– Милая кроха, магия ещё не активировалась, у вас не будет с ней никаких проблем! Единственный минус – жить придётся удалённо от столицы, – с наигранным вздохом произнесла дама из королевской службы найма.

– Меня совсем не пугает уединённая жизнь, даже напротив. Я считаю, детям гораздо полезнее расти за городом, – мягко заметила я, пытаясь привыкнуть к тому, что голос под личиной звучит иначе, а золотисто–рыжая прядь волос лезет в глаза, отвлекая на себя внимание.

– Согласна с вами! – преувеличенно восторженно воскликнула госпожа Мобс. – Так вы подписываете договор?

– Я бы хотела узнать имя нанимателя, – в очередной раз попыталась прояснить ситуацию. – И смогу ли расторгнуть договор, если вдруг…

– С работодателем вы не встретитесь, он не покидает столицу, можете не беспокоиться, – деликатно обошла неприятный момент с домогательствами со стороны мужчин госпожа Мобс. – Что касается расторжения договора, мы заключаем его от лица королевской службы всего на три месяца, по истечении которых вы вправе не подписывать основной договор с работодателем или оговорить нужные вам условия.

Если бы не обстоятельства, ни за что бы не подписалась на подобное. Но сюда я пришла не столько за работой, сколько за возможностью выбраться из столицы по чужим документам. Когда о побеге юной Элизабет Родс узнают, проверят всё и всех, только не тридцатилетнюю Эльзу Стивенсон, что направляется в глушь по распределению королевской службы найма.

Вышла на улицу, сжимая бумажную папку в руке. Довольно улыбнулась. Пока всё шло по плану.

Домой я вернулась как ни в чём ни бывало, спрятала документы, пообедала с семьёй, ещё раз попыталась убедить отчима не принимать предложение руки и сердца от Нортона Ллойда, когда оно поступит, и получила очередной отказ.

– Брак с чёрным драконом – огромная честь для нашей семьи, Элизабет. К тому же, предложение ещё не поступило и, возможно, не поступит. Не льсти себе, – холодно ответили мне. – А вообще, с твоим дерзким характером стоит выйти замуж за любого, кто предложит. Что–то не вижу я очереди у двери.

Не видит он. Может, не стоило портить мой дебют и разгонять женихов колкими репликами? Кому нужна невеста с приданым в виде нахального главы семейства, которому ума не хватает вести себя надлежащим образом?

Возмущённо на него посмотрела и поднялась, не дожидаясь разрешения или конца трапезы.

– У меня испортился аппетит. Прошу извинить!

Ну всё, теперь точно сбегу! И чего медлила? Стоило выйти из службы найма и прямиком отправиться на вокзал, собранный чемодан в камере хранения со вчерашнего дня ждёт.

Но хотела ещё раз увидеть маму и нянюшку. Как я без них? А они? Будут ведь волноваться, ночей не спать. И если няня в курсе моей затеи, мамуле придётся совсем худо.

Потрясла головой, выбрасывая грустные мысли и не позволяя себе пустить слезинку. Нет уж. Мама сама выбрала свою судьбу, ей второго мужа никто не навязывал. Если она готова улыбаться, кивать и верить всему, что он скажет, то я не собираюсь. Пусть отчим и дальше проматывает моё наследство, отгоняя женихов сколько влезет, но продавать меня самому страшному дракону королевства со скелетами в шкафу – это перебор. Не позволю!

Больше я не сомневалась и не медлила. Переоделась, уложила волосы в строгую причёску, повторила ещё раз инструкции любимой нянюшке и обнялась с ней на прощание.

– Главное – береги себя, – прошептала та. – А я‑то уж всё сделаю, как наказано, не подведу тебя, моя девочка.

– Не плачь. В конце концов, кто меня воспитывал? Знаешь же, какая я у тебя умница! – попыталась вызвать на лице няни улыбку. Умницей я действительно бывала, но совсем изредка, для разнообразия, скорее, чтобы шокировать семью и наспугать, чем порадовать.

– Заноза ты, Лиз. В самое сердце впилась, – закряхтела та по своему обыкновению, но тут же собралась и строго велела: – Нечего здесь слёзы лить. Поезд ждать не будет. Помни, что я тебе говорила про детишек! Спуску им не давай! Но теплом делись. Если со мной не получится связаться, заходи на форум.

– Мне его название не нравится. Кто придумал это «Осторожно: Дети!»? Внушает суеверный ужас, – поделилась своими впечатлениями.

– Да ну что ты, милая, это ведь шутка, – заверила няня с улыбкой, но затем честно добавила: – Отчасти, конечно. Дети бывают очень разными, особенно магические.

Я легкомысленно улыбнулась. Эту фразу нянюшки я хорошо запомнила, потому специально попросила подобрать мне семью с ребёнком без магии. Волноваться не о чем. Что я, не справлюсь с маленькой милой девочкой, что ли? Да ну! Быть такого не может!

Подобрав удачный момент, выскользнула через чёрный ход, и спустя полчаса уже гуляла по вокзалу, разглядывая прилавки и ожидающих своих поездов людей. Чувствовала себя странно. Вроде бы и смущённо немного, даже неловко, всё же впервые куда–то выбралась без сопровождения, но при этом неожиданно самостоятельно, даже бесстрашно.

Может, попробовать блин, который готовят на специальной стойке прямо на улице? Мама бы в обморок упала от подобного! А я? Рискну или нет?

Поняла, что воспитание не позволяет есть на улице.

Но ведь я могу! Сейчас я не юная леди, а мисс Стивенсон, а раз так, то возьму и попробую!

Решительно зашагала навстречу сладкому аромату блинчиков с шоколадом и фруктами. Улыбка поневоле растягивала губы. Как много в жизни простых радостей, недоступных девушкам из благородных семей.

Наверху что–то звонко запищало, и я подняла голову. На табло отразились данные моего поезда. Ещё целый час ждать. Точнее: всего час в этом прекрасном месте, наполненном интересными людьми, незнакомыми прежде ароматами, звуками, эмоциями.

При взгляде на магическое табло меня вдруг охватило такое счастье, которого прежде никогда в жизни не испытывала. А ведь я могу сесть на любой поезд и уехать куда угодно! Куда захочу! Нужно только переждать активное время поисков Элизабет Родс в удалённой деревушке и без спешки подготовиться к полноценному побегу. А пока… в добрый путь, Эльза Стивенсон! Удачной тебе дороги и хорошего, послушного ребёнка в качестве первой работы.

– Первый блин комом! – звонко сообщил взрослый пекарь мальчишке, который стоял с испуганным видом у сковороды. – Ничего, попробуй ещё раз. Девушка, вам с чем блинчик? С грибами, мясом, ягодой? Я сам сделаю! В лучшем виде! Этот пока не умеет.

– Мне? А-а… – Я была так обескуражена внезапным пророчеством, что не сразу включилась в разговор. Подумала, это мне пообещали первый блин комом. – С яблочным джемом, пожалуйста. А молодой человек ещё научится. У вас всё получится, не сомневайтесь! – поддержала мальчишку. – Немного опыта, и у вас будут получаться самые вкусные и красивые блины!

– Если далеко едете, возьмите ещё блинков, – посоветовал пекарь. – Тех, что посытнее. Сладости – они для настроения хороши, а в дорогу нужны силы. И на новом месте тем более. Могут ведь и не покормить на ночь глядя.

Посмотрела на мужчину подозрительно. Это ещё что за намёки?

– Что вы хотите сказать?

– Только то, что сказал, – ухмыльнулся продавец. И, понизив голос, уверенно продолжил: – Вы ведь из дома бежите. Нанялись куда–то, верно? Непростая это задача. – Пока я пыталась вернуть приличное выражение лицу, мужчина объяснил: – Вы выглядите взрослой женщиной, а ведёте себя, как ребёнок. Слишком всему радуетесь. Впервые, наверное, еду уличную пробуете, да?

– Да, – выдохнула тихо.

– Скромнее надо быть, тише. Купите газетку для дам или журнал какой недорогой, сядьте на видное место, где людей побольше, спокойно читайте в ожидании поезда. И блинов возьмите. Мало ли, когда в следующий раз доведётся поесть спокойно.

– Спасибо! – прошептала я искренне. – Спасибо вам большое! А если будут спрашивать про меня…

– Да ну что вы, милая леди! Здесь столько людей, как всех упомнить? Я и в лица никому не заглядываю! – Продавец похлопал ресницами, затем подмигнул и вернулся к приготовлению блинов.

Тихонько засмеялась и расслабилась. Ещё раз поблагодарила мужчину за подсказку и сделала так, как он посоветовал. И в поезд села, стараясь действовать так же, как окружающие, а не скакать счастливым лабрадором по перрону.

Оставив скромный багаж на специальной полке, окинула взглядом небольшие открытые купе.

Уф! Кажется, всё получилось!

Заняв место у окна, я вновь уткнулась в журнал, периодически поглядывая на окружающих. Вагон стремительно заполнялся, рядом опустился мужчина в годах и тут же задремал, только два места напротив по–прежнему пустовали и тем отчего–то тревожили.

Интуиция не обманула. Незадолго до отправления на перроне появилась знакомая юная леди в сопровождении тётушки, почтенной леди Марсборг. У меня было не так много времени, чтобы справиться с эмоциями и лучше продумать свою историю, если вдруг они обратятся к соседке, желая развлечь себя беседой в дороге. Однако дамы и не думали ни с кем знакомиться. Их слишком увлекала гуляющая в аристократических кругах сплетня. Стоило поезду тронуться, как прекрасная Инесса скривила лицо и зло выдохнула в сторону тётушки:

– Что он в ней вообще нашёл? Почему она?

По лицу леди Марсборг было отчётливо видно, что отвечает она на этот вопрос уже раз в шестидесятый, я же заинтересованно навострила уши, не забывая делать вид, что внимательно читаю журнал.

– Милая, если ты хотела замуж за Нортона Ллойда, следовало сообщить отцу, а не строить глазки герцогу, как и сотни других девушек. Его светлость собирается жениться лишь ради наследника, ему достаточно смазливого личика, отличной родословной и не испорченной репутации, всё это у тебя есть.

– У неё не самая лучшая репутация, – прошипела Инесса. – Она дерзкая, наглая…

– Девушка с характером, – не согласилась с племянницей леди Марсборг.

Я приосанилась. Сомнительный, но комплимент.

– Ты вообще на чьей стороне?! – возмутилась обиженная злючка.

– На твоей, дорогая. Разумеется, на твоей. Потому я скажу тебе то, что не скажут родители.

Если бы мои уши могли повернуться в сторону дам, они бы непременно так и поступили! Впилась взглядом в строчки, не разбирая ни слова, лишь бы не выдать свой интерес. Инесса наклонилась к тёте.

– Ну? – поторопила она шёпотом.

– У тебя, моя дорогая, хорошая семья. Ты не самый лучший выбор для его светлости. А вот юной Элизабет не так повезло, – тоже шёпотом объяснила леди. – Герцог может сделать с ней всё, что захочет: отослать в провинцию, запереть в замке, не пускать в свет. За неё никто не заступится.

– Я бы такого не позволила!

– Конечно, с тобой он был бы вынужден считаться, ведь твой отец – советник короля. Может, потому герцог и не рассматривал твой вариант?

Я с этой стороны на проблему не смотрела, но сейчас поняла: леди права. Более того, даже больше права, чем думает. Зная моего отчима, можно поставить состояние на кон, утверждая, что он не просто выдаёт меня замуж, а продаёт. И отчёта о «товаре», требовать не станет.

Кожа покрылась мурашками. Неужели герцог Ллойд ещё хуже, чем я думала? А ещё дракон! Опора нации, советник короля и, если верить рассуждениям кумушек, завидный жених. С пропавшей без вести первой женой. Ну–ну!

– И всё же… – Инесса не хотела так просто сдаваться. – Он ещё не сделал предложение! Вдруг…

Я так же сомневалась, как и она, но не могла позволить себе риск. Слухи о нашем браке вспыхнули и разгорелись со скоростью лесного пожара, который невозможно, да и не стоит игнорировать. Потому я не стала ждать предложения руки и сердца, решила, что куда лучше, если герцог приедет в наш дом, а меня не застанет. Отчим не подпишет договор, не зная, где я, струсит. Чёрный дракон – не та сила, с которой позволено играть окружающим. А герцог славится крутым нравом. Единственный его плюс – он не мстительный. Действительно, кому мстить, когда все враги покоятся с миром?

– Информация пошла от секретаря его величества, дорогая. Смирись.

Я спрятала за журналом испуганные глаза. Выходит, его величество действительно велел Нортону Ллойду жениться, а мой отчим быстрее остальных сориентировался. Браво! Восхитилась бы его предприимчивостью, если бы дело не касалось моей личной жизни.

Леди с огромным удовольствием перемыли кости всему высшему свету, заказали ужин и с отвращением посмотрели на мои блины, но промолчали, вспомнив о правилах приличия. Зато я получила от еды настоящее удовольствие! Мало того, что блин был ничуть не хуже того, что подавали дома, ещё у него был привкус свободы и самостоятельности! Однако лучшей специей стала реакция соседок по купе, когда я, подражая увиденному на вокзале, взяла блин в руку и откусила.

Честно говоря, сама от себя была в шоке. И это потенциальная невеста самого герцога Нортона Ллойда! Ай–яй–яй, какой ужас и кошмар!

Улыбку сдержать было совершенно невозможно. Мне всё больше и больше нравилось положение беглянки.

Большую часть пути я проехала в преотличнейшем настроении, с небольшим волнением, но всё не теряя веры в себя, ступила на перрон в пункте назначения, наняла небольшое открытое ландо, в котором прокатилась с ветерком до поместья, и, уже самостоятельно волоча багаж, зашагала от ворот к дому, где меня ждала первая в жизни работа с очаровательной маленькой девочкой.

Буду заплетать ей косы, завивать локоны, бантики вышивать шёлковыми нитями… Интересно, у неё много кукол? С удовольствием поиграю. В детстве у меня было не так много развлечений из–за траура по папе, а после меня начали учить манерам и на игры почти не оставалось времени. Вот сейчас и восполню!

С самыми радужными надеждами я приблизилась к дому. Путь я проделала неблизкий, но была слишком возбуждена, чтобы чувствовать усталость.

– Неплохо, – оценила шикарный цветущий сад и очаровательный бледно–голубой домик в классическом стиле. Он был одноэтажным, но с жилой мансардой. Если меня туда поселят, я буду самой счастливой на свете!

Вовремя вспомнив наставления продавца блинчиков, надела холодноватую, но вежливую улыбку вместо искренне радостной, и без промедления направилась к порогу.

Коврик с гостеприимной надписью «Добро пожаловать!» почему–то был насквозь мокрым, и я просушила его магией, чтобы не испортить туфли. И уже поднесла руку к звонку, как вдруг остановилась.

А с чего это в ясный солнечный день на крытом пороге лежит мокрый коврик? Уж не детские ли это проделки?

Опустила взгляд и на этот раз заметила тонкий магический провод, выкрашенный в цвет террасной доски. Хмыкнула. Коснулась его, послав небольшой магический импульс. В доме раздался громкий хлопок и почти сразу – недовольный девичий визг.

– Да как она посмела!

Я довольно улыбнулась. Не на ту напали! Я сама не так давно была шаловливым ребёнком, притом куда более страшным, чем милая проказница за дверью, потому что относилась к категории «магические детки». У маленькой леди не было магии, так что вряд ли она сможет меня чем–то удивить.

Стучать металлическим молоточком не стала, он наверняка подсоединён к оголённому магопроводу. На месте озорной девчонки я бы точно подстраховалась, вдруг коврик не сработает. Но нажимать на кнопку звонка тоже было чревато.

Сорвала розу с куста и воспользовалась ею как палочкой. Раздалась трель звонка, но звучала она лишь несколько секунд – звонок задымился.

– Ну, паршивка мелкая! – восхитилась я, открывая дверь, когда отщёлкнулся замок, и делая первый шаг в «гостеприимный» дом, не забыв убедиться, что под ногами не иллюзия и я не провалюсь в подвал с крысами и змеями.

Навстречу гостье вовсю торопилась очаровательная дама средних лет. И сперва я увидела её округлившиеся глаза, затем… сделать я ничего уже не успела. Меня с ног до головы окатило ледяной водой. В прямом смысле ледяной! С кубиками из морозилки! Единственное, что смогла, – увернуться от летящего в голову пустого ведра.

– Э–э–э, – протянула домоправительница. – Добро пожаловать, мисс Стивенсон. Я – госпожа Фантао, но вы можете звать меня Дебби.

Поймала ведро, чтобы оно не раскачивалось, щелчком пальцев убрала воду с пола и немного просушила платье и волосы, вежливо улыбнулась.

– Рада с вами познакомиться, Дебби. Я – Эльза.

– А я – Роксана, – раздался звонкий детский голосок со стороны лестницы.

Мы с Дебби одновременно повернулись к маленькой очаровательной куколке с невинными голубыми глазёнками. Край её розового платьица был измазан в жирной чёрной саже – по всей видимости она стояла рядом с артефактом, когда в него прилетел мой магический импульс. Переодеться девчушка, конечно, не успела, поскольку торопилась увидеть меня в неприглядном виде.

Ну что, красавица моя? Один – один. Игра только началась.

– Привет, Роксана. Я – твоя новая няня, меня зовут мисс Стивенсон. Эльза Стивенсон, – доброжелательно поздоровалась с девочкой, не забывая контролировать ситуацию вокруг, изобретательность юной особы мне совсем не нравилась.

Глава 2

Свою комнату я обследовала, как детектив – место преступления. Ничего не пропустила. Решила подстраховаться, слабо пока представляя, чего ещё ждать от юного чудовища, а именно так я про себя называла Роксану после того, как «милая девочка, не обладающая магией» взорвала мой багаж. Случайно!

Конечно, случайно. Не могла ведь юная леди пронести взрывчатую смесь к оставленным у крыльца сумкам, после чего немного ей помочь. Она слишком мала.

Да–да, я поверю заверениям Дебби, что это трагическая случайность и кто–то из деревенских мальчишек «совершенно случайно, разумеется» проник на охраняемую территорию, чтобы испортить мои вещи.

Бьюсь об заклад, в комнате маленького чертёнка найдётся хорошая лупа, с помощью которой можно направить солнечный луч и воспламенить не то, что взрывчатку, а что угодно. Меня регулярно ссылали в деревню, и я в своё время испортила не одну куклу, пытаясь выжечь дикарскую татуировку направленным солнечным светом. Меня не провести.

Но откуда всё это известно пятилетке? Она ведь маленькая!

