Добро пожаловать в мир Хармони. Новое приключение разворачивается в Городе Иллюзий. Это Лас-Вегас на Хармони, но гораздо более странный. Лозунг говорит сам за себя: настоящие острые ощущения.

Оказывается, город расположен на вершине последнего открытия в Подземном мире — загадочных руин, известных как Город-Призрак. Компания «Копперсмит Майнинг» получила права на открытие потенциально прибыльной территории. Они разместили штаб-квартиру недалеко от Города Иллюзий. Копперсмит перебил цену конкурентов, чтобы получить права, но, возможно, он очень сильно об этом пожалеет. В конце концов, это же Хармони.

За каждым углом, как на земле, так и в Подземном мире, скрываются инопланетные тайны и опасности, но, как обычно, настоящие проблемы создают люди

КОМУ: Э. Копперсмит

ТЕМА: Поздно.

ОТ: Искательницы

Прогулка во сне началась так же, как всегда. .

Она поднялась с кровати и остановилась, чтобы посмотреть на себя. За прошедшие годы она познакомилась со всеми странностями выхода из тела, но это всегда вызывало у нее психический шок. Она ходила во сне с тринадцати лет, но ощущение пребывания в двух местах одновременно все еще дезориентировало, по крайней мере, в первые несколько секунд. Она была одновременно сновидцем и Доппельгангером — своим собственным двойником.

Спящая свернулась на боку и спала на дешевом выцветшем покрывале. Двойник с облегчением увидел, что на ней все еще новое дорогое красное платье, которое она приберегла для особого случая. Юбка платья слегка задралась до бедра. Ее вечерние босоножки на высоком каблуке валялись на полу рядом с кроватью.

Ожерелье, которое было на ней ранее вечером, исчезло.

— Не хорошо, — сказал Допп/Двойник на безмолвном языке снов.

— Знаю, — ответила сновидящая тем же беззвучным шепотом. — Его нужно найти.

— Это то, чем мы занимаемся — Находим вещи.

— Осторожнее с «мы», приятель. Помнишь, что недавно у «нас» диагностировали парапси-расстройство личности. Наша цель — попытаться сойти за нормальных.

— Грейди Барнетт — лживый обманщик. Мы не будем обращать внимания на его диагноз.

— Ага-ага. К стати, говоря о поиске вещей, давай постараемся сосредоточиться на этом.

— Верно.

Свет, проникавший сквозь жалюзи, был знакомого жутковатого зеленого цвета.

— Мы возле руин Мертвого города, — сказал Двойник. — Наверное, это лучше, чем застрять где-нибудь в пустыне.

— Точно. Главное — Мыслить позитивно.

Двойник осматривал полутемное помещение в поисках чего-то важного. Она ходила во сне, так что должна была быть причина. Для осознанного сна всегда была причина. Двойник смотрел на черную вечернюю сумочку, стоявшую на единственном стуле в комнате. Выглядело так, будто ее уронили прямо перед тем, как спящая рухнула на кровать.

— Мое ожерелье, — сказала сновидец. — Что с ним случилось?

— Проверь вечернюю сумочку, — сказал сновидцу Двойник. — Это важно. Ответ внутри.

— И. Это все, что у тебя есть для меня?

Впервые Двойник посмотрел на мужчину, стоящего у окна.

— Он тоже важен, — сказал Допп.

— Знаю.

На подоконнике сидел пыльный кролик. Как и мужчина, его внимание было сосредоточено на том, что происходило за окном.

Сновидец узнала пыльного кролика. Он был другом. В ее мире — он семья.

Человек был, по большей части, неизвестным фактором. Отпечатки его света снов были разбросаны по всей комнате: пол, оконные жалюзи, все, к чему он прикасался. Они мерцали сильной, контролируемой пара-энергией.

Его отпечатки также были на кровати рядом со спящей.

— Он спал рядом с тобой, — сказал Двойник. — Интересно.

— Вероятно, наркотики или пси-ожог. Других объяснений нет.

Мужчины плохо спали рядом со сновидящей. Те немногие смельчаки, которые пытались сделать это на протяжении многих лет, обычно просыпались от панических кошмаров. Когда сновидица спала, токи, исходящие от ее ауры, были настолько сильными, что оказывали тревожащее воздействие на любого, кто находился в непосредственной близости. Когда она ходила во сне, никто из тех, кто имел с ней физический контакт, не мог долго терпеть волны света снов. Это ограничивало личную жизнь.

Мужчина у окна сжимал в руке узкий предмет, похожий на коробку. Даже во сне сновидица понимала, что устройство было создано для человеческой руки. Это была не инопланетная технология. Больше похоже на пульт дистанционного управления.

— Оружие, — сказал Двойник.

— Угу, — сказала сновидец. Но она не помнила, откуда узнала об этом.

Словно подслушав их разговор, мужчина повернул голову и посмотрел на спящую на кровати. Двойника он не видел. Никто никогда ее не видел, что, конечно же, было одной из причин, почему сильные таланты Сносвета были обвешаны такими ярлыками, как «ранимая» и «нестабильная».

— Просыпайся, Ханна, — сказал мужчина. Голос был мрачным, мужским и в нем чувствовалось большое самообладание. Он соответствовал силе его ауры. — Нам нужно уходить. Почти рассвело. Мы должны исходить из предположения, что они ищут нас. Мы не знаем, сколько времени у нас есть, прежде чем они найдут это место.

— Элиас Копперсмит. Его звали Элиас Копперсмит.

Ее охватило облегчение. По крайней мере, он не был совершенно незнакомым человеком. Он был клиентом около двух месяцев. Вчера вечером он впервые посетил ее магазин «Взор». Если предположить, что вчера было на самом деле вчера. Сколько времени прошло?

Ладно, значит, она проснулась в номере дешевого мотеля с не совершенно незнакомым человеком.

— А это хорошие новости, — сказал Двойник. Она начала исчезать, возвращаясь обратно в физическое тело спящей.

— Подожди, — сказала сновидец. — У меня есть еще вопросы.

Но прогулка во сне закончилась.

На пару ударов сердца сновидец испытала обычный, но всегда нервирующий шок перехода.

А потом она проснулась.

Ханна Уэст глубоко вздохнула. По крайней мере, она не кричала оттого, что проснулась в незнакомом месте. Ей нравилось думать, что она хорошо контролирует свой талант, но бывали времена, когда она просыпалась в полупанике.

Она открыла глаза, пытаясь сориентироваться. Ее странствующий во сне Двойник был прав; сияющая кислотно-зеленая энергия в окнах подсказала ей, что они находятся недалеко от руин Мертвого города. Тот факт, что сияние угасало, также указывало на приближение рассвета. Естественное освещение зеленого кварца, который пришельцы использовали для строительства большинства своих городов и многих артефактов, было едва заметно при дневном свете.

Вирджил радостно пробормотал доброе утро и спрыгнул с подоконника. Он с грохотом приземлился на кровать и поспешил к ней.

Она медленно села и быстро обняла его. — И тебе доброе утро, приятель.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил Элиас.

Она попыталась собрать факты, в которых была уверена. Она находилась в странной комнате с мужчиной, который, согласно следам Сносвета, спал рядом с ней на комковатом, жестком матрасе.

И ее ожерелье пропало.

Но был Вирджил, и он, похоже, одобрял Элиаса Копперсмита.

— Дезориентирована, — сказала она. — Я чувствую себя очень, очень дезориентированной. Я ничего не помню после того, как ты вчера вошел в мой магазин.

— Я тоже. Но у меня проскакивают вспышки воспоминаний, так что, надеюсь, эффект временный.

— Думаешь, нас накачали наркотиками?

Он покачал головой, его челюсть сжалась в мрачную линию. — Я не знаю. Но мы бежали от кого-то. Я это хорошо помню.

Она внимательно его осмотрела. Похоже он пальцами зачесал назад свои темные волосы убирая их с резко очерченного вдовьего пика. Его лицо состояло из жестких линий и углов и было покрыто утренней щетиной. Его глаза имели опасный оттенок янтаря.

На нем была футболка с круглым вырезом, дорогие сшитые на заказ темные брюки, которые были помяты ото сна, и пара недавно начищенных ботинок. Мятая белая классическая рубашка, галстук, были перекинуты через спинку стула, как и темно-серое пальто.

В ремень был вделан навигационный янтарь. Она была готова поспорить, что в каблуках ботинок спрятано еще кое-что. У него также было кольцо на правой руке. Оно было необычно во многих отношениях. Во-первых, оно было сделано в Старом Свете, из прочного черного металла и украшенное зеленым кристаллом. В кольце не было ничего особенно привлекательного. Оно выглядело функционально, а не декоративно. Она предположила, что Элиас может использовать странный кристалл, чтобы сосредоточить свой талант — каким бы он ни был.

Она кое-что знала о кольце, потому что именно она разыскала его на подземном рынке, где коллекционеры, большинство из которых предпочитали оставаться анонимными, покупали и продавали мощные кристаллы и драгоценные камни паранормального происхождения.

— Мое ожерелье, — сказала она и коснулась своего горла. — Его нет.

Элиас нахмурился. — Я заметил это сразу после того, как проснулся. Должно быть, потеряла его по дороге сюда.

— Нет. — Ее охватила паника. — Нет, это невозможно. У него была специально разработанная надежная застежка.

— Я не разбираюсь в моде, когда дело касается украшений, но я разбираюсь в камнях. Без обид, но те, что в твоем ожерелье, похоже, не представляют особой ценности.

Она напряглась. — Это — семейная реликвия. Моя единственная семейная реликвия.

Его рот сжался. — Извини. Я не знал.

— В данных обстоятельствах хорошо, что я знаю, кто ты, — сказала она. — Иначе я была бы очень обеспокоена.

Мрачное веселье появлялось и исчезало в его глазах.

— Не волнуйся. Поводов для беспокойства еще много, — сказал он. — Я не многое могу вспомнить из того, что произошло прошлой ночью, но мое чутье подсказывает, что за нами кто-то охотится. Нам нужно выяснить, что происходит, и как можно скорее. Это значит, что нам нужно двигаться.

— Верно.

— Перво-наперво. Встать с этой чертовой кровати.

Слои света снов впитались в старый матрас, а также простыни и покрывало. Многие пара-следы были наполнены дополнительным теплом сексуальной энергии.

Она ненавидела старые кровати. Она ненавидела спать там, где спали другие. И кровати в номере мотеля были самыми худшими. Она спустила ноги на пол, стараясь не думать о кровати.

Она схватила босоножки и надела их, усилием воли подавляя очередную волну беспокойства. Затем поднялась на ноги.

Она внезапно вспомнила, что сказал Двойник об ответе, находящемся в вечерней сумочке. Она поспешила к креслу, взяла клатч и расстегнула его. Внутри были обычные предметы: ее сотовый телефон, запасной янтарь, пачка салфеток и помада. Еще был небольшой квадратик бумаги.

Ожерелья не было.

— Черт, — прошептала она. Она боялась, что расплачется. — Я не могу его потерять. Я только нашла пропавший кристалл пару недель назад.

— Все хорошо, — сказал Элиас. Он подошел к ней и несколько неловко похлопал ее по плечу. — Я помогу тебе его найти.

Она взяла себя в руки. — Позже — она сказала себе, — у нее может случиться нервный срыв.

Она собиралась закрыть клатч, когда снова заметила клочок бумаги. Она вынула его, думая, что это какая-то квитанция, которая могла бы дать им подсказку о том, что произошло.

Это была не квитанция.

— Странно, — сказала она.

— Что это такое?

— Это Фортуна, — ответила она.

— Какого черта?

— Знаешь, такие бывают в будке гадалки. Ты кладешь несколько монет и получаешь «Фортуну».

— Я ни разу в жизни не был в будке гадалки.

— Ну, очевидно, вчера вечером был, — парировала она.

— Что там написано?

Она прочитала и вздрогнула. — Обычные общие формулировки.

— Прочитай. Возможно, это поможет нам выбрать правильное направление.

Она взяла себя в руки. — Скоро ты найдешь настоящую любовь.

Он кратко обдумал это. — Ты права. Не очень полезно.

Она глубоко вздохнула. — Ну, это, определенно, указывает на то, что вчера мы посетили гадалку.

— Интересная точка зрения.

Она направилась в ванную, но остановилась, когда в голову пришла другая мысль.

— Какой сегодня день? — она спросила.

— Вторник, — ответил Элиас. — Мы зарегистрировались здесь очень рано сегодня утром — вскоре после часа ночи, я заплатил наличными.

— В Городе Иллюзий, мы любим наличку. Некоторые люди не хотят оставлять след, посещая подобные места.

Элиас покачал головой. — Я не скрываюсь от жены или подружки. Я в этом уверен.

Эта новость несколько подняла ей настроение.

— Как только я проснулся, я оставил Вирджила здесь с тобой и осмотрелся, — продолжил Элиас. — Мне нужно было выяснить, с чем мы имеем дело. Ночной портье все еще дежурит внизу. Он помнит, как нас регистрировали. Он также сказал, что никто не задавал о нас вопросы.

— Что ж, это хорошая новость. Вроде, как бы. Наверное.

— Да. Если, конечно, он не врал. Но я склонен ему верить.

— Почему?

— Потому что мы все еще здесь, и никто не ломится в комнату. — Элиас наклонил голову к Вирджилу. — Кроме того, твой дружок-пушок, похоже, не обеспокоен.

Ханна посмотрела на Вирджила. Он был полностью распушен. Едва можно было разглядеть его ушки и шесть лап, и были открыты только его голубые глазки. Когда ситуация накалялась, его вторая пара глаз — те, которые он использовал для охоты, — открывалась. В данный момент он был в самом милом настроении. Это обнадеживало.

— Логично, — сказала она. — Но почему мы так одеты? Похоже, мы куда-то ходили.

— Думаю, на свидание.

— Я никогда не встречаюсь с клиентами.

— Все бывает в первый раз.

— Давай начнем с начала, — сказала она. — Где именно мы находимся?

— Мотель «Теневая Зона». — Элиас взял с тумбочки старую брошюру и протянул ей. — Роскошный отдых и спа в самом сердце Теневой Зоны. Все для вашей конфиденциальности. Медовый месяц — наша специализация.

— Медовый месяц, хм? — Она оглядела комнату, отметив потертую мебель, пожелтевшие стены и потертый ковер. — Похоже ходовое / популярное место.

— Да, точное описание. Но вроде чисто. Наверное, поэтому мы выбрали его.

Она направилась в ванную. Комната сместилась со своей оси, а затем вернулась на место. Она резко остановилась и помассировала виски, отчаянно пытаясь восстановить хоть какие-то воспоминания. Чем больше она старалась, тем неуловимее становились мимолетные образы.

— Черт возьми, что с нами случилось? — она спросила.

— Я не знаю. — Элиас подошел к окну. Он использовал странное оружие, чтобы отодвинуть занавески. — Могу предположить, что где-то прошлой ночью мы получили пси-ожог. Каким-то образом мы добрались до этого места, зарегистрировались и вырубились.

— Пси-ожог. Это нехорошо. — Она попыталась вспомнить, что знала об ожогах. Последствия были заведомо непредсказуемыми и могли варьироваться от временной амнезии до серьезной травмы или даже полного разрушения пара-чувств. Очень сильный пси-ожог мог убить.

— Мы не умерли, — сказала она.

— И на том спасибо, — согласился он.

Она искала воспоминания, а получала лишь мимолетные, бессмысленные вспышки. Темная улица. Громкий рев двигателя большого мотоцикла. Кекс, покрытый белой глазурью. Кекс?

Еще один небольшой прилив паники пронесся сквозь нее, перехватив дыхание. Возможно, у нее были галлюцинации. Она сказала себе, что нужно действовать медленно.

— Мне нужно умыться, — сказала она. — Может быть, холодная вода прочистит мою голову.

— Удачи. Мне не помогло. Но давай побыстрее.

— Как думаешь, кто нас преследует?

— Понятия не имею, — сказал он.

— Эй, мог бы и приукрасить свой ответ.

— Извини. Я решил, что тебе нужна правда.

— Да. — Она сделала паузу. — Наверно.

Она снова направилась в ванную, автоматически включая свой дар. Ошеломляющее облегчение охватило ее, когда она почувствовала, как в ответ зашевелились ее парачувства. За один такт сердца комната внезапно осветилась множеством цветов, которые она не воспринимала своим обычным зрением.

— Не то чтобы это место стало более привлекательным, если смотреть на него через дар, — подумала она. — Это все еще был популярный мотель.

— Да, и мой талант при мне, — сказал Элиас. — Пси-ожог, не уничтожил наши пара-чувства, а только наши воспоминания о прошлой ночи.

Она уставилась на него. — Ты чувствуешь, как я открыла свои чувства?

— Конечно. Трудно не заметить. Ты сильная.

Это правда. Но нужен был мощный талант, чтобы почувствовать подобные вещи на другом конце комнаты.

— Ну, она подозревала, что он талант высокого уровня, — напомнила она себе и поспешила в ванную.

— Буду через минуту, — сказала она.

— Кстати, еще кое-что, что тебе следует знать.

Она остановилась в дверях и посмотрела на него. — Насколько все плохо?

— Зависит от точки зрения. Мы женаты.

— Что?

До этого момента она думала, что вполне справляется со всем этим просыпанием в захудалом номере мотеля с мужчиной, который был практически незнакомцем. Но теперь у нее было такое чувство, словно она подала в кроличью нору.

— Когда я проснулся, нашел лицензию в своем бумажнике, — сказал Элиас. — Я не смог выйти в Интернет со своего телефона, чтобы проверить официальные записи.

— Не зря эту часть города называют «Теневой», — сказала Ханна. — Трудно найти концы. — Она поняла, что ее голос звучал странно оцепенело. Шок. Ей было очень трудно переварить слово «брак».

— Администратор разрешил мне воспользоваться его компьютером, — продолжил Элиас. — Брак по Расчету был заключен между Ханной Уэст и Элиасом Джадсоном Копперсмитом в сорок семь минут первого ночи в часовне «Колдовская Ночь» здесь, в Теневой Зоне. Администратор говорит, что это прямо по этой же улице.

— Не могу в это поверить.

— Я сам был немного удивлен. — Он не улыбнулся. — Это твой первый БР?

— Ну да. Первый.

— У меня тоже — первый.

— Боже мой. — Она стиснула пальцами дверной косяк. — Что же произошло прошлой ночью?

— Мы это выясним, как только ты начнешь двигаться.

Его голос звучал так, словно он терял терпение. Она напомнила себе, что он нервничал не меньше, чем она.

Она прошла в ванную и закрыла дверь. Одного взгляда на свое отражение в зеркале было достаточно, чтобы задуматься, а не продолжает ли она спать — возможно, она застряла в ловушке собственных сновидений.

Всплыли слова Грейди Барнетта. — Ваш профиль чрезвычайно необычен, настолько необычен, что, боюсь, он граничит с нестабильностью. Вы должны быть осторожны и избегать стресса.

Грейди говорил еще кое-что, но не ей в лицо. Он сделал комментарий своему помощнику. — Неудивительно, что она одинока и живет одна. От ее узоров Сносвета у любого нормального мужчины пошли бы мурашки по коже. Думаю, что у нее регулярно происходят внетелесные переживания.

— Иди к черту, Грейди Барнетт, — прошептала она зеркалу.

Она отбросила мысли о Грейди. Он в прошлом. Она ушла из его лаборатории и не собиралась возвращаться. В Городе Иллюзий были и другие специалисты по парапсихологии.

Она сосредоточилась на своем отражении и пришла к выводу, что выглядит так, будто она попала в грозу и ее ударила молния. Она смутно помнила, как ее волосы были уложены в кокетливую ракушку, когда она в последний раз смотрелась в зеркало. А теперь они спадали ей на плечи спутанной массой.

Она была уверена, что вчера утром на ней не было макияжа — днем она никогда не красилась. Но в какой-то момент она, должно быть, воспользовалась тушью и карандашом для подводки глаз. Результаты теперь были сильно размыты.

Она выглядела так, словно провела ночь в дешевом ночном клубе, прежде чем отправилась с очень плохим мальчишкой в отель, где номера сдаются почасово.

Забудь о плохом мальчике. Элиас Копперсмит, может, и был плохим — присяжные еще не пришли к единому мнению, — но он определенно не был мальчиком.

Последние два месяца он был просто Э. Копперсмит. Это само по себе было довольно необычно. Серьезные коллекционеры нередко делали все возможное, чтобы скрыть свою личность. Те, кто торговал на рынке камнями — кристаллами, кварцем и янтарем — обычно предпочитали держаться в тени. Но Элиас с самого начала не скрывал, кто он такой. С другой стороны, у него не было особого выбора. Он попросил ее найти давно потерянную семейную реликвию — его кольцо, поэтому имело смысл рассказать ей как можно больше о семье, которая его потеряла.

До недавнего времени он знал ее только под ником в сети — Искательница. Она владела магазином «Взор», но по большей части реликвии, камни, мелкие предметы антиквариата и предметы коллекционирования, которые она там хранила, были ничем не примечательны. Ее настоящий бизнес велся анонимно на черном подпольном рынке. Этот рынок, привлекал странных, а порой и опасных людей. Было логично — защитить свою личность.

Ее онлайн-бизнес был построен на конфиденциальности и анонимности. Работала только по рекомендации. К тому времени, когда потенциальный клиент обращался к ней через Интернет, она была уверена, что он или она прошли тщательную проверку.

Но не так давно она сделала опрометчивый шаг и представилась клиенту. Элиас пригласил ее на ужин. У нее было правило не встречаться с клиентами, но она помнила, что нарушила свои собственные правила ради Элиаса. Переписка по электронной почте за последние два месяца превратилась из деловых отношений в нечто гораздо более личное — по крайней мере, с ее стороны. Она приняла его приглашение.

А учитывая то, как она была сейчас одета, похоже у них было свидание. Но они договаривались об ужине. Как она вляпалась в Брак по Расчету? Более того, они, очевидно, провели первую брачную ночь в отключке в дешевом мотеле в Теневой Зоне. Это было определенно интимно, но не в хорошем смысле.

Что же произошло?

Она схватила тонкое полотенце и принялась стирать с лица размазанный макияж.

Она почувствовала себя немного лучше, когда вышла из ванной, но мысль что ей предстоит встретиться с неизвестным в туфлях на шпильке и в очень коротком и помятом платье, пугала ее.

Вирджил помчался к ней. Она подхватила его и сунула под мышку.

Она посмотрела на Элиаса, который застегивал белую рубашку.

— Я готова как никогда, — сказала она. — Куда именно мы направляемся?

Он поднял свою копию лицензии на брак. — Мы повторим наши шаги. Нам нужно выяснить, почему мы поженились вчера. На то, должна была быть логическая причина.

Она не знала, как это воспринимать, но в одном он был прав: должна была быть причина для безвкусного Брака по Расчету.

— Отлично, — холодно сказала она. — Не похоже, что между нами вспыхнула страсть, которая заставляет двух человек бежать в ближайшую свадебную часовню.

Черт возьми, она тоже могла быть логичной.

Элиас странно посмотрел на нее. Она могла бы поклясться, что его задело ее вполне логичное замечание.

— Точно, — сказал он.

Он рванул дверь и вышел в коридор.

— Лестница в конце, — сказал он.

Они быстро пошли по тусклому коридору, направляясь к табличке с надписью «ВЫХОД».

— Теневая зона находится довольно далеко от Темной зоны, — сказала она. — У меня нет машины, вероятно мы поехали сюда на твоей или на такси?

— Парень на стойке регистрации сказал, что мы приехали не на машине и не на такси. Видимо, мы пришли сюда из свадебной часовни. Он также сказал, что мы выглядели так, будто вот-вот упадем в обморок. Решил, что мы накачались какими-то запрещенными веществами и вот-вот «улетим».

— Если твоей машины нет на парковке мотеля, она, должно быть, все еще стоит на улице перед моим магазином. А может, это ты отвез нас на ужин?

— Где бы она ни была, я не беспокоюсь о машине. Оно может позаботиться о себе.

— Хороший охранный механизм, да?

— Прямо из лаборатории Копперсмит.

— Как тот гаджет, который ты держал в руке, когда я проснулась?

Он дотронулся до кармана куртки, словно убеждая себя, что странная штука все еще находится внутри. — Он называется глушитель. Временно нейтрализует частоты, используемые в большинстве стрелкового огнестрельного оружия, такого как пистолеты и огнеметы, но только на очень близком расстоянии.

— Круто. Может ли он нейтрализовать магрез?

— Да, если он находится в радиусе менее двадцати футов (≈ 6 м). Технология пока находится на стадии тестирования. Есть несколько глюков, над которыми нужно поработать. В конечном итоге мы планируем продать его правоохранительным органам.

Она улыбнулась.

Он взглянул на нее. — Что смешного?

— Ничего. В твоих словах прозвучала гордость, я думаю, это правильное слово.

— У нас отличные лаборатории.

Слабое воспоминание пронзило тьму ее утраченных воспоминаний, словно крошечный луч света.

— Ты паракристаллический инженер, — сказала она. — Я помню, как ты говорил, что твоя официальная должность — директор Лаборатории исследований и разработок Копперсмит.

Уголки его глаз слегка сузились. — Я рассказал тебе немного о своей работе за ужином, не так ли?

Всплыло еще несколько воспоминаний. Ее настроение упало еще ниже, когда она вспомнила некоторые разрозненные детали.

— Ты пригласил меня на ужин, — начала она. — Вот почему я так одета. А также я помню, как отменила бронь в ресторане «Стеклянный Дом» в Янтарной Зоне. Вместо этого мы пошли в «Зеленые Руины». По крайней мере, я думаю, что мы это сделали.

— Сходится. У меня в бумажнике квитанция из «Зеленых Руин».

— Это всего лишь забегаловка в нескольких кварталах от моего магазина, — сказала она. — Мы бы пошли пешком.

Он оглянулся через плечо, разглядывая ее туфли на шпильке. — В этих туфлях?

— Я девушка из Города Иллюзий. Я могу пройти несколько миль на высоких каблуках.

Ладно, это было небольшим преувеличением, но все же. В Городе Иллюзий переодевание для вечернего выхода было соревновательным видом спорта для женщин. И дело было не в том, чтобы выглядеть скромно и изысканно. Дресс-код в Городе Иллюзий сводился к демонстрации своих достоинств, а для этого обычно требовались очень высокие каблуки. В конце концов, это был город, который гордился тем, что был местом номер один для тех, кто искал азартных игр в казино, захватывающих шоу и ночных клубов. Посетители приезжали со всех четырех обширных городов-государств с одной целью — вкусить дикой свободы. Как гласили вывески: Добро пожаловать в Город Иллюзий. Настоящих острых ощущений.

Она щелкнула пальцами. — Точно. Ты сказал, что хочешь предложить мне работу в новом предприятии Копперсмит — в проекте «Город-Призрак». Ты говорил о чрезвычайной ситуации.

— Да. — Он потер затылок, сосредоточенно нахмурившись. — По дороге в Город Иллюзий, мне позвонили из штаб-квартиры. Несколько членов исследовательской группы оказались в ловушке внутри руин на месте портала. Ворота закрылись без всякого предупреждения. Девять человек оказались заперты в пещере. У них достаточно припасов на несколько дней, но в этой пещере много неизвестной энергии. Нам нужно как можно скорее вывести людей.

— Да, именно тогда горячее свидание остыло, — подумала она. — Трудно забыть этот волшебный момент. — Именно тогда реальность наконец обрушилась, и она поняла, что фантазии, которым она предавалась об Э. Копперсмите, были всего лишь дымом и зеркалами.

— На самом деле, ей следовало бы быть осторожнее, — подумала она. В конце концов, ее воспитали два фокусника. Она знала все о дыме и зеркалах. — Зритель видит то, что хочет видеть, возможно, это нужно сделать девизом семьи.

— Я согласилась подписать контракт, — сказала она. — Но вчера мы ничего не смогли сделать, потому что портал находится в подземном Тропическом лесу.

— Не возможно передвигаться по джунглям ночью. Мы решили быстро перекусить в «Зеленых Руинах», а потом ты собирался вернуться к себе домой и собрать кое-какие вещи. Мы планировали встретиться в штабе вечером, чтобы спуститься в Тропический лес на рассвете.

Она посмотрела на свое красное платье. Нежная ткань была смята и разорвана в разных местах. — Какая утрата.

— Таков был план А — сказала она.

— Я помню, как работал над логистикой, пока ты доедала сэндвич и кофе, — сказал Элиас.

— Логистика. Точно.

Казалось, он совершенно не замечал сарказма в ее голосе. Он быстро спускался по лестнице.

Она попыталась связать несколько фактов воедино, надеясь, что что-нибудь пробудет еще одно воспоминание.

— Полагаю, мы могли приехать сюда на такси, — рискнула она. — Но я не помню этой поездки.

— Я тоже. — Он сделал паузу. — Я помню ребят на мотоциклах.

— Я тоже. По крайней мере, я так думаю.

— В какой-то момент там также присутствовало очень тяжелое пси, — сказал Элиас. — Я в этом уверен. Я думаю, мы получили пси-ожог. И знали, что нас ждет беспамятство.

Что-то в его тоне вызвало еще один легкий звоночек во мраке ее утраченных воспоминаний.

— Ты думаешь то, что случилось с нами, связано с проблемой твоей компании? Может быть, кто-то не хочет, чтобы ты открыл эти ворота.

— Учитывая имеющиеся у нас факты, это объяснение самое логичное, — сказал он.

— Тогда, почему пропало мое ожерелье? И что случилось с деньгами в моей сумочке?

— Я не знаю. Нам нужно больше информации.

Она прочистила горло. — Хорошо, предположим, что кто-то преследует нас, и каким-то образом вчера мы получили пси-ожог и решили, что нам нужно спрятаться, прежде чем мы отрубимся. Это не объясняет, почему мы поженились. Это не имеет никакого смысла. В конце концов, теперь очевидно, что наши отношения были и остаются исключительно деловыми.

— Ты не романтичная особа, да?

Она посмотрела на него. — Это должна была быть шутка? Потому что если так, то должна сказать, что ты выбрал неудачное время.

— Ты не первая, кто об этом говорит.

Они достигли первого этажа. К ее удивлению, Элиас остановился, словно внимательно прислушивался. Но она чувствовала, как в атмосфере заиграла энергия. Камень в его кольце вспыхнул.

Через несколько секунд Элиас удовлетворенно кивнул.

— Хорошая новость заключается в том, что я не думаю, что кто-то поджидает нас в засаде по ту сторону, — сказал он.

Она посмотрела на его кольцо. — Ты можешь сказать это из-за кристалла в твоем кольце?

— Он довольно точен, когда дело доходит до улавливания токов высокотехнологичных устройств.

— Это все, что оно может делать?

— Я не знаю. — Он слегка улыбнулся и толкнул дверь. — Я получил его недавно, помнишь?

— Я помню, но ты хочешь сказать, что мало что знаешь о его свойствах?

— Это семейная реликвия, но, видимо, не многие из моих предков могли понять, что с ней делать, — сказал Элиас. — В архивах Копперсмит почти нет информации. Я все еще нахожусь на стадии обучения. Продолжаю проводить эксперименты. До сих пор единственное применение, которое мне удалось обнаружить, — это способность определять частоту других кристаллов. Это полезно в лаборатории, но вряд ли уникально. У нас есть множество других инструментов, которые так же хорошо справляются с этой задачей.

— Ну не знаю. Предупреждение о том, что кто-то может поджидать с мощным оружием. Мне это кажется очень полезным. Особенно сейчас.

— Верно, — согласился он. Он колебался, глядя на кольцо. — Я думаю, возможно, именно поэтому мы смогли сбежать от того, кто охотился на нас прошлой ночью. У нас было предупреждение, очевидно, достаточное, чтобы сбежать.

— Тогда почему мы не пошли прямиком в полицию?

— Хороший вопрос. Возможно, у нас не было шанса. Если нас загнали в туннели, мы просто продолжали двигаться, пока не оторвались от того, кто нас преследовал.

Они вышли на практически пустую парковку, освещенную тусклым светом туманного рассвета. Погода не стала сюрпризом. Теневая зона всегда была окружена пси-туманом.

Туман был загадкой. В конце концов, Город Иллюзий был огромным, раскинувшимся городом посреди пустыни. Теоретически сильного тумана быть не должно. Но обычные метеорологические принципы не действовали, когда поблизости было много руин Древних. А в случае с Городом Иллюзий руины находились как под землей, так и на поверхности. И эти руины были странными даже по меркам Хармони.

Город состоял из восьми зон, каждая из которых соответствовала одной стороне огромной восьмиугольной стены, окружавшей надземные руины. Каждая зона имела свои уникальные особенности. Две зоны — Зона Шторма и Зона Огня — считались практически непригодными для жизни из-за интенсивной паранормальной пси, пронизывающей эти регионы.

Большинство высококлассных, роскошных казино и ночных клубов располагались в двух так называемых зонах драгоценных камней: Янтарной зоне и Сапфировой зоне. Менее респектабельные заведения, а также более яркие шоу и развлечения располагались в других драгоценных зонах — Аметисте и Изумруде.

Темная зона, где выросла Ханна, была скорее районным сообществом. Здесь было множество небольших игровых заведений и несколько клубов, но именно здесь обосновался персонал, работавший в крупных казино, отелях и клубах.

А Теневая Зона была наименее процветающей частью в целом процветающего города. Какой бы гламур она ни стремилась создать, он был заметен только после наступления темноты. Днем зона выглядела почти пустынной. Казино и клубы были безликими и неприветливыми. Большинство из них были фактически закрыты в светлое время суток. Закрытое казино было неслыханным явлением в Драгоценных зонах.

Гнетущий паранормальный туман Теневой зоны вызывал у людей сильное волнение, особенно после наступления темноты, но лишь немногие посетители оставались здесь после восхода солнца, если только они не могли позволить себе перенести свои дела в ярко освещенные зоны Драгоценных камней.

— По словам портье, часовня «Колдовская Ночь» находится всего в квартале отсюда, — сказал Элиас. — Нужно повернуть налево, на углу. «Вы не пройдете мимо», — процитировал Элиас.

— Помедленее. Я несу Вирджила, помнишь? Он тяжелее, чем кажется. Сплошные мускулы.

Вирджил рассмеялся, услышав свое имя.

— Так, отдай его мне. — Элиас вырвал Верджила из рук Ханны и посадил себе на плечо.

Вирджил был в восторге от более высокого насеста.

— Как вы познакомились? — спросил Элиас.

— Однажды вечером он просто появился у задней двери. — Ханна улыбнулась этому воспоминанию. — Я подумала, что, может быть, он голоден, поэтому положила немного пирога с заварным кремом на тарелку и поставила ее на ступеньку. Он съел пирог и исчез. На следующее утро я нашла на ступеньке прекрасный маленький кусочек зеленого янтаря. Следующим вечером он опять пришел, и я снова его покормила. Так продолжалось несколько дней, и прежде чем я успела понять, он поселился у меня.

— У жены моего брата, Эллы, есть дружок-пушок. Ее зовут Лорелей. Нет никаких сомнений в том, что у них есть какая-то пси-связь.

— Я думаю, именно это произошло со мной и Вирджилом. Признаюсь, с самого начала я чувствовала с ним определенную связь. У нас было что-то общее. Он появился на моем пороге почти так же, как я появилась на пороге у моих теть. Ну, формально они не мои тети, и он не был завернут в одеяло и не лежал в корзине, но ты понял.

Элиас посмотрел на нее, очевидно, зачарованный. — Тебя оставили на пороге?

— Моя мать. Она была подругой моих теть. Все они работали в шоу в Изумрудной Зоне. Моя мама влюбилась в фокусника. Это был БР. Но, вскоре после моего рождения мама оставила меня на пороге дома Клары и Бернис с запиской, в которой говорилось, что ей и моему отцу нужно решить одно важные дело. В записке говорилось, что они вернутся за мной. Только этого не произошло.

— Знаешь, что с ними случилось?

— Их нашли застреленными в номере дешевого отеля. Полиция заявила, что это была неудачная наркосделка.

— Твои тети пытались найти твоих кровных родственников?

— Да, но через некоторое время они прекратили поиски. У них не было родни. Итак, Клара и Бернис решили, что они воспитают меня сами. Либо так, либо меня поместят в приемную семью.

— Удивительная история, — тихо сказал Элиас. — Неудивительно, что ты боишься потерять это ожерелье.

— Это все, что у меня осталось от матери. В записке моим тетям она сказала, что оно важно и что, если что-нибудь случится с ней и моим отцом, они должны сберечь его, пока я не подрасту, чтобы понять ключ к моему наследству.

Элиас кивнул, но ничего не сказал.

— Я знаю, о чем ты думаешь, — сказала она. — Ты думаешь, что это просто безделушка. Но ты ошибаешься.

— Да?

— Оказалось это именно так — ключ к моему наследству. Проблема заключалась в том, что не хватало одного камня. Две недели назад я наконец нашла этот камень. Через неделю я отыскала свое наследство.

Он внимательно посмотрел на нее. — В Подземном мире?

— Да. Я, естественно, молчала об этом, пока не смогла подать иск на сектор, где оно находится. Документы были оформлены несколько дней назад. — Она удовлетворенно улыбнулась. — Мое наследство в безопасности. Я планирую продать его тому, кто предложит самую высокую цену.

Элиас испугал ее, внезапно остановившись. Он повернулся к ней, сузив глаза. — Сколько людей знает о твоем открытии?

— Только тетя Клара и тетя Бернис. — С опозданием она начала задаваться вопросом, не совершила ли она серьезную ошибку — еще одну ошибку. — А теперь и ты. Но ты Копперсмит. Мое наследство — пшик по сравнению с империей твоей семьи.

— Ты уверена, что знают только трое?

— Абсолютно. А почему ты спрашиваешь? Ты меня пугаешь.

— Это хорошо. Потому, что тогда ты будешь осторожна. Послушай совет человека, который вырос в горнодобывающем бизнесе. Не рассказывай никому о своем наследстве, пока не выяснишь, как именно его продать. А затем действуй очень, очень быстро.

— Я же говорила, я подала иск. Все подписано, запечатано и законно.

— В Подземном мире иск имеет силу в зависимости от того, кто его подает. Как ты думаешь, почему они изобрели термин «отказ от претензии»? И как ты думаешь, почему у Копперсмит очень большая и хорошо оснащенная служба безопасности? Всегда найдутся искатели приключений и пираты, так что держи свои секреты в тайне.

По ее телу пробежал холодок страха. Элиас казался пугающе осведомленным в вопросах безопасности.

— Хорошо, — сказала она. Она вздохнула. — Я буду предельно осторожна.

— Отлично. Когда все закончится, я проверю твое заявление, если хочешь. И позаботься об охране.

Она усмехнулась. — Не волнуйся. На данный момент оно в безопасности. Хорошо и надежно заперто, и у меня единственный ключ.

— Ожерелье? Но ты его потеряла.

— Нет. Ожерелье — это карта. Она привела меня к наследству. Технически мне оно больше не нужно, но оно имеет сентиментальную ценность.

Элиас взглянул на свое кольцо. — Понятно.

— Хватит о моем наследстве. На данный момент оно в безопасности. У нас есть более насущные проблемы. Например, почему мы поженились вчера?

— Я думал об этом, — сказал он. — Я не уверен, но есть одна очень правдоподобная причина, по которой мы отправились в часовню, чтобы заключить БР.

Она испуганно посмотрела на него. — Какая?

— Мы знали или подозревали, что нас ждет. Мы понимали, что можем проснуться с амнезией, временной или постоянной.

— И?

— Поэтому мы придумали план, который гарантировал бы, что мы останемся вместе, по крайней мере, чтобы понять, что происходит, — сказал Элиас. — Что может быть лучше, чем подать заявление на Брак по Расчету? Это верный способ заставить нас попытаться выяснить, что произошло.

— Немного радикально.

— Должно быть мы были в отчаянии, — сказал он. — И если у нас был пси-ожог и нас ждало бессознательное состояние, мы, могли, не совсем ясно мыслить.

Почему-то это прозвучало как-то оскорбительно, но она не решила, что ответить, поэтому промолчала.

На улице окутанной туманом стояла только одна машина — фургон для доставки газет с эмблемой «Занавес» на боку. Он отъехал от обочины. Пресловутый таблоид обслуживал нишевый рынок, который не мог насытиться теориями заговора, скандалами и слухами о похищениях инопланетянами. Это была одна из тех газет, которые большинство людей отрицали, но которые, тем не менее, пользовались чрезвычайно большим спросом.

Ханна считала себя преданной подписчицей, поэтому, когда они проходили мимо торгового автомата, она машинально взглянула на заголовок.

Потрясение заставило ее замолчать. — Элиас, у нас похоже появилась очень большая проблема.

Он не остановился. — Добавь ее в наш список.

— Посмотри на сегодняшний выпуск «Занавеса».

— Зачем? Никто не читает эту газетенку.

— Да, но прежде чем ты решишь продолжить оскорблять мой читательский вкус, предлагаю тебе, все же, взглянуть на чертов заголовок.

Он остановился, развернулся и пошел обратно.

— Я не хотел оскорбить твой тонкий вкус, — пробормотал он.

— Не в этом дело.

Она молча ждала, пока он переварит смысл заголовка.

НАСЛЕДНИК КОППЕРСМИТ МАЙНИНГ В ТАЙНЕ ОФОРМИЛ БР

Под заголовком была фотография, на которой Ханна и Элиас выходят из часовни «Колдовская Ночь». — В этой фотографии было что-то очень странное, — подумала Ханна. На снимке она держала Вирджила под мышкой. Он был единственным, кто выглядел веселым, вероятно, потому, что между двумя передними лапами он держал кекс, обмазанный белой глазурью.

— Счастливая пара, — сказал Элиас.

— Мы выглядим так, будто только что с похорон, — сказала Ханна. — Хорошо, что никто не читает эту газету.

— Ага. Хорошо.

— Мне очень жаль, что вы двое по утру переосмыслили свой поступок, но боюсь, мы не возвращаем средства за церемонию, в часовне «Колдовская Ночь», — сказала администратор.

Судя по маленькой табличке на ее столе, ее звали миссис Хендерсон. Она была средних лет, сдобного телосложения и обладала теплыми, заботливыми, отчасти материнскими чертами, которые, несомненно, успокаивали нервные пары. Но Элиас видел сталь под поверхностью. Она руководила бизнесом, который должен был приносить прибыль. Она знала свою работу.

Свадебная часовня «Колдовская Ночь» была типичным местом для дешевых и быстрых Браков по Расчету, которые можно было найти в старых кварталах всех городов-государств. Но в Городе Иллюзий они были так же распространены, как игровые автоматы. Здесь был конвейер по заключению БР, сюда стекались клиенты из близлежащих ночных клубов, таверн, казино и других полулегальных предприятий, процветавших в ночи.

Хотя чего возмущаться, они оба хорошо представляли, чего ожидать от круглосуточной свадебной фабрики, и он прекрасно понимал, что Ханна была в ужасе от часовни «Колдовская Ночь». Она изо всех сил старалась скрыть свое смятение, но не нужно быть экстрасенсом, чтобы уловить ее настрой. Возможно, искусственные цветы, тусклая драпировка и освещенная арка выглядели ночью более романтично.

— Мы здесь не для того, чтобы вернуть деньги, — сказал Элиас. — Мы просто хотим поговорить.

— Вы не первая пара, которая вернулась на следующее утро, желая, все аннулировать. — Миссис Хендерсон вздохнула. — Но не унывайте. Это всего лишь БР. Вы, конечно же, можете расторгнуть брак уже сегодня, и, я уверена, вы знаете, что для этого нужно заполнить кое-какие бумажки. Вам придется пойти в соответствующий офис мэрии и заполнить соответствующие формы. В конце концов, БР не является юридически обязывающим контрактом. Но есть несколько правил.

— Но не так много, — подумал Элиас. Брак по Расчету легко заключался и почти так же легко расторгался — в отличие от Брака по Завету, расторжение которого было юридическим и финансовым кошмаром. Затраты на выход из такого брака носили не только финансовый характер. Социальная цена, которую платили и муж, и жена, была огромной. Карьера и репутация сильно страдали или даже были полностью уничтожены расторжением БЗ.

Все знали, что Браки по Расчету — это вежливая уступка, призванная придать интрижке флер респектабельности. Тем не менее, он предоставлял обеим сторонам определенную юридическую защиту, и если у пары, находившейся в БР, рождался ребенок, брак автоматически превращался в Брак по Завету.

— Мы просто хотим задать несколько вопросов, — сказал он, используя, как он надеялся, успокаивающий тон.

В этот момент Вирджил восторженно заурчал и спрыгнул с плеча Элиаса. Пыльный кролик промчался через комнату и вскочил на стол, на котором стоял многоярусный поднос с кексами.

Миссис Хендерсон вскрикнула и вскочила на ноги. — Остановите его. Эти кексы для клиентов.

— Вирджил. — Ханна бросилась к столу. — Нет.

Но Вирджил уже выбрал кекс. Он ухватился за него двумя передними лапами. Ханна подхватила его и посадила себе на плечо. Он сидел и с удовольствием жевал свой приз.

— Я заплачу за кекс, — сказал Элиас. Он выудил из кармана бумажник и достал несколько крупных купюр. — Вы провели церемонию, миссис Хендерсон?

Она фыркнула, но, похоже, деньги ее несколько успокоили. — Боже мой, ты даже не помнишь собственной свадьбы? Вы оба, должно быть, вчера были под конкретным градусом.

— Что-то, вроде — согласился Элиас. — Все немного размытое. Не могли бы вы ответить на вопрос?

Ханна ярко улыбнулась. — Знаете, на случай, если мы захотим порекомендовать это место другим.

— А, понятно. — Миссис Хендерсон расслабилась. — Нет, это была не я. Это был Джо. Прошлой ночью у него была ночная смена.

— Знаешь, где мы можем его найти? — спросил Элиас.

— Вы только что разминулись с ним. Он был на дежурстве до пяти утра. Я думаю, он пошел завтракать. Обычно он ходит в кафе «Туман» перед тем, как отправиться домой спать.

— Это далеко отсюда? — спросила Ханна.

— Прямо по улице.

— Спасибо, — сказал Элиас.

На улице Ханна достала салфетку и вытерла белую глазурь с мохнатой моськи Вирджила.

— По крайней мере, у Вирджила остались приятные воспоминания о нашей свадьбе, — сказала она. — Приятно знать, что хоть у кого-то они есть.

По какой-то причине Элиаса это наблюдение угнетало.

— Я не думаю, что мы настолько сильно обожглись, что у нас будет необратимая амнезия, — сказал он. — Мы оба сильные таланты. Это поможет нам восстановить наши воспоминания. Эй, мы уже собираем кусочек за кусочком, верно?

— Надеюсь.

— И когда к ней вернутся воспоминания об их поспешной полуночной свадьбе, придет ли она в ужас? — он задавался вопросом.

Он вспомнил свои первые впечатления о ней вчера, когда вошел в ее магазин: умная, сильная, загадочная. Каким-то образом она оказалась именно такой, какой он ее представлял.

Он никогда не видел ее фотографии. Она тщательно охраняла свою личность. Но как только он увидел ее, он был уверен, что узнал бы ее где угодно. Ее темные волосы были собраны в милую прическу, которая сочеталась с кокетливым красным платьем и очень высокими каблуками. У нее было поразительное лицо с умными, наблюдательными зелеными глазами. Сила ее ауры говорила, что она может быть страстной или опасной, или и то, и другое.

Определенно его тип женщины.

Его осенило, что сейчас ему, возможно, будет трудно убедить ее в этом.

Некоторое время они шли молча. Теневая Зона находилась в процессе пробуждения новому дню, и это давало все основания полагать, что утро начинается с похмелья, длившегося десятилетиями. Последние остатки зеленого пси исчезли в тумане. Обветшалые витрины магазинов, заваленные мусором переулки и грязные зарешеченные окна казались призрачными тенями в тумане.

В некоторых районах Мертвых городов, включая Город Иллюзий, происходила серьезная джентрификация. Здания колониальной эпохи, построенные колонистами Первого поколения, реконструировались и продавались домовладельцам и владельцам магазинов, которые искали места, наполненные пси Древних. Но последствия модернизации еще не коснулись этой части Города Иллюзий. Судя по всему, никто не торопился начинать этот процесс.

— Но все же чувствовалась энергия в атмосфере, — подумал Элиас. Всегда ощущаешь, когда находишься рядом с руинами Пришельцев. Паранормальные вибрации просачивались из кварцевых катакомб под землей и вытекали из зеленых кварцевых стен, окружающих эфирные зеленые башни. Даже в дневное время энергия вызывала у большинства людей трепет. После наступления темноты энергия всегда была более интенсивной, даже для людей с минимальным талантом.

Но Город Иллюзий был другим. У него была уникальная атмосфера — на самом деле несколько разных вибраций, в зависимости от того, в какой из восьми зон вы оказались в тот или иной момент. Инженер внутри него был заинтригован.

— Что-то здесь произошло давным-давно, — сказал он.

Он не осознавал, что сказал это вслух, пока Ханна не ответила.

— Эксперты с тобой согласны, — сказала она. — Здесь всегда много пара-исследователей, которые лазают со своими приборами. Они постоянно берут замеры, пытаясь проанализировать пси в различных зонах. Но до сих пор никто не придумал объяснения странности. Местных жителей это не слишком беспокоит, потому что это полезно для бизнеса.

— Возможно, произошел какой-то взрыв в самом сердце руин, высвободивший много необычного пара-излучения.

— Если это так, то исследователи не смогли найти эпицентр взрыва.

— Очаровательно. Есть ли признаки того, что излучение могло повлиять на людей, родившихся и выросших в этой зоне?

Ханна бросила на него быстрый взгляд, а затем так же быстро отвела его.

— Нет, — сказала она слишком гладко.

Это его позабавило. — Нет ничего страшного, если бы местные течения создали несколько интересных вариантов парапси-профилей у некоторых людей. По крайней мере, для моей семьи это не имеет большого значения.

Она настороженно посмотрела на него. — Да?

— Давным-давно, еще в Старом Свете, один из моих предков — тот, в честь которого меня назвали, первый Элиас Копперсмит — обнаружил несколько необычных кристаллов с паранормальными свойствами. Произошел взрыв. Он получил облучение неизвестной радиацией. Скажем так, генофонд Копперсмитов серьезно пострадал.

— Что произошло после того, как вы переселились на Хармони?

— А ты как думаешь, что произошло? Мы все еще шахтеры. Продолжаем возиться с кристаллами. Семейная парагенетика непредсказуемая штука.

Она помолчала какое-то время.

— Наверное, приятно иметь возможность проследить историю своей семьи вплоть до Старого Света.

Задумчивость в ее голосе беспокоила его.

— Интересно, — сказал он, тщательно подбирая слова. — Но не особо полезно. Главное — настоящее и будущее, ведь так? Это единственные две вещи, которые мы можем изменить.

— Да. Но прошлое во многом похоже на параэнергию, не так ли? Токи продолжают резонировать с энергией настоящего и таким образом влияют на будущее. Вот почему человеку необходимо знать свою историю.

— Может быть. Но только в том случае, если человек, о котором идет речь, готов использовать эту информацию, чтобы изменить свое настоящее и будущее в положительную сторону.

— Думаю, да, — согласилась она.

— Послушай, я инженер, поэтому я не обладаю интуицией или проницательностью, когда дело доходит до разговоров личного характера, но я собираюсь сделать шаг наугад и предположить, что мы говорим о тебе.

Уголок ее рта слегка приподнялся. — Хорошая догадка.

— Ты когда-нибудь искала информацию о корнях?

— Конечно. Несколько раз за эти годы. Потратила кучу денег на так называемых профессиональных специалистов по генеалогии. И потратила часы, пытаясь найти свои семейные корни. А я хорошо умею находить вещи. Но до недавнего времени я всегда упиралась в тупик.

— Что изменилось?

— Пару месяцев назад я познакомилась с доктором Пакстоном Уилкоксом. Он специализируется на парагенетической теории для создания генеалогических древ талантов Сносвета. Он профессор на пенсии, который преподавал парагенетику в Университете Резонанса. Теперь он занимается частной практикой.

— Как ты его нашла?

— Вполне обычным способом — в Интернете. У него есть сайт. Его офис находится в Резонанс Сити, но вся работа выполняется через рез-нет, поэтому не имеет значения, что он находится в нескольких сотнях миль отсюда. У него есть доступ к файлам Тайного Общества, а также к другим генеалогическим базам данных.

— И как результат?

— Ну, недавно я наткнулась на камень преткновения. — Ханна поморщилась. — Неудивительно, что Уилкокс запросил полный парапсихологический профиль. Он отправил меня к исследователю парагенетики в Городе Иллюзий, чтобы он провел обследование. Поскольку мой талант связан со светом снов, часть испытаний требовала поспать пару ночей в лаборатории, пока я была подключена к различным мониторам. После — я обнаружила, что доктор Грейди Барнетт — лживый обманщик и лицемерный тупица.

— Я слышал, что таких здесь много.

— Конечно, но обычно я могу раскусить их заранее. В данном случае это заняло у меня некоторое время — вероятно, потому, что я очень, очень сильно хотела получить профиль парапсихолога. Короче говоря, я послала Барнетта в зеленый ад и ушла из лаборатории. И не вернусь. А это значит, что мне нужно найти другого парапсихолога и начать все заново. Оказывается, составление профиля очень дорогое удовольствие.

