милый, я и так почти внештатный сотрудник твоего ведомства. Знанием больше, знанием меньше… - отмахнулась сводня.

- А если знание касается монархии?

- О, у королевы любовник? - оживилась женщина.

- С чего ты решила?

Оба мужчины с удивлением уставились на хозяйку дома. Она закатила глаза:

- Это очевидно. Эта трагическая складка у губ, скорбный вид… Так выглядят только женщины, которые постоянно каются, чтобы сразу же согрешить снова. А с учетом, что она прибыла из Альмандии… логично предположить, что с любовником она встречалась именно на территории посольства. - Она ослепительно улыбнулась замешательству слушателей. - Итак, Рей, ты это видел?

- Что именно?

- Встречу двух возлюбленных.

- Увы, не успел. Как я уже упоминал, меня огрели по голове, - он машинально потер место удара и поморщился. Магия заживляла такие раны, но место еще фантомно ныло.

- Жаль. Тогда у тебя нет доказательств.

- Да. более того, я очнулся в спальне, рядом с Сесилией. А у ворот ждали газетчики.

Лайонель присвистнул, а Дезире скривилась:

- Грубая игра.

- Именно. Я ускользнул, но…

- Не дождавшись тебя у ворот посольства, газетчики вполне могут искать тебя по всем известным адресам, - подхватил Лайонель.

- Именно. Поэтому я пришел сюда.

- Почему не к этой твоей… как там ее? - игнорируя хмурый взгляд инквизитора, заместитель щелкнул пальцами. - Кажется, Гросс?

- Потому что эта милая институтка совершенно не умеет врать, - усмехнулась Дезире, томно выгибаясь. Пеньюар раскрылся, демонстрируя соблазнительные полукружия. Рейнард откинулся на спинку кресла и устало вздохнул:

- Извини, но сейчас я не в том состоянии, чтобы по достоинству оценить твои прелести, Дейзи.

- Жаль, потому что вчера вечером я столкнулась с тобой на крыльце этого дома. Ты не смог устоят перед моими прелестями, а я - перед очередным очередным сапфировым гарнитуром.

- Я пришлю его тебе.

- А я? - с иронией поинтересовался Лайонель. - Обо мне вы не забыли?

- Разумеется, забыли, как только я услышала про украшения! - рассмеялась Дезире. - извини, Ли…

- Женщины продажны.

- Именно.

- Ладно, - Лайонель зевнул и поднялся. - Как я понимаю, сейчас я в этом доме лишний и мне лучше уйти.

- Только выходи через черный ход и не забудь заклинание для отвода глаз, - напутствовал его Рейнард. - Да, и пришли мне одежду!

Заместитель скривился и вышел.

Дезире дождалась, когда хлопнет дверь и повернулась к Рейнарду, дремавшему в кресле.

- Ну а теперь, милый, ты сможешь сделать то,о чем мечтал последние несколько часов.

- Неужели помыться?

- И переодеться.

- Ты всегда умела угождать мужчинам.Как не хотелось заснуть прямо в кресле, пришлось встать и идти на второй этаж. мылся Рейнард с наслаждением и очень долго. после, закутаный в гостевой халат, он вернулся в гостиную, где уже был накрыт завтрак. Если горничная, сервировавшая стол, и заметила, что с утра мужчина оказался иным, чем был вечером, то ничего не сказала.

- Слуга привез твою одежду, - проинформировала Дезире. Одетая в утреннее платье нежно-лавандового цвета она казалось слишком цветущей, какой бывает женщина, проведшая ночь любви.

Глядя на нее Рейнард задумался, какие же на самом деле отношения связывают его заместителя и бывшую любовницу.

- Думаю, лучшее, что мы можем сделать - проехаться вместе до здания инквизиции. Я приказала запрячь экипаж, - Дезире скупо улыбнулась.

Герцог кивнул и неожиданно для самого себя произнес:

- Прости, что помешал.