Ну ладно, история с лупой. Роксана могла увидеть, как играют мальчишки и повторить. Ладно ведро с водой – это вообще классика детских пакостей, даже удивительно, как я не вспомнила. Привыкла полагаться на магию и вот результат. Но работа с магическими проводами! Разве способны люди без магии ими пользоваться? Они ведь бьются током! А взрывчатка? Её можно было легко сделать из двух компонентов и подсушить, но не в пять же лет!

Ответов на свои вопросы я не находила, потому решила проявлять бдительность во всём.

К ужину спустилась, сканируя магией каждую ступеньку, не прикасаясь к перилам, не отвлекаясь на посторонние звуки. И надев на палец специальное колечко–артефакт. Если вдруг маленькая негодяйка вздумает подсыпать мне в компот средство от запора, я непременно узнаю… И поменяю стаканы!

Поджала губы. Как правильно действовать в подобной ситуации я пока не понимала. Не могу ведь я действительно отвечать шалостью на шалость, я уже не ребёнок, а тридцатилетняя дама. Внешне, по крайней мере.

Да и глупо это – сражаться с дитём его же методами. Нужно зайти на тот форум, что подсказала нянечка, и спросить, как правильно вести себя, сталкиваясь с юными дарованиями.

В глубине души я, конечно, обозвала Роксану наглой малявкой, а не юным дарованием, но вбитое с детства воспитание вытеснило неприличную фразу, заменив другой. Благопристойной, но слабо отвечающей действительности.

Ладно, справлюсь. Всего три месяца отработать, а там меня ждёт прекрасная жизнь свободной тридцатилетней женщины.

Ох, нужно не забыть отправить кузине письмо, той самой Эльзе Стивенсон, позволившей взять её облик и имя, сообщить, что я доехала и всё под контролем.

Но под контролем в этом доме всё было у кого угодно, но только не у меня! И не у домоправительницы, которая до моего прибытия заменяла ещё и няню.

В небольшом загородном доме обходились попросту, совсем нестрого придерживаясь этикета или точнее, почти не придерживаясь его, а также не держа большое количество слуг, потому Дебби самостоятельно отодвинула стул для малышки и, устроив ту поудобнее, направилась к своему месту. Буквально сразу одна из паркетных досок провалилась под её ногой, заставляя госпожу Фантао споткнуться и полететь вниз.

Я ахнула. Домоправительница машинально схватилась за стул, однако его задние ножки громко хрустнули, и на пол полетели уже все вместе: и детали развалившегося предмета мебели, и сама Дебби, и даже пара пустых бокалов со стола.

И как, интересно мне знать, они упали? Скатерть Дебора не зацепила, не утянула за собой, к бокалам не прикоснулась.

Посмотрела на чинно сидящую Роксану. Ручки на коленочках, взгляд честный–честный, немного испуганный, губки расстроенно кривятся, ведь любимая Дебби упала. Ах, бедняжечка!

Я не стала помогать коллеге, поскольку та не пострадала и быстро поднялась сама, но были моменты, которые я не могла оставить без внимания.

– Роксана, руки на стол ладонями вниз, – велела девчушке.

Та нехотя выполнила требуемое, но посмотрела так, что мне стало не по себе.

Нет, ну очень странно, конечно. Выглядит она лет на пять, ну максимум, на шесть, но ведёт себя, словно подросток. И умная ведь, зараза мелкая.

Я обошла стол и заметила на коленях маленького чудовища тонкую прозрачную палочку, такими обычно расправляют складки на гардинах. Понятно теперь, как упали бокалы на Дебору. Затем оценила остатки развалившегося стула. Он был выполнен на славу и при должном уходе мог прослужить семье Ллойдов не одно столетие. Но не судьба. К полу вопросов у меня и вовсе не было, поскольку орудие преступления валялось неподалёку, а опилки юное чудовище убрать не успело.

Вот ведь деятельная!

– Итак, – начала я строгим голосом. – Что ты скажешь в своё оправдание, Роксана?

– Я? – искренне удивилась девочка и вытаращила на меня голубые глазёнки, в которых уже видны были проблески слёз.

– Эльза! – шокировано выдохнула Дебби. – Как ты можешь думать, что наша милая малышка способна на подобное! Она же совсем кроха! Дитя!

– На подоле платья и в волосах опилки, мы также можем обнаружить их на паркете, ручная пила лежит за фортепиано, а на коленях юной мисс лежала палка для гардин, она её аккуратно положила на стол, когда вставала. Приглядись, Дебби.

Роксана недовольно на меня посмотрела, но быстро вернула себе прежний ангельский вид. Актёрская игра девочки выше всяких похвал. Сейчас она казалась воплощением всевозможных талантов, в том числе и криминальных.

– О–о–о, – протянула домоправительница, а по совместительству и экономка, и нянька, и даже немного кухарка и садовник.

Дебби работала здесь давно, считала поместье домом и относилась к живущим под его крышей соответственно, тут же беря каждого новенького под крыло. Её простоватое лицо, тёплые карие глаза, чуть снисходительное, но в то же время удивительно нежное отношение ко всем, пышная, вкусно пахнущая булочками и ванилью фигура, плавные движения и искренние реакции дарили ощущение материнской заботы и покоя. К ней невозможно было не проникнуться.

Даже прибежавшие на звуки слуги сейчас терпеливо ждут распоряжений и не вмешиваются. И не смеются над упавшей главной, а ждут её указаний, при этом позволяя себе едва заметные недовольные взгляды в адрес ребёнка.

Это не город, здесь нет строгих ограничений и все жители дома считают себя членами одной большой и дружной семьи, душа которой – Дебора. Так почему же малышка так над ней издевается?

Может потому, что Дебби никогда её не накажет, не отомстит и не обидит?

Вот правду говорила нянюшка, на добрых людях вечно все ездят. В детстве я не понимала эту фразу, представляя, как по улицам расхаживают добрые мужчины и женщины, у которых на шеях восседают наглые злыдни. А когда поняла, осознала и то, что в некотором роде моё детское восприятие оказалось не так далеко от истины.

– Итак, возвращаемся к изначальному вопросу, – строго проговорила я и повернулась к хлопающей голубыми глазищами Роксане. – Что ты скажешь в своё оправдание? Почему так поступила?

– Я этого не делала.

– Предлагаешь обратиться в суд? Уверяю тебя, моя дорогая: господа присяжные будут на моей стороне. Ты и сама это знаешь. Отчего безобразничаешь? Что плохого тебе сделала госпожа Фантао?

Кроха сложила руки на груди, сжала губы и отвернулась.

– Я… я лишила её сладкого. За твой багаж, – неуверенно, но поддержала мою политику домоправительница.

– Преступление раскрыто, наказание будет назначено после ужина, – с видом важного детектива произнесла я и обратилась к слугам у стены: – Стул, наверное, починить уже невозможно, да?

– Мы всё сделаем, не переживайте, – заверил самый взрослый из мужчин. К стыду своему я поняла, что имя его не запомнила, а ведь Дебора меня со всеми знакомила.

– Благодарю вас! – произнесла с чувством и в попытке немного унять смущение взяла новый стул, проверила его, переставляя с ножки на ножку и с усилием нажимая, лишь после проверки отнесла его к месту Деборы. – Пожалуйста, присаживайся.

Слуг в доме было немного, так что я решила поухаживать за расстроенной Дебби и потянулась к куполообразной крышке с изящной хрустальной ручкой.

Я не ожидала подвоха и, честно признаться, до конца не осознала, как успела всё провернуть, но летящая прямо мне в лицо огромная жаба застыла и громко шлёпнулась на пустующую прежде тарелку.

Спасибо магии и рефлексам, что тут ещё сказать. И шоку, сковавшему горло очень вовремя. Я не вскрикнула, не выдала истинную реакцию иным образом, успела взять себя в руки и в очередной раз за всё никак не начавшийся ужин строго посмотрела на Роксану.

– Очень красивая жаба. Надеюсь, не ядовитая? – поинтересовалась нейтральным тоном.

– Нет, – призналась девочка.

– Хорошо, потому что этот салат будешь есть ты.

Слова у меня с делом не расходились, так что я обошла стол и лично положила ложку салата на тарелку непослушной крохе.

– Спасибо, – тихо ответила та.

Играет в смущение или действительно раскаивается?

Так, Элизабет, не вздумай идти на поводу у этого очаровательного создания. Это маскировка! Не верь ей.

– Но… – Добрая Дебора не могла смотреть на издевательство над ребёнком.

– Она же сказала, что жаба не ядовитая, а сама обычная, – спокойно произнесла я, хотя на самом деле никакого спокойствия не чувствовала. И не была уверена, правильно ли поступаю, но сейчас мне казалось, что именно такое поведение может впечатлить девочку, а не визг и вопли. Потому дала возможность малышке избежать неприятного наказания: – Ты ведь её помыла? Жаба чистая? Выглядит ухоженной, как мне кажется.

– Нет! – быстро ответила та, отодвигая тарелку.

– Зря. Очень зря. В следующий раз обязательно мой, хорошо? – Я равнодушно пожала плечами и поменяла ей тарелку на пустую, затем без оттенка эмоций сообщила: – Я сейчас открою остальные блюда, и если в каком–либо из них будет змея, она переедет жить в твою комнату, будешь ей ловить мышей и крыс и лично кормить. Договорились?

– Там ничего нет! – заверила звонким голосочком Роксана. – Ну… Вон ту лучше не открывайте. Хотя вы ведь не заставите меня есть мясо, по которому ползали червяки?

– Во–первых, моя хорошая, девочки из аристократических семей называют червяков дождевыми червями. Во–вторых, они очень даже съедобны, более того, содержат в себе много питательных веществ, и если бы ты сама не призналась, я бы попросила их приготовить и заставила тебя съесть всё до последнего кусочка, – произнесла я, снимая крышки с остальных блюд, будто меня совершенно ничего не трогало. Няня сто раз повторила, что нельзя показывать эмоций, иначе быть беде.

Шокированная Дебора смирно сидела на своём месте и только изредка моргала. Завершающие уборку слуги нервно на меня поглядывали. Казалось, они в суеверном ужасе от поведения новой няньки, но и немного восхищены.

Ох, скорее бы подняться в свою комнату и почитать форум! Или я решительно всё делаю неправильно, или… Почему–то казалось, я идеально подобрала ключик к озорной девчонке. Но советы коллег всё же не повредят.

После ужина я не стала отпускать Роксану к себе сразу.

– Пойдём прогуляемся в саду перед сном, – предложила я девочке.

– Не хочу.

– А жабу ты отпустить в пруд не планируешь? – напомнила я чуточку ехидно. – Если хочешь поселить её у себя в спальне, я не против, но нужно подготовить ей жилище. Я видела такие в столице. Это конструкция из двух соединённых трубой аквариумов, крытого и частично открытого. В первый селят лягушек, во второй кладут испорченные фрукты, чтобы на них слетались мушки, которые по трубе потом прилетают в соседний аквариум, где их ловят его жители.

– Какой ужас! – произнесла девочка с искренним восторгом в глазах. – Хочу!

– Нам нужно написать твоему папе и получить разрешение, а пока давай отпустим жабку, вдруг её детки дома ждут, – мягко предложила я. – У нас дома она не выживет.

Мне важно было понять, добрая она или жестокая, бедокурит из каких чувств. Пока ответа на эти вопросы не было, но я очень хотела их получить.

– Ладно, – согласилась малышка и, без страха подхватив жабу, зашагала в сторону французских окон.

Я неспешно последовала за ней, не забыв подмигнуть Деборе, та сжала руку в кулак и легонько потрясла им, показывая, что у меня всё получится, я справлюсь.

Роксана убежала вглубь хорошо освещённого магией сада, не дожидаясь меня, но лягушка–то была в стазисе, так что я не торопилась. Хочет она, не хочет, но выпустить живое существо в таком виде не сможет, вынуждена будет обратиться ко мне за помощью, так что не сбежит.

Пруд я нашла без труда, хоть он и скрывался за густым цветущим кустарником – лягушки вовсю пели свои песни. Но приближаться к нему не стала, покружила по саду, вроде как не понимая, куда же мне идти.

Девчонка сперва ждала непутёвую няньку сидя на скамеечке у воды, затем встала и начала наворачивать круги, но надолго её, разумеется, не хватило. Я едва сдержала улыбку, когда разъярённая маленькая бестия вылетела из кустов. Увидев неспешно прогуливавшуюся няню, сообразительная малышка угукнула себе под нос, мол, так я и думала, очередное коварство. Но говорить гадостей не стала. Протянула жабу, чтобы я сняла стазис, после чего отпустила её в пруд.

Руки она и не думала мыть, так что я очистила их магией.

– От жаб и лягушек не бывает бородавок, это ложь, – сообщила она тоном зазнайки.

– Знаю. Но руки всегда должны быть чистыми. Мы ведь не просто так моем их перед едой.

– Я не мою.

– То есть мне стоило заставить тебя съесть салат? – со смешинками в глазах уточнила у девчонки.

– Возможно. Мне, к слову, даже не было бы противно. Я люблю живность.

– Почему не завела? Отец не разрешает или ты не спрашивала? Если ты действительно хочешь завести жабу или лягушку, я ему напишу и согласую покупку и аквариума и…

– Госпожа Фантао ужасно боится животных. Любых. На неё в детстве напала кошка, расцарапала ей всё лицо и тело. Когда она пришла к нам работать, папа привёз ей мазь из столицы, которая свела шрамы.

Я в очередной раз поразилась, до чего грамотно и совсем не по–детски говорит Роксана. По моему внутреннему убеждению ей было лет тринадцать–четырнадцать, а то и все пятнадцать. Периодами. Иногда она вела себя, как совсем малышка. Я не особо разбиралась в детях, но такие возрастные качели сильно нервировали. Я решительно ничего не понимала, а потому не могла определиться с линией поведения.

– Твой отец поступил очень достойно. Магические мази стоят баснословных денег.

– Папа говорит, что преданность слуг стоит любых денег. В наш дом никогда не попадают непроверенные люди.

– Я попала к вам из королевской службы найма. Меня никто не проверял, – осторожно сообщила девочке в надежде услышать объяснение, как же подобное произошло.

– Мы всегда нанимаем людей только там. Тех, кто прошёл проверку артефактом чистоты.

Проверка артефактом?!

Что за проверка такая?

Мамочки! Так меня вычислили или нет?

– Впервые слышу про подобный артефакт. А что он показывает?

– Что человек нанимается без злого умысла, – ответила девочка и, вдруг переключившись в режим маленького ребёнка, со смехом побежала в дом.

Нет, с ней явно что–то не так. Понять бы, что.

Как бы я ни пыталась разговорить девочку, больше ни к серьёзному тону, ни к взрослому поведению она не возвращалась. Я помогла ей помыться и даже разрешила взять с собой любимую куклу. Очень понимала её желание, поскольку мне никогда не позволяли «баловства», а я ужасно хотела. Пусть хоть у одного ребёнка сбудется эта маленькая мечта. И только расчесав волосы Роксаны и заплетя их в две удобные для сна косы, вспомнила, что так и не наказала егозу. Но кто же на ночь нервирует детей? Придётся ждать нового дня.

Сегодняшний день вышел сложным и насыщенным, я безумно устала и хотела просто лечь спать, но со всей отчётливостью поняла, что нужна маленькой гордячке. Да, она ни за что в этом не признается, но я ей жутко интересна. И, чего лукавить, малышка чувствует, что я не такая уж взрослая, потому тянется ко мне.

– Рассказать тебе сказку? – спросила, усаживаясь на край её кровати.

– Нет, конечно. Я уже взрослая! – возмутились из–под одеяла, но буквально следом я увидела любопытную мордашку. – А что за сказки ты знаешь?

– У меня дома целая библиотека детских книг! Я обожаю сказки и читаю их до сих пор. Расскажу про кого угодно.

– У нас тоже большая библиотека, и я уже умею читать, – похвасталась Роксана.

Так вот, откуда она столько всего знает и умеет. Не удивлена.

Мы сошлись на сказке про Золушку, и я неспешно, стараясь говорить тихо и не особо эмоционально, чтобы девочка поскорее заснула, рассказала ту версию Золушки, что читала, дополнив её немного от себя. Засопела малышка ровно, когда я произнесла последнее слово и замолчала.

– Какая же ты милая заечка, когда спишь, – тихонько произнесла я, поправляя одеяло. – Добрых снов, маленькая принцесса.

Роксана не ответила, и я со спокойной совестью направилась к себе. Так как вся моя одежда пострадала, Дебби поднялась на чердак, где хранились сундуки с нарядами предыдущих хозяев, и нашла для меня несколько более–менее приличных платьев, а вот ночную сорочку выдала совсем новую, видимо, из своих запасов.

Разобрав кровать, я пошла в ванную. Подозрительно оглядела и понюхала пузырьки с косметикой. Какой шанс, что очаровательная пройдоха не подсыпала мне туда толчёных мух или зудящего порошка?

Решила не рисковать и воспользоваться обычным брусковым мылом. Белым, с классическим запахом. Добавь в него хоть что–то – непременно будет заметно.

Расчесала рыжеватые локоны. К ним я уже почти привыкла. Кузина посоветовала взять не только её имя, но и облик, чтобы знакомые Эльзы Стивенсон при случайном столкновении не раскрыли мою легенду. Когда не нужно, мир очень тесен. Единственное, что у меня совсем не получалось – это добавлять образу веснушки. У кузины их была целая россыпь, но на мою белоснежную, точно фарфор, кожу они отчего–то отказывались ложиться. Притом и настоящие, и магические. А все варианты с использованием косметики казались крайне ненатуральными. Пришлось обойтись без них. Будем считать, Эльза нашла идеальную пудру и сумела их скрыть.

В свете магических ламп кожа показалась немного сиреневой, но я не придала этому значение и легла спать. Не забыв проверить кровать на наличие сюрпризов от Роксаны, конечно.

Я отлично выспалась и встала в самом радужном настроении. За окном светило солнце, красиво и радостно пели птицы, и я вприпрыжку побежала в ванную, чтобы умыться и начать этот замечательный день…

– О–о–о, – протянула, когда рука столкнулась с белой поверхности двери.

Не веря своим глазам подошла к зеркалу. Оттуда на меня с интересом посмотрело фиолетовое нечто.

Мне потребовалось некоторое время, чтобы смириться с очередной сменой облика. Затем ещё немного времени, чтобы попытаться оттереть краску с кожи. Затем ещё время, чтобы попробовать избавиться от неё с помощью магии.

Но – кто бы сомневался? – коварный фиолетовый оказался стойким солдатиком и, если захватил территорию, без боя возвращать её не собирался.

Злости моей не было предела. Я открыла выданный няней журнал на последней странице, где был специальный форум «Осторожно, дети!»

– Кто бы мог подумать, что я обращусь к тебе в первые же сутки! – пробурчала под нос, читая правила. – Так-с, придумать, значит, вопрос, чётко его сформулировать и озвучить с магическим посылом на треть грана магии, ага.