Он задавался вопросом, что сделал Барнетт, чтобы заслужить титул «тупица».

— Ты сильная, — сказал он. — И мне это нравится в женщинах, — добавил он про себя.

Она одарила его испуганным взглядом. Затем улыбнулась. Это была настоящая улыбка, такая, которая согрела ее блестящие зеленые глаза.

— Спасибо, — сказала она.

— Ты выглядишь удивленной.

— Ну, я не получила полный пара-профиль от Грейди Тупицы Барнетта, потому что прервала тестирование. Но он сообщил мне, что данные, которые он уже собрал, указывают на то, что я довольно нестабильна с психической точки зрения.

Элиас немного открыл свои чувства, наслаждаясь ощущением ее ауры. — Тупица неправ.

— Ты говоришь очень уверенно.

— Я параинженер, помнишь? Я занимаюсь оценкой паранормальных явлений. Твои токи сильные и устойчивые.

— Я думала, ты эксперт по энергии кристаллов.

Он пожал плечами. — Паранормальная энергия — это паранормальная энергия. Обычно я чувствую ее абсолютно четко, независимо от источника.

— Мои тети тоже утверждают, что я сильная и стабильная. Но, ты знаешь, Это же мои тети. Они любят меня. Что еще они могут сказать?

— Да, ну, я не твоя тётя. И я эксперт.

— Приятно знать. Спасибо. — Ханна выбросила использованную салфетку в переполненный мусорный бак. — Я тут подумала. Вчера мы, должно быть, были в очень плохой форме.

Элиас взглянул на нее. — Ты намекаешь на свадебную церемонию в часовне «Колдовская Ночь»?

— Ага.

— Наверное, понимали, что у нас мало времени, прежде чем мы вырубимся. — Он остановился и посмотрел на сломанную неоновую вывеску над головой. — Вот оно, кафе «Туман». Если повезет, Джо, все еще завтракает.

Он открыл дверь и быстро осмотрел заведение. Оно выглядело именно так, как и ожидалось. В баре на табуретках сидело несколько посетителей. Либо они рано проснулись, либо еще не ложились.

Официантка со скучающим видом наливала кофе одинокому посетителю, занимавшему кабинку. Пахло пролитым пивом, жирной едой и мощным дезинфицирующим средством, которым мыли пол в последний раз, когда кто-то удосужился это сделать.

Он снова открыл свои чувства, исследуя тонкие вибрации, предупреждающие об опасности.

— Все чисто, — сказал он.

Он отступил назад, чтобы пропустить Ханну внутрь, но как только она переступила порог, Вирджил усмехнулся и выпрыгнул из ее рук.

— Вирджил, — сказала Ханна. — Вернись сейчас же.

Он, не обращая на нее внимания, пересек темную комнату и запрыгнул на единственный занятый стол. Одинокий посетитель оказался дородным мужчиной средних лет, одетым в белый комбинезон, усыпанный кристаллами и с высоким воротником, открытым у горла. Его прическа представляла собой гладкий блестящий черный помпадур. На шее у него было несколько золотых цепочек. На спинку стула была накинута белая накидка, украшенная кристаллами. Хотя в комнате было темно, а по другую сторону окна стоял густой туман, на нем были солнцезащитные очки.

Он усмехнулся, увидев Вирджила, и предложил ему кусочек чего-то похожего на жареную картошку.

— Привет, малыш, — сказал он глубоким, звучным голосом. — Как дела? Не ожидал увидеть тебя снова.

Вирджил усмехнулся и милостиво принял жареное подношение.

— Что-то мне подсказывает, что это Джо, ночной регистратор, — сказал Элиас.

Они подошли к столу. Официантка сузила глаза.

— Туалеты только для клиентов, — сказала она.

— Кофе, пожалуйста, — вежливо сказала Ханна.

Элиас понял, что он голоден. — И, яиц.

Официантка расслабилась. — Поняла.

Она исчезла на кухне.

Элиас последовал за Ханной через комнату. Они остановились у стола, где лакомился Вирджил.

— Джо из часовни «Колдовская Ночь»? — спросил Элиас.

— Это я. Хотя мое сценическое имя — Элвис.

— Сценический псевдоним? — уточнил Элиас.

— Да, «Колдовская Ночь» нанимает меня, чтобы я устроил шоу для пар, которым нужна быстрая регистрация. Я горжусь своей работой. Итак, когда я на работе, я Элвис. Хотя ты можешь звать меня Джо. Сейчас я не на дежурстве.

— Спасибо, — сказала Ханна.

— Послушайте, мне очень жаль, но «Колдовская Ночь» не возвращает деньги, — сказал Джо. — Честно говоря, я очень удивлен, что ты так быстро передумал. Вчера вы двое очень настойчиво хотели пожениться. Вы едва могли дождаться. Я бы поспорил на хорошие деньги, что ты знаешь, что делаешь.

— Ты не понимаешь, — сказала Ханна.

— К сожалению, понимаю. — Джо утомленно покачал головой. — Вы не первая пара, которая сожалеет об этом на следующее утро. Но вам придется сделать то, что делают все остальные в вашей ситуации. Подать соответствующие документы на развод.

— Мы не требуем возмещения, — мягко сказала Ханна. — Мы просто хотим задать несколько вопросов. Не возражаешь, если мы присядем?

Она села прежде, чем Джо успел ответить. Восхитившись ловким маневром, Элиас сел рядом с ней.

— Что за вопросы? — спросил Джо. В его глазах было подозрение, но он скормил Вирджилу еще кусочек жареной картошки.

Элиас сложил руки на столе. — Честно говоря, мы с женой плохо помним, что произошло прошлой ночью.

Джо фыркнул. — Это неудивительно. Когда вы вошли, вы еле стояли на ногах. Но я почти уверен, что никто из вас не пил. Подумал, что вы зашли не в тот клуб или пошли по плохой улице и наткнулись на тяжелый пси. После наступления темноты энергия здесь становится странной.

— Что именно мы сказали? — спросил Элиас.

Джо помахал вилкой. — Немного. Вы настояли на том, чтобы вас поженили как можно быстрее. Я провел обычную процедуру. Спросил, какую песню ты хочешь, чтобы я спел. Я дал даме список. Она сделала свой выбор, и я спел. Все заняло от силы пятнадцать минут.

— Мы остановились в мотеле Теневая Зона, — сказал Элиас. — Это была твоя идея?

Джо пожал плечами. — Вы спросили дорогу до ближайшего мотеля. Я предложил Теневую Зону, потому что она чище, чем большинство мест здесь. Думаю, твоя жена это оценила.

Ханна улыбнулась. — Это было очень любезно с вашей стороны.

— Да, ладно. Это часть работы. — Джо вернулся к еде.

— Ты подарил Вирджилу кекс, — добавила Ханна. — Он вспоминает тебя с теплотой.

Выражение лица Джо смягчилось. Он посмотрел на Вирджила. — Кексы доставили вчера утром. Они стали немного черствыми. Я решил, что пыльный кролик не будет возражать.

Официантка вышла из кухни с двумя тарелками яичницы, жареного картофеля и колбасы.

— О, хорошо, — сказала Ханна. — Я очень голодна.

— Я тоже, — сказал Элиас. Он откусил здоровенный кусок и посмотрел на Джо. — Мы приехали на такси?

— Неа. — Джо выпил кофе. — Ты появился у входа и потребовал поженить вас.

Элиас съел еще кусочек, а затем намазал маслом тост. — Он и вправду проголодался, — подумал он. — Как и Ханна. — Она с большим аппетитом поглощала яйца и картофель.

Элиас откусил большой кусок тоста. — Мы говорили, где были, до этого?

Джо пожал плечами. — Сказали что-то о том, что совершили настоящую захватывающую поездку.

— Захватывающая поездка, — тихо повторила Ханна. Она внезапно отложила вилку и полезла в сумочку. Она достала бумажку и протянула ее Джо. — Знаешь, что это такое?

Он нахмурился. «Скоро ты найдешь настоящую любовь». Это одно из тех предсказаний, которые выдает машина. Ну, типа тех, что бывают на карнавалах и в парках развлечений.

— Карнавал, — прошептала Ханна. Она пристально посмотрела на Джо. — А здесь случайно нет карнавала?

— Нет, — сказал Джо.

Элиас мог бы поклясться, что Ханна ощутила облегчение от этой новости. Он снова повернулся к Джо.

— Мы говорили о том, где мы были непосредственно перед тем, как решили пожениться?

Джо снова пожал плечами. — Вы говорили что-то о том, что только что пришли из ресторана, который был закрыт, но там был тяжелый пси. Я подумал, может быть, вы случайно забрели на «Пылающую улицу».

— «Пылающая улица?» — осторожно повторил Элиас.

— Такое случается время от времени, — сказал Джо. — Туристы подходят слишком близко к месту давней катастрофы и получают пси-ожог. На «Пылающей улице» повсюду развешаны плакаты, но всегда найдутся неверующие.

— О какой старой катастрофе ты говоришь? — спросил Элиас.

— Это произошло еще в колониальную эпоху, — сказал Джо. — Под землей произошел большой взрыв и пожар — паранормальный. У одного из входов в туннели. Никаких записей о том, что стало причиной взрыва, нет, но огонь горел несколько месяцев. Место по-прежнему фонит. Местные жители держатся подальше, но, как я уже сказал, время от времени кто-то да свернет не туда и окажется на Пылающей улице. Раньше никто не беспокоился о случайно пострадавшем туристе, но пару десятков лет назад власти решили навести порядок. Согнали специальную пси-команду для установки тяжелых магрез-дверей из стали для сдерживания пара-излучения, выходящего из входа в туннель. Сейчас все заперто. Едва ли туда попадёт турист.

— Можешь дать нам направление? — спросил Элиас.

— Конечно, Пылающая улица находится всего в нескольких кварталах отсюда. Но я тебе говорю: ты не захочешь приближаться к этому месту.

— Это важно, — сказала Ханна.

Джо вздохнул. — Хорошо, но будь осторожен. Это не то, что можно назвать одной из наших местных живописных достопримечательностей.

Он отбарабанил координаты.

— Я ценю это, — сказал Элиас. Он вытащил кошелек. — Ты очень помог. Завтрак за мой счет.

— Эй, спасибо. — Джо расслабился. — Вчера ты тоже был очень щедр.

— Пожалуйста, — сказал Элиас. Он в спешке доел яйца, поднялся и посмотрел на Ханну. — Готова?

Она проглотила последний тост и выскользнула из кабинки. Схватила Вирджила со стола и посмотрела на Джо.

— Еще один вопрос, — сказала она.

— Какой? — поинтересовался он.

— Какую песню я выбрала?

— Одна ночь, — сказал Джо.

— Серьезно? Вот это сюрприз.

— Не совсем, — сказал Джо. — Это классика Старого Света.

Элиас взял Ханну за руку и вывел на туманную улицу.

— Что такого удивительного в выборе нашей свадебной песни? — спросил Элиас.

— Я люблю классику Старого Света, но эта конкретная песня не входит в число моих любимых, — сказала Ханна. — Мне всегда казалось, что она депрессивная. Опять же, вчера у меня, вероятно, не было настоящего романтического настроения. Или, может быть. .

Она замолчала.

— Или, может быть, что? — подтолкнул он.

— Может быть, я пыталась послать сообщение самой себе.

— Что за сообщение?

— Что брак ненастоящий. Что он не продлится долго. Знаешь, годится только на одну ночь.

— Ух ты. А еще говорят, что инженеры не романтики. Ты не хочешь рассказать, почему была так шокирована, когда Джо упомянул, что твое предсказание могло быть получено на карнавале?

— Та находка, о которой я тебе говорила? На которую, я подала иск?

— Да?

— Это карнавал. На мгновение я испугалась, что его нашел кто-то еще.

— Объясни. Почему старый карнавал может быть ценным?

— Это не просто карнавал. Как много ты знаешь о Тайном Обществе?

— Кое что. Не много. Копперсмиты и Джонсы были друзьями на протяжении нескольких поколений, но моя семья никогда не вступала в Общество.

— Ты когда-нибудь слышал о «Полуночном карнавале»?

Он начал было отвечать, что нет, но в его голове всплыли воспоминания, а затем проснулись с такой силой, что он остановился посреди улицы.

— Черт, — сказал он тихо. — Вот так мы оторвались прошлой ночью.

— От кого?

— Банда на мотоциклах. Помнишь? Они поджидали, когда мы выйдем из ресторана, чтобы вернуться к тебе. Их было как минимум четыре, а может и пять. Они были на мотоциклах. Вероятно, бывшие члены Гильдии, потому что они пытались заманить нас в ловушку в переулке, используя призрачный свет. Я думаю, они намеревались вырубить нас с помощью призрака. Мы побежали к дыре в стене, о которой ты знала, и скрылись в туннелях.

— Да. Да. — Ханна покраснела. — Я вспомнила. Мы думали, что они отстанут, как только мы окажемся под землей, но они последовали за нами.

— Должно быть, у них была частота твоего янтаря. Мы прыгнули в сани. Это позволило нам оставаться впереди, но мы не смогли потеряться. Они продолжали преследовать нас.

— Именно тогда я придумала план, как скинуть их с хвоста, нырнув в Полуночный карнавал, — сказала Ханна. — Я знала, что они не смогут последовать за нами через врата Сносвета.

— Ты провела нас внутрь, — сказал он. — И ты была права. Они не смогли последовать за нами. Но мы также знали, что не сможем выйти через эти ворота, потому что они будут ждать нас на другой стороне.

— Мы сбежали через другие ворота, но попали в ужасный пси-шторм, — сказала Ханна. — Нам пришлось повернуть назад, но мы уже получили пси-ожог. Мы понимали, что нас ждет. Нашли третьи ворота и выбрались через них.

— Поэтому я придумал план сначала пожениться, — сказал Элиас.

Она посмотрела на него. — Мне нужно вернуться на Полуночный карнавал.

— Зачем?

— Потому что я вспомнила, что сделала со своим ожерельем.

Элиас почувствовал, как последние воспоминания встали на свои места. — Да. Точно. Есть только одна проблема. Когда вчера мы добрались до третьих ворот, мы уже плохо соображали. Мы не записали координаты.

Тяжелая энергия, просачивающаяся по краям толстого барьера из маг-стали, шевелила волосы на затылке Ханны. Сидя у нее на плече, Вирджил тихо пробормотал.

Вход в старый туннель представлял собой небольшое строение колониальной эпохи без окон, напоминавшее невысокую приземистую каменную башню.

Выцветшая зеленая вывеска над входом гласила: «Объект с высоким уровнем пси на квадратный дюйм». НЕ ВХОДИТЬ.

— Очевидно, что мы вышли из катакомб не через этот выход, — сказала Ханна.

— Нет, но я думаю, что это первый маршрут, который мы попробовали, — сказал Элиас. — Здесь нас поджарил пси. Я помню эту энергию.

— Держу пари, что это был первый вход на «Полуночный карнавал», — сказала Ханна. — Я не думаю, что взрыв и пожар были случайностью. Вероятно, это было сделано, чтобы заблокировать путь, ведущий прямо к воротам.

— Джо сказал, что пожар случился еще в колониальную эпоху. — Элиас в благоговении покачал головой. — Это означает, что кто-то в свое время знал чертовски много о паранормальной энергии.

— Этим кто-то был Джонс, — сказала Ханна.

— Хорошо, это многое объясняет.

— После того, как нам пришлось повернуть назад, мы нашли третий выход, — сказала Ханна. — Вирджил привел нас к нему, помнишь? Он вывел нас на эту самую улицу.

— А это значит, что вход в туннель должен быть где-то здесь, — сказал Элиас.

Они оба посмотрели на Вирджила. Он распушился, купаясь во внимании.

— Хм, — сказала Ханна.

Элиас взглянул на нее. — Что?

— Мы с тобой не знаем, где находится третий вход, но Вирджил знает, — сказала она. — Вчера он вывел нас из катакомб.

Услышав свое имя, Вирджил моргнул своими невинными глазками.

— Ты, через вашу связь, сможешь задать ему подобный вопрос? — спросил Элиас.

— Я не думаю, что он поймет сложный вопрос, но он любит играть в такие игры, как прятки.

Она сняла Вирджила с плеча и держала его на сгибе руки. Свободной рукой она достала предсказание из вечерней сумочки и поднесла его прямо к его лицу.

— Где я это взяла? — она спросила. — Сможешь найти гадалку? Ищи, Вирджил. Пожалуйста.

Она попыталась вложить в свои слова пси-посыл.

Вирджил радостно усмехнулся, почувствовав игру. Он немного пригладил шерстку. Его ушки показались из шерсти, а вторая пара глаз открылась.

Она поставила его на тротуар. Он немедленно рванул с места и бросился в переулок.

Ханна и Элиас поспешили за ним. Вирджил остановился перед дверью и нетерпеливо подпрыгивал вверх и вниз.

Осторожно Элиас толкнул дверь. Мрак владел неосвещенным помещением. Окна были давно заколочены.

Вирджил вошел внутрь.

Ханна последовала за Элиасом. Она уловила шепот тревожной энергии.

— Здесь тоже много пси, — сказала она.

— Но не столько, как там, за стальными дверями через дорогу, — сказал Элиас. — Однако это место находится недалеко от места взрыва и пожара, поэтому оно поглотило часть паранормального излучения. Но здесь достаточно безопасно. Я почти уверен, что мы проходили здесь вчера.

Он двинулся глубже в темноту. Ханна последовала за ним.

Помещение выглядело так, словно когда-то здесь располагался ресторан быстрого питания. Длинная стойка, увенчанная старомодными кассовыми аппаратами и множеством пластиковых столов и стульев.

— Никто не удосужился забрать столы и стулья, — сказала Ханна. — Думаю, они были не достаточно ценными, чтобы вернуться за ними в опасную зону.

Из кухни послышалось приглушенное хихиканье. Ханна обошла конец стойки. Элиас последовал за ней. Они оба были возбуждены, используя свой талант для подавления окружающих потоков энергии, чтобы продолжать продвигаться глубже в ресторан.

Они прошли через отверстие в еще более темное пространство. Благодаря дару Ханна могла видеть объекты вокруг себя, все вокруг было залито жутким призрачным светом. Это место выглядело так, как будто его в спешке покинули. По полу были разбросаны кастрюли и сковородки. Корзина фритюрницы опрокинулась набок. Большие ножи и другая утварь были хаотично разбросаны.

— Похоже, все случилось внезапно, — сказал Элиас. — Они бежали, спасая свою жизнь. — Он сделал паузу. — Я думаю, мы тоже бежали.

— Что ты имеешь в виду?

— Посмотри на пол.

Она посмотрела вниз. На кафельном полу лежал толстый слой грязи и пыли, но в призрачном свете она смогла различить две пары следов, которые казались свежими. Следы содержали знакомый свет снов.

— Это наши отпечатки, — сказала она. — И мы действительно обгорели. Я вижу это в потоках света снов. Удивительно, что нам удалось столько продержаться, чтобы добраться до часовни и мотеля.

— Хорошая новость в том, что никто не следовал за нами, — сказал Элиас. — Других следов нет.

Вирджил усмехнулся, чтобы привлечь их внимание.

Они последовали за ним по потрескавшимся бетонным ступеням, явно построенным двести лет назад, в колониальную эпоху. У подножия лестницы они прошли через подвал к рваной дыре в каменной стене. Знакомая зеленая энергия осветила отверстие.

— Вход в туннель, — сказал Элиас. — Должно быть, именно здесь мы вышли из катакомб. Проверь свой янтарь.

Это была стандартная процедура перед входом в дезориентирующий лабиринт древних катакомб. Янтарь предназначался для навигационных целей. В фонариках не было необходимости. Древние исчезли несколько тысяч лет назад, но их сеть подземных туннелей, наполненных пси, все еще бесконечно светилась энергией зеленого кварца, который был использован для их строительства.

Никто не знал, что стало причиной появления дыр в почти неразрушимом зеленом кварце. Этот материал определенно был невосприимчив к человеческим машинам. Теория научного сообщества заключалась в том, что отверстия, по крайней мере некоторые, были сделаны самими Пришельцами. Другие подозревали, что случайные разрывы и дыры в кварцевых стенах были вызваны мощными сейсмическими и геотермальными силами.

Ханна потрогала свои серьги и немного добавила таланта. Она почувствовала знакомый резонанс и кивнула.

— Я готова, — сказала она.

— Я тоже, — сказал Элиас. — По крайней мере, вчера мы не расплавили янтарь.

Они последовали за Вирджилом через дыру в стене и тут же были окутаны возмущающими чувства потоками паранормального излучения. Поверни за угол или пройди через арочный вход в другую часть катакомб, и сразу потеряешься, если нет навигационного янтаря.

— Не было необходимости блокировать этот вход пси-огнем, — сказала Ханна. — Он не ведет непосредственно к Полуночному карнавалу. Это просто еще одна дыра в стене. Их тысячи в Подземном мире. Как только войдешь в катакомбы, ты окажешься в лабиринте. Если не знаешь координат пункта назначения, ты никогда его не найдешь.

— Если только у тебя нет пыльного кролика, — сказал Элиас.

Вирджил был уже на несколько ярдов впереди. Ханна и Элиас шли за ним.

Он проложил сложный путь через ряд коридоров и комнат, прежде чем, наконец, свернул за последний угол и исчез.

Элиас и Ханна свернули за угол и остановились перед водопадом кипящих кошмаров, перегородившим туннель.

— О, — тихо удивился Элиас. — Я помню эту часть.

Ханна почувствовала облегчение. — И Я.

Они находились в нескольких футах от потока ревущей энергии, но даже на расстоянии Ханна чувствовала прилив чистой силы, который волновал ее чувства.

— Врата Сносвета, — сказала она. — Время от времени я сталкиваюсь с более мелкими. Мой талант тянет меня к ним, когда я нахожусь в Подземном мире. Но ворота, закрывающие вход на карнавал, особенные. Они закодированы пси. Только человек с определенным парапрофилем может открыть их.

Элиас посмотрел на нее понимающим взглядом. — Как у тебя.

— Ага.

Энергия кошмара кипела и бурлила. Потоки, закрывавшие туннель, состояли из тяжелых волн паранормального излучения, исходившего из самого темного конца спектра. Это была энергия снов, преследовавшая человечество с первобытных времен, энергия разрушающих нервы кошмаров.

Ханна улыбнулась. — Вот это кайф.

Элиас посмотрел на нее. — Говори за себя.

— Верно. Я знаю, что свет снов не каждому нравится.

— Это как заглянуть в мини-вселенную кошмаров.

— Эти ворота похожи на те, которые ты хочешь, чтобы я открыла в Городе-Призраке, они такие же мощные, как эти?

— Да.

— Тогда ты обратился к правильному человеку, — сказала она. Гул энергии от ворот заставлял ее чувствовать себя дерзкой. Она осмотрелась. — Где Вирджил?

При звуке своего имени он появился из мрака Сносвета, вернее, его половина. Шерсть у него встала дыбом. Он ободряюще хмыкнул и снова исчез в кошмарах.

— Очевидно, что у пушков нет проблем со светом человеческих снов, — сказал Элиас.

— Неа. Готов?

— Конечно. Ведь у меня нет дел поважнее. Так хочется пережить несколько кошмаров.

Она потянулась к его руке. — Физический контакт помогает. Держись и наслаждайся поездкой.

— Точно так же, как прошлой ночью.

Она была странно рада, когда он не колеблясь взял ее за руку, его пальцы крепко и уверенно сжались вокруг нее.

— Поехали, — сказала она.

Она раскрыла свой талант. Вместе они подошли ближе к каскаду кошмаров. Хватка Элиаса на ее руке резко усилилась. Краем глаза она увидела, как камень в его кольце внезапно вспыхнул паранормальным светом и энергией.

Сносвет шевелил ее волосы, поднимая их облаком вокруг лица. Темная энергия призывала ее чувства, посылая через нее волну за волной опьяняющих ощущений. Ей хотелось смеяться и кричать от восторга.

Она взглянула на Элиаса и по теплу в его глазах поняла, что он почувствовал часть ее волнения.

Она внимательно сосредоточилась в поисках частот пси-замка. Определив их, она принялась за работу, ловко уменьшая потоки, пока они не выровнялись.

Ворота исчезли.

Ханна прошла через отверстие и взмахнула рукой. — Добро пожаловать в мое наследие, легендарный Затерянный музей Тайного общества, также известный как Полуночный карнавал.

Полуночный карнавал выглядел так, словно его перенесли в прошлое и сохранили в другом измерении. Аттракционы, павильоны и торговые палатки — все это было ярко освещено огнями, которые излучали цвета всего спектра, — располагались вокруг огромного помещения из зеленого кварца. Тут и там виднелись входы в залы и туннели, которые таили в себе еще больше достопримечательностей.

Несмотря на то, что Карнавал был ярко освещен, благодаря паранормальным кристаллам, которые использовались для украшения аттракционов, ничто не двигалось. Вокруг царила удивительная тишина, похожая на сон.

— Разве это не удивительно? — сказала Ханна. — Как будто люди и работники просто вышли несколько минут назад и оставили включенным свет. Краска не потускнела, и нигде нет пыли.

— Спасибо за это паранормальной энергии, — сказал Элиас.

Ханна подошла к ближайшему киоску с изображением гигантского куска пиццы.

— Нет мусора и гниющей еды, — отметила она.

— Тоже благодаря здешним паранормальным силам, — напомнил ей Элиас. — Помни, туннели самоочищаются. Еда и другой органический мусор со временем исчезли бы. — Он тихо присвистнул. — Это невероятная находка. Неудивительно, что ты поспешила предъявить претензии на этот сектор. Это будет стоить целое состояние Тайному Обществу.

— Я знаю. Но сначала я хочу провести полную инвентаризацию, чтобы точно определить, что я продаю, и определить правильную цену. Вот почему я не уведомила Общество.

— Ты знаешь, кто создал это место? — Элиас задумался.

— Я все еще проверяю информацию о Затерянном музее. Я узнала, что он был создан колонистом первого поколения, который был членом Тайного общества. Его звали Алоизиус Джонс. Он отвечал за артефакты, которые Общество пронесло через Занавес. По сути, он был директором первого музея Аркейна на Хармони. Но когда Занавес закрылся и жизнь колонистов стала трудной, он боялся, что артефакты будут потеряны, украдены или уничтожены.

— Согласно учебникам истории, жизнь колонистов была тяжелой после закрытия Занавеса. Большая часть технологий Старого Света вышла из строя в течение нескольких месяцев. Первое поколение делало упор на выживание, выясняло, как использовать рез-янтарь вместо технологии Старого Света.

— Именно, — сказала Ханна. — Поэтому у них не было времени на такую цивилизованную роскошь, как музеи. У Алоизиуса Джонса были все основания полагать, что будут потеряны не только сокровища, но и история Общества. Он построил Полуночный карнавал, чтобы сохранить и то, и другое. А затем он попросил могущественного таланта света снов запереть входы воротами, которые мог открыть только человек с похожим парапсихическим профилем.

Элиас улыбнулся. — И это оказалась ты.

— Я уверена, что есть и другие, кто сможет открыть врата.

— Но их не много.

— Думаю, да.

— Ладно, а почему Карнавал? — спросил Элиас. — Почему Алоизиус Джонс просто не спрятал артефакты здесь и не запер входы?

— Я думаю, это произошло потому, что у него не было возможности узнать, какая часть исторических записей будет потеряна в хаосе первых нескольких десятилетий. Разумеется, он сам изучал историю. Это была его страсть. Он знал, что лучший способ сохранить исторические записи — это включить их в легенду. Это также самый простой способ убедиться, что они будут переданы следующему поколению. Каждый из этих объектов и достопримечательностей воплощает в себе частичку истории Аркейна.

— Книги и архивы по истории теряются, но легенды и мифы имеют свойство жить. Имеет смысл. Алоизиус Джонс создал легенду Общества.

— Я думаю, в этом и был замысел. Он проделал потрясающую работу.

— Это похоже на настоящий карнавал, вплоть до ларьков с пиццей и хот-догами, — сказал Элиас. — Было ли оно когда-нибудь открыто для публики?

— Нет. Джонс писал в своем дневнике, что никогда не собирался устраивать настоящий карнавал, поскольку некоторые из реликвий, на самом деле, весьма опасны. Но он хотел, чтобы его музей выглядел и ощущался как настоящий карнавал. Различные достопримечательности призваны продемонстрировать историческое значение артефактов будущим поколениям, которые, возможно, забыли историю Общества. Мужчина страстно любил свое творение. Он хотел, чтобы все было идеально и детально.

— Это гениально, — сказал Элиас. — Дизайн достопримечательностей заставит будущих ученых, по крайней мере, задать правильные вопросы о значении каждого артефакта.

— Как наш полуночный брак. Он заставил нас задавать правильные вопросы. — Ханна сделала паузу. — Возможно, карнавал подал нам эту идею.

Элиас бросил на нее нечитаемый взгляд. — М-м-м.

Она не знала, как это воспринять. Она поняла, что надеялась на другой ответ. — Будь осторожна со своими желаниями, — напомнила она себе.

Он подошел к карусели, на которой располагались фигуры и предметы. Фигуры были одеты в костюмы по моде Земли. На одном была сверкающая корона. Все животные тоже были из Старого Света. У некоторых были гордо выгнутые шеи, развевающиеся гривы и копыта. Ханна не могла вспомнить названия этих существ, но была уверена, что видела их изображения в учебниках по истории. Некоторые скульптуры имели форму повозок, запряженных гарцующими животными.

Элиас поднялся на платформу.

— Что ты делаешь? — обеспокоенно спросила Ханна.

— Вчера не было времени осмотреться. Я просто хочу кое-что проверить.

Он исчез в чем-то похожем на кабину управления. Ханна последовала за ним и остановилась возле карусели.

Вирджил появился из-за прилавка и возбужденно захихикал. Он бросился к карусели и вскочил на платформу. Он пробежался глазами по различным фигурам и, наконец, выбрал свой аттракцион. Он запрыгнул на сиденье водителя одного из экипажей. Повозка была запряжена парой копытных существ и выглядела как персонаж старой доброй сказки. Кабина была покрыта белой эмалью и отделана позолотой. Окна выглядели так, словно были сделаны из темных зеркал.

Что-то в зеркалах обеспокоило Ханну.

— Будь осторожен, — сказала она.

Она не была уверена, кому это сказала, Вирджилу или Элиасу. — И тому и другому, решила она.

— Это технология на основе кристаллов, — сказал Элиас из кабины управления. — Думаю, я смогу это включить.

— Наверное, это не очень хорошая идея, — сказала Ханна.

Элиас проигнорировал ее. Через несколько секунд из скрытых динамиков зазвучала музыка. Карусель начала вращаться.

Вирджил подпрыгивал на водительском сиденье своей кареты, безумно хихикая.

— Ох, ради всего святого, — сказала Ханна. — Это так глупо.

На этот раз она говорила сама с собой. Ни один из мужчин не обратил на нее никакого внимания.

Карусель стала вращаться быстрее. Стеклянные глаза фигур начали наполняться энергией, которая, как интуитивно знала Ханна, исходила из темного конца спектра. Королевообразная фигура повернула голову, мрачно сверкнув глазами. У Ханны возникло ощущение, что механизм ищет цель.

Вирджил пролетел мимо, цепляясь за сиденье кареты. Он был под кайфом от адреналина.

Королева снова пронеслась мимо, на этот раз ее стеклянные глаза на пару секунд остановились на Ханне. Леденящая энергия на мгновение заморозила Ханну, прежде чем движение карусели унесло фигуру за пределы досягаемости.

— Элиас, хватит, — сказала Ханна. — Останови карусель. Это опасно.

— Подожди. — Он говорил из кабины управления. — Дай мне минуту, чтобы придумать, как ее выключить.

— Пожалуйста, скажи мне, что ты можешь остановить ее, — сказала Ханна.

— Без проблем. Просто нужно немного времени, чтобы разобраться с технологией.

Карусель теперь вращалась быстрее. Вирджил несся на своей сказочной карете с опасной скоростью. — Не похоже, что он сколько-нибудь встревожен, — подумала Ханна.

Музыка стала более интенсивной. Теперь в ней преобладали паранормальные вибрации, такие, которые будоражили чувства Ханны, и не в хорошем смысле.

— Элиас, — крикнула она, повысив голос, чтобы он услышал сквозь странную музыку. — Тебе нужно остановить эту машину.

— Работаю над этим, — прокричал он. — Все немного сложно.

— Не шути так, — пробормотала Ханна.

Оглядываясь назад, можно сказать, что, вероятно, было ошибкой приводить на карнавал инженера и пыльного кролика, заключила она.

Вирджил снова пролетел мимо. Ханна видела, что он цепляется за сиденье всеми шестью лапами. Его шерсть была прилизана ветром, созданным движущейся платформой. Глаза копытных сверкали зеленым огнем, а с окнами сказочной кареты творилось что-то странное. Они переливались как ртуть.

Встревоженная, Ханна попыталась схватить Вирджила, когда он пролетал мимо, но промахнулась.

Он усмехнулся и уплыл в своей красивой карете подальше от зоны досягаемости.

— Элиас! — крикнула Ханна.

— Есть.

Карусель наконец начала замедляться. Музыка стихла. Стеклянные глаза фигур и окна потемнели. Чувства Ханны успокоились.

Платформа остановилась. Ханна вытащила из кареты безумно возбужденного Вирджила. Элиас вышел из кабинки. Он выглядел таким же взволнованным, как и Вирджил.

— Ты бы видела систему управления этой штукой, — сказал Элиас. Он сошел с платформы. — Удивительная технология. Невероятно думать, что это создало первое поколение. Это значит, что ему двести лет. Инженер, построивший карусель, был техническим волшебником. Намного опередившим свое время.

— Слава богу, что ты смог это остановить, — сказала Ханна. — Я боялась, что Вирджила отбросит центробежная сила. И я уверена, что со стеклянными глазами фигур и окнами в этих маленьких каретах происходило что-то странное. С этого момента ничего не трогай, понял?

— Ладно ладно.

Но она видела блеск любопытства в его глазах. Он изучал другие экспонаты, как игрок изучает колоду карт.

— Ты использовал талант, чтобы активировать элементы управления на карусели, не так ли? — она сказала.

— Да, это то, чем я занимаюсь. У меня талант к работе с кристаллами. Что я могу сказать? Это у меня в крови. Немного потренировавшись, я уверен, что смогу управлять скоростью этой штуки и оружием на платформе.

— Оружием? Они больше похожи на заводные игрушки и миниатюры.

— Поверь мне, это оружие, — сказал Элиас. — Обязательно отметь этот факт при инвентаризации.

— Обязательно. А пока постарайся помнить, что мы здесь не для того, чтобы ты мог провести множество опасных экспериментов. Мы ищем гадалку, помнишь?

— Верно. — Элиас огляделся вокруг. — Она была там, возле «Зеркального Дома».

Они двинулись по лабиринту аттракционов и торговых киосков. Элиас взглянул на вывеску над туннелем, который ответвлялся от главного зала.

«ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В СКАРГИЛЛ-КОУВ, ГОРОД ТАЙН», — прочитал он. Он взглянул на Ханну. — И что же означает этот аттракцион?

— Ты, что ничего не знаешь из истории Тайного Общества?

— Я Копперсмит, помнишь? Я инженер. История — не самая сильная моя сторона.

— Скаргилл-Коув маленький городок на Земле. Думаю, именно там в двадцать первом веке, по летоисчислению Старого Света, располагалась штаб-квартира «Джонс и Джонс».

— Хорошо, я знаю о Джонс и Джонс. Итак, был ли Алоизиус Джонс единственным, кто знал место нахождение этого карнавала?

— Нет. Талант Сносвета, который заблокировал врата, конечно, знал о нем. И горстка людей на самом верху Общества тоже знала. Но со временем записи потерялись.

Элиас с тоской оглянулся на карусель. — Есть какие-нибудь идеи об истории этой карусели?

— Я думаю, что фигурки на этой карусели — диковинки миссис Брайдуэлл. Она изготавливала заводные игрушки еще в девятнадцатом веке на Земле. У нее был редкий экстрасенсорный талант к работе со стеклом. Ты заметил, что у всех фигур и скульптур есть странные темные стекла.

— Хм. Ты права. Глаза животных и окна в каретках — все они из стекла. Удивительно. Стекло всегда опасно сочеталось с паранормальной энергией. Эффекты весьма непредсказуемы, поскольку оно обладает свойствами как твердого, так и жидкого кристалла. Кто была эта Брайдуэлл? Должно быть, она была торговцем оружия из Старого Света.

— Думаю, да.

— Эти врата из Сносвета с пси-кодом создают серьезную преграду в туннелях, — сказал Элиас. — И похоже, что единственный вход, ведущий прямо на поверхность, уже почти двести лет заблокирован тяжелым пси. Я могу понять, почему это место так долго оставалось нетронутым.

Ханна огляделась вокруг. — Есть еще один вариант. Возможно, за прошедшие годы кто-то и смог открыть врата и обнаружить это место, но был либо случайно убит одним из артефактов, либо был дезориентирован светом снов и так и не выбрался из Подземного мира.

— Как Город-Призрак, — сказал Элиас. — И подобные вещи помогают поддерживать легенды.

Они прошли мимо Зеркального Дома. Ханна взглянула на темный вход, увидела проблеск жуткого света и быстро отвела взгляд.

— Аркейну придется привлечь множество экспертов для работы с артефактами в этом месте, — сказала она.

— Да, — согласился Элиас.

Ханна увидела будку гадалки и забыла о Зеркальном Доме.

— Вон она, — сказала она и поспешила к будке. — Я надеюсь, что мое ожерелье в безопасности.

Внутри стеклянной кабины находилась фигура в натуральную величину: мужчина, одетый в высокую остроконечную шляпу и развевающуюся мантию, украшенную звездами и древними алхимическими символами. У него была грива белых волос до плеч, белая борода и глаза из сапфирового стекла. Перед фигурой лежала огромная стопка бумажных предсказаний.

Красочная вывеска гласила: «СИЛЬВЕСТР ДЖОНС ПРЕДСКАЖЕТ ВАШУ СУДЬБУ».

— Как я уже говорил, я мало что знаю по истории, — сказал Элиас. — По крайней мере, Тайного Общества. Но это имя звучит знакомо.

— Еще бы, — сказала Ханна. — Сильвестр Джонс был основателем Тайного общества на Земле. — Она остановилась, чтобы осмотреться. — Ты видишь Вирджила?

— Нет, — сказал Элиас. Но его внимание было сосредоточено на будке гадалки. — Эти сапфировые кристаллы, кажется, полны энергии.

— Вирджил, — позвала Ханна.

Приглушенный смешок раздался из-за ряда игровых автоматов.

— С ним все будет в порядке, — сказал Элиас. — Давай заберем твое ожерелье.

Она немного поколебалась, а затем напомнила себе, что Вирджил чувствует себя в Подземном мире как дома. Он часто ходил в Тропический лес на охоту по ночам. Он мог позаботиться о себе.

— Я помню, как вчера снял заднюю панель, чтобы ты могла спрятать свое ожерелье в ворохе бумажек, — сказал Элиас. — Но у меня так и не было возможности активировать механизм. Посмотрим, что произойдет, когда я резану старого Сильвестра.

— Учитывая то, что произошло с каруселью, я не уверена, что это хорошая идея…

Но Элиас уже нажал красную кнопку.

Внутри кабины послышался слабый шум. Ханна настороженно, но зачарованно наблюдала, как оживает фигура Сильвестра Джонса. Глаза несколько раз моргнули и засияли энергией. Из скрытого динамика раздался глубокий механический голос.

— Положите руку на отпечаток ладони, — произнесла роботизированная фигура. — И вы получите свое предсказание.

Элиас положил руку на изображение ладони. Он почти сразу же убрал ее обратно.

— Дерьмо. — Он потряс рукой, как будто ее обожгли.

— Что такое? — спросила Ханна.

— Черт побери, если я знаю. Какая-то энергия. Не сильноя, но определенно горячая.

— Ты в порядке?

— Да, все хорошо.

Скрытые механизмы снова зажужжали. Из щели появился листок бумаги. Элиас осторожно взял его и посмотрел.

— Ну как? — спросила Ханна. — Что там написано?

— Там написано: «Остерегайтесь незнакомцев, продающих недвижимость на набережной».

— Ну, это бесполезно, — сказала Ханна. — Это просто обычное предсказание, подобное тому, которое я получила о обретении настоящей любви.

— Верно.

Его голос снова звучал раздраженно.

— Мое ожерелье, — подсказала Ханна.

— Дай мне минуту.

Он достал из кармана куртки небольшой кожаный футляр. Открыв футляр, он достал небольшой инструмент и приступил к работе над задней частью будки гадалки.

— Готово, — сказал он мгновение спустя.

Он снял заднюю панель и поставил ее на землю. Он перемешал кучу бумажек. Когда он вытащил руку, Ханна увидела, что он держит ее ожерелье.

Ее охватило облегчение. — Слава Богу. Помню, я подумала, что если те парни, которые преследовали нас, пройдут через ворота света снов, ожерелье будет в безопасности внутри будки.

— Если Сильвестр Джонс не может защитить предмет, то кто тогда сможет? — сказал Элиас. Он вернул панель на место. — Теперь нам нужно спасти мою команду, а затем выяснить, кто преследовал нас прошлой ночью.

— Это серьезный список дел. — Она застегнула ожерелье на шее. И глубоко вздохнул. — Ну, по крайней мере, мы знаем, почему поженились. Ты боялся, что парни на мотоциклах преследовали меня, потому что не хотели, чтобы я спасла твою команду. Ты думал, что если мы поженимся, похитители дважды подумают, прежде чем пытаться похитить меня. Ты хотел защитить меня именем империи Копперсмит.

— Да, что-то в этом роде. — Он застегнул молнию на черном футляре для инструментов. — Копперсмит заботятся о своих.

Теперь его голос звучал недовольно. Она прочистила горло. — Это было очень мило с твоей стороны.

Он посмотрел на нее, глаза налились энергией. — Мило?

Она покраснела. — Я просто хочу, чтобы ты знал, что я ценю этот жест.

Он посмотрел на нее непостижимым взглядом. — Все, что я могу сказать, это то, что в то время это казалось хорошей идеей.

— Верно. — Она расправила плечи. — Ну, это осложнение для нас обоих, но ничего такого, что нельзя было бы исправить. Просто нужно собрать немного документов.

— На которые у нас нет времени, пока мы не вытащим мою команду и не выясним, кто преследовал нас в Теневой Зоне.

— Да, — согласилась она.

Он поразил ее быстрой злой ухмылкой. — Похоже, нас ждет интересный медовый месяц.

Он понял, что совершил ошибку, как только слова сорвались с его уст. Челюсть Ханны сжалась, и показалось, что она закрылась и отдалилась.

Она отвернулась и сделала вид, будто осматривает странный карнавал.

— Вирджил? — она позвала. — Где ты? Мы уходим.

На этот раз ответного смешка не последовало. Ханна направилась к Скаргилл-Коув. — Вирджил? Сейчас не время для игр.

Не в силах придумать, что еще можно сделать, Элиас пошел за ней.

— Извини, — сказал он. — Шутка о медовом месяце была всего лишь неудачной попыткой разрядить обстановку.

— Не заморачивайся, — оживленно сказала она. — Вирджил?

Из одного из игровых автоматов доносились приглушенные удары.

— Нехорошо, — сказала Ханна.

Элиас прислушался к шуму. — Туда.

Он прошел мимо одного аттракциона. Вход был закрыт пси-вратами. На вывеске было написано «ПСИ-САД ЛЮСИНДЫ БРОМЛИ».

— Ты знаешь, кто такая Люсинда Бромли? — поинтересовался он.

— Она вышла замуж за Калеба Джонса. Еще в девятнадцатом веке они вдвоем основали агентство «Джонс и Джонс».

— Знаешь, это место заставило меня понять, что моей семье нужно нанять кого-нибудь, чтобы привести в порядок архивы Копперсмит. Сейчас они просто собраны в большом хранилище на острове.

— Каком острове?

— Коппер-Бич. Семейное гнездо.

— Понятно.

Он снова пожалел, что не держал рот на замке. Не было необходимости напоминать ей о ее статусе сироты. На Хармони семья была всем. Основатели «Первого поколения» использовали все доступные инструменты — юридические и социальные — для укрепления институтов брака и семьи. Эксперты среди них пришли к выводу, что эти два института являются краеугольными камнями сильного общества и лучшей надеждой на выживание оказавшихся в затруднительном положении колонистов.

По большей части система работала хорошо, но ни одна система не была идеальной. Младенцы по-прежнему оставались сиротами, а люди по-прежнему оставались одинокими в этом мире.

Стук и удары стали громче.

Элиас последовал за Ханной мимо зловещего вида аттракциона с надписью «ШТАБ-КВАРТИРА НОЧНОЙ ТЕНИ». ОСТЕРЕГАЙТЕСЬ ЭТОГО НАРКОТИКА.

Его любопытство снова пробудилось. Он собирался спросить Ханну о Ночной Тени, но остановился, когда увидел, что она остановилась перед игровой будкой со стеклянной стеной.

Внутри стенд был наполнен фигурками, игрушками и мягкими игрушками животных. Там стоял миниатюрный аппарат, похожий на кран, оснащенный когтем, который можно было активировать снаружи. Надпись гласила: «Получите кусочек истории Аркейна».

Помимо игрушек, внутри находился еще и возмущенный пыльный кролик. Вирджил буквально отскакивал от стен в яростной попытке выбраться вместе с одной из игрушек. Все четыре глаза были открыты, и раздавалось громкое рычание.

— Боже мой, — сказала Ханна. Она остановилась и уставилась на игру. — Как он попал внутрь?

— Наверное, протиснулся через призовой желоб, — сказал Элиас. — Проблема в том, что он недостаточно велик, чтобы Вирджил мог вытащить себя и игрушку одновременно.

Вирджил продолжал метаться, разбрасывая игрушки.

— Он не бросит свой приз, — констатировала Ханна.

— Мне нравятся парни, у которых есть четкие приоритеты, — сказал Элиас.

Он подошел к задней части аппарата и снова достал футляр с инструментами. Он выбрал инструмент, который, судя по всему, подходил к старомодным креплениям на панели доступа.

Когда он открыл заднюю дверь будки, оттуда вывалилась гора блестящих игрушек. Вирджил торжествующе фыркнул и спрыгнул на пол. Он тащил выбранный приз за одну ногу.

Ханна наклонилась, чтобы поднять его и посадить себе на плечо.

— Дай-ка я посмотрю, какой приз ты выбрал, — сказала она.

Она подняла руку. Снова полностью взъерошенный, с закрытыми охотничьими глазами, Вирджил любезно позволил ей взять фигурку. Элиас наблюдал, как она рассматривает куклу. Это была женщина в брюках и рубашке, покрытых странными зелено-черно-коричневыми узорами. На ее талии висел миниатюрный пояс. На поясе был крошечный фонарик и какой-то предмет, который мог быть камерой или каким-то средством связи. Ее голова была покрыта шапкой седых кудрей.

— Похожа на чью-то бабушку, — сказал он.

— Если бабушка носит тяжелые ботинки и военный камуфляж Старого Света. — Ханна подняла глаза и улыбнулась. — Это Аризона Сноу.

— Никогда о ней не слышал.

— Я расскажу о ней по пути в Город-Призрак. Но сначала мне нужно забежать домой, переодеться и собрать вещи. Твоя бедная команда уже достаточно долго находится в ловушке.

— Хороший план. Вроде, как бы.

Она прочистила горло. — У меня созрел один личный вопрос, который я хотела бы задать.

— Только один?

— Вчера мы ходили вместе ужинать.

— И? — спросил он, теперь уже настороженно.

— Мне просто интересно, всегда ли ты носишь с собой миниатюрный набор инструментов, когда приглашаешь женщину на ужин?

— Всегда. Я же инженер.

Сообщение содержало плохие новости.

Возникли осложнения. Цель ушла. Еще одна попытка будет предпринята, когда появится возможность. Условия соглашения остаются в силе. Результат гарантирован.

Идиоты потерпели неудачу. Как это вообще возможно? Это было простое задание. Похитить женщину и оставить Копперсмита в катакомбах без янтаря. Семья Копперсмит потратит целое состояние на поиски одного из своих, но полиция не станет тратить много времени на поиски Ханны Уэст. Она никто. У нее не было семьи, которая могла бы поднять шум, в случае ее пропажи.

Так близко. Так, чертовски, близко.

Коллекционер метался взад и вперед по комнате. После всех лет поисков; после успеха его тщательно расставленной ловушки; после тщательного планирования тупоголовые идиоты, которых он нанял, облажались.

Коллекционер прошел мимо стола и взглянул на заголовок утреннего выпуска «Занавеса». Он, даже, купил бумажную версию, надеясь, что онлайн-издание ошиблось. Но ошибки не было. Копперсмит женился на этой женщине.

Это создало новую проблему. Правда, брак был всего лишь дешевым БР, но это был законный союз, пока его не расторгли. Элиас Копперсмит с таким же успехом мог бы объявить миру, что Ханна Уэст теперь находится под защитой империи Копперсмит.

Была только одна причина, по которой он сделал это: он знал о Затерянном музее. Он соблазнил глупышку низкосортным Браком по Расчету. И маленькая дурочка купилась. Вероятно, она считала себя невероятно удачливой. Учитывая отсутствие семьи и шаткий парапсихологический профиль, БР — это все, на что она могла надеяться, когда дело доходило до замужества. Предложение заключить БР с Копперсмитом, вероятно, ошеломило ее.

Конечно, он продлится недолго — ровно столько, чтобы Копперсмит убедил ее подписать документы о передаче ему прав. Как только это произойдет, брак будет расторгнут.

Если только она окажется умнее и не откажется от своих требований.

Коллекционер подошел к окну и посмотрел на яркие огни Стрип. Он подумал о том, что знал о Ханне Уэст. Она была никем, и ее пара-профиль говорил о том, что она урод. Но он был вынужден признать, что до сих пор она вела себя довольно умно. Возможно, это она манипулировала Копперсмитом, а не наоборот.

Коллекционер схватил ближайший предмет, стакан, и швырнул его в стену. Он смотрел, как блестящие осколки падают на ковер.

Он не мог отказаться от проекта, пока существовал хотя бы малейший шанс на успех.

Телефон Ханны зазвонил, когда она вышла из такси. Это был не первый звонок, который она получила после выхода на поверхность. Первые два она сбросила, оба от Грейди Барнетта.

Она потянулась к телефону, намереваясь скинуть и третий звонок. И тут заметила припаркованный у обочины элегантный «Каденс» стального цвета.

— Хм, знаешь что? — сказала она, доставая телефон. — Похоже твоя машинка пережила ночь.

Элиас заплатил таксисту и повернулся к ней. Вирджил сидел у него на плече, сжимая за маленькую ногу куклу Аризоны Сноу.

— А ты рассчитывала, что машину угонят ночью? — поинтересовался Элиас.

— Или разденут. Дело не в том, что у нас в ТЗ (Темной Зоне), нет хорошего патруля — он есть. Но он ориентирован на обеспечение безопасности местных жителей. Посетители обычно оставляют свои машины на парковках клубов и казино, потому что там много охраны. Но оставлять такую шикарную машину, как твоя, на ночь в переулке — рисково. Должно быть, для некоторых наших менее щепетильных соседей она была большим искушением.

— Моя машина может позаботиться о себе сама.

— Серьезно? — Телефон в ее руке снова ожил. Она взглянула на экран, ожидая увидеть номер Грейди. Ее охватила тревога, когда она увидела кто звонит. — Ой-ой.

— Что-то не так? — спросил Элиас.

— Это тетя Клара, — сказала Ханна. — Для нее это довольно рано. Она ночная птица.

Элиас взглянул на газетный киоск на углу. На нем был представлен последний выпуск Занавеса. Заголовок об их браке был набран очень крупным шрифтом.

— Что могло пойти не так? — он спросил.

Она одарила его испепеляющим взглядом. — Не волнуйся. Даже если она видела газету, Клара знает, что нельзя верить всему, что читаешь в «Занавесе».

— Все так говорят. Но они все равно читают и верят.

Ханна проигнорировала его и ответила на звонок.

— Доброе утро, — сказала она, пытаясь придать своему тону приподнятую ноту. — Как у вас дела?

— Как у нас дела? — повторила Клара, и ее темный, прокуренный голос прозвучал гораздо резче, чем обычно. — Я расскажу тебе, как у нас дела. Мы бы обе выпали из кресел-качалок, если бы они у нас были. Заголовки газет «Занавеса» сообщают, что вчера ты вышла замуж за Элиаса Копперсмита. В ней говорится, что его семья контролирует огромную часть прав на добычу камней в Подземном мире. Там написано, что он богат. Там также говорится, что он отпрыск. Какой к черту отпрыск? Звучит как какой-то холодильник или машина.

Клара Стокбридж обычно была столпом невозмутимости. Когда она приехала в Город Иллюзий несколько десятилетий назад, ее звали Клара Стоктон. У нее был рост, телосложение и фигура, чтобы стать танцовщицей. Она также обладала интеллектом, креативностью и тонким пониманием аудитории, что позволило ей и ее возлюбленной Бернис Бридж создать шоу «Очаровательные Леди». Шоу просуществовало почти тридцать лет, прежде чем Клара и Бернис изящно закрыли его.

