Закон не запрещает быть привидением.
— Так что писать-то будем? — утомлённо осведомился молодой лейтенант полиции. — Зря, получается, вызвали…
— Да чего ж зря-то? — запричитала потерпевшая. — Чего зря? Тут вон что делается, а вы — зря…
Потерпевшей она, судя по всему, была сызмальства. Уродилась, видать, такой. На одну только мордень глянешь — жуть берёт! Злобная жабья физия с хитрыми проворными глазёнками, явно жаждущими справедливости. Пожалуй, разговор стражам правопорядка предстоял нелёгкий. А соседям-то, соседям её будущим, вы прикиньте, каково придётся! Лицезреть этакую образину каждый день — спятить недолго!
Явившиеся по вызову смотрелись рядом с ней почти симпатично. Особенно тот, помоложе. Не то чтобы шибко с виду интеллигентный — во всяком случае, крупный, холёный. Так сказать, полицейский с человеческим лицом.
— А то нет, что ли? — возразил он. — Вот приехали мы. И где чего?
— Да был же, я вам говорю, был же только что!
— А сейчас он где?
— Нету… — всхлипнула хозяйка.
— Но это точно бывший ваш сосед?
— Да точно, точно!
Крупный-молодой-ухоженный взглянул на умудрённого годами напарника. Этот был помельче, поморщинистей, поопытней.
— МЧС вызывали? — без особой надежды спросил он потерпевшую.
— Вызывала…
— Батюшку?
— Вызывала…
— Психиатра?
— Вы что, за ненормальную меня держите? — взвилась та.
— Пока я ни за что вас не держу, — одёрнул её умудрённый. — Во всяком случае, без заключения экспертизы… Участкового?
— Что участкового?
— Участкового вызывали?
— Вызывала…
— И что он?
— Да тоже вроде вас!
Всех, короче, вызывала. Ни на кого не спихнёшь.
— Ну пойдёмте бумажки посмотрим…
Трое вышли в коридор и, надо полагать, остановились перед опечатанной соседской дверью.
— Всё вроде цело… — послышался голос того, что постарше. — Никто в помещение не проникал… Когда, вы говорите, его схоронили?
— Две недели назад.
— С тех пор всё и началось?
— Раньше! Ещё при нём!
— Вот как? А конкретно?
— Прихожу домой, а радио молчит!
— Минутку… Вы что, уходя, радио включённым оставляли?
— А что, нельзя?
— Да нет, можно, конечно, но… зачем?
— А просто!
Ну да, просто! Доставала она так: врубит репродуктор на полную громкость, а сама по магазинам пойдёт. Как-то раз возвращается — тишина. Молчит радио, хотя и включено. Вызывает склочница ремонтников — всё нормально, всё работает. А стоит им уйти, опять замолкает. Батюшку приглашала квартиру освятить, нечистую силу изгнать. Не помогло.
А секрет-то в чём? Проводка-то старорежимная! Найдёшь под обоями проводок, перекусишь, концы зачистишь, крючками загнёшь. Замкнул — есть контакт, разомкнул — нету.
— Что-то у меня в горле пересохло, — пожаловался полицейский помоложе. — Хозяюшка! Стакан воды не нальёте?
— Из-под крана?
— Да хоть бы и из-под крана. — Выждал, пока потерпевшая скроется в кухне, повернулся к старшему товарищу. — Может, всё-таки ложный вызов оформим?
Тот закряхтел, потёр щучий выдающийся подбородок.
— Ну ты ж видишь, какая она! Скандалистка, сутяга… Кляузами замучит, до генерала дойдёт…
— Психушку вызвать?
— Так ведь там тоже умные! Скажут: нет отклонений…
— Отклонений нет, а призраков видит?
— Да это по нашим временам и не отклонение даже… Спасибо, — сказал он, принимая стакан, хотя воды просил тот, что помоложе. — Простите, гражданка, но… Не вижу оснований для проведения следственных мероприятий.
— Вы что, и комнату его вскрывать не будете? — всполошилась та.
Ага! Раскатала губёнки! Опечатанное помещение вскрывать — это понятых ловить, участкового, протокол составлять… Нашла дураков!
— А смысл? — проникновенно молвил в ответ морщинистый и умудрённый. — По вашим же словам, вам явилось привидение. Улик после себя не оставляет, печати ему официальные до лампочки… Скрылось оно… Куда, вы говорите, оно скрылось?
— За батарею.
— Парового отопления?
— Ну да…
Трое вернулись в комнату. Старший поставил непригубленный стакан на подоконник. Молодой пощёлкал ногтем по ребру батареи.
— Давайте так, — предложил он. — Представим начальству подробный доклад, вызовем сюда экспертов с аппаратурой. Всё-таки специалисты, а мы… Ну что мы можем с пустыми руками?
Нет, молодцы ребята, молодцы! Классно мозги пудрят. Профессионально.
Входная дверь за представителями власти закрылась, и я вылез из-за батареи парового отопления. Соседушка моя как раз вернулась в комнату.
— Бу! — сказал я, растопырив пальцы.
Она взвизгнула и опрометью кинулась в прихожую.
Вообще-то мне давно уже надлежало явиться к апостолу Петру для собеседования. Но не досчитался я с ней, сукой, при жизни, ох не досчитался!