Цена была смехотворной даже для не обладающих магией людей, самого простенького артефакта хватило бы на год ежедневного активного общения. Отлично придумано, к слову. В няньки обычно идут небогатые барышни.

Я в сердцах спросила, как не придушить мерзкого ребёнка, но пока говорила, передумала. Нельзя поддаваться разрушительному чувству. Дети по натуре своей не чудовища, а если вдруг таковыми стали, значит, есть причина. Я ведь и сама чудила, когда не стало папы, а уж когда мама вышла замуж, и вовсе превратилась в исчадие ада.

Но моё состояние сыграло злую шутку. От меня фонило магией и журнал посчитал плату достаточной, опубликовал вопрос.

– Элизабет Родс?! – в ужасе прочитала я. – Удалить! Стереть! Древние боги, как это убрать?

Сообщение моментально исчезло, но заряда панической энергии мне хватило, чтобы качественно так проснуться. Надо же, чуть себя не выдала!

Чтобы больше не попадать в ужасные ситуации, прочитала правила форума до конца, затем проверила систему:

– Спрашивает Эльза Стивенсон, – я произнесла имя максимально разборчиво. Увидела, как слова проявились на бумаге. – Моя кожа после душа с мылом стала фиолетовой. Что делать? Магия не помогает.

Меня тут же засыпали советами, но привлёк меня самый простой – постоять на солнышке. Я быстро открыла окна и покрутилась, подставляя как можно больше кожи нежным утренним лучам. Цвет исчез далеко не сразу, но исчез.

Пришлось несколько раз возвращаться к зеркалу, проверять в труднодоступных местах. Почему–то особенно въелась краска за ушами, хотя я не припоминаю, чтобы активно там тёрла. Расползается она, что ли?

В комнату подопечной я зашла, обуздав эмоции, словно опытный наездник строптивого коня. Открыла ей окно, впустив свежий воздух, пощекотала милую пяточку, слишком привлекательно торчавшую из–под одеяла, рассмеялась, увидев недовольную мордашку.

– Доброе утро, солнышко, – ласково обратилась к девочке.

– Не вижу в нём ничего доброго.

– Проснулась бы раньше и зашла ко мне, непременно увидела бы! Мне так подошёл тот оттенок фиолетового, что ты для меня выбрала! – с сияющими глазами и широкой улыбкой поделилась я.

Роксана радостно захлопала, затем посмотрела подозрительно.

– А почему ты не злишься?

– Может потому, что мне нравится твой живой нрав? Твоя невероятная фантазия, твой ум. Ты совершенно уникальный ребёнок, очаровательный и милый, когда не шалишь. Я не против проказ, только пообещай, что они не будут злыми или травмоопасными. Вчера Дебби больно ушиблась.

– Я не подумала, – призналась девочка искренне, но тут же собралась, насупилась. – Ничего страшного не произошло.

Ну что за ёжик? Отчего в ней столько острых колючек?

– Зайчик, разве Дебби плохо к тебе относится? Она ведь искренне тебя любит, беспокоится о тебе. Не стоит её обижать или защищаться от неё. Она тебе не враг, правда ведь?

– Ну–у–у…

– Если она тебя обижает, скажи! – встревожилась я. – У меня высокий уровень магии, я могу завернуть тебя в сто слоёв защиты, и если кто–то посмеет поднять на тебя руку, здорово поплатится!

Я говорила с невероятной скоростью, потому что в своё время не раз получала от отчима и указкой, и плёткой, и магией. Притом бил он меня так, чтобы никто не видел, а после с чистой совестью (поскольку он в жизни ею не пользовался!) уверял маму, что я его просто невзлюбила, потому несправедливо обвиняю. Ещё и снисходительно говорил: «Простим ей это, дорогая!». В ответ я мстила, за что получала уже от мамы. А синяки… По заверениям отчима, синяки у детей – обычное дело, кто знает, где они бедокурят, когда бегают по саду, к примеру.

Воспоминания и меня превратили в настоящего ежа. Хотелось треснуть кого–нибудь побольнее. Пусть только попробуют обидеть мою девочку! Детские шалости – это одно, но колотить беззащитное дитя… Не позволю!

Роксана неожиданно чутко ощутила моё состояние, хлопнула ресничками.

– Она меня не бьёт. Честно–честно! Просто сладостей часто лишает, а я их люблю до ужаса. А ты… Тебя били в детстве? – неуверенно и тихо добавила она.

– Меня били в детстве и били сильно, потому вела я себя ещё хуже, чем ты, – призналась честно. Отчего–то показалось, что правда и только правда помогут нам с Рокси наладить отношения. Со временем, не сразу, но обязательно помогут.

И это сработало. Девчушка бросилась ко мне, обняла крепко, чтобы тут же отпрянуть.

– Я пошла чистить зубы, а ты можешь меня не ждать, я спущусь к завтраку, как только буду готова.

– Ты очень самостоятельная, – похвалила я и вышла из детской.

И только на лестнице поняла, что произошло.

Во–первых, она перешла на ты, а я её не поправила. Стоило сохранять дистанцию, раз я не планирую жить в этой семье дольше минимального срока контракта. Во–вторых, девчонка нарочно изгнала меня, чтобы подготовить очередную пакость. Думать, что я вся такая умная и в первые сутки втёрлась в доверие ребёнка – наивность или даже глупость.

Нужно понять, как правильно выстроить отношения таким образом, чтобы дитя не пострадало. Если я найду к ней подход, подружусь и стану близкой, она тяжело перенесёт мой отъезд. Если буду строга и неприятна, она жизни нам с Дебби не даст. Её таланты – это что–то за гранью моего понимания. Ну не может ребёнок в пять лет так себя вести? Не может! Но ведёт.

Мы немного поболтали с Дебби, пока сервировали стол, затем настороженно встретили и поприветствовали Роксану. Та выглядела очаровательно в коротком зелёном платьице и с куклой в руке.

– Это Джина, – представила она невероятно дорогую и модную в этом сезоне игрушку. Я буквально утром видела такую в журнале и поразилась её стоимости.

По всей видимости завтрак с куклами проходил в доме не впервой, так как слуги молниеносно принесли книги из библиотеки, сложили их на стуле, чтобы Джина полноценно сидела за столом. Ей также поставили фарфоровую тарелку и положили приборы.

– Роксана, что нужно сказать слугам? – тихонько напомнила я.

– Спасибо? – удивлённо отозвалась та.

Настал мой черёд смотреть на Дебби с тем же удивлением, что продемонстрировала девочка.

– Мы… Я… Ну, она ведь ребёнок.

– Она аристократка и должна вести себя безукоризненно в любой ситуации.

– Я просто хочу, чтобы у неё было детство, потому разрешаю ей больше необходимого, – повинилась Дебора.

Ага, значит, тоже жалеет девочку, а в итоге та сидит у неё на шее, ещё плёточкой подгоняет. Но ведь это неправильно! Во всех статьях про воспитание пишут о недопустимости подобного поведения у взрослых. На форуме коллеги тоже надавали советов, главный из которых звучал так: режим, дисциплина, логичное, последовательное поведение взрослых. Так и только так.

– Счастливое детство – непременная наша философия, – заверила я коллегу. – Но манеры – неотъемлемая часть любого возраста.

– Согласна, – тихо откликнулась домоправительница.

На удивление завтрак прошёл спокойно. Роксана вела себя точь–в–точь, как пятилетка в моём представлении, кукла Джина и вовсе была образцом светской леди – молчала и сидела ровно. Дебора перестала обижаться на мою строгость и улыбалась, но она вообще была отходчивой и доброй.

Во время чая с пирожными я обратилась к девочке:

– Роксана, я долго думала, как тебя наказать за вчерашние проделки.

– Никак? – тут же предположила кроха и захлопала ресничками. Выглядела при этом настолько мило, что я едва сдержала рвущуюся улыбку. Вот хитрюля! А обаятельная какая!

– Нет, моя хорошая. Есть разные проделки: те, которые наносят ущерб, и те, которые не наносят. Начнём с самого нашего знакомства: магопровод под мокрым ковриком – я могла серьёзно пострадать. Ваша семья понесла бы репутационные риски, ведь в небольшой деревеньке шила в мешке не утаишь, а до города информация долетает день в день.

– Сарафанное радио – самое быстрое, что есть, то есть, – поддержала Дебби, вздыхая. – Но из нашего дома ни словечка наружу не просочится, не беспокойся.

– И это ещё не всё, – продолжила я. – Расходы на моё лечение, а это пилюли, оплата лекаря, содержание, питание по диете и так далее – всё это легло бы на плечи твоего отца, также он вынужден был бы перевести мне немалую сумму денег за моральный и физический ущерб, оплатить испорченный багаж и чемоданы. Он и так это сделает, к слову.

– Но… – Роксана смутилась, но лишь на мгновение. – Ничего страшного, у него много денег.

– Наверное, у него их много именно потому, что он не тратит их направо и налево? – предположила я. – Как считаешь, лучше купить тебе аквариум с лягушками или мне новые ботинки? Что лично тебе было бы приятнее?

Девчонка насупилась, взяла куклу в руки, прижала к себе. Маленькая, вся такая трогательная… У меня сердце замирало при виде этой крохи. Так и хотелось взять её на руки, как она сейчас взяла куклу, обнять и защитить ото всех невзгод мира. Но я – тот человек, который должен многому её научить. И наказывать, когда это необходимо. А не верить талантливой актёрской игре!

– Эльза, Роксана всё поняла. Давай не будем портить ей аппетит, да? – вновь вклинилась миролюбивая Дебби.

– Пирожные отлично перевариваются детским организмом, – не пошла на уступки я. – Продолжаю. После ты испортила стул, пол и салат, а также своими действиями причинила боль Деборе, которая стоит за тебя горой. Разве это справедливо по отношению к ней?

Я в упор посмотрела на Роксану. Видно было, что она смутилась, но признавать вину не хотела. А я снова задумалась, как возможно, что в маленьком детском теле будто живёт подросток. Ну или ребёнок постарше. Она ведь всё понимала и, честно признаться, иногда казалось, гораздо лучше той же Деборы.

– Также хочу заметить, – продолжила я, – что жабе наверняка не понравились твои проделки. Ей нужна вода, постоянно нужна, и много. Жабы ведь не пьют её, как люди, а впитывают кожей. Не уверена, что сок из огурцов и помидоров, смешанный с маслом – хорошая замена.

– Я не знала, – тихо откликнулась девочка.

– Я ещё раз тебя призываю к тому, чтобы думать прежде, чем делать, Роксана. Это очень важно. Есть забавные шалости и глупости, которые вызовут у окружающих улыбку, а есть шуточки, вроде твоей вчерашней с полом, где домашние могут покалечиться.

– Я уже об этом слышала, – буркнула девочка.

– И услышишь не раз. Я буду напоминать тебе все хулиганства после каждого нового случая, и каждая наша воспитательная беседа будет всё длиннее, – намекнула я максимально прямо.

Дебби вытаращила на меня глаза. Ей потребовалось время, чтобы оценить коварство моего замысла, после чего она улыбнулась и посмотрела с таким восторгом, что я поневоле ответила ей такой же широкой улыбкой.

– Наш утренний разговор сегодня повторять не буду, ты сама знаешь, что сделала.

– А что она сделала? – не поняла домоправительница.

Я в красках описала своё фиолетовое утро, чем рассмешила не только добрячку Дебору, но и слуг. Последние мужественно держались, пока были в столовой, но за дверью так громко хохотали, что и мы поддались их настроению.

– Видишь, моя хорошая, чем отличается милая шалость от пакости? – спросила я воспитанницу. – Сейчас мы смеёмся, а вчера госпожа Фантао едва не плакала.

– Просто не лишайте меня сладостей и всё будет хорошо, – выдвинул условия маленький домашний тиран в платьице.

– По сладостям мы решим вопрос позднее, есть у меня на этот счёт идея. А пока твоё наказание. Поскольку это первая провинность, оно будет в некотором роде даже приятным. Следующее будет более строим, затем ещё строже и так далее.

– Логику уловила, оценила, – совершенно по–взрослому сообщила Роксана. – Так что с наказанием? Я должна переписать учебник? Если что, писать я ещё не умею, только читать, так что это будет слишком жестокое и несправедливое наказание.

Ну, даёт! Играет на опережение. Умничка! Далеко пойдёт.

– Нет. Писать мы с тобой научимся и так. Это нужное и полезное умение, жизненно необходимое. Наказывать учёбой я тебя не стану, – решила я, рассудив, что мне бы такое не понравилось. Учиться нужно в удовольствие. По крайней мере, моя няня всегда говорила именно так, а её мнению я доверяла.

– Даже мне интересно, что ты задумала, – высказалась Дебби.

– Итак, задание на сегодня: сделать пять добрых дел пострадавшей от твоих проделок Деборе. Это может быть собранный букет полевых цветов, но только тех, от которых у неё не будет аллергии, – уточнила я, зная характер подопечной. – Если рисунок, то лишь тот, что её порадует. Приятный. Хорошо подумай и постарайся.

– Слишком высокие требования для маленького ребёнка, – выдала совсем не по–детски Роксана.

– Ты умная девочка и обязательно справишься с заданием, – парировала я. – На завтра же у тебя будет другая задача: с самого утра будешь помогать слугам: накрывать на стол, убирать, мыть посуду, поливать цветы на террасе, в саду и так далее.

– Я?!

– Именно. И с этого дня будешь убирать последствия своих шалостей самостоятельно.

Роксана посмотрела на меня как на предателя. Дебби хотела что–то сказать, но промолчала, будто испугавшись, что и ей сейчас придумают работу. А вот служанка, которая ставила на стол тарелку с ассорти мини–пирожных, едва не снесла хрустальные бокалы, дёрнувшись.

– Испугались такой помощи? – уточнила я доброжелательным тоном.

– Нет–нет, что вы! Мы все рады будем научить маленькую леди, – с неожиданно тёплой улыбкой произнесла служанка. – Просто… Вдруг господин не одобрит?

– У меня нет дополнительных инструкций, так что я буду действовать в рамках своих полномочий. Если господину не понравится моя методика, он может меня уволить, верно? Вы никак не пострадаете.

Теперь все взгляды сосредоточились на мне, а я, признаться, не сразу поняла, что веду себя слишком дерзко для наёмного персонала. Обычно люди боятся потерять работу, держатся за неё, я же выдавала себя излишне уверенным поведением. А ведь продавец блинчиков на вокзале меня предупредил, что нельзя так.

Ну да ладно. Что сделано, то сделано. Не идти ведь теперь на попятную.

– Эльза, пожалуйста, не говори так. Мы приняли тебя, как родную, и не хотели бы, чтобы ты ругалась с его светлостью. Мы тоже несём ответственность за тебя.

Его светлость?

Я нахмурилась и посмотрела на домоправительницу, затем на служанку. В голове что–то не складывалось. Нет, меня предупредили, конечно, что девочка из аристократической семьи, что живёт удалённо из соображений безопасности, что имя работодателя по этой причине скрыто, но…

Интуиция затрезвонила на полную, заставляя нервно сжать салфетку.

– Дебби, я не планирую увольняться или провоцировать его светлость меня уволить, но если мне доверили воспитание Роксаны, я буду делать это так, как считаю нужным. Есть договор, я действую в рамках своих полномочий, – заверила я, стараясь говорить взвешенно и спокойно, а не тарахтеть в панике, как того требовала интуиция. – К слову, в договоре нет имени нанимателя. Вы можете мне сказать, с кем я имею дело, или это страшная–престрашная тайна за семью печатями?

– Конечно. Для домашних нет никакого секрета, а ты одна из нас! – Дебора пожала плечами и, размешивая сахар в чашке, сообщила с гордостью: – герцог Нортон Ллойд.

Челюсть собралась с грохотом шлёпнуться на пол, но я мужественно её удержала, однако лицо будто обожгло кипятком.

– Ой! Дорогая, ты покрылась пятнами. С тобой всё хорошо? – встревожилась добрая Дебора.

– Что? Передумала уже меня наказывать? – спросила с ухмылкой Роксана.

Дерзкая девчонка своим поведением отвлекла меня от панических мыслей, и я быстро взяла себя в руки.

– Нет, разумеется. Лишь убедилась в том, что моя стратегия верна. Манерам мы уделим значительно больше времени, чем изначально планировалось.

Роксана поджала губы, но удалилась к себе, сообщив, что будет думать о добрых делах. Дебора же внимательно на меня посмотрела.

– Тебя что–то напугало? Тебе не нравится герцог? Поверь, он не так страшен, как о нём говорят в свете.

– Гораздо страшнее, – шёпотом добавила служанка, собирающая тарелки.

Вот я попала!

Глава 3

К обеду я убедила себя, что всё не так страшно. Да, я бежала от Нортона Ллойда, а прибежала в его дом. Но! Было одно но, которое перечёркивало все ужасы сложившейся ситуации. Его светлость здесь не появлялся. Вообще. Никогда–никогда.

Если так подумать, я попала в самое идеальное для побега место. Здесь меня искать точно не будут!

Что касается моих чувств, к герцогу я стала испытывать ещё больше неприязни. Как можно избавиться от ребёнка и совсем его не навещать? Безопасность безопасностью, но можно ведь как–то переодеться, личину сменить, наконец, но найти возможность обнять родную дочь. Было бы желание, как говорится!

И в целом в голове не укладывалось, как так все слуги знали, что Роксана – дочь Нортона Ллойда, не моргнув глазом мне об этом сообщили… Не удивлюсь, если вся деревне в курсе. Разве можно так хранить тайну? То ли герцог дурак, то ли я чего–то не понимаю.

Здравый смысл подсказывал, что герцог, при виде которого почтительно склонялись даже умудрённые жизнью господа, дураком не был, но я так злилась на него за обращение с дочерью, что полдня пребывала в уверенности, что права. А затем узнала о небольшой уловке, которую использовал мой потенциальный жених, для сохранения тайны.

Я вдохновенно писала письмо кузине, как вдруг поняла, что имя герцога буквально ускользает. То мысль сбивается, и я пишу не о том, что запланировала. То рука замирает, не позволяя выводить буквы. Даже когда я попыталась обмануть заклинание, сообщив кузине, что работаю у того, от кого сбежала, перо будто самостоятельно вывело: «работаю у отличных хозяев, можешь не переживать за меня».

Обращаться за разъяснениями к Деборе я не стала, и так было ясно, что к чему. Страшно представить, насколько силён его светлость. Такое мощное заклинание подвластно далеко не каждому. Мой учитель и вовсе заверял, что сейчас никто не может управлять действиями окружающих, а подобное заклинание работало лишь в те времена, когда трава была зеленее, люди добрее, маги сильнее и так далее. Ан нет. И убедилась я в этом на собственном опыте.