Где-то по пути Клара и Бернис поженились и объединили свои фамилии в Стокбридж. Они настояли на том, чтобы девочка, которую они нашли на пороге, называла каждую из них «тетей», а не «матерью», потому что, как сказала Бернис, у Ханны уже была мать. Марла Сандерс умерла, но Клара и Бернис были ее подругами. Они были уверены, что Марла всем сердцем любила свою маленькую доченьку и потому заслуживала сохранения титула матери.

— Я могу все объяснить, тетя Клара, — сказала Ханна. — Все немного сложно.

— Ответь только «да» или «нет», — сказала Клара. — Это правда?

— Вроде, как бы, что-то типа того.

— Вроде, как бы, что-то типа того. Что это за ответ? Дорогая, ты в порядке?

— Со мной все хорошо, тетя Клара.

— Что происходит?

Ханна глубоко вздохнула и рассказала свою версию.

— Вчера ко мне обратился Элиас Копперсмит и попросил помочь открыть врата света снов в Городе-Призрак. Я согласилась, но прежде чем мы успели покинуть город, одного из нас попыталась похитить банда байкеров. Мы не уверены, но думаем, что они нацелились на меня. Элиас считает, что это может быть корпоративный шпионаж. Возможно, они пытались помешать мне спасти команду Копперсмита.

— Что?

— Элиас посчитал, что безопаснее, если я стану его женой. Это всего лишь БР, тетя Клара. Не о чем волноваться.

— На вас напали? Банда мотоциклистов? Где ты?

— Дома, в целости и сохранности. Банда поджидала нас вчера, когда мы вышли из «Зеленых руин».

— Но это же в ТЗ. У нас никогда не было проблем с бандами мотоциклистов в этой зоне.

— Да, я знаю, тетя Клара.

— «Клуб» не потерпит конкуренции, — несколько рассеянно заметила Клара.

— Факт, — подумала Ханна. Город Иллюзий имел обычные демократические атрибуты — избранного мэра и городской совет. Была также и полиция. Но все знали, что настоящими закулисными хозяевами и силой были члены «Клуба Иллюзион». Это была очень престижная организация. Список членов был коротким. В состав Клуба входили владельцы крупнейших казино города.

— Я знаю, — сказала Ханна. — Я сама поразилась. Очевидно, они не местные.

— Очевидно, — повторила Клара.

Элиас протянул руку.

— Позволь мне поговорить с твоей тетей, — сказал он.

Ханна прижала телефон к груди. — Я не думаю, что это хорошая идея.

— Я все слышу, — сказала Клара, ее голос был несколько приглушен грудью Ханны. — Дай трубку своему мужу по БР.

Неохотно Ханна передала телефон Элиасу.

— Знакомься миссис Клара Стокбридж, — сказала она. — Моя тетя.

Элиас взял трубку.

— Доброе утро, мэм, — сказал он. — Да, я понимаю, что утро доброе не для всех. Извините, привычка. Я Элиас Копперсмит.

Он дал быстрый и подробный отчет о событиях и закончил словами:

— Нет, я еще не знаю, что происходит, ПОКА не знаю, я думаю, Ханна будет в большей безопасности, когда вокруг нее будет охрана Копперсмит, миссис Стокбридж. Кроме того, статус моей жены, даст ей дополнительный уровень защиты. . Да, мэм. Я понимаю. Мы отправляемся на стройплощадку, как только Ханна возьмет все необходимое для похода в катакомбы. Тем временем я попрошу нашу службы безопасности скоординировать свои действия с полицией Города Иллюзий, чтобы начать расследование на поверхности. . Да, мэм, я согласен, «Клубу» не понравится, если какие-то байкеры будут кататься по городу и пугать местных жителей. Это плохо для бизнеса.

Наступила долгая пауза.

Элиас задумчиво посмотрел на Ханну, слушая, что Клара говорила на другом конце провода.

— Нет, мэм, я этого не знал. Буду иметь в виду, — сказал он. — Да, я о ней позабочусь. Извините за заголовок. . Что? Нет, я тоже не знаю, что такое отпрыск. Я согласен, что это звучит не очень хорошо. . Верно. Больше этого не повторится, миссис Стокбридж.

Элиас закончил разговор и вернул телефон Ханне.

— Твоя тетя сказала, что хочет встретиться со мной, как только мы вернемся, — отчитался он. — А еще я не должен называть ее «мэм».

— Да-а-а, ну, мы побеспокоимся об этом после того, как закончим.

— Она беспокоится о тебе.

— Я знаю. — Ханна медленно выдохнула. — Я тоже ее люблю. Что она сказала, когда ты рассказал ей о попытке похищения?

— Это заставило ее сосредоточиться на текущей проблеме, — сказал Элиас, — обеспечить твою безопасность.

— Я могу позаботиться о себе, — сказала Ханна, чувствуя себя довольно мрачно. — Как и твоя машина.

— Я в этом ни на минуту не сомневаюсь, — успокаивающе сказал Элиас. — Но твоя тетя понимает, что со мной ты будешь в большей безопасности, пока мы не разберемся со всем этим. Если банда байкеров была нанята, чтобы помешать тебе спуститься вниз и открыть ворота света снов, то чем скорее мы откроем эти ворота, тем лучше.

— Удивительно. Поздравляю, кстати. Не многие могут переговорить тетю Клару.

Ханна резнула замок на входной двери своего магазина.

— Твоя тетя сказала еще кое-что.

В голосе Элиаса была нотка, которая заставила ее остановиться и посмотреть на него.

— И? — она спросила.

— Она сказала, что понимает, что БР был для безопасности, а не романтический порыв. Тем не менее, такая договоренность на какое-то время сблизит нас. Она сказала, что мне не следует рассчитывать, что я смогу воспользоваться ситуацией.

— Вот, черт возьми.

— Она сказала, что у тебя проблемы с близостью из-за природы твоего таланта, и что если я попытаюсь воспользоваться ситуацией, то пожалею об этом.

— Это так неловко.

— Я не думаю, что она мне угрожала, — рассудительно сказал Элиас. — Не совсем. Я думаю, она просто не хочет, чтобы тебе причинили боль.

— Поверь мне, тетя Клара тебе угрожала.

— Не могла бы ты мне хотя бы намекнуть?

— О характере угрозы? — спросила Ханна.

— Может быть, твоя тетя обратится к кому-то и заставит меня исчезнуть в туннелях, если она решит, что я воспользовался тобой?

Несмотря на свое смущение, Ханна рассмеялась.

— Нет, — сказала она. — Я не говорю, что тетя Клара не могла бы попросить об одолжении или двух, если бы ей это было нужно, но в моем случае в этом нет необходимости.

— Насколько серьезны проблемы?

— Был ли у тебя когда-нибудь опыт выхода из тела?

— Нет, не могу такого сказать.

— Держись меня, и ты, возможно, получишь его. Мне говорили, что они очень захватывающие, но не в хорошем смысле.

Ее талант был, пожалуй, последним, о чем она хотела говорить в данный момент. Она хотела было открыть дверь, но остановилась, когда зазвонил телефон Элиаса.

Он замер на крыльце и ответил на звонок.

— Привет мама. Дай угадаю: ты видела «Занавес». Что? Да, это правда. Не могу дождаться, когда ты познакомишься с ней, но сначала мне нужно закончить дело. . Ты права. Город-Призрак — странное место для медового месяца. Речь идет о спасении команды у второго портала. Если кто и сможет открыть эти ворота, так это Ханна. Обещаю, что позвоню, как только мы выберемся из Подземного мира. Верно. Скажи папе, чтобы не волновался. Что? Я тебя плохо слышу. Помехи. Мне пора.

Он прервал звонок и посмотрел на Ханну.

— Оказывается, моя мама читает «Занавес», — сказал он.

— Без шуток. Наш БР явно является проблемой для многих людей. Но, по крайней мере, это вполне решаемая проблема. Нам просто нужно подать доку. . Дерьмо.

Она смотрела, ошеломленная сценой внутри своего магазина. Ее коллекция артефактов, антиквариата и камней выглядела так, словно на нее обрушился торнадо. Стеклянные шкафы были разбиты, их содержимое разбросано по полу.

Отпечатки света снов незваного гостя были повсюду. Они бурлили на половицах и горели на всем, к чему он прикасался.

Она услышала рычание Вирджила и смутно осознавала, что Элиас отодвинул ее в сторону, чтобы первым войти в помещение. Она заметила, что в его руке было устройство, которое он назвал глушителем, и почувствовала силу в его энергетическом поле, но, не могла осознать вандализм.

Она сказала единственное, что казалось логичным.

— Вот тебе дорогие и надежные замки, которые я установила, — прошептала она.

— У тебя приличные замки, — сказал Элиас. — Но, очевидно, недостаточно хорошие. Я позабочусь о том, чтобы ты получила самые современные технологии из лабораторий Копперсмит. Стой здесь, я осмотрюсь наверху.

— Хорошо, — сказала она.

Преступник поднимался по лестнице в ее личные комнаты. Она видела его отпечатки. Он не просто вломился в ее магазин, он осквернил ее дом.

Она странно оцепенела от шока, и это, должно быть, отразилось в ее голосе, потому что Элиас бросил на нее быстрый обеспокоенный взгляд. Однако он не стал тратить время на ее утешение. Она ждала в дверном проеме, пока он поднимался по лестнице перескакивая через две ступени.

Он вернулся через некоторое время.

— Наверху все чисто, — сказал он. — Это не был вандализм. Они что-то искали.

Она очень плотно скрестила руки на животе, обнимая себя.

— Не они, — прошептала она. — Он. Здесь был один человек.

Элиас внимательно изучал ее. — Ты можешь это определить?

— Он был в очень эмоциональном состоянии — я думаю, в ярости и гневе. Он оставил повсюду свои проклятые отпечатки света снов.

— И ты их видишь.

Она кивнула.

— Он вошел через парадную дверь или через заднюю?

— Заднюю. Никаких следов на крыльце. Я вижу, что он не нашел люк в полу. Он ведет в подвал.

— Ты сможешь опознать эти отпечатки, если снова увидишь их?

— Ах, да.

— Подобные доказательства, не будут иметь силы в суде, но если мы узнаем личность, мы смогли бы найти веские доказательства, которые убедили бы присяжных.

Она просто снова кивнула. Она не знала, что сказать.

Как и ожидалось, Элиас взял на себя ответственность.

— Нам нужно выбираться отсюда и быстро. Переоденься, собери снаряжение, мы идем в Подземный мир. Чем скорее мы вытащим команду, тем скорее мы разберемся с этой ситуацией.

Она направилась к лестнице. — Думаю, что взлом связан с открытием ворот.

Он протянул руку и остановил ее, осторожно поймав ее подбородок рукой.

— Неважно, связано это или нет, — сказал он. — Мы со всем разберемся.

— Ладно.

Она поспешила вверх по лестнице, напоминая себе, что им двоим этой ночью пришлось пережить еще худшие испытания. На них напали мотоциклисты. Они получили пси-ожог. Они поженились.

Но это вторжение в ее дом было более разрушительным, более личным. Уютный, личный маленький мир, который она создала для себя, подвергся вторжению. Вирджил тревожно пробормотал ей на ухо и предложил ей игрушку Аризоны Сноу. Машинально она ее взяла. Странно, но это ее утешило.

— Аризона Сноу не развалилась бы в такой ситуации, Вирджил. Я тоже не буду.

Ее комнаты находились в том же состоянии, что и магазин. После единственного, испуганного взгляда на хаос в кухне и гостиной, она пошла в свою спальню. Одежду выкинули из шкафа на пол. Ее книги были выброшены из книжного шкафа.

Но именно вид черных отпечатков ботинок на ее почти новом, безупречно белом одеяле вызвал в ней приступ неприкрытой ярости. Сносвет кипел в отпечатках. Этот ублюдок стоял на ее кровати.

— Зачем? — прошептала она.

А потом поняла, что он сорвал фотографию с изображением ее и теть со стены над изголовьем кровати. — Наверное, хотел проверить, не спрятала ли я за ней что-нибудь, — подумала она.

Она крепче сжала Аризону Сноу. Она могла поклясться, что почувствовала в кукле небольшой шепот энергии. Это был именно тот бодрящий импульс, который ей был нужен.

— Когда я доберусь до этого урода, он будет очень, очень сожалеть, — сказала она.

— Да, — ответил Элиас с порога. — Он пожалеет.

Она быстро повернулась, чтобы посмотреть на него. В его глазах горело обещание.

* * *

Когда она спустилась вниз, одетая для работы в поле — джинсы, черный пуловер, черный жилет и ботинки — она уже не цепенела от шока. Она кипела от едва сдерживаемой ярости.

Элиас взглянул на рюкзак, который она закинула на плечо, а затем на спальный мешок, который она держала под мышкой.

— Он не понадобится, — сказал он. — Копперсмит обеспечит тебя всем необходимым.

— Мне нужен собственный спальный мешок, — сказала она.

Он не стал подвергать сомнению это утверждение, просто кивнул. — Хорошо. Готова?

— Почти, — сказала она. — Я хочу проверить свое хранилище, прежде чем мы уйдем. Нет никаких признаков того, что злоумышленник нашел его, но я хочу быть уверенна.

Элиас взглянул на часы, его челюсть напряглась, но он кивнул.

— Ладно, — сказал он. — Но давай сделаем это быстро. Я хочу вывезти тебя из города.

Она положила рюкзак и спальный мешок на пол. Открыв потайной люк, она спустилась по ступенькам в подвал. Там она открыла фальшивую обшивку стены, обнажив узкий зазубренный вход в светящиеся зеленые туннели.

— Хранилище недалеко, — сказала она.

Он последовал за ней через короткий лабиринт светящихся зеленых туннелей, пока они не достигли ее тайного убежища. Один взгляд внутрь комнаты убедил ее, что ее самые ценные сокровища остались нетронутыми.

Элиас осмотрел аккуратно разложенные артефакты и реликвии. — Хм.

— Я знаю, — сказала она. — Это больше похоже на магазин подержанных вещей.

Она прекрасно понимала, что коллекция не слишком впечатляет. На одной стороне комнаты было расположено множество преимущественно любительских картин, скульптур и других произведений искусства. На полках в центре стоял пестрый ассортимент предметов: от старых книг и антикварных ламп до рваных стеганых одеял.

В дальнем конце комнаты стояла пара продавленных кроватей, на одной из которых лежал потертый матрас. Были и другие предметы мебели для спальни — деревянный комод и шкаф.

Ее коллекция зеркал занимала длинную стену комнаты.

Элиас медленно прошел через комнату. Она чувствовала энергетический сдвиг в атмосфере и знала, что он открыл свои чувства.

— Ничто из этого не соблазнит обычного вора, — сказал он. Он коснулся пожелтевшего абажура лампы. — Поэтому я предполагаю, что эти вещи имеют для тебя очень личное значение.

— У них всех есть одна общая черта, — сказала она. — Каждый предмет когда-то принадлежал или — в случае с произведением искусства — был создан кем-то, обладающим моим талантом.

— Сноходцы.

— Да. Некоторые предметы новые. Некоторые относятся к первому поколению. Очевидно, этот талант существовал, по крайней мере в скрытой форме, у некоторых колонистов.

Элиас остановился перед одной из картин. Как и в других произведениях искусства, в стиле и таланте художника не было ничего особенного. Но в этой сюрреалистической сцене была тревожная напряженность — странный городской пейзаж, освещенный причудливыми оттенками синего, серого и ультрафиолета.

Элиас перешел к другой картинке. Сюжет тоже был сюрреалистичен, но местом действия были старые руины Древних. Ханна скрестила руки.

— Энергия, вложенная в картины и остальные вещи в этой комнате, заставляет меня думать, что все они были созданы людьми, которые пытались запечатлеть свой опыт хождения во сне, — сказала она.

Элиас встретился с ней взглядом. — Это твоя личная исследовательская коллекция, не так ли?

— Он понял, — подумала она. Это подняло ей настроение.

Она коснулась своего ожерелья под пуловером. — Я надеюсь, что рано или поздно я наткнусь на предмет или произведение искусства, которое даст мне еще один ключ к разгадке моих предков.

— Ты нашла что-нибудь, кроме ожерелья?

— Нет, но новый специалист по генеалогии, которого я наняла, доктор Уилкокс, считает, что если он получит полный парапсихологический профиль, это укажет ему правильное направление. По его словам, это всего лишь вопрос времени.

Элиас задумчиво оглядел помещение. Затем он повернулся к ней.

— Ты уверена, что не рассказывала Уилкоксу или Барнетту о своем ожерелье.

— Нет, точно нет. Не хотела рисковать.

Элиас кивнул. — Логично. А как насчет Полуночного карнавала? Ты говорила о нем кому-нибудь из них?

— Никто, кроме тебя и теток, не знает об ожерелье и Карнавале. Я никому не говорила, что подала заявку на определенный сектор Подземного мира. Однако, как только я заключу сделку с Аркейном, я расскажу Уилкоксу об ожерелье. Я уверена, он сочтет это важным.

— Иск становится общедоступной информацией после его подачи, — заметил Элиас.

— Да, но описание сводится к набору координат, определяющих сектор. В формах нет ничего, что описывало бы то, что я там нашла. Да и кому придет в голову искать поданный мной иск? Ежегодно подаются тысячи исков. Подавляющее большинство пустышки. Очень немногие частники разбогатели в Подземном мире. Крупные компании, такие как Копперсмит, контролируют действительно горячие точки.

— Логично. К слову о горячем, нам уже пора. — Элиас в последний раз оглядел комнату и подошел к ней. — Готова?

— Да.

— Ты уверена?

Она сузила глаза. Что бы он ни увидел в выражении ее лица, должно быть, это его удовлетворило.

— Пошли, — сказал он.

Они вернулись в ее магазин, в выставочный зал. Элиас еще раз огляделся, пока они шли.

— Я именно это имел в виду, ты же знаешь, — сказал он. — После того, как мы спасем команду, я позабочусь о том, чтобы мы нашли парня, который ворвался сюда. Безопасники Копперсмит очень, очень хороши в подобных вещах.

— Хорошо, — сказала она. — Спасибо. Если ты найдешь этого парня, мы в расчете.

— Нет, тебе заплатят по договоренности, — сказал Элиас. — Контракт есть контракт.

Она кинула на него взгляд искоса. — Я не хочу никаких услуг от тебя и твоей компании, Элиас.

— Найти парня, который ворвался в дом, не одолжение. Считай это свадебным подарком.

Звонок в заднюю дверь магазина прозвучал как раз в тот момент, когда Ханна и Элиас собирались выйти через парадную дверь.

Бзззз Бзззз Бзззз Бззз.

Вирджил усмехнулся. Ханна остановилась.

— Одну секунду, — сказала она. — Это позывной Бегунка. Мне нужно открыть.

Она бросила рюкзак и спальный мешок у входной двери и двинулась сквозь хаос торгового зала. Она вошла в заднюю комнату.

Кто бы ни разнес это место, очевидно, он наткнулся на стену в этой комнате. Она была настолько забита коробками, ящиками и картонной тарой, набитыми антиквариатом и предметами коллекционирования, что даже самый решительный грабитель был бы вынужден отказаться от попытки ее обыскать. Судя по пси-отпечаткам на полу, злоумышленник открыл несколько ящиков, а затем сдался. Подавляющее большинство коробок и ящиков были запечатаны.

Она открыла заднюю дверь и увидела Бегунка. Ему было всего девятнадцать, а выглядел он на все сорок с узким лицом с острыми чертами. Его звали Бенджамин Свифт, но на улицах он был Бегунком. Он был охотником с обычным сверхъестественным ночным зрением и скоростью. В более совершенном мире его бы пригласили присоединиться к элитному Федеральному бюро пси-расследований, полицейскому управлению большого города или частной охранной фирме.

Но Бегунок оказался на улице в раннем возрасте. В юные годы он выполнял поручения различных темных личностей в Темной Зоне. В результате у него осталось темное прошлое, которое было слишком сомнительным для ФБПР или любого другого высококлассного правоохранительного органа.

Помимо обладания паранормальными способностями охотника, он также обладал деловой хваткой. Результатом стал его недавно созданный бизнес — Служба доставки ТЗ. Он нанял еще четырех уличных пацанов, которые с гордостью носили униформу Службы доставки ТЗ — черные кожаные куртки с названием компании, написанным на спине огненной графикой. Ниже был девиз компании: «Мы знаем зону». Гладкие черные скутеры Службы доставки ТЗ теперь стали обычным явлением в лабиринте кривых переулков и извилистых улиц Темной зоны.

— Привет, Искательница, — сказал Бегунок со своей фирменной растяжкой типа «мне плевать».

— Привет, Бегунок. — Ханна улыбнулась ему. — Что-то ты рановато. Все в порядке?

— Слышал, вчера у тебя и какого-то парня были проблемы с мотобандой, не из местных. Мы с ребятами тебя искали. Не смогли найти и решили, что вы спустились вниз. — Бегунок потянулся, чтобы погладить Вирджила. — Следующее, что я понял, — Занавес пишет, что ты замужем за какой-то порослью.

— Я думаю, это был отпрыск, — сказала Ханна.

— Что?

— Неважно, — сказала Ханна. — Это Элиас Копперсмит. Элиас, познакомься с Бегунком. Моим братом.

Элиас вопросительно поднял бровь. — Братом?

— Да, — сказала она. И сказала с нажимом. Между ними не было кровной связи, но это не меняло того факта, что она считала его своим братом. — У него лучшая служба доставки в ТЗ.

— Практически единственная служба доставки в ТЗ, — сказал Бегунок. В его глазах загорелся блеск гордости. — Мы единственная бригада, которая может доставить груз в любую точку зоны. Как написано на спине нашей униформы: «Мы знаем зону». Обычные службы доставки теряются, как только сворачивают с Руин-стрит.

— Рад познакомиться, — сказал Элиас.

Он протянул руку.

Несколько секунд Бегунок выглядел растерянным. Потом он понял это и пожал Элиасу руку. Это было осторожное и неловкое рукопожатие. Ханна знала, что у него не было большого опыта рукопожатия с мужчинами из мира Элиаса.

— Ты муж, да? — спросил Бегунок, слегка покосившись на Элиаса.

— Да, — ответил Элиас.

— Эта милая новая Каденс перед входом принадлежит тебе?

— Ага.

— Сегодня рано утром видел, как несколько парней из местной мясной лавки проверяли ее, но когда один из них потянул за ручку, он очень быстро отпрыгнул назад. Ребята сдались и ушли.

— Автомобиль может позаботиться о себе. Как сказала Ханна, вчера у нас были проблемы с бандой байкеров. Оторвались от них в туннелях.

— Да, умный ход, — сказал Бегунок. — Что там со свадьбой?

— Мера предосторожности, — быстро сказала Ханна. — Элиас нанял меня, чтобы открыть врата света снов в Городе-Призраке. В руинах застряла команда. Сейчас мы направляемся туда.

Бровь Бегунка нахмурилась. — Так почему вы поженились?

Ханна вздохнула. — Как я и сказала. Предосторожность. Кто-то вломился сюда прошлой ночью и разнес мой дом с магазином.

Впервые Бегунок выглядел испуганным. — Один из байкеров? Ему удалось найти твой дом?

— Похоже, — сказала Ханна.

— Сложно поверить. Большинству людей из других зон будет сложно найти твой магазин. GPS и картографические системы здесь бесполезны.

— Я знаю, — сказала Ханна.

— Дерьмо. Думаешь, это был кто-то местный? — тихо спросил Бегунок.

— Нет, — сказала Ханна. — Но я полагаю, что мы не можем исключать такую возможность.

— Сейчас у нас нет времени решать эту проблему, — напомнил Элиас. — Но мы найдем этого парня, когда вернемся. Ханна говорит, что узнает его отпечатки, если увидит снова. Между тем, я был бы признателен, если бы вы присмотрели за ее домом.

— Нет проблем, — сказал Бегунок. — Я переведу команду на круглосуточный график. Пятеро из нас по очереди смогут наблюдать за этим местом весь день и всю ночь. Хотя, возможно, он уже не вернется.

— Тут ни угадаешь, — сказал Элиас. — Но если он появится, не пытайтесь его остановить. Если он связан с бандой, он опасен. Вчера байкеры сильно усложнили нам жизнь. Я думаю, что они могут быть бывшими членами Гильдии.

— Не беспокойся о моей команде. — Бегунок рассек воздух рукой, отвергая любые намеки на то, что он и его команда не смогут справиться с незваным гостем. — Просто позаботься о моей сестре.

Элиас улыбнулся. — Я поросль империи и у меня есть доступ ко всем видам высокоуровневой безопасности.

— Отлично. — Бегунок посмотрел на Ханну. — Увидимся, когда вернешься на поверхность.

— Скажи потенциальным клиентам, что я временно закрыта, но скоро вернусь, — сказала она.

— Заметано.

Бегунок в последний раз похлопал Вирджила и скрылся в переулке.

Элиас посмотрел на Ханну. — Потенциальные клиенты?

— Помимо поиска вещей в Интернете для своих постоянных клиентов, я веду небольшой побочный бизнес. Я даю скидку для друзей и семьи. Большинство из них не могут позволить себе мои гонорары и комиссионные.

Она заперла заднюю дверь и пошла к передней части магазина. Она взяла свой рюкзак и спальный мешок и вышла через парадную дверь. Элиас последовал за ней.

Она остановилась на ступеньке магазина, чтобы резануть замок.

— Несмотря на все хорошее, что произошло прошлой ночью, — проворчала она.

Она спустилась по ступенькам вместе с Элиасом. Они направились к элегантному «Каденсу», припаркованному у обочины.

Едва Элиас открыл для нее пассажирскую дверь, как она услышала пронзительный вой маленького, маломощного, экономичного и экологически чистого двигателя.

Маленький автомобиль резко затормозил перед магазином. Ханна повернулась и увидела, как водитель вылезает из машины.

— Ханна, стой. Я пытался с тобой связаться, — крикнул Грейди Барнетт. — Я очень волновалась. Что происходит?

— Только его не хватало, чтобы сделать этот день «идеальным», — простонала Ханна.

Элиас окинул новоприбывшего оценивающим взглядом. — Ты знаешь этого парня?

— К сожалению, да. Грейди Барнетт. Для тебя профессор Грейди Барнетт. Он глава лаборатории парапсихологических исследований на окраине ТЗ. Эксперт, которого я наняла для составления парапсихологического профиля, который собиралась отправить специалисту по генеалогии.

Вирджил примял шерсть на плече Ханны. Он не рычал, но смотрел на Грейди с глубоким подозрением.

— У Вирджила и Грейди не сложилось, — прошептала Ханна Элиасу. — Они не очень любят друг друга.

— Я доверяю инстинктам Вирджила, — сказал Элиас.

— Я тоже, — сказала Ханна. — Сейчас.

Грейди было около тридцати пяти лет. У него были вьющиеся каштановые волосы, проницательные серые глаза, выдающаяся квадратная челюсть и слегка помятый вид человека, только что вернувшегося с учебы, что было принято в академических кругах. Но на Грейди вельветовый пиджак с кожаными заплатками на локтях, джинсы и пуловер смотрелись хорошо.

— Что происходит? — Грейди остановился на тротуаре. Он быстро осмотрел Элиаса, а затем повернулся к Ханне. — Я слышал про БР с одним из наследников «Копперсмит Майнинг». Я не мог в это поверить. Я решил, что это, должно быть, какая-то ошибка.

— Ух ты. — Ханна расширила глаза. — Ты тоже читаешь «Занавес»? Этот день полон сюрпризов.

Грейди проигнорировал это. — Это правда? Ты состоишь в Браке по Расчету?

— Да, в самом деле. Никакой ошибки. — Она неопределенно махнула рукой в сторону Элиаса. — Познакомься с моим. . э-э, мужем. Элиас Копперсмит. Элиас, это Грейди Барнетт.

— Барнетт, — сказал Элиас. Он склонил голову в кратком представлении. — Вам придется нас извинить. Мы спешим. — Он одарил Грейди обманчиво вежливой улыбкой. — Медовый месяц.

— Копперсмит. — Выражение лица Грейди словно по волшебству озарилось теплой, приветливой улыбкой. Он протянул руку. — Я доктор Грейди Барнетт из Научно-исследовательского института Барнетта. Парапсихолог Ханны.

— Неправда, — резко сказала Ханна. — Я наняла тебя сделать профиль, вот и все. Я не просила медицинского совета.

Но Грейди не слушал. Он был слишком занят попытками очаровать Элиаса. Наконец он заметил, что Элиас не трясет его руку, и поспешно опустил ее.

— Это такое удовольствие, — продолжил он. — Мне известно о некоторых исследованиях, проведенных в лабораториях вашей компании. Там интересная работа.

— Мы, конечно, также считаем, иначе мы бы не платили за это, — сказал Элиас.

Грейди вежливо усмехнулся, но выражение лица похолодело. Он взглянул на рюкзак Ханны. — Какой медовый месяц? Больше похоже на работу в Подземном мире.

— Мы подумали, что было бы весело отправиться в Тропический лес, — сказала Ханна. — Ты должен признать, что это уникальное место для медового месяца.

Губы Грейди сжались. — Здается мне, что вы меня разыгрываете.

— Надо отдать должное Грейди, — подумала Ханна. Пусть он и червяк, но совсем не глуп.

— До свидания, Грейди, — сказала Ханна.

Она села на переднее сиденье машины. Вирджил спрыгнул с ее плеча на спинку сиденья.

Грейди наклонился, чтобы продолжить разговор с Ханной. Вирджил зарычал. Грейди настороженно посмотрел на него, но не отступил.

— Скажи, пожалуйста, что происходит? — сказал он лучшим врачебным тоном. — Я волнуюсь за тебя, Ханна. Это не похоже на тебя. Мы оба знаем, что брак не для тебя. У тебя серьезные проблемы с интимной жизнью.

— Вот что интересно, Грейди. — Она одарила его ослепительной улыбкой. — Элиас не боится ни моего таланта, ни моих проблем.

Грейди покраснел. — Ты нестабильна из-за природы твоего таланта. Твоя способность ходить во сне делает тебя очень чувствительной.

— Ты думаешь, что я какой-то урод. Не отрицай этого. Я слышала, как ты говорил со своим помощником. Это было незадолго до того, как я заметила, чем вы двое занимались в том чулане.

— Ханна, я уже говорил тебе, что ты неправильно поняла ситуацию.

— Какую часть я неправильно поняла? Ту, где ты сказал милой Келси Льюис, что я напугала тебя, когда ты проводил тест на сон? Или ту, где она стояла на коленях и делала тебе минет в чулане?

Лицо Грейди сменило цвет с красного на свекольный оттенок.

— Я не виноват, что твой талант не позволяет тебе иметь крепкие, интимные отношения с мужчиной, — огрызнулся он.

Холод пронзил атмосферу. Краем глаза Ханна увидела, как камень в кольце Элиаса искрился небольшим паранормальным огнем.

— Хватит, — сказал он. — Ты действительно думаешь, что я позволю оскорблять мою жену?

Он не повысил голоса, но в его голосе был такой лед, что Грейди вздрогнул, как будто его ударили. Он выпрямился и посмотрел на Элиаса.

— Это конфиденциальный разговор между Ханной и мной, — сухо сказал Грейди. — Медицинский, могу добавить. Она моя пациентка. Я обязан действовать в ее интересах.

— Я не твоя пациентка, — в ярости вскрикнула Ханна. — Я отказалась от твоих услуг.

Вирджил снова зарычал и показал зубы. Грейди поспешно сделал шаг назад.

— Неважно, кто ты, Барнетт, — сказал Элиас смертельно мягким голосом. — Я ее муж, помнишь?

Он закрыл пассажирскую дверь, заперев Ханну внутри. Ханна подозревала, что он пытается положить конец конфронтации. Но сейчас она очень, очень разозлилась.

Она немедленно опустила окно.

— Перестань говорить, что ты мой врач, Барнетт, — сказала она.

— Я не знаю, что здесь происходит, но как квалифицированный практикующий парапсихолог я очень обеспокоен, — сказал он решительно. — Я уверен, что брак — фиктивный. Копперсмит пытается каким-то образом тебя использовать. Мы обсуждали твои проблемы, Ханна. Ты слишком нестабильна для физической стороны брака.

— Да заткнись, — сказала Ханна. — Еще кое-что. Когда я вернусь, я хочу получить мою папку — всю, включая те записи, которые ты сделал в своем дурацком блокноте.

— Я же говорил тебе, что профиль неполон, Ханна, — сказал Грейди. — Мало данных для анализа.

— Мне все равно. Я заплатила за это. Я хочу это. Если ты не отдашь, по-хорошему, я обращусь к адвокату.

— Вы слышали леди, — сказал Элиас.

Он обошел «Каденс», сел за руль и завел мощный двигатель.

Ханна одарила Грейди своей самой ослепительной улыбкой.

— Извини. Не могу остаться и поболтать, доктор Барнетт, — ласково пропела она. — Пора отправляться в медовый месяц.

— Ханна, послушай меня, — настойчиво сказал Грейди. — Куда именно ты собираешься?

— Это конфиденциально, — сказала она. — Я уверена, ты понимаешь.

Элиас рассмеялся и отъехал от обочины.

Ханна пристегнула ремень безопасности и откинулась на сиденье. Ей пришло в голову, что Элиас ведет машину так же, как делает все остальное. Каждое движение было контролируемым, эффективным и компетентным.

Контролируемый, эффективный и компетентный.

Полная противоположность ее собственному крайне эмоциональному состоянию в последнее время. Она думала, что у нее все хорошо, учитывая все, через что ей пришлось пройти за последние несколько часов. Но взлом магазина и квартиры, вызвал волну ярости и разочарования, от которой у нее забилось сердце. По ее мнению, Грейди, появившийся на пороге ее дома и сообщивший перед Элиасом, что она нестабильна и ранима, был последней каплей. Она стиснула руки на бедрах.

— Я не такая, ты знаешь, — сказала она.

— Знаю, — сказал он.

Она взглянула на него и немного расслабилась. — Он понимал, — подумала она.

— Барнетт начал говорить мне, что я ранима, когда проводил тесты в лаборатории. Я настояла, чтобы он принес новую кровать. Я знала, что не смогу спать на использованном матрасе.

— Из-за отпечатков света снов, оставленных другими людьми?

— Да. Свет снов других людей может быть очень…. тревожным. Чтобы быть уверенной, что я вообще смогу заснуть, я принесла свой спальный мешок и положил его на кровать. Я не доверяла постельному белью, которое, по утверждению ассистента Грейди, было новым. В любом случае, это было неловко, и Грейди воспринял мою эксцентричность, как он ее назвал, как показатель моей парапсихической нестабильности.

— Как прошел анализ сна?

— Не очень хорошо. Я провела в лаборатории всего одну ночь. Что бы Грейди ни увидел на мониторах той ночью, это его сильно напугало. Он пытался это скрыть, но я ходила во сне, пока он был в комнате. Я могу сказать, что он нервничал. Конечно, часть его беспокойства могла быть вызвана Вирджилом.

— Ясно, что Верджилу он не нравится.

— Я настояла на том, чтобы взять с собой в лабораторию Вирджила. Конечно, Грейди рассматривал это как еще один признак беспокойства. В любом случае, можно сказать, что Вирджил стоял на страже. Каждый раз, когда Грейди заходил в комнату проверить мониторы, Вирджил следил за ним всеми четырьмя глазами. Грейди было, мягко говоря, очень неловко. Он вел себя так, как будто боялся, что Вирджил в любую секунду вцепится ему в горло.

— Все знают, что когда дело доходит до пушков, когда ты видишь зубы, уже слишком поздно.

— Ага.

Ханна пару раз похлопала Вирджила. Он снова был полностью распушен и явно наслаждался поездкой. Аризона Сноу была надежно зажата в его лапе.

Элиас на мгновение замолчал.

— Ты упомянула, что видела реакцию Барнетта на Вирджила в лаборатории сна, — сказал он в конце концов. — Разве ты не спала?

Она решила, что ее странности — последнее, о чем она хотела бы говорить.

— Мне все снилось, — сказала она. — Для меня спать несколько сложно. Поверни налево на следующем углу. Так мы коротким путем проедем через ТЗ. Это гораздо более быстрый путь к шоссе. Мы и так потратили достаточно времени. Твоя бедная команда, должно быть, задается вопросом, как долго еще им там торчать.

Она затаила дыхание, но Элиас больше не задавал вопросов о ее снах.

— Мы выведем команду. — Он свернул в узкий переулок. — ТЗ действительно представляет собой лабиринт. Неудивительно, что Бегунок и его команда нашли нишу на рынке, которая только и ждет, чтобы ее освоили.

— Единственные люди, которые действительно знают дорогу, — это местные жители, которые прожили здесь большую часть своей жизни. Никто из таксистов из других зон не возьмет пассажиров в ТЗ. Нужно пересесть на местное такси на Руин-стрит, как мы это сделали сегодня утром.

Она дала еще несколько указаний. Ее напряжение начало ослабевать.

— Извини за сцену на улице перед моим домом, — сказала она через некоторое время.

— Какая сцена? Я из шахтерской семьи, помнишь? Папа считал, что детей нужно воспитывать в бизнесе. В результате я вырос в лагерях кварца и кристаллов, разбросанных по всему Подземному миру. Там, откуда я родом, нельзя называть сцену сценой, пока кто-нибудь не вытащит нож или не начнет бросать пивные бутылки.

Она почувствовала себя намного лучше. — Я не нестабильна, но Грейди прав в одном: у меня есть несколько эксцентричных особенностей, которые других людей часто беспокоят.

— Какие?

Она сложила руки на коленях. — Я сплю одна не без причины, — тихо сказала она.

— Из-за хождения во сне?

— Когда я хожу во сне, моя аура накаляется. Это оказывает тревожное воздействие на любого, кто спит поблизости. Это мешает ауре другого человека. Мой опыт выхода из тела может спровоцировать нечто подобное у любого, кто находится в непосредственной близости. Но в отличие от меня большинство людей не привыкли к таким интенсивным осознанным сновидениям. Они просыпаются посреди кошмара. Иногда думают, что умерли и превратились в призраков. Ощущение длится недолго, но пока оно длится, люди склонны паниковать.

— Сегодня утром перед тем, как проснуться, ты гуляла во сне, не так ли?

— Да.

— Я почувствовал сдвиг энергии в атмосфере. Меня это не обеспокоило.

Она взглянула на его кольцо, которое потемнело. — Наверное, потому что ты сам имеешь сильный талант. Но еще и потому, что ты не спал.

— Или, может быть, потому, что меня это просто не беспокоит. Ты сказала, что пошла к Грейди, чтобы получить парапсихологический профиль того специалиста по генеалогии?

— Да. Я пытаюсь проследить свое генеалогическое древо.

— И что совсем тупик? — сказал Элиас.

— Я зашла в тупик, когда попыталась самостоятельно исследовать своих предков. Не смогла уйти дольше мамы, у которой явно был талант. О ее родителях тоже ничего не удалось узнать. Со стороны отца никаких зацепок не было. Итак, за прошедшие годы я наняла нескольких специалистов по генеалогии. Никто из них ничего не нашел. А Пакстон Уилкокс пару месяцев назад нашел. Он работает по другому, потому что использует новейшие методы парагенетики.

— Так ты и оказалась в лаборатории Грейди Барнетта.

— Увы. Что я могу сказать? Барнетт был самым дешевым экспертом-парапсихологом, которого я смогла найти. Он сделал мне скидку, потому что был очень заинтригован моей версией таланта.

— Думаю, ты получила то, за что платила, — сказал Элиас.

— Ну и дела, спасибо.

— Суть в том, что у тебя все еще нет полного парапсихологического профиля.

— Точно. Я ушла прежде, чем он успел закончить мое тестирование.

— Интересно.

Она нахмурилась. — Что?

— Ты заплатила за профиль, который так и не получила, и следующее, что происходит, — тебя преследует кучка парней на мотоциклах.

Она была ошеломлена этой мыслью. — Думаешь, то, что произошло прошлой ночью, может быть связано с Грейди?

— Черт побери, если я знаю. Есть ли шанс, что те пси-отпечатки в твоем магазине принадлежат ему?

— Нет, — сказала она. — Я абсолютно уверена.

— Да, это было бы слишком просто.

— Ага. Грейди одержим своей исследовательской работой. Он хочет оставить свой след в области парапсихологического профилирования. Его цель — опубликовать очень важное, новаторское исследование и получить приглашение на ток-шоу на рез-экране. Поверни направо на следующем углу.

Элиас проверил зеркало заднего вида, а затем снова сосредоточился на вождении.

— У нас компания, — сказал он.

Он так нажал на педаль газа, что Вирджила отбросило назад. Ханна слышала, как он хихикал на заднем сиденье. Через несколько секунд он подпрыгнул и занял свое прежнее место. Он помахал Аризоной Сноу, побуждая Элиаса ехать быстрее.

Ханна повернулась на своем сиденье и посмотрела в заднее окно. Она мельком увидела две фигуры в шлемах на мотоциклах.

— Поверни налево, — сказала она. — Они никогда не найдут нас на Боун-стрит.

Элиас повернул и пронесся по узкому переулку, заполненному пустыми, заколоченными складами.

— Похоже, кто-то еще знает о Боун-стрит, — сказал он очень тихо.

Он затормозил так внезапно, что Вирджила швырнуло вперед на колени Ханне. Она схватила его, а затем перевела дыхание, когда увидела два мотоцикла, которые выехали на Боун-стрит в квартале от них.

— Вот и спрятались на Боун-стрит, — сказал Элиас. — Они точно знают, где мы находимся. Мы укроемся на том складе. Это несколько уравняет правила игры. Выходи.

Он открыл водительскую дверь, вышел и обошел машину сзади. К тому времени, когда он достиг пассажирской стороны, Ханна уже выбралась из машины. Приглаженный Вирджил сидел на ее плече, обнажив четыре глаза и множество зубов. Он держал куклу, как будто она была оружием.

Дверь старого склада была незапертая. Элиас толкнул ее и помог Ханне пройти через дверной проем. Он последовал за ней и быстро повернулся, чтобы закрыть дверь.

— Похоже, эти ребята не принимают ответ «нет», — сказал он.

Ханна наблюдала за происходящим через щель в одной из досок, закрывавших окно. На улице остановились четыре мотоцикла. Мощные двигатели Роли-Старка продолжали грохотать.

— Твоя машина, — прошептала Ханна.

Элиас наблюдал за переулком через ту же щель в деревянной панели.

— Я устал напоминать, что моя машина может позаботиться о себе, — сказал Элиас. Он направил глушитель в щель. — И мы тоже.

Ханна услышала, как кто-то закричал, пытаясь перекричать рев мотоциклов.

— Они ушли — оба.

— Дерьмо. Боссу не понравится, если мы снова их потеряем…

Говоривший так и не закончил предложение.

Ханна почувствовала, как в темном пространстве нарастает энергия. Кольцо на руке Элиаса искрилось энергией. Он включил глушитель.

«Каденс», казалось, светился, словно был освещен изнутри паранормальной энергией. Ханна поняла, что наблюдает за этим другими органами чувств. Мгновение спустя она почувствовала шепот паранормальной ударной волны. Она поняла, что она исходила от машины.

— Высокотехнологичная кристаллическая энергия, — подумала она.

Снаружи кто-то крикнул предупреждение, но крик резко оборвался. Внезапно в узком переулке воцарилась тишина. Мотоциклы больше не ревели. Четверо мужчин лежали на земле. Они не двигались.

Вирджил сразу потерял интерес к происходящему. Он снова был полностью распушен. И триумфально помахал Аризоной Сноу.

Ханна наблюдала за неподвижными мужчинами на улице. — Они. .?

— Живы. — Элиас взглянул на устройство в своей руке. — Думаю. Все еще работаю над некоторыми ошибками. Я не хотел рисковать, и использовать его внутри машины, не на таком уровне мощности. Слишком велика вероятность отката. Возможно, нас тоже приложило бы.

Она тяжело сглотнула. — Понятно. Ух ты. Кому нужен телохранитель, когда под рукой есть инженер?

Элиас напугал ее смехом. Она поняла, что он словил кайф после всплеска энергии.

— Давай, выбираться отсюда, — сказал он. — И быстро. Если они хотели похитить одного или обоих из нас, за нами будет следовать команда. У них может быть более серьезное вооружение.

Он открыл дверь склада и вышел наружу. Ханна последовала за ним.

Сцена на улице выглядела как последствие серьезной аварии с участием нескольких транспортных средств. Четверо мотоциклистов лежали на земле без сознания. Два больших мотоцикла были перевернуты.

Элиас принялся быстро обыскивать ближайшего мотоциклиста. Он конфисковал технику и магрез. Затем он осмотрел заднюю часть кожаного жилета мужчины. Ханна увидела сложные надписи, выполненные кислотно-зеленым шрифтом.

— Что там написано? — она спросила.

— «Солдаты удачи», — сказал Элиас. — Похоже, название банды. Но это может быть прикрытием.

Он проверил обильно татуированную руку мотоциклиста. Неудовлетворенный, он откинул кожаный жилет и посмотрел на обнаженные плечи.

Он перешел к другому мужчине и повторил процесс.

— Что ты ищешь? — спросила Ханна.

— Татуировку, похожую на небольшой торнадо. Это указало бы на то, что эти парни связаны с организацией под названием Вортекс. Некоторое время назад она доставила нам неприятности на Рейншедоу. Эти байкеры проделали большую работу чернилами, но торнадо я не вижу.

— Это хорошая новость или плохая?

— Пока не уверен. Эта команда похожа на наемников по контракту. Люди Вортекса, с которыми мы столкнулись, были, так скажем, штатными сотрудниками. Профессионалы. И их оборудование было намного более изысканным и престижным.

Ханна вздрогнула. — Похоже, твоя первая догадка оказалась верной. Вероятно, это корпоративный шпионаж. Кто-то заплатил этой шайке, чтобы они похитили меня, чтобы я не смогла открыть ворота света снов для Копперсмит.

— Так выглядит. — Элиас достал телефон и сделал несколько фотографий места и лиц байкеров. — Если повезет, здесь найдется что-то, что даст Службе безопасности несколько зацепок.

Ханна села в Каденс вместе с Вирджилом. Элиас оттащил с дороги одно из тел, и сел за руль.

— Какой самый быстрый маршрут отсюда? — он спросил.

— Зависит от. . Мы собираемся в полицию или к порталу?

— Портал. Мы не можем рисковать и терять время. Кроме того, если речь идет о том, чтобы помешать нам спасти команду, самый быстрый способ положить этому конец — выполнить работу.

— В таком случае поверни направо в этот переулок.

Элиас включил двигатель и ловко повел «Каденс» по извилистому переулку.

— Я свяжусь со службой безопасности Копперсмит, — сказал он. — Они могут координировать свои действия с полицией Города Иллюзий. Я надеюсь, нам окажут сотрудничество местные жители.

— Конечно, — сказала она. — Как сказала тетя Клара, члены Клуба Иллюзион не благосклонно отнесутся к иногородним бандам, считающим, что они могут разгуливать по улицам нашего прекрасного города.

— Приятно осознавать, что у вас есть такое правительство, которое осуществляет обеспечение безопасности на улицах.

Врата света снов не были ревущим пламенем раскаленной пси-энергии. Это была холодная, искажающая чувства, отупляющая стена паранормальных кошмаров. Барьер полностью перекрывал вход в огромную пещеру.

— Сносвет Древних, — тихо сказала Ханна. — Как ни странно, он очень похож на человеческой свет снов. Странно думать, что у нас есть что-то общее с Древними, не так ли?

Элиас посмотрел на нее. Он понял, что она была в восторге от задачи разблокировать врата света снов. Ее глаза горели. Вирджил, похоже, разделял ее волнение. Он сидел на ее плече, как мохнатая горгулья, собственнически сжимая фигурку Аризоны Сноу в одной лапе.

— Руины и портал в Город-Призрак находятся по другую сторону этих ворот, — объяснил Элиас. — Мы не смогли найти другого пути внутрь.

Они хорошо провели время на шоссе, ведущем к руинам в пустыне, которые теперь служили штаб-квартирой проекта «Город-Призрак». Спуск в катакомбы прошел довольно гладко, но, миновав ворота Тропического леса, им предстоял двухчасовой путь через наполненные паранормальными явлениями джунгли, чтобы добраться до пещеры с порталом.

К тому времени, как они прибыли в лагерь, зловещие сумерки опустились на жуткие подземные джунгли. Когда наступит ночь, путешествие станет практически невозможным. Было слишком много рисков. — Не о дикой природе нужно беспокоиться, — подумал Элиас. Большинство проблем носили паранормальный характер: бури и энергетические реки, которые с наступлением темноты становились сильнее и гораздо опаснее.

В Тропическом лесу существовало правило: если тебя застала ночь на открытом месте, ты остаешься на месте до рассвета. Нравится это или нет, но они проведут ночь в лагере у портала.

Палатки и оборудование команды были установлены на большой поляне у входа в обширную систему пещер, в которой находился портал. Члены команды Копперсмит, которые не оказались в ловушке внутри пещеры, наблюдали за происходящим с безопасного расстояния.

Поначалу все почувствовали большое облегчение, когда приехали Элиас и Ханна. Но тревога и откровенный скептицизм команды теперь стали ощутимы. Многие не верили, что врата можно будет открыть.

— Знаешь, — сказала Ханна, — похоже, что Древние пытались отправить сообщение через эти ворота безопасности. Очевидно, они не хотели, чтобы в эту пещеру входил кто угодно.

— Мы предполагаем, что они не хотели впускать своих же в Город-Призрак, — сказал Элиас. — Они не знали, что здесь поселятся люди несколько тысяч лет спустя.

Она улыбнулась. — И они даже не предполагали, что поиск способа пройти через запретные врата — это в значительной степени рабочее определение человека.

— Это, безусловно, определение добычи горячих пород, — сказал Элиас.

Он смотрел, как Ханна осматривает ворота. Она была заинтригована, но не нервничала. Она не могла оторвать взгляд от мерцающей стены энергии. Ее талант может и редкий, но именно мощных и сильных талантов всегда привлекали и очаровывали любые формы паранормальной силы.

Это мало чем отличалось от того, как он был увлечен и очарован Ханной. Его желудок сжался. Она выглядела элегантной и немного опасной в своих черных джинсах, черном пуловере, черной жилетке и черных ботинках. Волосы ее были собраны в аккуратный тугой пучок.

Казалось, она не осознавала искры между ними. Либо так, либо она просто очень хорошо умела скрывать свои чувства. Сирота, обладающая мощным талантом, который затруднял близость и делал долгосрочные отношения проблематичными, вероятно, научил скрывать свои эмоции.

Хэнк Ричман, директор службы безопасности, подошел и встал рядом с Элиасом.

— Эти проклятые ворота захлопнулись без предупреждения, — сказал он. — Черт, мы даже не знали, что у входа были пси-врата. Мы использовали пару талантов, что бы проверить, но ничего не нашли. На детекторах парарада ничего не пинговалось, но это неудивительно. Здесь, в Подземном мире, мы можем использовать только самые примитивные технологии. Ничто из продвинутого оборудования не работает в тяжелой паранормальной атмосфере.

— Я знаю, — сказала Ханна. — Если вам от этого станет легче, я не думаю, что ваши высокотехнологичные сенсоры засекли бы эти ворота, даже если бы они находились над землей. Это очень серьезный Сносвет из дальнего конца спектра. Только сильный талант света снов смог бы уловить эти вибрации.

Хэнк кивнул. — У меня девять человек по другую сторону этих ворот. Никто из них не склонен паниковать. Если бы это было не так, они бы не были в команде. Но внутри той пещеры много странной энергии.

— Не волнуйтесь, — сказала Ханна. — Я их вытащу. Мы на одной волне с этим Сносветом. Я могу нарушить течения. Это должно открыть ворота. Но какое-то время ситуация будет накаляться. Скажите своим людям, чтобы они отошли подальше. Возможно, будет откат. Я не хочу, чтобы кто-то пострадал.

Хэнк повернулся к небольшой группе встревоженных зрителей.

— Дайте даме немного места, — сказал он. — Она говорит, что может возникнуть откат.

Никто не спорил. Все понимали опасность. Группа отступила на несколько шагов в окружающие Джунгли. Элиаса осенило, что в Тропическом лесу стало неестественно тихо. Ни одна птица не кричала под тяжелым навесом над головой. В подлеске не было слышно шороха. Очевидно, местная фауна предпочла найти более безопасный участок.

Ханна посмотрела на него. — А ты не собираешься отойти?

— Я думал, вчера из нас получилась неплохая команда. — Он подошел и встал рядом с ней. — Возможно, я смогу поделиться с тобой энергией, если она тебе понадобится.

Она выглядела нерешительной, а затем протянула руку. — Держись крепче. Мы отправляемся гулять по дикой стороне. Если дела пойдут откровенно плохо, я смогу защитить тебя своей аурой.

Он очень крепко сжал ее руку.

Он понял это в тот момент, когда Ханна раскрыла свой талант. Это поразило его ощущения, взбудоражив все чувства. Он услышал рычание Вирджила. Пушок прижал шерстку, все четыре глаза сосредоточились на воротах.