- Пустяки. Ли все равно никогда не задерживается, - в голосе слышалась едва уловимая грусть.

Продолжать разговор на эту тему Рей не стал. молча позавтракав, он переоделся и вместе с Дезире сел в ландо.

Путь не занял много времени, и вскоре они подъезжали к зданию инквизиции. как и предполагал герцог, подступы к крыльцу заняли газетчики. при виде великого инквизитора рядом с известной сводней и бывшей актрисой они разочарованно загудели. кто-то махнул рукой и поспешил уйти сразу, несколько тех, кто помоложе, сунулись было с вопросом, как великий инквизитор провел эту ночь, получили вежливые уверения, что восхитительно и тоже поспешили ретироваться.

Герцог проводил их взглядом и повернулся к Дезире.

- Спасибо, я - твой должник.

- Не забудь прислать сапфиры, - рассмеялась она, подставляя губы для поцелуя. послушно исполнив ее немую просьбу, Рейнард выскочил из ландо, экипаж тронулся.

Герцог помахал вслед и только потом заметил знакомую темноволосую фигуру на другой стороне улицы.

- Амадин? - он нахмурился и поманил ее рукой.

Девушка вспыхнула, но подчинилась. Подошла к инквизитору, гордо вздернув голову, словно собиралась на казнь.

- Что ты здесь делаешь? - поинтересовался он.

- Жду тебя. Видимо зря.

- Пойдем, - не желая привлекать внимание зевак, он увлек девушку за собой. быстро поднялся по лестнице, кивнул ошарашенному Валентину и провел в кабинет, плотно закрыв дверь. - Итак?

- Я… - она запнулась. Все слова, которые она так тщательно продумывала вылеткли из головы, а их место заняла ревность. - Это же Дезире?

- Дезире?

- Та женщина в экипаже. Это у нее ты был всю ночь?

- Да, - впервые ему было противно врать любовнице.

- Ясно, - Амадин вдруг по-детски всхлипнула и сразу же прикусила губу, пытаясь сдержаться. Это почему-то задело.

- Насколько я помню, я не обещал хранить тебе верность.

- Действительно,- прошептала она. - Свои обещания ты выполнил. И даже с лихвой.

Девушка достала из сумки и протянула ему свиток, в котором инквизитор узгал диплом Академии магии.

- Ты сдала все экстерном?

Амадин дернулась, как от удара и подняла на инквизитора огромные темные глаза, пытаясь прочесть на лице хоть какие-то отголоски чувств.

- Ты купил его для меня. Неужели не помнишь?

- Нет, - Рейнард чувствовал все нарастающее раздражение. Альмандцы плели заговор, его лучшему другу изменяла жена, а он должен стоять и выслушивать истерику этой институтки. А ведь она даже не блондинка…

При воспоминаниях о Сесилии в душе снова поднялся гнев.

- Даже не помнишь,- обреченно прошептала девушка, совершенно не догадываясь о чувствах инквизитора. - Действительно, какая мелочь…

- Для меня - мелочь! - отрезал он. - И если у тебя все…

- Тебе действительно это безразлично? - вскинулась она. - Ты понимаешь, что обесценил все, к чему я так долго шла?

- Если это так важно - верни диплом обратно,- посоветовал Рей. - Получишь вместе со всеми.

Амадин вспыхнула. Она открыла рот, собираясь возразить, но в последний момент передумала.

- Как скажете, ваша светлость! - она крутанулась на каблуках и вышла. Сбежала по ступеням вниз,смахивая ладонью злые слезы.

Она остановилась только у знакомой ресторации, где когда-то сидела, гадая стоит ли принимать предложение магистра Сайлуса. Увидев в этом знак, девушка вошла, заказала бульон и попросила лист бумаги. Создать вестника не составило особого труда написав "я согласна", она прикрепила послание к магической птице и быстро, чтобы не передумать, отправила адресату.