Между тем, день проходил, а ничего не сгорело, не взорвалось, не сломалось. Роксана нарисовала чудесный портрет Деборы, украсила весь дом цветами (за что я получила от садовника), попросила кухарку приготовить любимый тортик нашей домоправительницы (чтобы, конечно же, тоже его радостно есть), лично нарвала любимых Деборой красных яблок… За что я снова получила от садовника…

– Это первый урожай, мисс Эльза! Первый! – орал мужчина, потрясая кулаком. – Всего семь несчастных яблок! И все съедены!

– Но остались ведь косточки, – попыталась утешить я разъярённого и расстроенного одновременно мужчину.

– Я не попробовал ни одного! Ни одного! Дереву четыре года! Я четыре года ждал этого момента! Мечтал! Представлял, какими они будут!

Мне до слёз было жаль садовника. Его искренность проняла даже Роксану. Она прибежала из своей комнаты и протянула мужчине яблоко.

– Я уже откусила от него, но оно почти целое. Извините, – со слезами на глазах произнесла девочка. – Я правда не специально. Хотела порадовать госпожу Фантао самым лучшим, а вы не раз говорили, что яблокам с этого дерева нет равных. Извините меня, пожалуйста. Я больше так не буду. Обещаю!

– Больше и нечего рвать, – пробурчал мужчина, но яблоко забрал, бережно прижав к сердцу.

Я посмотрела на Роксану.

– Пять добрых дел для господина Гострикса, я поняла! – быстро произнесла та.

– Именно. И так, чтобы потом не пришлось делать по пять добрых дел для всех остальных жителей поместья.

– Завтра маленькая госпожа будет помогать по дому, а послезавтра могла бы помочь мне с цветами, – в лоб намекнул садовник. – Труд, как грится, облагораживает. Верно, мисс?

– Верно, – не стала спорить я. Чем сильнее занята Роксана полезными делами, тем меньше проблем доставляет окружающим. – Свежий воздух, пение птиц, цветы – что может быть прекраснее, да? – обратилась к девочке.

– Угу.

– Я тебе тоже помогу, – вызвалась я, но больше ради страховки. Садовник и так достаточно пострадал, лучше приглядывать за нашей крохой в четыре глаза. – Вы ведь позволите? Только я, признаться, ничего не умею, просто люблю цветы.

Мой энтузиазм понравился садовнику и мы разошлись почти друзьями, после чего я не упустила возможности немного «позанудствовать», объяснив Роксане, как важно думать о чувствах людей.

К концу первой рабочей недели в доме царили мир и покой.

– Даже не верится! – восхищалась Дебора. – С твоим появлением здесь всё так изменилось! Я и не думала, что такое когда–нибудь случится! И, если честно, меня больше впечатлила улыбка Гострикса, чем идеальное поведение Роксаны. Он ведь вечно всем недоволен, а как ты помогла магией уничтожить плесень и всяких плохих мошек, он сияет, точно солнце в мае! Утром я слышала, как он поёт, представляешь!

– Я рада помочь. И Роксане, кажется, очень понравилось делать что–то полезное.

– Жаль, этим полезным оказалось тесто для пирожков. Я уже едва влезаю в платья, – пожаловалась домоправительница. – А вот цветы во всём доме мне очень нравятся.

– Наслаждайся, пока есть возможность, надолго её не хватит. Я почти уверена, Роксана ещё предъявит нам счёт за все нереализованные шалости. Их количество наверняка растёт, как долг в банке при неуплате кредита.

– Не пугай так.

– Я прочитала на форуме для нянь, что чем тише ведёт себя ребёнок, тем это опаснее и подозрительнее. И логика подсказывает, что в случае с нашей девочкой, всё так и есть. Последствия могут быть разрушительными.

Однако время шло, мы с Дебби ходили по дому, как шпионы на особо опасном задании – проверяя каждый шаг, но всё было чисто.

Первая неделя прошла без единого замечания. Мы стали бдительнее.

Вторая неделя порадовала нас с Деборой доставкой из столицы – мне пришли все заказанные вещи для обучения Роксаны, аквариум с двумя милыми черепашками вместо жаб, а также несколько нарядов и деньги, значительно превосходящие мои затраты на содержимое уничтоженных огнём чемоданов.

И снова ничего. Ни единой шалости. Никто не портил мои платья, не дорисовывал усики героям книг, совершенно ничего не поджигал…

Третью неделю мы с Деборой провели в невероятном стрессе, ожидая, что вот–вот что–то произойдёт. Ну не может Роксана столько времени держаться! Это просто нереально!

И тем не менее малышка с огромным удовольствием бегала помогать садовнику. Он вырезал ей чудесную деревянную лопатку и доверил самую главную ценность – теплицу. Она с энтузиазмом проращивала там семена, а после высаживала рассаду в землю на специально выделенном ей участке. И получалось у неё великолепно.

А я всё равно бегала по ночам и сканировала землю магией, вдруг она туда что–нибудь закопала. Ну, мало ли. Не подстраховаться я не могла, ведь вместе с вещами я получила письмо от герцога, где он чёрным по белому писал, что любые шалости ребёнка на моей ответственности.

В начале четвёртой недели я дошла до предела, потеряла покой и сон, а потому пошла за советом на форум.

«Нужна помощь! Ребёнок ведёт себя идеально уже четвёртую неделю! ЧЕТВЁРТУЮ!!! Я в ужасе! Что это может быть?», – выдала я так взволновано, что на странице журнала через пару мгновений проявились ещё несколько восклицательных знаков.

Тут же полетели ответы:

Джао: «Сильно не переживай. У меня было нечто подобное с двумя мальчишками четырнадцати лет. Три недели подозрительной тишины, потом за день до экзамена дети открыли портал в мир демонов и сбежали. Когда наша дипломатическая служба их отыскала, они уже дали присягу повелителю, вошли в ряды его армии и выиграли битву с какими–то небожителями. Так и не вернулись домой. Недавно прислали мне подарок на день рождения и письмо. У старшего родился третий ребёнок, младший стал генералом и получил мир в подарок».

Риска: «Спасайся, кто может! Помяни моё слово: это добром не кончится!»

Инди: «Будет взрыв. Про портал в мир демонов – это сильно! Моё уважение».

Няня демона, реинкарнация № 3: «Может, ребёнок искренне к тебе привязался и потому не безобразничает? Хотя нет. Пишу и понимаю, до чего бредово звучит. Попробуй успокоительные капли, а на ночь прими сильное снотворное. Во сне они обычно такие милые».

Мисс Оленька (героиня книги Санны Сью «Как я получила магию, жениха и навык воспитателя»): «Не хочу тебя пугать, подруга, но выше всё сказали верно. Спи вполглаза, а лучше возьми небольшой отпуск. Ценные вещи забери с собой. Во избежание».

Вышесказанное не успокаивало. Я ещё имела неосторожность продемонстрировать форум Деборе, и та в ужасе рассказала, что недавно видела у Роксаны книгу про порталы.

– Но у неё ведь нет магии, – напомнила я.

– Разве это ей когда–нибудь мешало? – разумно заметила Дебби. – Накопители и артефакты лежат в сейфе, конечно, но…

– Не продолжай. Мне уже страшно.

Но и эта неделя прошла, а ничего не произошло. Совсем ничего! Роксана с поварихой испекли торт на день рождения Розы, нашей милой служанки, затем девочка поздравила именинницу, подарила ей золотую монету и красивый рисунок. И он не сгорел, никого не ударил током, даже не рассыпался в руках.

Кроха с удовольствием занималась домашними делами, училась писать, всё лучше и лучше читала вслух, самостоятельно ухаживала за черепахами и была невероятно вежливой. Последнее пугало особенно сильно, но спустя ещё пару недель мы с Деборой выдохнули и поверили в свой педагогический талант.

Вот тут–то всё и началось!

Точнее, началось и почти сразу закончилось.

А ведь день был таким замечательным! Мы готовились к празднику Священного огня: с утра по традиции нарядились в белоснежные старинные костюмы, украсили головы венками из полевых цветов, приготовили угощения богам и сходили в храм, затем приготовили блюда для торжественного ужина, вынесли мебель в сад, где стояли специальные чаши…

Все находились в радостном предвкушении и то и дело поглядывали на щедрый стол, затем поднимали взгляд к небу, вдруг появилась первая звезда и можно, наконец, начать праздник и впервые за день поесть.

Роксана в красивом платьице, с шикарными косами, на которые я потратила добрую часть утра, босяком бегала по мягкой траве, гоняясь с сачком за бабочками и весело хохоча…

В общем, решительно ничего не предвещало беды.

Дебора вышивала, я по свежеприобретённой привычке читала форум и немного снисходительно смотрела на проблемы коллег. И чего они мучаются? С детьми так просто ладить, нужно лишь довериться инстинкту и здравому смыслу. У меня, к примеру, ни образования нет соответствующего, ни опыта, но я ведь как–то справилась.

Список новых тем сегодня поражал воображение, я только и успевала пролистывать форум вниз небрежным движением пальчика. Останавливалась и заглядывала только в ветки самых необычных проблем.

Айрис Сильверлейн (героиня книги Дианы Рахмановой «Няня по соседству»): «Как помочь юному магу земли обуздать дар до того, как она закопает ещё кого–нибудь?!»

Закопает? Ничего себе!

– Дебби, представляешь! На форуме одна нянечка пишет, что её подопечная закапывает людей в землю, когда теряет контроль над эмоциями. Ужас, да? Их двор скоро станет похож на место археологических раскопок, – поделилась я, пробегая глазами сообщение.

– Не повезло той нянечке.

– И не говори. Не то, что наша милая заинька. А где, кстати, Роксана?

– Да только что здесь бегала.

В следующий момент мы услышали рёв. Я буквально подлетела из кресла и понеслась на звук плача. Схватила сидящую в мокрой клумбе девчушку, прижала к себе.

– Что случилось, зайчик? Ты ударилась? Расстроилась? Испачкала платьице, да? – начала я быстро перечислять поводы для женской трагедии, поглаживая хрупкое детское тело.

– Оса! – ответила Роксана сквозь звуки душераздирающего плача. У меня буквально звенело в голове.

Быстро осмотрела предъявленный пальчик. Жала не было. Его и не могло быть, если это действительно была оса, но я подстраховалась, вдруг кроха перепутала с пчелой.

– Дебби, неси воду с содой! – крикнула звонко. И зашептала пострадавшей: – Милая, чуточку потерпи. Не плачь. Бывает. Со всеми бывает. Меня тоже кусала в детстве оса, это ужасно больно, но скоро всё пройдёт и мы пойдём есть пирожные и мороженое. Хочешь, я дам тебе сегодня шоколадных трюфелей? Мне привезли утром целую коробку.

– Я их уже съела, – призналась Роксана и всхлипнула. – Ты меня накажешь?

– Ну, по–хорошему, стоило бы. Тем более, что до первой звезды есть сегодня нельзя.

– Но ведь все грехи, обиды и разочарования должны сгореть в Священном огне, не правда ли?

Узнаю эти хитрые нотки в голосе. Кажется, кто–то нахулиганил и сильно, а теперь переживает, что я накажу уже не так приятно, как в прошлом, обещала ведь. А в том, что слово я своё держу, девочка уже убедилась.

– Что ты натворила?

– Ты помнишь, что в святой день нельзя ругаться? – без единой слезинки в голосе деловито проговорила маленькая заноза.

– Помню.

– Я ничего такого не сделала. Сегодня.

От нехорошего предчувствия спазмом свело желудок, затошнило.

Я ведь знала! Знала, что не может быть всё настолько хорошо! И девочки на форуме предупреждали неоднократно.

– Я… Я… Да ничего, в общем–то, – передумала признаваться в содеянном Роксана и отстранилась, чтобы предоставить Деборе пострадавший палец. – Вот здесь болит. Ужасно! Терплю из последних сил.

Последняя фраза особенно привлекла внимание, поскольку укус осы обычно болит довольно долго. Организму нужно избавиться от яда, а той же соде элементарно начать действовать. Но ведь успокоилась маленькая пройдоха почти сразу, как я подошла.

Может, ловушка?

Или она отвлекает внимание от чего–то более важного?

Я пыталась поймать за хвост ускользающую мысль… Что–то такое я подумала… Что–то крайне важное!

Регенерация! Вот, что промелькнуло в мозгу со скоростью падающей звезды.

У Роксаны невероятная регенерация! Она бесконечно хулиганила, но за два проведённых с ней месяца я ни разу не видела на ней ни единого синяка и уж тем более царапины.

Вывод напрашивался только один – я воспитываю маленького дракончика, а не простого человека!

Но как же так? Я точно помню, что первый брак герцога был чисто политическим, с леди Азалией Хасовей. Поскольку она некромант, в их паре не мог родиться дракон, только обычный человек. Магия смерти конфликтует с огнём, это любой знает.

Паззл не складывался.

– Солнышко моё, зайчик, скажи, что ты натворила? – тихонько пыталась выпытать Дебби у крохи, пока я стояла столбом и пыталась переварить не самую приятную новость.

– Ничего. Вы ничего не узнаете, даже не пытайтесь, – произнесла девочка. – Наказания не будет. Это сказала вам я, Роксана Ллойд.

– Р-роксана! – пригрозила я особым тоном.

Небо взорвалось алыми всполохами, пахнуло жаром.

– Ура, закат! – обрадовался садовник. – Можно есть!

– Дурак! Это пожар! – ответила ему кухарка.

Мы с Деборой одновременно повернулись к дому. Догорающему дому! Раз – и нет его.

– Кажется, его светлость должен мне ещё комплект одежды, – произнесла я шокировано. Тряхнула головой. Посмотрела на воспитанницу. – Роксана!

– Это не я!

– А кто?

– Понятия не имею! – без капли раскаяния ответила девочка и вприпрыжку побежала к столу.

– И что нам теперь делать? – спросила у Деборы.

– Ждать. Герцог явится, как только… О, а вот и он.

Глава 4

Его светлость явился телепортом, тут же схватил Роксану на руки, прижал к себе. Кроха обняла его за шею и зажмурилась от счастья.

– Добрый вечер, – вежливо, будто находился на светском балу, а не у сожжённого до основания дома, проговорил герцог. – Прошу вас немного подождать, скоро за вами приедут.

Мы даже поприветствовать его должным образом не успели, как отец и дочь растворились в новой арке телепорта, Роксана только и успела крикнуть: «Черепа…»

– Разве черепахи остались не дома? – деловито уточнила Дебора.

– Нет, гуляют у пруда. Роксана водила их знакомиться с жабами, – сообщил Гострикс, с которым кроха проводила больше всего времени. – Мы не в первый раз их отпускаем, они всегда возвращаются, стоит поманить огурцом, очень они их любят, – с теплотой в голосе поделился садовник.

Пока я пребывала в растерянности, слуги решили не тратить драгоценное время даром и вернулись к столу. Первая звезда давно появилась, но мы её благополучно прозевали, и сейчас небо было усыпано мелкими мерцающими бриллиантами.

Закусила губу. Хорошо им, можно и пировать, и веселиться. Утраченные вещи они заменят новыми, более дорогими и качественными, ещё и на личный счёт получат внушительную сумму. Его светлость слыл щедрым и справедливым. Уверена, не поскупится на доверенных слуг.

Но что делать мне?

Взгляд упал на журнал.

Форум! Точно!

Вопрос родился молниеносно: «Моя подопечная сожгла поместье. Как думаете, меня уволят?»

Дженнифер Форест (героиня книги Татьяны Сергановой «Няня его мечты»): «Сочувствую. Все живы?»

Эльза Стивенсон: «Все живы. Даже черепашки по счастливой случайности (или из–за тщательного планирования) гуляют у пруда».

Крис: «Или? Милочка, какое или? Точно в результате планирования, к гадалке не ходи!»

Дженнифер Форест: «Согласна. Мы все помним, как ты осталась без чемоданов».

Мисс Оленька: «В нашем мире есть ехидная шуточка, что спички детям не игрушки, покупайте зажигалки. А вообще, конечно, сочувствую. И желаю не потерять работу».

Мила (героиня Любови Черниковой «Ошибки прошлого, или Няня для маленькой волчицы»): «Ты уверена, что стоит держаться за такую работу?»

Последний вопрос был справедливым и требовал серьёзного обдумывания.

– Эльза, иди к нам! – крикнула Дебора. – Чего такая грустная?

– Ну как, чего? Его светлость недавно написал, что я несу ответственность за все шалости Роксаны, – убитым голосом поделилась я.

– Ой, да не дёргайся ты! Он грозный, но справедливый. Что ты могла сделать в данном случае? Дом ведь сгорел, будто спичка, раз – и нету.

– И у меня ощущение, что вы ничуть о том не переживаете. А как же личные вещи? Памятные, нужные…

С ужасом поняла, что в спальне остался артефакт, который помогал мне ночью держать личину. Днём я справлялась сама, но, стоило отойти ко сну, как контроль слетал, и я вновь становилась Элизабет Родс.

А ведь Роксана могла проснуться посреди ночи и прибежать ко мне в спальню!

– Честно сказать?

– Разумеется!

– Все наши памятные вещи сгорели ещё в первый раз, а новыми мы так и не обросли, – без тени сожаления выдала Дебора. – Мы так убивались, что его светлость отнёсся к делу серьёзно, разобрался с каждым лично. Мне он построил дом на всю семью, там родители живут с моими сёстрами–братьями и их детьми. Мы бы сообща на такую громадину не заработали. У прабабушки было тринадцать детей! Представь этот многоквартирный дом! – со смехом и восторгом закончила подруга.

– Ничего себе! Очень благородно с его стороны.

– Это ещё что! – громко продолжила Дебби, но тут же понизила голос до шёпота: – Вот Гостриксу помимо денег достался подарок, о котором тот не мог и мечтать. У него сгорела фотография с братом, которого уже нет в живых, а другой на замену не было. Так его светлость позвал друга, тот вызвал дух умершего и братья пообщались! А хозяин сделал магическую запись всего процесса.

– Но… выходит, она тоже сгорела, – прошептала я расстроенно.

– Одна из десяти! – с хохотом закончила Дебора. – Да не грусти ты, Эльза. Это всего лишь дом. Четвёртый за пять лет. Главное – все целы. По–другому и быть не могло.

– Беспокоиться не о чём, мисс Стивенсон, – включился Гострикс. – Маленькая леди не со зла это делает и не бесконтрольно. Скорее всего, по папе соскучилась, вот и вызвала его особым образом.

Я кивнула, сама же нахмурилась. Выходит, Роксана всё же сорвалась и натворила глупостей. А после уничтожила дом, совместив приятное с полезным. И папу получила, и осталась без наказания. То, что цена её поступка запредельна, я ей ещё объясню. Хорошо объясню. Качественно.