Несколько мгновений казалось, что ничего не происходит. А затем он почувствовал, что Ханна сосредоточилась на тяжелых ртутных потоках врат. Он знал, что она концентрируется на определенных основных длинах волн, ища способ разрушить их. Это была стандартная процедура обращения с энергией Пришельцев.

Он уже знал, что Ханна сильная. А теперь узнал, что она может справиться с дикой энергией Древних с элегантной ловкостью блестящего музыканта.

Поначалу бурлящие потоки врат реагировали на деликатное вмешательство спорадическими скачками напряжения. По мере того, как вторжение Ханны становилось все более целенаправленным, стена энергии кошмаров реагировала, как огромный хищный зверь, пытающийся отбиться от нападавшего. Он хлестал, извивался и сопротивлялся нападению.

Но постепенно ядро монстра начало слабеть. Искрящиеся, сверкающие потоки мерцали и истончались сначала в центре. Истончение медленно распространялось к краям. Врата стали полупрозрачными, а затем прозрачными.

Теперь можно было увидеть фигуры на другой стороне. Элиас быстро сосчитал. Его охватило облегчение, когда он понял, что все девять членов группы живы.

Ханна попыталась освободить руку, но он усилил хватку. Она отказалась от попытки, сжала его пальцы крепче, чем когда-либо, и двинулась к воротам.

Он понял, что ей нужно быть поближе к эпицентру бури кошмаров.

Теперь они были так близко к барьеру, что сырая энергия поднимала волосы на его руках и затылке. Это было похоже на попадание в невидимый ветер. Он чувствовал, как первобытные ужасы готовы ворваться в его сознание и утопить его в непревзойденном кошмаре, которому не будет конца.

Ворота затрещали в последнем яростном приливе энергии.

А потом — пф-ф-ф — исчезли.

Воцарилось ошеломленное молчание.

И тут грянул откат.

Огромный прилив энергии. Элиас чувствовал, как она пытается утащить его в бессознательное состояние. Он знал, что Ханна не застрахована, несмотря на свой талант.

Они держались за руки и вместе встречали бурю, борясь с волной тьмы. Где-то во мраке в ярости рычал Вирджил. Элиас почувствовал, что пушок каким-то образом добавил в битву свою энергию через пси-связь, которую он установил с Ханной. Фигурка Аризоны Сноу светилась силой в течение нескольких напряженных секунд.

Мгновение спустя все было кончено.

Толпа внутри пещеры бросилась к только что открывшимся воротам. Но лидер поднял руку, давая им знак остановиться. С неохотой они остановились. Элиас узнал Дерека Хэнфорда.

— Мистер. Копперсмит? — Дерек крикнул. — Это вы?

— Это я, Дерек. Выводи команду.

Дерек ухмыльнулся и жестом пригласил остальную команду выйти. Им не требовалось второе приглашение. Восемь из них поспешили на поляну. Дерек последовал за ними. — Он был лидером до мозга костей, — подумал Элиас. В чрезвычайной ситуации главным приоритетом было благополучие команды. Ответственный парень не уйдет, пока все остальные не будут в безопасности.

Элиас отпустил руку Ханны и похлопал Дерека по плечу. — Хорошая работа, Хэнфорд. Ты держал всех вместе. Я позабочусь о том, чтобы папа узнал, насколько хорошо ты справился с этой ситуацией.

— Спасибо, — сказал Дерек. — Нужно было убедиться, что это ты. Не мог доверять своим глазам в этой чертовой пещере. У людей начались галлюцинации. Каждый раз, когда мы подходили к воротам, они пытались затянуть нас в кошмар. Почти потеряли Паркера. Он обжегся, но мы вовремя вытащили его. С ним все будет в порядке.

Спасенные члены команды и их коллеги столпились вокруг Элиаса, поблагодарив его. Он покачал головой.

— Не меня благодарите, — Он повернулся, чтобы представить Ханну. — Познакомьтесь с женщиной, которая открыла ворота.

Ханна стояла в стороне. — Она чувствует себя здесь чужой, — понял Элиас.

— Это Ханна, — сказал он, чувствуя прилив гордости и уверенности. — Моя жена.

Раздался хор свистков и крики поздравлений. Элиас был почти уверен, что слышал, как Ханна бормотала что-то о том, что брак — всего лишь БР, но никто не слушал. Всех охватила эйфория облегчения. Никто не обращал внимания на детали.

Хэнк Ричман ухмыльнулся. — Сегодня вечером нам есть что отпраздновать, босс. К счастью для вас, есть запасная палатка. Мы позаботимся о том, чтобы установить ее недалеко от главного лагеря, чтобы у вас было немного уединения. В конце концов, у вас медовый месяц.

— Ну, это немного неловко, — сказала Ханна, стараясь говорить очень тихо.

Они были одни в маленькой двухместной палатке. На подставке между двумя койками горела лампа на янтаре. Ночь наступила, как всегда в Тропическом лесу, быстро. Но территорию лагеря освещали мягко светящиеся фонари, установленные у входа в каждую палатку и по периметру.

В дополнение к лампам изнутри пещеры исходила серебристая паранормальная энергия. Такое сочетание гарантировало, что глубокая ночь в Джунглях будет под контролем.

Вирджил провел первую часть вечера, сытно ужиная походной едой и наслаждаясь вниманием множества новых поклонников. Но когда люди направились к своим палаткам, он исчез. Ханна подозревала, что он пошел показать свою игрушку Аризоны Сноу своим диким приятелям-пыльным кроликам. В результате он не мог играть роль дуэньи.

— Не то чтобы ей и Элиасу она была нужна, — напомнила она себе. Сегодня ночью они были соседями по комнате, а не молодоженами.

Ночь обещала быть долгой, потому что она боялась заснуть.

Элиас сел на койку, и стал снимать ботинки. Услышав ее комментарий, он остановился, чтобы осмотреть интимную обстановку в палатке. Затем он пожал плечами и вернулся к своей задаче.

— Это не будет проблемой, — сказал он. Он тоже понизил голос. Палатка, которую им выделили, располагалась на расстоянии от главного лагеря, и теперь, когда ворота света снов были открыты, вернулись обычные шумы джунглей. Тем не менее, все еще оставался шанс, что их подслушает один из охранников, обходящих периметр, или кто-то, кто решит воспользоваться удобствами.

— Думаю, это станет проблемой, если я засну и начну ходить во сне, — сказала она. Она прижалась к краю койки. Она посмотрела на койку Элиаса менее чем в двух футах(≈ 60 см) от нее. — Здесь мало места. Мои вибрации обязательно помешают свету твоего сна, когда ты заснешь.

Элиас снял второй ботинок. — Мы этого не знаем. Мы никогда не проводили эксперимент.

— Мы с тобой никогда не проводили эксперимент, но у меня есть реальный опыт, — сказала она ровно. — Будет очень неловко, если ты начнешь кричать в три часа ночи.

Элиас одарил ее пугающе злой ухмылкой. — Зависит от причины, по которой я буду кричать.

Она застонала. — Ты не воспринимаешь это всерьез, не так ли?

Его веселье исчезло в мгновение ока. — Вот в чем дело, Ханна. Ни у кого из нас нет выбора, где нам сегодня спать. Я чертовски уверен, что не позволю тебе остаться этой ночью одной.

— Потому что ты хочешь, чтобы все поверили, что мы и вправду женаты?

— Мы и вправду женаты.

Он выглядел раздраженным. Она напомнила себе, что у него тоже был долгий и трудный день.

— Ты понимаешь, что я имею в виду, — сказала она.

Она сняла ботинки и стала расправлять свой спальный мешок на кровати.

Элиас наблюдал за ней. — Да, я знаю, что ты имеешь в виду. Но в качестве меры предосторожности мы проведем эту ночь вместе.

— Предосторожность от чего? Сейчас твои люди в безопасности. Пока мы разговариваем, служба безопасности Копперсмит патрулирует периметр. Ты сказал, что здесь круглосуточная охрана.

— Правильно.

— Тогда в чем проблема?

Несколько секунд Элиас спокойно сидел на краю койки, положив предплечья на колени и свободно сцепив руки. У нее сложилось впечатление, что он пытался решить, как много он может ей сказать. Понимание пронзило ее.

— Поняла, — сказала она тихо. — Ты задаешься вопросом, а было ли то, что здесь произошло — закрытие ворот — случайностью, не так ли?

— Я не знаю, — сказал он тихо. — Ты эксперт. Что ты думаешь?

Она мгновение обдумывала вопрос. — Только такой сильный талант Сносвета, как я, мог намеренно изменить потоки. В твоей команде есть кто-нибудь такой?

— Нет. По крайней мере, я так думаю. Но не исключено, что кто-то подделал свое резюме и скрыл уровень дара. Это не стало бы сюрпризом. Реально сильные таланты делают так постоянно.

— Потому что многие работодатели боятся нанимать высокоуровневые таланты, — сказала Ханна. — Послушай, как бы то ни было, я думаю, что вероятно — это просто случайность. Ты сам сказал, что внутри пещеры много неизвестной энергии. Но если тебя это успокоит, я могу пообещать, что врата больше не закроются. Я уничтожила частоты. Вот почему откат был таким мощным.

Он слегка улыбнулся. — Спасибо. Это радует. Но все еще остается проблема с байкерами. Пока я не выясню, что происходит, я не хочу, чтобы ты оставалась одна. Я отвечаю за твою безопасность.

Его суровое, упрямое выражение лица сказало ей, что нет смысла убеждать его, что ему не придется сегодня играть роль телохранителя. Он чувствовал ответственность за ее безопасность и был из тех людей, которые серьезно относились к своим обязанностям.

— Хорошо, — сдалась она и забралась в спальный мешок, не снимая одежды. — Я постараюсь не заснуть. — Он выглядел мрачно удивленным. — А я то, думал, почему ты пьешь кофе после ужина.

— Дело в том, что я не уверена, что кофеина будет достаточно, чтобы не дать мне уснуть. Я сожгла много энергии, разрушая врата. Мои чувства истощены. Но, может быть, если я, все же, засну, то не стану ходить во сне. Не то чтобы я делала так каждую ночь.

— Что заставляет тебя ходить во сне?

— Я могу делать это по команде. Это форма осознанного сновидения. Я использую его, чтобы находить вещи, когда ищу артефакт или что-то потерянное. Но это также случается, когда моя интуиция пытается мне что-то сказать. — Она махнула рукой. — В таких случаях я не имею особого контроля над процессом. Но проблема здесь, решена, и, как я уже сказала, я вымоталась. Так что, возможно, мне сегодня ничего не приснится.

Уголок его рта слегка приподнялся. — Означает ли это, что вероятность того, что я закричу в три часа ночи, невелика? — Она посмотрела на него. — Не смешно.

— Прости. Просто немного юмора о медовом месяце.

— У нас не медовый месяц. — Простонала она. — И нечестно так шутить надо мной. Иди спать.

— Хорошо. И ты тоже. Нам обоим нужен отдых.

Элиас вытащил огнемет из-за пояса и положил его на пол рядом с койкой, так, чтобы было легко до него дотянуться. Он выключил лампу, погрузив палатку в густую тень. Тропический лес был чудом биоинженерии, но находился под землей. Не было ни луны, ни звезд. Инопланетяне создали искусственный источник солнечного света в светлое время суток, но, видимо, не сочли нужным создать ночное освещение. Тем не менее, близость мягко светящейся пещеры и фонарей обеспечивала проникновение достаточного количества света сквозь тонкие стены палатки, окутывая внутреннее пространство глубокими тенями.

Ханна слышала, как Элиас залез в спальный мешок, производства Копперсмит, который дал ему один из сотрудников. Послышался шорох, а затем стало очень тихо.

Через некоторое время она пошевелилась и сложила руки за головой.

— Ты не спишь? — прошептала она.

— Пока нет.

— Как ты собираешься выяснить, кто послал этих байкеров похитить меня? — она спросила. — Если предположить, что они пришли за мной, а не за тобой.

— Первый вопрос, который я задаю в такой ситуации: зачем/ почему? Когда я узнаю ответ, я буду знать, куда двигаться дальше.

Она слегка улыбнулась. — Это тоже мой первый вопрос.

— Что ты имеешь в виду?

— Когда я гуляю во сне, первый вопрос, который я должна не забыть задать: почему я ищу этот объект? Знание того, почему клиент этого хочет, помогает мне.

— Что произойдет, если тебе не понравится ответ?

— Я вежливо отказываюсь от работы.

— Ты всегда что-то ищешь, когда гуляешь во сне? — спросил Элиас.

— Всегда. Я задаю вопросы, но редко получаю прямые ответы.

— Такова природа интуиции. Ты получаешь намек, но не всегда знаешь, куда он приведет. — Элиас сделал паузу. — И тебе не всегда нравятся ответы, которые ты получаешь.

— В точку, — сказала она. — Тебе нравится быть директором по исследованиям в научно-исследовательской лаборатории Копперсмит?

— Да. Но я думаю, что меня упразднят.

— Почему?

— Потому что стало очевидно, что проект «Город-Призрак» слишком велик и слишком важен, чтобы им можно было управлять в рамках обычной системы исследований и разработок. Папа решил ликвидировать это предприятие. Будет создано отдельное подразделение со своей корпоративной иерархией и собственными специализированными лабораториями.

— Твой отец собирается поручить тебе руководить специальными лабораториями, не так ли?

— Не то чтобы у него был большой выбор. Мой брат Рэйф не хочет этим заниматься. Несколько месяцев назад, сразу после женитьбы, он открыл собственное частное детективное агентство. Консультирует ФБПР и «Джонс и Джонс».

— А твоя сестра?

— Леанна — настоящая наследница клана, если предположить, что он у нас действительно есть. Она получила все управленческие таланты в генофонде Копперсмитов. Все предполагают, что однажды она займет место отца на посту генерального директора компании.

— А ты?

— Я? Я зануда. Я родился для исследований и разработок.

— Это делает тебя занудой? — спросила Ханна.

— Из достоверных источников я знаю, что на коктейльной вечеринке я очень скучный гость.

— Откуда такие мысли?

— Опыт.

— Если у тебя не очень хорошо получается болтать на коктейльных вечеринках, вероятно, стоит поискать другие места для свиданий, — сказала Ханна.

— Эй, спасибо за предложение. Почему я об этом не подумал? Я мог бы назначить свидание и провести веселый вечер — например, сбежать от толпы потенциальных похитителей на мотоциклах. Затем посетить жуткий Карнавал, на котором представлено множество странных артефактов Аркейна. Заключить романтический Брак по Расчету в безвкусной свадебной часовне и провести брачную ночь в дешевом мотеле в Теневой зоне. А на следующее утро проснуться, не помня, что произошло.

Она улыбнулась в темноте. — В общем, это звучит интереснее, чем коктейльная вечеринка.

— Думаешь?

Она повернулась на бок. — Спокойной ночи, Элиас.

— Спокойной ночи, Ханна.

Она подумала об огнемете, который он положил на пол рядом со своей койкой.

На сегодняшний день, насколько удалось установить экспертам, единственными существами в Тропическом лесу, которые иногда оказывались опасными для человека, были другие люди.

Прогулка во сне началась так же, как и всегда. Ее Допп встал с койки и остановился, чтобы посмотреть на себя. Спящая свернулась на боку, уткнувшись в свой специальный спальный мешок на шелковой подкладке. Похоже, она крепко спала. Но она знала, что ходит во сне.

У нее были осознанные сновидения с подросткового возраста, но каждый раз, когда она выходила из тела, ее до сих пор одолевал приступ паники и удивления. После всех этих лет единственное, что она знала наверняка для прогулок во сне, всегда была причина. Это ее интуиция говорила с ней. Ей предстояло выяснить, что пытался ей сказать ее Двойник.

Ее Двойник посмотрел на Элиаса. Он спал на боку, одетый в футболку и брюки. Пока она смотрела, он пошевелился.

Ее спящее «я» знало, что он начал ощущать вибрации ее потоков Сносвета.

— Мне нужно вернуться, прежде чем я потревожу его ауру, — сказала Сновидец.

— Происходит что-то важное, — сказал Двойник. — Что-то, что может изменить все.

Пока ее Двойник смотрел, Элиас открыл глаза. Сначала он выглядел немного смущенным, но не встревоженным. Через несколько секунд он раскрыл спальный мешок, медленно сел и свесил ноги с края койки. Он посмотрел на Спящую. Ему было любопытно, он был заинтригован. И он не был похож на человека, который думал, что попал в кошмар.

— Он не боится, — сказал Двойник.

— Это все, что ты можешь мне сказать? — спросила Сновидец.

— Какой еще мужчина мог спать так близко к тебе и не проснуться в панике, когда ты ходишь во сне?

— Хорошо, значит, он сильный. Но давай не будем углубляться дальше. Я сейчас проснусь.

Ханна проснулась от прилива адреналина. Дрожь пробежала по ее телу, когда она пересекала грань между сном и бодрствующим состоянием. На следующем вздохе она взяла себя в руки. Она больше не ходила во сне.

Она открыла глаза и увидела Элиаса, тихо сидящего на краю своей койки. Он смотрел на нее с легким блеском в глазах.

— Это случилось? — спросил он как ни в чем не бывало. — Ты ходила во сне?

— Да, — ответила она. Расстегнула спальный мешок и медленно села. — Ты. . все в порядке?

— Я в порядке. Твои вибрации разбудили меня, но ничего страшного.

Она не знала, как реагировать. Ни один другой мужчина никогда не описывал этот опыт как нечто незначительное.

— Как это было для тебя? — наконец спросила она.

Он помолчал какое-то время. Она затаила дыхание, боясь ответа.

— По-другому, — сказал он наконец.

— Плохо? — спросила она, более беспокойно. — Я пыталась сказать тебе…

— Нет, — сказал он. — Неплохо. Просто необычно. — Казалось, он искал подходящее слово. — Интимно.

— Интимно?

Он кивнул, удовлетворенный этим словом. — Я думаю, что это лучший способ описать это.

Настала ее очередь растеряться. — Жутко интимно или странно интимно?

— Больше похоже на сексуально интимно.

Она почувствовала, как жар разлился по ее лицу, и была благодарна темноте.

— Никто никогда не описывал это так, — сказала она. — После ночи в лаборатории Грейди, он рассказал мне, что приборы зарегистрировали серьезное нарушение структуры моего света сна во время эпизода хождения во сне. Он сказал, что видел более устойчивые закономерности у талантов Сносвета, которые были заперты в парапсихологических палатах. Он сказал, что сильно удивлен, что я до сих пор. . в своем уме. Между нами говоря, я уверена, что у него большие сомнения на этот счет.

— Я знал несколько свихнувшихся одаренных. Ты не такая. Очевидно, что приборы Барнетта не были достаточно чутки, чтобы точно измерить структуру твоей ауры.

— Как ты можешь быть в этом уверен?

— Ханна, я инженер с талантом работать с паранормальной энергией кристаллов. Кроме того, я происхожу из семьи с далеко не нормальным генофондом. Я могу сказать с абсолютной уверенностью, что мы еще очень многого не знаем о парабиофизике и человеческой ауре. Более того, наши инструменты для измерения этих вещей все еще крайне примитивны.

— Но ты думаешь, что моя энергия света снов …. нормальная? — она спросила.

— Твоя аура не более нормальна, чем моя. Но она сильная и стабильная.

— Но Грейди сказал…

— Нам обязательно говорить сегодня о Барнетте?

Она затаила дыхание. — Отличный вопрос. Нет, нам не обязательно о нем говорить.

— Ты не совсем нормальная. Я тоже. У Копперсмит нет проблем с тем, чтобы быть ненормальным. Можно сказать, это семейное.

— Ты не представляешь, как много это для меня значит, — сказала она. — Спасибо.

— Это не комплимент, черт возьми. Это просто факт.

Она улыбнулась. — Это лучший подарок, который ты мог мне сделать сегодня.

— Да, ну, я бы не назвал это подарком.

— Полагаю, это зависит от точки зрения. Видишь ли, так много людей говорили мне, что мой парапсихологический профиль жутко странный, что в глубине души часть меня в это верит. Тот факт, что у меня есть определенные проблемы с близостью, только усилил негатив.

— Понятно.

— Ну, хватит обо мне. Давай поговорим о тебе.

— Хорошо, — сказал Элиас. Но его голос звучал настороженно.

— Несколько минут назад, когда я гуляла во сне, мой Допп пытался сказать что-то важное о тебе.

— Твой Допп?

— Двойник.

— Так ты называешь себя во сне?

— Да. Когда я вхожу в транс осознанного сновидения, меня словно двое. Метафизическое я и. . другое. . я, физическое.

— Что тебе сказал твой Двойник?

— Это. Я не знаю. Я уверена только в том, что это было важно. Думаю, рано или поздно я пойму.

— Это были тяжелые пару дней. Тебе нужно поспать.

— Нам обоим нужно, — сказала она.

Но она не попыталась заползти обратно в спальный мешок. Элиас тоже не пошевелился. Он просто смотрел на нее, его глаза тлели.

— Она не хочет спать, — подумала она. — Не сейчас. Сверкающее наслаждение, редкое волнение разворачивалось глубоко внутри нее, нагревая кровь и возбуждая чувства — все ее чувства.

Ощущение жара и головокружения, вероятно, были результатом недостатка сна в сочетании с первобытной пара-энергией окружающего Тропического леса, — подумала она. Не говоря уже о тонком влиянии паранормальных вибраций, доносящихся из пещеры.

— Ты не будешь против, если я поцелую тебя, перед сном? — спросила она.

Наступило короткое, напряженное молчание. Ее сердце упало. Она неправильно истолковала атмосферу, царившую между ними. Ладно, возможно, он не думал, что она на грани, но это не обязательно означало, что он хотел переспать с ней.

Она пыталась найти дипломатический выход из худшего момента в ее всегда неловкой общественной жизни, когда Элиас шевельнулся. Он протянул руку через небольшое, темное пространство между ними и погладил ее щеку кончиками пальцев. Его рука была немного грубой, но захватывающей и очень сильной. Это была рука человека, работавшего с инструментами и необработанным кварцем. Это была рука человека, который провел время в Тропических лесах и шахтерских лагерях, рука человека, который знал, как обращаться с силой, как собственной, так и той, что заперта в драгоценных камнях и настроенном янтаре.

Это только сделало нежный жест еще более соблазнительным.

— Мне бы очень хотелось, чтобы ты меня поцеловала, — сказал он.

Он обвил ладонью ее шею сзади.

Она вздрогнула.

Он осторожно притянул ее к себе.

Ее охватило волнение. Он хотел ее. И она хотела его.

Она буквально бросилась на него, прямо в его объятия.

Элиас застонал, звук был низким и грубым, как будто он исходил из какого-то глубокого, тайного места внутри него. Он упал обратно на свою койку, утащив ее с собой. Она растянулась на его твердой, мускулистой груди, остро ощущая тепло его тела.

Он схватил ее лицо ладонями и поцеловал, яростно и, казалось, в отчаянии.

Она чувствовала его мощь и силу сквозь слои одежды. Его эрекция натянула ткань брюк. Она наклонилась и накрыла его своей рукой. Он задержал дыхание, как будто ему было больно. Но в следующий момент он нашел своим ртом чувствительную кожу ее горла, и настала ее очередь тяжело дышать.

Она ахнула и сильнее прижалась к его телу. Его руки скользнули к ее талии, а затем под подол ее черного пуловера. Она почувствовала, как он остановился.

— Ты спишь в бюстгальтере? — спросил он хриплым шепотом ей на ухо.

— Обычно нет, — сказала она огорченно. Вот вам и крутой образ. — Сегодня особенный вечер.

— Ты можешь сказать это снова.

Несколькими решительными движениями он снял пуловер, а затем и практичный, очень несексуальный бюстгальтер, который она всегда одевала на задания в Подземном мире.

Когда она оказалась обнаженной до пояса, ему каким-то образом удалось поменять их местами на узкой походной кровати так, что она оказалась на спине. Дыхание его теперь стало хриплым. Осознание того, что он был так сильно возбужден, подняло ее возбуждение еще выше.

Он прижался к ней и принялся расстегивать ее джинсы. Ему удалось спустить их ей на бедра. Когда он дотянул их до ее лодыжек, она сбросила их.

Он снимал с нее трусики дюйм за дюймом. К тому времени, когда они перелетели через край кровати, она была насквозь мокрой между бедрами. Внутри нее нарастала огромная потребность.

Он нежно погладил ее и снова застонал, когда обнаружил, что она горячая и влажная.

С неохотой он высвободился и встал на ноги рядом с койкой. Он снял брюки и трусы. Когда он опустился обратно на койку, она устроила его между своих ног, приветствуя.

Он окутал ее весом своего тела. Он снова протянул руку между ними и погладил ее, от чего она затаила дыхание и была охвачена чувством головокружения.

Она запустила пальцы в его волосы и подняла колени.

— Сейчас, — прошептала она ему на ухо. — Давай.

Она почувствовала, как он вошел в нее медленно, но с неумолимой силой. Кожа его спины была влажной от пота. Он боролся за контроль.

Он наполнил ее медленным и глубоким толчком. Ощущение было почти невыносимым. Она никогда еще не подходила так близко к пропасти.

С опозданием она поняла, что вот-вот потеряет контроль. Она никогда не теряла контроль. Она не смела потерять контроль.

Старая паника поднялась внутри нее, как прилив. Она замерла.

Элиас замер и поднял голову. Когда он заговорил, его голос был резким, скрипучим шепотом.

— Ханна? Ты. . все в порядке?

— Да. Нет. — Она прижала его к себе, хотя знала, что должна отпустить. — Просто я боюсь, что если мы…. закончим это. . это может повлиять на твою ауру.

Он прижался своим влажным лбом к ее. — Моя аура, черт возьми, может позаботиться о себе.

Она не могла ничего с собой поделать и засмеялась. Это был тихий, дрожащий смех, но он был настоящим.

— Как твоя машина? — она сказала.

— Что-то вроде того.

Она подумала о том, как они держались за руки и прошли через врата света снов, охранявшие Полуночный карнавал, а затем вспомнила, как он схватил ее за руку, когда она разрушала барьер в пещере. Она позволила ему узнать свои сильные и слабые стороны. Она доверяла ему.

— Хорошо, — сказала она. — Хорошо.

Она обвила его ногами. Он застонал и начал двигаться, входя глубже, сильнее и быстрее.

Сладкое, неистовое напряжение снова быстро нарастало внутри нее. Она была захвачена стремительной рекой энергии, которая путала ее чувства и лишала дыхания. И Элиас был там с ней. Она перестала сопротивляться неизбежному.

Он вошел в нее в последний раз, и на этот раз она сжалась вокруг него, не позволяя ему снова уйти.

Они вместе прыгнули в водоворот.

Он накрыл ее рот своим, заглушая ее крик удовольствия и удивления. Поцелуй также заглушил его глубокий, мучительный рык облегчения.

Энергия их сталкивающихся аур была захватывающей, не похожей ни на один другой порыв, который Ханна когда-либо знала.

А потом, на пару ударов сердца, она была уверена, что потоки ее ауры действительно резонируют с волнами, исходящими из энергетического поля Элиаса.

Это был самый интимный опыт, который она когда-либо знала.

— Вот, как это должно быть, — подумала она, проваливаясь в омут.

Она гуляла во сне, снова. .

— Что теперь? — спросила сновидец, раздраженная тем, что он прервал ее роскошный, мирный сон без сновидений. Это был первый раз, когда она заснула в объятиях мужчины, не испытав неприятных последствий.

Ее Двойник не обратил на это внимание. Она поднялась с кровати и посмотрела на спящую.

— Вставай, — сказал Двойник на безмолвном языке снов.

Сновидец пыталась сопротивляться.

— Слишком тихо, — сказал Двойник.

Это было не наблюдение. Это было предупреждение. Сновидица знала, что лучше не игнорировать срочное сообщение, которое посылала ее интуиция.

Спящая неохотно пошевелилась. Двойник вернулся на койку. Метафизическое и физическое снова слились воедино.

Потрясение заставило Ханну проснуться, ее сердце колотилось. Инстинктивно она попыталась сесть, но что-то тяжелое прижимало ее к койке. В дикой панике она боролась с чужим весом.

— Полегче, — сказал Элиас. Он говорил прямо ей в ухо. — Тихо.

Тяжесть резко исчезла с ее груди. Она смутно осознала, что именно рука Элиаса, обхватившая ее, на короткое время поймала ее в ловушку. Она сделала несколько глубоких вдохов, пытаясь успокоить прилив адреналина и пси.

Но в атмосфере была и другая тяжесть. Она давила на нее, заставляя снова погрузиться в сон. Она изо всех сил пыталась сопротивляться этому, автоматически раскрывая свой талант.

Гнетущее ощущение отступило.

Первой ее мыслью было, что Элиас ошибся. В конце концов, его аура не смогла выдержать потоки ее Сносвета. По крайней мере, он не кричал. Но это же был Элиас. Потребуется немало усилий, чтобы заставить его проснуться в панике.

— Прости, — пробормотала она, огорченная. — Я не привыкла ни с кем спать.

— Тихо. — Он коснулся пальцами ее губ. — Чувствуешь?

Она хотела спросить его, что он имеет в виду. Но вспомнила слова Двойника. Слишком тихо.

Казалось, весь лагерь окутал приглушающий чувства туман. Ей пришлось потратить много энергии, чтобы противостоять тяге заснуть.

— Да, — сказала она. — Я чувствую это.

Удовлетворенный тем, что она поняла сообщение, Элиас отпустил ее и сел на край койки. Она наблюдала, как он быстрыми и эффективными движениями натягивает брюки и ботинки. Он схватил огнемет и подошел к входу в палатку. Его широкие плечи выделялись на фоне мягкого света от фонаря, горевшего у входа.

Камень в его кольце светился темным, паранормальным огнем. Тогда она поняла, что он использует свой талант, чтобы отразить давящую тяжесть неестественного сна.

— Одевайся, — тихо приказал Элиас.

Но она уже была на ногах. Она с трудом натянула трусики и джинсы, проигнорировала бюстгальтер. Она натянула пуловер через голову и сунула ноги в ботинки.

Элиас отстегнул полотнище, закрывавшее вход в палатку. Четыре глаза, два из них хищного желто-золотого цвета, уставились на него.

Вирджил моргнул и поспешил войти. Ханна поймала его и посадила к себе на плечо. Он был приглажен и готов к охоте. Ни приветственного смешка, ни рычания. Как и все прирожденные хищники, он был наиболее опасен, когда молчал. Она заметила, что он все еще с куклой.

Элиас двигался тихо. Он почти не издал ни звука, когда вышел из палатки. Он на мгновение остановился, а затем жестом пригласил Ханну следовать за ним.

Когда она шагнула в отверстие, то поняла, что тяжёлая тишина окутывает весь лагерь, как саван. Фонари все еще светились, освещая поляну, но ничего не двигалось.

— Охраны нет, — сказал Элиас, понизив голос. — Кто бы это ни сделал, вероятно, первым нейтрализовал охрану.

Ей хотелось спросить его, почему он так уверен, что пугающая тишина была вызвана человеком. В конце концов, по Тропическому лесу дрейфовало много неизвестной энергии. Но, похоже, сейчас неподходящее время вступать в техническое обсуждение проблемы.

Он шел вперед через стройные ряды палаток. Никто не пошевелился. Достигнув периметра, он остановился и присел возле того, что на первый взгляд показалось кучей тряпья. Ханне потребовалось пару секунд, чтобы понять, что это мужчина, одетый в форму охранника. Она задержала дыхание, ее пульс бешено участился.

Элиас коснулся горла охранника, а затем потряс его за плечо. Ответа не последовало.

— Он жив, — тихо сказал Элиас. — Просто крепко спит. Не думаю, что смогу его разбудить.

Ханна подошла ближе и усилила свой талант. Свет сна в ауре охранника был сильным, но темным.

— Он находится в очень глубоком сне, больше похожем на транс, — сказала она.

Элиас оглядел неестественно неподвижную сцену. — Кто-то всех усыпил.

— Я не претендую на большой опыт в подобных вещах, но я достаточно много знаю о свете снов, — сказала она. — Думаю, можно с уверенностью сказать, что один человек не смог бы собрать ту энергию, которая потребовалась бы, чтобы ввести так много людей в такой глубокий транс.

— Согласен. Я также не знаю ни одной созданной человеком паратехнологии, которая могла бы это сделать. Даже если какая-нибудь лаборатория создаст устройство, достаточно мощное, чтобы одновременно усыпить множество людей, она не будет хорошо работать в Подземном мире. Нам едва удается заставить работать фонари и огнеметы.

Ханна посмотрела на него. — Остаются технологии Древних, не так ли?

— Это самый логичный вывод. Похоже, кто-то нашел интересный артефакт и придумал, как его использовать.

— Так почему же мы не спим?

— У меня предчувствие, что тебя спас талант, — сказал Элиас. — Твоя способность управлять Сносветом, вероятно, дает тебе некоторый естественный иммунитет.

— А ты?

Он поднял руку, показывая кольце. — Это моя личная система оповещения.

— Но зачем кому-то делать это с лагерем, полным людей?

— Я пока не знаю наверняка, но подозреваю, что за этим стоит тот же ублюдок, который запер в ловушке девять человек.

— Недоброжелатели?

— Вероятно, с помощью кого-то местного.

— Ты уверен в этом?

— Это единственное объяснение, которое имеет смысл. Я попытаюсь разбудить Хэнка Ричмана.

— Если он в трансе, как этот охранник, возможно, мне удастся вывести его из него.

— А других?

— Я так думаю, но это потребует времени и много энергии.

— Сначала Ричман, он глава службы безопасности, — сказал Элиас.

Он направился к одной из палаток на краю поляны. Водонепроницаемая пластиковая створка, служившая дверью, была закрыта. Элиас отодвинул ее в сторону и направил фонарик внутрь.

— Ричмана нет, — сказал он. — Что, черт возьми, здесь произошло?

— Хочешь, я взгляну? Если я найду его пси-отпечатки внутри палатки, я, вероятно, смогу проследить за ним и посмотреть, куда он пошел.

— Ты можешь видеть пси-отпечатки в этой среде?

Она знала, что он имел в виду тяжелую атмосферу Тропического леса.

— Если он ушел в Джунгли, я не смогу его отследить, — сказала она. — Это океан паранормальной энергии. Но если он все еще здесь, на поляне, я смогу увидеть его отпечатки, особенно если он был во власти каких-то сильных эмоций — страха, тревоги или беспокойства.

— Смотри.

Ханна осторожно включила свои чувства и сосредоточилась на внутренней части палатки. Горячая, тревожная энергия окутала все, к чему прикасался обитатель — пол, кровать, рюкзак в углу.

Она посмотрела на светящиеся отпечатки на голой земле возле палатки.

— Ричман был очень взволнован, — сказала она. — Думаю, я смогу отследить его, по крайней мере, в лагере.

— Отлично. — Элиас хотел было откинуть полог на вход, но остановился, чтобы еще раз осмотреться. — Я не вижу ни огнемета, ни его ножа для джунглей. Он забрал их с собой.

— Трудно определить конкретные эмоции по пси-отпечаткам, — сказала Ханна. — Но я почти уверена, что Ричман был напуган и взволнован.

— Ричман — охотник. Возможно, он, как и мы, смог почувствовать возмущение энергии и использовал свой талант, чтобы противостоять этому. Наверное, пошел проверить, в чем дело.

— Может быть.

Она сосредоточилась на отпечатках Ричмана. Это было непросто, потому что на земле было много следов. За последние двадцать четыре часа Ричман и несколько других членов команды провели много времени, тревожно слоняясь по поляне, ожидая спасения своих попавших в ловушку коллег. В процессе они накрутили много шагов.

Но свежие отпечатки Ричмана горели чем-то очень близким к панике.

Она была настолько поглощена чтением света сна, что не заметила, где находится, пока Элиас осторожно не поймал ее за руку.

— Что-то далековато он забрел, — сказал Элиас. — Смотри.

У нее перехватило дыхание, когда она увидела, что они стоят перед деактивированными воротами света снов. Ричман прошел через них и ушел в пещеру.

— Он там, — сказала она. — И нет никаких признаков того, что он вернулся.

Элиас изучал светящийся вход в пещеру. — Ты уверена, что он все еще внутри?

— Абсолютно. Зачем он туда пошел?

— Хороший вопрос.

— У него могут быть проблемы, — сказала Ханна. Она взглянула на Элиаса. В паранормальном сиянии пещеры его профиль выглядел суровым и жестким. — Ты хочешь пойти внутрь и поискать его, не так ли?

— Да. Но я не хочу оставлять тебя одну, пока мы не выясним, что здесь произошло.

Она подавила вспышку страха, леденившую ее внутренности. Она ненавидела искать пропавших людей. По ее опыту, это никогда не заканчивалось хорошо. Либо пропавший не хотел, чтобы его нашли, либо лицу, заказавшему поиск, не нравилось то, что ожидало его по завершении поиска.

Но Элиасу нужна была ее помощь. И, нравится ей это или нет, она хорошо справлялась с такого рода поисками.

— Я пойду с тобой, — сказала она. — Тебе понадобится моя помощь, чтобы найти его, когда ты окажешься внутри.

Элиас колебался. — Есть ли признаки того, что он последовал за кем-то еще в пещеру?

Она перестала сосредотачиваться на отпечатках Ричмана и изучила следы света снов у входа в пещеру.

— Не думаю. Здесь несколько часов находились девять человек, и все они были очень обеспокоены, поэтому вокруг много отпечатков. Но единственные свежие следы, ведущие прямо в пещеру, которые я могу разобрать, — это следы Ричмана.

Элиас в последний раз взглянул на молчаливый лагерь. Затем он повернулся обратно.

— Хорошо, — сказал он. — Но держись рядом. Мы многого не знаем об энергии внутри этой пещеры или Городе-Призраке по другую сторону портала.

— Не волнуйся. Я не планирую уйти в одиночку и заблудиться.

Они прошли через открытые ворота, следуя по пути пси-отпечатков. Вирджил все еще был прилизан и нехарактерно молчалив.

Внутри огромной пещеры паранормальное освещение казалось гораздо более интенсивным. Скалистые стены светились бледным, сероватым светом. Пол тоже кипел от энергии, из-за чего было труднее, но не невозможно, следить за отпечатками Ричмана.

— Он прошел через пещеру, — сказала она. — Прямо в тот туннель справа.

— Он ведет к порталу, — сказал Элиас. — Какого черта он здесь делает сегодня ночью?

Они прошли глубже в пещеру, следуя за горячими следами через светящийся туннель. Ханне показалось, что в энергии внутри пещеры было что-то зловещее. Это взбудоражило ее чувства, но не в лучшую сторону. В отличие от Тропического леса и катакомб из зеленого кварца, здесь она не вызывала приятного кайфа. Как будто с каждым шагом их предупреждали.

Она машинально протянула руку и коснулась Вирджила. Он пробормотал ей на ухо. Было ясно, что он все еще находится в состоянии повышенной готовности. — Как и Элиас, — подумала она.

— Что это за место? — тихо спросила она.

— На данный момент все, что мы знаем наверняка, это то, что он служит входом в Город-Призрак, — сказал Элиас. — Недавно мой брат обнаружил еще один портал, но он охвачен пси-бурей. Рэйф сможет справиться с ней, как и горстка очень сильных талантов. Но мы не можем провести целую рабочую бригаду внутрь.

— Как ты нашел этот вход?

— Рейф провел меня через шторм к первому порталу. Мне удалось собрать достаточное количество данных. Вооружившись этой информацией, мы с лаборантами смогли придумать способ обнаружения уникальной энергии портала. После этого мы поступили по старинке: пошли на разведку.

— И ты обнаружил этот портал.

— У Рэйфа талант к поиску, — сказал Элиас.

— А теперь он частный сыщик?

— Оказывается, он предпочитает охотиться на плохих парней и находить ответы для тех, кто в них нуждается.

Она улыбнулась. — Я понимаю. Но тебе нравится инженерная сторона горнодобывающего бизнеса.

— Как говорится, это в крови. Но поиск другого портала был только началом. После этого нам пришлось вернуться к чертежной доске, чтобы найти способ управлять энергией внутри Города-Призрака. Янтарь там не очень хорошо работает.

— Но ты обнаружил что-то, что действительно работает?

— Да. Есть определенный вид кварца, который можно настроить на энергию города. Но этот кварц редок. На данный момент у нас есть только пять прототипов ключей. Основная задача нынешней исследовательской группы — проверить эти ключи-камни и откалибровать частоты.

— Есть какие-нибудь версии о Городе-Призраке?

— Ничего, что выдержало бы критику. Некоторые эксперты предположили, что это было кладбище Пришельцев.

Ханна вздрогнула. — Я понимаю, почему они пришли к такому выводу.

— Если тебе кажется, что пещера, что-то странное, тебе следует посмотреть, что находится по другую сторону портала.

— Как ты думаешь, возможно ли, что вы собираетесь вести добычу полезных ископаемых на большом кладбище Пришельцев?

Элиас колебался. — Кто знает? У нас не было возможности зайти далеко в город. Как я уже сказал, мы все еще находимся на стадиях тестирования и калибровки прототипов ключей.

— И теперь ваш директор службы безопасности решил пойти в портал один.

— Это поднимает чертовски много вопросов, — сказал Элиас. — Знаешь, мне пришло в голову, что то, что погрузило остальную часть команды в сон, могло иметь иные последствия для Ричмана.

— Что ты имеешь в виду? — спросила Ханна.

— Он может ходить во сне или находиься в каком-то гипнотическом трансе?

Она изучала отпечатки на полу туннеля. — Не могу сказать наверняка, но не думаю, что это так. В его отпечатках много стресса и напряжения. Люди, находящиеся во власти транса, обычно не производят такого рода энергию. Лунатики тоже. Они кажутся неестественно спокойными. Я думаю, Ричман не спит и спешит.

— Вот вход в портальную комнату, — сказал Элиас.

Ханна посмотрела на светящееся отверстие в стене пещеры. Энергия, исходящая из внутренней комнаты, была намного интенсивнее, чем токи, излучаемые стенами пещеры. Вместо мутного серого света портальная комната светилась ослепительной ртутной энергией. Внутри помещения словно щелкали и потрескивали сотни маленьких молний.

Следы Ричмана вели внутрь комнаты.

— Он внутри, — сказала Ханна. — Никаких признаков того, что он вышел, по крайней мере, не через этот вход.

— Нет другого выхода, кроме как через портал, — сказал Элиас. — Ему понадобится один из ключей. У него нет причин идти в Город-Призрак, а даже если и есть, он же не настолько глуп, чтобы пытаться сделать это без поддержки. Жди здесь.

Когда он двинулся вперед, Вирджил зарычал.

— Элиас, остановись, — настойчиво сказала Ханна.

Элиас остановился и взглянул на Вирджила. — Ты что-то пытаешься мне сказать, приятель?

Вирджил прорычал.

— Это не предупреждающее рычание, — сказала Ханна. — Но я не думаю, что нам понравится то, что находится внутри той комнаты.

Элиас приготовил огнемет и обнажил нож.

— Ричман, — позвал он. — Это Копперсмит. Ты слышишь меня?

Ответа не последовало.

Элиас подошел к двери комнаты. Он прижался спиной к стене и посмотрел за угол.

— Черт, — сказал он. — Он там, все в порядке. И он лежит.

Он быстро прошел через дверной проем. Ханна последовала за ним. Яркая энергия дезориентировала. Это было похоже на попадание в гущу грозы. Вспыхивающие искры энергии сделали почти невозможным сосредоточить ее обычное зрение. Ей пришлось проявить немного таланта, чтобы сфокусироваться.

Первое, что она увидела, были круглые руины с колоннадами, которые возвышались в центре зала. Колонны были увенчаны куполообразной крышей. Вместо знакомого зеленого камня, сооружение было сделано из странного серебристого кварца.

На полу мерцала лужа ослепительной энергии. Лестница вела вниз, в бассейн и исчезала под поверхностью.

Второе, что она увидела, было тело Хэнка Ричмана. Он лежал на полу развалин недалеко от края бассейна. Река крови пробежала по кварцевому полу и перелилась через край.

Рядом с одной из рук Ричмана на полу валялся нож. Он был залит кровью.

Элиас присел рядом с телом и нащупал пульс. Он покачал головой и поднялся на ноги.

— Мы опоздали, — сказал он.

Ханна обняла себя и отвернулась от тела.

— Вот почему я ненавижу заниматься поисками пропавших людей, — прошептала она. — Это всегда плохо кончается.

Элиас, казалось, ее не слышал. Она поняла, что он занят перебором фактов и вероятных сценариев.

— Здесь, должно быть, находился еще один человек, — сказал он. — Этот человек убил Ричмана. Это единственное возможное объяснение.

— Но по пути сюда мы никого не встретили, — заметила Ханна. Она оглядела искрящуюся, сверкающую комнату. — Ты уверен, что нет другого выхода?

— Абсолютно. Но это не меняет фактов. Должно быть, здесь был кто-то еще. Хэнк умер не так давно. Кровь еще не свернулась. Видишь какие-нибудь недавние отпечатки, кроме его?

Ханна сосредоточила свой талант на полу портальной комнаты. Пси-отпечатки горели.

— Да, — сказала она и вздохнула. — Убийца вошел в эту комнату и таким же образом вышел из нее. Он использовал бассейн-портал.

— Назови меня экстрасенсом, но у меня было ощущение, что ты скажешь именно так.

Шепот знакомой энергии охватил чувства Ханны. Это была не портальная энергия. Это был другой вид; энергия, которую она узнала.

Она медленно повернулась в поисках источника. Обыскивать помещение было нелегко, потому что ослепительный свет мешал сосредоточиться. Но она нашла то, что искала, за одной из серебряных кварцевых колонн.

Реликвия была маленькой, всего несколько дюймов в поперечнике и имела плавную изогнутую форму. Но как только она прикоснулась к ней, она поняла, что оно было создано не для человеческой руки. Она была сделана из прозрачного кристалла, почти невидимого в искрящейся, сверкающей комнате.

— Что ты нашла? — спросил Элиас.

— Это реликвия, — сказала она. — Древних. Я не знаю, кто убил Хэнка Ричмана, но думаю, что знаю, что привело в действие врата Сносвета. И, почему сейчас весь лагерь беспробудно спит.

Два из пяти портальных ключей отсутствовали.

Слухи начали распространяться по лагерю, как только прошел первоначальный шок от убийства и люди узнали о пропавших ключах.

Сплетни набирали силу, подпитываемые страхом и домыслами. Элиас знал, что Ханна слышала тихое бормотание и подозрительные взгляды, бросаемые в ее сторону.

— Твои люди думают, что это я прошлой ночью использовала реликвию, чтобы погрузить лагерь в транс, — тихо сказала она. — Они полагают, что я причастна к краже ключей, потому что я темная лошадка, неизвестный фактор. Они убеждены, что я убила Хэнка Ричмана.

Он хотел ее успокоить, но врать не было смысла. Слухи распространялись как лесной пожар.

Они стояли у входа в свою палатку, пили кофе и делали вид, что не обращают внимания на завуалированные взгляды. Вирджил держался рядом с Ханной, защищая ее. Элиас полагал, что пыльный кролик чувствовал вибрации в атмосфере.

Когда он, Ханна и Вирджил вышли из руин с реликвией и телом Хэнка Ричмана, весь лагерь уже начал выходить из транса.

Перенос тела с места преступления до того, как было проведено надлежащее расследование, само по себе являлось преступлением. Но в Подземном мире правила были другими. Основной целью было как можно быстрее доставить тело в лабораторию на поверхности. Природные паранормальные силы под землей очень быстро уничтожали биологические доказательства.

Команда из трех человек, которой было поручено доставить труп Ричмана на поверхность, уехала час назад. Артефакт, вызывающий транс, они забрали с собой. Он направлялся в ближайшее хранилище Копперсмит.

Кража двух ключей была обнаружена, когда Элиас провел инвентаризацию хранилища в лагере. В журнале не было записей об извлечении ключей.

Хэнк Ричман отвечал за журнал.

Официально заместитель Ричмана, Сильвия Торп, теперь отвечала за безопасность лагеря и расследование убийств, но все знали, если присутствует Копперсмит, он или она является боссом.

— К черту эти сплетни, — сказал Элиас. — Я твое алиби.

Но он знал, что клятвы — потому что, по его мнению, именно так это и было: обещание защищать ее — будет недостаточно, чтобы успокоить ее. Да, за последние сорок восемь часов они вместе столкнулись с опасностью и занимались самым жарким сексом, который он когда-либо имел, но суть в том, что они встретились лицом к лицу всего пару дней назад.

Конечно, они переписывались пару месяцев до первой встречи во «Взоре», но он сомневался, что Ханна считала, что у них были настоящие отношения. Ни одна умная женщина не доверится мужчине после такого короткого периода времени, независимо от того, через что им пришлось пройти.

— Без обид, — начала Ханна, — но я не думаю, что того факта, что мы спали в одной палатке, будет достаточно, чтобы убедить людей в моей невиновности. Некоторые предполагают, что я использовала артефакт, чтобы погрузить тебя в транс вместе с остальными, заманила Ричмана в руины, убила, а затем вернулась, чтобы разбудить тебя и притвориться, что помогла найти тело.

— Но это не так.

Она очень сильно скрестила руки на груди и одарила его тонкой улыбкой. — Видишь ли, вот что все знают о трансе: жертва не может вспомнить, что произошло, пока она была в стране грез.

Он выпил кофе, пытаясь найти логическое опровержение этому аргументу. Ничего не пришло в голову.

— Нам нужно найти убийцу, — сказал он.

— Кто бы это ни был, он сбежал через портал, помнишь?

Элиас поднес кружку ко рту. — Хм.

Брови Ханны сошлись вместе. — Что?

— Хэнк где-то нашел это оружие, скорее всего, на нелегальном рынке инопланетных технологий.

— Я не смогу отследить его первоначального владельца, если ты об этом. Я не торгую на этом рынке.

— А я да, — сказал он.

Это застало ее врасплох.

— Серьезно? — спросила она, очарованная.

— Незаконные технологии Пришельцев, особенно их боевая версия, серьезная и опасная ниша бизнеса в Подземном мире. Бандиты всегда пытаются заполучить что-нибудь, что увеличит их мощь. То же самое касается и Вортекса, о котором я упоминал. Инопланетные технологии почти всегда основаны на энергии кварца, а я эксперт компании по камням. Так что да, я слежу за нелегальным рынком.

— Ну, это имеет смысл.

— Но я не смогу начать искать, пока не вернусь на поверхность.

Он замолчал, потому что к ним приближалась Сильвия Торп. Ей было за тридцать, она была высокой спортивного телосложения женщиной и со сверхъестественным талантом подмечать детали и видеть закономерности. Если бы она не присоединилась к команде службы безопасности Копперсмит, она, скорее всего, попала бы в полицию большого города или стала бы специальным агентом Федерального бюро пси-расследований. Она сдержанно, но вежливо кивнула Ханне, а затем повернулась к Элиасу.

— Моя команда закончила обыск, сэр, — сказала она. — Никаких следов двух пропавших ключей.

— Ну, мы и не ожидали их найти, — сказал Элиас. — Но необходимо соблюсти формальности. Вы нашли еще что-нибудь интересное?

— Замок на хранилище показывает, что Ричман открыл его сегодня утром в два двадцать три. Вероятно, именно тогда он забрал ключи. Похоже, все остальные в тот момент находились в этом чертовом трансе. — Сильвия искоса взглянула на Ханну. — Кроме вас двоих, конечно.

— Мы оба спали, — ровно сказала Ханна. — Нас разбудили потоки энергии транса.

— Точно, — сказала Сильвия. Она сосредоточила свое внимание на Элиасе. — Согласно вашему отчету, сэр, вы и мисс Уэст последовали за Ричманом в руины. Насколько мы можем судить, вы отстали от него всего на несколько минут.

— Нам потребовалось время, чтобы понять, что он ушел, — сказал Элиас. Он понял, что ему придется потрудиться, чтобы обуздать свой характер. — К тому времени, когда мы его догнали, он был мертв. Убийца скрылся через портал. Мы предполагаем, что он взял с собой оба ключа.

Челюсть Сильвии сжалась. — Это Хэнк украл ключи, не так ли?

— Так это выглядит, Сильвия. Я думаю, что он также виноват в закрытие врат света снов.

— Зачем ему это? — спросила Сильвия.

— Я не думаю, что это произошло намеренно, — сказал Элиас. — Скорее всего, это действительно случайность. В конце концов, он носил с собой очень мощную реликвию света снов на работе. Вероятно, он мало что знал о ней, кроме того, что она погружала людей в транс. В какой-то момент он, должно быть, подошел слишком близко к воротам.

— И случайно блокировал их? — спросила Сильвия.

— Похоже на то. Я уверен, что для него это стало таким же шоком, как и для остальной команды. Мне жаль. Я знаю, что ты восхищалась им. Черт, мы все это делали. Он был очень хорош в своем деле. Вот почему он отвечал за безопасность здесь.

— Я знаю. Просто мне трудно осознать, что он был вором.

— Если предположить, что наша версия верна, то он встретил убийцу в портальной комнате, — сказал Элиас. — Это поднимает еще один очень интересный вопрос.