Слуги вовсю праздновали, смеялись, рассказывали мне истории прошлых пожаров, а я потихоньку успокаивала себя. Ну, вот такая особенность у девочки, действительно. У «крохи без магии, с которой не будет ровным счётом никаких проблем».

Смешно!

– И тем не менее, я с ней ещё поговорю. Нельзя так. Всегда можно сказать мне, что хочешь увидеть отца, я напишу его светлости и вызову его, это всяко дешевле, чем покупать новый дом и платить нам за моральный ущерб.

– Было бы здорово, конечно, – вздохнула кухарка. – Я не люблю переезжать.

– А мне сад жалко, столько сил вложено, – Гострикс посмотрел на любимое детище и продолжил: – зато я могу сделать прекрасными куда больше земель. А здесь построят новый дом, приведут всё в порядок и будут жить, радоваться моим уникальным сортам яблок и груш.

Мы немного взгрустнули, но затем вспомнили, что сегодня праздник, и не стали терять время. А ближе к полуночи за нами прибыли кареты, притом не простые дорожные, нанятые в почтовой службе, а с личным герцогским гербом.

– Он нас ценит, – с достоинством произнесла Дебора, увидев моё шокированное лицо. Кажется, это основная моя эмоция на этот день.

– Привыкай, Эльза! – Добрая кухарка похлопала меня по плечу. – Мы все – одна большая семья. Герцог не подпускает к себе непроверенных людей. Наши с Гостриксом семьи, к примеру, служат Ллойдам двенадцать поколений.

– Это твоя двенадцать, моя – четырнадцать! – гордо уточнил садовник, открывая дверь кареты, хотя для этого уже спрыгнул с запяток слуга. – Мы сами справимся, – отмахнулся Гострикс. – Давайте, дамы, поухаживаю за вами. Когда ещё прокатимся с такой помпой? Девчушка растёт, может, это последний наш переезд.

Хоть ко мне все отнеслись невероятно тепло и душевно, я вдруг почувствовала себя очень одиноко. Меня впервые окружали такие сплочённые, дружные и замечательные люди. Они искренне любили и самого–страшного–ужасного герцога, и его дочь с «маленькой особенностью», от которой лично у меня стынет кровь в жилах. А я… я была здесь лишь проездом.

Грешным делом подумала, не зря ли сбежала от брака с Нортоном Ллойдом, но тут же откинула эти мысли. Всем известно, что он женится лишь ради наследника, ещё и по приказу. Меня он и вовсе ни разу не видел, а если видел, вряд ли обратил внимание. По крайней мере, не ухаживал, цветов не дарил, пирожными не кормил, восхищённых взглядов не бросал.

Уставшие за день попутчицы уже вовсю дремали, а я всё пыталась вспомнить, видел ли меня вообще герцог и что я о нём знаю, думала, могли ли слухи о его персоне быть лживыми или я сейчас пытаюсь его оправдать.

Но ведь невозможно не очароваться его персоной, слушая истории слуг. Обычно аристократы, особенно господа столь высокого положения, можно сказать, первые лица государства, не снисходят до простых смертных.

Что бы на месте герцога сделал мой отчим? Да ничего! Медяка бы не дал, посчитав, что никуда пострадавшие не денутся. А Нортон Ллойд лично разобрался с каждым, не делегировал свои обязанности хозяина управляющему, нашёл время, силы, средства, отработал ситуацию от начала до конца.

Ну нет, не может он быть совсем плохим человеком. Тьфу ты, драконом.

Но почему тогда без вести пропала его первая жена? Почему он сослал единственную дочь в отдалённую деревушку и поселил под чужим именем? И куда он нас сейчас перевезёт?

Время поволноваться у меня было. Много времени! Заснуть–то я без артефакта не могла, личина сразу слетит.

Интересно, новый дом будет далеко от столицы? Если нет, я смогу видеться с нянюшкой. Пока у меня была лишь возможность смотреть на её ответы в ветках форума, отчасти потому я там так часто бывала. Увидишь знакомое имя – и на сердце становится теплее.

Я на мгновение прикрыла глаза, желая восстановить в памяти сцену из прошлого, где любимая няня улыбается и читает мне сказку, но отчего–то увидела совсем другую картину. Как впервые встретилась с Нортоном Ллойдом. Его холодное, жестокое, хоть и красивое лицо больше отталкивало, чем привлекало, а жёлто–зелёные глаза вызывали оторопь или гипнотизировали. Отчего–то казалось, ему куда больше подошли бы собранные в хвост или косу длинные волосы, как в прошлом носили воины, а не модная короткая причёска с косой чёлкой. Было в нём что–то первобытное и дикое, неукрощённое. От чего кожа покрывалась мурашками.

Вздрогнула.

Нет уж. Даже думать в ту сторону не буду.

Он и сегодня явился на пару мгновений, а у меня сердце ушло в пятки. И вовсе не из–за того, что я под личиной и могу быть раскрыта. От него в дрожь бросает! Вообще не понимаю, что Инесса и прочие барышни нашли в этом до крайности опасном мужчине. Такой растопчет твоё сердце и глазом не моргнёт! Смуглый, темноволосый, высокий и жилистый, он при всём светском лоске даже издали не напоминает рафинированного аристократа.

Нет! Я не должна о нём думать в подобном ключе! Не должна – и точка.

Муж должен быть спокойным, добрым, снисходительным к женским капризам и прихотям. И любить меня до глубины души. Быть хорошим отцом.

«Но герцог хороший отец», – шепнул внутренний голос.

«Хороший? А кто сбагрил родную дочь за тридевять земель?»

«Защищает девочку, как может. Чтобы она не пострадала, как её мать», – включился здравый смысл.

Карета налетела на кочку, но, хвала богам, не перевернулась. Кухарка приоткрыла один глаз.

– Приехали?

– Нет. Кочка, – тихо ответила ей.

– А–а–а, – протянула женщина и её «а» переросло в зевок. Выглядело это забавно и мило, я улыбнулась. – А ты чего не спишь? Чай, не отошла от шока?

– Думаю, почему его светлость отослал дочь и как она, бедняжечка, живёт без мамы, – призналась я честно.

– Хорошо она живёт, – без капли жалости произнесла кухарка, затем посмотрела, точно ли Дебби и служанка крепко спят, продолжила: – Мать её… Она не любила герцога, потому мы не любили её. Она не была злой или капризной и пустой, просто… равнодушной. Её ничего не радовало, хотя его светлость окружил её всем, чем мог, а может он, как ты понимаешь, многое. Даже рождение малютки никак не повлияло. Она кормила её и отдавала слугам, а сама тенью ходила по дому. Как–то попала под дождь, простыла и окончательно потухла. Лекарь сказал, что она совсем не боролась, просто ушла.

– А я слышала, что она без вести пропала. Как же так?

– Ой, больше верь тем слухам, деточка. При дворце, говорят, вообще врали, что она со скалы бросилась, затем, что отравилась… – Госпожа Домис раздражённо взмахнула рукой. – Не слушай никого. Я своими глазами видела, как она болела, бульон ей варила крутой, чтобы силы поддержать, да не помогло ей ничего. Жар поднялся и всё. Быстро она сгорела.

Женщина явно настроена была поболтать, и я не стала упускать момент, раз уж он так удачно случился. Мы в пути, ничто не отвлекает, никто не подслушивает. Идеальные обстоятельства.

– А почему его светлость отослал Роксану?

– Ну так, наверное, напоминала жену. Но то лучше у Дебби спросить, она наверняка больше знает, да с тобой поделится, – заметила простодушно кухарка. – А на девочку ты нашу не пеняй. Ну, спалила она дом и чего? Люди–то все живы. У богатых свои причуды.

Мы немного поболтали на разные темы, но сон вновь сморил госпожу Домис, и мне безумно захотелось тоже закрыть глаза. Хоть на мгновение. И, как я ни сопротивлялась, всё–таки прикорнула ненадолго. На счастье, первой открыла глаза, когда карета остановилась, и успела вернуть себе облик Эльзы Стивенсон.

Перепугаться, конечно, тоже успела, потому почувствовала облегчение и радостно улыбнулась проснувшимся дамам.

– О, надо же, – удивлённо оценила Дебора вид снаружи. – Мы в столице! О–о–о! Магазины, кондитерские, все эти чудесные лавочки с рукоделием! Куплю себе новые нитки и спицы.

– И госпожа Мун, и Римма, и моя дорогая Фанни, – подхватила её азарт кухарка. – Я так соскучилась по нашим девочкам!

– Сестру увижу, – не осталась в стороне горничная, затем прижала кулачки к груди и с глуповато–влюблённым видом выдохнула: – И Пру–у–уста.

В карете была лишь одна недовольная особа. Я.

Внутренний голос источал ехидство, мол, повезло, так повезло. Бежала из столицы быстро, вернулась назад ещё быстрее.

Но врождённый оптимизм не позволил долго кручиниться, я тут же нашла плюсы: в доме Нортона Ллойда искать его беглую невесту точно никто не станет, я смогу встречаться с няней, видеть маму, подруг хотя бы издалека, а пересекаться с герцогом особо не придётся, вряд ли он будет постоянно захаживать в детскую.

Городской дом Ллойдов больше напоминал дворец, но был куда более современным. К моему восторгу герцог также не чурался механизмов и различных изобретений. Я едва не запрыгала от счастья, увидев в своей ванной настоящий душ! Когда их только начали производить, я умоляла отчима заказать мне такой, но он отправил меня медитировать и молиться богам, сообщив, что в доме магов не будет никаких иномирных штучек.

Но что особенно поразило, так это механический фонтан с движущимися металлическими птичками и магическими рыбками, которые периодически выныривали из бассейна и с плеском падали в воду. И он стоял не в общей гостиной, не в хозяйской спальне, а у меня! В комнате простой няни!

Я словно в сказку попала.

Моя комната была соединена с детской огромных размеров гардеробной. Часть по всей видимости отводилась мне, остальная уже была забита детской одеждой и обувью, а также различными необходимыми ребёнку мелочами и игрушками. Всё было новенькое, в чехлах, коробках, футлярах. Создавалось ощущение, будто его светлость ночью перенёс сюда содержимое небольшого магазина. Мне же положить в свой сектор было нечего.

«Если герцог так предусмотрителен, как о нём говорят слуги, проблем с нарядами не будет», – утешила себя.

На цыпочках прошла в спальню Роксаны, убедилась, что ребёнок спокойно спит, и вернулась к себе. Задёрнула шторы, заперла дверь и легла спать, надеясь, что предосторожностей будет достаточно, и никто не узнает, что Эльза Стивенсон – это та самая Элизабет Родс, которую разыскивает не только её семья, но и герцог Ллойд собственной персоной.

Заснула я с улыбкой, а встала, когда в дверь забарабанили.

Вернула облик Эльзы, приоткрыла дверь, спрятавшись за ней. На пороге стояла Дебби с ворохом нарядов.

– Горазда ты спать, дорогуша. Мы сбегали с Розой и купили одежды на первое время. Сегодня придёт портной снимать мерки, его светлость сказал, чтобы ты заказала приличных платьев, поскольку будешь выезжать с нашей девочкой.

– Поняла, – ответила, пропуская подругу. – Спасибо тебе огромное!

– Пожалуйста. Так, что ещё я хотела сказать? А! Хозяева уехали в зоопарк, затем собирались в кафе–мороженое, так что будут поздно. До вечера ты совершенно свободна. Ужин в семь, не опаздывай.

– Хорошо.

– Ладно, я побежала, дел невпроворот. Хочу письма отправить, обувь присмотреть и в гости к подруге забежать.

Дебби исчезла так быстро, что я не успела уточнить, как быть с завтраком. Спускаться в кухню, или можно взять еду к себе наверх, или здесь принято по–другому? Отложив немаловажный вопрос на потом, направилась в душ. Ночью сил на него не осталось, но сейчас я не собиралась отказывать себе в удовольствии. В журналах писали, что огненно–водный душ – это великолепные и полезные ощущения, которые должна испытать каждая женщина.

И не солгали! Я еле заставила себя выйти из–под упругих, приятно массирующих тело струй с лёгким ароматом ванили. Можно было выбрать и другие масла, вставить пузырёк в специальный паз и наслаждаться, но мне показалось забавным пахнуть, словно булочка с кремом, и я выбрала флакон с соответствующей надписью.

Немного взгрустнула, подумав, что блаженствовать в душе мне осталось около месяца, после чего придётся расстаться и с Деборой, и с Роксаной, и с этим замечательным домом. Но… если работать няней мне даже нравилось, то позволить себе и дальше жить под именем реально существующей кузины было верхом неприличия. Она и так мне здорово помогла, что я век буду ей благодарна.

Я последовала примеру Дебби и тоже написала несколько писем. Все они адресовались нянюшке, поскольку я не знала, где она сейчас находится, в городском доме или в одном из поместий. После чего сходила познакомилась с экономкой и поваром, а также была представлена всему немаленькому штату прислуги.

Здесь тоже царила домашняя атмосфера, но субординация была куда строже, чем в нашем маленьком уютном поместье, и на мою просьбу выдать бутерброд с собой я получила и осуждающий взгляд, и выговор.

– Вы будете есть только в столовой, – важно сообщила экономка. – Если вам что–то потребуется, можете обращаться к слугам, в ваших покоях есть колокольчик.

Я видела его, конечно, но не думала, что мне, обычной няне, можно им пользоваться.

– Но…

– Так принято, – безапелляционно отрезала та.

– Ясно. А в столовой…

– Вы будете завтракать, обедать и ужинать с юной леди и господином.

Браво, Элизабет! Браво! Только ты можешь так спрятаться от герцога.

Мне требовалось немного времени, чтобы переварить столь шикарную новость, так что от еды я отказалась. Сбегала на почту, посидела подождала ответа, но мальчишка–посыльный сообщил, что адресат не обнаружен, так что пришлось отправлять остальные письма. Надеюсь, няню не уволили! А если вдруг?..

Взволнованная и растроенная я пошла назад, но на полпути вспомнила, что мне нужен новый артефакт. Пришлось идти в банк, надеясь не столкнуться там с отчимом, Эльзу–то он знал просто прекрасно. Повезло. В банке было мало людей и никого из знакомых.

Денег сняла побольше, в этот раз решила не экономить и заказать кольцо вместо заряженного камешка. Не приведи боги, и этот дом сгорит, останусь снова ни с чем. Также купила себе нижнее бельё и прочие страшно необходимые мелочи.

День прошёл в делах и заботах, но я всё успела. Правда, кольцо обещали изготовить только через три дня, но звучало это не так страшно, как месяц, например, так что я вернулась домой с чувством исполненного долга и сразу пошла переодеваться к ужину.

Решив, что волнение при первой встрече с работодателем будет вполне естественным, сильно себя не накручивала и не успокаивала. Не может ведь герцог знать, что я – та самая Элизабет. Кто вообще может заподозрить тридцатилетнюю няню в подобном?

Оделась в самое непримечательное платье из выданных, волосы скрутила в тугой узел и спрятала в специальную сеточку с маленькими бантиками, косметикой сделала лицо более бледным и невыразительным. Как ни крути, а Эльза – женщина эффектная, особенно когда подкрасится, а мне совсем ни к чему соблазнять герцога красивым видом. Няня должна быть максимально непривлекательной и неинтересной мужскому взгляду.

К столу я спустилась раньше необходимого, хотела осмотреться и почувствовать себя чуть более комфортно, познакомившись с обстановкой. Однако приготовления оказались излишними – его светлость с дочерью ещё не вернулись. В итоге я поужинала, почитала, погуляла в саду, а затем начала всерьёз волноваться.

Где они могут гулять в такое время?

Я ходила кругами – от ворот до крыльца – и не находила себе места. Уже стемнело, ребёнок голодный. Ела, небось, одни конфеты. Я, конечно, планировала устроить ей пару–тройку сладких дней, чтобы снять ненормальную тягу с сахару, но это должно было быть запланированным, а не внезапным мероприятием. Чтобы день гарантировано закончился тошнотой, и Роксана всегда сама помнила, что во всём нужна мера.

Ох, лишь бы всё было хорошо!

А вдруг какие–нибудь враги его светлости?..

Когда, наконец, к воротам подъехал открытый экипаж, в котором сидела измученная девочка, мне уже было не до герцога и моих с ним отношений. Поприветствовав его как положено, но откровенно для приличия, а не из желания понравиться или выслужиться, я взяла полусонную Роксану на руки и пошла в дом. У лестницы обернулась:

– Ваша светлость, пожалуйста, предупреждайте меня, если собираетесь забрать её на весь день, я чуть с ума не сошла! Роксана, солнышко, что с твоими волосами?

У Нортона Ллойда от такого заявления вытянулось лицо, и только по его реакции я поняла, что позволила себе лишнего, но извиняться не стала, понесла ребёнка в спальню под её едва слышный рассказ про зверюшек, сладкую вату, в которой она вся измазалась, трубочки с шоколадом и конфеты.

Я не выдержала и снова обернулась к следующему за нами герцогу:

– Детям нельзя столько сладкого, это вредно! А если у неё заболит живот?

– Эльза, не ругай его, он хороший, – произнесла Роксана. – И живот болит совсем немного. Правда, меня тошнит.

Я побежала со всех ног в спальню, надеясь, что ребёнка не вырвет по пути, но герцог оказался быстрее, даже открыл нам дверь. Без рвоты, к сожалению, не обошлось, но в целом всё обошлось малой кровью, и уставшая за насыщенный событиями день малышка заснула.

Мы с его светлостью посидели у её кровати, затем на цыпочках вышли в коридор, где я снова посмотрела на него со всей суровостью, не сразу вспомнив, что я сейчас не леди Элизабет Родс, а наёмный работник.

– Извините, ваша светлость, – сказала, делая книксен. – И прошу извинить мне мою грубость на улице. Я не привыкла, что Роксана гуляет без меня, переволновалась.

– С завтрашнего дня будем брать вас на прогулки.

Только этого не хватало!

С другой стороны, для Роксаны так будет определённо лучше. Этот мужчина совершенно не разбирается в детях. Что он ей в следующий раз предложит? Пострелять из настоящей немагической пушки? Нет уж, не будем рисковать.

– Как скажете, ваша светлость.

– Давайте спустимся в кабинет, я бы хотел обсудить с вами некоторые моменты для более плодотворного сотрудничества, – предложил герцог.

– Да, конечно, – ответила таким же деловым тоном, про себя, конечно же, съязвила: «Будто у меня есть возможность отказать!»

В классическом мрачном мужском кабинете с треском полыхали дрова в камине, но тепла не давали. Видимо, его светлость в тёплое время года держал здесь магическое пламя для атмосферы. Или сжигал бумаги? Они горят в любом огне, кроме иллюзорного.

– Итак, я готов ответить на ваши вопросы, – сообщил Нортон Ллойд, когда я расположилась в кресле у камина и отказалась принять бокал. Не хватало ещё потерять концентрацию и выдать себя.

Но каков хитрец! Хочет узнать всё, не поделившись и толикой информации. Да–да, прямо сейчас всё расскажу и задам вопросы, на которые ты ни за что не дашь ответы, бегу и спотыкаюсь. Нет уж. Бдительность – наше всё.

– Я думала, вы расскажете о своих требованиях и ожиданиях.

– Неужели у вас не возникло вопросов за два месяца работы? – хмыкнув, спросил мужчина.

– Возникли. Но я не хотела бы поставить вас в неловкое положение слишком личными вопросами, – сложив руки на коленях, ответила ему. – Расскажите то, что считаете нужным. Если останутся вопросы, я после их задам.

Ох, что–то не нравится мне, как он посмотрел. Слишком внимательно. А взгляд острый, цепкий – не увернуться, не спрятаться.

Но играть дурочку уже поздно. Раньше надо было думать.

Распрямила плечи, ответила прямым взглядом. Я – порядочная тридцатилетняя женщина, честная и ответственная няня, а не какая–то там коварная девица. Пока в образе, по крайней мере.

– Как взрослая женщина… – Его светлость сделал паузу, многозначительно на меня посмотрев.

– Не самое уместное замечание, не находите? – отреагировала я молниеносно, прекрасно зная, что дамы старше двадцати не любят упоминания возраста. Эльза реагировала именно так.

– Прошу меня извинить, – бархатным голосом произнёс герцог с небольшим поклоном. – В высоты вашего… опыта…

– Вы нарочно выводите меня из себя? – спросила ледяным тоном. И сейчас могла себе это позволить. Нортон Ллойд нарушал все мыслимые и немыслимые правила этикета и делал это совершенно сознательно в попытке вывести меня на эмоции, а значит, проговориться. Сейчас я ему отвечу, так отвечу, что мало не покажется! С милой улыбкой продолжила: – Я сегодня купила Роксане книгу по этикету, она яркая, с цветными картинками и простыми разъяснениями, как правильно себя вести. Будет замечательно, если вы изучите её вместе.

И вновь несколько хлопков ресничками. И глаза невинные–невинные, как у Роксаны после очередной сотворённой дичи.

У Нортона Ллойда вытянулось лицо.

Ну а что он думал, может оскорблять порядочную взрослую даму и не получить укол в ответ?

Не в этом случае!

– Вы меня заинтриговали, леди.

– Мисс Эльза Стивенсон, – напомнила чопорно. Про себя же испугалась. Это намёк, что он знает, кто я на самом деле или я сейчас рассуждаю, как вор, у которого на голове шапка горит?

– Прошу меня извинить, – в очередной раз был вынужден произнести герцог. – Вы ведёте себя не как прислуга, я поневоле обращаюсь к вам так, как чувствую.

– Сочту за комплимент. А теперь прошу вас завершить фразу без двусмысленных подводок. Давайте напрямую.

– Напрямую? Отлично!

Его светлость так обрадовался, что я на мгновение подумала, будто дальше последует фраза из разряда: «Ну что, Элизабет, добегались? А теперь, пожалуйста, проследуйте в мою спальню, чтобы вы были должным образом скомпрометированы! Негоже так портить мою мужскую репутацию: живёте со мной под одной крышей, а спите в отдельной комнате. Непорядок».

В дверь постучали – принесли чай для меня, хотя никто его не заказывал.

– Да? – коротко и сухо уточнил герцог.

– Госпожа Фантао велела отнести для мисс Стивенсон, – с поклоном ответил слуга, выставляя на стол приборы и наполняя чашку из заварочного чайника.

Страха в его голосе не чувствовалось, что вновь показалось мне удивительным, слишком шло в разрез с тем, что слышала про Нортона Ллойда раньше. Да и видела сейчас тоже. Он ведь хитрый и коварный! Настоящий дракон. Любой его шаг продиктован личной выгодой, любое слово тщательно выверено.

– Вы понравились моим людям, – сказал герцог, когда дверь за слугой закрылась. – Беспокоятся о вас.

Ага, значит, у них есть повод для волнения!

Ой, что–то мне не по себе.

Сделала глоток горячего чая, позволив себе это промедление с ответом, чтобы восстановить равновесие в душе.

– Не думаю, что у них есть повод для беспокойства, – ответила ровно и отставила чашку.

– Да? И почему же? – Мужчина выглядел искренне удивлённым.

– Как я успела убедиться, вы справедливый и честный чело… дракон, – исправилась я, после чего произнесла положенную в данном случае фразу с извинениями. – Мой срыв на крыльце был продиктован волнением за Роксану, и вы можете понять мои чувства, а оттого не станете наказывать увольнением.

– Я не собираюсь вас наказывать вовсе. Вы полюбились и моим людям, и главное – дочери, а значит, я вас не просто не уволю. Не отпущу.

Гипнотические жёлто–зелёные глаза мужчины впились в меня намертво, и я застыла статуей, не в силах вынырнуть, вырваться из захвата.

В дверь снова постучали, и Нортон Ллойд резким и каким–то хищным движением развернулся в сторону входящего с серебряным подносом слуги.

– Угощения, – сообщил тот, не моргнув глазом.

– Если ты появишься здесь ещё раз…

– Не появлюсь, – отреагировал тот и молниеносно ретировался.

Жаль, не удалось услышать угрозу. Хотя, возможно, герцог бы её и не озвучил до конца. Да и зачем? И так все его отлично поняли.

Я взяла чашку с горячим чаем, сделала ещё один глоток, но на место напиток не вернула. Раскалённый фарфор обжигал пальцы и отвлекал тем от герцога. Можно даже сказать, он обжигал пальцы, но охлаждал мозг. Буду держать его поближе, пусть мизерная, но защита. Мы с герцогом в разных весовых категориях, и я отчётливо ощущаю, что он меня продавливает.

Что значит это его «не отпущу»?

– Прошу вас объяснить свои слова. Я работаю по контракту. Когда он закончится…

– Вы подпишете новый, – закончил наглый драконище.

Ещё скажи, брачный!

– Не уверена, – ответила холодно. – Более того, если мы переходим к угрозам и бессовестному давлению, замечу, что подписанный мной в королевской кадровой службе договор уже нарушен с вашей стороны, притом не единожды.

И это чистая правда. Договор гарантировал мои права и прописывал обязанности работодателя, где чёрным по белому напечатано, что он несёт ответственность за мою безопасность и сохранность вещей. И не только это.

– Я всё оплачу.

– Вы безусловно оплатите покупку новых вещей и артефактов взамен утраченных, но есть куда более важный пункт договора.

– Местоположение, – утвердительно произнёс герцог.

А он изучил договор и запомнил его условия, хотя мог поручить это секретарю. Основательный мужчина. Привык всё делать качественно. Уважаю.

– Именно.

В дверь снова постучали, она негромко скрипнула, в проёме появилась Дебора.

Я едва не рассмеялась. Слуги ловко обошли приказ герцога не мешать. В прошлый раз было адресное обращение, но теперь мы видим совсем другого человека!

Ну, прохиндеи! А я ещё удивлялась, откуда у Роксаны столько криминальных талантов. Здесь все друг друга стоят.

– Ваша светлость, позволите один вопросик? – проворковала Дебора с нежной материнской улыбкой. Я не знала больше никого, кто может столь обезоружить одним движением губ.

– Нет, – устоял герцог, но видно было, что немного смягчился. Разгладились хмурые морщинки на лбу.

– Прошу извинить, – также мягко произнесла Дебби и тихонько удалилась, подмигнув мне напоследок.

Герцог поменялся в лице, даже головой покачал, мол, что вообще происходит в доме, не могу в это поверить, но злиться или ругаться не стал, вымещать на слугах или мне злость – тем более. Казалось, он с трудом сдерживает смех, даже пытается его заместить показной строгостью, но я не была уверена до конца. Однако разговор мужчина продолжил так уверенно и ловко, будто не было этого маленького перерыва.

– Готов обсудить ваши требования и учесть их в новом договоре, а также, если настаиваете, мы можем сходить в кадровую службу и подписать дополнительное соглашение, в котором пропишем новый адрес и повышение вашего жалования, скажем, в пять раз?

У меня глаза на лоб полезли. Я, конечно, никогда не распоряжалась средствами самостоятельно, не считая выделяемых мне сумм на булавки, но много читала и знала, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Я даже носом потянула, пытаясь ощутить пряный аромат сыра с плесенью, но уловила лишь запах дерева и приятного мужского парфюма.

– Звучит заманчиво, но…

– Но? – Нортон Ллойд нарочито недовольно округлил глаза.

Неужели думает, что на меня это действует? Я вас умоляю! Общение с актрисой от бога Роксаной меня здорово закалило.

– Нецелесообразно платить за ту же работу в пять раз больше. Чувствую подвох. И хочу сразу озвучить свою позицию: я искренне верю, что не всё в этом мире продаётся и покупается.

– Не всё, здесь мы с вами солидарны, – не стал спорить герцог. – Но услуги…

– Я не продаюсь с потрохами, ваша светлость. Ни я сама, ни мои услуги! – Встала, вернула чашку на стол. – По условиям договора я имею право, но не стану увольняться незамедлительно, поскольку не хочу бросать Роксану в сложный для неё момент, всё–таки переезд – определённый стресс для ребёнка. Но решение, подписывать или не подписывать новый договор, я приму сама. Если вы будете готовы продолжать со мной сотрудничество, конечно. Всего хорошего.

И я удалилась, пока всемогущий герцог «обдумывал ситуацию», а попросту говоря, пребывал в шоке от поведения какой–то там няньки. Дерзкой и наглой.

Умею я сидеть тише воды, ниже травы, ничего не скажешь.

Только в спальне дошло, что вопросы я ему никакие не задала, а стоило бы хоть парочку.

Глава 5

Первая неделя произошла под девизом: «Не скажи герцогу ни единого лишнего слова». Конечно, мы здоровались и прощались, периодически благодарили друг друга, всё же обойтись совсем без общения за столом и во время прогулок с ребёнком, было невозможно. Но и к каким–либо обсуждениям не тяготели.

Однако я постоянно чувствовала его взгляд. Уже совсем не холодный, а, скорее, заинтересованный. И поневоле поглядывала в его сторону, не забывая недовольно поджимать губы.

Вторая неделя прошла гораздо интереснее. Мы начали спорить. По любому поводу, даже обсуждая новости за завтраком или гуляя в парке с непоседливой Роксаной. Он почти всегда давил аргументами, но иногда и я выходила победительницей, особенно, если разговор заходил о детях. Здесь–то я начиталась столько, что порой казалось, могу преподавать в специальном учебном заведении. Самое удивительное, что герцог не злился, а со смехом признавал поражение и искренне хвалил меня.

И почему я раньше думала, что он такой страшный и ужасный? Это ведь, наверное, в совете он грозный и влиятельный, но дома–то вполне спокойный, уравновешенный и справедливый. Слуги его любят, дочь боготворит. Я держусь настороженно, но нет–нет, да и очаровываюсь его невероятным умом, умением дискутировать и…

Так! Неужели я им восхищаюсь?

Возможно, в некоторых вопросах. Но и незакрытые моменты остались!

Почему он не был с женой, когда та так сильно страдала? Судя по рассказу кухарки, женщина долго мучилась. Как муж, он обязан был поддержать её! Свозить к лекарю или на море. Обнять, утешить, разделить с ней её горе.

Почему он раньше держал дочь в отдалении, а теперь признал, вернул и начал везде с ней гулять, порой казалось, даже хвастаться. Очень уж он выглядел гордым папашей, хотя в том, что девочка выросла такой умницей, не его заслуга. Деньги деньгами, но есть и более важные моменты, которых он дочь лишил.

И тем не менее, он подобрал ей идеальное окружение. Все её искренне любили, оберегали, заботились. Поместье было хорошо защищено снаружи, уничтожить его могли только изнутри. Что успешно и сделали, кто бы мог подумать!

Но всё же… Не верю я в озвученную кухаркой причину. Я, конечно, не могла похвастаться хорошим знаем характера и привычек его светлости, но он не напоминал мужчину, который удалит дочь из–за схожести с почившей матерью. А вот из соображений безопасности… Ну, здесь тоже спорный вопрос, на самом деле. Разве рядом с ним не безопаснее?

Вопросов накопилось немало и я бы хотела получить на них ответы, но отдавала себе отчёт в том, что я в доме Нортона Ллойда на птичьих правах и не могу претендовать на столь личную и, похоже, тайную историю.

И тем не менее поймала себя на мысли, что в глубине души я уже оправдала герцога по всем фронтам, и теперь периодически им любуюсь. И даже не помышляю об увольнении.

Да что говорить, я за всё это время ни разу не попыталась узнать, что происходит в моём родном доме, полностью сосредоточившись на герцогском! Может, о несостоявшейся помолвке давно забыли, меня никто не ищет, а мама понапрасну переживает.

Сражённая этим фактом, я закусила губу. Что же делать? Нянюшка так и не ответила, в облике Эльзы… Эльза! Я ведь могу ей написать! Любимая кузина никогда не подведёт, соберёт аккуратно информацию и сообщит, что к чему.

Как хорошо, когда есть человек, которому можно полностью довериться! Кузина всегда меня поддерживала, больше на словах, конечно, потому что мы жили в разных городах, но всё же мы без конца писали друг другу письма и делились сокровенным.

Я быстро написала письмецо с вопросами и побежала на почту, не доверив секретное послание секретарю его светлости, который всегда был рад помочь, всё равно регулярно отправлял корреспонденцию герцога.

В отделении работало одно окно, потому скопилось немало людей, я заняла очередь и, чтобы не скучать, открыла журнал с форумом. И чуть не упала от такого совпадения! Я ведь подумывала спросить то же самое!

На вопрос Агаты (героиня книги Матильды Старр «Очень плохая гувернантка») «Что делать, если мне нравится отец мой подопечной?» последовали сотни ответов:

«Что, опять?!!!»

«О, еще одна дурочка! Откуда вы только беретесь?»

«Ничего не делать. Работать как работала. Максимум, что тебе светит, – короткая интрижка и испорченная репутация. Потом будешь слёзы лить»

«Да–да! Через месяц откроешь новую тему – меня уволили и, кажется, я беременна».

Посчитав ветку форума знаком судьбы, я в очередной раз напомнила себе, что изначально пришла работать ровно на три месяца и ни днём больше, а затем хотела сесть на поезд и уехать куда глаза глядят.

Но теперь эти глупые глаза всё чаще смотрели на Нортона Ллойда!

И к Роксане я привязалась так, что боялась представить, как она будет без меня, а я – без неё. В последнее время малышка успокоилась, и я даже периодически думала, что обманулась на её счёт, а дом не от магии сгорел. Есть же различные вещества, а маленькая прохвостка – тот ещё специалист по химии. Если она не дракончик, а простой человек, но нет никакого особого секрета, просто она осиротела, а герцог её избаловал. С кем не бывает?

Нет, нет и нет! Я не буду его оправдывать! Он бросил ребёнка – и точка! Он хотел меня купить, угрожал, что не отпустит…

Так мужественно выглядел при этом, конечно. Настоящий ревнивый драконище. Глаза горят, на виске пульсирует вена, мышцы напряжены.

Схватилась за голову. Мамочки! Неужели я влюбилась в него и не заметила? А ещё считала себя разумной девушкой!

Бежать!

Всё, решено! Отработаю последнюю неделю и вернусь домой. А захочет свататься – пусть сватается, вот!

Отправив письмо, я пошла в ближайший городской парк прогуляться и хорошо подумать, как я докатилась до жизни такой. Где это видано, чтобы нормальная девица сбежала от брака с мужчиной, а потом влюбилась в него? Ещё и под видом другой девицы!

Меня буквально придавило от несправедливости жизни, и я с тяжёлым вздохом опустилась на ближайшую лавочку.

Однако, не успела я перевести дух, как соседнюю лавку заняли две юные леди. Сопровождающие их дамы остались стоять у воды и явно оживлённо о чём–то сплетничали, их подопечные не отставали:

– А что же свадьба? Неужели он теперь откажется? Говорят, они подписали брачный контракт, – говорила одна барышня.

– Даже если у него и роман с этой невыразительной особой, когда подобные интрижки заканчивались походом в храм? Поиграет и забудет. Ну, или будет держать при себе и любовницу, и жену. Многие так делают, – авторитетно делилась мнением вторая.

– Ужас. Я хочу выйти замуж по любви.

– Все хотят, Адель, но кто выходит? – грустно, но справедливо заметила её подруга.

Ситуация немного напомнила мою, и я вдруг подумала, что, если я тоже нравлюсь герцогу? Да, я одеваюсь и подкрашиваюсь специально так, чтобы казаться максимально непривлекательной, но нам так интересно общаться, что порой обсуждения переносятся в гостиную или кабинет, а то и затягиваются на несколько дней – каждый добавляет аргументы к своему мнению, продолжая гнуть свою линию.

Роксана тоже с интересом следила за разговором и периодически подключалась с идеями. И, казалось, проводя с нами время, она стала куда спокойнее и даже бедокурить почти перестала.

Почти, но не совсем.

Но в городе она стала куда больше себя контролировать и, если вдруг шалила, то старалась делать это незаметно для окружающих. Только я намётанным взглядом вычисляла её проделки и точно знала, почему «совершенно случайно» упал вон тот противный, не давший милой девочке с бантиками мяч, мальчик, или… Перечислять можно было бесконечно.

Все шалости заканчивались долгим разговором дома, порой даже наказанием, но у меня никак не выходило придумать что–то такое, чтобы ей не нравилось. Она с восторгом принимала любую работу и особенно радовалась новому.

На форуме посоветовали поставить её в угол – она села на пол и принялась повторять счёт, затем начала загадывать загадки проходящим мимо слугам, а те, конечно же, включались в игру. Опустим момент, что «проходили мимо» они прямо через неудобно расположенную детскую, в которой вообще с роду жизни не было сквозного прохода. Но захаживали исправно! И то и дело «совершенно случайно» роняли конфеты или записочки.

Жаль, у меня не было полномочий и их поставить в угол, то–то я бы повеселилась, расставив их в разных комнатах!

Вторым предложением с того же форума были горох и ремень, а также лишение сладкого, но первые два варианта я сама не готова была применить, а в том, что не сработает третий, убедилась на опыте Деборы несколько месяцев назад. Слишком рискованно. Так что я потихоньку и под разными соусами напоминала ей о вреде сладкого, надеясь, что рано или поздно метод сработает. И никто при этом не пострадает.

В итоге я всё–таки пошла беседовать с герцогом, потому что всё больше склонялась к тому, что воспитываю дракончика, а не человека, ведь человеческие методы наказания на Роксану не влияли вообще никак. Разве что развлекали!