Выражение лица Сильвии стало более резким. — Вы думаете, что у убийцы мог быть собственный ключ. Это единственный способ, которым он мог пройти через Город-Призрак и добраться до портала, где он встретил Хэнка.

— Я так думаю, — сказал Элиас.

Сильвия разочарованно развела руками. — Но если у убийцы был свой ключ, зачем рисковать и украсть два у Копперсмит?

— Мне приходит на ум только одна возможная причина, — сказал Элиас.

Ханна и Сильвия посмотрели на него.

— Может быть, ключ убийцы сломан или неисправен, — заключил Элиас. — Мы знаем, что он вышел не из нашей лаборатории, потому что у нас все еще есть три из пяти ключей. Это означает, что он был произведен в другой лаборатории. Это худший экземпляр, поэтому кто-то хочет получить лучшую модель.

— Другими словами, это отвратительный пример корпоративного шпионажа, — подвела итог Сильвия. — Это многое объясняет. Хэнк заключил сделку с дьяволом и был убит сообщником.

— Нужно учесть еще кое-что, — сказал Элиас. — Убийца нашел еще один портал в Город-Призрак. Мы знаем, что он не воспользовался нашим.

— Невозможно сказать, сколько порталов ведут в город, — сказала Сильвия. — Копперсмит нашли два. Их может быть еще дюжина.

— Пока мы можем только предполагать, — сказал Элиас.

Сильвия глубоко вздохнула. — Ну, одно можно сказать наверняка. Если мы правы насчет того, что убийца сбежал через портал, у нас нет шансов выследить его в Городе-Призраке. Лучшее, что мы можем сделать, — попытаться обнаружить его следы на поверхности.

Ханна созерцала светящуюся пещеру. — Никаких гарантий, но я, возможно, смогу выследить убийцу в Городе-Призраке.

Сильвия выглядела испуганной. Затем поморщилась. — Никто не может отследить человека там.

Ханна пожала плечами. — Ты можешь быть права. Но мы не узнаем наверняка, пока я не попробую.

Элиас открыл рот, намереваясь сказать ей, что не позволит ей рисковать. Но ее упрямое и решительное выражение лица заставило его колебаться. — Она хочет очистить свое имя, — подумал он. Найти убийцу было единственным способом, которым она могла это сделать.

Как часто говорил Рэйф, чем позже начинается охота, тем холоднее след. Шансы были бы велики, если бы поиски убийцы начались немедленно.

— Мы с Ханной пойдем туда вместе, — сказал он.

— Одни? — Сильвия покачала головой. — Вам следует взять подкрепление.

— Кого, Сильвия? Ричман мертв, и ты отвечаешь за безопасность в лагере. Никто из остальных охранников не смог пройти через портал. Что касается остальной команды, все они являются экспертами в своих областях, но не имеют никакой подготовки по вопросам безопасности. Если мы возьмем с собой других людей, я буду большую часть времени присматривать за ними. Ханна может справиться с энергией. Мы с ней раньше работали вместе. У нас хорошая команда.

— Если убийца прошел через другой портал, — сказала Сильвия, — он будет хорошо охраняться.

— Так же хорошо, как и наш? — сухо спросил Элиас. — На сегодняшний день у нас есть опыт работы с двумя порталами. Ясно одно: никто не может выносить энергию портала более нескольких минут. Все охранники, стоящие у другого портала, будут находиться снаружи комнаты и наблюдать за входом. Последнее, чего они ожидают, — это гостей, пришедших из портала.

Сильвия посмотрела в сторону пещеры. — Потому что это будет означать, что кто-то выследил убийцу в Городе-Призраке. Ты права. Им, вероятно, не придет в голову, что такое возможно.

Ханна заговорила. — Это может быть и невозможно. Но я не узнаю, пока не увижу, как обстоят дела по ту сторону портала.

Сильвия повернулась к Элиасу. — Вам понадобится один из ключей.

— Я знаю, — сказал Элиас, пытаясь набраться терпения. Ему казалось, что он слышит, как тикают часы. Они теряли драгоценное время.

— Ключи не проверены, — напомнила ему Сильвия. — Это было основной целью этого исследовательского предприятия, помните? Мы все еще находимся на первой стадии тестирования.

— Я понимаю, Сильвия, — сказал он.

Она застонала. — Я очень, очень хочу знать, кто убил Ричмана и украл ключ.

— Я тоже, — сказал Элиас.

— И я, — сказала Ханна.

Сильвия испытующе посмотрела на нее. — Вы еще не сталкивались с энергией внутри Города-Призрака. Она невероятно дезориентирует. Что заставляет вас думать, что вы сможете отследить чьи-то следы в такой тяжелой пси среде?

— Как я уже сказала, я не узнаю, пока не попробую, — сказала Ханна. — Но я справлюсь.

— Да, — сказал Элиас, чувствуя вспышку гордости. — Когда дело доходит до чтения «Света снов», моя жена — лучшая.

— Это похоже на дайвинг в подводной пещере, — сказал Элиас. — За исключением того, что тебе не нужен фонарик, и ты можешь дышать. Но ты идешь за веревкой и никогда, никуда не сходишь с пути, пока не окажешься на другой стороне. Поняла?

— Поняла, — сказала Ханна.

— Тебе не нужно физически держать веревку — она крепится к жилету, который на тебе. Но было несколько человек, которые запаниковали и попытались отцепиться. Один дошел до того, что снял с себя жилет. Мы едва успели его остановить.

— Я постараюсь не паниковать, — сказала Ханна.

Ее мучительно вежливый тон заставил Элиаса коротко улыбнуться.

— Знаю, — сказал он. — Не знаю, зачем я читаю эту лекцию.

Они стояли внутри руин портала, глядя вниз на бассейн из жидких кристаллов. Как будто смотришься в раскаленное добела зеркало, только в нем не было отражений. Хотя она и стояла над ним, она не видела ничего под поверхностью.

Серебристые молнии ослепительного пси были очень интенсивными в такой близости от портала. У нее снова возникло ощущение, что Древние, построившие портал, встроили в него серию психических предупреждений. Как будто над порталом висела очень большая табличка с надписью: «Ты не хочешь этого делать».

Она держала Вирджила под мышкой. Он был полностью распушен. Куклу Аризоны Сноу он сжимал в одной лапе. Его явно не беспокоили тяжелые волны энергии, бурлящие по поверхности бассейна.

Элиас присел рядом, проверяя и перепроверяя содержимое двух рюкзаков, которые они собирались взять с собой. Ключ от портала висел у него на шее на металлической цепочке. Выглядел он не очень впечатляюще, просто кусок мутно-серого кварца, но время от времени Ханна ловила вспышки силы, кипящей глубоко внутри камня.

Сильвия Торп и двое охранников толпились у входа в комнату. Им было явно не по себе из-за энергии, царящей в комнате. Было также очевидно, что они не были оптимистичны в отношении результатов миссии по выслеживанию.

— Кучка пессимистов, — подумала Ханна. Никто из них не верил в ее способность найти убийцу. Она подумала о том, чтобы сказать им, что она Искательница — она может найти что угодно. Но знала, что их это не впечатлит. В конце концов, большая часть команды все еще была убеждена, что она причастна к убийству Ричмана и краже двух ключей.

Никто ей не верил, кроме Элиаса.

— Чем скорее они с Вирджилом закончат это дело, тем лучше, — подумала она. Это не ее мир. Она принадлежала Темной Зоне, где у нее были друзья и семья, которым она могла доверять.

Удовлетворенный содержимым, Элиас поднялся на ноги и протянул ей один рюкзак.

— Его тоже не снимай, — сказал он.

— Как жилет. — Она коснулась кожаного жилета, который был на ней. — Я понимаю. Но почему у меня возникнет искушение снять рюкзак?

— Потому что в Городе-Призраке все очень странно. Энергия иногда вызывает у людей желание делать глупости.

Она не пыталась напомнить ему, что у нее большой опыт работы в Подземном мире и что она вряд ли сделает какую-нибудь глупость. Это просто выставило бы ее неопытной. Люди, проводившие время в тяжелой пси-среде, знали, что каждый поворот в катакомбах или Тропическом лесу таит в себе неизвестность.

— Что в рюкзаке? — поинтересовалась она.

— Обычный полевой набор. Энергетические батончики, вода, аптечка, пара запасных патронов для огнемета и немного запасного настроенного янтаря.

— Что не принесет нам никакой пользы в Городе-Призраке.

— Да. Внутри янтарь не работает, но если мы найдем портал, к которому получил доступ убийца, и получим возможность пройти через него, мы сможем использовать наш янтарь, чтобы зафиксировать координаты. Это поможет нам выследить бандитов.

— Поняла, — сказала она.

Она надела рюкзак, стараясь не дать остальным увидеть ее неуверенность. Она умела надевать маску хладнокровной уверенности. Но правда заключалась в том, что она понятия не имела, сработает ли ее план. Единственное, что она знала наверняка, это то, что ей нужно попробовать. Это был единственный способ очистить ее имя.

Она была очень незначительным игроком в мире древностей, но в этом мире репутация значила все. Слухи, уже циркулирующие по лагерю Копперсмит, могут погубить ее, если их быстро не подавить.

Она закинула Вирджила себе на плечо, так что обе ее руки были свободны.

— Готова, — сказала она.

Элиас в последний раз потянул веревку, проверяя соединения, и кивнул Сильвии.

— Все готово, — сказал он.

Она кивнула один раз. — Пошли, босс.

Элиас посмотрел на Ханну. — Иди за мной. Поначалу будет казаться, что мы входим в бассейн с теплой водой, но на самом деле это просто индивидуальность этих врат. Оказавшись под поверхностью, ты окажешься в зоне шторма. Тебя накроет большое количество темной энергии, которая попытается напугать тебя, заставить развернуться и вернуться тем же путем, которым ты пришла. Используй свой талант, чтобы пройти через это. Когда мы преодолеем энергетический шторм, ты увидишь Город-Призрак.

— Звучит как план.

Элиас начал спускаться по кварцевым ступеням в бассейн с зеркальной поверхностью. Жидкие кристаллы не колыхались и не создавали ряби и небольших волн; вместо этого они начали закручиваться в вихрь. Ханна почувствовала, как уровень энергии в комнате начал повышаться. Сильвия и охрана отступили дальше в относительное укрытие туннеля пещеры.

Элиас прошел сквозь ртутный шторм и исчез в бездонных глубинах.

Ханна почувствовала, как веревка между ними натянулась. Она вздохнула и быстро спустилась по ступенькам. Странные жидкие кристаллы плескались у ее ботинок. Ее ноги исчезли под поверхностью. Теперь небольшой бассейн энергии достигал ее колен. . ее талия. . шеи.

Теперь, когда она действительно оказалась в бассейне, она поняла, что это совсем не похоже на воду; это было больше похоже на прогулку сквозь бурю — интенсивную, тревожную и странно волнующую.

Еще один шаг привел ее под жидкокристаллический барьер. Шерсть Вирджила встала дыбом. Как и ее волосы. Инстинктивно она закрыла глаза и задержала дыхание, но Элиас был прав; оказавшись под поверхностью зеркалоподобного энергетического бассейна, она могла нормально дышать.

Вирджил от волнения засмеялся и помахал Аризоной Сноу.

— Круто. Верно, приятель? — прошептала она.

Под поверхностью бассейна царила буря яркой энергии. Элиас был темной тенью, движущейся впереди нее. Она поняла, что из серого кварца, который висел на шее, исходил узкий луч энергии. Его кольцо тоже сияло.

Она активизировала свои чувства и последовала за ним глубже в безмолвно завывающий шторм.

Яростная энергия кружилась вокруг них ослепляющей чувства белой тьмой. Кошмары окружали со всех сторон: некоторые были всего лишь призраками в ослепительном тумане, другие пугающе реалистичными. Монстры из первобытного прошлого, безумные убийцы, дикие призраки — всех их послала буря.

И каждое призрачное видение несло одно и то же сообщение: вернись /возвратись.

Но годы работы со своим талантом дали ей инструменты, необходимые для того, чтобы сдерживать видения.

Путешествие через портал казалось бесконечным. Но внезапно она поняла, что следует за Элиасом вверх по еще одному пролету серых кварцевых ступенек.

Они вышли через бассейн, похожий на первый, и выбрались наружу в такой же ротонде с колоннадой, сделанной из того же серого кварца, что и бассейн в пещере. Но эта ротонда находилась внутри безликой конструкции, вылепленной из того же серого кварца. Окон не было, был единственный арочный проем. Сквозь отверстие Ханна видела густой серый туман.

Вирджил усмехнулся и встряхнулся, словно стряхивая воду со своей шерсти.

— Добро пожаловать в Город-Призрак, — сказал Элиас. Он осмотрел Ханну. — Как ты?

— Со мной все в порядке, — сказала она, используя свою запатентованную улыбку.

— Да. — Элиас улыбнулся, выглядя холодно удовлетворенным. — Я вижу. В таком случае пора приступать к работе. Ты видишь здесь отпечатки убийцы?

Ее чувства все еще были потрясены путешествием через портал, но она взяла себя в руки и сосредоточилась на сером кварцевом полу.

Она сразу увидела следы. Убийца был охвачен сильными эмоциями, когда вышел из бассейна. Сочетание свершенного кровавого убийства и навигация по дезориентирующему порталу ошеломили его чувства.

— Есть, — сказала она. — Похоже, он нервничал — возможно, боялся — хотел добраться до безопасного места. — Она указала на дверь. — Он прошел через эту дверь.

— Прямо в сердце Города-Призрак. — Элиас созерцал бесконечно перемещающийся туман по другую сторону арочного проема. — Кто бы он ни был, он сильный.

— Да, ну, и мы тоже.

Элиас подарил ей странно веселую улыбку. — Да

— Плюс у нас есть Вирджил и Аризона Сноу.

— Мы, чертовски, хорошая команда. Хорошо, ключ — это наш магнит. Он настроен на этот портал, чтобы мы могли найти дорогу назад. Один совет — старайся не думать о тумане, когда идешь сквозь него. Почему-то так проще.

Она последовала за ним через арочный проем и вышла на залитый туманом пейзаж. Странный, кипящий туман грозил подавить ее чувства. В ней заговорила паника. Как она собиралась выследить убийцу сквозь такие миазмы?

Она вспомнила совет Элиаса, включила свои чувства и сосредоточилась на поиске отпечатков убийцы.

Огромный вес несколько уменьшился. Наконец-то она смогла разглядеть окрестности.

Они стояли в узком, затянутом туманом переулке. В тумане маячило странное множество сооружений. По дизайну здания безошибочно были инопланетными — пропорции казались человеческому глазу слегка неправильными. Но в отличие от большинства руин, которые Ханна видела как на земле, так и под землей, все в Городе-Призраке, казалось, было сделано из одного и того же дымчато-серого кварца. И все это светилось ледяной энергией, от которой волосы на ее затылке встали дыбом.

— Как в сказке, — прошептала она. — «Город изо льда и тумана».

Город погрузился в жуткую тишину. Ничего не двигалось. В руинах не шевелилось ни одного существа. Странный туман, клубившийся на улицах, имел приглушающий эффект.

— Это не обычный туман, не так ли? — она сказала.

— Да. Он пропитан паранормальными токами. У нас не было возможности проанализировать его.

— Должна признаться, мне любопытно. Что это было за место?

— Хороший вопрос, — сказал Элиас.

— Я не уверена, что мы хотим знать ответ, — сказала Ханна.

— Всегда лучше знать правду.

— Однажды консультант сказал мне, что это не всегда так, по крайней мере, когда дело доходит до вопросов о прошлом.

— Очевидно, что ты не последовала этому совету, — сказал Элиас. — Ты наняла профессионального специалиста по генеалогии, чтобы он раскопал твое прошлое.

Она почти улыбнулась. — Верно. На самом деле, несколько за эти годы. Я потратила много денег на специалистов по генеалогии.

— Я бы тоже не послушался этого совета, — сказал Элиас. — Как я уже сказал, лучше знать, чем не знать.

Она протянула руку и прикоснулась к Вирджилу, ожидая в ответ ободряющего смешка. Вместо этого он что-то прошептал ей на ухо и поудобнее устроился на ее плече. Она повернула голову, чтобы посмотреть на него, и была поражена, увидев, что все четыре его глаза были открыты.

— У тебя проблемы, когда пыльный кролик становится серьёзным, — подумала Ханна.

С опозданием она вспомнила, что у нее есть работа. Она изо всех сил напрягла свой талант, отталкиваясь от бесконечных волн тумана, и посмотрела на серую кварцевую улицу. В странном тумане светился знакомый набор пси-отпечатков.

— Он шел по этой улице и повернул направо, — сказала она. — Он спешил. Думаю, бежал.

— Идем, — сказал Элиас.

Они шли по улице плечо к плечу, держа огнеметы наготове. Улица шла через узкий каньон, образованный надвигающимися кварцевыми постройками. Время от времени они проходили мимо дверей, запечатанной какой-то зеркальной энергией.

Это была тяжелая работа, требующая как физической, так и умственной энергии, потому что кипящая энергия в атмосфере была неумолима. Она просто накатывала бесконечными волнами. При таких темпах они будут измотаны к моменту, когда доберутся до портала. С другой стороны, бандит, вероятно, тоже устанет.

— Что за дверями? — спросила она в какой-то момент, больше ради того, чтобы услышать голос Элиаса, чем ради ответа.

— Попробовал открыть парочку, — сказал Элиас. — Оба раза чуть не поджарился. Мы работаем над. . стратегией.

— Не открывать никаких дверей, поняла.

— Умница.

— Что, если убийца откроет одну?

— Будем решать проблемы, по мере их поступления.

Улица уходила все глубже и глубже в окутанный туманом город. Каждые несколько шагов Элиас останавливался, чтобы проверить ключ-камень. Ханна задавалась вопросом, не боялся ли он, что они потерпят неудачу из-за тяжелого пси, с которым они столкнулись. В конце концов, ключи были прототипами.

Следы обогнули узкий поворот улицы и резко обрывались у дверного проема, запечатанного ртутной энергией. Она выглядела точно так же, как и все остальные двери, мимо которых они прошли, но Вирджил предупреждающе прорычал и прижал шерстку.

Ханна резко остановилась. — Что? — спросил Элиас.

— Убийца прошел через эту дверь. Вирджил нервничает. А когда он нервничает..…

— Мы все нервничаем. Отойди назад. Я проверю дверь. Что бы ни произошло, не приближайся. Если мне придется отступить, я сделаю это очень быстро.

— Хорошо.

Он остановился, чтобы надеть на шею цепочку с ключ-каменем.

— Если со мной что-нибудь случится, используй ключ, чтобы вернуться к порталу Копперсмит. Там вбиты координаты. Просто следуй по ним. Если что-то пойдет не так, не пытайся помочь мне. Поняла? Вернись к порталу и приведи помощь. Не заходи, пока я не скажу, что это безопасно.

Она открыла рот, чтобы сказать, что не бросит его, если ситуация пойдет к черту. Они команда. У нее был огнемет и талант. Она была лучшей помощью, чем кто-либо, кого они оставили в лагере. И она была намного ближе.

Но она не стала все это озвучивать, потому что знала, что он не захочет ее слушать.

— Поняла, — сказала она вместо этого.

Элиас направился к двери.

Внезапная шокирующая тишина окутала улицу. Мгновение назад Город-Призрак кипел неослабевающими волнами энергии, но теперь потоки отступили.

Вирджил прорычал яростное предупреждение.

— Элиас, — сказала она, — подожди. У нас кажется более серьезная проблема, чем поиск убийцы. Что-то не так. Чувствуешь перемену в атмосфере?

Элиас осмотрел узкий проход, в котором они стояли. Она знала, что он усилил талант, пытаясь определить источник странной тишины.

— Волновая динамика, — сказал он. — Так бывает перед тем, как цунами обрушится на сушу. Вода отходит от берега. Чем дальше отходит вода, тем больше волна надвигается.

Вирджил был очень взволнован. Ханна чувствовала, как он просит ее шевелиться.

— Что-то приближается, — сказала она. — Мы окажемся в ловушке на открытом воздухе, если не спрячемся.

Атмосфера снова изменилась. Она чувствовала ревущую волну темных пси, собирающих энергию. Каким-то образом она знала, что, когда она ударит, ничто человеческое не сможет противостоять такой сырой силе. Она посмотрела на Элиаса и поняла, что он тоже чувствовал надвигающуюся гибель.

— Нет времени отступать, — сказал Элиас. — Мы идем через дверь.

Он схватил ее за руку. Она увидела, как его кольцо вспыхнуло энергией, почувствовала, как маленькие когти Вирджила впились в ее рубашку. Аризона Сноу засветилась.

Элиас вошел в дверь первым, двигаясь быстро, с огнеметом впереди. Он потащил за собой Ханну и Вирджила.

Ртутные ворота слабо мерцали, сначала сопротивляясь, а затем поддались. Ханна споткнулась, но сумела устоять на ногах. Вирджил зарычал, но все еще более или менее надежно сидел у нее на плече.

Они остановились внутри помещения.

Элиас немедленно отпустил ее.

— На пол, — приказал Элиас. — Оставайся там.

Она сделала, как было приказано, неуклюже растянувшись на каменном полу. Вирджил ловко спрыгнул с ее плеча.

Элиас развернулся быстро по крутой дуге, обводя помещение огнеметом. Никто не выскочил из тени. — Это хорошо, — сказала себе Ханна. — Очень хорошо.

Она повернулась, чтобы посмотреть назад через дверной проем, и с ужасом наблюдала, как огромная волна густой тьмы охватила переулок. Она знала всеми фибрами своего существа, что ревущая волна пси сокрушит их всех троих.

Ртутная дверь снова превратилась в прочные, блестящие, как зеркало, врата, запирая их внутри помещения.

Элиас медленно опустил огнемет. Комната была пуста, если не считать их троих. Невозможно было знать, как долго продлится эта ситуация, но сейчас они могли отдышаться.

Он внимательно осмотрел комнату из серого кварца. Она была круглой. Потолок был высотой примерно в два этажа. Окон в ней не было.

В стене имелось арочное отверстие. Он видел начало коридора, который исчезал из поля зрения.

Все это светилось мутным серым светом.

Вирджил ворчал, и у него все еще были открыты все четыре глаза, но он был полностью распушен. Он побежал к Ханне. Она села, опершись на руки, и посмотрела на куклу, которую он сжимал в одной лапе.

— Отлично, — сказала она. — Аризона Сноу осталась целой и невредимой. Это, неудивительно. Она была крутой.

Вирджил радостно засмеялся. Ханна посмотрела на Элиаса.

— Что это было? — она спросила.

— Какая-то пси-волна, — ответил он. — Но не похожая ни на что, с чем я когда-либо сталкивался или читал.

— Пси-цунами. — Ханна вскочила на ноги. — Как думаешь, теперь, когда она сбросила энергию, она отступит, как обычная океанская волна?

— Хороший вопрос. Единственный способ узнать это — открыть эту дверь, и сейчас это определенно не лучшая идея.

Она вздрогнула. — Ты прав. Улицу все еще топит. Я чувствую это.

— Невозможно узнать, как долго эта энергия будет бушевать. Нам нужно найти другой выход. Ты видишь отпечатки убийцы?

Он почувствовал, как она открыла дар, и понял, что она снова сосредоточилась.

— Да, — сказала она. Она посмотрела на арочный проем. — Они уходят в этот коридор.

— Я так и знал, что ты это скажешь.

— План состоял в том, чтобы найти портал, не так ли?

— План А, — сказал он, — заключался в том, чтобы найти портал, получить координаты, а затем вернуться туда, откуда пришли. Но у нас возникла новая проблема.

Она застонала. — Да неужели? Что могло пойти не так?

— Ключ разряжается.

— Что? — Потрясенная, она посмотрела на серый ключ-камень. Он больше не светился. — Дерьмо. Что с ним случилось?

— Это из-за пси-волны, должно быть, она повредила настройки. Я же говорил, что все пять ключей все еще находятся на стадии разработки. Нужно исправить несколько ошибок.

Она тяжело сглотнула. — Как долго он протянет?

— Я не знаю.

— У нас есть план Б? — спросила она, — Потому что даже если цунами отступит, у меня такое ощущение, что оно смыло и наши пси-отпечатки, и отпечатки убийцы. Скорее всего, мы не сможем вернуться по ним обратно до портала Копперсмит.

— Всегда есть план Б, — сказал Элиас. Он немного усилил свой талант, пытаясь найти частоту в угасающем ключ-камне. — Хорошая новость в том, что в этой штуке еще осталось немного заряда. Думаю, я смогу пропустить через него немного энергии, используя свое кольцо.

Ей удалось слабо улыбнуться. — Приятно знать. И не забывай, что у нас есть Вирджил. Помимо всего прочего, он настоящая сигнализация.

Вирджил усмехнулся и вскочил на свое любимое место у нее на плече.

Элиас пару мгновений смотрел на Ханну. Ее улыбка и решимость в глазах что-то сделали с его внутренностями, в районе сердца. — Он знавал сильных женщин, — думал он (мужчин в его семье привлекали именно такие), — но Ханна Уэст одна на миллион.

— Итак, — подтолкнула она. — План Б?

— Точно, — сказал он. — План Б. Мы выберемся через портал убийцы до того, как ключ-камень полностью выйдет из строя, и будем, чертовски, надеяться, что убийца уже ушел. Он, скорее всего, поднялся на поверхность, т. к. получил то, зачем пришел.

— Предполагаешь, что убийца думает также как инженер.

— Думаю, да, — согласился он. — Проверь заряд своего огнемета и дай мне знать, если Вирджил перейдет в боевой режим. С этого момента постарайтесь не шуметь. Звук в такой атмосфере не очень хорош, но нет смысла рисковать больше, чем это необходимо.

Она кивнула и направилась в призрачный коридор. Он шел рядом с ней, прикрывая ее, чтобы она могла сосредоточиться на пси-отпечатках. Он одним глазом следил за Вирджилом. Пушок выглядел настороженным, но не обезумевшим, как накануне обрушения цунами. Может быть, он тоже понимал, что это единственный выход.

Спектральное сияние, исходившее от серых стен, потолка и пола коридора, играло с человеческим глазом злую шутку. Зловещие паранормальные тени появлялись и исчезали в полупрозрачных стенах. Странные силуэты материализовались и исчезали на каждом шагу. Элиас держал свои чувства в полном напряжении и держал палец на кнопке огнемета. Он знал, что Ханна делает то же самое.

Они дошли до конца коридора и остановились у арочного выхода. В комнате за дверным проемом находилась знакомая на вид серая кварцевая ротонда с ртутным портальным бассейном.

Как он и ожидал, эту сторону портала не охраняли.

Ханна указала на бассейн, показывая, что пси-отпечатки исчезали на верхней ступеньке.

— Теперь мы можем поговорить, — сказал Элиас. — Звук не проходит через портал. Если кто-то пройдет с другой стороны, мы получим предупреждение. Энергия портала начнет меняться.

— Значит, тот, кто находится на другой стороне, получит предупреждение, когда мы попытаемся пройти?

— Конечно, если они будут в портальной комнате на той стороне, но у нас есть два преимущества. Во-первых, они нас не ждут. Я очень сомневаюсь, что убийца допускал возможность того, что кто-то сможет выследить его в городе.

— Какое второе преимущество?

— Это. — Он поднял руку, показывая ей кристалл в своем кольце. — Кажется, в этой среде он работает нормально.

— Звучит неплохо, но чем это поможет в нашей нынешней ситуации?

— Не имею представления. Но, как мы, инженеры, любим говорить, чем больше у вас мощности, тем лучше.

Он подошел к краю бассейна и посмотрел вниз. — Я пойду первым. Будь рядом.

Еще одна волна энергии цунами прокатилась по коридору. Вирджил зарычал. Ханна протянула руку, чтобы прикоснуться к нему.

— Не волнуйся, — сказала она. — Мы не собираемся торчать здесь дольше, чем необходимо.

Элиас кивнул, усилил свои чувства и быстро спустился по ступенькам. Энергетическое поле портала поглотило его своей странной, сказочной атмосферой. Он почувствовал, как веревка, связывавшая его с Ханной, натянулась, а затем ослабла. Она шла прямо за ним.

Ключ- камень тускнел, но он смог получить от него немного энергии, пропустив пси через свое кольцо. Тем не менее, к тому времени, как они прошли через портал в другую кварцевую ротонду, ключ был почти мертв.

Он быстро осмотрел помещение. Пусто.

Ханна вышла из бассейна с огнеметом в руке. Вирджил прижался к ее плечу, широко раскрыв все четыре глаза.

— Все в порядке, — сказал Элиас. — Мы здесь одни. — Он осмотрелся. — Еще одна система пещер. Свежий воздух поступает оттуда. — Он указал огнеметом. — Наверное, это Тропический лес. Подожди здесь, пока я осмотрюсь снаружи.

— Возьми Вирджила, — посоветовала Ханна. — Как я уже сказала, он отличная система оповещения.

Вирджил усмехнулся, когда его пересадили на плечо Элиаса.

Элиас шел по туннелю на запах свежего дождя и растений и оказался в небольшой пещере. У входа он увидел часть поляны. Дальше была густая, паранормальная зеленая листва джунглей.

Он остановился у входа в пещеру, прислушиваясь всеми органами чувств.

Он слышал обычные звуки Тропического леса, но не слышал человеческих голосов.

Он вышел на поляну. Быстрый осмотр выявил единственный верный признак того, что здесь недавно присутствовали люди: обертки от энергетических батончиков, пустые бутылки из-под воды и другой мусор. — Древние оставили после себя удивительные, почти неразрушимые руины, — подумал он. — А люди всегда оставляли после себя много мусора.

Он собирался вернуться в портальную комнату, чтобы сообщить Ханне, что здесь безопасно, но остановился, когда увидел ногу в сапоге, торчащую из кустов.

Он изменил курс, чтобы посмотреть. Нога в ботинке была прикреплена к телу мужчины, одетого в тропическую экипировку. Он лежал лицом вниз. Спина его куртки была пропитана быстро засыхающей кровью.

Второе тело находилось в нескольких футах от него. Горло было перерезано.

Мелкие насекомые уже начали лакомиться останками.

— Мусор для одного — ужин для другого, — подумал Элиас.

Ханна стояла неподалеку и смотрела, как Элиас обыскивает тела и собирает вещи погибших.

— Похоже, их было трое, — сказал он. — Кто-то решил, что на одного делиться лучше, чем на три.

— Он полагал, что Джунгли избавятся от тел и любых улик, — сказала она.

— Разумное предположение. Если бы мы не шли за убийцей, эти двое бесследно исчезли бы.

— Мы будем вытаскивать тела отсюда? — поинтересовалась она. — Это будет нелегко. Мы не можем вернуться той дорогой, откуда пришли, поэтому придется идти через Тропический лес.

— Мы заберем часть их вещей и оставим тела, — сказал Элиас.

Она смотрела, как он поднялся на ноги. — Нашел что-нибудь, что поможет полицейским опознать тела?

— Никаких татуировок Вортекс. Но могут быть и другие зацепки. Убийца торопился. Он забрал их бумажники и янтарь, но не стал возиться с остальным вещами. Если повезет, в их рюкзаках окажется что-нибудь полезное.

Ханна посмотрела на тела. — Что здесь произошло?

— Пока не уверен, но может быть было так. Кто-то нашел еще один портал и придумал, как сделать устройство, с помощью которого можно было бы перемещаться по Городу-Призрак. Но по какой-то причине устройства, созданные в лабораториях Копперсмит, превзошли его. Этот человек свел Хэнка Ричмана и эту пару. Прошлой ночью Ричман использовал артефакт, чтобы погрузить лагерь в глубокий сон. Один из бандитов использовал навигационное устройство, чтобы войти в Город-Призрак через этот портал и встретиться с Ричманом у портала Копперсмита.

— Ричман отдал ему два ключ-камня, а затем был убит.

— Я думаю, что план состоял в том, чтобы украсть все четыре оставшихся ключа, но по какой-то причине Ричман занервничал. Или, может быть, он хотел больше денег на том основании, что именно он рисковал.

— Поэтому вместо того, чтобы принести все прототипы, вчера он взял только два, — предположила Ханна. — Он хотел заключить другую сделку.

— Может быть, они повздорили. Возможно, Ричман угрожал раскрыть схему, если не получит того, что хотел. В любом случае, его убили. Теперь у убийцы есть два ключа, оба стоят целое состояние на черном рынке.

— Значит, это классический случай отсутствия чести среди воров?

— Кем бы ни был четвертый, я сомневаюсь, что он планировал делиться. Ричман и эти ребята играли не в своей лиге. У них не было шансов.

Внезапный шорох вызвал у Ханны тревогу. Она быстро повернулась, держа огнемет наготове, и увидела перевернутую набок большую сумку. Она бешено вращалась.

Вирджил вылез из сумки, таща за собой пакетик картофельных чипсов. Он взволнованно хмыкнул и порвал его.

— О, ради всего святого, Вирджил, — сказала она. — Это же улика.

— Или перекус, который мы могли бы съесть по дороге отсюда, — сказал Элиас.

Спасать чипсы было уже поздно, но Ханна пересекла поляну, чтобы посмотреть, нет ли в сумке еще чего-нибудь съедобного.

Сумка была пуста, но на дне лежал бумажный чек. Она вытащила его.

— Чипсы, энергетические батончики и вода были куплены в забегаловке «Лост Руин», на пятнадцатой миле двадцать девятого шоссе, два дня назад. — Она подняла взгляд. — Похоже, там еще и двигатель подзарядили. И вот что самое приятное: кто-то воспользовался кредитной картой. Возможно, удастся отследить транзакцию.

Элиас холодно улыбнулся. — Я не был бы большим специалистом в области технологий, если бы не мог.

Грейди Барнетт услышал звуковое оповещение о сообщение на своем телефоне, когда собирался покинуть офис. Волнение смешалось с облегчением. Пора уже Ханне связаться с ним.

Он вытащил телефон из кармана и посмотрел на экран. Предвкушение испарилось в мгновение ока. Не Ханна.

Сообщение было коротким:

Объект вернулся в город. Все еще замужем. Есть ли прогресс в нашем проекте?

Грейди долго смотрел на экран, пытаясь придумать еще один дипломатический ответ об отсутствии прогресса. Он оставил Ханне дюжину голосовых и текстовых сообщений, но ответа не последовало. Он предположил, что это означает, что она все еще на задании Копперсмит — он отказывался верить, что она серьезно намерена провести настоящий медовый месяц с Элиасом Копперсмитом.

Было очевидно, что Копперсмит предложил ей Брак по Расчету, чтобы придать этому делу полуреспектабельный вид. Когда люди из мира Копперсмита женились, они женились на себе подобных — богатых супругах, происходящих из столь же богатых, влиятельных и респектабельных семей. Они не заключали союз с сиротой, чья мать была танцовщицей в Городе Иллюзий. Но такие люди, как Копперсмит, также были известны тем, что использовали БР как способ задобрить потенциального партнера по постели.

Должно быть, ему очень нужен талант Ханны, чтобы заморочиться с Браком по Расчету. — Настоящим сюрпризом было то, что Ханна попалась на крючок БР, — подумал Грейди. Он собрал достаточно сведений о ней, чтобы знать, что, хотя у нее и было несколько недолговечных отношений, она никогда не вступала в БР. Он подозревал, что в глубине души, даже зная, что настоящий брак невозможен для женщины с ее парапсихическим профилем, она втайне надеялась, что мужчина ее мечты когда-нибудь появится.

Правда заключалась в том, что любой мужчина, который был бы готов ввязаться в роман с нестандартной сновидицей, должен был бы сам быть, чертовски, странным. Мысль о сексуальных отношениях между двумя такими причудливыми талантами показалась бы большинству людей странной. Но он должен был признать, что как ученый он был очарован.

Это могло бы стать потрясающей темой исследований, таким документом, который привлек бы много внимания в нужных кругах. Это внимание приведет к финансированию дальнейших исследований. Если бы Копперсмит и Ханна действительно спали вместе, он бы многое отдал за то, чтобы доставить их в лабораторию, подключить к мониторам и посмотреть, что происходит с их аурами, когда они спят в одной постели и видят сны.

Помимо повышения своего статуса в парапсихологическом мире, он мог продать результаты тестов корпорациям и предприятиям, которые жаждали данных о потенциальных новых клиентах. Элитные агентства по сватовству, в том числе Аркейн, заплатили бы большие деньги за глубокий анализ моделей сновидений экзотических талантов. Известно, что с людьми с мощными или чрезвычайно редкими пара-способностями было трудно взаимодействовать. Его данные позволят фирмам, занимающимся поиском партнеров, настроить свои алгоритмы так, чтобы они могли расширить круг клиентов.

А еще фарм-компании, которые постоянно пытались разработать лекарства от нарушений сна. Эти проблемы всегда преследовали человечество, и теперь, когда у потомков колонистов быстро развивались их скрытые пси-таланты, древние проблемы сна становились все более сложными — и, следовательно, потенциально более прибыльными.

Он оперся на стол. Когда он начал работать с Ханной, у него было несколько собственных мечтаний — мечты, которые включали появление на ток-шоу и выступления на съездах исследователей Сносвета. Мечта заработать кучу денег.

Все эти мечты лопнули вместе с уходом Ханны в тот день, когда она обнаружила его в чулане с Келси. Тем не менее он был уверен, что сможет найти способ вернуть Ханну обратно в лабораторию. Когда все попытки потерпели неудачу, он начал думать, что все потеряно.

А потом он получил сообщение, дающее ему последний шанс. Все, что ему нужно было сделать, это убедить Ханну заняться тем, что у нее получалось лучше всего, — найти потерянный артефакт.

— Будь осторожен со своими желаниями, — подумал он.

Он долго смотрел на сообщение и, наконец, набрал ответ.

Немедленно организую встречу с субъектом.

Ответ пришел мгновенно.

Вы заверили меня, что не возникнет проблем с сотрудничеством субъекта. Если это невозможно, так и скажите. Я обращусь к другим.

— К черту все, — подумал Грейди. Он расправил плечи и набрал сообщение.

Встреча с субъектом сегодня.

— Не пойми меня неправильно, — сказала Ханна. Она бросила свой рюкзак и спальный мешок прямо у двери «Взора» и осмотрела разгромленный магазин. — Всегда приятно уехать ненадолго. Я всегда говорю, что нет ничего лучше небольшого отпуска, который зарядит энергией. Но когда ты возвращаешься домой, спускаешься с небес на землю.

А в ее случае это означало вернуться в разгромленный магазин и квартиру.

Элиас снял с плеч рюкзак и поставил его рядом с рюкзаком Ханны. Он мрачно окинул хаос взглядом. — Похоже, волшебные феи-домработницы не приходили, пока нас не было в городе. В наши дни трудно найти хорошего помощника.

— Ты можешь сказать это снова.

Вирджил усмехнулся и вырвался из рук Ханны. Он спрыгнул на пол и сразу же начал осматривать хаос. Вскоре он исчез за кучей урн и чаш из зеленого кварца.

— Я помогу тебе с уборкой, — сказал Элиас.

— Спасибо, — сказала она, — но это моя проблема. Я знаю, что ты занят расследованием.

— Служба безопасности Копперсмит сотрудничает с ФБПР и Гильдией, чтобы закрыть дело. Я больше не нужен. У них есть номер машины и приличная фотография четвертого бандита. Мой контакт говорит, что они опознали этого парня — профессиональный преступник. Это всего лишь вопрос времени, когда они его арестуют. Так что я могу помочь с уборкой.

Она улыбнулась. — Трудно представить тебя уборщицей, но я не собираюсь отказываться от твоего предложения. Спасибо.

— Пожалуйста. Кроме того, Копперсмит перед тобой в большом долгу.

Она не знала, куда пойти с этим замечанием. Это привело к тому, что их отношения снова вернулись на деловую колею. Просто бизнес.

Путь из Джунглей к ближайшим воротам, контролируемым Гильдией, занял более трех часов. Идти по Тропическому лесу было тяжело. Они оба были измотаны пережитым в Городе-Призрак. Ни у кого из них не осталось сил на разговоры. Они, чисто на упрямстве, переставляли ноги, пока не достигли ворот в туннели.

Оказавшись внутри катакомб, Элиас быстро вывел их на поверхность, но следующие пару часов Элиас провел, отвечая на вопросы и координируя расследование. Команда ФБПР во главе с Гильдией немедленно отправилась в Джунгли, чтобы спасти как можно больше вещественных доказательств.

Элиас направился к лестнице. — Начнем с твоей квартиры.

Из-за кучи урн появился Вирджил. В одной лапе у него был браслет из бусин. Он пробрался сквозь беспорядок, запрыгнул на столик и осторожно положил браслет в стеклянную чашу. Он усмехнулся Ханне и спрыгнул обратно вниз, чтобы возобновить поиски разбросанных сокровищ.

Она улыбнулась. — Надо отдать пыльным кроликам должное за позитивное мышление. Ничто не выводит их из себя надолго. Нашел трупы, преследовал убийцу через жуткие руины, чуть не поджарился от паранормального цунами, радуйся, что выбрался из Джунглей и вернулся домой в разгромленную квартиру. Никакого негатива.

Элиас остановился на лестнице. — Что он делает?

— Играет в прятки. Он ищет свою личную коллекцию блестящих штучек.

Элиас наблюдал, как Вирджил запрыгнул на стол с еще одним маленьким блестящим предметом.

— Жизнь пыльного кролика проста и не прихотлива, — сказал он. — Думаю, это девиз. Если тебя это не убило то, и не стоит зацикливаться на этом, и нет смысла пытаться предугадать, что может попытаться убить тебя в будущем.

Ханна сморщила нос. — Потому что, что бы это ни было, оно, вероятно, придет с той стороны, откуда ты меньше всего ожидаешь.

— Точно. На этом урок философии на сегодня окончен, — сказал Элиас. Он стал подниматься по лестнице, ведущей в ее личные комнаты.

Она остановилась у подножия лестницы, сжимая перила. — Ты должно быть устал.

Он не остановился, а просто продолжил подниматься. — Мы оба устали. Вот почему нам нужно расставить приоритеты. Мы наведем порядок в твоей комнате, а потом закажем пиццу. Затем откроем пару бутылочек пива, или бутылку вина, или что-нибудь еще, что у тебя есть.

— Вино, — сказала она. — Белое. — Она прочистила горло. — Боюсь, очень недорогое белое вино.

— В данный момент я не особо привередлив.

Он поднялся по лестнице и исчез в коридоре.

Она пошла за ним вверх по лестнице, но остановилась, когда зазвонил телефон. Она вынула его из кармана и взглянула на слишком знакомый номер. Грейди Барнетт. Снова.

Вернувшись на поверхность, она обнаружила от него цепочку голосовых и текстовых сообщений. Она послушно ознакомилась с несколькими, просто чтобы убедиться, что он не скажет ей ничего нового, но все они были об одном и том же.

". . Срочно, нужно поговорить с тобой. ".

". . Не телефонный разговор. Надо встретиться. ".

". . Где ты? Перезвони, как только получишь это сообщение. Это важно, есть дело, блин. ".

Она не собиралась отвечать, но любопытство взяло верх. Дело есть дело.

Она ответила на звонок.

— Что, Грейди? Говори быстро. Сейчас я расставляю приоритеты, и ты не на первом месте в списке.

— Наконец-то ты ответила. Где ты была?

— У меня медовый месяц, помнишь?

— Бред сивой кобылы. Ты работала с Копперсмитом, не так ли?

— Это не твое дело, Грейди. Слушай, если ты не можешь сказать ничего интересного, я вешаю трубку.

— Хорошо, хорошо. Успокойся. Да, у меня есть для тебя кое-что интересное. Это представляет серьезный интерес для нас обоих.

— Сомнительно. Чего ты от меня хочешь, Грейди? Я не вернусь в лабораторию, чтобы ты снова подключил меня к своим приборам. Это не подлежит обсуждению. Кстати, я планирую зайти к тебе в офис и забрать свое дело.

— Я продолжаю отвечать, что оно неполное. Как профессионал, я считаю неправильным отдавать тебе его.

Что-то в его быстром ответе возбудило ее интуицию.

— Ты сделали много заметок на бумаге, — сказала она. — Ты всегда что-то записывал в свой блокнот. Я видела.

— Это мои конфиденциальные медицинские записи.

— Это мои конфиденциальные записи. Я заплатила за них. И я хочу их.

— Хорошо, — сказал он спокойно. — Ты можешь забрать их, когда тебе будет удобно. Но взамен самое меньшее, что ты можешь сделать, это выслушать то, что я хочу сказать. Речь идет не об исследованиях. Я предлагаю тебе работу.

Она схватилась за перила и наблюдала, как Вирджил нашел еще одно из своих разбросанных сокровищ — серьгу с янтарем.

— Что за работа? — спросила она, не потрудившись скрыть своего подозрения.

— Ничего особенного, — быстро сказал он.

Возможно, слишком быстро.

— Ты пытаешься убедить меня, — сказала она. — Это плохой знак.

— Я серьезно. Речь идет о поиске потерянного артефакта. Эй, ты Искательца, да? Слушай, я правда не могу обсуждать это по телефону. Я представляю интересы серьезного коллекционера. Ты знаешь, какие они. Параноики.

— С каких это пор ты занимаешься антикварным бизнесом?

— Он пришел ко мне, потому что узнал, что ты моя пациентка.

— Я не твоя пациентка. Я заплатила за парапсихический анализ в генеалогических целях, а не потому, что хотела, чтобы ты поиграл в доктора. И как этот коллекционер узнал, что я тебя наняла?

— Ну, это не секрет.

— Да, это тайна. Я, черт возьми, не кричала об этом на каждом шагу. Так кто же это сделал?

На другом конце возникла короткая пауза. Затем Грейди устало вздохнул.

— Келси знакома с этим человеком. Она случайно упомянула, что в настоящее время я работаю с пациентом, у которого очень сильный талант Сносвета. Она сказала ему, что этот конкретный пациент очень, очень хорошо умеет находить потерянные древности.

— Ух ты. Прекрасная Келси не уважает конфиденциальность, ты это мне говоришь?

— Уверяю тебя, она не раскрыла твою личность.

— Я, конечно, очень рада узнать, что у нее есть хоть немного этики и мозгов.

— Послушай, этот коллекционер готов хорошо заплатить за твои услуги. — Голос Грейди звучал так, словно он говорил сейчас сквозь стиснутые зубы. — Он связался со мной, потому что ему не повезло ни с одним из торговцев антиквариатом. Он в отчаянии.

— И ты сразу подумал обо мне.

— Я выступаю посредником, потому что знаю, что ты очень осторожна, когда дело доходит до новых клиентов, — сказал Грейди. — Моя профессиональная интуиция подсказывает мне, что этот парень не опасен, но он определенно эксцентричен. Я подумал, что тебе будет спокойнее, если я, так сказать, выступлю посредником в сделке.

— Отлично, теперь я поняла. Сколько этот коллекционер пообещал заплатить тебе за то, что ты выступишь в роли посредника?

— Послушай, я признаю, что для меня это очень важно. Коллекционер обещал профинансировать покупку нового современного оборудования для моей лаборатории, если я смогу убедить тебя помочь ему найти этот конкретный предмет старины.

— Итак, ты получаешь новое оборудование? А что получаю я?

— Назови свою цену, — сказал Грейди. — Я свяжусь с ним. Если он согласится, мы оба обеспечим свою старость.

Она думала об этом, слушая приглушенные звуки передвижения Элиаса по ее квартире. Было странно приятно видеть его здесь, в ее доме, каким бы разгромленным он ни был. Это ненадолго, но пока все было очень хорошо.

Однако бизнес есть бизнес. Работа на Копперсмит завершится, а ей нужно думать о будущем.

— Я обдумаю это и свяжусь с тобой, Грейди, — сказала она.

Она хотела было повесить трубку, но он начал говорить очень быстро.

— Послушай, я буду откровенен: этот парень дал мне сорок восемь часов, чтобы найти талант, который мог бы выполнить эту работу. Если я не помогу ему, он обратиться в другое место.

— Ты имеешь в виду, что если ты не сможешь уговорить меня в течение сорока восьми часов, ты потеряешь свое новое оборудование.

На другом конце Грейди тяжело выдохнул. — Да, это в значительной степени суть проблемы. Просто скажи честно. Заинтересована ли ты в этом трехстороннем партнерстве или нет?

— Как я уже сказала, я подумаю и позвоню. Я обещаю сообщить тебе свое решение в течение сорока восьми часов. Пока, Грейди. Мне пора идти.

— Идти куда? Я думал, ты только что вернулась.

— Мы дома и очень устали.

— Ты с Копперсмитом?

— Мы все еще женаты. Ты можешь в это поверить? Такими темпами мы отметим нашу недельную годовщину.

— А как вы спите? — осторожно поинтересовался Грейди.

— Это не твое собачье дело.

— Я спрашиваю только как доктор. — Голос Грейди звучал обиженно.

— Ты хочешь, чтобы я сказала, куда ты можешь засунуть свой докторский интерес?

— Ханна, пожалуйста. Я пытаюсь сделать одолжение нам обоим…

— Пока, Грейди.

Она оборвала разговор и поднялась по лестнице. Она могла сказать, что Элиас был в ее спальне. Ни один мужчина никогда не был в этой комнате. Было странно осознавать, что Элиас сейчас был там. Вероятно, он ожидал, что будет спать в ее постели.

Было неловко быть связанной браком. Конечно, это был всего лишь БР, но это все равно брак. Каким-то образом сам факт того, что это был безвкусный Брак по Расчету, казалось, только усугублял ситуацию. Конечно, она не хотела Брака по Завету. В конце концов, она едва знала Элиаса. Не то чтобы они вращались в одних и тех же социальных кругах. В Темной Зоне было только два круга общения. Один состоял из людей, которым вы доверяли. Другой — люди, которым вы не доверяли.

Элиас теперь принадлежал к первой группе, к той очень небольшой группе людей, которым она доверяла.

Она напомнила себе, что он, вероятно, захочет расторгнуть БР, как можно быстрее. На самом деле была только одна причина, по которой брак был заключен. Он хотел защитить ее именем своей семьи. Брак был полной фикцией, не более чем прикрытием. Он выполнил свою задачу.

Поднявшись по лестнице, она прошла по короткому коридору в спальню. Элиас уже убрал постель. Он встретил ее с пачкой испачканных грабителем простыней в руках.

— Не мое дело, — сказал он, — но звучало так, будто ты болтала с тем исследователем Сносвета.

— Да, это был Грейди. — Она вздохнула. — По крайней мере, теперь я знаю, почему он так настойчиво пытался привлечь мое внимание. Оказывается, его помощница рассказала коллекционеру о моем таланте и работе. Коллекционер знает, что я работаю только по рекомендации, поэтому попросил Грейди стать посредником.

— Этот коллекционер знает твое имя?

— Нет, я так не думаю. Он, вероятно, попытался бы связаться со мной напрямую, если бы знал, как меня найти. Я мелкий игрок в мире паранормальных древностей.

Он улыбнулся. — Но я же нашел тебя.

— Да, ты нашел, — призналась она.

— Итак, Грейди пытается заключить сделку между этим богатым коллекционером и тобой.

— Это не первый раз, когда я работаю с посредником, — сказала она. — На самом деле это довольно распространенное явление в моем бизнесе. Многие, кто занимается поиском утерянных и пропавших без вести артефактов, предпочитают держать некоторую дистанцию между собой и коллекционерами. Пока я знаю посредника и доверяю его профессионализму, это достаточно безопасно.

— Ты доверяешь Грейди?

— Постольку-поскольку. Но я знаю его достаточно хорошо, чтобы полагать, что в данном случае его мотивы чисто финансовые. Меня это устраивает. Бизнес есть бизнес.

— А что насчет его помощницы?

— Прекрасной Келси? — Ханна покачала головой. — У нее есть доступ к файлам Грейди, поэтому она знает, как меня найти. Если она решит продать информацию коллекционеру, я мало что смогу с этим поделать. Но если это произойдет, я определенно не возьмусь за эту работу.

Элиас тихо присвистнул. — А мне всегда казалось, что горнодобывающий бизнес немного опасен. Мой мир не имеет ничего общего с твоим, когда дело доходит до риска. Ты почти всегда так рискуешь, не так ли?

— Это не так уж и рисково. Я принимаю меры предосторожности. — Она махнула рукой, показывая мир за окном. — И у меня есть друзья и семья здесь, в ТЗ.

— Ладно. — Он поднял постельное белье. — Где прачечная?

Она взяла себя в руки. — Я не собираюсь это стирать. Они отправятся прямиком в урну на улице вместе с одеялом и подушками. Чехол на матрас тоже в мусор.

Он нахмурился, глядя на чехол матраса. — Похоже на настоящий шелк.

— Шелк. Стоит целое состояние. К счастью, у меня всегда есть запасной.

Он поднял брови. — Ты собираешься выбросить все это?

— Поверь, к утру этих простыней и остального постельного белья уже не будет. У нас в ТЗ, есть то, что можно назвать вторичным рынком. Кто-то будет в восторге от такого постельного белья. Оно практически новое. Я возьму коробку, чтобы сложить вещи.