И снова его кабинет. Вечер. Пылающий камин.

Только вот я уже не та, что прежде.

Сердце замирает при виде сурового профиля, чтобы в следующее мгновение сорваться в бешеный галоп.

– Эльза?

– Добрый вечер, ваша светлость. Можно вас ненадолго отвлечь?

– Да, конечно. Проходите.

– Я не буду ходить вокруг да около, – сразу взяла я быка за рога, притворив дверь. – Скажите, пожалуйста, Роксана – дракон?

– С чего вы взяли?

Мне показалось или герцог напрягся? Но быстро сообщила о причинах такого предположения и сообщила, что информация нужна исключительно для того, чтобы правильно подобрать методику воспитания. Если в первое время после приезда в город Роксана вела себя замечательно, то со временем вновь начала шалить, и её хулиганства набирали обороты.

– Вы ведёте к тому, что не работаете с драконами? – сухо поинтересовался мужчина. – Не сработает. Я вас не уволю.

– Я прямо говорю, что данная информация нужна для общения с ребёнком. Я должна точно знать, на что она способна и в какие моменты проявляется её дар, иначе не смогу своевременно защитить.

– Защищать дочь – моя забота.

Почувствала такую тяжесть на плечах, словно его подозрительный взгляд весит не меньше гранитной плиты, но сдаваться – не моя стратегия.

– Няня – не посторонний человек. Вы ведь меня проверяли!

– Верно. Вы – кузина моей невесты. Но это совершенно не означает, что я должен вам доверять.

Что?

На мгновение показалось, что у меня слуховые галлюцинации!

– Невесты?

У меня глаза на лоб полезли. Какой такой невесты, разве я – не она? Что вообще происходит?

– Да, я помолвлен с леди Элизабет Родс, мы буквально две недели назад подписали брачный договор.

Что?

Что?!!!

– Поздравляю, – прошелестела тихо. – И когда счастливое событие? Роксана знает?

– Нет, я пока ей не сообщал. Как вы верно заметили, у неё и так сейчас небольшой стресс, пусть освоится, затем я их познакомлю, – не отрывая от меня взгляда, ответил его светлость.

А дату свадьбы не сказал!

– Роксана будет жить с вами или…

– Здесь. Дочь будет теперь всегда жить со мной.

– До замужества, – напомнила я деликатно и, скомкано завершив разговор, попрощалась и вышла из кабинета. Сбежала!

На середине лестницы вспомнила разговор девиц в парке. А ведь они говорили о нас с его светлостью! Но что тогда получается? Пойдут слухи, будто кузина Элизабет Родс специально нанялась к герцогу, чтобы его соблазнить?

И кто вообще занял моё место?

Как они вообще посмели обмануть герцога, ведь если он узнает о подлоге, интриганам несдобровать!

Я буквально с ума сходила от беспокойства, не могла ни есть, ни спать, но судьба оказалась ко мне столь же благосклонной, сколь и жестокой. На следующий день я получила ответ на главный вопрос – кто, чёрт возьми, такая Элизабет Родс! И мне даже выходить из дома не пришлось – она сама заявилась к жениху, притом с самого утра.

Я как раз шла завтракать, когда услышала свой родной голос. Сняв туфли, подошла к перилам и посмотрела вниз, в фойе.

– Ваша светлость, вы должны объясниться! – говорила точная копия меня.

– Элизабет? Не находите, что время для визита не самое удачное? И где ваше сопровождение? – холодно напомнил герцог о правилах этикета.

– Я приехала к жениху, мне не нужно сопровождение! – метала громы и молнии девица.

Я почувствовала себя странно. Вижу себя, слышу свой голос, но ощущение, будто я попала на плохой спектакль. Элизабет Родс никогда не была истеричной и вспыльчивой. Кому, как не мне, это знать?

– Если вы будете позволять себе подобное поведение, свадьба не состоится, – сказал, как отрезал, Нортон Ллойд.

– Но…

– Возвращайтесь домой и наймите себе преподавателя по манерам. Я более не намерен выслушивать вас в своём доме.

Ух, до чего он может быть ледяным и неприятным! Представляю, что испытывает подставная Элизабет, если даже я наверху покрылась мурашками и сделала шаг назад.

И упёрлась в Роксану, которая, оказывается, тоже подслушивала!

Мы переглянулись и не стали друг друга выдавать, наоборот, присели, чтобы было удобнее незаметно подглядывать.

Нянька из меня, конечно… Мировая! Я бы такой радовалась, клянусь!

Как бы ни пытался герцог вежливо выставить девицу, та сопротивлялась. Припомнила ему и бесстыжую няньку, и избалованного ребёнка, который должен жить в деревне и носа не казать в столицу, и некоторые, не устраивающие её пункты брачного договора. У нас с Роксаной глаза на лоб лезли от подобных заявлений, но мы мужественно молчали.

А потом платье девицы загорелось. Точнее, начало тлеть сразу в нескольких местах. Она пришла в себя, возмущённо зыркнула на герцога и выскочила за дверь, которую его светлость самостоятельно закрыл на засов. Если бы осенил жестом, изгоняющим демонов, я бы его поняла и не осудила.

– Это не я! – звонко произнесла Роксана, выдавая нас обеих.

Недовольно зыркнула на неё, затем отползла в сторону, к туфлям, поднялась и уже с высоты своего роста ответила:

– Доброе утро, моя хорошая. Что ещё случилось? Я тебя ни в чём не обвиняла.

– Роксана действительно ни при чём. Это я, – признался герцог.

Мы с активно делающей вид, что она только вышла из комнаты, девчушкой как раз подошли к лестнице и после столь неожиданного заявления едва не полетели с неё кувырком.

Я судорожно думала, что бы такого сказать, чтобы не вызвать подозрений.

– А что случилось? – спросила не очень искренне.

– Я не мог проявить грубость по отношению к даме, пришлось импровизировать.

– То есть мне нельзя играть с огнём, а тебе можно? – сделала вывод девочка.

– Нет! – в два голоса ответили мы с герцогом.

– Роксана, на самом деле… – начала я, но стушевалась, не зная, как правильно выйти из непростой ситуации.

– Я услышал твои шаги и сделал не так, как планировал, – выкрутился смущённый дракон. – Но пример с меня не бери.

– Но ты ведь поджёг её платье! – Роксана обвинительно ткнула в отца пальчиком. – Как теперь будешь с ней объясняться?

– Пока не представляю.

– Скажи, что это я за тебя вступилась. Мне она не понравилась! – определилась девочка. – Красивая, но злая и противная. Это на ней ты собрался жениться? Я категорически против.

– Дочь…

– Подожгу храм прямо во время церемонии.

– Силёнок не хватит, – съехидничал жених, свадьба которого внезапно накрылась медным тазом, а он, кажется, не очень–то и расстроился, более того, подначивал дочь на настоящее преступление!

Вот оно – драконье воспитание! Сразу видно, что не люди. Друг за друга горой – это раз, плевали на нормы морали и этикета – два, изворотливый ум – три… Перечислять можно бесконечно.

– Я предупредила, – сообщила Роксана и, грозно сверкнув голубыми глазищами, пошла в столовую.

Умильно прижала руки к груди. Моя девочка! Сколько в ней стати, гордости, сообразительности! Ну что за чудесное создание?

Герцог, однако, моих восторгов не разделял.

– Это так вы воспитываете Роксану?

– Поскольку я работаю у вас последние дни, скажу прямо, ваша светлость: учитывая увиденное, я рада, что у Роксаны сильный и независимый характер. Надеюсь, я успела научить её верить в себя и свои силы, – сообщила с достоинством и последовала за воспитанницей.

Глава 6

К обеду я буквально места себе не находила. Кого же поставил на моё место отчим? Почему не боится гнева его светлости? Уверен, что его аферу не раскроют? Но ведь я могу в любой момент вернуться и…

Или меня планируют устранить?

После обеда я сослалась на головную боль и не поехала с его светлостью и Роксаной на прогулку, но, стоило им уехать, выскользнула на улицу и побежала к мастеру иллюзий. За несколько медяков мне выдали одноразовый лик дамы преклонного возраста, и через четверть часа я уже стояла у чёрного хода в собственный дом.

Я знала, на какие рычаги надавить, чтобы меня пустили на кухню, потому представилась родной сестрой нянюшки и попросила стакан воды, чтобы хоть немного утолить жажду после утомительной долгой дороги. А там особого труда не составило расспросить, что и как, в отличие от герцогского дома, у нас слуги не умели хранить секреты, особенно поварята. Главное – задавать верное направление их языкам и своевременно ахать и охать.

От услышанного у меня волосы на голове встали дыбом, хотя о многом я догадалась и, по сути, пришла лишь проверить подозрения.

Няню мою прогнали едва ли не взашей! Следом отчим сослал мамулю в дальнее поместье. Опять же, за ненадлежащее воспитание дочери. А после в дом приехала погостить Эльза, но как приехала, так и уехала, зато блудная дочь вернулась, правда «какая–то она странная, на себя не похожая, видать, досталось девке».

Я поблагодарила за чай и угощения, едва отбилась от гостеприимного приглашения переночевать, да вернулась в поместье герцога Ллойда точно к ужину, будто нарочно подгадала.

– Прогулялась немного, подышала свежим воздухом, подумала о своём, – выдала оправдание, когда на меня уставились две пары глаз.

За столом я не нашла в себе сил поддерживать беседу – обдумывала полученную информацию и пыталась понять, как правильно поступить. Ранее я не сталкивалась с какими–либо заговорами и интригами, точнее, ловко их избегала. При дворце даже юным леди приходилось худо, так что слепой и глухой я не была, и чрезмерно осторожничала, потому и никуда не влипала. Здесь же я буквально чувствовала, что угодила в водоворот серьёзной интриги. Понять бы, какой.

– Ты должна быть честной с собой, Роксана. Можешь врать окружающим, даже мне, но себе никогда не ври, – сказал дочери герцог, и я подняла на него взгляд.

– Роксана, это самое полезное, что ты можешь для себя сделать, – произнесла я. – Слушай папу. Всё, что он тебе говорит, направлено исключительно на твою личную выгоду. Даже если ты чего–то не понимаешь, запоминай и бери на вооружение.

Пока они беседовали, я решила применить совет к себе. Посмотрела на парочку драконов. Хоть и не позволила я себе влюбиться в работодателя по уши (надеюсь!), но совершенно им очарована, хоть и вижу, что у него далеко не один недостаток. А дочь его люблю всем сердцем и хочу, чтобы она прожила долгую и счастливую жизнь.

Готова ли я с ними расстаться?

Если ответить себе честно, то нет. Но если заглянуть ещё глубже, то я не готова, но смогу. Переживу. Не ясно, как долго буду тосковать, но рано или поздно переживу. Справлюсь.

Наверное.

Но ведь не хочу. Ой, как не хочу!

Пожалела ли, что сбежала из дома?

Нет! Ни на мгновение. Я рада, что получила такой опыт, что смогла познакомиться с замечательными людьми, попасть в драконью семью, где все искренне заботятся друг о друге, поддерживают друг друга. Прежде я не сталкивалась с подобным отношением и очень жаль. Но хоть узнала, что и такие семьи бывают.

Но то, что я лишилась возможности выйти замуж за герцога… Здесь я посыпала голову пеплом, как жрецы в день восхваления бога смерти. Этот поезд ушёл. И я сама во всём виновата. Теперь я леди с подмоченной репутацией и не гожусь в жёны высокопоставленному лицу.

А ведь ещё нужно поговорить с Роксаной, объяснить ей, почему ухожу…

Неожиданно картинка перед глазами расплылась.

– Эльза! Эльза, что с тобой? – испугалась моя маленькая зайка.

– Я… не хочу с тобой расставаться, – неожиданно для себя выдала я.

– В каком смысле? Папа?!

– Никакого расставания не будет, моя хорошая. Мы с мисс Стивенсон немного поспорили, она думает, что я её уволю. Иди к себе, золотце, а мы пройдём в кабинет, поговорим. Да, мисс Стивенсон? – с напором произнёс мою фамилию герцог.

Кивнула. Затем обняла подбежавшую девочку, прижала к себе на мгновение.

Великие боги, помогите! Что же мне делать? Руки не могу разжать, чтобы выпустить из объятий мою милую крошку. Правду говорят, что хороших детей любишь вполсилы, зато хулиганы всю душу вытрясут, да займут место в твоём с сердце с комфортом.

Но нужно. Нужно разорвать этот контакт. Отделиться от неё.

– Скажите правду! – велел Нортон Ллойд, стоило мне закрыть за нами дверь кабинета.

– Я не хочу уезжать! – выпалила в то же мгновение, хотя собиралась сказать совершенно иное.

– Вас никто и не гонит.

– Я не хочу подписывать новый договор.

– Не подписывайте.

– Но…

– Эльза, просто расскажите, что вас тревожит, а я решу эти проблемы, после чего вы со спокойной душой останетесь с нами. Думаете, я не вижу, как вы с ума сходите от беспокойства?

Только вот, что ему сказать? Вся моя история – нагромождение лжи, недомолвок и увёрток. Если фундамент построен на лжи, то и дом стоит кривой.

А с другой стороны, если он меня прогонит, значит, так суждено. Зато я буду точно знать, что ушла не зря, а не жить в вечных сомнениях. Кроме того, его светлость – политик и интриган, ему наверняка куда проще распутать клубок интриг, мне же не хватает опыта и, возможно, специальных знаний.

– Это долгая история, – начала я.

В дверь постучали и мы с герцогом увидели смущённую Дебору.

– Извините, ваша светлость. Вы что, увольняете нашу Эльзу? – совершенно против всех правил спросила Дебби.

– Нет. Она пытается уйти, но я ей не разрешаю, – без доли аристократической надменности и даже как–то по–семейному ответил Нортон Ллойд.

Нет, мне решительно нравится политика драконов не просто держать прислугу, а делать всех частью семьи. Это славно и мило. И тепло. И невероятно важно для каждой одинокой души найти свой уголок, где тебя любят и ждут, переживают, заботятся.

Я так растрогалась, что на глазах едва не выступили слёзы.

– Закрыть дверь на ключ? – уточнила Дебби.

– Думаю, я смогу справиться с хрупкой барышней, – едва сдерживая смех произнёс герцог.

– Мы в вас верим, ваша светлость. А ты… Ух, смотри мне! – пригрозила Дебора. – Только попробуй!

– Ну, теперь Эльза точно не посмеет сбежать, – успокоил хозяин дома взволнованную домоправительницу. – Она у нас решительная и смелая, а ещё рассудительная. Сейчас всё тщательно взвесит и останется с нами.

– Надеюсь.

Когда Дебора ушла, я вопросительно посмотрела на мужчину, но тот не отреагировал.

– Вы не будете ставить защиту от прослушивания? – удивилась я.

– Зачем? Чтобы домашние умерли от любопытства? Или вы хотите рассказать что–то личное?

– Да. Мне бы не хотелось, чтобы они подслушали то, что я должна рассказать им лично, – окончательно определилась я. И стало так легко–легко на душе, будто я всегда знала правильный ответ, но почему–то боялась позволить себе так думать.

Магические искры сорвались с кончиков длинных сильных пальцев, оплели дверь, растеклись сверкающими ручейками по стенам.

– Слушаю вас.

– Пообещайте, что сперва выслушаете до конца, затем будете принимать все необходимые решения, – подстраховалась я на случай, если мужчина разгневается и начнёт меня гнать из дома в шею после первой же фразы.

– Моё слово – гарант вашей безопасности и вашего спокойствия. Не тревожьтесь понапрасну, просто поделитесь наболевшим.

Замок вдруг щёлкнул – нас всё–таки закрыли. Я не знала, плакать или смеяться. Ну что за неугомонная женщина эта Дебора!

– Вы даёте слугам слишком много воли, – заметила, с трудом сдержав порыв закатить глаза.

– Я отношусь к ним, как к членам гнезда, то есть к тем, за кого могу убить. Они свои, им позволено то, что не позволено остальным, – коротко и ёмко обозначил свою политику дракон.

– И готовы принять меня в святая святых?

– По результатам этого разговора, – не стал миндальничать и лукавить герцог. – Я признаю только полное доверие.

Теперь мне стали ещё более понятны рассказы Деборы о том, как его светлость возмещал ущерб слугам, а также реакцию жителей маленького, но дружного поместья на внезапный пожар. С таким хозяином чего им бояться? Неприятно, но не смертельно, как говорится.

Хотя лично я по–прежнему считала это ужасным, и капала на мозги Роксане, чтобы больше так не рисковала. Ведь она может не знать, что в доме гости и сжечь их. Этот аргумент её убедил, потому я надеялась, больше никто не столкнётся с гневом дракона, выраженном в столь категоричной форме.

– А я могу рассчитывать на ваше доверие? – задала вопрос, ответ на который многое для меня значил.

– Разумеется. Любые отношения – это работа с двух сторон.

Он был холоден и словно нарочно мне не помогал. Ни тебе мягкого, обходительного тона, ни бархатных ноток в голосе, которыми герцог обычно пользовался, ни располагающего взгляда и открытой позы.

Ладно. Я приняла решение, значит, не буду оттягивать неизбежное. В конце концов, сколько можно жить во лжи и недомолвках? Мы взрослые люди и должны говорить друг с другом, а не надеяться, что кто–то о чём–то догадается или мистическим образом почувствует.

Подняла взгляд на мужчину и начала рассказ с самого начала. Не скрывая совсем ничего, даже про свои страхи рассказала. Единственное, о чём умолчала, так это о некоторых проделках Роксаны. Это наши женские дела, незачем его в них посвящать.

– Я рад, что вы открылись мне, Элизабет.

– Вы не выглядите удивлённым, – заметила, вглядываясь в непроницаемое мужское лицо.

– Я однажды вам сказал, что в мой дом не попадают непроверенные люди, к дочери тем более попадают лишь лучшие из лучших. Разумеется, я знал о вас.

– Но… Как же?..

– Вы помните нашу первую встречу, Элизабет? – неожиданно ошарашил мужчина вопросом.

– Я была в королевском саду.

– Нет. Мы познакомились в день вашего дебюта, на балу. Племянница леди Марсборг, вечно забываю её имя, но это и неважно, пролила на ваше платье бокал красного вина прямо перед вашим танцем с его величеством.

– Я была так взволнована, что ничего кругом не видела и не запомнила, – призналась, замирая в ожидании ещё более волнительной истории – моменте нашего знакомства.

– Она также распустила шнуровку на вашем платье, применив магию.

– Это я помню.

Сложно забыть настолько постыдный момент. Инесса развязала не просто шнуровку, она умудрилась отвязать мои нижние юбки от каркаса! После этого случая я ушла от модных лепестков, которые крепили особым образом, создавая эффект изящного бутона, и отдала предпочтение цельноскроенным юбкам.