Глаза Элиаса потемнели от понимания. — Это из-за Сносвета, не так ли? Ты боишься, что в пси-следах, оставленных взломщиком, может оказаться достаточно остаточной энергии, чтобы повлиять на твой сон и, возможно, на твои чувства, верно?

— Такие паранормальные следы невозможно смыть, — сказала она. — К счастью, шелк является достойным барьером. Вот что спасло матрас. В противном случае пришлось бы покупать новый. Ты хоть представляешь, сколько стоит матрас?

Он задумался. — Нет, не могу сказать, что представляю.

— Конечно же, — подумала она. — Он же Копперсмит. В его мире были люди — сотрудники, — которые заботились о мирских вещах.

— Проехали, — сказала она и начала отворачиваться. — Я принесу коробку для постельного белья. У меня их много в задней комнате.

— Не надо, — тихо сказал он.

Она остановилась, оглянувшись. — Не нужна коробка? Я не хочу класть белье на землю.

— Я сейчас имел в виду не постельные принадлежности. Я имею в виду, не пытайся исключить меня из своего мира только потому, что там, откуда я родом, все немного по-другому. Это то, о чем ты подумала, не так ли? Моя семья за эти годы заработала состояние, поэтому я понятия не имею, какова жизнь в твоем мире. Я даже не знаю, сколько стоит матрас, потому что мне никогда не приходилось его покупать. Ты права. Но для нас это не должно быть проблемой.

Она замерла. — Почему это не проблема?

— Потому что мы с тобой провели последние пару дней, узнавая друг друга в очень тяжелых обстоятельствах. У меня подозрение, что сейчас мы знаем друг о друге больше, чем большинство пар, которые познакомились через высококлассных свах.

Она затаила дыхание. — Ты действительно, так думаешь?

— Я доверю тебе прикрывать свою спину в любое время и в любом месте. Я доверяю тебе, точка.

— Что бы я ни ожидала услышать, явно не это, — подумала она.

— В моем мире, это самое важное в отношениях, — сказала она.

— Это тоже самая важная вещь в моем мире.

Его глаза слегка горели. Она открыла свои чувства сильным, устойчивым потокам его ауры. Странная дрожь уверенности пронзила ее.

— Я доверяю тебе, — сказала она.

Он улыбнулся. — Так что, вопрос о том, что мы из двух разных миров, не должен быть для нас большой проблемой.

— Только, это будет большой проблемой, — подумала она. — Но не сейчас.

Она улыбнулась. — Забудь о стоимости матраса.

— Заметено.

Она нашла коробку. Вместе они сложили почти новые простыни, наволочки и дорогое одеяло. Она положила постельное белье в коробку. Элиас вынес его в переулок.

К тому времени, как он вернулся, квартира сразу стала светлее и чище.

Она вернулась наверх, чтобы достать из шкафа старый комплект простыней и постельных принадлежностей. Она начала застилать постель, но Элиас, не говоря ни слова, поднялся за ней и помог ей.

Он заправил простыни с точностью, которая сказала ей, что это не первый раз, когда он застилает постель. Она подумала о том, как хладнокровно и компетентно он делал все: от вождения машины до упаковки полевого снаряжения.

Она подумала, что знала его совсем немного. Но время, которое они провели вместе, было наполнено стрессом, опасностями и, да, страстью.

— Он прав. В таких условиях ты узнавал много о человеке.

Когда они закончили заправлять постель, Элиас выпрямился и встретился с ней взглядом.

— Ты сможешь тут спать сегодня? — он спросил.

Следы Сносвета незваного гостя удалены. Вероятно, ей приснятся несколько плохих снов, потому что, хотя энергия ублюдка была удалена, невозможно было отделаться от осознания того, что в ее дом вторглись.

— Думаю, да, — сказала она.

— Тебе нужно хорошо выспаться. Я займу диван.

Это был не вопрос. Он не пытался вызвать у нее чувство вины, чтобы она пригласила его в свою постель. Он давал ей пространство.

Она улыбнулась. — Это твой выбор. Но, чтобы ты знал, ты можешь спать здесь. Со мной.

Он заметно расслабился. — Хорошо.

— Однако я должна тебя предупредить: для меня эта ночь может оказаться сложной.

— Даже с чистым постельным бельем?

— Даже со свежим постельным бельем.

Он пожал плечами. — Возможно, у меня тоже будет не простая ночь. Если мои сны потревожат твои, просто разбуди меня. Я перееду на диван.

— Скорее всего, все будет наоборот, — предупредила она.

Он покачал головой. — Я смогу справиться с твоими снами, если ты справишься с моими. — Он достал телефон. — Прямо сейчас мне нужно выпить и пицца.

— Звучит отлично.

Маленькие камешки ударили в окно как раз в тот момент, когда Ханна поставила коробку с пиццей на стол. Бдзинь, Бдзинь, Бдзинь. Пауза, а затем Бдзинь, Бдзинь.

— Это позывной Бегунка, — сказала она.

Вирджил был поглощен своей самоназваной задачей — следить за подготовкой к подаче пиццы. Но звон отвлек его.

Он усмехнулся, спрыгнул со спинки кухонного стула и запрыгнул на подоконник.

— Похоже, Бегунок знает, что ты вернулась, — сказал Элиас.

— Слухи в ТЗ распространяются быстро. Кроме того, его команда следила за домом, пока нас не было, помнишь?

Она подошла к окну. Элиас наполнил бокалы вином во второй раз. Отставил бутылку и подошел к ней.

Она открыла занавеску и посмотрела в переулок. Ночь опустилась несколько часов назад, но благодаря руинам в ТЗ никогда не было беспроглядной тьмы. Переулок за квартирой был погружен в кислотно-зеленые тени, но Бегунка было хорошо видно. Он был одет в свою фирменную черную кожаную куртку и черные брюки. Черная кепка была низко надвинута на глаза, частично скрывая его профиль, но нельзя было не заметить дорогие кроссовки и худощавое, жилистое телосложение.

Ханна открыла окно, подняла его и высунулась.

— Привет, Бегунок, — сказала она, понизив голос.

— Слышал, что ты вернулась, — сказал он. Он слегка наклонил голову, чтобы посмотреть на нее. Его внимание переключилось на Элиаса. — Также слышал, что муж все еще слоняется поблизости.

— Да, я все еще здесь, — сказал Элиас. Он схватился за подоконник. — Из любопытства, как ты узнал, что мы вернулись?

Плечи Бегунка дернулись в искусном пожатии плечами. — Слухи, чувак. Я просто пришел проверить их. Убедиться, что с Ханной все в порядке.

— Я в порядке, — сказала Ханна. — Я закончила работу и готова вновь открыться. Буду, как только уберу беспорядок, оставленный взломщиком.

Элиас немного наклонился вперед и посмотрел на Бегунка. — Удалось ли найти парня, который разрушил дом Ханны?

— У меня на него ничего нет, — сказал Бегунок. В его голосе было глубокое отвращение к неудаче. — Прости, Ханна. Я продолжу расспрашивать.

— Может быть, ты знаешь больше, чем думаешь, — предположил Элиас.

Бегунок покосился на него. — И что это значит?

— Если бы злоумышленник был из вашего района, у тебя уже было бы имя, верно?

— О да, — сказал Бегунок. — В ТЗ такую тайну не сохранить.

— Итак, мы знаем, что он не местный, — сказал Элиас. — Как часто незнакомцы заходят так глубоко в Темную Зону?

— Не часто. Если мы их и встречаем, то обычно это происходит потому, что они забрели сюда случайно. Они не задерживаются здесь надолго, по крайней мере, после наступления темноты. Здешняя энергия пугает многих людей.

— Этот парень, точно знал, куда он идет, но Ханна говорит, что никогда не видела его отпечатков до той ночи, когда он разгромил магазин и дом.

— Хм. — Голос Бегунка был заинтригованным. — Не думал об этом. Но о чем это нам говорит?

— Пока не уверен, но мы знаем и кое-что еще. Этот парень, вломился к Ханне в тот вечер, когда ее не было всю ночь. Мы вернулись сюда только после рассвета на следующее утро.

Пораженная, Ханна посмотрела на Элиаса. — Я никогда не думала в этом ключе. Откуда он узнал, что меня не будет той ночью? Думаешь, он следил за мной?

— Неа. — Бегунок говорил очень уверенно. — Кто-то в ТЗ заметил бы незнакомца, который тусуется в этом районе и следит за тобой.

— Логично, — сказала Ханна.

Элиас задумался. — Может быть, он заплатил кому-то из местных, чтобы тот присматривал за ней?

Бегунок хмыкнул. — Я думаю, все возможно. Но люди в ТЗ довольно прижимистые. Если бы кому-то заплатили за такое, слухи бы пошли. Ничего подобного я не слышал.

Ханна барабанила пальцами по подоконнику. — Есть еще одно, простое объяснение.

Элиас и Бегунок посмотрели на нее.

— Какое? — спросил Бегунок.

— Фотография, на которой мы покидаем часовню «Колдовская Ночь», была размешена в раннем выпуске «Занавеса», — сказала Ханна. — Этот выпуск уже поступил в газетные автоматы, когда мы покинули мотель «Теневая зона». Мы видели фургон, помнишь? К тому времени, когда мы вернулись сюда, нам обоим позвонили люди, которые хотели знать, правда ли это.

— Фотография была сделана около полуночи, — сказал Элиас. — Мы знаем это, потому что именно тогда мы появились на пороге часовни. Но так называемый репортер, вероятно, разместил фотографию и статью с нашим именем в течение нескольких минут. Она почти сразу же появилась бы в сети. Ни один уважающий себя редактор газеты не стал бы долго тянуть со статьей.

Бегунок пожал плечами. — Я увидел ее около двух часов ночи на своем телефоне. У меня была доставка на Стар-Хук-лейн.

— Вот и все, — сказала Ханна. — Не надо искать крысу среди соседей. Все, что нам нужно сделать, это получить список онлайн-подписчиков «Занавеса». Преступник, вероятно, будет там.

Элиас и Бегунок посмотрели на нее так, будто она потеряла рассудок.

— Ты шутишь? — потребовал Бегунок. — Все читают «Занавес». Их должно быть, тысячи.

— Я знаю, — сказала Ханна. — Просто пытаюсь поднять настроение. Мне действительно нужно выспаться.

Прогулка во сне началось так, как всегда. .

Двойник встал с кровати и посмотрел на двух спящих людей. Пушок в ногах кровати пошевелился и открыл все четыре глаза. Он посмотрел на Сновидца, а не на Двойника. Он выглядел внимательным, но не встревоженным тяжелыми потоками темного света снов, которые перемещались в атмосфере. Он узнал энергию Сновидца. Он также непостижимым образом чувствовал, что, когда Сновидец выходит на астральный план, это важно.

Мужчина лежал на спине, затем пошевелился, повернулся на бок. Он положил руку на талию Спящей, прижимая ее к своему телу. Кристалл в его кольце слегка светился.

— Потрясающе, — сказал Двойник. — Мы не будем дарить ему кошмары.

— Вообще-то я пытаюсь поспать, — сказала Сновидец. — Это были тяжелые пару дней, если ты не заметил. Сегодня я не в настроении совершать какие-либо прогулки во сне.

— Ты любишь его, ты знаешь.

— Просто взаимное притяжение и обстоятельства.

— Я так не думаю.

— Мы поэтому здесь болтаем?

— Нет. — Двойник подошел к зеркалу. — Ты можешь заняться этой проблемой как-нибудь в другой раз. Сегодня тебе нужно подумать еще кое о чем.

— О чем?

Двойник посмотрел в зеркало, как будто очарованный собственным отражением, но в стекле не было никакого отражения. Никогда не было.

Двойник потянулся к верхнему ящику туалетного столика руками, которые ничего не чувствовали; и не могли взяться за ручку на ящике. Но этот жест напомнил сновидице, что она положила свой клатч именно в этот ящик.

— Клатч? — сказала Сновидица. — Опять? Что теперь?

— Предсказание, которое ты получила от Сильвестра Джонса, гадалки на Полуночном карнавале, — сказал Двойник. — Оно все еще в сумочке, которая была при тебе в ту ночь.

— И что с ним?

— Это важно.

— Почему? Что ты пытаешься мне сказать?

— Обрати внимание. Все началось с карнавала.

Двойник повернулся и поплыл обратно к кровати, быстро исчезая. Сновидец пыталась удержать фрагменты сна, пытаясь обнаружить подсказки. Было еще много вопросов, которые нужно было задать.

Но Двойник закончил гулять во сне.

Ханна проснулась от знакомого шока от переориентации. Потрясенная приливом адреналина, она села прямо на кровати, пульс участился. Рука Элиаса спала.

Вирджил бежал по кровати. Она прижала его к себе и сделала несколько глубоких вдохов, пока он издавал тихие успокаивающие звуки.

Через мгновение ее чувства успокоились. Она вдруг вспомнила об Элиасе. Повернув голову, она увидела, что он все еще лежит рядом с ней, скрестив руки за головой на подушке. Он смотрел на нее понимающе.

— Плохой сон? — он спросил. — Или эпизод хождения во сне?

Он говорил как ни в чем не бывало, как будто его вполне устраивало, что его грубо разбудило то, что, должно быть, было бурей Сносвета.

Ну, по крайней мере, она не заставила его с криком выбежать из спальни.

— Гуляла во сне, — сказала она. Она обняла Вирджила еще крепче. — Боже, я ненавижу возвращаться в реальность. На адаптацию уходит несколько секунд.

— Понятно. — Он развел руки и поднес одну руку к лицу, чтобы рассмотреть свое кольцо. — Интересно.

— Твое кольцо светилось? Возможно, это оно защищает тебя от воздействия моего Сносвета.

— Хм. — Он продолжал созерцать кристалл. Огонь в сердце камня быстро угасал. — Я так не думаю. Происходит что-то еще — возможно, что-то связанное с нашими аурами.

Ее пронзила тревога. — Думаешь, мой талант начинает влиять на твой?

Подобные вещи были редкостью между могущественными талантами, но когда это происходило, это считалось крайне токсичными отношениями.

Элиас посмотрел на нее, его глаза немного загорелись. — Возможно, но самым приятным образом.

Энергия изменилась в атмосфере. Она знала, что он намеренно усилил свой талант, давая ей почувствовать его силу.

Вирджил, которому явно наскучили сложности человеческих отношений, вырвался из рук Ханны, схватил куклу Аризоны Сноу, спрыгнул с кровати и выбежал за дверь спальни.

Ханна проигнорировала его. Она не могла отвести взгляд от Элиаса. Его глаза продолжали гореть, и она знала, что он видел жар в ее собственном взгляде. Им обоим теперь было жарко.

— Слияние аур — это не та тема, которую большинство талантов считают шуткой, — сказала она.

— Кто шутит? — сказал Элиас. — Кстати, это не похоже на вмешательство — такое ощущение, будто твоя аура что-то шепчет моей.

— Шепчет? Серьезно?

— Не могу придумать другого слова описать это. Что бы ни происходило между нами, мне это очень нравится. У тебя все в порядке со связью?

Она обняла колени и открылась прикосновению его ауры. Сильные потоки его энергетического поля действительно, казалось, шептали ей. Безмолвное общение — чувство близости, которое оно создавало — взбудоражило все ее чувства. Это было, решила она, соблазнение.

— Я знаю этого человека, как никогда не знала другого мужчину, — подумала она. Она напомнила себе, что то, что она переживала, вероятно, было лишь временной связью, созданной обстоятельствами и взаимным притяжением. Но ее Двойник сказал правду. Она влюбилась в Элиаса. И не было ничего, что могло бы остановить ее, пока не стало слишком поздно.

— Меня устраивает твоя аура, — сказала она немного дрожащим голосом. — Приятно, правда.

Он осторожно положил руку ей на плечо. Она чувствовала тепло и его силу сквозь легкую ткань своей ночной рубашки.

Физический контакт подействовал как искра энергии, передаваемая через идеально настроенный янтарь — ощущение связи сразу же усилилось на порядок. Она сомневалась, что какой-либо парафизический инструмент, когда-либо изобретенный, сможет измерить захватывающую дух близость ощущения.

— Просто устраивает? — тихо спросил он. — Просто приятно?

— Нет, — сказала она, слишком ошеломленная его прикосновением, чтобы попытаться уклониться от вопроса. — Нет, мне очень нравится ощущение твоей ауры.

Он провел кончиками пальцев по ее плечу и вниз по руке до локтя. Его прикосновения были нежными, интимными и неотразимыми. Чудо момента перехватило у нее дыхание.

Она перестала обнимать колени и склонилась над ним. Она приблизила свой рот к его губам, пока между ними не остался всего дюйм пространства.

— На самом деле, — сказала она очень соблазнительно, — мне нравится ощущение твоей ауры.

— Это хорошо.

Больше он ничего не сказал. Вместо этого он нежно обхватил рукой ее затылок и притянул ее рот к своим губам.

Поцелуй стал яростным и отчаянным, поджигая энергию, наполнившую атмосферу.

Она оторвалась от Элиаса и поцеловала его горло, ухо, изгиб его мускулистого плеча, наслаждаясь его запахом и волнующим ощущением его теплой кожи. Она знала, что копит воспоминания на неопределенное будущее, но ее это не волновало. По крайней мере, когда она станет старухой, ей будет, что вспомнить и чем поделиться со стареющими танцовщицами, фокусницами и карточными дилерами в Темной Зоне.

Элиас застонал и крепче сжал ее. Она гордилась тем, что может вызвать в нем такую элементарную реакцию.

Его рука медленно скользнула по ее спине, а затем еще ниже. Его пальцы сомкнулись на изгибе ее бедра, нежно сжимая. Он подтянул подол ее ночной рубашки до талии и прикасался к ней все более интимно, прикасался до тех пор, пока она не стала мокрой и не горела, охваченная острой необходимостью соединиться с ним самым элементарным образом.

Его лоб и грудь были влажными от пота, и она знала, что это потому, что он изо всех сил старался держать себя в руках, пока она не будет готова. В другой раз она, возможно, и поддалась бы искушению посмотреть, как далеко она сможет его завести. Но не сегодня. Сегодняшний вечер был посвящен прошлому, настоящему и будущему.

Она оторвалась от его груди и оседлала его. Он сжал ее бедра и смотрел на нее пылающими, полузакрытыми глазами, пока она медленно и глубоко принимала его.

Ночь пылала.

Спустя время она почувствовала мягкий удар по кровати. Вирджил вернулся. Он торопливо прошел по смятой кровати, чтобы поприветствовать ее. Его мех был прохладным от утренней прохлады и дикого Тропического леса. Она знала, что он был на охоте.

— Во время вернулся, — пробормотала она, все еще полусонная. Она ласково похлопала его. — Надеюсь, ты повеселился. Я точно, да.

— Что?

Голос Элиаса был тихим, сонным и несколько приглушенным подушкой. Тем не менее, этот звук заставил ее полностью проснуться. Она быстро села и уставилась на крупного мужчину рядом. К счастью, он лежал на боку, лицом к тумбочке. Он не мог видеть ее испуганного выражения лица.

— Старые привычки умирают с трудом, — поняла она. После целой жизни, проведенной в одиночестве, нужно было привыкнуть просыпаться в постели с мужчиной.

— Ничего, — сказала она. — Просто болтаю с Вирджилом. Он вернулся.

— Рад за него.

Она свесила ноги с кровати, поднялась и сняла с крючка халат.

— Не хотела тебя разбудить, — сказала она. — Еще рано. Я пока заварю кофе.

Вирджил пересек кровать и запрыгнул на тумбочку, так что оказался лицом к лицу с Элиасом. Он радостно усмехнулся.

Элиас похлопал его. — Привет, приятель. Надеюсь, охота удалась.

Вирджил радостно рассмеялся. Затем, очевидно решив, что выполнил свои социальные обязательства перед гостем, он спрыгнул с тумбочки, бросился через спальню и скрылся за дверью. Ханна знала, что он направился на кухню.

Элиас потянулся, откинул одеяло и сел. На нем были только трусы, и казалось, что он занимает много места в маленькой спальне.

Она поняла, что он наполовину возбужден. Она поспешно отвела взгляд и сосредоточилась на завязывании пояса халата.

— Все хорошо? — спросил Элиас.

Она очень, очень туго завязала узел на поясе. — Да, конечно. Просто отлично, спасибо.

— Ты уверена?

— Абсолютно. Как я уже сказала, пойду приготовлю кофе. Если хочешь, можешь принять душ.

— Кажется, ты торопишься, — сказал он. — Пытаешься дипломатично выставить меня из квартиры?

Она смотрела на него в ужасе. До нее дошло, что она могла задеть его чувства.

— Нет, правда, — сказала она. — Серьезно. Я имею в виду, я просто не привыкла к такому.

— К чему?

— К этому. — Она махнула рукой довольно расплывчатым жестом, подразумевая спальню и все, что произошло в ней ночью. — Мужчина. В постели. Утром.

— Ах, это. — Он самодовольно улыбнулся, явно мужской улыбкой. Камень в его кольце вспыхнул. Он пересек комнату и поцеловал ее в нос. — Посмотри на светлую сторону. Я умею заправлять постель.

Нежный поцелуй в нос облегчил утреннюю неловкость. Она расслабилась и улыбнулась.

— Прости, — пробормотала она. — Я все еще новичок в этой штуке, где мы спим вместе.

— Я знаю. Если тебе от этого станет легче, то и я тоже.

Она подняла брови. — Мне в это немного трудно поверить.

Он запустил пальцы в ее растрепанные ото сна волосы. — Как правило, я предпочитаю спать один.

Она попыталась — и не смогла — прочитать его взгляд. — Почему?

— Если нет секса, это похоже на свидание. Но если я остаюсь на ночь… — Он замолчал, пожав плечами.

— Если остаешься на ночь, это похоже на отношения.

— Точно. — Он кивнул, очевидно удовлетворенный. — Итак, у нас отношения. А теперь, если ты не возражаешь, я воспользуюсь предложением принять душ.

— Давай.

— Мы можем поговорить о твоем хождении во сне за завтраком.

— О моем сне. Боже мой, я почти забыла об этом.

Он выглядел довольным. — Ты, наверное, отвлеклась.

— Вероятно. — Она повернулась к туалетному столику. — Сообщение, которое я получила, было достаточно ясным. Я просто пока не знаю, как его интерпретировать. Знаешь, всегда трудно интерпретировать.

— Что за сообщение?

Ханна подошла к туалетному столику и открыла верхний ящик. Она достала клатч и открыла его. Бумажное предсказание все еще было внутри. Она вытащила его, почувствовав слабое покалывание энергии, и поднесла его так, чтобы Элиас мог его увидеть.

— Мой Двойник подошла к туалетному столику, посмотрела в зеркало, а затем напомнила, что предсказание с Полуночного Карнавала все еще находится в моей сумочке. У меня сложилось впечатление, что это важно.

— Фортуна?

— Нет, я не думаю, что она имела в виду непосредственно предсказание. Я думаю, она пыталась сказать мне, что Полуночный Карнавал — это ответ на все вопросы, которые мы задавали.

Элиас долго созерцал фортуну.

— Какие вопросы? — спросил он наконец.

— В этом проблема хождения во сне, — сказала Ханна. — Сообщение обычно звучит громко и ясно. Но я не всегда знаю, какие вопросы задавать.

— Мне понадобится душ и кофе, прежде чем мы начнем интерпретировать твой сон.

— Вчера ночью, перед тем как заснуть, я включила свой талант и сосредоточилась на одном вопросе, — сказала Ханна. — Мне очень, очень хотелось узнать, кто разгромил мой дом.

Элиас сосредоточился на горе воздушной яичницы на тарелке. Вилка ненадолго зависла в воздухе, инженер внутри сгорал от любопытства.

— Так ты работаешь, когда что-то ищешь? — спросил он. — Задаешь конкретный вопрос?

— Я задаю вопрос перед сном. У меня нет особого контроля над процессом. Я, например, не могу заставить себя не гулять. Если бы я могла, моя личная жизнь, вероятно, была бы совсем другой.

Элиас оглядел маленькую уютную кухню и крошечную гостиную. Все в квартире, от единственного кресла для чтения перед камином до минимального количества посуды и стаканов в шкафах, явно предназначалось для женщины, которая жила одна. Хорошо, предположим, что это одинокая женщина, которая делила пространство с пушком.

Его осенило, что, как бы он ни ценил свое личное пространство, он всегда знал, что у него есть поддержка. Он вырос в теплой, дружной семье. Конечно, были ссоры, эмоциональные сцены и давление со стороны старшего поколения, когда все собирались. Но по большей части он хорошо ладил со своими братом, сестрой и большинством своих кузенов. Несколько раз в году он приезжал домой на остров Коппер-Бич, чтобы провести отпуск или семейные торжества. Кроме того, он всегда знал, что когда-нибудь у него будет собственная жена и дети.

Конечно, в семейной жизни была и обратная сторона. Как любила говорить его мать, семья не семья, если бы не было много драмы и нескольких тайн. Но было также чувство связи, которое проникло глубоко в душу. Члены клана Копперсмит навсегда были связаны общим прошлым и знанием того, что, когда наступит решающий момент, они все будут стоять плечом к плечу против угрозы извне.

Он мог только гадать, каково это жить без крепкой семьи.

С другой стороны стола Ханна одарила его странной обнадеживающей улыбкой.

— Все в порядке, — сказала она мягко. — У меня есть семья. Она просто не похожа на твою семью.

— Откуда ты знаешь, о чем я думаю? — он спросил.

— Считай меня экстрасенсом.

Он улыбнулся. — Хорошо, мадам экстрасенс, расскажите мне о своем путешествии во сне.

Она отпила кофе и аккуратно поставила чашку на стол. — Как я уже сказала, я не могу это включать, когда захочу, но я могу гулять во сне по заказу, по крайней мере, в некоторой степени. Хитрость заключается в том, чтобы задать правильный вопрос непосредственно перед сном и сосредоточиться на нем, добавив немного таланта.

— И вчера ты спросила, кто разгромил квартиру?

— Что-то вроде того. Я спросила, кто мог хотеть разгромить мою квартиру.

— Ах, сначала смотрим на мотив. — Он съел яйца. — Интересно.

— Я не первый раз задаю этот вопрос, но в последнее время столько всего произошло, и мы так мало спали, что, думаю, моему Двойнику пришлось расставить приоритеты.

— Но вчера она сказала тебе, что ответ — Полуночный Карнавал.

— Она сказала — и это всегда самая неясная часть — что все началось с Полуночного Карнавала.

Его пронзил небольшой шок понимания. Он отложил вилку и посмотрел на нитку прозрачных бус, обвивавшую горло Ханны.

— Полуночный Карнавал связан с твоим ожерельем, не так ли? — он сказал.

Она протянула руку и коснулась ожерелья кончиками пальцев. Маленькие камешки на мгновение вспыхнули.

— Это было всего лишь порванное ожерелье, пока я не нашла пропавший камень. Но когда я обнаружила его на онлайн-аукционе, я поняла, что он важен. Я купила его очень дешево, потому что не было конкуренции. Как только я вставила камень в ожерелье, я поняла, что у меня есть ключ, который я искала все эти годы.

— Ключ к одной из самых ценных находок, когда-либо сделанных в Подземном мире, — тихо сказал Элиас. — Думаю, что кто-то еще ищет Полуночный Карнавал, и этот человек знает, что у тебя есть ключ. Вот почему он обыскал твою квартиру.

— Я не уверенна, но время соответствует этому сценарию. Думаю, именно это пытался мне сказать мой Двойник.

— Начни с самого начала.

Она отодвинула тарелку и сложила руки на столе. — Я не собиралась искать Полуночный Карнавал. Я даже не знала, что он существует. Я просто пыталась найти пропавший камень. Ожерелье — это все, что у меня осталось от матери. Я хотела его починить. Я нашла камень за пару недель до того, как ты появился. Я оплатила доставку курьером. Когда он прибыл, я сразу же отнесла его ювелиру, которого знаю и которому доверяю. Как только камень оказался на месте, я поняла, что у меня есть какая-то пси-карта.

— Ювелир понял, что это?

— Нет, я уверена, что нет, — сказала Ханна. — Он заметил, что в кристаллах было немного энергии, но в его работе это не является чем-то необычным. Как бы то ни было, в ту ночь я надела ожерелье перед сном, активировала свой талант и впала в транс, бродя по сновидениям.

— Тебя послушать, так это звучит просто.

— Иногда это так. Я проснулась с интуитивным пониманием того, как пользоваться картой.

Он выпил кофе и опустил чашку. — Это пси-карта. Ты поняла это, потому что твой парапсихологический профиль похож на профиль человека, создавшего карту.

— Да. После первого сна я поняла, что мне нужно узнать больше о самой карте. Когда я проконсультировалась с мисс Ле Фэй, она сказала, что уверена, что карту мог создать только человек с моим парагенетическим профилем.

— Кто такая мисс Ле Фэй? — он спросил. — Кстати, это настоящее имя?

— Я уверена, что это сценический псевдоним, который она взяла себе много лет назад. Моргана Ле Фэй — бывший экстрасенс. Раньше была крупным хедлайнером в «Глас Палас». Она до сих пор использует это имя, а в этом городе считается невежливым спрашивать о других именах.

— И она сказала, что у тебя, вероятно, генетическая связь с тем, кто создал врата света снов?

— Точно.

— Призрачный Сын, — сказал он очень тихо. — Когда ты нашла пропавший камень, ты нашла ключ к разгадке истории своей семьи.

В глазах Ханны вспыхнуло волнение. — Мисс Ле Фэй сказала, что я почти наверняка являюсь прямым потомком того, кто закодировал карту в кристаллы моего ожерелья.

— Хорошо, а Ле Фэй знает, что ожерелье — это карта чрезвычайно ценного открытия?

— Она, конечно, знает, что это к чему-то ведет, но я уверена, что она предполагает, что это просто какая-то старая семейная реликвия Первого поколения. Многие семьи пытаются собирать антиквариат и памятные вещи Первого поколения, связанные с их родословной. Она пожелала мне удачи в поиске, и на этом все закончилось.

— Тем не менее, она знает, что у тебя есть пси-карта.

— Да, но я знаю ее всю свою жизнь. Она подруга моей тети. Я доверяю ей. Кроме того, она понимает, что я единственная, кто может расшифровать карту. Если бы она хотела участвовать в деле, она бы попыталась заключить сделку, а не украсть ожерелье.

— Хорошо, кто еще знает об ожерелье?

— Шутишь? Я ношу его с тех пор, как тети подарили мне его на шестнадцатый день рождения. Люди в ТЗ, привыкли видеть его на мне.

— Ты носила его до того, как нашла пропавший кристалл?

— Да. Сомневаюсь, что большинство людей заметили отсутствие камня. Ты можешь заметить, что на женском ожерелье недостает одного камешка?

Он подумал об этом. — Я да, если бы понял, что камни в ожерелье испускают энергию.

— Ну, ты же инженер по кристаллам. Ты не большинство людей.

— Хорошо, похоже, у нас есть город или, по крайней мере, район, полный подозреваемых.

— Я могу гарантировать, что тот, кто топтал мою кровать, не был соседом и уж точно не другом. Я же говорила, что узнала бы пси-отпечатки.

— Но все еще остается много людей, и еще несколько тысяч туристов. Я не понимаю, как твой сон приблизит нас к идентификации злоумышленника.

— Я думаю, мой Двойник пыталась сказать, что нам следует еще раз взглянуть на временную шкалу и попытаться рассортировать события по другой схеме, — сказала Ханна. — Мы предполагали, что взломщик был связан с убийцей. Но что, если это не так?

Он задумался. — Думаешь, что мы имеем дело с двумя разными проблемами?

— Точно. Мы предполагали, что убийца связан с бандой мотоциклистов, которая пыталась помешать тебе нанять меня для открытия врат. А что, если байкеры связаны с парнем, который вломился ко мне? Что, если мой Двойник — моя интуиция — права? Может быть, злоумышленник охотится за Полуночным Карнавалом?

— Тогда придется объяснить совпадение времени. Почему кто-то выбрал ту ночь, когда тебя не было дома, для обыска?

— Просто, — сказала она. — Возможность. Возможно, также присутствовало чувство отчаяния. В конце концов, мы сбежали от байкеров, скрылись в туннелях и поженились. Я подписала договор с твоей компанией. Мы собирались отправиться в лагерь у портала. Тот, кто охотится за Полуночным Карнавалом, возможно, был убежден, что он потерял единственного человека, который мог бы привести его к большой находке — меня.

— Есть еще пара вопросов, — сказал Элиас. — Во-первых, как злоумышленник узнал, что ты вообще нашла пропавший камень и использовала его, чтобы найти Карнавал?

Она закусила губу. — Ладно, ты меня раскусил. Я держала это в секрете, поверь мне.

Элиас постучал пальцем по кружки. — Но ведь ты зарегистрировала иск около двух недель назад.

Ханна замерла. Ее глаза расширились. — Я зарегистрировала претензию на небольшую часть сектора Подземного мира. В заполненной мною заявки нет ничего, что описывало бы то, что я нашла или надеялась обнаружить в этом секторе.

— Но если бы злоумышленник знал, что ты недавно обнаружила пси-карту и вскоре после этого подала заявку на определенный сектор туннелей, сложить два и два — легко. Он имел бы полное право предположить, что ты нашла что-то ценное.

— Но тогда это означает, что он наблюдал за мной черт знает сколько времени, — сказала Ханна. — И я до сих пор не понимаю, как он смог узнать, что я нашла недостающий кусок карты.

— Ты сама сказала, что коллекционеры могут быть очень одержимы. Что, если этот конкретный коллекционер уже давно охотится за легендарным Полуночным Карнавалом?

— Но откуда он узнает, что я приобрела карту и нашла Карнавал?

— Не возражаешь, если я взгляну на ожерелье поближе?

Она расстегнула ожерелье и протянула его ему. — Что ты ищешь?

— Узнаю, если найду.

Он разложил ожерелье на ладони и разбудил дар. Его кольцо немного заискрилось в поисках частот. Недорогие камушки были разных цветов, прозрачны и огранены так, чтобы отражать свет. Он мог сказать, что в них была заложена пси.

— Какой камень ты недавно купила? Тот, который, по твоему мнению, завершил карту?

— Ультрафиолетовый в центре. Ты увидишь цвет, если посмотришь на него через парачувства.

Он зажал камень между большим и указательным пальцами и усилил свой талант.

И вот она, небольшая настройка, не имеющая ничего общего с картой.

— Ты сказала, что это из коллекции недавно умершего коллекционера? — он спросил.

— Верно. Я искала его много лет, но на рынке он так и не появился, потому что был заперт в хранилище коллекционера. Это был пожилой мужчина, который, вероятно, приобрел его несколько десятилетий назад. Сомневаюсь, что он имел хоть какое-то представление о том, что это кусок карты. Фирма, которая управляла поместьем, определенно ничего о нем не знала. В информации о камне, размещенной на сайте аукциона, об этом не упоминалось. Насколько я могу судить, никто из других коллекционеров не знал значения кристалла, потому что я была единственным участником торгов.

— Как ты узнала камень, когда он появился на аукционе? — он спросил.

— Две причины. Во-первых, это был ультрафиолет. Ты заметил, что кристаллы образуют паранормальную радугу. Я всегда знала, что именно ультрафиолетового кристалла не хватает. Вторая причина, по которой я смогла его определить — огранка. Огранка каждого камня уникальна. У меня всегда было довольно четкое представление о размере, форме и цвете пропавшего кристалла. Я отслеживала камень как на обычных рынках, так и на подпольных. Когда он появился, я сразу его узнала.

— В ультрафиолетовом камне есть энергия, — сказал он.

Ханна посмотрела на ожерелье. — Ну да. Все камни обладают некоторой резонирующей силой. Кто-то смог настроить весь набор так, чтобы он функционировал как карта. Каждый кристалл должен обладать некоторой силой.

— Я не говорю о пси-карте, — сказал он. — Этот кристалл излучает вторую частоту. Тот, кто владел этим камнем до тебя, либо очень опытный настройщик, либо заплатил специалисту за это.

— О чем ты?

— Ультрафиолетовый кристалл передает мощный уникальный сигнала, — сказал он. — Любой, кто знает частоту и имеет подходящее оборудование, сможет отследить этот камень.

Ханна вздохнула. — Кто-то отследил камень до моего магазина?

— Похоже на то. Если я прав, камень был приманкой в ловушке. Кто-то искал Полуночный Карнавал. В какой-то момент ему удалось получить один из камней с пси-кодом.

— Ультрафиолетовый кристалл.

— Верно. Но ему нужно было все ожерелье и кто-то, кто мог бы прочитать карту.

— Хорошо, я понимаю, пока, — сказала Ханна. — Человек, искавший ожерелье, выставил на продажу единственный ультрафиолетовый камень и стал ждать, кто клюнет на наживку.

— Это рисково. Кто-нибудь другой мог перехватить его раньше тебя. — Элиас остановился. — Нет, не было риска. Ты сказала, что была единственным участником торгов. Ты в этом уверена?

— Нет, не совсем. Я просто знаю, что получила кристалл по очень низкой цене. Фирма, проводившая аукцион, сказала мне, что я была единственным участником торгов, и я предположила, что так оно и есть. У меня не было причин думать иначе.

— Ты раньше работала с этим конкретным аукционным сайтом?

— Один или два раза, — сказала она. — У них редко бывает то, что я обычно ищу.

— Ты им доверяешь?

— У меня нет причин не доверять им, все, что меня волнует, — это качество выставленных на аукционе древностей. Эта конкретная фирма никогда не пыталась меня обмануть. Те немногие товары, которые я купила на этом сайте, всегда соответствовали заявленной информации.

— Люди, которые управляют аукционными сайтами, берут комиссию с продаж. Я думаю, что кто-то хорошо заплатил фирме за проведение особого аукциона по продаже одного камня, который не имел никакой очевидной ценности, за исключением одного человека, который его искал.

Ханна медленно выдохнула. — Меня.

— Так, по моему мнению, все произошло, — сказал Элиас. — У нас есть одержимый коллекционер, который ищет «Полуночный Карнавал». У него есть кусок карты, но он не может найти ожерелье. Ему приходит в голову, что его мог приобрести другой коллекционер. Он также знает, что если этот коллекционер знает, что это, он будет следить, когда ультрафиолетовый кристалл появится на подпольном рынке.

— Он выставил камень и ждал, кто на него клюнет, — сказала Ханна.

— Когда ты на него клюнула, он, должно быть, понял, что ты, вероятно, знаешь его реальную ценность. Скорее всего, ты была единственным участником торгов. Вот почему он достался тебе так дешево. Но это также указывает на то, что ты, возможно, знаешь что-то об остальной части ожерелья. Он установил следилку, отдал камень, а затем стал наблюдать за каждым твоим шагом.

— Вот, черт. — Ханна рухнула в кресло, сильно разозлившись на себя. — Я привела его прямо к Карнавалу. Ему даже не пришлось следовать за мной. Как только я подала иск, он уже знал приблизительное местонахождение.

— Но он не смог пройти через врата Сносвета, — сказал Элиас. — Он, пытался придумать, как преодолеть это препятствие, когда появился я. Будучи параноиком, он предположил, что я тоже ищу Карнавал.

— Поэтому он нанял байкеров, чтобы они похитили меня.

— Я не уверен, по чью душу были наняты байкеры: избавиться от меня или схватить тебя. Они последовали за нами в туннели — возможно, у них была твоя частота — но они потеряли нас, когда мы нырнули в Полуночный Карнавал. Преследователи потеряли сигнал. Все, что ему оставалось, это ждать, когда ты снова появишься на поверхности.

— А потом, где-то около двух часов ночи, он видит статью о нашем бракосочетании в Занавесе.

— Фотография в «Занавесе» резкая и четкая, — сказал Элиас и сжал пальцы. — Он увидел, что на тебе нет ожерелья. Он паникует. Задается вопросом, нашла ли ты следилку и нейтрализовала ее. Единственное, что он знает наверняка, это то, что ты больше не носишь ожерелье.

— Он в отчаянии. Он врывается в мою квартиру, может быть, надеется найти ожерелье или хотя бы выяснить, что происходит.

— Ты — его единственная надежда пройти через врата Сносвета. Он хочет вернуть свой контроль.

Ханна впилась взглядом. — Я никогда не находилась под его контролем. — Она колебалась. — Но ты прав. Он параноик, который только что потерял свой единственный шанс на Полуночный Карнавал. Вероятно, это объясняет ярость, которую я увидела в его пси-отпечатках.

— Нам понадобится небольшая помощь, чтобы найти этого парня и поймать байкеров, — сказал Элиас. — Если бы это был любой другой город, я бы связался с Джонс и Джонс или с Федеральным бюро пси-расследований. Но это Город Иллюзий — твой город. Есть идеи?

Ханна улыбнулась. Ее глаза загорелись, но не страстью, заключил он, не в этот раз. Волнение, которое он чувствовал, исходящее от нее, было азартом охоты. В конце концов, она была Искательницей.

— Мы начнем с телефонного звонка моим тетям, — сказала она. — А потом мы нанесем визит дяде Олли.

Было десять часов, когда Ханна и Элиас вошли в «Пиццерию Олли». Ханна держала Вирджила под мышкой. А он сжимал Аризону Сноу в лапе.

Как и в большинстве ресторанов Города Иллюзий, за каждым столиком и в баре стоял игровой автомат.

Ночь только начиналась, и людей было мало, в основном — завсегдатаи, жившие по соседству. Туристы, появятся только после полуночи. Им нужно было время и немного выпивки, чтобы набраться смелости и покинуть безопасную гавань ярких огней и охраны в Янтарной, Изумрудной и Сапфировой зонах.

Вирджил считал себя одним из завсегдатаев. Он вырвался из рук Ханны, спрыгнул на пол и побежал к пустому табурету. Он вскарабкался на сиденье и оттуда перепрыгнул на полированную поверхность бара. Был еще один раунд приветствий.

Вирджил, всегда готовый играть для обожающей публики, перешёл в режим абсолютной милоты. Он порхал вдоль бара, с гордостью демонстрируя свою куклу и принимая по пути ласковые похлопывания.

Когда он дошел до дальнего конца полированной стойки бара, Джейк, вышибала, ставший барменом, поставил перед ним тарелку с закусками. Вирджил отложил Аризону Сноу в сторону и принялся вылавливать из миски соленые лакомства.

— Интересная куколка, Вирджил, — сказал Джейк. Он похлопал Вирджила и оценивающе посмотрел на Элиаса, прежде чем одобрительно кивнул и повернулся к Ханне. — Интересный муж. Поздравляю, Искательница.

— Давно пора сделать решительный шаг, дорогуша. — Милли Ламонт, бывшая танцовщица, сидевшая на табуретке в конце, подняла бокал с мартини. — Но почему твои друзья и семья должны узнавать об этом из Занавеса?

Заговорила маленькая, мускулистая женщина, сидевшая за одним из столиков.

— Слышала, его зовут Копперсмит, — сказала она. — Копперсмит, как Копперсмит Майнинг?

Элиас выглядел удивленным. — Так мне сказали.

Женщина одарила его знойной улыбкой. — Кстати, я Венера. Одна из художников шоу «Инопланетные Видения» в Глас Палас. Я позабочусь, чтобы вы с Ханной получили билеты. Свадебный подарок.

— Ценю это, — сказал Элиас.

Кто-то предложил тост. Прозвучали поздравления и наилучшие пожелания.

Ханна почувствовала, как ее щеки заливает жар. К счастью, «Пиццерия Олли», как и большинство подобных заведений в Городе Иллюзий, существовала в состоянии вечной полутьмы, тщательно спланированной с помощью слабого освещения и сильно затемненных окон. Она была вполне уверена, что никто не увидит, как она краснеет.

— Всем спасибо. Но на самом деле это всего лишь БР, — пробормотала она.

— Ну и что? — сказал Нед Хиггинс. — Это брак. Это требует праздника.

Нед был крупье на пенсии, который пополнял свою пенсию небольшими играми в блэкджек, проводившимися в различных подсобках, разбросанных по Темной Зоне. Джейк был очень хорошим счетчиком карт. У него был к этому экстрасенсорный талант. Он был настолько хорош, что ему тихо, но твердо намекнули, что ему не рады ни в одном из крупных казино, по крайней мере, как игроку.

Александра Коллинз, одна из пожилых официанток, работавших в «Олли», пересекла комнату, чтобы обнять Ханну. Она отступила назад и посмотрела на Элиаса. Энергия шептала в атмосфере вокруг нее.

Ханна затаила дыхание, ожидая вердикта Александры. Александра вела небольшой побочный бизнес в качестве экстрасенса. У нее был талант читать людей.

По какой-то причине Ханна почувствовала облегчение, когда Александра одобрительно улыбнулась Элиасу.

— Добро пожаловать в ТЗ, — сказала Александра. — Пока ты женат на Ханне, ты член семьи.

— Спасибо, — сказал Элиас.

Ханна решила взять ситуацию в свои руки.

— Спасибо за все добрые пожелания, — сказала она. — Боюсь, что мы не сможем остаться. Просто зашли навестить дядю Олли.

— Как раз вовремя, дорогая. Давай посмотрим на твоего нового мужа.

Громкий голос раздался из уст большого мужчины с бочкообразной грудью, вышедшего из задней комнаты. Ему было за семьдесят, у него были густые серебристые волосы до плеч, которые, как подозревала Ханна, принадлежали не только ему, и неестественно напряженное лицо, которое сохранялось благодаря регулярным посещениям скромного косметолога-дерматолога. Его темные глаза светились жаром, когда он рассматривал Элиаса.

У Олли была фамилия, но он не использовал ее уже много лет. Почти для всех в ТЗ он был «Олли», а для Ханны — «дядя Олли». Когда-то давно он управлял казино «Затерянная колония», одним из самых захудалых заведений в Изумрудной зоне. В то время оно принадлежало Максвеллу Смиту. Когда Смит продал бизнес, чтобы выйти на элитный рынок, Олли ушел на пенсию. Он утверждал, что всегда хотел открыть небольшой ресторан по соседству.

— Это Элиас Копперсмит, — сказала Ханна. — И это всего лишь БР, дядя Олли. В последнее время моя жизнь немного усложнилась.

— Да, брак имеет такое свойство, — сказал Олли. Он протянул руку Элиасу. — Добро пожаловать в ТЗ, Элиас. Я познакомился с твоим отцом несколько десятилетий назад.

— Стоит ли мне знать обстоятельства? — спросил Элиас.

Олли усмехнулся. — Он появлялся в «Затерянной колонии» каждые несколько месяцев. Он выигрывал ровно столько, чтобы привлечь мое внимание, а затем уходил. Мои сотрудники службы безопасности проверили его и сказали, что он не жульничает, поэтому они решили, что это какой-то талант, который мы не знали, как обнаружить. Я послал Кулера, чтобы он его немного приструнил. Не сработало. Моя служба безопасности предложила просто попросить его уйти, но я решил, что сначала хочу поговорить с ним.

Элиас улыбнулся. — Папа сказал, что он использовал твое казино для проведения реальных лабораторных испытаний образцов кварца, верно?

— Ага. Утверждал, что его лабораторные приборы далеко не так хороши, как казино для проведения некоторых тестов.

— Папе, как правило, очень везет в карты.

Олли фыркнул. — Кому ты это рассказываешь. Из твоего отца получился бы чертовски профессиональный игрок в покер.

— Он любит товарищеские игры, но, вообще говоря, когда он рискует большими деньгами, это подразумевает открытие новой территории.

— Когда я это понял, мы заключили сделку, — сказал Олли. — Я сказал ему, что он может продолжить тестировать свои образцы при условии, что он позволит мне инвестировать в территорию, с которой были эти образцы. Оказалось, что это Сапфировый рудник.

Элиас ухмыльнулся. — Это была одна из наших самых прибыльных территорий.

— И не говори. Как ты думаешь, как я открыл это место? И теперь ты женат на моей племяннице. Если тебе, что-нибудь понадобится, только попроси. Семья есть семья, верно?

Элиас улыбнулся. — Верно.

— Так что я могу подарить вам двоим в качестве свадебного подарка? — сказал Олли.

— Что нам нужно, так это дополнительная защита, дядя Олли, — сказала Ханна. — Полицейские могут сделать не так уж и много. Бегунок и его команда хороши, но их всего пятеро, и они не обладают большой огневой мощью. Ребята, о которых мы беспокоимся, передвигаются на больших мотоциклах и вооружены магрезами.

Олли слегка прищурился. — Ты говоришь о той банде байкеров, которые пытались схватить вас той ночью.

Ханна улыбнулась. — Стоило догадаться, что ты уже слышал об этом.

— Невозможно сохранить такие вещи в ТЗ в тайне. Я удвоил дежурство на твоей улице, как только узнал о случившемся. Знаешь, Клуб этому совсем не обрадуется.

— Забавно, что ты упомянул об этом, — сказал Элиас. — Тетушки Ханны договорились о встрече со Смитом сегодня вечером в Амбер Палас.

— Отлично. — Олли усмехнулся. — Эти байкеры очень быстро узнают, кто заправляет всем в Городе Иллюзий.

Было чуть позже полуночи, и энергия в игровом зале Амбер Палас била ключом. Элиас знал, что часть заряженной энергии просачивалась из близлежащих руин, но большая ее часть создавалась игроками. Была причина, по которой азарт от азартных игр часто описывался как лихорадка.

Азартные игры всегда привлекали людей, и более податливыми были люди, обладающие хотя бы минимальным уровнем экстрасенсорных способностей.

— Можно было бы подумать, что люди поймут, что быть экстрасенсом не означает, что законы вероятности перестают действовать, — сказала Ханна.

Элиас наблюдал, как игрок бросает пару красных кубиков. — Небольшой талант дает людям ложное чувство уверенности. Заставляет их думать, что они могут обыграть казино.

— В этом городе Казино всегда выигрывает в долгосрочной перспективе, — сказала Ханна.

Элиас улыбнулся. — Конечно. Потому что казино не только опираются на математику, но и удваивают шансы, нанимая крупье, у которых есть талант, и много действительно хороших инженеров по кристаллам для программирования игровых автоматов.

Она бросила на него любопытный искоса взгляд. — Ты играешь?

— Да, черт возьми. Я занимаюсь камнями, помнишь? Конечно, я играю. Но в моем мире ставки обычно выше. Копперсмит постоянно делает многомиллионные ставки на новые территории.

— Когда-нибудь проигрывал?

— О, да, — сказал он. — Это делает игру интересной. — Он сделал паузу. — Но мы не часто проигрываем.

Она одарила его понимающим взглядом. — Что-то мне подсказывает, что вы с мистером Смитом очень хорошо поладите.

Приглашение от Максвелла Смита, владельца «Амбер Палас», пришло через несколько минут после того, как Ханна позвонила своим тетушкам. Казалось, что мистер Смит, один из влиятельных членов Клуба Иллюзион, был только рад оказать услугу своим старым подругам, Кларе и Бернис.

Интерьер Амбер Палас светился, сверкал и сиял. В других зонах турист, ищущий приключений, может найти суровый мир жестоких азартных игр и неряшливые ночные клубы. Но Палас был одной из ярких башен в ярко освещенной Янтарной Зоне. Здесь яркая обертка успешно скрыла песчаные, потные и опасные дела, которые поддерживали Город Иллюзий.

Переполненный игровой зал был заполнен мужчинами и женщинами, одетыми для гламурного вечера. Платья были очень низкими, каблуки очень высокими, а посадка мужских смокингов по большей части выглядела немного нестандартно, что указывало на то, что они были арендованы.

С другой стороны, все смокинги крупье были элегантно сшиты. Костюмы привлекательных мужчин и женщин, предлагающих бесплатные напитки хайроллерам, были созданы так, что мало что оставляли для воображения.

Элиас взглянул на Ханну, идущую рядом с ним, и ощутил прилив гордости и старомодного мужского собственничества. Его жена. По крайней мере на данный момент. Она была одета гораздо более сдержанно, чем официанты, но все в ней приковывало его чувства. Маленькое зеленое платье и изящные, сверкающие высокие каблуки подчеркивали ее изящные формы. Ее волосы были зачесаны в милую прическу и закреплены заколкой, которую он надеялся расстегнуть позже, в ее спальни.

На ней было минимальное количество макияжа по сравнению с большинством женщин в комнате, но, по его мнению, это делало ее самой привлекательной женщиной на свете. Ее украшения ограничивались серьгами из янтаря и ожерельем. В городе, построенном на иллюзиях, она была потрясающе реальной. Энергия ее ауры нашептывала ему тайны; секреты, которые манили и возбуждали его.

В одной руке она держала свой маленький вечерний клатч, Ремешок-цепочка обвивала ее запястье. Вирджил был зажат в другой руке. В лапе он держал фигурку Аризоны Сноу.

— Частный лифт доставит нас в личные апартаменты мистера Смита, — сказала Ханна. — Но сначала нужно пройти проверку у охраны.

— Я полагаю, что никто не доберется до личных покоев г-на Смита без вооруженного сопровождения, — сказал Элиас.

— В этом городе невозможно достичь его уровня власти, не нажив по пути врагов, — сказала Ханна.

Они шли сквозь толпу. Чем глубже они заходили в казино, тем более лихорадочной становилась энергия. В этом секторе игрового зала ставки были выше.