От неприятных воспоминаний бросило в жар.

– А кто помог вам?

– Я не знаю. Кто–то добрый и хороший, есть ведь такие в нашем королевстве. Вы?! – дошло до меня с опозданием.

– Я.

– Но вы были в маске. Как я должна была вас узнать?

Почувствовала обиду на герцога. За ним бегал весь свет, а он, негодяй такой, лишил меня волнительной истории, которую я могла рассказывать светским злыдням для более активного производства яда с их стороны. Эх! Могли бы поднять на ноги производство мазей для спины и суставов. Нянечка моя такими пользовалась и вечно говорила, что змеиный яд самый полезный. А при дворце что ни кобра, считай, всё королевская! Что ни фраза – то концентрат лечебного зелья, только банки подставляй!

– Сказал бы: сердцем почувствовать, но у вас, Элизабет сердце какое–то нечувствительное, – печально сообщил герцог.

– Что вы имеете в виду?

– Я спас вас на балу, затем в саду, когда подол вашего платья пришпилили розой к земле, после мы с вами трижды танцевали на маскараде…

– Я никогда не танцевала с одним и тем же партнёром трижды!

– Мы просто поменялись с другом пиджаками и масками.

– Извините, я правда не помню. Не обратила внимание, – повинилась я, про себя испытывая смесь ужаса и восторга.

Это что же получается? Герцог Ллойд проявил ко мне интерес, а я не заметила?

Ну так сам виноват! Активнее нужно его проявлять. Цветы дарить, подарки, в гости приезжать, водить в кондитерскую и парк.

– Потому и говорю, что сердце ваше что камень. На прогулки со мной не ездили, букеты отправляли назад, приглашения не принимали.

– Я?! – Моему удивлению не было предела.

– Ну, по всей видимости не вы, а кто–то из членов вашей семьи. Для меня же вы выглядели недоступной гордячкой. Красивой, доброй и утончённой при этом.

По моему виду его светлость понял, что его нарочно заманивали в сети брака, притом без моего на то ведома.

– У вашего отчима есть перстень в перевёрнутым треугольником, вписанным в неровный овал, думаю, вы его видели, – неожиданно перевёл тему герцог.

Я нахмурилась, не понимаю, к чему столь радикальная смена беседы. Но не ответить не могла.

– Да. Он что–то значит?

– Членство в одной древней секте, которую несколько последних столетий безуспешно пытается искоренить тайная канцелярия. Их задача – не просто уничтожить драконов, но и выкорчевать саму память о нашей расе. В прошлом это была горстка фанатиков, сейчас – разветвлённая сеть всё тех же фанатиков, но уже куда более могущественных и влиятельных. Они отличаются непримиримостью и жестокостью, идут по головам, не считаясь даже с чувствами близких людей.

Все определения подходили отчиму и мне было интересно послушать о них, но о чувствах его светлости я хотела услышать гораздо сильнее! Но он к ним больше не возвращался. По крайней мере, пока.

– Суть задумки в том, что вы, юная и трепетная, должны были очаровать какого–нибудь дракона. К их счастью, клюнул на столь восхитительную приманку я.

Ох, это я восхитительная? Продолжайте, ваша светлость, не останавливайтесь ни на мгновение. Я готова слушать хоть про секты, хоть про что угодно, лишь бы в рассказ вы вплетали крохи своих чувств ко мне. Истинной мне, а не образу Эльзы Стивенсон!

– Вы меня смущаете, – произнесла положенную фразу.

– У них существует хорошо отработанная схема: девушку нарочно запугивают браком с ужасным драконом, подкидывают идею побега, а после убивают ненужную больше барышню, на место которой приходил девушка из секты. Именно она выходит замуж и получает доступ к ресурсам и жизни гнезда, после чего разоряет его изнутри.

– Но меня не убили.

– Вы сбежали быстрее и достойно организовали отступление. Признаться, когда мне сообщили, что вы зашли в королевскую службу найма, я едва успел предупредить своего человека. Не предполагал, что вы так извернётесь, это действительно изобретательно и умно. Если бы за вами не следили круглосуточно, я мог бы упустить вас из виду.

– Но… Почему вы так поступили? Почему позволили мне сбежать? Ведь это отразилось на вашей репутации тоже, – повинилась я. – Почему наняли меня?

– Элизабет, а как должен был поступить мужчина, от которого девушка сбежала через всю страну? Я мог лишь дать вам стол, кров и защиту, а также время, чтобы изменить ко мне отношение. Разумеется, за вами присматривали на всём пути.

У меня пропал дар речи. Я ведь совсем недавно думала о том, что отчим мог меня убить.

– Кто–нибудь покушался на мою жизнь? – задала я непростой вопрос.

– Да. Я бы не хотел вдаваться в подробности, если вы не против.

Уф! А вот это действительно страшно. Теперь даже обижаться на круглосуточную слежку не хочется. Если меня защищали, то спасибо большое, господа детективы! Я вам очень признательна за отлично выполненную работу!

– Проживу без подробностей. Позвольте выразить вам благодарность. Я и не предполагала, что оказалась в настолько опасной ситуации. Напротив, была уверена, что вырвалась на свободу и теперь моя жизнь будет наполнена лишь восхитительными приключениями.

– У секты длинные руки, вас выследили уже на вокзале, но вы очень удачно сидели возле сотрудника тайной канцелярии, он вас подстраховал и помог моим людям устранить убийц.

– Продавец блинчиков? – сообразила я. – То–то он так мило со мной беседовал, даже дал пару подсказок, как себя вести. Знал, кто я, да?

– Не кто именно, а просто, что вы под моей защитой, потому и помог.

– А я‑то думала, какой милый и добрый человек! – поделилась я и даже немного опечалилась, хотя после признаний герцога в чувствах немного витала в облаках.

– Он вас спас от смерти. Разве не достоин он статуса милого и доброго? – с улыбкой спросил Нортон.

– Достоин! Достоин, конечно! Я бы съездила и лично его отблагодарила, если это возможно.

– Позднее мы непременно так и поступим. А теперь я готов ответить на ваши вопросы.

Даже на фоне страшных разговоров мне хотелось признаний в чувствах, а быть может, даже поцелуев, но я отложила нежности на потом. Нужно пользоваться моментом.

Итак, пойдём по списку. Первыми будут вопросы, без ответов на которые я лопну от любопытства.

– Объясните мне, почему Роксана то ведёт себя, как взрослая, то как дитя. Почему вы отослали её из столицы и не забирали столько времени? Почему ей дозволительно спалить дом и не получить наказание за чудовищный проступок? Я не понимаю. Не могу понять. Объяснения слуг выглядят странно.

– Это ещё одна тайна нашей семьи. Поскольку договор о нашем браке уже подписан, можно сказать, ты уже почти вступила в наши ряды, я расскажу.

Вот и козни отчима сыграли на руку. Как предупредительно подсунул он договор его светлости. Занятно, что документ был действительным и не мог быть признан фиктивным, ведь подложная Элизабет его не подписывала.

– Благодарю за доверие.

– Сейчас я тебя удивлю и напомню, что эта информация не для распространения. Даже среди слуг.

– Поняла.

– Роксана – не моя дочь, – спокойно сообщил Нортон Ллойд.

– Оу.

– Мой лучший друг погиб от рук секты, к которой принадлежит твой отчим. Его невеста была беременна, потому я женился на ней, чтобы защитить её честь и не оставить дочь друга без родителей.

– Но ваша жена была некромантом, а друг драконом. Разве возможно потомство в данном случае? Я читала, что нет.

– Бывают исключения. Роксана – не первый подобный случай в истории. А отослал я её потому, что её дракон в моём присутствии начал пробуждаться быстрее необходимого и даже разумного. Мы не связаны кровным родством, потому её дракон моментально признал в моём драконе старшего – это что–то вроде командира отряда, которому нужно подчиняться – и потянулся к нему. В итоге Роксана – это дракон–подросток и одновременно малое дитя. Чтобы перекос не был столь заметным, мне пришлось отослать её.

– И что теперь делать?

– Ничего. Драконы – создания терпеливые. Роксана вырастет и достигнет равновесия, а нам остаётся только ждать. К слову, по этой же причине я её не ругаю за случайно испорченные вещи и здания – она только учится взаимодействию со зверем, получается это не всегда успешно, в том числе из–за сложившейся ситуации. Это одна из уязвимостей драконов. Именно по этой причине дети погибших родителей обычно отдаются в простые семьи. Без общения со взрослыми, их драконы спят лет до двадцати–тридцати.

– Невероятно. Спасибо, что поделились! – Я всё никак не могла перейти на ты, как это сделал герцог, да и не особо пыталась. Как по мне, и он поторопился. – Но сейчас вы вернули Роксану домой. Это связано со мной? – аккуратно поинтересовалась у герцога.

– Отчасти. Её дракон требует энергии и смены картинок, в деревне ему скучно, вот он и бедокурит. Думаю, вы заметили, что здесь Роксана стала значительно спокойнее.

Вернулся к вежливому обращению, хвала богам! Я не готова так быстро очутиться в рамках романтических отношений. Слишком долго держала себя в узде, слишком боялась довериться чувствам. Да и переписка на форуме нянь здорово меня отрезвила. Сперва брак, потом всё остальное!

Так, о чём мы там говорили? О нашей крошке и её поведении.

– Так и есть.

Его светлость не лукавил. Роксана буквально поражала своим поведением, глубокомысленными размышления и философскими высказываниями. И при этом она с огромным удовольствием играла с детьми своего возраста на площадке или в парке. Похоже, ей просто нравилось общаться с другими детьми, ведь прежде её окружали лишь слуги. Да, доверенные, любящие и заботливые, но взрослые.

Мы ещё немного поговорили о Роксане, после чего я набралась смелости и спросила, что же будет дальше. Особенно меня интересовала связка отчима с Эльзой, роль которой я всё это время играла, пока она играла мою роль.

Предательство кузины отдавалось болью в сердце, а вот от отчима я ожидала нечто подобное и совершенно не кручинилась.

– Со дня на день их компанию арестуют в полном составе. Или почти полном. Тогда я верну в столицу твоих маму и няню, после чего потребую исполнения договора. Я ведь сказал тебе, что не отпущу.

И так спокойно он это произнёс, что стало немного грустно.

А где страсть? Где эмоции? Где головокружительные поцелуи?

Непорядок! Я читала в книгах, что все признания заканчиваются поцелуями, а не раскрытием интриг!

– А ведь мне придётся рассказать всем нашим о том, кто я! – сообразила запоздало.

– Начни с того, что не уходишь, а собираешься замуж, а затем объясни, что к чему, – дал совет Нортон Ллойд и снял защиту!

То есть он серьёзно думает?..

Нет, я его никогда не пойму. Неправильная у него какая–то влюблённость. Что за дракон бракованный мне попался?

Однако на следующий день, после всех объяснений, объятий и слёз Дебби, признаний Роксане, я проснулась в заполненной цветами комнате, и в каждом букете нашла маленькую открыточку с от руки написанным комплиментом, притом в основном не внешности, а уму, изобретательности, ловкости и таланту влипать в неприятности, конечно!

– Спасибо за цветы, – произнесла я с улыбкой, когда зашла в столовую.

– Должен ведь я оказывать своей леди положенные знаки внимания. Помню, она весьма чувствительна к соблюдению правил этикета, – ехидно напомнил мне Нортон о первой встрече, когда я была в роли няни.

– Не так уж рьяно она их придерживается, во всяком случае в той области, что относится к романтике и ухаживаниям, – в лоб намекнула я.

Взгляд мужчины потемнел, черты лица заострились, делая его ещё более хищными и жестоким, однако я совсем его не боялась, ведь меня допустили в святая святых – гнездо, а значит, за меня убьют, не моргнув глазом, с моей же головы не упадёт даже волос.

Приятное, однако, чувство, быть членом большой и дружной семьи. И любимым сокровищем дракона.

– Папа, а ты знаешь!.. – Роксана съехала со второго этажа по перилам, с грохотом спрыгнула на пол и со всех ног бросилась в столовую. – О, все уже здесь. Папа, я беру свои слова обратно. Можешь жениться на леди Элизабет. Только выбери, пожалуйста, правильную. Эту! Та мне совсем не понравилась.

Я смутилась и закрыла покрасневшее лицо руками.

– Роксана, нельзя быть столь прямолинейной. Ты меня смущаешь, – попеняла девочке.

– Ну ты ведь своя, и я могу меньше следить за словами! – уверенно заявила умная не по годам кроха.

– Кто тебе сказал?

– А разве это не так? Кстати, я буду называть тебя мамой. Ты ведь не против?

Не успела я ответить, как перед нами загорелся стол и исчез практически в тот же миг вместе с едой и посудой, оставив после себя лишь горстку пепла, который даже до пола не долетел – схлопнулся в магической вспышке. Волнуется ребёнок.

– Солнышко, ты ведь знаешь, как сильно я тебя люблю. Конечно, можно и даже нужно! Я, может, вообще только из–за тебя и выхожу замуж, – громким шёпотом поделилась я с девочкой секретом.

– А как же папа? Ты что, не любишь его? – на весь дом спросила милая зайка, которую порой хотелось чуточку придушить. Исключительно из нежных чувств!

– Роксана!

– Ну что? Разве нельзя такое спрашивать? Вы ведь женитесь, значит, влюблены, да, папа?

– Конечно, – подтвердил тот. – Верно, Элизабет?

Ишь, какой хитренький!

Ничего не знаю. Никаких признаний с моей стороны, пока я не получу нормальное объяснение в чувствах!

– Без понятия. Я не помню, чтобы мне признавались в любви надлежащим образом. Что там написано в книге по этикету? Кажется, нужно проявить к девушке интерес, встречаться с ней на балах и раутах, приглашать танцевать, говорить комплименты, затем просить руки у родителей, получить согласие и только тогда встать на одно колено…

– И утащить её в свою пещеру! – закончила Роксана с восторгом. – Папа, а давай ты женишься на ней прямо сегодня? Я уже хочу называть её мамой.

– Милая, мы должны пройти все круги аристократических мучений, лишь после этого жениться, – мягко объяснил папа дочери.

– А Дебби сказала госпоже Домис, что достаточно лишь скромпро… кумпру… что–то там сделать такого, чтобы спокойно и быстро жениться! – настаивала на своём активная девчушка.

– Роксана! – вдвоём повысили голос мы с Нортоном.

– Ну–у–у, ла–адно. Я пошла на кухню, попрошу ещё один завтрак, а вы пока целуйтесь.

– Роксана!

– Красивое у меня имя, правда? Мне оно тоже нравится. Рада, что и вы разделяете…

– Роксана!

– Ухожу–ухожу. А вы родите мне братика или сестричку? – уже из фойе спросила эта неугомонная и в дверном проёме показалась счастливая мордочка.

– Роксана! – рыкнула я.

– И братика, и сестричку, если повезёт, – совершенно серьёзно ответил Нортон Ллойд и махнул дочери, чтобы та, наконец, удалилась. Затем повернулся ко мне. – А ты, моя драгоценная, стой здесь и слушай признания.

– Я – одно сплошное ухо! – заверила мужчину и закивала, показывая высшую степень внимания.

– Уважаемая леди Родс, когда я впервые увидел вас…

– Ты издеваешься?!

Я вытаращила глаза, так как именно в такой формулировке мужчине надлежало обращаться к девушке, если придерживаться той самой злосчастной книги по этикету. И обращение там было на три или четыре листа! Если читать с выражением, можно состариться!

– Люблю тебя. Давно и сильно люблю, – признался герцог без лишних слов и взял мои руки в свои, заглянул в обращённое к нему лицо. – Будь моей женой, матерью моей дочери и другом моему окружению. Ты и только ты этого достойна. Тебя хочу видеть рядом, тебя одну.

– Я согласна, – ответила твёрдо. Я не хотела интриговать и бегать дальше. Набегалась уже. И прибежала туда, куда должна была. Теперь я дома. С ним. Моим драконом.

– А мне признание в любви? – напомнил его светлость.

– Моё каменное сердце пока не обрело достаточную чувствительность, – припомнила ему недавнюю фразу и радостно улыбнулась.

– Будем плавить на медленном огне. Может, к пятому ребёнку оно дрогнет и станет чуть более мягким, – задумчиво предположил бесстыжий дракон.

– Пятому? – только и спросила я. – Тебе не кажется, что на первых порах нам хватит и одной Роксаны? А я ещё хотела попутешествовать, увидеть своими глазами море, попробовать тропические фрукты… Полетать на драконе!

– Драконы – не верховые животные.

– Но ты ведь можешь меня прокатить?

– Не уверен. Мы делаем исключения только для влюблённых в нас по уши женщин.

– Всех? – Я недовольно изогнула бровь.

– Только тех, в кого влюблены сами, – уточнил Нортон.

– Ну так это как раз я! И я готова хоть сейчас!

– Элизабет!

– Что? Один маленький полёт, буквально туда–сюда! Над городом или к морю!

– Элизабет!

– Я ведь многого не прошу. Просто покатай меня. А чешуйку можно на память взять? А у тебя есть усы? А правда, что хвост дракона может убить даже слона? А…

– Элизабет!

– Ну что?!

– Я люблю тебя, болтливое ты чудовище! – выдал герцог и, наконец, накрыл мои губы… – Ай! Ты чего толкаешься?

– Я не договорила!

– Посмотри на меня, – строго потребовал дракон, и когда я угомонилась, торжественно произнёс: – Элизабет Родс, не соблаговолите ли вы хоть ненадолго прервать бесконечный список вопросов и выделить буквально минуточку для нашего первого поцелуя? – не скрывая ехидства, проговорил герцог.

– Всего лишь минуточку? – возмутилась я. – Даю пять. Нет, десять. Десять хватит? – поинтересовалась, чтобы не просчитаться, вдруг нужно было больше, я же пока не в курсе.

– Нет, конечно. Я буду целовать тебя всю жизнь.

– Я согласна. Только завтраком накорми.

Его светлость закатил глаза и застонал.

– Древние боги, какие вы милые, – произнесла нараспев Дебора. – Теперь я знаю, как выглядит счастье.

– Счастье – это много сладенького и когда все дома, – не согласилась с ней Роксана, тоже появляясь в столовой.

– Счастье – это семья. Даже вот такая безумная! – рассмеялась я.

– Только такая безумная семья – это и есть счастье, – закатив глаза, уточнил Нортон и, подхватив меня на руки, утащил в кабинет под счастливый смех домашних, где, наконец, показал, что такое настоящий поцелуй! И на этот раз никто ни разу не постучал в дверь! Но это, скорее, исключение из правил в нашей дружной драконьей семейке!

Конец.