Широкие полосы янтаря и зеркальные панели на стенах были подобраны таким образом, чтобы отражать гламурную обстановку, а также паранормальные явления, которые бурлили и кружились в атмосфере. При проектировании успешного казино было задействовано много талантливых инженеров и архитекторов. Все это было сделано, ради одной цели — заставить людей расстаться с деньгами.

Высокие сводчатые потолки были расписаны фантастическими сюжетами. Темы были взяты из мифов и легенд, знакомых каждому ребенку на Хармони. Неземные изумрудные замки, странные города, построенные из прозрачного кристалла, и поразительные, сюрреалистические сцены Тропического леса и катакомб.

— Незачем обращаться к сказкам Старого Света за вдохновением, — размышлял Элиас. Когда двести лет назад сюда прибыли люди-колонисты Первого поколения, они обнаружили достаточно материала для новых историй среди руин давно исчезнувшей цивилизации. Люди очень хорошо умели придумывать сказки.

Служба безопасности казино располагалась рядом с вестибюлем с частным лифтом. Когда Элиас и Ханна подошли, мускулистый мужчина, одетый в смокинг, скроенный так, чтобы скрывать наплечную кобуру, оторвался от компьютера. Все в нем указывало на бывшего охотника за привидениями. Работа в частной охране была обычной карьерой для охотников на пенсии.

Охранник тепло улыбнулся Ханне и погладил Вирджила.

— Мисс Уэст, мы ждали вас и вашего мужа, — сказал он. — И малыша, конечно, тоже.

— Привет, Фред. — Ханна улыбнулась в ответ. — Как Нэнси и дети?

— Все отлично, спасибо. В этом году все дети пошли в школу, а Нэнси подрабатывает в сувенирном магазине Паласа. Ей нравится. У нее настоящий талант продавать модные часы. — Фред окинул Элиаса оценивающим взглядом. — Кстати, поздравляю со свадьбой.

Ханна покраснела. Элиас задался вопросом, собирается ли она попытаться объяснить поспешность свадьбы. По какой-то причине он раздражался каждый раз, когда она намекала на временный характер их отношений.

— Спасибо, — сказала Ханна. Она сделала паузу, выглядя несколько озадаченной тем, что она должна была сказать дальше. — Это собственно он. Мой муж Элиас Копперсмит.

— Примерно так я и подумал. — Фред усмехнулся. — Добро пожаловать в Амбер Палас, мистер Копперсмит, и примите поздравления.

— Спасибо, — сказал Элиас.

Он протянул руку. Фред пожал ее с искренним энтузиазмом.

— Мистер. Смит с нетерпением ждет встречи с вами, — сказал Фред. — Карл сопроводит вас и мисс Уэст в пентхаус.

Из другого офиса вышел грузный охранник, который тоже фонил как охотник на пенсии.

— Привет, мисс Уэст, — сказал он. — Рад вас видеть. Слышал, ты вышла замуж. Поздравляю.

— Спасибо, Карл, — сказала Ханна.

Элиас снова протянул руку. — Я муж.

— Да, сэр, мистер Копперсмит. Я узнал вас по фото в удостоверении личности. Это я проводил проверку биографических данных.

— Серьезно? — Элиас взглянул на Ханну, а затем снова повернулся к Карлу. — Вы пробили данные сегодня после того, как мистер Смит пригласил нас выпить?

— Неа. Мистер Смит заказал проверку, как только увидел новость о вашей свадьбе в «Занавесе». В конце концов, Ханна местная. Мы заботимся о своих. Идемте. Я отведу вас наверх.

Он провел их в небольшой вестибюль. На полу был темно-красный плюшевый ковер. Стены были зеркальными, а лифт был отделан янтарем и золотом. Карл набрал код. Двери закрылись почти бесшумно.

Ханна болтала с Карлом во время короткой поездки на верхний этаж. Элиас понял, что начинает чувствовать себя лишним. Он знал, что не самый блестящий собеседник в мире, но и не был дверным стопором.

Проклятие. Женат меньше недели, и уже задается вопросом, стоит ли им обратиться за консультацией.

Лифт плавно остановился, и двери открылись, представляя их вниманию еще один холл, украшенный янтарем и зеркалами. Их ждала высокая женщина лет сорока, одетая в строгий черный костюм и белоснежную, безукоризненно сшитую рубашку. Ее светлые волосы были собраны в тугой пучок. Она была стройной с длинными ногами и грудь бывшей танцовщицы, бросающая вызов гравитации.

— Добро пожаловать, мисс Уэст. Поздравляю со свадьбой.

— Спасибо, Перкинс, но на самом деле это всего лишь БР.

— Тем не менее — это брак и, если не ошибаюсь, ваш первый. — Перкинс посмотрела на Элиаса. — Вы, должно быть, мистер Копперсмит.

— Точно, — сказал Элиас без интонаций. — Муж.

Ханна снова покраснела и поспешила извиниться. — Извини. Я все время забываю его представить.

— Не волнуйся, — сказал Элиас. — Я уже привык к этому.

Ханна посмотрела на Перкинс. — У нас ситуация довольно сложная.

— Брак всегда сложен, — безмятежно отозвалась Перкинс.

Вирджил усмехнулся ей. Она улыбнулась и нежно похлопала его. — Добрый вечер, Вирджил. У меня есть для тебя особое угощение. Если вы трое последуете за мной, я провожу вас на террасу, где ждет мистер Смит.

Перкинс изящно повернулась на своих шпильках и пошла вперед через еще одну сверкающую комнату, заставленную белыми кожаными диванами и задрапированную кусками янтарно-золотой ткани с кисточками.

Стеклянная стена в дальнем конце комнаты была открыта навстречу теплой пустынной ночи и пышному, мягко освещенному саду на крыше. Бассейн, окруженный статуями, сиял подводной подсветкой.

На террасе их ждал маленький кругленький человечек, похожий на эльфа. На нем были белые брюки и свободная белая рубашка, расшитая камнями. Широкий воротник белоснежной рубашки был расстегнут у горла. Белый шелковый шарф и белые туфли завершали наряд. Его глаза сверкнули от удовольствия при виде Ханны.

— Добро пожаловать, моя дорогая, — сказал он. — Очень, очень сильно поздравляю тебя.

Он по-отечески раскрыл объятия.

Ханна опустила Вирджила и быстро обняла владельца казино. Вирджил усмехнулся и поспешил в сторону бассейна.

— Спасибо, — сказала Ханна, отступая назад. — Но это всего лишь БР.

Смит поднял серебряные брови и задумчиво посмотрел на Элиаса. — Серьезно?

— Не волнуйся. Мы все объясним, — сказала Ханна. С опозданием она махнула рукой Элиасу. — Это Элиас Копперсмит.

— Муж, — сказал Элиас. Он вежливо улыбнулся. — Иногда она забывает эту часть.

Смит усмехнулся. — Дай ей время. Она все еще новобрачная.

— Люди постоянно мне это говорят, — сказал Элиас.

Смит протянул мягкую, ухоженную руку. Он носил кольцо с синим янтарем. Элиас не удивился, обнаружив, что в руках Эльфа заключено много силы — силы паранормального характера. Он взглянул на мягко сверкающий синий янтарь и подтвердил молчаливое сообщение легким уважительным кивком — в конце концов, он был младшим мужчиной и находился на территории старшего мужчины. Но он также послал шепот энергии через свое кольцо. Глаза Смита слегка сузились. Затем он улыбнулся, как будто удовлетворенный.

— Добро пожаловать в мой дом, Элиас, — сказал он.

Ханна закатила глаза. — Мужчины.

Смит повернулся к ней. — Ты должна простить нас, моя дорогая. У нас свои ритуалы.

— Ты так это называешь? — Она смотрела на него понимающими глазами. — Больше было похоже на двух котов-призраков, оценивающих друг друга.

— Нечто подобное есть в наших примитивных ритуалах, — сказал Смит. — Но, как бы то ни было, я думаю, ты сделала правильный выбор, моя дорогая.

Ханна выглядела испуганной. Она открыла рот, чтобы ответить, и каким-то образом Элиас понял, что не хочет слышать еще одно объяснение статуса их брака.

Он заговорил первым. — Прекрасное место, сэр.

— Спасибо, — сказал Смит. — Мне нравится.

В его тоне была вежливая скромность, как будто они не стояли на вершине империи азартных игр и развлечений, которую он построил. — Ему не нужно было хвастаться, — подумал Элиас. Было само собой разумеющимся, что никто не достиг такого уровня успеха, как Смит, не обладая огромным талантом и безжалостным преимуществом, необходимым для использования этого таланта так, как лучше всего служило его целям.

— Я взял на себя смелость заказать шампанского и отметить вашу свадьбу, — сказал Смит. — Я надеюсь, что вы оба присоединитесь ко мне?

— Спасибо, — сказала Ханна. — Честно говоря, мне не помешало бы выпить. Дела приняли очень странный оборот, мистер Смит, и я говорю не о своем Браке по Расчету.

— Да, Клара и Бернис упомянули о проблеме. Я тоже весьма обеспокоен. Недопустимо, чтобы иногородние банды думали, что могут преследовать местных жителей. Мы очень серьезно относимся к общественной безопасности.

Смит кивнул Перкинс, которая стояла и ждала возле серебряного подноса. На подносе стояла бутылка шампанского и три бокала. По сигналу Смита она принялась открывать бутылку.

Элиас подошел к барьеру из стекла высотой по пояс, окружавшему сад, и посмотрел на Город Иллюзий. Внизу он видел новые американские горки, которые строились на территории Амбер Палас. Судя по вывеске, они назывались «Инопланетный Шторм». Их планировали открыть через несколько недель. Ханна упомянула, что билеты уже были распроданы на несколько месяцев вперед.

Просто еще одна потрясающая достопримечательность в городе, который регулярно переосмысливает определение «потрясающе».

Башни Древних в центре Города Иллюзий были окружены великой стеной, построенной в форме восьмиугольника. Но в отличие от стен других Мертвых городов, восьмигранный барьер не был цел. В зеленом кварце было бесчисленное множество рваных отверстий, узких трещин и щели. Несколько эфирных башен превратились в руины. Лишь слегка обострив свои чувства, Элиас видел паранормальные точки, разбросанные по территории древнего города.

Давным-давно здесь, в пустыне, произошло что-то настолько катастрофическое по своей природе, что оно разрушило почти неразрушимые кварцевые стены древнего города и сделало окружающий ландшафт намного тяжелее, чем большинство других надземных руин. Даже со своей высокой точки Элиас чувствовал сильные потоки энергии, дрожащие в атмосфере. Паранормальный жар внутри разрушенных стен восьмиугольника был такой же сильный, как в катакомбах и Тропическом лесу, а в некоторых местах даже тяжелее.

Восемь зон расходились от восьми древних стен. Яркие огни великих казино Янтарной, Изумрудной и Сапфировой зон сверкали в ночи, как драгоценные камни.

Большинство других зон были залиты лунным светом и зелеными тенями руин. Но две светились своеобразным паранормальным сиянием — Зона Шторма и Зона Огня. По словам Ханны, пси в обеих зонах было настолько сильным, что его избегали даже бездомные.

Он отвернулся от вида и присоединился к остальным. Они уселись в белые кожаные кресла, а Перкинс предложила канапе и бокалы с шампанским. Еще была миска с крендельками для Вирджила, который выбежал из ближайшего куста, чтобы принять угощение. Он поблагодарил Перкинс, перейдя в полный режим милоты. Перкинс была очарована.

Подав шампанское, Перкинс исчезла в пентхаусе. Смит откинулся назад, привычным движением пальцев подтянул белые брюки и скрестил ноги.

Вирджил, быстро расправившись с крендельками, отправился исследовать сад.

— После того, как сегодня утром мне позвонили твои тети, я проконсультировался с детективом Дженсеном из полицейского управления Города Иллюзий, — сказал Смит. — Я также предпринял шаги, чтобы проинформировать других членов Клуба Иллюзион. Могу заверить тебя, что повсюду существует серьезная обеспокоенность. Пока мы говорим, принимаются меры, чтобы узнать как можно больше о банде, которая напала на вас.

— Приятно знать, — сказал Элиас.

— К сожалению, к тому времени, когда местная полиция добралась до места засады, нападавшие исчезли, — продолжил Смит. — Детективу Дженсену очень хотелось бы заполучить одного из «Солдатов удачи», чтобы он мог провести надлежащий допрос.

— Почему все так уверены, что эти байкеры из другого города? — спросил Элиас.

— Иллюзии не лишены криминального элемента, — сказал Смит. — Ни один город не может похвастаться отсутствием преступности. Но в целом наша местная полиция хорошо знакома с нарушителями спокойствия и хорошо следит за ними. Поговорив с моими коллегами и сделав несколько запросов, я могу вас заверить, что банда, точно не местная.

— Я так же считаю, — сказала Ханна. — Но что же это нам дает?

— Я все еще ищу ответы на твой вопрос, моя дорогая, — сказал Смит. — Но у меня есть несколько своих для твоего мужа.

Элиас собирался съесть канапе. Он сделал паузу. — Да сэр?

— Я знаю, что у компании недавно возникли проблемы с довольно законспирированной организацией под названием Вортекс.

— Я впечатлен, — сказал Элиас. — У вас отличные связи.

— Спасибо, — сказал Смит. — Мой вопрос: есть ли какая-то связь между тем, что произошло на Рейншедоу, и тем, что произошло здесь?

— Поверьте, я со всех сторон обдумал эту ситуацию, — сказал Элиас. — И я почти уверен, что ответ — нет. Служба безопасности Копперсмит и ФБПР все еще расследуют эту ситуацию, так что возможно, что всплывет что-то, связанное с нашей проблемой, но я в этом сомневаюсь.

Глаза Смита сузились. — Что вселяет в тебя такую уверенность?

— Все сводится к качеству нанятых мышц, задействованных в каждом конкретном случае. Байкеры, преследовавшие нас, были вооружены, но выглядели как представители байкерской среды старой закалки. Публика Вортекса собрала гораздо более искушенную толпу. Снаряжение, транспорт, оборудование — все создает впечатление хорошо управляемой, строго дисциплинированной организации. Если и есть связь, Вортекс держит свою причастность на очень большом расстоянии.

Смит кивнул. — Я понимаю вашу логику. Как я уже сказал, мои люди будут продолжать копать. Я буду держать вас в курсе любых событий. Тем временем наш хороший друг Олли и полиция уверяют меня, что безопасность в Темной Зоне усилена.

Ханна прожевала канапе. — Спасибо, мистер Смит.

— Конечно моя дорогая. Ты одна из нас. Мы заботимся о своих.

Внезапный плеск в бассейне прозвучал очень громко в тишине садов пентхауса.

Ханна вскочила на ноги. — Вирджил.

Элиас посмотрел на бассейн. Вирджил всплыл среди бурлящей воды и тут же исчез.

Ханна бросилась к бассейну. — Он тонет.

— Будь осторожна, моя дорогая, — крикнул ей вслед Смит. — Ты намочишь платье. Я уверен, что твой маленький приятель просто развлекается. Любое животное с шестью лапами обязано быть хорошим пловцом.

Вирджил снова вынырнул на поверхность бассейна, взволнованно зарычал и исчез.

Ханна достигла бассейна. — Он уронил Аризону Сноу на самую глубину. Он пытается ее спасти. Может, он и умеет плавать, но он не создан для ныряния, по крайней мере, не на такой глубине.

— Я попрошу Перкинс выловить ее из воды, — сказал Смит. Он потянулся к незаметной кнопке в подлокотнике кресла.

— Не стоит беспокоить Перкинс, — сказал Элиас. Он поднялся на ноги. — Я сам справлюсь.

Он огляделся в поисках оборудования, которое обычно располагалось возле бассейна. Как он и ожидал, там был кольцевой буй и длинный шест с прикрепленной сеткой, предназначенной для сбора мусора в бассейне.

Он взял шест и подошел к краю бассейна. Он прибыл как раз в тот момент, когда Вирджил снова вынырнул на поверхность.

— Расслабься, Вирджил, — сказал Элиас.

Он опустил длинный шест в воду, зачерпнул со дна куклу и вытащил ее на поверхность.

Вирджил взволнованно хмыкнул и изменил курс. Он подплыл к краю бассейна. Ханна присела и вытащила его из воды. Он тут же высвободился, чтобы стряхнуть воду со своей шерсти, а затем, полностью распушившись, поспешил через террасу, чтобы забрать Аризону Сноу.

Удовлетворенный, он рыкнул Элиасу и поспешил за новыми крендельками.

Ханна посмотрела на Элиаса. — Спасибо.

— В любое время, — сказал Элиас.

Смит усмехнулся. — Очевидно, что в браке с инженером есть некоторые преимущества, моя дорогая. В условиях кризиса они склонны мыслить прагматично.

Ханна улыбнулась. — Да. Я уже это заметила.

— В ее глазах светился жар, — решил Элиас. Это будоражило его чувства и согревало на протяжении всего разговора.

* * *

Час спустя Перкинс проводила Ханну и Элиаса обратно вниз и пожелал им спокойной ночи.

Элиас посмотрел на Ханну.

— Не возражаешь, если мы немного прогуляемся? Мне нужно подумать, и я делаю это лучше, когда иду.

— Конечно, — сказала Ханна.

Они прошли через сверкающее казино и вышли на яркий, сверкающий неоном Стрип. Вирджил сидел на плече Ханны. Он доедал последний крендель, который дала ему Перкинс, и держал Аризону Сноу, которая пережила свой опыт почти утопления без каких-либо повреждений.

Толпы на тротуарах переходили от одного казино к другому, гудя от энергии.

Чувства Элиаса тоже активизировались, но он знал, что причина была не в атмосфере Города Иллюзий, а в женщине рядом с ним.

Они прошли мимо ворот, защищавших строительную площадку американских горок «Инопланетный Шторм». Несколько человек остановились, чтобы посмотреть на высокие сооружения, леденящие кровь повороты и крутые петли. Табличка обещала, что эта поездка будет — самой страшной, самой захватывающей и совершенно умопомрачительной.

— Не говори, что планируешь купить билет на «Инопланетный Шторм», — сказала Ханна. — Я думаю, что энергии «Инопланетного шторма» тебе хватит на какое-то время.

— Скажи это снова.

Она рассмеялась. — Бегунок и его приятели с нетерпением ждут возможности приобрести билеты на эти чудовищные американские горки. Но это произойдет еще не скоро. Как я уже сказала, билеты проданы на несколько месяцев вперед. Кто знал, что так много людей хотят покататься на американских горках?

— Судя по вывеске, это не просто американские горки. Это самые большие, самые страшные и самые захватывающие американские горки во всех четырех городах-государствах.

— Ну, конечно, именно так мы поступаем в Городе Иллюзий. Ты знаешь местный девиз: «Добро пожаловать в Город Иллюзий. Настоящие острые ощущения».

— А Бегунок и ребята в конце концов получат билеты? — он спросил.

— Как только первоначальный ажиотаж утихнет, местные жители смогут приобретать билеты с обычной скидкой в полцены, которую казино предоставляют жителям Города Иллюзий. Но, судя по ажиотажу, могут пройти месяцы, прежде чем билеты станут доступны.

Она помолчала какое-то время. У него возникло ощущение, что она пытается придумать, как задать ему вопрос.

— Думаешь, ты надолго задержишься у нового портал? — она спросила.

В ее голосе звучало вежливое любопытство. Он не мог сказать, имел ли для нее значение ответ или нет.

— Город-Призрак — самая уникальная и, возможно, самая прибыльная территория, которую Копперсмит открыл за последние годы, — сказал он. — Впереди десятилетия работы, и я отвечаю за научно-исследовательские лаборатории. Так что да, я задержусь в Городе Иллюзий.

— Ладно, — сказала она.

Он взглянул на нее. — Просто ладно?

Она слегка улыбнулась. — Хорошо, я рада, что ты пробудешь в городе какое-то время.

— Я тоже.

Он сильнее сжал ее руку.

— О чем ты думаешь? — спросила Ханна.

— Я думаю, что местные полицейские находятся в еще большем неведении, чем мы, когда дело доходит до решения проблемы «Солдатов удачи», — сказал Элиас.

— Я уверена, что они разберутся. Именно за это полицейским платят, верно? И поверь мне, Клуб заботится о том, чтобы нашим полицейским платили очень, очень хорошо.

— Я верю в это. Но на самом деле нам нужен парень, который послал за нами тех байкеров. Он в отчаянии. Он знает, что время уходит. Вероятно, он близок к панике.

— Есть еще одна возможность, — сказала Ханна. — Если он мыслит рационально, он может смириться с тем фактом, что потерпел неудачу. Может быть, он просто исчезнет, вместо того чтобы рисковать быть арестованным за попытку похищения.

— Если мы правы насчет него, то он одержимый коллекционер, который потратил много времени, энергии и денег, пытаясь найти «Полуночный Карнавал». Ты эксперт по одержимым коллекционерам. Ты сама веришь, что он сдастся?

Она колебалась. — Нет. Нет, если он думает, что есть хотя бы небольшой шанс достичь цели.

— Нам нужно выманить его из укрытия — убедить его, что есть шанс похитить тебя.

— Как мы это сделаем?

Элиас остановился. — У меня есть идея, но нам понадобится поддержка.

— Ты имеешь в виду полицейских?

— Нет. Местные таланты ТЗ. Люди, которым мы можем доверять.

— Значит, вся эта мишура с БР, чтобы защитить Ханну? — Клара Стокбридж изучала Элиаса долгим, холодным и оценивающим взглядом. — Это кажется довольно радикальный шаг в данных обстоятельствах.

— Оглядываясь назад, можно сказать, что в этом не было необходимости, — быстро сказала Ханна. — Проблема заключалась в том, что после того, как мы вышли из туннелей в ту ночь, мы поняли, что оба получили пси-ожог. Мы знали, что нас зацепила какая-то тяжелая энергия. Мы предположили, что можем столкнуться с потерей памяти. Мы не знали, сколько и что будем помнить после пробуждения.

Они сидели на шезлонгах на балконе в доме ее тетушек. В этом доме выросла Ханна, и она каким-то необъяснимым образом чувствовала к нему привязанность. Резиденция располагалась на пологом склоне холма, достаточно близко к Стене, чтобы впитывать силу руин, и достаточно высоко, чтобы открывался прекрасный вид на светящиеся изумрудные постройки Мертвого города.

Клара и Бернис купили недвижимость вскоре после того, как Ханна появилась на пороге их дома. В то время обе женщины работали над тем, что стало впоследствии успешным дуэтом. Клара обладала ловкостью рук, а Бернис обладала даром изменять потоки своей ауры таким образом, что это делало ее невидимой для обычного человеческого глаза, по крайней мере, на короткие промежутки времени.

Их особые паранормальные способности были достаточно распространены среди артистов Города Иллюзий, но Клара и Бернис нашли свою нишу на переполненном рынке, добавив гламурные песни и танцы. Любой приличный фокусник мог заставить красивую девушку исчезнуть. Две эффектно одетые женщины, которые могли творить чудеса, одновременно исполняя элегантный стриптиз и распевая популярные песни, оказались верной формулой притяжения в ночной клуб при казино людей, на протяжении почти тридцати лет.

Клара и Бернис в расцвете сил были потрясающе привлекательными женщинами, но одна лишь внешность не могла гарантировать им комфортную пенсию. В конце концов, Город Иллюзий был полон красивых женщин. Но Клара и Бернис с самого начала прагматично смотрели на свое будущее. Они смирились с тем, что представление «Очаровательные Леди» не будет длиться вечно, и подготовили себе плацдарм, хорошо вложив средства. Оказалось, что, помимо ловкости рук, у Клары был дар игры на фондовом рынке. А Бернис доказала свою способность покупать и продавать недвижимость. В результате обе преуспели в жизни, вне сцены.

Им обоим сейчас было за пятьдесят. Годы взяли свое, но для Ханны ее тетки все еще излучали гламур, грацию и женскую силу. Клара и Бернис были и всегда будут ее образцами для подражания.

— Итак, вы поженились, зная, что, если действительно потеряете память, вы, по крайней мере, начнете задавать правильные вопросы, когда восстановитесь, — сказала Бернис. Она одарила Элиаса одобрительной улыбкой. — И ты надеялся, что мерзавцы, преследовавшие Ханну, дважды подумают, прежде чем похитить жену Копперсмита.

— Таков был план, — сказал Элиас. — Но настоящая проблема заключалась в том, что мы не были уверены, почему кто-то преследовал ее. Это могло быть сделано для того, чтобы помешать ей открыть врата у портала. Но теперь мы думаем, что все дело в ее открытие в Подземном мире.

— И ты галантно сохраняешь брак, пока не выявишь того, кто пытается украсть находку Ханны? — спросила Клара, ее взгляд был острым. — Очень благородно с твоей стороны.

Ханна вздрогнула. — Это не так, тетя Клара. Не совсем.

Бернис махнула Кларе рукой, заставляя замолчать. — Не обращай на нее внимания. Она от природы подозрительна.

— Я понимаю, — сказал Элиас. Он посмотрел на Клару. — На твоем месте у меня были бы те же вопросы.

Клара холодно улыбнулась ему. — Мы с Бернис, естественно, беспокоимся о безопасности Ханны. Ее дядя Олли контролирует частью ТЗ. Он сказал, что удвоил дежурства и выясняет, что произошло той ночью. И мистер Смит заверил меня, что докопается до сути.

— Да, мы знаем, — сказал Элиас. — Копперсмит Секюрити также следит за ситуацией, насколько это возможно, извне. Но в Городе Иллюзий они мало что могут сделать.

— Это чертовски точно, — сказала Клара. — Клуб контролирует этот город, включая полицию. Но хорошая новость заключается в том, что, полицейские и сами хорошо справляются с поддержанием правопорядка.

— Я в этом не сомневаюсь, — сказал Элиас. — Копперсмит Секюрити сотрудничает с ФБПР, и они делятся информацией с полицией Города Иллюзий.

— Это то же самое, что поделиться информацией с членами Клуба, — сказала Бернис. — Могу поспорить, что никому из них не нравится идея о том, что банда из другого города думает, что может просто приехать в Иллюзию и попытаться похитить местного жителя.

Бернис, которую и Клара, и Ханна считали поваром в доме, подавала ужин на балконе. Вирджилу подали собственное блюдо. В отличие от остальных, которые не торопились доедать еду, он быстро расправился со своей тарелкой жареных овощей и крабовых котлеток. Доев свою порцию десерта из шоколадного печенья и взбитых сливок, он схватил Аризону Сноу и запрыгнул на перила. Ханна подумала, что он, похоже, наслаждается ночной атмосферой ТЗ, которая всегда становится сильнее после наступления темноты. Но кто знал, как пушки интерпретировали тяжелые потоки энергии в атмосфере?

Насколько она могла судить, Элиас выдержал беспощадные нападки Клары с достойным восхищения апломбом. Это, конечно, не повлияло на его аппетит. Он съел все, включая десерт.

Более того, он выражал готовность задержаться за кофе и обсудить тонкости аспектов своих исследований кристаллов и кварца с удивительно заинтересованной Кларой. Ханна решила, что хватит. Ее тети подвергали Элиаса таким испытаниям, которые ожидал мужчина, если бы он предлагал Брак по Завету. Но с самого начала было понятно, что большинству БР суждено быть краткосрочными. В конце концов, ключевым словом в Браке по Расчету было «удобство».

— Ух ты, посмотри сколько время, — сказала она и одарила Клару и Бернис яркой улыбкой. — Я помогу с посудой, а потом мы пойдем.

— Не беспокойся о посуде, дорогая, — сказала Бернис. — Клара и я позаботимся о ней, позже. Почему бы тебе не показать Элиасу сад? Ночью он прекрасен.

Ханна замерла, пытаясь придумать, как отвертеться. Прежде чем она успела что-то ответить, Элиас встал из-за стола и посмотрел на нее.

— Я бы очень хотел увидеть сад, — сказал он.

Бернис просияла.

Клара махнула рукой. — Идите. Мы разберемся с посудой.

Ханну охватила небольшая тревога. Клара почти одобрила брак. В конце концов, сад был ее личной страстью. Разрешение войти в него считалось жестом приветствия и доверия.

Ханна вздохнула. — Хорошо. Наверное.

Элиас выглядел удивленным. — Энтузиазм, так и бьет.

Она посмотрела на него и развернулась.

— Пошли, — приказала она.

Почувствовав, что народ расходится, Вирджил усмехнулся и спрыгнул с перил балкона. Он ловко приземлился на плечо Элиаса.

Не говоря ни слова, Ханна повела их к задней двери. Она открыла ее и вышла на широкую веранду. Элиас последовал за ней, тихо закрыв дверь. Он присоединился к ней у перил. Вместе они смотрели на мягко светящуюся волшебную сказку, созданную Кларой.

Под воздействием сильных пси-потоков в этом районе листья, цветы и виноградные лозы блестели, сверкали и переливались, как драгоценные камни, наполненные пси.

— Невероятно, — прошептал Элиас.

— Все растения, травы и цветы были выбраны из-за их естественного паранормального сияния, — объяснила Ханна. — Все они прекрасны в светлое время суток, но по-настоящему сияют после наступления темноты. Некоторые люди вывешивают цветные фонари вокруг своих садов, чтобы отпраздновать праздники, но сад Клары сияет круглый год.

— Моя мама захочет это увидеть, — сказал Элиас.

Впервые за вечер Ханна немного расслабилась. — Впечатляюще, не так ли? Тетя Клара работала над этим много лет, выводя гибриды, которые прекрасно себя чувствуют в атмосфере ТЗ.

Вирджил спрыгнул с плеча Элиаса. Он весело попрощался с Ханной и исчез в саду вместе с куклой.

Элиас обнял Ханну за плечи. Она прекрасно ощущала в нем жар и силу. Инстинктивно она прижалась немного ближе.

— Помимо моей матери, я знаю нескольких серьезных паработаников в лабораториях Копперсмит, которые заплатили бы хорошие деньги за экскурсию по этому месту, — сказал он.

— Я думаю, тете Кларе было бы приятно утереть нос настоящим экспертам, — сказала Ханна. — Она постоянно проводит эксперименты с новыми семенами и черенками. Несколько лет назад она создала орхидею, которую назвала в мою честь. Хочешь ее видеть?

— Конечно, хочу.

— Она там, у маленького пруда. Пойдем, я тебе покажу.

С некоторой неохотой она высвободилась из его объятий и спустилась по ступенькам с крыльца. Они прошли по плавно извивающейся дорожке к журчащему фонтану и остановились перед каскадом элегантных бирюзовых орхидей, которые сверкали в ночи, как редкие драгоценности.

— Вот она, «Волшебница Ханна», — сказала Ханна. — Мне было тринадцать, когда Клара вывела именно этот сорт орхидеи. Это был своего рода подарок на день рождения. Я только начала гулять во сне и стала бояться засыпать по ночам. Мои тети не знали, чего ожидать, потому что они мало что знали о моей парагенетике.

— Твоего вида таланта было бы достаточно, чтобы расстроить любого подростка, — признался Элиас. — Не говоря уже о семье.

— Сначала я подумала, что, возможно, гуляние во сне — это какая-то магия. Клара и Бернис посоветовали мне помнить: то, что для зрителей кажется волшебством, всегда имеет логическое объяснение, и чтобы быть хорошим фокусником, нужно сохранять контроль над трюком.

— Другими словами, они дали понять, что тебе придется научиться контролировать свой талант.

Она засмеялась. — Либо так, либо провести всю жизнь, пытаясь не заснуть. Я не думала, что это закончится хорошо.

Элиас некоторое время изучал светящиеся орхидей, а затем повернул Ханну. Она видела жар в его глазах.

— Думаю, я знаю, почему твоя тетя назвала орхидею «Волшебницей Ханной», — сказал он.

— Из-за моего странного таланта?

— Нет, — сказал он. — Потому что иногда волшебство случается.

Она улыбнулась. — Забавно слышать это от инженера. Сомневаюсь, что ты когда-нибудь верил в волшебство, даже когда были маленьким. Ты тот парень в зале, который не может насладиться представлением, потому что слишком занят, пытаясь понять, как устроен этот трюк. А как только понимаешь, теряешь интерес к представлению.

— И, когда я говорю, что волшебство случается, знай, я говорю правду.

А потом он поцеловал ее среди светящихся листьев и цветов. Она открыла свои чувства ночи и мужчине, который держал ее в своих объятиях.

— Он прав, — подумала она. — Иногда волшебство было реальным, по крайней мере, на какое-то время.

* * *

Бернис вышла на балкон и присоединилась к Кларе. Вместе они смотрели вниз на сияющий сад. Ханна и Элиас были у пруда. Их силуэты вырисовывались в сияющей энергии великолепного каскада орхидей «Волшебница Ханна». Эти двое явно потерялись в объятиях друг друга.

Бернис схватилась за перила обеими руками и позволила себе надеяться. Но она была осторожна и не позволяла себе зайти слишком далеко. В жизни Ханны были и другие мужчины, в том числе один или два, которые, как она боялась, разобьют Ханне сердце. Но Клара всегда была той, кто видела правду за краткими мгновениями иллюзий. Так что теперь она ждала приговора.

— Что ты о нем думаешь? — тихо спросила она.

Клара потянулась и схватила Бернис за руку. Их обручальные кольца блестели в ночи.

— Я думаю, — сказала Клара, — что он может быть единственным, кто поймет, почему мы назвали бирюзовый гибрид «Волшебница Ханна».

— Фух, — сказала Ханна. — Как же я, рада, что все закончилось. Еще раз спасибо за то, что был так вежлив во время встречи с тещами, не смотря на фальшивый статус наших отношений.

Элиас сильнее сжал ее руку. — Сделай мне одолжение. Перестань думать, что наш брак — фейк. Он настоящий. И перестань извиняться за то, что твои тети хотели со мной встретиться. Это естественно в данных обстоятельствах.

— Прости, — пробормотала она.

— Это напомнило мне, что сегодня звонил отец.

Они возвращались через ТЗ, которая, вопреки своему названию, была освещена паранормальной энергией руин. Узкие улицы и переулки были пропитаны легким, мягко клубящимся пси-туманом. К вечеру небольшие казино и ночные клубы начали оживать. Их яркие вывески обещали дешевые острые ощущения и экзотические тайны, которых нельзя было найти больше нигде в городе.

— Полагаю, твой отец хотел узнать информацию о ситуации в Городе Иллюзий, — сказала она.

— Оказывается, у него была информация для меня. ФБПР, сотрудничающее со службой безопасности Копперсмит, сегодня утром задержало последнего убийцу. При нем были два ключа Копперсмит, так что есть много улик, связывающих его с убийствами.

— Твоя теория о том, что существует третий ключ, созданный другой лабораторией подтвердился?

— Да. Третий ключ питается от кварца, но он не такой стабильный, как версии Копперсмит. И все же он чертовски сложен. Есть подозрение, что его создали в лаборатории Вортекс, но реальных доказательств нет.

— И ты не нашел татуировку на двух мертвых бандитах.

— Нет. У убийцы тоже не было татуировки. Папа говорит, что ФБПР считает, что Вортекс пытался провести операцию чужими руками, чтобы дистанцироваться. Но их обманули. Убийца собрал команду, в которую вошли Хэнк Ричман и остальные, а затем, когда дело было сделано, избавился от напарников. Он планировал продать ключи на черном рынке.

— Вортексу это бы не понравилось.

— Нет, — сказал Элиас. — Если бы ФБПР его не задержало, убийца, вероятно, уже был бы мертв.

— Твой отец еще что-нибудь сказал?

— Он отдал мне новый приказ.

— Приказ?

— Он сказал, что пришло время познакомить тебя с моей семьей.

— О, Боже. Ситуация усложняется, не так ли?

— Я слышал, что брак может быть сложным, — сказал Элиас.

— Это просто…

— Не произноси этого. Повторяй за мной: БР — это настоящий брак.

Она глубоко вздохнула. — БР — это настоящий брак.

— Но это не так, — подумала она, но решила не говорить этого вслух. Вечер был слишком приятным, чтобы портить его спорами о будущем их отношений, особенно теперь, когда она позволила себе надеяться, что у них есть будущее. — Не заглядывай за занавес. Ты не хочешь знать, что все это иллюзия.

— Итак, если план А не сработает, каким будет наш следующий шаг? — она спросила.

— Я думал об этом. Ты сказала, что подала иск на тот сектор катакомб, где обнаружила Карнавал.

— Верно. С юридической точки зрения это должно защитить меня.

— И, как я тебе постоянно напоминаю, в мире существует длинная история отказа от претензий.

— Тому, кто за этим стоит, придется убить меня, чтобы заставить меня отказаться. И если он это сделает, каковы шансы, что он сможет найти еще один талант Сносвета с парапрофилем, настолько близким к моему, что он сможет открыть врата?

— Я согласен, что это маловероятно, но это не значит, что его нельзя найти. В конце концов, он нашел тебя, не так ли?

— Хорошо, я поняла. Но что еще я могу сделать, чтобы защитить свое требование?

— Продай Карнавал Аркейну. Быстро.

— Я же говорила, что мне нужно провести инвентаризацию, чтобы узнать стоимость находки.

— Выбери сумму, любую. Взвинти до небес. Аркейн заплатит, сколько ты попросишь. Чем скорее они возьмут на себя управление Карнавалом, тем скорее ты будешь в безопасности.

— Я тебя услышала. Но должна сказать, что бизнес-леди во мне очень, очень не нравится эта идея.

— Я понимаю, поверь мне, — сказал Элиас. Он предупреждающе сжал пальцы и понизил голос. — У нас компания.

— Бегунок и его команда?

— Нет.

— Полицейские?

— Кто-то другой. — Элиас взглянул на свое кольцо. — Я улавливаю пси-частоты низкого уровня. Их генерируют какие-то паратехнологии. Думаю, оружие и телефоны.

— Ты оказался прав. «Солдаты удачи» действительно настолько глупы, что предприняли еще одну попытку похитить меня прямо на улицах моего района.

— Либо глупы, либо настолько уверены в себе, что думают, что смогут обойти местную стражу.

— Я не слышу мотоциклов, — сказала Ханна.

— Возможно, они поняли, что это безрассудно снова появляться в ТЗ на шумных Роли-Старк.

— Это означает, что они чему-то научились.

— Все, что нам нужно, это один из этих ублюдков, — сказал Элиас.

Ханна бросила на него косой взгляд. Она могла сказать, что Элиас был возбужден. Ее собственные чувства обострились в ответ на опасность.

Позади послышались приглушенные туманом шаги. Впереди в тумане замаячила темная фигура.

— Они уже рядом, — сказал Элиас. — Двое. Один впереди, другой сзади.

— Бегунок и его команда уже срисовали их, — сказала Ханна. — Полицейские в пути. Все происходит так, как ты и планировал.

— Возможно, нет.

— Что ты имеешь в виду? Байкеры не тронут нас, пока мы находимся в этой части ТЗ. Слишком много туристов.

— А еще пси-туман. Они попытаются использовать его для прикрытия.

— Мы можем зайти в ночной клуб или таверну, но если мы исчезнем, мы потеряем шанс схватить одного из них.

— У меня есть идея.

Он резко остановился и потащил ее в ближайший переулок. Ханна поняла, что глубокие тени и туман фактически заставили их исчезнуть.

— Прислонись к стене, — сказал Элиас. Он говорил прямо ей в ухо.

Она прижалась спиной к старой каменной кладке.

Неторопливые шаги внезапно сменились быстрой рысью. Двое нападавших бросились бежать.

— Куда они исчезли? — Голос был мужским, резким, с резкими характерными нотками тревоги.

— Переулок, — сказал второй мужчина. Он звучал более хладнокровно и уверенней.

Луч фонарика пронзил переулок, едва не высветив Ханну и Элиаса. Луч света уткнулся в стену в дальнем конце.

— Тупик, — объявил Хладнокровный. В его голосе звучало облегчение. — Они в ловушке.

— Так же ты говорил в прошлый раз, когда мы устроили засаду в том переулке. Все прошло не очень хорошо. Хрен, я пойду в этот переулок вслепую. Копперсмит скорее всего вооружен.

— В этом районе много пси, достаточно, чтобы вытащить призрака. Они сами выбегут.

Ханна почувствовала, как в атмосфере нарастает энергия. Хладнокровный раскручивал свой талант, вытягивая энергию диссонанса из окружающих потоков пси Древних. В середине переулка возник шар зеленого огня.

Касания призрачного света было более чем достаточно, чтобы вызвать потерю сознания. Длительный контакт может повредить нервы и разрушить паранормальные чувства. По-настоящему могущественный призрак может убить. Охотникам за привидениями платили хорошие деньги за чистку Подземного мира от проявлений нестабильной энергии диссонанса. Но помимо уничтожения одного из них, они обладали способностью создавать штормы и использовать их в качестве оружия.

Разумеется, было абсолютно незаконно вызывать призрака с целью угрозы невинным людям, так же как незаконно было угрожать кому-либо магрезом. Но такое происходило в переулках каждого города, включая Город Иллюзий.

Призраками было трудно манипулировать; в результате они двигались медленно. Обогнать одного из них было относительно легко. Но в этом случае им с Элиасом придется идти прямо в объятия потенциальных похитителей.

— Где же полицейские? — она задавалась вопросом. — К этому моменту Бегунок должен был их уже вызвать. План был прост. Но хорошие планы имели свойство не срабатывать.

Призрак двинулся к входу в переулок, опаливая все на своем пути. В узком пространстве внезапно послышалась суета и шорох. В тумане появилось несколько пар глаз. — Крысы, спасающиеся от приближающегося энергетического шторма, — поняла Ханна. Она изо всех сил сдерживалась, чтобы не закричать, когда кто-то наступил на носок ее вечерних туфель. Оно выбежало из переулка вместе со своими друзьями и соседями.

Из тумана появилось еще одно маленькое существо. Четыре глаза, два из них яркого янтарного цвета, горели в тумане.

— Вирджил, — прошептала Ханна.

Он прыгнул ей на руки, а затем на плечо.

— Держи его, — приказал Элиас. — Мне нужно четко сфокусироваться.

Она протянула руку, чтобы коснуться Вирджила, молча уговаривая оставаться на месте. Кажется, он понял послание. Он сидел напряженный и готовый ринуться в бой.

Ей показалось, что она услышала вдалеке сирену, но не была уверена, потому что искрящийся, потрескивающий призрачный огонь был теперь так близко, что влиял на ее нормальные чувства.

В следующее мгновение она почувствовала прилив энергии. Она увидела, как кольцо Элиаса вспыхнуло темным огнем.

— Не двигайся, — сказал он.

При обычном зрении двое мужчин у входа в переулок были не более чем тенями в тумане. Но паранормальные чувства позволяли видеть по-другому. Она различила ауры двух байкеров. Она знала, что Элиас тоже их видит.

Из кольца Элиаса сверкнул узкий луч паранормального излучения. Он прошел сквозь туман. Со стороны призрака послышался треск. Мгновение спустя призрак исчез.

— Дерьмо. — Голос прозвучал на грани паники. — Гейдж? Что, черт возьми, произошло…

Нервный байкер резко замолчал. Сирены теперь звучали очень громко. Ханна увидела, как аура мужчины двигается в тумане, и поняла, что он собирается сбежать.

Но Элиас уже бросился к тени. Раздался сильный удар. Байкер тяжело приземлился на тротуар.

Бегунок и его команда прибыли первыми, запыхавшись.

— Ханна? — крикнул Бегунок. — Где ты? Ты в порядке?

Она оторвалась от стены и направилась к выходу из переулка.

— Я в порядке, — сказала она.

Элиас присел рядом с двумя упавшими байкерами. Он быстро обшарил их карманы. Тот, кого он вырубил силой кольца, начал шевелиться. Второй пытался отдышаться.

— Я позвонил в полицию, когда увидел, что за вами следят, но мы ненадолго потеряли вас, когда начал сгущаться туман, — сказал Бегунок. — А потом я понял, что вы зашли в переулок. Но это тупик.

— Мы заметили, — сказала Ханна. — Но все в порядке. Ты и ребята отлично справились. Вот и полицейские. Спасибо. — Она посмотрела на четырех молодых парней, стоящих в тени. — Всем спасибо.

— Да, в любое время, Искательница, — сказал Бадди. Он посмотрел на Элиаса. — Что ты использовал на этом парне?

— Новая экспериментальная технология из лаборатории, — сказал Элиас.

— Хорошая работа, — признал Бадди. — Хорошо. Я думаю…

— Извини. Еще не готово к выходу на рынок, — сказал Элиас.

Бегунок кивнул. — Но когда будет готов выйти на рынок, тебе понадобится команда доставки, которая знает, как доставить такую ​​технологию в ТЗ. Имейте нас в виду.

— Заметано, — сказал Элиас. Бегунок посмотрел на Ханну.

— Полицейские будут здесь через минуту, — сказал он. — Нужно что-нибудь еще?

Она посмотрела на Элиаса. Он поднялся на ноги и посмотрел на Бегунка и его команду. — Вы молодцы. Спасибо. Без вас я бы не справился. Я у вас в долгу. Когда все закончится, пицца в «Олли» за мой счет.

— Да, конечно, — сказал Базз. Его голос звучал так, будто он не ожидал получить пиццу в награду.

— Ты разделишь ее с нами? — спросил Сэм. — Или просто заплатишь по счету?

Этот вопрос показался Ханне странным. Это было так, как если бы Сэм провоцирует Элиаса прийти в «Олли» и разделить пиццу с командой Бегунка. И тогда она поняла. Сэм и остальные не привыкли тусоваться с мужчинами из мира Элиаса. Они не ожидали, что он действительно преломит с ними хлеб или пиццу, в их случае.

— Я приду, — сказал Элиас. — И дам полный отчет о том, что мы узнаем от этих двоих.

— Клево, — сказал Сэм. — Увидимся.

Сирены стали громче.

— Нам пора, — сказал Бегунок. — У нас есть то, что можно назвать взаимопониманием с копами, но мы стараемся держаться подальше друг от друга, если ты понимаешь, о чем я.

— Понятно, — сказал Элиас. — Увидимся у Олли.

Команда Службы доставки ТЗ исчезла в тумане.

Ханна посмотрела на Элиаса.

— Ты использовал свое кольцо, чтобы вырубить одного из байкеров, не так ли? — она спросила.

— Как я уже сказал, я прошел краткий курс по работе с этим кристаллом с тех пор, как ты нашла его для меня. Я не знаю, на что оно способно, пока моя интуиция не подсказала мне попытаться выработать с его помощью немного энергии.

— Так это оружие?

— Это сила, Ханна. Силу можно использовать по-разному. Но да, похоже, в данном случае его можно использовать как пси- оружие.

Вспышка осознания — ощущение, что они приближаются к ответам — пронзила парачувства Элиаса с такой силой, что отреагировали его физические чувства. Его кольцо немного засветилось, а рука слегка дернулась, ровно настолько, чтобы пролилось несколько капель кофе.

— Вот черт. — сказал он очень тихо.

— Элиас? — Ханна посмотрела на него с тревогой. — Все в порядке?

Пролитый кофе был не самой неловкой частью его реакции. Его талант вскипел, и Ханна это почувствовала. Он знал, что Максвелл Смит и детектив Дженсен тоже уловили некоторые вибрации.

— Мы близко, — сказал Элиас. — Я чувствую.

— Насколько близко? — уточнил Дженсен.

Ему было за сорок, он был крепким, коренастым, с редеющими волосами и взглядом полицейского. У него также был талант, достаточный, чтобы Элиас мог почувствовать его в своем энергетическом поле. Наверное, охотник. Они были лучшими кандидатами для работы в полиции. Из них также получились очень хорошие преступники. Набор навыков, необходимых для успеха в обеих профессиях, был практически одинаковым. Главным различием между двумя профессиями было чувство добра и зла, и совесть.

Было не совсем ясно, какой карьерный путь выбрал Дженсен. Возможно, он начинал как идеалистический страж закона, полный решимости служить и защищать. Но в какой-то момент он увидел слишком много плохого в человеческой природе. Или, может быть, ему не нравилось знать, что он был профессиональным офицером правоохранительных органов в городе, которым управлял консорциум могущественных магнатов казино, которые считали Город Иллюзий своей личной вотчиной. Это привело к некоторым затруднениям в работе полиции. Как бы то ни было, Элиас был почти уверен, что Дженсен не был парнем, который считает стакан наполовину полным. Но он, похоже, был хорошим полицейским.

Смит позвонил как раз в тот момент, когда Ханна открывала «Взор». Элиас под руководством Вирджила ремонтировал сломанную витрину. Ханна немедленно заперла магазин, и они поехали в Амбер Палас, где их ждал детектив Дженсен, чтобы отчитаться.

Они собрались в личном кабинете Смита, расположенном на этаже с представительскими номерами казино. По дороге Элиас видел обычный набор отделов корпоративного управления: бухгалтерский, отдел кадров, маркетинг и все остальные подразделения, связанные с любым крупным бизнесом.

Там также было впечатляющее количество современного оборудования безопасности и связи. На каждом экране отображались прямые видеотрансляции с бесчисленных камер, разбросанных по всему отелю и казино.

Но кабинет Смита оказался на удивление старомодным. Он больше походил на частный кабинет богатого человека. — Похож на кабинет отца, — подумал Элиас.

Смит взглянул на капли кофе, попавшие на бумаги, разложенные на блестящем столе.

— Не беспокойся, — сказал он. — Ничего страшного. — Он снова повернулся к Дженсену. — Что вы хотели сказать, детектив?

— Точно, — продолжил Дженсен. — Банда байкеров. Двое, напавшие прошлой ночью на мисс Уэст и мистера Копперсмита, действительно принадлежат к банде именующей себя «Солдаты удачи». Раньше известная как «Байкеры Изумрудных руин», небольшая организация, промышлявшая обычными делишками, в основном наркотиками и проституцией. Главарь был старой закалки и умен — по крайней мере, достаточно умен, чтобы держаться подальше от этого города.

Ханна посмотрела на него. — Я так понимаю, ситуация изменилась?

— Шесть месяцев назад у лидера байкеров случился сердечный приступ, вызванный передозировкой нового уличного наркотика, — сказал Дженсен. — Он умер.

— Полагаю, что передозировка не была случайной? — спросил Элиас.

Дженсен тихо фыркнул. — Скажем так, все, кого я знаю в правоохранительных органах, придерживаются того же мнения. Какое-то время существовала смутная надежда, что без сильного человека наверху банда распадется. Но вакуум власти был заполнен. К власти пришел новый человек, Феликс Кордас, мелкий профессиональный преступник, который пробыл в банде год. Похоже, у него развилась иллюзия величия.

— Новое имя и новая модель поведения. Хм. — сказал Элиас.

— Интересно, — сказал Смит. Он развалился в кресле и сложил кончики пальцев вместе. — Как изменить модель байкерской банды?

— За счет диверсификации, — сказал Элиас. Он посмотрел на Дженсена. — «Солдаты удачи» стали наемниками.

— Похоже на то, — сказал Дженсен.

Ханна посмотрела на него. — И кто-то их нанял, чтобы схватить меня?

— К сожалению, двое, которых мы допросили, мало что знают о клиенте, который заказал «миссию», как они ее назвали, — сказал Дженсен. — Они просто выполняли приказ, а приказ заключался в том, чтобы убрать вас с дороги, мистер Копперсмит, и похитить мисс Уэст. Но я почти уверен, что заказчик похищения, либо местный, либо имеет хорошие связи с местными.

Элиас посмотрел на него. — Потому что информация о Ханне, которую они использовали для ее отслеживания, была достоверной?

Дженсен пожал плечами. — Они действовали в Темной Зоне. Ты провел здесь некоторое время. Ты знаешь, каково тут.

— Лабиринт, — сказал Элиас. — Но мы знаем, как они следили за Ханной. На одном из камней ее ожерелья была следилка. Я нейтрализовал ее после того, как вчера ваши люди арестовали двух байкеров.

— Хм. — Дженсен с любопытством взглянул на ожерелье Ханны. Затем он снова повернулся к Элиасу. — Следилка может объяснить, как наш неизвестный преступник смог найти мисс Уэст, но что вообще заставило его заинтересоваться ею? Давайте посмотрим правде в глаза: не в обиду даме, но она не. .крупный игрок на рынке антиквариата.

— Мы работаем над этим, — сказал Элиас. Он встретился взглядом с Ханной через огромный стол. — Нам нужно поговорить с единственным человеком, который был там все это время; тот, кто знает все о твоем парапсихическом профиле.

— Грейди? — она сказала. — Он не входит в мой список любимчиков, но я не могу себе представить, чтобы он нанял байкеров, чтобы похитить меня. Грейди Барнетт стремится стать знаменитым в мире парапсихологии.

— Как Барнетт нашел тебя? — спросил Элиас.

— Он этого не делал, — сказала она. — Я обратилась к нему. Мне нужен был подробный парапсихологический профиль. Он был местным, удобным и дешевым, поэтому я пошла к нему.

— Почему ты выбрала его?

— Не так уж много квалифицированных исследователей парапсихологии, которые специализируются на моем таланте и которые к тому же доступны по цене, — сказала она.

— Барнетт заключил с тобой договор, не так ли? — мягко спросил Элиас.

— Да, — сказала она.

— Откуда ты узнала, что он одновременно квалифицированный и недорогой? — спросил Элиас.

Понимание отразилось в ее взгляде. — Ох, черт.

Смит и Дженсен посмотрели на нее.

— Чего нам не хватает, Ханна? — спросил Смит.

Она глубоко вздохнула. — Профессор Пакстон Уилкокс, специалист по генеалогии, которого я наняла для составления моего генеалогического древа, отправил меня к Грейди. Уилкокс сказал, что Грейди — эксперт, достаточно квалифицированный, чтобы составить хороший парапсихологический портрет таланта Сносвета, и что он также местный и не дорогой.

Смит выглядел обеспокоенным. — Ты должна была видеть пси-отпечатки Уилкокса, моя дорогая. Был ли он взломщиком?

— Ну, — сказала Ханна. — На самом деле я никогда не встречалась с Уилкоксом, лично. Он не живет в городе, я так думаю. Все общение с ним было онлайн. Согласно информации на сайте, его офис находится в Резонансе.

— У меня есть контакты в Резонансе, — сказал Дженсен. — Я позвоню ей и попрошу вызвать этого доктора Уилкокса для допроса.

— Забудь об этом, — сказал Элиас. — У Уилкокса может быть адрес в Резонансе, но его там нет. Я думаю, вы правы, детектив. Он где-то здесь, в городе.

Брови Смита поднялись. — Зачем ему рисковать, если он может отслеживать ее на расстоянии?

— Потому что он одержимый коллекционер и очень близок к тому, чтобы получить то, что хочет, — сказала Ханна. — Элиас прав. Он где-то рядом. Он не может оставаться в стороне, не сейчас.

— Есть идеи, с чего начать поиски? — спросил Дженсен. — В этом городе легко спрятаться под фальшивым именем.

У Элиаса зазвонил телефон. Он поставил чашку на стол и достал устройство из кармана куртки. Он улыбнулся, увидев на экране знакомый номер.

— У нас есть отправная точка, — сказал он. — Грейди Барнетт.

— Что заставляет тебя думать, что он сможет привести нас к Уилкоксу? — спросил Дженсен.

— Я попросил службу безопасности Копперсмит пробить Барнетта. — Элиас открыл отчет и прочитал краткое содержание. — Так вот. Грейди Барнетт когда-то был восходящей звездой на факультете парапсихологии Университета Резонанс. Но его выгнали после того, как поймали на фальсификации данных в двух его статьях, опубликованных в крупном журнале. Он настаивал на своей невиновности, но университет распрощался с ним. Он покинул Резонанс и основал собственную лабораторию в Городе Иллюзий.

— На своем веб-сайте Пакстон Уилкокс утверждает, что он консультировал отдел древностей Университета Резонанс, — сказала Ханна.

— Возможно, его веб-сайт — не выдумка, — сказал Элиас. — Говорят, если собираешься солгать, постарайся использовать как можно больше правды. Меньше шансов, что проколешься.

Мистер Смит дважды стукнул пальцами. — Похоже, что между Пакстоном Уилкоксом и Грейди Барнеттом действительно может быть связь.

Дженсен слегка покачнулся на пятках. — Я могу вызвать Барнетта на допрос, но не смогу задержать его надолго.

Смит мило улыбнулся ему. — Я уверен, что мы сможем найти обвинения, если они понадобятся, детектив.

Дженсен хмыкнул. Он не выглядел счастливым, но не протестовал.

— Думаю, мы с Ханной сможем получить от него больше, если сами навестим его, — сказал Элиас.

Ханна мрачно улыбнулась. — О, да.

Офис Научно-исследовательского института Барнетта располагался в мрачном здании колониальной эпохи на окраине Темной Зоны. Район балансировал на шаткой грани между обветшалым, но респектабельным. Соседями были юрист, специализировавшийся на исках по получению травм, хиромант, замшелый джентльменский клуба и круглосуточный магазин. Общеизвестно, что продуктовый магазин «Хот Рез» выживал за счет продажи дешевого спиртного с парадного входа и различных закусок с добавлением наркотиков через заднюю дверь.

— Господи, — сказал Элиас. — Когда ты задумалась, что, возможно, имеешь дело не с высококлассной исследовательской лабораторией Сносвета?

— Эй, Исследовательский институт Барнетта мне очень рекомендовали, — напомнила она.

— Да, Пакстон Уилкокс, парень, который пытается украсть твое великое открытие.

— Хорошо, я поняла. — Она переложила Вирджила на левую руку и нажала на интерком. Она колебалась. — Ты серьезно думаешь, что Уилкокс направил меня к Грейди, потому что знал, что сможет подкупить того, чтобы тот предоставил ему конфиденциальную информацию обо мне?

— Ты сама сказала, что так и не получили полное досье.

— Грейди утверждает, что это произошло потому, что я ушла до того, как тесты были завершены.

— Готов поспорить, что Уилкокс получил твое дело?

— Ублюдок, — сказала Ханна.

— Который из?

Ханна нажала кнопку интеркома.

— Исследовательский институт Барнетта, — объявила Келси с сильным акцентом.

— Ханна Уэст хочет увидеться с Грейди, — сказала Ханна. — Скажи ему, что это срочно.

— О чем идет речь, мисс Уэст? — спросила Келси, ее тон понизился на несколько градусов.

— Передайте Грейди, что я хочу поговорить о деталях работы, которую он предложил мне в качестве посредника.

— С тобой кто-то есть, — сказала Келси. — Я вижу его на камере.

— Мой муж, — сказала Ханна.

— У тебя с собой еще эта маленькая крыса.

— Вирджил не крыса, ты тупая…

Ее прервал скрипучий звук в интеркоме. Из громкоговорителя послышался голос Грейди.

— Ханна? Это ты? Вовремя. Поднимайтесь. Думаю, еще есть шанс спасти сделку. Коллекционер в отчаянии. Я гарантирую тебе, что ты не пожалеешь о том, что согласилась. Как я уже сказал, ты можешь назвать свою цену.

Раздался щелчок: дверь открылась.

Вирджил зарычал.

— Что ты сказал, мисс Уэст? — резко спросила Келси. — У нас проблемы с дверью?

— Нет проблем, Келси.

Ханна толкнула дверь и вошла в крошечный, тускло освещенный вестибюль. Она автоматически активизировала свой талант, как всегда, когда входила в помещение. На полу были пси-отпечатки двухсотлетней давности, более старые из них растворились в мутном море энергии. Легко различимы были только свежие следы. Она видела только следы Келси и Грейди, новых не было.

— Очевидно, дела идут не слишком хорошо, — сказала она через плечо Элиасу. — Единственные свежие отпечатки — это Келси и Грейди.

— Это не значит, что Барнетт и Уилкокс не замазаны в этом деле, — сказал Элиас.

— И, возможно, прекрасная Келси тоже, — мрачно сказала Ханна.

— Почему у меня такое ощущение, что вы не очень-то любите друг друга? — сказал Элиас.

— Ты, должно быть, экстрасенс.

На полпути вверх по лестнице Вирджил издал низкий рокочущий звук и открыл все четыре глаза. Он не прижал шерстку, но было ясно, что он не в восторге от визита в Научно-исследовательский институт Барнетта.

— Не волнуйся, — сказала Ханна. — Мы не останемся на ночь.

Лестница была старая и скрипучая. Как и подавляющее большинство построек Первого поколения, здание было спроектировано в первую очередь с функциональной целью. После того, как Занавес закрылся, колонисты были сосредоточены на выживании. На такие легкомысленные вещи, как архитектурные украшения, времени и сил не было. А Исследовательский институт Барнетта не вложил деньги в реконструкцию.

Наверху Вирджил вырвался из руки Ханны и забрался ей на плечо. Он снова зарычал.

— Я сама не хочу снова видеть Грейди и Келси, — заверила она его. — Но это важно.

— Может быть, он пытается нам что-то сказать, — сказал Элиас. — Позволь мне пойти первым.

Она оглянулась и увидела, что в руке у него огнемет.

— Я не думаю, что это необходимо, — сказала она.

— Зато очень убедительно.

Он жестом предложил ей отойти в сторону, чтобы он мог пройти мимо нее. Спорить не было смысла. Кроме того, было бы интересно увидеть выражения лиц Келси и Грейди, когда они увидят огнемет.

Она замерла.

— Офис Грейди находится слева, — сказала она. — В том коридоре.

— Оставайся здесь, пока я проверю коридор и офис. — Элиас осторожно завернул за угол.

— Ханна? — Голос Грейди раздался из его кабинета. — Это ты? Копперсмит? Что, черт возьми, ты делаешь? Убери этот проклятый огнемет. Нет необходимости в насилии. Я просто хочу поговорить с Ханной. Это бизнес, не более того.

По зданию разнесся пронзительный женский крик. Ханна вздрогнула.

— Вы с ума сошли? — Келси вскрикнула. — Какого черта ты делаешь? Ношение огнемета незаконно.

— Должно быть, это вылетело у меня из головы, — сказал Элиас. — Ханна, все в порядке. Здесь больше никого нет, только пара лабораторных крыс.

Ханна включила свой талант и повернула за угол. И замерла.

На старых половицах коридора горели пси-отпечатки. Они шли из дальнего конца коридора. Оставивший их мужчина вошел в здание через дверь в переулке и поднялся по черной лестнице. Вот почему она не почувствовала их ни в вестибюле, ни на главной лестнице.

Потоки света снов пронизывали темное, тревожащее напряжение. Подобные отпечатки она уже видела раньше — на белом одеяле, которое ей пришлось выбросить.

Она чувствовала, как когти Вирджила впились ей в плечо. Теперь он был в режиме атаки. Элиас стоял в дверях кабинета Грейди. Он не убрал огнемет, а держал его рядом с ногой, указывая на пол.

— Ханна? — он спросил. — Что такое?

— Человек, который испортил мое новое одеяло и разгромил мой магазин, — сказала она. — Он был здесь. И совсем недавно.

— Я могу все объяснить, — сказал Грейди. — Это не какой-то зловещий заговор. — Он бросил на Ханну укоризненный взгляд. — Честно говоря, тот факт, что ты пытаешься представить это таким образом, указывает на паранойю. Это еще один признак нестабильности твоей ауры.

— Ззаткнись, — сказала Ханна. — Я не хочу больше слышать ни слова о моей парапсихической нестабильности. Просто ответь на мои вопросы.

Элиас подавил стон. Они собрались в офисе Грейди. Келси Льюис напряглась в кресле, и он был вынужден признать, что она действительно выглядела весьма привлекательно, в духе холодной доминанты. Ее рыжие волосы были подстрижены клином и спускались под острым углом к острому подбородку, а тело и скульптурные черты лица позволили бы ей претендовать на роль примы Города Иллюзий. Однако ей не хватало роста. Она была далеко не такой высокой, как среднестатистическая танцовщица. В данный момент ее красивое лицо было искажено гневом.

Грейди сидел в кресле, сложив руки на столе. Ханна сидела в одном из двух мягких кресел у стола. Вирджил сидел на спинке. Сейчас были открыты только его невинные глазки, но то, как он смотрел на Грейди, заставило бы нервничать любого умного человека. Грейди оказался достаточно умен, чтобы нервничать.

Элиас прислонился плечом к двери, откуда мог следить за коридором и сценой внутри офиса.

Самой большой проблемой на данный момент было удержать Ханну. Она была в ярости. Он не винил ее, но знал, что это не лучший способ получить ответы.

— Если ты не хочешь отвечать на наши вопросы, Барнетт, можешь пойти в центр города, в полицейское управление, и ответить на вопросы детектива Дженсена, — сказал Элиас.

— Полицейские не могут меня арестовать, — заявил Грейди. — У них нет на меня ничего, потому что я не сделал ничего противозаконного.

— А как насчет неэтичного? — яростно сказала Ханна. — Ты отдал результаты теста лживому ублюдку, который хочет украсть то, что я обнаружила в Подземном мире.

— Клянусь, я не знал, что Уилкокс планировал что-то украсть, — сказал Грейди. — Он связался со мной около месяца назад.

— Сразу после того, как я купила камень на онлайн-аукционе, — отрезала Ханна.

— Я ничего не знаю о камне. Я знаю Уилкокса. Мы познакомились, когда я работал в Университете Резонанс. Но не то чтобы мы были хорошими друзьями. Он ушел, но имел обычные академические привилегии, которые имеют профессора на пенсии. Он проводил много времени в библиотеке, проводя собственные исследования. Я знал, что он заинтересован в использовании парагенетических профилей для генеалогических исследований. Он приходил в лабораторию несколько раз. Мы, несколько раз, говорили о моей работе со Сносветом. Но на этом все.

— Пока тебя не уволили, — огрызнулась Ханна.

Грейди выглядел глубоко оскорбленным. — Меня не уволили. Я покинул университет, чтобы уйти в частное плавание. Мне всегда хотелось иметь собственную исследовательскую лабораторию.

— Тебя уволили, потому что ты подделал данные, в опубликованных тобой статьях.

— Это вопрос интерпретации, — холодно сказал Грейди.

Элиас поднял руку ладонью вперед. — Мы отклонились от темы. Вернемся к Уилкоксу. Ты сказал, что он связался с тобой около месяца назад.

— Да. — Грейди медленно вдохнул и спокойно выдохнул, восстанавливая самообладание. — Он сказал, что хочет направить ко мне клиента для полного обследования.

— Меня, — сказала Ханна.

— Да. Ты пришла и я согласился провести анализ со скидкой. Ты чрезвычайно интересный субъект.

Келси улыбнулась ледяной улыбкой. — Но довольно нестабильный.

Ханна повернулась к ней. — Ты хочешь нестабильности? Я дам тебе нестабильность.

— Ханна, — мягко сказал Элиас. — Давай сосредоточимся на проблеме.

Ханна одарила его яркой, зловещей улыбкой. — О, Ты имеешь в виду арест этих двоих за мошенничество? Конечно. Во что бы то ни стало, давай оставаться сосредоточенными.

— Мы не совершали мошенничества, — взревел Грейди.

— Давай посмотрим, все ли я понимаю правильно, — сказал Элиас. — Тебе позвонил Пакстон Уилкокс и сообщил, что направляет клиента на тестирование. Когда приехала Ханна, ты начал анализировать потоки ее пара-чувств. Так?

— Верно, — решительно сказал Грейди.

— Когда ты понял, что можешь использовать ее в своих личных исследовательских целях? — спросил Элиас.

— В тот день, когда она вошла в его офис. — Келси с отвращением фыркнула. — Грейди был так взволнован. Ему не терпелось приступить к тестам. Все, о чем он мог говорить, это то, как сильно он хотел подключить ее к своим машинам.

— Но все, что мне было нужно, — это базовый парапсихологический профиль, — сказала Ханна. — Я не хотела быть объектом исследования.

— Именно поэтому после той ночи в лаборатории он не сказал, что парапсихологический профиль был готов, — сказала Келси. — Он знал, что вы прекратите тестирование, как только получите профиль. Ему нужно было найти способ заставить вас возвращаться для новых тестов. Вот почему он пытался соблазнить тебя.

Ханна холодно улыбнулась. — Ну, это не сработало, не так ли? Благодаря тебе. Я действительно твоя должница, Келси. Если бы я не подслушала разговор между вами двумя и не застала вас двоих, хорошо проводящими время в кладовке, я бы, возможно, осталась, чтобы закончить профиль. Да, действительно, я искренне тебе благодарна.

— Мы снова отклонились от темы, — сказал Элиас. — Хорошо, вот что у нас есть на данный момент, Барнетт. Поправь меня, если я ошибаюсь. Ты подготовил парапсихологический профиль Ханны, но солгали ей и сказали, что он неполный.

— Я хотел перепроверить некоторые из своих выводов, — пробормотал Грейди.

— Но ты отправил этот профиль Уилкоксу, не так ли? — сказал Элиас.

— Уилкокс был моим коллегой, — сухо сказал Грейди. — Он предложил проконсультироваться по поводу профиля Ханны.

— Он предложил тебе хорошие деньги за копию ее профиля, — сказал Элиас.

— Это была не взятка, — огрызнулся Грейди. — И это не было неэтично. В конце концов, Ханна заказала профиль с намерением отправить его Уилкоксу.

— Деньги, которые ты получил от Уилкокса, были взяткой, — сказал Элиас. — И да, то, что ты сделал, было неэтично.

Ханна улыбнулась Грейди. — Но для тебя в этом нет ничего нового, Грейди? У тебя целая история неэтичного поведения.

Грейди оперся локтями о стол и уронил голову на руки. — Чего ты от меня хочешь, черт возьми?

— Мы знаем, что Уилкокс недавно приходил, — сказал Элиас. — Когда вы в последний раз встречались?

Грейди нахмурился. — Как ты узнал, что он был здесь?

— Мой нестабильный талант подсказывает мне, что он стоял прямо здесь, в этом офисе, — очень мило сказала Ханна. — Я вижу его следы. Он воспользовался черным входом в переулке. Думаю, он не хотел рисковать, что я увижу его с тобой.

Грейди пожал плечами. — Отлично. Он был здесь сегодня утром.

— Где он сейчас? — спросил Элиас.

— Откуда мне знать? — сказал Грейди.

— Есть его адрес в Городе Иллюзий? — спросил Элиас. — У него квартира? Он остановился в отеле?

— Не знаю, черт возьми. — Грейди поднял голову. — Я не спрашивал подробностей. Если вам интересно, он был в ярости. Говорил что-то о том, что он потратил годы на поиски каких-то потерянных артефактов и что он был так близко, что мог почти прикоснуться к ним, что бы это ни значило. Он утверждал, что я все испортил и что наша сделка отменяется, если я не уговорю тебя сегодня к пяти часам.

Глаза Ханны расширились. — Уилкокс был тем загадочным коллекционером, которого ты представляешь? Тот, кто хотел нанять меня, чтобы я нашла потерянный артефакт. Это была сделка, которую ты хотел заключить.

— Да, ну, теперь ты можешь забыть об этом, — сказал Грейди. — Ты все испортила. Ты могла бы заработать много денег, а у меня была бы новая лаборатория. Но благодаря тебе все полетело в Тартарары. Надеюсь, ты довольна.

Ханна посмотрела на Элиаса. — Уилкокс не собирался нанимать меня для поиска потерянного артефакта. Он уже знает, где он. Он просто не может достать его.

— Поэтому он так отчаянно хотел похитить тебя, — сказал Элиас. — Вероятно, он решил, что у него будет шанс, если ты согласишься на фиктивную работу, которую он предлагал через Барнетта.

Грейди посмотрел на Элиаса, а затем пристально посмотрел на Ханну. — Я не знаю, о чем ты говоришь.

Она вздохнула. — Как ни странно, я тебе верю.

Элиас отлепился от дверного косяка. — Пришло время поговорить с детективом Дженсеном. Мы знаем, что Уилкокс где-то в Городе Иллюзий. Он чужак. Не знает территории. У нас есть его описание. Его поиски не займут много времени.

Келси осторожно прочистила горло. — Возможно, я смогу помочь тебе ускорить этот процесс.

Они все посмотрели на нее.

Она элегантно пожала плечами. — Профессор Уилкокс меня немного обеспокоил. — Она одарила Ханну тонкой улыбкой. — У меня есть талант. Он приехал на такси. И боялся, что не сможет найти другое, которое бы забрало его из этого района, поэтому велел такси подождать.

Элиас посмотрел на нее. — Ты записали номер такси, не так ли?

— Да, — сказала она. — Я уверена, что полиция сможет убедить компанию рассказать им, куда такси отвезло Уилкокса.

— Ух ты, — сказала Ханна. — Я впечатлена. Сколько ты хочешь в обмен на номер такси Уилкокса?

— Много, — сказала Келси. Она одарила Элиаса сияющей улыбкой. — Но я уверена, что для мистера Копперсмита это будет мелочь.

— Я всегда рад заплатить за интересную информацию, — сказал Элиас.

* * *

Детектив Дженсен позвонил Элиасу двадцать минут спустя.

— Я стою в номере 118 гостиницы «Сияющие руины», — сказал Дженсен. — Да, Уилкокс был здесь. Зарегистрирован под другим именем, но служащий опознал его по фотографии. Он выехал несколько часов назад. Теперь, когда у нас есть наводка на него, нам не понадобится много времени, чтобы найти его.

— У нас есть еще одна проблема, — сказал Элиас. — Несколько минут назад Уилкокс связался с Ханной. У нас заложник.

— Я получила ваше сообщение, профессор Уилкокс, — сказала Ханна. — Я здесь и, как видите, я пришла одна. Отпусти парня. Он не представляет для тебя угрозы.

— Всему свое время, мисс Уэст, всему свое время.

Пакстон Уилкокс стоял на почтительном расстоянии от мощных ворот Сносвета, закрывавших вход на Полуночный Карнавал. Он выглядел точно так же, как на фотографии на его сайте: академик средних лет в очках, с неряшливой бородой и мятом пиджаке с кожаными заплатками на локтях. Единственной неученой вещью был огнемет, который он держал в руке.

Он был не один. Рядом стояли двое мускулистых мужчин, одетых в кожу. У одного была длинная седая коса, перевязанная кожаным ремешком. Другой побрил голову и сделал на ней татуировку в виде черепа. Оба держали огнеметы, но в довольно непринужденной манере.

— Охотники за привидениями, — подумала Ханна, — как и сказал Элиас. Хотя они были вооружены, их настоящим оружием в Подземном мире был их талант управлять опасными, непостоянными потоками энергии диссонанса, текущими через тяжелую пси-атмосферу.

Бегунок со связанными за спиной руками сидел на полу туннеля, прислонившись к стене.

— Привет, Бегунок, — мягко сказала она.

— Привет, Искательница, — пробормотал он. — Тебе не следовало приходить.

— Как я могла?

Он не ответил. Они оба знали, что если бы ситуация поменялась, он бы стоял на ее месте. Семья.

Она поняла, что он смотрит на нее с ошеломленным выражением лица. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, и так же быстро закрыл его.

Она знала, что он только что понял, что Вирджила нет с ней. Ей показалось, что она увидела в его глазах искру надежды. Он быстро ее скрыл.

— Какого черта ты повелась на угрозы этого ублюдка? — вместо этого спросил он. — Ты же знаешь, что он лжет. Он не может позволить себе оставить кого-либо из нас в живых после того, как получит то, что хочет. Он отправит нас обоих в долгую прогулку по туннелям без янтаря.

Ханна знала, что это было равносильно смертному приговору.

— Ты меня знаешь, Бегунок, — сказала она. — Оптимистка.

Уилкокс с отвращением фыркнул. — Никогда не сомневался в том, что мисс Уэст появится, если у нее будет правильный стимул.

— Что вселило в тебя такую уверенность? — спросила Ханна.

— Я изучил твой пара-профиль, — сказал он. — По крайней мере, столько, сколько Барнетт смог оценить до того, как ты ушла. У меня также есть его записи. Материалов было более чем достаточно, чтобы подтвердить то, что я подозревал, когда отправлял тебя к нему. Это профиль слабого, нестабильного таланта.

— Я не слабая, — сказала она. — И кстати, эта информация конфиденциальная. Я не позволяла Барнетту отправить ее тебе.

— Для таких людей, как Грейди Барнетт, деньги все. Я понимаю, что в данный момент он тебя немного раздражает, но будь уверена: мне не нужно было изучать его пара-профиль, чтобы знать, что он готов продать родную мать, не то, что твой профиль.

— Да, я так понимаю, вы двое были лучшими друзьями в старые добрые времена в старом добром Университете Резонанса.

— Я понятия не имею, что такое лучший друг, но могу сказать, что любой исследователь, который готов фальсифицировать свои данные, чтобы их опубликовали, — это исследователь, которым можно манипулировать, обещая грант, — сказал Уилкокс.

— Из любопытства, ты вообще собирался заплатить Грейди? — она спросила.

Уилкокс пожал плечами. — Я уверен, что одного маленького артефакта из сокровищницы по другую сторону ворот света снов будет более чем достаточно, чтобы заставить его замолчать.

— Тебе не следовало похищать Бегунка, — сказала Ханна. — У нас в ТЗ не так много правил. Но мы соблюдаем те, которые есть. Правило номер один: угрозы друзьям и семье не сойдут с рук.

Уилкокс хмыкнул. — Юный Бегунок не друг. Он мелкий преступник. И у тебя нет семьи, помнишь?

— Бегунок — не преступник, — сказала Ханна. — У него бизнес по доставке. И чтобы ты знал, тупой специалист по генеалогии, у меня есть семья. Ты только что похитил моего брата и пожалеешь об этом.

Уилкокс усмехнулся. — Было так просто манипулировать твоим неуместным чувством семейной преданности.

— Думаю, ты не близок со своей семьей, — сказала Ханна. — А может быть, твои родственники предпочитают не иметь с тобой дел? Не то чтобы они могли рассчитывать на то, что ты окажешь много чести и уважения фамилии, не так ли?

В глазах Уилкокса на мгновение вспыхнула ярость. — Ты же понимаешь, что твоя потребность создать фальшивую семью, состоящую из отбросов Темной Зоны, — это всего лишь еще один пример твоей пара-нестабильности, не так ли? Именно поэтому я могу контролировать тебя с тех пор, как ты появилась на моем сайте. — Он слегка расслабился. — Знаешь, я почти сдался.

— Сдался? — спросила Ханна.

— Пару лет назад я открыл веб-сайт, рекламируя себя как эксперта-генеалогиста, специализирующегося на парагенетике Сносвета. Я знал, что осиротевшая дочь дешевой танцовщицы из Города Иллюзий и третьесортного фокусника должна где-то быть. — Уилкокс улыбнулся. — Рано или поздно каждая сирота отправляется на поиски своей семьи. Я очень тщательно строил свою ловушку, и наконец-то ты появилась.

— Но ты должен был быть уверен, что ожерелье у меня, поэтому ты выставил тот камень на аукцион и ждал, клюну ли я. Кстати, откуда у тебя этот ультрафиолетовый камень?

— Я купил его на распродаже много лет назад. Остальные камни я отследил до твоей матери. Но твой отец сделал копию и подсунул ее мне. Он думал, что так сможет избавиться от меня.

Шок пронзил Ханну. Потом пришла ярость.

— Это ты их убил, не так ли? — сказала она. — Ты застрелил моих родителей.

— Твой отец пытался меня обмануть, — проревел Уилкокс. — А теперь заткнись и открой эти проклятые врата.

Два Солдата Удачи обменялись взглядами. Ханна поняла, что они начали немного беспокоиться о психическом состоянии своего работодателя.

Она глубоко вздохнула. — К твоему сведению: те из нас, кто живет в ТЗ, неплохо умеют защищать то, что принадлежит нам. Не так ли, Бегунок?

— Да, — сказал бегунок. — Скоро этот идиот это поймет.

Солдат удачи с седой косой угрожающе направил свой огнемет на Бегунка.

— Хватит, малыш, — сказал мужчина. — Я устал тебя слушать.

— Думаю, мы закончили с той частью, посвященной вопросам и ответам, — сказал Уилкокс. — Я бы предпочел не задерживаться в этом городе дольше, чем это необходимо.

— Держу пари, что так, — сказала Ханна. — У тебя появилось несколько серьезных врагов, включая моего мужа. Как только он поймет, что я ушла, Копперсмит начнет меня искать.

— Я не думаю, что мне придется слишком беспокоиться о твоем муже по Браку по Расчету. Копперсмит получил от тебя то, что хотел, когда ты открыла врата света снов у портала и привела его к убийце. Ты не задавалась вопросом, почему он все еще здесь? Секс, может быть, и хорош, но мужчина с его положением легко может заменить партнершу по постели. Нет, Ханна, он держится рядом с тобой по той же причине, по которой я следил за тобой целый месяц. У тебя есть одно неотразимое качество — ты ключ к Полуночному Карнавалу.

— Ты ошибаешься насчет Элиаса, — тихо сказала она.

— Ты очень глупая женщина, но это меня больше не беспокоит. У меня закончилось время. Открой проклятые врата.

— Хорошо, если это то, чего ты хочешь. Но Бегунок пойдет со мной. Я не оставлю его.

— Не волнуйся. Мы не оставим эту маленькую туннельную крысу. Он выберется на поверхность, как только я повернусь к нему спиной. — Уилкокс указал на Бегунка. — Вставай.

Бегунок выпрямился и двинулся к Ханне.

Она положила руку ему на плечо, что, как она надеялась, выглядело ободряющим жестом. Реальность заключалась в том, что ей нужен был физический контакт, чтобы защитить его от мощи света снов.

Она была так близко, что энергия шевелила ее волосы и возбуждала чувства. Море кошмаров манило, обещая адские видения и сокрушающие чувства ощущения.

Под ладонью она почувствовала, как Бегунок дрожит. Несмотря на то, что она защищала его от худших последствий, она знала, что некоторые кошмары все же накрыли его.

— Зашибись, — прохрипел он.

— Кому ты это говоришь, — сказала она. — Но я справлюсь.

— Конечно. Ты Искательца. Ты знаешь Сносвет.

— Да, — ответила она. — Знаю.

Она включила свои чувства и начала поиск основных частот. От ворот сверкали небольшие вспышки паранормальных молний.

Потоки света снов начали завывать, слабые и слышимые сначала только на паранормальном конце спектра, но их громкость быстро увеличивалась. Она знала, что мужчины позади нее теперь могли их слышать.

В такой среде даже обычный свет снов приобретал дополнительные измерения, которые по-разному влияли на разных людей. В свете снов у ворот не было ничего нормального. Она знала, что Косичка и Череп сейчас были на грани.

— Дерьмо, — пробормотал Череп. — Что это за странный шум?

— Просто побочный эффект света снов, — сказал Уилкокс.

В его голосе звучало нетерпение, но Ханне показалось, что она уловила нотку нервозности.

— Прежде чем я это сделаю, еще один вопрос, — сказала она. Ей пришлось повысить голос, чтобы ее услышали сквозь жуткий вой. — Что произойдет после того, как я открою эти врата? Ты же не думаешь, что сможешь украсть все артефакты Полуночного Карнавала. Я была там. Внутри сотни реликвий. Некоторые из них опасны. Как только они начнут появляться на подпольном рынке, поползут слухи. Половина коллекционеров в четырех городах-государствах будет искать источник, не говоря уже о Тайном Обществе.

Уилкокс одарил ее тонкой улыбкой. — Слухи не будут проблемой, если все будут хранить молчание. В твоих интересах и интересах твоего так называемого брата держать язык за зубами. Открывай врата.

Она взглянула на Бегунка и по его мрачному выражению лица поняла, что он понимает ситуацию так же ясно, как и она. Они оба выросли в ТЗ. Они знали, как быстро добраться до чистой прибыли. Как только Уилкокс получит доступ на Карнавал, он выиграет время, необходимое для перевозки реликвий в другое место, избавившись от единственной пары человек, на которых нельзя было рассчитывать, что они будут хранить молчание, — Бегунка и нее самой.

— А еще «Солдаты удачи», — подумала она. Они придали ситуации интригующий поворот.

Она посмотрела на них. — Эй, ребятки. Следите за Уилкоксом. В конце концов, он убьет и вас. Либо так, либо вы разболтаете о Полуночном Карнавале своему боссу. Я так понимаю, Феликс — это уличное имя, да? Феликс — амбициозный тип. Он захочет оставить артефакты себе.

Косичка обменялся еще одним тревожным взглядом с Черепом.

— Заткнись, — прорычал Уилкокс. Он направил огнемет на Бегунка. — Если ты не перестанешь трындеть, я подожгу рубашку туннельной крысы. Ты будешь наблюдать, как он сгорит заживо.

Бегунок закатил глаза, его не впечатлила угроза.

Ханна повернулась обратно к воротам и сосредоточилась на том, чтобы успокоить сильно колеблющиеся потоки. Пси-молния вспыхнула еще ярче, и уровни энергии в туннеле стали более интенсивными. Вой и гул потоков кошмара сотрясали атмосферу.

— Ты там еще долго? — Череп зашипел.

— Черт, — выдохнул другой. — Что это за энергия?

Бегунок фыркнул. — Я думал, что эти парни должны быть крутыми.

— Они не местные, — сказала Ханна. — У них нет стержня.

— Неа.

— Быстрее, черт возьми, — приказал Пакстон.

— Как будет угодно, — сказала Ханна.

Она осторожно поменяла последнюю частоту, позволив ей выровняться.

В следующее мгновение энергетические ворота исчезли.

Внезапная тишина застала Уилкокса и байкеров врасплох. Им потребовалось несколько секунд, чтобы оправиться от шока, вызванного внезапным прекращением действующей на нервы энергии кошмаров.

Ханна воспользовалась моментом, чтобы втолкнуть Бегунка внутрь.

Тяжелые потоки пси сотрясали атмосферу. Аттракционы Полуночного Карнавала сверкали и ослепляли, обещая острые ощущения, озноб и великие тайны.

— Ух ты, — прошептал бегунок. — Что это за место?

— Длинная история, — тихо сказала она. — Расскажу потом.

Череп и Косичка нерешительно вошли в помещение и остановились недалеко от ворот. Они оба выглядели ошеломленными.

Уилкокс медленно двигался по накаленному пространству, очарованный артефактами.

— Вот он, Полуночный Карнавал, — сказал он. — Подумать только, все эти годы он был спрятан прямо под Городом Иллюзий.

— Просто чтобы внести ясность, — сказала Ханна. — Это моя находка. Я подала иск на весь этот сектор пару недель назад.

— Это не проблема, — сказал Уилкокс. — Ты подпишешь бумаги, по которым иск будет передан мне. Они у меня с собой.

— Без шансов, — сказала Ханна.

Пакстон вздохнул. — Я вижу, что нам нужно внести ясность. Значит так: подписываешь бумаги, или я сделаю так, что члены твоей семьи начнут пропадать, один за другим, начну с юного Бегунка.

По залу разносилась жуткая мелодия. Карусель с опасными заводными игрушками и миниатюрами начала вращаться.

— Что происходит? — резко спросил Череп.

Карусель продолжала неторопливо вращаться. Странная мелодия стала еще более тревожной. Одна из фигур — королева Старого Света — появилась в поле зрения. Она подчинила Череп. Энергия изменилась в атмосфере.

— Ай. — Череп схватился за грудь. — Не могу дышать.

Медленное вращение платформы унесло королеву, нарушив фокус. Но вот черные стекла окон сказочной кареты сверкнули силой.

Косичка пошатнулся. — Что?..

Череп быстро направился к вратам. — Эти фигуры на карусели. Они что-то сделали со мной.

Косичка развернулся, чтобы противостоять Уилкоксу. — Что, черт возьми, это за место?

Ответил Элиас.

— Добро пожаловать на Полуночный Карнавал. — Он выключил карусель, вышел из кабины управления и сошел с платформы. В одной руке он небрежно сжимал огнемет. Вирджил сидел у него на плече. — Вы достаточно увидели и услышали, детектив Дженсен?

Дженсен в сопровождении трех офицеров в форме вышел из-за игрового автомата.

— Более чем достаточно, — сказал Дженсен. — Все записано — как звук, так и видео. У нас есть список обвинений, начиная с похищения людей и вымогательства до наркотиков и неосторожного вождения.

Вирджил усмехнулся и спрыгнул на пол. Он поспешил к Ханне, сжимая в лапе Аризону Сноу.

— Я тоже скучала по тебе, — сказала Ханна. Она подхватила его и поцеловала в голову где-то между ушей.

Она посадила его на плечо Бегунка. Нагнувшись, она достала небольшой канцелярский нож из ножен внутри одного из ботинок и принялась разрезать веревки, связывавшие запястья Бегунка.

Бегунок потянулся, чтобы погладить Вирджила. — Рад тебя видеть, приятель.

Вирджил помахал Аризоной Сноу, спрыгнул на пол и поспешил к игровому автомату, наполненному игрушками. Он замер и ободряюще рыкнул Бегунку.

Заинтригованный, Бегунок пошёл за ним.

Ханна посмотрела на Дженсена.

— Не забудьте про взлом и проникновение, — сказала она, указывая большим пальцем на Уилкокса. — И попытку отжать чужую собственность.

Дженсен улыбнулся, напугав ее. Она поняла, что это был первый раз, когда она видела его улыбающимся. Он выглядел почти счастливым. Ладно, возможно, «счастливый» — слишком сильное слово. Скорее удовлетворение. Очевидно, это был хороший день для детектива Дженсена.

Уилкокс уставился на Элиаса. — Это невозможно, — выдохнул он. — Как ты попал сюда раньше нас?

— Оказывается, сюда ведут как минимум трое врат, — сказал Элиас. — Мы использовали те, которые находятся внутри Теневой зоны. Мы с Ханной нашли их в ту ночь, когда твои люди преследовали нас в туннелях. Ханна открыла их для нас, прежде чем встретиться с вами у этих ворот.

Косичка и Череп оправились от шока. Очевидно, они приняли решение не терять времени, пытаясь вести заведомо проигранную битву. Они развернулись и побежали к открытым воротам.

Ханна ослабила пси-хватку, которой удерживала врата открытыми. Потоки кошмаров взревели и вернулись на место.

Врата захлопнулись как раз в тот момент, когда байкеры подбежали к ним. Они были так близко, что ударная волна поразила их с молниеносной яростью. Мужчины дернулись и напряглись, их тела изогнулись в болезненно неестественной позе. На их лицах застыла маска паники.

В следующее мгновение они упали без чувств на пол и лежали неподвижно.

Секунду или две все смотрели на упавших.

Все, кроме Пакстона Уилкокса.

Двигаясь с удивительной скоростью, он обхватил рукой горло Ханны и приставил огнемет к ее лицу.

— Сука, — прошипел он. — От тебя одни неприятности. Ты хуже, чем твоя мать и этот ублюдок-волшебник. Но теперь ты мой билет отсюда. Открой эти проклятые ворота.

— Ты убил их, — сказала Ханна. — Это был ты. Мои родители погибли не из-за неудачной сделки с наркотиками. Ты застрелил их обоих.

— Я же говорил, они меня обманули. Твой отец был очень, очень хорошим волшебником, стоит отдать ему должное.

— Они умерли, чтобы защитить мое наследство.

Все остальные в комнате замерли.

— Отпусти ее, — сказал Элиас смертельно тихим голосом.

— Мы оба знаем, что этого не будет, — сказал Уилкокс. — Открой ворота, Ханна, или я нажму на спусковой крючок. Как минимум половина твоего лица пострадает. Ты, вероятно, потеряешь глаз.

Вирджил выбежал со стороны игрового автомата. Зубы обнажены, глаза открыты. Он не рычал. Он готовился к атаке.

Уилкокс сильнее сжал горло Ханны.

— Заставь это существо остановиться, иначе я его сожгу, — сказал Уилкокс.

— Вирджил, — тихо сказала она. — Все хорошо. Я справлюсь.

Вирджил, казалось, понял. Он остановился в нескольких футах от них, присел на задние лапы, готовый прыгнуть.

— Знаешь, что меня действительно бесит, Уилкокс? — сказала Ханна. — Меня бесит, что ты убил моих родителей и похитил моего брата. Никому не сойдет с рук причинение вреда члену моей семьи.

— Ты правда не знаешь, когда заткнуться, да? — сказал Уилкокс. — «Открой, чертовы, ворота.

Он крепко прижал ее к своей груди. У нее был необходимый ей физический контакт. Она усилила свой талант, нашла фокус и накопила достаточно энергии, чтобы погрузить его в кошмары.

Один вдох и он погрузился в настоящее личное шоу ужасов. Сначала она понятия не имела, что он видел — никто не мог видеть сны другого человека, так же как никто не мог читать мысли.

— Нет, — прошептал он. Он смотрел, застыв, на видение, которое мог видеть только он. — Нет. Вы умерли. Вы оба мертвы. — Его голос повысился. — Ты никто. Просто дешевая шлюха из Города Иллюзий и третьесортный фокусник. Вы оба мертвы.

Огнемет выпал из его руки. Рука отпустила горло Ханны. Он отшатнулся назад, зачарованный видениями, которые создал его разум.

А затем его взгляд в последний раз встретился с Ханной.

— Ты очень похожа на нее, — прохрипел он. — Такая же, как твоя мать. Скажи ей, чтобы оставила меня в покое. Скажи волшебнику, чтобы оставил меня в покое. Это не должно было закончиться вот так. Ты просто ублюдок. Нет семьи. Нет проблемы.

— Ты ошибаешься, — сказал Элиас. Он притянул Ханну к себе. — У нее много родственников, включая мужа.

— И брата, — добавил Бегунок.

Вирджил усмехнулся, снова распушился и прыгнул в объятия Ханны.

— И Вирджил, — сказала Ханна. — И еще пара тетушек. И родители, которые погибли, пытаясь защитить мое наследство. Уилкокс, есть кто-нибудь, кому ты можешь доверять?

Он не ответил, потому что быстро терял сознание. Он упал на пол, не сказав ни слова.

— Я так и думала, — сказала Ханна.

Сон начался так, как и всегда. Двойник поднялся с кровати и посмотрел на Спящую и мужчину, спящего рядом с ней. Мужчина обнял ее, что наводило на мысль о нежности и близости. Он немного пошевелился, когда почувствовал изменение энергии в атмосфере.

Пушок в изножье кровати распахнул свои голубые глазки и сосредоточил свое внимание на спящей.

— Что случилось? — спросила Сновидец на языке сновидений. — Это был долгий день.

— Это важно, — сказал Двойник.

— Ага-ага. У тебя все важно.

Двойник посмотрел на мужчину. — Мы говорим о вашем будущем.

— Я старалась избегать этой темы.

— Это работает с другими вещами. Но не с этим. Ты любишь его.

— Я знаю.

— У него чувства к тебе, настоящие.

— Но разве это любовь?

— Я не знаю. Почему бы тебе не спросить его?

У сновидца создалось впечатление, что Двойник улыбается, как будто уверенный в ответе, который даст мужчина. Но его трудно интерпретировать.

В любом случае было слишком поздно просить разъяснений. Двойник уже быстро таял.

Ханна проснулась, но на этот раз не было чувства дезориентации, паники. Не было ощущения, что время на исходе.

На этот раз она поняла послание своей интуиции. У нее не было всех ответов, но у нее был тот, который ей был нужен. Она любила Элиаса. Ханна открыла глаза и повернулась на бок, чтобы посмотреть на него. Он проснулся и наблюдал за ней. Ее охватило глубокое чувство уверенности.

— Я люблю тебя, — сказала она.

Он медленно улыбнулся. — Тебе потребовалось достаточно времени, чтобы это понять.

— А ты сразу был уверен?

— Нет, но я из семьи неизлечимых игроков, помнишь? Мы играем по-крупному. И побеждаем.

Она коснулась твердой, решительной линии его подбородка. — Ты сделал ставку на нас?

— У меня не было выбора. Я начал влюбляться в тебя еще тогда, когда мы только начали переписываться. В ту минуту, когда я вошел в твой магазин, я был готов предложить тебе выйти за меня замуж.

Она улыбнулась. — Именно это ты и сделал в ту самую первую ночь. И я сказала «да».

— Потому что я убедил тебя, что БР обеспечит тебе защиту.

— Нет, это был просто удобный предлог. Я сказала «да», потому что я тоже влюбилась в тебя по переписке.

Его глаза загорелись, а энергия взбудоражила атмосферу.

Он запустил пальцы в ее волосы. — Правда?

— Я не давала названия своим ощущениям, потому что боялась поверить своему собственному Двойнику — своей интуиции. Но правда в том, что я начала видеть сны о тебе — серьезные сны, гулять во сне — еще до того, как мы встретились лицом к лицу. Я не видела твоего лица во сне, но когда ты вошел в мой магазин, я знала, кто ты, еще до того, как ты произнес хоть слово.

— Ты выйдешь за меня замуж, снова, любовь моя? Настоящий, Брак по Завету? Ты создашь со мной семью?

— Да, о, да, любовь моя.

Он заключил ее в свои объятия.

Вирджил весело попрощался. Когда он спрыгнул с кровати, послышался небольшой стук. Он направился к лестнице вместе с Аризоной Сноу. Ханна знала, что он собирался выйти на улицу, чтобы присоединиться к своим приятелям и делать то, что делали пыльные кролики, когда они собирались ночью. Он вернется к завтраку.

Между тем, все, что она хотела, было прямо здесь, в объятиях ее возлюбленного.

Когда Элиас в сопровождении Вирджила прибыл в «Пиццерию Олли», было многолюдно. Но он позаботился о том, чтобы зарезервировать столик, за которым могла бы разместиться вся команда службы доставки ТЗ. Бегунок и его товарищи уже ждали. Бадди выглядел удивленным, увидев его, но кивнул, удовлетворенный тем, что Элиас сдержал слово.

— Я же говорил тебе, что он появится, — сказал Бегунок.

Было заказано несколько пицц, в том числе персональная для Вирджила, и разговор перешел к делу. Элиас объяснил, что Тайное общество заплатило целое состояние за права на Полуночный Карнавал и что Ханна планировала поделиться с каждым членом Службы доставки ТЗ. Эта новость произвела такое впечатление, что Бегунок и остальные на несколько секунд перестали жевать.

Когда им удалось оправиться от шока, по столу прокатился ропот изумления.

— Это клево, — сказал Бегунок. — С такими деньгами я мог бы открыть настоящий офис.

Остальные курьеры выглядели столь же взволнованными.

— И мы могли бы обновить мопеды для доставки, — сказал Бадди.

Элиас съел кусок пиццы, пока шло обсуждение за столом. Когда группа перестала говорить о том, что они будут делать с деньгами, он продолжил.

— Вы получите официальные приглашения на нашу свадьбу, — сказал он. — Но я хотел пригласить вас всех лично, просто чтобы вы знали, что мы с Ханной очень хотим, чтобы вы были там. А еще у меня для вас есть небольшой сюрприз. Ничего грандиозного по сравнению с деньгами от продажи Карнавала, но я подумал, что, вам, ребята, это понравится.

Он вынул конверт из пиджака и положил на стол.

— Любезно предоставлено мистером Смитом, — сказал он.

Когда они увидели, что было внутри конверта, Бегунок и его команда снова разволновались.

Официальная церемония бракосочетания по Завету была торжественной и наполнена традициями и ритуалами, уходящими корнями ко времени основания колоний. Служба прошла в часовне Темной Зоны — той самой часовне, в которой поженились Клара и Бернис.

На этой свадьбе было много гостей, которые смогли разместиться только стоя, но в ней было несколько привлекательных моментов. Первым и самым очевидным было то, что жених и невеста снова на короткое время стали знаменитыми. В конце концов, один из наследников легендарного клана Копперсмит женился на женщине, которая обнаружила давно потерянный музей Аркейна.

Вторая причина, по которой на мероприятии присутствовало так много жителей ТЗ, заключалась в том, что жених и невеста дали понять, что они поселятся в Темной Зоне. Теперь они оба официально были членами сплоченного сообщества. Семьей.

Приглашения жаждали все высокопоставленные члены Тайного общества, а также различные параархеологи и музейные чиновники из четырех городов-государств. Накануне свадьбы эксперты провели тщательно контролируемую экскурсию по Карнавалу. Некоторые объявили его почти бесценным. Невесте, однако, удалось найти цену, и Аркейн заплатил ее, не придираясь.

Бегунок находился в ряду, отведенном для семьи. Его команда расположилась прямо за ним. Все сотрудники Службы доставки ТЗ принарядились по этому случаю. Их волосы были зачесаны назад, джинсы были новыми, ботинки начищены, а фурнитура на кожаных куртках блестела.

Олли закрыл пиццерию, чтобы он и его сотрудники могли присутствовать на свадьбе. Друзья и соседи Ханны, люди, знавшие ее всю ее жизнь, заняли остальные места.

Сторона жениха также была заполнена до отказа.

Брат Элиаса, Рэйф, был шафером. Жена Рэйфа, Элла, расположилась в первом ряду вместе с остальными членами семьи со стороны Копперсмитов.

В приглашениях была специальная пометка: «Добро пожаловать Пушки». В результате на мероприятии присутствовало около полудюжины пушков. Среди них был Элвис, спутник звездного репортера газеты «Занавес» Сьерры Макинтайр. Его маленькая белая накидка, усыпанная кристаллами, добавила этому событию дополнительного блеска. Сьерра была в качестве гостя — она была замужем за Джоном Фонтаной, боссом Гильдии Кристалл Сити — а также в профессиональном качестве. Она освещала свадьбу для своей газеты.

Марлоу Джонс, директор офиса компании «Джонс и Джонм» в Фриквенси Сити, и ее муж Адам Уинтерс, глава гильдии Фриквенси Сити, привели с собой приятеля Марлоу, Гибсона.

И, конечно же, Лорелей, дружок-пушок Эллы Морган Копперсмит, с собственной свадебной фатой.

Было еще несколько пушков, но Вирджил выглядел особенно эффектно в черном галстуке-бабочке. Он находился на стороне невесты, сжимая в руках свою ценную куклу Аризоны Сноу.

Мелодия разнеслась по часовне. Толпа повернулась, чтобы посмотреть, как невеста идет к алтарю.

Ханна и ее небольшая свита вышли из раздевалки и остановились в задней части часовни. Подружки невесты в последнюю минуту поправили шлейф белого платья.

Клара, одетая в смокинг, взяла Ханну за руку.

— Нервничаешь? — прошептала она.

— В восторге, — сказала Ханна. — Взволнованна. Счастлива. И, ладно, может быть, немного нервничаю.

— Все будет хорошо, — сказала Клара. — На самом деле, будущее чудесно.

— Ты в этом очень уверена.

— Да. — Клара посмотрела в проход на Элиаса, который стоял и ждал у алтаря. — В конце концов, ты выходишь замуж за человека, который знает, почему мы с Бернис назвали орхидею «Волшебница Ханна».

— Потому что мой талант немного похож на волшебство?

— Нет, — сказала Клара. — Потому что ты волшебница.

Ханна улыбнулась. — Спасибо, но мы обе знаем, что у меня никогда не было такого таланта выходить на сцену, как у тебя и тети Бернис.

— У тебя нет таланта профессионального фокусника, но ты изменила нашу жизнь. Мы с Бернис стали совсем другими людьми, чем были бы, если бы ты не оказалась на нашем пороге. Мы прекратили дикие вечеринки и поженились из-за тебя. Мы осели, создали дом и строили планы на будущее — и все это благодаря тебе. И теперь ты собираешься привнести немного волшебства в жизнь Элиаса. Он это знает. Он понимает, как ему повезло, что он встретил тебя. Это делает его подходящим для тебя человеком.

— Тетя Клара, я сейчас заплачу и испорчу макияж, который милая косметолог полчаса наносила мне на лицо.

Клара рассмеялась. — Не смей. Помни старый сценический девиз: никогда не плачь перед публикой, если это не часть шоу.

Ханна фыркнула. — Хорошо.

— Готова?

— Готова.

Музыка достигла апогея.

Клара крепче схватила Ханну за руку и повела ее по проходу.

Элиас не сводил глаз с Ханны. В тот момент она увидела обещание любви на всю жизнь и знала, что они вместе создадут настоящее волшебство — новую семью и будущее.

* * *

Прием прошел в великолепном саду на крыше Амбер Паласа. Максвелл Смит настоял на проведении мероприятия. В Городе Иллюзий не отказываются от столь любезного предложения одного из членов Клуба. И нельзя было отрицать, что это место стало великолепной декорацией для вечеринки.

Были обычные тосты с шампанским Смита и были соблюдены различные традиции.

В толпе воцарилась тишина, когда Элиас вывел Ханну на танцпол, устроенный посреди сада. Когда музыка закончилась, он обнял ее и поцеловал. Раздались аплодисменты.

И тут началось настоящее веселье.

Если и было что-то, что Город Иллюзий умел делать хорошо, так это устраивать вечеринки.

Хорошо провели время все, включая пыльных кроликов, которые, насладившись приготовленными для них специальными свадебными кексами, направились прямиком к светящемуся бассейну.

Перкинс работала спасателем. Некоторые из гостей были разочарованы, когда резвление в воде не привело к каким-либо чрезвычайным ситуациям, требующим от Перкинс снять элегантную униформу.

Где-то после полуночи жених и невеста ушли. Все предположили, что они направятся в один из роскошных люксов для молодоженов в Амбер Паласе. Но правда, как позже сообщила газета «Занавес», заключалась в том, что вторую брачную ночь они провели в маленькой квартирке невесты над ее магазином. Когда их попросили прокомментировать, пара объяснила, что в квартире они чувствовали себя как дома.

Когда жених и невеста ушли, вечеринка на крыше завершилась. Но ночь была далека от завершения. Гости-люди направились к ярким огням Стрипа, где их ждали сверкающие казино и экзотические шоу.

Пыльные кролики позволили вытащить себя из бассейна, но их веселье еще не закончилось. Бегунок и его команда ждали их. Они забрали Вирджила и его приятелей и направились к новейшей достопримечательности Стрипа.

Американские горки «Инопланетный Шторм» были официально открыты. Билеты на первые пару месяцев были распроданы. Но жених и невеста знали некоторых важных людей в городе. В конверте, который Элиас подарил Бегунку и его команде, были пропуска в свадебную ночь. Руководство согласилось, что пыльные кролики могут покататься бесплатно.

Ночь только начиналась, и билеты были на неограниченное количество поездок. По счастливой случайности, у пушков и людей было кое-что общее, когда дело доходило до определения хорошего времяпрепровождения. Всем нравилось веселье, приправленное острыми ощущениями.

В Городе Иллюзий острые ощущения были настоящими.